Как на легале кайфануть.
Сидим мы с Жекой Кактусом на хате, ждём Челена, а я и говорю- слыш, хрен че он принесёт. А Жека пиздит: бля, Пашок, ты каркун, заткнись в пизду. Да хуй тебе, Жека, да вместе с яйцами, внутрижопное чувство во мне говорит, хуй с ним поспоришь. А тут и Челен влетает. Ну, че, Серёга, взял плану-то?
Да какое, на одной точке был, и на другой, и хуев-то дров, а на третью и не поехал, типа там менты шарятся, голяк, короче.
Бля, Пашок, ну ты ж каркун, в натуре. Да иди в пизду, интуиция вещь сказала, хули с ней поспоришь. Вот так и перепирались. И тут Кактус сказал: а может чифирку заварим, типа как в тюрьмах кайфуют? Бля, Дуремар, ты б ещё какао предложил, сказал я. А Челен и говорит: слыште, пацаны, я тут пару месяцев назад в Америку летал, ну вы в курсе. Так там у меня два студента-химика в знакомых числятся, знаете, что за хню они придумали? Пришёл как-то к ним, а они явно вмазанные, говорю: че за хня? А они: мы, типа, тут какао варим! Да гоните! А вот хуй! В какао есть хня, типа ТГК, схожая с ним, только распадается при температуре 101 градус, поэтому у всех там его крохи, ибо распадается он в местах отрыва пузырьков от дна, а мы варим на водяной бане, да сливок добавим для жиру, чтоб круче вставляло, с трёх унций двоих уносит. Блин, говорю, не химики вы, а комики, ладно, пёс с вами. А они: ну не веришь- как хочешь. А я вот щас думаю: пацаны вроде нехуевые, было б чем- не зажабились, угостили бы, может и в натуре схему продумали: на манагу нашу похоже, ток вместо плана какао? А если у всех какавный ТГК, или как его правильно хуй знает, распадается- то и на хуй его запрещать? Так хули нам терять, все равно делать нечего, давайте сварим по их рецепту, хоть с себя потом поржем.
Ну и сказано- сделано, молоко есть в холодильнике, говорю: бегите, пол-литра сливок тащите, да пару пачек какавы, авось хватит на троих, а я пока воду греть поставлю. Поставил воду греть, да положил полотенце на дно, чтобы как положено. А тут и шатия-братия с ингредиентами пожаловала. А я уж молочко подогреваю, аж литр вхуярил. Размешал молоко- то горячее, да тонкой струйкой туда сливки влил, а они уж и какаву открыли, бегают с ним вокруг кастрюли как мондовошки вокруг хуя. Да, говорю, погодите ноги драть- дайте хую встать, как закипит субстанция, так и сыпьте помалу, пока все не высыпите, да смотрите, чтоб не убежало. Ну, а тут, гля- уж и закипает, давай понемногу сыпать да мешать, а как насыпали, и говорю: типа мешайте по очереди, пока до литра не упарите, а я в комп играть пойду, а как готово будет- так позовёте. А я за вами в зеркало наблюдать буду, чтоб без меня не выпили всё, и в холодильнике чего не сожрали, сказал я, и ушёл со спокойной совестью осуществлять задуманное.
Ну вот слышу, типа зовут уж меня, подгрёб, а там уж по кругалям разлито, да солидно так, под самый верх. Ну, говорю, пацаны, въебёмте за наше здоровье, чтоб деньги водились, да хуйцы стояли. Уж и не въебали, но по децелу цедили, ибо горячо. Вот и сидим, друг на друга пялимся как три долбоёба, пять минут, десять, и чую: прёт! И заулыбался так дебильно. И эти перцы на меня пялятся и ржут. Говорю: че, прёт, суки? А они ржут, да и я глядя на них тоже. А потом пошли по району шариться да разной хуйней страдать. А на нас все как-то странно смотрят. Вот, думаю, сколько дураков вокруг, а я и не замечал даже. Ну, погуляли, погуляли- да и по домам разбрелись.
А через пару дней и план появился...
Вот такая хня, мои дорогие. Плацебо, хуебо, или че там- и хуй даже не знает, проверять не приходилось, ибо с того дня практически всегда план в наличии: забил, да закурил. А с какао возиться надо: да ещё если убежит- всю плиту загадит!
Слава Путилково!
Пашка Бешеный.