***********************************************************************************************
Эй, Обломова!
https://ficbook.net/readfic/7486959
***********************************************************************************************

Направленность: Гет
Автор: Элина Францева (https://ficbook.net/authors/526531)



Фэндом: Ориджиналы
Пэйринг и персонажи: Эмилия/Руслан 
Рейтинг: NC-17

Размер:  Макси,  198 страниц
Кол-во частей: 27
Статус: закончен
Метки: Разница в возрасте, Студенты, Сложные отношения, Запретные отношения, Неравные отношения, Потеря девственности, Первый раз, ООС, Нецензурная лексика, Романтика, Повседневность, Повествование от первого лица, Hurt/Comfort, Учебные заведения, Любовь/Ненависть

Описание:
Что делать, если новый преподаватель предвзято к тебе относится, а без красного диплома родители не пустят даже на порог? Что делать, если он невообразимый хам, который невесть как попал в преподавательский состав? И что делать, если первый человек, в которого ты до беспамятства влюбилась - твой учитель? 

Публикация на других ресурсах: Разрешено копирование текста с указанием автора/переводчика и ссылки на исходную публикацию


========== 1. Первая встреча ==========

***

- Эмилия, пожалуйста, объясни ребятам, как вычисляется каждый из показателей рентабельности предприятия, - попросила меня Елена Викторовна — наш преподаватель экономики.

Я закатила глаза, едва сдержав протяжный стон. И так каждую пару. Каждую пару то и дело слышно в аудитории «Эмилия, объясни то, Эмилия, расскажи это...». Конечно, я понимаю, что нашей молодой преподавательнице уже глубоко наплевать на наши знания, как и на учебный план, но грузить студентов-отличников чтобы те проводили вместо нее пары — было слишком.

Елена Викторовна никогда не скрывала, что работа преподавателя ей не по душе, и в ее мечтах она открыла бы свой небольшой бизнес. Иногда даже на парах сетовала студентам о том, какая же это неблагодарная работа — учить людей, как это трудно и морально, и физически. 

И вот на нее свалилось чудо в виде нежадного мужчины, который готов ей эту мечту подарить. Интересно, за какие такие заслуги? Хотя, ладно, чего это я. Все мы понимаем за какие. Женщина она видная, молодая, не замужем... Лучшие годы проводить на гос работе в колледже за копейки, с нами студентами-недоучками ей, ясное дело, было в тяготу.  

Преподавательница она хорошая, умная, свой предмет знает и умеет объяснять. Другое дело — падкость на деньги, нежелание разменивать себя по мелочам, и то и дело грезить мечтами о светлом будущем. 

Что же, своего она добилась, а уж какими методами — не наше дело.

И вот последний месяц пары по экономике успешно страдают. Нового материала, как такового нет, учеба чисто по учебникам — за учебу не считается, как по мне. Пары спасали только мы с Семеном Яковлевым — отличники группы, зубря параграфы и занимаясь самообучением чтобы не отставать от учебного плана окончательно и разъясняя остальным ребятам хотя бы общие формулы. 

По правде говоря, в группе кроме нас двоих на учебе внимание никто не заострял, поэтому все, что мы с Семеном делали, по сути лишь для себя родимых. Ну и для общей картины прилежной группы, которая что-то да учит. 

- Спешу Вам сообщить, что сегодня последняя наша с вами пара. С завтрашнего дня меня здесь уже не будет, - поднялась со своего места Елена Викторовна, пока я расписывала на доске непонятные никому кроме меня числа и знаки.

Группа недовольно загудела. Конечно, терять такого преподавателя, пары которого можно успешно не учить и прогуливать не хотелось никому. Кроме меня. Мне нельзя отставать по учебе по двум причинам. Во-первых, родители меня выгонят из дому, потому как непутевая дочь им не нужна, а во-вторых, мне предстоит поступление в один из лучших экономических вузов, соответственно, экономика мне важна, как никому другому. 

Это даже к лучшему, что Елена уходит. Работа ей не в радость, а нам взамен пришлют нового преподавателя, который более ответственно относится к образованию подрастающего поколения. Я, по крайней мере, очень на это надеюсь. 

- Спокойно, ребята. Не расстраивайтесь, - пыталась успокоить она расстроившихся студентов. - Вы уже последний третий курс, потерпите немного.

Да, мы последний выпускной курс, который должен налечь на учебу. Впредь нас ждет госэкзамен, поступление, и тут под конец первой четверти такие казусы. Скорее бы пришел новый учитель, потому что брать дополнительные по экономике — трудно и финансово, и физически еще после учебы, музыкальной школы нагружать себя допами. Я этого просто не выдержу. 

Я дочертила формулы на доске, складывая мел, и по своей дурной привычке вытирая руки об свои темные зауженные брюки. Не знаю, был ли смысл объяснять порядок вычисления и значение каждого числа. Судя по незаинтересованным лицам, это никому не нужно. 

- Эмилия, объясни ребятам более подробно, пусть запишут, - сказала Елена, как только я собиралась занять свое место.

Толку с их писанины, если на самостоятельной работе все равно все решаю я или Семен, тем самым спасая большую половину группы от «неуда». 

Яковлев, заметив мое недовольное выражение лица, улыбнулся, подбадривая меня. Хороший он парень, добродушный, приветливый, никогда не отказывает в помощи, чем многие не против воспользоваться. Еще у него забавные каштановые кудряшки. 

Семен очень умный. Наверно, даже умнее меня. Зубрилой я себя назвать не могу. Я не сижу ночами за учебниками, так как учеба мне дается, на радость, легко. У меня хорошая память и аналитический склад ума, что отлично мне помогает в колледже. Я не полная отличница. Все предметы, кроме экономики и английского, на твердую пятерочку. Но родителей это не устраивает и каждый день они меня пилят по этому поводу. 

Что поделать? Должна терпеть и по возможности подчиняться, так как с ними мне в некоторой степени не повезло. Уж слишком строгие они у меня, и, не смотря на своих восемнадцать лет, мои оценки все еще контролируются. Имеют право. Я живу с ними, они мне помогают, обеспечивают, и пока я должна жить по их правилам. И не позорить семью, как говорил папа. Для них главное — это учеба, престижное образование и работа под стать, а остальное — потом, еще успеется. 

Благо, от театра одного актера у доски меня спасла трель звонка, и я была рада ей, как никогда. 

Облегченно выдохнув, я прошла на свое место, начиная собирать тетрадки. Домашнего на следующую пару Елена не задавала, оно и понятно. Мыслями она была уже в своем новеньком салоне красоты, о котором прожужжала все уши. 

- Эй, Эмилия, дай свой конспект, а? - строя щенячьи глаза, попросил Коновалов — мой однокурсник-качок. Это именно тот случай, когда сила есть, ума не надо.

Тяжело пыхтя, я упорно запихивала в сумку учебник по экономике, для которого места было уже маловато. Вот они минусы, когда в группе друзей, как таковых, нет и все книжки приходится носить одной. Без того потрепанная сумка создала характерный звук разрывающейся ткани, и все дальнейшие попытки впихнуть книжку были пресечены. 

- Веня, вот зачем тебе конспекты? Положить на грудь перед тем, как будешь жать штангу?  - спросила я, закидывая сумку на плечо, другой рукой хватая учебник.

Парень почесал затылок, бормоча себе под нос что-то нечленораздельное. 

- Я, может, учиться буду, - слишком неуверенно сказал он.

Я вздохнула, посмотрев на Вениамина. Ростом он был выше меня на две головы, поэтому мне пришлось изрядно задрать голову, чтобы заглянуть в его светлые, но такие бестолковые глаза. 

- В том то и дело, что «может», - я похлопала его по плечу. - Держи, Коновалов, и не вздумай потерять, - я протянула ему тетрадку почти всю исписанную формулами, определениями и другой экономической теорией. А ведь это только начало учебного года! - Верни завтра.

Парень благодарно кивнул.

- Спасибо, Эмка! - я нахмурилась, услышав неприятное для себя сокращение собственного имени. Надо же так его испоганить. - Но верну в пятницу.

- Почему это в пятницу? - я схватила обратно свою тетрадь, которую парень уже крепко держал. - У нас послезавтра экономика. Нужно подготовиться.

Коновалов выдернул мой конспект, быстро пряча его в рюкзак.

- Елена ушла, домашнего нет. А тетрадь у тебя и так вон закончилась, заведешь новую, - заявил совсем в край обнаглевший Веня. - Ну пожалуйста, - протянул жалобно он. - У меня тренировки. Я не успею так быстро переписать последние три темы.
 
Вот и что мне с ним поделать? Кто, как не я, могу помочь этим оболтусам? А что делать с собой, с такой доброй душой?

- Ладно, Веня, уговорил, - сдалась я, поджав губы.

Коновалов обнажил белоснежный ряд своих передних зубов и слегка потрепал мои волосы. 

- Спасибо, мелкая! В пятницу верну! - воскликнул он, обогнув меня и направляясь к выходу. - И да, у тебя брюки испачкались, - будучи уже возле двери, сообщил мне парень.

Вначале я подумала, что это что-то вроде глупой шутки на первое апреля, но, осмотрев себя, поняла, что и вправду загрязнилась. На бедре было белое пятно от мела, которое отчетливо виднелось на черных штанах. Вот дается в знаки глупая привычка тереть руки об себя.

Громко чертыхнувшись себе под нос, я спешным шагом направилась в туалет, параллельно отмечая, что у меня есть ровно десять минут на то, чтобы привести себя в порядок и успеть добежать до нужной аудитории. 

- Вот же гадство! - кажется, сегодня я бью все свои рекорды по ругани и закатыванию глаз. 

Женский туалет был заперт. И как же во время техничка решила закрыть его на генеральную уборку. Последний раз шарпнув ненавистную дверь и напоследок копнув ее ногой, я направилась к мужскому. Конечно, неловко было проходить мимо удивленных студентов, но, благо, умывальник и сами туалеты отгорожены друг от друга стеной. Так что ничего тайного я не видела и даже не подглядывала.

Не успела я толком намочить руки, как за спиной послышалось чье-то громкое нарочитое покашливание.

- Девушка, вы туалеты не перепутали случайно? - раздался басистый голос.

Я так и остановилась, будучи с мокрыми руками, обернувшись к его владельцу. 

Напротив меня стоял парень, явно не самый прилежный студент, судя по его внешнему виду. Нет, конечно, костюм у него был вполне обычный: черные прямые джинсы, белая рубашка поверх с черным пиджаком, но татуировка, которая проглядывалась из-под воротника, и цепочка, висевшая на ремешках его джинсов, как и залегшие темные круги под глазами, говорили об обратном.

Темные глаза с неподдельным интересом изучали меня. Снизу вверх. И обратно.

Его взгляд остановился где-то ниже на моем бедре. Он вмиг растянул губы в неприятной ухмылке, закивав головой, как воланчик. Словно поймав меня за каким-то непристойным занятием. 

- А, я понял, - продолжал улыбаться он. - Вот ведь мелкие скорострелы! - парень осуждающе зацокал языком, краем глаза поглядывая на закрытые кабинки. - И как оно?

Я стояла, оторопев с ног до головы, совершенно не понимая, о чем. 

- Мне вот за все свои студенческие годы ни разу не удалось завалить девку в туалете, - произнес расстроено парень, прислоняясь спиной к стене. - И что же там такого брезгливого, а? - спросил он, ухмыляясь. 

Первое, что я почувствовала — стыд. В одно мгновение я густо покраснела, чувствуя, как предательски начинают пылать мои щеки, и я сейчас была бы не прочь остудить их прохладной водичкой. Мою реакцию тут же узрели, от чего парень еще шире расплылся в улыбке. Я все-таки прилежная студентка и подобными вольностями в учебных заведениях не занимаюсь. 

Но на смену стыду, незамедлительно пришел гнев. Как этот хмырь такое может говорить девушке в лицо? Как он мог принять меня за легкомысленную девицу? Всю свою жизнь я дальше учебы ничего не видела. У меня даже парня толком не было, потому что в обществе принято считать, что раз ты хорошо учишься, значит у тебя не всё в порядке с головой. Все мальчики, которые мне нравились, воспринимали меня не больше, как человека, который может помочь с учебными предметами, а если и дарили цветочки с шоколадками, то лишь в благодарность за сделанную вместо них лабораторную или практику. И разглагольствовать постороннему человеку о том, что я здесь отдавалась невесть кому, было крайне возмутительно и неприемлемо для меня. Я имею немного другие ценности и жизненные приоритеты, и они далеки от простого перепиха в студенческом туалете.   

- Ты в своем уме? - взвизгнула возмущенно я. - Что ты себе позволяешь? Придурок! - бросила в конце.

Я пихнула его ладонью в плечо, выбегая из туалета. Находиться в обществе озабоченного студента  больше не хотелось, кроме того, до звонка оставались считанные минуты. Отчаянно чесались руки влепить ему пощечину или вылить ведро с грязной водой на голову, которое так кстати оставила уборщица, но позволить себе такую роскошь не могла. Родители меня потом убьют, закопают, раскопают и снова убьют. Мне пришлось сдержать свой внутренний порыв, как и язык, на котором вертелись не такие уж вежливые слова.

Еще и аудитория находится в другом крыле. Если я опоздаю, то впервые попаду в кабинет директора по такому поводу, чего мне не хотелось бы. Кроме того, следующая пара — английский. Я итак едва вытягиваю этот предмет, англичанин с огромной натяжкой ставит мне «четыре», ссылаясь на мои труды по другим дисциплинам, но чего он не прощает никому — опоздания и хамство в свою сторону. И если я никогда за все три курса ему не хамила, то с первым пунктом у меня явно намечаются проблемы.

Когда до заветной аудитории оставалось всего лишь свернуть за угол и пробежаться несчастных два метра, над моей головой прозвонил злополучный звонок.

Вероятность того, что преподаватель задержится, равна нулю, ведь такого пунктуального человека еще нужно поискать. Но попытать судьбу стоило.

Отдышавшись, я тихонько постучала и просунула голову в дверной проем, разведывая обстановку. Но удача сегодня была явно не на моей стороне. Заходить, в принципе, смысла не было, и всё, что я услышала в свою сторону, даже без приветствия от учителя:

- Эмилия, к директору! 


========== 2. Всё бывает впервые.  ==========

Возле кабинета директора я простояла минуты две, не решаясь войти и собираясь с мыслями. Было стыдно. Как объяснить свое опоздание? Перепалкой с недостудентом в мужском туалете? Так я лишь усугублю ситуацию и подпорчу свою же репутацию прилежной студентки, фото которой висит в холле прямо перед входной дверью.

По ту сторону отчетливо был слышен громкий голос Михаила Ивановича, разъясняющий другому человеку устав колледжа и что-то о работе преподавателя. Я навострила уши. Другой голос был мне смутно знаком и я не могла пока понять, где я его слышала. Он отвечал коротко, особо не разглагольствуя в ответ. 

Продолжать подслушивать я посчитала крайне глупым и, тихонько постучав, нерешительно шагнула во внутрь.

Сказать, что директор удивился моему появлению в своем кабинете прямо посреди пары — это ничего не сказать. Его лицо вытянулось и он уставился на меня, хлопнув ртом, как рыбка. Я неловко приподняла уголки своих губ, потоптавшись на месте, пока мое внимание не привлёк короткий смешок, исходящий где-то со стороны. 

На кожаном диване, удобно развалившись, сидел мой новый знакомый. В глазах парня плясали смешинки, но сам он молчал, пока я смотрела на него испепеляющим взглядом. Все-таки я была права насчет него, и он действительно не очень-то прилежный студент, раз околачивается в кабинете директора, как у себя дома. 

Хмыкнув своей, как я посчитала, удачной догадке я поспешила отвернуться от него, показывая всем видом свое безразличие к таким людям. 

- Эмилия? У тебя проблемы? - спросил наконец Михаил Иванович. - Почему ты здесь?

Я подошла ближе к столу мужчины, игнорируя провожающий меня взгляд темноволосого парня. Пусть смотрит. Он мне не ровня, мы с разных миров, которые пересеклись всего лишь на несколько минут на одном общем перекрёстке.

Мама всегда говорила мне избегать таких парней, мол, они чистой воды бездари и будущего у таких людей нет. Их максимум - это грязная физическая работа за копейку,  а я со своим умом и целомудренностью заслуживаю почтительного молодого человека с большими перспективами в жизни.

Поджав губы, я коротко ответила:

- Опоздала.

Лицо директора вытянулось во второй раз.

- Ты? Опоздала? - переспросил он, будто не расслышал в первый раз. 

Со стороны дивана вновь послышался смешок, ловко перекрытый актерским  громким покашливанием. Я предостерегающе стрельнула глазами в парня, которого вся ситуация откровенно забавляла.

- Всего на минуту, - пискнула я.

Директор уселся в свое громоздкое кресло с тяжелым вздохом, а я почувствовала, как скрутило внутренности от переживания. Угораздило же меня на последнем курсе, за все время учёбы так отметиться! Надеюсь, хоть до родителей эта информация не дойдёт, а то они устроят мне вырванные годы и, наверняка, придумают очередное глупое наказание за мою неудачную выходку.

- Олег Константинович доставляет слишком много лишних хлопот, - покачал головой директор и устало потёр переносицу, сбросив очки с глаз в сторону. - Ты уже восьмая за сегодняшнее утро.

Я вопросительно выгнула бровь, не услышав в свою сторону таких ожидаемых удручающих слов о том, как же я, без пяти минут студентка с красным дипломом, могла позволить себе опоздать на пару. 

- Я, конечно, понимаю, что дисциплина в колледже должна быть, но одно дело, когда студент изрядно опаздывает, не сообщив причину, или если это заядлый прогульщик, - объяснял поседевший мужчина. - Но совершенно другое, когда он гоняет ко мне в кабинет нормальных адекватных студентов, опоздавших всего-навсего на каких-то тридцать секунд.

По всей видимости, наш англичанин надоел не только студентам, но и самому директору. Конечно, опаздывать на пары нехорошо, но мы уже не в школе и многие студенты подрабатывают, чтобы иметь лишнюю копейку в кармане, поэтому я считаю, что несчастных две минуты опоздания можно простить. 

Чего не скажешь о моей причине задержки, которая сидит напротив на маленьком диванчике и дабы хоть как-то прикрыть улыбку, закусывает губу. 

- У тебя, наверняка, есть веская причина, по которой ты опоздала. Правда, Эмилия? - директор уставился на меня, ожидая подтверждения своих слов. Казалось, оно не особо ему нужно, так как это первое мое опоздание и он убеждён в том, что не просто так.

А мне вновь стало стыдно, потому как моя причина, мягко говоря, так себе по весомости. 

- Уборщица закрыла женский туалет на генеральную уборку, и некоторые студентки должны были терпеть неудобства, посещая мужской, - неожиданно подал голос парень. Мы с директором уставились на него во все четыре глаза, обернувшись. - А что? - пожал он плечами. - Они разве не люди?

Михаил Иванович явно находился в замешательстве, ничего не понимая, и обратился ко мне, с застывшим вопросом в глазах:

- Эмилия..?

А что я? Я, так же как и он, ничего не понимаю и стою хлопаю глазами, как дурочка.

- Да.., - неуверенно протянула я, и после до меня начало доходить, что мне дали возможность выкрутиться. - Он прав. Я запачкалась и зашла в мужской туалет. А там такая очередь из-за того, что женский заперт.

Ладно, последнее я приукрасила, но ведь ложь во спасение может быть оправданной? 

- Да, Семёновна в своём репертуаре, - растянул директор, откидываясь на спинку стула. - Ладно, Руслан, с завтрашнего дня можешь приступать к работе. Учебный план и расписание у тебя есть, - это было обращено к парню, имя которого я теперь знаю. 

Я неосознанно сдвинула брови. Расписание? Учебный план? Что за чёрт? Глупая цепочка выстраивалась в моей голове, но никак в ней не укладывалась.

- Кстати, познакомься, это Эмилия. Одна из лучших студенток нашего учреждения, - представил меня Михаил Иванович, махнув учтиво рукой в мою сторону. 

Я увидела, как расплылись губы Руслана в ухмылке, явно сопоставляя полученные факты в голове. Лучшая студентка, оттирающая запачканные чем-то белым брюки в мужском туалете.

Моя реакция, наверно, была бы такая же.

- Эмилия, это наш новый преподаватель экономики — Руслан Викторович, - представили оторопевшей мне моего нового знакомого.

Моё сознание явно не хотело воспринимать факт того, что человек, сидевший на диване, небрежно закинув ногу на ногу — преподаватель. Он элементарно чисто внешне не похож на человека, который чему-то может научить. 

- П-преподаватель? - недоверчиво протянула я, покосившись на молодого человека. 

- А вы сомневаетесь в моих знаниях или педагогических способностях? - вступил в разговор тот самый Руслан Викторович. Он с вызовом смотрел на меня, явно задетый моими сомнениями на его счёт. 

Я прикусила язык, вовремя понимая, что вступать в перепалку с новым учителем, едва с ним познакомившись, затея не из разумных. Кроме того, мне всегда твердили, что сдержанность - это то, чем должна владеть любая вежливая и прилежная девушка. Пока моё воспитание играло мне на руку. 

- Нет, что Вы! Ни в коем случае, - поспешила заверить его я. - Просто необычно видеть такого молодого учителя.

Парень выгнул иронично бровь, раскусывая мою актёрскую игру. 

- Я подумал, что это неплохая идея, - вклинился директор. - Студенты и преподаватель будут на одной волне, здорово ведь? - кажется, Михаил Иванович и сам пока имел сомнения насчёт "одной волны", но упорно верил, что из этого что-то получится. 

Преподаватель, каким вижу его я, должен быть старше лет так на десять, иметь огромный багаж знаний и уметь доносить его мелкими частями до студентов. Выглядеть более сдержанно и не так выделяющимся из толпы, и, в конце-концов, не задавать вопросов об ощущениях при занятии сексом в студенческом туалете. 

Когда мир успел перевернуться с ног на голову?

- Неплохая, - эхом повторила я.

Что-то мне подсказывает, что было бы гораздо лучше, если бы на замену поставили какую-нибудь престарелую бабульку, не важно кого, но только не этого нагловатого Руслана Викторовича. 

***

Обратно я вернулась где-то посередине пары, когда Олег Константинович разрисовывал на доске транскрипцию к неизвестным словам. В ответ на моё появление он лишь нахмурился и недовольно поджал губы, но ничего не сказал. Я же в свою очередь виновато втянула плечи и быстро проскочила в аудиторию. 

Яковлев, увидев меня, тут же похлопал по месту рядом с собой. Обычно, с ним никто рядом не садится, если на паре нет самостоятельной работы или семинара. Кроме меня.

Друзьями я назвать нас не могу. Мы просто два студента, которые имеют общий интерес - учёба. Мы не созваниваемся после пар, не встречаемся и не разговариваем ни о чем другом, кроме пар. Мы помогаем друг другу, если вдруг кто-то что не понял во время лекции, лабораторные иногда делаем вместе, но Семён слишком закрыт для иных разговоров. Впрочем, как и я. 

- Ну что там, как? - шепотом спросил парень, не успев я даже разложиться. 

Я снизила плечами.

- Нормально, - ответила я, открывая параллельно тетрадь и начиная делать заметки. С английским у меня небольшие проблемы, которые нужно немедленно устранить. Этим я и планировала заняться в ближайшее время. 

- Что сказал директор? - продолжал любопытствоваться Семён. 

- Ничего не сказал, Сёма, все хорошо, - я начинала порядком злиться. 

- Ну и ладно, - обидчиво буркнул парень и отвернулся. 

До конца пары у меня еще несколько человек спросили о моих ощущениях после визита к директору. Тоже мне, новость дня! Стоило мне опоздать на пару, как все тут же обратили внимание на мою персону. Что же, буду знать, как в следующий раз привлекать к себе внимание, чтобы обо мне вспоминали не только, когда у нас сессия или семинары.

- Ты видела расписание на завтра? - спросил Яковлев, недолго на меня обижаясь. 

Я отрицательно махнула головой. 

- У нас завтра экономика, - сказал он. - Как думаешь, нужно готовиться к паре? Домашнего, по сути, не было...

Я сидела, как воды в рот набрала. Не ожидала, что так быстро поставят в расписание экономику, и уж тем более не думала, что так быстро найдут подходящую замену. Но факт остается фактом, и завтра будет первая пара с новым преподавателем. От чего-то телом поползло волнение. Наверно, от того, что я назвала его придурком, не зная, кто он есть на самом деле. Будет ли это отражаться на моих оценках? Что если Руслан Викторович теперь будет относиться ко мне излишне строго? 

Всё покажет завтрашний день. 

- Думаю, нет, - коротко ответила я. 

- А ещё интересно, кто у нас новый преподаватель. Надеюсь, кто-то помоложе..., - продолжал парень.

Яковлев сегодня излишне разговорчив, что начинало порядком раздражать. Не люблю, когда меня отвлекают от учёбы пустой болтовней.

- Вот и увидишь завтра, - огрызнулась я. - Записывай, - я ткнула на доску, исписанную белым мелом. 

Парень хмыкнул, искоса глядя на меня.

- Злая ты сегодня какая-то, - и  уткнулся взглядом в тетрадь. 

Я покачала головой, тяжело вздохнув. Сегодня просто не мой день. Очередной не мой день.

*** 

Сегодняшний день явно отличается от других серых будней. Впервые попала к директору из-за опоздания, нагрубила новому учителю, хоть и неосознанно, еще и забыла о просьбе мамы после занятий зайти в магазин за хлебом. 

- Ладно, будем сегодня без хлеба, - заявила она, встретив меня на пороге. - Раздевайся, я уже всё приготовила.

Мои родители - простые люди, но очень строгие в плане учёбы и дисциплины. Так что дом для меня своего рода второй колледж, где так же следят за твоей посещаемостью, знаниями, как ты одеваешься и ведёшь себя. 

Мои интересы на втором плане. Никто не спрашивал, хочу ли я поступать на экономический, в музыкальную школу, кем я себя вижу и кем хотела бы быть. Родители упорно строили из меня того человека, которого им нужно было. А мне ничего не оставалось делать, как подчиняться и быть безвольной куклой. Родители... они ведь всегда знают, как лучше? 

- Как учёба? - спросил папа, присаживаясь с нами за стол.

Каждый день один и тот же вопрос, с которого начинается наш разговор. Не с того "Дочка, как прошел твой день" или "Эмилия, как ты себя чувствуешь?". Их в первую очередь интересует моя успеваемость.

- Отлично, - ответила я, опустив голову и ковыряя вилкой плов. 

- Как английский? У тебя с ним проблемы. Может, стоит больше заниматься? - продолжал папа. - Этот предмет важен не менее, чем экономика, Эмилия, - добавил строго он. 

Мысленно я в очередной раз закатила глаза. Какой по счёту раз я слышу эту фразу за последний месяц? Десятый? Двадцатый?  Как объяснить людям, что я не робот, а живой человек. Я так же устаю, имею свою точку зрения. У меня, как и у других ребят, есть предметы, дающиеся легче остальных и наоборот. 

- Не надо, я справлюсь сама, - сказала я, поднимаясь с места. Семейные трапезы с каждым разом ставали всё более невыносимые. - Спасибо, мам, все очень вкусно. 

- Но ты ведь толком не поела..., - растеряно протянула мама, глядя на мою почти чистую тарелку.

- Я плотно пообедала! - воскликнула я, будучи уже возле двери своей комнаты - единственного места, где меня никто не донимает глупыми вопросами и советами. 

Сколько ещё мне предстоит выслушать нареканий со стороны родителей по поводу учёбы? Когда я уже начну жить самостоятельно и думать своей головой? Когда у меня наконец появится право выбора?

Ответов на все эти вопросы не было, и всё, что мне оставалось сделать, открыть учебник по английскому и переписывать молча текст, стараясь исправить свою "четвёрку" на твердую "пять". Как меня и просили. Что от меня требуется в обязательном порядке. 

========== 3. Первая пара. ==========

***

Утро следующего дня выдалось пасмурным, словно подстраиваясь под моё настроение. Солнца даже близко не было видно за серыми тучами, так же как и моего настроя идти в колледж. Но вставать всё равно придется, ведь кроме механического будильника со мной живёт ещё, как минимум два живых, которые уже минут так двадцать, топчутся по квартире, время от времени стуча в мою дверь, надоедливо напоминая, что пора собираться. 

А то я и сама не понимаю.

С тяжелым мученическим вздохом свешиваю ноги с кровати, ступая на прохладный пол.

Почему все думают, что раз человек хорошо учится, значит он получает удовольствие от учёбы и с нетерпением ждёт занятий чтобы почерпнуть новую порцию знаний? Что если у человека просто нет другого выхода? Вот как у меня, например. Почему об этом никто не задумывается? 

- Приводи себя в порядок и садись кушать, Эмилия, - тут же скомандовала мама, стоило мне показаться ей на глаза. 

Закатив глаза, захожу в ванную комнату и провожу стандартные утренние процедуры. Знаете, как это жить под постоянным контролем? А вот я отлично знаю. К сожалению. 

Не по наслышке знаю, что мои сверстники  имеют больше свободы, чем я. Вечера они проводят не в обнимку с учебниками и не на пару с репетиторами, а в кругу друзей или своих вторых половинок. Их жизнь ярче, чем моя в сотни раз. Я же в свои восемнадцать не то, что не имела парня, я даже не держала в руках сигарету. Я не знаю, какое на вкус пиво и как влияет на тело алкоголь. Я не знаю, что такое студенческие вечеринки, ведь меня на них не зовут не потому что я не вхожу в определённый круг общения, а потому что отлично знают - я всё равно не приду. 

- Что с твоими волосами, Эмилия? - спросил папа, как только я заняла своё место за столом.

На автомате я провела рукой по своим длинным каштановым волосам, которые волнами сыпались по плечам, доходя до груди. 

- А что с ними не так? - переспросила я, с недоумением взглянув на него. 

Папа нарочито прокашлялся.

- Заплети их, Эмилия, - ответил он, принимаясь за еду. - Я надеюсь, ты не собиралась идти так на занятия. 

Мне пришлось проглотить ответные слова, которые так и вертелись на моём языке. Препираться с родителями было глупой затеей. Поэтому я поджала губы и коротко кивнула на его слова.

- Папа имел ввиду, что они будут тебе мешать на парах, - поспешила встать на защиту отца мама. Она всегда была на его стороне. Даже когда не всегда соглашалась с его мнением. Но виду не подавала. 

Я промычала в ответ. 

- Я имел в виду, что было бы неплохо их немного обрезать, - продолжал папа невозмутимым голосом. - Они выглядят немного неопрятно. Как думаешь, Эмилия? - он посмотрел на меня, прекратив на миг свою трапезу. 

А мне стало до глубины души обидно. Обидно за себя, за то, что не могу сказать и слова в ответ, не могу им противоречить и высказать своё мнение, заметно отличающееся от их. Обидно за свои длинные волосы, которыми я так гордилась, которые считают некрасивыми и такими не подходящими. 

- Мне пора, - отмахнулась я, вставая из-за стола, так толком и не поев. 

Так всегда. Каждое утро. Каждый вечер. 

Я привыкла. Привыкла жить так, как диктуют мне родители. 

Может, они знают, как будет лучше?

Именно с такой мыслью я и зашла в свою комнату, отыскивая в маленькой косметичке среди единого вишнёвого блеска и слегка подсохшей туши черную резинку. 

Стоя перед зеркалом и заплетая тугую косичку, я и сама не заметила, как по щеке пробежала одинокая слеза обиды.

***

Сегодня по расписанию четыре пары, и последняя пара экономика. Если первые три прошли очень даже быстро и легко, то насчёт четвёртой меня охватывало небольшое сомнение. Руслан Викторович уже успел провести по одной паре в других группах, и между студентами пошли разговоры о его методике преподавания. 

Краем уха я услышала, что многие довольны кандидатурой нового преподавателя и даже не особо намерены прогуливать его занятия, девушки же спускали восхищенные вздохи в сторону молодого учителя и максимально прихорашивались, когда тот проходил мимо.

Мне было очень интересно, действительно ли его пары настолько увлекающие, что он сумел расположить к себе стольких сложных студентов, и я с большим нетерпением шагала к нужной аудитории.

Заняв своё любимое место возле окна, я заранее разложилась, подготовив новую чистую тетрадь. По аудитории прошёлся гул, когда вместе со звонком зашёл наш новый преподаватель, и все поднялись со своих мест. 

- Садитесь-садитесь, к чему эти формальности? - сказал он, скривившись. 

Руслан Викторович небрежно бросил журнал на свой стол, упершись на него и сложив руки на груди. 

Одет он, конечно, как с иголочки: светлая рубашка, заправленная в выглаженные чёрные прямые брюки, красиво облегала статное тело. На руке проглядывались явно недешёвые часы. Но татуировка, которая выглядывала из воротника его рубашки, портила весь такой идеально сложенный образ примерного преподавателя. Она смотрелась, как чёрное пятно на белой простыне: слишком настырно бросалась в глаза. 

- Итак, меня зовут Руслан Викторович. Для особенных - просто Руслан, - и подмигнул сидевшим в первых рядах девчонками, щёки которых в секунде зарделись. 

Я нахмурилась такой вольности. 

- Надеюсь, с экономикой у вас проблем нет?  - спросил новый преподаватель, выгнув бровь и оглядев всех студентов в аудитории. 

Я же нарочито отвела взгляд. Ну совершенно не воспринимался мне он как учитель, хоть кол на голове теши. 

- Проблем нет, - ответил ему кто-то из галёрки, и по аудитории прошлись короткие смешки. 

- Тогда будем знакомиться? Пройдёмся по списку? - парень хлопнул в ладоши, хватаясь за отброшенный ранее журнал.

- Руслан Викторович, а сколько вам лет? - спросила Алёна, модница группы, накручивая локон на палец и откровенно с ним флиртуя. 

От этой картины мне стало тошно. Конечно, ей осталось только романы крутить с преподавателями. Может, хоть таким образом её средний бал поднимется выше трёх и ноль. 

Учитель улыбнулся ей в ответ, на секунду отрывая взгляд от списка.

- Мне двадцать пять, - коротко ответил он.

Алёна хитро улыбнулась, поворачиваясь к своей подруге и шепча ей что-то на ухо с подозрительно странным блеском в глазах. 

Руслан Викторович зачитывал фамилии студентов, а те в свою очередь поднимались на пару секунд, показывая себя. Я же в это время полностью погрузилась в свои мысли. Новый преподаватель мне явно не импонировал. Оставалось надеяться, что предмет он знает и вести пары будет до толку. Мне хватает проблем с английским.

Произнесённая устами Руслана Викторовича на всю аудиторию моя фамилия, прогремела, как гром среди ясного неба. Я встрепенулась, пытаясь направить свои мысли в нужную сторону.

- Обломова! - громче повторил преподаватель, взглядом шаря по студентам. 

Судорожно заправив выбившуюся из косички прядь волос за ухо, я поспешила подняться:

- Я здесь, - ответила я, сглотнув.

Глаза Руслана удивлённо сверкнули. Наверняка, он меня помнит. 

- Ты? - переспросил он. - Удивительно, но твоя фамилия, мне кажется, не совсем тебе подходит, - ухмыльнулся парень, опуская взгляд обратно в журнал. 

А я задохнулась от возмущения. Да, в школе меня часто дразнили по поводу моей фамилии, и даже на первом курсе проскакивали смешки в мою сторону, но то, что позволяет себе преподаватель - переходит все границы. 

- Что вы имеете в виду? - вопрошающе воскликнула я, негодующе скрестив руки на груди. 

Руслан Викторович вновь оторвал глаза, исподлобья посмотрев на меня. 

- Не мне тебе объяснять, Эмилия, - парировал он. 

Да, моё имя звучит гораздо приятнее из его рта, чем фамилия. 

- Вы не считаете, что это не ваше дело? - продолжала я, забыв обо всех маминых указаниях по поводу сдержанности. Не могу я сдерживаться, когда меня в открытую при всех пытаются оклеветать. - Вы неправильно всё поняли, и не имеете права меня оскорблять. 

Все были в немом шоке от того, что такая, относительно, тихая девочка группы, как я посмела выразить малейший протест в сторону учителя. Аудиторию заполнила тишина и все обернулись в мою сторону. Даже Яковлев сидел в открытым ртом и предостерегающе покачал головой. 

Я же немного притихла, втянув голову в плечи. 

Руслан Викторович какое-то время стоял молча, не отрывая от меня задумчивого взгляда. А затем пробежался глазами по журналу, перелистывая листки и закусывая губу. 

- Ты, кажется, претендуешь на красный диплом? - спросил он уже лелейным голоском.

Я насторожилась такой резкой перемене настроения и его неожиданно заданном вопросе. 
В ответ я едва заметно кивнула, не понимая, к чему он ведёт.

- Вижу, ваша бывшая преподавательница задала на самостоятельную обработку интересную тему. Пойдёшь отвечать, - сказал он возмутительным голосом, не дожидаясь моей реакции, и продолжая перекличку.

По аудитории пронёсся гул голосов. Я стояла, словно приросшая к полу и встретилась взглядом с Яковлевым. Сердце ушло в пятки. Он пожал плечами, так же как и я, понятия не имея, о какой теме идёт речь. Знала бы Елена, какую змею подложила мне после своего ухода. 

Да, как и все преподаватели, когда группа отстаёт от учебного плана, она вписывала в журнал то, что нужно было вписать. Вот только на этот раз мне всё вылезло боком. Она даже и словом не обмолвилась о том, что "задала" на самостоятельное изучения другую тему. 

И я понятия не имела, что говорить. Я даже не знаю, какая тема была задана.

***

Всю оставшуюся пару я отвечала возле доски на множество вопросов. Так как домашнего я не готовила по причине того, что банально не знала что, Руслан Викторович решил пройтись по старым темам, задавая далеко не лёгкие вопросы. 

Складывалось такое ощущение, что он специально вспоминает темы, пройденные еще на втором и первом курсе, настырно выискивая моё слабое место. Он сидел на кресле, развалившись, закинув ногу на ногу, прямо точь в точь, как тогда в кабинете директора, и, вертя в руках ручку, продолжал меня спрашивать.

Доска уже была исписана формулами, места свободного на ней не было. Ноги за сорок минут успели подустать, как и рука, выписывающая мелом числа. Но этот изверг не останавливался, пока не услышал такой спасительный для меня звонок. 

Мысленно я выдохнула, считая, что достойно защитила свою честь и оценки перед новым преподавателем. 

- Садись, Эмилия, - вздохнул парень, наклоняясь к журналу. - Заслуженная тройка. 

Я, собравшаяся идти со спокойной душой на своё место, оторопела. Меня словно огрели чем-то тяжёлым по голове, потому что "три" для меня сродни смертному приговору.

- Что значит "тройка"? - переспросила я, всё ещё надеясь, что мне послышалось.

Руслан Викторович повернулся ко мне, посмотрев, как на дурочку.

- Цифра такая, ты её писала где-то на доске, поищи, - издевался он.

Руки сами по себе сжались в кулачки, а к горлу подкатил тугой комок обиды. Я знаю экономику лучше всех в этой чёртовой аудитории и он ставит мне с натяжкой "три"?!

- Но она же ответила на все ваши вопросы, - встал на мою защиту Яковлев, за что я благодарно ему кивнула.

- Ответить - ответила, но заданную тему не подготовила. Я должен был поставить тебе "два", Эмилия, за то, что пришла не готовая к паре, но вижу, что понятия об экономике имеешь, - сказал преподаватель, намереваясь поставить мне оценку в журнал.

- Не ставьте! - излишне громко воскликнула я, обратив на себя внимание всей аудитории. - Не ставьте, пожалуйста, я исправлю, - тише добавила я.

Руслан Викторович выгнул бровь. Он с минуту смотрел на меня, явно о чем-то размышляя, а затем отбросил ручку в сторону, вставая с места.

- На следующую пару домашнее не задаю, повторим немного старое, - сказал он студентам. - Все свободны!

Те одобрительно загудели. А я поспешила собраться, глотая подступившие слёзы, и покинуть такую уже ненавистную аудиторию, но Руслан Викторович подхватил меня под локоть, не давая сдвинуться с места.

- А ты останься, если всё ещё хочешь исправить оценку, - шепнул он, склоняясь ко мне. 

Тяжело сглотнув, я кивнула, оставаясь покорно стоять возле преподавательского стола. 

Ноги предательски задрожали, едва удерживая меня на весу. Каким образом мне предстоит исправиться? Какое глупое задание придумает мне преподаватель? И как мне, чёрт возьми, объяснить ему, что я не девушка лёгкого поведения?

Руслан Викторович дождался, пока последний студент покинет аудиторию, и закрыл плотно дверь.

- У тебя это была последняя пара, ведь так? - спросил он, оборачиваясь ко мне и медленной походкой направляясь обратно к столу, возле которого, ссутулившись, стояла я.

Кажется, теперь у меня проблемы не только с английским. 

***
    Комментарий к 3. Первая пара.
    Буду благодарна за "отлов" ошибок, ибо не успеваю толком вычитывать ;) 

========== 4. Один на один. ==========

Я машинально делала мелкие шаги назад до тех пор, пока копчиком не упёрлась в деревянный стол. 

Я его не боялась, но взгляд Руслана Викторовича не сулил ничего хорошего. 

- Да, - ответила я настороженно. 

Он остановился в метре от меня, спрятав руки в карман тёмных брюк и пристально всматриваясь в мои глаза. Кажется, он о чем-то размышлял, его брови периодически сходились, на лбу залегла глубокая складка, а сам он изредка прикусывал губу, привлекая моё внимание к своему рту. 

Краешек белоснежных передних зубов терзал пухловатую нижнюю губу, оставляя небольшую вмятину, которая тут же рассасывалась. Интересно, как он целуется? Мысль, проскочившая в моей голове галопом, заставила меня покраснеть. Глупо, наверно, размышлять об поцелуях, совершенно в них ничего не смысля. 

Ещё глупее, когда это учитель. 

Я отвернула голову к окну, разглядывая студентов, роем выносившихся из колледжа, словно глядя на них сквозь железную решетку моей клетки - аудитории экономических наук. Все куда-то спешат: домой, на другие занятия, работу, но мне предстоит ещё сидеть здесь в закрытом помещении с преподавателем, у которого невесть что на уме. Интересно, что бы на это сказали мои родители?

- Дадите мне листочек? - мой голос прорезал повисшую в воздухе тишину. 

Видимо, своим вопросом я вывела его из прострации. Руслан Викторович встрепенулся, хмурясь, и вновь фокусируя взгляд на мне. 

- Что? - переспросил он, не понимая.

- Мне нужно исправить свою оценку, - напомнила ему я.

- Точно, - он отмер и щёлкнул в воздухе пальцами. - Подготовишь на завтра реферат по упущенной теме. Только не надо вытягивать из Интернета всякую дичь и зубрить её на память.  

Наткнувшись на мой недоуменный взгляд, преподаватель продолжил:

- Можешь подкрепиться презентацией, интересными фактами..., - перечислял он. - Не мне тебя учить, Обломова, - хмыкнул мужчина. 

"Да уж, не Вам так точно!" - подумалось мне.

Так для этого нужно было меня задерживать? Чтобы просто сказать о реферате? Почему нельзя было сразу пояснить и не ломать комедию? Откровенно злясь, я это и спросила, недовольно сложив руки под грудью. Ведь после пар мне ещё нужно идти в музыкальную школу, а перед этим я хотела зайти в своё любимое кафе, чтобы подкрепиться вкуснейшим круасаном с какао, потому что мой желудок начинал потихоньку возмущаться. 

Но учитель просто пожал плечами.

Закинув сумку на плечи и гордо вскинув голову, я собиралась покинуть аудиторию. Но, как только я поравнялась с Русланом Викторовичем, он ловко ухватил меня крепкой рукой за талию, разворачивая обратно.

От неожиданно проскочивших по телу мурашек я поежилась, отступив от него на шаг, как от прокаженного. Что за чертовщина? 

- Не так быстро, Обломова, - ехидно улыбнулся преподаватель.

Он убрал руку, как ни в чём не бывало, и склонился к столу, усердно копошась в своих учительских бумагах.

Я же обхватила себя руками, чувствуя довольно неуютно, находясь один на один в запертой аудитории после пар с этим Русланом Викторовичем. Мало ли, что у него на уме. Вон недавно мама рассказывала, как маньяк под видом учителя пробрался в школу, имея доступ к всем домашним адресам следил за своими жертвами и совершал свои насильственные действия. 

Пока мужчина рыскал в бумагах, я окинула его быстрым оценивающим взглядом. Да нет, вроде на маньяка не похож. Хотя, все они такие. Снаружи красивые, а внутри столько грязи...

- Держи листок, садись и пиши, - он протянул мне чистый лист в клеточку, разворачиваясь.

- Что писать? - переспросила я, неохотно принимая листочек. 

Мой желудок издал едва слышный возмущающийся стон, и мне хотелось повторить вслед за ним. Очевидно, сегодня я останусь без обеда.

- Небольшая самостоятельная работа, - улыбнулся он краешками губ, смотря на меня снизу вверх своими синими глазами. 

Его взгляд это, конечно, нечто: глубокий и пристальный, как сканер, заставляющий чувствовать себя крайне неловко. Под которым я всё время тушуюсь. 

- А реферат? - я подняла на него глаза и да, мне изрядно пришлось задрать голову, потому что мой преподаватель выше меня на целую голову, если не больше. 

Это, наверно, первый в моей жизни раз, когда мне приходится доказывать свою оценку. Не самое приятное чувство, но никуда не деться.

- А реферат напишешь дома. Не потеряй такой шанс показаться во всей красе перед новым преподавателем, - Руслан Викторович подмигнул, и, заметив мои сложенные домиком брови, тепло рассмеялся. У него очень приятный хриплый смех. - Надеюсь, что первое впечатление о тебе было очень обманчивым, - он уселся на свой учительский стул, сдерживая улыбку за плотно сомкнутыми губами. 

Мне от накатившей злости захотелось, как маленькому ребёнку, начать топать ногами. Неужели со стороны я похожа на легкомысленную девушку? Такое мнение обо мне, да и ещё учителя, несомненно обижает. Стоило допустить один бессмысленный казус и всё, статус потаскухи крепится к твоей пятой точке, как банный лист. В каком мире я живу? 

- Руслан Викторович..., - я шумно выдохнула, изрядно уставшая доказывать свою "невиновность", а точнее, невинность. - Я просто испачкалась мелом, когда отвечала у доски. 

Преподаватель всего на мгновение отвлёкся от журнала, кинув в мою сторону беглый недоверчивый взгляд.

- Если это правда мел, то такое ощущение, что тебя буквально тёрли задницей об доску, - на пол тона тише ответил мне он, словно боясь, что здесь кроме нас есть ещё кто-то. 

Моё лицо вмиг стало пунцовым, и мне даже не нужно было смотреть в зеркало, чтобы это понять. Я потупила взгляд в пол, не зная, как ещё оправдаться. Глупая привычка - тереть об себя руки, за которую нужно бить и как можно сильнее. 

- Да ладно тебе, Обломова. Я тоже был молодым и всё понимаю. Садись уже, давай побыстрее закончим, - он опустил глаза обратно в журнал, заполняя пустые строчки. 

Я кивнула, параллельно чувствуя, как отступает краска с лица, и заняла первую парту сразу же напротив кафедры. 

- Неверное местоположение выбрала, - пробормотал преподаватель, усердно выводя ручкой в журнале и даже не глядя на меня. 

Руслан Викторович похлопал по свободному месту рядом с собой, всё так же не поднимая головы. Возле него стоял ещё один стул, но обычно студенты садятся туда в случае семинара, устного ответа или защиты оценки на паре. 

Конечно, от части, я тоже защищаю свою оценку, но находится в такой близости с преподавателем мне не хотелось. Меня смущает пристальное внимание. Его, в том числе.  

Без особого энтузиазма я приземлилась на стульчик рядом с ним, чувствуя, как в нос ударяет древесный аромат мужских духов. Что же, запах приятный, дорогой. Я оценила. 

Мужчина был полностью сосредоточен на своей писанине. Он изредка смешно хмурил брови и бормотал себе что-то под нос. А я тем временем невольно залюбовалась своим новым мучителем. Точнее, учителем. Так близко мне ещё не приходилось его рассматривать. С такого расстояния его татуировка на шее заиграла другими красками, и видя все эти ровные, местами острые линии, я поняла, что это целое искусство - разрисовывание людских тел. Рисунок, аккуратно выведенный на теле умелым мастером, въедается в кожу и становится частью человека, как значимая метка или знак.

Какое же значение она имеет для Руслана Викторовича?

Находясь в такой близости к преподавателю, сидя всего в считанных сантиметрах от него, я словно взглянула на него под другим углом. Острые черты лица сгладились и теперь казались намного мягче. Если бы мы не познакомились с ним раньше, я бы приняла его за серьезного и сдержанного преподавателя.

- Обломова, просверлишь во мне дыру, - вывел меня из раздумий голос Руслана Викторовича. Он выпрямился, откладывая в сторону уже заполненный журнал. 

Я махнула головой, прогоняя остатки совсем ненужных сейчас мыслей. Господи, ну и о чём я только что думала? Я что, серьёзно рассматривала его?

Он повернулся ко мне всем корпусом, деловито закидывая ногу на ногу и сложив руки замком на коленях. 

- Начнём с небольшой разминки, - сказал он. - Приведи определение, что такое амортизация, корпорация и уставной капитал.

Проще простого.

Для решения этого задания мне потребовалось минут пять от силы. Память на определения у меня отличная, да и можно легко объяснить всё своими словами, если что-то понимаешь в экономике. 

Заметив, как шустро я управилась с поставленной задачей, преподаватель довольно хмыкнул. 

- Хорошо, - задумчиво протянул он с интересом поглядывая на меня. - Давай тогда реши парочку задач и свободна.

Руслан Викторович неспешно поднялся со своего места, подходя к доске и выписывая на ней условия. Я же глазами начала жадно "глотать" цифры, выстраивая в голове схему решения. Незамысловатое задание, в котором нужно рассчитать фондоотдачу, фондоемкость, фондовооруженность, коэффициенты экстенсивного, интенсивного и интегрального использования основных средств предприятия. Кучка слов, устрашающих любого недалёкого студента, для меня совсем не были страшны. 

Над задачами пришлось немного посидеть. Не так сложно, как много писанины и вычислений, отнимающих драгоценное время.

Полностью углубившись в суть задачи, весь окружающий мир для меня пропал. Так было всегда: чтобы что-то понять и решить нужно отвлечься от посторонних вещей и сконцентрироваться на главных. Так и сейчас, для меня существуют в этой аудитории лишь цифры и формулы.

В аудитории стояла гробовая тишина, прерываемая шорохом листов, царапаньем ручки и шумным дыханием Руслана Викторовича, сидевшего совсем рядом. Я же метала головой, смотря на доску с белыми цифрами и записывая на листок своё решение задачи.

На миг подняв взгляд от исписанной бумаги, я тряхнула уже изрядно уставшей рукой в воздухе, краем глаза отмечая, как пристально на меня смотрит преподаватель. Он что, всё время так и сидел?

- Справилась? - поинтересовался он.

- Уже заканчиваю, - буркнула я, тушуясь под цепким вниманием мужчины. Глазами я вновь вцепилась в листочек, пытаясь вернуть свои мысли к почти законченной задачке, но они упорно рассеивались обратно. - Почему вы так смотрите? - не выдержала я, садясь полуоборотом к нему. 

Он испустил короткий довольный смешок.

- Я тебя смущаю, Обломова? - самодовольно спросил Руслан Викторович. В его глазах плясали смешинки, хоть сам он пытался держать маску серьезности на лице. 

- Не люблю быть в центре внимания, - ответила я, с трудом дописывая решение. Сконцентрироваться было тяжело. Во-первых, он так и смотрит, словно специально издеваясь надо мной и заставляя внутренности скручиваться в тугой узел, во-вторых, я жутко голодна, в-третьих, изрядно опаздываю на занятия в музыкальную школу. 

- Хорошо, - протянул учитель, медленно поднимаясь с кресла.

Он встал у меня за спиной и принялся стирать доску, за что я была неимоверно ему благодарна. Не люблю, когда за мной наблюдают, потому что тогда у меня, как на зло, всё валится с рук. 

Быстро дописав последние несколько цифр, я отложила листочек в сторону, облегчённо выдохнув. Часы неумолимо подползали к четырём часам, и у меня осталось тридцать минут, чтобы выбраться из колледжа и добраться почти на другой конец города. Какова вероятность, что успею, и есть ли смысл гнаться, как загнанная лошадь? 

- Я могу идти? - спросила я, попутно складывая свои вещи в сумку и поднимаясь с места.

- Конечно, - ответил Руслан Викторович, повторяя мои действия. - Куда-то спешишь, Обломова? - поинтересовался он, заметив мои суетливые действия. 

Собраная сумка уже висела на плече и одной ногой я была в дверях.

- Да, у меня ещё занятия в музыкальной школе, - я начала пятиться к выходу. 

Преподаватель нахмурился и коротко посмотрел на свои наручные часы. 

- В принципе, у меня есть ещё время, так что я могу тебя подвезти, - огорошил меня он, сгребая свою учительскую сумку под бок и, звеня ключами, направляясь к двери. 

Я осталась стоять на месте, совсем неожидавшая такого предложения. 

- Ты идешь? - мужчина обернулся через плечо, вопросительно выгнув бровь. 

- Не стоит, Руслан Викторович, я вполне успеваю сама, - наглая ложь, скрыта за беглой неуверенной улыбкой в этом случае не прокатила. 

Мужчина вмиг преодолел расстояние между нами, пытливо глядя в глаза. Я, на удивление, стойко выдержала, чувствуя, как грохочет сердце в груди от неожиданной близости.

- Ты такая чудная, Обломова, - он задумчиво потёр подбородок, рассматривая моё лицо. - Не могу понять, что с тобой не так? - скорее, этот вопрос он задал сам себе.

Я же не заметила, как машинально сделала несколько мелких шагов назад, остановившись, когда бедро соприкоснулось с деревянной партой. Чудной Вы, Руслан Викторович, а не я. С каждой секундой мне становилось не по себе, с каждым уверенным шагом преподавателя в мою сторону. Я сильнее вжалась в парту, когда расстояние между нами стало минимальным. Надеюсь, он не слышит, как громко стучит моё сердце, потому что я отчётливо слышу его удары. И ничего не могу с собой поделать.

Господи, это же учитель! Меня в два счёта попрут из колледжа, а родители выгонять из дому непутёвую дочь, которая опозорила их почётную семью.

- Что со мной не так? - несмело переспросила я, цепляясь руками за край парты. 

Мужчина коротко усмехнулся, опустив на миг взгляд в пол. 

- Я, кажется, понял, - он поднял свои глаза обратно, закусывая губу. 

Когда его рука потянулась ко мне, я рефлекторно дёрнулась назад, мгновенно почувствовав боль от острого края парты, упирающейся в моё бедро. Наблюдая за его действиями, как загипнотизированная, я не понимала, что на уме в этого взбалмошенного учителя. Ещё уголок моего сознания кричал мне, что я изрядно опаздываю и дома меня ждут строгие пречитания родителей, но сейчас почему-то это было не так важно.

Не так важно, как Руслан Викторович, который стоял совсем близко так, что носки его отполорованных туфель упирались в мои чёрные балетки. 

Не так важно, как наше смешанное дыхание и кружащий голову аромат преподавателя. 

Не так важно, как его рука на моих заплетённых волосах.

Он медленно провёл конечностью по русой косе, мирно лежавшей на моём плече, спустившись к краешку, к самой туго затянутой резинке. 

Я наблюдала, не смея сказать ни слова. Тугой комок в горле не давал этого сделать. 
Мои внутренности сжались, а сердце пропускало удары один за другим. 

Руслан Викторович подцепил указательным пальцем чёрную резинку в волосах, аккуратно стягивая её вниз. Я же тряхнула головой, заставляя косую рассыпаться волнами по плечам и спине. Хотелось бы прочистить ещё таким образом мысли, но это нереальная задача, как оказалось. 

- Тебе больше идёт с распущенными, Эмилия, - выдохнул он. - Не заплетай больше эту уродливую косу, - преподаватель махнул в воздухе резинкой, бросая её в итоге на парту. 

И я выдохнула следом, когда Руслан Викторович отошел на внушительный шаг от меня, таким образом расширяя допуск кислорода в мои лёгкие. 

- Идём, Эмилия. Ты же не хочешь опоздать? - окликнул меня он, будучи возле двери.

Я отмерла, услышав своё имя, но до конца так и не осознавая, что только что сейчас было. Я взглянула на своего преподавателя, словно в поисках ответа, видя, как на его лице расползается довольная улыбка.

Видимо, один из нас всё-таки хорошо понимал, что за чертовщина только что происходила.
    Комментарий к 4. Один на один.
    За "отлов" ошибок, как всегда, буду благодарна, ибо пишу либо ночью, либо на работе, когда толком текст не вычитаешь ;)

========== 5. Светский приём. ==========

    Комментарий к 5. Светский приём.
    Ребят, всех поздравляю с Новым Годом! От всего сердца Вам желаю, чтобы 2019 год был лучше предыдущих. Чтобы этот год принёс всем лишь радость, счастье и обязательно исполнения всех задумок и желаний. Не бойтесь рисковать, не считайте усердно деньги, отпускайте всё плохое. Путешествуйте, развивайтесь, посвящайте больше времени себе и своим близким! И никогда не тратьте нервы на негатив! :)

Огромное спасибо тем, кто читает мои пробы пера! Я ценю каждого из Вас. Спасибо за потраченное время :з 
Я следом за Русланом Викторовичем плелась на парковку, что на заднем дворе колледжа, обхватив себя руками и потупив взгляд под ноги. 

Преподаватель с кем-то негромко разговаривал по телефону, изредка бросая на меня взгляд через плечо, убеждаясь, что я иду сзади. Или что не подслушиваю за ним? Разговор у него, видимо, серьезный, потому что мужчина часто зло поджимал губы и хмурил брови, отвечая человеку по ту сторону лишь односложными холодными словами "Да" и "Нет". 

Он щёлкнул ключами и кивнул головой на тёмную иномарку, таким образом призывая садиться, что я незамедлительно и сделала. В салоне отчётливо пахло Русланом Викторовичем, его дурацкими духами. Я приспустила немного окно, дабы немного проветриться, и чтобы глупые мысли не лезли в голову. 

Раздался звонок теперь уже моего телефона и я, увидев, кто звонит, закатила глаза перед тем, как взять трубку. 

- Да, мама, - вздохнула я, устав её постоянному контролю. 

- Эмилия, ты же помнишь, что у тебя сегодня занятия в музыкальной школе? - спросила она. - Десять минут до начала. Ты на месте?

Мне даже не нужно ставить себе напоминание, не нужно ставить будильник, потому что эти функции исполняет мама, иногда изрядно надоедая своими звонками. 

- Почти, - пискнула я и прежде, чем она начнёт возмущённую тираду, продолжила: - Подъезжаю.

- У тебя занятия разве не пол третьего заканчиваются? Что ты делала полтора часа, что ты только подъезжаешь? - налетела на меня она со своими расспросами. В её голосе уже сквозило недовольство. 

Я оглянулась по сторонам. Преподаватель всё ещё был поглощён телефонным разговором, поэтому время для объяснения родительнице у меня пока есть. 

- Задержалась после пар. У нас новый учитель, и мне пришлось помочь ему из заполнением журнала нашей группы, - надеюсь, моя ложь достаточно убедительно звучит. 

Мама нарочито громко вздохнула.

- Вот учителя пошли сейчас! Студенты помогают заполнять журнал! - возмущалась она. - Вить, ну ты слышал такое или нет? - это она, по всей видимости, обращалась к папе. 

Я ещё раз закатила глаза, краем уха слушая её тираду о том, какая учёба была в их школьное время, как все хорошо учились и какие прилежные учителя у них были. Так каждый раз, когда речь заходит о моей учёбе, у моих родителей словно накатывает ностальгия и они начинают эмоционально выражаться о том, какое сейчас глупое время. 

Я обернулась, посмотрев на своего учителя через затемнённые стёкла автомобиля. Он всё ещё держал телефон возле уха, но его губы были плотно сомкнуты, а склонившаяся голова и расстроенный взгляд говорили о том, что что-то не в порядке. 

Задумчиво нахмурившись, я отвернулась обратно. Почему меня должны волновать чужие проблемы?

- Эмилия, ты меня слушаешь? - где-то вдалеке для меня звучал голос мамы.

- Д-да, - опомнившись, я схватила крепче телефон.

Мой преподаватель тем временем уже завершил разговор и поспешил вернуться в салон. Хорошо, что он вовремя заметил что я разговариваю по телефону и не вздумал ничего ляпнуть, потому что тогда я ох как наслушалась бы от своих родителей. 

- Что я тебе только что говорила? - спросила она, выражая своё недовольство, так как поняла, наверно, что последние её речи я пропустила мимо ушей.

- Чтобы я не опаздывала на ужин? - я сделала осторожную попытку предугадать, что она могла сказать. В принципе, это не так сложно, ведь она, в основном, говорит стандартные фразы, чтобы я не задерживалась после занятий или пришла вовремя вечером.  

Мама хмыкнула.

- А почему я попросила не опаздывать? - она продолжала меня грузить. 

Тем временем Руслан Викторович смиренно сидел, ожидая, пока я закончу разговор. Изредка он хмурил брови, беспардонно прислушиваясь к моему разговору с родительницей, из-за чего я чувствовала себя неловко. Взрослую девушку отчитывает мать и скрупулёзно следит за её времяпровождением. 

- Почему? - эхом повторила я. 

- Папа получил повышение на работе и сегодня к нам в гости придёт его руководитель с семьёй обсудить некоторые рабочие моменты, - выговорилась она. - Опаздывать - дурной тон, поэтому я прошу тебя не задерживаться, а по возможности отпросись на несколько минут раньше, хорошо?

Мой отец работает в одной из крупных финансовых компаний в городе на достаточно солидной должности. Последний месяц он исполнял обязанности финансового директора, пока тот отлёживался на больничной койке после небольшой аварии. Папа часто мне говорил, что моё будущее там, на этой злосчастной компании, моя карьера и даже, возможно, мой муж, так как там одни солидные мужчины со своими сыновьями-мажориками. Он уже всё просчитал за меня: вот я пойду работать вначале секретаршей или простым офис-менеджером, потом выросту к более значащим должностям, потом познакомлюсь с каким-то умным и не бедным молодым человеком, с которым у нас в будущем будет большая крепкая семья. И всё. Хеппи-энд.

Всё, что от меня требуется - целомудренность и учёба на "отлично". А там уж он сам постарается.

Вот только не будет всё так, как хочу я. Будет счастливая картинка, на обратной стороне с гнилью, которая со временем меня сожрёт и превратит в тряпичную безвольную куклу.

Домой вечером идти не хотелось. Как всегда, ничего нового, но сегодня не хочется возвращаться ещё больше.   

Я тяжело вздохнула, "предвкушая" весёлую театральную постановку сегодня за столом, где мои родители будут сначала выхвалять себя и чрезмерно благодарить начальство, существенно к нему подлизываясь, а затем и меня, рассказывая о моих невиданных успехах. А в конце все друг другу лицемерно улыбнутся и разойдутся по домам, перемывая косточки весь остаток вечера.

Но всё, что мне оставалось сделать - согласиться, ибо выбора у меня нет.

- Хорошо, - выдавила из себя я и отключилась.

Данная новость изрядно подпортила мне настроение, но, закончив разговор, я попыталась держать невозмутимую маску на своём лице. Моя жизнь - это сплошная постановка моих родителей, в которой я играю ту роль, что должна. Сыграешь плохо - вылетишь, сыграешь недостаточно хорошо - запилят до опухоли в мозге, сыграешь хорошо - примут, как должное. 

- Что-то случилось, Обломова? - поинтересовался Руслан Викторович, заметив мою озадаченность на лице.

Я коротко поджала губы, сдерживая всё то, что копится у меня в душе уже очень давно. Стоит мне открыть рот и сказать хоть одно слово о том, что происходит у меня внутри - как тут же следом польётся всё, что собиралось ещё со школьных времен: все те затаившиеся обиды, слёзы отчаяния и безысходности...

Но я, как всегда, себя умело сдержала. Новый преподаватель - не тот человек, которому можно плакаться вот так сходу в жилетку. 

Мне вообще плакаться нельзя, будь-то он или кто-то другой.

- Нет, а у Вас? - я задала ему встречный вопрос, ожидая ответа. Скажет правду?

Мужчина совсем не весело усмехнулся, отводя от меня взгляд и заводя наконец автомобиль. 

- Нет, всё отлично, - хмыкнул он.

Руслан Викторович сконцентрировал свой прищуренный взгляд на дороге, а я отвернулась к окну, подперев рукой подбородок. Оба понимали, что сказали друг другу неправду, но продолжали упрямо давиться невысказанными словами, которые застряли посреди горла. Но какой смысл ему жаловаться мне, едва знакомой студентке, на жизнь? Вряд ли я пойму его проблемы, а он мои. Мы - чужие люди, и кроме учёбы нас больше ничего не связывает.

Оставшийся путь мы проделали в полной тишине, если не считать радио, едва уловимо играющее на минимальной громкости, для фона. 

Иногда мне казалось, что Руслан Викторович так и хочет чем-то поделиться. Его рот временами приоткрывался, как-будто он собирался что-то сказать, но затем он шумно втягивал воздух и едва заметно качал головой, словно борясь сам с собой и своими мыслями. 

Не знаю, что у него стряслось, порой, мне хотелось спросить и, возможно, чем-то помочь, но не люблю я лезть людям в душу, да и что я могу предложить в качестве помощи? Лишь свои уши, готовые всё выслушать. Но мужчина едва позволит себе такую слабость перед глупой студенткой. 

Краем глаза я взглянула на свои наручные часы.

На занятия успевала я ровно минута в минуту, но идти на них не хотелось. Как всегда, в принципе. Сегодняшнее занятие ничем не будет отличаться от предыдущих: я смиренно отсижу полтора часа, играя на белоснежных клавишах уже занудливый собачий вальс сначала просто для разминки, а потом уже замусоленные Моцарт и Бетховен пойдут в бой. И нет, я не имею ничего против таких прекрасных композиций, но когда играешь одни и те же через день, они приедаются, а их мелодичность превращается просто в набор незамысловатых написанных черным по белому нот. 

Это не те занятия, которые привязывают людей к музыке и учат видеть в ней прекрасное. Здесь просто учат играть и понимать ноты.

- Спасибо, Руслан Викторович, - буркнула я, намереваясь покинуть салон, когда мы подъехали к музыкальной школе. У меня в запасе есть ровно три минуты чтобы дойти до нужного кабинета. 

- Не за что. Не забудь про реферат, Обломова, - напомнил он. - Не стоит ждать завтра от меня снисходительности!

Как ни странно, сказав это, мужчина тепло улыбнулся, сидя полуоборотом ко мне, почти выскочившей из машины. 

Я на миг замерла, уже успев забыть о глупом задании Руслана Викторовича. Чёрт, вечер будет долгим. 

- Я помню, спасибо, - фальшивую улыбку в ответ я сдержать не могла.

- Обломова! - окликнул меня преподаватель, словно нарочито издеваясь надо мной, зная, что я уже опаздываю. 

Заметив, что я начинаю закипать от злости, он довольно усмехнулся, пряча губы за рукой, якобы прикрывшись при наигранном покашливании. Но смешинки в глазах скрыть тяжело.

- Я тебе говорил, что реферат должен быть написан от руки? - сказав это, он цепко ухватился глазами в моё лицо, предвкушая мою реакцию.

Не нужно было гадать, какая она была. Я чувствовала, как перекосило моё лицо от одной безвинной фразы, которая окончательно похоронила сегодняшний вечер и мой сон. О том, чтобы проигнорировать его указания и напечатать всё на полезнейшем изобретении человечества - принтере, не было и мысли. 

Казалось, что может быть хуже показательного ужина, ненавистных занятий и горы домашнего задания? Если вы думаете, что хуже не будет, очнитесь, всегда есть куда падать ниже. 

Зло поджав губы, я проглотила все матерные слова, вертевшийся на языке. Я несколько секунд смотрела на своего преподавателя испепеляющим взглядом, надеясь, что он просто глупо пошутил, но нет. Он стойко выдержал мой взгляд, приподняв выжидающе бровь.

Наверно, он ожидал, пока чаша терпения переполнится и я выговорюсь ему в лицо. Но я намного терпеливее и сдержаннее, чем он думает. 

Поэтому, я лишь послала в ответ ему слабую приторную улыбку.

- Конечно, Руслан Викторович, - как можно милее выдавила я сквозь зубы. 

Но вот от возможности громко хлопнуть дверью, якобы случайно, я не отказалась.

Кажется, я услышала, как выругался после этого мой новоиспечённый преподаватель, и довольно улыбнулась своей маленькой выходке. 

***

Занятия в музыкальной школе сегодня, на удивление, закончились быстро. Оно и не странно, большую половину времени преподавательницы не было. Она, ссылаясь на плохое самочувствие, часто отходила, и я сидела одна, раз за разом играя выученные на память композиции. 

Играть на фортепиано я любила. Я любила музыку, любила сам инструмент, но не любила такое халатное отношение учителей к своему предмету. 

Музыкалка - это единственное, за что я благодарна своим родителям. За то, что имею хотя бы четыре с половиной часа в неделю для того, чтобы отдохнуть от всего и погрузиться в мир музыки. Правда, в идеале было бы без престарелой преподавательницы, которая застряла ещё в далёких советских временах, и всё время жужжит на ухо о постановке пальцев. 

Домой я добралась быстро, учитывая просьбу мамы. Она уже накрыла на стол и оделась в более парадные вещи, как и отец, который почему-то с укором смотрел на меня, едва я переступила через порог.

- Ещё бы десять минут и могла бы не приходить, - молвил он, уколов меня острым взглядом. 

Порой мне кажется, что он специально ищет причины чтобы выразить недовольство в мою сторону и в очередной раз сказать, какая непутёвая у него дочь, что не может хоть раз сделать так, как требуется. 

- Тише, Вить, - шикнула ему мать, коснувшись его плеча. - Успела ведь, - и коротко улыбнулась мне, на что я в удивлении приподняла бровь. С каких пор она за меня заступается? Я что-то пропустила? - Эмилия, иди переоденься и приведи себя в порядок. Я купила тебе новое платье, положила на кровать в комнате. 

Мои руки невольно сжались в кулаки, а про себя я издала тихий рык. Они ещё намерены одевать меня так, как считают нужным? Интересно, какой же наряд прикупила мне мама? Паранджу? Или что-нибудь попроще? 

- Гости уже на подъезде. Поторопись, - ровным голосом произнёс папа.

Я молча миновала их, направляясь в свою комнату. Теперь даже здесь у меня нет своего уголка, где бы я могла укрыться от всего мира. Меня одевают, как самую настоящую куклу, и дёргают за верёвки в нужный момент. Ещё немного и я перестану чувствовать себя живой. 

На кровати и правда лежало платье. Как и следовало ожидать: скромное, приятного персикового цвета, почти доходившее до колен и с длинным рукавом. Расклешенный низ красиво обрамлен чёрным кружевом, а на талии красовалась декоративная перетяжка с чёрным бантиком. 

Должна признать, что хоть наряд выбирала мама, но он мне понравился. Платье красиво село, как на меня сшито, вот только длину я сделала бы покороче, чтобы не смотреться как дочь верующих на приёме. Но опять-таки руки у меня связаны. 

Особых ритуалов я не проводила. Лишь расчесала волосы и позволила себе слегка подкрасить ресницы и губы бесцветным блеском. Надеюсь, отец меня не убьёт и не заставит идти всё смывать. Кто знает, что ему в голову взбредёт. 
А так хочется почувствовать себя настоящей девушкой: надеть в меру короткую юбку и блузку хоть и с небольшим, но вырезом, накрасить себе стрелки и губы матовой помадой, обуть красивые туфли на устойчивом каблуке, ходить с девчонками на открытие различных бутиков и на вечеринки, знакомиться с мальчиками, в конце концов. Но нет. Все свои молодые годы я просижу усердно над учебниками.

Вышла я из комнаты вместе со звонком в дверь. Родители даже успели поприветствовать гостей. Я же, набрав в лёгкие побольше воздуха, морально настраивала себя на сегодняшний увлекательный вечер. 

- Эмилия, иди к нам! - позвала меня мама, заставив выйти из-за их с папой спин. 

Руководитель моего отца - упитанный лысоватый дяденька небольшого роста, облачен в светлый брючный костюм. Его надменный взгляд и чересчур деловитый вид вызвали у меня рвотный рефлекс. Такое ощущение, что он пришёл на смотрины, где перед ним должны все стелиться. 
Его жена выглядела попроще и более приятно. Худенькая женщина, в бежевом платье длины миди, приветливо улыбалась, от чего её морщины стали более выразительны. Конечно, возраст берёт своё. Она хотя бы не стоит здесь с видом датского короля и ждёт, пока перед ней будут стелить красную дорожку. 

- Проходите, пожалуйста, - мать порхала возле них, как бабочка. Я закатила глаза от такого подлизывания. 

- Руслан! - окликнул ещё кого-то мужчина. От произнесенного имени я неосознанно вздрогнула. - Вы не против, что мы вот так к вам всей делегацией заявились? - хохотнул он.

- Не берите дурного в голову! - ответил ему папа, так же хохотнув.

И тут на пороге явился ещё один представитель этой чудо-семейки. Увидев его, моя челюсть просто отвисла до самого пола, а глаза расширились до невозможных размеров. Я несколько раз проморгала, пытаясь прогнать эту галлюцинацию перед собой, но всё было тщетно. Это что, шутка такая или он перепутал квартиры?

Передо мной стоял мой преподаватель, тот самый Руслан Викторович, со своей фирменной улыбкой на лице и маленьким аккуратным букетиком в руке. Но, заметив меня, стоявшую сбоку от родителей и переминаясь неловко с ноги на ногу, его губы выпрямились в тонкую линию, а лицо исказилось в удивлении.

Судьба продолжает издеваться надо мной.

А ведь впереди ещё вечер, целый долгий вечер...

========== 6. Светский приём - 2. ==========

    Комментарий к 6. Светский приём - 2.
    Как обычно, ПБ включена.
Только не нужно с возмущением тыкать меня носом в ошибки. Я отлично знаю язык и т.д., но вычитывать каждое слово и вычислять каждую запятую у меня нет времени. 
Спасибо! ;)
***

Несколько первых минут после начала всеобщей трапезы за столом нависла гробовая тишина. Родители моего преподавателя, так же как и мои, уплетали приготовленную мамой еду за обе щеки, звеня приборами, изредка отпивая со своих бокалов красное дорогое вино. 

Моя тарелка, в отличии от остальных сидящих, была пуста.

И тарелка Руслана Викторовича тоже.

В воздухе чувствовалось напряжение. За поеданием пищи скрывалось ничто иное, как отличная возможность изучить друг друга взглядом, осторожным, но косым и даже немного надменным, а также сделать первые выводы. И если мой отец со своим боссом был отлично знаком прежде и вёл себя в нашей компании достаточно непринуждённо, то его жена и сын смотрели на нас, как на клоунов в цирке, ожидая дальнейшего представления. 

Всё это время я старалась удерживать в себе спокойствие и не обращать внимания на рентгеновские взгляды гостей и на то, что прямо напротив сидит мой преподаватель и сверлит глазами во мне дыру.

Как минимум, под таким пристальным вниманием кусок в горло не лезет. 

Мне почему-то вспомнился его разговор по пути в машину, то, как он недовольно хмурил брови и всем своим видом показывал, что что-то идет не так, как он хочет и как ему удобно. Был ли это разговор с родителем об предстоящем ужине? Судя по его реакции, он не знал, что собирается на вечернее действо ко мне домой и с моей семьей. 

Папа завёл со своим начальником разговор о работе, и они бросились обсуждать все возможные детали и нюансы.

- Поздравляю, Виктор! Теперь ты официально финансовый директор "Женевы", - по-доброму хохотнул уже поседевший мужчина, хлопнув папу по плечу. 

- Спасибо, Сеня. Ты знаешь, я давно к этому шёл, - ответил отец.

- Ну ты заслужил, за столько-то лет усердной работы и почти что жизни в офисе, - мужчина, извиняясь, посмотрел на маму.

Да, и она и я прекрасно помним, как папа не один раз задерживался на работе допоздна, иногда выходил в свой выходной или приезжал раньше с отпуска потому что "Сеня попросил". Конечно, мы злились, но обе глотали своё недовольство молча, не смея возразить. Я - потому что была слишком мала для этого, да и сейчас мой рот на замке, так как не вправе перечить родителям, мама же понимала, что нужны деньги чтобы жить, не считая каждую копейку, и ставить на ноги своего единственного ребёнка. 

- Кто знает, сколько ещё я ждал бы, если бы Булыкин не попал в аварию, - качнул головой отец.

- Ну-ну, не скажи, - тут же возразил босс, вдоволь наевшись и откинувшись на спинку стула. - Булыкин уже отработал своё, я давно говорил ему, что пора на пенсию, внуков нянчить, но нет, упёртый баран. Его больше не было на работе, чем он был. Не молод человек давно, сердце слабое. Отдых ему нужен был уже. Авария просто слегка ускорила его выход на пенсию. Рано или поздно, должность была бы твоя, - подбадривающе улыбнулся тот.

- Кстати, как он себя чувствует? - встряла в разговор мама своим тонким голоском.

- Говорит, что даже лучше, чем до аварии, - его ответ вызвал за столом короткий смешок. - Будет воспитывать внуков и не испытывать больше судьбу. 

- Ну что же, предлагаю выпить за нашего нового финансового директора! - влезла в разговор жена босса. - Мы теперь сродни семье, - она мимолётом посмотрела на нас с мамой, и хоть внешне она пыталась быть максимально приветливой, глаза её чётко выдавали неприязнь.

Я отвернулась от неё и наткнулась на ещё один взгляд - Руслана Викторовича. Он так пронзительно на меня смотрел, от чего я почувствовала, как по спине пробежало стадо мурашек. Холодные потемневшие омуты напротив напрочь пригвоздили меня к месту. Значит ли повышение моего отца то, что теперь мы с этой семейкой будем едва ли не жить бок о бок? 

Мужчина, не прерывая наш зрительный контакт, взволновано схватил стакан с водой и делал маленькие неспешные глотки. Я же опустила глаза, наблюдая, как дёргается его кадык.

- Был бы Руслан на пару лет моложе, возможно породнились бы совсем, - загадочно проговорил начальник, неоднозначно поглядывая на нас с его сыночком. 

Я вытаращила глаза на говорившего мужчину, чувствуя, как сердце пропустило удар, но затем резко встрепенулась, услышав громкий кашель со стороны своего преподавателя. Бедный, как раз глотнул воды, когда его отец вымолвил эту гнусную фразу. Я, наверное, на месте и удавилась бы. 

Руслан Викторович продолжал откашливаться, стуча себя крепкой рукой по груди. Его глаза уже налились слезами, и сам он рьяно мотал головой в стороны, пытаясь, скорее всего, возразить. Ему, в отличии от меня, это делать позволительно.  

- Не говори ерунды, пап, - всё ещё кряхтя, едва проговорил он. Преподаватель уже достаточно прочистил горло и выпрямился на стуле.

- Почему же сразу ерунда? - тут же ответил ему мужчина, казалось, искренне удивившись. - Хорошо ведь, когда в компании все свои люди. 

Я готова была сквозь землю провалиться. Лицо сразу же стало гореть и мне пришлось склонить голову, чтобы скрыть этот факт волосами. Меня ещё никто и ни с кем не сватал. И, к моему удивлению, родители молчат, не начинают заезженную речь о том, что рано думать о замужестве.

А я на миг воспользовавшись моментом, позволила своему воображению расстелить у меня перед глазами картину нашего счастливого семейства, где я и Руслан Викторович держимся за руки и радостно смеемся, а впереди бегут трое наших детей. Это минутное помутнение мой мозг тут же убрал. Очевидно, к семье я еще не готова. Конечно, не имея за спиной ни малейшего опыта отношений, картина семьи не то что пугает, а скорее всего настораживает. 

Судя по тому, какие убийственные взгляды в меня бросает преподаватель, его данная перспектива не особо радует тоже. И вообще, может у него есть девушка? Но раз его родители завели разговор в такое русло, значит дамы сердца либо нет, либо она дама, но далеко не сердца. 

Затем вновь начался разговор о работе, о предстоящем плане на год и виденье моего отца по поводу финансового плана компании на ближайшие месяцы. Вся эта рабочая рутина меня неимоверно утомила, как и показательный ужин. Хотелось укрыться в своей комнате от всего мира и от глаз Руслана Викторовича. 

- Эмилия, сходи пожалуйста, в магазин, - неожиданно попросила у меня мать, склонившись сбоку от меня. - У нас закончился хлеб, а я ещё горячее даже не подала. 

Данная просьба немного подсобила мне и добавила воздуха в лёгкие. Отличная возможность сбежать из давящего общества, насладиться тишиною и собственным одиночеством меня радовала, как никогда. 

Ни минуты не теряясь, я спохватилась со своего места, желая быстрее убраться, но, как на зло, отцу Руслана нужно было вставить и свои пять копеек:

- Руслан, проводи девушку, - сказал он ему. - Время позднее, как ни как.

Преподаватель недовольно сверкнул глазами в его сторону, но всё же молча повиновался и медленно поднялся с кресла.

Моё внутреннее ликование потухло, и я с кислым выражением лица пошла на выход, особо не замарачиваясь идёт ли следом мой приставленный спутник.

***  

Я не знала, как вести себя в таком случае. Когда твой новый преподаватель оказывается у тебя дома на пороге. Когда он идёт рядом, сопровождая тебя, бросая изучающие взгляды. Когда он слишком предвзято к тебе относится после глупого случая в туалете.

- Не ожидал тебя сегодня увидеть, - уголок губ преподавателя нервно дёрнулся, когда мы были уже на пути к магазину.

- Я вас тоже, - незамедлительно ответила я, хмыкнув. 

Вечер, на удивление, оказался тёплый, не смотря на наступающую осень. Последнее летнее тепло, последние дуновения жаркого ветра. Как раз комфортная погода для вечерних прогулок. Я решила не упускать такую возможность и шагала не спеша, стараясь игнорировать присутствие мужчины.

Но расслабиться в его компании было достаточно трудно, почти невозможно. 

- Так это ты та самая дочь весьма уважаемого сотрудника Обломова? - спросил он. И спросил тоном насмехающимся, но понять, чем это вызвано мне пока трудно. 

- Да, - протянула я, смотря на него с недоуменным прищуром. 

Я надеялась, что мужчина продолжит развивать тему моего отца и его дочери, но он наоборот быстро соскользнул с неё, направив в совершенно иное русло:

- Как прошли занятия в музыкальной школе? - поинтересовался преподаватель, придавая своему голосу более беззаботного оттенка. Он старался выглядеть уравновешенным и спокойным, но со стороны видно, что теряется и чувствует себя неловко. Как и я. 

- Как всегда, - однотонно ответила я, без особого энтузиазма поддерживая этот серый диалог.

Руслан Викторович усмехнулся.

- Что-то ты не особо разговорчивая. 

- Как и всегда, - повторила я, не оборачиваясь и смотря себе под ноги. 

Преподаватель цокнул языком, едва слышно хохоча. 

- Как успехи с рефератом? - спросил он и выбил этим вопросом меня из колеи. 
Я совершенно о нём забыла.

Я на миг затормозила, поднимая глаза на своего преподавателя, который стоял напротив и победно улыбался, словно такой реакции от меня и ожидал. Да ладно, он ведь прекрасно знает, что я даже за него и не садилась. К чему этот цирк? 

Очевидно, последнее я не нарочито произнесла в слух, от чего прикрыла рот ладошкой. Слишком резкий ответ получился, как для студентки. 

Но Руслан Викторович не выглядел злым, скорее всего, наоборот, довольным.

- Уже лучше, Обломова, - потешно сказал он и продолжил путь, оставляя меня у себя за спиной.

Я нахмурилась.

- О чём это вы?

Он на миг скосил на меня глаза.

- О том, что очень смешно на тебя смотреть, когда ты надуваешься, как пузырь и рьяно держишь язык за зубами, потому что сказать ничего не можешь или просто боишься.

Мужчина огорошил меня своим ответом и я вновь слегка притормозила, смотря в его широкую спину. Сейчас он не выглядел как мой преподаватель. Скорее всего, как друг или просто знакомый, дающий напутствие неотёсанной мне. И такой он мне нравился больше: без строгой белой рубашки и выглаженных брюк, и без своего преподавательского тона. 

- А как я по вашему должна разговаривать со своим преподавателем? - искренне удивилась я. - Мне не хочется получить выговор в колледже за неуважение и грубые выражения к членам преподавательского состава. 

Руслан Викторович скривился так, словно съел целый лимон и легко махнул в воздухе рукой.

- Давай хоть за стенами колледжа обойдемся без этих заумных словечек, во-первых, - он вздохнул. - А во-вторых, я "за" то, чтобы человек выражал своё мнение, не сдерживая эмоций.

- Даже если эти эмоции не самые положительные? - вторила я.

- Да.

- И даже если ведут за собой бесконечный поток мата со рта человека?

Мужчина замолчал и задумчиво потер подбородок пальцами.

- Нежелательно, конечно, но если ему станет легче, то да, - незамедлительно ответил он. - А ты что, может, хочешь выговориться? 

Я резко сложила руки на груди, словно защищаясь.

- Нет, - мои губы на секунду поджались, возмущаясь. - Руслан Викторович...

- Руслан, - резко перебил меня он. - Я ещё не настолько стар.

Я согласно кивнула.

- А почему у вас..., - после очередной поправки "у тебя" я продолжила: - у тебя отчество Викторович, если отца зовут Арсений? 

Мужчина улыбнулся, но совсем не весело. Эта улыбка была настолько вымучена и пропитана неизвестной мне болью, что я пожалела о своём вопросе тут же. Не люблю причинять боль другим людям, даже своим, как мне казалось, безобидным любопытством. 

- Эмилия, ты же уже взрослая девочка, - он добродушно щёлкнул меня по носу. - Думал, ты сама догадаешься, что Арсений не мой родной отец. Мы ведь даже не похожи.

Если бы целый вечер не сидела с опущенной до низу головой, то, может, и не заметила бы между ними сходства и не задавала бы глупых вопросов. 
Мне стало жутко неудобно и я поникла, устремляя взгляд обратно под ноги. Естественно, я бы с удовольствием развесила уши и послушала бы его историю об отце, но если бы он хотел, то рассказал бы сам. Излишний интерес с моей стороны ни к чему.

Дальнейший путь мы продолжили в тишине, погружаясь каждый в свои мысли.

***

За что я не люблю осень, так это за быструю смену погоды. Вечером идёшь наслаждаясь теплым воздухом, но уже буквально через полчаса ты выходишь и ощущаешь на себе осеннюю прохладу.

Поэтому, когда обратно мы с Русланом Викторовичем шагали домой, я знатно замёрзла и обхватила себя руками, дабы хоть как-то согреться. Платье совершенно не грело, а к дому идти ещё минут десять. 

Этот факт не долго оставался вне поля зрения мужчины и уже через минуту на мои плечи опустился теплый пиджак преподавателя. 

Я широкими глазами посмотрела на него, удивлена такому жесту. Сам ведь он остался в совсем тонкой серой кофте.

- Вам же холодно, - произнесла я, намерена вернуть вещь хозяину.

- Укутайся сильнее в пиджак, Обломова, иначе мне придётся собирать твои зубы по асфальту, - он подмигнул мне. - Кажется, я слышу как они стучат. 

Больше препираться я не стала, и прижала теплую вещь ближе к телу. Запах одеколона преподавателя тут же ударил мне в нос, и я с наслаждением вдохнула его глубже, отмечая лёгкое головокружение. Осталось ещё дождаться бабочек в животе и тогда дело будет совсем плохо. Хотя, о чём это я? Он мой преподаватель и к тому же мне не нравится ни капли. Ну или может самую малость?...

- Спасибо, - выдавила из себя я. - Можно вопрос? 

Руслан посмотрел на меня с насмешкой, вопросительно вскинув брови.

- Почему ты работаешь в колледже, если у тебя есть отличная перспектива в компании отца? - осмелилась задать вопрос я, который волновал меня ещё с самого начала вечера. 

Лицо мужчины вдруг посуровело, как никогда, и он устранил свой взгляд прямо перед собой. Я видела, как заходили желваки на его лице и поняла, что влезла на чужую территорию. Хотелось откусить себе язык, но всё, что я сделала притихла и плотно сомкнула губы.

- Как я тебе уже говорил, он не мой отец, - начал преподаватель. Видно было, что он усердно подбирает слова прежде чем выразиться. - У нас с ним достаточно трудные отношения. 

В голове вертелось ещё уйма вопросов, которые так и норовили слететь с моих уст, но всё, что я позволила себе сказать это скудное "понятно". Не моё дело и не моя жизнь. 

- В компании я появляюсь только в случае важных собраний или презентаций, - неожиданно для меня он продолжил. - Как ни как, мой родной отец был там не последним человеком, да и я сам имею хоть и косвенное, но всё-таки отношение к "Женеве".

Я промычала что-то нечленораздельное в ответ, будучи поражена такой открытости мужчины. Откровений от него я уж точно не ожидала в этот вечер. 

- Ну а так как свободного времени у меня много, я решил, что нечего моему диплому пылиться и пошел в колледж, - более весело добавил он. - Как я справляюсь со своими обязанностями, Обломова? - на его лице вновь красовалась слабая улыбка. 

Я скосила на него глаза, не сдержав ответной улыбки. Всё-таки этот вечер явно поменял моё отношение к Руслану и в лучшую сторону. Ещё сегодня утром он казался мне несносным чурбаном и невоспитанным мужланом, а сейчас я понимаю, насколько приятно с ним разговаривать в непринуждённой обстановке, гуляя по вечернему городу в полной тишине улиц. 

- Пока слабовато, - рискнула бросить ему я, пряча улыбку за тёмной тканью пиджака. - У меня вы бы не прошли даже собеседование, не то что бы переквалификацию, - и смело ускорила шаг, хохоча себе под нос.

- Что-что? - переспросил он, не ожидая от меня такого ответа. На его губах играла добрая улыбка. - Обломова, не забывай, что тебе завтра сдавать мне реферат, - напомнил учитель, пытаясь мне пригрозить. - И я ещё не проверял твою самостоятельную работу, - он помахал в воздухе указательным пальцем. 

- Намерено занизите мне оценки? - поинтересовалась я, прикусив слегка губу чтобы не рассмеяться. Сейчас он вообще не походил на преподавателя и всерьез его слова воспринимать было трудно. - Это же так не педагогично! - воскликнула я.

Руслан открыто рассмеялся, запрокидывая голову.

- Ты такая чудная, Обломова, - по-доброму сказал он. Кажется, я слышу это второй раз за день.

Я обернулась к нему лицом, продолжая свой путь спиной вперёд.

- У меня между прочем имя есть, - немного обидчиво бросила я. И вправду, за последний день я слышала свою фамилию гораздо больше, чем за весь год в целом. 

Мужчина немного сократил между нами расстояние, наступая как хищник.
Мы оба не заметили, как обычный разговор постепенно превращался в лёгкий флирт с обеих сторон. 

- Я знаю, - на пол тона ниже ответил преподаватель, смотря мне прямо в глаза. - И очень красивое.

- Так может вы будете использовать его, когда обращаетесь ко мне? - в тон ему проговорила я, ни на секунду не отрывая от него взгляд. В вечерней темноте его глаза загадочно блестели.

- Может и буду, - протянул он. - А может и нет. 

Несколько секунд наш зрительный контакт успешно продолжался и ровно до тех пор, пока я, всё ещё идя спиной вперёд, не оступилась и едва не подвернула ногу. Я негромко вскрикнула, мысленно успевая приготовиться к славному падению на копчик. Но, закрывая глаза, я почувствовала, как теплые крепкие руки подхватывают меня за талию и притягивают плотно к себе.

Первое время я стояла даже не дыша. Моё сердце просто вылетало из груди, а тело пробила лёгкая дрожь. Я находилась в кольце рук Руслана Викторовича и боялась открыть глаза. Чёрт, так опозориться перед ним ещё не хватало. Наверняка, он сейчас смотрит на меня насмехающимся взглядом.

- Эмилия, ты можешь открыть глаза и начать спокойно дышать, - как я и думала, насмешливо прошептал мне на ухо мужчина.

От неожиданности я вздрогнула. Теплое дыхание и резкая близость преподавателя вызвали по коже предательский табун мурашек.

Прежде, чем встретиться с ним взглядом я тяжело сглотнула, пытаясь успокоить своё неуравновешенно бьющейся сердце. 

Не смотря на то, что я уже достаточно крепко стояла на своих двух, он продолжал  держать меня за талию. Наши тела плотно прилегали друг к другу. Видимо, мужчина на автомате прижал меня к себе, когда я едва не поцеловала асфальт. И сейчас, упираясь двумя руками в его крепкую грудь, я почувствовала, как густо краснею. Сердце мужчины под моей правой рукой, на удивление, стучало достаточно равномерно и спокойно в отличии от моего. 

Он аккуратно отнял одну руку и откинул с моего лица волосы, костяшками пальцев зацепив нежную кожу щеки. Такое невесомое и лёгкое прикосновение, необычайно приятное заставило трепетать меня ещё сильнее. Я даже на миг забыла, где я и с кем стою в обнимку. 

Лицо преподавателя медленно начало склоняться всё ближе и ближе, его глаза значительно потемнели и устремились на мои пересохшие губы, которые я рефлекторно облизала.

И когда между нашими лицами остались считанные миллиметры, я вдруг ощутила, как сильно скрутило мой живот от предвкушения сладкого поцелуя из запретным плодом. 

Кажется, внутри у меня начали зарождаться такие нежданные бабочки...

========== 7. Неловкая ситуация. ==========

    Комментарий к 7. Неловкая ситуация.
    ПБ включена! Заранее спасибо.
Не стоит в грубой форме тыкать мне на мои ошибки. Могу и укусить :)
Русский никогда не учила. Он даже не мой родной язык. Прошу отнестись с пониманием. 
Мне всегда казалось, что быть не целованной в своих-то восемнадцать лет - глупо и постыдно. Подслушивая краем уха разговоры в шумных студенческих коридорах о том, как мои сокурсники вылизывают друг другу рот на переменах за углом, в кромешных уголочках души зарождался маленький клубок зависти. 

В мою же сторону парни смотрят лишь в том случае, когда нужна помощь с каким-то предметом, ведь все знают, что Обломова - ходячая энциклопедия, хоть и это не совсем так. То, что я зубрю многие предметы наизусть не означает, что я в них отлично разбираюсь. Я также не хожу на вечеринки с группой и не праздную день студента. О том, чтобы пойти после пар даже банально съесть кусок пиццы и запить кока-колой, не может быть и речи. 

"Кроме того, что это вредно, ты бесполезно проведёшь час своей жизни" - вторит мне мама на мои заявления пойти развеяться.

И как ей объяснить, что раз на указ съеденная пицца не испортит мне желудок, а часик-второй пустой болтовни, наоборот, поможет снять напряжение и отвлечься хоть ненамного от каждодневной рутины?

Цветы мне вообще дарили последний раз в классе девятом, когда на восьмое марта парни поздравляли девушек с праздником после уроков. И то, это был слегка уставший от этой жизни красненький тюльпан. Как я сейчас, в свои восемнадцать.

Ещё на первом курсе, в начале учёбы, когда никто не знал кто есть кто, местный спортсмен и ранее упомянутый Коновалов пытался со мной "сдружиться". И я была вовсе не против, ведь шестнадцать - это в большинстве случаев тот период, когда почти все твои одногодки проживают первую любовь и первые неумелые поцелуи, время, когда начинают бурлить гормоны. Да и сам парень мне казался довольно-таки симпатичным и приятным, не то что сейчас. Но я, выдрессированный родительскими указаниями и угрозами тёмного будущего солдат, упорно делала вид, что моя любовь - учебники и всё, что с ними связано.

Опыта каких-либо отношений с противоположным полом у меня не было. Я не знала как себя вести, что говорить, а что нет. Я не умела даже целоваться. 
И сейчас, стоя перед Русланом Викторовичем, меня терзают неописуемые ощущения. Нутро трепещет, в голове туман, а ноги едва держат моё тело на весу. Я уже закрыла глаза, следуя действиям мужчины и поддаваясь чуть вперёд, чувствуя его теплое дыхание у себя на губах, и как последние слегка приоткрываются, словно приглашая и выдавая своё согласие. Наши лбы соприкасались, а мои руки сами по себе почти невесомо и робко поползли по плечам преподавателя вверх, в то время как он ухватил крепкими руками меня за талию, просовывая их под свой же пиджак. 

Между нашими губами оставался буквально миллиметр и я приготовилась к их соитию, дрожа всем телом от томного предвкушения, но этот сказочный момент внезапно прервала громкая трель, исходящая от моего телефона в сумочке. Как гром среди ясного неба.

Я, словно ужаленная, отскочила от Руслана, толкнув его при этом рукой. Мои глаза ошарашено бегали по невозмутимому лицу преподавателя так, будто я только что едва не совершила что-то криминальное и непоправимое.

От части, так оно и есть. 

Моё дыхание сбилось и сейчас я дышала как загнанная лошадь, бежавшая сотни километров без малейшей передышки. 

Маленькими шажками в моё сознание пробиралась мысль о том, что мы едва не совершили и от этого мне легче не становилось. Скорее наоборот, угнетало и повышало напряжение которое и так, существовало раньше между нами. 

Он смотрел неотрывно. Изучая? Наблюдая за моей реакцией, за моим покрасневшим от ужаса и от смущения лицом. Казалось, его не заботило это так, как меня.

Впопыхах, дрожащими руками я достала всё ещё звенящий телефон из сумочки. Это была мама. И я, если честно, не могла пока окончательно понять рада ли я её звонку или нет. 

- Да, мам, - ответила я, стараясь говорить спокойно и ровно, не смотря на то, что внутри всю просто колошматит. 

- Эмилия, долго ещё вас ждать? - начала она недовольным голосом. - В магазин идти максимум десять минут, а вы пропали уже на полчаса! - мама старалась говорить не слишком громко, видимо, прячась где-то на кухне. 

Я посмотрела на Руслана Викторовича излишне осуждающе, хоть и понимая что толика моей вины в сложившейся ситуации всё-таки есть. Мужчина же продолжал прожигать меня своими потемневшими глазами, от чего мне захотелось как маленькой девочке тут же убежать и укрыться в своей комнате.

- Мы уже возле подъезда, - немного приврала я, сжимая телефон. - Сейчас будем, - и отключилась, чувствуя, что нахожусь на пике эмоций и могу не сдержаться, о чём горько пожалею. 

Первый вопрос, закрутившийся в моей голове назойливой мухой "Как себя вести?". Как вести себя с мужчиной, с которым едва не поцеловалась, если он твой преподаватель? От чего-то на миг стало смешно, но секундный смешок сменился неприятным послевкусием несостоявшегося поцелуя.

- Нас уже ждут, - сумела выдавить из себя я, делая вид что усердно рассматриваю свои новые туфли. Встречаться с напористыми глазами теперь моего личного Дьявола не хотелось. Как мне теперь посещать его пары? Что если он решит, что я глупая студентка, которая влюбилась в своего преподавателя?

Я резко развернулась, направившись в сторону дома, но Руслан мигом ухватил меня за руку, разворачивая обратно. Достаточно сильно и требовательно. Его лицо больше не выглядело безмятежным, скорее всего наоборот, чересчур серьезно и пугающе.

- Эмилия, не принимай близко к сердцу. Не знаю что на меня нашло, - как в лучших мыльных драмах сказал мне он. - Наверно, слишком много выпил вина.

От этой глупой отмашки мне захотелось рассмеяться в голос. Много выпил вина? Для здорового высокого парня бокал вина достаточно, чтобы затуманить рассудок? В это поверит разве что пятнадцатилетний подросток-девочка, но никак не я. Что скрывалось за его действиями мне непонятно, но факт остается фактом: за один вечер я успела осознать что чувствую влечение к человеку, и в этот же вечер разочароваться в нем. Хотя, мы оба переступили за черту, если судить по справедливости. 

- Руслан Викторович, давайте просто вернёмся обратно? - отмахнулась от неприятно разговора я. Зачем разводить сопли на пустом месте? Ничего не случилось, а то, что немного позажимались в тёмной подворотне, думаю, можно списать на располагающий к романтике осенний вечер и слегка подвыпившее состояние обоих. - Не стоит разводить драму. Мы же взрослые люди, - я выдавила из себя слабую улыбку.

В ответ он улыбнулся тоже, хоть и вымучено. 

***

Гости разошлись поздно вечером, так как наши отцы чересчур увлеклись разговором о компании, плавно под алкоголь переходя на личные проблемы каждого и геройствуя, что в случае чего решат всё в два счёта, ведь есть связи и остальное... Кто бы из них решил мне мой ещё даже не начатый реферат сделать.

Ночь предстоит без сна. Слишком много заданий и... слишком много мыслей о Руслане Викторовиче. Его образ наглухо засел в моём подсознании, всплывая каждый раз, когда я пытаюсь сосредоточиться на написании вступления к реферату. 

Господи, мы ведь почти поцеловались! Я и учитель, которого знаю всего-то день-два и которому едва ли не отдала свой первый поцелуй. "Позорище, позорище, позорище..." - подсознание резко заговорило строгим папиным голосом, повторяя, как мантру, одно и то же. Ещё и выступать завтра с рефератом перед ним, чувствовать на себе прожигающий взгляд тёмных глаз и вспоминать сегодняшний вечер. За что мне такое наказание на последнем курсе?

Я резко крутанулась на кресле, понимая, что не могу заниматься заданием, не прочистив мысли, но мои глаза тут же устремились на тёмную вещь, небрежно брошенную на застеленную кровать. Пиджак Руслана Викторовича. И это значит, что завтра либо перед парой, либо после мне нужно будет столкнуться с ним нос к носу, чтобы не распалять лишний раз любопытство студентов и не давать повод для лишних слухов. 

Что за нечистая сила притянула нас в тот момент друг к другу? Безусловно, преподаватель красив собой и симпатизирует многим девушкам, в том числе и мне. Но так бездумно бросаться в омут с головой не стоит. Да и сколько здесь осталось дотянуть к концу учебного года? Даже не год, всего-то восемь-девять месяцев по три-четыре пары в неделю. А возможно, он и вовсе недоработает до того времени и найдёт себе более перспективную работу. 

Я знала точно одно: влюбляться в своего преподавателя не стоит. Даже если он дьявольски красив. И даже если чертовски манит к себе.

***

Утро наступило неожиданно быстро. Проснулась я не от громкой трели будильника, и не от криков матери и стуков в дверь, а от того, что у меня затекло всё тело. Оно и неудивительно, так как оказалось, что уснула я прямиком за столом, удобно разместившись на готовом и теперь уже слегка помятом реферате. 

Чувствовала я себе изрядно истощённой и где взять силы на предстоящий день - не понимала. 

Чашка кофе, любезно приготовленная мамой, немного отрезвила разум и привела в чувства, но не настолько, чтобы ясно мыслить. Кажется, мне нужно выпить таких минимум три, но это будет явный перебор для моего молодого организма. Аппетита не было, но несколько кусочков яичницы всё же пришлось в себя забросить под строгим контролирующим взглядом отца. 

- Эмилия, ты плохо выглядишь. Заболела? - спросил он. - Как себя чувствуешь?

Мама тоже осмотрела меня, хмыкнув в подтверждение слов папы.

- Не выспалась. Много задали на сегодня, - коротко ответила я.

И ведь могла соврать о плохом самочувствии и пропустить один день занятий. Благо, когда речь заходит о здоровье мои родители в первую очередь думают о нём нежели об "н" в журнале и упущенных знаниях. Но нет же. Да и какой смысл? Один день меня не спасёт от реферата, как и не спасёт от Руслана Викторовича.

- Нам с матерью, возможно, нужно будет улететь на несколько дней заграницу, - заговорил отец, тщательно пережёвывая еду. - Надеюсь, мы можем рассчитывать на тебя, оставляя квартиру? Или лучше попросить тётю Нину, чтобы приехала пожила в это время с тобой?

Его вопрос, поставленный так, чтобы уколоть меня на счёт ответственности не произвел того эффекта, который должен был. Я сейчас не в состоянии оправдываться и доказывать своё благородие и абсолютно чистые помысли в который раз.

- Я справлюсь сама, - безэмоционально ответила я.

- Нам предстоит провести важные переговоры с партнёрами в Англии, поэтому мы вынуждены отъехать, - словно оправдываясь, вмешалась мать. 

"Важные переговоры". Поедет ли Руслан Викторович? Обязательно ли его присутствие в данном случае? Язык ужасно чесался задать все эти вопросы, но это слишком опасно. Слишком опасный интерес с моей стороны. Но нет, как же он бросит занятия в колледже? Ведь только-вот устроился.

А вообще, почему я переживаю по этому поводу? Кто он мне такой?
И почему, чёрт возьми, так прочно засел в мою голову?

***

Экономика была последней парой на сегодня. Как обычно, сладкое напоследок. Я стояла под аудиторией, переминаясь с ноги на ногу, открыто нервничая и крепко прижимая к груди синюю папку с выстраданным мной рефератом и маленькой флешкой с презентацией. Нервничала, потому что не знала, как будет вести себя Руслан Викторович. Между группами прошёлся слушок, что преподаватель сегодня не в лучшем расположении духа и этот факт окончательно растеребил мои нервы. 

Я пыталась отвлечь себя мыслями о предстоящем моём выступлении, повторяла выученный материал, но каждый раз возвращалась к нему. На переменах мы не пересекались и на улице тоже. Вчера весь вечер упорно делали вид, что не замечаем друг друга, хотя и украдкой бросали короткие взгляды. Детский сад. 

Мне срочно нужно взять себя в руки и забыть всё, что происходило. Ничего не было и никогда больше не будет. 

- Эмка! - позвал меня мужской голос, выводя из своих глубоких мыслей. 

Я пропустила мимо ушей назойливое сокращение имени, которое использует только один человек во всём колледже. 

Коновалов. 

Я повернулась к нему, вопросительно выгнув бровь.

- Прости! - он состроил щенячьи глаза, аккуратно протягивая мне тетрадь с цветочками. - Я немного подставил тебя с конспектом, - и опустил голову. 

Знал бы ты, Веня, как не до тебя сейчас...

- Ничего страшного, - я поджала губы. - Он особо меня и не спас бы. 

- И всё равно прости, - продолжал гнуть своё парень. - Как я могу искупить свою вину?

Вот чёрт, только этого не хватало. 

- Не надо ничего искупать, Коновалов. Не мешай, я готовлюсь к паре. Если ты не забыл, сегодня почти всё занятие я буду выступать, - я кольнула его достаточно острым взглядом и сразу же немного пожалела. Получилось слишком грубо.

- Та не, ну как-то неудобно всё равно, - никак не мог успокоиться он. - Может, после пар по мороженому? - он почесал себе затылок, выглядя крайне нелепо со своими неряшливыми попытками позвать меня куда-нибудь. Что это? Простая благодарность или что-то большее?

Ответить я не успела, так как мимо нас ураганом пронесся Руслан Викторович, едва не цепляя меня своим плечом, всего на миг останавливаясь рядом.

- На твоём месте, Коновалов, я бы готовился к паре, а не подкатывал свои шары к девушкам, - достаточно грубо выразился он, чем удивил Веню и меня. Я выпучила на преподавателя глаза, совсем не узнавая в нём вчерашнего человека. Как быстро изменился, всего за одну ночь. - Тебя спрошу первым, - он коротко ткнул в него пальцем, мазнул по мне небрежным взглядом и помчался в аудиторию с нашим журналом подмышкой.

Следом за этим прозвучал удручающий звонок на пару. 

========== 8. Разбор полётов. ==========

В аудитории стояла гробовая тишина, и я впервые вижу, как моя группа сидит "тише воды, ниже травы", боясь лишний раз шелохнуться. Даже заядлые прогульщики, сидящие там, на галёрке, опустили головы, едва шевелясь и дыша через раз. Что уж говорить об обычных прилежных учащихся, которые вмиг побледнели, узрев грозное выражение лица Руслана Викторовича. 

Я тоже сидела как мышь и лишний раз старалась не пересекаться взглядом с последним. Это было несложно, так как он потупил глаза в открытый журнал и проигнорировал уже три вопроса от смельчака Коновалова, который на свой страх и риск спросил будем ли мы начинать пару и какая сегодняшняя тема.
И я не знала, хотела ли я его прибить или погладить по головке за эти вопросы, прогремевшие его грубым голосом на всю аудиторию, потому что кто как не я должен дрожать как осиновый лист перед своим звёздным часом.

Но маленькая надежда на то, что мне повезёт, всё же была. Выйти отвечать сейчас - сродни казни. Преподаватель разнесёт меня в пух и прах при таком настроении, а мне вполне достаточно проблем с английским.

Яркая синяя папка лежала передо мной и я смотрела сквозь неё, проворачивая в голове весь заученный материал, скрестив пальцы на руках и ногах.

- Антонова! - вдруг рявкнул Руслан Викторович, подняв злой взгляд на студентов. 

Аудитория отозвалась в ответ тишиной. Все напряжённо переглянулись между собой, и, кажется, обоюдно решили, кто сегодня если что попадёт под расстрел. 

- Её сегодня нет, - ответил Коновалов.

Преподаватель недовольно сверкнул глазами, поджав губы. Он с громким хлопком закрыл журнал откинув его на стол.

- Кто заместитель старосты? - таким же тоном спросил он.

Антонова - староста нашей группы, и насколько я поняла по слухам, заболела не на шутку. Зама назначить не успели, да и, честно говоря, этим вопросом ещё никто и не думал заниматься. Что и подлило масла в огонь на данный момент.

Все стрельнули глазами в Коновалова, мол, чтобы тот отвечал. Веня одарил однокурсников уничтожающим взглядом.

- Заместителя тоже нет, - уже притихшим голосом ответил парень.

Мужчина тяжело вздохнул, прикрыв ненадолго глаза. 

- Обломова! - выкрикнул неожиданно преподаватель.

От резкого и слишком обозлённого голоса Руслана Викторовича я вздрогнула, осторожно поднимая на него свой затравленный взгляд.

- Иди заполни журнал и готовься к своему выступлению, - пробасил он, коротко указывая мне на место рядом с собой.

Я оглянулась по сторонам, натыкаясь на сочувствующие и поддерживающие взгляды моих однокурсников. Веня пожал плечами в извинительном жесте, мол, сделал всё что мог.

Тяжело вздохнув, я подняла с парты свою заранее подготовленную папку и обхватила её крепко, вцепившись, как в спасательный круг.

Пока я сидела за преподавательским столом и дрожащей рукой заполняла строчки в журнале, Руслан Викторович принялся неожиданно для всех опрашивать студентов чисто рандомным способом. Вопросы были несложные, но в такой напряжённой обстановке даже вундеркинд не всегда сможет сориентироваться и ответить верно, ибо преподаватель никогда не наблюдался перед этим в таком озлобленном состоянии, и как с ним себя вести и что ожидать от него - совсем неизвестно. 

Тем не менее, не смотря на своё плохое настроение, "двойки" он не ставил, а просто недовольно мотал головой и цокал языком. Под расстрел попали в итоге все, кроме меня. Я обречённо ждала своей очереди. Меня оставили "на десерт".

- Да-а, не думал, что всё настолько запущено, - протянул он. - Чем же вы занимались два года на парах по экономике? 

Елена Михайловна была женщиной умной, немного старше Руслана Викторовича, но тем не менее, пыталась быть с нами на одной волне. Она никогда не делала каких-то внезапных срезов знаний, за исключением тех случаев, когда это требовала программа или комиссия. Всегда шла на уступки и с ней легко было найти компромисс. К её парам относились без какого-либо напряжения, но и не пренебрегали. И если требовалось выучить пару определений чтобы получить хотя бы "три", это все незамедлительно делали, чтобы не подставлять ни себя, ни преподавателя. 

Руслан Викторович, в отличии от неё, пытался сделать умников из всех нас.

- Елена Михайловна никогда нас вот так не опрашивала на паре, - ответил "голос народа" Веня.

- В этом и вся проблема, - хмыкнул тот. - Слишком много поблажек вам было дано. 

Я тем временем закончила с заполнением журнала и отложила его в сторону, наблюдая за острым профилем мужчины. Когда он говорил, дракон на его шее возмущённо дёргался, как бы поддакивая ему, и я вновь неосознанно засмотрелась на него. Как глупая девчушка сидела с приоткрытым ртом, совершенно не слушая, что он ещё говорит. Лишь наблюдая за ним сбоку, как он втирает малахольным студентам об учёбе, при этом размахивая одной рукой, как шевелятся его губы и, чувствуя, как вместе с этим учащается моё сердцебиение.

Я засмотрелась так сильно, что вначале даже не поняла, что он уже стоит передо мной, смотрит в глаза и что-то говорит. Словно далёкое эхо звучал его голос, зовя меня по имени. Потом всё чётче. Чётче. И совсем громко, от чего я слегка встрепенулась и выпрямилась на стуле.

- Обломова, что с тобой? - спросил он, смотря на меня насмехающимся взглядом. - Плохо спала?

Я мгновенно отвела свои глаза в сторону, чувствуя, как густо краснею. 

- Нет, - пробубнила я, потупив глаза в пол.

Руслан хмыкнул и кивнул на место возле зелёной доски.

- Тогда вперёд, - сказал он с лёгкой предвкушающей улыбкой на губах. - Твой черёд, Эмилия.

В конце он моё имя нарочито протянул, смакуя каждую букву, и это заставило меня поднять на него расширенные от удивления глаза. Я так и застыла на месте, ведь услышать моё имя из уст преподавателя - это редкость. 

- Давай-давай, - поторопил он меня. - Время не резиновое. 

Я опомнилась, вставила во включенный ноутбук флешку, загружая подготовленную и такую выстраданную мной презентацию. Руки немного дрожали, но я усиленно пыталась успокоиться и не упасть лицом в грязь. Ну и что, что он смотрит на меня едва не в упор, ну и что, что его взгляд заставляет мурашки бегать по моей коже и раз за разом вспоминать вчерашний вечер.

Моё выступление длилось минут двадцать. Я могла бы и дольше, но, видя скучающие лица студентов, не было мотивации разглагольствовать и разжёвывать всё по полкам. Толку, если никто не слушает? Ну, за исключением Яковлева и ещё парочки девушек, стремящихся к красному диплому. 

К счастью, я ни разу не запнулась и не забылась. Самое сложное - первая минута, а дальше адаптируешься и изолируешь себя от других раздражающих факторов, сфокусировавшись на том, что нужно. Я листала слайды, включала короткие информационные видео, что-то рассказывала сама. Приводила несколько примеров (как советовал Руслан Викторович), нашла как можно больше интересных фактов. Короче, ночь моя пропала не зря, как я считаю, и выложилась я на все сто.

Закончила я когда половина учащихся уже вовсю дремали, и подвела небольшой итог. С моих уст вырвался облегчённый вздох, а с плеч свалилась гора груза. 

Первое время преподаватель задумчиво чесал подбородок, устремив взгляд в окно, за которым сходились серые тучи. Будет дождь. В аудитории, как в самом начале, царила тишина. 

Я не понимала почему он молчит и коротко взглянула на Семёна. Почему-то в такие моменты я искала поддержку у него. Он бодро улыбнулся и взмахнул двумя кулаками в воздухе в победном жесте так, чтобы увидела только я. Я послала ему ответную благодарную улыбку.

- Неплохо, Обломова, - неожиданно прорезал тишину голос Руслана. 

Он наконец повернулся к студентам, зацепив меня ненадолго взглядом. От чего-то я почувствовала, что не всё так хорошо. И вскоре оказалась права.

- Но балл вынужден снять за незаинтересованность аудитории, - огорошил меня он.

Внутри меня мгновенно поднялся протест. Я свела брови вместе в недовольстве.

- Что это значит? - спросила я.

- Если я сейчас спрошу твоих однокурсников о чём ты рассказывала только что, ответ смогут дать всего лишь парочка человек, согласна? - преподаватель вызывающе посмотрел на меня с явным превосходством во взгляде ведь знал, что это так. 

Я коротко поджала губы, смолчав.

- Твоё выступление достаточно информативное, молодец, но тебя было скучно слушать, - продолжил он. - Монотонный голос, ты не работала с аудиторией, требуя от них отдачи.

Мне хотелось сказать, что я не учитель, чтобы работать со студентами. Своё задание я выполнила и кто хотел, тот слушал, но так же я понимаю, что мои слова ничего не дадут. Как подсказывает опыт, с Русланом Викторовичем лучше согласиться. 

Заметив, что я молчу, преподаватель вздохнул и вывел в журнале напротив моих инициалов четвёрку. 

- Садись на своё место, - приказал он и почти сразу после его слов прозвенел звонок. 

Студенты мигом зашевелились, услышав такую приятную для ушей музыку, но преподаватель их тут же осадил.

- На следующей паре будет небольшая проверка ваших знаний по последним двум темам! - и захлопнул журнал, тем самым позволив всем покинуть аудиторию.

Всем, кроме меня.

Это уже входит в привычку.

- Эмилия, тебя попрошу остаться, - на удивление спокойно произнес мужчина. 

И я осталась, замерев возле кафедры с красной папкой возле груди.
Преподаватель дождался пока все до единого покинут помещение и только тогда подступил ближе, обойдя стол.

- Прости, если обидел тебя, - сказал он слегка просевшим голосом. Сейчас он не был зол, а скорее всего, уставший. Так, словно всю ночь не спал.

Я стояла в замешательстве, не совсем понимая о чём он: о сегодняшней паре или вчерашнем вечере? Но, видя его поникшим и чем-то расстроенным, не решалась выяснять отношения.

- Всё в порядке, - сумела выдавить из себя я.

- И за вчерашнее, и за сегодняшнее, - словно прочитав мои мысли ответил мужчина. 

Мы тут же встретились глазами и я опять густо покраснела, вспоминая тот вечер. Те руки и те губы, находившиеся так близко. И запах духов. И тепло его тела. Между нами повисло не совсем приятное напряжение, сбивающее с толку. Сердце заколотилось быстрее и я сильнее прижала к себе папку, сжимая её края. 

- Я надеюсь, это никак на тебя не повлияет? - спросил он. И этот вопрос сию минуту вывел меня и себя. 

- Вы хотите спросить, не влюбилась ли я в вас случайно? - я вскинула бровь. 

Он немного растерялся, так как его глаза забегали по стенам. В итоге, мужчина коротко и едва заметно кивнул. И как же больно меня прорезал насквозь его вопрос и поведение... Такое холодное и ничего не обещающее. Хоть и понимаю, что виновата сама в своих чувствах. Но я и не хотела ему их показывать, чтобы потом слышать насмешки или чтобы он избегал меня. Поэтому включала "мороз" максимально. 

- Не переживайте, тот, в кого я влюбилась это не вы, - нагло солгала я.

Мужчина одобрительно закивал головой, словно это и хотел услышать. Внутри неприятно жгло, заставляя глаза непроизвольно слезиться. Но я сдержала себя и не позволила скатиться двум ручьям со щёк. Господи, ну подумаешь, чувствую увлечённость к мужчине постарше, ну и что? Все же через это проходили. Первые чувства не всегда должны быть удачные.

Руслан Викторович намеревался сказать что-то ещё, но внезапно дверь открылась и в аудиторию заглянула аккуратная девичья фигурка. Это была девушка, скорее всего первокурсница, так как её лицо, кажется, я видела на торжественной линейке в рядах новеньких. 

Она окинула нас с Русланом недовольным взглядом, меня наградив ещё и презрительным в конце. Я нахмурилась, инстинктивно делая шаг назад, когда студентка помчалась прямо к нам со свирепым выражением лица.

- Алина, что случилось? - спросил недоуменно у неё он.

Темноволосая остановилась на расстоянии вытянутой руки от него, воинственно сложив руки на груди.

- Кто такая? - она не слишком дружелюбно кивнула в мою сторону, не глядя даже на меня.

Руслан Викторович стрельнул в меня глазами.

- Ну я пойду..? - робко спросила я.

- Погоди, - он схватил меня под локоть, когда я пыталась уйти. - Мы не договорили, - и повернулся обратно к вошедшей девушке. - Алина, в чём дело? Говори быстрее.

Она насупилась, смешно надув и без того пухлые щёки, и слегка поникла.

- Первый месяц учёбы, а я уже успела нахвататься "двоек", - расстроено произнесла студентка. - Я ни черта не понимаю в этих финансах, Руслан! Почему я должна здесь учиться? - возмущённо вскрикнула она.

У меня едва глаза не выкатились от подобного её заявления. И теперь я уже с интересом наблюдая за происходящим. 

Мужчина в свою очередь вымученно вздохнул.

- Давай мы дома это обсудим, хорошо? - он приобнял её за плечи. - У тебя ещё одна пара и ты рискуешь опоздать. 

Первокурсница кивнула и выпрямилась, тряхнув длинными каштановыми волосами. Она приподнялась на цыпочки, звонко чмокнув преподавателя в щёку, поправила свой небольшой дамский рюкзачок на плече и, цокая мелкими каблучками по полу, скрылась из аудитории. 

Меня словно пробило несколько мелких иголок по телу, а в груди заныло ещё пуще от увиденного. Вот почему он меня отшил? Потому что крутит шашни с несовершеннолетней студенткой? 

Я изо всех сил дёрнула рукой, которая до сих пор находилась в плену у мужчины, и как можно быстрее выбежала прочь из кабинета. Когда он остался у меня за спиной, слёз я больше не сдерживала.

И когда он громко окликнул меня по имени, я даже не обернулась и не остановилась. Пошёл к чёрту. Пусть валит домой объяснять своей возлюбленной новые предметы, чтобы не тупила как я, и могла заинтересовать аудиторию. 

Дверь едва не слетела с петель, когда он побежал вслед за мной, но он не учёл одного: если девушка не хочет тебя видеть и тем более разговаривать, то она даже на каблуках окажется быстрее и проворнее тебя. И когда он ещё только спускался с лестницы, я уже была на улице и с рвущимся на части сердцем влилась в большущий поток спешивших домой студентов. 

========== 9. История одной золушки. ==========

С домашним заданием на завтра я справилась довольно быстро, а о неприятном инциденте с учителем я, на удивление, быстро забыла. Он мне ничего не должен, в конце концов, и, возможно, я погорячилась, воспламеняясь так быстро чувствами к совершенно чужому и едва знакомому мне человеку. У нас ничего не было и он мне ничего не обещал, так же, как и я ему. Какие претензии я могу выставлять?

По пути домой я выплакала всё, что могла, в том числе и душащую обиду в груди, а потом, по приходу, поняла, что что-то в моей жизни пошло не так с появлением этого мужчины. И что хуже - я пустила всё на самотёк. Да, он привлекательный, и да, он мне нравится. Но также, он симпатизирует и многим другим девушкам в нашем колледже. Это не повод впадать в беспричинную депрессию. У нас не любовь и даже не отношения. Я студентка, он - преподаватель. Конечно, знакомство получилось не самое удачное, повлёкшее за собой предвзятое отношение Руслана Викторовича ко мне, но, кажись, я начала заигрываться и стирать установленную между нами грань. И с каких это пор мне нравятся хамы? 

Заварив себе кружку горячего чая, я уселась в своей комнате на подоконнике, наблюдая за тем, как в окнах многоэтажек поочередно гаснет свет, но вскоре моему спокойствию помешала мама. Издав два коротких стука в дверь, она вошла, не дожидаясь моего ответа. 

- Эмилия, почему ты ещё не спишь? - поинтересовалась она, присаживаясь на краешек моей расстеленной кровати. - Уже поздно, а тебе рано вставать. 

- Сейчас буду, - глухо отозвалась я, делая небольшой глоток.

- Ты чем-то расстроена? - мать, видимо, заметила мой потухший вид.

Я коротко мотнула головой.

Благо, она не стала лезть мне в душу и выпытывать о моём состоянии дальше, ибо что ей ответить я не знала. Сегодняшний день выдался слишком эмоциональным, и эти скачки мне знатно утомили, так, что на вечер я уже чувствовала себя крайне подавлено. От чего-то в голову настойчиво продолжала лезть одна и та же картина миловидной девушки и то, как она нежно целует моего преподавателя в щёку. 

- Мы уезжаем с отцом завтра с самого утра, - оповестила мама, - Важная рабочая поездка вместе с начальством. Нас не будет несколько дней, максимум - неделя. Ты справишься одна?

Молчаливый сухой кивок с моей стороны.

Мама нахмурилась, глядя на моё лицо, и подойдя ближе, приложила свою руку к моему лбу.

- Ты не заболела? - вновь начала старую песню она. - Странно выглядишь. 

Я протяжно вздохнула, отставив полупустую чашку и нехотя сползая с насиженного места.

- Нет, мам, я в порядке. Тяжёлые пары сегодня были и я очень устала, - ответила я и о тяжёлых парах ни разу не соврала. Особенно тяжёлой была пара по экономике. - Езжайте, всё будет хорошо.

Мама недоверчиво поджала губы и кивнула.

- Деньги скинем тебе на карту, наличку оставлю в твоей комнате в тумбочке, - безэмоционально сказала мама, поднимаясь с кровати. - Спокойной ночи.

- И тебе.

А мне вдруг подумалось, что даже не могу ни с кем поделиться своими проблемами. У меня нет подруг, а с мамой отношения натянуты до невозможности, и, заикнувшись я хотя бы о том, что происходит сейчас в моей жизни, я тут же была бы посажена под домашний арест. Так и приходится топить всё чувства в себе, формируя своеобразное кладбище в душе. 

Но впереди меня ждёт несколько дней спокойствия, без родителей и прочих указаний. Интересно, а Руслан Викторович тоже едет с ними или нет?

Ну это уже покажет завтрашний день. 

С тяжёлыми мыслями и безумно уставшая, я примостилась в кровать, пытаясь призвать к себе сон. Но он никак не шёл, а вместо этого перед глазами упрямо стоял образ Руслана Викторовича. Он ухмылялся, глядя на меня из-под лба и осуждающе качал головой.

Да ладно, я и сама понимаю насколько глупая.

***

Утром я проснулась в полной тишине, наслаждаясь ею каждую секунду. Нечасто выпадает возможность побыть одной и вкусить такой маленький, но отчаянно нужный кусочек свободы. Так непривычно, когда никто не греет с утра пораньше в дверь и кричит, что нужно вставать, когда никто не говорит как тебе сегодня одеться и какую сделать причёску, что съесть на завтрак и во сколько прийти домой. 

Кстати, раз уж я располагаю несколькими днями и могу пожить в своё удовольствие, я решила вытащить из своего шкафа свою любимую одежду, которая так не нравится маме и папе. Они говорят, что это выглядит пошло и несуразно, и что приличная девушка в таких вещах ходить не будет. Но сейчас-то это сказать некому и запретить мне выйти в таком виде из дому тоже. Так что я смело достала короткую чёрную юбку со складочками, а наверх натянула пудровую обтягивающую кофточку с открытыми плечами. Конечно, с непривычки я чувствовала себя довольно-таки неуютно в таком образе, но нужно выходить за установленные рамки, правда? Поэтому, вооружившись косметичкой я стала делать себе лёгкий мейк: подкрасила глаза, выделила брови, сделала себе лёгкий тон и накрасила губы вишнёвым блеском. Волосы выпрямила и спустила ручьём по оголённым плечам. На ноги обула чёрные туфли на невысоком, но устойчивом каблуке. Хотелось выделиться, но не опозориться. 

Да, одногрупники явно будут в шоке, едва увидев меня, ведь мои ноги всегда были спрятаны за брюками, грудь за бесформенными свитерами и блузами, а волосы либо болтались в хвостике, косичке или же, если у мамы было хорошее настроение, я могла выйти из дому с "Мальвиной". 

А как посмотрит на меня Руслан Викторович?

Было очень неловко, когда в автобусе на меня открыто пялились парни и даже мужчины постарше. Я даже несколько раз пожалела о своей выходке, когда заметила пристальный взгляд какого-то лысого бандюгана на улице и то, как он открыто пялился на мои ноги, и то ли дело облизывал свои тонкие губы. Почему-то в такие моменты хотелось сразу же помыться, потому складывалось впечатление, что меня раздели и отымели несколько раз. 

В колледж я дошла на дрожащих ногах, но когда ступила в переполненный коридор, почувствовала некое облегчение и чувство безопасности. Господи, ну и вы девки отчаянные! Наряжаться так едва не каждый день - это даже опасно для жизни.

Английский стоял первой парой и я направилась прямиком к аудитории, цокая мелкими каблучками по полу. В мою сторону удивленно оглядывались студенты, те, которых я знала с олимпиад или по смежным парам, даже наша классная руководительница, заметив меня, выпучила глаза, спуская свои квадратные очки на нос.

В ответ я смущённо улыбалась. Мне льстило такое внимание, но в то же время было жутко неудобно. 

- Э-эмилия? - заикаясь, переспросил Семён, когда я вошла в аудиторию и села возле него на своё место. Он уставился на меня так, как будто увидел призрака, от чего я тихо прыснула в кулак. Его реакция была забавная. 

- И тебе привет, Сёма, - улыбнувшись, поздоровалась я.

Он издал какой-то нечленораздельный звук, продолжая смотреть на меня.

- У тебя сегодня день рождения? - спросил он.

Я нахмурилась, сначала не понимая о чём он, а потом махнула головой и коротко рассмеялась.

- Нет. У меня просто хорошее настроение, - я игриво повела бровью в подтверждение своих слов.

Теперь я понимаю, что в журналах писали правду о том, что когда девушка выглядит красиво она и чувствует себя намного уверенней, едва ли не королевой мира. Так было сегодня со мной. И я готова была наряжаться так каждый день жертвуя драгоценным сном, но увы, такая роскошь мне надолго не позволена. 

Сёма промычал в ответ тихое "угу" и, покраснев, отвернулся, уткнувшись в свой конспект. Я тоже решила не терять время даром и повторить текст, который англичанин задал выучить на сегодня. 

За эти десять минут до начала пары мне уже успел отвесить горсть комплиментов Коновалов и даже парочка девушек-модниц из нашей группы, чему я была очень удивлена. Стоило поменять прикид, как к тебе тут же меняется отношение. Настроение, конечно, от такого взлетело до небес. Очень необычное, но чертовски приятное чувство, когда на тебя обращают внимание и говорят приятные вещи. Так что сегодняшний день был заряжен на удачу, но ровно до того момента, пока в аудиторию вместе со звонком не влетел Руслан Викторович.

Учащиеся между собой удивлённо переглянулись, а я почувствовала, как участилось моё и без того бешеное сердцебиение. 

Он жестом приказал всем усесться и уперся копчиком о стол, сложив руки на груди так, что белоснежная рубашка обтянула его широкие плечи. Сегодня он выглядел как никогда идеально: светлый верх, черные прямые брюки, уложенные волосы, и даже лёгкая щетина шла ему к лицу. Единственное - татуировка, как бельмо, настырно бросалась в глаза и вызвала у меня жгучее желание взять мочалку и оттереть её от кожи, чтобы не портила такой идеальный образ мужчины. 

Я закусила губу, отворачиваясь, и ссутулилась немного на стуле, чтобы не попадать в поле зрения преподавателя.

- У нас сейчас будет экономика? - как бы невзначай произнесла Вика, девочка-отличница. - В расписании не было...

Меня тоже интересовал этот вопрос, как и остальную часть студентов, которые напряжённо засуетились, не готовясь совершенно к предмету, а ведь по его словам должна быть на следующей паре самостоятельная.

- Нет, в расписании написано всё верно, - поспешил ответить мужчина, осматривая аудиторию и упрямо прочёсывая взглядом аудиторию. Могу поспорить, что знаю, кого он ищет. Я ещё ниже сползла на стуле, прячась за массивной спиной Коновалова. На меня уже странно начал поглядывать Сёма. - Олежка уехал на конференцию, а мне поручил дать вам ответственное задание и присмотреть за вами, - загадочно проговорил он.

Под "ответственным заданием" Олег Константинович, обычно, подразумевал либо работу в библиотеке, либо на улице, потому что по его словам на самостоятельное обучение нет смысла давать тему, а так хоть польза для колледжа будет.

- Что на этот раз? - поинтересовался Веня. - Убрать за собачниками на спортплощадке? 

Аудитория разразилась громким хохотом, и даже сам преподаватель улыбнулся, но едва заметно.

- Вижу, вам не впервой, - сказал Руслан. - Так что поднимайте свои задницы и бегом в подсобку за инвентарём, - он хлопнув в ладоши. - Сегодня задача убрать во дворе при главном входе, в том числе и клумбу. 

Смысла дальше вжиматься в сидение не было, но и как незаметно пронестись мимо Руслана я тоже не знала. Студенты быстро свелись на ноги, переговариваясь и направляясь к выходу, а я решила выйти последней, надеясь, что преподаватель поведёт всю толпу.

Но я ошиблась.

Он так и остался стоять неподвижно на своём месте со сложенными руками и смотря на меня в упор. От его напористого взгляда я вздрогнула, подбираясь на стуле. Семён предательски меня бросил, уйдя одним из первых, а помещение вмиг опустело, оставляя нас одних.

Около минуты я так просидела, а затем решительно поднялась и быстро сложила свои вещи обратно в сумку, находясь всё ещё под пристальным наблюдением. Ноги дрожали, и как же хорошо, что каблуки были невысокие. 

Пока я запихивала дрожащими руками несчастную методичку в сумку, тихо чертыхаясь себе под нос, преподаватель успел незаметно приблизиться и ухватить меня за руку.

- Эмилия, мне кажется, нам стоит прояснить с тобой некоторые моменты, - холодный тон, стальной взгляд, но такая тёплая рука..

Я подняла на него затравленный взгляд, потянув на себя руку, вырываясь, и делая внушительный шаг назад. Но отступать было некуда и я лишь больно упёрлась бедром об угол парты.

Отступил он, увеличивая между нами расстояние, за что я безмерно ему благодарна. Дышать однозначно легче, когда он находится отдалённо. 

Руслан окинул меня долгим внимательным взглядом с ног до головы, как истинный мужчина задерживаясь на ногах и груди. Я заметила, как в один момент участилось его дыхание, а руки непроизвольно сжались в кулаки.

Он поднял обратно на меня расширенные глаза и недовольно проговорил:

- Это что за наряд, Обломова?

Я повторила его действия и осмотрела себя.

- А что? - ухмыльнулась я.

- Юбки покороче не было? - он зацепил рукой подол, тяжело сглотнув. - Ты в учебном заведении, а не на дискотеке, - начал отчитывать меня он. - Родители уехали и ты решила пуститься во все тяжкие? 

Вот и подоспел ответ на мой вопрос. Руслан Викторович не поехал с родителями в командировку. Не столь важная или он поглощён своей новой работой?

Я поджала губы, опуская глаза в пол, стоило ему зацепить родителей. Да и реакция на мой внешний вид немного обидела. Он говорил так, будто я одета как последняя...

- Быстро пошла домой и переоделась, - скомандовал он голосом не терпящим возражений, чем огорошил меня. И как в доказательство серьёзности своих слов взял меня под локоть, намереваясь вывести из кабинета. 

Но я упрямо осталась стоять на своём месте.

- Вы ничего не попутали, нет? - прикрикнула я. Ну уж хватать студентов за руки не позволено преподавателю так точно. - Оделась так, как посчитала нужным.

- Для кого? - молниеносно последовал вопрос. Он устремил на меня свой цепкий взгляд, ожидая ответа, и, кажется, боялся его услышать.

- Не для вас, я уже говорила, - хмыкнула я. 

- Для Коновалова? - спросил он, всматриваясь мне в глаза словно пытаясь поймать на лжи. 

В голове бегущей строкой пронеслась мысль о ревности, и отозвалась мимолётным теплом в груди, но так же быстро я её отбросила в сторону.

- Какая разница?

Преподаватель сделал ещё один шаг назад, прочищая горло.

- Действительно, никакой.

Я кивнула. Что и требовалось доказать.

- Эмилия, то, что ты вчера видела..., - начал он уже более мягким тоном.

- Я ничего не видела, - перебила его я, думая, что он начнёт меня просить держать язык за зубами.

Он нахмурился и всё равно продолжил:

- Не знаю что ты успела своей башкой нафантазировать, но Алина - моя сестра, - произнёс он, повергая своими словами меня в лёгкий шок и смущение.

Вот это я дура! Я замычала, не зная как правильно сформировать свои мысли, да и вообще что сказать. Понимая всю глупость ситуации и своё не менее глупое поведение я опустила голову, краснея.

- Простите, - всё, что в итоге сумела выдавить из себя я. А ведь я, правда, уже успела подумать многое. И даже представить их двоих в постели, прости Господи. 

Он одобрительно качнул головой, увидев мою реакцию.

- Надеюсь, вопрос исчерпан? - переспросил он для пущего убеждения. Я смущённо кивнула. - Тогда пойдём, дам тебе веник. 

Блин, эта чёртова уборка! Я совершенно о ней забыла.
Вымучено простонав, я пошла следом за Русланом Викторовичем, но неожиданно возле двери он остановился и оглянулся на меня через плечо. 

- Я уже хочу посмотреть, как ты будешь подметать двор в своей коротенькой юбке, - расплылся в предвкушающей улыбке он. - Порадуешь преподавательский глаз немного. Глядишь, исправлю вчерашнюю четвёрку на "пять", - подшутил он.

И тут я поняла, насколько неудачной была идея нарядиться сегодня в колледж. Как на зло, именно сегодня нужно было убирать двор и грести мусор. Именно сегодня, когда хотелось выделиться не махая веником стоя согнутой во дворе. А ещё в голове эхом отдалась последняя фраза и я улыбнулась, вновь чувствуя, как краска заливает моё лицо. Он намекнул, что будет всё время на меня смотреть?

Я шутливо стукнула его в плечо, чувствуя лёгкий мандраж по телу от его хриплого смеха и от изучающих глаз. Теперь он смотрел на меня по-другому: взгляд смягчился, хоть и был достаточно пытливым, а порой и жадным, когда опускался ниже подбородка. 

Чтобы я не говорила, а отношения между нами всё равно отличались от обычных. Он позволяет себе откровенно на меня смотреть и пускать плоские шуточки, позволяет пихать себя в плечо, устраивать ему истерики, но при этому не жалуясь на меня директору. Однозначно, мне позволено немного больше, чем другим студентам. Но вот только бы не утопиться в своих собственно-выстроенных иллюзиях, потому что реанимировать будет в итоге некому. 

С такими мыслями я шла за спиной Руслана Викторовича, глупо улыбаясь и думая о том, что, может, и очень кстати я сегодня так приоделась и показала ему, что не такая я уж заучка и монашка. Жаль, что это всё закончится с приездом моих родителей, и карета вновь превратится в тыкву. Но об этом я подумаю позже, а сейчас буду подметать двор под наблюдением своего молодого и очень симпатичного преподавателя. 
    Комментарий к 9. История одной золушки.
    ПБ, как обычно, включена! ;)

========== 10. Неожиданный поворот. ==========

    Комментарий к 10. Неожиданный поворот.
    ПБ включена! Спасибо, что помогаете :)
Управлять веником было не сложно. Сложно было не забыться во время каждого дуновения ветра и придержать юбку, которая вздымалась при любой возможности. В тот момент, стоя в полусогнутом состоянии, я пожалела о своей затее вырядиться, как на показ мод. Ну кто же знал, что именно сегодня англичанин так меня подставит со своей парой?

Я то и дело отряхивала подол уже ненавистной ткани, раздражительно цокая языком, пока после очередного раза не услышала едкий комментарий надзирателя:

- Проблемы, Обломова? - Руслан Викторович стоял в расслабленной позе, упёршись плечом об ствол дерева. Кажется, его эта ситуация наоборот забавляла.

Я обернулась, смерив мужчину недовольным взглядом. Хотелось бросить этот чёртов инвентарь и уйти прочь, но жаль, что не могу этого сделать. 

- Никаких проблем, Руслан Викторович, - пробубнила я в ответ.

Убирать спортплощадку, казалось, проще простого: нет заросшей травы, частичный асфальт и более менее чисто, пока мы не дошли к участку ближе к жилым домам сразу же за гаражом колледжа. Обнаружить там можно было что угодно, ведь это излюбленное место всех наших местных хулиганов-прогульщиков.

- Фу, какая гадость! - не скрывая омерзения, воскликнула одна из отличниц, отпрыгивая в сторону.

- Это всего лишь использованный презерватив, Смирнова, - хмыкнул учитель, чем вызвал короткие смешки среди остальных ребят. Мужчина оттолкнулся и подошёл ближе вальяжной походкой. - Он не кусается. 

Девушка продолжала брезгливо кривить свои губы.

- Мало ли какая зараза там...

- Лучше там, - он кивнул на упомянутый предмет, валявшийся среди прочего мусора в траве. - Нежели в чьем-то организме, - фирменным преподавательским тоном сказал Руслан. 

Парни открыто посмеивались, а Вика краснела с каждой минутой всё больше и больше. Не нужно быть знатоком чтобы понять, такие вещи ей пока чужды. Даже я, не принимавшая участия в этом разговоре, почувствовала некое смущение и на месте девушки, наверно, напоминала бы вареную свеклу. 

- Может, мне вместо экономики провести вам парочку пар по биологии и ОБЖ? - предложил учитель, конечно же, в шутку. 

"Да вы с экономикой управьтесь вначале" - подумалось мне.

- А вы ещё и знаток биологии? - вопросительно выгнула бровь я, не сдержавшись от словесного укола. 

Руслан Викторович обернулся ко мне. Искусно улыбнувшись, он осмотрел меня ленивым взглядом с ног до головы. 

- Лишь в самых интересных темах, Обломова, - ответил этот мачо. - Так, тунеядцы, продолжаем работать, - он хлопнул в ладоши, мигом закрывая пикантную тему. - Ещё тридцать минут и все свободны!

Я же, чуток уставшая и чувствуя боль в спине с непривычки, решила немного дольше постоять возле турника, присев аккуратно на цветные железки. Я честно отработала большую половину пары и, думаю, заслужила на небольшой перерыв.

- Что это ты здесь загнездилась? - присел возле меня преподаватель, прикуривая сигарету. - Учти, Олежке доложу всё, кто как работал. У тебя, кажется, с ним натянутые отношения?

Я нахмурилась, смотря себе под ноги.

- Это шантаж? 

- Констатация факта, - мужчина выдохнул тонкую струю сизого дыма прямо перед собой. 

- У меня проблемы с английским из-за того, что Олег Константинович чересчур принципиальный преподаватель и слишком строгий, - нашлась что сказать я. - У него ещё какие-то советские установки в голове на счёт учёбы. 

Руслан Викторович хмыкнул, затягиваясь вновь сигаретой. Он с прищуром посмотрел на меня таким изучающим взглядом, что стало слегка не по себе. Своими пытливыми глазами он будто проникал мне под кожу, заставляя ёжиться и чувствовать себя неловко. 

Что в голове у этого мужчины? 

- Именно поэтому ты сегодня вырядилась на его пару как малолетка, у которой плещут гормоны? - произнёс он, усмехаясь.

Я вспыхнула моментально, как спичка, зардевшись. Его слова больно задели, ведь выряжалась я для него, в частности, чтобы Руслан посмотрел на меня не как на девчушку в штанах и безразмерной кофте невзрачную и истинную заучку, а как на женщину, которой хочется чего-то светлого в своей жизни, хочется мужского внимания, а особенно внимания одного бесчувственного сухаря. 

- Я не на его пару вырядилась, - обижено пробурчала я, сложив руки. 

- А зачем? - он испытывающим взглядом вцепился в меня, как клещ, словно зная мои истинные цели, но желая услышать из моих уст. Но вот только потешить его самолюбие я не могу. 

- Может, мне нравится кто-то, - загадочно проговорила я.

Я увидела странный блеск в его глазах, отмечая, как раз за разом он проходится по мне тяжёлым любопытным взглядом. Разговор перешёл в другое русло и я, боясь быть разоблачённой в своих чувствах, открыто нервничала, то и дело покусывая нижнюю губу или хватая себя за плечи. Под таким вниманием я чувствовала себя неуютно.

- Ну, тогда если он не дурак, то успел оценить твои длинные ножки и чёрное кружевное бельё, - победно усмехнулся мужчина. - Можешь приходить завтра как обычно. Демонстрация прошла успешно. 

Я покраснела ещё сильнее, чувствуя, как сердце от сказанных слов выпрыгивает из груди. Как истинная женщина я вырвала из контекста лишь нужные мне слова о длинных ногах и то, что кое-кто оценил все мои достоинства. Хоть он не говорил конкретно о себе, а о каком-то третьем несуществующем персонаже, кажется, мы оба поняли, для кого кто старался. И от этого стало не по себе ещё пуще. Если это правда и я произвела своим видом нужное мне впечатление на Руслана Викторовича, значит мои старания не прошли даром. Преподаватель жадно скользил по мне глазами почти всё утро, пока я управлялась со своим инвентарём, периодически громко откашливаясь, и его слова только подтвердили мои догадки.

Внутри я ликовала, что он наконец-то обратил на меня внимание не как на очередную студентку, а как на девушку, у которой "всё при себе". Я закусила губу, скрывая счастливую робкую улыбку. Пульс участился до невозможности.

- А если всё-таки дурак? - я склонила голову, отвечая.

Но Руслан Викторович резко прочистил горло, будто выходя из транса. Он бегло осмотрел всю территорию, переминаясь с ноги на ногу, чем заставил меня в смятении сдвинуть брови. Такая резкая смена поведения мне не понравилась и даже насторожила.

- Нечего так щеголять в учебном заведении, Обломова, - его голос набрал серьезную учительскую окраску. - Нигде не стоит. Рискуешь быть если не убитой, то, как минимум, изнасилованной. Ты слегка переборщила со своим новым образом.

Вот так вот, простыми словами можно разрушить всё волшебство момента. А мне ведь на минуточку показалось, что эта скала что-то да чувствует ко мне, хоть капельку симпатии. Но нет. Холодные и острые как нож слова разрезали все мои мелкие надежды на кусочки. 

Я зло поджала губы, смотря на преподавателя испепеляющим взглядом, чтобы видел, как сильно задел за живое. 

- Вы уж об этом не беспокойтесь, - прошипела я, толкая его не сильно в плечо.

Я хотела уйти и заняться делом, но крепкая рука Руслана Викторовича ухватила меня под локоть и я дёрнулась от прикосновения так, словно меня ударили током.

- Слушай, Эмилия..., - неожиданно начал он, но как-то неуверенно, как нашкодивший мальчишка. Я почти была уверена, что сейчас посыпятся слова извинения или опять намёки на то, чтобы никаких чувств и тому подобное, но нет.

Моё имя из уст преподавателя звучало крайне редко, поэтому я подняла взгляд встречаясь глазами с Русланом. Я наблюдала за ним неотрывно, чувствуя, как внутри всё сжимается то ли от боли, то ли от тепла, исходившего от его тела.  

- У меня к тебе деловое предложение, - серьёзно проговорил мужчина, наблюдая за моей реакцией. 

Он хотел продолжить, но вдруг его окликнул кто-то из студентов. Мужчина резко меня отпустил, делая внушительный шаг назад, оглядываясь на позвавшего. Досадно вздохнув, он посмотрел на меня.

- Зайдёшь ко мне после пар, хорошо? - и только после моего кивка, преподаватель развернулся и ушёл. 

А я так и осталась стоять с горьким осадком своих же чувств внутри. Кажется, им так и суждено остаться там отвергнутыми и никому не нужными. 

Может, правда у меня излишне забурлили гормоны?

***

Все другие пары я провела в необычной для себя обстановке, находясь под пристальным вниманием студентов. Кажется, я начинаю вживаться в роль и получать удовольствие. Вот только жаль, что внимание получаю не от того, от кого хотелось бы. 

Семён, с которым я сидела сегодня целый день, тоже оживился и приосанился, так, словно я была его девушкой, и он довольно улыбался всем мимо проходящим. Меня это не разозлило, а наоборот позабавило. Иногда я даже подыгрывала ему, ведь понимаю, что такое сидеть в тени столько лет. 

Жаль только, что сказка недолгая и уже скоро я опять вернусь к своим обыденным вещам. 

Преподаватели так же не скрывали своего удивления, ведь почти за три года я первый раз пришла в юбке, которая была значительно выше колена и в открытой кофточке. Но в целом, никто не выражался так, как Руслан Викторович, никто не выгонял за мой внешний вид и тем более не намекал, что это вульгарно. 

- Эмка, - услышала я шёпот у себя за спиной, а потом кто-то не сильно ткнул меня кончиком ручки в плечо. 

Я оглянулась, замечая Коновалова, склонившегося ближе ко мне. Он весь светился, как новогодняя ёлка, перекидывая в руках ручку. Я уже смирилась с ненавистным сокращением ведь поняла, что толку от моих просьб ноль.

- Что делаешь после пар? - спросил он и этот вопрос ввёл меня в лёгкий ступор.

Не скажу, что я совсем робею при парнях и не знаю как себя вести, или что смущаюсь до кончиков ушей, но когда тебя так откровенно рассматривают и пытаются пригласить на свидание? чувствую себя неловко. Хотелось тряхнуть его и сказать, что уже завтра или через несколько дней я вновь стану той невзрачной мышкой, так что нет смысла пускать слюни. 

Я поёрзала на сидении, не зная как реагировать. Веня симпатичный парень, может, мне даже стоило бы попробовать, но есть несколько подводных камней. Первый - мои родители, которые, мало того, что пока не приемлют какие-либо мои отношения, так увидев Вениамина, не пустят даже на порог. Во-вторых, у меня нет даже банальной симпатии к нему, как к своему потенциальному молодому человеку. 

- Руслан Викторович просил зайти к нему, - вовремя вспомнила я просьбу своего преподавателя. Даже не пришлось врать.

Но в ответ Веня подозрительно сощурился и хмыкнул. 

- Что-то он часто тебя к себе вызывает, - протянул он.

Я стушевалась, понимая, что скоро начнут расходиться ненужные слухи. Правда, мы очень часто остаёмся вдвоём, как для простого преподавателя и студентки. Не прошло и недели, как Руслан устроился работать, а он вызывает к себе едва ли не каждый день.

- Ты же видишь, как он цепляется ко мне на парах, валит, как может, - начала оправдываться я. Нужно спасать ситуацию немедленно. - А мне четвёрка не катит совсем, тем более по экономике. 

Веня на пару секунд призадумался, смотря на меня всё ещё с подозрением.

- И чем вы там занимаетесь? - следующий вопрос.

А я начинала чувствовать себя как на допросе. 

- Я решаю задачи и пишу небольшие срезы, учу дополнительно материал, - уже цедила сквозь зубы я. Ненавижу лепить себе оправдания. - Мне поступать в следующем году на экономическое. 

Благо, Коновалов отступил, судя по облегчённому выражению его лица. Теперь он сидел вновь радостный, как будто предыдущих вопросов и не было, а я чувствовала себя гадко от того, что должна врать, потому что кто-то слишком много о себе возомнил. 

- Не хочешь сходить в кино? Я бы тебя подождал. У меня всё равно тренировка сегодня, - предложил парень, щебеча таким голосом, будто я уже согласилась. 

И не поверите, но спустя две минуты раздумий, я и правда согласилась. Не уверена почему и зачем, но хочется хотя бы несколько дней почувствовать себя свободной и сделать хоть что-то сумасбродное. Конечно, поход в кино не совсем безумный поступок, но по приезде родителей мой путь будет только дом-колледж-музыкалка. Так что в какой-то степени для меня это новшество. 

***

Пары закончились быстро и я стремительным шагом направилась к аудитории Руслана Викторовича. Перед этим мы договорились с Веней, что он, в случае моей задержки, подождёт меня в коридоре или на улице. У парня тренировка займёт около часа, так что, возможно, я справлюсь и быстрее него.

Коротко постучав, я вошла в кабинет, замечая, что преподаватель не один. Сам он сидел за столом, уронив голову на свои собственные руки, а напротив стояла та самая Алина, сложив воинственно руки под грудью и сверкнув в мою сторону уничтожающим взглядом.

Видимо, сестра у него с характером. С виду миловидная и спокойная, но наедине настоящий протестующий демон в юбке. 

- Это она? - сходу спросила девушка, не совсем тактично тыча в меня пальцем. 

Руслан Викторович поднял голову, осматривая меня вновь с ног до головы.

- Да, это Эмилия, - приглушённым голосом ответил он.

Студентка оценивающе окинула меня взглядом, в конце сморщив нос.

- И ты в этом уверен, Руслан? - обратилась она к своему брату. - Мне кажется, мозгов у неё не больше, чем у меня.

Я ахнула от неожиданности и от невоспитанности этой девицы. Мои руки непроизвольно сжались в кулаки, а гневная тирада так и вырывалась со рта. Остановил только уставший голос преподавателя. Судя по всему, до моего прихода она знатно потрепала ему нервы. 

- Алина, ты ошибаешься, - сказал он. - Иди домой, а я переговорю с Эмилией, окей?

Девушка призадумалась ненадолго и всё же ответила:

- Хорошо, Рус, но только ради тебя и потому что ты попросил, - выпалила бегло она. А затем, как обычно, чмокнула его в щёку и прошла с гордо поднятой головой мимо меня, оставляя за собой шлейф цветочных духов. 

Как только за ней захлопнулась дверь, Руслан разложился в кресле, устало потёр переносицу.

- Ещё раз извини и не обращай внимание на её выпады, - произнёс он. - Сложный период. 

Я понимающе кивнула, неловко переминаясь с ноги на ногу.

- Вы что-то хотели? - робко спросила я и почему я начала себя так вести - не знаю, ведь не впервые остаюсь с ним один на один в закрытой аудитории.

- Да, - быстро опомнился он, выпрямляясь и поднимаясь со своего места. 

Я неотрывно наблюдала за тем, как мужская фигура приближается ко мне и становится так близко, что я чувствую древесный аромат его духов, который постепенно кружит мне голову. Так, Эмилия, держи себя в руках! Но не смотря на все свои умственные установки тело начинает бить мелкая дрожь, и я тяжело заглатываю накопившуюся слюну.

- У меня личная просьба, но с положительными вытекающими для нас обоих, - сказал он, неотрывно глядя мне в глаза. Я же старалась сосредоточиться на том, что он говорит, хоть и плохо соображала, когда два омута смотрели на меня в упор. 

Вместо вопроса я вопросительно вскинула брови.

- Не буду ходить вокруг да около. Моей сестре нужна помощь с парами. Она не со всем справляется, да и ей тяжело, так как знакомства заводить Алине трудно, а коллектив воспринял не слишком радужно, - начал он. - Я хотел попросить тебя заниматься с ней в свободное время или после пар, хоть в колледже, хоть дома, - он делал мелкие паузы между своими предложениями, чтобы я успевала осознавать то, что от меня требуется. - Может, даже подружиться с ней. 

На последней фразе я хмыкнула, понимая, что это практически невозможно с её-то несносным характером. Руслан Викторович нахмурился, но продолжил: 

- Понимаешь, ей сейчас нужен кто-то рядом, чтобы наблюдать за ней и помогать. Я сам не справляюсь, так как загружен работой и отцовской фирмой. Едва успеваю разгребать своё дерьмо, - продолжил мужчина. - Да и вы же девочки, вам проще найти общий язык.

Я понимала, что за такой, казалось, невинной просьбой кроется что-то ещё. И, кажись, до меня дошло что.

- Вы хотите, чтобы я втёрлась в доверие к вашей сестре, стала её подругой и сливала вам всю информацию о её личной жизни? - спросила я, озвучивая свою догадку. 

Руслан откашлялся.

- Грубо говоря, да. Ну и по учёбе чтобы подтянула.

- Нет, - односложно и резко ответила я, срываясь с места. Ну, уж шпионом я точно не буду. Мне своих проблем хватает.

Но преподаватель сделал внушительный шаг мне навстречу и мало того, что перекрыл все пути отступления, прижав копчиком к парте, так ещё и ухватил за запястье. 

Мои глаза расширились от удивления.

- Пожалуйста, Эмилия, - понизив голос, попросил он. - Пятёрка по моему предмету тебе гарантирована, я не стану больше цепляться к тебе и даже забуду о твоих развлечениях в туалете, - на этой фразе я снова завелась, почувствовав волну возмущения. - И помогу с Олежкой. Он мой старый друг, так что с английским тоже всё будет хорошо. 

У меня было такое ощущение, что меня покупают, как девицу с панели. Вот тебе всё, что хочешь, только раздвинь ноги. И стало противно от этого. От такого гнусного подкупа. 

- Ничего не было в туалете, - буркнула я.

- Конечно, - усмехнулся он. - Так что? С родителями я вопрос тоже решу.

Я тяжело вздохнула, отворачивая голову к окну.

- Простите, но нет. Я не играю в шпионские игры, - я попыталась легенько толкнуть его в грудь, чтобы отошёл, но он остался стоять на месте и даже не обратил внимание на мою попытку уйти.

Наоборот Руслан схватил мою руку, прижимая плотнее к своей тёплой груди. Я машинально дёрнула конечность. Попытка оказалась тщетной, но взамен почувствовала лёгкий трепет внутри. Чёрт, неужели он решил сыграть на моих чувствах? И почему я поддаюсь на эти уловки?

- Пожалуйста, - настойчивее попросил мужчина. - Ты не знаешь из каких передряг я её вытаскивал и не хочу, чтобы она вновь попадала в неприятности.

И я сдалась, ощущая, как под моей ладонью стучит сердце Руслана Викторовича, так спокойно и умиротворённо, в то время как моё выплясывает чечётку от такой близости. 

Я не знаю, как всё будет и как мне найти общий язык с этой занозой, но отказать преподавателю я не смогла или не хотела. Мне, в принципе, ничего не стоит повторить пройденный материал вместе с Алиной, зато не буду больше иметь проблем с экономикой и английским. 

- Хорошо, - выдохнула в итоге я.

Преподаватель благодарно кивнул и улыбнулся, поглаживая большим пальцем мою руку, которая всё ещё лежала у него на груди.

- Я знал, что на тебя можно положиться, - сказал он.

А я не знала, как мне справиться со своими эмоциями и своим телом, которое дрожит так, что я едва стою на ногах. Внутренности скрутились в тугой комок, а в горле мгновенно пересохло. 

- Почему именно я? - спросила я осипшим голосом, осматривая его лицо, которое находилось так близко.

Он усмехнулся и на его щеках выскочили две милые ямочки. Его блестящие глаза бегали по моему лицу, а рука потянулась к подбородку. Я поняла, что мне окончательно сносит крышу и вцепилась свободной рукой в парту. Мой разум постепенно окутывал туман из моих же собственных чувств, запах мужчины заставил блаженно прикрыть глаза. Руслан чуть приподнял мое лицо, обхватив двумя пальцами подбородок, а я отметила, что сердце под моей рукой ускорило свой ритм.

- Потому что ты лучшая студентка этого учреждения, - почти шёпотом и двусмысленно, как мне показалось, произнес он. Это те слова, которыми представил меня наш директор перед новым преподавателем, но сейчас они имели какой-то иной подтекст. 

Я распахнула глаза, слыша, как грохочет моё неугомонное сердце и увидела, как потемнели глаза Руслана Викторовича. Он опустил взгляд на мои губы и я невольно облизнула их. 

А дальше случилось то, что я совсем не ожидала, хоть и была совершенно не против. Мужчина запустил руку мне в волосы, бережно обхватывая голову и накрыл мои губы своими. Вначале я опешила, захлопав как дурочка глазами, но когда другой рукой Руслан прижал к себе за талию, поглаживая, расслабилась и позволила продолжить поцелуй. Его губы были удивительно мягкие и тёплые с привкусом фруктовой конфетки. Он не спеша целовал, уделяя внимание сначала нижней, а потом верхней губе, проводя медленно по ним языком, а я трепетала в таких сильных руках и пытаясь отвечать, хоть и совсем неопытна в таких делах. 

Я возложила свои руки ему на плечи, приподнимаясь на цыпочках из-за существенной разницы в росте, и в этот же момент преподаватель подхватил меня за бёдра, усаживая на плоскую поверхность парты. Чувства нахлынули с головой и я уже мало что соображала, да и не хотела размышлять, правильно ли то, что мы делаем или вдруг кто-то войдёт. Я была слишком увлечена своим преподавателем, который вторгался в мой рот своим настойчивым языком, и я решила углубить поцелуй, робко отвечая. Руслан же в один момент стал целовать страстно и с напором, а я, не ожидая такой резкой смены, коротко простонала, едва успевая в перерывах захватывать воздух, которого вдруг стало слишком мало. 

Мои руки были везде, куда я только могла дотянуться. Я провела рукой по мужественной шее вверх, подбираясь к густым чёрным волосам, и вновь спускаясь к плечами. Хотелось касаться его разгоряченного тела напрямую, а не через ткань рубашки. Но затем его стало отчаянно мало. Я лишь успела удивиться откуда во мне, неопытной, взялась такая смелость и такие желания. 

Но когда его рука прошлась вверх по моему бедру и зацепила краешек кружевных трусиков, я встрепенулась и инстинктивно сдвинула ноги, тем самым заставляя отрезвиться и Руслану Викторовичу. Он резко отстранился, отступая на два шага назад и запуская пятерню себе в волосы, а я осталась сидеть на своём месте, поражённая произошедшим, и трогая свои расцелованные губы. 

Понимание приходило постепенно, заполняя каждую клеточку и заставляя едва ли не ныть от досады, когда преподаватель сказал следующее:

- Чёрт, прости, Эмилия, - он виновато склонил голову и закусил губу, которая сверкала от моего вишнёвого блеска. 

Ну вот и как теперь себя вести? Конечно, я вся ликовала, ведь случилось то, о чём я даже не могла мечтать, но что дальше? Что если он теперь будет избегать меня?

- Я, наверное, пойду, - сказала я после того, как прочистила горло. 

И быстро прошмыгнула мимо преподавателя, который стоял теперь прислонившись к кафедре. Мои ноги дрожали, едва удерживая меня и передвигаясь. Руки имели ту же участь. Сердце громко грохотало, отдавая в висках, а в животе, наоборот, запорхали такие ненавистные бабочки. Мысли хаотично метались в разные стороны и только одна навязчиво билась в сознании: а что же дальше? 

========== 11. Не самая лучшая идея ==========

Я выбежала на улицу так, словно за мной гналась стая волков, жаждущих сытно мной пообедать. На какое-то время я даже забыла, что в юбке и на каблуках, хоть и не высоких. Мне срочно нужен был свежий воздух и отдалённость от преподавателя, потому что в глаза смотреть невыносимо тяжело, а дышать рядом и вовсе трудно. А ещё нужно было подумать. И я была несказанно рада, что Веня не справился раньше меня. Идти с ним никуда не хотелось, да и не до этого сейчас. 

Зная, что поступаю некрасиво, я быстро черкнула ему короткое сообщение о том, что плохо себя чувствую и сходим куда-нибудь в другой раз. Я понимала, что парень на меня обидится, но голова забита совсем другим и размышлять о чём-то ином, помимо нашего поцелуя с Русланом Викторовичем, было невозможно. 

На трясущихся ногах я кое-как доплелась к музыкальной школе. Честно говоря, я забыла о сегодняшнем занятии, но мои родители контролируют меня даже находясь в тысячи километрах от дома, и грозное напоминание от мамы я получила сразу же после последней пары. 

Ладно, возможно, музыка поможет мне отвлечься. 

Перебирая белоснежными клавишами, проигрывая любимую композицию Моцарта, я погрузилась в собственные мысли. Пальцы знали эту мелодию наизусть, я смотрела прямо перед собой на ноты, но в мыслях возвращалась к злополучной аудитории. Не совсем так я представляла свой первый поцелуй: в кабинете и со своим преподавателем. Что это поменяло? Моё отношение к Руслану. Если раньше я думала, что это банальная влюблённость, которая пройдёт через месяц-второй, то сейчас могу сказать, что затянется это на долгие месяцы и, может даже, годы. Кажется, в свои восемнадцать я познала свою первую любовь. И я не знаю радоваться или грустить, но знаю точно, что эти чувства вряд ли взаимны и ждать какого-то продолжения - глупо. 

Но то, с какой нежностью он меня целовал, с каким трепетом прикасался будет сниться мне ещё долго. Его мягкие губы и сильные руки, изучающие моё тело, его запах, дурманящий напрочь разум. В один поцелуй он вложил всё: свою бережность, неуверенность, а так же пробивающуюся страсть и желание. Он может быть абсолютно разным и это мне безумно нравится. Но правильно ли то, что мы сделали? Кому от этого будет лучше? И как мне, чёрт возьми, теперь посещать его пары?

Смотреть в глаза и каждый раз вспоминать близость его тела, как с забвением проводила руками по его сильным плечам и как неожиданно для себя вкусила чего-то нового и совершенно запретного. Вспоминать, какие сладкие на вкус его губы..

Одинокая слезинка скатилась вниз по щеке, падая мне на коленку. Свою любимую композицию я отыграла на "отлично", получая очередную похвалу от учительницы. Как только я сняла руки с клавиш, они затряслись и я поняла, что вскоре разревусь, как восьмиклассница. Нужно угомонить вулкан своих чувств внутри и как жаль, что музыка в этом деле почти бессильна. 

Попрощавшись, я вышла на улицу, вдыхая полной грудью осенний воздух. Сегодняшний день изменил многое и плоды этих изменений я буду пожинать ещё очень долго... 

***

Последний день учёбы перед выходными дался мне тяжело, как никогда раньше. Я с трудом заставила себя подняться с кровати и начать собираться. Ночь выдалась трудной: я долго не могла уснуть из-за мыслей, которые настойчиво долбили мой разум, и сон, в итоге, пришёл где-то под утро.

Выглядела я не самым лучшим образом. Мешки под глазами я пыталась убрать косметическим льдом, припухлость лица волшебным кремом и большой чашкой кофе. Естественно, одеваться вычурно желания не было, да и насмехающееся надо мной подсознание твердило, что своего я уже добилась. Но всё же, на этот раз обошлась обтягивающими тёмными джинсами и коротким свитером-травкой. Подкраситься было обязательным пунктом, чтобы хоть как-то сгладить своё внешнее состояние лица. 

В воскресенье вечером приезжают родители, на несколько дней раньше, чем должны были, и эта новость ни капли меня не обрадовала. Стены квартиры снова набирают тёмную окраску, а за окнами постепенно опускаются железные прутья, которые окончательно захлопнутся вновь через пару дней. 

Погода полностью поддержала меня сегодня, сгоняя мрачные тучи на наш городок. Обняв себя за плечи, я выбежала из подъезда, гоня навязчивые мысли не идти сегодня на пары прочь. Было искушение остаться в тёплой кроватке, не вылезая в этот жестокий мир хотя бы один день, но позже вылезут чреватые для меня последствия, если родители узнают хотя бы об одном пропущенном занятии. 

- Эмка, привет! - окликнул меня мужской голос, едва я захлопнула за собой металлическую дверь. 

Я вздрогнула от неожиданности и оглянулась, замечая сидящего на лавочке Веню. В руках он держал два мороженного, которые, не смотря на прохладную погоду, знатно подтаяли. Выглядел он немного нелепо и смешно, заставив тем самым невольно улыбнуться.

- Что ты здесь делаешь? - добродушно поинтересовалась я, наблюдая, как он аккуратно поднимается и подходит ближе. 

- Тебя жду, - невозмутимо произнёс парень, протягивая мне шоколадный стаканчик. - Вот, для хорошего настроения. 

Я приняла любимую сладость и благодарно кивнула.

- Спасибо, Веня, но как ты узнал где я живу? - спросила я, выгнув бровь. - И зачем меня ждал?

Коновалов замялся и, кажется, даже немного покраснел. Он передёрнул массивными плечами, прежде чем неуверенно пробормотать:

- В журнале посмотрел, - виновато склонил голову, как нашкодивший мальчишка. - А пришёл просто так, составить компанию по дороге в колледж. 

Конечно, и так понятно мотивы парня, здесь не нужно быть специалистом. Его милые и такие неуверенные попытки проявить внимание умиляли, но в то же время казались ох как неуместными, стоило мне только вспомнить о сегодняшней паре по экономике. И о том, что было вчера. 

- Тогда идём, если не хочешь опоздать, - я резко развернулась на пятках и, слизывая мороженное, зашагала в сторону колледжа. 

Веня нахмурился и последовал сразу за мной. Хорошо, что идти от силы минут пятнадцать и терпеть неловкость долго не придется. Я не знала, как мне реагировать на подобные выпады парня чтобы его не обидеть и не показаться переборочной стервой. Ведь я как никто другой знаю, что такое любить человека и не иметь возможности быть с ним рядом. 

Около пяти минут мы шли молча. Коновалов шёл рядом, тяжело шагая и периодически вздыхая, а я каждый раз поджимала губы. Не хочу давать лишнюю надежду или провоцировать его на дальнейшее развитие, а аккуратно морозиться я не умею. Опыта не было.

- Как себя чувствуешь? - спросил парень, прерывая затянувшейся молчание.

Я замешкалась, не понимая сначала к чему этот вопрос, а потом вспомнила вчерашнее сообщение.

- Лучше, чем вчера, - криво улыбнулась я, почти не солгав. 

Веня закивал, как воланчик, смотря себе под ноги.

- Выглядишь уставшей, - подметил он.

Конечно, почти не спать всю ночь, а перед этим вечер прореветь. Какая я ещё должна быть? Но это всё ему знать не нужно.

- Бессонница замучила, - частично призналась я. - Много домашнего. Трудное начало года.

- Ну да, - хмыкнул Коновалов. - Я по большей части устаю на тренировках, а оценки мне ставят и так. Кстати, ты придёшь на игру? Во вторник сразу после пар у нас матч с первым ПТУ..., - и уставился на меня в ожидании ответа.

Я закусила губу, сдвинув брови. Парня пробило на разговор, но лучше бы он молчал. Своим вопросом он вогнал меня в ступор.

- Мм-м.., - промычала я. - Я как-то не хожу на игры.

- Всё когда-то бывает впервые! - хохотнул парень, шутливо постучав по моему плечу.

От этой фразы я почувствовала горечь во рту и облизнула вмиг пересохшие губы. Мой первый поцелуй - с преподавателем, случился в учебной аудитории, с которым я даже не встречаюсь.. Чёрт, родителям было бы стыдно за меня и я уже слышу нравоучительный голос мамы.

- Мне правда некогда, Веня, - начала щебетать я тонким голосом. Идти на игру и переступить через себя - автоматически дать ему лживую надежду, но, блин, как же тяжело отказывать и рубить всё на корню. - У меня помимо учёбы музыкальная школа и дополнительные занятия по экономике. Я не знаю, буду ли свободна во вторник..

Веня поджал губы, явно недоволен моим ответом.

- Тебе нужны дополнительные по экономике? - парень недоверчиво скользнул по мне взглядом. - Ты же самая умная, сама можешь репетиторством заняться. 

- С новым учителем не всё так просто, - осторожно призналась я. - У него, как видишь, немного другие требования и по его мнению, мне ещё есть над чем работать.

Естественно, о сестре Руслана Викторовича я говорить не собиралась, как и о его просьбе. Вызывать лишние вопросы - не самая лучшая идея. 

- Да он вообще какой-то придурок! - фыркнул Коновалов, пиная безобидный камушек. - Не знаю, почему все так тащатся от него? Не захотел мне даже "тройку" поставить, баран упёртый. Все учителя, как люди, а он.., - выговорился он гневной тирадой, под конец смолкнув. 

Я коротко хихикнула.

- Есть немного, - согласилась я, кивнув. 

Тем временем, мы подошли к воротам колледжа, где толпились студенты. Веня поздоровался с несколькими, пожав руку, а я удосужилась парочки любопытных оценивающих взглядов в свою сторону. Я передёрнула плечами, чувствуя неуютно под таким вниманием.

- Попытка номер два? - ядовито усмехнулся один из представителей этих питекантропов, обращаясь к Вениамину, но кивая на меня и проходясь по мне своими колючими глазами. 

Я моментально вспыхнула, но огрызнуться не дал застывший в горле ком. Вот так всегда, приходится глотать обиды молча.

- Заткнись, Смирнов, - грозным голосом бросил Коновалов, замечая моё хмурое выражение лица. 

Парень примирительно вскинул перед собой руки, качая головой, но видно было, что он сдерживает противную усмешку.

Когда мы проходили мимо парковки, мне пришлось приложить большие усилия чтобы не смотреть в сторону Руслана Викторовича. Он только что заехал на территорию колледжа, ловко паркуясь, но я не хотела лишний раз встречаться с ним взглядом. При этом я чувствовала его буравящие глаза на себе и сжалась, втянув голову в плечи, когда проскакивала через парадные двери. Экономика стоит последней парой и соблазн уйти домой возрос ещё больше, стоило мужчине попасться в моё поле зрения. Но я не могу. Никак.

- Что у нас по расписанию? - пропел Коновалов, подходя к висящему на стене списку.

Но я схватила его за руку и повела на лестницу, направляясь к нужной аудитории.

- Высшая математика, Веня, - прошипела я. В отличии от него, я знала расписание наизусть. 

Парень слегка опешил моими действиями, но послушно двигался следом. А я не понимала, чем был вызван такой мой порыв. Я же могла просто пойти прямо, оставляя парня у входа, но зачем потащила за собой? Наверное, в качестве защиты, чтобы Руслан лишний раз не совал ко мне нос, если вдруг захочется вновь озвучить свою личную просьбу. Жаль только, что целый день его с собой ходить не заставишь. Точнее, заставишь, но потом не отделаешься уже никак...

***

Все последующие пары прошли без происшествий. С Русланом Викторовичем я не пересекалась, но только благодаря тому, что предусмотрительно обходила другой стороной его аудиторию. На занятиях я сидела, как обычно, с Семёном, но Коновалов от меня не отходил и садился либо сзади, либо где-то сбоку. Мы особо не разговаривали, но я замечала, как он частенько бросал в мою сторону заинтересованные взгляды, и от этого лучше не было.

Когда подошёл черёд последней пары, меня резко бросило в дрожь. Одна мысль, что через двадцать минут я столкнусь с Русланом, считай лицом к лицу, заставляла сердце грохотать в груди.

Я стояла под кабинетом, постоянно с опаской оглядываясь. От нервов я начала грызть нижнюю губу. Сейчас идея уйти с пары казалась не такой уж плохой. Возможно, мне будет более чем достаточно предстоящих выходных чтобы всё обдумать и успокоиться? Но с другой стороны, я же согласилась ему помочь.. 

- Ребята с параллельной группы говорили, что самостоятельная была сложная, - произнёс Яковлев, стоя рядом и штудируя конспект по третьему кругу. - Я спросил какие примерно будут вопросы, но вряд ли Руслан Викторович даст одни и те же всем группам.

О грядущей самостоятельной работе мне думалось меньше всего.

- Не переживай, ты и так всё знаешь, - попыталась поддержать его я.

Семён хотел продолжить разговор, но неожиданно смолк, смотря мне за спину. Я обернулась и застыла, увидев перед собой Алину.

- Привет, - поздоровалась она и попыталась выдавить приветливую улыбку. Получилось плохо, её рот просто криво дёрнулся.

- Привет, - протянула в ответ я.

Она осмотрела Сёму высокомерным взглядом, расценив его как недостойного слушателя и, схватив меня за руку, отвела в сторону. Я виновато улыбнулась парню, на что он просто пожал плечами и уткнулся обратно в тетрадь. 

- Слушай, мы ведь с понедельника начнём заниматься? - начала девушка. - Сколько раз в неделю? Давай сделаем график?

Я опешила от такой напористости и количества вопросов.

- Я не знаю.., - удивлённо выдавила я. - Реши с Русланом... Викторовичем.

Она нахмурила брови, с прищуром смотря на меня.

- Но он сказал, чтобы я спросила у тебя.

Я мысленно трижды чертыхнулась, наяву глупо хлопая глазами.

- Когда у тебя получается? - спросила я.

Алина на миг задумалась, вскинув глаза к потолку. Её губы шевелились, но она сама ничего не говорила. Видимо, что-то высчитывала.

- Во понедельник, среду и воскресенье не могу, - резко выпалила она. - В другие дни - можно, но если ты не против, заниматься будем у тебя.

Да, они с братом чрезвычайно похожи. Все такие резкие и командующие, что не знаешь кого слушать. Но дни мне подходили, я спокойно могу совмещать с музыкальной школой. Кроме того, то, что, мы будем заниматься у меня означало, что лишний раз преподавателя видеть не придётся. Мне это только на руку.

- Подходит, - немногословно ответила я, кивая. 

- Отлично, во вторник сразу же после пар?

- Да, хорошо, - уже рассеянно протянула я, замечая в конце коридора Руслана Викторовича, стремительным шагом приближающегося к аудитории.

Девушка хмыкнула, проследив за моим взглядом, и помахала рукой преподавателю.

- Тогда не теряйся, - в конце бросила она, подмигнув, и тут же скрывшись за углом.

Я же тяжело сглотнула, прижимаясь ближе к столпившимся возле аудитории студентам. Жаль, что затеряться не получится.

Мужчина на меня не смотрел. Просто сделал вид, что меня нет или не заметил. Этот факт больно кольнул. Трудно быть женщиной: вот ты наоборот от него убегаешь, а потом обижаешься, что тебя не замечают, но я всё равно в глубине души понимала, что разговор неизбежен. 

Сегодня он вырядился по-другому. Уже такой привычный костюм сменил на белоснежную футболку с косухой сверху и прямые чёрные джинсы. Простите, а преподавателям вообще можно так одеваться? Где же хвалёный дресс-код колледжа? Конечно, ему безумно шёл образ плохого мужчины, но не в учебных стенах. И не при мне.

Я жадно осматривала его с ног до головы, пока он заполнял журнал, склонившись к столу. Да и не только я, а и большая половина девушек в аудитории. И сегодня впервые я почувствовала такой неожиданный укол ревности. Было немного неприятно видеть, как Алёна, закусив губу, скользила глазами по его телу и как горели глаза у женской половины группы. Тогда я ещё больше поняла, что шансов на то, что он меня выделит из толпы практически нет. С ним рядом может быть любая-голубая, так зачем ему я, неопытная и невзрачная студентка?

- Как и обещал, сегодня Вы пишите небольшую самостоятельную работу, - преподаватель закончил с заполнением и выпрямился, осматривая студентов. 

Я вздрогнула, когда его взгляд неожиданно остановился на мне: такой пронзительный и... холодный. Смотря на него в ответ, я поняла, что после вчерашнего ситуация значительно ухудшилась. Он продолжил говорить, не отводя глаза:

- Эта оценка повлияет на вашу оценку за семестр, имейте в виду, - Руслан сделал короткую паузу. Он по-прежнему смотрел на меня, рассуждая о чём-то своём, и я поёрзала на сидении, не зная, как реагировать и что делать. Мне было трудно, ведь сложилось впечатление, что мужчина осуждает и себя, и меня за такой проступок, и чёрт возьми, худшего не придумаешь. - Семён и Вика, займите, пожалуйста, первые парты, - да, они всегда свободны. - Обломова, садись ко мне за стол, - неожиданно произнёс Руслан Викторович, выбив окончательно из колеи. 

Пока ребята заняли указанные им места, я замешкалась, не понимая, серьезно ли он это сказал. Судя по его выжидающем взгляду - да, но чего он этим добивается - непонятно.

- Ты отнимаешь драгоценное время у своих сокурсников, - предупредил мужчина холодным и отчужденным голосом. Теперь он обращался ко мне как к обычной студентке. 

Похлопав рукой по столу, он вывел меня из прострации, и я, склонив голову, собралась, семеня к преподавательском столу. Я аккуратно уселась, пытаясь не задеть висящую на стуле куртку и осмотрелась. Я очень старалась размеренно дышать, не выдавая своё волнение, но было чрезвычайно трудно. Он убрал свои учебники, хмыкнув, когда я дёрнулась от мимолётного случайного прикосновения его руки к моим пальцам.

- Руслан Викторович, вам очень идёт такой образ, - пролепетала Алёна, улыбаясь и грызя кончик ручки. Может, она думает, что со стороны это выглядит сексуально, но на деле - так себе.

Мужчина усмехнулся, поворачиваясь к ней, а мне почему-то захотелось оставить её без волос. 

- Спасибо, Алёна, - сказал он ей, после чего я удивлённо распахнула рот. Почему меня он зовёт почти всегда по фамилии, а какую-то крашенную мымру по имени? Ещё и таким томным голосом? - Не было времени чтобы переодеться, поэтому пришлось идти, как есть.

Не знаю, совершенно не понимаю, откуда во мне поднялась большущая волна ненависти к Волковой, ведь обычно я её просто игнорирую и не замечаю. И почему мне хочется ударить своего преподавателя за то, что так на неё смотрит и растягивает губы в тёплой улыбке, словно подыгрывая ей?

- Надеюсь, нам не придётся видеть вас голым на следующей паре, если вдруг у вас не найдётся времени одеться после душа? - подметила я ядовитым голосом. Сама себе удивляюсь, но сдержаться от язвительной реплики не смогла, смотря на этих воркующих голубей. 

По аудитории прошлись короткие смешки. Алёна смерила меня брезгливым взглядом за то, что вмешалась в их диалог, а Руслан Викторович обернулся теперь ко мне, всё так же улыбаясь и засовывая руки в карманы джинсов. 

- А что, у тебя с этим проблемы? - в его глазах плясали смешинки.

- Она просто слишком правильная, Руслан Викторович, - вновь влезла Алёна.

- А ты слишком безмозглая, Волкова, - неожиданно вступился Коновалов.

- Это ты мне говоришь, тупой качок? - завелась девушка, приподнимаясь со своего места. - И с каких пор ты её защищаешь? - она ткнула в меня пальцем.

Руслан Викторович сжал переносицу, разворачиваясь лицом к аудитории. Я же стихла, сжимая голову в плечи. Чёрт, неловко получилось. Мужчина тут же прекратил этот балаган своим строгим голосом:

- Так, закрыли все свои рты! - студенты резко заткнулись, обращая на него своё внимание. - Сорок минут на написание самостоятельной работы. Увижу у кого-то учебник или телефон, автоматически "неуд" без права на пересдачу, - преподаватель резко сменил милость на гнев и все были немного удивлены такой перемене. - Кто справится раньше, можете быть свободны, - эта новость порадовала часть студентов, в том числе и меня. Кто не рад возможности уйти пораньше? - Кроме Обломовой, - и моё сердце пропустило удар. - Останешься на пару слов, - сказал уже тише он мне.

Я подняла на него затравленный взгляд и поняла, что разговор будет не из лёгких..

========== 12. Боль хочет, чтобы ее чувствовали. ==========

    Комментарий к 12. Боль хочет, чтобы ее чувствовали.
    Спасибо огромное тем, кто тратит время и выделяет для меня ошибки! Посылаю Вам лучики добра и счастья! Вы знатно облегчаете мне жизнь, ибо самой трудно уследить за всем ;)

К слову, я определилась с сюжетом и теперь писать легче. Как гора с плеч свалилась :) Наконец-то вижу цель, но, увы, препятствия ещё есть. Прошу прощения у тех, кто долго ждёт продолжение. Работу тоже работать надо :с
Со звонком оставшиеся студенты сорвались со своих мест и, сдав листы на край преподавательского стола, поспешили покинуть кабинет. Лишь Коновалов замялся, складывая свои вещи в рюкзак дольше обычного. Я заметила его любопытный взгляд, который так и скользил между мной и Русланом Викторовичем, и закусила губу, не понимая, как отвязаться от навязчивого парня.

- Вениамин, поторопитесь, пожалуйста, - с нажимом попросил его мужчина. - Если у вас, конечно, нет ко мне вопросов, - добавил он.

Коновалов резко выпрямился, забрасывая рюкзак на плечо. 

- Только один, - неожиданно произнёс парень, заставляя удивлённо выпучить на него глаза.

Преподаватель вопросительно вскинул брови, пряча руки в карманы джинсов, готов его слушать. А я почувствовала, как внутренности скрутились от волнения.

- Как скоро вы отпустите Эмилию? - выдал он.

Я увидела, как вытянулось лицо Руслана. Он не ожидал такого вопроса, не ожидал вообще, что вопрос будет связан со мной. Мужчина медленно перевёл взгляд на меня, всматриваясь и с минуту рассуждая, а затем ответил:

- Как только с ней закончу, - его глаза подозрительно сверкнули, а я тяжело сглотнула, смотря теперь уже на Веню. Если мне удалось усмирить его подозрения на счёт меня с преподавателем, то сейчас они подогрелись с новой силой. 

- Ясно, - хмуро буркнул парень. - Тогда до понедельника, Эмка? - обратился он ко мне, кладя руку на моё плечо.

Я закивала головой, поднимая уголки рта в слабой улыбке, молясь чтобы он быстрее ушёл. И мои молитвы были услышаны. Коновалов вскоре скрылся за дверью, оставляя нас с Русланом одних. 

Пронзительный взгляд преподавателя не давал мне сдвинуться с места и я стояла, как прикованная возле кафедры, потупив глаза в крашеный пол. Сердце гулко билось в груди, а в памяти всплыли картинки последнего раза, когда мы оставались вот так вот один на один. Краска тут же подоспела к моим щекам и я почувствовала, как горит моё лицо.

Мужчина от чего-то медлил, стоя напротив в шаге от меня. Он рассматривал меня так, словно первый раз видит, прикусив нижнюю губу. Это неловкое молчание начинало давить, но что сказать - я не знала. Абсолютно. В голове каша, язык словно прирос к небу, во рту в одно мгновение пересохло. 

- Ты сегодня более скромно выглядишь, - подметил он, разрушая тишину.

- Не люблю, когда на меня все смотрят, - призналась я полушепотом, всё так же смотря куда угодно, только не на него. 

Руслан Викторович понимающе усмехнулся, кивая. 

И вновь повисла угнетающая тишина. Я не знала куда себя деть. Конечно, хотелось уйти, но вряд ли меня оставили здесь для того, чтобы сообщить о моём внешнем виде. С большим терпением и дрожью в коленках я продолжала смиренно ждать продолжения.

И оно не заставило себя долго ждать.

- Эмилия, у меня есть девушка, - его твёрдый голос прозвучал в аудитории излишне громко. Или это мне так показалось?

Но эти слова сродни ножу в одно мгновение врезались в моё сердце, заставляя его кровоточить. От неожиданного заявления моё лицо вытянулось, а в груди так тяжело, словно кто-то перекрыл дыхание. В аудитории в момент стало слишком душно. И кажется, внутри что-то оборвалось, гулко ухая вниз.

А ещё стало обидно до глубины души. Я почувствовала себя использованной игрушкой, которая так не вовремя подвернулась, но слишком понравилась чтобы оставить, не поигравшись. 

Но ведь, на том ужине у них дома... Разве его родители не намекнули на то, что преподаватель свободный мужчина? Хотя глупо опираться на эти слова, ведь Руслан Викторович уже далеко не в том возрасте чтобы отчитываться перед своими родственниками о своих связях. 

И почему так больно? Неприятно. Будто обманули, хоть и ничего не обещали. Лишь дали лживую надежду..

- Хорошо, - я хотела показать абсолютное спокойствие, но голос всё-таки предательски дрогнул. 

Он тяжело вздохнул, взлохмачивая свои волосы.

- Я серьёзно, - сказал, вновь цепляясь в меня взглядом.

Я в ответ подняла на него глаза, едва подавляя в себе желание разреветься. 

- Я всё поняла, Руслан Викторович, - произнесла, не скрывая горечи в словах. 

Если до этого мне было трудно находиться с ним вдвоём на таком коротком расстоянии, то после сегодняшнего и подавно. Господи, какая я дура!

Преподаватель вдруг громко откашлялся в кулак, покачиваясь на пятках.

- Тогда предлагаю забыть о том нелепом инциденте и продолжить, как ни в чём не бывало, - твёрдым и абсолютно отчуждённым голосом предложил он. 

Нелепый инцидент? Вот какое истинное название у нашего поцелуя. Какая-то нелепость...

- Наша договорённость в силе? - спросил Руслан.

Около минуты мне понадобилось чтобы не дать волю рвущимся наружу эмоциям и понять, о чём меня спрашивают. Мои слёзы никому не нужны, мои чувства тоже, как и я сама. Я должна с этим смириться и продолжить двигаться дальше. Возможно, родители правы, и мне действительно сейчас нужно думать об учёбе, а не об отношениях с мальчиками. 

- Да, - односложно ответила я слабым голосом.

- Когда у вас первое занятие с Алиной? - преподаватель не убирал взгляда от моего лица и от этого было ещё хуже. Находясь под таким пристальным вниманием, было сложнее сохранять невозмутимый вид.

- Во вторник, кажется, - я нахмурилась, смутно помня разговор с сестрой. Сейчас всё казалось таким неважным и второстепенным. 

Руслан Викторович кивнул, делая шаг вперёд, тем самым приблизившись так, что мне осталось лишь вытянуть руку чтобы коснуться его твёрдой груди. 

- Послушай, Эмилия, то, что произошло не должно никак отобразиться на тебе, хорошо? - вкрадчивым голосом объяснил он. Мужчина аккуратно взял меня за предплечья, смотря мне в глаза так, словно внушая свои слова, заставляя их принять.. - У тебя всплеск гормонов, у меня - детство в жопе заиграло. Давай начнём сначала и как подобает преподавателю и студентке?

Я улыбнулась, но совсем не весело. Гадкое чувство внутри заставляло непроизвольно морщиться, а осознание твердило, что виновата сама. Как можно быть такой наивной в восемнадцать лет?

- Только впредь не зовите меня по фамилии, - попросила я, выдавливая подобие улыбки.  

Руслан вмиг расцвёл после моих слов. Конечно, он видит то, что хочет видеть и ту картинку, которую я ему показываю. Ему кажется, что я спокойно восприняла этот своеобразный разрыв, но он даже не догадывается, что ещё несколько ночей мне придётся топить подушку слезами и заставлять себя забыться. Что мне придётся прикладывать максимум усилий, чтобы держать свои эмоции в себе, чтобы никто не понял, что со мной в самом деле.. 

- Если ты не заметила, то я уже стал исправляться, - хохотнул он в ответ. - Ну что, мир? - мужчина протянул мне свою руку. Я тяжело сглотнула, глядя на неё и коротко пожимая.  

Очередные бабочки зашевелились в животе при таком мимолётном невинном касании, и я впервые так отчаянно пыталась подавить это чувство, держась изо всех сил.

- Мир, - эхом ответила я. - Только, на будущее, не стоит так легкомысленно относиться к своим студенткам и позволять вольности в виде поцелуев, - холодным отстранённым голосом продолжила я под удивлённый взгляд преподавателя. Руки я спрятала за спиной и скрутила их в тугой узел. Слова рвались неудержимым потоком и я решила сказать ему то, как всё есть на самом деле. Я же ничего от него не требую и не буду требовать больше. - У вас всего лишь детство в жопе заиграло, а у кого-то мир пошатнулся, - горько добавила я.

И пока Руслан пытался осознать весь смысл сказанных мною слов, я поспешила покинуть аудиторию и, благо, меня никто не остановил. Потому что больше слёз сдерживать я не могла.

***

В воскресенье после обеда вернулись родители. Оба уставшие и вымотанные тяжелой дорогой, но довольные, потому что переговоры прошли удачно и новый контракт почти у них в кармане. Остались лишь мелкие формальности.

Было необычно видеть их радостными, а не угрюмыми строгими диктаторами. На какое-то время я даже забыла о своём преподавателе и о его колючих словах, ведь важнее семьи нет никого. Но оказалось боль заглушить не так легко, особенно, когда о ней частенько напоминают.

- Надеюсь, хоть премию мы заслужили в этом месяце, - хохотнул отец, сидя за столом вечером, когда мы с мамой приготовили лёгкий ужин. По такому поводу даже купили торт и открыли бутылочку шампанского. 

- Конечно, милый! - поддержала его мама, накладывая себе в тарелку овощной салат. - Арсений же пообещал.

- Пообещал, - согласился папа. - Но это было на эмоциях и подшофе.

Мама беззаботно махнула рукой.

- Эмилия, у тебя как дела? Как учёба? - напала она на меня с расспросами. 

Я отпила немного сока, чтобы прочистить горло.

- Всё в норме, - коротко ответила я. - Двоек, троек нет.

- А четвёрок тоже не должно быть, - тут же сориентировался отец, укоризненно поглядывая на меня в перерывах между поглощением пищи. 

Я пожала плечами.

- Исправлю. 

Папа кивнул, не став ничего говорить в ответ, чем очень меня удивил. Обычно, после таких слов следует лекция о важности учёбы и красного диплома, но не сегодня. Спасибо и на этом. Сейчас мне не до нравоучений.

- Дочь, у тебя точно всё хорошо? - переспросила мама, кладя руку мне на плечо, пытаясь заглянуть в глаза. 

Я же сделала вид, что голодна, утыкаясь взглядом в тарелку и накалывая куриную котлету. Как же мне это всё не лезло сейчас!

- Да, мама, - буркнула я. - Последний курс очень тяжелый. 

- Понимаю, - кивнула она, сочувствующие поджав губы. Не похоже на нее совсем. - Потерпи, осталось ещё немного. Поступишь на заочное и будешь работать вместе с нами. С Арсением мы уже договорились, а Руслан с радостью тебе поможет обустроиться, - мама улыбнулась, пытаясь меня подбодрить, даже не догадываясь, что получилось так себе.

При упоминании своего учителя я нахмурилась, совсем не радуясь такой перспективе. Думаю, после случившегося, он теперь и сам не очень рад, если меня будут пихать в фирму его отца. 

- Круто, - ответила я, откладывая приборы и поднимаясь из-за стола. - Спасибо за ужин! Вы ещё посидите и идите отдыхайте, я потом уберу. 

Отец хотел что-то сказать, подняв указательный палец в верх и раскрыв рот, но я заговорила первой, бросив одну меткую фразу, которая всегда была беспроигрышным вариантом:

- Завтра небольшой тест по бухгалтерскому учёту. Нужно подготовиться, - и, втянув голову в плечи, поспешила удалиться в свою комнату. 

Кажется, чёртов Руслан Викторович прочно засел в моей жизни и голове.

***

В понедельник пар по экономике не было. Во вторник почему-то её отменили и поставили на замену английский. Конечно, мне было интересно в чём дело и почему преподаватель снял все свои пары, но вариант спросить у Алины или Олежки - вообще не вариант. 

Его не было даже в колледже. В учительской его стол пустовал. Хотя, возможно я себя накручиваю. Мало ли что у человека могло случиться. Его нет всего один день, но какое-то мерзкое чувство закрадывалось внутри.

Когда я вышла за ворота, меня тут же нагнала Алина, дыша, как загнанная лошадь.

- Фух, блин, оббегала весь колледж, пока тебя нашла, - восстанавливая дыхание, сказала она, упираясь руками в свои коленки. - Ты же не забыла о наших занятиях?

И как признаться, что у меня всё вылетело из головы? 

- Прости, - виновато поджав губы, пискнула я. - С меня чай и конфеты.

Девушка выпрямилась, смотря на меня из-под своих пушистых наращенных ресниц надменным усмехающимся взглядом. Чёрт, будет сложно с ней.

- М-м, спасибо, но предложение так себе, - цокнула она языком. - Ладно, веди. Давай побыстрее закончим с этим.

Теперь мой черёд выгнуть бровь и, сложив руки, обвести её глазами.

- Что? - она непонимающе хлопнула ресницами.

- Предлагаю сразу уяснить, что требую от тебя отдачи, - преподавательским строгим тоном произнесла я. Набралась от Руслана Викторовича, называется. - Со мной не прокатит просто скоротать вечерок или под каким-либо предлогом ускользнуть по своим делам, прикрываясь нашими занятиями.

Алина смотрела на меня, недовольно поджав губы. Видимо, что-то из этого она собиралась провернуть или же просто рассчитывала, что я безответственно отношусь к договорённостям.

- Хорошо, - хмыкнула девушка, окидывая меня изучающим взглядом с ног до головы. 

Я кивнула в ответ и повела её к своему дому. По дороге мы не обмолвились и словом, хотя мне и чесался язык спросить о Руслане Викторовиче.

*** 

Алина оказалась не глупой девушкой. Она быстро всё улавливала и мне почти не приходилось заострять на отдельной теме внимание. Мы не говорили ни о чём другом, помимо финансов, и в данном случае, с ней возможно адекватно разговаривать, не натыкаясь лишний раз на оценивающий взгляд и презрительно скривившиеся губы.

Но когда я отошла чтобы сделать обещанный чай и принести конфеты, девушка от чего-то решила, что имеет право лазить в моих вещах. Потому что стоило мне вернуться, как мои глаза тут же полезли из орбит, заметив, как девушка осматривает мой гардероб критическим взглядом и задумчиво потирая подбородок. 

- Что ты делаешь? - зашипела я, со звоном ставя поднос на стол.

Алина от неожиданности подскочила и сделала внушительный шаг назад.

- Прости, - пискнула она. 

- Зачем ты роешься в моих вещах? - переспросила я, наступая на неё.

- Мне просто стало интересно, вся ли одежда у тебя такая серая и скудная, - ответила она, стоя на месте и придавая своему голосу уверенности.

- И что? 

- Вся, - утвердительно кивнула девушка. - Хотя..., - протянула она, - Есть несколько неплохих вещичек. 

Я мотнула головой, указывая рукой на стол, за которым уже стыл чай.

- Кажется, мы не тем занимаемся, - немного успокоившись, сказала я. - Садись, ещё немного и будешь свободна. 

Забираю свои слова обратно о том, что Алина улавливает всё на лету и объяснять ничего долго не нужно. Так было с теорией, но когда пришло время практики и мы подобрались к злополучным формулам (причём, пока самым простым!), девушка как-будто отупела и не понимала ничего, что я ей говорю.

Иногда я срывалась и переходила едва не на крик, и она повышала голос в ответ. В итоге, мы выглядели как две истерички и успокаивались лишь тогда, когда на звуки в комнату заглядывала мама.

Я поняла чётко одно: что преподаватель и репетитор - это не моё. 

- Я тебя прошу всего лишь рассчитать доход от деятельности, - мой голос дрожал, я была на грани срыва. - Это не коэффициенты, с которыми у тебя будет завал, как я вижу. 

Алина откинулась на спинку стула, сгребая со стола свою тетрадь. Она поднесла её к глазам так, что полностью закрыла своё лицо. 

Я терпеливо ждала пока она в очередной раз изучит вдоль и в поперек незаурядную формулу и просто подставит нужные цифры, но это, видимо, очень сложно для неё. Я закинула в рот одну конфету, замечая, что как-то странно начал просвечиваться её конспект. Нахмурившись, я выдернула у неё из рук тетрадь и услышала, как что-то упало на пол. Телефон.

- Ты что совсем чокнутая? - взвизгнула Алина, подскакивая на стуле.

- Если чего-то не знаешь, то спроси у меня, а не лезь в Интернет, - я неодобрительно помахала головой. Кажется, я начинаю слишком уживаться в роль. 

- Я не понимаю! - крикнула она, от злости бросая ни в чём не виноватую тетрадь на стол. - Не понимаю, какие цифры нужно подставить! Довольна?

Я смотрела на это представление с усмешкой, сложив руки на груди. На её крик в комнату опять заглянула мама, спрашивая всё ли хорошо. Алина стушевалась и села обратно, извинившись.

Нам всё-таки удалось найти общий язык и следующие пятнадцать минут мы разбирались с одной единственной формулой. К счастью, студентка, кажется, поняла в чём ошибалась и хоть что-то, да смогла рассчитать под конец сама.

Когда мы закончили, было уже около восьми вечера, и я удивилась, как быстро прошло время. За окном наступала темнота и я невольно начала волноваться, как Алина доберётся домой. Порой, я и сама боюсь так поздно ходить. 

- Тебя проводить? - спросила я, наблюдая, как девушка складывает свои вещи.

- Нет, спасибо. Меня Руслан заберёт, - ответила она.

Сердце болезненно кольнуло при мимолётном упоминании преподавателя. 

- Отлично, - кивнула я, стараясь не дрожать.

Её телефон коротко звякнул и Алина, увидев кто звонил, засуетилась сильнее, стремительно направляясь к выходу. 

Уже у порога она сказала:

- Спасибо, Эмилия. С меня причитается, если не завалю завтрашний тест, - девушка загадочно улыбнулась и подмигнула, скрываясь за тяжелой входной дверью.

А я стояла, как дурочка, наблюдая с окна своей комнаты за тёмной иномаркой, возле которой стоял и курил мой преподаватель. Он придирчиво осматривал крыло своего автомобиля то присаживаясь на корточки, то опять подымаясь, до тех пор, пока с подъезда не выбежала Алина. Она кинулась к нему в объятия, обхватывая его за шею, а он обнял её хрупкую талию. И, о Господи, как же я сейчас ей завидую! Они обменялись ещё парочкой слов перед тем, как сесть в машину и уехать прочь из двора. Только когда с моего поля зрения исчезли огни автомобиля, я отлипла от окна и тут же рухнула на кровать, даже не переодеваясь. 

========== 13. Не бойтесь в жизни перемен. ==========

- Блин, сегодня опять экономики не будет, - захныкала Вика с самого утра своим подружкам. 

Я стояла поодаль, нехотя слыша краем уха их разговор и параллельно готовясь к самостоятельной по бюджетной системе. В руке громадный исписанный конспект, а в голове - мысли о преподавателе.

- Зря наряжалась, - подколола её подруга и та ещё пуще выпятила губу.

- Да уже третий день так, - вздохнула модница, присаживаясь на подоконник. 

Признаться, меня тоже беспокоило то, что пары Руслана Викторовича сняты в расписании на целую неделю. От этого было грустно и легко одновременно. Может, он из-за меня решил взять отгул? Ну да, слишком много чести, как для простой студентки. Да и он не мальчишка с бушующими гормонами, чтобы по мелочам срываться с работы. 

Чувство неизвестности терзало меня так, что я даже не могла ни о чем другом думать, а вариантов как узнать - не было. 

- Привет, Эмилия! - Веня вырос передо мной, как скала, счастливо улыбаясь. Хоть у кого-то отличное настроение. - Держи подзаряд для мозга перед бюджеткой, - он протянул мне шоколадку. Мою любимую.

- Привет, - тяжело вздохнув, я приняла её тут же раскрывая и отламывая кусочек. Конспект я отложила в сторону, понимая, что нет смысла изучать его в очередной раз за день. 

- Чего такая задумчивая? - интересовался парень, пристраиваясь возле меня.

- О сессии думаю, - соврала я и глазом не моргнув.

Коновалов фыркнул.

- Ты же самая умная, - он весело потрепал меня по волосам, от чего небрежно сплетенный хвостик утром перед выходом рассыпался. 

- Не самая умная, - буркнула в ответ я, бросая в рот шоколад.

- Не прибедняйся! - воскликнул Веня, хохоча и тыча в меня указательным пальцем.

Его весёлое настроение меня раздражало, потому что мне отнюдь не радостно. 

- У кого-то день задался с самого утра? - спросила я, поднимая на него глаза.

- Ага, - кивнул он. - Прикинь, меня могут взять в нашу сборную по баскетболу! - его глаза светились от счастья. Ну конечно, он живёт спортом и для него это достижение года, если не всей жизни.

- О, поздравляю, Веня, - я искренне порадовалась за него, хлопнув по плечу. - Это, правда, круто! - хоть у кого-то всё хорошо.

- Ага, но рано радоваться пока, - парень почесал затылок. Он почему-то потускнел. - Меня ещё не утвердили, да и это только в перспективе...

- Но возможность у тебя есть! Вот и не упусти её, - поучительным тоном сказала я.

- Если выиграем финальный матч у столичного университета, то меня берут сразу же без вопросов и предварительных тестов, - говорит он.

Я собиралась ответить ему, сказав, что он несомненно всех сделает и получит своё место в сборной, ведь парень действительно этого заслуживает, но меня вдруг кто-то несильно потянул за волосы сзади и я уже подготовила злую тираду для обидчика, но вовремя остановилась, увидев перед собой улыбающуюся Алину. Непривычно видеть её без фирменного надменного взгляда и ядовитой улыбки. 

- Привет, Эмилия! - воскликнула девушка, слегка подпрыгивая. - Держи, как и обещала, - она протянула мне два ярких маленьких листика. 

Я взяла их, покрутив в руке, смотря на Алину глупым непонимающим взглядом.

- Что это? - поинтересовалась я, успев отметить, что на бумаге написана какая-то дата и адрес. 

- Это моя благодарность за помощь с финансами, - объяснила она веселым голосом. 

- Пятёрка? - я недоверчиво выгнула бровь.

Студентка цокнула языком.

- Четыре, но для начала неплохо. У меня день рождения через две недели в нашем загородном доме. Я тебя приглашаю, - она кивнула на разноцветные бумажки в моих руках. - Возьми с собой кого-то для поддержки. 

Я бросила недоуменный взгляд сначала на приглашения, а потом на саму девушку. Существовала масса причин, по которым я не могу или не хочу идти, и главная из них - Руслан Викторович, который гарантированно будет там. Следом идут родители. Они ни под каким предлогом не отпустят меня на вечеринку. Кроме того, я никого не знаю, никогда не была на таких мероприятиях и не знаю как себя вести. Будет крайне неловко.

- Возьми своего парня, - неожиданно предложила Алина, пользуясь моим замешательством. Она кивнула на Веню, который даже дёрнулся, глядя на студентку безумным взглядом.

- Я не её парень, - гундосил Коновалов то ли обижено, то ли недовольно. 

Девушка поджала губы.

- Ну тогда составь компанию подруге, - продолжала она напористо.

Я протяжно вздохнула, взмахнув в воздухе руками и останавливая бессмысленные препинания этих двух человек. 

- Ещё никто никуда не идёт, - оборвала я их. 

- Почему? - молниеносно спросила Алина, постепенно возвращаясь в свой прежний лик. Недовольно поджатые губы и агрессивно сложены руки под грудью - одни из первых признаков. 

- Это лишнее, Алина, - на полном серьёзе произнесла я. - Спасибо, конечно, за приглашение, но...

- Мы придём! - закончил вместо меня Веня, вклиниваясь обратно и почему-то внезапно повеселев. 

Я бросила на него злобный вопрошающий взгляд, но парень сделал ангельский видок и пожал плечами. Студентка же недоверчиво вскинула брови, осматривая нас поочередно. 

- Будет весело, - Коновалов приосанился, выхватывая у меня одно приглашение, игнорируя мой протестующий крик. 

- Хорошо, - хихикнула девушка, смотря на парня. - Я вас буду ждать, - перевела взгляд на меня, подмигнув. - Только это... Одень что-то поприличнее, - обратилась она к Вениамину, мимолётно оценив его теперешний наряд - спортивные штаны и толстовку.

- В смысле? - нахмурился тот в непонимании. 

Алина громко откашлялась, подходя ближе к парню и ткнув пальцем в самую нижнюю строчку на бумаге. Блин, я тоже её не заметила. Зачем писать таким мелким шрифтом?

- Вот здесь написано, что это будет коктейльная вечеринка, - последние два слова она произнесла по слогам. - Знаешь, что это значит, качок? - девушка заглянула Коновалову в глаза, в которых читалось явное смятение и растерянность. 

- Что там будут коктейли? - неуверенно пробормотал он.

Алина удручённо качнула головой, а я тихонько хихикнула в кулак.

- Безусловно. Но это означает и определённый дресс-код, - она объясняла ему, как маленькому ребёнку. - Найди среди всех своих спортивных костюмов рубашку и брюки, хорошо? - он кивнул. - Спасибо. 

- Это будет нечто, - вздохнула я, представляя парня не в костюме "Адидас", а в выглаженных брюках и такой же рубашке.

Ладно, возможно, это неплохой способ отвлечься, а с родителями я что-то придумаю. В конце-концов, скажу, что иду в театр с группой и вернусь не позже десяти вечера домой.

- У нас завтра следующее занятие? - спросила у меня Алина. Я кивнула, подтверждая. - Не против, если проведём его у меня?

- Почему?

- Ну, там я хоть могу громко возмущаться, если чего-то не понимаю, - улыбнулась она, намекая на мою маму, часто заглядывавшую в комнату. - Адрес написан на обратной стороне в приглашении! - воскликнула девушка, уже отдаляясь и махая мне рукой. 

***

Я стояла перед большим трёхэтажным домом, в сотый раз рассматривая каждый его сантиметр. Заходить было страшно. Ощущение, словно попал в другой мир, где всё немного иначе: частная территория, ограждённая двухметровым забором, разнорабочие на дворах и дорогая система охраны и автомобили, ценой в ракету. Конечно, когда я прочитала адрес их дома, то поняла что район отнюдь не для простолюдин, вроде меня, но договор есть договор и свою часть я исполню по максимуму. 

- Привет, малышка! - окликнул меня кто-то за спиной.

От неожиданности я вздрогнула и обернулась на голос.

- Что? - переспросила я.

Блондин несколько секунд озадачено смотрел на меня, жуя нижнюю губу и складывая руки в карманы темных брюк. Я повторила за ним, опуская взгляд. Ну да, одета скромно: черная блузка в горошек и кирпичного цвета юбка на пуговицах, доходившая почти до колена. Рассматривать нечего, кроме подчёркнутой худой талии. 

- Заблудилась что ли? - поинтересовался он.

- Нет, я к Алине приехала, - ответила я, делая предусмотрительный шаг назад, когда блондин подошёл ближе. Очевидно, он местный. 

- Странные подружки у неё, - он нахмурился, в который раз рассматривая меня, как экспонат в музее.

Я же притихла, потому что нахожусь далеко не на своей территории. Сердце забилось чаще и я не рисковала дерзить в ответ.

- Мы с ней занимаемся финансами после пар, - опровергла нашу дружбу я. Мы не подруги и вряд ли ими будем когда-то. У нас разные интересы и взгляды на жизнь. 

Глаза блондина вмиг загорелись и он с прищуром посмотрел на меня, пошло ухмыляясь.

- Мы с ней тоже много чем занимаемся после пар, - едва не промурлыкал он.

Я почувствовала, как мои щёки вмиг зарделись. Зачем мне эта информация? Чувствуя себя крайне неловко, словно вор, ступивший на чужую территорию я переступила с ноги на ногу, замявшись.

- Ладно, - неожиданно парень встрепенулся, хлопая в ладоши. Его плотоядной ухмылки как и не было и он ступил ещё ближе, останавливаясь практически у самых ворот. - Знаешь, ворота, конечно, автоматические, но это не значит, что если на них подолгу смотреть, они откроются, как в супермаркете. 

- Я знаю, - проговорила я сквозь зубы. Ненавижу, когда из меня делают дурочку.

Блондин хмыкнул и нажал на почти неприметную кнопку на одном из столбиков, то ли дело оборачиваясь на меня и качая головой.

Из небольшого устройства послышался усталый голос Алины.

- Милая, к тебе тут гости, - сообщил ей он, глядя на меня из-за плеча. А меня чуть не стошнило от его притворно сладкого голоса. - Говорит, вы там чем-то занимаетесь после пар.

- А, Эмилия, - протянула она, кажется, забыв о нашем занятии. - Сейчас спущусь, - и отключилась.

Парень отошёл от ворот, обходя меня как хищник, который загнал свою жертву в ловушку. Я съежилась и обхватила себя руками, совершенно не желая, чтобы на меня смотрели с такой нескрываемой похотью. Фу, этим богатым отморозкам, видимо, всё равно, кого укладывать в постель. Сегодня Алина, а завтра ещё кто-то.

- И сколько стоят ваши занятия? - спросил он более официальным тоном, но тем не менее так, чтобы был понятен скрытый смысл его вопроса.

Я поморщилась, желая зарядить ему громкую пощёчину, но чёрт, не могу. Хоть и рука очень чешется. Сейчас спустится Алина и уберёт этого извращенца отсюда вон. 

- Я просто помогаю Алине. Не за деньги, - проглотив комок в горле, ответила я. 

- По доброте душевной? - блондин открыто насмехался, словно не веря моим словам. - Я тут в экономический надумал поступать.. Не отказался бы от пары-тройки занятий, - он повёл бровями, цепко наблюдая за моей реакцией. 

- Артём, не цепляйся к Эмилии! - отдёрнула его Алина, выйдя из своей крепости на свет. - Пойдём, а то у меня ещё куча дел сегодня.

Парень подмигнул ей и добавил:

- Не забудь включить в список меня, - он шлёпнул её по попе.

Я же отвернулась и сделала вид, что с большим интересом рассматриваю кусты роз. Нынче первокурсники знают о жизни больше, чем третий курс. Кажется, теперь я понимаю, о чём говорил Руслан Викторович и что имел в виду, рассказывая о тяжёлом характере. Видимо, для Алины пуститься во все тяжкие как раз плюнуть. Да ещё с таким окружением, я и сама едва сдержалась бы от соблазна, если бы имела такую вседозволенность. 

Судя по звукам, парочка целовалась, не стесняясь моего присутствия. Время тикало и мне всё меньше хотелось здесь находиться. Нужно сказать Алине, что это первое и последнее наше занятие у неё дома.

Нарочито громко цокнув языком, я сложила руки под грудью.

- Позвоню тебе вечером, - отрываясь от девушки, сказал блондин. - Не будем смущать твою девственную подружку, - хохотнул он, коротко кивая на меня.

- Артём! - вновь осадила его Алина, хлопая по плечу своей хрупкой рукой.

Я же вспыхнула, как спичка, готовая накинуться на этого придурка с кулаками. Если бы не девушка, вовремя схватившая меня за руку, я бы расцарапала ему лицо, не удержавшись.

- Не обращай на него внимание, - посоветовала мне она, волоча за руку во внутрь дома. - У нас есть полтора часа чтобы позаниматься. Потом приедут родители и забирают меня на деловой ужин. Мы с Русланом поочередно ходим, - хихикнула она, предотвращая все мои последующие вопросы.

Теперь понятно, почему к нам на ужин она не пришла. 

Ну и, как минимум, у меня появилась надежда на то, что Руслана Викторовича я сегодня не увижу. А в прочем, я была бы не против...

***

Дом внутри казался ещё больше, чем снаружи: высокие потолки, роскошные люстры и дорогая мебель, всё выглядело очень лаконично и сдержано, но тем не менее дорого. Я боялась лишний раз прикоснуться к чему-либо. Кто знает, сколько стоит эта странная ваза, какой-то чудной квадратной формы. 

Прозанимались мы ровно полтора часа. Не больше и не меньше. На удивление, сегодняшнее занятие прошло спокойно, без криков и истерик. Алина усваивала информацию постепенно, делая заметки в своём конспекте. Конечно, она ещё достаточно отставала от программы, но мы на верном пути. Ещё несколько занятий, и она вовсе всё догонит. 

- Может, чаю? - любезно предложила Алина, когда мы закончили и я засобиралась на выход, пока ещё улицы не накрыл тёмный вечер.

- Нет, спасибо, - я вежливо отказалась. - Пойду домой, пока не стемнело.

Девушка аккуратно сложила свои тетради в одну стопку, поднимаясь с кресла.

- Хочешь, попрошу Артёма чтобы отвёз тебя? - она улыбнулась, словно издеваясь с меня.

При одном упоминании об этом мажоре меня перекосило и я скривила губы так, будто съела какую-то гадость. Как она вообще может доверять этому бабнику?

- Боюсь, не удержусь и стукну по дороге его чем-то тяжёлым, - произнесла я, уже обуваясь.

Алина стояла надо мной и весело хохотала, сложа руки. Так непривычно видеть её спокойной и домашней. Аж не верится, что это та самая заносчивая девчонка, которая каждый раз своим взглядом равняла меня с землёй. 

- Артём хороший, правда, - студентка увидела мои выпученные от удивления глаза. Этот блондин нормальный? Хотя, возможно, у каждого своё понятие о нормальности. - Он только ведёт себя, как придурок. Ему это в кайф.

- Прости, но верится с трудом, - хмыкнула я, выпрямляясь. 

- Да ладно тебе, - махнула она рукой. - Руслан тоже тот ещё хмырь и заноза в заднице, но своей девушке верен и очень заботлив. Готов всю жизнь на руках носить.

Сердце болезненно кольнуло, когда из уст девушки прозвучало имя преподавателя, а затем вовсе сжалось, когда она сказала о верности. Получается, её слова ложь и правда только в том, что он хмырь. Действительно, вот с этим соглашусь на все сто процентов. Если у него правда есть девушка и при этом он тянул свои грязные ручонки ко мне, это опускает его ещё ниже в моих глазах. Возможно, мне самой стоит держаться от него подальше. Поигрался и выкинул. Хорошо, что хоть всё не зашло очень далеко. 

Внезапно я горько усмехнулась над самой собой. Чёрт, да я ведь не лучше! Была вовсе не против поцелуя, а наоборот тянулась ещё и ещё, грезила какими-то туманными надеждами и вырисовывала картинку, которую так отчаянно хотела видеть в реальности. И совсем не волновало то, что он старше, то, что он мой преподаватель и есть ли у него кто-нибудь вообще. Отчасти, я сама позволила затянуть себя в этот омут.

- У него есть девушка? - хрипло переспросила я.

Алина на пару секунд призадумалась. 

- Честно, не знаю, - ответила она неуверенно. - Он не особо посвящает меня и родителей в свою личную жизнь. Ну, по крайней мере, если есть, то её никто не видел.

Последние слова меня не слишком подбодрили, ведь правда, он взрослый мужчина и не обязан кому-то рассказывать о своих отношениях, пока не посчитает нужным. Да и волновать меня это больше не должно. Нужно осознать это и принять. 

Я кивнула, вздыхая и намереваясь выйти на свежий воздух. В один момент в этом громадном доме стало мало кислорода и мой рассудок медленно отказывался воспринимать реальность.

- Пойдём, провожу тебя, - Алина вышла следом за мной, запирая дом. 

Пока мы шли по пустой улице, она всё время на меня странно поглядывала, то ли дело ухмыляясь и размышляя о чем-то своём. Я же старалась не обращать внимание на косые взгляды. Не впервой она на меня так смотрит, вот и сейчас вернулась обратно в свой образ стервы.

- Мой брат красавчик, правда? - неожиданно спросила девушка, опередив меня на несколько шагов, чтобы стать лицом к лицу. Она шла спиной вперёд, намеренно замедляя мой шаг.

Я в изумлении остановилась, подняв на неё широко распахнутые глаза. Алина смотрела на меня так, словно застала на чём-то горячем, и в моём сознании закралась мысль, что она что-то знает. Или подозревает.

- О чём ты? - сощурившись, переспросила я, возобновляя ходу. Я старалась сохранять невозмутимый вид, включить дурочку и по максимуму выключить эмоции, которые вулканом взорвались внутри при одном безобидном, казалось, вопросе. 

- Я же вижу, сколько девок рассыпаются за ним в колледже, - протянула девушка, не убирая от меня своего взгляда, контролирующего каждую мою эмоцию на лице. - А что насчёт тебя? Только честно, - она коротко махнула указательным пальцем в предупреждающем жесте.

Я попыталась обойти её другой стороной, насупившись, но Алина не дала мне этого сделать и повторяла в точности за мной мои движения, преграждая дорогу.

- А при чём здесь я, не понимаю? - поинтересовалась я, делая вид, что правда не понимаю почему она вцепилась в меня. Хотя, я серьёзно ума не приложу, с чего вдруг она решила задать мне такой вопрос.

Алина вновь улыбнулась, но совсем не злостно, и объяснила:

- Ты палишься, Эмилия, - покачав головой, протянула она. - Чего стоит только тот первый раз, когда я застала вас с ним в одной аудитории. Кажется, я прервала чью-то идиллию, - девушка поиграла бровями, неоднозначно поглядывая на меня из-за густых ресниц. - Видела бы ты себя со стороны. Я думала, ты меня удушишь своими же руками.

- Глупости! - моментально отрезала я. - Ты просто себя не видела и свой взгляд мнимой королевы! Конечно, я хотела повыдёргивать тебе волосы в тот момент!

Студентка сначала выпучила на меня удивленные глаза, не ожидая услышать такую резкую правду, а затем, запрокинув голову, громко расхохоталась на всю улицу. Я же уставилась на неё, как на умалишённую. 

- Ты мне нравишься, репетиторша, - прерываясь на короткие смешки, сказала Алина. - У нас два варианта: либо дружить, либо ненавидеть друг друга. 

- А есть нейтральный вариант? 

- Нет, - оборвала меня она. - Либо я рассказываю всё Руслану и становлюсь твоим врагом номер один, либо храню твой секрет и мы вместе думаем, как выбраться из этого дерьма, - уверенно выдвинула свои условия девушка.

Я ошалела от такой наглости. Какая-то вшивая первокурсница будет ставить мне условия? 

- Какой же ты ещё ребёнок, - вымученно вздохнув, протянула я. - Даже не знаю, какой из вариантов хуже.

Алина шутливо пихнула меня в плечо, притворно обижаясь.

- Эй! - воскликнула она. - Между прочим, я тебе предлагаю помощь близкого родственника, - девушка горделиво вскинула подбородок. - Скажу сразу и честно: шансы на воссоединение минимальные, да и я, по правде, не особо хочу видеть тебя девушкой моего любимого брата, - на последних словах она скривилась.

- Почему это? - не дослушав её, поинтересовалась я.

- Ага! Значит, я была права! Мой брат тебе нравится! - девушка подпрыгнула на носочках от радости, что до конца разоблачила меня, а я хлопнула себя по лбу за такую опрометчивость.

- Это неважно, - отрубила я, начиная злиться.

- Слушай, я хочу тебе помочь, - на полном серьёзе произнесла Алина, вновь остановившись. - Ты хорошая девушка. Была бы мымрой, я бы тебе таких палок в колёса наставила, что ты охренела бы.

- Зачем тебе это? - я вздохнула.

- Считай это оплатой труда. Я займусь немного твоим стилем, найдём тебе клёвого парня и всё будет в шоколаде, - лепетала девушка.

И всё бы замечательно, если бы не одно но... Уж слишком я сомневаюсь в чистых намерениях этой девчонки, у которой глаза так и светятся от одной только идеи.

- Но я хочу попросить кое-что взамен, - более тише добавила она. Как я и думала.

- Что? - фыркнула я.

- Мне периодически нужно будет под предлогом занятий уйти по делам, - девушка состроила ангельские глазки, как у кота со Шрека. 

- Нет, - я долго не думала. - Меня в шпионские игры не впутывать. 

- Ну Эмилия! - возмутилась студентка, не ожидавшая от меня такого резкого отказа. - Я так много прошу?

- Ты пытаешься меня купить, - невозмутимым голосом ответила я.

- Это называется взаимная помощь, - буркнула Алина, сдвинув брови.

- И собираешься обманывать своих родителей, - сказала я упрекающим тоном.

- А ты хочешь всю свою жизнь прожить в клетке? - задала она больной вопрос и попала прямо в кровоточащую рану.

Внутренности сжались, а тугой комок подскочил к самому горлу. Она права. Возможно, Алина не самая прилежная дочь и студентка, с дурным характером и повадками, но она живёт так, как хочет и получает от этого удовольствие. Чего не скажешь обо мне. 

Я промолчала, надеясь, что моё молчание скажет всё за меня.

Может стоит что-то поменять в своей жизни? Рискнуть, сделать самый отчаянный шаг и выйти за установленные рамки?

- Вот видишь, не хочешь, - продолжала девушка, правильно расценив мой молчок. - Так что доверься мне и всё будет отлично, уверяю, - Алина хитро улыбнулась, явно строя на меня какие-то планы.

И я пока не была до конца уверена: радоваться или относиться к этому безумному плану с опаской. 

- Хорошо, - сдалась я. - Но и у меня будет своё условие: ты должна говорить мне, куда идёшь и с кем.

Студентка сощурила глаза.

- Согласна, если ты не сдашь меня Руслану и родителям, - она протянула мне руку для закрепления сделки.

И я, уже долго не раздумывая, пожала её в ответ. Было ощущение, что я заключила сделку с дьяволом и после этого моя жизнь кардинально измениться. 

Кто же знал, на что я на самом деле подписалась?
    Комментарий к 13. Не бойтесь в жизни перемен.
    ПБ включена. Спасибо! Вы мне очень помогаете :)

Образ Артёма взят из фанфика "Никогда не поздно". Чисто спонтанная идея :з 
Теперь он будет фигурировать и в этом фике. 

========== 14. Стирая границы.  ==========

    Комментарий к 14. Стирая границы. 
    За ПБ премного благодарна! 
На следующей неделе внезапно поставили пару по экономике и моё сердце забилось в разы чаще от одной только мысли о грядущей встрече. За время отсутствия Руслана много что изменилось, и я слишком поздно начала понимать, что всё пошло не в ту степь. Он просил меня присмотреть за Алиной, а что получается в итоге? Что я наоборот потакаю ей и собираюсь прикрывать перед родственниками, пока она будет шариться чёрт знает где. А этот Артём? Тот ещё тип, не вызывающий доверия совсем. Не удивительно, что за ней нужен глаз да глаз.  

Верно ли я сделала, заключив с ней сделку? Пока рано говорить, но мне явно не хотелось, чтобы она во всех красках расписала преподавателю истинную ситуацию и насколько серьёзны мои чувства. Пусть лучше думает, что это просто выброс эндорфина, кратковременное явление, действие которого скоро сойдёт на "нет". 

Неожиданно Алина нагнала меня во дворе колледжа, когда я сонная шагала на пары, то и дело зевая. Девушка загородила мне дорогу, заставляя остановиться.

- Привет, подружка! - она была навеселе. - Когда мы идём выбирать тебе наряд на вечеринку?

Я косо взглянула на неё, будучи не в лучшем расположении духа, и вопросительно вскинула брови. Вот бы мне её настрой на сегодняшний день. Глядишь, легче было бы пережить.

- Какой наряд, Алина? - вздохнула я. Кажется, мне срочно нужна большая чашка кофе, потому что на паре меня просто свалит в сон.

- Можно платье или какой-то прикольный комбинезончик, м? - спросила она, доставая из сумки зазвеневший телефон. Девушка нахмурилась и взяла трубку, отходя от меня на шаг. 

Я же махнула на неё рукой и направилась дальше. Чёрт, сегодня ещё и первая экономика. В данном случае мне нужен не только кофе, но и хорошее успокоительное, а в идеале не видеть Руслана ещё несколько дней. Вот только это ничего не решит.

Когда я уже была возле нужной аудитории, мне пришла короткая смс от Алины:

"Прости, звонила мама. Встречаемся после четвёртой пары на ступеньках у входа."

Ничего ей не ответив, я забросила телефон обратно в сумку. Под кабинетом собралась почти вся группа и трудно было не заметить среди всех Алёну. Она, увидев в расписании экономику, вырядилась как девушка, предоставляющая эскорт услуги: короткое платье бордового цвета с внушительным декольте и соответствующий вызывающий макияж. Иногда я жалею, что в колледже не существует строгого дресс кода, как в школе. Порой, студентки одеваются как истинные прошмандовки, особенно, когда нужна хорошая оценка и если пару ведёт мужчина.

В кабинет мы зашли со звонком и без преподавателя. Он опаздывал в своей уже привычной манере. Пока только на пять минут, но заядлые прогульщики уже раскричались о правиле пятнадцати минут и начали вести отсчёт. 

На одиннадцатой минуте в аудиторию влетел Руслан Викторович. Он коротко со всеми поздоровался, призывая сидеть и не вставать лишний раз. Наспех заполнил журнал и вскоре уделил своё внимание студентам. 

Надо отметить, что выглядит он сегодня немного по-другому: белоснежную рубашку сменил на футболку поло, хоть и тоже белую, а выглаженные брюки на тёмные прямые джинсы. Сегодня что, все решили сменить имидж? 

А ещё в глаза бросилось чёрное пятно на его руке чуть выше локтя. С моего места трудно было разглядеть что это именно, но по всей видимости, это новая татуировка, рисунок который был пока загадкой. Вот сидела бы я на первом ряду... 

- Ребята, мы с вами много упустили и теперь знатно отстаём, - начал Руслан Викторович, выпрямившись и став перед кафедрой. - Скоро сессия и мой предмет в неё включён, - на этом студенты разочарованно загудели. - Не нойте, господа! Так как я не уверен, что вы все его сдадите, я открываю дополнительный небольшой факультатив. Все желающие, кто хочет сдать сессию и продолжить учиться - милости просим! - тут его взгляд неожиданно упал на меня и я вздрогнула, чувствуя, как мелкая дрожь пробивает моё тело.

Он смотрел на меня, слегка сощурившись, а я на него в ответ, понимая, что почти не дышу. Руслан цепко впился в меня взглядом, заглядывая своими глубокими глазами в самую душу, словно выискивая там что-то, а затем едва заметно кивнул, возвращая внимание другим студентам. Я тут же поникла, понуро уткнувшись носом в конспект. Моя нижняя губа дрожала и я поняла, что мои установки и хвалёная выдержка оказались совсем ни к чёрту. И меня уж слишком сильно прошибает его холодность ко мне. 

- А если не у всех получается? - поинтересовалась Алёна, наклоняясь над партой, чтобы специально обратить на себя и свою грудь внимание. 

- Ваши проблемы, - мужчина беззаботно пожал плечами. 

- Может, вы сможете заниматься со мной индивидуально? - протянула она завлекающим голосом. 

От такого открытого поведения студентки меня аж затошнило. Вот как можно так навязчиво предлагать себя и вешаться на любого мужчину, у которого либо толстый кошелёк, либо предоставляет определённую выгоду? Мерзость. А Руслан тоже хорош. Не стыдясь, взглянул на её грудь, хоть и мимолётным взглядом. Конечно, посмотреть там есть на что, кобель. 

- Если сменишь наряд девушки лёгкого поведения на что-то более подобающее, тогда я обещаю подумать над этим, - хмыкнул он. 

Алёна захлопала глазами как дурочка (хотя, почему как?), осознавая, что ей только что сказали, а я про себя хихикнула, злорадствуя, и потёрла ладоши. Так ей и надо. 

- Но если девушке есть что показать, то почему бы и нет? - неожиданно запротестовала она, явно недовольная реакцией преподавателя. Видимо, ожидала, что он как глупец купится на этот дешёвый трюк с нарядом и томным голосом? 

Руслан Викторович вздохнул, сжав переносицу.

- Алёна, если у вас грудь третьего размера, то не обязательно надевать вещи с декольте до пупка, - изрёк он. - Тем более, вы находитесь в учебном заведении. 

- А может, она прямо с работы на учёбу идёт, - заржал Коновалов, вставляя свои пять копеек.

Алёна после этих слов мгновенно вскочила с места, свирепо сжимая кулаки, а затем резво схватила у своей соседки косметичку и замахнулась ею прямо в парня. Тот, не ожидавший такого поворота, получил прямо в нос и сразу же зажал его рукой, выкрикнув в сторону девушки пару смачных матов. Веня заскулил, как волк на луну, и я рефлекторно подскочила к нему, увидев первые капли крови, падающие на деревянную парту. Благо, он сидел прямо у меня за спиной. 

- Совсем сдурела что ли?! - не сдержавшись, выкрикнула я ей, доставая из сумки салфетки. 

- А ты вообще не вмешивайся, мышь! - агрессивно выплюнула в мою сторону Алёна.

- Немедленно прекратите! - прогремел уже голос Руслана Викторовича. Его яростный взгляд блуждал от вышеупомянутой истерички к парню и заканчивался на мне, вот только чем я заслужила быть уничтоженной глазами - не пойму. - Волкова, покинь аудиторию! - велел он ей. 

Девушка тут же злобно распахнула свою сумку, словно этого и ожидая, убрала принадлежности прочь из стола, даже не заикнувшись, что меня очень удивило. Спустя минуту, её и след простыл в кабинете. Остальные студенты затихли и сидели, не издавая ни одного лишнего звука.

Взгляд преподавателя зациклился на нас с Коноваловым. Парень сидел на стуле, запрокинув голову назад, а я стояла рядом, помогая зажимать ему нос салфеткой и не обращая особого внимания на мужчину, которого всё происходящее, видимо, конкретно вывело из себя.

- Обломова, займи своё место сейчас же, - скомандовал Руслан стальным голосом. 

Я обернулась к нему, хмуря брови в непонимании. С каких пор нельзя помогать человеку?

- У него кровь течёт..., - проблеяла я, зачем-то тыча ему испачканную салфетку. 

Он поморщился, отступив на шаг. 

- Мне повторить? - мужчина проигнорировал мои слова, глядя на меня исподлобья. Взгляд, конечно, у него безумный, злой и не предвещающий ничего хорошего. 

Я понуро опустила голову, совсем сбитая с толку. Со своими благими намерениями попала под раздачу, отлично. Виновато посмотрев на Веню, я ткнула ему в руку ещё две чистые салфетки и села на своё место, спрятав глаза в стол. 

- Вениамин, идите в медпункт, пока не залили тут всё, - обратился к парню преподаватель.

- Может, я его проведу? - я сделала слабую попытку помочь бедному спортсмену. 

Руслан Викторович даже не взглянул в мою сторону.

- У него из носа кровь идёт, а не из ноги, - резко ответил тот, пресекая любые другие мои предложения. - Продолжаем пару, господа! Не отвлекаемся...

И оставшееся время преподаватель не удостоил меня даже взглядом, игнорируя мою поднятую руку и желание ответить на поставленные аудитории вопросы. Я словно стала невидимкой и пока непонятно хорошо это или плохо. В любом случае, игнорирование - это не решение ситуации. 

Ещё один вопрос встал ребром. Стоит ли мне посещать его факультативы? Судя по раскладу, экономику маловероятно, что кто-либо сдаст, и даже у меня шансы мизерные. Вот была бы Елена, проблем не было вообще, а вот Руслан Викторович человек, на удивление, принципиальный и чересчур правильный в свои-то относительно юные года. 

В конце-концов, у нас была договорённость. В силе ли она? Я, конечно, чувствую угрызения совести, как и любой отличник, но сделка уж слишком заманчива. Да что уж там говорить, это ведь сам Руслан Викторович попросил и отказать я не смогла никак..

***

Последняя пара подходила к концу. Вымотанные грузом новых знаний студенты уже обессилено склонились над партой, подпирая рукой голову, а то и вовсе ложась на стопку конспектов, погружаясь в полудрёму. Бедная старушка Нина Михайловна вовсю диктовала новую тему, надеясь, что совестные студенты выписывают каждое слово в тетради и даже не подозревая, что из всей группы её слушает только два человека: я и Сёма. 

Когда до звонка осталось считанные минуты, в кабинет постучали. Мелкий первокурсник, слегка перепуганный, просунул голову и коротко сообщил:

- Обломова Эмилия, зайди после пар к директору, - пискнул он, извиняясь и захлопывая обратно дверь. 

Я выпрямилась, не понимая, зачем вдруг директору меня вызывать к себе в кабинет.

- Что-то случилось? - вежливо поинтересовался Яковлев, на миг отвлекаясь от писанины.

- Да нет, вроде..., - протянула неуверенно я, поглядывая на только что закрывшуюся дверь.

- Хочешь, схожу с тобой? - предложил парень, смущаясь.

- Спасибо, Сёма, сама справлюсь, - вежливо отказалась я. Хватит мне одной пиявки - Коновалова, и незачем позволять переступать черту Семёну. Он может совсем не так растолковать мою расположенность к нему, а я не хочу лишний раз тормошить чуткое сердце парня. 

Яковлев кивнул, как мне показалось, слегка расстроено, а у меня в душе закралось мерзкое чувство страха с вопросом "А вдруг..?". Вдруг кто-то узнал о нас с Русланом? Вдруг кто-то видел? Слышал? Сколько раз мы опрометчиво запирались в кабинете? Если Алина поняла всё с первого раза, то что говорить о других студентах, у которых мы каждый день на виду? 

За эти пару минут я успела накрутить себя едва ли не до полуобморочного состояния. Кто же знал, что окажется всё гораздо проще...

***

До нужного кабинета с золотой вывеской я дошла на дрожащих ногах, находясь в полном замешательстве. За все свои учебные годы я в кабинете директора была раза два, один из которых в случае с англичанином. Это была как запретная территория, на которую попадали лишь в крайне редких случаях, поэтому мой страх был вполне понятен. Если директор вызывает к себе, значит существует весомая причина для этого.

Перед тем, как открыть массивную дверь я набрала полные лёгкие воздуха и коротко постучала, но когда не услышала ответа, дёрнула ручку и самовольно сделала аккуратный шаг внутрь.

Директорское кресло было развёрнуто к большому окну, выходящее на двор колледжа, а сам мужчина даже не обернулся на только что вошедшую меня. Я видела только его ноги, выстукивающие по полу неизвестный мне ритм. 

Я подошла ближе к столу, негромко покашливая, дабы привлечь к себе внимание. Михаил Иванович пожилой человек, как ни как, и со слухом могут быть проблемы. 

Мне невмоготу было узнать в чём дело и кроме того, меня минут пять как ждёт Алина у входа. Конечно, я её предупредила что задержусь, но родителям не сказала ни слова, прикрывшись пятой парой. Поэтому время у меня ограничено и на всё про всё есть около двух часов в запасе. 

На мой кашель мужчина среагировал и медленно крутанулся в кресле. Когда он оказался лицом к лицу со мной, я потеряла дар речи, слегка опешив. Мои глаза расширились, словно я увидела призрака. Отшатнувшись, я задела ногой стоявший возле стола стульчик и едва не упала, если бы вовремя не сориентировалась и не ухватилась за него. Сердце пропустило удар, а тело мгновенно обдало холодом. По ощущениям, будто на меня вылили ведро ледяной воды.

Напротив меня сидел никто иной, как Руслан Викторович, осматривая меня долгим хищным взглядом. Он явно доволен тем, что застал меня врасплох и сейчас сидит, демонстративно смакуя мою реакцию. Наверно, я никогда не пойму этого мужчину. Неделю назад он велит держаться от него подальше, а потом сам же меня ловит в стенах колледжа.

- Я подумал, что слишком часто мы остаёмся в моей аудитории наедине, - беззаботно начал он, с преувеличенным интересом разглядывая ручку "Паркер". - Это может вызвать ненужные подозрения.

Я тяжело сглотнула, чувствуя, как снующее напряжение постепенно сковывает моё тело. Зачем ему нужен весь этот цирк? Для чего я здесь? Очевидно, немой вопрос слишком явно читался в моих глазах, от чего преподаватель коротко хохотнул, бросая ручку на стол и откидываясь на спинку стула.

- Обломова, за тобой так забавно наблюдать, серьёзно, - он посмотрел на меня в упор. Хоть и его смех сошёл на нет, в глазах продолжали плясать смешинки. - Я же не кусаюсь. Почему ты так напряжена каждый раз, когда я прошу тебя остаться?

Я позволила себе присесть, чувствуя, как ноги наливаются свинцом. В какой-то степени он прав и ход достаточно хороший, но что на это скажет директор и для чего всё это?

- Потому что я не знаю, чем всё закончится, - осевшим голосом осмелилась ответить я, несмело поднимая на него глаза.

Руслан нахмурился, поддавшись вперёд. Видимо, он понял что я имею ввиду: страстный поцелуй, нежные прикосновения и томные взгляды... Это лишнее, если не имеет продолжения вне стен колледжа. К счастью, понимаем мы оба, к сожалению, ничего сделать не можем.

- Я сам не знаю, Эмилия, - произнес он, устало выдохнув. Я ошалело смотрела на него, не веря своим ушам. Это стоит расценивать как своеобразное признание или я слишком спешу с выводами? - Веришь или нет, но я почему-то не могу перестать думать о тебе.

- Если эти мысли связаны с тем, что вы боитесь разоблачения, что я пойду на каждом углу трепаться о нашем с вами поцелуе, то можете успокоиться. Я никому ничего не скажу, - выпалила я первое, что пришло в голову, вцепившись ногтями в сумку на коленях. Боже, почему так сложно об этом говорить?

- Об этом я думаю в последнюю очередь, честно, - сдвинул брови Руслан. - Я взял больничный на неделю, уехал в другой город по делам на очередную конференцию, потом завис с друзьями в клубе на пару дней и на это время выбросил всё из головы. Абсолютно всё, - он внезапно оборвал свою речь, умолкнув на долгих пару секунд. - Я смог выбросить из головы всё, кроме тебя.

Каждое слово, как ножом по сердцу. Каждый взгляд, как разряд тока по телу. Неужели он это действительно сказал? Сказал, что думал обо мне всё это время? Внутри трепетало от таких долгожданных слов, но снаружи я сохраняла невозмутимый вид. И как сложно это давалось, когда Руслан находился совсем рядом, стоит лишь протянуть руку. Когда смотрит не так, как на паре, совсем равнодушным взглядом, а наоборот таким тёплым и нежным.

Я не знала, что мне делать: в очередной раз попасться на эту уловку или пройти мимо, задрав голову? Как будет лучше для всех? Как нужно поступить? Естественно, ни к чему хорошему эти мнимые отношения не приведут. Да и у него ведь есть девушка. Или... нет? В любом случае, мои родители не примут никогда в жизни наш союз, и будет хорошо, если дело не дойдёт до крупного скандала. Но что если сердце думает иначе? Что если так отчаянно хочется вкусить запретный плод, такой долгожданный, и который находится возле тебя рядышком? Закрыть глаза на все мешающие нам обстоятельства и насладиться хоть немного друг другом?

- Зачем вы меня сюда вызвали, Руслан Викторович? - я с большим трудом проглотила образовавшийся в горле ком. Я больше не могла смотреть в его глаза такие чистые и как никогда тёплые, и спрятала взгляд, рассматривая свои ногти. Слёзы так и рвались наружу, но я всеми усилиями сдерживала их, до боли закусив губу. 

- Наверно, потому что я так больше не могу? - прозвучало с его уст. Не то утверждение, не то вопрос. Мужчина не спеша поднялся с кресла, обходя массивный стол украдкой, словно боясь меня спугнуть. А я что? Я ведь и так в клетке, куда мне бежать?

Он присел в кресле напротив, упираясь локтями в собственные колени и пристально наблюдая за мной. Теперь я хорошо рассмотрела его новую татуировку ещё перемотанную прозрачной плёнкой - сизый ворон, одиноко сидевший на тонкой веточке дерева, склонив голову.

- Слышал, Алина пригласила тебя к себе на вечеринку? - неожиданно поменял тему преподаватель. - Всё настолько хорошо?

Я хмыкнула, вскидывая брови. Теперь все мои внутренние сомнения рассеялись, как дым в воздухе. Его, чёрт возьми, интересует только одно - собственная выгода. И как я могу ему верить? Может, это простая манипуляция с его стороны и он хорошенько пользуется моей слабостью - чувствами к нему?

- Пригласила, - я утвердительно кивнула головой. - Она молодец. Хорошо справляется с материалом.

- Ты пойдёшь? - спросил он.

Я откинулась на спинку стула, сложив руки под грудью.

- Ещё не уверена.

Руслан Викторович вздохнул.

- Алина очень хочет чтобы ты пошла, - произнёс он, не отрывая своего цепкого взгляда. - Вижу, вы очень сдружились или есть какая-то другая причина вашего внезапного сближения?

Я подняла на него глаза, и наш зрительный контакт продолжался несколько секунд в полном молчании. Неужели сестра ему что-то сказала? Или намекнула? Хотя нет, мы же договаривались. Она не могла.

- Вы считаете, что я недостаточно хороша, как для друга вашей сестры? - переспросила я, занимая оборонительную позицию. 

Преподаватель нахмурился.

- Нет, конечно, нет! - горячо заверил он. - Я рад, если это действительно так. 

В ответ я беззаботно пожала плечами, отворачиваясь к окну, за которым вовсю жарило солнце. И тут внезапно я вспомнила об Алине, ждущей внизу и скорее всего, обругавшую меня с ног до головы.

- Простите, Руслан Викторович, если это всё, то я пойду, - выпалила я, резко подрываясь с места. Проверив телефон, я обнаружила пять пропущенных от девушки и три смс с угрозами, что если через пятнадцать минут я не выйду, то она придёт за мной сама. Ровным счётом, у меня осталось девять минут. 

Мужчина поднялся следом за мной, хватая за руку и не давая сдвинуться с места. Такое простое касание вылилось для меня табуном мурашек по коже и замиранием сердца. Тёплая рука Руслана Викторовича ухватилась за мою, не сильно, но достаточно цепко, чтобы не дать уйти.

- Я задержу тебя не больше, чем на две минуты, - твёрдо сказал он. 

Я закатила глаза, вздыхая.

- Только если это правда что-то важное, - сказала я и отшатнулась, когда мужчина неожиданно сделал шаг ко мне и теперь мы стояли едва ли не нос к носу. 

- Важнее некуда, - полушёпотом произнёс он, склоняясь ближе. 

Мой рот приоткрылся в немом удивлении, и этим он удачно воспользовался потому что в следующее мгновение, мои губы были захвачены в плен тёплыми губами Руслана Викторовича. 

Кажется, я сегодня умру от счастья.

Или от руки Алины за долгую задержку, потому что две минуты слишком мало, чтобы вдоволь насытиться предоставленной возможностью прикасаться и целовать Руслана. 

Крепкие руки мужчины легли мне на талию, и я непроизвольно поддалась ближе, прижимаясь едва ли не вплотную к нему. Мои ресницы трепетали, а сознание взрывалось от переизбытка мыслей, которые роем пронеслись в моей голове. 

Преподаватель целовал меня совсем не так, как в прошлый раз. Этот поцелуй был неспешным, медленным и чересчур нежным. Он будто изучал меня, с упоением смаковал, ловя каждый вздох, а я не сопротивлялась, потому что слишком долго этого ждала. И слишком сильно хотела.

Я позволила себе обхватить его лицо руками, и сама не поняла, как углубила поцелуй, робко врываясь своим язычком в его рот. Руслан коротко простонал, ведь вряд ли ожидал от меня, скромной студентки, таких действий. Но, тем не менее, не растерялся и крепче сжал меня, молниеносно перехватывая инициативу.

Его было мало. И хоть руки Руслана беспорядочно шарили по моему телу, пробираясь под тонкую кофту, задевая край кружевного лифчика, проходясь вдоль позвоночника, заставляя меня прогнуться и прижаться максимально к телу мужчины, мне было недостаточно.

Наверное, в этот момент пришло такое постыдное осознание, что я хочу чего-то большего.  Мне самой стало страшно от такой мысли, проскочившей в моей задурманенной голове, и я невольно прикусила губу Руслана, чувствуя металлический привкус у себя во рту.

- Чёрт, - зашипел мужчина, немного отстраняясь, но не выпуская меня из рук. - Спрячь зубки, девочка, - ухмыльнулся он в ответ на мои невинные глаза и глупую улыбочку, а затем вновь захватил в плен мои губы.

Мне до последнего не верилось, что всё это происходит здесь и сейчас. Хоть и прикосновения были достаточно реальны, меня не покидало ощущение, что всё это может оказаться дурацким сном, и вот-вот я проснусь с мокрой от слюны подушкой.

Внутри меня взрывались салюты, а снаружи, не переставая, бегали по коже предательские мурашки. Я совсем упустила момент, когда оказалась сверху на Руслане Викторовиче, а сам он удобно уселся в кожаном кресле, запуская руки мне под юбку. Тёплые ладони выводили узоры на моих бёдрах, пока я бесстыдно продолжала его целовать, находясь в позе наездницы. 

- Я больше так не могу, - захныкала я, прерываясь.

Глаза преподавателя охвачены дурманящей дымкой. Он жадно осматривал моё лицо, заправив за ухо выбившуюся прядку волос.

- Не думай сейчас ни о чём, Эмилия, - попросил меня мужчина, собираясь опять завладеть моим ртом, но я остановила его, ладошкой упёршись в часто вздымающуюся грудь.  

- Ответишь на один вопрос? Только честно, - Руслан утвердительно кивнул, продолжая поглаживать коленку. - У тебя правда есть девушка?

Мужчина неожиданно для меня улыбнулся, и я отстранилась ещё больше, не понимая, чем вызвана его глупая улыбка. Ведь от его ответа на этот вопрос зависит многое, в том числе и моё морально-душевное состояние.

- У меня есть только одна заноза в заднице, - ответил мне он, подтягивая меня под колени ближе к себе так, что я уселась прямо на его пах. Я тут же почувствовала характерную твёрдость в его штанах и смутилась, заливаясь краской до кончиков ушей. - Ну, как видишь, не совсем в заднице...

Руслан опять увлёк меня в долгий поцелуй, и если честно, мои губы уже разболелись от такой частоты, но отказать себе в таком удовольствии я не могла и продолжила рьяно отвечать. Тот факт, что у него нет девушки, неимоверно меня порадовал и словно сбросил груз с плеч.

Теперь я могла любить его без угрызений совести, и я не буду завтра жалеть о том, что так жадно припала к своему преподавателю.

Время остановилось. В этот момент, когда мы самозабвенно целовались и перестали обращать внимание на окружающий мир, мир вдруг решил вспомнить о нас. Мы настолько увлеклись друг другом, что забыли о маленьком нюансе - двери, которая осталась не заперта. 

И которая резко открылась в следующий момент без предварительного стука.

***

========== 15. Новые ощущения. ==========

    Комментарий к 15. Новые ощущения.
    ПБ включена. Спасибо и простите за ошибки :)
Я молниеносно оторвалась от Руслана Викторовича, спрыгивая с его колен и оправляя постыдно задравшуюся юбку. Мужчина подорвался вместе со мной, становясь рядом и впопыхах прочёсывая волосы пятернёй. 

Ещё никогда я так не хотела провалиться сквозь землю, как сейчас. Стыдливо опустив глаза в пол, я начала жевать нижнюю губу, совершенно не понимая, как буду оправдываться перед Алиной. Сердце продолжало громко грохотать в груди, а повисшее в воздухе напряжение заставляло сковываться всё больше и беспомощно обхватить себя руками.

Молниями, которые метала Алина глазами, можно было не только убить, но и испепелить в прах, не оставив никакого следа. Она нарочито громко хлопнула дверью, припадая к ней спиной и воинственно складывая руки под грудью.

- Что я, блять, только что увидела? - не сдерживалась в выражениях студентка, переводя взгляд то на меня, то на своего брата.

Последний, кстати, выглядел не очень взволнованным. Будто это не его застали со своей же студенткой, прыгающей на нём, да и ещё в кабинете директора. Чёрт, уму непостижимо, что мы только что натворили. 

- Тебя не учили стучаться, Алина? - строгим голосом спросил у неё Руслан, вытирая со своих губ мой вишнёвый блеск.

- Что? - возмущённо взвизгнула девушка, принимая облик фурии. - Какого хрена ты творишь? Тебе других девок мало?!

Я нахмурилась, совсем не понимая, почему она так настроена против меня. В конце концов, я совершеннолетняя и отвечаю за всё сама. Единственное, что может оказаться преградой, это разница в возрасте и колледж, в котором явно не приемлют отношения преподавателя и студентки. Но я последний курс и через каких-то пару месяцев стану свободной птицей. Относительно, конечно.

- Алина, это не твоё дело, - отрезал мужчина, начиная говорить с ней на её же тонах. - Я сам решу что мне и с кем делать, хорошо? 

- Нет, не хорошо, - фыркнула девушка, резко вскидывая безумные глаза на меня. - А ты что молчишь? Мы же договаривались!

Я не могла выдержать её осуждающий взгляд и смотрела куда угодно, только не на студентку. Моё лицо просто горело от стыда: одну из отличниц группы застали вместе со своим учителем. Что если об этом кто-то узнает? Если Алина ляпнет лишнего в порыве злости? Меня же заклюют вначале студенты, а затем родители. Жизни мне больше не будет. 

Сказать в ответ было нечего, язык предательски прирос к небу. А что говорить? Лепить фальшивые оправдания, что я не хотела? Конечно, хотела, и не жалею о том, что минуту назад расцеловывала своего преподавателя, потому что я впервые в жизни сделала то, о чём желала. А стыдиться своих желаний - глупо, пусть они и не совсем правильные. 

Алина беспомощно вскинула руки вдоль тела, закатывая глаза и вымученно простонав.

- Как же вы меня бесите! - бросила она, хватаясь вновь за дверную ручку. - Два сапога - пара.

- Ты куда? - поинтересовался у неё Руслан Викторович. Очевидно, он переживал, чтобы его сестра не натворила глупостей.

- Не ссы, я никому не скажу о том, что ты совращаешь своих студенток, - едко ответила ему она, оборачиваясь ко мне. - Я жду тебя внизу, репетиторша. Если вы всё-таки решите ещё потрахаться, то заприте дверь, ладно?

- Алина! - гаркнул мужчина предупреждающе, а я ещё больше покраснела и закрыла лицо руками. 

- Что? - в тон ему прикрикнула она. - Не хочу чтобы потом все тыкали в меня пальцем и говорили, что мой брат чёртов извращенец, - после этих слов девушка резко вышла, хлопнув дверями так, что я вздрогнула от неожиданности. 

Какое-то время в кабинете стояла гробовая тишина, перебиваемая моими судорожными вздохами и тяжёлым дыханием Руслана Викторовича. Что теперь будет? Как мне сейчас смотреть ему в глаза? Как мне через минуту спуститься к Алине и смотреть в глаза ей? Моя совесть уже начала просыпаться и грызть меня изнутри. Паршивое чувство, на самом деле. И как же стыдно перед преподавателем! Я же едва не сама вылезла на него, усевшись прямо на его пах и отвечая на требовательные поцелуи. Сама целовала и неизвестно чем бы всё закончилось, если бы в кабинет не ворвалась Алина.

Мои родители меня убили бы на месте. Отказались, отреклись бы от меня, как от нечисти.

- Эй, - Руслан Викторович убрал мои руки от лица, обеспокоено заглядывая в глаза, к которым подступали нежданные слёзы. - Эмилия, всё хорошо. Не плачь, милая, - нежно говорил он, прижимая мне к себе.

И я, чёрт возьми, не могла в это поверить. Мой преподаватель впервые проявил ко мне такой порыв нежности и я, не веря в действительность этого момента, аккуратно поддалась. Нет, это всё реально. Слишком реально чувствуется тепло его тела, рука, утонувшая в моих волосах...

- Я с ней разберусь, - заявил мужчина.

Не знаю почему, но на Алину мне было отчасти всё равно, а слёзы подбежали потому, что я отчётливо понимаю, что эти поцелуи в пустых аудитория подальше от глаз не имеют никакого продолжения и ни к чему не приведут. Почему-то именно сейчас я это поняла, как никогда. У этих отношений нет продолжения и вскоре мы, вдоволь наигравшись, разбежимся по разным углам, тешась другими людьми. Надо ли оно? Надо ли позволять этому происходить дальше?

- Зачем это всё, Руслан Викторович? - чуть отстранившись, решила спросить я. Если ставить все точки над "и", то здесь и сейчас. Может, место не самое лучшее, но момент тот, что надо.

Он посмотрел на меня с высоты своего роста. Против него я была маленьким гномом и, наверняка, со стороны мы смотримся, как слон и моська. 

Мужчина немного отстранился, но из объятий меня не выпустил, продолжая прочно сдерживать в кольце своих рук.

- О чём ты именно говоришь? - недоуменно спросил он, качнув головой.

Было трудно завести этот разговор, будучи опьяненной ароматом мужчины, теплом его тела и такой редкой, но желанной близостью. Целенаправленно избавляться от  этого - ещё сложнее, но, как говорила мама, глупое сердце не должно перебивать здравый рассудок, и если упустить некоторые моменты, она бы мной гордилась.

С большой тяжестью в груди я заставила себя снять свои руки с плеч преподавателя, и этот жест сказал всё за меня. Хорошо, что мне не пришлось подбирать нужных слов, потому что я в этом вовсе не спец. А вот наговорить глупостей...

- Я же тебе нравлюсь, разве нет? - как-то неуверенно произнёс он, вскидывая брови и ослабляя хватку.

Хоть моё нутро сильно возмущалось тому, что мужчина знатно отдалился, забирая с собой тепло и терпкий аромат, я упрямо держалась солдатом, проглатывая комок в горле и часто моргая, чтобы скупые слёзы не брызнули с глаз. Черт возьми, да хватит уже реветь!

- А толку? - горько спросила я, делая шаг назад и чтобы компенсировать маленькую утрату, обхватила себя руками, слегка потирая за плечи. Вдруг стало прохладно, как снаружи, так и внутри, словно меня постепенно опустошали. - Давайте начистоту, Руслан Викторович, - я специально акцентировалась на полном произношении его имени, как и полагается студентке. - Вы мне нравитесь. Это правда. И на этом, наверное, всё. Вы старше меня, у вас другие потребности.. и мои родители, даже если откинуть всё "против", будут не рады такому союзу, а вы их, наверняка, знаете...

Откуда во мне взялось столько духу выпалить всё это прямо в лицо своему преподавателю - не понимаю, но стало гораздо легче. Будто с плеч сбросила тяжёлую ношу и теперь могу свободно дышать. Но надолго ли?

Мужчина задумался над моими словами, серьёзно нахмурившись. Он обошёл директорский стол, проводя рукой по дубовой поверхности, и остановился прямо напротив окна, складывая руки в карманы брюк.

Мои чувства ели меня изнутри, обиженно вгрызаясь в кровоточащее сердце, возмущаясь моими поступком, и только холодный разум хвалил за стойкость и смелость.

- Я думал, ты достаточно взрослая девочка и можешь уже сама принимать решения, - досадно подметил он, смотря на двор колледжа невидящим взглядом. 

Его слова были своего рода уколом и намёком на моё совершеннолетие и право самой распоряжаться своей жизнью. С одной стороны так оно и есть, а с другой - всё гораздо сложнее. Я слишком слабохарактерная чтобы заявить об этом родителям и громко хлопнуть дверью. Я боюсь, потому что без них - я никто и пока должна жить по их правилам. 

- Это не совсем так, - горько хмыкнула я. - Я от них всё ещё зависима.

- Тебе не кажется, что это слишком? - я выгнула бровь в ответ на вопрос преподавателя. - Тебе восемнадцать, а ты всё ещё ручной ребёнок своих родителей. Пора бы уже говорить о своих желаниях и не спрашивать разрешения чтобы поцеловаться с мальчиком, - он медленно крутанулся на пятках, смотря прямо мне в глаза. - Думаю, вряд ли бы они выгнали свою единственную дочь на улицу и отреклись бы от неё. 

Теперь пришёл мой черёд задуматься. Всё правильно сказано и очень легко, но как трудно сделать первый шаг. Первый раз пойти наперекор маме с папой, не согласиться, не подчиниться... Выйти из выстроенной зоны комфорта...

- Вот только не с мальчиком, а с преподавателем, - ничего другого не нашлось чтобы сказать и я уцепилась за единую его фразу.

Уголки его губ едва заметно дрогнули и мужчина плавной походкой подобрался ко мне ближе, становясь напротив всего в крохотном шаге. Сердцебиение, до того неспокойное, участилось ещё сильнее и теперь грохотало под самым горлом, сдавливая дыхание.

- Верно подмечено, - усмехнулся он, склоняясь ближе так, что его дыхание разбивалось об мои губы. - Ну, если проблема с возрастом - это не проблема, с потребностями мы разберёмся. Остаются только твои родители-надзиратели, - хмыкнул мужчина. - Как решить этот вопрос? Твои предложения?

Я стояла, как дура, учащённо моргая глазами и хлопая ртом. Руслан Викторович сейчас выступал в роли змея-искусителя, завлекая вкусить запретного плода, наплевав на всё и всех. И мне не верилось, что это говорит он - обычно сдержанный и строгий, и лишь моментами тёплый и страстный. Он так и не ответил, не сказал, нравлюсь ли я ему тоже, но его речь уже о многом говорила. О том, что всё решаемо? Или я, как истинная девушка, услышала только то, что хотела услышать?

- Жениться на мне, - ляпнула я и тут же прикрыла рот рукой.

Руслан расхохотался, чуть запрокидывая голову, а я покраснела до кончиков ушей, чувствуя себя неловко. Можно подумать, я сказала неправду. Мои родители как раз-таки именно такого и мнения!

- Не будем торопить события, малышка, - всё ещё хохоча, произнёс мужчина. - Понимаю, что вам, девушкам, хочется чем побыстрее, но нужно придумать другой способ, чтобы я мог целовать тебя легально.

От последних слов моё сердце пропустило удар и заворожённо уставилась на Руслана Викторович, думая не сон ли это. Не застанет ли меня сейчас мама в моей кровати, облизывающую своего любимого медведя?

Как в доказывание того, что всё происходит наяву, преподаватель преодолел последний шаг между нами и прижал меня вплотную к себе. Я охнула, не ожидая этого, и упёрлась рукой в твёрдую грудь мужчины. Мой пульс подскочил до невозможности и я даже слегка испуганно посмотрела на него. 

- Ну? Какие будут идеи, Обломова? - поинтересовался он, одной рукой держа меня за талию, а другой поглаживая шею кончиками пальцев.

Я едва не замурлыкала от приятного ощущения, прикрыв глаза. Думать было невозможно. Я даже не могла сбить в кучу свои мысли, где я, что я.

- Не знаю, - выдавила я с трудом, глотая слюну. Моя ладонь расслабилась и я позволила себе пробежаться пальчиками по груди мужчины, останавливаясь почти возле самого кожаного ремня на брюках.

Руслан недовольно промычал ответу, попутно зарываясь носом в мои волосы возле шеи. Я же замерла, боясь сделать вздох, боясь спугнуть или сделать что-то не так. Я превратилась почти что в статую, позволяя делать с собой всё, что угодно. 

Я вздрогнула, когда горячая ладонь преподавателя опустилась на моё бедро, чуть сжимая нежную кожу и плавно вырисовывая незамысловатые узоры. Моё дыхание участилось и я ухватилась обеими руками за мужчину, словно боясь упасть или же, наоборот, в случае чего остановить, если будут, конечно, силы. 

Руслан Викторович продолжал свои манипуляции, явно наслаждаясь моей реакцией. Его тёплое дыхание я чувствовала в районе своей шеи, мягкие губы аккуратно касались тонкой кожи и вызывали табун мурашек по телу и томные вздохи. Ладонь не спеша поднималась вверх по бедру, заставляя тело биться в мелкой дрожи.

- Подумай хорошо, Эмилия, - интимно прошептал он мне на ухо. - Ты же не всерьёз хотела отказаться от этого?

Здравый рассудок едва заметным светом пробивался в той темноте, которую я видела сейчас перед глазами. И я хотела пискнуть в ответ, что вообще-то собиралась, и даже поймала в своём затуманенном сознании трезвую мысль, что я опять позволила сбить себя с пути и поддалась на глупые провокации, но преподаватель, будто почувствовав мой мимолётно возникнувший протест, поймал в плен мои губы, увлекая в глубокий и слишком влажный поцелуй. 

Я коротко простонала, податливо впуская его наглый язык и отвечая на требовательный поцелуй. Боже, какая же я слабачка! Руслан Викторович подхватил меня под ягодицы, заставляя обхватить его торс ногами, что я незамедлительно и сделала. Вдруг в помещении стало слишком жарко и я чувствовала, как неприятно прилипает моя блуза к спине. Но не на этом я концентрировала своё внимание. Я думала только о том, как страстно прижимает мой преподаватель меня к стене, грубо целуя, как необычно влажно стало у меня между ног и как что-то твёрдое туда же упирается, вызывая непривычную тягу внизу живота.

- Подумала? - на минуту отстраняясь, спросил мужчина, пытаясь отдышаться. Его глаза горели желанием и это меня, слегка пугало. Пугало и моё взаимное желание и не сопротивление. 

- Трудно думать в такой обстановке, - я облизнула губы, чувствуя привкус сладких конфет. 

Руслан Викторович ухмыльнулся, собираясь вновь припасть к моим губам, но я остановила его, протестующе выставив руку ему в грудь.

- Если опять кто-то войдёт? - предостерегающе сказала я, кивнув на дверь. - И в этот раз не Алина?

Конечно, мне хотелось, чтобы он продолжал свою сладкую пытку и ни в коем случае не останавливался. Мой разум был затуманен настолько, что мне стало всё равно на уставы родителей и даже на свои внутренние - переспать только со своим парнем, повстречавшись не менее полугода. Руслан творил со мной невиданные вещи, заставляя играть не по правилам. 

- Так ещё больше заводит, не правда ли? - хохотнул он мне на ухо, распаляя ещё сильнее. - Директора сегодня нет, а ещё..., - протянул загадочно искуситель, кончиком указательного пальца поддевая краешек мои трусиков, так, что те сильнее впились в меня, заставляя прикрыть глаза от проявившегося животного желания, - У него есть потайная комната, - мужчина кивнул на ещё одну дверь в кабинете, за которой никого, кроме самого Михаила Ивановича не было. 

Я бросила короткий взгляд в ту сторону, понимая, что за той дверью, если я сейчас соглашусь, меня ждёт что-то новое. Может, достаточно приятное и взрослое, но правильное ли и не с ряду вон выходящее? Во мне постепенно возникал диссонанс чувств: каждый раз, когда голос разума пробивался наружу, его заглушал проворный язычок Руслана Викторовича, завлекая в томный поцелуй или играя с моей кожей на шее, ключицах, плече.. Моё тело говорило чёткое "да", здравый рассудок кричал "нет". И я не знала, кого слушать.

В то время, когда наши губы вновь слились воедино, а грубая рука Руслана Викторовича вернулась к оголённому бедру, возвращая мурашки по коже, чувственно поглаживая и поднимаясь вверх к укромному месту, дверь вновь распахнулась и на этот раз я резко соскочила, отпихнув от себя ничего не понимающего преподавателя.

Моё сердце, казалось, сейчас выпрыгнет с груди, а сама я сгорю от стыда прямо здесь, в этом чёртовом кабинете.

- Ну ёб твою мать, Руслан! - гневно визгнула Алина, упирая руки в бока.

Мужчина озадачено почесал затылок и на этот раз не нашёлся что сказать. Его рот бесстыдно блестел от моего блеска, которым я, кстати, перед этим намазалась вновь. А о своём виде я вообще молчу: задранная юбка, призывно спущенная на одном плече блузка и гнездо на голове. Ну и ещё засосы на шее и горящие глаза. Красотка. Человек, который ездит на олимпиады и претендует на красный диплом. Гордость родителей.

- Я, блять, не имела в виду, чтобы вы реально потрахались, - простонала девушка, пыхтя от злости, топнув ногой. - Ну что с вами делать, а?

- Алина, - устало выдохнул преподаватель, глядя на неё из-под лба. 

- Сколько тебя ещё ждать? - возмущённо произнесла студентка, обращаясь ко мне и игнорируя своего брата. - На выход! - приказала мне она, ткнув пальцем на дверь.

- Алина! - вновь повторил мужчина более громко. - Не лезь не в своё дело.

- А я пока и не лезу, - фыркнула она. - Пока вас не разведёшь собственноручно по разным комнатам, вы не отлипните друг от друга, а я устала кое-кого ждать, - это намёк на меня. 

Я же покорно опустила голову и прошла мимо мужчины, даже не взглянув на него. Часть меня победно ликовала, что в кабинет опять ворвалась Алина и спасла меня от Руслана и своих собственных желаний. Правильная моя сторона. Годами точённая родителями. А другая - более тёмная часть, изнывала, требуя горячего продолжения, как в моём недавнем сне с участием Руслана Викторовича. Но мы и так сегодня зашли слишком далеко. Надо обоим остыть и обдумать дальнейшие действия.

"Нужно придумать другой способ, чтобы я мог целовать тебя легально" - голосом преподавателя проговорило моё подсознание.

Выйдя за дверь, я счастливо улыбнулась, скрывая улыбку за ширмой растрёпанных волос. 

========== 16. Смысл победы в отсутствии конфликта. ==========

Алина ждала меня в ранее оговоренном месте, возле главного входа в колледж. Она беззаботно разговаривала со своими однокурсниками, хохоча и изредка хлопая по плечу рядом стоявшего парня. Девушка и виду не подавала, что минуту назад едва не лопала от злости, застав на горячем нас с Русланом.

Мне было стыдно появляться ей на глаза, ведь мы, кажется, заключили своего рода сделку. Но также понимала, что я не сделала ничего криминального, за что должна отчитываться перед ей. Достаточно моих родителей, которые контролируют каждый мой шаг.

Заметив меня, студентка потускнела, спрятав улыбку подальше, махнула своим друзьям рукой и что-то сказала, а затем приблизилась ко мне, закидывая попутно рюкзак на плечо.

— Готова? — коротко поинтересовалась она, приподнимая одну бровь.

— Не совсем, — призналась я.

Алина молчала, красноречиво поглядывая на меня и ожидая объяснения моих слов. Меня пугало то, что она не заикнулась даже о том, что несколько минут произошло в кабинете директора, не упрекнула, не разоралась в лютом гневе, а лишь укоризненно смотрела на меня, ничего не выказывая. Молчание — не лучшая практика, поэтому я решила выяснить всё сейчас, по горячим следам. Пока я на эмоциях и готова говорить, чувствуя маленькую радость в груди от того, что Руслан Викторович ко мне неравнодушен и даже пытается найти пути обхода опасности, в виде моих родителей.

— Я теперь твой враг номер один? — прямо спросила я.

Девушка удивлённо вскинула брови, воинственно складывая руки под грудью, соблазнительно обтянутой чёрной кофточкой. Для первокурсницы она одевалась слишком открыто, но да ладно.

— Почему ты так решила? — кажется, она искренне не понимала или же делала из меня дурочку.

— Наша договорённость… — промямлила я неуверенно.

Алина махнула в ответ рукой, словно отбиваясь от назойливой мухи.

— Можешь забыть о ней, — её рот криво дёрнулся в полуулыбке, но получился в большей степени оскал. — Возможно, я правда лезу не в своё дело. Я же ещё совсем малолетка, да? — спрашивает она, как мне показалось, с толикой иронии в голосе.

— Я так не думаю, — нахмурилась я, говоря правду. Да, ей только шестнадцать и одевается она так, словно переживает самый разгар подросткового периода, когда хочется выделиться и казаться не таким, как все. Но умом она была гораздо старше. — Ты имеешь право злиться, так что я пойму, если ты начнёшь избегать меня. Но только не устраивай войну, ладно?

Конечно, мне не хотелось воевать с Алиной и бороться за внимание Руслана Викторовича. Мне хотелось насладиться тем временем, пока мы будем вдвоём без разных пакостей со стороны его сестры. А ведь начудить она может, если захочет. К примеру, доложить обо всём родителям и тогда я боюсь представить, какой будет скандал.

— Успокойся, репетиторша, — хмыкнула девушка. — Я не отбитая на всю голову. Руслан не лезет в мою личную жизнь и я не буду лезть в его. Но не буду скрывать, что я недовольна его выбором, — она стрельнула в меня глазами, отмечая мою реакцию.

Никак не могу понять, чем я заслужила такую немилость с её стороны, но кажется, я начинаю с ней мириться. Пусть я ей не нравлюсь, только бы не мешала наслаждаться близостью с Русланом.

— И чем же я по-твоему не подхожу? — вскинув брови, поинтересовалась я. Конечно, отчасти я понимала в чём проблема, но её решение проще, чем кажется.

— Как минимум тем, что ты его студентка, — незамедлительно ответила она. — Как максимум, он старше тебя на семь лет.

— Ну знаешь, твой Артём не ангел и я тоже могу назвать массу причин, по которым он тебе не подходит, — выпалила я. Алина уже начинает слишком придираться, хоть у неё и есть на то причины. Но она не в том положении, чтобы учить меня жизни.

Студентка мгновенно вспыхнула, её щёки покраснели, а взгляд сменился из недовольного на безумно злой.

— А это уже совершенно не твоё дело, — фыркнула она. — Руслан хотя бы мой брат и я за него переживаю! Если вдруг вылезет наружу ваш роман, он отгребёт по полной, пока ты будешь дома зубрить формулы наизусть и поправлять светящийся над головой нимб!

Её слова заставили разбудить лишние сомнения внутри. Действительно, ещё как минимум полгода нам нужно будет скрываться от посторонних глаз в колледже, чтобы не ставить под угрозу репутацию преподавателя и его семьи в целом. Я даже не хочу представлять, что будет, если эта история всплывёт.

— Никто не узнает, — твёрдо сказала я. — Если только ты сама не расскажешь, — я выразительно посмотрела на неё, пытаясь уловить реакцию и тем самым узнать, что она собирается делать с новой информацией.

Алина отвернулась, закусив губу.

— Это не мой секрет. И я не враг своему брату, — буркнула она. — Пакостить не стану, но и помогать, в случае чего, тоже. Я считаю, что эти отношения без будущего и на твоём месте я бы готовилась к тому, что надолго это не затянется.

Девушка, не жалея, резала своими грубыми словами, но я мужественно терпела, ведь понимала, что она точно не станет сюсюкаться и бросаться ко мне в счастливые объятия. Ну и пусть. Пусть это будет недолго. Месяц. Два. Три. Но я хочу насладиться этим временем. Хочу попробовать что-то новое. Запретное и такое притягательное.

— Спасибо, — выдавила из себя я.

— Ты чокнутая, серьёзно, — сказала она, глядя на меня и качая головой. — Он настолько запудрил тебе мозги?

Я неопределённо пожала плечами.

— Кажется, я влюблена в него, — ответила я, чувствуя неловкость, признаваясь в своих чувствах Алине.

— Когда кажется — креститься надо, — вздохнула она. — В твоём случае это желательно делать каждый день перед порогом колледжа.

Я сдержанно хихикнула, тем самым заражая смехом и Алину. Хоть девушка старалась сдерживать улыбку, получилось у неё с трудом.

— Ладно, идём отвлечёмся, пока я не передумала и не надавала вам обоим по мозгам, — бросила девушка и повела меня прочь от колледжа.

У меня было настолько прекрасное настроение, что хотелось просто танцевать и петь глупые песни. А ещё хотелось выбрать самый роскошный наряд, чтобы понравиться Руслану. Чтобы он увидел меня с другой стороны, а не только серой мышью со скромными стрелочками на глазах.

***

За полтора часа мы обошли множество магазинов, названий которых я даже не вспомню. Алина, как угорелая, бегала по торговому центру и заставляла меня примерять различные наряды. Каждый чем-то отличался. И мне не нравился. Большинство из них были слишком открытые, слишком вульгарные, слишком яркие. Всё слишком.

Если платье нравилось мне, то оно почему-то не нравилось Алине, и так наоборот. Дойти к какому-то согласию в плане одежды оказалось слишком тяжело, ведь у нас совершенно разные вкусы. Себе она выбрала достаточно яркое платье, длиною мини, насыщенно бордового цвета, с открытыми плечами, из гипюра на подкладке. Простое, но броское в глаза, открывающее вид на худые длинные ножки и хрупкие плечи. Я бы такое не надела. Как по мне, оно чересчур короткое и практически не оставляет места для фантазии. А уж как она в нём собирается нагибаться — вообще не понимаю. Хорошо, хоть не приталенное, ибо тогда она долго бы в этом платье не проходила. Его сорвал бы от злости Руслан или же Артём, но немного от другого чувства.

В этот момент я подумала о преподавателе и в голову почему-то врезались мои же слова о сорванном платье. Непривычные для меня и пошлые картинки свирепым потоком полились в моей голове и я тяжело сглотнула, отгоняя это наваждение, но получалось плохо. Сознание, словно издеваясь, подгоняло ещё свежие воспоминания о жарком поцелуе в кабинете директора и я вновь почувствовала непривычную тяжесть внизу живота.

— Как тебе это? — вывела меня из постыдных воспоминаний Алина, показывая чёрное короткое платье на тонких бретелях и с внушительным вырезом.

Я выпучила на неё глаза:

— Точно нет. Это майка какая-то, а не платье.

— Померь, — настаивала девушка, пытаясь всучить мне его в руки.

— Даже не буду тратить время на это, — отрезала я и вынула из стопки платьев, кажется, достойный вариант. — - Неплохо, — вынесла вердикт я красному гипюровом платью, длина которого была чуть дольше мини. Не пережимает, со свободным низом и закрытым верхом на коротком рукаве.

— Знаешь, ты определённо привлечёшь к себе внимание в этом платье, — неожиданно согласилась со мной студентка, проводя рукой по яркой ткани. — Потому что будешь выглядеть, как целомудренная девственница, — добавила она.

— Алина! — слишком громко возмутилась я, из-за чего на нас обратили внимание консультанты.

— Что? — в тон мне ответила девушка. — - Я понимаю, что это так, но не обязательно это подчёркивать, чтобы потом на тебя смотрели, как на кусок свежего мяса.

— А если я одену вот это, — я дёрнула то самое чёрное платье. — То так на меня смотреть не будут?

Студентка закатила глаза, вымученно простонав. Она повесила все варианты обратно и негодующе посмотрела на меня, собираясь в очередной раз возмутиться моему ужасному вкусу.

— Я могу Вам чем-то помочь? — к нам подошла милая девушка-консультант, внедряясь в наш диалог. Или, скорее, конфликт.

— Да, пожалуйста, — резко ответила Алина, в то время как я хотела отказаться. — Помогите этой девушке улучшить свой вкус в одежде.

Я гневно посмотрела на неё, мечтая придушить собственными руками, в то время как консультант захлопала глазами, не понимая, что имела в виду Алина.

— Нам нужно платье на вечеринку. Чтобы было достаточно закрытое, но вид был не как у монашки, да, Эмилия? — язвительно произнесла студентка, нарочито выделяя моё имя.

Я кивнула, продолжая злиться на эту упрямую девицу. Какая ей вообще разница, как я буду выглядеть? Это же моя проблема?

Илона, так звали милую девушку-блондинку, услышав задачу, молниеносно начала перебирать своими длинными ногтями вешалки с нарядами, резво бегая между рядами. Периодически она вытаскивала платья, но даже нам их не показывала, а просто качала головой и вешала обратно. Минут десять мы проходили следом за ней, пока девушка внезапно не воскликнула:

— Ага, вот оно! Новая коллекция, последняя модель в данном экземпляре и, кстати, Ваш размер, — Илона вытянула на свет Божий просто удивительное платье.

«То, что надо» — была первая мысль, которая проскочила в моей голове, увидев его. Это было короткое, но стильное платьице в нежно-розовом цвете, украшенное цветочными узорами и декорированное перламутровыми бусинками. Сзади оно застегивалось на едва заметной молнии.

Я даже упустила тот момент, что длина всё-таки чересчур короткая, но сам дизайн меня поразил с первого взгляда.

— Прекрасно, — охнула я, притрагиваясь к маленьким бусинкам осторожно, боясь порвать, словно оно сделано из самого золота. — Как думаешь? — обратилась к Алине.

Последняя задумчиво почесала подбородок, глядя на это творение искусства, а затем равнодушно выпалила:

— Гораздо лучше, чем-то красное убожество.

Я закусила губу и виновато посмотрела на консультанта, которая сохраняла невозмутимый вид, несмотря на выпад студентки. Хоть и сказала это Алина, стыдно было мне.

— Можно я примерю? — спросила я.

Илона интенсивно закивала головой и любезно провела меня к примерочным кабинками, оставляя наедине, но сообщив, что если нужна будет помощь — она за шторкой. Я благодарно кивнула и, оставшись одна, сбросила одежду, бережно натягивая на себя это нежное платье.

Оно идеально село по моей худощавой фигуре и что мне нравилось, что оно не облепило меня со всех сторон. Это однозначно моё платье. Отражение в зеркале, даже без макияжа и причёски, меня удивляло. Как же одежда меняет человека. И я бы с радостью ходила в таких нарядах каждый день. Длина теперь не казалась мне короткой, потому что если бы оно было дольше — вид был бы не тот.

Я дёрнула шторку и не спеша ступила к зеркалу, восхищаясь девушкой, которая смотрела на меня с той стороны: длинные ноги, аккуратно подчёркнутая грудь. Я представила ещё макияж, причёску и туфельки на каблуке. Тогда образ был бы завершён окончательно. И я жду не дождусь, когда меня увидит такой Руслан.

— Ничего себе, какие ножки! — услышала я противный свист сбоку и обернулась.

К Алине присоединился Артём и они сидели в обнимку на белоснежных пуфиках возле примерочных. Я даже не хочу знать, откуда он здесь взялся. При виде парня я невольно скривилась, вспоминая нашу первую встречу и отвернулась обратно, стараясь не обращать внимания на его липкие глаза и противный завлекающий голос. Это вообще нормально отвешивать комплименты другой девушке в присутствии своей?

— Мне нравится, — подытожила Алина, оценивающе осмотрев меня с ног до головы и поднимаясь с насиженного места.

— Наконец-то эта пытка закончилась, — парировала ей я, оправляя подол платья. Снимать его не хотелось, настолько в нём комфортно.

— Берём! -излишне громко проинформировала студентка Илону и последняя пулей метнулась к кассе. — Артём, как тебе? Оцени своим мужским похотливым взглядом, — хихикнула она и в мою голову закралась мысль, что, может, у них свободные отношения? Ну как можно так себя вести? Или у них чуть расширены границы дозволенного?

Блондин лениво поднялся, подступая ближе ко мне и осматривая придирчивым взглядом, под которым я мгновенно съёжилась. Неприятен он мне и точка. Вообще таких парней стоит обходить стороной и ума не приложу, как Алина на него повелась. Наверняка наплёл ей с три короба.

— Хорошенький прикид. Такой невинный, — усмехнулся он, с удовольствием наблюдая за моим хмурым выражением лица. Когда он подошёл почти впритык и подцепил кончиком пальцев ткань на плече, я затаила дыхание и сжала руки в кулаки, обещая себе, что если он сделает что-то неподобающее — ударю. — Вот если бы ещё был вырез на груди, было бы гораздо эффектней, — протянул блондин.

— Не перегибай, — шутливо пихнула его в бок Алина. — Ну что, отметим наши покупки чашечкой кофе? — предложила она.

— Мне пора домой.

— Я «за», — одновременно со мной проговорил парень, нахмурившись. — Да ладно, Рапунцель, у тебя что, дома комендантский час?

— Не твоё дело, — огрызнулась я, упаковывая свою новую вещь в сумку. Только бы не увидели родители.

— Мы долго не задержимся, — пообещала Алина.

— Прости, в другой раз, — я виновато пожала плечами.

Девушка расстроилась, не скрывая своего хмурого лица, но дальше настаивать не стала.

— Ну тогда по домам? — спросила она, оборачиваясь к парню.

Тот безразлично кивнул.

— Я и дома найду чем интересным заняться, — усмехнулся он, поднимая взгляд на меня. Я закатила глаза. — Идём, отвезу вас, — парень достал из кармана ключи.

— Я прогуляюсь пешком, — отрезала я, едва не срываясь с места под глупую ухмылку Артёма. — Мне недалеко.

Алина нахмурилась, складывая руки под грудью.

— Сорок минут езды на маршрутке — это недолго? — она выгнула бровь.

Блондин не сдержал смешка, а я зло поджала губы, вынуждена согласиться с не очень заманчивым предложением.

Но ладно. Чем раньше приеду домой — тем меньше вопросов возникнет у родителей. С такой мыслью я заняла заднее сидение злополучной серебристой тойоты.

***

Алина с Артёмом о чём-то оживлённо разговаривали, но я толком не поняла сути разговора. Их слова служили скорее фоном для моих глубоких рассуждений. Подперев рукой подбородок, я смотрела в окно на уплывающие дома и уже грезила о предстоящей вечеринке. Как одену это красивое платье, купленное на честно заработанные деньги, как мои длинные русые волосы уложат в аккуратную прическу, а серые глаза подчеркнут легким макияжем. Как обую комфортные каблуки и явлюсь перед глазами Руслана настоящей красоткой, а не студенткой-заучкой с глупыми косичками и блузой в горошек.

Впервые в жизни мне хочется быть красивой. Красивой для него. Чтобы он понял, что я могу быть разной. Что внешняя оболочка — это изменчиво. Конечно, я более чем уверена, что там будут и другие девушки, гораздо эффектней и ярче меня, гораздо доступнее, открытее, опытней… И как мне будет справиться со своими чувствами, глядя на них?..

Поглощённая своими мыслями, я и не заметила, как мы остановились возле дома Алины и она уже собралась уходить, ухватившись за дверную ручку и легко целуя блондина в губы. Она бросила мне короткое «пока» и я даже не успела ответить, как парень развернул автомобиль и выехал из двора студентки.

— Куда она? — задала крайне глупый вопрос я, спохватившись и выпрямляясь на сидении. Оставаться наедине с блондином мне не хотелось совершенно. Кто знает, какие мысли у этого придурка в голове. Раз он при Алине не всегда сдерживается, то что происходит вне её глаз?

— Мама позвонила, — хмыкнул он, сверкнув в меня глазами в зеркале дальнего вида. — Расслабься, Рапунцель, я везу тебя домой.

— Я спокойна, — ровно произнесла я, складывая руки под грудью и отворачиваясь обратно к окну. На самом деле, это не так. Находясь рядом с ним, я начинала чувствовать лёгкую панику. Наверняка от понимания того, что от парня можно ожидать чего угодно, ведь я совершенно его не знаю. На что он способен.

— Я вижу. Такое ощущение, что ты в любой момент выпрыгнешь из машины, — хохотнул он. — Ты меня боишься что ли?

Я передёрнула плечами, не желая вести с ним диалог. Но молчать — глупо и по-детски.

— Не знаю что можно ожидать от таких, как ты, — ответила я немного резко.

— Это от каких?

— Самоуверенных мажоров с деланной короной на голове, — выпалила я.

Парень заливисто рассмеялся, останавливаясь на одном из светофоров, закрывая рукой глаза. Надо отметить, что смех у него приятный.

— Откуда ты такая взялась? — весело проговорил он, качая головой.

На эти слова я ничего не ответила, полагая, что наш нелепый диалог закончился, но не тут-то было. Только я свободно откинулась на сидении и устремилась вновь на город, Артём выдал очередную фразу, которая заставила меня напрячься вновь:

— Рапунцель, заедем ещё в одно место, ладно? Очень нужна твоя девичья помощь., — сказал он, не оборачиваясь ко мне, но хищную улыбку парня я заметила и так.

Видимо, ответа от меня и не ждали, потому что в следующий момент блондин развернул машину и поехал в совершенно другую сторону от моего дома.

Паника внутри меня с каждой минутой поднималась всё выше и выше, застревая тугим комком где-то посредине горла…
    Комментарий к 16. Смысл победы в отсутствии конфликта.
    За ПБ всем огромное спасибо!
Только-только вернулась из отпуска. Пытаюсь влиться вновь в будничный ритм :)

Платье Алины: http://piccy.info/view3/13363786/c7614adc3308be17d238245ea3458e83/
Платье Эмилии:
http://piccy.info/view3/13363788/3adb7995667cc8673bff989c97afdb9c/ 

========== 17. Что-то пошло не так. ==========

Артём полностью игнорировал мои вопросы, протестующие оклики и ярые размахивания руками, в ответ лишь улыбаясь и цокая языком. Мне казалось, ему нравится доводить меня до нервного состояния. Он упивается такой реакцией. Потому что по-другому я не могу объяснить его поведение. 

- Только попробуй что-то выкинуть, и я тебя ударю. Сильно, - пригрозила я наконец, не выдержав игнорирования моих вопросов. 

За окном пролетал город. Благо, я знаю его "от" и "до", поэтому район мне был хорошо знаком. Здесь недалеко музыкальная школа, а значит дорогу домой найду. Но вот куда меня везёт парень, я до последнего не понимала. Он молчал, как рыба, явно издеваясь надо мной, а я начала вскипать, с трудом подавив в себе панику.

Пришлось приложить немало усилий, чтобы внушить себе мысль о том, что блондин вряд ли причинит мне вред. Алина видела, что мы уехали вдвоём, я хоть как-то смогу за себя постоять, да и везёт он меня, вроде как, не в гущу леса. Полагаться на порядочность парня, которого знаю от силы два-три дня слишком глупо, но выбора мне не оставили, а вариант выпрыгнуть на ходу из машины казался не слишком заманчивым.

- Ты попадёшь домой не позже, чем через час, Рапунцель, - наконец-то заговорил Артём, ловко паркуясь между двумя машинами. Я оглянулась. Вокруг только жилые дома и несколько магазинов. И ходят люди, что немало важно. - И вообще, что значит "выкинуть" и за что ты меня ударишь? - попытался возмутиться он.

- Если протянешь ко мне руки..., - буркнула я, пересекаясь с ним взглядом в зеркале дальнего вида. Он улыбнулся, о чём сказали мелкие морщинки в уголках его голубых глаз.

- У меня вообще-то девушка есть, - упомянул парень, деловито вскидывая указательный палец. - Ну, конечно, если только ты сама захочешь...

Я грозно рыкнула, излишне нервно дёргая ручку дверцы, выбираясь на свежий воздух. Этому блондину вывести меня из себя, как два пальца об асфальт стукнуть. 

- Что за привычка каждую фразу передёргивать и сводить к пошлостям? - выпалила я, терпеливо ожидая, пока из салона вылезет Артём и закроет машину. 

- Уж какой есть, Рапунцель, - хмыкнул он. - Идём, поможешь мне немного, и я милостиво отвезу тебя обратно, - блондин хотел ухватить меня за руку, но я вовремя дёрнулась, отступив на шаг. Он хохотнул и помотал головой, кивнув на противоположную сторону улицы. - Нам туда. 

Я проследила за кивком и отметила, что на том участке находится продуктовый магазин с тусклой умирающей вывеской, такой же магазин женского нижнего белья и ювилерка, которая на фоне всего остального выделялась большими окнами с подсветкой и явно дорогой сверкающим указателем.

Смутная догадка осенила мой разум, предполагая, что вряд ли парень хочет, чтобы я приготовила ему ужин или помогла выбрать продукты, а в Богом забытом магазине нижнего белья он вряд ли делает покупки. Поэтому остался только один вариант...

- Сюда? - переспросила я, заикаясь, стоя прямо возле яркого магазина. Он твёрдо кивнул в ответ, галантно открывая передо мной тяжелые двери. 

- Ну раз я открываю тебе дверь - значит сюда, - хмыкнул он, ступая следом за мной в помещение.  

- И? - нетерпеливо продолжила я, осматриваясь и охая от количества дорогих украшений. - Если ты хочешь, чтобы я помогла тебе украсть что-то, то я пас, - предупредила с ходу.

Парень проследовал ближе к прозрачным стойкам, за которыми стояли выдрессированные солдатики, то есть, консультанты. Из посетителей пока были только мы, так что глаза продавцов, а также охранников следовали за нами по пятам. Я передёрнула плечами от такого количества внимания и поспешила за Артёмом, повторяя его действия и заглядываясь на витрины. 

- К счастью, я могу позволить купить своей девушке украшение, так что нет. Воровать сегодня мы не будем, - абсолютно спокойно произнёс он, в то время как консультант нахмурилась, видимо, услышав мою и его последнюю реплику. - Ты лучше глаза протри и смотри на подвески. Какая Алине бы больше понравилась?

Теперь пришёл мой черёд хмурить брови.

- Ты хочешь чтобы я помогла тебе с этим определиться? - спросила я, тыча в себя указательным пальцем. - А ничего, что я знаю её от силы неделю? 

Артём картинно закатал глаза.  

- У неё нет подруг, к которым я мог бы обратиться за помощью, это во-первых. А во-вторых, вам же, девушкам, по сути нравится одно и то же, разве нет? - он оглянулся на меня через плечо. 

- У неё нет подруг? - уцепилась я за первую фразу, как клещ, поражаясь, как это вообще возможно. Алина кажется достаточно общительной девушкой, да и я не единожды видела её в компании себе подобных. - Или просто все её подруги побывали у тебя в постели? - озвучила я догадку, которая неожиданно влетела в мой мозг. Тогда это всё объясняет.

Парень вдруг замер и вздёрнул плечами, издавая тихий рык.

- Блин, ты меня уже достала, - сцепив зубы, проговорил он. Ага, всё-таки моя догадка была верная. - Я начинаю жалеть, что попросил тебя о помощи. 

А я, как заведённая, почему-то вдруг слетела с тормозов и продолжала, совсем не чувствуя грани. Потому что такие, как этот блондин, меня бесят. Бесят тем, что считаю себя королями мира, которым всё можно. Можно пользоваться людьми, чувствами, обстоятельствами, деньгами...

- Правда в глаза колет? И вообще, странная просьба помочь выбрать подарок Алине, если она очередная из. Зачем ты вообще паришь голову? Купи банальный кулон с сердечком, переспи, а затем уйди в туман, - словами неудержимым потоком лились из рта, и я сама удивлялась своему неожиданному порыву высказать всё парню. Мне просто в один момент стало жаль Алину, ведь он попользуется ей и оставит страдать, а она, возможно, испытывает настоящие чувства. 

Внезапно Артём обернулся ко мне лицом, подходя предельно близко. Его глаза гневно сверкали, и я видела, как заиграли желваки на его лице. Очевидно, мои слова его разозлили достаточно, потому что он буквально прошипел мне в губы:

- Ты ничего не знаешь о наших отношениях с Алиной, так что не смей даже заикаться об этом, поняла? Да, у меня было достаточно девушек, но это было раньше. И пока я испытываю эти чувства, которые так ярко описывают в книгах, я буду с ней. И да, может даже пересплю, но это будет явно не ради галочки в списке, а потому что я её люблю. Тебе ясно? - выплюнул парень, сталкиваясь со мной носами.

А я стояла, слушая его тираду и понимая, что, возможно, немного погорячилась на этот счёт.  В конце-концов, каждый бабник в итоге находит свою единственную, ради которой и меняется. Хоть и по-прежнему сомнения, что эта участь положена Алине меня терзали, я должна была смириться с тем, что это только их дело. И правда, я лезу туда, куда не стоит. Они не маленькие дети и у Алины есть своя голова на плечах. 

Возможно, иногда стоит обжечься, чтобы в дальнейшем не подпускать к себе всяких мудаков и не позволять сердцу затмевать здравый рассудок. 

- Прости, - выдавила из себя я, тушуясь под уничтожающим взглядом Артёма. Кажется, я действительно позволила себе лишнего.

Взгляд блондина немного смягчился и он отстранился, откашливаясь и вновь обращая своё внимание на украшения. Я же закусила губу, упирая взгляд в широкую спину парня. Как бы он мне не нравился, возможно, даже такие чёрствые люди меняются, когда встречают свою любовь. 

Я последовала примеру Артёма и забегала глазами по сверкающим подвескам. Все до единой были прекрасны и стоящие. Я бы радовалась любой из них. 

- Я могу Вам что-то подсказать? - любезно поинтересовалась девушка, облачённая в форму ювелирного магазина. - Ищите украшения для своей спутницы? - она кивнула на меня, от чего я тут же зарделась, чувствуя себя крайне неловко.

Блондин оглянулся на меня с блуждающей усмешкой на губах.

- Для спутницы, - согласился Артём, - но не для этой.

Теперь пришёл черёд продавца смущаться. Она неловко кивнула, выдавливая из себя скудную улыбку и прочистила горло. 

- Простите, - пискнула она и принялась выдвигать из стойки коробочку с различными подвесками. - Как вам этот вариант? - девушка ткнула пальцем на странный символ, перекрученный узелками.

- Нет, - мгновенно скривился парень. - Нужно что-то попроще, но изящное.

Продавец ненадолго задумалась, явно задетая недовольством покупателя, но продолжила перебирать возможные варианты. Пользы с меня оказалось мало, потому что всё равно в итоге выбирал Артём, и толку от того, что он взял с собой меня пока маловато.

- Посмотрите эту, - консультант аккуратно вынула серебристую подвеску, демонстрируя нам. - Подвеска-оберег. Символ верности.

Я хмыкнула, но натыкаясь на предупреждающий взгляд парня заткнулась, деловито рассматривая украшение. Верность и Артём вещи не совместимые, как по мне, но озвучивать свои мысли было сродни самоубийству. Парень и так, похоже, едва сдерживается чтобы не излить на меня свой гнев. 

- Как тебе? - поинтересовался у меня он.

- Мне нравится, - честно призналась я. - Это лучшая из всех, что здесь есть, - я обвела указательным пальцем витрину из другими вариантами. 

Правда, подвеска оказалась красивая и будет изящно смотреться на тонкой шее Алины. Символ выполнен в виде стилизованного сердца из тесно переплетенных линий, образующий вверху изображение солнца. Необычно.

- Берём, - подвёл итог парень.

***

Артём, как и обещал, доставил меня домой вовремя. Правда, теперь он стал менее разговорчив со мной и приструнил свои пошлые шуточки. Кажется, своими репликами в магазине я не на шутку его задела и теперь удосужилась укоризненных взглядов с его стороны.

Но плевать.

Меня больше волновало нежное платье, болтающееся в моей студенческой сумке подальше от родительских глаз и Руслан Викторович, который обязан по существу оценить мои старания. В душе теплилось необъяснимое предчувствие чего-то нового. Надеюсь, первая вечеринка в моей жизни не окажется провальной. 

Родителей, к счастью, дома не оказалось и мне удалось избежать нелепых объяснений своего времяпровождения. На столе лишь одиноко стоял мой обед в виде творожных блинчиков и записка, которая вещала о том, что мама с папой задержатся на деловом ужине и ждать их не стоит.

***

Следующее утро выдалось дождливым. Я сидела на кухне вместе с семьёй, уныло ковыряясь вилкой в утренней яичнице. Чем ближе подходило время вечеринки - тем сильнее я нервничала, не прогадала ли я со своими планами? Плюс ко всему мне ещё нужно выбрать подарок Алине, а вариантов у меня ноль.

- О чём задумалась? - обратилась ко мне мама, наливая себе в чашку горячий чай. 

Солгать, что ни о чём - автоматически вызвать к себе лишнее подозрение и проявить неуважение к матери, сказать правду - значит обрубить на корню то, что имею сейчас.

- У нас намечается поход в театр на следующей неделе с группой, - произнесла я, украдкой бросая взгляд на папу. Он спокойно ел и никак не отреагировал на мои слова.

- Обязательно идти? Я думаю, тебе стоит усиленно готовиться к зимней сессии, - как обычно высказала своё мнение мать. 

Если до этого моё настроение оставляло желать лучшего, то после её слов и подавно. 

- Да ладно тебе, пусть сходит развеется, - удивил меня отец своим будничным тоном. - Тем более, если это предусмотрено программой...

Я выпучила на него глаза, не ожидая такой поддержки. Обычно, они в два голоса орут, что учёба важнее всего, а здесь неожиданное снисхождение. Не знаю, что случилось с моим папой или кто его подменил, но это совсем на него не похоже. 

- Если тебе не помешает это в подготовке к занятиям и если вернешься не позднее восьми вечера, - неохотно согласилась мама, не забыв выдвинуть свои условия.

- Но представление начинается только в семь вечера..., - лгала я, не краснея. Кажется, во мне умирает актриса. Хоть и ком в горле стоял, произнося эти лживые слова. Господи, и на что я иду ради Руслана?

Мать тяжело вздохнула, отставляя полупустую чашку в сторону.

- Эмилия...

- Ты уже взрослая девушка, так что будь умницей и не задерживайся дольше положенного, ладно? - перебил её папа, продолжая уплетать за две щеки свой завтрак.

Мама, удивлена не меньше меня, вопросительно вскинула брови, буравя его взглядом и словно осуждая за расширенные мне границы дозволенного. 

В ответ папиным словам я энергично закивала, мысленно ликуя своей маленькой победе. 

И, кажется, моё настроение значительно улучшилось.

***

Сегодня было всего лишь три несчастных пары, среди которых была и экономика. Если раньше я не знала что ожидать от этого занятия, то сейчас я вприпрыжку бежала к нужной аудитории, напевая себе под нос незаурядную песню из рекламы. До звонка оставалось четыре минуты и все мои однокурсники уже успели рассесться по местам, о чём-то оживлённо перешёптываясь. Но стоило мне войти - как двадцать три пары глаз уставились на меня, погрузившись в полную тишину, пригвоздив к месту у самого входа. 

Я уцепилась взглядом за Семёна, который в тот же момент ссутулился и опустил глаза вниз. Что случилось?

- И кому такая серая мышь могла понравиться? - разрушила всеобщее молчание Волкова, сидя на парте и с напуcкным интересом рассматривая разукрашенные ногти. 

Вслед её словам последовали короткие смешки, а я тем временем начала подходить к своему месту, не понимая чем вызвано такое внимание к моей скромной персоне.

Ответ скромно лежал на моей стороне парты, аккуратно перевязан скудным красным бантиком. 

Три небольшие пурпурные розочки и большая плитка молочного шоколада. Моего любимого. Я в недоумении застыла напротив, не верящим взглядом буравя ни в чем не повинный стол. Неужели это от Руслана? Но зачем же делать из этого целое представление?

Из пространства меня вывел звонок, оповещающий о начале пары и громко хлопнувшие двери за спиной преподавателя. Руслан Викторович уверенной походкой прошёл к своему столу, в привычной манере махнув всем рукой чтобы не вставали. Я аккуратно присела, сторонясь подарка, словно какой-то заразы. И нет ни подписи, ничего.

- Кто это сделал? - поинтересовалась я шёпотом у Яковлева, который втянул голову в плечи. 

- Я не знаю. Я пришёл, когда всё уже здесь лежало, - ответил он, но не заметить его бегающие глаза было невозможно. Кажется, кто-то врать совершенно не умеет.

- Обломова! - неожиданно прогремела моя фамилия на всю аудиторию и вновь все взгляды обратились ко мне. Я скукожилась, виновато поджав губы, но в глубине души надеясь, что преподаватель немного смягчиться ко мне на фоне наших... отношений. - Если хочешь поговорить - тогда милости прошу к доске. Если нет, то пожалуйста, не мешай другим слушать новую тему, раз самой неинтересно. 

Я покраснела до кончиков ушей под пристальным строгим взглядом Руслана. В аудитории с другими студентами он оставался по-прежнему преподавателем, цель которого дать мне новые знания об экономике, а не о других более интимных вещах..

- А она уже в облаках витает, ведь неожиданно у нашей Золушки объявился тайный принц, - вставила свои пять копеек Волкова, смотря на меня и ядовито ухмыляясь. В этот момент я была готова повыдёргивать ей все патлы.

Руслан вновь перевёл на меня потяжелевший взгляд и вопросительно вскинул бровь. Он медленно поднялся с насиженного места и хищной походкой подобрался ближе, останавливаясь всего в нескольких шагах от моей парты.

Мне хотелось сквозь землю провалиться, но перед этим засунуть этот подарок кому-то в глотку, потому что судя по реакции мужчины это не его рук дело. Он нахмурился и в его взгляде проскочило что-то сродни разочарованию.

- Мило, - бросил он, отчуждённо хмыкая. - Но в дальнейшем решайте свои любовные дела вне стен аудитории. Эта срань уже отняла пять минут моей пары, - развернулся и направился к доске, выписывая мелом новую тему "Потребительская подсистема отношений пользования".

========== 18. Беда объединяет.  ==========

Всю пару я сидела как на иголках, стараясь не обращать внимания на любопытные взгляды и перешёптывания своих сокурсников. Тоже мне новость! Обломовой подарили цветы. Волкова до последнего меня донимала своими расспросами, пока терпение Руслана Викторовича не лопнуло. В итоге она нарвалась на очередную двойку и всю оставшуюся пару сидела молча, понуро опустив голову.

Это первое занятие, на котором я толком не вникала в новую тему, всё время пытаясь выловить взгляд преподавателя, но он будто нарочито не смотрел в мою сторону, монотонно тараторя теорию, периодически выстреливая вопросами в аудиторию.

Сёма упрямо молчал, отнекиваясь и повторяя, что ничего не знает. Но трудно было не заметить, как он каждый раз заливается краской. Такая реакция у него лишь тогда, когда он пытается врать. За три года я уже знала парня, как облупленного. 

После окончания пары Руслан быстро собрался и поспешил покинуть аудиторию, игнорируя мой пытливый взгляд. Я хотела остаться и объяснить всё, но он не дал мне этого сделать, сбежав ещё до того, как мои сокурсники очистили кабинет. Розы одиноко лежали на краешку парты, и я посмотрела на них закусив губу. Кто этот неожиданно объявившийся поклонник и какие черти его вообще принесли? Неужели Яковлев? Вспоминая его смущённый вид, я вполне могу предположить, что это он. Но почему тогда не признался? Постеснялся студентов? 

Схватив ни в чем не виновные цветы и равнодушно бросив шоколад в сумку, я стремительным шагом направилась к парковке, намереваясь истолковать упрямому Руслану нынешнюю ситуацию. Сказать, что я понятия не имею чей это подарок и что я уж точно не рада ему. Мне не хотелось чтобы наши отношения начинались из нелепого недоразумения.

Массивная спина преподавателя замаячила передо мной в одном из студенческих коридоров и я засеменила следом, пробиваясь сквозь плотный поток уставших студентов. Я видела, что он разговаривал с кем-то по телефону и выражение его лица не сулило ничего хорошего, но тем не менее я решила не терять возможности поговорить. 

Я выбежала следом за ним на парковку и почти догнала, собираясь окликнуть, но замерла, увидев возле его машины стройную шатенку. Ноги словно гвоздями вбили в землю, а сердце, кажется, пропустило удар. Руслан, по-прежнему не замечая меня, чмокнул незнакомку в щёку, галантно открывая ей дверцу, сам занимая водительское место.

И они выехали с парковки. Вместе. А я осталась стоять, как дура, пока иномарка полностью не исчезла из моего вида.

***

Первое, что мне хотелось сделать, придя домой - порвать купленное платье на куски и сжечь, а затем закутаться в тёплый плед и усесться на свой излюбленный подоконник с горячей кружкой чая, проклиная весь мир. Но я, стиснув зубы, усмирила свои бушующие эмоции и решила не делать поспешных выводов. Возможно, это ещё одна его сестра или родственница? Или подруга, одноклассница, ещё кто-то, чёрт возьми... Но это не меняло того факта, что ревность начала меня пожирать изнутри, заставляя всплывать перед глазами гнусные картинки их совместного времяпровождения. Как он обнимает её, как он её целует.. 

Мне не хотелось верить, что Руслан Викторович способен на такое. Он не может так со мной поступить после всего, что между нами было. Неужели соврал и это всё-таки его девушка? В голову врезался момент, когда я у него об этом спросила. Чёткого ответа тогда я не получила, и мой затуманенный чувствами разум был вполне доволен услышанным. Но он просто красиво скосил от вопроса..

Из собственных мыслей вывел мужской голос, окликнувший меня по дороге домой. Я остановилась, оборачиваясь и смотря на Веню, который приближался ко мне. Он выглядел уставшим, с поникшими плечами и безжизненным взглядом, но тем не менее пытался держаться весельчаком. 

- Не против, если составлю тебе компанию? - поинтересовался парень, равняясь со мной.

- Как хочешь, - безразлично мотнула головой, продолжая шаг. - Тебя не было сегодня на парах, - констатировала я.

Коновалов тяжело вздохнул.

- У меня освобождение на три дня. Готовимся к финальному матчу. Он очень важен для меня, поэтому тренируюсь как могу, - объяснил Веня. Он выглядел реально вымотанным и мне его стало жаль. Хотелось накормить и заставить нормально выспаться, потому что судя по синякам, плотно залёгшим у него под глазами, со сном имеются явные проблемы.

- У тебя всё получится, Веня, - пыталась подбодрить его я. Это оказалось тяжело, когда у самой на душе скребут кошки в связи с последними событиями. - Я видела несколько твоих игр. Ты молодец.

Кажется, парень расцвёл после моих слов. На его губах появилась хоть и слабая, но всё же улыбка и сам он заметно оживился. 

- Спасибо, - слегка смущённо проговорил он. - А ты чего такая грустная? 

Меньше всего мне хотелось быть участником допроса. Сейчас я нуждалась в тишине и спокойствии. Мне нужно подумать и успокоиться, а не отвечать на глупые вопросы. 

- Устала, - беззаботно пожала плечами я, утыкаясь взглядом себе под ноги. 

- Что, и даже шоколад не помог справиться с плохим настроением? - уже знатно повеселев, спросил Веня, наводя тем самым на меня лёгкий ступор.

Я резко остановилась и шестерёнки в голове закрутились с неимоверной силой. Догадка вначале смутная, а затем подкреплена несколькими факторами уже слишком ясно светилась у меня перед глазами, и я не сдержав на этот раз эмоций, вскрикнула:

- Так это твоих рук дело?!

Парень, очевидно, ожидая немного другой реакции в замешательстве отступил на шаг и сдвинул брови. Он почесал затылок, заикаясь, пытаясь слепить два слова, в то время как я гневно испепеляла его взглядом и ждала внятного ответа.

Клянусь, если это он, я отлуплю его этими розами прямо здесь.

- Ну... да, - в конце выдавил он, почесав затылок. - Я заб-бежал перед тренировкой в аудиторию.. Попросил этого хмыря.. Яковлева.. чтобы присмотрел, - невнятно бурчал парень.

Я медленно закрыла глаза, стараясь равномерно дышать, слушая этот бред сивой кобылы. Злость переполняла меня с ног до головы и я едва сдерживалась чтобы не наброситься на Коновалова с кулаками.

- Ты даже не представляешь что наделал, - прошипела я, словно змея. Я вымучено застонала, запрокинув голову к небу. Ну и как теперь расхлебать всё это дерьмо?

- Тебе не понравилось? - спросил в недоумении Веня. Он не понимал в чём дело, а я и не могла объяснить, потому что это не его ума дело. - Ты не любишь розы? Нужно было чёрный шоколад покупать?

Я прервала поток его слов одним махом руки. Отголосок здравого разума твердил мне, что я поступаю слишком жестоко и мне нужно смягчиться, но та буря эмоций, которая навалилась на меня сегодня была значительно сильнее и сносила напрочь все разумные мысли. Я впихнула ему в руки розы, которые обижено опустили свои бутоны, склонив их на бок и процедила:

- Больше никогда так не делай, Коновалов.

Я медленно начала отступать под хмурый взгляд Вени. Судя по взгляду, он только начал осознавать суть моих слов и уже через секунду я увидела, как он обижено поджал губы и кивнул. Тяжёлый взгляд парня прошёлся по мне с ног до головы и невозможно было не прочитать в них досаду, которая слишком явно плескалась в глазах. 

- Никогда, - твёрже повторила я, резко оборачиваясь и ускоряя шаг, буквально чувствуя, как парень сверлит мою спину взглядом.

А в душу словно кто-то нагадил - такое мерзкое, отвратительное чувство ело меня изнутри по дороге домой. 

***
Тяжело, когда твои чувства не взаимны, в независимости от того, любишь ты или тебя. В обоих случаях страдает человеческое сердце и это не хорошо. У меня, похоже, комбо. Чувства Коновалова мне явно не нужны, а со своими я не знаю что делать. Потому что уже не знаю, нужны ли они Руслану вообще. И была ли эта искра между нами реальна или всего лишь моя глупая выдумка.

Придя домой, я даже не стала садиться за домашнее. Настроение было не то, да и, кажется, там совсем немного. Решив, что сделаю всё попозже, я укуталась в любимый плед и погрузилась в просмотр своего любимого сериала "Мастер и Маргарита", желая немного отвлечься от реальности и телом, и душой. Хватило ненадолго. Буквально через час мой телефон начал разрываться от звонков, и если первых пять я спокойно проигнорировала, то на следующий пришлось ответить, потому что начала раздражаться от мелодии и не утихающего экрана сотового.

- Ты где? - без приветствия поинтересовалась Алина. Судя по голосу, она была рассержена. 

- Дома, - коротко бросила я, недоумевая.

- Тогда, может, откроешь? Я уже двадцать минут грею в твою дверь и на меня странно косятся соседи, - не скрывая недовольства, проговорила она.

И да, чёрт, я совсем забыла о нашем занятии. За всем этим круговоротом событий у меня совершенно всё вылетело из головы. Я хлопнула себя по лбу и засуетилась, бегая по комнате как ошпаренная, скрывая следы своей меланхолии: выключила сериал, забросила плед в дальний угол и отставила чашку с остывшим чаем. Бегло осмотрела себя в зеркале, подтирая размазанную от скупых слёз тушь, и поспешила встретить гостью.

Подругами нас с Алиной назвать трудно, несмотря на несколько секретов, которые нас объединяют. Сможем ли мы подружиться? Очень сомневаюсь, ведь, кажется, каждый из нас вытягивает из этих "дружеских" отношений лишь свою собственную выгоду, и по окончанию мы просто будем ограничиваться короткими словами приветствия. 

Сидя в своей комнате, я смотрела на неё, пока та решала очередную формулу, и вспоминала слова Артёма. Было чрезвычайно трудно поверить в то, что этих двух постигла большая любовь по ряду причин. Во-первых, вспоминая себя в шестнадцать, объектом моей, как казалось, безграничной любви выступал едва ли не каждый парень, который смотрел на меня в коридоре колледжа. А во-вторых, поверить Артёму, что его неожиданно пробило на любовь и Алина та самая единственная - задача почти нереальная. Или же я чего-то не понимаю в этой жизни?

- Правильно? - вывела меня из раздумий девушка, тыча ручкой в тетрадь.

Я тряхнула головой, отгоняя посторонние мысли, и бегло пересмотрела написанное. Студентка делает большие успехи и теперь наши занятия обходятся без скандалов и разорванных в порыве злости бумаг.  

- Да, молодец, - похвалила её я, слабо улыбнувшись. - Ещё парочку примеров?

Алина замельтешилась, неоднозначно покачивая головой.

- Может, на сегодня достаточно? - она состроила щенячьи глазки и я тут же учуяла неладное, подозрительно сощурив глаза.

- У тебя что-то случилось? - спросила я, надеясь, что это не очередная выходка студентки. 

- Нет, у меня есть срочное дело.

Я откинулась на спинку стула, наблюдая за Алиной, которая явно что недоговаривала и не спешила объясняться. 

- Мы договаривались, что я тебя отпускаю, но только если ты говоришь мне куда идёшь, - напомнила ей я, складывая руки под грудью. Ситуация, которая складывалась мне, откровенно, не нравилась.

- Ну, Эмилия! - насупилась девушка, и когда я в ответ твёрдо покачала головой, гневно взмахнула своими волосами, отворачиваясь. 

Несколько минут понадобилось студентке чтобы взвесить все "за" и "против". Она задумалась, о чём говорили её сдвинутые брови, а глаза упёрлись в одну точку на стене. В конце-концов девушка сдалась, смиренно выдохнув. 

- Мне нужно встретиться с Артёмом. Мы будем у него дома, - на одном дыхании протараторила она.

Опять Артём.

- Это действительно так важно? - смягчилась я, мысленно проводя параллель с собой. Я тоже, по сути, обманываю родителей, любой ценой пытаясь выкроить хоть какое-то время для Руслана.

При одном упоминании сердце болезненно кольнуло. Очевидно, это желание у нас не взаимное, раз он так упорно проигнорировал меня после занятий.

Алина ограничилась кивком головы.

- Тогда ладно, - сдалась я, понимая, что выходить с ней на спор не совсем хорошая идея. - Но только будь на связи, хорошо?

Девушка расцвела на глазах после моих слов. Она энергично закивала, пища как довольный ребёнок и принялась сгребать свои вещи. 

Уже через минуту её и след простыл и я вновь села за сериал, надеясь, что в этот вечер меня больше никто не побеспокоит. 

***

Нежное, почти невесомое касание тёплой руки к моей щеке, горячее дыхание, разбивающееся об мои приоткрытые губы.. Руслан склоняется ко мне ближе, дразня манящей близостью, испытывая. Мои руки, словно безжизненные верёвки, свисают по швам, и я чувствую себя загнанным в ловушку зверьком, у которого сердце сейчас просто выпрыгнет из груди. 

- Ты знаешь, что ты моя девочка? - шёпотом говорит он, оставляя лёгкий поцелуй на скуле.

Мои ноги дрожат, едва удерживая меня на весу, и я судорожно вздыхаю перед тем, как кивнуть.

Мужчина усмехается, рассматривая моё лицо, крепко обхватывая рукой тонкую шею и резко притягивая к себе. Я охаю от неожиданности и жмурю глаза от боли, не понимая, что происходит.

- Тогда какого хера какие-то молокососы дарят тебе цветы? - рычит в лицо он мне и я содрогаюсь от грубых громких слов, тем самым выводя себя из полудремоты.

Резко подскакиваю, смотрю на часы и отмечаю, что пропустила почти половину сериала. По виску скатывается крупинка пота, дыхание сбилось и я едва различаю свою комнату. Протираю усердно глаза, поднимаясь с кровати и краем уха слыша, что кто-то стучит в дверь. За окном уже стемнело, мамы с папой ещё нет.

Крадусь на цыпочках ближе, стук становится всё более настойчивым. Аккуратно смотрю в глазок и удивлённо распахиваю глаза, видя за ней объекта своего сновидения - Руслана Викторовича.

Я спешно открываю дверь, сбита столку его неожиданным приходом. Он резко проходит внутрь, нервно оглядываясь, словно меня не замечая совсем.

- Руслан? - обращаюсь к нему я, находясь в полном недоумении.

- Где Алина? - встревожено спрашивает он, наконец-то останавливая свой безумный взгляд на мне.

Я теряюсь на какое-то время, размышляя над ответом ответом. Где-то на уголке сознания забилась мысль, что случилось что-то неладное, и, похоже, кроме правды сказать больше нечего.

- Ушла, - проглотив комок в горле, ответила я.

- Давно? - Руслан подступил ближе, цепляясь руками за мои плечи, встряхивая.

В уме подсчитываю время. 

- Около трёх.

Взгляд мужчины резко мрачнеет и он пятится до тех пор, пока не натыкается на кухонный стул. Он усаживается на него, бросая в руки голову.

- Что-то случилось? - спросила аккуратно я, присаживаясь на соседний стул.

Он что-то мычит в ответ, проводя рукой по волосам. Его глаза бегают по прозрачной поверхности стола и уже через минуту он выпаливает:

- Она не вернулась после ваших занятий домой. У Артёма её нет. Его самого тоже нет.

Моё сердце падает вниз, и я понимаю, что Алина мне солгала. Достаю из кармана телефон, набирая её номер, но вместе с монотонными гудками слышу безжизненный голос преподавателя:

- Их телефоны не отвечают, - хрипло выдавливает он. - Алина должна была сегодня присутствовать на ужине у нас дома, но не явилась. 

Какое-то время я сижу молча, переваривая информацию. Чувство вины начало закрадываться в мою душу, терзая её. Если произошло что-то плохое, то я себе этого не прощу никогда. Сама не замечаю, как мелкая дрожь начинает пробивать тело.

- Эмилия, если с ней что-то случилось..., - мрачно начинает он, но я не даю ему закончить.

- Мы найдём её, - уверяю его я, хотя даже понятия не имею, где искать. Но мне нужно поддержать Руслана.

Я аккуратно беру его за руки и он удивляется проявлению такой инициативы с моей стороны. Руслан коротко кивает и его глаза оживают, наполняясь решимостью. 

- Ты права, - прочистив горло, отвечает он. - Не время разводить сопли. 

Мужчина подрывается с места, отряхивая свою джинсовую куртку.

- Поехали, - командует он.

И мне ничего не остается, как в спешке сорвать с крючка куртку и последовать за ним. Сейчас даже было всё равно на ту загадочную шатенку и на полный утренний игнор со стороны преподавателя. Всё равно на то, что я отправляюсь на ночь глядя неизвестно куда, не сообщив родителям.

Важно найти Алину. Потому что это важно для Руслана. А значит, и для меня тоже.

========== 19. Пропажа.  ==========

    Комментарий к 19. Пропажа. 
    За ПБ огромное спасибо! :з
Около часа мы кружили по всем местам, где, как предполагал Руслан, могла бы находиться Алина, но поиск был безрезультатным. За окном смеркалось, город постепенно накрывала темнота, а телефон девушки по-прежнему сообщал, что она вне зоны действия сети. Я слишком остро чувствовала свою вину за то, что отпустила её раньше, за то, что так глупо поверила взбалмошной девице, за то, что даже понятия не имею, как помочь её найти. И если свои истинные переживания я решила не показывать, чтобы до конца не обострять и так накалённую обстановку, то Руслан не сдерживался, время от времени пиная ни в чём не повинный руль и выкрикивая злобные маты вперемешку с угрозами.

Мы выехали уже за пределы города и остановились на обочине, понимая, что поиски заходят в тупик. Лес вокруг в такой поре суток выглядел устрашающим, нагоняя и без того страшные картинки в голову.

- Кому ты звонишь? - поинтересовалась я, замечая, как мужчина нервно набирает чей-то номер в телефоне.

- Максу, - коротко отозвался он.

Макс - это родной брат Артёма, но тем не менее, насколько мне известно, он более адекватный. Тот факт, что преподаватель вновь его набирает меня слегка удивил, ведь первый звонок не дал никаких результатов. Потому что тот заверил, что ничего не знает. 

Далее последовал отборный мат со стороны мужчины и даже парочку я расслышала из динамика телефона. Оба говорили на повышенных тонах, но крик сейчас ничем не поможет.

- Вы, блять, братья или кто? - ревел в трубку Руслан, упираясь рукой об руль. - Если я её не найду в течении двух часов, то твой брат будет первым, кого я убью! - напоследок бросил он, отключаясь.  

Салон погрузился в полную тишину. Спрашивать о том, что сказал Макс не было смысла. 

Я наблюдала за мужчиной сбоку и моё сердце просто разрывалось от одного его вида: такой потрёпанный, растерянный взгляд, который постепенно начала заполнять безысходность... Он откинулся на сидении, на миг прикрывая глаза. Его ресницы дрожали, а из груди вырвался судорожный вздох.

Я никогда не знала, что говорить в такие моменты, когда человеку нужна поддержка. У меня словно вырвали язык и все слова утешения в итоге застревали где-то посередине глотки плотным комком. Да и я сама понимаю, что мне вряд ли помогли бы чьи-то слова. Поэтому я решила помочь хотя бы своим присутствием, а не пустыми "Всё будет хорошо". Кто знает, вообще, будет или нет? 

Аккуратно подвинувшись на сидении, я протянула руку и положила на бедро мужчины, начиная поглаживать в успокаивающем жесте. Мне хотелось его обнять, поцеловать, сделать хоть что-то, чтобы стереть с лица это угрюмое выражение.

Уголки губ Руслана едва заметно дрогнули в слабой улыбке, словно он этого и ждал, а затем положил свою руку поверх моей, нежно поглаживая большим пальцем тонкую кожу. Такой невинный жест отдался стаей мурашек, пронёсшихся моментально по моему телу. Безобидное движение, но сколько в нём чувств и невысказанных слов...

- Это моя вина, - устало выдохнул он. 

- Не твоя, - возразила я, отрицательно качнув головой. - Алина - девушка на своей волне и никто не знает, какая дурная идея придёт ей в голову. И если есть чья-то вина, то только моя, - тише добавила я.

- Да при чём здесь ты? - с горечью спрашивает преподаватель, распахнув глаза и уставившись в одну точку на пустой дороге. 

- Я отпустила её раньше, - закусив губу, скулю я и внутри всё обрывается от вмиг потяжелевшего взгляда мужчины.

Он мычит в ответ, видимо, собирая мысли в кучу, в то время как я стыдливо опускаю глаза на свои коленки.

- Она не сказала куда идёт? - в итоге спрашивает Руслан, крепче сжимая мою руку в немой надежде на то, что я скажу что-то, что выведет нас на Алину.

Но я лишь пожимаю плечами и невнятно бурчу:

- К Артёму домой.

Мужчина выдыхает, сжимая устало переносицу.

- Почему с ней так сложно? - не сдерживая мучительного стона, говорит он. - Почему ей постоянно нужно влезать в какие-то неприятности?

- Переходный возраст, - хмыкаю в ответ. - Вспомни себя в её годы. 

Руслан ненадолго призадумался, нахмурив свои густые брови.

- Как мне сказать родителям? Отца это пошатнёт с его-то сердцем, - качает головой он.

- Не спеши говорить, - предлагаю я. - У нас впереди ещё целая ночь.

Мужчина усмехнулся, но улыбка получилась вымученной.

- Было бы здорово, если бы эти слова прозвучали немного при других обстоятельствах.

Я вмиг почувствовала, как краска заливает мои щёки, и была чрезвычайно довольна темнотой в салоне. Сердцебиение ускорилось и моя ладошка вспотела, но преподаватель не дал мне её забрать, когда я попыталась выдернуть свои руку. Наоборот, Руслан ещё крепче сжал её, неожиданно для меня переплетая наши пальцы.

- Ты очень мило смущаешься, - подмечает он, поворачиваясь ко мне, тепло улыбаясь. 
 
- Ты заставляешь меня это делать, - пробурчала я, склонив голову. Мои щёки всё ещё пылали огнём под пристальным взглядом мужчины.

- Потому что ты провоцируешь своими поступками, - парирует он.

- Это какими?

- Ну, с самой первой встречи в туалете, затем твоя выходка с нарядом..., - активно начал перечислять Руслан, пока я его не перебила.

- Я тебе уже говорила...

- Что ничего не было, - заканчивает вместо меня он и кивает головой. - Да знаю я.

- Что? - мгновенно вспыхиваю я, вырывая свою руку из плена. Я злюсь от одного понимания, что преподаватель просто-напросто издевался надо мной всё это время.

- Ты очень смешно злишься, - хохочет он, приподнимая перед собой руки, словно готов к моей атаке. - Я не мог лишить себя такого удовольствия наблюдать твоё гневное красное лицо. 

- Бесчеловечный поступок, - выдыхаю я, воинственно складывая руки под грудью. - И ты ещё называешь себя преподавателем. 

Руслан тепло улыбается и я смотрю в его глаза, которые загадочно блестят в темноте. Он протягивает руку и гладит меня по щеке, проводя указательным пальцем по скуле, и я невольно прикрываю глаза, отзываясь на приятную ласку. 

- Можно я тебя поцелую? - спрашивает он, чем заставляет меня распахнуть глаза и посмотреть на него в ответ. 

Его губы такие манящие совсем близко. Я облизываюсь, желая скорее попробовать их на вкус, но тем не менее останавливаю себя, решая немного подразнить и его, и себя:

- Если спрашиваешь разрешения, тогда нет, - усмехаюсь я, сама поражаясь своим поведением. Конечно же, в глубине души мне хотелось чтобы он как можно скорее приступил к действию.

Руслан на миг замолкает, очевидно, сам поражён моим ответом, а затем плотоядно улыбается, властно обхватывая рукой мой затылок. Я шумно выдыхаю, когда почти касаюсь губами его мягких губ и проглатываю слюну.

- Тогда я больше не буду спрашивать, - шепчет он прежде, чем увлечь меня в томящий поцелуй.

Не знаю, сколько времени мы не отрывались друг от друга, жадно целуя. Руки преподавателя были везде, и я даже не была против, когда он залез ими под кофту, принимаясь гладить меня по спине. Я же сильнее жалась к нему, насколько позволял салон автомобиля и сидения, зарываясь пальчиками ему в волосы, невесомым движением касаясь шеи.. Дыхания стало не хватать и в перерывах между напористыми поцелуями мужчины я жадно вдыхала в себя воздух, не желая отрываться от мягких губ. Он нужен мне и я нужна ему сейчас.

В салоне стало жарко, несмотря на то, что за окном холодный осенний вечер. Мотор заглушен, а печка не работает. Я обхватила лицо Руслана руками, коротко постанывая в ответ на требовательные действия мужчины, в то время как он обхватил меня под грудью. Моё тело мгновенно отозвалось на новое прикосновение мелкой дрожью и я почувствовала, как желание постепенно нарастает где-то внизу живота. 

Неизвестно, чем бы всё закончилось, если бы не короткий стук в окно, который заставил нас отлипнуть друг от друга. Тяжело дыша, я оправила свитер, усаживаясь на сидение и прикладывая ладони к горящим щекам. Сердце вылетало из груди. Руслан же, словно ничего и не происходило, просто откашлялся, приспуская окно со своей стороны. Холодный воздух пробрался в салон и стало немного легче.

- Добрый вечер! - поздоровался полицейский - высокий парень лет двадцати пяти, заглядывая в салон. - У вас всё в порядке? Нужна какая-либо помощь? - деловито поинтересовался он.

Преподаватель выгнул бровь.

- Нет, спасибо.

- Вы стоите на аварийке без существенной причины уже больше пяти минут? - тут же отозвался работник, видимо, готовясь выписать штраф. - Если это так, тогда попрошу убрать автомобиль с обочины и не мешать движению другим транспортным средствам.

- Но я ведь стою не под знаком, - попытался возразить Руслан. - И сейчас не час-пик.

Полицейский громко откашлялся, видимо, не готов встретиться с таким сопротивлением.

- Выйдите, пожалуйста, из машины, - скомандовал тот.

Я испуганно посмотрела на преподавателя. Не хватало ещё в передрягу с полицией влезть. Он послушно вышел и я следом за ним, жадно вдыхая свежий воздух. Очевидно, полицейский решил, во чтобы это не стало, найти другую причину для штрафа. Чисто из принципа.

- Предъявите документы на автомобиль и откройте багажник.

Руслан в ответ на его просьбу смиренно протянул паспорт и права, но тот не успел даже в них заглянуть, как неожиданно из государственного автомобиля выскочил ещё один сотрудник, подбегая к нам ближе и прерывая разговор.

- Заканчивай, Игорь. Там эти придурки опять гонку на объездной устроили. Вызывают несколько отрядов, - сообщил он своему напарнику.   

Тот самый Игорь недовольно цокнул языком, возвращая обратно документы.

- Вот черти! - выпалил он. - Эти малолетки никак не угомонятся. 

Развернулся и ушёл, а мы с Русланом так и остались стоять на улице, смотря в след уезжающей патрульной машине. Преподаватель выглядел задумчиво, никак не реагируя на меня рядом. Он хмурил брови, явно размышляя о чём-то своём, а я решила дать ему время обдумать и не тормошить его зря. 

Странно, что мой телефон ещё не разрывается от звонков родителей. Обычно, в такое время суток он не замолкает, если я не дома. И ни одной пропущенной смс. Я хмыкнула, засовывая мобильный обратно в карман, и тут же была обхвачена за предплечье двумя крепкими руками мужчины.

- Какова вероятность, что Алина сейчас там? - спросил он, смотря на меня горящими глазами. 

Я не ответила, понимая, что мы едем на объездную в любом случае. И если Алина там, то нам это нужно сделать до приезда полиции.  

***

На объездной действительно были незаконные гонки. Я часто слышала об этом по новостям, но каждый раз пропускала мимо ушей, потому что меня оно не касалось. Но сейчас, когда на спидометре чёрточка остановилась на делении возле цифры сто пятьдесят километров в час, а сердце как бешеное бултыхалось в груди, я понимала, что Алина в беде. И чутьё подсказывало, что она там.

Руслан молчал, поджимая губы и выжимая максимум из машины. Его глаза горели надеждой. Надеждой, что мы её найдём. А я вжалась в сидение, двумя руками хватаясь за ремень безопасности, который плотно обтянул моё туловище. 

Тьма машин выстроенных вдоль дороги, куча людей, громко свистящих двум автомобилям, которые остановились перед молодой девушкой в короткой юбке и топе с самодельными флажками. 

Преподаватель стал неподалёку, выпрыгивая из салона, едва заглушив мотор. Я спохватилась за ним, хватая за руку чтобы не потеряться среди толпы не совсем трезвых людей. 

Алины нигде не было.

Ни её, ни Артёма. 

- Где она, чёрт возьми! - рычит Руслан, крепко держа меня за руку и оглядываясь по сторонам. 

Я вся сжалась, чувствуя себя не в своей тарелке, находясь в окружении разукрашенных полуголых девиц и парней, часть которых пьяна, а часть взбудоражены происходящим. Никто не обращал на нас внимания, лишь изредка недовольно шипели, когда я случайно топталась кому-то по ногам.  

Громкий голос организатора, орущий в рупор о начале заезда, завлекает нас с Русланом вынужденно обернуться и обратить взгляд на автомобили, моторы которых неистово рычат, готовясь сорваться с места. Это не были какие-то спортивные тачки, которые я видела по телевизору, а обычные легковые ауди и ниссан, что и говорило о том, что гонки незаконные и в них участвуют все, у кого есть четыре колеса под жопой. 

Мужчина продолжает кричать что-то о ставках и прочей лабуде, но всё это проносилось мимо ушей, когда из толпы внезапно выбежала Алина, спешно накинув капюшон толстовки на голову, юркнув на переднее сидение серебристой ауди. 

- Алина! - орёт Руслан, дёрнувшись следом за девушкой, но уже в следующую секунду машины срываются с места, с визгом уносясь по пустой дороге вдаль. 

Слух режет вой полицейской сирены, но ни я, ни преподаватель не могли сдвинуться с места, наблюдая за огнями иномарок, которым далеко уехать было не суждено. Две полицейские машины преграждают дорогу с другой стороны, заставляя вынужденно тормозить гонщиков. 

Ниссан покорно останавливается впритык, а я с замиранием сердца смотрю, сжав до боли руку Руслана, как серебристая ауди, пытаясь избежать столкновения, резко сворачивает в сторону и на приличной скорости слетает в кювет. 

========== 20. Повороты судьбы. ==========

    Комментарий к 20. Повороты судьбы.
    Ловите небольшое обновление! А то я что-то совсем выбилась из колеи. 
За ПБ буду очень благодарна. :з
Началась настоящая суматоха.  

Руслан бросился к дымящему автомобилю, не смотря на мою руку, которая, как мне казалось, крепко держала его за локоть. Но подойти близко к машине ему не удалось. Полицейский ловко перехватил преподавателя, принимая за одного из участника сходки, заводя руки за спину так, что тот поморщился от боли, сцепив крепко зубы.

- Пусти, там моя сестра! - рявкнул он, пытаясь вырваться из цепкой хватки.

- Разберёмся, - равнодушно ответил тот, отводя мужчину подальше.

Я обхватила лицо руками, наблюдая за происходящим с неописуемым ужасом. Вокруг люди, стремглав убегающие от полиции, то ли дело толкающие меня в плечо, крики, режущие слух, вой сирены приближающейся скорой помощи и пожарной... Но мой взгляд зацепился лишь за машину, дым от которой с каждой секундой становился всё чернее и чернее, агрессивно вырываясь из-под сплющенного капота. 

Сама не заметила, как слёзы крупным градом скатились по щекам, когда глаза наткнулись на аккуратную девичью ладошку, робко выглядывавшей из-за сложившегося гармошкой автомобиля.

Алина...

Если до этого я чувствовала себя виноватой, то сейчас это чувство усилилось вдвое раз сильнее, режущей болью отзываясь где-то в районе груди. Вскоре мой плач перешёл в неслабый рёв и всё происходящее вокруг в один момент перестало существовать. Хоть и отголоски здравого разума отскакивали в моём сознании, напоминая, что нужно взять себя в руки и поспешить за Русланом, чтобы хоть он не натворил глупостей, но эмоции брали верх. Я бы осела на асфальт, захлёбываясь собственными слезами, если бы не полицейский, который вовремя подбежал ко мне, подхватывая под руки. 

- Осторожно, милочка! - безэмоционально бросил он, отводя меня к патрульной машине. 

У меня не было сил сопротивляться. Одно событие напрочь выбило из меня дух и я стала безвольной куклой. В голове куча мыслей, собрать которые было задачей из ряда невыполнимых. Картинка разбитого автомобиля прочно стояла перед глазам даже тогда, когда меня усадили на задние сидения полицейские и увезли прочь от этой чёртовой трассы. 

***  

Долго в отделении нам сидеть не пришлось. Отец Руслана практически вместе с нами приехал к участку и ткнул нужным людям в карман внушительные суммы денег. В другой раз я бы возмутилась процветающей в стране коррупции, но сейчас было не до этого. Слезы больше не били струями из глаз. Они высохли, неприятно стягивая тонкую кожу лица. Но, тем не менее, внутри всё горело огнём. Я переживала за Алину, как за свою родную сестру, хоть и знаю её не так долго. 

Мы сидели в коридоре отделения, ожидая хоть каких-то новостей. Отец Руслана не выходил из кабинета следователя уже более десяти минут и судя по громкому тону, разговор у них в самом разгаре. 

Сам же преподаватель не проронил ни слова за всё это время. Он сидел рядом со мной, разбитый, уронив голову в ладони, упёршись локтями в колени. Изредка он что-то мычал, то ли дело оттягивая волосы, а я молчала, понимая, что слова сейчас ничем не помогут. Сердце разрывалось на части, когда я смотрела на Руслана и, осознавая, что моя вина здесь тоже есть. Мне хотелось его успокоить, утешить хоть чем-нибудь, но вряд ли что-то поможет залатать дыру в душе. Поэтому я просто склонилась к нему, такому тёплому и родному, вдыхая полной грудью любимый аромат, положив голову на твёрдое плечо. Он безмолвно вздрогнул.

- Эмилия! - слишком громко прозвучало моё имя в пустом коридоре, эхом отбиваясь от стен.

Мама подлетела ко мне, взволновано всматриваясь в заплаканное лицо, отбрасывая пальцами надоедливые волосы. 

- С тобой всё в порядке? - спрашивает она, присев возле меня на корточки.

Я энергично киваю головою и украдкой смотрю на Руслана. Папа стоит рядом с ним, возложив руку на плечо в поддерживающем жесте. Не расспрашиваю их, как они узнали о случившемся. Очевидно, родители держат связь между собой, поэтому и новости разошлись быстро. 

- Какое горе то..., - продолжает нагнетать мама, обнимая меня. Я утыкаюсь носом ей в волосы и удивляюсь, видя её такой нежной и ласковой. Неужели, чтобы измениться нужно поставить человека в такое положение?

Тем временем из кабинета выходит отец Руслана весь побледневший. Он молча кивает в знак приветствия моим родителям, и направляется следом за следователем. 

- Ты куда? - подаёт голос преподаватель, подрываясь с места.

Арсений некоторое время молчит, поджимая дрожащие губы. Его взгляд такой пустой и безжизненный, что моё сердце вновь болезненно начало сжиматься. 

- На опознание, - сипло выдаёт он.

Если до этого была хоть малейшая надежда на то, что Алина жива, то сейчас она просто рухнула камнем вниз, разбиваясь вдребезги. Я услышала, как охнула сбоку мама и крепче прижала меня к себе, словно боясь, что я сейчас сорвусь. Руслан же остался стоять на месте, как статуя. Лишь руки сжались в кулаки. 

- Я с тобой, - дрогнувшим голосом сказал он. Я видела, скольких сил ему стоит сейчас сдерживаться, как увлажнились его глаза, но при этом он мужественно продолжать стоять. Мы все сейчас на грани.

- Нет, - выпалил Арсений. - Я пойду один, Руслан.

Преподаватель сокрушенно сел обратно, на удивление, не став ему перечить. Он прислонился к холодной стенке, откидывая голову и прикрывая глаза. 

- Какой чёрт её туда повёл? - подал голос мой отец, стоявший напротив нас. Кажется, он воспринял эту новость не менее болезненно, за родителей Алины, потому что лица на нём не было. И я впервые вижу его таким понурым с тусклыми глазами.

Арсений мгновенно вспыхнул, как спичка. Гнев отчётливо проступал на его лице в виде раскрасневшихся щёк и яростного блеска в глазах.

- Артём, - процедил он, преждевременно, как по мне, обвинив парня во всём. - И если этот гадёныш выжил, то он недолго порадуется этому. Он за всё мне ответит! - бросил мужчина перед тем, как развернуться и последовать на опознание.

А мне почему-то хотелось встать на защиту парня. Да, если он был инициатором, то безусловно его вина есть. Но Алина достаточно взрослая для того, чтобы принимать решения и очевидно, что никто её на гонки не тащил и, зная её, я смею предположить, что, возможно, она сама и повела их туда. Виноваты все и останавливаться лишь на одном Артёме - глупо. Я виновата, что отпустила раньше, родители - в том, что спускали с рук все её выходки раньше. Руслан один не в силах был приструнить свою сестру, а маме с папой, по всей видимости, было не до этого.

Виноваты все, но от этого уже ничего не поменяется. 

- С Вашего разрешения, я хотел бы переговорить с Эмилией, - обратился к моим родителям Руслан. Он открыл глаза, устало посмотрев на них, а затем на меня. 

Мама нахмурилась, нехотя отстранившись от меня. Видимо, ей не понравилось, что у нас есть секреты от них, и я почти была уверена, что она ни за что не оставит меня одну. Тем более учитывая нынешнюю ситуацию.

- Пойдём, подышим свежим воздухом, - не дожидаясь разрешения и приняв молчание как знак согласия, он взял меня под локоть и повёл в сторону выхода. 

Вжав голову в плечи я последовала за ним, и слегка поёжилась от прохладного осеннего ветра, который обдал меня как только мы оказались на улице. Лишь отойдя на внушительное расстояние и свернув за угол он остановился, рухнув на лавочку и потянув меня за собой. 

- Не могу там больше находиться, - признался он, тяжело вздыхая. - И я до сих пор не верю в происходящее. 

Я прижалась к нему ближе, сжимая крепче его руку. Мне хотелось забрать всю его боль себе, но, увы, не могу. И от этого ещё хуже. Руслан зарылся носом в мои волосы, рвано дыша. 

- Мы справимся, - выдавила я, облизывая обветренные губы. - Может, это была не она? - глупое предположение, но хоть что-то, чтобы не дать надежде сгореть до конца.

Мужчина горько хмыкнул.

- Ты сама в это веришь? - он посмотрел мне в глаза. В его взгляде столько боли и вины, которая разрывает не только его, но и меня вместе с ним.

Ну и как на это ответить? Как сказать, что нет? 

Очевидно, моя реакция сделала всё за меня, от чего он кивнул, словно этого и ожидая.

- Не отчаивайся раньше времени! - продолжала я. Дёрнув его за рукав, я вновь обратила внимание мужчины на себя. Не знаю, откуда во мне эта крупинка веры, ведь я сама всё видела своими глазами. Наверно, мне просто хотелось дать хоть маленькую надежду Руслану, чтобы у него появилась во взгляде жизнь.... - Ещё ничего неизвестно. 

Преподаватель неожиданно расхохотался, но в этом смехе было столько горечи, что я невольно скривилась, отшатнувшись. Но он резко ухватил меня за подбородок, приближая своё лицо ко мне, обдавая тёплым дыханием губы.

- Я тоже был там, Эмилия, - надломленным голосом говорил он. - И я всё видел. Я видел, как Алина села в автомобиль, видел, как она вылетела через лобовое, видел, как лежала на траве и истекала кровью. Как ты думаешь, нужно ещё слепо верить в то, что там не она? 

Он прав, конечно же, прав. Надо быть наивным дурачком, чтобы верить в это, но вера в данном случае, единственное что у нас осталось.  

- А что ты предлагаешь? Слёзы и крики тоже не помогут, - слишком резко отвечаю я, мотнув головой.

Руслан отпрянул, крепко сцепив зубы, а я смотрела на его острый профиль и понимала, как трудно даётся мужчинами сдерживать свои эмоции, бьющие ключом изнутри.

- Ты права, - цедит он. - Здесь уже ничего не поможет. 

Я тяжело вздыхаю, бессильно бросив руки себе на колени. Всё вокруг казалось таким нереальным и таким чужим, словно меня вытащили из параллельной вселенной и засунули в совершенно иной мир, где мне всё чуждо. Внутри постепенно образовывалась пустота и каких-либо эмоций у меня больше не осталось, слёзы иссякли, как и мои силы. 

Прохладный ветер забрался под мою тонкую кофту, заставляя вздрогнуть и обхватить себя руками, чтобы хоть как-то согреться. Оставлять одного Руслана я не собиралась. Мало ли что зайдёт ему в голову, а потерять ещё его я не хочу.

- Замёрзла? - спрашивает мужчина и не дожидаясь моего ответа, притягивает меня к себе и крепко обнимает.

Я жмусь к нему, чувствуя тепло его тела и втягиваю приятный аромат его одеколона, позволяя себе уткнуться носом ему в шею. Он убаюкивает меня, как маленького ребёнка, шепча себе что-то под нос. 

- Что-что? - чуть отстраняюсь и заглядываю ему в глаза.

- Колыбельная. Я напевал её Алине, когда она была маленькая, - отвечает мужчина, поджимая губы. Пустой взгляд устраняется куда-то вдаль, а изо рта вырывается клубочек сизой дымки. Ему тоже холодно, но возвращаться в удручающие стены отделения не хотелось ни мне, ни ему. Ведь там проблемы, ведь там она... Смерть. 

Ничего не отвечаю, потому что попросту не знаю что. Я чувствую, как размеренно стучит его сердце и какой безжизненный взгляд у преподавателя. Понимаю, что он, как и я, сейчас эмоционально истощён. Мужчина оборачивается ко мне и между нашими лицами остаётся сантиметра два. Я, не раздумывая, делаю то, что могу в данной ситуации - целую приоткрытые губы Руслана. Медленно захватываю нижнюю губу, не зная, как отреагирует он на такую, может совсем неуместную ласку. Но я больше не знаю, как его поддержать, ведь слова не помогают. Никогда не помогали. Он вначале сидит, смотрит на меня и хмурится, а затем бросает жадный взгляд на мои губы и притягивает моё лицо ближе к себе.

Крепкая рука зарывается в мои волосы, причиняя лёгкую боль, на которую я стараюсь не обращать внимания, а тёплые губы уже владеют моими, полностью перехватывая инициативу. Поцелуй получился отнюдь не нежным. Жёсткий, грубый с горьким привкусом боли и отчаяния. Но я позволяла делать Руслану то, что он хочет. Если ему нужно таким образом выплеснуть накопившуюся боль - пусть, лишь бы был рядом и держался.

От бешеного напора мужчины мне не хватало дыхания. Я довольствовалась лишь небольшими глотками воздуха, которые успевала жадно захватывать в коротких перерывах, когда преподаватель переключался на скулу или шею. Я чувствовала, что нужна ему сейчас, а он слишком гордый чтобы сказать об этом.

Когда дышать стало совсем тяжело, мы остановились. Моё лицо обхватывали тёплые ладони Руслана и я блаженно закрыла глаза. Всё в этом моменте прекрасно, если бы не одно "но"...

 - Алина была против этого, - хрипло подмечает он, опуская взгляд, словно провинившийся ребёнок.

Я чувствую болезненный укол в сердце и как на мои глаза вновь набежала влага.

- Она не была против, - дрогнувшим голосом протестую я, вспоминая слова его сестры. - Она лишь сказала, что не поддерживает такие отношения, но мешать не будет.

В последний момент прикусываю язык, понимая, как сейчас звучат эти слова. Словно какое-то пророчество, которое сбылось...

Каменная маска вновь набежала на лицо Руслана и он выпрямился, кривя губы. Он вновь молчал, вновь закрывался. Я протянула руку к нему, собираясь прикоснуться к густым чёрным волосам, но он дёрнулся, перехватив её в воздухе и скрестив наши пальцы.

- Пойдём, ты вся холодная, - бросил он, не смотря на меня.

И я послушно следую за ним, держа язык за зубами.

Слова не помогают.
Никогда не помогали. Лишь делали хуже. 

***

За эти несколько минут, пока мы шли, никто из нас не проронил ни слова. А как только мы оказались внутри отделения, и вовсе отстранились друг от друга, словно не было жарких поцелуев и тёплых объятий. Руслан пропустил меня вперёд, намеренно отдаляясь от меня на несколько шагов чтобы не вызывать лишних подозрений.

Мои родители сидели там же в коридоре под кабинетом без особых эмоций на лице. Время близилось к полуночи и все мы, как выжатые лимоны. Я уселась рядом с ними, украдкой поглядывая на преподавателя, который устало прикрыл глаза.

- Держишься? - коротко спросил у него отец.

- Из последних сил, если быть честным, - сдавленно ответил мужчина.

Папа кивнул, устремив взгляд себе под ноги, а мама вновь сгребла меня в свои тиски, прижимая, как маленькую, к своей груди. Аналогичные действия мне хотелось сделать с Русланом, но эти чёртовы границы держат нас на большом расстоянии друг от друга, что заставляет сердце болезненно изнывать. 

Послышались отдалённые шаги в конце коридора и мы все спохватились, замечая Арсения вместе со следователем. На автомате все поднялись, встречая их и ожидая услышать лишь констатацию неизбежного. Чтобы окончательно обрубить все лишние надежды.

Эмоции отца Руслана было трудно разобрать. Он хмурился, жевал свои тонкие губы, а взгляд у него и вовсе был растерян. Он продолжал молчать, но ровно до тех пор, пока преподаватель не схватил его за плечи и слишком резко спросил:

- Ну?

Арсений поднял на нас всех потерянные глаза, пробежавшись по каждому поочерёдно, а затем, остановившись на Руслане, едва слышно, не верящим голосом прошептал:

- Там не наша Алина. Там не моя дочь...

========== 21. У всякой проблемы всегда есть решение. ==========

    Комментарий к 21. У всякой проблемы всегда есть решение.
    Ребята, уже близится конец! :з
- Что значит не твоя дочь, Сеня? - спросил в недоумении отец, первым подав голос. Остальные остались стоять с глазами, полными непонимания.

Внутри начало зарождаться глупое чувство надежды, разрастаясь с каждой минутой всё сильнее и сильнее, но я пыталась притупить его, чтобы лишний раз не селить в душе веру. Возможно, мужчина ещё не отошёл от шока и его разум таким образом защищается, заставляя его не верить в происходящее. А возможно, у мёртвых искажается лицо.. Благо, мне ещё не приходилось присутствовать на подобных процедурах.

- Подождите! - рявкнул Руслан, заставив всех содрогнуться и резко замолчать, потому что моя мама вновь начала заходиться в истерике. - Папа, выдохни и объясни по-человечески, - преподаватель подошёл ближе к своему отцу, заглядывая в его невидящие глаза. Он словно был в прострации, не понимая, что происходит вокруг.

Арсений послушался сына, сделал глубокий вздох и перевёл на него взгляд.

- Это не Алина, - коротко выдавил он, опускаясь на стул и сжимая устало переносицу.

- Ты уверен? - с нажимом спросил у него Руслан, склонившись к нему.

- Я что, по-твоему, родную дочь не узнаю? - излишне грубо огрызнулся тот.

Рус приоткрыл рот, но немой вопрос так и застыл на его губах: "А где же тогда Алина?". И это волновало не только его, но и нас всех. Мы с мамой переглянулись, но я лишь пожала плечами, не зная, как реагировать на эту новость.

- Можно мне пройти посмотреть? - спросил он у следователя.

Дяденька лет сорока с редкой шевелюрой лишь вымученно вздохнул, смотря на нас покрасневшими от усталости глазами.

- Молодой человек, здесь вам не выставочный центр. Идите домой и ждите свою беглянку. Не явится на протяжении трёх суток - напишете заявление и будем искать. Доброй ночи! - и хлопнул старой деревянной дверью напоследок.

Что-то сродни облегчения проскочило на лице Руслана. Он заметно смягчился, а в его глазах наконец-то появился живой блеск. От этого мне и самой стало легче. Постепенно мир возвращался в прежние краски.

Молчание заполнило пространство. Охвачены немым шоком, никто не сумел проронить и слова. Естественно, наша доблестная полиция палец об палец лишний раз не стукнет, но где же её искать? Куда идти?

Ответа долго ждать не пришлось. Ночную тишину пустынного коридора разрушила трель мобильного. Арсений дрожащими руками вытащил аппарат и, посмотрев на экран, схватился рукой за сердце, параллельно принимая вызов.

- Алина? 

Благодаря громкому динамику слегка устаревшего телефона, голос на той стороне отчётливо услышали все находившиеся в отделении:

- Папа, а вы где? Уже поздно, я собираюсь спать? 

***

Следующим утром я проснулась полностью разбита из-за недостатка сна и переживаний накануне. Родители вовсю копошились на кухне, о чём-то оживлённо перешёптываясь, но как только я показалась в дверном проёме - тут же утихли, продолжая заниматься каждый своими делами. 

- Чего вы такие кислые? - осторожно поинтересовалась я, усаживаясь напротив отца, читающего свежую газету. 

Мама на минуту отвлеклась от усердного натирания посуды и обернулась ко мне, выпаливая: 

- Милая, давай сразу договоримся, что если тебе нужно будет куда-нибудь выйти, ты нам будешь сообщать об этом, хорошо?

Поднесённый к губам стакан воды с характерным звуком ударился обратно об стол и я с выпученными глаза осмотрела своих родителей, словно передо мной стояли не они, а чужие.

- К чему это? - хмурюсь я, не совсем понимая чем вызван этот разговор.

- Мы с мамой не хотим, чтобы в следующий раз вместо Алины оказалась ты, - вмешался папа, на миг выглядывая из-за печатного издания. 

Я вскинула брови, не зная радоваться мне этим изменениям или нет. Хорошо, конечно, что лжи в нашей семье может стать гораздо меньше, но деспотическая натура матери и отца вряд ли волшебным образом испарится сама по себе, и они разрешат мне больше проводить времени вне дома. 

- Я не хожу на подобные мероприятия, - попыталась отмахнуться я, притянув к себе тарелку с остывшим завтраком. Надо хоть немного перекусить, пока аппетит окончательно не испортился. 

- Эмилия, - предостерегающе начала мать. - Ты поняла, о чём мы с папой говорим. Мы не хотим чтобы ты прибегала к вранью лишь ради того, чтобы лишних пару часов провести невесть с кем. Раз уж на то пошло, мы готовы идти на уступки. Как ни как, ты взрослая и тебе нужно общение вне колледжа. Всё о чем мы просим, чтобы ты говорила куда идёшь и с кем. Разве это сложно? 

Тщательно пережёвывая кусок мяса, я параллельно переваривала умом её слова. Смешно звучит, что они наконец-то готовы смиловаться надо мной лишь бы я не шаталась где попало и не перелетала через капоты машин, но вот только от этого в любом случае никто не застрахован. Отчитываться о своём местонахождении, согласовывать с ними мои внеурочные прогулки.. А что, собственно, поменяется? Да ничего, ведь единственный с кем я провожу время - это Руслан и говорить о нём я не собираюсь ни под каким предлогом. 

Но чтобы избежать дальнейших нравоучений и насилования мозга с самого утра, я покорно согласилась:

- Хорошо, без проблем, - и приправила всё это фальшивой полуулыбкой. 

***

Холодный осенний ветер слегка взбодрил меня с самого утра, упорядочив мысли в голове. Алина жива и с ней всё хорошо, но как так получилось, что мы приняли другую девушку за неё? И где она всё-таки была? Эти вопросы я собиралась задать если не ей, то Руслану, ибо моё любопытство не даст мне спокойно жить дальше. 

К удивлению, сестры преподавателя в колледже я не наблюдала, как бы глазами не рыскала среди её однокурсников. Сам мужчина, пересекаясь со мной в заполненных коридорах подавал едва различимые знаки, чтобы я не подходила и лишний раз не светилась рядом с ним. Оно и понятно. Меры предосторожности. 

День прошёл уныло и я не могла дождаться окончания пар, чтобы направиться к аудитории Руслана и задавать волнующие вопросы. Занятий сегодня с ним не было и всего в расписании у него две первые пары, но я знала, что он всегда остаётся дольше, чтобы подготовиться к следующему дню или проверить работы студентов. 

Но до этого нужно отсидеть ещё три тягучих занятия и терпеть косые взгляды Коновалова. Он по-прежнему сидел сзади меня, но больше не бросал шуточки и не рассказывал глупые истории мне и Семёну в перерывах. Не дёргал за рукав и не просил помочь решить задание или объяснить формулу. Даже лишний раз не смотрел в мою сторону. И это меня угнетало, ведь я не давала ему лживых надежд, а сказала всё, как есть на самом деле. Неужели было бы лучше, если бы я мило улыбалась и принимала подарки, не чувствуя абсолютно ничего?

Я знала, что в следующий понедельник у него игра. Та самая важная, о которой он прожужжал все уши и смотря на него, тусклого и безэмоционального, я не была уверена, что его команда возьмёт победу. Без уравновешенного капитана всё может пойти под откос. 

- Ты пойдёшь к Алине на день рождения? - не выдержала я и обратилась к нему под конец четвёртой пары. Как ни как, приглашение он тоже получил.

Веня поднял на меня удивлённые глаза.

- Кто такая? - сухо спросил он.

И пока я размышляла что ответить, парень вновь заговорил:

- А, вспомнил. Знаешь, не уверен, что меня там ждут, - бросив на меня многозначительный взгляд, он вновь уткнулся в пустую тетрадь перед собой. Кто бы сомневался, ни одного записанного слова из сегодняшней лекции. 

Я поджала губы, удивляясь ребяческому поведению Вени. Зачем вести себя так, словно я причинила ему громадную боль, отвергнув его? Обида, не более. Зачем строить из себя страдальца, а из меня делать вселенского мучителя? Он в душе ещё настоящий ребёнок и в первую очередь ему нужно повзрослеть, а уже потом подходить к девушкам. 

- Как хочешь, но Алина на тебя рассчитывает, - напоследок солгала я и отвернулась, собирая потихоньку вещи.

***

Руслан в аудитории был один и со стороны казался примерным преподавателем, корпящим над тетрадями студентов и разбирая их мазню. Если бы я не знала его истинного, то может даже и поверила бы в эту красивую картинку. Ведь оделся сегодня строго: деловой тёмный костюм сидел на нём как влитый, но видеть мужчину в таком образе было непривычно. Потому что абсолютно не сочеталось с действительностью. 
 
- Я ждал тебя, - ухмыльнулся он, не поднимая глаз.

Я робко подошла ближе к столу, останавливаясь напротив.

- Как там Алина? - интересуюсь я.

- Жива и невредима, - парирует он, наконец-то отвлекаясь от своего занятия и устремляя взгляд прямо на меня. - Говорит, ходили с Артёмом в кино, а потом гуляли по набережной. 

- А телефон? - вскидываю недоверчиво бровь.

Мужчина хмыкает, откидываясь на спинку стульчика.

- Разрядился. 

- Похоже на правду, - пожимаю плечами, присаживаясь на краешек парты.

Преподаватель цокает, потягиваясь и разминая затёкшие мышцы. А я тем временем украдкой любуюсь своим идеальным мужчиной и радуюсь, что он достался мне. Столькими усилиями. 

- Я слишком хорошо её знаю, чтобы поверить в эту ложь, - отвечает он. 

- А где она тогда по-твоему была?

- Я больше чем уверен, что на гонках, но она мастерски делает вид, что ничего о них даже не знает, - Руслан откладывает на край стола тетради и поднимается с места, направляясь в мою сторону. - Не хочешь чего-нибудь сладкого? - неожиданно спрашивает он, останавливаясь напротив меня.

Его вопрос сбивает с толку и я на какое-то время теряюсь, хлопая как дурочка глазами. Во-первых, что он имеет ввиду? Во-вторых, я не ослышалась? Пока я мысленно обдумывала услышанное, усмешка мужчины растягивалась всё шире, а крупные руки мимолётным касанием прошлись вдоль моих вызывая приятную дрожь. 

- У меня ещё занятия в музыкальной школе, - собираю мысли в кучу и отвечаю я.

- Я помню. В три, - кивает он. - У нас есть сорок минут. 

Мысль о том, что он помнит такие, как мне казалось, мелочи, греет душу. Ведь если бы было всё равно, то не помнил бы? Его рука тем временем легла мне на шею сзади, нежно поглаживая чувствительную кожу.

- А что если нас увидят? - пытаюсь держать себя в руках и сохранять здравый рассудок, но получается трудно, ведь тело буквально плавится под влиянием Руслана.

Мужчина преодолевает то небольшое расстояние между нами, наклоняясь к лицу. Его кончик носа упирался в мой и в этот момент мозг отключился сам по себе. Было лишь сердце, которое участило свой ритм и желание прикоснуться к прекрасному, в чём я не стала себе отказывать, положив руки на твёрдые плечи.

- Наши родители тесно общаются, так что думаю это никого не удивит, - понизив голос, отвечает он, оставляя лёгкий поцелуй на щеке. - А в крайнем случае всегда можно что-то придумать. Я ведь твой учитель, правда? 

Я судорожно киваю, ощущая дрожь в коленках лишь от одного хриплого завлекающего голоса, который не оставлял права выбора и заставлял слепо следовать за ним. 

- Но если хочешь, можем побыть здесь и заняться чем-то более интересным, - интимным шёпотом продолжает он, зарываясь в мои волосы на затылке одной рукой, а второй вырисовывая узоры на моём бедре, подбираясь всё ближе к верху. Моё сердце колотилось как бешеное, и я крепче ухватилась за плечи Руслана, чувствуя непривычную пульсацию внизу. 

- Э-экономикой? - выдыхаю я, закусывая губу, когда рука преподавателя забралась под юбку и остановилась у краешка белья, издевательски оттягивая его, поглаживая покрывшуюся мурашками кожу. 

Слышу, как коротко хихикает мне на ухо Рус, шевеля дыханием волосы, и хмурюсь, когда он медленно отстраняется, заглядывая в мои горящие глаза.

- Конечно, а чем же ещё? - в его взгляде пляшут смешинки, но это совсем не сочетается с тем, что что-то твёрдое упирается в моё бедро. Я густо краснею и он это видит, от чего его ухмылка становится всё шире и шире. - Поехали, Обломова, - мужчина нарочито выделяет мою фамилию, протягивая. 

"Вот только кто из нас двоих ещё обломщик" - молча задаюсь вопросом я, следуя за широкой спиной мужчины.

***

В кафе, неподалёку от музыкальной школы, было не очень много людей, но между тем, мне казалось, что все они смотрят на нас. Моё параноидальное состояние не разрешало мне достаточно расслабиться, чтобы вести непринуждённый разговор с Русланом. Он это заметил, задумчиво сводя брови и отхлёбывая из чашки своё американо с молоком. Трудно не заметить, когда на все его вопросы я отвечала односложно, с опаской оглядываясь по сторонам.

- Эмилия, в чём дело? - не выдержал он, поставив чашку обратно на блюдце.

Я посмотрела на свой нетронутый чизкейк, на остывшее капучино с любезно нарисованным барменом сердечком, а затем на самого мужчину, которого явно задевало моё поведение.

- Мне просто кажется, что на нас все смотрят, - тише ответила я, склонившись к нему.

Преподаватель обвёл изучающим взглядом весь зал и упёрся укоризненным в меня.

- Спешу тебя расстроить или обрадовать, но до нас нет никому дела, - ровно говорит он. - Почему ты так переживаешь, что нас увидят вместе?

Я цокаю языком и судорожно вздыхаю.

- Потому что у меня с родителями как бы уговор, что я должна говорить им где я и с кем, а взамен они мне разрешают не корпеть весь день и вечер над учебниками, - выпаливаю я. - Я в первый день его уже нарушила. Что если им доложат? 

- Кажется, твои родители против меня ничего не имеют, - подмечает он.

- Против тебя как личности, конечно, нет, - хмыкаю я. - Но, помнится, тогда на ужине проскочил явный намёк, что ты старше меня и в пару мне не годишься. 

Руслан упёрся локтями в стол, подпирая сложенными ладонями острый подбородок. 

- Не хочу тебя настраивать против своих же родителей, но тебе пора кардинально решить этот вопрос, иначе ты так и будешь сидеть в девах до тридцати лет, - поучительно говорит Руслан.

Я неосознанно кривлюсь от его слов, понимая, что слышу неприятную правду со стороны. Но слишком легко сказать, когда у самого таких проблем нет. Для того, чтобы вылезти из-под крыла родителей, мне нужно хотя бы начать самостоятельно зарабатывать чтобы финансово ни от кого не зависеть, а это пока задача из ряда почти невыполнимых. 

- А тебя это так волнует? - вспыхиваю я, воинственно складывая руки.

- Как видишь, да! - разводит он руками, слишком громко отставляя пустую чашку. Теперь все точно смотрят на нас и я тушуюсь от излишнего внимания. Хотелось, как страус, зарыть голову в землю. - Но если тебя устраивает обжиматься в тёмных углах и запертых кабинетах, прячась от всего мира, тогда я снимаю этот вопрос.

Конечно, мне не нравится такой расклад событий, ведь мне хочется, как всем нормальным девушкам, ощутить прелесть отношений. В моём случае, они ещё и первые. Хочется без опаски гулять по улице, не оглядываясь по сторонам, спокойно пить кофе в кофейнях, ужинать и не переживать, что меня увидят знакомые..

- Не устраивает, но всё равно мы не сможем открыто встречаться, - спустя пару минут тягостного молчания, говорю я. Руслан вопросительно вскидывает брови и я спешу объясниться: - Потому что ты мой преподаватель. И не зависимо от того, сколько тебе и мне лет, это не воспримется адекватно обществом.

Мужчина внимательно смотрит на меня какое-то время, пока я волнительно тру свои ладошки под столом. Меня напрягает этот разговор, потому что я чувствую, что ни к чему хорошему он не приведёт. Мне вообще никогда не нравились конфликтные ситуации и я всё время пыталась сводить их на нет. 

- Эта проблема исчезнет через два месяца, - в итоге произносит он, вводя меня своим ответом в полное непонимание. Но он не спешит разъяснять свои слова.

- Почему? - чувствую, как напрягаюсь всем нутром в ожидании ответа. 

- Со второго семестра я ухожу из колледжа. На мою должность уже подыскивают замену, - огорошил меня преподаватель совершенно спокойным голосом, в то время как у меня что-то оборвалось внутри. - Я буду занимать достаточно серьёзное место в компании отца и у меня попросту не будет времени заниматься ещё студентами.

Мимолётное облегчение проскакивает в груди, но оно такое быстрое, что я его почти не замечаю. Новость неожиданная, ведь Руслан, казалось, только-только пришёл к нам, и уже уходит. Но ведь не уезжает из страны? Он остаётся здесь, только уже не в качестве моего учителя. А значит, видеть я его буду значительно реже. Но тогда есть ли вообще смысл в наших дальнейших отношениях? 

Волнующий вопрос напрочь засел в голове, но произносить вслух я не решалась. Я не могу оборвать всё то, что неимоверными усилиями добивалась, но и не хочу дальше бегать по углам от чужих глаз. Мне хочется спокойствия и умиротворения, но как его добиться - я не знала. 

- Мы будем реже видеться, но это не будет такой проблемой, если ты решишь вопрос с родителями, - обрывает мои мысли он. - А можем решить всё кардинальным способом - переезжай ко мне.

Я поднимаю на него ошалелые глаза, замечая, что Руслан сидит с невозмутимым видом, словно он только что просто предложил мне чашку чая.  Во рту мгновенно пересыхает и я всё же тянусь дрожащими руками к остывшему капучино, делая внушительный глоток. В другой ситуации я бы обрадовалась предложению и давно повисла бы у него на шее, но он не понимает, что предлагает. Я не могу вот так в один момент резко поменять отношения с родителями и то, как я жила все эти годы. 

- Я не могу, - выдавливаю я из себя, опустив взгляд себе на коленки.

- Что именно? 

- Ни то, ни другое.

- Ясно, - хмыкает Руслан. Он бросает на стол несколько купюр, собираясь уходить. Я понимаю, что он обиделся, но сказать больше не знаю что, поэтому прикусываю до боли губу, стараясь не позволить глазам увлажниться. - Тогда я не знаю, получится ли у нас что-то. Я не подросток чтобы бегать по углам, скрываясь от родительских глаз.

В груди досадно саднит от его слов. Сказка стремится закончиться, не успев даже толком начаться. Предательские слёзы застывают в глазах, грозясь градом скатиться по щекам, а из горла вырывается судорожный вздох.

- Ты предлагаешь мне всё решить скандалом, - не могу сдержаться и шмыгаю носом. - Но это ведь не решение!

Мужчина смотрит на меня и я вижу, как его глаза на несколько секунд смягчаются. Но затем он подрывается с места.

- За своё счастье нужно бороться, - говорит он, глядя задумчиво в окно. - Я со своей стороны готов сделать всё, что потребуется. Думаешь, на меня не выльется ведро грязи, когда раскроются карты? Я понимаю, что на какое-то время буду для твоих родителей врагом номер один. Но я готов к этому, я готов рискнуть и попробовать, - мужчина оборачивается обратно ко мне, возвышаясь теперь надо мной. - Я даже предложил тебе переехать, а это, как мне кажется, достаточно серьёзный шаг. А что делаешь ты? И что готова сделать? - он понизил свой голос до полушёпота, до побеления костяшек вцепившись в стеклянный стол. - Да ничего. Ты только трусливо прячешься, боясь сказать слово наперекор родителям, послушно продолжая плясать под их дудку. Тебе восемнадцать и через полгода ты выпускаешься из колледжа, но своего мнения у тебя до сих пор нет. Пора бы уже что-то самой решить, нет? 

Под конец его тяжёлой речи, слёзы полились само собой, разрезая щёки. Я нервно кусала губу, смотря куда-то в сторону, понимая, что со стороны выгляжу жалко. Вся моя жизнь выглядит так, но у меня не хватает мужественности что-то менять. Потому что меня насильно запихали в один квадрат, заранее обозначив мою вынужденную зону комфорта, и когда ты выходишь за рамки, то чувствуешь себя дикарём, потому что не привык ко всему этому. 

Внутри я понимала и соглашалась с каждым его словом. Понимала, что желание изменить свою жизнь у меня есть. Я хочу вырваться из золотой клетки и почувствовать настоящий вкус жизни, но перед этим мне надо многое обдумать, потому что поступок из горяча здесь не лучший вариант. 

- Я уже опаздываю, - еле слышно пискнула я.

Руслан обречённо вздохнул, наверняка, разочаровываясь во мне. Далеко не это он хотел услышать, но покорно смирился, коротко кивая на выход.

- Пойдём, отвезу тебя в музыкальную школу.

Всю дорогу мы провели в полном молчании. Я отвернулась к окну, пустым взглядом рассматривая проскакивающие улицы и краем уха слушая радио. Мужчина же смотрел ровно перед собой на дорогу, изредка отвечая строгим голосом на телефонные звонки. 

Душа горела огнём от раскатившейся сцены в кофейне, эмоции, не самые лучшие, захлёстывали с головой. Даже не знаю, как мне сейчас отсидеть на занятии, ведь мысли совсем не о Моцарте или Бахе, а об одном единственном, которое волнует больше всего. И которое так отчаянно убегает прямо из рук. 

- Нам нужно что-то решать, Эмилия, потому что долго так продолжаться не сможет, - говорит преподаватель, останавливая машину неподалёку от входа.  - В воскресенье у Алины день рождение. Увидимся там. К тому времени я хочу знать результат, - говорит так монотонно, смотря перед собой, разрезая меня тем самым без ножа. 

- Хорошо, - соглашаюсь я и вылезаю из машины. 

С тяжёлым сердцем наблюдаю, как иномарка выруливает обратно на дорогу, вклиниваясь в поток транспорта и понимаю, что теперь всё зависит только от меня. Довольно эгоистично с его стороны бросать такую ношу на меня, но, возможно, правда, мне стоит впервые в жизни что-то решить самой. 

========== 22. Ревновать - значит, любить?  ==========

Я обладаю дурной привычкой всё продумывать наперёд: что надену, как буду себя вести, в какой диалог вступать и что говорить, какая будет обстановка и прочее. Но я и подумать не могла, что на свой день рождения Алина пригласит весь колледж. К такому количеству людей я не была готова.

Меня окружали одни знакомые лица из учебного заведения, заинтересованные взгляды которых впивались под самую кожу. Наверняка, такую заучку, как я, никто не ожидал увидеть на вечеринке. Но, на удивление, родители отпустили, узнав, что я иду в дом к их боссу, но с условием, что вернусь домой к десяти часам. Конечно, я умолчала о том, что мама и папа Алины любезно согласились удалиться на время торжества, о том, что будет присутствовать алкоголь и куча малознакомых людей. Мне пришлось бегло переодеваться в одном из туалетов ближайшего торгового центра и подкрашивать губы яркой помадой возле заляпанного зеркала. Но отражение мне понравилось: нежное платье красиво сидело на моём худощавом теле, открывая вид на тонкие ножки, лёгкие локоны обрамляли лицо, спускаясь волнами по плечам и доходя почти до груди, а аккуратный вечерний макияж подчёркивал глаза и пухлые губы.

Единственное, что мне не нравилось - скрываться при этом от родителей, но я на пути к решению этой проблемы.

Но сейчас, находясь в самом центре вечеринки, мысли были совсем не об этом. Громкая музыка беспощадно била по ушам вперемешку с полупьяным визгом и криками. Я чувствовала себя не в своей тарелке, поэтому глазами искала знакомые лица. После поздравления Алина чудесным образом испарилась вместе с Артёмом, Руслана я ещё не видела, как и Коновалова. 

Зато у меня было время подумать, и я, схватив со стола стакан с апельсиновым соком, уселась на небольшой пуф в углу комнаты подальше от чужих глаз. Сегодня многое решится и возможно, мне стоило выпить что-то покрепче для храбрости, но в то же время мне нужен здравый рассудок, а от алкоголя я быстро пьянею. Две практически бессонные ночи, проведенные в комнате в обнимку с фотографиями Руслана и грызущими разум мыслями, полная изоляция от внешнего мира и погружённость в себя дали мне чётко понять, что я иду не по тому пути. Однажды я свернула не туда, когда покорно начала соглашаться во всём с родителями и тем самым сама же себя подогнула под них. И пора бы уже выбраться, но цепкие клещи удерживают меня по-прежнему на месте.

Но, наверное, время пришло. Вместе с помощью в лице Руслана.
Не знаю, почему я ему так верю, но мне кажется, он способен помочь хотя бы выбраться из этой ямы. А ещё его слова о переезде. Может, слишком громкие и преждевременные, но они прозвучали для меня, как спасение от всех проблем и выхода из заключения. Мне хочется сбежать, но сбежать вместе с ним. Я нуждаюсь в крепком поддерживающем плече рядом, и оно у меня есть. Так что ещё нужно?

Это твёрдое решение пронеслось в голове неожиданно, как и подошедшая ко мне Алина, заслонив мне вид на покачивающиеся в центре тела студентов.

- Скучаешь? - поинтересовалась она, в одной руке держа бокал с шампанским. Девушка явно находилась под градусом, о чём говорили её уже захмелевшие глаза и то, что ей давалось с трудом стоять на одном месте ровно. 

- Не особо, - пожала плечами я.

- Пойдём к нам! - Алина кивнула в сторону диванчика в другом углу комнаты, на котором только что устроился Артём, ещё парочка неизвестных мне парней и столько же девиц.

Я отрицательно помотала головой, совсем не горя желанием находиться в предложенном обществе. Отсижу в уголочке ещё часик и пойду домой.

Музыка сменилась на медленную и блондин, подскочив с места, направился к ней чтобы пригласить на танец. Но она махнула рукой и тот сел обратно, бросая на меня хмурый взгляд. 

- Давай выйдем, - предложила Алина, потянув за руку, заставляя меня подняться.

Мы проследовали на крыло дома, останавливаясь подальше от другого народа, который тоже решил подышать воздухом. Девушка внимательно осмотрела меня с ног до головы, в конце делая одобрительный кивок. Наверное, она ожидала, что я в итоге всё равно нацеплю на себя джинсы и свитерок, а волосы спрячу в скромный пучок.

- Как твои родители? - интересуюсь я, прерывая странное молчание между нами. Её отцу, помнится, стало плохо той ночью в отделении.

- Нормально, - она беззаботно хмыкнула. - Отдыхают в лучшем отеле города и нежатся в джакузи. А что?

Я сдвигаю брови, удивляясь такой легкомысленности девушки. Её самые близкие люди были на грани, а она так просто отвечает, не задумываясь даже о том, что могло бы произойти. 

- Скажи только честно, ты ведь была на той гонке? - задаю вопрос в лоб ей я.

Алина меняется в лице сразу же: мрачнеет, опускает глаза. Она отворачивается от меня и упирается руками об перила, заглядываясь на ночное небо, плотно усеянное звёздами.

- Была, - неохотно отвечает она. 

- И как же тебе удалось сбежать, что тебя даже никто не видел?

Студентка мнётся несколько секунд перед тем, как ответить:

- Мы уехали как только услышали вой полицейских сирен, - начинает она, разглядывая свои яркие ногти. По ней было видно, что говорить не хочет, но то ли алкоголь ей развязал язык, то ли мы с ней в таких отношениях, что она может позволить себе довериться мне. - Я с Юлей поменялась кофтами за минут десять до того, как всё началось. Мы с ней часто обмениваемся вещами. 

- Это твоя подруга? - спрашиваю я. В уме чётко звучит слово "была", но озвучивать его не осмеливаюсь. Оно так и застревает в горле.

Алина коротко стреляет в меня глазами.

- Нет. Мы с ней виделись только на гонках. Но говорят, что она очень похожа на меня.

Вспоминая события того вечера, я понимаю, что они мало того, что похожи, они почти близнецы! Не знаю, как такое возможно. Может, правда, что в мире есть семь человек с такой же внешностью? И одна из них была эта Юля?

- Не говори моим, что я была там, хорошо? - внезапно просит девушка, смягчив голос. 

Краем глаза отмечаю подъезжающий к дому автомобиль Руслана. Сердце в ту же минуту ускоряет свой ритм, а ладошки мгновенно увлажняются от вдруг нахлынувшего волнения.

"Хочу знать результат" - вбивается в голову его голос.

- Хорошо, - кое-как выдавливаю из себя я, не отрывая взгляда от красивой иномарки из которой выходит преподаватель.

Алина проследила за моим взглядом и радостно улыбнулась, заметив родного брата. Она подбежала к нему, подпрыгивая и цепляясь обеими руками за его шею. Мужчина обнял её в ответ, хохоча, одной рукой держа пышный букет из нежно-розовых цветов.

Умилительная картина развернулась у меня перед глазами: вот он что-то говорит Алине, от чего та широко улыбается, затем целует аккуратно в щеку и вновь крепко прижимает к себе. Наблюдая за их тёплыми отношениями, я почувствовала острое желание оказаться на месте Алины, только не в качестве сестры, а как любимая девушка. Чтобы он так же меня обнимал и целовал, с такой же нежностью в глаза говорил мне тёплые слова.

Моё сердце ухнуло вниз, когда они подошли ближе, забираясь по ступенькам на крыльцо. Руслан, заметив меня, прошёлся внимательным оценивающим взглядом по моей фигуре, и медленно поднимаясь к лицу в итоге скудно кивнул головой в знак приветствия. 

- Проходи, Рус, - прощебетала ему Алина, открывая входную дверь. - Девочек не соблазнять! - крикнула ему в спину она, словно специально, зная, что я услышу и мне будет неприятно.

Наверно, я никогда не смирюсь с тем, что она настроена против меня, как девушки её брата. Поэтому я обречённо вздохнула и отвернулась, обхватывая себя руками, когда холодный ветер коснулся моей открытой кожи. В одном платье стоять на улице не лучшая идея, но внутрь заходить я была не готова, зная, что там Руслан. 

- А ты ничего не хочешь мне сказать? - возле меня вновь стала Алина, вглядываясь в моё лицо. 

- Нет. 

Студентка обиженно цокнула языком, закатывая глаза.

- С меня дуру не делай, репетиторша, - отчеканила она. - Что-то произошло между тобой и Русланом. Я же вижу.

Я продолжала упорно молчать до тех пор, пока не поняла, что с ней действует принцип "откровение за откровение", а иначе - быть беде. 

- Он сказал, что его не устраивают обжимания втихаря по углам, - выпаливаю я, когда она уже собиралась уходить. 

- Оно и понятно, - хмыкнула девушка, но заметив моё тусклое лицо, сочувственно вздохнула и подошла ближе. - Очнись, Эмилия. Он взрослый мужик. Конечно, ему неохота, как малолетка шариться по тёмным подъездам и бояться лишний раз к тебе прикоснуться на улице.  А ещё, по секрету тебе скажу, он занимается сексом, прикинь, - последнее она прошептала мне на ухо, явно издеваясь. 

Я отодвинулась от неё, чувствуя неприятную горечь во рту.

- Я решу этот вопрос.

- Как? - пискнула она, взмахивая в воздухе руками. 

Мне хотелось плеснуть ей в лицо, что это не её дело, но вовремя спохватилась. Это будет слишком жёстко, да и она не чужой человек. Кроме того, она много знает. 

- Увидишь, - бросила я напоследок, обходя её и решительно открывая входную дверь. 

Но то, что я увидела перед собой, заставило меня остолбенеть на месте с распахнутым от удивления ртом. Руслан в центре зала кружил в медленном танце с той самой брюнеткой, которую я видела ещё возле колледжа с ним на парковке. Моё сердце пропустило удар, а глаза мгновенно увлажнились, видя безмятежное выражение лица мужчины и лёгкую загадочную улыбку девушки. Со стороны они выглядели как пара, и этот факт кольнул меня ещё больнее.

Алина, заметив, что я непоколебимо стою на месте, заглянула в зал, от чего её глаза округлились, и она толкнула меня внутрь, захлопывая дверь. Руслан нас не видел, по крайней мере, пока что. Я поспешила броситься по лестнице вверх, пока слёзы окончательно не застелили мне обзор. Хотелось найти хоть какой-то уголок, где я смогу побыть полностью одна.

Ну и зачем? Зачем ему вообще что-то говорить, раз он наглядно показывает, что может быть с любой другой, не имея лишних проблем? К чему тогда эти слёзы, крики, истерики? С такими мыслями я влетела в первую попавшуюся комнату, хлопнув яростно дверью. Лишь когда я не услышала хлопка, обернулась, едва различая перед собой девушку.

- Успокойся! - приказала она мне, тряся за дрожащие плечи. - Это ничего не значит, слышишь? - вторила студентка.

Но я её не слышала. Глаза застилала солёная вода, в ушах звенело, а сердце стучало так сильно, что казалось оно пробьет мне грудную клетку напрочь. Я усердно мотала головой со стороны в сторону, не желая принимать никакие оправдания. Если первый раз, увидев их вместе, я могла предположить, что это просто хорошая знакомая или очередная родственница, то сейчас в это не верилось совсем. На родственниц так не смотрят, и уж тем более не танцуют в такой близости друг от друга. 

- Эмилия, твою мать! - продолжала злиться Алина. - Возьми себя в руки, не реви! Давай я тебе всё объясню!

Было от части смешно слышать, что она собралась оправдывать в моих глазах Руслана. Вместо того, чтобы это сделал он сам. Да и зачем она это делает, ведь наоборот должна радоваться, что наши пути стремительно расходятся в разные стороны. 

- Ты меня пугаешь, репетиторша, - отшатнулась от меня девушка, увидев на моём лице улыбку, возникшую так некстати. 

- Да что объяснять, Алина? - продолжая горько усмехаться, сквозь слёзы говорила я. - Что он конченый мудак я и так знаю!

В дверях послышалось негромкое покашливание, привлекая к себе наше внимание. Я густо покраснела после своих слов, увидев в дверном проёме Руслана, нахмуренного и явно озадаченного. Он скрестил руки на груди, осматривая вначале меня, а затем Алину, которая обернулась на него через плечо. Наверняка, он всё слышал, и от этого стало ещё противнее. Я и так в его глазах выгляжу слабачкой, а после сегодняшнего - и подавно. 

- Алина, выйди, пожалуйста, - сдержанно попросил он, но я увидела, как заходили желваки на его лице, что не предвещало ничего хорошего. 

Девушка посмотрела на испуганную меня, а затем на Руслана:

- Не разнесите только комнату, ладно? - попросила она, обращаясь преимущественно к брату, а затем покинула нас вдвоём, тихо закрыв дверь.

Первое время молчали мы оба. Я присела на краешек кровати, рассматривая с показушным интересом носочки своих чёрных туфель, изредка хлюпая носом. Я пыталась всеми силами сдерживать внутренний порыв разреветься, как маленький ребёнок, которому не досталась игрушка. 

Внутри всё трепетало от одной только мысли, что мы с ним вдвоём в одной комнате. На расстоянии двух метров, которые легко преодолеть несколькими маленькими шагами. Но после увиденного я не позволю ему даже прикоснуться ко мне лишний раз. Не после той брюнетки.

Он подошёл ближе и теперь я видела его отполированные туфли, но глаза поднимать по-прежнему не решалась. Потому что знала, что вновь пропаду в том чёртовом омуте.

- И где же мы нахватались таких грязных словечек, Эмилия? - протянул он насмешливо. Хорошо, что хоть кого-то забавляет вся эта ситуация. 

Я не ответила, демонстративно отвернувшись к стенке, до боли закусив дрожащую нижнюю губу. 

- Позволь узнать, с чего такая истерика? - вкрадчиво продолжал Руслан, постепенно подбираясь ближе.

- Не подходи ко мне ближе чем на метр, Руслан, - выдвинула я стальным голосом, сама себе удивившись. Поверить не могу, что говорю это, но, видимо, гордость и обида сильнее чувства любви. Правильно ли это? Не время об этом думать. 

Я позволила поднять на него глаза и увидела, как он удивлённо вскинул брови. Преподаватель послушно остался стоять на месте, смотря на меня сверху. Я же чувствовала себя загнанным в угол зверьком. 

- У тихони, оказывается, всё-таки есть зубки, - его спокойный тон выводил меня из себя. Он даже не спешит ничего объяснять, словно так и должно быть! Обида вновь начала разгораться пламенем внутри и я почувствовала, как вспыхнули мои уши, но только не от смущения или стыда, а от злости. - Почему же ты их не показываешь в нужном месте?

Намекает на родителей, да только имеет ли права после того, как обжимался с той брюнеткой. Да и вообще, сколько времени он таскается с ней за моей спиной? Внезапное осознание волной накрыло моё тело. Что если я всё время была лишь развлечением? Минутной слабостью? Прихотью его внутренней хотелки? 

- Мне кажется, что сейчас как раз самое время их показать, - бурчу я, яростно сжимая руки в маленькие кулачки. 

- Но не для меня, - уточняет он и неожиданно делает размашистый шаг в мою сторону. 

Я дёргаюсь, но он вовремя кладёт мне руки на колени, не давая сдвинуться с места. Горячее ладони, коснувшиеся моей кожи, опаляют и я чувствую предательские мурашки по телу, не смотря на то, что разум твердит не позволять подобных шалостей. 

Поднимая на него взгляд, я вижу нежный взгляд и теряюсь. Вот он сидит возле меня на корточках, касаясь меня и ласково поглаживая, а всего несколько минут назад прикасался к ней.

- Ну-ка, скажи мне, что ты уже успела надумать своей светлой головкой? - Руслан тянется одной рукой к лицу, заправляя за ухо прядь волос. Понимаю, что должна отстраниться, но как заворожённая продолжаю сидеть на месте.

- Мне не нужно было ничего придумывать. Я всё видела своими глазами, - охрипшим голосом говорю я. 

Он вновь усмехается, и эта острая усмешка вызывает у меня раздражение.

- Что ты смеёшься? - взрываюсь я в один момент.

Мужчина складывает обе руки у меня на коленях и упирается в них подбородком, рассматривая меня уже снизу вверх. Я понимаю, что отодвинуться не могу, потому что его руки, словно железные. Потому что... не хочу.  Наперекор всему. 

- Ты такой ещё ребёнок, Эмилия, но при этом сводишь меня с ума, - выдыхает он. - А ещё, я вижу твои кружевные трусики.

Его слова отзываются трепетом в груди, и я неровно вздыхаю, чувствуя как всё тело пробивает дрожь. Он сидит совсем рядышком, упираясь в мои колени. Моё короткое платье и без того задралось выше положенного, а я только что это заметила! Пытаюсь оттянуть его как можно ниже, чем вызываю хриплый смех преподавателя. 

- Поздно спохватилась, - шепчет он, кладя руки мне на бёдра. 

- Не трогай меня, пожалуйста, - слабый протест вырывается из моего рта и я пытаюсь всеми силами отодвинуть его ладони. Но они намертво вцепились в меня, сжимая кожу. 

- Почему? - он выражает искреннее недоумение. Или только притворяется дурачком.

- Потому что пять минут назад ты трогал своими руками другую девушку, - объясняю я, вновь отчего-то краснея. От тех чувств, которые нахлынули на меня, стоило ему лишь прикоснуться ко мне.

Рот Руслана растягивается в довольной улыбке, а его лёгкий смех с едва слышной хрипотцой  заставляет внутренности сжиматься от предвкушения. Тёплые ладони невесомыми касаниями проходились вдоль бёдер, плавно опускаясь к внутренней стороне. Я инстинктивно сжимаю ноги, чем вызываю вопросительный взгляд мужчины.

Ещё одна слабая попытка убрать его руки оказывается неудачной. Моя фантазия продолжает издеваться надо мной и не бросает надежд дозваться здравого рассудка, подкидывая противные картинки, где Рус вместе с брюнеткой страстно целуются после медленного танца внизу. Сколько ещё скрыто от моих глаз? Неужели я ради этого должна разрушить свою семью? Ради неуважения к себе? Ради того, чтобы кто-то вдоволь наигрался и оставил однажды у обочины? 

Не выдерживаю этой пытки, толкаю его в плечо и отскакиваю в сторону. Преподаватель, не ожидавший такого поворота, едва не падает на пол, но вовремя выставляет руку, чтобы удержаться на весу. 

- Я же просила! - надломленным голосом прикрикиваю я и оборонительно обхватываю себя руками, продолжая отступать к стене. 

Руслан молча поднимается, как ни в чём не бывало, отряхивает свои брюки и выпрямляется, становясь напротив, но на достаточно приличном расстоянии. Он бегло осматривает меня, скрюченную возле стенки, с красными глазами и, наверняка, потёкшей тушью, и прикусывает губу. 

- А теперь послушай меня внимательно, потому что я объясню тебе всё только один раз, - цедит он и я понимаю, что он злится. От чего? От того, что я обижаюсь на него? А разве без повода? - Девушку, с которой ты меня видела, зовут Виктория. Она дочь наших хороших партнёров, с которыми мы довольно тесно общаемся и вне работы. Как и с твоими родителями, - подмечает он. Я свожу брови, пока ничего не понимая. - Между нами ничего нет, кроме хорошей дружбы и быть не может, потому что она очень любит своего мужа и ждёт от него ребёнка. Он улетел в Милан на неделю и попросил меня за ней присмотреть, как друга их молодой семьи. Надеюсь, я тебе всё доходчиво объяснил. Или есть ещё вопросы? 

Я опускаю стыдливо голову, моментально осознавая нелепость своих догадок и то, как глупо выглядела со стороны, размазывая лишний раз сопли. Мои руки падают по швам и я прислоняюсь к прохладной стене, которая слегка остужает меня. Мысли потихоньку утихают, как и яростный огонь внутри, оставляя взамен усталость. Конфликты меня изрядно выматывают. А нелепые - вдвойне. 

Облегчение проносится волной по моему телу. Руслан мне не изменял, я всё рисовала сама в своей голове. У нас по-прежнему есть шанс и он только в моих руках. 

- Прости, - неуверенно бурчу я, не спеша поднимать глаза.

- Прости? - переспрашивает он, делая широкий шаг ко мне. - Думаю, этого недостаточно чтобы уладить ситуацию. Твоё ребяческое поведение меня немного взбесило и я даже не знаю, что тебе нужно сделать, чтобы загладить свою вину.

Я на короткое время теряюсь, не понимая, как могу исправить то, что натворила. Ведь не понаслышке знаю, что сильнее кровоточит не физическая, а душевная рана. Своим недоверием я нанесла порез на сердце Руслана.

- Я решилась на разговор с родителями, - твёрдо произношу я в подтверждение своих слов.

- Это хорошо, - одобрительно кивает мужчина, подбираясь ближе. Я вновь ощущаю дрожь в коленках, когда он останавливается совсем рядом, с озорным блеском в глазах рассматривая моё лицо. - Но как мы будем решать проблему сейчас? - шепчет он мне прямо в губы, оставляя на них лёгкий поцелуй.

Я чувствую, как ноги отказываются меня держать на весу и как сердцебиение учащается, рассыпая волнительную дрожь по телу. Облизываю губы, улавливая горький вкус алкоголя и, кажется, этого достаточно, чтобы я опьянела сама. 

Поднимаюсь на носочках, чтобы быть с ним наравне и тянусь за ещё одним поцелуем, который мне так сейчас нужен. Но преподаватель внезапно отстраняется, предостерегающе махая перед моим носом указательным пальцем.

- Не спеши, малышка, - дьявольски улыбается он, и я отчётливо понимаю, что попала. Назад дороги нет, только вперёд. И впервые я делаю то, что мне хочется.

Моё сердце пропускает удар, когда Руслан плотно закрывает дверь и поворачивает в скважине ключ. Это был звук захлопнувшейся ловушки. Ловушки, которую я сама для себя поставила и в которую сама же добровольно попалась. 
    Комментарий к 22. Ревновать - значит, любить? 
    Буду благодарна за ПБ!
Кому не лень, покидайте интересных заявок. Или просто заявок, по которым вы хотели бы прочитать оридж. ;)

Спасибо, что остаётесь со мной!

========== 23. В оковах любви.  ==========

Руслан стоял какое-то время спиной ко мне и я видела, как напряглись его мышцы. Мне до одури захотелось подойти ближе, вдохнуть полной грудью опьяняющий аромат мужчины и провести рукой по его крепкой спине, обтянутой белоснежной футболкой. Обнять, прижать к себе и насытиться вдоволь им одним, пока такая возможность подвернулась. Не знаю, смогу ли когда-то вот так просто прикоснуться к нему, почувствовать вновь сладкий вкус его мягких губ и прикосновение грубых, но таких желанных рук, ведь жизнь такая непредсказуемая штука.

- Если бы твои родители знали, что я собираюсь с тобой сделать, они бы собственноручно прикончили меня прямо здесь, - хрипло произнёс он, не спеша оборачиваться.

Я судорожно вздохнула, ощущая трепет по всему телу от его слов. Сердце, как бешеное, билось в груди, и я с трудом верила в происходящее: я с Русланом вдвоём. Только мы и больше никто. Я так долго ждала этого момента, что сейчас просто не верю, что всё происходит наяву. Что я с ним. Что мы вместе, хоть и одну только ночь. 

- Но они не узнают, - на выдохе сказала я, поражаясь своей смелости.

Руслан медленно обернулся ко мне, осматривая долгим хищным взглядом, в котором плескалось необузданное желание и похоть. Он жадно смотрел на меня с ног до головы, закусив нижнюю губу. 

- Что же ты со мной сделала, Эмилия? - вкрадчиво спросил мужчина, плавно приближаясь. 

Я автоматически делала шаги назад ровно до тех пор, пока не упёрлась ногами в подножье кровати. Грудь учащённо вздымалась, дыхание сбилось напрочь, когда Руслан остановился впритык и коснулся костяшками пальцев моей горящей щеки. Его губы были прямо напротив моих, так соблазнительно близко, что мне стоило все лишь чуть поддаться вперёд и наши губы кружили бы в сладком поцелуе. 

- А вы со мной? - перевела стрелки я, шумно проглатывая накопившуюся во рту слюну. 

Преподаватель тепло усмехнулся, демонстрируя мне милые ямочки на щеках. Другая его рука потянулась ко мне, властно обхватывая за талию, сжимая в ладони комок подтянувшегося платья. Я невольно вздрогнула, от чего его усмешка стала ещё шире. В такой близости с парнем я никогда не была и понятия не имела, как себя вести. Об этом я знала лишь из парочки сопливых романов, которые втихаря читала в своей комнате, желая хотя бы немного приоткрыть тайную занавесу, от которой меня так настойчиво оберегали родители. 

Но одно дело, когда ты читаешь выдуманную историю, и совершенно другое, когда в живую сталкиваешься с подобным. Просто цепенеешь, не зная, куда деть свои руки, как заставить перестать дрожать ноги и как выровнять дыхание. 

- Мне нравится, как ты реагируешь на меня, девочка моя, - прошептал он, склонившись к моему уху и робко захватывая в плен мочку губами. 

Я несмело подняла руки, позволяя забраться им под тонкую ткань футболки преподавателя. Почувствовав, как он весь напрягся под моими влажными ладонями, я шумно выдохнула, ведя тонкие пальчики по очерченным мышцам вниз и останавливаясь нерешительно возле серебристой пряжки ремня.

Его сердце грохотало так же, как и моё, стуча в унисон друг с другом. Мягкие губы преподавателя постепенно спустились ниже, задевая невесомым поцелуем скулу и плавно переходя на слишком чувствительную шею, и когда он слегка прикусил тонкую кожу, я не сдержала короткого стона. 

Мне было абсолютно всё равно, что за дверью куча незнакомых мне людей, было всё равно на то, что в любой момент может кто-то постучаться. Есть только я и он. Меня не волновали больше мои родители со своими строгими правилами и престарелыми установками отдаться только лишь своему мужу. Они прожили свою жизнь, а у меня своя. Свои цели и желания. 

И конкретно сейчас я хочу Руслана Викторовича.

Мужчина подцепил краешек платья, поднимая его к верху и аккуратно стягивая его с меня, оставляя в простом чёрном нижнем белье. Совершенно не рассчитывая сегодня на свой первый раз, я вытащила из комода самый простой комплект. И только сейчас об этом пожалела.

Я с трудом подавила в себе инстинкт прикрыться двумя руками, натянуть обратно одежду и отступить. Нет, не сейчас. Уже поздно.  Между ног с каждой секундой всё больше чувствовалась влага, а разум стремительно отключался от близости Руслана Викторовича.

Он бережно повалил меня на кровать, параллельно снимая с себя футболку и брюки. А я лежала, учащённо дыша и нерешительно поглядывая в ответ на его голодный взгляд. Преподаватель жадно осматривал каждый уголок моего тела, пока я давила в себе то ощущение неправильности и распущенности, которое мне в своё время привязали родители.

Словно хищник, успешно загнавший свою добычу в ловушку, Руслан подбирался ко мне, кончиком языка неспешно вырисовывая дорожку от коленки почти к краю трусиков, слегка прикусив в конце кожу. Я вздрогнула, привыкая к новым ощущениям и наслаждаясь ими. Такие невинные действия, но так остро заводили, что низ живота с каждой секундой всё больше потягивал, изнывая от недостатка нужных ласк.

- Руслан, - томно прошептала я, сама того не ожидая.

Теперь мужчина оказался на мне и его твёрдый член упирался мне в бедро, но он не спешил, измучивая меня и себя. Ещё немного и я сама готова была на него наброситься, если бы позволяли силы, но в итоге покорно лежала, пока мой мучитель продолжал испытывать моё терпение.

- Я так долго ждал, что просто не могу превратить это в простой трах, - прошептал он возле моего уха.

Тишину комнаты неожиданно разрезал звук трескающей ткани, которая впилась всего на секунду в мою кожу, и я посмотрела на мужчину выпученными от удивления глазами. Это были мои трусики, которые в следующий момент небрежно оказались где-то на полу.

- Прости, но они уродские, - усмехнулся этот Дьявол, лёгенько прикусывая мою нижнюю губу, оттягивая и посасывая её, в то время как я полностью утонула в этом моменте и просто позволяла делать с собой что угодно. Ну просто идеальная жертва маньяка.

Когда два пальца Руслана слишком неожиданно оказались во мне, я тихонько вскрикнула от новых резких ощущений. Он замер, позволяя мне привыкнуть. Я сходила с ума от него, от его запаха, дурманящего напрочь голову, от глаз, смотрящих на меня с неодолимым желанием, от ловких пальцев, которые вскоре начали ритмично двигаться во мне, даря удовольствие, которое я раньше никогда не испытывала.

Вначале было непривычно, словно что-то чужеродное вторгалось в моё тело, но затем это чувство затмило нечто другое, более яркое и приятное и от которого я блаженно закрыла глаза, полностью отдаваясь во власть физическому удовольствию.

- Такая горячая, - шептал мужчина, упираясь лбом в мой висок. - Такая тугая... И такая моя...

Я коротко постанывала, чувствуя, как что-то новое подбирается к моему телу, и бесстыдно начала просить Руслана ещё и ещё. И он не заставил себя ждать. Мужчина ускорил ритм, параллельно жадно припадая к моей шее, наверняка оставляя алые засосы, и в следующий момент я почувствовала, как теплая волна проходится по моему телу, рассылая мелкий заряд тока до самых кончиков пальцев. И я застонала. Может, слишком громко и слишком неправильно для примерной студентки и послушной дочери своих родителей, но мне было всё равно. Потому что сейчас мне хорошо.

Счастливая улыбка зацвела на моём лице и я прикрыла глаза от нового наслаждения, устало выдыхая. Это было круто.

- Не так быстро, милая, - цокнул языком Руслан, отбрасывая с моей щеки прилипшие волосы. - Это только начало, - хитро улыбнулся искуситель. 

Я посмотрела в горящие глаза мужчины, обнимая его за плечи и прижимая ближе к себе. Мне было немного страшно и мелкая дрожь всё-таки пробежала по моему телу, когда преподаватель избавил себя от последней вещи - трусов и упёрся головкой в моё всё ещё пульсирующее лоно. Я была наслышана о крови и боли в первый раз, но в то же время я была уверена в Руслане и в том, что он сделает всё максимально бережно, поэтому призывно поддалась бёдрами вперёд.

- Ты сводишь меня с ума, - простонал мужчина, прикрывая глаза. - Будет малость неприятно. Потерпи немного, ты же хорошая девочка? - шептал он. 

Я кивнула, крепче обхватывая мужчину и чувствуя, как он медленно входит в меня, непривычно растягивая и заставляя ощущать неприятную тянущую боль. Я закусила губу, борясь с этими ощущениями, в то время как Руслан осыпал поцелуями моё лицо, словно извиняясь. Было больно. Но я не позволяла боли сковывать себя и притуплять бурлящее желание, постепенно привыкая и стараясь максимально расслабиться. Только когда он вошёл в меня до упора, я вскрикнула, задрав голову и вцепившись ногтями в спину преподавателя. 

- Прости-прости, - слетало с уст Руслана, но мне всё слышалось, как в тумане. 

Боль адская и слишком неприятная, чтобы сделать вид, что всё хорошо. На глазах невольно выступили слёзы, медленно скатываясь по висках и теряясь где-то в волосах. Было трудно сконцентрировать своё внимание на приятном, когда низ живота скрутило в тугой узел и ощущение чужеродного и слишком большого в моём теле никак не покидало. 

Я видела, как обеспокоено заблестели глаза Руслана и как он практически замер надо мной, боясь лишний раз пошевелиться. Его губы мягко касались моих, шепча успокаивающие слова. 

- Не останавливайся, - скулю я, заёрзав под ним.

- Уверена? - переспрашивает мужчина, вглядываясь в мои перепуганные глаза. 

В тех книгах, что я читала, о такой боли совсем не писали. Там было всё гораздо проще и по описанию приятнее, но кто ведь напишет правду? Это роман, и в нём всё должно быть красиво.

Я закивала головой, прикусывая изнутри губу, когда Руслан возобновил толчки, максимально бережно продолжая вдалбливаться в моё тело. Одной рукой он упёрся в кровать возле моей головы, а другой сжал моё бедро, склоняясь над моей грудью. Я обхватила его лицо руками, приподнимая и впиваясь страстным поцелуем, чтобы хоть как-то заглушить ноющую боль внизу живота, которая всё никак не хотела отступать. Между ног горело огнём и мне хотелось сжать их вместе, но на пути стоял Руслан, горячо дыша, жадно перехватывая инициативу, вторгаясь наглым языком в мой рот.

В один момент мужчина тихо зарычал, ускорившись ещё больше. Я видела, как блеснули в темноте его глаза и как он запрокинул голову, сжимая челюсти так, что на гладко-выбритом лице заиграли желваки. Понимая, что он подходит к финишу, я крепко сжала ноги, прижимая его ближе к себе и тем самым, как мне казалось, подгоняя концовку, которая не заставила себя ждать. 

Он обессиленно рухнул возле меня, обхватывая ладонью щеку и зарываясь носом во влажные волосы. Мы оба учащённо дышали, пытаясь привести в порядок дыхание, а я ещё и мысли. Ведь подумать только: я лишилась девственности со своим учителем на дне рождении его сестры. Но мне не хотелось сегодня грузить себя лишними упрёками, поэтому я блаженно закрыла глаза, пододвигаясь ближе к тёплому телу Руслана.

- В следующий раз будет гораздо приятнее. Обещаю, - шепчет он мне на ухо, а я счастливо улыбаюсь, упираясь носом ему в шею и чувствуя, как моё расслабленное тело отказывается шевелиться, требуя короткого, но желанного сна.

*** 
Просыпаюсь от громкой музыки, которая беспощадно лупит по стенам дома, с ощущением прохлады и непонятной пустоты. Низ живота по-прежнему ноет, напоминая о последних событиях и я вдруг понимаю, что лежу в кровати одна без Руслана среди смятых светлых простыней с едва заметными капельками крови. Кутаюсь в одну из них, подхватывая с пола помятое платье и закрываюсь в ванной, которая так удачно оказывается смежной с комнатой. 

Тёплая вода струями обжигает тело. Среди баночек нахожу шоколадный гель для душа и щедро намыливаю им всю себя. Произошедшее казалось не более, чем приятный сон, но засос, так ярко отсвечивающий на моей шее, мелкий синяк на бедре и всё ещё подрагивающие ноги говорили об обратном. Но где же Руслан? Неужели сбежал? Вспоминаю, как преждевременно обвинила его едва ли не в измене и решаю повременить с выводами.

Кое-как напяливаю на себя обратно платье, достаю из сумочки расчёску и тоналку, пытаясь привести себя в божеский вид. Пришлось наложить плотный слой крема, чтобы скрыть следы бурного времяпровождения на шее. 

И я была бы уже готова выйти в мир, вот только замерла у двери с ощущением чего-то недостающего у себя между ног. Обернувшись, замечаю на полу своё порванное нижнее белье и чертыхаюсь себе под нос, осознавая, что запасных с собой не ношу и придётся идти так.

Главное - не нагибаться, аккуратно садиться и ни в коему случае не поднимать руки вверх. Осталось ведь всего ничего: спуститься вниз, попрощаться со всеми и доехать без приключений домой.
***

Как только оказываюсь внизу, сразу замечаю Руслана вместе с Алиной, пьющего что-то из прозрачного стакана. Они о чём-то оживлённо разговаривают и я вначале не решаюсь к ним подходить. Вместо этого мой взгляд натыкается на другую знакомую шевелюру. Коновалов вальяжно расселся на диване, потягивая одной рукой пиво, а другой обнимая за плечи девушку. Кажется, она состоит в нашей женской сборной по волейболу. Он не видит меня, будучи слишком увлечённым выпивкой и найденной спутницей, и я быстро преодолеваю последние ступеньки, проскакивая на улицу и вдыхая полной грудью свежий воздух.

Неожиданно на мои плечи падает чей-то пиджак и по любимому аромату я определяю, что это Руслан. 

- Хочешь уже уйти? - интересуется он, становясь рядышком со мной. Он прячет руки в карманы и мне становится его жаль, когда он остаётся в одной футболке.

- Надо быть дома к десяти часам, - с сожалением вздыхаю я, поджимая губу. Конечно, я бы с радостью провела с ним хоть всю ночь, но пока обстоятельства играют против нас. 

- А если я позвоню твоим родителям и скажу, что ты заночуешь у Алины? - внезапно предлагает он с озорным блеском в глазах. Понимаю, что он что-то задумал, но тем не менее робко киваю. - Мне-то они поверят, - подмигивает напоследок и набирает номер.

Мужчина отходит в сторону, но я всё же прислушиваюсь, пытаясь разобрать хоть какие-то слова. Но до меня долетают лишь короткие обрывки фраз. Переминаюсь с ноги на ногу, наблюдая за его фигурой и молясь, чтобы Вселенная дала нам ещё немного времени побыть вместе. Сегодня такой прекрасный вечер, и совсем не хочется, чтобы он заканчивался. 

- Поехали, - закончив разговор, он кивает в сторону своего припаркованного автомобиля с блуждающей хитрой улыбкой на лице.

***
Мы катались по окрестностям города под тихую мелодичную музыку, наслаждаясь умиротворённостью ночного мегаполиса. Наши переплетённые руки лежали на коробке передач, и каждый думал о чём-то своём, устремляя взгляд на дорогу, усыпанной отблесками выстроившихся вдоль дороги фонарей. 

Сегодняшняя ночь навеки врежется мне в память, потому что это первые настоящие чувства, которые я испытываю по отношению к мужчине. И которые, как мне кажется, по-настоящему взаимны. 

Сейчас мне не хотелось думать о том, что принесёт утро, что ночь имеет свойство заканчиваться и что мне нужно решить вопрос с родителями в ближайшее время. Я желала насладиться близостью с Русланом, вдыхать полной грудью аромат его тела, крепко держать за руку и жадно целовать мягкие губы.

Хотелось раствориться в ночном городе полностью, ведь он так бережно скрывает нас от посторонних осуждающих взглядов. 

- Как ты себя чувствуешь? - заботливо спрашивает Руслан, отвлекая меня от созерцания природы за окном. 

Я загадочно улыбаюсь, смотря на него искоса. 

- Лучше, чем вчера.

Он повторяет мою улыбку и мы всё понимаем без слов.

- Хочешь где-то остановиться?

- Хорошо было бы выпить кофе, потому что ещё немного и я засну, - буднично произношу я, наслаждаясь тем, что мы сейчас совсем как нормальная пара и не надо бояться быть застуканным. 

- Ну, есть и другой способ взбодриться, - мужчина поворачивается ко мне, играя бровями. 

Мой взгляд падает на ехидную улыбку и я невольно облизываюсь при виде манящих губ. Но затем прислушиваюсь к своему организму и понимаю, что у меня всё ещё болит практически весь низ, и как бы я не хотела повторения происходящего в той комнате, я просто не смогу этого пережить.

- Но на сегодня тебе достаточно, - словно слыша мои мысли, понимающе говорит преподаватель. - Мы обязательно повторим, и не раз, но перед этим ты должна хорошенько восстановиться, - он вновь оборачивается к дороге, не сбрасывая с лица ухмылки.

Я густо краснею, упираясь глазами перед собой, инстинктивно сводя коленки вместе, когда его рука обхватывает моё бедро. То, что я без нижней части своего белья приносит мне колоссальное неудобство и, наверное, впредь нужно носить из собой запасное. Кто знает, может мои трусики с милыми рюшами по бокам однажды ему тоже не понравятся? 

Руслан едва слышно издаёт вымученный стон, плотно сжимая губы.

- Только не говори, что у тебя под платьем ничего нет, - выдавливает он, крепче сжимая мою ногу.

- Хорошо, не буду, - скулю я, вжимаясь в сидение.

Мужчина закатывает глаза, делая глубокий вздох.

- Тогда сегодня мы обойдёмся даже без поцелуев.

Я ничего не отвечаю, лишь тихо хихикаю, чувствуя облегчение, когда он нехотя, но всё же забирает свою руку, цепляясь за руль. Ещё минут десять езды по объездной дороге и куча врывающихся в мозг настырных мыслей о том, что время играет против нас. Наблюдая за часами, мне хотелось остановить время или хотя бы чтобы оно двигалось медленней, давай больше возможностей насладиться друг другом. 

Руслан съезжает на ближайшую заправку, выруливая в небольшой карманчик, выходит и через пару минут возвращается в двумя стаканчиками кофе в руках. Он любезно протягивает мне один, усаживаясь обратно на своё место, но не спешит вновь заводить автомобиль. 

- Ты уже думала, что будешь говорить своим? - неожиданно спрашивает он. Один вопрос мгновенно поднимает напряжение в салоне и поднесённый стакан к губами ставится обратно на панель.

Хорошее настроение тут же улетучивается. Я надеялась, что хотя бы сегодня мы не будем об этом говорить.

- Примерно, - уклоняюсь я, желая не продолжать данную тему, но, видимо, преподаватель другого мнения. 

- Я же говорил, что ждал результат сегодня, - с нажимом произносит он и я чувствую, как начинаю внутри медленно закипать.

- И я тебе его дала, разве нет? - парирую я, едва Руслан успевает закончить. 

Он усмехается, но эта усмешка настолько горчит, что я неосознанно хмурюсь в ответ, опуская в непонимании глаза. К чему этот разговор, ведь мы обо всём уже договорились?

- Это всего лишь слова, но я надеюсь и на действия, - говорит он, нарочито растягивая слова. - Просто решил немного проверить, готова ли ты. 

- Готова! - практически рявкаю я, воинственно складывая руки под грудью и отворачиваясь к окну.

Руслан кивает, а затем, тяжело вздыхая, притягивает меня к себе. И я покорно сдаюсь, мгновенно смягчившись в его руках. Любимый аромат щекочет приятно ноздри и я, как маленькая девочка, цепляюсь руками за его футболку, наслаждаясь теплом мужского тела, решив обо всё позаботиться уже завтра. Этой ночью я хочу насытиться вдоволь своим преподавателем.
    Комментарий к 23. В оковах любви. 
    НЦ пишу не часто и мне ещё учиться и учиться писать, но я старалась :з

P.S. Только дописывая эту часть поняла, что конец уже совсем близок, и стало как-то совсем грустно. План у меня, примерно, на 3-4 главы. Но это если в мою голову неожиданно не врежется какая-то другая сумасбродная идея. Хотя и затягивать я тоже не люблю. И так по объему получилось больше, чем планировалось изначально.
+
Как всегда, спасибо тем, кто читает! Особенная благодарность за ПБ. На самом деле, мне порой неудобно, когда вижу глупые опечатки, но не буду в очередной раз оправдываться, что русский - не мой родной язык :D

========== 24. Всё или ничего. ==========

Мы стояли на окраине города в одном прекрасном тихом безлюдном местечке, наблюдая за восходом солнца. Было около пяти утра, на улице достаточно морозно, как для поздней осени, но на душе тепло, как летом. Кутаясь крепче в тёплую куртку Руслана, за которой мы предусмотрительно заехали к нему домой накануне, я вдыхала полной грудью свежий воздух и отчётливо понимала, что в этот момент счастлива, как никогда. Что все недостающие пазлы теперь сложены воедино. Такой умиротворённой я давно себя не чувствовала. Хотелось остановить время здесь и сейчас, не возвращаться назад к людям в серые будни, в городскую суматоху...

- Ещё чая? - предложил Руслан, болтая термос.

Я отрицательно качнула головой, даже не поворачиваясь к нему лицом. Солнце стремительно поднималось вверх, отбирая у нас драгоценное время и напоминая, что всему хорошему есть конец.

Мужчина тяжело вздыхает, обнимает меня из-за спины и зарывается носом в мои волосы. Мы стоим так минут пять, по-прежнему наслаждаясь восходом, слыша дыхание друг друга. Грусть накатывает на меня вместе с первыми утренними лучами. Уже сегодня новый день и новые проблемы, с которыми я столкнуться не готова. Или всё-таки готова?

- Почему грустишь? - первым молчания не выдерживает Руслан.

- Потому что уже утро, - грустно хмыкаю я.

- И что?

- И ты уйдёшь, - продолжаю я.

Преподаватель отстраняется, но лишь для того, чтобы заглянуть мне в глаза. 

- Мы увидимся через пару часов в колледже. Всё будет хорошо, - уверяет он.

- Но не так хорошо, как сейчас, - вздыхаю я. 

- Но я ведь буду рядом, - его губ касается лёгкая улыбка и в мою щеку прилетает утешительный поцелуй. - Стоит сделать всего лишь один шаг на встречу своему счастью, и все твои проблемы исчезнут.

Я прижимаюсь крепче к нему, словно маленький ребёнок, прячась от злого и холодного мира. В его объятиях тепло и так уютно, что не хочется думать ни о чём. Но придётся возвращаться обратно. Сделать один шаг, вырваться на свободу. Наконец-то обрести счастье, которое совсем рядом, стоит лишь протянуть руку. Ведь там новый мир, новая я.

Я послушно киваю, соглашаясь, и мысленно настраивая себя на желанные изменения. Сегодняшний день многое решит и мне нужно быть к этому готовой на все сто.

***

К колледжу я подходила угрюмо, словно на каторгу, таща на плече увесистую сумку. Сегодня, к моему несчастью, поставили целых пять пар, а значит, большую половину дня я проведу в учебных стенах под пристальным вниманием студентов. Ведь первый раз за три года я предстала перед ним в коротком платье, да и ещё с макияжем и причёской. По дороге на пары я уже услышала несколько удивлённых комментариев о себе, мол, на самом деле я не такая уж зануда, какой кажусь вначале. И это мне даже немного польстило бы, если бы эти перешёптывания не были приправлены сальными словами и шутками.

Мой сегодняшний наряд значительно отличался от вчерашнего: простые чёрные джинсы и мятный тёплый свитер, из макияжа лишь тушь и прозрачный блеск, русые волосы скручены в высокий хвост, а всё потому, что утром не было времени приводить себя в божеский вид. Мне и так повезло, что родители ушли пораньше на работу. Лишь заботливо оставили на столе завтрак и всего один раз позвонили утром с коротким вопросом всё ли в порядке. Поэтому я без лишних приключений переоделась и умылась, упрятав платье поглубже в шкаф.

Но тем не менее, проходя мимо каждой отдельной группы, я слышала тихие смешки и подколы, и каждый раз мучительно закатывала глаза. Можно подумать, больше нечего обсуждать. 

- Что, Обломова, хочешь окрутить нашего экономика? - вопрос, прозвучавший слишком громко в коридоре от Волковой, буквально пригвоздил меня к месту. 

- Что ты несёшь? - огрызаюсь я, чувствуя, как резко участилось моё дыхание. На меня обернулись почти все студенты моей группы и я инстинктивно съежилась, готовясь к нападению. Эта фурия так просто не отстанет.

- Ну, он единственный, кто не тянет тебя за уши по своему предмету, - тянет она с победной улыбкой на лице и от этого у меня леденеют пальцы на руках, уцепившиеся за лямку сумки.

Сощурив глаза, смотрю на неё уничтожающим взглядом, но девушка злорадно продолжает, всей душой наслаждаясь устроенным представлением:

- Думаешь, пару раз раздвинуть перед ним ноги будет достаточно? - ухмыляется она, подступив ко мне ближе.

Я слышу скрежет собственным зубов и чувствую, как злость клокочет в груди, но понимаю, что не стоит вестись на эту глупую провокацию. Нужно быть умнее, но как это сделать, когда отчаянно хочется вырвать ей волосы? 

- Чего молчишь? - подначивает она, пока все, притихнув, с интересом наблюдают за нашим диалогом. 

- Мне нечего ответить на этот бред, - фыркаю я, пытаясь придать своему голосу пущего безразличия, в то время, как внутри всё стынет от её пронзающих глаз. - Ты можешь говорить что угодно, чтобы задеть меня, но мне всё равно. Потому что я выше тебя и не выезжаю на фоне грязных сплетен и скандалов. 

Лицо Волковой в одно мгновение вспыхивает, густо покраснев от злости до самых кончиков ушей. Кажется, я сумела задеть её за живое, потому что, судя по виду девушки, ещё секунда - и у неё из ушей пойдёт пар. Но, не смотря на это, излишнее внимание к моей персоне меня слегка покоробило, ведь отбиваться одной от целой толпы народа очень тяжело. Ко мне и так все относились не очень. Не трогали, не дёргали, лишь делали вид, что меня нет. До первой контрольной или самостоятельной, конечно. Но от меня не ускользали осуждающие взгляды однокурсников, когда тот или иной преподаватель ставил мне "пятёрку" лишь потому, что на фоне других моя работа была лучшей. Чтобы хоть как-то держать статистику красных дипломов.

- Да что ты?! - её голос дрожит, но она старается держать планку мнимого лидера группы. - Серая мышь оказалась не такой уж серой, правда? - Волкова вновь наступает, отряхнувшись от минутной слабости. - Оголила ножки, нанесла боевую раскраску, подкрутила своих три волоса...

Я сдвигаю брови в непонимании. К чему она клонит? То, что эта королева не пропустила ни одной вечеринки и видела меня на дни рождении у Алины ясно, как божий день.

- И что? - вскидываю подбородок я. - Да, вырядилась, но не выглядела, как последняя шлюха.

Я понимала, что сейчас мои эмоции берут верх и вся дальнейшая перепалка грозит закончится грязной разборкой. Мы обе старались задеть друг друга как можно больнее и никто не собирался отступать. Если раньше я бы смолчала и прошла мимо, склонив голову, то сейчас не позволю ей говорить при всех гадости обо мне.

Волкова сощурила глаза, правильно растолковав мой намёк на её вульгарный наряд.

- А как? - хмыкнула она. - Расскажи-ка, для кого старалась, Обломова? 

Все перевели любопытные глаза на меня, ожидая ответа. Посмотрев поочерёдно в каждые, я поняла, что поддержки дать неоткуда. Лишь Яковлев стыдливо выглядывал из-за парочки громил, сочувственно пожимая плечами. Слабак и трус.

- Тебе какое дело? Что ты хочешь от меня? - не выдержала я и устало вскинула руки.

- Хочу, чтобы ты была как все. Чтобы оценивали тебя по справедливости. Чтобы ты не лезла к экономику. Это понятно? - прилетел незамедлительный ответ.

Ревность просыпалась во мне на подобии вулкана, начиная медленно закипать внутри. Она не имеет права теперь мне указывать что делать по отношению к Руслану, но как жаль, что знать она этого не должна. Слова, рвущиеся наружу, пришлось запихнуть обратно в глотку, и едва слышно просипеть:

- Я к нему и не лезу.

Оскал, расцветший на лице Волковой, не сулил ничего хорошего. Она чувствовала себя доминирующей в этом конфликте, так, словно имеет запасные козыри в рукаве. И моё чутьё меня не подвело. 

- Да? А, может, расскажешь тогда нам всем, куда вы уехали с Русланом Викторовичем вчера во время вечеринки? - девушка победно сложила руки под грудью, возвышаясь надо мной. Моё сердце пропустило удар и я замерла, ошарашено глядя на неё. Эта змея и здесь всё высмотрела. - Что застыла? Я всё видела и отрицать что-либо бесполезно. 

Между наблюдателями мгновенно разошлись возмущённые перешёптывания и даже Яковлев, в которого я очередной раз стрельнула глазами, задумчиво нахмурился. Как оправдать это - я пока не знала. Волкова застала меня врасплох, а мой мозг в таких условиях работает слишком заторможено. Я нервно жевала нижнюю губу, слыша лишь своё грохочущее сердце. Неужели всё? Какой-то незначительный прокол уничтожит то, что так трудно строилось?

- Что, не такая уж и правильная, да?  - продолжала гнуть своё студентка, радуясь, как малое дитя. - Правду говорят, что в тихом омуте черти водятся. Так чем занимались-то?

- Отвали от неё, припадочная, - помощь пришла оттуда, откуда её не ждали. Алина стала возле меня в оборонной позе, испепеляя взглядом Волкову, пока я удивлённым взглядом окидывала её с ног до головы. Вид у девушки был уставший и этого не скрывал даже тональный, которого она нанесла слоя три. 

- А ты кто такая, сопля? - Юля уже переключилась на неё, осматривая пренебрежительным взглядом.

- Тебе какая разница? - фыркает в ответ Алина. - Я тебе сказала чтобы ты отвалила. Повторить ещё раз?

- Мелкая защитница? - Волкова тянет язвительную ухмылку. - Ну-ну. Вот только от людей всё не скроешь.

- Руслан - мой брат, стерва, - Алина завелась, продолжая наступать, и я уже начала переживать, что без драки не обойдётся, судя по озлобленному выражению лица девушки. Такое ощущение, что она готова наброситься на неё прямо сейчас. - Наши родители работают вместе и хорошо общаются между собой. Эмилии позвонили из дому и попросили приехать. Руслан в срочном порядке отвёз её домой по моей просьбе. Какого хрена тебе ещё надо? Не о ком больше сплетни распускать?!

Они уже стояли впритык друг к другу, соревнуясь взглядами. Волкова нахмурилась, поджав ярко-накрашенные губы, о чём-то размышляя в силу своих умственных способностей. Вокруг тишина и растерянные глаза студентов, которые, видимо, разочаровавшись в отсутствии очередной порции горячих новостей стали постепенно отступать и разбредаться по своим аудиториям. В конце Волкова и сама сдалась, свирепо выдохнув. Она смерила поочередно нас с Алиной своим придирчивым взглядом, а затем хмыкнула и скрылась за массивной деревянной дверью кабинета.

Это не означало нашу победу над ней. Всего лишь то, что она на время успокоилась, затаившись как змея, и будет выжидать другого удобного момента подловить меня на чём-нибудь. В этой ситуации больше всех перепало Алине. Она выпалила о своих родственных связях с Русланом и теперь ей предстоит узнать все прелести такого родства. Вплоть до того, пока он не покинет колледж, как и говорил.  

- Спасибо, - облегчённо выдохнула я, когда мы остались с ней практически одни. - Я уже не знала, как от неё отделаться. 

- Не за что, - она пожала беззаботно плечами, словно это обыденная ситуация для неё. - Своих мы защищаем, - девушка подняла уголки своих губ в слабой улыбке. 

Правильно растолковав её слова, я покраснела, чувствуя себя неловко перед ней. Потому что знаю, что ей это не нравится и, наверняка, в глубине души она осуждает меня за любовь к Руслану. Но это не то, чем я могу управлять. 

- Так где вы всё-таки были и почему Руслан попросил меня прикрыть тебя в случае чего перед твоими родителями? - поинтересовалась девушка, отводя меня подальше в сторону от чужих ушей. 

И мне пришлось всё рассказать, не сдерживая счастливой улыбки, но скрывая определённые моменты. Всё-таки что-то должно остаться между нами двумя. 

***

Руслан сегодня отсутствовал в колледже весь день. Занятий у него не было и, как я узнала от его сестры, в обед назначено важное совещание, которое решит его дальнейшую судьбу в компании отца. Но тем не менее, мы были на связи, перекидываясь короткими милыми сообщениями. Всё это было для меня непривычно: тайные смс, интимный смысл некоторых фраз, от которых я непроизвольно краснела, прячась за копной волос. Но я понимала, что на правильном пути и если до этого я сомневалась в правильности своего решения, то сегодняшний день и ласковые смс от любимого мужчины отбросили все сомнения прочь. Он рядом со мной, и это всё, что мне нужно.

В приподнятом настроении я возвращалась домой, обдумывая каждое своё слово перед родителями. Несмотря на свой настрой, сердечко всё равно выпрыгивало из груди от волнения и полной неизвестности. Я даже предугадать не могла их реакцию, но успокаивало то, что мне будет куда пойти в любом случае. Что я не останусь одна. А образ улыбающегося Руслана перед глазами, как и томные воспоминания событий прошлой ночи, лишь усиливали моё желание покончить со своим ограниченным настоящим и твёрдо ступить в широкое будущее, где есть место моим личным целям и мечтам. 

Но кто же знал, что дома меня ждёт неприятное разочарование, которое загонит меня в тупик, а вместе с тем пошатнёт весь мой замысел?

В кармане завибрировал мобильный, сообщая о новом смс от Руслана. Он написал, что совещание начинается через пару минут и полтора-два часа он не сможет ответить. А так же пожелал удачи, сказал, что будет ждать от меня хороших новостей. И в конце добавил, что любит меня. Я улыбнулась, чувствуя разливающуюся на душе теплоту от его слов, и перечитывала строки вновь и вновь, пока лифт не привёз меня на мой этаж. 

То, что родители дома я поняла по громкому разговору, который лился из-за нашей двери, и робко подошла к ней, пытаясь разобрать слова. Но большую часть заглушали звуки телевизора и едва ли не орущая мама, выкрикивая, как заезженная пластинка, лишь одну единственную фразу: "Как она могла?". Волнение накатило с новой силой, как и осознание того, что случилось что-то ужасное.

Поэтому я судорожно открыла дверь ключом, врываясь в гостиную, где при виде меня замерли в тишине мама с дорожками слёз на щеках, папа, который, судя по его свирепому выражению лица, готов сейчас же совершить убийство, и Коновалов, стремительно спрятавший от меня глаза, отворачиваясь к окну. 

Мои ноги в один момент вросли в пол, а сердце ушло в пятки в предчувствии плохого.

- Эмилия, это правда? - прогремел голос моего отца. В его глазах плескались злость и разочарование. - Ты встречаешься с преподавателем? С Русланом?!

Язык прирос к небу, а в горле мгновенно пересохло. Грудь сдавило так, что стало трудно дышать, и я с трудом втягивала необходимый воздух. Мои родители смотрели на меня с презрением, словно я грязь у них под ногами, и от этого слёзы подбирались к глазам. Я напрасно думала, что они могут понять. Они не могут. И никогда не смогут. 

- Отвечай на поставленный вопрос! - срывающимся голосом вторила ему мать.

Я вздрогнула от неожиданности. Сердце заколотилось от жгучей обиды на Коновалова. Как он мог? Какое он имел право выдать мой секрет? Словно почувствовав свою вину, он пробурчал едва слышное "Я, наверное, пойду" и поспешил скрыться за дверью, предательски оставляя меня наедине с родителями. Конечно, нагадил и в кусты. 

- Я его люблю, - дрожащим голосом произнесла я. Моя решительность вдруг куда-то испарилась под уничтожающими взглядами мамы и папы. 

- Что?! - взревел отец нечеловеческим голосом. - Какая любовь? Откуда эта грязь в твоей голове взялась?!

Его слова задели за живое, смешав мои чувства с грязью, и я впервые в своей жизни не сдержалась, ответив ему его же тоном:

- Вы ничего не понимаете! И никогда не поймёте из-за своего устаревшего восприятия мира! - горько отвечала я, чувствуя подступающие к глазам слёзы. Передо мной стоял образ грустно улыбающегося Руслана, а в голове мысль, что всё идёт под откос. Не так всё должно было быть. - Я устала жить так, как вы мне говорите! У меня есть свои желания, свои цели и мечты, и они отличаются от ваших! Если здесь и есть где-то грязь, то лишь у ваших головах!

Звонкая пощёчина впервые прилетает мне от руки матери. Я резко замолкаю, хватаясь за вспыхнувшую щеку и отступаю к стене, ошарашено глядя на того человека, которого дети любят и уважают, считая самым близким и родным. Я же смотрю на неё, как на чужую, малознакомую женщину. Она подняла на меня руку. И если с криками я раньше могла смириться, то с рукоприкладством - нет.

- Не смей на нас орать, паршивка! - отвечает она, цедя сквозь зубы каждое слово. - Мы столько в тебя вложили, души в тебе не чаяли, старались дать всё самое лучшее! А ты чем нас отблагодарила? Вместо того, чтобы заняться своим будущим, ты стала распадаться за преподавателем?! Позорище! Мне стыдно, что ты моя дочь!

Слёзы заливают мне лицо и я припадаю к стене, беспомощно обхватывая себя руками. Это конец. Конец всему. На душе так горько и одиноко, что хочется прямо сейчас выйти в окно, лишь бы не видеть этих озлобленных лиц перед собой. У меня нет родителей. Есть люди, которые меня растили. Совершенно чужие, как оказалось, люди. А рядом никого. Только пустота и лишь внутренние переживания, которые разрывают изнутри на части. 

- С Арсением я поговорю лично сегодня же. Пусть Руслан убирается из колледжа немедленно, - немного успокоившись говорит отец. - А ты будешь теперь под моим личным контролем, и ни шагу в сторону. Мы пытались идти тебе на уступки, но ты начала садиться на голову, - его слова едва до меня доносятся, но тем не менее, я слышу этот режущий строгий голос. - Телефон положишь мне на стол. Я поменяю тебе симку и верну завтра утром. А сейчас привела себя в порядок и пошла готовиться к завтрашним занятиям. И без глупостей!

- Мне кажется, я уже достаточно взрослая, чтобы самой решать, что делать, - слабая попытка протеста с хрипом вырывается из горла и я нерешительно поднимаю красные глаза.

- А мне кажется, что тебе пора закрыть рот, пойти в свою комнату и заняться делом, - обманчиво спокойным голосом продолжает он. - Не заставляй нас с матерью идти на крайние меры и на оставшийся семестр переводить тебя в другой колледж подальше отсюда.

Я поняла, что спорить с ними бессмысленно и даже мысль собрать вещи и убежать казалась глупой, как я хотела вначале. Между смириться и прожить последние полгода под строгим контролем родителей и убежать в неизвестность, я трусливо со слезами на глазах выбираю первое. Моё нутро покорно соглашается, изнывая. Но почему такое острое чувство, что я своими действиями предаю Руслана?

Слабая. Жалкая и слабая. 

Как же я себя ненавижу.

Из груди рвутся хлипкие жгучие рыдания, но я кусаю губу, упрямо сдерживая их. Не зная куда себя деть, я бреду в свою комнату, заваливаясь устало на кровать. Подушка заглушает мой обречённый крик, я беспомощно сжимаю руки в кулаки, желая оказаться в тёплых объятиях Руслана. Но вокруг лишь четыре стены, в которых я насильно заточена своими родителями и собственными страхами.

И как мне выбраться из этого я больше не знаю.  
    Комментарий к 24. Всё или ничего.
    Тяжело даются мне последние главы. Аж самой хочется рыдать :с

========== 25. Бегство — это не свобода. ==========

Когда я проснулась, за окном стояла сплошная темнота, а часы показывали пол третьего ночи. Глаза неприятно жгло от того, что накануне вечером я рыдала навзрыд, заглушая обречённые всхлипы белоснежной подушкой, в груди ощущение огромной чёрной дыры, а голова словно раздулась до нечеловеческих размеров. 

Я не знала что мне делать дальше. Усевшись на кровати в позе лотоса и уставившись в стену напротив, я чувствовала лишь то, как уменьшалась в размерах моя собственная клетка и как внутри исчезают последние огоньки надежды на лучшее. То, что случилось по приходу домой, никак не укладывалось в моей голове. Всё казалось не более, чем кошмарным сном, но зарёванное лицо и неприятные ощущения на щеке, которая подверглась удару, говорили об обратном. Это всё произошло на самом деле, но разум, защищаясь, отказывал принимать события за реальность.

Коновалов меня предал и этому поступку оправданий нет. Хоть и прекрасно понимала, почему он это сделал. Задетое мужское эго, ведь я оставила чувства парня без ответа. Точнее, ответ был, но он ему не понравился. И он решил вот так по-ребячески решить проблему. А решил ли? Кому теперь от этого стало лучше? Сделав протяжный глубокий вдох, я сдержала непрошеные слёзы, норовившие вновь подобраться к глазам. Я устала плакать. Устала чувствовать себя слабой. Ощущение, будто по мне проехался танк, раздавив и без того моё шаткое эмоциональное состояние.

Сейчас я не чувствовала ничего, кроме поглощающей меня пустоты. Родители дошли до крайней точки, ударив меня не только физически, но и своими острыми словами, чётко давая понять, что дальнейшая моя жизнь больше мне не принадлежит. И это всё больше смахивает на какой-то параноидальный психоз. Потому что по-другому я не могу объяснить их рвение контролировать меня и оберегать от всех возможных сторонних связей помимо родственников, распоряжаясь моей жизнью так, как им заблагорассудится. Как они считают, будет лучше. Но разве не лучше будет то, что хочу я сама для себя?

Машинально рука потянулась к тумбочке, на которую я привычно кладу свой телефон перед сном, но вовремя одёргиваю её, вспоминая, что отец забрал его и грозился поменять симку. А ведь там хранятся сокровенные смс от Руслана, которые для чужих глаз не предназначены. И от мысли, что их будет читать кто-то, кроме меня, мне неприятно жгло грудь. Ведь вторгаются в моё личное пространство. В очередной раз. 

Как бы я не старалась, глаза вновь увлажнились, стоило мне вспомнить о любимом мужчине. Теперь он вновь казался недосягаем, как и тогда, когда я впервые почувствовала к нему что-то большее. Когда только начинала мечтать о нём. И вот сейчас всё повторяется опять, но есть ли выход на этот раз - я не уверена. В голову неожиданно врезались одни из последних слов Руслана о счастье и что за него нужно бороться. Я согласна с ним, но как бороться, когда нет сил совсем? Но преподаватель, настойчиво врезавшись в моё сознание, повторял другое, заставляя меня думать, что я схожу с ума. Потому что я не знаю, как объяснить эту внезапную мысль, проскочившую в моей голове, послать всё к чёрту и сделать впервые так, как подсказывать мне сердце, а не мама с папой. 

***

Я брела по ночному городу, сопровождаемая светом уличных фонарей. Голос здравого разума продолжал твердить мне, что ещё не поздно вернуться и забыть всё, как страшный сон. В том числе, и Руслана. Не поздно возвратиться в прежнюю колею, выучиться, получить хорошую работу и выйти замуж за какого-то нудного офисного планктона, как и хотели родители. Но дело в том, что ноги упрямо несли меня вперёд. Значит ли это, что я сделала свой выбор? Очевидно, что да, потому пути назад больше нет. Утром мать с отцом, наверняка, отрекутся от меня, узнав, что я сбежала ночью к преподавателю, прихватив с собой несколько необходимых вещей на первое время. Но мне было всё равно. Я в праве сама  руководить своей жизнью, а если они не хотят этого принимать и поддерживать - полностью их выбор. 

Перед нужной дверью я засомневалась всего на несколько минут. Кулачок так и замер над входной дверью, пока я окончательно не решилась, понимая, что нахожусь в правильном месте едва ли не впервые в своей жизни. 

Стучать пришлось дважды: первый раз слабо и неуверенно, а второй - уже более решительно. Я понимала, что мужчина, наверняка, спит сладким сном и чтобы добиться к нему нужно настойчиво насиловать дверь кулаком и звонком. Что я и сделала. 

За дверью послышались медленные шаги и возмущённое бормотание, а затем щелчок. Руслан предстал передо мной сонный, с взлохмаченными волосами и вмятиной на щеке от подушки, недовольный ночным гостям. Увидев меня, робко переминающуюся с ноги на ногу, он дважды протёр глаза. 

- Эмилия? - удивился мужчина. - Что ты здесь делаешь? Ты видела который час?

Я стояла, не зная что сказать, и чувствуя, как новая волна жгучих слёз подбирается к глазам. Может, он меня и не ждал здесь вообще, а я припёрлась как дура среди ночи, беспомощно хлюпая носом. 

- Кажется, я догадываюсь в чём дело, - почесав затылок, ответил он на свой же вопрос. - Проходи. 

Я сделала слабый шаг вперёд, оказываясь в тёмной гостиной. В квартире витает едва уловимый цитрусовый аромат и я вдыхаю его поглубже, пытаясь унять дрожь в теле. Руслан подтолкнул меня вперёд, снимая впопыхах накинутую куртку и отправляя присесть на диван. Сам он скрылся на кухне, звеня чашками и приборами. Я же замялась, стоя посреди комнаты. Впервые нахожусь у него дома, но ощущение, словно была здесь и раньше. И сразу чувствуется, что квартира мужская: всё обустроено в стиле минимализм. Из декора - лишь один вазон в углу комнаты и несколько семейных фото в аккуратных рамках. 

- Нравится? - мужчина застал меня за разглядыванием снимков. Он стоял у двери с двумя чашками дымящихся напитков.

- Да, красиво у тебя, - отмечаю я, присаживаясь на диван. Беру у него из рук кофе и делаю осторожный глоток. 

Он присаживается рядом.

- Не хватает только женской руки, - слабо улыбается преподаватель.

Я прячу глаза, чувствуя пронзительный взгляд Руслана. Смешанные чувства заставляют сердце колотиться и мелкой дрожи пройтись по телу. С одной стороны меня терзает ситуация с родителями, с другой - мысли о том, что я нахожусь у Руслана дома. Он сидит рядом, его бедро соприкасается с моим, а изучающие глаза так и снуют по мне, выжидая.

- Расскажешь что случилось? - мягко интересуется он.

Я киваю, параллельно облизывая пересохшие губы, и начинаю:

- Всё пошло немного не по плану. Родители как-то узнали о нас с тобой прежде, чем я решилась на разговор с ними, и мы сильно поссорились, - о Коновалове решаю умолчать, понимая, что ему может знатно прилететь от преподавателя. Я не хочу чтобы парень страдал по всем фронтам из-за своих обиженных чувств. - Они отобрали у меня телефон и сказали, что очень разочарованы во мне. Так что теперь я под их усиленным контролем, без права сделать шаг в сторону. Ещё сказали, что немедленно поговорят с твоим отцом и в колледже ты работать больше не будешь. 

Мужчина внимательно меня слушал, периодически кивая и поджимая губы. На его лбу залегла плотная складка, а сам он нахмурился, очевидно тоже не ожидавший такого поворота событий. А мне хотелось сквозь землю провалиться, ведь я остро чувствовала свою вину. Зная своих родителей, они могут натворить чёрт знает что. Вплоть до того, чтобы донести обо всём директору и опозорить семью Руслана. Вот только я надеялась, что до этого не дойдёт и определённые связи между старшими сделают своё дело. Всё-таки родители очень держатся за свою работу и вряд ли готовы вот так её потерять. 

- А это что? - спрашивает мужчина, заправляя волосы мне за ухо. Костяшки пальцев едва уловимым касанием проходятся по скуле, оголяя мою пострадавшую щеку. Видя существенное покраснение он хмурится, плотно сжимая губы. 

Машинально дёргаю головой, рассыпая волосы обратно в попытке спрятать лицо. В глазах вновь чувствую влагу, а в голове проскакивает тот самый неприятный момент: озлобленное и разочарованное лицо матери и рука, которая вздымается в воздухе и в следующий момент опускается мне на лицо. В её глазах не было ни капли сожаления о содеянном. Для неё, как и для отца, это считалось в пределах нормального воспитания ребёнка. 

- Эмилия, - строже обращается ко мне Руслан и хватает меня за плечо. Мои глаза уже блестят от слёз и, кажется, он видит в них ответ на свой вопрос. - Отец ударил тебя?

Я отрицательно мотаю головой.

- Мама, - отвечаю шёпотом перед тем, как разревется с новой силой.

Мужчина прижимает меня к себе, обхватывая рукой голову, глуша мои всхлипы своей тёплой грудью. А я жмусь к нему, как к первому и последнему, кто понимает меня в этой ситуации. Как к спасательному кругу посредине моря, цепляясь пальчиками за ткань его футболки. Он что-то шепчет мне на ухо, какие-то успокаивающие слова, но я слабо их разбираю из-за своих стонов. Мне было достаточно того, что он просто рядом. Что понимает и не выгоняет.

- Мы справимся, - шепчет он мне на ухо, убаюкивая, как маленького ребёнка.

- Я не хочу чтобы они навредили тебе, - мычу я, утыкаясь носом в его твёрдую грудь. 

Руслан издаёт короткий смешок, прижимая меня к себе крепче. Он выглядит таким спокойным и умиротворённым, что я ему даже завидую, потому что меня просто разрывает на части.

- Твои родители точно не смогут мне навредить, - расслабленно хмыкает мужчина. - Во-первых, ты совершеннолетняя и я не попадаю в ряды педофилов. Во-вторых, если так будет проще, я могу прямо с завтрашнего дня не выходить на пары. Я не держусь за это место. А в-третьих, думаю, твои родители сильно дорожат своей работой, чтобы так легко её потерять. Прости, но мне кажется, они не станут жертвовать своим доходом и возможностями лишь ради того, чтобы подмочить мне репутацию и выгородить свою дочь, сделав из неё просто жертву ситуации. 

И я полностью с ним соглашаюсь, будучи уверенной в том, что для них правда важна их работа. Они не станут гадить Руслану хотя бы потому, что после этого им придётся искать другое место и начинать практически с нуля. Но никто не отменял морального давления, которое в разы хуже всего другого.

Киваю ему в ответ, принимая горькую правду. 

- А теперь пойдём спать. У тебя, вроде как, завтра есть первая пара, - говорит он и я в удивлении выгибаю бровь. Он знает моё расписание?

- Я не собиралась завтра идти на занятия, - едва слышно проговариваю я. - Родители, наверняка, будут меня там ждать.

Мужчина отстраняется, слегка встряхивает меня за плечи, заставляя посмотреть на него. И я устало поднимаю глаза, встречаясь с уверенным взглядом преподавателя.

- Раз уж ты решилась - так иди до конца, слышишь? - говорит он, словно внушая.  Его голос твёрд и решителен, будто настраивает меня на войну. - То, что ты сбежала, ещё ничего не решает. Ты должна показать родителям, что можешь жить без них. Что ты независима. Что у тебя своя жизнь. От проблемы ведь не убежишь, - Руслан замечает, как я учащённо моргаю, прогоняя надоедливую за последнее время влагу, от чего смягчает тон: - Я с тобой. Тебе есть к кому идти, поняла? Ты не одна. 

И я вновь припадаю к нему, обнимая крепко двумя руками и утыкаясь носом в шею любимого мужчины. Вдыхаю полной грудью аромат его тела и прикрываю на минуту глаза, наслаждаясь умиротворением, которое получаю, находясь только рядом с ним. 

- Спасибо тебе, Руслан, - на выдохе произношу я, оставляя на его скуле невинный робкий поцелуй. - Спасибо за то, что появился в моей жизни.

***

Всю оставшуюся ночь я не могла сомкнуть глаз. Хоть и под боком сопел тёплый Руслан, а его рука прижала меня к себе поближе, обнимая из-за спины, сон всё равно не шёл и на душе было беспокойно. Вот ещё пару часов и ничего изменить точно нельзя будет. Скоро проснётся мама, и, как ни в чём не бывало, станет готовить завтрак на нас троих. Чуть позже встанет отец чтобы начать утро со свежей газеты. И уже после, спустя двадцать минут они поймут, что что-то не так, и зададутся вопросом, почему же я не иду к столу. 

Ещё совсем немного...

Я жмусь крепче к своему мужчине, который что-то бурчит мне на ухо, щекоча дыханием шею, и устремляю взгляд в окно. Уже светает, сегодня новый день. И первое утро, которое я провожу в объятиях любимого. Стоило ли оно того? Определённо да. Буду ли жалеть? Надеюсь, что нет. Очень надеюсь, что всё не зря.

В колледж мы пришли с разницей в пять минут, чтобы не вызывать лишние подозрения со стороны. Руслан высадил меня за углом, сам заезжая на парковку. Родителей по близости не оказалось. Кажись, их и правда здесь нет, потому что ни машины, ни одногруппников, которые бежали бы мне навстречу, предупреждая о визите родственников, не было. Что очень странно, потому как похоже  на затишье перед бурей. 

Зато практически у входа меня ловит Коновалов, хватая под локоть и утаскивая за руку подальше от сторонних глаз. Останавливается он прямо под лестницей, и я становлюсь напротив, пробегаясь по нему озлобленным взглядом. Парень выглядит просто паршиво. Такое ощущение, что он, как и я, целую ночь не спал. Вот только я могу скрыть свой недосып косметикой, а он - нет. Тёмные круги под глазами, в которых плещется усталость, лёгкая щетина и поникшие плечи; костяшки содраны, а на одежде изредка встречаются пятна грязи. От него несёт перегаром и стоять рядом неимоверно трудно, но я вскидываю подбородок, уставившись на него и ожидая, судя по всему, нелепых оправданий.

- Я не буду извиняться, Эмилия, - осевшим голосом говорит он, поглядывая на меня из-под лба. Хмурю брови в непонимании и скрещиваю руки под грудью. - Можешь злиться на меня сколько угодно, но я поступил так, как должен был.

Одно глупое заявление - и я вспыхиваю, как спичка.

- Ты вообще ничего не должен был! - шиплю я, яростно тыча в его грудь указательным пальцем. - Не должен был, потому что это вообще ни разу не твоё дело!

Грудь прожигает обида вперемешку со злостью. Хочется просто плюнуть ему в лицо и уйти, но что-то продолжает удерживать меня на месте. Любопытство? 

- Для тебя же будет лучше, если ты вовремя откроешь глаза, - наступает в ответ он. - Преподаватель? Серьёзно?! - чувствую его дыхание у себя на лице и отворачиваюсь в сторону. - Чем он тебя подкупил? Тем, что старше? Опытнее? Богаче? Почему ты повелась на него, а не на меня?

Его упрёки звучат мерзко, от чего я кривлюсь, даже не желая смотреть на него. Но чувствую его тяжёлый испытывающий взгляд на себе. 

- Есть такое чувство, как любовь, но ты вряд ли слышал об этом, - резко отвечаю я.

- Я не слышал? - прикрикивает он, переспрашивая. Но, заметив, что этим привлекает к нам лишнее внимание, успокаивается, и продолжает уже тише: - Да я только то и делаю, что ношусь за тобой как щенок последние месяцы! Шоколадки, разговорчики, караулю возле подъезда, провожаю...А ты в это время трахаешься с едва знакомым мужиком! Вот, значит, почему у тебя так неожиданно попёрли пятёрки по экономике...

Он не успевает закончить свою речь, как я не выдерживаю и ударяю его по лицу, заставляя умолкнуть. Коновалов дёргает головой и сразу же хватается за щеку, делая шаг назад. Ошарашенно и смотрит на меня, в то время как я испепеляю его взглядом, сжимая руки в кулаки. Больше никто не будет выражаться обо мне и моих чувствах в таком ключе. 

- Повторяю, Веня, это не твоё дело, и оправдываться за свои чувства перед тобой я точно не собираюсь, - чеканю ему я. Мой голос дрожит, но я полностью уверена в своих словах. - Я люблю Руслана, и прости, что твои чувства остались без ответа. Но это не повод портить мне жизнь. Ты попросту не имеешь на это права, понял? 

Он кивает то ли соглашаясь, то ли машинально, а может, чтобы я просто отстала.

- Не подходи ко мне больше, - понимаю, что вот-вот сорвусь, и спешу спрятаться в женском туалете.

- Эмилия... - долетает мне уже в спину, но я не останавливаюсь, потому что не желаю больше его слышать. 

Как же больно всё-таки разочаровываться в людях.

***

Первые две пары прошли, на удивление, спокойно: Коновалов на занятиях после нашего разговора не появлялся, Волкова не донимала своими тупыми репликами, преподаватели мою фамилию снисходительно пропускали, выбирая ответчика. С Русланом я тоже ещё не виделась с самого утра и на sms он не отвечал. Я решила что зайду к нему в аудиторию после занятий, и направилась на третью пару с тревожным чувством внутри. Оказалось, что не зря. Когда до звонка оставалось двадцать минут, в кабинет заглянул первокурсник, который дежурил на первом этаже при входе, и сообщил, что меня вызывает к себе Михаил Иванович. Срочно.

Переступив порог кабинета директора, я встретилась взглядом с родителями, на которых просто не было лица. Мать сидела вся в слезах, сжимая в руке белоснежный платок, а отец испепелял меня глазами.

Проглотив ком в горле, я с опаской ступаю вперёд, словно боясь, что он сейчас бросится на меня и хлестанет по лицу, как сделала вчера мама. Я больше не могу им доверять и спокойно возвращаться домой, ведь если подняли руку раз - поднимут и второй. Но мне не десять лет, чтобы воспитывать. К тому же, такими варварскими способами. 

- Эмилия, присаживайся, - говорит директор, откашлявшись. 

- Что случилось? - осторожно спрашиваю я.

- Ты переводишься в другой колледж на оставшийся семестр, - резко отвечает вместо него папа. - Собирай вещи. Ты уезжаешь в другой город, - добавляет он.

========== 26. Последняя встреча. ==========

- Я никуда не поеду, - звучит мой твёрдый голос. Сама удивляюсь своей решительности, но, как раньше упомянул Руслан, если начала идти - иди до конца. Поздно сдавать позиции и просить помилования. Я больше не вернусь в ту клетку. 

Решение родителей можно было с лёгкостью предугадать. Забрать мои документы из колледжа и перевести в другой и ради чего? Чисто из принципа? Разве так поступают с родными людьми?

- Ошибаешься, - оскалился отец, расслабленно откидываясь на спинку стула. Он смотрел на меня победным взглядом, словно знал, что в любом случае они возьмут верх. Но на этот раз я готова сражаться до последнего.

- Они ведь не могут вместо меня решать, правда? - обращаюсь к директору за поддержкой. - Я ведь уже совершеннолетняя и моё мнение должно учитываться?

Михаил Иванович беспомощно хлопает глазами и разводит руки в стороны. И это мне не нравится. Его молчание - первый предвестник беды. Он всегда хорошо ко мне относился, поддерживал, но сейчас я вижу, что мужчина отступает под напором родителей. 

- Думаю, вам нужно спокойно всё обсудить, - директор негромко откашливается, приподнимаясь со стула. - Я отлучусь ненадолго в соседний кабинет, - и тактично уходит.

Я ужасно не хочу оставаться с ними наедине. Я чувствую давление в их взглядах, но теперь, оставшись один на один, они и вовсе могут не сдерживаться. Поддержки ждать неоткуда. Лишь черпать у себя внутри и не позволять опустить руки. 

- Эмилия, мы всё ещё готовы простить тебе твою выходку, если ты перестанешь сопротивляться, - начинает папа на полном серьёзе. Конечно, он врёт. Они, может, и простят, но никогда не забудут. Я это вижу в его глазах и слышу в голосе. Недоверчиво хмыкаю и скрещиваю руки. - Выразила протест? Молодец, мы тебя услышали. Мы осознали свои ошибки и готовы идти тебе на уступки. Только перестань слепо бежать за Русланом.

- Уступки?! - едва ли не пищу я, возмущаясь. Помнится, раньше уже слышала что-то подобное. - Это какие?! Разрешите мне гулять не полчаса в день, а час?! 

Я слышу, как тяжело вздыхает мать, прикрывая глаза рукой.

- Ничего вы не осознали! Я хочу иметь свободу выбора, даже если он в итоге окажется неверным! - продолжила я. Во мне словно завёлся маленький мотор и остановиться теперь было трудно. Потому что для того, чтобы выговорить всю накопившуюся боль, десяти минут будет очень мало. - Даже если это Руслан! Не могу понять, почему вы так против него? У нас не такая большая разница в возрасте и он сын ваших друзей!

- Успокойся и не закатывай истерику, - стальным голосом произносит отец. - Ты ничего о нём не знаешь, в отличии от меня. Кто-кто, а он тебе точно не пара.  

Я подрываюсь с места, не намереваясь выслушивать дальше эту ахинею. Не хочу слушать, как папа будет поливать грязью Руслана лишь ради того, чтобы очернить его в моих глазах. Зная его, он может опуститься слишком низко и наговорить много лишнего. Может, правды, а может лжи. Не хочу слышать, потому что не уверена, что смогу всё вынести и различить враньё. 

- Мне достаточно того, что я знаю, -  проговариваю я уже тише, проглатывая тугой комок в горле. Разворачиваюсь по направлению к спасительной двери, но тут же останавливаюсь под влиянием грубого голоса отца мгновенно.

- Сядь, Эмилия. Мы не закончили, - стальной голос заставляет меня смиренно замереть на месте и обернуться.

Я вопросительно вскидываю брови. Мои внутренности сжимаются в тугой узел и я чувствую лёгкую тошноту от волнения. Хочется, как маленькому ребёнку закрыть уши и упрямо не слушать родителей, но я уже давно выросла для таких глупых шалостей. Нужно учиться решать свои проблемы самой.

- Ты права, твоё мнение нам с мамой надо учитывать, - на удивление спокойно продолжает папа, рассматривая узор на ковре. Я настораживаюсь, чувствуя подвох. 

Перевожу взгляд на мать, которая, время от времени, ёрзает на кожаном сидении. Она не смотрит на меня, упрямо рассматривая пейзаж за окном. 

- Как ты ранее выразилась, Руслан - сын наших друзей. Бывших, конечно. Мы вместе работали очень долгое время и я владею некой не очень приятной информацией, - загадочно начинает он, растягивая слова. - Я до последнего не хотел тебя шантажировать, но ты нас вынудила. 

Отец специально умолкает, заставляя меня переварить сказанное. Моё сердце ускоряет свой ритм, понимая, что дело совсем плохо. 

- У меня есть документы, подтверждающие незаконное отмывание денег через фирму, а также злоупотребление должностью и уклонения от уплаты налогов. Конечно, только копии, но этого более, чем достаточно, чтобы доставить множество проблем Руслану и его семье, - закончив свою речь, он скрещивает победно руки под грудью, ухмыляясь.

У меня же едва ли не отвисает челюсть. Его слова выбивают весь воздух из лёгких в одно мгновение. Не сложно догадаться, что именно этим он и собрался меня шантажировать. Гадкое чувство селится в груди, опаляя душу.

- Ты не посмеешь, - дрогнувшим голосом отвечаю я, чувствуя сухость во рту. - Ты потеряешь работу, да и Арсений с лёгкостью докажет обратное. У него связи..., - слабо проговариваю я, мотая головой. 

Моё тело плюхается обратно на стул, поражённое сознание прокручивает в голове все возможные варианты исхода событий. Вдруг отец блефует и никаких документов на самом деле нет?

- Он, может, и выберется, но долго будет выгребать всё это дерьмо. И репутацию подмочит знатно, - хмыкает он. - А на счёт работы волноваться не о чем. Мы с матерью нашли другое место. Кстати, фирма конкурентов, которые очень ценят честных сотрудников и готовы многое отдать за компромат на своих врагов, - папа тянет на лице хищную улыбку, а я смотрю на него и не верю, что это говорит он - мой один из самых родных людей в жизни. Когда-то. - Я мог бы наплевать на всё, получить огромные деньги за эти документы и жить до конца своих дней ни в чём себе не отказывая, но я готов отказаться от этой затеи ради тебя.

Я молниеносно поднимаю на него глаза, прожигая ненавистным взглядом. Не думала, что родители опустятся ещё ниже. Казалось бы, уже некуда, но нет. Есть. 

- Ты мне одолжение делаешь, что ли? - из горла вырывается нервный смешок.

- Да! - взрывается он, подскакивая с места. Папа обходит стол и становится возле окна, пряча руки в карманы. - Я сделал его раньше, когда не устроил скандал, узнав что ты таскаешься с Русланом, и делаю сейчас. Ради тебя, Эмилия, - последнее он нарочито громко выделяет.

На душе опять мерзко, а мысли разрываются в разные стороны. Умом понимаю, что отец, правда, может привести свои слова в действия, если я не сделаю так, как они того хотят. Но сердце... Оно упрямо кричит следовать за чувствами, не взирая ни на что. И вновь перед глазами возникает образ Руслана. Как я могу отказаться от него? Как могу причинить боль? Предать? Но с другой стороны, он не оберётся проблем, когда родители поднимут эти чёртовы документы. А сделают они это из-за меня. В любом случае, стрелки пересекаются на мне и кто-то должен страдать. И если нужно выбирать, однозначно пусть это буду я.

- Ты делаешь всё ради себя, - шёпотом отвечаю я, опустив глаза себе на колени. - Если бы тебя интересовала я, ты бы спросил, чего я хочу.

Папа разворачивается на пятках.

- Дай угадаю твои желания, - он делает задумчивый вид и потирает двумя пальцами подбородок. - Ты хочешь переехать к нему, выйти за него замуж и жить долго и счастливо? Чтобы мы с матерью не лезли в твою жизнь? - он смотрит на меня в ожидании ответа, но я молчу. И отец читает всё в моих глазах. - Первое время всё будет радужно, а через два месяца ты прибежишь к нам в слезах с животом? А Руслана и след простынет?

- Зачем ты так говоришь?! - обрываю его я, не выдерживая.

Папа упирается руками в стол, наклоняясь ко мне.

- Потому что я его очень хорошо знаю. Помню мелким, когда он пешком под стол ходил, - спокойно отвечает он. - Помню, как был в твоём возрасте и как играли гормоны у паренька. Помню обиженных девушек, которым он пользовался и которые караулили его под окнами офиса. И я не хочу, чтобы ты пополнила их число, понимаешь? У тебя ещё остались сомнения, что я делаю всё ради себя?

Он добивается своего и твёрдыми уверенными словами ему удаётся поселить зерно сомнения в моей душе. Конечно, Руслан красавчик, подкаченный видный мужчина. То, что он популярен среди женского пола - это очевидно, и то, что он обратил своё внимание на простую студентку с одной стороны заставляет задирать носа и чувствовать себя особенной, а с другой стороны... Что если я ему так же быстро надоем? 

Погружена в свои раздумья, я пропускаю момент, когда ко мне неожиданно подходит мама. Она кладёт свои худые руки мне на плечи и аккуратно сжимает.

- Поехали с нами, Эмилия, - шепчет она, шевеля своим дыханием мои волосы. - Нам всем нужно время чтобы успокоиться и остудить голову. 

Я коротко мотаю головой, отчаянно цепляясь за время, которое так стремительно убегает от меня сквозь пальцы. Оттягиваю принятие решения, потому что чувствую, какое бы оно не было - оно мне не понравится. Ведь в любом случае проблем не избежать. 

- Что за колледж? - хрипло спрашиваю я, чувствуя, как на глаза набегают слёзы. Перспектива трусливо сбежать от Руслана меня не радует, но что если это единственный шанс помочь ему и себе?

- В соседней области. Один из лучших в нашей стране, - сразу отвечает отец. Он подходит ближе, наверняка понимая, что я постепенно сдаюсь. - Тебя берут туда без всяких экзаменов и проверок. Просто иди и учись. 

И тут постарались вместо меня. Можно подумать, одно из лучших учебных заведений - это, в данном случае, панацея от всего. Но что там лучше? Еда в столовой? Слёзы начинают душить изнутри и я прикусываю губу чтобы сдержать мученический стон. 

- Эмилия, - зовёт меня осторожно мать, замечая, что я на грани истерики. - Давай составим договор? - я хмурюсь от услышанного. - Доучишься в колледже, устроишься на хорошую работу и мы с папой отпускаем тебя в свободное плавание. Как тебе идея? Не бросай сейчас всё на полпути и хорошо подумай. Тебе надо усмирить свои чувства, а Руслану подумать головой, а не другим местом. Понимаешь, о чём я говорю?

Не слишком уверенно, но всё же киваю головой, решая закончить разговор. Мне ещё надо самой всё осмыслить, поэтому я спешно поднимаюсь с места и как раз в этот момент в кабинет возвращается директор.

- Ну что, как успехи? - интересуется он с лёгкой улыбкой на лице.

- Спасибо, Михаил Иванович, мы приняли правильное решение, - отвечает папа, бросив на меня украдкой взгляд, ища подтверждения его слов.

- Да, Михаил Иванович, - вторю ему я, смотря прямо в глаза. - Увидимся после занятий.

- Раз так, то тебе необязательно досиживать сегодня на занятиях... - говорит директор, почесав седой затылок.

- У меня есть дела, которые нужно закончить, - выразительно смотрю на родителей, уже будучи возле выхода, давая им понять, что даже если я и продолжаю плясать под их дудку, то с моими некими правилами тоже придётся смириться.

Папа тяжело вздыхает и трёт устало переносицу, соглашаясь, скрепя зубами:

- Хорошо. Только не делай глупостей.

Хмыкаю, прежде, чем скрыться за дверью, а уже находясь вне мучительных четырёх стен, из глаз всё же скатываются несколько скупых слезинок. Что же я делаю?

*** 

Весь остаток дня - как на иголках, коридоры колледжа - как ходьба по раскалённому углю. Экономики сегодня нет, но Руслан в колледже. А меня разрывала мысль: сказать или не сказать? Если скажу, он, очевидно, не согласится на мой временный переезд и начнёт искать другой выход. А это чревато последствиями. С другой стороны, слова матери казались мне хорошим решением и мы сразу убьём двух зайцев: проверим свои чувства расстоянием и временем, и решим проблему с родителями. "Договор", предложен ими, был, как мне казалось, неплохим вариантом. Вот только Руслан, я уверена, его не примет ни за что. А сказать ему теперь, как вариант, не рассматривался вообще. Он всё испортит.

С другой стороны, полгода - это совсем недолго. Шесть несчастных месяцев? Люди ведь ждут годами человека из армии, больницы, заработков... Что стоит подождать сто восемьдесят дней любимого человека? Пыль, да и только. Я обязательно сообщу ему, потому что не могу просто трусливо сбежать, спрятавшись за родительскими спинами, но не скажу куда, зачем и как. Он ведь поймёт? Подождёт? А если не примет?

Я резко останавливаюсь посреди коридора, когда до звонка остаётся пять минут. Скажу, что уезжаю, но не в лицо. Напишу смс, когда уже буду на полпути. Но сейчас хочу его увидеть последний раз перед отъездом, насладиться уже такими родными объятиями и тёплым поцелуем. 

Развернувшись, я стремительно несусь к нему в аудиторию, куда уже вытоптана дорожка, не замечая никого вокруг. Кто-то окликает меня, когда я почти у цели, но лишь машу безразлично в ответ рукой. В голове назойливо проносится мысль, что уже завтра я его не увижу и буду в сотнях километрах отсюда. И сердце щемит ещё пуще. Мне нужно, чтобы он меня успокоил, хоть и сам этого даже не поймёт.

Влетаю ураганом в кабинет без предварительного стука, делаю глубокий вдох и замираю на месте, потому что перед глазами разворачивается отвратительная картина: мой Руслан, недавно шепчущий мне слова любви на ухо, сейчас стоит плотно прижатый к Волковой, упёршись руками ей в талию. А сама девушка с распахнутой блузой, выставившая напоказ полную грудь в чёрном кружевном лифчике, прижимается к нему губами, обхватив моего мужчину за шею.

Несколько секунд ступора и осознание произошедшего врезается мне в голову, пронзая острой стрелой сердце. 

- Чёрт, забыла закрыть дверь, - скулит Волкова, отступая от Руслана и запахивая на себе блузку. Она отходит в сторону, поправляя свой внешний вид, но я её почти не замечаю. 

Мой взгляд концентрируется на мужчине, который стоит напротив, не зная что сказать. Он ерошит рукой тёмные волосы, приводя их в полный беспорядок, в то время как я делаю мелкие шаги назад, разочарованно качая головой в разные стороны. Как же так-то? Неужели... Отец был прав? И его слова подтвердились всего через несколько минут?

- Эмилия, я тебе всё объясню. Только не убегай, - в конце-концов говорит он, направляясь ко мне. Руслан пытается поймать меня за руку, но я вовремя отскакиваю, прижимаясь спиной к двери.

В груди жжёт огнём и я до последнего отказываюсь верить своим глазам, но увиденное не развидеть. Все мои мечты и надежды в один момент падают, как карточный домик на ветру, опустошая всё внутри. Отчаянно хватаюсь за дверную ручку, краем глаза замечая противную ухмылку Волковой, но останавливаю взгляд на преподавателе. Он выглядит расстроенным и крайне подавленным, но теперь меня это не волнует. Я через столько прошла, двигаясь к нему навстречу и ради чего? Ради того, чтобы в один момент застать его вместе с другой студенткой?

Значит, прав был отец, когда говорил о численных девушках. Руслан не поменялся до сих пор. Только зачем было играть в эту игру? Становиться моим наставником и учить быть самостоятельной? Чтобы можно было без проблем потрахаться, когда припечёт?

Мои мысли сами же меня едят, отказываясь выслушивать нелепые оправдания Руслана. Перед глазами пелена слёз, а во рту привкус горечи. Привкус предательства, от которого мне теперь не избавиться. 

Дрожащим голосом выдавливаю из себя слова, которые не сказала бы ему в жизни: 

- Пошёл к чёрту, Руслан, - и громко хлопаю дверью.

Ноги уносят прочь и я больше не намерена отсиживать день в колледже. Думаю, Семён не обидится, если я объясню всё ему по телефону, а кроме него прощаться мне не с кем. Здесь больше ничего не держит. И как же вовремя оказались родители со своим предложением переехать! Даже весь мир настроен против нашей пары. Может, так оно и должно быть?

Выбегаю на улицу, слыша позади себя своё имя, которое раз за разом выкрикивает Руслан. Он просит остановиться, не обращая внимания на любопытные взгляды других учащихся и учителей. А я не обращаю внимания на него. 

Родители ещё не успели отъехать, поэтому я шустро запрыгиваю в салон, блокируя на всякий случай двери.

- Поехали быстрее, пожалуйста, - прошу я, отворачиваясь к окну. 

Папа молча кивает, смотря на меня в зеркало заднего вида. Молчит, потому что, наверно, и так всё понял без слов. Спасибо, что хоть не штурмует меня ненужными вопросами. 

Я наблюдаю, как Руслан преодолевает несколько ступенек и останавливается, провожая хмурым взглядом папину машину. Смотрю на него, такого родного, но в то же время такого, как оказалось, чужого. Сердце ноет, с глаз раз за разом скатываются новые слезинки, хочется выть волком.. Он смотрит в ответ, качает головой и беспомощно опускает руки, а я опускаюсь ниже на сидении, рассматривая свои бесцветные ногти.

Только бы не смотреть больше на него.
    Комментарий к 26. Последняя встреча.
    Ну вот история подходит к концу ;(
Следующая часть - последняя, и я очень хочу успеть закончить к Новому году. Но ничего обещать не могу.
Спасибо, что остаётесь со мной. Всех люблю, целую :з

========== 27. Забери меня. ==========

Спустя восемь месяцев

Первый рабочий день начался трудно. С самого утра меня безжалостно загрузили бумажной работой, возложив перед носом стопку документов для проверки и сортировки. А ведь это только цветочки. Кроме всего этого, мне нужно успеть организовать две встречи для своего непосредственного начальника, подготовить отчёты к сегодняшней конференции и радушно встретить иностранных партнёров. Конечно, мне как новенькой, только вчера закончившей стажировку, полагается группа поддержки в виде моих коллег, но напрягать их лишний раз не хотелось. 

Стрелка часов неумолимо двигалась вперёд, пока я работала, не поднимая головы. С документами почти справилась, но вот на остальное уже не хватало сил. И я позволила себе небольшую пятиминутку, чтобы расслабиться и выпить своё любимое латте. 

Возле аппарата стоит Ира - девушка, которая с которой я проходила стажировку, шаманя себе американо. Увидев меня, она сочувственно улыбается, отмечая мой уставший вид. 

- Ещё даже не обед, а на тебе уже нет лица, - девушка отходит в сторону, пропуская меня к спасительной машине. 

- Не ожидала такой нагрузки в первый рабочий день, - пожимаю я плечами, доставая свой стаканчик с напитком. - Не знаю, доживу ли до вечера.

Мы отходим в сторону, присаживаясь на небольшой диванчик. Ира добродушно улыбается, отхлёбывая кофе.

- Доживёшь, - уверенно произносит она. - Это всего лишь проверка для тебя, как для новенькой. Выдержишь - дальше будет легче. 

- Да? - я недоверчиво вскидываю бровь. - Не знаю. Роман Александрович кажется слишком строгим. Я за две недели ни разу не видела, как он улыбается. 

Роман Александрович - мой начальник, директор финансового отдела. Мужчина лет сорока, высокий и статный, но, как по мне, слишком заносчивый и мелочный. Именно поэтому многие сотрудницы на месте его личной помощницы долго не задерживались. Меня предупреждали о его характере, но зарплата и место работы были более убедительными. 

- А он и не улыбается, - фыркает Ирина и я кошу на неё свой любопытный взгляд. Она с такой уверенностью это говорит, будто знает что-то большее. Девушка цокает языком и закатывает глаза. - Он вообще бесчувственная и безэмоциональная груда, а не человек, - как-то обиженно проговаривает она. 

- Ты пыталась к нему подкатить?! - озвучиваю свою догадку я уже шёпотом. Меня это немного удивляет, потому что ей всего двадцать пять, и разница в пятнадцать лет для меня не кажется приемлемой. Кроме того, Ира красивая стройная девушка, которая годится в модели, чтобы сверкать на подиуме. Зачем ей этот престарелый хрыч? 

- Пыталась, - досадно вторит мне она. - Ни в какую. Но ничего. Сегодня на конференции будет много красавчиков. Без внимания не останусь ни я, ни они, - девушка хитро играет бровями. - Подберём и тебе кого-нибудь. 

Я отставляю своё недопитое латте и хмурюсь, чувствуя отдалённое жжение в груди. Не все мои раны успели затянуться за, казалось бы, долгих восемь месяцев и при любом упоминании всё ещё болезненно ноют. Руслан по-прежнему вспоминается мне. Редко, конечно, но почти все такие случаи заканчиваются плохим настроением и короткими скупыми слезами. Ира знает мою ситуацию, но без подробностей, лишь общие очертания. И я не раз говорила ей, что отношения пока не для меня. Хочу пожить одна, привести в порядок внутренний мир и любовь тогда найдёт меня сама. 

- Ну, началось, - тянет девушка с мучительным стоном. - Эмилия, в твоём возрасте как-раз нужно тусить и тусить, а ты ставишь крест на всех из-за какого-то одного отбитого мужика. Ну есть козлы на этом свете, ничего не сделаешь. Но ты ведь не коза чтобы с ними водиться, верно?

Я улыбаюсь глупой и нелепой попытке девушки поднять мне настроение. У неё получается и мы вновь заводим разговор о своих девичьих делах. Пятиминутка затягивается на пятнадцать минут, но они служат для меня свежим глотком воздуха, и уже с новыми силами я принимаюсь организовывать встречи для Романа Александровича и готовить документы на конференцию.

- Эмилия, подготовь мне список участников сегодняшней встречи, - в офис влетает Роман Александрович, едва не сбивая меня с ног. М-да, что в голове у этих директоров? До начала осталось каких-то два часа, а он даже не в курсе кто приедет?

- Хорошо, - согласно киваю и сажусь за компьютер. 

Всего через пару минут принтер выдаёт мне нужный листочек и я на всех парах несусь в кабинет своего босса. Увидев меня, он похвально кивает головой за скорость выполнения и принимается рассматривать список. Несколько секунд хмурится и трёт свой гладко-выбритый подбородок, а затем обращается ко мне:

- Нам нужно перезаключить договор с "Женевой". Подготовь, пожалуйста, новый образец к пяти часам, - он возвращает мне листок и утыкается в ноутбук.

Моё сердце пропускает удар, когда я слышу название фирмы. Это ведь может быть просто совпадением? Выхватываю злополучный список и рассматриваю участников до тех пор, пока не натыкаюсь на знакомую фамилию. Имя. Отчество. Может ли быть столько совпадений за раз? Проглатываю комок в горле, понимая, что сегодня мой первый рабочий день подготовил мне неприятный сюрприз - встречу с моим прошлым, которое я видеть не хочу. 

- Вам что-то непонятно, Эмилия? - выводит меня из раздумий Роман Александрович.

Я мотаю отрицательно головой и выхожу из кабинета, как в трансе. Сердце громко стучит, и я судорожно вздыхаю, сбитая с толку. 

И если бы я знала, что принесёт мне эта встреча, я бы лучше уволилась с работы сразу же.

***

Я готовила договор и, параллельно с проскакивающим именем Руслана, в голове всплывали тяжёлые воспоминания последней встречи. С тех пор я его не видела, мы не созванивались и я понятия не имела, где он и с кем. Мне просто было всё равно, потому что предательство - это то, что я не прощаю ни при каких условиях. В тот вечер он лишь написал мне смс, что нужно поговорить и я всё неправильно поняла, но я на неё не ответила, так как понимать нечего. Ну захотел человек разнообразия. Не мне судить. Его право и выбор.

А сегодня, спустя столько времени, он вновь появляется в моей жизни. И какая ирония, именно тогда, когда с учёбой покончено, родители живут отдельно от меня и не лезут в мою жизнь. Мы созваниваемся раза три в неделю и обмениваемся короткими фразами. Договор они выполнили, и отпустили меня во взрослую жизнь. Жить одной не очень весело, но гораздо спокойнее, потому что тебе не надо отчитываться где была, с кем и что делала. И теперь я уже сама решаю, что для меня лучше, а что нет.

На данный момент, лучше, конечно, с ним не видеться. Старые раны ещё кровоточат и характером я не сильно закалилась, чтобы мужественно выдержать эту встречу, но выхода у меня нет. Я не могу всю жизнь прятаться по углам, чтобы избегать своих бывших.

Все нужные документы я предусмотрительно занесла Роману Александровичу за десять минут до начала прямо в кабинет. Он скудно кивнул, бегло просматривая черно-белые бумажки и сказал, что если понадоблюсь - он меня вызовет. 

Я же спряталась у себя в кабинете, не высовывая носа и надеясь, что моя помощь ему будет не нужна. 

***

Удача оказалась на моей стороне и встречи с Русланом мне удалось избежать. За всё время конференции мой босс меня ни разу не вызвал и я облегченно вздохнула, когда все участники покинули зал и стали разбредаться по разным сторонам. Ира, конечно, пыталась вытащить меня к ним, бесконечно вторя, что сегодня собрались настоящие красавчики. Едва ли не модели из самого журнала "Форбс". И это мой, может, единственный шанс выйти удачно замуж. Но в конце-концов сдалась и, надув свои без того пухлые губы, пошла искать свою судьбу сама.

- Эмилия, на сегодня можешь быть свободна, - сообщил Роман после окончания. Он был в поднесённом настроении и достал из своего сейфа виски и бокал. - Ну, если не хочешь присоединиться к моему маленькому празднованию большой победы, - хмыкнул он, наливая себе янтарную жидкость. 

- Ой нет, спасибо. Я пойду домой, - сдержанно улыбнулась я.

- Как хочешь, - мужчина безразлично пожал плечами, отвечая на звонок.

Выпорхнув из здания, я вдыхаю свежий летний воздух и едва ли не давлюсь им, когда вижу перед носом Иру, весело лепечущую о чём-то с Русланом. Я замираю на месте, чувствуя, как грохочет в груди сердце, но в то же время любуюсь когда-то своим любимым мужчиной. Деловой костюм сидит на нём как вшитый, подчёркивая мужественные плечи, волосы красиво уложены, отблёскивают в свете уличного фонаря. Я стою так близко, что даже вижу выглядывающую на шее татуировку, которая портит весь такой правильный вид, но одновременно и манит прикоснуться к ней рукой. Как раньше.

- Ой, Эмилия, иди к нам! - первой меня замечает Ира и я готова её задушить прямо на месте. Возможно, мне удалось бы проскочить незаметно, если бы не она, ведь Руслан, кажется, был увлечён разговором. И от этой мысли почему-то становится неприятно и проявляется ранее невиданная агрессия к Ире. Я ведь не могу ревновать того, кого ненавижу?

Встречаюсь глазами с Русланом и чувствую, как плывёт земля под ногами от его пронзающего взгляда. Он хмурится, осматривая меня с ног до головы, а затем его кадык дёргается и он выдаёт хриплым голосом:

- Эмилия?! - мужчина делает шаг ко мне, в то время как я на автомате отступаю, словно защищаясь. 

Почему я решила в первый рабочий день обуть каблуки? Ноги и так едва держат, а эта чёртова шпилька только ещё больше раздражает. 

- Вы знакомы? - удивляется Ира, бросая на меня предупреждающий взгляд, мол, позже мне не поздоровиться за то, что укрыла от неё такую информацию. 

- Когда-то были, - подмечаю я, хватаясь обеими руками за сумку, как за спасательный круг. 

Руслан хмуро кивает моим словам, а затем обращается к Ире провинившимся голосом:

- Было приятно с Вами познакомиться, Ирина, но нам с Эмилией нужно поговорить, - мягко намекает ей он.

Я же смотрю на девушку в надежде на то, что она различит мои знаки и не вздумает нас оставлять одних. Но она словно специально их не замечает и кивает в ответ головой.

- Взаимно, Руслан, - улыбается она. - До новых встреч. Пока, Эмилия! - Ира мне хитро ухмыляется и подмигивает, перед тем, как бросить меня одну.

Пока я нахожусь в коротком замешательстве, мужчина ловко пользуется моментом и значительно уменьшает между нами расстояние. Он становится совсем близко и раз за разом осматривает меня, словно перед ним не я, а привидение. Я теряюсь от такой близости, коленки предательски дрожат, но я гордо вскидываю подбородок, не намерена вновь плыть перед ним, как раньше. 

- Нам надо поговорить, - решительно заявляет он.

- Не о чем, - я отрицательно качаю головой.

- Это не обсуждается, - продолжает настаивать мужчина. - Почему ты уехала и ничего мне не сказала?

Я долго смотрю на него, вглядываясь в тёмный манящий омут его глаз. Оказалось моя ненависть далеко не такая сильная, как я думала. Потому что сейчас, находясь рядом с ним, я чувствую совсем другое: желание крепко обнять и зарыться рукой в густые волосы, никуда больше не отпуская. Но колючие воспоминания сильнее, и они не дают сдвинуться ни на шаг.

- А должна была тебе отчитаться? - воинственно скрещиваю руки под грудью.

Руслан тяжело вздыхает, осматриваясь по сторонам. Из здания продолжали выходить люди. Некоторые бросали в нашу сторону заинтересованные взгляды. Почему-то я уверена, что завтра лишних вопросов на работе не избежать. 

- Давай где-то посидим? Я знаю здесь рядом... - начинает он.

- Я спешу домой, - обрываю его я и даже при этом не вру. - Васька уже меня заждался. У него режим, и если я его не покормлю в течении получаса - он разнесёт мне пол квартиры. 

Мужчина задумчиво хмурит брови и его глаза мгновенно тухнут, что не скрывается от моего внимания. Он бросает взгляд мне на руку, а затем спрашивает:

- Васька - это твой парень? - звучит как-то разочарованно.

- Да, это мой парень сейчас и на следующие пару лет, - твёрдо заявляю я, начиная двигаться в сторону своего дома. Когда я говорила про еду и режим, то отнюдь не шутила.

Руслан неспешно бредёт за мной, размышляя и смешно при этом хмурясь. 

- Давай я тебя подвезу. Заодно и всё обсудим, - предлагает он в итоге.

- Здесь идти минут семь, - хмыкаю я, не останавливаясь. 

- Ну, хорошо, - пожимает он плечами, равняясь со мной. Мужчина прячет руки в карманы и подстраивается под мой спешный шаг. - Ты, кстати, изменилась. Тебе очень идёт деловой стиль.

Опускаю глаза себе под ноги, совсем не в силах смотреть на него, хотя чувствую его блуждающий взгляд на себе. Работа в офисе требует определённого дресскода, но это ведь не значит, что надо запихнуть себя в длинную юбку за колено и стрёмный дедовский пиджак. Я выбрала себе белую блузу с красивым кружевом и небольшим декольте, чёрные обтягивающие брюки и туфли на шпильке. А если ещё подчеркнуть весь этот образ удачным лёгким макияжем - так вообще красотка на миллион.

- Спасибо, - сдержанно выдавливаю я.

- Так почему ты тогда сбежала? - продолжает старую песню он. - Я даже не успел тебе всё объяснить. Ты просто уехала и игнорировала любые мои попытки с тобой связаться. 

Я делаю глубокий вздох и нервно облизываю пересохшие губы. Не люблю теребить старые раны, но, возможно, стоит с ними покончить раз и навсегда. И больше не возвращаться.

- А что объяснять? - горько хмыкаю я, закатывая глаза к небу. - Я всё поняла без слов. И ты не виноват, это я дура, что повелась на красивые громкие слова.

Руслан в одно мгновение останавливает и хватает меня за плечи, слегка встряхивая. Я ошарашено таращусь на него, съеживаясь. Сердце вылетает из груди, когда я осознаю, что его губы замирают всего в нескольких сантиметрах, а тёплое дыхание разбивается об моё лицо.

- Что ты несёшь вообще?! Ты в своём уме? - рявкает он обозлённо, и я учащённо хлопаю глазами.

Несколько секунд мучительного молчания и борьбы не бросится друг на друга. Я бы сейчас многое отдала за то, чтобы стереть ту боль и воспоминания, но от того, что они исчезнут, суть не поменяется. Но забыться хоть на вечер можно?

- Эй, мужик, отвали от неё! - звучит угрожающий голос со стороны.

Я мучительно закатываю глаза, цокая языком. Руслан растерянно оглядывается, выпуская меня из рук. К нам приближается Вова - мой сосед по лестничной клетке, молодой парень примерно моих лет с короткой стрижкой под ёжик. Он как скала, надвигается на моего бывшего преподавателя, сжимая руки в кулаки.

Я знала, что ему нравлюсь, но упрямо делала вид, что не замечаю его намёков и включала дурочку. Вот и сейчас он пытается геройствовать, чтобы в очередной раз показать себя настоящим мужчиной.

- А ты вообще кто? - наступает в ответ Руслан. - Это что, тот самый Васька? - обращается он теперь ко мне, оглядываясь через плечо. 

- Чего? - хмурится в непонимании Вовка, пока я ошалело наблюдаю за разворачивающейся перед глазами сценой. И надо что-то сделать, пока они не вцепились друг в друга, но стою, как приросшая к земле. 

- Не переживай, сейчас покушаешь. Только не устраивай здесь сцен для соседей, - выпаливает мужчина.

Сосед хмурится ещё пуще, и на его лице выступают красны пятна от злости. Я же хлопаю себя ладошкой по лбу, понимая, что сейчас самое время вмешаться. Пока всё не запуталось окончательно.

- Васька - это мой кот, Руслан, - на выдохе произношу я, становясь между ними двумя. - Вова, это мой... - задумываюсь всего на пару секунд. - Знакомый. Не переживай, всё хорошо.

- А чё этот знакомый тебя трусит, как яблоню? - не отступает тот, тыча в преподавателя пальцем. - Ты только скажи, я ему быстро сейчас наваляю, - грозится парень. 

Как раз вовремя я кладу ладошку на твёрдую грудь Руслана, потому что он угрожающе дёргается в сторону Вовы.

- Всё в порядке. Иди домой, - настойчиво повторяю я, выразительно смотря в глаза.

Благо, до него постепенно доходит что к чему и парень, опустив голову, проходит мимо нас, не сказав больше ни слова. Разберусь с ним позже.

- Ты живёшь с котом?! - удивлённо переспрашивает Руслан, пока я управляюсь с тяжёлой металлической дверью и прячусь в темноте подъезда. 

***

Я не была настроена на разговор с Русланом. Ни сегодня, ни завтра, ни через месяц. Но я знаю его настойчивость и что он не отстанет в любом случае пока не добьётся своего. Лучше выслушать его сейчас, чем тянуть кота за хвоста, и покончить с этим раз и навсегда. 

Впускать в квартиру - решение спонтанное. Это как впустить врага на свою территорию для получения секретной информации - слишком опасно. Но на улице разговаривать не хотелось, потому что город небольшой, а уши у всех большие и любопытные, кафе идентичный вариант, а дома хоть знаешь, что всё останется между вами и утренние газеты не будут пестрить громкими заголовками о романе простой офисной сотрудницы с теперь уже владельцем известной в стране "Женевы". 

Васька - накормлен и теперь благодарно трётся возле ног, Руслан удобно уселся за кухонной стойкой и наблюдал за моими действиями, пока я готовила себе чай, а ему крепкий кофе.

- Не собираешься спать этой ночью? - разрушаю тишину я, щедро засыпая кофе в турку. Спиной чувствую его пронзающий острый взгляд, но мужественно держусь, выпрямив плечи. 

- Рядом с тобой невозможно просто спать, - говорит мне в спину он пониженным голосом, от чего по моему телу пробегает стая предательских мурашек. 

Я нарочито громко отставляю банку с молотым кофе и оборачиваюсь к нему, упираясь руками в кухонную тумбу. 

- Руслан, у тебя есть пятнадцать минут. Не больше, - чеканю я.

Злюсь его напускному спокойствию и тому, что он ведёт себя так, словно ничего не было и мы по-прежнему пара. Для него это всё смешки, а для меня травма на пол жизни. Я учусь жить заново, а ему и так нормально, потому что будут другие доверчивые девушки. 

- Почему? Потому что Васька ложится спать? - выпаливает мужчина, складывая руки замком на стойке.

Пятнадцать минут - потому что больше я не выдержу. Не уверена, что и столько времени вынесу, но каждый человек имеет право быть услышанным.

- Потому что я устала и хочу отдохнуть после первого рабочего дня, - сама не понимаю, зачем оправдываюсь. 

Руслан понимающе кивает и склоняет голову, выстукивая пальцами по поверхности неизвестный мне ритм. 

- Прозвучит глупо и неправдоподобно, но у меня с Волковой ничего не было, - начинает осторожно он.

Закипает чайник и почти сразу готовится кофе. Я пользуюсь короткой паузой для того, чтобы сдержать эмоции и принимаюсь разливать напитки по чашкам. Всё это время он неотрывно смотрит на меня и выжидает ответной реакции. Но пока всё, что мне хочется сделать - наорать на него, потому что отмашка глупая, наверняка выдуманная наспех и рассчитанная на влюблённую девчушку. 

- Меня больше это не волнует, Руслан, - выдавливаю из себя я. Нагло вру, ведь в груди по-прежнему болезненно щемит. 

Ставлю перед ним чашку с кофе, а сама становлюсь напротив, упираясь копчиком в деревянную столешницу. 

- Уверена? - он поднимает вопросительно бровь. Я коротко киваю, отхлёбывая горячий чай. - Так почему ты сейчас дрожишь?

Я с грохотом отставляю чашку обратно, воинственно скрещивая руки. Меня задевает его умиротворённое поведение и уверенность в том, что я готова хоть сейчас броситься ему в ноги.

- Давай коротко и по существу, хорошо? Не разводи демагогию, пожалуйста, - вываливаю я на одном дыхании. Я действительно дрожу, но от злости.

Руслан медленно поднимается из своего места, обходит стойку и хищной походкой приближается ко мне. Я же в один момент перестаю дышать и прижимаюсь ближе к кухонной мебели за спиной, наблюдая за ним. Он снимает с себя пиджак и расстёгивает верхние две пуговицы, пока я как дурочка заворожённо смотрю на его действия, закусив губу. Белоснежная рубашка обтягивает его торс и я проглатываю ком в горле, отворачиваясь в сторону, чтобы он не заметил моего растерянного взгляда. 

- Эмилия, ты правда веришь в то, что я так легко отказался бы от тебя? - говорит он пониженным голосом. - Послушай, я не знаю что тебе наговорили твои родители про меня, но это явно было преувеличено, - мужчина останавливается прямо напротив и бережно берёт меня за руку. - Посмотри на меня, пожалуйста, - просит он.

Я ещё пуще прикусываю губу, сдерживая непрошеные слёзы, и корю себя за то, что не отталкиваю его сейчас. Его мягкие пальцы выводят непонятные узоры вдоль руки и я медленно оборачиваюсь обратно, встречаясь с тёмными глазами своего искусителя.

- Он сказал то, что знал, - встаю я на слабую защиту отца.

- И тебе этого было достаточно, чтобы сделать выбор? - горько усмехается он. - Я не скрываю, что у меня было много девушек до тебя, но своим принципам я не изменяю  и никогда не стану встречаться с двумя одновременно. Если бы ты мне надоела, я бы тебе сказал это прямо, и мне было бы всё равно, ревела бы ты ночами в подушку или нет. Но я тогда пытался до тебя достучаться и делаю это сейчас, спустя столько времени. Неужели тебе это совсем ни о чём не говорит? - Руслан аккуратно обхватывает руками моё лицо, большими пальцами поглаживая нежную кожу.

Мне хочется выть от боли, от того, что слишком за ним скучала и от того, что хочу его сейчас. Но в память больно врезаются картинки прошлого и его поцелуй с Волковой. Я не знаю, что нужно сделать, чтобы это забыть или поверить в то, что это была чистая случайность.

- Я всё видела, Руслан, - шёпотом произношу я. Его губы соблазнительно близко, такие запретные, но очень желанные. - Её руку в твоих волосах, ваш поцелуй, распахнутую блузку... - произношу я, сама себя разрезая без ножа. Я вижу, как моя боль отражается в его глазах и с последних сил сдерживаю поток жгучих слёз, которые упрямо подбираются к глазам. 

Мужчина издаёт тихий рык, прежде чем жёстко тряхнуть меня за плечи. Наши носы практически сталкиваются, и я учащённо дышу.

- Услышь меня, Эмилия! У нас. Ничего. Не было, - чеканит он каждое слово, сжимая меня в руках. - Она влетела буквально перед тобой, расстегнула блузку и набросилась на меня. Я даже не успел понять что случилось! Я не знаю, зачем ей это надо было, но после этого она с треском вылетела из колледжа.

Хочу ему верить, и, скорее всего, верю, но не уверена, что хочу принять его обратно. Волкова вполне могла подстроить весь этот цирк, ведь она отчего-то имела на меня зуб. И, может, всё это время мысль об этом закрадывалась в уголках моего сознания. Руслан точно подметил, что будь ему всё равно - не стал бы пытаться до меня достучаться. Но что-то меня по-прежнему тормозит. Так в один момент перевернуть всё с ног на голову и поверить в происходящее почти невозможно. Мне нужно время всё осмыслить. Наедине.

Щёки обжигают скупые слёзы, которые я изо всех сил сдерживала до этого. Руки сами тянутся к массивным плечам, очерчивая их, и я едва ли себя сдерживаю, чтобы не притянуть его к себе за шею и не впиться в губы требовательным поцелуем. Но вместо этого, он сам преодолевает последние сантиметры между нами, больно цепляясь пальцами за мою талию, и аккуратно целует. Вначале легко, едва уловимым касанием, затем настойчивее и завлекающе. 

И я сдаюсь, позволяя себе минутную слабость. Приподнимаюсь на носочках, впуская его язык и углубляя поцелуй. Моё тело дрожит от удовольствия, получив нужную ласку. Потому что слишком соскучилось по тому единственному, который втянул в свои сети и не позволяет выбраться до сих пор.

Руслан хватает меня за бёдра и усаживает на столешницу, прижимаясь своим телом ближе так, что я буквально чувствую его возбуждение. И это действует на меня отрезвляюще. Я упираюсь ладошками ему в грудь, разрывая наш сладкий поцелуй. Практически заставляю себе оторваться и расшевелить мозги, чтобы эмоции не взяли верх.

- Тебе пора, - коротко говорю я, пытаясь отдышаться. Сердце вылетает из груди и я отворачиваюсь, не в силах на него смотреть. 

Мужчина в непонимании хмурит брови, ведь очевидно решил, что поцелуй - признак восстановления отношений. Но пока что это не более, чем вынужденная потребность и проверка чувств.

- Зачем ты опять меня отталкиваешь? - разочарованно выдыхает он, упираясь в мою грудь лбом.

- Мне нужно время, - позволяю себе ещё одну слабость и одной рукой зарываюсь ему в волосы, поглаживая и оттягивая отросшие волосы. 

- Разве тебе не было достаточно восьми месяцев? - едва ли не стонет он, оставляя лёгкий поцелуй на ключице. Я дёргаюсь, потому что он подбирается к запретному месту и наверняка знает об этом. Ещё парочка таких соблазнительных касаний губ и меня даже не придётся уговаривать. 

- Это не так просто: всё забыть и начать сначала, - качаю головой я, сползая со столешницы. Руслан не спешит отходить, поэтому я становлюсь к нему впритык и касаюсь грудью. Он учащённо дышит и в его взгляде появляется злость.

- Что забыть, Эмилия? Глупую случайность? Чью-то подставу? - злится он. 

- Вернёмся к этому вопросу позже, - стою на своём я, пытаясь выбраться из ловушки. Но мужчина упрямо стоит на месте, ещё больше меня зажимая. Он выставляет ногу в сторону, прижимая колено к кухонной мебели, заставляя меня замереть на месте.

Руслан долго смотрит на меня и в его глазах проносится целый калейдоскоп эмоций. Он молчит, рассматривая моё лицо с предельным интересом и раздумывая о чём-то своём. Я стойко выдерживаю эту пытку, борясь с дрожью в коленках и учащённым сердцебиением. Живот скручивает в тугой узел, горло сжимается, и я душу в себе новый поток слёз. 

- Я заберу тебя завтра после работы, и мы расставим все точки над "и", - он отступает, позволяя мне глубоко дышать и натягивает обратно пиджак. - Дольше ждать нет смысла. Послезавтра я уезжаю обратно. вопрос лишь в том, с тобой или один. 

Уже у порога он оборачивается и бросает напоследок:

- Спасибо за кофе.

Спасибо за испорченный вечер.

***

Следующее утро начинается из спешки. Я знатно проспала и наспех собираюсь на работу, напяливая на себя то, что первое выпадает из шкафа. Подкрашивалась и приводила в порядок волосы я уже на рабочем месте. Весь вчерашний вечер я много думала и уснуть удалось лишь около трёх часов ночи, но так и не пришла к единому заключению.

- Рассказывай, подруга, - застаёт меня Ира, когда я принимаю двойную порцию кофеина в фойе. - Почему я не знаю, что ты знакома с Русланом?

В ответ машу рукой, но девушка настырная и упрямо стоит на своём, выжидая ответ.

- Между прочим, я должна на тебя обидеться за это, но моё любопытство сильнее, - она садится на маленький кожаный диванчик и закидывает ногу на ногу.

И я рассказываю ей, как единственной подруге и единственным ушам, которым могу доверить секретную информацию. Знаю, что она умеет держать рот на замке, ведь не раз меня спасала, когда я, проходя стажировку, лажала с документами и цифрами; прикрывала меня, когда я опаздывала или не успевала справиться с заданием. Мне нужен хоть кто-нибудь, кто меня выслушает и даст совет со стороны, как поступить. Я хочу быть с Русланом, но та прошлая ситуация всё ещё сдерживает меня. И слова папы о любвеобильности мужчины тоже не были пустым звуком. 

Рассказ со всеми эмоциями у меня занял около десяти минут. Всё это время Ира внимательно слушала и не перебивала. Лишь изредка хмурилась и выпячивала глаза. А порой сочувственно хлопала меня по плечу и поджимала губы.

- Я не знаю что мне делать, - выдыхаю в конце я, опустив бессильно плечи.

Ира задумывается и молчит какое-то время, поглядывая на меня из-под своих пушистых ресниц, а потом говорит:

- Смотрю на тебя и поражаюсь твоей наивности, - качает головой она. - Бабы ещё и не такую подляну устроят ради мужика. 

Шмыгаю носом и сдвигаю брови в непонимании. Мне ослышалось или она только что оправдала Руслана буквально одним предложением?

- Что?

- Моё мнение, что она положила глаз на преподавателя-красавчика, но поняла, что ей ничего не светит, ведь он трётся постоянно возле тебя. И решила сделать западло, - озвучивает свой вариант Ира. - Как видишь, у неё всё получилось. 

- Ты хочешь сказать, что я виновата?! - вспыхиваю я. Чувствую, как уши краснеют от злости. И от понимания, которое мелкими шажками подбирается к сознанию, что, возможно, я поспешила с выводами тогда и не заметила очевидного.

Девушка театрально закатывает глаза.

- Я хочу сказать, что в любом случае человек заслуживает на второй шанс, деточка, - она поднимается и отряхивает свою мини-юбку. - Другое дело, если бы ты застала их в постели вдвоём. А так, дешёвый манёвр с поцелуем... Ну такое. Достаточно сомнительный аргумент, если честно. 

- А что если ты ошибаешься? 

Ира подходит ближе, поправляя мне воротник блузки. Аромат её духов неприятно щекочет мой нос. Слишком сладкие и удушливые.

- Твой Руслан - завидный жених. Может иметь любую, какую только захочет. Зачем ему ты, если у него нет никаких чувств к тебе и если рядом ходит много других доступных вариантов? - задаёт вопрос она, заставляя меня вновь задуматься. 

- Ты на себя намекаешь что ли? - отшучиваюсь я.

- А почему бы и нет? - на полном серьёзе говорит девушка, чем вызывает у меня жгучее чувство ревности. Улыбка мгновенно сползает с моего лица и она это замечает, ехидно улыбаясь. - Не захочешь брать ты, возьмёт кто-то другой и не будет воротить носом. За ней бегает мужик, а она ещё выделывается! Я в шоке!

- Но люди ведь не меняются? - выдаю я последний свой слабый аргумент.

- Делай как знаешь, дорогая, но если он уедет, поверь, ты будешь потом очень сильно жалеть, - произносит напоследок девушка и уходит, оставляя меня наедине со своими мыслями. 

***

Сумасбродная идея неожиданно врезается  мне в голову после часа поедания себя своими же мыслями. Одна металась к другой, и с каждой стороны имелись свои "за" и "против". Работа совсем не шла, потому что всё в итоге сводилось к Руслану. К нашему вчерашнему разговору и страстному поцелую, который лишний раз доказал, что я к нему не остыла. И это нещадно теребило мою душу целых пол дня. Стоит ли сопротивляться чувствам? Оправдано ли будет это или я позже стану корить себя за то, что упустила свой шанс на счастливую жизнь?

Время близится к обеду и в один момент я хватаюсь за свой мобильный в надежде на то, что он за столько времени не сменил номер телефона. 

Гудок. Второй. А потом сонный голос мне отвечает:

- Алло?

- Нам нужно встретиться, - без приветствия сообщаю я.

Секундное замешательство и шуршание в трубке, от которого я морщусь и отодвигаю немного сотовый. 

- Эмилия? - удивляется он. - Мы ведь договорились на вечер...

- Просто скажи мне, где ты и куда мне приехать? - настаиваю на своём я.

- Я в отеле. У меня совещание на четыре.

- Отлично. Сбрось адрес смс-кой. Скоро буду, - и отключаюсь, пока не успела так же быстро передумать.

Конечно, мой внешний вид сегодня оставляет желать лучшего. Кроме того, работа не деланная с самого утра. И это только второй рабочий день! Господи, мне срочно нужно расставить приоритеты, или я попросту нигде надолго не задержусь. Но сейчас меня это волнует в последнюю очередь. Ира прикроет, когда узнает цель моего отъезда, я уверена. 

А пока я набираю дрожащими пальцами номер такси, предвкушая встречу с Русланом. Надеюсь, люди правду говорят, что спонтанные решения самые лучшие?

***

Руслан остановился в одном из лучших отелей города. Оно и не странно, ведь людям на таких должностях и позволено самое лучшее. Такси довозит меня за пятнадцать минут и я даже злюсь, что так быстро, потому что толком не придумала, что ему сказать. На ресепшене  мне любезно подсказывают куда идти. Наверняка, он уже успел предупредить их о моём визите. И я поднимаюсь по лестнице, намеренно оттягивая время хоть немного. С каждым шагом ноги всё больше тяжелеют, но я не хочу вновь сомневаться и ставить всё на чашу весов. Ира права: я очень пожалею, если отпущу его сейчас. Но что если пожалею больше, впустив в свою жизнь? Как угадать, чтобы лишний раз не обжечься? Да никак, ведь на этом и строится вся наша жизнь. На ошибках, из которых потом выплывают правильные решения.

Я ошиблась раньше, когда сбежала, не дав ему возможности выговориться и приняла увиденное за чистую монету. Я и сейчас не уверена на все сто процентов, но всем сердцем хочу дать ему ещё один шанс. Хочу дать шанс нам, ведь накосячили мы оба. Что стоит вновь попробовать? Расстаться - легче всего и всегда успеется, а крепкие отношения требуют жертв, сил и нервов, терпения и понимания. И самое главное - умения слушать и слышать. Может, сейчас я слышу то, что хочу, но я верю Руслану. Может, это моя очередная ошибка, но она будет самая приятная из всех.

Перед нужной дверью я долго не думаю и стучу несколько раз. Сердце трепещет как бешеное, грозясь выпрыгнуть из груди, дыхание сбилось и вся я такая запыхавшаяся красотка. Но он видел меня разную и думаю, такой мой вид его не испугает.

Мужчина открывает дверь и пропускает меня внутрь, не понимая, что происходит. Я ураганом влетаю в просторную комнату, отбрасывая в сторону сумку. Он смотрит на меня удивлённо и растеряно. В другой ситуации я бы посмеялась с его глупого выражения лица, но сейчас не до шуток. Я настроена серьёзно и хочу понять, взаимно ли это. Решить всё здесь и сейчас.

- Ответь мне на один вопрос, только честно. Ты спал с ней? - говорю я и замираю в ожидании ответа. Любая заминка посеет крупное зерно сомнения, чего я очень боюсь и не хочу.

Мужчина сразу понимает о ком речь и его глаза вспыхивают огнём.

- Блять, Эмилия, я ни с кем не спал с того времени, как ты уехала! - тут же взрывается Руслан, хмуря брови. И для меня этого оказывается достаточно. - Что за глупые....

Он не успевает договорить, как я резко преодолеваю расстояние между нами и впиваюсь в его губы требовательным поцелуем. Мои руки обхватывают его шею, притягивая к себе ближе.

- Хм, я тоже. Думаю, стоит это исправить, - я перехожу на интимный шёпот и как голодный зверь набрасываюсь на него. Он ловко подхватывает меня под ягодицы, отвечая на поцелуй. Рваные резкие движения заводят до самого предела и я уже смутно что-то соображаю - настолько сильно тело требует ласки и Руслана. 

- Стой-стой, - прерывается он. Я издаю протяжный недовольный стон. - Ты что, сорвалась с работы чтобы просто потрахаться? 

Грубое слово режет мой слух, но я опускаю этот момент, крепче обхватывая его бёдрами и нарочито ёрзая. Он закусывает губу, смотря на меня с неподдельным желанием, но упрямо ожидая ответа. 

- Я просто решила, что незачем ждать вечера чтобы сказать, что ты мой. Но ещё слово - и я передумаю, - проговариваю я, учащённо дыша. 

Руслан тянет губы в довольной улыбке и сильнее сжимает ладонями мои ягодицы, направляясь в сторону кровати.

- Тогда не будем тратить время на пустые разговоры, - отвечает он мне шёпотом перед тем, как вновь набросится на мои губы и приняться руками исследовать моё трепещущее тело, которое мгновенно реагирует на любые его ласки.

Надеюсь, первое принятое мною самостоятельно решение не окажется отражением глупой девичьей наивности, но сейчас мне не хотелось об этом думать и лишний раз истязать себя мыслями. Сейчас я тону в его омуте с головой, не сопротивляясь, отдаваясь чувствам на все сто процентов. Я впервые чувствую, что нахожусь на своём месте и рядом со своим любимым человеком. А больше мне ничего и не надо.

Один урок я вынесла для себя раз и навсегда: в любом случае нужно следовать за зовом своего сердца. Ведь только оно знает, что нам действительно нужно.
    Комментарий к 27. Забери меня.
    Сложнее всего мне даётся написание концовки: боязнь скомкать финал, неправильно передать атмосферу и чувства героя, мысли "а может лучше закончить так?". Вариантов, как закончить рассказ была уйма, и такой, как разослать главных героев в разные стороны тоже был. Но плохого и в жизни достаточно, правда?
Мне всегда грустно заканчивать историю, но бесконечно затягивать рассказ тоже не стоит. 

Простите, если кому-то финал не зашёл, но "я художник, я так вижу" :D Не могу сказать, что всецело довольна своей работой, но мне ещё есть чему учиться и к чему стремиться.

Спасибо тем, кто читал, ждал продолжения, писал приятные слова. Отдельное спасибо за ПБ. Я понимаю, что это тоже труд и очень ценю :*

Беру небольшой тайм-аут на новогодние праздники. Буду набираться сил и новых идей. Если у кого-то есть интересные идеи/заявки/предложения - стучите в личные сообщения. Новые работы не за горами ;)