Виктория  Драх


Охота на орков


Что делать, если в твой дом приходит дроу? Гнать его в шею, — ответит любой разумный человек. А если ты сама — не человек? Вот и Арабеска, охотница из северной деревушки, решилась приютить нежданного гостя. А следом понеслось — то орки нападут, то эльфы из порталов выпадают, то драконы голодные напугать пытаются… Пришлось бедной девушке засучивать рукава и вместе с неожиданными союзниками приводить в порядок плавно съезжающий с катушек мир. Подумаешь, для этого надо пройти через всю страну, найти могущественный артефакт, и победить спятившего чародея. Справимся!




Bashka__7 для Spaces.ru

Часть первая — Лесная охотница
Посвящается А.В. - верной подруге, хихикающей над отрывками из моих черновиков и дарящей мне веру в себя. Благодаря тебе эта история продолжается.
Я металась по комнате, собирая походный рюкзак. Ножи, меч, лук, колчан, короткий кинжал — на себя. Запас еды, смену одежды, летнее платье (единственное!), флаконы с зельями — в мешок. Огляделась. Жаль оставлять книги и посуду, но все я не унесу. В последний раз окинув взглядом тесную избу, бывшую мне домом последние десять лет, я без сожалений направилась к двери. Задерживаться и сжигать свидетельства своей жизни не было смысла. Суеверные селяне все сделают сами.
Дверь распахнулась у меня перед носом. Не успела! Я сбросила сумку и вытащила меч, собираясь дорого продать свою жизнь.
Последние годы я прожила на севере, близ небольшой деревеньки в пятьдесят домов у подножия гор - Кривые Холмы. Представившись бывшей наемницей и предъявив в качестве доказательства связку из ушей шести орков, убитых мной на подходе к селению, я предложила жителям договор: я занимаю пустующий дом лесника и выполняю его работу в обмен на еду и некоторые предметы обихода. Со временем, втеревшись к деревенским в доверие, я стала продавать им шкуры убитых мной животных. Тратить деньги в негостеприимном северном краю было не на что, так что я смогла скопить приличную сумму.
Стоит заметить, что работа лесника на севере сильно отличается от таковой в других районах. Здесь лесничий, в первую очередь, охотник — защитник простых крестьян от спускающихся с гор орков. Такая работа требует не только смелости и силы, но и немалой ловкости и способности остаться незамеченной в любом участке леса. Хвала Хозяйке[1], ни с чем из перечисленного у меня проблем не было. Наоборот, некоторые особенности внешности мне сильно помогали. Невысокий рост — в Кривых Холмах все были выше меня минимум на пол головы, и тонкая фигура позволяли ловко пробираться через заросший колючим кустарником лес.
И вот, несколько дней назад я обнаружила орочьи следы в паре часов ходьбы от деревни. Выследить горных тварей оказалось на удивление сложно — складывалось ощущение, что они ходят кругами и не задерживаются на одном месте дольше, чем нужно для короткого перекуса.
Сейчас я сидела на раскидистых ветвях тиса и наблюдала за группой из шести орков. Что можно про них сказать? Сила есть — ума не надо. Грузные двухметровые туши с огромными ручищами и мелкими глазками на уродливых кабаньих рожах. В тишине, нарушаемой лишь тихим потрескиванием костра, они быстро поглощали поздний ужин. Что-то в их повадках не укладывалось в привычную картину, вызывало смутное беспокойство… Что именно, я так и не успела понять. Грубый мешок, валявшийся под моим деревом зашевелился, и оттуда высунулась сначала худенькая ручка, а затем темноволосая макушка. Малика, дочь сельского кузнеца, поняв, где она находится, поступила, как настоящая северная женщина. Не завизжала при виде жутких серо-коричневых рож с выступающими вперед клыками, а, стараясь не шуметь, аккуратно выбралась из мешка и на цыпочках стала красться прочь от поляны. К сожалению, деревенской девчонке негде было учиться ходить бесшумно. Уже на третьем ее шаге под неосторожно поставленной ногой хрустнула ветка. Орки, как один, обернулись на звук. Поняв, что медлить больше нельзя, я потянулась за любимыми метательными ножами.
Первые два получили по «подарку» в глаз. Третий проследил направление полета оружия и задрал голову, за что схлопотал стальное украшение в шею. Четвертому, ближе всех подобравшемуся к Малике, я в прыжке с дерева снесла голову. Осталось двое.
Вместо того, чтобы в слепой ярости наброситься на меня, орки стали осторожно заходить с двух сторон. Размышлять, откуда у дикого полуразумного племени взялась такая организованность, не было времени. Сделав обманный выпад, я кувырком откатилась в сторону, освобождая пространство для маневра. Не успела я встать, как орки одновременно атаковали. Я уклонилась и рассекла одному из нападавших икру. Огромная туша, в полтора раза выше меня, даже не заметила ранения. Следующий удар я блокировала мечом, с трудом удержавшись на ногах — казалось, тонкая сталь не выдержит и сломается, оставив меня беззащитной. Второй орк обошел меня со спины и замахнулся секирой. Уворачиваясь от лезвия, я опять кувырком покатилась по земле. Наконец-то я поняла, что меня насторожило. Они думать научились! Обычно эта раса нападала всем скопом и дралась, мешаясь друг другу. Эти же прекрасно понимали преимущества командной работы. Более того, у них была тактика! И мне приходилось практически летать, уворачиваясь от тяжелых ударов и не давая загнать себя в угол.
К счастью, орки были разумны, но не умны. Очередным обманным выпадом я заставила одного поднять руки для защиты и ударила в открывшийся живот. Судя по хрусту, мне удалось дотянуться до позвоночника.
На этом моя удача закончилась, потому что меч застрял в костях мерзкой твари. Второй орк, довольно лыбясь, направился ко мне. Увернувшись от очередного удара, я вытащила из голенища сапога последнее оружие — изящный кинжал из эльфийского серебра. Кинжал против секиры? Как ни странно, даже при таком раскладе можно победить.
— Наконец-то! Убей его! — с улыбкой крикнула я, выпрямившись во весь рост и глядя за спину орку. Разумеется, там никого не было. Вот только орк понял это спустя секунды, которых хватило на полет клинка.
— Ты… Ты… — испуганно проблеяли у меня за спиной.
Я развернулась, тряхнув волосами. Волосами? Твою ж!… Из-за бесконечных кувырков я потеряла платок, прятавший мою прическу. Именно она была причиной, загнавшей меня на самый край Шаурикума — человеческого королевства, вынуждавшей прятаться ото всех и жить в одиночестве. В мире, долгие столетия раздираемом войной, представителей темных рас не жаловали. Мои же серебряные локоны выдавали во мне дроу. А что кожа светлая… Мало ли способов магически ее изменить? Именно так рассуждали в нескольких предыдущих селениях, пытаясь заколоть меня вилами, утопить, отправить на костер… Похоже, и в Кривых Холмах мне больше не место. Хорошо, что сейчас лето. До зимы можно успеть найти себе новое пристанище.
Запуганную до заикания Малику я проводила до входа в деревню. Сама же, на бегу колдуя и запутывая тропы к своему дому, мысленно составляла будущий маршрут.
Через узкие сени в избу ввалился Ермила — высоченный мужик поперек себя шире с кулаками размером с мою голову. Раньше я точно знала, что ко мне кузнец относится как ко второй дочери, но теперь остановилась в нескольких шагах от него, не зная, чего ожидать. Сражаться с отцом Малики мне не хотелось.
— Ну здравствуй, Лесная, — голосом Иерихонской трубы поприветствовал меня Ермила и сделал еще шаг навстречу. Я осторожно отступила назад и вывела из-за спины руку с оружием. От кузнеца мой маневр не укрылся.
— Правда чтоль, дроу? — хмуро спросил мужик, разглядывая меня с высоты своего роста. Вообще, с его появлением в моем и так не очень просторном доме стало совсем тесно.
Я, не сводя с него глаз, покачала головой:
— Полукровка.
Ермила хмыкнул и неожиданно потребовал:
— Поклянись своим богом, что не причинишь никому вреда ни оружием, ни колдовством.
— Клянусь Хозяйкой Судеб, что не причиню вреда жителям деревни Кривые Холмы, кроме как в целях защиты своей жизни, — тщательно подбирая слова, произнесла я. Кузнец прищурился и согласно кивнул.
— Принимается. Клянусь Светлым Богом[2], что ни я, ни Малика не выдадим твою тайну. Даже хорошо, что ты почти дроу — человек в этом лесу быстро ноги протянет. Малика рассказала, как ты дралась. Без тебя орки совсем распаясаются. Бывай, Лесная. И загляни, когда время будет, в деревню — у Вариши опять кости болят.
- Осень близится, вот и болят, — от удивления выпалила я. Недомогания девяностолетней старухи, матери старосты, служили селянам самым точным предсказателем погоды. Кости Вариши ныли к холодам, живот начинало колоть к потеплению, голова болела к дождю, сердце стучало к снегу, а в ушах звенело к сильному ветру. Я же, занимаясь помимо охоты на орков целительством, слушала ее жалобы по несколько раз в неделю.
— Вот и утешь ее, как умеешь, — усмехнулся Ермила, догадавшись, о чем я думаю. — Ты только не уходи, Лесная.
После ухода кузнеца я долго сидела на полу, пытаясь справиться с истерическим смехом. Человек попросил помощи — у кого? У полукровки дроу! Ермила попросил остаться. Знал ли он, что будь я настоящей темной, Малика лежала бы на той поляне вместе с орками? Или понял, и потому доверился мне, пообещал сохранить мою тайну?
В надежде привести в порядок мысли, я отправилась купаться. Неподалеку от лесничьего домика в пещере было спрятано озеро, даже лютой зимой не замерзающее из-за бьющих на глубине горячих ключей. Много лет назад я сильно постаралась, заколдовывая тропы и отводя глаза случайным путникам. Никто без моей помощи не смог бы найти к нему дорогу. Но, похоже, сегодня был день исключений. В моем — моем! озере плавал самый настоящий, не будь он к ночи помянут, дроу!
— Ты как сюда попал?
От возмущения я не нашла других слов. Незваного гостя мой гнев, казалось, только позабавил.
— Также как и ты, ногами — нахал подплыл к берегу и облокотился на валун у моих ног. Я невольно сделала шаг назад.
— Здесь защита была, — уже не так уверенно произнесла я, рассматривая темного. К сожалению или к счастью, незнакомца по грудь скрывала темная вода. Было хорошо видно лишь блестящие серебряные волосы, спускавшиеся по плечам и ореолом расходящиеся по волнам за его спиной.
— Почему была? — усмехнулся темный эльф и, подтянувшись на руках, выбрался на берег в шаге передо мной. — Она и сейчас есть, аккуратная и действенная. Зачем портить такую красоту?
— Тогда какого демона ты здесь… — я уткнулась взглядом в жилистую обсидиановую грудь, блестящую от озерной влаги как раз на уровне моих глаз. Вот одна капля покатилась вниз, по рельефному прессу, обогнула ямку пупка и побежала еще ниже… Я поспешно задрала голову, чтобы посмотреть в лицо бесстыжему эльфу. Этот… купался в моем озере голым!
Заглянув в смеющиеся темно-красные глаза дроу я поняла, что для него мое короткое движение не осталось незамеченным. Демон! Видимо, желание спихнуть его обратно в воду отразилось у меня на лице, потому что эльф, выдав учтивую улыбку, предусмотрительно сделал шаг назад.
— Кажется, мы не с того начали знакомство. Я, Даррен д'Раххэ, прошу очаровательную хозяйку приютить уставшего путника, — голый дроу изящно поклонился. — Клянусь Темной Богиней[3], что не обнажу в твоем доме оружия.
Я стиснула зубы. Мало мне проблем с деревней, еще и темный на голову свалился! Да не просто явился, а со словами древней клятвы[4]! Теперь, независимо от моих желаний, я была просто обязана проявить гостеприимство!
— Я, Арабеска, дочь Дивного Леса[5], принимаю тебя под защиту своего дома, — смирилась я. — А теперь одевайся и выметайся из пещеры! Не только тебе нужно мыться!
Ответом мне был тихий смех эльфа. Чтоб ему споткнуться! Знакомы меньше часа, а он меня уже бесит!
— Моя помощь пригодится? — Даррен устроился на высоком дубовом стуле. Вообще, все в моем доме было рассчитано на великана-лесника, жившего здесь до меня. Первое время было неуютно, зато потом я оценила прелесть огромной кровати, на которой получалось развалиться и вдоль, и поперек.
— Не попадайся на глаза деревенским, — я рассказала эльфу о своих проблемах и тот проявил редкое для его расы понимание. Клятвенно заверив меня, что не будет мешаться, дроу сидел, скрестив ноги, и принюхивался к ароматам пирогов с мясом. Обычно я ленилась готовить что-то сложное, но сегодня решила воспользоваться преимуществами оседлой жизни. Кто знает, надолго ли я здесь?
Я задумалась над еще одной проблемой — куда положить эльфа спать? В деревянном домике было всего две комнаты — большая обеденная-кухня и маленькая спальня, три четверти которой занимала кровать. Переселяться с любимого места не хотелось, но я отлично понимала, что на печи темный, в отличие от меня, не поместится. А спать с ним в одной кровати… Бррр. Не на столько я доверяю своему новому знакомому.
— Сколько ты пробудешь здесь? — я не оборачивалась, спиной чувствуя изучающий взгляд. Вот подослала Хозяйка гостя! — Не торопись с ответом, я не собираюсь тебя выгонять. Но сам понимаешь, у меня намечаются некоторые проблемы. Возможно, нам обоим придется спешно уходить.
— Я хотел подождать, пока не затянется рана, — эльф машинально передернул плечами. — Но я в состоянии постоять за себя и защитить тебя, если придется.
Рана? Я все-таки обернулась. Никаких признаков ранений я не увидела — ни сейчас, ни на озере. Хотя, там мне было не до разглядываний…
— Если рассказ Малики не уйдет дальше дома кузнеца, можешь оставаться сколько захочешь, — я вытащила наконец-то приготовившийся пирог. Умопомрачительному аромату воздал оглушительную хвалебную песнь желудок дроу. Я подозрительно оглянулась:
— Ты сколько не ел?
— Дня два, наверное, — смутился темный. Ну надо же! Не будь он черным, как ночь, я бы наверняка увидела румянец! — Последнее время я шел через лес, а сколько до этого провалялся в отключке — не знаю.
Каким бы гадом ни казался на первый взгляд эльф, я не могла позволить своему гостю голодать. Под ковриком у дальней стены у меня был небольшой погреб с соленьями, щедро даримыми со всей деревни. Немного подумав, я вытащила бочонок огурцов, шмат вяленого мяса и пузатую крынку земляничного варенья к чаю. Видя, как дроу уплетает предложенную снедь, оставалось только подивиться, куда в него столько влезает. Наконец, Даррен с довольным видом откинулся на стуле.
— Показывай рану, — не дала я ему расслабиться. — Давай-давай, я в этой деревне за знахарку. С выбором дома ты точно не ошибся.
Эльф ухмыльнулся и нарочито медленно стянул рубашку. Теплый свет свечи оранжевыми бликами отразился на обсидиановой коже. Темный, красуясь, одной рукой перекинул длинные волосы на грудь, развернулся спиной и сел верхом на свой стул.
Я щелчком пальцев зажгла еще одну свечу и подошла ближе. Чуть ниже лопаток, рядом с позвоночником, зияла глубокая рана с рваными краями. Еще более жутким было то, что лечили ее явно только магией. Любой лекарь вам скажет: магией можно лишь ускорять заживление! Лишь обладающие даром целителя способны полностью избавить от недуга. В противном случае получалось то, что я видела сейчас: неровные, словно замороженные края, без крови и гноя… и без жизни. Глубокий карман из плоти, который ни за что уже сам не затянется. Самым страшным было то, что самолечение истощало силы организма, именно поэтому дроу не мог сказать, сколько дней прошло.
— К тебе подкрались сзади, били наверняка. Один точный удар в сердце, снизу вверх. Потом ты пытался вынуть нож, сначала левой рукой, затем правой, — я не спрашивала, а уверенно высказала свои выводы, закончив ощупывать поврежденные мышцы. — Про магию в ближайшие дни забудь, буду исправлять последствия твоего самолечения. Только почему ты не умер?
— А тебе бы этого хотелось? — эльф воспользовался моей задумчивостью и, откинувшись назад, облокотился на меня. — Может, мой несостоявшийся убийца не дотянулся до сердца?
— Дотянулся, — первый вопрос я решила проигнорировать. Слишком велико было искушение оскорбить не вовремя явившегося гостя, ответив «да». — Удар профессиональный. Ты должен был умереть сразу.
— Да, если бы он попал в сердце, — даже смотря на макушку дроу я поняла, что темный опять самодовольно ухмыляется. — Но он промахнулся.
Я нахмурилась, пытаясь понять, о чем говорит Даррен. С такими ранами не живут! Темный, почувствовав мое замешательство, поднял голову.
— Дай руку, — потребовал он.
Эльф аккуратно взял мою ладонь и приложил к груди. Я каждой клеточкой ощущала гладкую, чуть бархатистую теплую кожу, литые мышцы, перекатывающиеся под ней… И тут поняла. Под моей рукой билось сердце дроу. С правой стороны.
— Эта тайна может стоить мне жизни, — сверкнул глазами Даррен. — Но ты все равно узнала бы, когда начала меня лечить.
Я только кивнула, мысленно пообещав себе поскорее об этом забыть. Шок от оказанного темным доверия постепенно уходил, оставляя место более насущным проблемам.
— Лечить начну завтра. Сегодня та магия, которую ты вложил, не даст мне ничего сделать. Опасности нет никакой, можешь хоть на голове стоять. Затраченных тобой сил хватило бы на целую неделю спокойного существования. Комната в твоем распоряжении, можешь идти спать.
— А ты? — хитро улыбнулся эльф и чуть сжал мою ладонь. Только сейчас я поняла что полуголый дроу все еще сидит, облокотившись на меня, и поглаживает лежащую на его груди руку. И что самое странное, мне это не было неприятно.
— А я буду спать на самом теплом месте, — я резко выдернула кисть и отправилась к печи. Говорила мне мама — не связывайся с дроу! Раздражение на незваного гостя я выместила на свечах, затушив их одним резким движением руки.
От тихого смеха эльфа мурашки табуном проскакали по спине:
— Тогда сладких снов тебе, прекрасная хозяйка. Bashka__7 для Spaces.ru
Утро не просто наступило, оно наступило мне на голову. Я привыкла просыпаться в своей комнате, освещаемой ласковыми лучами солнца. За печкой же было темно как у дроу… Очень темно. Немного взбодрила мысль, что эльфу сейчас наверняка тоже несладко — все-таки темные солнце не очень любят, а шторы я принципиально не вешала.
Кое-как умывшись свежей колодезной водой и состряпав простой завтрак, я направилась в деревню. Большую часть запасов к предстоящей зиме я уже сделала, оставалось совсем немного — обменять заячьи шкуры на муку, продать старосте лисьи и волчьи (жадный старик каждый раз ноет, что я его разоряю, но я-то знаю, за сколько он их караванщикам перепродает!), проверить болеющих (а таких моими стараниями с каждым годом появлялось все меньше)… Договориться об обмене дичи на свежие яйца и молоко и, самое страшное, выяснить, смогу ли я вообще перезимовать здесь.
Как ни странно, со старостой удалось договориться быстро. Его покладистость могла означать только одно — на подходе караван из Тмира — ближайшего от деревни крупного города. Пару раз в сезон Алир Шейн делал крюк в сторону Кривых Холмов, распродавая остатки товара. Селяне закупались на ура — других-то торговцев здесь не видели.
Домой я вернулась только после полудня. Пришлось повозиться, убирая Малике синяки — заплывшие кровоподтеки и многочисленные ссадины девушек совершенно не украшают.
Первое, что я услышала, подбираясь по тайным тропинкам к маленькому, но крепкому бревенчатому домику, был мерный стук топора. Крадучись обойдя дом, я увидела, пожалуй, самую занимательную картину в своей жизни: раздетый по пояс эльф, постоянно смахивая с лица мешающиеся длинные волосы, колол дрова. Я невольно залюбовалась кошачьей грацией дроу: при каждом замахе мышцы бугрились под черной кожей, блестящей от пота. Топор Даррен держал в правой руке, оберегая больную левую половину спины. Ни одного лишнего движения, ни одного неудавшегося удара — темный работал идеально точно.
— Любуешься, хозяйка? — вывел меня из нирваны ехидный вопрос. При этом дроу все так же не останавливаясь продолжал приводить в порядок мои зимние запасы. Спиной он меня, что ли, почуял?
— Не любуюсь, а оцениваю твое состояние, — нашлась я. — Спину сильно тянет?
— Не очень приятно, — Даррен отложил топор. — Кровоточить может начать?
— Не думаю, но лучше не перенапрягайся. Не задерживайся, мне жена старосты суп сварила. Сейчас только разогрею, и будем обедать.
— Неприятности с деревенскими отменяются? — при слове «обед» эльф довольно резво направился к колодцу.
— Скорее, откладываются, — я смотрела, как темный обливается студеной водой и задумалась: — А переодеться тебе есть во что?
Вопрос был вполне насущным — с мокрых штанов дроу стекали ручейки воды. А вот в небольшом заплечном мешке, с которым он ко мне пришел, вряд ли бы поместилась запасная одежда.
— Теперь есть, — довольно оскалился Даррен. — Я с утра нашел лагерь твоих орков и немного помародерствовал. Неделька у них, должно быть, была удачной. Необходимое забрал себе, остальное в мешке у входа. Вдруг тебе что-то пригодится.
Я только кивнула. Шустрый у меня оказался раненый! Времени даром не терял. Пришлось поспешно возвращаться ко входу, потому что эльф, нисколько меня не стесняясь, начал стягивать штаны там же, где стоял.
— Что, подглядывать не будешь? — донеслось мне в спину язвительное. — А вдруг я перенапрягусь и рану надорву?
Я только рукой махнула. Разве возможно перевоспитать темного?
— План такой: сейчас я тебя лечу, потом идем на озеро и ты плаваешь, пока не устанешь. Или пока мне не надоест тебя караулить, — уточнила я, вспомнив, какой силой и выносливостью обладают дроу.
Большой горшок с супом, которого мне хватило бы на пару дней, опустел на несколько минут. Кажется, в ближайшее время придется чаще охотиться, иначе моих запасов надолго не хватит. Я посмотрела на эльфа, в очередной раз подтянувшего спадающие штаны и добавила: — А пока ты будешь плавать, я ушью тебе одежду.
— Не стоит, — оборвал меня темный. — Дня через три прибудет караван из Тмира, куплю новые.
Я задумалась. Ну да, раз Даррен сохранил свой мешок и оружие, вряд ли его грабили. Скорее, хотели именно убить.
— Не расскажешь, кому перешел дорогу?
— Это имя тебе ни о чем не скажет. К тому же не хочу, чтобы ваши дороги однажды пересеклись. Лучше тебе не знать.
— Как скажешь, — согласилась я. Хочет хранить свои тайны — его дело! Такая жизнь, как моя, быстро отучает совать нос в чужие дела. — Раздевайся!
— Что, сразу? — притворно округлил глаза дроу, и, проведя теплыми пальцами по моему колену, с многообещающей улыбкой прошептал: — А как же прелюдия, поцелуи под луной?
— Если выдержишь трое суток без приставаний, будет тебе поцелуй под луной, — ляпнула я и тут же прикусила язык, заметив азартный огонек в глазах эльфа. Вот влипла! Кто меня за язык тянул? На что я только что подписалась?! Никогда-никогда-никогда нельзя спорить с дроу!
Темный же спокойно снял рубашку и повернулся ко мне спиной. Вызов был принят. Кажется, только что я себе обеспечила целых три дня спокойной жизни. Только что будет потом?
— Чем ты занимаешься в этой глуши?
— В смысле?
— Я когда-то давно проходил по Северному тракту, — Даррен услужливо придержал ветви ели, пропуская меня. — Здесь же совершенно пустынные края, неужели не скучно?
— С местными орками некогда скучать, — я увернулась от шишки, брошенной возмущенной нашим появлением белкой. Дроу от удивления остановился.
— Ты что, охотник? Хотя мог бы и сам догадаться, — пробормотал он себе под нос. — Как такую хрупкую девушку угораздило стать охотником?
— А как теоретически непобедимого воина-дроу угораздило пропустить удар в спину?
Темный хмыкнул.
— Отвечать вопросом на вопрос не честно.
— Расспрашивать, но при этом ничего о себе не говорить тоже не честно, — я отодвинула оплетавший вход в пещеру хмель и проскользнула внутрь. — Я первая!
Возражений, как ни странно, не последовало. Я скинула одежду и с наслаждением нырнула в теплую воду. Все-таки хорошо, что я живу в лесу! Из деревни сюда каждый день бегать не станешь!
Вдоволь наплававшись, я надела чистую рубашку, любимые брюки и босиком пошла к выходу. Снаружи, удобно развалившись на камнях, караулил темный. Эльф лежал с закрытыми глазами, чем я и решила воспользоваться, чтобы его рассмотреть. Высокий — выше меня на полторы головы, худощавый, но не выглядящий слабым. Темные брюки заправлены в сапоги до колена. Куртка из черной кожи расстегнута, из-под нее выглядывает такого же цвета сорочка. На заостренном лице резко выделяются выточенные скулы и светящиеся красные глаза. Серебристо-белые волосы стянуты в небрежный узел на затылке. Красив, как с рисунка сошел. Все очарование испортила издевательская ухмылка, приоткрывшая чуть удлиненные клыки.
— Опять любуешься?
— Было бы на что! — смутилась я. Потому что было, было на что посмотреть. — Иди и плавай, не меньше трех кругов по озеру. Разминай мышцы после своей магии.
Не обращая внимание на ехидные взгляды, я принялась расчесывать мокрые волосы. Как раз, к возвращению эльфа высохнут.
Нежась на нагретом солнцем камне и наслаждаясь последними днями лета я не заметила, как появился дроу. Поддавшись моему безмятежному настроению, он устроился рядом. Зря. Потому что я, ругая себя за неосторожно предложенное пари, уже придумала способ выйти сухой из воды. Нужно всего лишь заставить Даррена проиграть!
— Поворачивайся спиной, — скомандовала я.
— Опять лечить будешь? — послушно развернулся темный.
— Хуже! — пообещала я и достала расческу.
Спустя несколько минут расслабившийся и умиротворенный дроу пересел на траву передо мной. Расчесывать его стало удобнее. И еще удобнее было претворять в жизнь мой план.
Я зачесала серебристые волосы эльфа назад и аккуратно погладила кончик его заостренного уха. В мою руку тут же вцепились сильные пальцы. Однако освободив свою, несомненно важную часть тела, темный отпустил меня. Я торжествующе улыбнулась и провела по призывно торчащему черному кончику еще раз. Даррен обернулся:
— Арабеска, очень сомневаюсь, что ты не знаешь, насколько у эльфов чувствительные кончики ушей.
— Знаю, — покаянно созналась я. — Но они так манят!
Похоже, довольная улыбка до ушей меня выдала, потому что дроу, на секунду удивившись, тут же прищурился.
— Решила играть нечестно, охотница?
— Почему нечестно? Про то, как должна вести себя я, ничего не упоминалось.
— Может тогда поднимем ставки? — хитро предложил темный. — Предположим, ты можешь творить все, что захочешь, и, если я забудусь и сам начну к тебе приставать, обещаю все оставшееся время лечения вести себя идеально прилично. Разумеется, если ты сама не попросишь об обратном.
— Не попрошу, можешь не волноваться, — усмехнулась я. — Так в чем подвох?
— Никакого подвоха, — покачал головой Даррен. — Но если побеждаю я, помимо изначально выигранного поцелуя, ты будешь дарить мне по одному поцелую каждый день. Обещаю дальше этого не заходить. Пока сама не захочешь.
— Ты настолько уверен в своей выдержке? — я всерьез задумалась над условиями спора. У меня были все основания опасаться обаяния эльфа, но… С одной стороны, у меня был хороший шанс превратить темного в образец целомудрия и полностью себя обезопасить, с другой… С другой, я ходила по очень тонкой грани и понятия не имела, куда меня заведет эта странная игра.
— Не уверен, и от этого становится только интереснее. Я же говорил, север на редкость скучный край. Почему бы не внести в жизнь немного разнообразия? Так ты согласна?
— Согласна, — кивнула я. Три дня! И у меня полностью развязаны руки! Конечно, я справлюсь!
На обратном пути Даррен из арбалета подстрелил крупного глухаря и даже пообещал его приготовить по особому походному рецепту. Я, пока темный разделывал птичку на заднем дворе, села проверять тропинки.
Не знаю, как другие охотники контролируют свои территории, а я использую для этого магию. Я могу не только запутать дороги так, что и бывалый следопыт заблудится, но и подсмотреть, кто по ним идет. Именно так я всегда находила разведывательные шестерки орков. А боевые восьмерки[6] сюда, к счастью, забредали редко.
Присев на крыльцо, я привычно потянулась сознанием к лесу. Всегда любила это чувство — раствориться в окружающей природе, ощутить себя одновременно каждой веточкой, каждой тропинкой, каждым мохнатым или пернатым лесным жителем… Уже почти решив, что сегодня обошлось без гостей, я на самом краю, у подножия гор обнаружила посторонних. На выходе из Безымянного ущелья расположился небольшой отряд орков.
— Медитируешь? — ворвался в сознание посторонний голос.
Я открыла глаза. Надо мной навис Даррен с обглоданной косточкой тетерева в руке.
— Ужин давно готов, а ты все спишь.
— Я не сплю, я проверяю. Как ты относишься к прогулкам в горы? — я с благодарностью вгрызлась в предложенный кусок птички. Мммм! Не знаю, в какие походы темный ходил, но вкуснее этого я ничего не ела! Нежное мясо, щедро сдобренное остро-сладкой приправой из одной местной травки, буквально таяло во рту.
— Как тебе?
— Фафрясаюфе, — выдала я, набив полный рот. — Может останешься подольше?
Темный серьезно посмотрел на меня.
— Может и останусь. Так что ты говорила про прогулки по горам?
— В дне пути отсюда обосновался небольшой отряд орков, десять или около того. Нужно выяснить, двинутся ли они в сторону деревни, и если да — уничтожить. Пойдешь со мной или останешься здесь?
— В моих интересах было бы остаться, — усмехнулся дроу. — Отсутствие тебя — лучшая гарантия моего выигрыша. Но тогда я сойду с ума от скуки, поэтому лучше пойду с тобой. Заодно, вдруг смогу выяснить, кто тебя учил драться?
— А я, может, и расскажу, — неожиданно для себя согласилась я. В конце концов, вдруг эльф знаком с моим учителем-дроу, Мирдзеном? Может, узнаю про него что-нибудь новое?
С первыми лучами солнца я стучалась в дом старосты.
— В ущелье опять орки, я туда. Нет, я не сошла с ума и я помню, что только позавчера убила шестерых. Если не вернусь через три дня, можете начинать бить тревогу. Да, вы правы, так часто орки никогда не появлялись. Скажите остальным, чтобы присматривались к следам в лесу, — я нарочно тараторила, не давая старику вставить хоть слово. Стоило ему открыть рот — и мне пришлось бы идти в дом и слушать бесконечные жалобы его матери, Вариши, а это могло затянуться до полудня. Поэтому, бодро отрапортовав, зачем пришла, я почти бегом направилась к северному выходу из деревни. Небольшое, на пятьдесят домов, поселение было со всех сторон окружено высоким частоколом, и только в трех местах имелись ворота. Отходящие от них тропинки на севере и на юге вели к Северному тракту, а узкая калитка на западе — к моему дому.
— Ты долго, — заметил ждавший меня на тракте дроу.
— Могла еще дольше, — вздохнула я, с содроганием вспомнив про Варишу. — Давай мою сумку.
Даррен протянул мне туго набитый мешок.
Спустя час дроу первым не выдержал молчания:
— И все-таки, как потомок темного оказался на крайнем севере?
— Пришла и поселилась, — лес действовал на меня умиротворяюще, поэтому я решила ответить. — А вот что ты делал в такой дали от родной страны?
— Я уже давно не живу в Ларигадере, — откликнулся эльф. — Последние семь лет я ходил в охране караванов из Тмира.
— Тмир? Это же в двух днях пути от Кривых Холмов! И жители тебя терпели?
— У них не было выбора, — усмехнулся Даррен. — На самом деле, в крупных городах темным происхождением никого не напугаешь. А в деревнях я поступал так же, как ты — капюшон поглубже и не отходить от обозов. Расскажи лучше про себя. Почему ты здесь? Что бы о нас не говорили, темные своих детей никогда не бросают.
— Видимо, я исключение. Мой отец дроу, и я никогда его не видела. Я выросла в Дивном Лесу. Там не очень обрадовались такому подарку, как я, но все же не прогнали. Хотя иногда я думала, что изгнание было бы лучшим выходом. Со временем я сама решила уйти. А потом в нескольких городах чудом избежала смерти. Меня столько раз камнями закидывали, травили огнем, пытались поймать и вздернуть на ближайшей ветке, хотя от дроу у меня только цвет волос! В Кривые Холмы я пришла лет десять назад. После того, как меня несколько дней загоняли, как дичь, по всему Мардрену, а я не могла перебраться через каменные стены и сбежать, желание селиться в городе пропало.
Дроу прыснул в кулак:
— Как тебе пришло в голову в Мардрен заявиться? В главную цитадель светлых магов? Я туда даже сейчас пойти не рискну — человеческие маги терпеть не могут другие расы.
— Меня некому было предупредить, — я пожала плечами. — А про Мардрен я услышала в каком-то трактире. Там два паренька обсуждали, как пойдут в золотой город учиться, будут ходить по хрустальным мостам и любоваться на отделанную драгоценными камнями Спиральную Башню… Вот и мне захотелось посмотреть.
— И как? — с насмешкой в глазах поинтересовался Дар.
— Как-то не до любования видами, когда из подземных ходов выбираешься, только чтобы украсть еду. Так и пришлось уходить катакомбами. Городская стена защищена магией, перелететь не получилось. А на воротах меня ждали с распростертыми объятьями.
— Как получилось, что ты ничего не знала о Мардрене? — все еще улыбаясь, спросил эльф. — О Золотом Городе даже детям известно.
— Что известно детям дроу, то не рассказывают детям светлых эльфов, — огрызнулась я, поняв, что хитрый темный опять увел разговор от себя.
Так, за беседой, незаметно пришло время обеда. Даррен нашел удобную полянку и объявил привал. Я с наслаждением улеглась на широком бревне и вытянула ноги. Эльф оглядел эту картину, хмыкнул и молча протянул большой бутерброд с вяленным мясом. Я даже нашла в себе силы пробурчать что-то, похожее на благодарность. Что и говорить, приятно, когда о тебе так заботятся!
— Снимай куртку и подставляй спину, — скомандовала я, едва мы закончили есть. Темный, разумеется, подчинился.
Я села сзади него и пальцами пробежалась по краям раны. Черпая магию из пронизанного ею воздуха, я аккуратно направляла ее в самую глубину разреза. Почти физически мне удалось ощутить, как мертвые края наполняются жизнью и стремятся навстречу друг другу. На сегодня хватит. Рана должна срастаться сама.
Решив выполнить вторую часть плана, пальцами правой руки я аккуратно провела вдоль шеи эльфа. Даррена выдал только чуть более громкий вдох — обычный человек ни за что не заметил бы разницы. Мысленно поаплодировав себе, я продолжила пытку, медленно проведя ноготками вдоль чувствительного позвоночника. Сбившееся дыхание жертвы подсказало, что я на правильном пути. Запустив одну руку в его распущенные волосы, я стала массировать ему макушку, а другой в это время нежно гладила вдоль спины.
— Знаешь, если ты продолжишь в том же духе, к ночи в горы мы не попадем, — хрипло и чуть насмешливо выдал дроу.
Я резко убрала руки и посмотрела на солнце. Твою ж! Мы тут сидим почти два часа! Как я могла совсем забыть о времени!
— И да, когда в следующий раз соберешься почесать мне спину — чеши ниже и усердней, — сквозь смех попросил темный.
Я чуть не взвыла. Он еще и издевается!
Несмотря на непредвиденную задержку, вечером мы все же были у подножия гор. Почти сразу удалось найти следы стоянки замеченного мной отряда.
— Что думаешь?
— Тропинка, на которую мы свернули с тракта — единственный путь сюда, и там следов не было. Значит, вернулись в горы, — я пнула подвернувшийся под ноги уголек. — Здесь недалеко есть пещера, переночуем в ней, а завтра пойдем домой.
— И часто удается так легко отделаться? — дроу задумчиво рассматривал цепочки следов вокруг бывшего костра.
— Раньше почти никогда, сейчас часто, — я пожала плечами. — Мало кто из рискнувших выйти в лес орков возвращается.
Эльф с уважением на меня посмотрел. Я и сама прекрасно знала, что сделала почти невозможное — все северные деревни страдают от регулярных нашествий горных племен. Все, кроме Кривых Холмов.
Грэнхар в ярости швырял молнии в мишень. Его! Одного из лучших магов! Отправить в какой-то Мардрен на никому не нужный Совет Чародеев! Да за каким… им, драконам, сдались эти недоделанные магистры с материка? До Островов дошли слухи, что долгая война между светлыми и темными магами сильно проредила их ряды. Теперь светлые, стараясь заполучить как можно больше союзников, придумали какой-то Совет! А драконам какая выгода от союза с людьми? Но нет. Верховный решил, что игнорировать приглашение не стоит — видите ли, нужно воспользоваться поводом и подружиться с эльфами! Да остроухим всегда до… одного места было все, что не касается их Леса! Зачем Островам такие, мать их… друзья?!
В начале зимы для него откроют портал в Наурдаиль — столицу Дивнолесья. И там, перед переходом в Мардрен, ему предстоит встретиться с Артаниэлем а'Зиарэлем, новым Верховным Магом эльфов. Ему же лет четыреста! О чем можно говорить с таким юнцом?!
Грэнхар, которому самому едва перевалило за пятьсот, раздраженно выпустил непрерывный поток молний. В комнате ощутимо запахло озоном.
— Выпускаешь пар? — к дракону подошел седовласый старик с ярко-желтыми глазами, сверкающими из-под кустистых бровей. — По какому поводу на этот раз?
— Меня! Отправляют! В Мардрен! — каждое слово сопровождал небольшой взрыв.
Старик покачал головой и одним движением руки восстановил зияющую прорехами мишень.
— Тебе есть, чему там поучиться.
— Чему? Чему можно учиться на этом отсталом материке? — взвыл молодой дракон. — Они же даже природу собственной магии понять не могут! Война Светлых и Темных! Это же бред! Все равно, как если бы правая рука объявила войну левой!
— Терпению. Уважению. Смирению. Дальше перечислять? — старый учитель наколдовал себе удобное кресло. — Я могу назвать еще много качеств, которых тебе не хватает.
— Уважению к кому? К людям, которые не в состоянии увидеть правду, лежащую у них под носом? Или к эльфам, способным лишь любоваться собой?
— Ты несправедлив к обеим расам, — покачал головой старик. — И вскоре, надеюсь, изменишь свое мнение.
Учитель исчез, оставив Грэнхара в одиночестве. Зарычав, дракон выпустил столб белого пламени и обратил многострадальную мишень в пыль.
Пещера была в двух часах ходьбы от стоянки орков. Пришлось подняться на гору и пройти по узкой тропе вдоль ущелья. Здесь, на небольшой высоте, уже заявила свои права осень. Ледяной ветер сбивал с ног, а надежда на ужин из свежей дичи таяла с каждой минутой — ни одного животного мне заметить не удалось.
В небольшую пещеру, найденную мной много лет назад, можно было только вползти — таким низким и узким был вход. Зато внутри свободно могли разместиться три-четыре человека. В углу валялись припасенные с прошлой вылазки дрова.
Пока Даррен занимался костром, я расстелила одеяла — два вниз, на холодные камни, два — чтобы укрыться. Выходило, что мы с темным хоть и будем спать рядом, но все же, каждый под своим одеялом. Дразнить его на ночь я не рискнула. Наш спор я решила отложить до завтра, тем более, что у меня уже появился новый план.
Наскоро поужинав, я почти сразу уснула, и уже сквозь сон услышала нежный шепот:
— Спокойной ночи, Раби.
А может быть, мне это только приснилось?
Проснувшись, я поняла, что мне непривычно тепло. Это было странно, учитывая, что, сколько себя помню, после ночевки в горах я всегда замерзала. Но только не сегодня — мне было так хорошо, что хотелось закрыть глаза и спать дальше.
— Если ты снова уснешь, я уйду и съем весь завтрак, а ты останешься дальше мерзнуть, — раздался у меня за спиной мурлыкающий голос.
Остатки сна как рукой сняло. Я повернула голову. Сзади, прижавшись к моей спине и обнимая меня поверх одеяла, лежал Даррен. Сверху нас накрывало еще одно одеяло.
— Ты дрожала от холода, — ответил он на мой немой вопрос. — Неожиданно выяснилось, что согреть тебя и при этом не проиграть пари не так то просто. Пришлось импровизировать.
— Спасибо, — от удивления и благодарности я даже не стала язвить. Ужасно не люблю мерзнуть!
— А теперь вставай и пойдем домой. Здесь ведь нам больше нечего делать?
Я кивнула. Подниматься и куда-то идти совершенно не хотелось.
— Зайдем к озеру? — поинтересовалась я у эльфа, когда мы уже подходили к деревне. На обед в лесу мне удалось попасть ножом в зайца (метко стрелять, к сожалению, я так и не научилась), так что сытые и довольные, мы никуда не торопились. — Там заодно тебя полечу.
— Так это теперь называется? Лечение? — неожиданно хмыкнул дроу. — Буду знать.
Я подняла с земли небольшую ветку и бросила ее в хохочущего темного, но тот ловко увернулся.
— А как же гуманное отношение к больному? — сквозь смех спросил он, уворачиваясь от очередного снаряда.
— Моими стараниями, ты очень скоро будешь здоров! — я отправила в полет увесистую шишку и, на этот раз, попала. Даррен, не долго думая, подобрал ее и кинул обратно. Я, хихикая, увернулась и побежала в сторону озера. Эльф, периодически обстреливая меня, догонял.
— Я в крепости! — вспомнила я детскую игру, с ногами забираясь на валун у входа в пещеру.
— Ну и сиди здесь, а я плавать пошел, — неожиданно согласился дроу и скрылся за шторой из хмеля. Я, внутренне ликуя, подождала несколько минут и отправилась за ним.
Ступая бесшумно, как меня учил Мирдзен, я незамеченной прокралась к воде. Темный плыл к дальнему краю озера, мощными рывками загребая воду. Я, быстро скинув все, кроме белья и рубашки, нырнула за ним.
Вынырнув, я почти нос к носу столкнулась с Дарреном. Тот оценил мою торчащую из воды голову и ворот намокшей рубахи, заявил:
— Если хочешь меня соблазнить, одежду лучше снять, — и уплыл! Просто развернулся и поплыл к другому берегу! Я, возмущенная такой равнодушной реакцией, даже не нашлась, что ответить.
Фыркнув, я опять нырнула, смывая с себя налипшую за два дня пыль. Еще посмотрим, кто кого!
Пока я плавала, дроу выбрался на берег и даже успел натянуть брюки. Взяв мою расческу, он пытался распутать мокрые волосы, но получалось у него плохо.
— Давай помогу, — предложила я, вылезая на берег.
Темный окинул меня взглядом… и замер.
— Знаешь, — как-то непривычно тихо сказал он, — Беру свои слова обратно. Снимать рубашку не обязательно.
Посмотрев на себя, я поняла, почему. Мокрая ткань, ставшая совершенно прозрачной, облепила меня, как вторая кожа. Выпрямившиеся под своей тяжестью серебристые кудри немного закрывали меня, но все же недостаточно.
— Отвернись и дай расческу, — слишком резко от смущения потребовала я. Эльф, хмыкнув, подчинился.
Привести в порядок его прическу оказалось и вправду непросто. У меня сложилось ощущение, что темный волосами пытался подметать полы. Как иначе можно было умудриться так их запутать?
— Теперь твоя очередь! — объявила я, справившись наконец с нелегкой работой.
— Что?
— Расчешешь меня? — я постаралась сделать как можно более невинный взгляд. — Если мои волосы высохнут, им уже ничего не поможет.
Не знаю, подозревал ли меня Даррен в очередной уловке, но все-таки согласился. Прядку за прядкой он разбирал уже начавшие высыхать кудри, а я сидела и млела от удовольствия. Как давно никто не прикасался к моим волосам! Несколько раз дроу случайно коснулся моей спины, вызвав целый табун мурашек. В голову закралась крамольная мысль, что возможно, проиграть будет не так обидно.
Очнулась я только когда поняла, что вечно лезущие в лицо локоны больше не мешают. Эльф ловко заплел мне косу и завязал ее шнуром из ворота собственной рубашки.
— А тебе идет, — с улыбкой заметил он, когда я обернулась.
Я ощупала получившуюся прическу и признала ее очень удобной.
— С моей стороны будет наглостью просить так делать каждый день?
— Завтра в полдень, — темный внезапно нажал пальцем мне на нос, — истекает срок нашего пари. Если рискнешь — повторим эксперимент.
— Может, завтра ты уже будешь связан по рукам обещанием стать образцом целомудрия?
— А мне кажется, уже завтра я получу первый честно выигранный поцелуй, и связывать меня будет только обещание не делать ничего против твоей воли, — склонившись надо мной, проникновенно прошептал дроу.
Почему-то я тоже была уверена во втором варианте.
Когда дома я расплела высохшие в косе волосы, они, вместо того чтобы торчать радостными пружинками во все стороны, мягкими волнами упали мне на плечи. Я сразу кинулась к зеркалу. Новая прическа подчеркнула высокие скулы, а глаза вообще стали казаться огромными фиолетовыми блюдцами. Из мутного стекла на меня смотрел кто-то, лишь отдаленно на меня похожий.
— Ты очень красивая, — Даррен незаметно подошел сзади и обнял меня за плечи. Теперь в зеркале стояли двое — я, едва достававшая эльфу до плеча, и темный, с каким-то странным выражением лица разглядывающий меня через отражение.
— Ты тоже, — смутившись, я вывернулась из его теплых рук и затушила свечи. — Спокойной ночи.
— Сладких снов, Арабеска, — мне показалось, или слова прозвучали совсем близко? Я обернулась, но дроу в комнате уже не было.
Уснуть сразу не получилось. Я долго ворочалась на печи, вспоминая тот странный взгляд Даррена, когда я вылезла из озера. Что-то в нем было такое, что заставляло сердце испуганно замереть и тут же начать биться с утроенной силой. Темно-красные глаза эльфа не шли у меня из головы. Смирившись с поражением, я призналась самой себе — будь у меня возможность что-то изменить, я бы все равно согласилась на это пари. И от этого становилось еще страшнее.
Утром я обнаружила, что Даррен еще спит. Мысленно вздохнув, я принялась за приготовление завтрака. Растопила печь, поставила вариться яйца, вытащила из погреба крынки с кефиром и морошковым вареньем и принялась печь оладьи. На запах из комнаты выбрался дроу.
— Доброе ут… ты в платье?
— И тебе доброе утро, — я отвлеклась от готовки. — Мне сегодня лечить Варишу, а у нее несколько консервативные взгляды на внешность женщины. У старухи и так характер не сахар, а уж если чем-то недовольна…
— А я думал, это для меня, — эльф устроился на высоком стуле и прямо из крынки глотнул кефир.
— Даже не мечтай. У меня это единственное платье, и надеваю я его только для походов к вредной мумии.
К слову, платье мне очень нравилось. Не будь я охотником, с удовольствием постоянно ходила бы в таких. Широкая темно-синяя юбка в сборку, квадратный вырез и широкие рукава, собиравшиеся в манжету на запястье. Под него я, как обычно, надела бледно-голубую рубашку, закрывающую горло, и такого же оттенка платок на голову. Завязывала я его на южный манер, как когда-то меня научил караванщик Алир Шейн — несколько раз обернув вокруг головы и оставив длинные концы свисать на плечо из узла сбоку. Вариша каждый раз сокрушалась над этой манерой, но я, напугав ее рассказами про падающих в лесу на голову насекомых, смогла отстоять свою правоту.
— Вот, — я водрузила на стол большое блюдо со свежими оладьями. — Я побежала в деревню, раньше начну, раньше выберусь оттуда.
Темный внезапно взял меня за руку и поднес ее к губам.
— Почаще носи платья, ладно?
Я, не найдясь с ответом, выскочила на улицу.
Я практически бежала по лесу в надежде остудить горящие щеки. Почему, почему меня так взволновало мнение дроу? Я же хотела, чтобы он ушел! Боялась не устоять перед уловками темного, как когда-то не устояла моя мать! А теперь?.. Он получит свое и сгинет, навсегда забыв про существование маленькой северной деревеньки, а я останусь здесь, в одиночестве! Опять! Он не знает, кто я, а когда узнает, уйдет! Так же, как ушел Элендир. На что я надеюсь? «Такую как ты? Любить? Радуйся, что я обратил на тебя внимание!» Почему я вообще так много думаю об этом несносном эльфе?!
— Лесная, ты чего несешься, как лосиха во время гона? — окликнул меня голос. Притормозив, я огляделась. Надо же, сама не заметила, как добралась до деревни. Назар, крепкий тридцатипятилетний мужик, часто на досуге промышлял охотой на кабана. Мы с ним регулярно встречались в лесу. Похоже, я пробежала мимо него, даже не заметив.
— Извини, задумалась, — я решила немного задержаться и оттянуть встречу с Варишей. — Как дети?
— Помогают, — засветился гордостью отец. — Старший уже арбалет сам заряжает, а младшенькая за домом приглядывает. Только тяжко им, без мамки-то.
— Так найди им ее, все девушки деревни по тебе тайком вздыхают, — улыбнулась я. Жена Назара умерла вскоре после родов Настасьи — их младшей дочери. Шесть лет Назар жил только ради своих детей, но в последний год я все чаще слышала от него подобные разговоры.
— Да зачем мне девка молодая неразумная, — махнул рукой охотник. — У меня одна такая по дому бегает, скоро невестой станет. Мне бы женщину сильную, мудрую — чтоб и с хозяйством справилась, и дочь смогла чему полезному научить. Врачевать, например.
— Врачевать и я ее могу научить, лет через пять, когда подрастет. А насчет хозяйства… Ты попробуй, найди здесь девушку, которая с чем-то по дому не справится.
— Да каждая вторая! Птицу ощипать еще могут, а покажешь кабана — не знают, с какой стороны к нему подойти. Вот ты, Лесная, кабана освежевать умеешь?
— Умею, — кивнула я. — И кабана, и волка, и лося, если придется.
— Вот! — довольно воскликнул Назар. — А они не умеют! Как таким дом-то доверить?
— А ты научи, — подсказала я. — Я же тоже не сама к этому пришла.
Назар, как мне показалось, немного расстроился, когда я попрощалась. У меня же впереди была встреча со стихийным бедствием этой деревни — Варишей.
— … и боль такая, знаешь, будто кости крутит, — охала старуха, пока я заваривала обычный травяной чай. Магические способности я от деревенских скрывала, в тяжелых случаях сваливая ответственность за выздоровление на «чудодейственные травы».
— Я как согнусь от боли, а тут глядь — Рыска из Тимьянова двора выбегает, да счастливая такая, что летит, никого не замечая. И меня не заметила. Я-то притаилась, за забором спряталась, а тут Марьяша в тот же двор — к Тимьяну-то. И вышла оттуда только через час, такая же радостная. Вот, что творится-то! Средь бела дня!
— Настоящий кошмар, — поддакнула я, неособо вслушиваясь. Запас трав я оставила, сил в старуху влила — месяц ничего болеть не будет. А там и чай к концу подойдет.
— Но ты-то, хоть и старовата, а все же замуж тебе надо, — неожиданно выдала Вариша. 
Как тебе вдовец наш, Назар? Мужик рукастый, хозяйственный, и по возрасту тебе подходит. Кто ж еще, прости, тебя, старую деву, замуж возьмет?
От таких речей я чуть не уронила стакан с чаем. Я? Старовата? Да мне всего чуть больше трехсот! Тут же пришлось себя одернуть — я живу в Кривых Холмах десять лет, и пришла сюда уже взрослой на вид. Значит, местные считают, что мне лет тридцать? Действительно, по человеческим меркам старая дева. И если Вариша заметила, значит скоро и другие поймут, что я совсем не меняюсь… Кажется, нашлась еще одна причина перебраться на новое место.
Вариша истолковала мое молчание по-своему.
— Задумалась? Правильно, девонька, задумалась. Пролетит твоя молодость в лесу — сама не заметишь. А Назар-то давно на тебя поглядывает, да подойти боится. Уж больно грозная ты у нас воительница.
Так значит, он не просто так каждый раз один и тот же разговор заводит? Надо бы с ним быть поосторожнее — как бы домой ко мне не пришел свататься.
Представив, как вместо меня Назару открывает Даррен, я не удержалась и хихикнула.
— Вот и умница, раз радуешься! Если б за мной такой видный мужик начал ходить, я бы тоже от счастья смеялась! — не закрывала рот старуха. — Так когда свадьбу играть будем?
— Что? Какую свадьбу?
— Вы с Назаром теперь когда поженитесь? Ты, девонька, не затягивай, упустишь еще счастье свое.
— Знаете, мне пора, — я стала торопливо собираться, пока Вариша, разговаривая сама с собой, не придумала новую новость.
— Арт!
Высокий светловолосый эльф обернулся. К нему спешила девушка — миниатюрная, с утонченными чертами лица и блестящими на солнце темно-русыми волосами. Его любимая.
— Что такое, Хелинуэтиль[7]?
— Мне сказали, что зимой ты отправляешься в Мардрен! Это правда?
Маг вздохнул. Вот у кого такой язык длинный?
— Да, фиалка, — он взял эльфийку за руку и повел к дворцовому саду. Незачем лишним ушам слушать их разговор.
— Надолго? — на милом личике проступило разочарование.
— Как получится, любимая, — Артаниэль ласково погладил девушку по волосам. — Может, на несколько дней, а может даже на месяц…
— На целый месяц? — Хелинуэтиль нахмурилась. — Можно мне с тобой? Ведь я тоже сильный маг! Уверена, никто не станет возражать против моего участия!
— Зачем это тебе? Я отправляюсь с исключительно дипломатическими целями. Не будет ни балов, ни театров, ни каких-либо других развлечений. Тебе там будет скучно!
— Ну и что? — капризно возразила девушка. — Зато я буду рядом с тобой! А вечерами мы сможем гулять по Мардрену, вместе!
— Твоя красота будет меня отвлекать, — попытался возразить маг. — Передо мной стоит сложная задача — привлечь на свою сторону драконов. Ты же знаешь, как редко эта раса выходит на контакт. Из драконов могут выйти замечательные союзники, если вдруг люди развяжут очередную войну.
— С чего им это делать? После совместной атаки дроу и гномов люди еще долго будут приходить в себя!
— Ошибаешься, милая — эльф мимоходом сорвал веточку жасмина и закрепил ее в волосах подруги. — Люди плодятся с огромной скоростью и уже практически оправились от последней войны. И в наших интересах проследить, чтобы они не затеяли новую.
— Ты так и не ответил мне, — Хэлинуэтиль остановилась и уперла руки в бока. — Возьмешь ты меня с собой или нет? Учти — если нет — я очень сильно обижусь!
— Я посмотрю, что можно сделать, — Артаниэль прижал девушку к себе, надеясь, что она не увидит выражение его лица. Нет, он очень любил свою фиалку, но совершенно не собирался тащить ее в такую даль!
— Я выиграл, не так ли? — расслабленно улыбнулся эльф после ужина.
Я поперхнулась вставшим поперек горла пирогом. Что же за день сегодня такой! Как-то неожиданно пришло понимание того, какую фантазию может проявить темный, в течение нескольких дней являвший собой образец выдержки. Хотя у меня оставалась еще одна попытка:
— Ну мы же спорили только на поцелуй? — невинно улыбнулась я.
На секунду мне показалось, что уловка сработала. В глазах Даррена всего на мгновение промелькнуло все то, что (и уверена — успела заметить, в каких позах) он хотел бы со мной сделать. Но дроу не был бы дроу, если бы попался.
— Всего лишь поцелуй, — смиренно согласился эльф. Я проиграла окончательно.
— Хочу показать тебе часть твоего дома, в которой ты еще не была, — темный распахнул дверь на улицу, впустив в кухню прохладный осенний воздух. Ворот темно-синей сорочки был развязан, открывая гладкую грудь, распущенные волосы разметались по плечам. Небрежно накинутая кожаная куртка и узкие брюки подчеркивали стройность высокой фигуры. Было бы можно — непременно бы влюбилась.
— Какой дом? А луна? — недоуменно переспросила я, не торопясь выходить навстречу непредсказуемому эльфу.
Небольшая отсрочка, которую я получила, сославшись на условия пари, закончилась. К своему ужасу, других путей к отступлению я не видела.
Запас терпения Даррена за эти три дня явно истощился, потому что дроу, за секунду оказавшись рядом, подхватил меня на руки и понес к выходу.
— Будет тебе луна, охотница, — мурлыкнул мне на ухо улыбающийся темный.
Даррен вынес меня на улицу, и, не сбавляя шага, обошел вокруг дома. Я окончательно перестала что-либо понимать, но эльф неожиданно прыгнул и мягко приземлился на соломенную крышу.
— Как ты…? — от изумления у меня не нашлось слов.
— Немного физической силы, крупица магии и невероятная ловкость, — похвастался довольный моей реакцией дроу. — Идем.
Рядом с дымоходом было расстелено большое одеяло из запасов лесника. Еще одно, не менее широкое, лежало сверху. Даррен помог мне сесть на покатую крышу и улегся рядом. Зачем было нужно второе одеяло я поняла, как только ледяной ночной ветер забрался под тонкую куртку.
Над высокими деревьями, закрывая луну, висела большая серая туча. Мелькнула малодушная мысль отложить выполнение условия спора до более хорошей погоды, но я отмела ее. Все-таки, победа темного была более чем честной. И, хотя признаваться в этом не хотелось, близость дроу меня волновала. Мне было интересно узнать, как целуется этот самоуверенный нахал. Вдруг он сможет заставить меня забыть те, другие поцелуи в Дивном Лесу?
Желание, подкрепленное магией, и вот туча сбегает за горы, подгоняемая теплым южным ветром. Эльф одобрительно хмыкнул:
— Я был почти уверен, что ты решишь сбежать.
— Я думала об этом.
Темный молча притянул меня к себе. Спиной я ощущала биение его сердца, а каждая клеточка тела жаром отзывалась на легкие прикосновения дроу. Он что-то рассказывал про звезды и созвездия, показывая на сверкающее небо. Я почти не слушала. Всей душой я растворилась в таком знакомом и в то же время совершенно новом чувстве. Одной рукой Даррен обнимал меня за талию, а другой нежно провел по щеке, спустился на шею, пальцем обрисовал линию ключиц… Я плавилась от невинной ласки, понимая: попроси он большего, я не захочу отказать.
— Не передумала? — обжигающее дыхание коснулось моего уха. Я чуть не застонала — мои кончики ушей такие же чувствительные, как у чистокровных дроу. Вместо этого я чуть прикусила палец темного, нахально исследующий мои губы.
В следующую секунду я оказалась крепко прижатой к крыше, а эльф навис надо мной. Серебряные волосы шторкой закрыли нас от остального мира. Остались только я и Даррен. Так же медленно, дразня, темный склонился к моим губам. Едва прикоснулся, чуть провел языком, словно пробовал на вкус. И тут же настойчиво приник ко мне, смешивая наше дыхание, чуть отстраняясь, чтобы нежно прикусить, и вновь проникая глубже. Горячая волна, зародившаяся внизу живота, прокатилась по телу, лишая воли и памяти. Я растворялась в умелом поцелуе дроу. Казалось, сладкая пытка длилась вечность.
— Всего лишь поцелуй, не так ли? — хрипло, не отрываясь от моих губ, рассмеялся эльф.
Я открыла глаза. Луна, висевшая точно над нами, успела скрыться за деревьями. Это сколько мы пролежали? Я пыталась успокоить сбившееся дыхание. Широкая юбка была задрана, а Даррен нежно поглаживал мою ногу, лежащую на его бедре. Мои руки заблудились под тонкой рубахой темного.
— Всего один поцелуй, — повторил дроу, укутывая меня в одеяло. — В следующий раз буду спорить на десяток.
— Доброе утро, фея, — обернулся ко мне Даррен.
Я ошалело оглядела кухню. На столе появился яркий букет осенних цветов, а эльф, закатав рукава новой, черной с серебряной вышивкой сорочки, разделывал жирного кролика.
— Караван Шейна пришел вчера вечером. Завтра он отправится в Черную Гавань, а ближе к концу осени снова вернется и пойдет на юг, — доложил темный. — Я к нему уже наведался, и Алир согласился ради старого друга показать товар ночью.
— Ты знаешь Алира? — я спрыгнула с печи и сунула нос в букет красно-оранжевых астр. Обожаю цветы!
— Я часто ходил с его караваном, — ответил дроу и, заметив мой удивленный взгляд, пояснил: — Я наемник, Раби. Гораздо приятнее получать деньги за путешествия, чем охранять какого-нибудь отъевшегося лорда.
— Как ты меня назвал? — я растопила печь и доверила приготовление завтрака эльфу. А что, раз он все равно этим уже занимается?
— Раби, по-моему тебе идет это имя, — усмехнулся темный.
Я задумалась. Раби действительно звучало лучше, чем Арабеска или Ар. Как-то по-домашнему, что ли.
— Тогда ты будешь Даром, — я неосторожно прошла мимо дроу и тут же оказалась прижата к стенке.
— Дар? Неужели я настолько желанный… — он усмехнулся, — подарок?
— Подарок? Не-ет, ты именно дар! — эльф подозрительно прищурился и я поспешила оправдать его ожидания: — Получен неожиданно и в большом объеме, как дары в храме Светлого Бога. А главное, ни жрецы, ни сам Бог понятия не имеют, что с этими подношениями делать!
— Значит, я большой и бесполезный? — жарко выдохнул мне на ухо Даррен и легко провел губами по шее. Память тут же услужливо показала события вчерашней ночи.
— А еще нахальный и приставучий, — я выскользнула из объятий темного, пока он не успел заметить мое смущение. Определенно, в полюбившейся мне игре «доведи дроу» произошла смена ролей. И теперь стоило быть намного осторожнее.
— Лорд Артаниэль!
Эльф обернулся. В дверях, склонив голову, стоял паж.
— Я слушаю.
— Советник Науриэль хочет вас видеть!
— Передай, я скоро приду, — Арт дождался, когда мальчишка уйдет, и вздохнул. До отправления в Мардрен еще вся осень, а проблемы, кажется, нашли его уже сейчас!
Стараясь привести в порядок мысли, эльф направился в тронный зал. Неприметная дверь в дальней стене привела его в просторную комнату, уставленную стеллажами с древними свитками. Его здесь уже ждали.
— Доброго дня, отец, — поклонился маг. — Ты звал меня?
— Разумеется, — чуть поседевший, но все еще крепкий советник отложил книгу. — Мне донесли, что у тебя вот-вот появится попутчица.
Артаниэль мысленно застонал.
— Хель очень хочет отправиться в Мардрен со мной. Я придумаю, как уговорить ее остаться…
— Хель отправится с тобой, — перебил его Науриэль. — Иногда я думаю, что слишком рано передал тебе пост Верховного Мага — нужно было сначала тебя женить. Не спорь, в работе ты слишком похож на меня — забываешь обо всем на свете… Хелинуэтиль не будет ждать тебя вечно. Если любишь — надень ей обручальный браслет. Мне не важно, где ты это сделаешь — в Дивнолесье или в Мардрене. Но к вашему возвращению, я надеюсь, вы будете помолвлены.
— Но, отец…
— Я сказал — не спорь. Не хочешь жениться — скажи об этом Хелинуэтиль и прекрати морочить девушке голову. Хочешь быть с ней — сделай для этого хоть что-то.
— Значит, к нашему возвращению Хель будет моей невестой, — вскинул голову эльф. Расстаться с фиалкой? Ни за что! Они вместе почти всю жизнь! Действительно, давно пора было сделать ей предложение!
— Так-то лучше, — Науриэль улыбнулся. — Совсем хорошо будет, если вскоре после свадьбы вы обеспечите мне наследников. Я даже не расстроюсь, если они родятся немного раньше срока. Это уже на ваше усмотрение. Кто знает, сколько вы пробудете в Мардрене?
Через час из кабинета Первого Советника вышел задумчивый Артаниэль. В голове эльфа вертелись отнюдь не перспективы союза с драконами, или, как многие во дворце могли бы подумать, проблемы предстоящего визита в Мардрен. В светлой голове Верховного Мага Дивнолесья была лишь одна мысль — как и когда преподнести Хелинуэтиль обручальный браслет?
— Привет, Ар! — окликнул меня низкий голос. Не успела я обернуться, как оказалась стиснута в стальных объятьях оборотня.
— Марк! Пусти! — пискнула я, чувствуя, как похрустывают мои ребра.
Светловолосый воин за время летних странствий обзавелся приятным золотистым загаром. Вообще, с первого взгляда трудно было узнать в нем оборотня, а со второго — практически невозможно. Курносого, с большими шатрезовыми глазами и широкой обаятельной улыбкой, Маркуса можно было принять скорее за пройдоху-балаганщика или баронета мелкой руки. Да и со звериной половиной оборотня мне так и не довелось встретиться, а его загадочная ухмылка в ответ на прозвище — Волчок — наводила на мысль, что это совсем не волк.
С Марком мы познакомились пять лет назад. На караван Шейна напали орки, многие были ранены. Тяжелее всего пришлось оборотню, поймавшему арбалетный болт в живот. Его так и принесли ко мне в дом — с торчащим, как мачта парусника, древком. Алир тогда ушел на северо-восток, к Черной Гавани, а Маркус остался у меня. Весь месяц я его выхаживала. Оборотни очень плохо восприимчивы к магии, поэтому рана постоянно открывалась, не желая затягиваться. Отмыть до конца кровь с деревянного пола я так и не смогла — на память о нашем знакомстве под плетеным ковром у печи остались багрово-коричневые разводы. Марк тогда все-таки выжил, но в этом, скорее, была заслуга сильного звериного организма, нежели моя. Зато друзьями мы стали самыми настоящими, да и Шейн с тех пор относился ко мне, как к близкому человеку.
— Приходи к лагерю вечером, а? Я настойку эльфью привез, из Красной Гавани. Не представляешь, чего стоило ее сберечь!
— Обязательно, — заверила я оборотня. Посиделки с караванщиками были той единственной радостью, какую я могла себе позволить в негостеприимном северном краю. А так как Шейн — самый настоящий южанин, значит будут и песни под гитару, и танцы… И эльфийская настойка.
— Доброй дороги под копыта твоих коней, Алир, — задорно крикнула я традиционное южное приветствие.
— Прекрасная лесная богиня снизошла в наш мир, — улыбнулся, показав идеальные белые зубы, южанин. Алир был полной противоположностью Маркуса — смуглый, невысокий, плотный, с выпирающим животиком. Черные коротко стриженные волосы торчали в разные стороны, а хитрый прищур темных глаз терялся на фоне крупного орлиного носа. И все-таки было в караванщике свое, внутреннее обаяние, которое затмевало все внешние недостатки.
— Слушай, красавица, поехали с нами, да? — завел свою обычную шарманку Шейн. — Я говорил и опять скажу — не место такой женщине в глуши! Ну кто тебя здесь найдет? Тебе замуж надо, деток рожать, да! Вай, красивые детки будут! Лучшие женихи столицы за тебя драться будут! Не дело женщине в лесу белок считать!
— Рано мне деток, — покачала я головой. Почему всех так неожиданно взволновала моя одинокая жизнь? — Да и без драк обойдусь, а то лечи потом горе-дуэлянтов.
— Так озолотишься, Ар! — посоветовал Маркус, и стоящие рядом торговцы его поддержали дружным хохотом.
— Шейн, а я к тебе по делу, — намекнула я, и мигом собравшийся караванщик разогнал помощников. — Платье хочу, как в крупных городах носят. Найдется у тебя такое?
— Здесь такую одежду носить некому, — Алир головой кивнул в сторону деревни. — Но это не значит, что я ничего не привез, — хитро улыбнулся южанин. — Какое хочешь?
— А как южные женщины платья подбирают? — растерялась я. О моде я знала только, что она есть. Все-таки, даже юбку я надевала лишь для похода в деревню — по лесу в таких тряпках не побегаешь.
— Чтобы глаза подчеркнуть, — Шейн заглянул мне в лицо и тут же удивленно хмыкнул себе под нос: — Надо же, как он с цветом угадал, а я не верил.
— Чему не верил? — расслышала я только окончание фразы.
— Знаешь, красавица, во всех северных городах только у тебя такие яркие фиалковые глаза, — задумчиво протянул торговец.
— Ну фиолетовые, и что? — я не понимала, к чему клонит караванщик. Но тот, кажется, решил не развивать тему.
— А то, что у меня точно для тебя что-то есть! — Алир гордо распахнул один из сундуков и вытащил нечто… прекрасное!
Нежно-сиреневое, цвета лепестков аниса, платье с юбкой-клином, узкими длинными рукавами и неглубоким вырезом-лодочкой было отделано серебряным цветочным узором. Длинные концы серебристого пояса, продетые в изящную пряжку, свисали до пола. И тонкая, почти невесомая ткань не оставляла сомнений — стоило платье безумно дорого.
— Шейн… Где в этой глуши, по твоему, я должна ходить в таком произведении искусства? — укоризненно посмотрела я на южанина. — Да оно порвется, не успею я дойти до дома!
— Не порвется, и не даст замерзнуть, — похвастался торговец. — Тончайшая шерсть, эльфийская работа!
— Ограбить меня решил? — прищурилась я. — И сколько ты за него хочешь?
— Два золотых! И ни монетой меньше!
— Да ты… — я задохнулась от возмущения. — С чего такая щедрость? Оно не меньше двадцати стоит!
— В Дивнолесье — может быть, — покаялся Алир и затараторил: — Только я его второй год в сундуке по всем городам вожу — и никто не берет! Размер слишком маленький, ни одна нормальная женщина в такой не влезет. А кто сумел застегнуть, тому щиколотку едва прикрывает, да! Кто девочкам купить хотел — не брали, платье-то на женщину рассчитано, с нормальными женскими формами, — караванщик волнообразным жестом показал, какие формы считает «нормальными». Как-то выходило, что мне капризное платье велико будет.
— И ты надеешься, что мне оно подойдет?
— Я в этом уверен, красавица, — показал зубы Шейн. — Иди в шатер мерить, и пока не втиснешься — не возвращайся, да!
Подбодренная напутствием южанина, я убежала в его шатер. Что и говорить, примерить волшебный наряд хотелось безумно. Я уже представляла, как удивится Даррен, увидев меня такой… Стоп! Я что, собралась для него наряжаться? Ну уж нет! Вот сегодня же надену это платье и приду к караванщикам веселиться! Да хоть бы и с Маркусом танцевать. А эльфу сюда нельзя, его деревенские заметить могут.
Успокоив совесть и твердя про себя, как мантру, «это-не-для-дроу», я облачилась в шедевр эльфийских рукодельниц. Алир в очередной раз оказался прав — платье село идеально. Поняв, что с двумя золотыми придется попрощаться, я столкнулась с новой проблемой: под такой наряд мои грубые, но удобные сапоги совершенно не подходили.
Шейн не был бы преуспевающим торговцем, если бы за пять лет не изучил меня и мой гардероб. Стоило мне выйти из шатра, как он уже протягивал мягкие темно-серые сапожки с шнуровкой до колена и изящными ремешками вокруг щиколотки с серебряными пряжками.
— Тоже эльфийские? — подозрительно спросила я. Южанин кивнул. — И никому не подошли? — опять кивок. — И сколько ты за них хочешь?
— Обещание, что к моему возвращению из Черной Гавани придешь хвастаться тремя обновками, — хитро прищурился караванщик.
— Что еще ты хочешь мне всучить? — с интересом спросила я. Если сегодня день эльфийских подарков — я только за!
— Больше ничего, красавица — Алир развел руками. — Вот в конце осени увидимся и посчитаем, да?
— Договорились, — согласилась я, отсчитывая пятьдесят серебрушек. Что поделать, золота у селян не водилось — расплачивались со мной, чем могли.
— Ты долго, — встретил меня дома темный.
— Зато с обновками, — похвасталась я, помахав перед его носом свертком с платьем. — Как твоя спина?
— Намного лучше, но я бы попросил позволения остаться до конца осени.
— Да хоть зимуй, — махнула я рукой и стала укладывать платье в сундук. — С селянами проблем нет, угроза прошла мимо. Теплое озеро в нескольких минутах ходьбы, полный дичи лес вокруг. Придется, разве что, почаще на охоту выбираться, но так даже интереснее. Зимой здесь совершенно нечего делать, только и остается, что книги читать да по лесу с арбалетом бегать.
— Значит, хочешь, чтобы я долгими зимними ночами скрашивал твое одиночество? — раздался тихий голос за моей спиной. Сильные руки обхватили меня за талию и прижали к крепкой мужской груди. Я порадовалась, что эльф не может видеть моего лица. Слишком сильным было искушение ответить «да» и посмотреть, что из этого получится. Но я так и стояла, прижавшись спиной к Даррену, ловя и запоминая каждый миг этой неожиданной идиллии.
— Госпожа охотница! — вопль за дверью заставил меня вздрогнуть и распахнуть глаза. Я бросила испуганный взгляд на дроу, и он, поняв все без слов, скрылся в спальне. — Госпожа охотница, помогите!
Я вышла во двор и чудом удержалась на ногах, когда чумазый и заплаканный Митька, сын одного из селян, вцепился в меня обеими руками.
— Госпожа охотница! — продолжал хныкать мальчишка, — Помогите! Там тятька… Он с крыши упал, госпожа охотница!
— Бегать умеешь? — строго спросила я у паренька. Митяй от удивления прекратил голосить и кивнул. — Тогда слезы вытирай и бегом домой. Я сейчас нужное возьму и сразу за тобой приду.
Ребенок еще раз кивнул и шустро потрусил в сторону деревни. Я прикинула его скорость — минут за семь доберется, наверное. Пешком до моего дома было около двадцати минут, но шустрому парню такое расстояние — не помеха.
— Госпожа охотница? — хмыкнул мне на ухо неизвестно когда появившийся эльф.
— Никак их отучить от этой привычки не могу, — улыбнулась я и тут же помрачнела. — Лучше «госпожа охотница», чем «поганое темное отродье». Здесь меня, хотя бы, уважают.
Даррен ничего не ответил. Я закрыла глаза и, слившись с окружающей природой, стала менять реальность. Зацепив одну из тайных тропинок, я потянула ее и несколько раз сложила пополам. Теперь до деревни я могла добраться за минуту быстрого шага, а вот Митяю придется бежать вдвое больше. Ничего, он молодой, даже не заметит. Помахав рукой дроу, я устремилась в лес.
Вашут, отец Митяя, был окружен толпой заботливых родственников. Помня мой давешний наказ «переломанных» ни в коем случае не трогать, жена, теща, мать, две сестры с мужьями и четверо детей только сновали вокруг, создавая невообразимый гвалт, и ужасно мешались. Чтобы разогнать этот базар, пришлось даже рыкнуть. Вашут же, решивший перестелить солому на крыше, но не удержавшийся на крутом скате, отделался легким испугом, синяками и переломом руки. Быстро зафиксировав перелом и ускорив регенерацию, я засобиралась домой. Нужно было срочно распутать тропинки, пока еще кто-нибудь не решил нагрянуть ко мне в гости и не заметил неладное.
По давней традиции семейство Вашута надавало мне разнообразной снеди, так что проблема с обедом была решена. А вот оставить Даррену приготовление ужина мне не позволила совесть — все-таки, он мой гость, значит и мне его кормить. А что с его появлением чаще случалось наоборот… Ну не могу я устоять перед вкусно приготовленной птицей! А стреляю я недостаточно хорошо, чтобы регулярно на них охотиться.
Пока я запекала картошку с мясом горного козла, мои мысли снова вернулись к дроу, так нахально вторгшемуся в мою жизнь. Тех крупиц, которые он о себе рассказал, явно не хватало, чтобы понять, кто он. Эльф, судя по родовому имени — д'Раххэ — не из простых. Ко мне пришел из Тмира. Наемник, ходил с караванами — вот и все, что я о нем знаю. Сколько ему лет? Где его семья? Кто и за что хотел его убить? Почему он жил так далеко на севере? Ведь Тмир — далеко не центр страны. Все эти вопросы вертелись в голове не из простого любопытства. Мне мучительно хотелось знать — не попалась ли я, как наивная дурочка, на красивые уловки темного. Хотя, нет. Однозначно попалась. Отрицать уже поздно. И теперь необходимо выяснить, насколько болезненными для меня будут последствия.
— Заливная рыба? — Дар сунул нос в принесенный мной чугунок. — А на ужин что будет?
— Седло горного козла и картошка, — улыбнулась я, наблюдая, как дроу уплетает поздний обед. Аппетит его за эти несколько дней совершенно не уменьшился. Истощенный неправильным применением магии организм стремился восполнить потраченные силы.
— Снимай рубашку, — велела я, дождавшись, когда темный доест. Эльф, как обычно, медленно разделся и развернулся на стуле. Стоило мне подойти, как он демонстративно потянулся, заставляя жилистые мышцы перекатываться под темной кожей. Я, стараясь не обращать внимание на крайне привлекательную картину, принялась за лечение.
Несмотря на серьезность ранения, заживало на дроу все как… как на дроу. Еще дней десять-пятнадцать, и рана полностью затянется, не останется даже шрама. Я искренне боялась этого момента. Что тогда сделает Дар? Уйдет? Хотя о чем я говорю, конечно же уйдет. Кто по доброй воле останется в этой глуши? Тем более, он сам говорил, как ему здесь скучно…
— О чем ты опять задумалась? — вернул меня к реальности тихий голос дроу.
— Когда уйдешь отсюда, куда ты направишься?
Темный на секунду замер, а затем, потянув за руку, усадил меня к себе на колени.
— С чего такие вопросы?
— Вариша вчера назвала меня старой девой. Пока старуха лишь подсчитала, что мне должно быть около тридцати, а я живу одна. А если кто-нибудь заметит, что я не старею? В деревне только Ермила и Малика знают, что я наполовину дроу. Если догадаются остальные… К тому же, выяснилось, что не только Варишу озаботило мое незамужнее положение. Думаю, мне тоже пора отсюда уходить.
— Хочешь отправиться со мной? — улыбнулся темный.
— Я плохо знаю Шаурикум и еще хуже умею выживать в городах. Наверняка ты знаешь какую-нибудь деревеньку, где я смогу жить так же, как здесь.
— Что-нибудь придумаем, — эльф ласково провел пальцем по моей щеке. — Прямо сейчас ведь ты не собираешься уходить?
Я помотала головой. Даррен легко коснулся губами моей скулы.
— Ты что творишь? — я попыталась вывернуться, но не слишком старалась. Что со мной делает этот несносный дроу?
— Получаю свою награду, охотница, — выдохнул мне на ухо темный. — По поцелую каждый день, помнишь?
Не слушая возражений, эльф приник к моим губам. Да и что я могла возразить? Тем более, что быть проигравшей оказалось невероятно приятно. На этот раз Дар целовал страстно, напрочь сметая мои жалкие попытки (скорее, для успокоения совести, чем действительно желая оттолкнуть) ему сопротивляться. Я отвечала, как умела, и, судя потому, как сжимал меня в объятьях дроу, получалось у меня неплохо. От неожиданной боли я резко вдохнула, и темный тут же отстранился. Во рту появился металлический привкус.
— Кажется, я перестарался, — эльф с виноватой улыбкой провел пальцем по ранке на моей нижней губе. Я слизнула выступившую кровь.
— В следующий раз осторожнее кусайся, — проворчала я, стараясь скрыть смущение. Даррен засмеялся и провел языком по заостренным клыкам.
— Уже ждешь следующего раза, охотница?
— Да иди ты! — я оттолкнула дроу и выбралась из его объятий. — Меня в караване ждут.
— А я буду ждать тебя здесь, Раби, — донеслось мне в спину.
Только выскочив на улицу я поняла, что осталась в старом платье. Ну и ладно! Оно тоже красивое, а возвращаться домой и выгонять темного, чтобы спокойно переодеться в сиреневое… Нет уж!
Караван, как обычно, остановился на поляне за пределами деревни. Тесно сдвинутые повозки огораживали пространство вокруг костра, над которым на вертеле аппетитно шкварчал небольшой кабан. Судя по веселым разговорам, часть настойки уже была выпита.
— Привет тебе, краса лесная! — задорно крикнул Шейн.
Маркус махнул мне рукой и подвинулся, освобождая место на высокой повозке, придвинутой к костру практически вплотную. Я с удовольствием устроилась рядом.
— Ну, где моя гитара?
Наемники и торговцы довольно загомонили. Мои песни любили все, хотя я ничего особенного в них не видела. Я даже не старалась их писать — слова сами приходили на ум в нужный момент.
— Держи, Лесная, — протянул мне инструмент Глахэйн, искусный лучник и метатель ножей. Пару лет назад мы с ним соревновались, но мне никогда не удавалось сократить небольшой отрыв, с которым побеждал наемник.
— Для сугрева, — оборотень налил небольшую чарку настойки, которую я залпом выпила. Эльфийская брага с запахом смородинового листа и сладко-кислым вкусом обожгла горло. Наемники одобрительно зашумели.
Кроме меня эту гитару редко кто держал в руках, поэтому пришлось заняться настройкой. Пока я подтягивала струны, разговоры у костра стихли. Без предупреждения я ударила по струнам.
Есть такие дороги — назад не ведут.
На чужом берегу я прилив стерегу.
Паруса обманув, ветер стих навсегда,
Плоским зеркалом стала морская вода.
Обернуться бы лентой в чужих волосах,
Плыть к тебе до рассвета, не ведая страх,
Шелком в руки родные опуститься легко —
Вспоминай мое имя, прикасайся рукой.
Эту песню сухопутные караванщики очень любили. Уж не знаю, какие романтичные мысли навевали у них песни о море, но уверена, каждого второго, сидящего сейчас здесь где-то дома ждала любимая девушка или верная жена, готовая пойти за своим возлюбленным на край света.
Я по дну бы морскому навстречу пошла,
Только в компасе старом сломалась игла.
Парус стерся до дыр от палящих светил,
Да и ветер попутный меня невзлюбил.
Ветер, брат ты мой, ветер, за что осерчал?
Хороню в себе боль и венчаю печаль.
Бурунами морскими пробежать нелегко —
Вспоминай мое имя, прикасайся рукой.
Глахэйн украдкой сжал медальон, выглядывающий из ворота рубашки. Кто-то задумчиво смотрел на костер, пытаясь в танце пламени разглядеть — что там, в далеких землях?
Третий год я зову — только эхо в ответ,
Обманул меня ветер, запутал твой след.
Только сталь твоих глаз не забыть никогда,
А в груди ледяная морская вода.
Обернуться бы лентой в чужих волосах!
Плыть к тебе до рассвета, не ведая страх,
Шелком в руки родные опуститься легко —
Вспоминай мое имя…
Прикасайся рукой[8]
— А ты, красавица, на чьи следы смотришь? — неожиданно спросил Алир, когда я закончила петь.
Я машинально коснулась длинной косы, которую так и завязывала шнуровкой Даррена. К караванщикам я, не таясь, выходила без платка. Поняв, что опять вспоминаю дроу, я мысленно себя обругала.
— На орочьи, Шейн, исключительно на орочьи, — криво улыбнулась я. — Работа у меня такая.
— И орки эти тебе такую ранку интересную оставили, — усмехнулся южанин. Я машинально прикоснулась к «подарочку» от Дара.
— Это клыком, — вздохнула я. — Пациент тяжелый попался, с характером. Столько сил на него уходит! — и ведь не соврала ни слова!
— Не слушай его, это он все повод ищет тебя с собой забрать, — хохотнул Маркус и протянул мне очередную наполненную кружку. — Лучше спой еще что-нибудь.
Я спела новую песню про кота, заманивающего волшебной флейтой доверчивых девушек в кусты. На словах «…от большого чувства всхлипывали мыши»[9] наемники разразились дружным смехом. После еще нескольких задорных песен оборотень отобрал у меня гитару и вручил ее Радмиру, а мне взамен сунул в руки вновь наполненную кружку. Северянин Радмир красивым, низким голосом, напел такие скабрезные частушки, что в пору было сгореть от смущения. Набиравшее обороты веселье через несколько часов после полуночи разогнал сам Шейн, напомнив, что завтра в полдень снова выходить в дорогу. Я же почти ровной походкой отправилась к себе домой.
Раним утром я подскочила от непонятного тревожного чувства. Растеряно оглянувшись, я не сразу поняла, что меня так насторожило. В кухне было темно и тихо, за стеной в спальне спал дроу — прислушавшись, я могла различить его дыхание… Закрыв глаза, я стала одну за другой проверять тропинки вокруг деревни, и на северо-востоке, недалеко от тракта, обнаружила боевую восьмерку орков! Но чтобы там оказаться, им нужно было перейти ущелье вечером и идти всю ночь! Зачем дикому племени такие сложности?
Поняв, что горные твари никуда не двигаются, я немного успокоилась. Пойду с Шейном по тракту, сверну в лес и устрою незваным гостям теплый прием. Решив так и поступить, я спустилась и принялась готовить завтрак.
Почти сразу из комнаты показался Даррен. Чует он, когда я готовлю, что ли? Пожелав мне доброго утра, эльф скрылся на улице, а через минуту я услышала громкий плеск. Опять мне запруду у колодца устроил!
— Ты не против немного прогуляться с караваном? — спросила я, когда темный, выжав у двери большую лужу со своих волос, устроился на стуле.
— Выгоняешь меня? — прищурился дроу.
— Даже не мечтай! Недалеко от тракта гуляют орки, приглашаю размяться.
— Тогда не против, — кивнул мне Дар. — Драться мне уже можно?
— Даже нужно, — заверила его я. — Больше будешь разгонять кровь — быстрее затянется рана. Идешь со мной? Отлично, выходим в полдень. Мне еще нужно зайти к старосте и предупредить Алира. Если я за тобой не успею, встретишь нас на выходе из деревни?
Темный кивнул, а я, счастливая непонятно из-за чего, убежала в деревню.
Алир моему предложению отправиться с ними обрадовался, а староста, наоборот, принялся ворчать, что я последнее время только и делаю, что по лесу бегаю. Не слушая его брюзжание, я махнула рукой и направилась домой.
На полпути меня опять перехватил Назар.
— Стой, Лесная! — с обаятельной улыбкой заступил дорогу охотник.
— И тебе дня доброго, — после разговора с Варишей к вдовцу я относилась с подозрением. — Извини, тороплюсь! Караван в полдень уходит, надо успеть.
— Так караван в другой стороне остановился.
— Я за вещами, с ними пойду.
— Уходишь? — улыбка сползла с лица охотника.
— Только провожу, — заверила я, обходя его стороной. — Леса у нас, сам знаешь, какие опасные. Завтра вечером вернусь.
— Так давай я с тобой схожу, — снова заулыбался Назар. — Вдвоем возвращаться веселее будет.
Раньше меня это предложение не удивило бы. Опытный следопыт не раз предлагал мне свою помощь. Но теперь, помня слова Вариши (чтоб старой сплетнице язык скрутило!), я насторожилась.
— Сам знаешь, по лесу я предпочитаю ходить одна, — поспешно заверила я охотника и убежала. Нет уж, никаких совместных походов! А веселье, не сомневаюсь, мне Дар устроит!
Когда караван обогнул деревню, я стала озираться по сторонам. Дроу, несмотря на обещание присоединиться, не появлялся. Через полчаса я начала волноваться. А вдруг он на кого-то из местных наткнулся? На того же Назара, почти живущего в лесу? Или что-то случилось? Или он слишком сильно забрал на северо-запад и забрел в болото?
Звук вытаскиваемых из ножен мечей я встретила почти с облегчением. Выглянув из повозки, я увидела темного, стоящего посреди дороги. Эльф скинул капюшон, и наемники тут же замерли. Первым опомнился Глахэйн.
— Даррен, ты что ли? — лучник опустил тетиву. — Жить надоело, под копыта кидаешься?
— И тебе не хворать, — дроу двинулся вперед. Некоторые из наемников покрепче перехватили оружие. — Боюсь, появись я сразу у повозок, кто-нибудь особо горячий попытался бы меня продырявить.
— Ты давно по тракту не ходил, — обрадовался попутчику Маркус. — Эй, это свои! Прячьте оружие! Как ты здесь оказался?
— Последнее время я здесь живу, — уклончиво ответил эльф. Ни слова неправды и ни слова полезной информации — теперь буду осторожнее, устраивая ему очередной допрос. И еще, судя по удивлению наемников, дроу, выбираясь за новой одеждой, показался на глаза только Шейну. Интересно, почему?
— Решил вернуться?
Дар покачал головой.
— Охотнице помочь пришел, — кивнул он на меня. — В лесу приятнее, чем на пыльной дороге.
— Это ты прав, — Глахэйн с мечтательной улыбкой растянулся на крыше повозки. Хорошее у лучника место — удобное и для боя, и для долгого перехода.
Темный, наконец, устроился рядом со мной.
— Волновалась за меня? — тихо спросил он.
— Еще чего, — фыркнула я. — Смысл? Ты нигде не пропадешь.
— У тебя на лице написано, что волновалась, причем сильно, — дроу незаметно сжал мою руку. — И, знаешь, мне это приятно.
Я ничего не ответила. Пытаться соврать эльфу было бесполезно — он читал меня, как открытую книгу. И, как обычно, он был прав — только с его появлением я успокоилась.
— Свернем здесь, — кивнула я в сторону леса через пару часов после обеденного привала. Дар молча спрыгнул с повозки и помог слезть мне.
— Алир! — крикнула я идущему позади караванщику. — Доброй дороги! Нам пора.
— Удачной тебе охоты, Лесная! И удачи тебе совладать с тяжелым пациентом, — хохотнул напоследок южанин.
Стоило ветвям ельника скрыть от нас шум каравана, как дроу устроил мне допрос.
— О каком пациенте Шейн говорил?
— Да так, попадаются всякие. Все силы на них выжимаешь, губы в кровь искусаешь, а там еще — работать и работать!
Темный сначала замер, а потом заржал:
— Так вот как ты ранку объяснила! А Алир внимательный, я думал, никто и не заметит.
— Никто и не заметил, — невольно улыбнулась я. — Шейн постоянно зовет меня немного южнее перебраться, вот и подмечает все. Смотри внимательнее, стоянка должна быть где-то здесь.
Дар моментально собрался и принялся внимательно изучать следы, но ничего обнаружить так и не удалось. Через час блуждания по лесу мы вышли на поляну. Кострище и вытоптанная трава явно указывали на то, что еще недавно здесь кто-то был.
— Раби, — позвал меня эльф. Я подошла к нему. — Я сейчас отвернусь, а ты пройдись вокруг поляны так, как умеешь — тихо и незаметно, — попросил он.
— Зачем?
— Хочу кое-что уточнить. Просто сделай, как я прошу, ладно?
Тихий голос темного мне совершенно не понравился, но тем не менее я сделала, как он просил. Спустя минуту дроу след в след за мной проделал тот же путь.
— И что это значит?
— Значит, дело не во мне, — Даррен еще раз обошел поляну. — На минуту мне показалось, что я разучился читать следы.
— С чего ты это взял?
— Оглянись. Ничего не кажется странным?
Я сделала очередной круг по поляне. Все было как обычно, разве что кроме…
— Как они сюда попали?
— И я о том же. — эльф присел рядом с кострищем. — И как ушли? Следы есть только на этой поляне. И либо орки научились летать, либо я ничего не понимаю. Можешь их поискать?
Я послушно закрыла глаза и потянулась к лесу. Никого постороннего ни рядом с нами, ни вдалеке не было.
— Никого. Такое ощущение, что они всю ночь сюда шли, потоптались на поляне, развели костер и ушли! Но зачем?
— Зачем и как, — уточнил темный, поднимаясь. — Мои глаза твердят мне, что с этой поляны никто не выходил. Давай двигаться отсюда, мне здесь не нравится.
Я согласно кивнула. Было решено не возвращаться на тракт, а идти домой через лес. И сейчас было самое время поискать полянку для ночлега.
Грэнхар лениво нежился в лучах полуденного солнца. Чешуя цвета аквамарина переливалась всеми цветами радуги. Сколько ему предстоит не видеть ни сверкающего моря, ни жаркого, всегда летнего солнца? Оказаться запертым в холодном человеческом городе! Знать бы, кому пришла в голову безумная идея отправить в Мардрен именно его! Дракон зарычал и хлестнул по воде длинным хвостом.
— Все бушуешь? — рядом с его скалой вынырнула, отфыркиваясь, золотистая морда Нариды. Дракониха, выбравшись на камни, приняла человеческий облик и обняла Грэнхара за шею.
Маг раздраженно мотнул головой, чуть не свалив статную, сильную девушку обратно в воду. Нарида была его подругой, делила с ним постель… Но порой она лезла совершенно не в свое дело!
— Все не так плохо, — дракониха погладила аквамариновую чешую, заставив Грэнхара блаженно прищурить глаза. — Для тебя это отличная возможность доказать Верховному, что ты прав.
— А ты как думаешь, кто из нас прав? — прорычал дракон и навис над девушкой. Нарида обняла его и поцеловала в чешуйчатый нос:
— Я буду на твоей стороне, даже если ты каждый день станешь менять свое мнение.
Фыркнув, Грэнхар улегся обратно на камни. Нашел, у кого спросить! Молодая драконочка всегда и во всем с ним соглашалась, будто покорная раба. И почему он до сих пор ее не прогнал?
Нарида, почувствовав, что маг не в настроении, сама соскользнула в воду, на ходу превращаясь в сияющего золотом зверя.
— Хватит жариться! — дракониха махнула хвостом и обдала греющегося змея веером брызг.
Грэнхар отряхнулся, разбрасывая далеко вокруг себя соленые капли. Какой несносной порой была эта девчонка! Но ее преданность забавляла. Нет, он не хотел ее прогонять. Пока.
— Два вниз, и двумя накрываемся. И не спорь. Здесь тебе не теплая пещера, и если я замерзну, грелка из меня тоже будет никакая!
Я сдалась. Дар натаскал лапника и соорудил мягкую постель под раскидистой елью. И, хотя я немного боялась ночевать с темным так близко, умом я понимала его правоту.
— Руки держать при себе!
— А когда я их распускал? — удивился дроу. Я задумалась, перебирая в памяти последние события… Ну да, как ни странно, эльф всегда держался в рамках приличий! Я изумленно посмотрела на него.
— Кажется, ты предвзято ко мне относишься, — ухмыльнулся темный, поймав меня в кольцо рук. — А я вроде не давал повода, — прошептал он и прикусил мочку моего уха.
— А это разве не повод? — я попыталась отодвинуться, но куда там! Проще стену сдвинуть.
— Это я хочу получить честно заслуженную награду! — мурлыкнул Даррен. — Поцелуй, Раби. Обещаю сегодня не кусаться.
— Ну? — вздохнув, я развернулась.
— Что «ну»?
— Целуй!
— Кхм… Сама целуй!
— Что-о?
— Как там звучал наш спор? — Дар сверкнул в темноте белоснежными клыками. — Ты будешь дарить мне по поцелую каждый день. Я жду!
— Ты!…
— Да, я. И, заметь, я все еще жду.
— Ты издеваешься надо мной!
— Ни в коем случае, — эльф довольно улыбался. Точно издевается! — Зато представь, какой простор для фантазии! Можешь делать все, что захочешь!
— Ты ведь не отстанешь, да? — обреченно спросила я. Темный покачал головой. Я, смирилась. Чтобы поцеловать дроу, пришлось встать на носочки. Дар услужливо придержал меня за талию.
Закрыв глаза, я прикоснулась к губам эльфа. Дразня, прикусила его за нижнюю губу — так, как это обычно делал он. Темный крепче стиснул меня, но оставил инициативу за мной. Так странно было действовать первой! Проникнув языком в его рот, я слегка укололась об острые клыки, но мне это даже понравилось. Все больше распаляясь, я заставляла Даррена отвечать мне и получала от этого настоящее удовольствие.
— Раби, — прошептал он мне в губы. — Раби, хватит. Если продолжим в том же духе, спать мы сегодня не будем.
Я отпрянула. Дроу пожирал меня потемневшим взглядом. Вздохнув, он прижал меня к себе.
— Знаешь, я ждал, что ты поцелуешь меня в уголок губ и объявишь условия выполненными. Но теперь я от тебя точно не отстану.
Утро встретило нас радостным щебетанием птиц. Открыв глаза, я обнаружила, что носом упираюсь в грудь Даррена, а темный спит, обвив меня руками и ногами. Стоило мне пошевелиться, как он открыл глаза.
— Доброе утро, — улыбнулся дроу.
— Доброе, — я попыталась потянуться, но у меня это получилось, только когда Дар встал.
— Завтрак у нас есть, а вот на обед и ужин хорошо бы кого-нибудь поймать, — обрадовал меня эльф, вороша угли. Костер за ночь почти прогорел, и темный искал закопанную с вечера картошку.
— Завтрак — это прекрасно, — я умылась водой из фляги и подсела к нему рядом. — Думала, что буду лечить тебя с утра, но раздевать тебя в такой холод мне не позволяет совесть. Придется потерпеть до возвращения домой.
— А что, не терпится меня раздеть? — Дар улегся мне на колени и протянул нож с гордо венчавшей его картофелиной. За лакомство я милостиво позволила ему использовать себя в качестве подушки.
— Конечно, — согласилась я. — Никогда не занималась лечением дроу. Ты, можно сказать, прорыв в моей работе!
— Я что, тебя только с этой точки зрения интересую? — темный от удивления перестал жевать.
— А с какой же еще? — развлекалась я. Можно сказать, жестоко мстила за потрепанные вчера нервы. — Я же не просто охотник, а почти целитель! И мне, как практикующему магу, важно знать, как отражаются на несчастных больных последствия моего колдовства… — я несла какую-то вдохновенную чушь, не глядя на эльфа. А зря.
— Значит, только как подопытный? — очень неожиданно мы с дроу поменялись местами. Теперь я лежала на земле, а он смотрел на меня сверху вниз.
— Ааа…
— И больше никак не интересую, — Дар большим пальцем обвел контур моих губ. — Совсем-совсем?
Уже понимая, что опять влипла, я из чистого упрямства помотала головой. Эльф усмехнулся.
— Даже так? — темный склонился и языком пощекотал чувствительный кончик уха. Дыхание у меня сбилось, и я обхватила дроу за плечи, пытаясь толи оттолкнуть, толи наоборот, крепче прижать его к себе.
— Или так? — Даррен продолжил пытку, нежными поцелуями прокладывая дорожку к вороту рубашки. Я откинула голову назад, подставив незащищенную шею.
— Ты все еще уверена, что я тебя не интересую? — сияющие глаза эльфа вновь показались передо мной. — Учти, если скажешь «нет», я продолжу, пока не смогу убедить тебя в обратном.
— Тогда, боюсь, нам опять придется ночевать в лесу. И я сейчас говорю не про сон, — воспользовавшись замешательством дроу, я вывернулась из его объятий, и, как ни в чем не бывало продолжила завтрак. Знал бы он, чего мне стоила эта невозмутимость!
Открывая для меня дверь дома, Дар снова вспомнил про этот разговор.
— Я так и не понял, было ли в твоем ответе больше, чем ты сказала, — я чуть не подпрыгнула от неожиданно раздавшегося над ухом шепота. — Но думаю, скоро это выяснится.
— Ты о чем? Спорить с тобой больше не буду!
Эльф только хмыкнул. Что он на этот раз задумал?!
Меньше, чем через час после нашего возвращения, в дверь постучали. Судя по громким голосам, к моему порогу пришли, как минимум, половина деревни! Дар, на ходу натягивая рубашку, обнажил две изогнутые сабли и встал сбоку у двери. Я порадовалась, что не успела ни переодеться, ни разобрать сумки.
— Открывай, хозяйка! — донесся до нас звонкий голос. Толпа громко ему вторила.
Неужели кто-то из деревни видел нас с Даром? Или Малика проболталась, что я полукровка? Что теперь будет? Погонят с вилами, как когда-то гнали меня из маленькой деревушки к востоку от Мардрена, или захотят сжечь заживо, как в самом городе магов? Взяв меч, я приоткрыла дверь. На пороге стояла улыбающаяся Марта — жена старосты. Почти сразу за ней, в новом расписном кафтане, с распущенными волосами, перевязанными на лбу красной лентой, маячил Назар. Третьей, рядом с ними, пританцовывала на месте гордая от возложенной на нее миссии Малика. В руках она держала такой огромный каравай, что им можно было угостить всех жителей Кривых Холмов. Чуть поодаль полукругом собрались остальные селяне, напрочь отрезав путь к бегству.
— Мир этому дому! Низкий поклон вам, хозяюшка! Принимайте гостей непрошеных! Не за дальними морями, не за высокими горами живем, да долго к вам собирались. А тут и стол от угощенья ломится, и невеста в тереме томится! Стосковалась-соскучилась по милому-ненаглядному! — нараспев произнесла Марта.
— Чего? — не поняла я. Они что, не нас с дроу выгонять пришли?
— Вот жених, тут как тут, во всей красе! Посмотри, каков ясный сокол. Так что пора пировать, свадебку собирать! Пришли свататься — чур, невесте не прятаться!
— А? — до меня медленно начало доходить. — Свататься? Ко мне?
Назар светился от счастья. Чтоб Варише сейчас икалось! Малика и Марта посмотрели на меня, как на тяжело больную.
— К тебе, конечно! Вот, откушай каравая, да всех угости, и будем свадебку планировать.
— Аааа… - что-то, сегодня я была немногословна. — А отказаться как?
— Чего? — теперь уже Марта потеряла дар речи.
— Не местная я, обычаев не знаю, — я украдкой прислонила меч к стенке. — Люди добрые, как в ваших краях сватам отказывают?
— Поварешкой по голове, — крикнул кто-то из толпы, вызвав взрыв смеха.
— Не слушай этого балбеса, девонька! Тыкву выкати на порог, вот и отказ будет, — пожалела меня какая-то женщина.
— Где ж я вам на севере тыкву возьму? — краем уха я услышала, как в доме хрюкает от смеха, стараясь не выдать свое присутствие, дроу. Ну, я до него еще доберусь!
— Потому у нас и не отказывают, — наконец, справилась с собой Марта. — Ишь, выдумала, такого видного мужика со двора гнать!
В свободную руку ткнулось что-то тяжелое. Обернувшись, я увидела Даррена, который, подмигивая мне, протягивал обитый железом орочий щит.
— Вот, тоже круглое, далеко покатится, — я выкатила на порог тяжелый блин, высотой мне по пояс. — Сойдет вместо тыквы!
Грохот, с каким щит запрыгал по ступеням, слышно было, наверное, во всем лесу. Спустившись на землю, железный блин, виляя, прокатился по двору и врезался в ель, осыпав всех стоящих рядом с ней дождем из иголок и шишек.
— Принимается? — крикнула я в толпу. На Назара я старалась не смотреть — жаль его, все-таки. Теперь год от сплетен не отмоется. А не надо было старой перечнице верить!
— Принимается! — ответил мне тот же голос, что ранее советовал приголубить жениха поварешкой. Заметив яростный взгляд Марты, я захлопнула у нее перед носом дверь и подперла ее спиной для надежности.
Через несколько секунд ко мне снова постучались.
— Лесная, открой! — донесся голос Назара. Только его мне не хватало! — Ар, впусти меня!
— Замуж не пойду! — рявкнула я, смотря, как Дар жует угол одеяла, чтобы не заржать в голос. Я чувствовала — еще пара секунд, и я не выдержу, оскорбив своим смехом и без того не очень вежливо отвергнутого жениха.
— Но почему?
— Потому что не хочу! — чтобы не смеяться, я попыталась разозлиться. — И передай там Варише, озабоченной моим семейным счастьем, что в следующий раз по ступенькам покатится не щит, а жених!
Назар еще пару минут поскребся в дверь, и ушел. Выглянув, я убедилась, что мой двор совершенно пуст, и только потом дала волю истерическому хохоту.
— Ты страшная женщина, — спустя пол часа, отсмеявшись, заявил мне Дар.
— Это еще почему?
— Ты правда следующего жениха со ступенек спустишь?
— Конечно, — заявила я и тут же уточнила. — Если он мне не понравится. Но, думаю, из деревни ко мне больше никто не придет.
— После такого представления, точно! — снова заржал дроу. — Ты мне спину не долечила, — напомнил он.
Следующие пол часа я пыталась сосредоточиться на магии, но постоянно сбивалась от прорывающегося наружу хихиканья. Наконец, темный не выдержал такого издевательства.
— Иди-ка ты спать, охотница, — эльф поднял меня на руки и подошел к печи. Увидев, как он примеривается, как бы половчее меня на нее закинуть, я опять согнулась от хохота. Дар, и сам с трудом сдерживающий смех, поставил меня на пол.
— Прости, — покаялась я, вытирая выступившие слезы. — Это нервное.
— Было бы, из-за чего нервничать, — беззлобно проворчал Дар.
— Ну да, это не тебя чуть замуж не выдали, — опять захихикала я.
— Не выдали бы, — дроу, наконец, наловчился, и подсадил меня на печь. — Спокойной ночи, Лесная.
— Эй, а поцелуй? — вспомнила я и почувствовала, как лицо заливает краска. Вот кто меня опять за язык тянул?
— Уже сама просишь? — эльф прищурился и подошел ближе. Сидя на печи, я была на целую голову выше него, но все равно, чувствовала себя так, будто смотрела снизу вверх.
— А вдруг ты завтра вспомнишь и спросишь втридорога?
— Интересная мысль, — ухмыльнулся темный так, что я сразу поняла — явление сватов заставило его забыть даже о нашем споре. — В следующий раз так и сделаю.
Дар потянулся наверх, а я чуть склонилась ему навстречу. Совсем немного — зачем облегчать ему жизнь? Сегодня дроу целовал нежно, аккуратно, словно боясь, что я в любой момент оттолкну его и юркну за печку. Честно говоря, спрятаться за широкий дымоход мне очень хотелось. Но вместе с эльфом.
Испугавшись своих мыслей, я отпрянула. Темный с улыбкой послал мне воздушный поцелуй, и пожелал:
— Сладких снов, Раби.
Да какие, к лешему, могут быть сны после такого дня?!
Следующие четыре недели оказались почти спокойными. Жизнь вернулась на круги своя — вдвоем мы бегали по лесу в поисках неуловимых орков. Каждые три-четыре дня мы обнаруживали странные поляны в самых разных уголках леса, без малейших следов, указывающих на то, каким путем туда попадали. Я написала письмо градоправителю Тмира, но, скорее всего, его проигнорировали, а меня сочли неспособной читать следы девчонкой. Объяснения внезапным появлениям орков в нескольких днях пути от Безымянного ущелья мы так и не нашли.
В деревню я старалась без повода не заходить. После моего грандиозного отказа Назару пройтись по улице и не услышать шепоток или тихое хихиканье за спиной было невозможно. Рана Дара давно затянулась, но он, к моему тайному облегчению, пока не торопился уходить.
Однажды после очередной безрезультатной попытки найти орков, дроу сам затащил меня в пещеру.
— Все, хватит! — объявил он, на ходу снимая куртку и стягивая сапоги. — Сегодня и завтра у нас дни отдыха! Ни за кем не бегаем, никуда не торопимся, никого не лечим! Только плаваем, едим и спим! Ну, можно еще по лесу погулять. Просто так, а не в погоне за кем-то!
Я возражать не стала. Мне самой изрядно надоела погоня за тенями и полное отсутствие каких-либо результатов. Дождавшись, пока мой спутник нырнет, я принялась раздеваться.
— Ты самый лучший! — Нарида, улыбнувшись, кинулась к зеркалу мерить подаренное ожерелье.
На краткий миг Грэнхар засомневался — правильно ли он поступает? Но в следующую секунду дракон одернул себя. Конечно же правильно. Ему надоела эта восторженная покорность. А в Мардрене он поищет себе новую подругу. На время, разумеется.
— Ри, я больше не хочу видеть тебя в своем доме.
— Что? — девушка резко обернулась. — Но ты…
— Я ничего тебе не обещал. Мы отлично провели время, и все. На цену этого ожерелья ты сможешь построить небольшой домик на собственном острове. Считай это моим прощальным подарком.
— Решил от меня откупиться? — дракониха зашипела. Маг с удивлением смотрел на оскорбленную, но гордую и уверенную в себе женщину. И это его всегда послушная малышка Ри? — Мне казалось, что твоя непробиваемая гордыня всего лишь маска, под которой скрывается что-то хорошее, но нет! От такого тебя мне ничего не нужно! Забирай свои драгоценности и больше не появляйся в моей жизни!
Нарида сорвала с шеи ожерелье и бросила к ногам дракона. Следом полетели многочисленные браслеты и кольца. Последними упали потрясающей красоты серьги в виде морских коньков — его подарок к году их знакомства… Разозленная дракониха стрелой вылетела из дома.
Грэнхар поднял с пола изящную сережку и задумчиво повертел ее в пальцах. Так и не поняв, кто же все-таки кого бросил, маг, сам не зная, зачем, спрятал крошечного морского конька в карман.
— Я придумал, как утолить твое любопытство, — заявил Даррен за обедом.
Я всласть наплавалась в теплой воде и с удовольствием уплетала овощи и бутерброды с вяленым мясом. Фляга с брусничным компотом, припасенная эльфом, делала день еще более прекрасным.
— Поиграем в вопрос-ответ, — продолжил темный. — Будем по очереди задавать по одному вопросу. Отвечаем только правду. Если кто-то не хочет или не может ответить честно — он должен задавшему желание. Устраивает?
— Вполне, — согласилась я. — Чур, я первая. Сколько тебе лет?
— Предсказуемо, — улыбнулся дроу. — Триста пятьдесят три. Тебе?
— Триста двадцать два, — хихикнула я.
— Правда? Я думал, ты моложе.
— Ах ты! — довольно смеющийся эльф закрылся рукой от запущенной в него пригоршни воды. — Где твой дом?
По лицу Дара пробежала тень.
— У меня нет дома. Моя семья была убита во время очередной смены власти в Ларигадере. Ты знаешь своего отца?
— Нет, — я покачала головой. — В Дивном Лесу мне запрещали о нем спрашивать, а здесь узнать не у кого. Долго ты уже наемничаешь?
— Последние тридцать лет. Сначала в столице, потом в Тмире. Тебе нравятся наши поцелуи?
— Что?
— Мой вопрос, Раби. Тебе нравится целоваться со мной?
В темноте пещеры глаза темного горели красным огнем. Я почувствовала, как краска заливает мои щеки, когда память услужливо показала каждую проведенную вместе минуту.
— Ответ или желание? — от довольного дроу моя реакция не скрылась.
— Да, — резко выпалила я. — Почему ты ушел из столицы?
— Не сошелся в цене на свои услуги с одним жадным лордом. В процессе попытки переубедить меня силой лорд немножко умер. Я решил не дожидаться стражи и быстро исчез из города. Потом я узнал, что смерть не самого приятного из вельмож никто расследовать не старался, на меня тем более не подумали. Но возвращаться я не стал. Раби?
— А? — картина «немножко умершего» жадного лорда так живо предстала у меня перед глазами, что я отвлеклась. А хитрый эльф, тем временем, приготовил новый коварный вопрос.
— Я тебе нравлюсь?
— Зачем ты спрашиваешь? — не выдержала я.
— А почему нет? — пожал плечами темный. — Ты пытаешься выяснить то, что не понимаешь. Я делаю то же самое. Так я тебе нравлюсь?
— Да, — я зажмурилась. Хочет выяснений отношений? Он их получит! — Твои ухаживания — это попытка влезть ко мне в постель, или я могу надеяться на что-то большее?
«Сейчас он меня засмеет. Разве может на что-то рассчитывать замарашка-охотница в залатанных брюках и мужской рубашке, прячущая волосы под потертым платком?»
Каждой клеточкой кожи я почувствовала, как Даррен сел рядом со мной.
— Раби, — позвал он. — Раби, открой глаза.
Я посмотрела на сидящего совсем рядом дроу. Еще не высохшие волосы обрамляли узкое лицо, а на обсидиановой груди застыли упавшие с них капли. Как и в нашу первую встречу, эльф был безумно красив. Но на этот раз он был в штанах. Боги, о чем я думаю?!
— Если бы мне нужна была постель, — медленно проговорил темный, — я бы направился по известному каждому мужчине адресу в Красный квартал. Но я сижу здесь, рядом с тобой, и очень надеюсь, что однажды ты перестанешь от меня шарахаться.
— Вести себя надо было прилично, — буркнула я, отводя взгляд. — А то выпрыгивает из воды, одетый, как древняя статуя, в гордое ничего, а через несколько часов в кровать зовет.
— Между прочим, я просто не хотел тебя теснить, — тихо засмеялся эльф. — И вообще, когда я вел себя прилично, неприлично начала вести себя ты! Ты хоть представляешь, — я вздрогнула от резкой смены тона, — сколько раз ходила по самому краю? Чего мне стоило удержаться, и не уложить тебя прямо на камнях каждый раз, когда ты трогала мои уши? И сколько удобных для двоих мест я насчитал в этой пещере, пока ты ныряла, одетая в тонкую рубашку, через которую просвечивало «гордое ничего»?
Даррен резко выдохнул и уткнулся носом в мои волосы. Я плечом облокотилась на его грудь.
— Дар… Ты ведь не знаешь, кто я.
— Я знаю, что ты жила в Дивнолесье, — темный гладил меня по спине. — То, что дроу на дух не переносят светлых эльфов, всего лишь миф. Хотя и не очень их любят.
Я отстранилась. Если уж быть честной, то до конца.
— В Дивном Лесу живут не только эльфы.
— Ты…
— Фея. Я тебе сейчас кое-что расскажу. Думаю, ты имеешь право знать…. - вздохнув, как перед прыжком в ледяную воду, я решилась: — Свое детство я провела в Дивнолесье. Поначалу ко мне относились так же, как к остальным детям — феи старались принять меня такой, какая я есть. Проблемы начались в семьдесят лет, когда я впервые открыла свои крылья. Знаешь, какими красивыми становятся настоящие феи, показав крылышки? Каждая из них становится похожа на одну из летающих над Дивнолесьем бабочек. У них начинают ярко светится глаза, а на скулах и кистях рук появляется разноцветная пыльца. Даже эльфы, считающие образцом красоты свою расу, преклоняются перед их сиянием. А я не такая. Во мне слишком сильна кровь дроу. Когда я впервые открыла крылья… — я замотала головой, отгоняя неприятные воспоминания. Я не хотела переживать это снова. — Старейшины Общины очень просили меня больше никогда не летать над их землями.
— Раби, мне…
— Подожди, это не все, — перебила я темного. — Это было обидно, да, но не более того. Когда мне исполнилось триста, я влюбилась. Его звали Элендир. Мы гуляли вместе, целовались, ночевали на вершинах тысячелетних дубов… А потом он попросил у меня пыльцу. Ему она была нужна для каких-то зелий. И я открыла крылья при нем.
Я вздрогнула, вспомнив выражение лица когда-то любимого человека. Если сейчас Дар так же меня оттолкнет…
— «Темная тварь» было лучшим из эпитетов, какие я тогда услышала, — я с вызовом посмотрела на дроу. Что он теперь скажет?
Даррен отпустил меня и уселся напротив.
— Показывай!
— Что? — растерялась я.
— Крылья свои показывай, — усмехнулся темный. — Должен же я знать, чем ты меня пугать пытаешься. Сомневаюсь, что есть хоть что-то, чем меня можно удивить.
— Может, не стоит? — слабая надежда зашевелилась в сердце. А вдруг, для много повидавшего в Ларигадере дроу я и вправду окажусь не такой отвратительной?
— Раби, если ты сейчас же не покажешь мне крылья, я задам какой-нибудь неприятный вопрос, вместо ответа на который ты выберешь желание, и все равно попрошу тебя их показать!
Решившись, я позвала свою вторую сущность. Я знала, что увидит темный — вместо сияющих глаз — черные провалы, обрамленные белыми ресницами. Скулы, заострившиеся настолько, что под ними залегла темная тень. Руки, словно испачканные — в темно-серой пыльце. И крылья — не полукруглые, радужные, а серо-черные, треугольные, словно обрезанные, с чуть загнутыми кверху шипиками на краях. Со страхом в сердце я ждала приговора Даррена.
— Я всегда знал, что светлые эльфы — идиоты, но чтоб настолько…
Дроу смотрел на меня… с восхищением?!
— Говоришь, каждая фея похожа на бабочку? — видя улыбку, приоткрывшую клыки, я сама невольно начала улыбаться. — Ты тоже! Ты — лиан-ту, один из самых прекрасных мотыльков, живущих в подземельях под Ларигадером! Лиан-ту, «дыхание жизни», знаешь, почему? Они идеально запоминают дорогу. Если приручить такого мотылька и взять с собой в пещеры, он всегда сможет вывести тебя на поверхность. А пустоголовым светлым не хватило знаний, чтобы понять, кто ты!
— Лиан-ту? — переспросила я. Кажется, Мирдзен так называл бабочку, часто сидевшую в его волосах. И она, несмотря на странную расцветку, была очень красивой!
Дар подхватил меня на руки и пересадил к себе на колени.
— Ты — самая прекрасная фея, какую только можно представить, — заявил он. — Так что, чем жаловаться на жизнь, лучше отдавай сегодняшний долг.
— Какой?
— Что значит, какой? Поцелуй, конечно!
Домой мы в этот день вернулись поздно. Дар, увидевший во мне лиан-ту, категорически отказался выпускать меня из объятий. Наплавались мы так, что я была уверена — в следующий раз вместо крыльев у меня появятся плавники. Дроу, довольный, как мартовский кот, всю дорогу до дома не отпускал мою руку. И я впервые за долгое время не боялась его близости. Может, мне действительно именно этого и не хватало? Всего лишь нужно было найти того, кто не испугается моей второй сущности? Я не знаю. Но мне очень хотелось верить, что с этого дня моя жизнь изменится.
Часть вторая — Сбежать от смерти
— Если дождь так и будет лить, тракт затопит, и Шейн сильно задержится, — раздался голос за моей спиной.
Мне не было нужды оборачиваться, чтобы почувствовать присутствие Даррена. Я и так знала, что мокрый до нитки дроу стоит у двери и выжимает волосы, а у его ног валяется мешок с парой тетеревов. Последние дни охотиться из-за непрекращающегося дождя стало невозможно, и темный наловчился ставить силки. Я же изобретала все новые блюда — глядя, с каким аппетитом их уплетает эльф, хотелось творить снова и снова. Порой я со страхом задумывалась — что будет, когда он уйдет? И тут же подальше загоняла эту мысль, когда дроу обеими руками крепко прижимал меня к себе и не отпускал, пока я не начинала вырываться, почувствовав запах подгорающей еды. Сейчас моя жизнь была слишком похожа на сказку.
— Дождь ледяной, — я вздрогнула, когда мокрые волосы Дара мазнули меня по плечу. — Пойдем на озеро?
Горячие ключи были единственным, что спасало нас в эти ненастные дни. Мы собирали провизию и на целый день уходили в теплую пещеру. Дроу часами рассказывал мне о разных городах, в которых успел побывать, а я, в свою очередь, делилась своими воспоминаниями. Селяне в такую погоду тоже предпочитали сидеть по домам, поэтому я вовсю наслаждалась обществом темного.
— Подожди немного, — я откинулась на холодную грудь эльфа. — Я пироги с земляникой поставила.
Даррен подхватил меня на руки и устроился на стуле, усадив к себе на колени. Вода с промокших брюк и сорочки тут же пропитала тонкое платье. По дому я ходила в просторной нижней рубахе из грубоватой голубой ткани, подпоясав ее широким кушаком. В деревню в таком виде выйти нельзя, а для дома оказалось вполне прилично.
Темный провел губами по краю моего заостренного ушка. Невинная ласка, как всегда, заставила сердце биться чаще. Эльф спустился ниже и нежно прикусил шею. Я судорожно выдохнула и тут заметила маячившее в соблазнительной близости ухо дроу. Подавшись вперед, я втянула в рот острый кончик и чуть пощекотала его языком. Услышав тихий стон, я от удивления остановилась. Дар тут же подхватил меня на руки и аккуратно уложил спиной на стол.
— Тсссс, — заметив испуганный взгляд, темный провел пальцем по моим губам. — Я обещал, помнишь? Ничего не будет, пока ты сама не захочешь.
Я кивнула. Это обещание эльф дал после игры в вопросы на озере. «Пока сама не захочешь» — такая формулировка на самом деле ничем не ограничивала темного, потому что я хотела. Всем сердцем, каждой клеточкой отзываясь на жаркие прикосновения эльфа, я жаждала продолжения, и мы оба об этом знали. Но каждый раз, плавясь от горячих ласк дроу, я себя останавливала — все еще не затянулась рана, нанесенная когда-то одним остроухим светлым. «Любить тебя? Ты свои крылья видела, темная? Радуйся, что я на тебя вообще обратил внимание!» Эти слова, несмотря на заверения Даррена в том, что я похожа на лиан-ту, все еще эхом звучали у меня в ушах.
— Давно хотел увидеть тебя на этом столе, — Дар нежно провел ладонью по моей щеке, вырывая из тяжелых воспоминаний. Я невольно улыбнулась.
— А еще на каждом втором камне у озера, на крыше дома, в твоей кровати и, кажется, на каком-то поваленном дереве в лесу, — продолжила я за него.
— И ты еще упрекаешь меня в пошлости? — притворно возмутился довольный эльф и рывком поднял меня к себе. Сидеть на высоком столе оказалось удобно, тем более, что я, наконец-то, оказалась вровень с лицом дроу.
— Дар… — прошептала я, когда темный медленно потянулся к моим губам. — Дар! — пришлось повторить настойчивее. — Дар, пироги горят!
На следующий день в полдень прибыл караван Шейна. Дождь идти перестал, зато неожиданно ударили заморозки, и ненавидящий такие перемены погоды южанин ходил мрачнее тучи. Торговец сильно рисковал, задерживаясь в Черной Гавани до поздней осени. Если бы вместо дождя пошел снег, Алиру пришлось бы зимовать в северном порту или нанимать корабль и плыть до Красной Гавани, а затем через всю страну возвращаться в Тмир. Так или иначе, убытки были бы огромными.
— Два дня на ремонт! — объявил торговец, когда я подходила к стоянке. — Здрава будь, красавица! Только из любви к тебе хожу я в этот богами проклятый холодный край!
— Скорее, из любви к блестящим монетам, которыми тебя осыпают жители Черной Гавани, — усмехнулась я. Караванщики, кроме Шейна, в самый северный город страны старались ходить по морю. Слишком непредсказуемой была погода в горах.
— Перебраться в Тмир не надумала, Лесная? — прищурился южанин. — Поближе к цивилизации, да и к некоторым людям?
Алир весьма непрозрачно намекнул на Даррена. Я немного удивилась — значит, дроу ему не сказал, что живет у меня. А перебраться… Да, пора уже.
— Весной уйду с твоим караваном, — заверила я просиявшего торговца. — Сейчас искать новое жилье не очень удобно.
— Это правильно, даже наемникам зимой туго приходится, — согласился Шейн. Караваны не ходят, никто не путешествует, да. Кто пошустрее, успевает наняться в охрану какой-нибудь богатой шишки или вышибалой в трактир устроиться. А остальным только и остается, что комнатку где-нибудь снимать и заработанное за лето тратить, — вздохнул Алир. — Весной последний раз до Черной Гавани схожу и двинусь в столицу. Может, с эльфами торговлю налажу, или с гномами, да… — мечтательно протянул он.
— В столицу, это хорошо, — пробасил у меня за спиной подошедший оборотень и в очередной раз чуть не переломал мне ребра. — Привет, Ар.
— И тебе не хворать, — просипела я, пытаясь восстановить дыхание. Вид у Маркуса, как и у остальных путешественников, был помятый и уставший. Сказывался тяжелый переход под бесконечным ливнем.
— Ар, а я настоечку гномью привез, настоящую. Приходи к костру вечером, а?
— Обязательно, — заверила его я. Должна же я, наконец, пройтись в новом платье?
— Почему драконы сами не могут открыть портал в Мардрен? — тихо поинтересовалась Хель.
В Зале Прибытия собрались около десятка эльфов — Артаниэль с невестой, Науриэль с младшими советниками и два придворных мага, поддерживающих открытый на Драконьи Острова портал.
— Драконы никогда не интересовались пространственной магией, — так же тихо ответил ей Арт. — Зачем, если есть крылья?
Сквозь переливающуюся всеми оттенками фиолетового воронку шагнул Грэнхар. Сумка с его вещами самостоятельно плыла рядом.
— Приветствуем славного представителя рода драконов в землях Дивного Леса, — с легким поклоном головы встретил мага Науриэль.
— Благодарю за теплую встречу, Первый Советник. Прошу, передайте Владычице Аластриэль наилучшие пожелания от Верховного.
— Обязательно, а сейчас — прошу, — Науриэль жестом указал на арку, в которой уже начал клубиться новый портал. — Надеюсь, Совет Чародеев всем нам пойдет на пользу.
Артаниэль успел заметить, как на доли секунды скривился Грэнхар. Неужели драконам тоже есть, о чем беспокоиться?
Дракон, тем временем, сдержанно попрощавшись, шагнул в портал. Следом за ним, переглянувшись, отправились Арт и Хель.
— Какая красота!
Хелинуэтиль выбежала на широкий балкон их комнаты. Из окон особняка, в котором их поселили, открывался потрясающий вид на многочисленные хрустальные мосты, перекинутые через широкую реку. Каждый дом был покрыт тонким слоем сусального золота, отчего весь Мардрен ослепительно сиял в лучах солнца. Вдалеке штопором взвилась в небо Спиральная Башня — такая высокая, что ее крышу не было видно. Золотой Город действительно был венцом творения человеческих магов.
— Значит, пока я буду заперт в башне в компании других чародеев, ты не станешь скучать, — Артаниэль вышел к любимой. — Будешь находить красивые места, а потом показывать их мне.
Хель радостно кивнула. Впереди ждало столько всего интересного!
Грэнхара, хоть он и не хотел себе в этом признаваться, Мардрен впечатлил. Не так уж плохи человеческие маги, если смогли создать такую красоту! Дракон представил, как Нарида, завидев Спиральную Башню, распахнула бы крылья только ради того, чтобы полежать на ее крыше. Улыбнувшись, маг тут же сжал кулаки. Он выгнал ее! Сам, никто его к этому не принуждал! Так почему упрямая девчонка не выходит из его головы?
Рыкнув, Грэнхар в одежде завалился на кровать. Нет, с этим нужно что-то делать. Для начала — найти себе подругу на эту ночь. А может, и на следующие?
— На ночь тебя не ждать? — хмуро спросил эльф.
Все время, пока я вертелась перед мутным зеркалом, пытаясь заплести непослушные кудри в косу, темный просто молчал. Зато теперь, когда я переоделась в новое платье и специально крутилась в нем в надежде на комплимент, дроу сделался мрачнее тучи и неодобрительно косился в мою сторону.
— Не знаю, — честно ответила я. — Иногда мы и до утра засиживались, а иногда уже в полночь холодный ветер всех по шатрам разгонял.
— Понятно, — кивнул мне Даррен и тут же ошарашил новым вопросом: — К кому ты идешь?
— То есть? К караванщикам, я же говорила. Шейн всегда в этой деревне подольше задерживается, чтобы мои песни послушать.
— Просто поешь? Всю ночь напролет?
— А что еще можно делать ночью у костра? — искренне не понимала я. — Жаренная дичь, крепкий алкоголь и музыка — что еще нужно?
— Просто из любопытства, — Дар попытался улыбнуться, но вышло немного жутко. — В чей шатер ты ходишь?
— Что? Так ты обо мне думаешь? — вопрос дроу оказался хуже пощечины. Я же ему доверилась, все о себе рассказала, а он… Да как он посмел?
— А что я должен думать? — я оказалась прижатой к стене. Дроу зло выдыхал слова мне в лицо. — Ты дразнишь меня и тут же под любым предлогом сбегаешь, хотя я все делал только для тебя! Готовил еду, помогал готовиться к зиме, несколько раз ходил через этот чертов лес, чтобы принести тебе цветы! Вел себя так, как ты хотела, хотя больше всего желал перекинуть тебя через колено и хорошенько отшлепать за твои выходки, а потом запереть в спальне и не выпускать пару дней! А ты всегда находишь время на что угодно, только не на меня!
— А ты ждал, что я от навязчивых приставаний и яркого букета раздвину ноги? — я тоже разозлилась. — Ты живешь здесь почти два месяца, но для чего? Ты получишь свое и сгинешь, навсегда забыв про живущую в глухом лесу фею, а что останется мне? Об этом ты подумал? Как я буду жить здесь, когда ты уйдешь?
— Раби… — Даррен запнулся и отпустил меня. — Раби, почему ты так уверена, что я тебя брошу? Пожалуйста… — темный протянул руку к моему лицу, но, заметив яростный блеск в глазах, передумал. — Подожди, не уходи.
Эльф исчез в комнате. Я с трудом отлепилась от стены и упала на стул. Ноги дрожали от напряжения, а по лицу текли слезы. Вот и закончилась моя сказка…
— Раби, — Дар присел передо мной, и я почувствовала, как мои плечи укрыла невесомая шаль-паутинка. Дроу осторожно прикрепил ее к вырезу платья изящной булавкой. Шаль явно была из того же сундучка, что и платье, скорее всего, того же мастера — слишком похожим был серебристый узор по ее краю и цвет, насыщенно-сиреневый.
— Алир, южный жук, — я шмыгнула носом. — Он понял, кому ты купил подарок, как только заглянул мне в глаза. Сказал, что ты угадал.
— Я действительно угадал, — эльф улыбнулся. — Она идеально тебе подходит.
Темный взял меня за руки и нежно поцеловал каждую ладонь.
— Ты же сама собиралась переселиться. А я уйду отсюда только вместе с тобой, — прошептал он. — Ты веришь мне?
Я, чуть задумавшись, кивнула. Я хотела, действительно хотела быть вместе с дроу. Меня привлекали и его глубоко скрытая нежность, и сила, и забота, которой он меня окружил… В том, что Даррен сорвался, была виновата я сама. Эльф ни разу не давал повода ему не доверять. Давно было пора забыть о прошлом. Здесь и сейчас есть только мы, и от нас обоих зависит, каким встретит нас будущее.
Через лес я пробиралась вдвое дольше обычного. Приходилось колдовать буквально перед каждым шагом, чтобы не испачкать в грязи новые сапоги и платье. Наконец, я вышла на поляну караванщиков.
— Мы уже тебя не ждали, — обрадовался мне Маркус.
— Три обновки, красавица? — довольно засмеялся Алир. — Я не ошибся в подсчетах?
— Как всегда, идеально прав, — кивнула я. — У кого гитара?
Я перебирала струны, задумавшись, какую бы песню исполнить для Даррена. Я точно знала — дроу, напросившийся проводить меня через лес, притаился где-то рядом. Наконец, нужные слова нашлись.
 Вертись, вертись, мое колесо,
Тянись, тянись, шерстяная нить.
Отдавай, мой гость, мне мое кольцо,
А не хочешь если — совсем возьми.
Холодный ветер разносил песню далеко по округе. Надеюсь, один не в меру самонадеянный эльф не упадет от удивления с дерева.
Я себя сегодня не узнаю:
То ли сон дурной, то ли свет не бел…
Отдавай мне душу, мой гость, мою,
А не хочешь если — бери себе.
Шейн украдкой посмеивался в кулак. Ну да, хитрый южанин-то точно знает, кто мой гость. И про его характер знает, наверняка, не понаслышке. Точно, сидит лицом к костру, а сам косится в лес за моей спиной. Только ищи-не ищи, а темного эльфа ночью в лесу никому не найти!
Маркус с мечтательной улыбкой поглядывал в небо. Интересно, о ком он грезит?
Звон стоит в ушах и трудней дышать,
И прядется не шерсть — только мягкий шелк.
И зачем мне, право, моя душа
Если ей у тебя, мой гость, хорошо…[10]
Может, мне только показалось, но где-то недалеко хрустнула ветка. Прислушиваться было бесполезно — караванщики загалдели, кто-то из наемников хлопал. Я и сама не знала, что именно хотела сказать этой песней. «Отдавай»? Или все-таки «оставь себе»? Но почему-то была твердо уверена — послание доставлено и правильно понято. Только чем грозит мне это «правильно»?
Исполнив еще пару песен, я совсем загрустила. В голове набатом раз за разом звучала ссора с Дарреном. Ощущение присутствия дроу рядом пропало, и мне сразу стало не по себе. Пытаясь избавиться от противного чувства холода внутри, я выпивала чарку за чаркой гномьего самогона… На душе было гадко. Кто-то, кажется Шейн, поняв, что я не в настроении, отобрал у меня гитару. Маркус пытался забрать и чарку, но не преуспел.
— Мне се-одня можно! — заплетающимся языком заявила я. — Я т-кая ду-у-ура!
Караванщики, поняв, что песен больше не будет, занялись каждый своим делом — кто-то травил байки, кто-то развлекался метанием ножей по мишеням, кто-то молча жевал жаренного поросенка. К моим словам, хвала Хозяйке, никто не прислушивался.
Еще через пол часа я плакалась на плече у Маркуса:
— Я его домой привела… Ик! Рану залечила… Ик! В озере… Ик! не утопила… Сдержалась… Ик!
Оборотень, как кошку, чесал меня за ухом и терпеливо слушал:
— А он?
— А он… — я мечтательно выдохнула. — Краси-и-ивый! И сильный… Ик! Готовить умеет, цветы дарит… Ик! Дрова колет… Под луной на крыше целует… Ик!
— И что тебя не устраивает?
— А он знаешь, чего хочет? — я сделала большие глаза и, убедившись, что нас никто не подслушивает, громкими шепотом поведала страшную тайну: — Того самого! Ик! А я — девушка приличная. Или уже нет?… — я всхлипнула от жалости к себе и уткнулась в плечо оборотня.
Маркус только вздохнул, уже не надеясь от меня отделаться, когда я встрепенулась:
— А времени с-час сколько?
Воин задумчиво посмотрел на небо и выдал:
— Да за полночь перевалило.
Я тут же зашевелилась, пытаясь встать. Первая попытка оказалась неудачной, и я упала, повалив на землю оборотня. Со второго раза мне все-таки удалось принять вертикальное положение, но какое-то неустойчивое. Наступив на Маркуса, и извинившись заплетающимся языком, я зигзагами зашагала в сторону леса.
— Ар, ты куда? — донеслось мне в след.
— Д-мой… Мне надо… Пораньше… Ик!
— Я тебя одну не отпущу, — наемник крепко взял меня под руку. Дорога сразу стала намного ровнее…
— Не-е… Тебе туда н-ззя… — я, держась за дверь дома, покачала пальцем перед носом оборотня. Пальцев почему-то упорно выходило два, а размах получился такой, что я чуть не упала.
— Тогда до встречи, — покладисто согласился Маркус. — Мы вернемся только весной, глядишь, и разберешься со своими сердечными делами.
— Вот прям с-час и разберусь… Ик! — поставила я звонкую точку в разговоре и шагнула домой. К сожалению или к счастью, моим планам о немедленном восстановлении справедливости не суждено было сбыться. Краем сознания почувствовав, как оборотень удаляется в лес, я споткнулась о порог на входе в кухню и упала, заснув во время короткого полета до пола.
— Доброе утро, фея! — раздался над моим ухом насмешливый голос дроу. — Скажи, у тебя в роду гномы не затесались?
— Какие еще гномы? — я приоткрыла глаза, щурясь на яркий свет. На удивление, организм чувствовал себя вполне неплохо — не соврал Марк, настойка была действительно хорошей.
— Те самые, которые пьют до потери сознания, — съехидничал Дар.
— Я не теряла сознания, — вяло попыталась я отговориться, стараясь поймать ускользающий сон. Открывать глаза и вставать не хотелось совершенно.
— Значит, я ошибся, и это не твое пропитанное алкоголем тело я поймал за секунду до встречи с кухонным полом, — согласился темный.
— Ты меня поймал? — я повернула голову набок и, приоткрыв один глаз, посмотрела на лежащего рядом дроу.
Совсем рядом. Я распахнула второй глаз.
— Что ты тут делаешь?
Даррен чуть приподнял брови и невозмутимо поинтересовался:
— В своей постели?
Я чуть приподнялась и осмотрела знакомые очертания спальни. Я лежала под одеялом на просторной кровати, рядом, поверх одеяла, вытянулся одетый эльф. В голове сразу родилась куча вопросов.
— Как я…
— Закинуть твое бессознательное тело на печь оказалось непосильной для меня задачей.
— А ты…
— Я за печь тоже не влез. Спал с тобой рядом.
— А моя…
— Твое платье лежит на сундуке. Сапоги там же. Белье на тебе.
— А ты…
— Вот еще, — фыркнул темный. — Некрофилией не страдаю! А ты вчера от трупа только температурой тела отличалась!
Я в отчаянии натянула одеяло на голову. Надеюсь, хотя бы мой разговор с Маркусом он вчера не подслушал!
— Да-ар…
— Нет, не подслушал, — уже от двери разбил мои надежды дроу. — Вставай, позавтракаем на озере.
Почти сразу после завтрака (а судя по времени — обеда) я убежала к караванщикам. Дар был не в восторге, но и не пытался меня остановить. Бодро лавируя между повозками, я пробралась к Шейну.
— Не пристало такой красавице напиваться, — пожурил меня торговец. — А некоторые бессовестные гости совсем не ценят своих хозяек, да?
Я прекрасно поняла, на кого намекал всеведущий южанин, но не стала развивать тему.
— Так, повздорили немного, — отмахнулась я. — Ты лучше скажи, следов странных не замечали на тракте или на стоянках?
— Тебя какие следы интересуют, Лесная?
— Орки. Понимаешь, — я присела на край повозки, — с конца лета какая-то ерунда творится. Мы по всему лесу находим орочьи кострища, но к ним не ведут следы! Совсем никакие. Как будто прилетели, поели и сгинули. И так всю осень!
— Не только ты заметила, красавица, — Алир задумчиво посмотрел в небо. — Вдоль всего тракта до столицы лесники замечали подобные стоянки, да. Только кто ж знает, орки это или кто еще? Это ты колдовством за лесом приглядываешь. А остальным только и остается, что следы читать. Несуществующие.
— Вокруг Кривых Холмов — орки. Это точно. Каждые четыре-пять дней, в разных участках леса. Но нам они ни разу не попадались. Исчезали до нашего прихода. Предупреди охотников по дороге, пусть будут осторожнее.
— Да… — протянул Шейн. — Какая-то гадость назревает, точно тебе говорю. Бери лучше своего гостя, и идите в Тмир со мной. А куда пристроить вас на зиму я найду, да.
— Прости, но до весны я остаюсь. Не могу же я вот так жителей бросить, — я развела руками. — Ладно, не буду мешаться под ногами. До встречи весной!
— Так ты что, вечером не придешь? — неожиданно пробасили у меня за спиной. Маркус, неизвестно откуда вынырнувший, подмигнул: — У меня еще настоечка осталась!
— Иди… к драконам со своей настоечкой! — содрогнулась я. — Я еще с последствиями прошлых посиделок не разобралась!
Человеческие магистры, а именно их глупость, полностью оправдали ожидания дракона. Грэнхар, сдерживаясь из последних сил, слушал бредовые идеи на тему объединения светлых магов всех рас и создания союза в борьбе с темными. Им что, предыдущей войны было мало? Как, как можно быть настолько слепыми? Ведь магия — одна! А светлая, темная… Разница лишь в способе применения!
Приятно удивили чешуйчатого эльфы. Артаниэль, хоть и внимательно слушал рассуждения этих маразматиков, не спешил их поддержать. Пятерка магистров, прибывших в качестве его свиты чуть позже, только вздыхали, глядя, как ругаются между собой люди, сбрендившие от собственного могущества. Предмет спора был до смешного прост — выбирали главу Союза.
Вечером того же дня, выбравшись с бесполезного заседания, Грэнхар уже распивал с Артаниэлем драгоценное эльфийское вино. Удивительно, как общее несчастье способно сплотить — все дипломатические тонкости касательно дальнейшего союза эльфов и драконов были улажены меньше чем за час. Светловолосый маг оказался удивительно умным и приятным собеседником. Впервые Грэнхар подумал о том, что на счет остроухих он ошибся — не такие уж они высокомерные снобы!
Когда я вернулась от караванщиков, было уже темно. Из дома доносился восхитительный запах запеченной птицы.
— Опять пол ночи будешь пить, а под утро вернешься и упадешь мне на руки? — с какой-то обреченностью в голосе встретил меня эльф.
— Ни за что, — я протиснулась мимо него и оценила содержимое глиняного горшочка. — Дар, что бы я без тебя делала! Ни за что не променяю твою стряпню на гномий самогон.
— Кажется, я нашел способ бороться с пьянством одной непоседливой феи? — дроу, как обычно, поймал меня в кольцо своих рук.
— С пьянством?! — я попыталась вырваться, но куда уж мне… — Да если бы я кое с кем вчера не поругалась, не было бы никакого пьянства!
— Да неужели? — темный с хитрой улыбкой развернул меня и прижал к стенке. С некоторой настороженностью я подумала, что начинаю к этому привыкать.
— Вот именно! Когда девушка надевает новое платье, она рассчитывает далеко не на ссору!
Эльф запнулся и как-то по-новому посмотрел на меня.
— Ты купила то платье для меня?
— А перед кем еще, по твоему, в этой глуши можно наряжаться? — я опять начала злиться. Если мы сейчас снова поругаемся…
— Ты в нем была прекрасна, — прошептал Дар и склонился к моему лицу. Пусть с опозданием, но я дождалась этого комплимента!
Дроу мои размышления уже не волновали. Он впился в мои губы и властно проник языком в рот. Руки темного, не встретив сопротивления, пролезли под брюки и жадно ласкали бедра. Коленом эльф уперся в стену между моих ног, заставив меня чуть их раздвинуть. Этого Даррену показалось мало, потому что в следующий миг я оказалась зажатой между ним и стеной, а мои ноги обвили его талию. Темный болезненно прикусил мне шею, заставив вскрикнуть, и тут же покрыл это место нежными поцелуями.
— Если не хочешь продолжения, останови меня сейчас, — хрипло приказал дроу.
Остановить? Да о чем он вообще? Я утонула в до черноты потемневших глазах эльфа. Сама не веря, что говорю это, я выдохнула:
— Не вздумай останавливаться.
Утро встретило меня приятной болью во всем теле… и пустой постелью. Мысленно обругав дроу последними словами, я все же решила простить эльфа за одинокое пробуждение, если найду на кухне завтрак.
На окне стояла ваза с букетом желтых осенних листьев. Лениво потягиваясь, я заметила на полу одиноко валяющийся ремень от своих брюк и вспомнила…
… В комнате темно, но я хорошо вижу Даррена, уже стянувшего с меня рубашку и, целуя каждый дюйм горящей кожи, спускающегося ниже…
… Вот он одним движением выдергивает ремень из брюк и, победно улыбаясь, прикусывает чувствительное место на животе…
… Вот я, полностью обнаженная, стою перед одетым темным, который так проникновенно предлагает: «Разденешь меня?»…
… Вот мы вместе, наконец-то, и хорошо, что живу я в лесу, потому что мои крики перебудили бы всю деревню…
Я только улыбнулась, почувствовав жар на щеках. Хорошо, что Даррена нет рядом. Не уверена, что выдержала бы сейчас второй раунд, а, зная повадки эльфа, в скором продолжении ночного безумия я не сомневалась.
Буквально паря над полом от счастья, я накинула рубашку и вышла на кухню. На столе возвышался приготовленный вчера вечером пузатый горшочек с рагу. Чуть больше половины пустовало, значит дроу уже позавтракал и сбежал по каким-то своим делам — наверняка, проверяет силки или бегает по лесу, восстанавливая былую силу.
Так же с улыбкой я доела остатки и принялась месить тесто. У меня был припрятан пузатый бочонок с маринованными грибами, которые я сейчас решила пустить на пироги. Почему бы и нет? Дар обожает выпечку.
Когда пироги были почти готовы и соблазнительно благоухали на весь дом, в кухню, впустив морозный воздух, вошел дроу. Иногда мне казалось, что он каким-то седьмым чувством чует, когда я накрываю на стол — так вовремя он всегда появлялся.
Темный, ни слова не говоря, подхватил меня на руки и закружил по комнате. Я, взвизгнув, пыталась увернуться от поцелуев.
— Ты!… Безумно!… Холодный! — хохоча, я все-таки вырвалась на свободу.
— Так согрей меня, — с многообещающей улыбкой предложил эльф, стягивая куртку.
— А как же пироги?
— Подождут!
Дни пролетали незаметно. Стоило выпасть снегу, как деревня словно вымерла. Если кто и болел, ко мне не обращался — да и как, если пройти к моему дому можно было только через сугробы высотой в человеческий рост?
Мы с Дарреном почти каждый день выбирались к озеру, и раз в несколько дней — на охоту. Орки продолжали бессистемно появляться в разных участках леса, но так далеко от деревни, что мы даже не пытались их искать.
В очередной раз скользя по тонкому насту и затрачивая кучу сил, чтобы не провалиться, я обернулась на лениво парящего в метре над землей темного. Дар, как только выпал снег, совершенно перестал ходить пешком. И хотя магом он не был, врожденные способности расы дроу сильно облегчали ему жизнь. Однажды я не выдержала.
— Хватит выпендриваться! — я запустила в эльфа снежком. — Я тут чудеса ловкости проявляю, а он летает!
— Я умею ходить по снегу не хуже тебя, — Даррен облетел вокруг меня. — Но тогда я буду оставлять следы. Ты же не хочешь на все Кривые Холмы заявить о том, что живешь не одна?
— Да кто увидит здесь твои следы? Все селяне по домам сидят и запасы проедают!
— Хотя бы твой жених, — усмехнулся темный.
Я прикусила язык. Действительно, прислушиваясь к лесу в поисках орков, я не раз находила одинокую фигуру Назара, бредущую вдоль звериных троп. Вдовец, несмотря на холодную погоду, продолжал промышлять охотой.
— Все равно не честно, — буркнула я, признавая правоту дроу. Но как бы мне хотелось окунуть его в сугроб! Просто так, из чувства справедливости.
Со дня их прибытия в Мардрен прошел почти месяц. Все больше Артаниэль убеждался, что Совет Чародеев — пустая трата времени. И ведь не улизнуть никак обратно в Дивнолесье! Дипломатический скандал будет, чтоб его… Хорошо, хотя бы его фиалке здесь нравилось.
Хель со счастливой улыбкой взлетела на один из многочисленных хрустальных мостов. Ветер моментально приласкал хрупкую фигуру, растрепав мех теплой шубки и запутавшись в длинных волосах. Свет, проходя сквозь прозрачные опоры Мардренского произведения искусства, причудливо преломлялся и рассыпался над рекой сотней радуг. Артаниэль последовал за девушкой.
— Ты только посмотри! Давай, подольше здесь останемся? — эльфийка вцепилась в руку мага и подтащила его к резным перилам. — В Дивнолесье такого не увидишь!
— Хочешь, у нас дома тоже такие будут?
— Хочу! Постой… — Хель обернулась. — Ты сказал «у нас»?
Арт кивнул и опустился на одно колено.
— Фиалка… Ты была рядом со мной всю мою жизнь. Я не представляю, как можно хотя бы день не видеть твоих глаз, не слышать твой смех… Я засыпаю с мыслями о тебе и просыпаюсь с твоим именем на устах. Скажи, ты согласишься быть моей половинкой и не расставаться больше ни на миг?
Хелинуэтиль, радостно взвизгнув, повисла у мага на шее, чуть не повалив его на землю.
— Да! Да! Конечно, я согласна! Я люблю тебя, Арт!
Эльф защелкнул на руке любимой обручальный браслет. Как только вернутся в Дивнолесье — обязательно наденет второй. Наверняка отец уже тайком готовится к свадьбе…
От грохота взрыва они чуть не упали с моста. Высокие дома на противоположном берегу раскололись на части и один за другим съехали в реку. На улицу, крича, выбегали люди. Следом за ними, появляясь сразу из всех переулков, шли орки. Непрерывный поток уродливых тварей быстро заполнял все свободное пространство и сметал тех, кому не повезло оказаться у него на пути. Артаниэль, крепко сжав руку невесты, бросился бежать.
— Куда мы?..
— К Спиральной Башне! — на ходу ответил маг. — Пятнадцать, может двадцать орочьих шаманов для меня не проблема, но не сотня!
— Шаманы? — Хель попыталась оглянуться, но Артаниэль втянул ее в узкий проулок. Чуть не влетев в перегородившего проход орка, эльф, не сбавляя скорости, смел его воздушной волной. Почти сразу маг почувствовал, как силы его оставляют.
— Что за… — упершись в стену, светлый попытался высечь из пальцев простейшую искру. Магия не поддалась, зато в глазах потемнело, как после открытия особо дальнего портала.
— Они блокируют нашу магию, — девушка осторожно выглянула из-за дома. — Не пытайся колдовать, только хуже будет. Бежим!
Вынырнув на широкую улицу, буквально усеянную телами, они рванули в сторону Башни. В эту секунду громыхнуло так, что задрожала земля. Еще несколько домов превратились в обломки. Маячившая невдалеке Спиральная Башня накренилась, замерла на несколько долгих секунд, и, словно решившись, рухнула. Артаниэль закрыл невесту собой, но, к счастью, до них обломки не долетели.
— Я знаю, что они сделали! Магия блокируется после первого произнесенного заклинания! — прокричала оглушенная фиалка. — Я еще не колдовала, так что у меня есть одна попытка! У меня хватит сил на портал, но я понятия не имею, куда он будет вести!
— Открывай! — вряд ли открытый неопытной, но сильной волшебницей проход приведет в более опасное место, чем сейчас. Арт подобрал кем-то оброненную кочергу и развернулся к вышедшей из-за поворота восьмерке орков. Горные твари, заметив новых жертв, побежали навстречу.
— Готово! — Хелинуэтиль стояла рядом с фиолетовой воронкой, постоянно менявшей свою форму. От портала эльфийка старалась держаться подальше — всем известно, что проход закрывается, пропустив своего создателя.
Артаниэль, зашвырнув бесполезную кочергу в приближавшихся орков, кинулся к порталу. Фиалка, пропуская любимого, чуть посторонилась. Уже проваливаясь в жуткую воронку, маг успел увидеть, как шагнувшую вслед за ним девушку насквозь пронзило длинное копье.
— Дар? А научи меня левитации? — попросила я несколько дней спустя.
— Зачем? У тебя крылья есть, — эльф неохотно оторвался от своих сабель. Темный регулярно затачивал их и начищал до зеркального блеска.
Я скривилась. Да, крылья у меня есть. Лиан-ту, как утверждал дроу, пещерный мотылек, обитавший под Ларигадером. Но несмотря на заверения Даррена в их красоте, полюбить их я так и не смогла. А вот взмывать в воздух и парить в темноте над деревьями мне нравилось. Выудив из меня обещание испечь свой любимый земляничный пирог, темный все-таки согласился.
Для обучения выбрали спальню. На стенах ничего не висит, потолок крепкий, плацдарм для падений мягкий. Дроу, подробно расписав, как именно он использует разлитую в воздухе энергию и что при этом чувствует, поднялся на полметра над полом и лениво проплыл мимо меня. Я сосредоточилась.
— Попробуй для начала подпрыгнуть и зависнуть в воздухе, — посоветовал эльф, заходя на второй круг по комнате. Позер!
Я закрыла глаза и попыталась призвать воздух, как раньше, путая тропинки, призывала землю. Почти сразу удалось ясно увидеть потоки силы, пронизывающие все окружающее пространство, однако отзываться и помогать мне они не спешили. Решив рискнуть, я подпрыгнула на кровати и призвала одну из нитей помочь мне удержаться в воздухе. Непокорная стихия не только не откликнулась, но и резко дернула меня за ноги, заставив упасть плашмя. Дар тихо хмыкнул.
Вторая попытка тоже не увенчалась успехом. В течение следующего часа я прыгала по кровати, а магия воздуха словно издевалась надо мной. Наконец, я выдохлась и растянулась на смятом одеяле.
— Сколько ты учился летать? — поинтересовалась я у эльфа.
— Попытки три, вроде, — темный все так же лежал над кроватью без всякой опоры. — Дроу учат немного жестче. Меня, например, скидывали из окна третьего этажа. Недостаточно, чтобы убить, но очень убедительно, чтобы взлететь.
Я внутренне содрогнулась. Хорошо, что на улице опять пошел снег. С темного сталось бы скинуть меня с какого-нибудь дерева.
— Ты слишком много думаешь, — Даррен завис в нескольких сантиметрах надо мной. — Тебе нужно выкинуть из головы все мысли и полностью открыться. Один раз поймаешь это состояние, и дальше будет легче.
— Медитировать? — уныло спросила я.
Эльф усмехнулся мне в лицо.
— Можно и так, — согласился он. — А можно попробовать проще.
Дроу мягко прикоснулся к моим губам. В чем-то он оказался прав — все связные мысли моментально улетучились. Странно было целоваться вот так, не чувствуя рук темного, не слыша биения его сердца… Я чуть потянулась вверх, пытаясь сократить расстояние, но все, чего добилась — Дар сплел свои пальцы с моими, словно отталкивая, не давая коснуться. Поняв, что эльф затеял очередную одному ему понятную игру, я просто наслаждалась умелым поцелуем.
— Так и знал, что это сработает, — прошептал довольный дроу.
— Что именно? — я блаженно улыбнулась. Телом завладело ощущение невесомости, как и всегда после ласк темного. Открывать глаза и разрушать волшебство момента не хотелось.
— Что ты сейчас чувствуешь? Запомни это ощущение и посмотри вниз, — выдохнул Дар, практически не отрываясь от моих губ.
Я распахнула глаза и уткнулась взглядом в хитро улыбающегося эльфа. Сразу за его спиной — слишком близко! — белел потолок. Взвизгнув, я рухнула обратно на кровать. Рядом грациозно опустился дроу.
— Предвосхищая твой вопрос, летала ты без моей помощи, — Даррен прижал меня к себе. — Зато теперь я точно знаю, как сильно тебе нравлюсь.
— Дар! Ты… — я попыталась стукнуть зазнавшегося темного, но не преуспела.
— Кто я, дорогая? — эльф еще крепче сжал меня в объятьях.
— Ты — дроу! — обвинила я и смирилась со своей судьбой.
— Дар! — я буквально подпрыгнула на стуле. Лес показал мне десятки посторонних, словно из ниоткуда появлявшихся на тропе к северу от деревни. С каждой минутой их становилось больше.
— Что случилось?
— Орки! В четырех часах от селения! — я металась по комнате, собирая одежду. — Много! Очень много!
— Как они там оказались? — Дар схватил меня за руку, чтобы хотя как-то остановить мое мельтешение.
— Я не знаю! — мое состояние было близко к истерике. — Они словно из пустоты появляются!
— Все еще появляются?
— Да! Сотня или около того! — я прислушалась к лесу и замерла в ужасе. — Уже нет. Они идут к деревне!
Через несколько минут мы стояли, окруженные взбудораженными селянами. Даррен поверх куртки укутался в тяжелый орочий плащ и натянул капюшон так, что нельзя было разглядеть лицо, а руки спрятал под перчатками. Отпускать меня одну он наотрез отказался.
— Останемся и намнем им бока! — пробасил Ермила. Несколько мужчин, а с ними и пара женщин, с воодушевлением поддержали его.
— Детей надо спрятать, — высказал разумную мысль Вашут.
— Уходить нужно всем, — возразила я. — Недалеко от деревни есть зачарованное место, где можно укрыться. Против такой толпы нам не выстоять!
— Предлагаешь оставить наши дома им на разорение? — взъелась Марта. После отказа Назару жена старосты стала недолюбливать меня и в штыки воспринимать все мной сказанное.
— Предлагаю спасать ваши жизни! Выходить против такой толпы — самоубийство! И чем дольше мы пререкаемся, тем меньше остается времени на сборы!
Напоминание о времени наконец-то возымело действие. Женщины, охая, разбежались собирать пожитки и детей. В кругу остались только мужчины.
— Они идут через долину. Дюжина восьмерок, или около того. Часа через три пройдут лес и окажутся в деревне, — Назар спустился с высокой древней сосны, долгие годы служившей охотникам наблюдательным пунктом. Лес по дороге в горы был разделен небольшой долиной, на которой прекрасно просматривался любой посторонний. Как хорошо, что орки оказались именно там! Но целая дюжина?! Да во всем селении жителей едва ли полторы сотни, и это вместе с детьми!
— С такой толпой нам не справиться, — выразил кто-то вслух мои мысли.
— Значит, уходим! — скомандовал, наконец, староста.
— Как ты будешь объяснять им свою магию? — Дар подошел ко мне, как только разошлись жители.
— Никак. Сейчас моя магия может спасти им жизнь. А если моих заслуг не достаточно, чтобы не смотреть на меня косо из-за темной крови, я до весны спрячу все дороги к своему дому, — высказалась я, сразу почувствовав облегчение на душе. Сколько можно ото всех скрываться? Надоело!
Пока я вела собравшихся жителей к пещере, Дар сделал крюк до дома за запасом оружия и оставшимися плащами убитых летом орков. Я же в это время, срывая голос, пыталась объяснить галдящим крестьянам, что пещера спрятана магически, и даже по следам ни у кого не получится ее найти. Наконец, Ермиле, знавшему мою тайну, это надоело.
— А ну тихо всем! — гаркнул он так, что, казалось, задрожали стены. — Вас Лесная хоть раз подвела? Если говорит, надежная пещера, значит, так оно и есть!
Народ, переглядываясь, разошелся. Сам же кузнец отвел меня в сторону, и тихо, чтобы никто не услышал, спросил:
— Ты уверена в своей магии?
Я кивнула. На самом деле никакой уверенности у меня не было. Сегодняшнее появление орков буквально из ниоткуда наконец-то навело меня на мысль, как они это делали. Порталы. Одно из самых сильных и сложных направлений магии — число владеющих этим заклинанием было не больше сотни на все расы. Как оркам удалось им овладеть? И отсюда вопрос: чего еще стоит ожидать от их шаманов, входящих в состав каждой восьмерки?
Пока я размышляла над новыми проблемами, вернулся Даррен. Я специально села ближе к выходу, чтобы не пропустить его появление. Магии селяне не доверяли. Узнав, кто я, даже Ермила поверил мне только после клятвы. Но он хотя бы дал мне возможность ее произнести. В том, что если кто-то случайно обнаружит дроу, без боя не обойдется, я не сомневалась.
В пещере было тепло, но темный, разделяя мои опасения, не торопился снимать плащ. Он лишь расстегнул куртку и уже собирался снять тонкие шерстяные перчатки, придуманные теплолюбивыми эльфами специально, чтобы стрелять из лука, как над нашими головами раздался голос:
— А это еще кто, Лесная?
Я вздрогнула, а эльф поплотнее запахнул плащ. В шаге от нас стоял староста, с подозрением оглядывая постороннего. Я встала.
— Это мой друг. И на вашем месте я бы вознесла хвалу богам за то, что Хозяйка послала нам лишнего воина.
— Так пусть твой друг покажется нам, — предложил Вашут.
Краем уха я услышала, как дроу чуть вытащил висящие на поясе сабли. Я беспомощно обернулась к нему.
— Нет.
— Что ты сказал? — моментально взвился староста.
— Я сказал — нет, — спокойно повторил темный. — Я гость Арабески и ничей больше. И если бы не орки, вы бы никогда не узнали о моем существовании, как не знали раньше.
Староста, как рыба, глотал воздух, не находя слов. На моей памяти, так ему еще никто не отказывал.
— Лесная — охотник нашей деревне, так что я вправе интересоваться… — наконец, собрался он.
— Не вправе, — грубо перебила я. Сколько можно ему потакать? — Это только мое дело, кого привечать в своем доме.
— Тогда ты больше не принадлежишь этой деревне!
— Как скажешь, — я согласно кивнула. — Как только орки уйдут, мы исчезнем.
— Нет, вы уберетесь сейчас! Немедленно!
Я сделала шаг назад от брызгавшего слюной старика.
— Хорошо. Но, уходя, я сниму защиту с пещеры. Если я — не часть деревни, значит я сама за себя. И мне будет выгодно, чтобы орки, идя по вашим следам, не заметили двух путников.
Селяне внимательно прислушивались к нашему разговору. Староста, толи не обратив внимания на мои слова, толи не веря, что я выполню угрозу, продолжал визжать:
— Чего вы стоите, остолопы! Выкиньте их отсюда!
— Слышь, парень, да покажись ты ему, — сплюнул Вашут.
— Нет, — в очередной раз повторил эльф.
— Ну нет, и нет, — неожиданно встал на нашу сторону Назар. — У нас сейчас есть более важная проблема, чем выяснение отношений. И, если вы не забыли, именно Ар со своим воином привели нас сюда.
— Вот именно, — поддержал его Ермила. — Имя-то у тебя есть, воин?
— Даррен.
— Добро пожаловать в Кривые Холмы, Даррен, — усмехнулся кузнец. — Эй, Ашек! — обратился он к старосте. — Выгонишь этих двоих, и мы с Маликой тоже уйдем. С ними как-то безопаснее будет!
— И я с Настасьей и Лиром, — поддержал его Назар.
Следом откликнулись еще несколько семей. Выходило, что деревня поделилась примерно пополам.
— Уймись, Ашек, пока от твоего крика потолок не рухнул, — неожиданно рявкнула Вариша. — Сейчас нужно ночь переждать и на разведку выйти, а потом и решать, что дальше делать.
Все с удивлением обернулись на старуху.
— А я что? — захихикала она. — Я еще во времена войны с темными по этим лесам с арбалетом скакала!
Выспаться мне не удалось. Мы с Даром устроились в самом темном углу, чтобы он смог снять перчатки и теплую меховую куртку. Вздрагивая от каждого шороха рядом с нами, я всю ночь не сомкнула глаз. Дроу провалился в полудрему, но я точно знала — при малейшей опасности он вскочит полностью проснувшийся и собранный. Под утро Назар стал собирать группу для разведки.
— Нужно шесть человек, — вышла я к нему. — Разведывательные группы орков ходят именно вшестером. Их плащи у нас есть (хвала хозяйственности Дара, притащившего эти трофеи). Так, если попадемся на глаза кому-нибудь, будет шанс не вызвать подозрений.
— Нужны те, кто сможет при необходимости принять бой. Я, ты, Даррен, Ермила, — начал перечислять охотник. — Хорошо бы найти еще двоих.
— Я пойду, — вышел к нам Динар, сын старосты. — Я неплохо стреляю.
— Эх, если б не мои косточки старые, я бы с вами прогулялась, — в очередной раз удивив всех, мечтательно протянула Вариша.
Я оглядела оставшихся селян. Мало кто в Кривых Холмах умел держать в руках оружие. Даже дичь большинство добывали, ставя силки. Что уж говорить об умении сражаться?
— Идем впятером, — решилась я. — Другого выхода у нас все равно нет.
Едва мы отошли от пещеры на несколько шагов, как в воздухе отчетливо проступил запах гари. Назар, Ермила и Динар, переглянувшись, ускорились.
Деревня догорала. Наверняка, пламя бушевало всю ночь. Ни одного целого дома не осталось.
У южных ворот зияла ярко-голубая воронка портала. Орки, выстраиваясь восьмерками, исчезали в нем.
— Что это за хрень? — сдавленным шепотом поинтересовался Динар.
— Магический портал, — тихо ответил ему Дар. — Один шаг — и они могут оказаться где угодно, хоть на Драконьих Островах.
— С каких пор орки стали так круто колдовать? — Назар крепко выругался.
— Самому интересно. Нужно подождать, пока они уйдут.
— Тихо! Сзади!
Со стороны моего дома в деревню возвращалась одна из восьмерок. Шаман, опирающийся на грубо вырезанный посох, и разведчик — самый низкорослый из орков — о чем-то спорили на своем шипяще-свистящем языке.
Группа почти прошла мимо нас, когда Динар, дрожащей рукой державший арбалет, случайно нажал на крючок. С тонким свистом стрела вошла под капюшон шамана. Понимая, что метнуть ножи я уже не успею, я крикнула:
— Не дайте уйти разведчику!
Ермила, моментально среагировав, заступил дорогу собравшемуся смыться коротышке и ударом тяжелого молота смел его в сугроб. Динар пытался перезарядить арбалет, а Назар, отбежав в сторону, выстрелил из лука. Орочий воин закрылся тяжелым щитом.
— Стреляйте по арбалетчикам, — скомандовал Даррен, красивым взмахом сабли сбив летящую в меня стрелу.
Один из воинов направился за вновь натягивающим тетиву Назаром, еще трое обступили нас с темным. Двое арбалетчиков целились в Ермилу, вместо щита державшего тело шамана, стараниями собственных сородичей быстро превращающегося в ежа. На Динара, все еще возившегося со своим оружием, никто не обратил внимания.
Мы с Даром, не сговариваясь, встали спина к спине. Он с огромной скоростью вращал саблями, отбиваясь сразу от двух орков, я же старалась не пустить к нему третьего. Уворачиваться, как я обычно это делала, я не могла — тогда дроу остался бы без защиты сзади. Атаки, которые приходилось отбивать, были слишком сильными, и уже скоро я почувствовала, как начинают неметь руки.
Одному из нападавших Дар подрезал сухожилия на ноге. Взвыв, орк упал и тут же получил клинком в глотку. У меня дела шли намного хуже, но я все же смогла несколько раз ранить неповоротливого воина, и хотя раны были не очень серьезными, я заметила, что сыпавшиеся на меня удары стали слабее.
За спиной раздался счастливый вскрик наконец-то справившегося с арбалетом Динара, и в грудь теснившего меня орка вонзился болт. Мы с Даром, коротко переглянувшись, с двух сторон вонзили клинки в последнего воина. Назар и Ермила прикончили арбалетчиков.
— Хоть ты и сглупил, парень, а останься шаман жив, нам бы пришлось туго, — Назар отвесил Динару легкий подзатыльник. — Портал закрылся. Нужно осмотреться и идти за остальными.
Через несколько часов селяне, потушив пожар, искали в развалинах все, что могло уцелеть. Особенно повезло тем, у кого вход в подпол был не только из дома, но и с улицы. Про одежду и утварь можно было забыть — все, что было в домах, сгорело.
Мы с Даром в это время вернулись домой. К счастью, перед тем, как бежать в деревню, я запутала тропинки в такой узел, что вернувшись, с трудом его развязала. Сюда орки добраться не смогли.
— Что будем делать? — Дар сбросил надоевший плащ. — Сегодня нам повезло. Кто знает, где они вылезут завтра? Нужно уходить в Тмир.
— По снегу? — я вгрызлась в оставленный вчера нетронутым пирог. Прячась в пещере, никто не догадался прихватить с собой еду, поэтому я умирала с голоду. — Тракт к северу от Тмира зимой не используется, сам знаешь!
— А есть другой выход? Здесь творится непонятно что!
— Эй, Лесная! — в дверь без стука ввалился Назар. Дроу едва успел скрыться под плащом. — Мы собираемся просить убежища в Тмире. Отстроить деревню заново зимой не получится.
— Вот видишь, — темный подошел ко мне сзади и положил руки на плечи. — Здесь больше делать нечего. Нужно уходить.
— В общем, вы собирайтесь и идите к южным воротам, — посоветовал охотник, не очень дружелюбно покосившись на эльфа. — К ночи нужно отойти как можно дальше от деревни.
Когда орки маршем прошли по Мардрену, Грэнхар нежился в постели очередной любовницы. В который раз дракон подумал, что ни одна из девушек не может сравниться с Наридой, а ведь скольких он успел перепробовать за месяц… Взглянув на спящую рядом чуть полноватую блондинку, маг поймал себя на мысли, что даже не помнит ее имени, хотя они познакомились всего несколько часов назад.
Грохот за окном заставил девушку проснуться. Сладко потянувшись, блондиночка открыла глаза.
— Ми-илый… — томно протянула она.
За окном опять громыхнуло.
— Посмотришь, что там?
Грэнхар, лишь бы не видеть девушку, поднялся. Следующих нескольких секунд дракону хватило, чтобы одеться и, оставив изумленную блондинку в одиночестве, выпрыгнуть на улицу.
Бросившись наперерез оркам — откуда только эти твари вылезли?! — маг одну за другой швырнул в плотные ряды несколько молний. Через секунду, оглушенный и обессиленный, он упал на землю.
— Значит, светлую магию перекрыли? — пробормотал дракон и, потянувшись к окружавшему его миру, позвал темную. Сила, столько лет внушавшая страх человеческим чародеям, смела окруживших Грэнхара тварей.
Кое-как поднявшись на ноги, змей выглянул на соседнюю улицу. Увидев буквально море орков, маг стал искать пути отступления.
Когда рухнула Спиральная Башня, дракон принял звериный облик и нырнул в реку. Расталкивая носом утонувшие тела и обломки, Грэнхар, держась у самого дна, поплыл по течению. Когда-нибудь ведь закончится этот проклятый город!
Далеко вдоль тракта растянулась цепочка селян. Первыми, по двое-трое прокладывая дорогу в глубоком снегу, шли мужчины. Следом за ними — дети и старики. Замыкали скорбное шествие женщины посильнее и часть мужчин, следящие, чтобы никто не отстал и не потерялся. Мы с Даром, пользуясь умением не проваливаться в сугробы, часто уходили далеко вперед, чтобы проверить безопасность дороги.
— Как думаешь, через сколько будем в Тмире?
— Летом можно добраться за два дневных перехода, а сейчас… — темный оглянулся на упрямо бредущих людей. — В лучшем случае еще дня два, может три. И это, если вьюга не начнется.
Я вздрогнула. Попасть на открытом пространстве в настоящую северную метель… Выживет после нее едва ли половина.
Следом за нами оставалась колея шириной чуть больше метра. За полтора дня мы прошли не больше половины пути. Мне было тяжело ориентироваться, ведь я почти никогда не ходила в сторону юга, но Назар уверенно указывал направление и подбадривал людей. Все чаще мне казалось, что из него получился бы намного лучший староста, чем из Ашека.
Неожиданно и я, и Дар чуть не провалились в глубокую колею, протоптанную множеством ног. Она, как и следы орков, начиналась из ниоткуда, но на этот раз следы в большей степени были детскими! Не успели мы выбраться обратно на сугроб, как снег, ожив, спрятал протоптанную дорогу. Тракт снова выглядел так, будто с осени по нему никто не ходил. Переглянувшись, мы с Даром побежали вперед.
Скрывшись за поворотом от жителей Кривых Холмов, мы взлетели. Гораздо безопаснее и проще искать кого-то с высоты птичьего полета. В паре часов пешего пути мы заметили такую же колонну переселенцев, как наша, только двигались они гораздо медленнее.
Незаметно спустившись, мы побежали за ними.
— Эй, притормозите! — крикнула я, когда мы оказались в сотне метров от «хвоста». Навстречу нам вышла высокая женщина с типично северными чертами лица — прямой нос, широкие скулы, большие серые глаза и две толстых смоляных косы, свисающих из-под лисьей шапки. В руках она держала взведенный арбалет. Рядом с ней встал такой же высокий странник в капюшоне, целящийся в нас из лука. Мы подошли ближе.
— Я Лесная, охотница из Кривых Холмов, — я скинула капюшон.
— Кривые Холмы мы прошли три дня назад, — возразила женщина. — Что ты ищешь зимой так далеко от дома?
— То же, что и вы — укрытие, — откликнулся Дар. — Кривых Холмов больше нет. Мы отстаем от вас всего на несколько часов.
— Как вы узнали, что мы здесь? — лучник отпустил тетиву и скинул капюшон. Это оказался светловолосый эльф с потрясающе яркими темно-синими глазами. Однако темные тени и осунувшееся бледное лицо сводили на нет всю его красоту. — Я заметаю следы каждый час.
— Мы идем впереди и ищем угрозы. Действенное колдовство, но мы успели увидеть колею.
— Я Ингрид, целительница Волчьей Купели, — воительница, наконец, опустила арбалет. — Нашей деревни больше нет. Все мужчины и большая часть женщин погибли, защищаясь. Остались только мы, — женщина махнула рукой в сторону сидящих в снегу людей. Здесь были, в основном, старики и дети, и совсем молодые девушки, которым никто не дал бы в руки оружие — всего не больше пятидесяти человек. А ведь Волчья Купель насчитывала около трехсот!
— А ваш охотник, Раурш?
— Мертв. Он рассказывал про тебя, Лесная, — грустно улыбнулась Ингрид.
— Боюсь представить, что, — я содрогнулась. Упертый баран был твердо уверен, что женщине в лесу не место. Но при этом был потрясающем следопытом.
— Нам пора возвращаться к своим, — напомнил Дар. Не заметайте следы, так нам будет легче вас догнать. Вместе идти безопаснее.
— Мы устроим привал и подождем вас, — решила Ингрид.
— Пару недель назад Мардрен сравняли с землей.
Эта новость стала для нас шоком. Золотой Город, населенный практически только светлыми магами, уничтожен? Как?
— Я не знаю, — Артаниэль, так звали светлого, не отрываясь смотрел на пламя костра. Сухим безжизненным голосом он рассказал: — Улицы за считанные минуты наполнились орками. Как такая орда смогла незамеченной проникнуть в город? Они убивали всех, кто встречался у них на пути. Каким-то артефактом они заблокировали магию. Величайшие магистры, оставшись без сил, оказались беззащитны перед шаманами. Я успел увидеть, как падает Спиральная Башня. Потом моя… — эльф затих, но спустя несколько секунд продолжил: — моя невеста смогла открыть портал. За мной она пройти не успела.
Светлый уронил голову на руки. За него продолжила Ингрид.
— Артаниэль выпал из портала недалеко от Волчьей Купели. Его принес ко мне Раурш. Не знаю, чем пользовались орки, но Арт был магически высушен. Сила восстанавливается медленно. Гораздо медленнее, чем если бы он истощил себя сам.
— Мы видели, как орки уходят порталом, — подал голос Назар.
— Это невозможно! — вскинулся эльф. — Искусством создания порталов обладают лишь самые сильные маги!
— Тогда скажи мне, чем может быть голубоватая воронка высотой в два человеческих роста, в которую с одной стороны вошли, а с другой не вышли? Может, орки, не найдя в деревне жителей, решили самоубиться с горя? — язвительно спросил охотник.
— Голубоватая? С белыми разводами?
Мы, переглянувшись, кивнули.
— Такие порталы открывает только один артефакт, Аматирэль. Он хранился в музее Мардрена, но был украден около шестидесяти лет назад — почти сразу после окончания войны. Пользуясь медальоном, даже очень слабый маг сможет открыть проход куда захочет. И это значит, что тот, кто сейчас помогает оркам, не имеет достаточно сил, чтобы построить собственный портал!
— Аматирэль — надежда… — я задумалась. Что-то в этом имени было мне знакомо. Точно! Вспомнила! — Медальон Аматирэль был создан около четырехсот лет назад Науриэлем, Верховным Магом Дивнолесья, чтобы не тратить время на путешествия из дворца Повелительницы к себе домой, где его ждала семья… Кажется, от использования артефакта Науриэль отказался, когда смог рассчитать формулу для открытия стабильных порталов при помощи Ворот[11]… Значит, медальон у орков?
— Похоже на то, — Дар, сидевший за моей спиной — подальше от света пламени — впервые за вечер подал голос. — И это значит, что мы в полной ж…
— Да уж, точнее не скажешь, — передернула плечами Ингрид. — А есть возможность обезвредить артефакт?
— Если и есть, мой… мне об этом не рассказали, — Артаниэль встал, ставя точку в разговоре. Следом за ним подскочила целительница.
— Идите-ка вы тоже спать, — посоветовал нам с Даром Назар. — Дежурства на эту ночь все равно уже поделили.
Пробираясь к своему месту ночлега — подальше от подозрительно косящихся на не снимающего капюшон Дара селян из Кривых Холмов — мы прошли через стоянку купельцев. Ингрид умудрялась проявить внимание сразу ко всем детям — кому-то подоткнула плащ, на ком-то поправила шапку, кого-то поцеловала в начавший было шмыгать нос… За ней пустым взглядом наблюдал сидящий на снегу Артаниэль. Мы устроились невдалеке от него.
— Еще пара дней, и я больше никогда не смогу носить капюшон, — прошептал Дар, устраиваясь на лапнике рядом со мной. Как эти ночевки отличались от наших путешествий по лесу! Свои одеяла мы отдали Ингрид — кутать детей. Теперь и матрасом, и укрытием от ветра нам служили орочьи плащи. Уже проваливаясь от усталости в сон, я все же нашла в себе силы обнять темного. А как иначе? Блаженные ночные часы были нашим единственным шансом хоть немного побыть рядом.
— Подъем, сладкая парочка!
Над нами нависла Ингрид. Чернокосая целительница на ходу жевала что-то не до конца прожаренное. — Ваш юноша, Динар кажется, подстрелил оленя. Если не поторопитесь, вашу долю съедят!
За завтраком, как обычно, отправилась я. Вашут, занимавшийся готовкой, поворчал, но все-же выдал двойную порцию под пристальным взглядом Ермилы. С благодарностью кивнув кузнецу, я вернулась к Дару.
Весь день я наблюдала за Артаниэлем. Светлому, хоть он и старался не подавать вида, приходилось тяжело. На всякий случай он продолжал заметать за нами следы, и я видела, как сереет после магии и без того бледное лицо, и как нетвердой походкой эльф бредет в хвосте. На привалах Ингрид вливала в него какие-то эликсиры и заставляла есть. Иногда светлый проваливался в забытье, переставая на все реагировать, и тогда целительница звонко хлестала его по щекам, что-то яростно, но тихо выговаривая.
— Как думаешь, сколько он еще протянет? — тихо поинтересовался за обедом Дар.
Я украдкой покосилась на Артаниэля, которого Ингрид заставляла выпить очередное зелье. Смотреть на него было страшно. Я, живя в общине фей, ни разу не видела, как угасают, потеряв половинку, эльфы, но не раз слышала рассказы об этом. Сколько он еще продержится? Сейчас все зависело только от самого светлого. Насколько сильно он любил свою невесту? Сможет ли он зацепиться за какую-то цель, что заставит его жить дальше назло всем, или однажды пощечины Ингрид перестанут действовать, и тогда эльф просто закроет глаза, отправившись за своей любимой?
— Не знаю, чем удерживает его целительница, но надеюсь, что еще долго, — я протянула руки под плащ темного, обнимая его за талию. От вида чужого горя мне становилось жутко — кто знает, при нашей жизни, может однажды на месте Артаниэля окажусь я? Даррен, почувствовав мое настроение, украдкой поцеловал меня в щеку.
— Теть, а теть! — черноокая малявка, неизвестно когда подкравшаяся к нам, подергала меня за штанину. Дождавшись, когда я на нее посмотрю, девчонка требовательно спросила: — Теть, а вы с юга?
Мы с Даром переглянулись и уставились на смелую мелочь. Прятавшегося в плаще дроу селяне опасались, а вместе с ним сторонились и меня. Эта же девчушка, не старше семи лет от роду, по самые уши замотанная в шарф и укутанная в явно снятую с чужого плеча шубу, не испугалась!
— Как ты догадалась? — Дивнолесье действительно находилось далеко на юге отсюда. Неужели по мне так видно, что я оттуда?
— Вы платок завязываете, как моя мама! А она с юга, почти из Красной Гавани, — пропищала малявка. — Вы меня так научите завязывать?
Дар хмыкнул и чуть отодвинулся, оставив меня саму разговаривать с ребенком.
— А у тебя платок есть?
— А че, у вас нету лишнего? — явно расстроилась девчонка. — У меня все сгорело…
— Так, — я усадила малявку рядом с собой. — Тебя как зовут?
— Мирика!
— Так вот, Мирика. Платок у меня, к сожалению, один. Но, когда прибудем в Тмир, думаю, я смогу достать второй и тогда научу тебя. Договорились?
— Правда научите? — девчонка просияла.
— Правда. А теперь беги к Ингрид, она, кажется, тебя потеряла.
Ойкнув, мелочь стрелой улетела в сторону целительницы. Дар, посмеиваясь, придвинулся ко мне.
— Не знал, что ты так хорошо ладишь с детьми.
— Это не я с ними, а они со мной ладят, — хмыкнула я. — Никогда не прилагала к этому никаких усилий.
— Из тебя получится отличная мама, — заставил меня вздрогнуть темный. Что? Я? Мамой? Да мне всего триста! Выразить свое возмущение я не успела. Назар зычным голосом объявил конец привала. Нас снова ждал негостеприимный заснеженный тракт.
К вечеру стоящий вдоль дороги лес поредел, а затем и вовсе сменился равниной, прореженной редкими елями. Вдалеке, на горизонте, показалось темное пятно — Тмир. Селяне, заметив конечную цель, воодушевились.
— Завтра в городе будем!
— К ночи только дойдем, как бы не пришлось под воротами утра ждать!
— Да не, впустят! Пусть только попробуют не пустить! Уж я им…
Мы с Даром, как обычно, ушли в сторону.
— А что мы будем делать в Тмире?
— У меня там домик небольшой, — темный прижал меня к себе. — Перезимуем спокойно, а весной… Захочешь — останемся, захочешь — пойдем куда-нибудь еще, куда выберешь.
— Думаешь, твой дом все еще цел? Тебя же вроде убили…
Темный покачал головой.
— В Гильдии приглядывают за имуществом товарищей. Чужое добро у нас распродают или делят между собой только через год после исчезновения владельца. Мой год еще не закончился.
— Значит, будем жить вместе? — я улыбнулась. Всего несколько месяцев назад могла ли я о таком мечтать? Жить в городе, а не в глуши, ни от кого не прятаться, а главное — быть рядом с любимым… Неужели так бывает?
— Ты не выгнала меня, пока у тебя была такая возможность. Теперь ты от меня не избавишься!
Выбравшись из реки уже поздней ночью, аквамариновый дракон долго катался по снегу, пытаясь хоть немного отбить запах. Какому гению пришла в голову идея спускать канализацию в воду за городской стеной?! Чтоб ему самому там искупаться! Раздраженно рыча, змей превратился в человека.
Где он находится, Грэнхар знал лишь примерно. Единственное, что смог определить маг — он в дне пешего пути к югу от Мардрена. Припомнив карту материка, дракон понял — самостоятельно добраться до Дивнолесья и потребовать открыть портал на Острова у него нет шансов. До эльфийской границы не меньше трех недель пути, а у него нет ни оружия, ни денег, ни магии. После сражения с орками силы слушались неохотно.
К северо-западу от сожженного города в восьми дневных переходах располагался относительно крупный город — Тмир. Прикинув, что драконом он сможет преодолеть это расстояние за три-четыре дня, маг снова превратился. Даже если в этой глуши не найдется никого, способного открыть портал, уж связь-то с Островами или, хотя бы, с Дивнолесьем они наладить смогут!
На равнине, в отличие от леса, сугробы были неглубокими, но зато бушевал ветер. Мы шли, сгибаясь под его порывами, гораздо медленнее, чем хотели бы. Даррен, что-то сказав старавшейся держатся рядом со мной Мирике, посадил ее себе на спину. Малявка крепко обняла шею темного и со счастливой улыбкой смотрела на своих ровесников. Вскоре примеру дроу последовали остальные мужчины. Детей несли по очереди, поскольку их было почти в полтора раза больше, чем взрослых.
Через несколько часов после полудня вдалеке показались темные точки. Глазастый Назар, первым их заметивший, быстро организовал привал.
— Движутся к нам, — объявил он. — Слабых в центр, остальным держать оружие наготове!
Спустя полчаса к нам подъехала десятка всадников, все в одинаковых сине-черных сюркоттах поверх лат. Еще четверо, с впряженными в широкие сани тройками, ждали чуть поодаль.
— Кто такие, откуда идете? — хриплым голосом гаркнул по виду главный — лет сорока, с густой короткой бородой. Одной рукой он придерживал поводья мохноногого скакуна, другой — взведенный арбалет.
— Из Волчьей Купели и Кривых Холмов, — вышла вперед Ингрид, задвинув за себя нашего старосту. Ну и хорошо, лучше не давать слова совсем переставшему себя сдерживать Ашеку. — Все, кто остались. Деревень больше нет.
Всадник, услышав ответ, нахмурился.
— Еще две… — еле слышно пробормотал он и махнул рукой в сторону саней. — Сажайте тех, кто не может идти. Нужно до темноты вернуться в город.
Тмирские стражники, а это были именно они, усадили с собой по ребенку. Дети с восторгом свешивались с крепких коней и гладили им шеи. Даррен, потянув меня за руку, приблизился к главному.
— Держи попутчицу, Ратибор! — дроу протянул стражнику Мирику, всю дорогу висевшую на нем. Девчонка с огромными от счастья глазами вцепилась в гриву статного черного коня.
— Этот голос я не забуду, — усмехнулся в бороду главный. — Тебя так давно не было, что я почти поверил в рассказы о твоей смерти.
— Вы что, знакомы? — вырвалось у меня.
— Даррен, можешь представишь меня своей спутнице? И сними этот жуткий капюшон, я хочу видеть твое наглое самодовольное лицо!
— Паники не боишься? В деревнях темных не жалуют.
— В Тмире другие законы, — сурово возразил стражник. — Пусть привыкают.
Дроу скинул капюшон и с наслаждением тряхнул волосами.
— Давно мечтал это сделать! У меня ощущение, что от этого плаща я сам воняю, как орк.
Всадник принюхался.
— Нет, не как орк. Намного хуже.
Стражники, прислушивавшиеся к нашему разговору, заржали. Дар смеялся вместе с ними. Похоже, все они были хорошо знакомы.
Селяне, вопреки моим опасениям, доставать оружие не спешили. Ермила хмыкнул что-то, похожее на «я так и знал», Назар с почти детской обидой на лице переводил взгляд с меня на дроу. Ингрид, казалось, было совершенно все равно. Вариша презрительно сплюнула в снег, но смолчала. Видно, помнила, как Дар служил опорой для нее, еле переставлявшей ноги к концу долгого перехода.
Не сдержался лишь Ашек.
— Пригрели на груди темное отродье и его шлюху, — злобно прошипел староста. Прежде чем Дар успел ответить, над стоянкой пронесся уверенный голос Артаниэля:
— Молчал бы лучше, старик. От дроу, в отличие от тебя, была польза.
К моему удивлению и радости, почти все поддержали светлого.
В Тмир мы входили уже ночью. Селян проводили к ратуши — огромному зданию в центре города. К нашему приходу там уже ютились беженцы из трех деревень.
— Едой город вас обеспечит, а вот жильем… — Ратибор развел руками. — Градоправитель думает, что можно сделать, но пока придется жить здесь.
Я сдала Мирику на руки Ингрид. Девчонка упорно не хотела меня отпускать.
— Теть, а платок?
— Завтра принесу, — заверила я ее. — Но только если будешь слушать Ингрид!
— Договорились, — кивнула мне не в меру самостоятельная мелочь и спряталась за ногу целительницы.
— Идем домой, — шепнул Дар, обнимая меня за талию. — Здесь ты больше ничем не можешь помочь.
Я кивнула, но все равно еще раз оглянулась на устраивавшихся прямо на полу людей. Что теперь с ними будет? Смогут ли они когда-нибудь восстановить свои дома? И сколько из них переживут эту зиму?
С широкой центральной улицы мы свернули в переулок и долго брели по бесконечному лабиринту домов. Роскошные двух-трехэтажные особняки постепенно сменились приземистыми одноэтажными избушками. Наконец, Даррен с усилием открыл калитку покосившегося забора, почти до середины заваленного снегом. В темноте я смогла лишь разглядеть, что снаружи низкий, будто вросший в землю дом покрыт местами облупившейся белой краской. Из покрытой черепицей крыши торчала труба дымохода, сколотая с одного края. Ставни, закрывавшие окна, тоже не пощадило время. Дом казался мертвым и давно заброшенным. И мы здесь будем жить?
— Не обращай внимания на вид, — заметил мой взгляд Даррен. — Я специально не приводил его в порядок. В потрепанный дом меньше охотников влезть в отсутствие хозяина.
Дроу, наконец, справился с тяжелой дверью. Возмущенно скрипнув, она отворилась, открывая проход в темноту.
Несмотря на все мои опасения, внутри оказалось очень уютно. Дар зажег масляные лампы и дал время осмотреться.
Комната, в которую мы попали из узких сеней, была чем-то вроде гостиной. Стол у окна, заваленный кучей бумаг. Диван у одной стены и два обитых тканью кресла напротив. Рядом с ними стоял огромный шкаф с неплотно пригнанными дверцами, а свободное пространство на стенах занимали полки, уставленные книгами. На полу лежал чуть выцветший, но все еще яркий пушистый ковер. На окнах — плотные занавески. Все в комнате было выдержано в уютных красно-коричневых тонах.
Из гостиной вели сразу два выхода, прикрытые шторами. За ближним оказалась небольшая кухня с уменьшенным вариантом печи — на ней, конечно, не полежишь, зато готовить можно. В полу под циновкой я обнаружила люк, ведущий в погреб. У стены стояла полка с немногочисленной утварью, а в центре — прямоугольный стол и длинная лавка вдоль него.
Дверца из кухни привела меня в ванную. В настоящую ванную, какой я не видела со времен жизни в Дивнолесье! Магически зачарованный кран выпускал в широкую бадью горячую или холодную воду по желанию владельца. Чтобы слить ее, достаточно было выдернуть со дна пробку — и грязная вода по трубам уходила в общегородской сток. За одно только это я была готова простить внешнюю неказистость дома темного.
На стене висело небольшое зеркало, а на лавке в беспорядке валялись полотенца и одежда. Дар, на секунду зайдя вслед за мной, окинул взглядом бардак и поспешил утянуть меня обратно в гостиную.
Второй выход вел в спальню. Как и у меня дома, почти все ее пространство занимала кровать. На полу развалилась волчья шкура, а над дверью висело несколько засушенных пучков благоухающих трав. В дальнем углу стоял покрытый пылью кованный сундук.
— Ну как тебе?
Я обернулась. Даррен, чуть сузив глаза, ожидал моего ответа. Неужели волнуется? Улыбнувшись, я совершенно искренне ответила:
— Мне здесь нравится!
Выдохшись, Грэнхар свернулся в клубок прямо на снегу. Двигаться по колючему снегу оказалось намного сложнее, чем в воде — за всю ночь он преодолел едва ли четверть намеченного расстояния. Закопавшись в высокий сугроб, дракон заснул под голодное урчание собственного желудка.
— Доброе утро, фея, — Дар прядкой волос пощекотал мне шею. Я попыталась спрятаться под одеяло, но темный оказался настойчив.
— Просыпайся, мотылек, уже полдень, — теплые руки пролезли под тонкую ночную рубашку и задержались на… хм… чуть пониже спины. Я пробормотала что-то невнятное и натянула на голову подушку. И тут же подскочила на месте, почувствовав укус в том самом месте, где только что были руки эльфа.
— Ты что творишь?! — я запустила в дроу ставшую бесполезной подушку, но тот легко увернулся.
— Бужу свою сонную фею, — Дар не дал мне перевернуться на спину и принялся покрывать поцелуями открытые плечи.
Я невольно улыбнулась, выгибаясь под лаской темного. Как же хорошо, что эльф забрел именно в мою деревню!
Через некоторое время мы сидели в небольшом уютном трактирчике и принюхивались к восхитительным ароматам с кухни. В доме дроу еды не оказалось (да и откуда ей там взяться), так что мы решили поесть в «Медвежьей лапе», а потом прикупить что-нибудь на ближайшие дни. Как только нам принесли омлет, котлеты и огромный кувшин морса, в трактир вошли стражники.
— Не помешаем? — в подсевшем к нам человеке я узнала Ратибора. — Вчера не до разговоров было.
Дар кивнул, и на лавке напротив нас разместились еще двое.
— Это Милир и Дагорн, рейтары Тмирской стражи — представил Ратибор своих спутников. Как мне показалось, сделано это было больше для меня — темный явно был знаком с большей половиной Тмира.
— Моя спутница, Арабеска, охотница из Кривых Холмов, — вместо меня объявил Даррен.
Стражники, до этого оценивавшие меня исключительно с эстетической точки зрения, переглянулись.
— Ты — Лесная? — удивился Ратибор. — После рассказов Шейновых наемников о том, как ты весь лес от орков вычистила, тебя представляли несколько…
— Несколько саму похожей на орков, — хохотнул не отличавшийся тактичностью Милир.
— А что они рассказывали? — я сильно удивилась такой популярности. Неужели кому-то было интересно про меня слушать?
— Говорят, орки при твоем виде бегут, сверкая пятками, — с радостью поделился Дагорн. — А еще, что ты Волчка с того света вытащила.
— Маркуса-то? Было дело, — я поправила лезшую в лицо прядь. Дар все-таки смог уговорить меня больше не прятать волосы. — А вот орки от меня, к сожалению, не бегают. Они из окрестностей Кривых Холмов просто лет на пять пропали.
Милир присвистнул. Ратибор украдкой погрозил ему кулаком.
— Твоя очередь, тень, — обратился он к Даррену. — К чему эти слухи о твоей смерти?
— Лучше скажи, кто их распускает, — мрачно прищурился дроу.
— Да кто ж теперь разберет… — ротмистр махнул рукой и тоже принялся за обед. — А что, это важно?
— Дело в том, что меня действительно почти убили, — Дагорн и Милир дружно поперхнулись и недоверчиво уставились на эльфа. — И Арабеске понадобилось много времени, чтобы меня вылечить. Так что да, мне важно найти источник этих слухов.
— Выясню что смогу, — пообещал Ратибор. — Хотя сам понимаешь, кто бы это ни был, с твоим возвращением он затаится.
— Они называли тебя тенью? — спросила я у Дара часом позже, когда мы шли домой, таща тяжелые корзины с продуктами.
— Да, старое прозвище. Кто-то из рейтаров однажды пошутил, что если ты видишь свою тень — проверь, не прилагается ли к ней дроу. Так и прилипло ко мне.
— А откуда ты их знаешь?
— Года три назад в Тмире завелась банда, — темный толкнул тяжелую дверь и пропустил меня вперед. — Нападали на приезжих, обчищали карманы и убивали. Свидетелей — никого. Пробовали под видом случайных прохожих отправлять гулять стражников — на тех улицах, где они оказывались — тишина. А убийства продолжались. Ратибор хорошо знаком со Стафеем, главой Гильдии Наемников, вот и попросил кого-нибудь незаметного, чтобы помочь застукать убийц… Помню, он очень громко и нецензурно возмущался, когда в качестве «незаметного» ему представили дроу, которых на весь Тмир едва ли десяток наберется. Правда, уже после первой ночи Ратибор со Стафеем согласился. На четвертую я показал ему, где искать преступников. Всего пятеро, молодые парни, всегда тщательно следили, чтобы ничем себя не выдать, а меня не заметили… После этого, кстати, меня и назвали тенью.
— Работал на стражу? — я почти не удивилась. Чем дольше я знала Дара, тем больше понимала — сюрпризов мне хватит на всю оставшуюся жизнь. — Чем еще ты здесь занимался?
— В самом Тмире? Бездельничал и дожидался отбытия очередного каравана. Идем, тебя Мирика ждет, помнишь?
Малявка и правда кинулась нам навстречу. Только, вместо того, чтобы обнять меня, девчонка обеими руками обхватила ногу Даррена и преданно заглянула ему в глаза:
— А ты меня еще покатаешь?
Я, хихикая над изумленным лицом темного, ждала продолжения.
— Арабеска тебе платок принесла, — сообразил, чем отвлечь от себя Мирику, эльф. Мелочь моментально переключилась на меня.
— Правда принесла?
— Конечно, — я кивнула и показала яркий красно-оранжевый кусочек шелка. Выбрать его помог Дар, гораздо больше меня знавший о южных обычаях.
— Ух ты! — завопила на всю ратушу девчонка. — А как его завязать?
Я показала сначала на себе, а потом на Мирике. В третий раз, высунув от усердия язык, малявка справилась сама.
— Так? — я кивнула. — Спасибо! — взвизгнула счастливая мелочь и кинувшись мне на шею, звонко поцеловала в щеку. — А теперь покатаешь? — обернулась она к стоявшему рядом Дару.
— И куда мы поедем? — темный покорно усадил ребенка на плечи.
— К Ингрид! Она все равно с вами поговорить хотела!
— Мири, я же тебе говорила, не смей приставать к людям! — целительница сняла активно сопротивляющуюся девчонку со спины дроу. — Простите ее, однажды она научится вести себя вежливо!
— Мирика сказала, ты нас искала?
— Да, — Ингрид кивнула. — Арт ночью ушел. Сами знаете, в каком он состоянии, так что если увидите…
— Постараемся вернуть целым и невредимым, — согласилась помочь я. — Но ты хоть примерно знаешь, куда он мог пойти?
Знахарка покачала головой.
— Шансы его встретить невелики. Если мы что-то узнаем, обязательно расскажем, — Дар настойчиво потянул меня к выходу. Оглянувшись, я поняла почему — к нам направлялся Назар. Выяснять, что ему нужно, не хотелось, но сбежать мы не успели. Охотник громко меня окликнул. Поняв, что разговора не избежать, я попросила темного подождать меня снаружи.
— Ар, я хотел попросить прощения, — вдовец отвел меня в сторону от лишних ушей. — Я понятия не имел, что у тебя кто-то есть, и надеялся…
— Подожди, — не очень вежливо перебила я. — Лучше выслушай меня. Знаю, у нас могла получиться отличная семья, но даже будь я одна, я не смогла бы стать твоей женой. Пойми, я не человек. Мне уже больше трехсот лет, и я не хотела бы увидеть, как сначала мой муж, а затем наши дети и внуки старятся и умирают у меня на глазах. Я бы рассказала тебе раньше, но… Я всегда старалась держать свое происхождение в тайне. Сам видел, как отреагировал на темного Ашек. А что могла бы противопоставить ему я?
— Теперь я понимаю, — кивнул мне Назар. — Поэтому и решил извиниться перед тем, как ты уйдешь. Мы же наверняка больше не увидимся?
— Почему же? Если решишь осесть в Тмире — будем видеться часто. И, хочешь совет — лучше приглядись к Ингрид. Вот уж точно кто и детей новому научит, и кабана освежевать сможет, — я улыбнулась.
— Обязательно, — согласился охотник. — А ты больше не надевай платок — серебряные волосы тебе к лицу!
— Ты подслушивал, — упрекнула я темного, когда обнаружила его стоящим у самого входа в ратушу.
— Ждал тебя там, где ты попросила, — пожал плечами дроу. — Город смотреть пойдем?
Я кивнула и взялась за протянутую руку. Все равно ведь не признается!
Дар водил меня по Тмиру до позднего вечера. В целом, город был красив — приземистые дома венчали снежные шапки, а под ногами хрустели утоптанные тропинки. Один раз мы даже попали под перекрестный огонь двух команд детворы, закидывавших друг друга снежками из-за высоких самодельных крепостей. Я, недолго думая, слепила большой комок и запустила его в Дара. Темный, уворачиваясь, на лету отправил в меня сразу два. Так мы оказались по разные стороны баррикад.
Малышня с восторгом приняла пополнение в команде. С еще большим энтузиазмом за соседним сугробом поддерживали меткого дроу, ни разу не промахнувшегося. Вскоре стало ясно, что играть против темного воина честно — не вариант.
— Ну-ка, лепите столько снежков, сколько сможете, и тащите сюда! — скомандовала я. Приунывшая было детвора моментально принялась за работу. Через несколько минут передо мной высилась целая гора снарядов.
— Что, сдаетесь? — выкрикнул кто-то из противников. — Сдавайтесь, у нас в команде настоящий воин!
Приложив палец к губам, я принялась колдовать. Снежки, выстраиваясь в ровные колонны, поднялись в воздух и направились к вражеской крепости.
— А у нас настоящий боевой маг! — звонко крикнули у меня над ухом.
Снежные снаряды, по широкой дуге облетев крепость, атаковали наших противников со спины. Из-за баррикад, отплевываясь и визжа, выскочила малышня. Следом за ними, на ходу пытаясь увернуться и забыв про левитацию, улепетывал Дар. Почему-то все снежки упорно били его чуть пониже спины — честно, я здесь была не при чем!
Заметив выражение лица любимого, я задом попятилась из крепости, а затем и вовсе, хохоча, кинулась прочь. За мной под звонкое улюлюканье детворы гнался эльф. Последние из снежков, догоняя темного, оставляли белые следы на замшевой куртке.
Через несколько шагов дроу схватил меня, и мы оба покатились по снегу.
— Попалась? — я, как обычно, оказалась придавлена к земле.
— Не-а!
Даррен немного удивился, а в следующую секунду получил в целый залп от детворы из моей команды. Воспользовавшись его замешательством, я вывернулась и опрокинула темного на спину.
— Признаешь ли ты себя побежденным, о могучий воин?
— Признаю себя наповал сраженным твоей красотой, о великая волшебница! — в тон мне ответил эльф. Малышня, радостно визжа, убежала праздновать победу, а мы с Даром, кое-как отряхнувшись, отправились дальше.
— И вот, крадусь я мимо спальни одного известного барона, а навстречу мне — утопленник! — донесся из-за угла задорный девичий голос. Мы свернули навстречу звукам.
— Площадь Висельников, — поморщился Дар. — Пойдем быстрее, не стоит здесь задерживаться.
Я уже и сама поняла, свидетелями чему мы стали. Юмор мертвеца. Традиция, про которую я много слышала и которую не могла до конца понять. Осужденный будет жить, пока толпа не велит его вздернуть. Обреченные на смерть шутили, травили байки, пели — ублажали охочих до развлечений горожан, как умели, ради нескольких лишних минут на этом свете. Сейчас по помосту расхаживала девушка, совсем еще девчонка. На вид лет семнадцать-двадцать, худая, в обтягивающих темных брюках и меховом жилете. В прямых черных волосах, спускающихся чуть ниже плеч, запутались несколько огненно-рыжих прядей. На узком лице выделялись огромные темные глаза с залегшими под ними тенями. Однако манера держаться выдавала в ней отнюдь не слабую жертву.
— Раздутый, как щеки нашего казначея! — девчушка показала руками предполагаемые размеры вурдалака. Толпа зашлась довольным хохотом.
— Я тут же за штору спряталась — куда мне, против такого монстра! — тем временем продолжила девчонка. — А оно мимо прошло, под канделябром прямо. И тут-то я поняла — не утопленник это, а жена несчастного барона! А сине-зеленая, потому что голубой глиной омолаживающей намазалась, да кружочки огурцов сверху прилепила!
В толпе кто-то радостно заулюлюкал, а девчушка подлила масла в огонь:
— Направлялась эта омоложенная гора прямо в спальню к барону! Так что лекарь этого дома, думаю, скоро подзаработает не только на омолаживающих масках, но и на чудо-эликсирах для мужской силы!
Мы почти пробрались к противоположному выходу с площади, когда рядом с помостом что-то взорвалось. Нескольких секунд, за которые развеялся дым, хватило, чтобы осужденная девушка исчезла.
На следующий день Дар с утра убежал в Гильдию Наемников — объявить о своем возвращении и попытаться выяснить, кому может быть выгодна его смерть. Я же, оставшись в одиночестве, принялась приводить долгое время пустовавший дом в порядок.
Первым делом я постирала полгода провалявшуюся в ванной грязную одежду. Следом за ней в стирку отправились шторы. Вспомнив, что Дар не очень любит яркий свет, я хорошенько отжала занавески и вернула их на место. Следующей жертвой моего энтузиазма стал ковер из гостиной. Я выволокла его в сугробы на улице и, за неимением выбивалки, попрыгала сверху. От ковра на снегу осталось прямоугольное темно-серое пятно грязи. Затем пришла очередь полок. Стерев с них пыль и вволю начихавшись, я принялась за полы. Когда я уже домывала сени, в дверь постучали.
На пороге оказался мальчонка лет десяти-двенадцати, по самые брови замотанный в темный шарф.
— Вы охотница, да? Вас тень просил к нему проводить, сказал, что ему очень плохо!
Сначала я не поняла, о чем говорит ребенок, а когда до меня дошло… Я стрелой кинулась из дома, на ходу натягивая куртку и сапоги на босу ногу.
Мальчишка долго вел меня переулками, в которые я одна ни за что бы не сунулась. Когда я уже вся извелась, гадая, что же случилось с Дарреном, ребенок указал на неприметный домик, такой же неказистый на вид, как дом дроу. Ни на секунду не задумавшись, я кинулась внутрь, и, уже падая на пол, поняла — темного здесь никогда не было.
Сознание возвращалось медленно. Перед глазами плыло, а голова нестерпимо болела. Вот дура! Что мне стоило хотя бы проверить тропы — есть ли вообще Дар поблизости? И куда меня моя паника завела?
По темной комнате прохаживался мужчина, одетый в когда-то дорогую, а ныне потрепанную одежду. В руках он держал взведенный арбалет.
Уже по походке я поняла, насколько он опасный противник. Этот скользящий бесшумный шаг с носка на пятку я не раз видела и у Дара, и у Мирдзена, когда те крались по лесу к ничего не подозревающей дичи.
Но что ему надо? Явно ничего хорошего, иначе я не была бы привязана к стулу.
— Очнулась? — не оборачиваясь, произнес мужчина.
— Ты кто? — я не узнала собственный охрипший голос. Горло драло, будто я наелась снега.
— Нирад Коготь, Гильдия Убийц, — представился мой похититель.
Я закрыла глаза. Дело плохо. Если он назвал свое имя — значит отпускать меня не собирается. Я попыталась прочувствовать окружающее меня пространство. Полы комнаты были буквально пропитаны кровью, и, если жить в таком доме я бы не согласилась, то сейчас была готова прыгать от радости. Что, как не кровь, может послужить катализатором для хорошего проклятия?
— Зачем я тебе? — надо было тянуть время. Темные плетения намного более сложные, чем светлые. И, в данной ситуации, куда более действенные.
— Ты так уверена, что моя цель — не ты? — удивился убийца.
— Будь это так, я бы уже была мертва.
Мужчина тихо хмыкнул.
— Ничего личного, охотница. Твой любовник сильно подпортил мне жизнь, а его поиски отняли у меня слишком много времени. Так что скоро он сюда прибежит сам и получит стрелу в грудь. Потом я отрежу ему голову, чтобы на этот раз он точно не воскрес, а с тобой мы немного развлечемся, — убийца с гадкой ухмылкой потрепал меня по щеке. — Будешь послушной девочкой — останешься жива, — пообещал он.
Я уже поняла — передо мной стоит тот, кто воткнул в спину дроу нож. Убийца, не справившийся с заказом, изгонялся из Гильдии до тех пор, пока не исправит свои ошибки. И все же, для заклинания мне нужно было еще немного времени.
— Пол года назад, да? Удар ножом в сердце, со спины. Кто был заказчиком?
— Откуда ты знаешь?
— Он пришел ко мне. Я его лечила, — я усмехнулась. Почти готово, теперь нужно приманить убийцу поближе… — Твой удар был настолько точен, что тень два дня шел по лесу к моей деревне, а когда я его встретила, даже нашел силы уложить меня на берегу озера и подарить несколько незабываемых часов, — я немного приврала, чтобы вывести убийцу из себя. Хотя, не сомневаюсь, в момент нашего знакомства Дар был уже вполне способен на такие подвиги. — И это после кинжала в сердце! Думаешь, во второй раз не облажаешься?
Коготь, как я и ожидала, шагнул ко мне и замахнулся. Руки у меня были связаны, поэтому я собиралась передать проклятие в момент удара. В ту секунду, когда я уже была готова отпустить смертельное заклятье, мою шею обожгло дикой болью. Запахло паленой кожей, и я, падая на пол вместе со стулом, снова потеряла сознание.
В следующий раз я открыла глаза, чтобы, лежа на полу, сквозь пелену боли увидеть истинного дроу. Даррен, вошедший в пропахший кровью дом, меньше всего напоминал того нежного эльфа, которого я любила. Сейчас темный, одним едва заметным движением отмахнувшийся от посланного ему в грудь арбалетного болта, вызывал у меня ужас и… восхищение?
Горящие красные глаза прищурены. Руки с изящными тонкими саблями двигаются в одной Темной Богине известном ритме, заставляя убийцу пятиться. Высокая фигура с ленивой грацией дикого кота уворачивается от всех ударов.
И все же, темному приходилось нелегко. Коготь, увешанный магическими амулетами, как новогодняя елка, мало уступал эльфу в мастерстве. Бросив очередную побрякушку в стену, убийца проделал в ней дыру и выскочил в нее за доли секунды до того, как тонкие сабли Дара скрестились на его горле. Бой переместился на улицу, и теперь я могла только различить бесконечный звон от ударов.
— Не шуми, — раздался над моим ухом тихий шепот, и сильные руки подняли меня вместе со стулом. Передо мной присел эльф с самыми удивительными синими глазами.
— Ты? — попыталась спросить я, но не смогла выдавить даже хрипа. Горло отказывалось повиноваться.
— Тсссс, — светлый приложил палец к губам. Потом он коснулся моей шеи и тут же отдернул руку. — Антимагический. Не смей колдовать, хуже будет. Позже сниму. Подождешь, пока я помогу темному? — эльф кивнул головой в сторону дыры в стене.
Я снова попыталась ему ответить, но вместо этого только выдыхала воздух. Обожженная шея отозвалась такой болью, что на глазах выступили слезы.
— Сидишь тихо и ждешь нас, — Артаниэль, так и не развязав меня, выскользнул на улицу.
Я же снова провалилась в темноту.
— Антимагические ошейники — одно из изобретений Мардренских колдунов. Вся подлость этого артефакта в том, что он не запрещает магу пользоваться энергией, но жестоко за это наказывает. Сила наказания пропорциональна силе заклятия, которое хотел использовать маг. Так что, не будь на фее такого ошейника, от Когтя к твоему приходу остался бы один пепел.
Я открыла тут же заслезившиеся от яркого света глаза. У кровати на сундуке сидел уставший Дар, а за его спиной, прислонившись к спине, стоял синеглазый эльф. Судя по голосу, это он читал разбудившую меня лекцию об артефактах.
— Как ты себя чувствуешь? — дроу, а это снова был мой заботливый дроу, а не машина для убийств, откинул со лба растрепанные волосы.
— Как висельник, — прохрипела я. Горло саднило, голос не слушался, а голова, судя по ощущениям, была оторвана и грубо пришита на место.
— Шутишь, значит все хорошо, — подал голос светлый. — Мне твоего защитника пришлось несколько раз по голове стукнуть, чтобы убедить, что ты жива.
Я вопросительно посмотрела на темного. Дар устало прикрыл глаза.
— Когда я пришел по оставленному Когтем адресу, ты лежала на полу. Глаза закрыты, волосы в крови, а шея неестественно вывернута. Я был уверен, что потерял тебя.
Я вздрогнула.
— Сколько я лежу?
— Четвертый час, — откликнулась неожиданно появившаяся Ингрид. — И еще столько же будешь лежать, пока я не разрешу тебе встать. А сейчас все вон отсюда! Потом зайдете!
К моему удивлению, оба эльфа покорно вышли.
Целительница, шепча заклинания, щедро смазала мою шею пряно пахнущей мазью. Артаниэль и Дар вернулись в спальню и устроились на полу.
— Завтра будет в порядке, хотя и похрипит еще пару дней. Мой тебе совет — выкинь эту дрянь, чтобы никто не нашел, — кивнула Ингрид на антимагический ошейник.
Арт, стараясь держать опасную железку через ткань, спрятал его в плотный мешок.
— Может, еще пригодится. Вообще-то, я хотел нанять тебя и Лесную, — обратился Светлый к дроу, — в качестве сопровождения до границы Дивнолесья. В местной Гильдии Магов про ворота порталов даже не слышали, а Первый Советник, бывший Верховный Маг Дивнолесья, отказался строить переход наугад. Но в свете последних событий…
— Ты сказал — бывший Верховный Маг, — подался вперед темный. — А кто нынешний?
— Я.
Мы потрясенно замолчали.
— Осенью светлые маги всех рас получили приглашения на так называемый Совет Чародеев. От Дивнолесья вместе со мной в Мардрен направились Хель и пятеро лучших придворных магов. Мудрее всего поступили драконы — они прислали одного. Остальные — около трех сотен — были люди из всех возможных поселений. В том, что Совет — не более, чем фарс, мы убедились в первый же день. Маги не могли договориться даже между собой, так что ни о каком межрасовом союзе вопроса не стояло. Я бы не допустил участия Дивнолесья в таком безобразии. Но, к сожалению, плюнуть на все и уйти мы не могли — это было бы воспринято как неприкрытое оскорбление. Больше месяца мы бесцельно болтались по Мардрену… Потом напали орки. Боя не было. Эльфы и люди лишились своих лучших магов. Драконы… Если Грэнхару повезло — он сумел улететь. Город был уничтожен меньше чем за час. То, о чем вы рассказали… Если кто-то действительно открывает оркам порталы при помощи Аматирэль, мне нужно разыскать его и забрать артефакт. Нельзя, чтобы кто-нибудь узнал, что орки пользуются работой эльфийского мага. Это может дать повод для новой войны, на этот раз против Дивнолесья.
— А чтобы найти артефакт, тебе нужно вернуться в Наурдаиль, — прохрипела я. Ингрид тут же шикнула на меня, напомнив о необходимости молчать ближайшие сутки.
— Да. На портал у меня сил сейчас не хватит, отец, как я уже сказал, помочь мне не смог. Придется добираться своим ходом. Я надеялся, что вы согласитесь, но… — светлый сочувственно оглянулся на меня.
— Ингрид, когда Раби можно будет встать? — Дар, прищурившись, посмотрел на целительницу.
— Завтра утром будет как новенькая, — махнула рукой северянка. — Только следи, чтоб болтала поменьше.
— Раби? — темный взглянул на меня. — Зимуем в тепле или отправляемся?
Я задумалась. С одной стороны, даже приближаться к Дивнолесью мне не хотелось. С другой… Кто знает, вдруг следующим разрушенным городом станет Тмир? Лучше что-то делать, чем просто сидеть и ждать нападения! Я мотнула головой в сторону двери.
— Оплата? — дроу оглянулся на Артаниэля.
— Пущу в сокровищницу Наурдаиля, — не задумываясь, ответил светлый. — Там много трофеев дроу, сам выберешь.
— По рукам, — кивнул темный.
— Я иду с вами! — неожиданно заявила Ингрид.
— Что? Зачем?
— Во-первых, я целительница, и с вашим везеньем без моей помощи вы быстро загнетесь! Во-вторых, в Волчьей Купели я оставалась только ради Раурша. Ни его, ни деревни больше нет. Вдруг, по дороге найду себе новое место?
— Хорошо, — ко всеобщему удивлению кивнул Артаниэль. — Отправляемся завтра в полдень. Успеете собраться?
Мы с Дарреном кивнули.
Утро следующего дня я провела в ванной. Не соблазнил меня ни Дар, несколько раз продефилировавший мимо в одном полотенце, ни восхитительные ароматы с кухни. Опять в дорогу! Кто знает, когда теперь доведется нормально помыться? Наконец, пустой живот выгнал меня из бадьи.
— Жабры не отрастила? — дроу поймал меня в объятья и провел рукой по шее. Наткнувшись на чуть выпуклый рубец, темный нахмурился и заставил меня поднять голову.
— Все так плохо? — хрипловато поинтересовалась я. В зеркало я заглядывать не стала — после вчерашнего слишком боялась того, что могу там увидеть.
— Не очень, — эльф поцеловал меня и усадил на стул. — Может быть, Ингрид сможет все убрать.
Стоило ему договорить, как в дом без стука ввалились маг и целительница.
— Вы что, только завтракаете? — возмутилась девушка. — Мы с раннего утра бегали, закупались в дорогу!
— Одна фея решила, что она — рыба, — ухмыльнулся темный. — Оккупировала ванную и отказалась выходить.
— У тебя ванная есть? — Ингрид аж подпрыгнула на месте и кинулась в указанную мной комнату. — О-о-о-о! Даррен, а можно я…
— До полудня еще час, — светлый тоже с вожделением поглядывал на заветную дверь.
Дроу только махнул рукой.
Чуть позже, чем в полдень, мы выехали за ворота Тмира. Артаниэль закупил не только продукты и одежду для себя и Ингрид, но и пятерых мохноногих коней, каких использовали стражники. Выносливые животные, выращенные специально для сурового северного края, были идеальным транспортом. На четверых разместились мы сами, пятого нагрузили вещами.
Тракт к югу от Тмира был гораздо менее заснежен, а вместо дороги между деревьев тянулась широкая протоптанная тропинка. Только Северный тракт вымирал зимой. Здесь же кипела жизнь.
Мимо нас то и дело сновали горожане с повозками, набитыми дровами. Кто-то заготавливал их на всю зиму, но большинство именно так, раз в месяц, направлялись в ближайший лес за припасами. На нашу странную процессию никто не обращал внимания.
С наступлением темноты Артаниэль скомандовал привал. Дроу, зайдя поглубже в лес, притащил дрова, а мы с Ингрид взялись за приготовление ужина. Светлый в это время распрягал и стреноживал коней.
Как только Дар соорудил «шалаш» для костра, к нему подошел эльф. Арт, чуть расстегнув куртку, что-то вытащил и опустил на валежник. В ту же секунду над ветками вспыхнуло пламя, ярко осветив нашу поляну.
— Это то, о чем я думаю? — Дар придвинулся так близко к костру, что чуть не опалил волосы.
— Саламандра, — коротко ответил маг. — Проснулся утром, а она рядом сидит. Так и не захотела уходить.
На бревнышке, прямо в костре расположилась красная в черную крапинку ящерица, длиной чуть больше ладони. В темных глазках-бусинках периодически пробегали язычки пламени.
— Как ее зовут? — прошептала Ингрид, не сводя глаз с волшебного животного.
— Я назвал ее Тиа, но она не откликается, — пожал плечами светлый.
— Наверное потому, что у нее есть другое имя! — заявила я. Все удивленно на меня покосились, а саламандра прыгнула мне в руки. — Кажется, это значит «да»?
К всеобщему удивлению, ящерка кивнула. Ингрид восхищенно охнула, а Арт сощурил глаза. Похоже, вариант «спросить саламандру» в его светлую голову не пришел.
— И мы должны его угадать? — ящерка повернулась ко мне спиной. — Будем считать, что нет… Хочешь новое?
Саламандра снова развернулась ко мне и кивнула. Я, ободренная успехом, продолжила:
— Это должно быть что-то простое? — вновь утвердительный кивок.
— Чем тебя Тиа не устраивает, женщ-щ-щина? — обиженно прошипел эльф. Ящерка демонстративно отвернулась от светлого и даже пару раз махнула ему хвостом.
— Тем, что она не Тиа, — поддержала я ящерку. — Выбирай: Триша, Аска, Рада, Лия, Салли, Ирма…
— Салли! — хором завопили Даррен и Ингрид, заметив, как оживилась саламандра. Рыжая кивнула.
— Салли, так Салли, — смирился светлый. — Хотя Тиа мне больше нравилось.
Ящерка, словно извиняясь, перепрыгнула на руки эльфу. Артаниэль чуть улыбнулся и ласково погладил пятнистую спинку.
— Что за…
Первым странный звук услышал чуткий дроу. Следующим вскочил маг, держа в каждой руке по маленькому смерчу. Ящерка прыгнула на грудь светлому и затаилась у него под курткой. Казалось, будто по тракту катятся, приминая снег, гигантские сани. Звук становился все ближе.
— Раби, посмотри, что это, — шепнул мне темный.
Я привычно обратилась к лесу. Как я вообще могла забыть про свои способности? Увиденное мне не понравилось.
— Что-то очень большое и длинное, — я отступила к краю поляны. — И ползет, как змея!
— Тихо, оно где-то рядом!
Слушая звук ломающихся кустов, я пожалела, что мы не ушли поглубже в лес. Кто знает, может тогда неведомое чудовище не пролезло бы между деревьев?
Артаниэль выпустил в небо светящийся шар. В ярко-голубом сиянии чудище предстало во всей красе — оскалившаяся зубастая пасть с раздвоенным языком, в которой я смогла бы поместиться целиком, вытянутая морда с шипастыми наростами вдоль носа, переходящими на затылок, и длинное, теряющееся в темноте гибкое тело с волнообразными гребнями на спине. Чудовище, покачнув головой, оглядело поляну, нас, задержалось взглядом на творящем большой огненный шар маге… И неожиданно рыкнуло:
— Артаниэль?!
Пол часа спустя насытившийся Грэнхар, в человеческом облике оказавшийся весьма симпатичным коротко стриженным темноволосым мужчиной с озорно блестящими глазами, рассказывал свою историю.
— Дракон я водный, так что улететь у меня не получилось. Вот уплыть — другое дело. Когда выбрался на берег, решил ползти к Тмиру, до Дивнолесья я все равно сам бы не добрался. По дороге пугал редких путников — надо же как-то еду добывать? Хотел и вас прогнать, потом смотрю — знакомый остроухий. Так что хорошо, что мы встретились. Раз в Тмире нет арок порталов, мне бы все равно пришлось вас догонять.
— Когда к реке прорывался, кого-нибудь из эльфов видел?
Грэнхар покачал головой.
— Не до оглядываний было.
— Я, конечно, рада, что ты оказался не просто чудищем, а вполне разумным драконом, — не выдержала Ингрид, — но ложиться спать засветло уже входит у нас в традицию!
Не признать правоту целительницы оказалось сложно. Зевая, мы стали укладываться.
Северянка из мести подняла нас ранним утром. Как она сказала — чтобы в следующий раз вовремя легли. Клевал носом даже ко многому привыкший дроу. Что уж говорить об остальных? Я, зевая, чудом не падала с лошади, а Артаниэль, хоть и старался не подавать вида, то и дело украдкой тер глаза. Хуже всего пришлось Грэнхару — дракон, последние дни передвигавшийся исключительно по ночам, спал на ходу.
На исходе седьмого дня мы доползли до деревни. «Весенний цвет» — значилось на указателе. Ни о каком «цвете» в поселении речи быть не могло. Вся деревня — десяток покосившихся домов в ряд да частокол высотой по колено, заваленный снегом. В ближайшем к нам дворе залаяла собака.
— Кого там принесла нелегкая на ночь глядя? — на пороге показался мужчина с арбалетом наперевес.
— Милостью Хозяйки, мы пришли с миром, — выступил вперед Артаниэль. — Нам бы переночевать.
— Топайте к Дарише, в третий дом, — буркнул селянин, захлопнув за собой дверь.
Мы переглянулись. Ничего себе, теплый прием!
Дариша была уже немолодой женщиной, в одиночестве жившей в просторном двухэтажном доме. Не спросив, ни кто мы, ни откуда, хозяйка открыла для коней сарай и впустила нас в избу.
— По серебрушке с каждого, и на завтрак будут свежие блины с вареньем, — тихо предложила она.
Артаниэль протянул селянке золотой.
— Считай, по пять серебрушек с каждого, и утром мы воспользуемся баней.
Женщина выхватила монету, попробовала на зуб и спрятала в карман.
— Идет, — оживилась она. — Я сплю наверху, первый этаж в вашем распоряжении.
Когда Дариша ушла, Дар скинул капюшон.
— Странно здесь как-то.
— Умирающая деревня, — пожала плечами Ингрид. — Молодые разбежались, а старикам идти некуда.
— Есть кухня и две комнаты, — вернулся с «разведки» Грэнхар. — В одной две кровати узких, в другой — сундуки в ряд, накрытые одеялами — один разместится, и широкая лавка.
— Еще печка, — напомнила я. — На ней вполне можно спать.
— Как раз, на всех, — подвел итог эльф. — Девушки на кровати, темный и дракон — в соседнюю комнату. Я останусь на печи.
Возражений ни у кого не возникло. К удовольствию Ингрид, на этот раз мы легли спать вовремя.
На следующее утро Ингрид, как обычно, вскочила первой и выползла в сторону кухни. Минуту спустя, хихикая, она вернулась за мной.
— Пойдем, я тебе такое покажу! — целительница, не слушая возражений, вцепилась в мою руку.
На лавке у печи, накрывшись пестрым лоскутным одеялом, спал эльф. На груди у него, свернувшись клубком, посапывала Салли, которую маг машинально гладил по спине. Зрелище было настолько умилительное, что я, не сдержавшись, хихикнула вместе с северянкой.
Артаниэль открыл глаза.
— Какого лешего здесь происходит? — недовольно поинтересовался он.
Мы с Ингрид, уже не сдерживаясь, засмеялись.
На шум из комнаты выбрались дракон и дроу.
— А где блины? — первым спросил вечно голодный Грэнхар.
— Не рассвело еще, хозяйка спит, — ответила ему, все еще хихикая, целительница. — Лучше баню пока затопи сходи.
Дракон, разочаровавшись, ушел. Следом, пробурчав что-то о ненормальных женщинах, вышел Артаниэль.
Даррен секунду смотрел на меня, а затем закинул на плечо и отправился в сторону нашей с Ингрид комнаты. Целительница, округлив глаза, показала мне большой палец. Я же, вверх ногами вися над полом, могла только колотить темного по спине и шипеть.
— Ты что творишь?
Дроу, не обращая внимания, аккуратно поставил меня на пол и закрыл дверь.
— Я по тебе соскучился, — тихо шепнул Дар, не выпуская моей руки.
— Ты же не собираешься здесь… — я оглянулась на окно. Чуткие уши уловили, как эльф и дракон, шутливо переругиваясь, пытаются понять, каким образом топится деревенская баня. Вскоре к ним присоединилась Ингрид, дельными советами направив энергию магов в нужное русло.
— Именно здесь, — мурлыкнул темный, развязывая на мне рубашку. — Раньше, чем через полчаса они с баней не разберутся.
— А если догадаются?… — мысли уже начали путаться. Дар, взяв меня на руки, опустился на протестующе скрипнувшую кровать.
— Это будут их проблемы, — эльф поцелуем оборвал дальнейшие возражения. Вскоре мне уже было все равно, догадаются ли о том, куда мы пропали, остальные, или нет.
За завтраком я сидела, уткнувшись носом в тарелку. Ладно Ингрид, подмигнула и успокоилась, но от намеков и переглядываний Арта и Грэнхара я чувствовала себя отвратительно. Довольный, как мартовский кот, дроу ни на кого не обращал внимания. Проглотив встававшие поперек горла блины, я убежала в баню и разрыдалась.
Спустя несколько минут следом за мной проскользнула целительница. Увидев меня в слезах, северянка тут же подбежала и села рядом.
— Он что, тебя обижает?
Я, всхлипывая, помотала головой.
— Принуждает? Делает больно? Тогда что?
— Я так не могу! Все эти взгляды, намеки! Как вообще такое можно терпеть?!
— Ты что… Из-за этих пришибленных магов ревешь? — опешила Ингрид. — Так. А ну, прекрати! Ты своего дроу любишь?
— Люблю! — от неожиданности я перестала всхлипывать.
— А теперь закрой глаза…
Я послушалась.
— … и представь, что Даррена больше нет.
Я в ужасе распахнула глаза. Что значит — нет? А как же я? Как я буду жить без него?
— Представила? Молодец. А теперь слушай меня. Идет война. Пока не по всей стране, но каждого из нас она успела затронуть. В любой момент кого-то может не стать. Уйдет утром в лес, а вместо него нагрянет толпа орков, — северянка едва заметно вздрогнула, вспомнив Раурша. — Или шальная стрела приласкает спину. Или разбойники, превосходящие числом, перережут глотку в темном лесу и забудут закопать. Хорошенько подумай, хочешь ли ты омрачить те редкие моменты радости, которые вам выпадают, глупым стеснением? Здесь все свои. Я и Арт потеряли любимых. Что творится в душе Грэнхара — одному Светлому известно. Что еще нам остается, как не подглядывать за вашим счастьем?
Я потрясенно смотрела на целительницу. Для северных деревень нашествия орков были чем-то естественным, поэтому даже уничтожение Кривых Холмов я восприняла, как обычное явление. В разрушение же Мардрена я, как оказалось, так и не смогла до конца поверить. А остальные деревни? А огромное количество осиротевших детей, ютящихся в Тмирской ратуши? Неужели это и есть — война? В летописях ее описывают совершенно не так!
— То, что происходит между тобой и Дарреном — прекрасно, — продолжила Ингрид. — Держись за него. Наслаждайся каждым моментом. И каждый раз, когда в твою голову полезут глупые мысли о том, что вы что-то делаете «не правильно», просто представь, что темный исчез. Поверь, это лучшее лекарство для промывки мозгов.
Целительница оставила меня и отправилась в парилку, а я еще долго сидела и думала. Даррена больше нет… От одной этой мысли хотелось вскочить и бежать обратно на кухню, плюнув на всех, повиснуть на шее дроу и бесконечно повторять, как сильно я его люблю. Ингрид оказалась права. А война… Войну мы переживем. Вместе.
Часть третья — И случилась война
Артаниэль задумчиво разглядывал ярко-рыжий волос.
— И ведь даже подумать не на кого… — задумчиво протянул эльф.
— Может, ты решил цвет поменять на старости лет? — хмыкнул Грэнхар.
— Поздно ему цвет менять, — не согласилась Ингрид. — Магией искать не пробовал?
Мы сидели в уютном трактире в центре Житовинска — крупного города недалеко от столицы. До Дивнолесья оставалась всего неделя пути. И добрались бы мы сюда без происшествий, если бы светило эльфийской магии не начал находить на своей расческе чужие волосы.
Первые два или три раза волосы были черными. Светлый даже подозревал Ингрид, но разъяренная целительница быстро убедила Артаниэля в своей непричастности. Какими словами она это сделала — цитировать не стану. Но сегодня что-то пошло не так — вновь обнаруженный волос оказался рыжим.
— Пробовал. Ерунда выходит. А на полноценный поиск нужно несколько дней покоя.
— Большинство магических приемов не работают в отношении драконов, — просветил нас Грэнхар и тут же поднял руки: — У меня рыжих волос нет, можете проверить!
— Тебе что, расчески для девушки жалко? — откликнулся молчавший до этого дроу. — Лучше в следующий раз оставь записку, мол, раз пользуешься, меня заодно расчеши. Гарантирую незабываемые ощущения!
— Если это девушка, — заржал дракон. — А если парень окажется?
Артаниэль раздраженно передернул плечами.
— Очень смешно. Лучше бы помогли.
— Да чем мы тебе можем помочь? — не выдержала я. — Караулить тебя всю ночь, что ли?
— Не жадничай, — хихикнула Ингрид. — А если любопытство замучило, лучше и правда записку оставь.
Эльф, так и не дождавшись от нас сочувствия, ушел в свою комнату.
В Житовинске мы были уже два дня. Артаниэль, заглянувший в местную Гильдию Магов, не поверил своим глазам, когда обнаружил Врата портала, ведь в Тмире ему сказали, что такие есть только в Мардрене и в столице!
К сожалению, сразу стало ясно, почему про новые Врата никто не знал. Маг Житовинска, установивший их, сгинул в Мардрене. Артаниэлю пришлось чуть ли не с боем вырывать у учеников чародея его записи и, установив связь с Дивнолесьем, диктовать их лорду Науриэлю. Первый Советник — изобретатель порталов — пообещал разобраться в чужих расчетах и открыть проход, так что нам оставалось только ждать.
Все вокруг словно кричало: мы движемся к югу! Зима здесь была намного теплее, без пронизывающих до костей ледяных ветров. На небе вместо свинцовых снеговых туч светило яркое солнце. В дне пути от города мы вышли на бескрайнюю снежную равнину, на горизонте которой туманными очертаниями проступал Житовинск.
Сам город сильно отличался от Тмира. Высокие, по два-три этажа, дома из крупного камня, мощенные мостовые, очищенные от снега, пестрые крыши… Даже люди, казалось, были другими.
— Хочешь остаться здесь на зиму?
Я обернулась. Пока я, задумавшись, смотрела в окно, Ингрид и Грэнхар ушли. Дар, лежа на кровати, разглядывал меня.
— А как же Тмир?
— Вернемся весной. Мы смогли пройти на юг, но это не значит, что проберемся обратно. Наверняка за наше отсутствие там навалило еще пару метров снега.
— Возможно… — я присела рядом с темным. — Здесь никто не знает, что случилось с Мардреном, что творится на севере… Но мы-то знаем! Как мы сможем сидеть, вздрагивая от каждого шороха: а вдруг на этот раз орки пройдут по Житовинску?
— Предлагаешь найти место побезопаснее?
— А есть ли оно? Можно ли вообще говорить о безопасности, пока оркам помогает сумасшедший чародей с эльфийским медальоном?
— Ты хочешь помочь Артаниэлю, — догадался дроу.
— Хочу, — я кивнула. — Не потому, что жажду приключений или не понимаю, во что ввязываюсь. Наоборот, слишком хорошо понимаю! Но я просто не смогу сидеть на месте и ждать смерти! К тому же, Грэнхар сказал — орки блокируют только светлую магию. Значит, я действительно могу оказаться полезной!
— Сначала нужно добраться до Дивнолесья, — Даррен прижал меня к себе. — И выяснить, как вообще можно вернуть Аматирэль. Но учти, я не стану подвергать тебя опасности! Если план окажется слишком рискованным, остаемся зимовать в Житовинске.
Мне пришлось согласиться. Интересно, что в понимании темного «слишком рискованно»? В любой момент любой из городов может быть разрушен до основания. Остаться в одном из них — значит принять участие в лотерее, цена в которой — твоя жизнь. Что может быть опаснее?
Еще один день прошел как во сне. Утомленные долгой дорогой, мы только спали, ели и вечерами собирались вместе, чтобы поболтать ни о чем.
Утром в нашу с Дарреном спальню ввалился Артаниэль.
— Вот! — маг тряс своими волосами и размахивал клочком бумаги. — Вот!
— Какого… Ты так орешь, светлый? — недовольно проворчал Дар и укрыл меня одеялом по самую шею.
— Ночью! Чтоб я тебя еще раз послушал! Она меня расчесала!
— Кто?
— А я знаю, кто? — окончательно вышел из себя эльф. — Я ночью сплю!
На вопли светлого, зевая, пришла Ингрид. Следом за ней, сгибаясь от хохота, вполз Грэнхар.
— Он на расческе записку оставил, — сквозь слезы поведал нам дракон. — И получил ответ!
Целительница вырвала клочок бумаги из рук Арта.
— Ага… Ну и почерк у тебя… Вот. «Прекрасная незнакомка, не соблаговолите ли вы…» Почему ты решил, что это все-таки «она»? И откуда знаешь, что «прекрасная»?
— Он на лучшее надеялся, — опять заржал Грэнхар.
— Ладно, забыли… Так.»… не соблаговолите ли вы, в качестве равнозначного обмена, оказать мне небольшую услугу, которая ни в коем случае…» Арт, а ты нормально изъясняться умеешь? — оторвалась от записки Ингрид.
— А ну отдай! — наконец, пришел в себя эльф.
— Обойдешься! Должна же я знать, ради чего ты всех перебудил в такую рань. В общем, Артаниэль попросил того, кто регулярно оставляет свои волосы на его расческе, расчесать заодно и его, — объявила девушка нам с Даром. — Ого, а вот и ответ. Кошмар какой, да она от тебя только почерком отличается! «Многоуважаемый лорд Артаниэль, я приношу свои глубочайшие извинения, за то что вынуждена пользоваться вашей…» так, это надолго, пропустим… «…Мне безмерно жаль, что я не могу представиться вам по всем правилам этикета, чего вы, несомненно…» Это тоже лишнее… Вот! «…Я с превеликим удовольствием расчешу ваши прекрасные мягкие локоны. Осмелюсь заметить, что ничего более приятного я в жизни не делала…»
— Так может, ей показать, что может быть приятнее? — похабно ухмыляющийся дракон сделал характерное движение тазом, за что получил от целительницы подзатыльник.
— Все! Тут еще на пол листа восхваление моим волосам, и ничего по существу! — эльф наконец-то вернул записку себе.
— Значит, уже больше недели с нами путешествует образованная девушка-невидимка, у которой нет своей расчески и которая в восторге от волос Артаниэля, — подвела итог я. — Вам ситуация не кажется абсурдной?
— А есть другие идеи? — светлый сел на подоконник. С его головы свесилась любопытная мордочка саламандры.
— Встретишься с ней — познакомишь, — зевнула Ингрид. — А пока я — спать.
— Эх… А за мной так девушки не ухаживали, — завистливо вздохнул Грэнхар.
— Ты тоже расческу с запиской оставь — вдруг, и тебе достанется? — посоветовал светлый, выволакивая дракона в коридор. Хлопнула дверь и наступила долгожданная тишина.
— Как думаешь, кто это? — спросила я у Даррена.
— Зачем гадать? Когда-нибудь узнаем.
— Науриэль расшифровал записи. На сборы три часа, затем он откроет переход в Наурдаиль, — за обедом огорошил нас долгожданной новостью эльф.
— А что собирать-то? Коней продали, продукты в дорогу не нужны… — флегматично откликнулся темный. — Можно хоть сейчас выдвигаться.
— Сейчас нельзя, — Артаниэль упал на скамью рядом с нами. — Отец не уверен в расчетах, поэтому придется немного подождать.
— Ждать, так ждать, — потянулся дракон. — Хотя я бы сейчас что угодно отдал за теплое соленое море…
— На западе Дивнолесья есть море, — вспомнила я. — Только от Наурдаиля оно далеко.
— И купаться тебя в него не пустят, — продолжил за меня светлый. — Там дриады живут, они чужаков не любят.
— А я к ним… Со всей душой! — распахнул объятья Грэнхар.
— А они к тебе — с парочкой проклятий на грядущую жизнь. Лучше не суйся.
— Вот так всегда… И незнакомку — не мне, и к дриадам нельзя… Как жить дальше?
За полчаса до открытия перехода мы уже сидели в приемной местной Гильдии Магов, не зная, чем себя занять.
— Арт, как думаешь, как она выглядит? — неожиданно спросил дракон.
— Кто — она?
— Незнакомка твоя, кто же еще.
— Понятия не имею, — буркнул светлый. — У нее даже с цветом волос не все ясно. Вот поймаю — выясню.
— Ты что, ее ловить собрался? — удивилась Ингрид.
— Я всегда защищаю свою комнату охранным контуром, — раздраженно откликнулся эльф. — И мне очень интересно, как она каждый раз умудряется его обойти!
Я сидела в обнимку с Дарреном и с улыбкой следила за перепалкой. Артаниэль, загоревшийся желанием вернуть медальон Аматирэль в Дивнолесье, почти не вспоминал о потерянной невесте. Может, оно и к лучшему? Арту всего четыреста, для эльфа это чуть больше трети жизни… Конечно же, он еще найдет себе любимую.
Наши пререкания прервал взрыв. От грохота заложило уши, а взрывной волной выбило стекла в широких окнах. Мы попадали на пол.
Дар среагировал мгновенно. Прикрыв меня собой, темный дождался, пока прекратят звенеть сыплющиеся из рам осколки.
— Цела?
— Да, — прохрипела я. — Что это было?
Дроу не успел ответить. Мимо здания гильдии пробежала женщина, оглашая окрестности дикими воплями:
— Орки! В городе орки!
Орки? В Житовинске? Накаркала!
Пара местных магов, услышав вопли с улицы, опрокинули столы и стали закрывать ими окна.
— Если они прорвутся, отступайте на… — Артаниэль не успел закончить, потому что в этот момент в разбитое окно влетела стрела. Лишившиеся силы маги, матерясь, как бывалые матросы, отползли под защиту стен.
Огромный орк, на две головы выше эльфа, попытался прорваться внутрь, но был сметен мощным энергетическим залпом — светлый, не успевший сплести заклинание, ударил чистой силой. Еще один направился вслед за ним, получив ледяное копье в грудь. На этом Арт иссяк.
Одновременно с нашими атаками из-под земли вокруг дома стали пробиваться витые лианы, которые, словно гигантские щупальца, оплетали оказавшихся слишком близко орков — проснулась собственная защита Гильдии. Скаля желтые зубы, нападавшие столпились вокруг живой изгороди, словно чего-то ждали. Арт выругался сквозь зубы.
— Что за… — прошептала я, глядя, как щуплый, будто высушенный орк с вплетенными в длинные патлы костями и рядом колечек в оттопыренной нижней губе раскачивается, размахивая руками, перед лианами. Шаман!
— Вооружайтесь чем кто найдет, живо, — так же тихо потребовал светлый.
Из наших сумок полетели два арбалета, четыре десятка болтов, три больших двуручника, две пары сабель, изящная рапира и набор метательных ножей. Маги и немногочисленные горожане, забежавшие в Гильдию в надежде на помощь, не дожидаясь приглашения, принялись вооружаться.
Спустя несколько бесконечных минут защита не выдержала. Орки, жаждущие крови, кинулись внутрь.
Двое оборотней в обличье медведя и волка рвали своих противников. Ингрид и еще один человек успешно отстреливались из арбалетов. Артаниэль и Дар, встав спиной к спине, слаженно орудовали саблями. Грэнхар при помощи темной магии швырялся яркими молниями. Я, вооружившись метательными ножами, из-за опрокинутого стола целилась в незащищенные кожаными доспехами шеи орков. В общей куче на меня внимания не обращали, и я без особенных проблем отправила на тот свет четверых. Пятый, последний, нож ушел «в молоко». Здоровенный орк с ирокезом на голове, над чьей головой он пролетел, обернулся в мою сторону. Чертыхнувшись, я потянулась за мечом.
Через полуразрушенный зал метнулась черная тень. Дроу, с бешенной скоростью вращая саблями, снес голову направлявшемуся ко мне орку и в следующую секунду оказался за моим укрытием.
— Мирдзен?!
— Не хлопай ушами, а колдуй! — прохрипел темный. Выглядел он плачевно — из раны на бедре торчал обломок стрелы, широкая царапина пересекала скулу, одежда была заляпана кровью. Я кивнула, ободренная неожиданным появлением старого друга.
Сев на пол, я закрыла глаза. Свою защиту я полностью доверила дроу. Мысленно потянувшись к пронизывающим пространство нитям энергии, я принялась за одно из самых сложных плетений некромантии. Много лет назад, когда я только прибыла в Кривые Холмы, ко мне в руки попала толстенная книга какого-то темного мага, сопровождавшего один из Тмирских караванов и бесславно погибшего в зубах волкодлака. Долгими зимними днями я от скуки перечитывала доставшийся мне труд. К сожалению, опробовать новые заклинания мне до сих пор не довелось — неудачная попытка испепелить Когтя не в счет.
В качестве границ для своей магии я использовала круг, очерченный высохшими лианами Гильдии. Закончив колдовать, я вытащила меч и бросилась на помощь остальным. Через минуту живых орков в здании не осталось.
Светлый выглянул в окно и отшатнулся.
— Это что за… Лесная! — неожиданно рявкнул он. — Ты что за… хрень наколдовала?
— Завесу праха… — неуверенно ответила я. — Некромантия же, вроде, не запрещена?
— Некромантия-то нет… — задумчиво хмыкнул Грэнхар. — Только это что угодно, но не Завеса праха.
Я метнулась к окну. Вокруг здания Гильдии вновь восстали лианы, но теперь это были не живые побеги, а высушенные корявые ветви высотой метров пять, с неизвестно как выросшими на них хищными пастями. Ими моя «Завеса» отбивалась от столпившихся вокруг орков.
— Зомби-растения? Вот что бывает, когда фея берется за некромантию, — хмыкнул Мирдзен. — Чего тебе в Дивнолесье не сиделось, Арабеска?
— А ты вообще кто? — вместо меня весьма грубо спросил Даррен.
— Я-то знаю, кто я… А вот кто ты?
— Мирдзен, это Дар, мой… — попыталась вмешаться я.
— Ее, — коротко продолжил за меня дроу и красноречиво приобнял меня за талию. — А она — моя. Так понятно?
— Видишь ли, мой юный друг, — Мирдзен поднял одну из валявшихся лавок и с нарочитой небрежностью устроился на ней, вытягивая раненную ногу. — Я тоже могу сказать, что я — ее, а она — моя. И не уточнить — кто именно? И получится о-очень неловкая ситуация.
— Все, хватит! — не выдержала я, заметив, как Даррен потянулся за саблями. — Мирдзен учил меня выживать и сражаться! — я обернулась к сидящему темному: — Про Дара ты, надеюсь, понял?
— Да понял я, понял… Непоседливая фея, вечно ты вмешиваешься в самый интересный момент!
— Нашли время выяснять отношения, — пришла в себя Ингрид. — Если вы не забыли, у нас за дверью орки!
— Минут десять в запасе у нас есть, — успокоил ее Грэнхар. — Не знаю, что наколдовала Лесная, но держится это лучше гильдейской травки.
— Над лианами трудились два лучших мага Житовинска! — оскорбленно заявил один отбивавшихся вместе со всеми чародеев.
— А толку? Фея с учебником по некромантии справилась лучше!
— Хватит пререкаться! — попыталась успокоить всех Ингрид. — Арт, когда откроется портал?
— Минут через десять. Связаться с Науриэлем и поторопить его я не могу. Придется ждать.
— Ждать так ждать, — Дар оглянулся на мою «Завесу». — Только, боюсь, защита не выдержит раньше.
Орки где-то раздобыли топоры и усиленно продирались сквозь мутировавшие лианы.
— Сейчас подправим! — дракон закатал рукава и, сконцентрировавшись, запустил в «живую изгородь» большой белый шар. По лианам пробежали электрические разряды, поджарившие стоящих рядом тварей. Остальные поспешили отойти. За их спинами медленно, но неотвратимо город превращался в руины.
— Про какой портал вы говорили? — вышел к нам один из оборотней, кажется, волк.
— Переход в Наурдаиль, — ответил ему светлый. — От Житовинска скоро ничего не останется. Всем, кто сейчас здесь, я предлагаю убежище в Дивнолесье.
— Там моя семья! — горожанин, стрелявший вместе с Ингрид, кинулся на улицу.
— Забудь! — дракон за шкирку втащил его обратно. — Там больше никого нет! Мардрен за час на сувениры разобрали, а он раза в два крупнее!
Шокированного мужчину передали на руки целительнице. Та быстро влила в него какое-то зелье, скорее всего успокаивающее.
— Прорываются, — прохрипел Мирдзен, берясь за оружие. Молнии Грэнхара не сильно задержали орков.
За нашими спинами начали искриться Ворота портала.
— Минута! — крикнул Арт, снося голову первому орку. Грэнхар, что-то пробормотав, залепил арку входа странной склизкой гадостью. Очередная тварь, попытавшаяся пробежать сквозь нее, была отброшена далеко назад.
— Выдержит пять-семь раз, не больше, — дракон отступил.
Портал за нашими спинами наливался силой. Артаниэль непрерывно переводил взгляд с фиолетовой воронки на таранящих хрупкую преграду орков.
— Уходим! — наконец, крикнул он. В этот же момент защита арки была снесена.
Оборотней и Житовинских магов не пришлось долго уговаривать. Следом за ними в портал запрыгнула Ингрид. Мирдзен, на ходу отбиваясь от наступавших тварей, толкнул в воронку меня и Даррена и вывалился с обратной стороны на нас.
От жесткого приземления на мраморный пол у меня потемнело в глазах. Приподнявшись, я увидела, что нас со всех сторон окружили вооруженные эльфы. Портал начал искрить и гаснуть, но в последний момент из него выпали Артаниэль и Грэнхар. Светлый, оглядевшись, поднялся на ноги. Не успел он сказать и слова, как от двери донеслось властное:
— Опустить оружие!
Окружившие нас стражники подчинились. Дар задвинул меня себе за спину, Мирдзен прикрыл Ингрид. Спасенные житовинцы сидели на полу и вертели головами.
К нам вышел эльф, настолько похожий на одного синеглазого остроухого, что я сразу поняла — это и есть Первый Советник Науриэль. Бывший верховный маг небрежным движением руки заставил стражников отойти.
— Вас больше, чем мы ждали.
— Житовинск уничтожен, — чуть склонил голову Артаниэль. — Мы забрали тех, кто был рядом.
— Хорошо, — лорд Науриэль кивнул.
Неожиданно Ингрид, оттолкнув держащего ее Мирдзена, бросилась обратно к порталу. Ей наперерез кинулся один из стражников, но целительница не глядя отмахнулась:
— Убери свою железку!
Северянка подбежала к лежащему на полу без движения Грэнхару.
— По нему шаман попал, — выругался Арт.
— Проклятье. На кровь. Очень мощное, — Ингрид разорвала на драконе рубашку и приложила руки к его груди. Спустя минуту девушка сравнялась по цвету с белым мрамором пола.
Тяжелая дверь распахнулась, звонко стукнув створками о стены. В зал стремительно вошел высокий смуглый мужчина в длиннополом золотом одеянии, шлейфом струящимся вслед его шагам. Длинные черные волосы стягивал тяжелый золотой обруч с овальным рубином.
— Владыка Валимир, — Артаниэль и Науриэль одновременно склонили головы. Мы с Даром ошарашенно переглянулись. Верховный дракон? В Наурдаиле?!
Владыка тем временем коротко кивнул советнику, опустился на колени рядом с Ингрид, и, как она делала раньше, провел рукой над Грэнхаром. Едва дышащая от усталости девушка прошептала:
— Я не справлюсь.
— Я справлюсь, — уверенно ответил дракон. — Обезболить сможешь?
Целительница кивнула.
Валимир достал из складок одежды изогнутый кинжал и сделал надрез на уровне сердца. Грэнхар дернулся, но не очнулся.
— Сейчас! — Ингрид послушно прикоснулась к вискам лежащего мага. Верховный, ухватившись за что-то над кровоточащей раной, резко потянул вверх. Грэнхар выгнулся дугой и упал обратно на пол. Валимир, подкинув проявившийся в его руке извивающийся черный клубок, дыхнул на него пламенем.
— Вот и все, — дракон обернулся к целительнице как раз вовремя, чтобы успеть поймать обессиленную девушку. Подняв ее на руки, он обратился к Науриэлю.
— Грэнхару в ближайшие дней пять понадобится присмотр целителей.
— Маги Наурдаиля в вашем распоряжении.
— Где вы хотели разместить эту леди? Я отнесу ее.
Толпящаяся без толку стража расступилась, пропуская самого могущественного из драконов. Да и только ли среди них? Верховный был похож на ураган — стремительный, неукротимый, всесильный… Стоит ли удивляться, что эльфы беспрекословно его слушались?
Этим же вечером мы устроили совет в отведенных нам покоях.
— С начала зимы были уничтожены Мардрен, и несколько северных деревень, — выложил нам выведавший все у Науриэля Артаниэль. — Житовинск — второй крупный город, подвергшийся нападению. Но это еще не все. После того, как я связался с отцом из Тмира, он отслеживал природу открывавшихся порталов, чтобы понять, где может находиться Аматирэль. Так вот… В Житовинск орки прошли без помощи кулона.
— Сами научились, что ли?
— Очень похоже на то, — мрачно кивнул маг. — Или тот, кто их направляет, научился. Аматирэль сильно помогает понять принцип работы порталов.
— Кто в здравом уме станет помогать оркам? — фыркнул Мирдзен.
— Тот же, кто способен уничтожить несколько поселений без всякой на то выгоды, — ответил ему Дар. — Наличие здравого ума для этого не обязательно.
— То есть, мы ищем сумасшедшего мага, который раньше не мог, но имел достаточно сил для построения портала, который шестьдесят лет назад украл из сокровищницы Мардрена артефакт и который почему-то решил устроить людям тотальный геноцид? — из кресла откликнулась непривычно бледная Ингрид. Валимир поделился с истощенной целительницей своей силой, но северянка все еще плохо себя чувствовала.
— Ты забыла — который каким-то образом блокирует светлую магию на огромной территории, — напомнила я.
— Это как раз не сложно, — возразил мне Артаниэль. — Создать такой артефакт — не проблема. Хотя действует он обычно в радиусе пары метров…
— В общем, нужно найти сумасшедшего мага-долгожителя с большим резервом силы и талантом к изготовлению артефактов. Да после разрушения Мардрена не выяснить даже, кто в живых остался!
— Для начала нужно найти Аматирэль.
— Толку от него теперь, если наш маг сам справляется?
— Аматирэль поможет нам. Лично я не настолько безумен, чтобы прыгать в портал без Ворот.
— Значит, ищем артефакт, — поднялся Даррен. — Ты бы хоть показал, как он выглядит.
— Принесу завтра отцовские записи, — кивнул светлый.
— Вот именно, завтра! — не выдержала уставшая Ингрид. — А сейчас кыш из моей комнаты!
— Нарида…
— Лежи спокойно, — приказал Валимир, вливая в дракона порцию силы. Грэнхар метался по кровати, его лицо исказила гримаса боли. Очередная судорога заставила аквамаринового змея застонать сквозь стиснутые зубы.
— Нарида!
— Поможешь ему? — Верховный обернулся к замершей в дверях девушке. — Он не в себе и, когда очнется, ничего не вспомнит.
Золотая драконица опустилась рядом с кроватью Грэнхара и взяла его за руку.
— Я здесь.
— Нарида… — змей стиснул ладонь девушки, заставив ее поморщиться от боли. — Нарида, девочка моя, любимая моя, прости меня, прошу, прости, слышишь, я не могу без тебя, солнышко золотое, пожалуйста, не уходи больше…
Тело Грэнхара скрутило очередной судорогой.
— Как только встанет на ноги, пришлю его к тебе извиняться, — Валимир положил руку на плечо тихо плачущей драконицы. — Не прощай его сразу. Не заслужил.
— Как ты познакомилась с Мирдзеном?
Мы с Даром наслаждались просторной каменной ванной, наполненной горячей водой с примесью розового масла. Темный нежно массировал мне плечи.
— Я всегда чувствовала себя чужой в Дивнолесье, но уходить далеко боялась. Так, выбиралась недалеко за границу эльфийских земель и гуляла там по несколько дней. Однажды встретилась с Миром. Он сказал мне, что живет недалеко и что будет рад гостям. С тех пор я стала исчезать намного чаще. Сначала я просто слушала его рассказы, через какое-то он предложил научить меня бесшумно двигаться… Потом было метание ножей, фехтование, уроки выживания в лесу — что и в каком виде можно съесть, а от чего лучше держаться подальше. Если бы не он, думаю, до Кривых Холмов я бы не дошла живой. Почему Мирдзен так тебя интересует?
— Потому что я много о нем слышал, — дроу обнял меня и положил голову мне на плечо. — Триста лет назад, еще до того, как началась бесконечная война между Светлыми и Темными, Мирдзен был изгнан из Ларигадера, как думаешь, за что? За связь с феей. В те времена к подобным встречам относились даже хуже, чем сейчас. Триста лет о нем ничего не было слышно, и вот — он появляется в Житовинске, и выясняется, что вы хорошо знакомы. Что я должен был подумать?
— Зря ревнуешь, — я брызнула в эльфа теплой водой. — Триста лет назад я была совсем ребенком, а познакомились мы, когда мне перевалило за сотню. С какой бы феей он не связался, это была…
— Что случилось? — от Дара не укрылась смена интонации. Я же сидела, потрясенная неожиданной догадкой.
— Мам?
Я вошла в спрятанный в кроне дуба дом. В лицо пахнул с детства знакомый запах — цветочная пыльца в сочетании с чуть прелым привкусом листьев. Закрыв глаза, я улыбнулась.
— Мам! Ты дома?
Навстречу мне вышла фея с фиалковыми глазами. Такая же невысокая, как я, с сияющим золотом ореолом кудрей вокруг головы. Хрупкую фигуру подчеркивало ярко-зеленое приталенное платье, уместное скорее в дворце Владычицы, нежели в скромном доме.
— Арабеска? — выдохнула женщина и кинулась мне навстречу. — Ты в платье?
— Мама! — я обняла своего единственного родного человека. Единственного ли? — Меня не было десять лет, а ты удивляешься, что я в платье!
— Пропадала ты постоянно, но в такой одежде не возвращалась никогда! — заявила практичная во всех отношениях Илия и за руку отбуксировала меня на кухню. — Рассказывай!
— Что?
— Кто тебе его подарил?
Я хмыкнула. Вот сейчас она упадет…
— О моей одежде позаботился лорд Артаниэль.
Арт действительно сделал все, чтобы наша компания ни в чем не нуждалась. Нам отвели целый этаж в западном крыле полупустого дворца, обеспечили всем необходимым… Не знаю, как у остальных, а в моем шкафу оказалось больше дюжины платьев из лучшего эльфийского шелка, чем я и поспешила воспользоваться. Отсутствие же большей части слуг и стражи — Владычица уже несколько месяцев жила в своей резиденции за пределами Наурдаиля, оставив дворец и государственные дела на попечение Первого Советника — еще больше облегчало жизнь. Ни с кем из исконных обитателей пышного замка мы не сталкивались, что нас совершенно устраивало.
Мать от удивления раскрыла рот.
— Ты Верховного Мага умудрилась…
— Нет, я его гостья, — пошутили, и хватит. Вздохнув, я рассказала все, что произошло со мной за последние десять лет. Умолчала только о Мирдзене.
— Значит, опять война, — фея печально выглянула в окно. — Я видела войну Светлых и Темных. Люди объявили темную магию злом и принялись уничтожать всех, кто имел к ней хоть какое-то отношение. Среди человеческой расы такие быстро закончились, и тогда под удар попали остальные… Сначала оборотни, потом гномы, затем какому-то умнику пришла в голову мысль напасть на дроу — где найти расу темнее? Дроу, не долго думая, объединились с гномами и оборотнями и за каких-то пять лет разнесли Светлую Империю по камушкам, завершив почти двухсотлетнее противостояние. Неужели все начнется заново?
— На этот раз светлые маги не справятся без темных. И без драконов. Всем расам придется объединиться, хотят они этот или нет. Ты не видела орков. Их в десятки раз больше, чем нас. Мам?
Фея обернулась.
— Имя Мирдзен тебе о чем-нибудь говорит?
Своего вопроса я испугалась, наверное, не меньше Илии. Мать, судорожно вздохнув, опустилась на стул.
— Где ты его видела?
— В Житовинске. И еще раньше, на границе Дивнолесья, — я взяла фею за руку. — Расскажи мне про него.
— Зачем?
— Мне нужно узнать. Именно сейчас. Что произошло триста лет назад?
Пылая гневом, я вломилась в комнату Мирдзена. Темный в компании с Дарреном пил что-то похожее на вино. Увидев меня, Мир удивленно спросил:
— Фея лиан-ту? А такие бывают?
— Бывают! — зашипела я. У меня что, крылья появились? — Если рождаются от безответственных, беспринципных, наглых и самоуверенных дроу!
Мирдзен поперхнулся.
— Дар, выйди! Я с папаш-ш-шей поговорю! — мой эльф благоразумно скрылся.
— Ты — моя дочь?
— Нет, я просто так пришла! Да, я твоя дочь! А ты наобещал Илии звезд с неба и смылся!
— Ар, — темный смотрел на меня широко раскрытыми глазами. — Ар, я не знал про тебя! Я не мог…
— Рассказывай! — глубоко вздохнув, я постаралась успокоиться и сложила крылья. — Давай. Какая версия событий у тебя?
Мирдзен хмыкнул, и держась от меня на почтительном расстоянии, начал:
— Как мы познакомились с твоей матерью, ты уже знаешь, — я кивнула. — У вас семейное — вылавливать своих полумертвых половинок из воды. Илия выходила меня, скрыла от Совета Фей. Лет пятнадцать я тайком сбегал к ней при первой же возможности. Знаешь, какие порядки были тогда, до войны? Светлые, не задумываясь, убили бы нас обоих, если бы узнали. Темные оказались лояльнее. Когда моя тайна открылась, мне предложили выбор. Либо я привожу Илию в Ларигадер и держу в качестве любовницы — большего мне бы не позволили. Либо становлюсь изгнанником без права на возвращение. В этом случае твою мать, и, как теперь выяснилось, тебя, согласились не трогать, если я прекращаю с вами видеться. Как думаешь, понравилось бы Илии, лесной фее, в каменных джунглях Ларигадера? Что она чувствовала бы, зная, что ее соседи, может быть, убивали кого-то из ее знакомых? Забрать ее с собой означало посадить в клетку. Илия никогда бы не простила мне этого. Я выбрал второй вариант — ушел. Лишился и дома, и любимой женщины. И нет, я так и не нашел безопасного способа рассказать ей об этом. Все, что я смог — это поселиться поближе к Дивнолесью и надеяться, что у нее все хорошо… Потом появилась ты. Ар, ты стала для меня находкой. Ты столько жаловалась на общину фей, столько рассказывала об Илии… Я был готов научить тебя чему угодно, лишь бы ты продолжала ко мне приходить. Я понятия не имел, что у меня есть дочь!
— Она была уверена, что ты мертв. До сегодняшнего дня. Дар натолкнул меня на интересную мысль, и я поспешила ее проверить, — я закрыла глаза. Еще даже полудня нет, а я уже чувствую себя вымотанной! — Я рассказала Илии, что видела тебя в Житовинске. Теперь она думает, что ты ее бросил.
— Я триста лет был уверен, что она так думает, — неожиданно тепло улыбнулся Мирдзен. — Что ты теперь собираешься делать?
— Думать! Мне придется свыкнуться с мыслью, что у меня есть отец! — я взяла со столика початую бутылку вина и направилась в нашу с Даром комнату. Уже от двери до меня донеслось:
— Не только тебя сегодня ждало такое открытие!
Артаниэль, зевая, кое-как дополз до ванной. Как же он устал! Эльф всю ночь лежал, чуть прикрыв глаза, в надежде застать странную незнакомку. К его разочарованию, первые солнечные лучи осветили богатое убранство комнаты, а таинственная девушка так и не появилась.
Радовало, что отец его сегодня в таком виде не застанет. Еще вчера вечером Науриэль передал Арту толстую стопку листов с расчетами Аматирэль и, самое главное, рисунком самого кулона. Сколько отцу понадобится времени, чтобы обнаружить примерное местонахождение своего творения? И, когда найдет, как забрать его себе? Что стоит загнанному в угол чародею воспользоваться артефактом и смыться как можно дальше? Как сказал отец — никаких ограничений он в Аматирэль не вложил. Хоть к крови бы его привязал, что ли? Тогда сейчас было бы одной проблемой меньше…
Еще важный вопрос — как привлечь на свою сторону двоих дроу? И Дар, и этот неведомо откуда взявшийся Мирдзен были прекрасными воинами. Когда он отправится за артефактом, маг хотел бы, чтобы они были рядом.
Следом за ними наверняка увяжется Ар. Хотя, Лесная — тоже неплохой попутчик. Одни ее зомби-лианы чего стоят… Главное, чтобы они с темным, когда решат в очередной раз уединиться, уходили подальше от стоянки. А то сами не спят и другим не дают…
Быстрее бы оправился Грэнхар. Его помощь неоценима. Артаниэль, еще в Мардрене сдружившийся с хамоватым драконом, не представлял на его месте кого-нибудь еще.
Ингрид… Целительница искала себе новый дом. Тащить ее в очередное опасное путешествие светлый не хотел, но он прекрасно понимал — если женщина соберется с ними, отговорить ее не удастся.
Зевая так, что сводило челюсть, эльф в одном полотенце вернулся в спальню, взялся за расческу… На ней явственно различались пара черных волос. Рядом, на папке с чертежами, лежал золотой кулон в виде ажурного шара с заключенным в нем идеально круглым сапфиром. Аматирэль.
— Во дворец никто посторонний не проникал, — Науриэль рассматривал неизвестно откуда взявшийся кулон. — Моя защита осталась нетронутой.
— Мой контур она тоже обходила, — возразил Арт.
В комнате светлого было не протолкнуться. Я, Дар, Ингрид, Мирдзен, Первый Советник, Верховный, и даже еле держащийся на ногах Грэнхар пытались понять, как потерянный шестьдесят лет назад артефакт может быть связан с таинственной девушкой, навещавшей ночами мага.
— Это хотя бы тот артефакт?
— Да, точно он, — ответил мне светлый. — Я с его помощью из комнаты в ванную переместился.
— Вот до чего лень довести может, — тихо хмыкнул Грэнхар.
— Что интересно, — Валимир отложил «переписку» Арта и незнакомки. — Некто больше двух недель — считайте, почти от Тмира — путешествует вместе с вами, а вы не заметили?
— Сами задавали себе такой вопрос, — задумчиво протянул Дар. — Но даже если предположить, что этот кто-то двигался параллельно с нами, а ночами навещал нашу стоянку, в Дивнолесье-то мы порталом попали! И мы точно знаем, кто через него проходил!
— Еще вопрос, — неожиданно вспомнила я. — Если артефакт у нас, как мы теперь будем искать сумасшедшего мага?
— Попытка убийства одного из нас — достаточный повод для вступления в войну. Если эльфы решат помочь людям, драконы в стороне не останутся, — уверенно пообещал Верховный. — Как следует поджарим орков, а там и чародей выползет, никуда не денется.
— Нам придется им помочь, хотим мы того или нет, — устало поведал Науриэль. — Орки в качестве соседей устраивают Владычицу меньше, чем люди.
— Значит, как только леди Аластриэль станет лучше себя чувствовать, я рассчитываю подписать договор о взаимовыгодном союзе.
— Разумеется. А сейчас предлагаю сделать так: Арт пишет своей незнакомке пространное письмо с максимальным количеством благодарностей за помощь и просит ее показаться нам или хотя бы сказать, откуда у нее этот артефакт. Пообещай, что мы не станем пытаться ее поймать.
— Как это — не станем? — удивился все время молчавший Мирдзен. — У вас невесть кто по дворцу разгуливает, а вам не интересно?
— Еще как интересно, — согласился Артаниэль. — Но, боюсь, иначе она не придет — я сегодня всю ночь ее зря караулил. Значит, пообещать неприкосновенность?
— Да. Сочиняешь письмо и уходишь со мной и Владыкой до завтрашнего утра. Будем выяснять, кто из магов остался в живых после Мардрена и кто туда вообще не явился. Остальным тоже советую погулять. Дадим нашей помощнице свободу действий.
После такого напутствия мы разбрелись, кто куда. Как оказалось, у каждого из нас были весьма интересные и важные дела…
— Леди Ингрид!
Целительница обернулась. Последним, вслед за ней, из комнаты Артаниэля вышел Верховный.
— К сожалению, я не леди, Владыка, — склонила голову женщина.
— Это легко поправимо, — небрежно отмахнулся дракон и предложил руку. — Не согласитесь немного со мной пройтись?
Северянка не нашла слов, чтобы отказать. Даже через плотную ткань дорогого одеяния ее пальцы опалил внутренний огонь мага. Какой же силой он должен обладать, что даже не активная, его магия так ярко проявляла себя?
Валимир вывел целительницу в пестрящий цветами дворцовый сад. В Наурдаиле никогда не наступала зима — так рассказала Лесная. Здесь не дули пронизывающие ветры, не шел долгими неделями непрекращающийся снегопад, не умирали замерзшие в ледяной пустыне люди… Ингрид любила лето. И, пожалуй, ее следующим домом станут окрестности Дивнолесья. Почему бы и нет?
— Вы очень сильная целительница, — голос Верховного вернул женщину к реальности.
— К сожалению, этого оказалось недостаточно, чтобы помочь Грэнхару, — возразила северянка. Она? Сильная? И это говорит маг, которому пришлось на руках тащить ее, выдохшуюся, к ее комнате?
— Грэнхару вряд ли помог бы кто-нибудь, кроме меня. И даже мне пришлось бы нелегко без вашей помощи.
«Нелегко». Не «я не справился бы», а всего лишь «нелегко». Сколько же в нем силы?
— Я даже не говорю о вашей мастерской работе над Артаниэлем, — тем временем продолжил Валимир. — Не стану выпытывать, чем вы его удержали, но на нем явно виден отпечаток смерти. Собирался уйти за своей половинкой?
— Я была знахаркой в деревне, которую уничтожили орки. Так получилось, что я оказалась ответственна за почти тридцать разом осиротевших детей и еще столько же немощных стариков. Мне пришлось постоянно напоминать Артаниэлю, что без его помощи мы все погибнем. К счастью, этого оказалось достаточно, чтобы заставить его жить.
— Преклоняюсь перед вашей силой духа, леди, — улыбка удивительно преобразила суровые черты Владыки. Вокруг чуть прищурившихся карих глаз залегли очень идущие ему морщинки, и даже рубин в обруче, казалось, засиял ярче. — Но ведь вы способны на гораздо большее. Не хотите учиться у меня?
— Что?
Ингрид от удивления остановилась. Учиться? У самого Верховного? Ей?
— Я хочу, чтобы такая сильная женщина была рядом и помогала мне во время грядущей войны. У вас потрясающе сильный дар, но используете вы его едва ли на половину. Я могу научить вас тому, что вашим магам даже не снилось.
— Я… Да, конечно! — целительница не верила, что это происходит с ней. — Что мне нужно делать?
— Для начала, слушать, — чуть усмехнулся Валимир. — Почему бы нам не начать прямо сейчас? Урок первый, магия. Люди разделили ее на светлую и темную, но это не совсем правильно…
— Точно справишься?
— Разве я когда-нибудь тебя подводил? — темный улыбнулся. Я, не удержавшись, повисла у него на шее.
— Никогда! Поэтому сейчас я на тебя особенно рассчитываю!
К выполнению этого плана нам пришлось привлечь Артаниэля и Грэнхара. Эльф, даже не дослушав, велел слугам приготовить отдельную комнату в дальней части дворца. Дракон, к моему удивлению, не стал пытаться выяснить, зачем нам понадобилась ловушка Торвальдса[12], а молча сделал свое дело. После проклятья орочьего шамана он все время ходил как пришибленный и огрызался на все расспросы.
Следующим пунктом была поимка жертв. Доверив Дару заманивать Мирдзена, я отправилась за матерью.
— Ар?
— Привет, ма, — я обняла Илию. — Хочешь посмотреть, как я живу во дворце?
— Что я там не видела? — засмеялась фея. — Я же в свите Владычицы была! Для меня дворец — второй дом!
Я мысленно выругалась. И что мне теперь делать?
— Тогда, может просто составишь мне компанию?
— Что у тебя случилось? — забеспокоилась Илия.
Костеря себя за вранье, я ухватилась за неожиданно поданную идею.
— Мам, я не могу здесь рассказать… Мне нужно показать. Пойдем со мной, а?
— Хорошо, сейчас… Я только переоденусь…
Глядя, как Илия наряжается в одно из своих лучших платьев (как же — поход во дворец!), я внутренне возликовала. Пока что все идет, как надо! Теперь главное — не столкнуться с Даром…
— Проходи, мам, — я придержала для нее дверь. Стоило Илии перейти порог, как ловушка сработала. Тяжелая створка захлопнулась за спиной феи.
— Ар?
— Прости, мам, — из-за колонны ко мне бесшумно вышел Даррен. Значит, Мир уже там… — Это для вашего же блага! У вас есть целые сутки на то, чтобы все обсудить!
— С кем обсудить? — донесся из комнаты приглушенный голос.
— Илия?
— Что?! Ты?! Да я тебя…
Услышав звук удара и бьющегося фарфора, мы с Даром переглянулись.
— Может, надо было вазы спрятать?
Я уныло кивнула. Интересно, что останется от комнаты после «беседы» моих родителей?
Пробираясь через лабиринт коридоров и многочисленных лестниц, мы случайно забрели в крыло, отведенное драконам. Разумеется, Верховный путешествовал со свитой! И в Наурдаиле эта свита, также как и мы, наслаждалась безделием.
— Вон отсюда! — раздался рык в глубине коридора. Мы с Даром отступили назад. Подумаешь, не туда свернули! Чего так шуметь-то?
— Ри, малышка…
— Я тебе не малышка!
— Сейчас точно нет… Что мне сделать, чтобы ты меня простила?
— Я сказала, убирайся!
По коридору, опалив потолок, с шумом пронеслась струя огня. Мы нырнули в ближайшую нишу, потеснив стоявшие там доспехи.
Мимо нас, на ходу увернувшись от второго плевка, пронесся Грэнхар. Следом за ним, царапая паркет длинными когтями и цепляясь за стены крыльями, наступала золотая драконица. Выгнав мага на лестницу, агрессивно настроенная рептилия вернулась в человеческий облик. Высокая и гибкая огненно-рыжая смуглая девушка, которой она стала, несколько секунд смотрела вслед Грэнхару, а затем развернулась и убежала прочь. Мы, выждав для верности пару минут, выбрались из укрытия.
— Мне кажется, несколько разбитых твоими родителями ваз нам простят, — хмыкнул дроу, оглядев коридор.
Через бело-голубой потолок, украшенный лепнинами, тянулась черная полоса сажи. Острые наросты на крыльях драконихи распороли гобелены, укрывавшие стены. На узорчатом паркете зияли глубокие дыры от когтей.
— Простят… — согласилась я. — Если дворец устоит, обязательно простят!
Вечером нас собрал Артаниэль.
— Есть ответ от нашей незнакомки, — объявил он. — Дорого бы я отдал, чтобы с ней встретиться…
— Еще успеешь, — заверила его я. Какое-то сезонное обострение у всех… Весна, что ли, на месяц раньше пришла? — Что она рассказала?
— Кулон леди позаимствовала у одного пожилого, но с виду благородного человека в Тмире. О том, какую он представляет ценность — не знала. Зато, когда увидела у меня на столе расчеты отца — решила, что нам артефакт нужнее. Отчасти наличие у этой девушки Аматирэль объясняет, как она приходила ко мне. С другой стороны, открытие портала засекла бы охранная система дворца…
— Она не пользовалась порталами, — согласился Валимир. — Иначе, как бы она ушла?
Арт кивнул и продолжил:
— К счастью, леди подробно описала предыдущего хозяина кулона. И здесь начинается самое интересное: особая примета — прядь белых волос в черной шевелюре — указывает, что это не кто иной, как Рауль Вакур, бывший придворный маг короля Шаурикума. Бывший, потому что сразу после смерти правящей четы двенадцать лет назад королевский Совет выгнал его на все четыре стороны. Была там какая-то темная история, подозревали даже, что Вакур приложил руку к смене правителя. Сейчас на троне Шаурикума тринадцатилетняя девочка, а по сути, страной правит все тот же королевский Совет. Было еще что-то про идеи Рауля о том, что миром должны править маги… Подробностей мне выяснить не удалось. Союз Чародеев, точнее то, что от него осталось, старается хранить в тайне ошибки своих.
— Думаешь, Вакур и есть помощник орков?
— Или орки помогают ему, — кивнул светлый. — В целом, все сходится. Украсть Аматирэль он мог, повод для небольшой войны, если он действительно так рвался к власти, у него есть.
— Не логичнее ли тогда сразу столицу захватить? — засомневалась я. — Он целенаправленно уничтожал северные деревни, зачем?
— Про деревни ничего не могу сказать, а вот столица… — Науриэль задумчиво смотрел сквозь стены. — Около десяти лет назад я по просьбе королевского Совета поставил вокруг Саодрина очень сильную защиту. Думаю, кто-то из правителей Шаурикума уже тогда ждал нападения. Переместиться на территорию столицы можно только с помощью надежно защищенных Врат. Любой, кому хватит безрассудства открыть свободный портал, выйдет за пределами городской стены.
— А Житовинск? — встряла Ингрид. — Зачем было уничтожать его?
— Незачем, — покачал головой советник. — Житовинск — жертва чудовищной ошибки.
— Ни… такая ошибочка, — поперхнулся Дар.
— Я заметил это, когда проверял переданные Артаниэлем расчеты, — продолжил Науриэль. — Поэтому и засомневался. Как оказалось, промахнуться вместо Саодрина в Житовинск невероятно легко. Целью последнего удара должна была быть столица. Я уже предупредил королевский Совет Шаурикума о своих подозрениях, но меня настоятельно попросили не вмешиваться.
— Если орки захватят Шаурикум, всем придется туго, — нахмурился Верховный.
— Согласен. Но на территорию чужого королевства мы можем вторгнуться только в крайнем случае.
— То есть, когда этого королевства фактически уже не будет, — подытожил Грэнхар. — Когда будет уже поздно, и жертв окажется намного больше.
— Или, если такое позволение даст Владычица Аластриэль. Я не уверен, что мудрейшая решится открыто начать войну.
— В любом случае, завтра мы это узнаем, — кивнул, вставая, Валимир. — А пока стоит наслаждаться покоем. Ингрид?
Целительница моментально подскочила и вышла вслед за Владыкой. Мы удивленно переглянулись.
— Я, пожалуй, тоже пойду… — поднялся Грэнхар. Судя по его поспешности, дракон собирался проследить за Верховным. И, кажется, поняла это не только я.
— Иди в сад, не ошибешься, — хмыкнул вдогонку змею Арт.
На следующий день Науриэль, Артаниэль и Валимир порталом шагнули в резиденцию Владычицы. Леди Аластриэль приняла их в уютной гостиной, больше похожей на оранжерею — столько здесь было растений. Через окно, целиком заменявшее одну из стен, лился мягкий свет.
Вокруг невысокого круглого стола стояли удобные мягкие кресла. В одном из них полулежала Владычица. Хрупкая эльфийка с чуть вьющимися бело-золотыми волосами, мягко улыбалась и одной рукой поглаживала казавшийся огромным для такой невесомой женщины живот.
— Прошу просить меня за то, что не могу принять вас по всем правилам, — склонила голову леди Аластриэль, когда мужчины заняли свои места. — Мое здоровье не позволяет мне присутствовать на официальных церемониях.
— Мои поздравления, леди, — тепло откликнулся Верховный. — Нет ничего более радостного, чем подобное… состояние здоровья.
— Благодарю, Владыка. Если позволите, я перейду сразу к делу, пока у меня еще есть силы. Советник Науриэль успел рассказать о нынешней ситуации и получил соответствующие указания. Дивнолесье готовится к войне. Мнение совета Шаурикума меня волнует в последнюю очередь. Мои дети не должны застать таких соседей, как орки. Артаниэль в это время, как мой Верховный Маг, занимается поисками Рауля Вакура, — леди Аластриэль обернулась к вытянувшемуся по струнке светлому. — Можешь брать себе в помощники кого захочешь. Не думала, что когда-нибудь скажу это, но я не имею ничего против темных эльфов, — показала Владычица необычайную осведомленность. Продолжила эльфийка, обращаясь уже только к Валимиру: — Я невероятно рада, что нам довелось встретиться, и счастлива, что с вашим наследником все в порядке. Артаниэль предоставил мне наброски будущего договора, составленного в Мардрене, но думаю, многое нам стоит обсудить лично…
Только поздно вечером Артаниэль вернулся. Вопреки традиции, Верховного и Первого Советника с ним не было.
— Войне быть, — объявил светлый, плюхнувшись на диван. — Но не прямо сейчас. Владычица дала на подготовку две недели. Затем объединенная армия Островов и Дивнолесья двинется на север, уничтожая по пути всех встречных орков… — маг огляделся и спросил: — А где все?
В полукруглой комнате, соединявшей выходы из наших покоев, было непривычно пусто. Я, Дар и угрюмый Грэнхар, уже больше часа взглядом гипнотизировавший камин — вот и все, кто остались от большой компании.
— Ингрид все время проводит недалеко от драконьего крыла, — сдал целительницу Дар. — А Мирдзен… В ближайшие пару дней про него можно забыть.
— Это почему? — нахмурился светлый.
— Встретил давнего друга, — быстро ответила я, пока дроу не успел выболтать еще что-нибудь. Мира и Илию мы выпустили сегодня утром, и, судя по тому, как слаженно они нас отчитывали за самоуправство, примирение все-таки состоялось.
— Ну и ладно, — махнул рукой маг. — Темный, я тебе немного задолжал. Пока у нас есть время, предлагаю прогуляться до сокровищницы.
Сокровищница Наурдаиля по размерам превзошла самые смелые мои ожидания. Складывалось ощущение, что тянется подземелье далеко за границы дворца. Сундуки, доверху набитые золотом или драгоценностями, высокие многоярусные полки, на которых возлежали потрясающей красоты украшения, оружие на бархатных подушках, при виде которого лучшие мастера современности искусали бы себе локти от зависти… И во всем царил идеальный порядок. Каждое колечко, каждая монета лежали на своем месте.
Артаниэль долго вел нас через это сверкающее великолепие. Наконец, свернув в одну из многочисленных ниш, светлый остановился.
— Здесь все, что осталось после войны Светлых и Темных, — объявил маг.
Дар, кажется, его не слушал. Дроу с искренним изумлением на лице протянул руку к изящной диадеме из белого золота, по краям которой свисали тончайшие цепочки. Украшала ее хаотичная россыпь бриллиантов — будто кто-то бросил горсть драгоценных камней, и те навсегда прилипли к холодному металлу.
— Откуда она здесь?
— Так и знал, что тебя заинтересует, — хмыкнул Арт. — Д'Раххэа…
— Д'Раххэ, — перебил его темный. — Мое имя немного короче чем то, которое ты хочешь произнести.
— Как скажешь, — не стал спорить эльф. — Сам знаешь, последний переворот у дроу произошел не в Ларигадере. Нам повезло подобрать то, что затерялось во время той резни. Думаю, Владычица Раулина сама зашвырнула диадему так далеко, как только смогла, когда поняла, что в Ларигадер ей уже не вернуться. Не захотела отдавать главный символ власти.
— Очень в ее духе, — пробормотал Дар. — Раби, иди сюда.
Я издалека прислушивалась к их разговору. Интересно, что за имя собирался произнести Арт? Надо будет спросить у него, когда появится возможность… Пока я размышляла, темный примерил диадему на меня.
Холодный металл чуть обжег кожу, но почти сразу нагрелся. Многочисленные цепочки свисали у висков, запутывались в волосах и мелодично позванивали при каждом движении. Украшение было достаточно широким, поэтому не только наполовину закрывало лоб, но и немного приподнималось над головой.
— Хочешь ее забрать?
Темный покачал головой.
— Хотел посмотреть, как она тебе пойдет. Выносить ее из сокровищницы слишком опасно. Это украшение может стать весомым поводом для новой войны в Ларигадере.
Дар, так и не сняв с меня диадему, развернулся к оставшимся трофеям и безошибочно выделил среди них две явно парные сабли с рукоятками в виде змеиных голов. Пару раз взмахнув ими, дроу убрал оружие в лежавшие здесь же неприметные ножны. Не сомневаюсь, что «змеи» обладали какими-то сильно выделявшими их магическими свойствами. Во всяком случае, темный свой выбор остановил на самом неприметном из трофеев.
— Эти, — подтвердил мою догадку Даррен, закрепляя ножны у себя на поясе. Артаниэль кивнул, соглашаясь с его выбором. Дар же, не обращая внимания на эльфа, направился к подушкам с украшениями.
— И вот это, — темный, не долго думая, взял кольцо, явно парное диадеме — широкое и резное, на всю фалангу, украшенное такой же россыпью бриллиантов. — Это — сильнейший защитный артефакт, — пояснил мне дроу, без спроса надевая украшение на мой палец. — Не знаю, отведет ли стрелу, но пару очень сильных атакующих заклятий поглотит точно. Не вздумай теперь выходить куда-нибудь без него.
Хоть меня и возмутила подобная бесцеремонность, я была вынуждена согласиться. Накануне войны никакая защита не будет лишней!
— Все, — Дар обернулся к Артаниэлю. — На остальное у меня нет прав. Разве что… — темный, прищурившись, покосился на вернувшуюся на свое место диадему. — Одолжишь потом на один день?
— Хочешь устроить переворот в Ларигадере? — хмыкнул маг.
— Нет уж, — скривился дроу. — Мне для других целей.
Светлый перевел взгляд на меня, затем снова на Даррена…
— Договорились, — кивнул, наконец, он.
Всю дорогу из сокровищницы меня не покидало ощущение, что оба эльфа сказали друг другу гораздо больше, чем мне удалось услышать.
Тем временем Грэнхар в очередной раз пробирался к покоям Нариды. Дракон был в отчаянии. Меньше, чем за неделю он перепробовал все известные ему средства. Шикарный букет Нарида превратила в пепел, а следом чуть не подпалила самого мага. Коробку с ее любимыми конфетами девушка со всей силы впечатала в лицо дракона. Мало того, что от удара у него остался синяк на скуле, так еще и новый костюм, испачканный шоколадом, пришлось выбрасывать. Кольцо, которое Грэнхар, подговорив Артаниэля, забрал из сокровищницы Дивнолесья, упрямая дракониха выкинула в окно. Он даже пытался писать стихи! Что с ними случилось, маг не знал — Нарида, забрав свиток, захлопнула у него перед носом дверь. Сейчас дракон шел к комнате возлюбленной без всего, до конца не осознавая, что именно он делает. Да и на что можно рассчитывать, когда он сам так подло с ней поступил? С каждой неудачной попыткой Грэнхар все яснее понимал — Нариду ему не вернуть.
— Что тебе опять нужно? — девушка открыла дверь прежде, чем маг успел постучаться.
Маг окинул хмурую рыжеволосую красавицу мутным взглядом.
— Пришел извиниться… — дракон вдохнул и, стиснув зубы, продолжил: — И попрощаться. Больше я тебе докучать не буду.
Грэнхар протянул сжатый кулак, и в машинально подставленные Наридой ладони упали так хорошо знакомые ей сережки в виде морских коньков. Не дожидаясь реакции драконицы, он развернулся и пошел прочь. Причин задерживаться здесь у мага больше не было.
Девушка с изумлением рассматривала свое любимое украшение. Она отлично помнила, как зашвырнула их в самый дальний угол спальни дракона. Значит, он их нашел? И не только нашел, но и носил все это время с собой? Смахнув выступившие слезы, Нарида бросилась вслед за Грэнхаром.
Незаметно текли дни. Мы с Даром все свободное время гуляли по Наурдаилю, стараясь, однако, не отходить слишком далеко от дворца. Отношение к темному у светлых было, мягко скажем, прохладное. Хорошо, что про меня, полу-фею, полу-дроу, многие помнили и на открытый конфликт нарываться не спешили.
Я почти забыла, насколько столица Дивнолесья красива. Один из дней мы потратили только на то, чтобы со всех сторон обойти дворец — стремящееся ввысь белое великолепие, изрезанное ажурными окнами и многочисленными арочными мостами, соединяющими пузатые башенки.
В другой раз мы отправились исследовать сад. Кому-то показалось бы скучным бродить по зеленому лабиринту, но не мне. Не зря же Илия была фрейлиной! Фея рассказала мне про маленькие секреты, которые скрашивали церемониальную дворцовую жизнь.
Первым делом мы единодушно отправились искать беседку, которую мама, хихикая, назвала «беседкой для поцелуев». Интригует, да? А фокус оказался в том, что если пощекотать левую пятку одной из танцующих нимф, держащих навес над полукруглым сидением, кусты лабиринта смыкались, закрывая желающих уединиться от посторонних глаз.
Еще одним таким местом оказались качели, спрятанные практически у самой дворцовой стены. А вот единственная дорога к ним была столь извилистой, что мы изрядно поплутали, натыкаясь то на тупики с яркими клумбами, то на абсолютно одинаковые развилки. Качели, правда, оказались заняты. Мы лишь успели увидеть, как Ингрид с закрытыми глазами удерживала в руках шар ослепительно-белого цвета. От дальнейшего подглядывания пришлось отказаться. Увесистый кулак, продемонстрированный нам Верховным, оказался очень убедительным аргументом.
В последнюю очередь я отвела темного к неприметной с виду лавочке, на которой, судя по всему, уже давно никто не сидел. Еще бы! С невинной улыбкой я предложила Дару подождать меня на ней, а сама, немного отбежав, спряталась за ближайшим поворотом. Стоило эльфу опуститься на потрескавшееся от старости сидение, как со всех сторон на него полилась вода. Не знаю, кто из предков леди Аластриэль был таким шутником, но долгие столетия все новички во дворце проходили боевое крещение несчастной скамейкой. А вот сматываться оттуда мне пришлось очень быстро. Мокрый до нитки дроу горел желанием устроить принудительное купание и мне тоже.
Однажды мы добрели до храмов. В дом Светлого Бога, по понятным причинам, решили не соваться, а вот к Хозяйке Судеб зашли. Святилище богини стремилось в небо, а вокруг высокой башни вились ступени не больше ладони шириной. Внутри Храм также представлял собой настоящий лабиринт из лестниц и переходов. Помню, еще в детстве, как только я увидела это великолепие, я поняла, кому из богов буду молиться. После дома Хозяйки даже ажурный шатер Светлого Бога с круглым витражным окном в центре купола казался мне не таким величественным. Во многом, именно этот выбор и определил мою судьбу. Вознеся молитву своей покровительнице и оставив в благодарность пару серебряных монет, я вернулась к ожидавшему меня темному.
— Так-так, — услышала я знакомый голос. — Стоило догадаться, что к дроу прилагается бракованная фея.
В первые секунды я не поверила своим глазам. На ступенях стоял Элендир. Светлые волосы, которыми я когда-то так восхищалась, завязаны в куцый хвостик. Холодные серые глаза, презрительно кривящиеся тонкие губы… Что мне могло в нем так нравиться?
— Я знал, что однажды ты скатишься ниже некуда, но что притащишь в Наурдаиль темного, не ожидал даже от тебя. Не волнуйся, цветочек, я уже позвал стражу. Пожалуй, вам двоим самое место в темнице.
От «цветочка» меня передернуло. Подумать только, а ведь когда-то я млела от этого прозвища!
— Дворцовую стражу-то позвал? Самых сильных? — неожиданно прищурился Дар.
Элендир, не заметив подвоха, гордо кивнул.
— Разумеется. Кто знает, что вы двое выкинуть можете.
Я хихикнула. Дворцовую! Ну да, откуда Элендиру знать, что Даррен повадился по ночам ходить на посты к скучающей страже и играть с ними в карты! Да они разве что не раскланивались при встрече! У дроу оказался потрясающий талант заводить друзей в самых неожиданных местах.
Объяснить недоуменному эльфу причину своего веселья я не успела. На площадь перед храмом выбежала десятка хорошо знакомых нам стражников.
— Я что-то не понял, — к нам подошел главный, кажется, Малиариль. — Это вы, что ли, переворот против Владычицы задумали?
Я округлила глаза. Попытка переворота каралась казнью, и, хотя желающих его совершить никогда не было, закон подобный имелся. Элендир собирался подложить нам порядочную свинью.
— Даже переворот? — хмыкнул Дар. — Не представляю, когда я мог успеть?
— Ладно, здесь все ясно, — махнул рукой стражник. — Тебя же предупреждали, не высовывайся лишний раз!
— Вы что, не собираетесь их заковать? — возмутился Элендир. — Это же дроу!
— А то я не вижу, — оскалился Малиариль. — Это гости Владычицы, так что они имеют полное право гулять, где хотят. Тут еще третий где-то бродит…
— Это тщедушное ничтожество — твоя первая любовь? — спросил у меня темный, когда мы уже подходили ко дворцу.
— Самой стыдно, — согласилась я. Как, как я могла быть настолько слепой?
— Тогда я спокоен, — улыбнулся Дар и в ответ на мой вопросительный взгляд пояснил: — Сравнение между нами явно в мою пользу. Значит, к нему ты точно не вернешься!
Артаниэль, замотав полотенце на бедрах, вышел из ванной. С длинных мокрых волос падали капли, оставляя влажные дорожки на подтянутом торсе. Опасаясь лишний раз тряхнуть головой, чтобы не намочить все вокруг, эльф почти на ощупь пробрался к низенькому столику и тихо выругался, обнаружив на своей расческе чужие волосы. Опять! Почему все самое интересное происходит, пока он в ванной?!
— Я, кажется, не вовремя?
Маг резко развернулся на голос, на ходу формируя на ладони небольшой смерч. На спинке его кровати сидела темноглазая девушка с золотистой кожей и черными волосами чуть длиннее плеч, в которых огнем горели несколько рыжих прядей. Поняв, кто перед ним, Арт скрестил руки на груди.
— Что ты, — чуть язвительно заметил светлый. — Я приглашал тебя приходить в любое время, но не думал, что ты так буквально поймешь мои слова.
— Меня зовут Арлин, — представилась незнакомка, стягивая теплый меховой жилет. В глаза сразу бросалось, насколько не по погоде одета нежданная гостья — в кожаный комбинезон с длинными рукавами, подбитый лисьим мехом на воротнике и манжетах, и теплые сапоги на небольшом каблучке. В Дивнолесье, где даже в самую холодную погоду можно было обойтись шерстяной накидкой и невысокими полусапожками, такой наряд смотрелся странно. — Я решила, что тебе можно доверять. Только не спрашивай, как я сюда попала. Это единственное, чего я пока не скажу.
— А все остальное, значит, скажешь? — недоверчиво хмыкнул эльф, выжимая волосы на пол. Все равно с них уже натекла приличная лужа. — Тогда начнем по порядку. Чем так отличается от остальных моя расческа? Почему ты прицепилась именно ко мне?
— Ты удивишься, но ничем, — рассмеялась Арлин. — Просто у тебя единственного она хранилась сверху рюкзака. Ингрид свои косы может по несколько дней не расплетать, а в сумках дроу и феи только они и могут что-то найти. Я не хотела, чтобы меня обнаружили раньше времени, поэтому пришлось пользоваться тем, что ближе лежало.
Артаниэль кивнул, удовлетворенный таким ответом.
— Спрашивать, как ты оставалась незамеченной, я не буду. Но зачем?
— Видишь ли… — девушка чуть смутилась. — Как ты, наверное, сам догадался, Аматирэль я не просто одолжила. Я воровка, притом весьма известная в определенных кругах. В Тмире я влезла в дом градоправителя. Слухи о посетившем его весьма почетном госте распространились быстро, и мне стало любопытно. В комнате этого гостя я обнаружила тайник, так искрящий от защитных заклинаний, что удержаться было невозможно. Там я нашла Аматирэль — как я тогда подумала, дорогую безделушку. Думаю, то, что после кражи я восстановила все охранки, спасло мне жизнь. Попалась я уже в кабинете градоправителя, когда рылась в сейфе. Не знаю, как барон смог неслышно подойти к комнате, но скрутили меня быстро и отправили на эшафот. Если бы тот маг заметил пропажу сразу, до собственной казни я бы не дожила. К счастью, я смогла улизнуть, и, как ты выразился, «прицепиться» к вашей компании. Для меня это был самый надежный способ ускользнуть незамеченной.
— Сперев кулон, ты оказала всем очень большую услугу, — Арт, пока Арлин говорила, успел накинуть халат. — Это объясняет, почему между нападениями на северные деревни и уничтожением Житовинска такой большой перерыв… Сейчас ты зачем явилась?
— То есть?
— Ты добилась своей цели — сбежала из Тмира. Почему осталась?
— Ну знаешь ли… — как показалось эльфу, девушка обиделась. — Что, я не могла привязаться к своим невольным спасителям? У вас здесь не соскучишься. К тому же, я хотела познакомиться с тобой лично. Нечестно получается — я тебя вижу постоянно, а ты — только мои волосы, и то, если я не успеваю их убрать.
— Хочешь остаться во дворце? — Арт чуть изогнул бровь.
— Нет уж, не сейчас, — замотала головой Арлин. — Но, честно говоря, я хотела попросить об одолжении…
Ингрид сидела на полюбившихся ей качелях в дворцовом саду. В лабиринте из всевозможных цветущих кустарников было огромное количество уютных тупиков — с лавочками, статуями, клумбами, фонтанами… В одном из них целительница нашла широкие качели, на которых запросто можно было лежать, подвешенные к ветке дуба на массивных цепях. С тех пор этот уголок стал ее любимым местом отдыха и уединения. Охотников без дела шататься по лабиринту было мало, поэтому северянка не опасалась, что ее покой кто-то нарушит. Верховный был единственным, кто знал об этом месте, но сейчас Ингрид не волновалась, что Валимир ее побеспокоит. Сегодняшний урок завершился меньше часа назад, и Владыка ушел по каким-то своим делам… Или нет? Она не помнила. Тому внутреннему спокойствию и собранности, которые так восхищали всех знакомых целительницы, пришел конец. Женщину била мелкая дрожь. Раз за разом перед глазами вставали картины — пылающая деревня, розовый от крови снег, разрубленные на части тела так хорошо знакомых людей… Раурш, на труп которого она наткнулась, уводя выживших из Волчьей Купели… Мужчина, ради которого она перебралась из Черной Гавани в неуютный лесной дом охотника… Орки почему-то пришли не с севера, как обычно, а с юга. Хотя, теперь известно, почему! Женщина горько рассмеялась. Порталы! Поганые твари перемещались в пространстве, куда хотели! Они пришли и уничтожили все! Все, что ей было дорого! Не выдержав, Ингрид зарыдала — надрывно, с воем, словно пытаясь выплеснуть всю накопившуюся и уже забродившую боль.
— А я все думал, на сколько тебя еще хватит, — как сквозь туман, услышала она низкий голос. Качели покачнулись под тяжестью еще одного человека, и сильные руки обняли целительницу. Северянка уткнулась лицом в грудь неожиданно вернувшегося Валимира. Даже с закрытыми глазами она легко поняла, кто рядом с ней — этот терпкий запах корицы и немного колючее парчовое одеяние она ни с чем не могла спутать. Верховный гладил ее по распущенным волосам — эльфийская мода оказалась заразной, и что-то шептал в утешение, скорее, чтобы обозначить свое присутствие, прекрасно понимая, что едва ли его сейчас слышат…
Наконец, слезы кончились. Ингрид все еще изредка всхлипывая, обнаружила себя удобно полулежащей на плече у Верховного, в обжигающем кольце его рук. Первым порывом было вскочить, но целительница тут же одернула себя. С одной стороны, сидеть в обнимку с Владыкой драконов было… странно, а с другой… Северянка прекрасно представляла, как должно выглядеть после такой истерики ее лицо, весьма удобно спрятанное на груди Валимира, и показывать его она не хотела.
Верховный словно читал мысли. Теплой ладонью дракон прикоснулся к ее щеке, вызвав легкое покалывание на коже.
— Ты снова красивая, — рука вернулась на волосы Ингрид. — Если очень хочешь, можешь вскочить и убежать, но я буду рад, если ты останешься.
Подумав, женщина решила оставить все, как есть.
— Спасибо… Почему вы…
— Почему вернулся? И, сколько раз уже говорил, прекрати мне выкать. Это отвлекает. Если поднимешь голову, увидишь сквозь ветви балкон на втором этаже дворца.
Целительница, движимая любопытством, подняла глаза. С качелей действительно был виден полукруглый балкончик с распахнутой дверью. Бледно-голубая штора покачивалась на ветру, мешая заглянуть в комнату.
— Это мой балкон, — подтвердил ее догадки Валимир. — Именно так я всегда узнаю, что ты здесь.
— Спасибо, — еще раз поблагодарила Ингрид. А она еще удивлялась, почему, стоит ей выйти в сад, как через несколько минут ее находит дракон.
— Спасибо тебе, — выделив последнее слово, поправил ее Верховный.
— Что?
— Повторяй за мной: «спасибо тебе». Если хочешь, можешь по слогам. Это слово — единственное, которому у меня никак не получается тебя научить. Так что, пока ты ненадолго сбросила свой ледяной панцирь, я собираюсь воспользоваться шансом. Другого, боюсь, еще долго не представится, — шутливо проворчал Владыка.
Целительница не выдержала и рассмеялась.
— Спасибо… — повторила она, — спасибо… тебе.
Артаниэль развалился на высокой траве. Небольшое озеро на границе общины фей было любимым местом его отдыха. Здесь можно было в тишине полежать и подумать… А подумать было о чем.
Как искать этого Рауля Вакура? Леди Аластриэль ясно дала понять, что это именно его задача. К сожалению, после возвращения артефакта светлый не представлял, как можно отыскать чародея.
— А здесь уютно, — похвалила Арлин, устраиваясь на траву рядом с магом. На этот раз на девушке было ярко-красное платье с золотистым узором, выторгованное ей в качестве «небольшого одолжения». Глубокое декольте, разрез до середины бедра на летящей юбке, широкие рукава с разрезами… Эльф в прошлый раз даже не посмотрел, что именно отдает своей гостье — просто заглянул к Арабеске и попросил одолжить любой наряд, какой не жалко. На фее такое платье действительно смотрелось бы нелепо, а вот воровке очень шло.
— Ты что, меня преследуешь?
— Нет, просто соскучилась, — не обратила внимания на недружелюбный тон девушка. — О чем ты так напряженно думаешь?
— С чего ты взяла? Может, я отдохнуть сюда пришел?
— Не-а. Ты, когда над чем-то размышляешь, всегда губы покусываешь.
Эльф беззвучно выругался. После нескольких разговоров с Арлин у него сложилось ощущение, что воровка следит за ним круглосуточно. А это, понятное дело, отнюдь не способствовало сохранению душевного равновесия мага.
— Хорошо. Раз ты такая умная, может скажешь, как искать Вакура? Про него, кроме имени, не известно ни-че-го! Абсолютно, понимаешь? Даже его история двенадцатилетней давности больше похожа на сплетни, чем на реальность! Ни знакомых, ни дома, ни родных!
— Между прочим, один его знакомый тебе известен, — не согласилась девушка. — Барон фон Эртенсон, я же про него рассказывала.
— Да? Не припомню такого имени, — нахмурился Арт.
— Я сама его только что вспомнила, — отмахнулась Арлин. — Это градоправитель Тмира. В его доме я украла Аматирэль. Как думаешь, станет такая важная птица приглашать к себе кого попало?
— Лина, ты гений! — эльф, ошарашенный тем, что проморгал такую очевидную связь, подхватил девушку на руки и закружил по поляне. — Увидимся в другой раз!
Маг, будто ниже спины укушенный, убежал в сторону дворца, оставив хмурую и весьма недовольную воровку в одиночестве.
— Арт?
— Чего? — эльф неохотно оторвался от бумаг. Вся наша гостиная была завалена стопками документов с донесениями Наурдаильских разведчиков из Тмира, в которых мы искали любые упоминания о бароне фон Эртенсоне. Мы — это я, Дар, Арт, Грэнхар и Нарида. Рыжеволосая дракониха оказалась очень милой и приятной девушкой, совершенно не похожей на то разозленное чудовище, что когда-то заставило нас с Дарреном прятаться в нише для доспехов. Когда Артаниэль принес бумаги, мы как раз знакомились. Светлый, оглядев меня и темного, сидящих в обнимку, и драконов, являвших собой наше точное отражение, буркнул: «Еще одна пара неразлучников…» — и завалил нас работой.
— Как Аматирэль оказался в сокровищнице Мардрена? — задала я давно не дававший мне покоя вопрос. В голове не укладывалось, как лорд Науриэль мог расстаться со столь ценным артефактом.
— Это было одним из условий перемирия после войны Темных и Светлых, — поморщился маг. — В Ларигадере опасались силы Аматирэль. Наурдаиль в те времена, хоть и не вступал в войну открыто, считался союзником людей. Мы были недостаточно сильны, чтобы противостоять объединенной армии темных. Единственное, на чем мы смогли настоять — Аматирэль переправили не в Ларигадер, а в Мардрен.
— Скорее, вам хотели досадить, — неожиданно хмыкнул Дар. — Если бы Владычица Раулина действительно боялась артефакта, она бы потребовала его уничтожить. Какой смысл запирать Аматирэль в городе светлых магов — ваших союзников?
— А то мы не догадались, — съязвил Арт. — Ладно, хватит на сегодня. Все равно мысли в кашу от усталости.
Воспользовавшись моментом, мы юркнули по своим комнатам, пока светлый не передумал. Лично у меня от множества корявых рукописных листов уже рябило в глазах!
Посреди ночи Арт проснулся от очень странного ощущения. Пытаясь понять, что не так, он привычным движением запустил пальцы в волосы… и застрял. Чертыхаясь, маг зажег лампу и бросился к зеркалу. На его голове вместо привычных золотых локонов торчали во все стороны тонкие косички — штук пятьдесят, не меньше. На конце каждой висел аккуратный бантик.
Зарычав не хуже дракона, эльф кинулся к расческе. Рядом с ней, как и следовало ожидать, лежала крошечная записка всего с тремя криво нацарапанными словами: «Я! НЕ! ЛИНА!»
Мимо хмурого и раздраженного Артаниэля мы старались лишний раз не ходить. Невыспавшийся эльф разве что не кидался на людей, но пояснять неожиданную смену настроения отказался. Единственным существом, на котором маг не пытался сорвать злость, была Салли. Маленькая саламандра лежала на его ладони и млела от неожиданной ласки.
— Отдых закончился! — в гостиную без стука вошел лорд Науриэль. Спустя несколько секунд следом проскользнул Верховный. — Королевский Совет Шаурикума официально попросил помощи. Саодрин осажден. Как я и предсказывал, открыть портал на территорию столицы у Вакура не вышло. Однако артефакт, глушащий светлую магию, где-то там. Донесение об осаде пришло с птицей.
— До Саодрина отсюда…
— Шесть дневных переходов, — продолжил, уловив мою мысль, Дар. — Значит, город отрезан от мира не меньше недели. Неужели, столица до сих пор не пала?
— Вокруг Саодрина очень надежные стены, — кивнул Науриэль, усаживаясь в свободное кресло. Как-то незаметно укрепилась традиция собираться не в тронном зале, а в наших покоях. — Я уже успел связаться с королевским советом. К счастью для них и для нас, внешние источники артефакт не глушит. Один из моих учеников поддерживает непрерывную связь со столичной Гильдией Магов… с тем, что от нее осталось после Мардрена. Все, как один, утверждают, что орков около двадцати тысяч.
Ингрид охнула. Грэнхар закашлялся, и Нарида заботливо хлопала его по спине. Даже Дар, успевший многое повидать, выругался.
— Откуда столько?
— По заверениям саодринцев, портал был открыт двое суток. Орки выходили из него непрерывной колонной. Я отправил небольшой отряд посмотреть все своими глазами. Посмотрим, что скажут они. Пока же у меня есть такой план: армия Дивнолесья при помощи Ворот выходит в центре Саодрина. Армия Островов, — Науриэль кивнул Верховному, — нападет на орков с тыла. Так мы сможем зажать их с двух сторон.
— Нам придется лететь к месту боя, не так ли? — вмешался Валимир. — Тогда нас будет чуть больше тысячи. Драконы — не самая многочисленная раса, а крылатых среди нас едва ли треть.
— Тысяча — это уже хорошо. Армия Дивнолесья насчитывает двенадцать тысяч. Еще около двух тысяч — гвардия Саодрина. Все-таки столица — главное военное укрепление Шаурикума.
— Остается еще пять тысяч орков, — напомнил Артаниэль. — Что будем делать с ними?
— Эти пять тысяч оставим на долю магов, которые присоединятся, как только ты найдешь и обезвредишь этот…ов артефакт! — рявкнул Науриэль. — А где артефакт, там и чародей! Поэтому хватит прохлаждаться — открывай портал и дуй в Саодрин за информацией! Ты здесь Верховный Маг или я?
— Науриэль, мне понадобится портал на Острова, — напомнил о себе Валимир. — И еще раз, сегодня вечером. Этого времени хватит, чтобы собрать драконов.
— Через пол часа вернутся разведчики, тогда перенастрою Ворота на Острова. Артаниэль, я жду хоть каких-то результатов.
Когда Первый Советник ушел, в гостиной, казалось, даже дышать стало легче. Все-таки, когда такой могущественный человек злится, это невозможно не ощутить.
— Ингрид, можно тебя на минуту? — поднялся Верховный.
Нарида, широко раскрыв глаза, смотрела, как целительница выходит вслед за Владыкой. Грэнхар, заметив ее изумление, приобнял девушку.
— Они постоянно вместе ходят, — пояснил ей дракон. — Я уже начинаю привыкать.
— Ингрид, я бы не стал просить, если бы в этом не было необходимости, — Верховный отвел женщину подальше от двери, за которой осталось слишком много любопытных ушей. — Ты одна из сильнейших магов, которых я знаю, и поверь, мне есть с кем сравнить. В Саодрине мне понадобится твоя помощь.
Целительница смело заглянула в глаза дракону. Оказаться на поле битвы? Один раз она уже прошла через это. Зря Владыка думает, что она испугается. Нет. Больше — нет.
— Что от меня нужно?
— Лечить. Только самые тяжелые и безнадежные на вид случаи — кроме тебя с ними никто не справится. Не трать силы на остальное — там будет достаточно менее способных лекарей. И… — Валимир немного замялся. — Тебе придется справляться без меня.
— Как? Почему? — голос северянки чуть надломился. К такому она оказалась не готова. Остаться одной? Без помощи, без поддержки, без терпеливых советов направлявшего ее руки дракона? Ингрид сама не представляла, насколько она привыкла к обществу Верховного всего за пару недель, проведенных в Наурдаиле.
— Крылатых слишком мало, и я среди них, — Владыка обнял растерянную целительницу за плечи. — Я поведу своих людей в бой. Кроме меня некому.
— Только попробуй попасть ко мне в руки! — неожиданно для себя Ингрид кулаком ударила по груди Валимира. Потом еще раз, и еще… — Лечить тебя не стану, так и знай! Или стану, но без обезболивания!
— Договорились, — тепло улыбающийся дракон прижал разбушевавшуюся северянку к себе.
— Все готовы? — Артаниэль окинул взглядом наш отряд. Укутанные не по дивнолесской погоде, мы являли собой весьма необычное зрелище. Один недовольный Мирдзен в белой меховой куртке чего стоил. Недовольный — потому что нам с Даром пришлось буквально за уши вытаскивать его из постели Илии. Дроу вовсю наслаждался вновь обретенным счастьем и категорически не хотел с ним расставаться даже на время. В конце концов, жажда приключений взяла в нем верх, но темный все равно не забывал всем своим видом напоминать о том, как не вовремя мы явились.
— Открывай уже, — буркнул не отличавшийся терпением Грэнхар. Нарида, как одна из крылатых, вызвалась сопровождать нас. Я, видевшая дракониху в действии, была только за, а вот эльф отнесся к новому попутчику скептически.
Словно в ответ магу, перед нами заискрилась бледно-голубая воронка портала. Артаниэль, не дожидаясь нас, шагнул первым.
Артефакт привел в королевский дворец, прямо в тронный зал. Нас окружила ощетинившаяся копьями стража.
— Второй раз в жизни пользуюсь порталом, а картина не меняется, — высказал общую мысль Мирдзен. — Сейчас кто-нибудь снесет дверь и потребует опустить оружие.
— Опустить оружие, — словно эхом, прозвенел за нашими спинами звонкий девичий голос.
Мы обернулись. На троне сидела королева Евсея — чуть полноватая с виду тринадцатилетняя девчонка, утянутая в платье из ярко-голубого бархата. Справа и слева от нее сидели по пятеро мужчин от тридцати до семидесяти лет — королевские Советники.
— Я, лорд Артаниэль а'Зиарэль, Верховный Маг Дивнолесья, приветствую вас, Ваше Величество, — Арт вместо поклона лишь склонил голову, указывая Совету и королеве на свое превосходство. Это было нарушением этикета, тонко завуалированным оскорблением… Но правители Шаурикума его проглотили.
— Я надеюсь, вы пришли, чтобы обсудить план снятия осады, лорд а'Зиарэль? — скрипучим голосом поинтересовался один из старцев.
— Боевые действия будет координировать лорд Науриэль а'Зиарэль. Он сейчас занят, поэтому свяжется с вами несколько позже. Мы пришли за информацией о бывшем придворном маге Саодрина — Рауле Вакуре. Нам нужно все, что только сохранилось в ваших архивах.
— У нас есть не так много, — темноволосый мужчина с чуть рыжеватой бородкой и по-кошачьи зелеными глазами вышел вперед. — Я покажу вам. Ваше Величество… — советник развернулся к королеве и поклонился ей по всем правилам этикета, явно пытаясь подать невоспитанному эльфу пример.
Артаниэль, наплевав на чужие старания, вновь ограничился кивком головы и вышел вслед за советником. Мне показалось, что я явственно различила скрип зубов. Только чей из девяти?
Выяснить удалось не так уж и много. Единственное, что обнадеживало — у Вакура на границе с землями оборотней имелся небольшой замок. Когда, чьими силами и на какие деньги был он воздвигнут, история умалчивала, однако отсутствие карты или точного описания наводило на мысль, что свихнувшегося от мании величия чародея стоит искать именно в нем. Граф Шуффа — советник, вызвавшийся нас сопровождать — рассказал и о подробностях переворота. Королевская чета, сгоревшая во время пожара во дворце, по его словам, была убита при помощи заклятия Огненного Вала. Информацию об этом постарались скрыть, списав гибель правителей на внезапно возникший пожар. Но, как уверял нас граф, пепелище на месте дворца было не причиной, а следствием гибели родителей Евсеи. Слухи о том, что к их смерти приложил руку Рауль Вакур, получили очередное косвенное подтверждение.
— Объясни мне только одно, — потребовал Грэнхар, как только мы покинули пыльное здание архива. — Зачем дразнить королеву? Я, конечно, не в восторге ни от нее, ни от ее Совета, но какой был в этом смысл? С их точки зрения, они унижаются, уже просто попросив нас о помощи!
— Именно поэтому, — перебил Артаниэль тараторящего дракона. — Если бы не их гордыня, осады Саодрина могло не быть. Что им стоило прислушаться к словам отца и выдать те крохи информации, которые мы получили сейчас? Знаешь, какой ответ нам тогда дали? «Это внутренние дела королевства. Мы разберемся в них сами.» Отец очень просил по возможности указать королевскому Совету их место.
— Высокая политика? — усмехнулся Мирдзен. — Кивком головы сказать собеседнику, что он полное…
— Зайдем ненадолго? — неожиданно предложил Дар, указав на трактир «Веселый хряк». Чем дроу так привлекло это сомнительное заведение, для меня было загадкой.
— До дворца, что ли, не потерпишь? — не поддержал его эльф. — У нас не так много времени, между прочим.
— Пять минут нас не спасут. Раби, прислушайся и согласись — нам точно нужно туда зайти.
Я попыталась понять, о чем говорит дроу. Из трактира доносилась песня — незнакомый, но приятный мотив… и очень знакомые слова про кота в малине! Кто-то нагло перевирал мою песню!
— Надо зайти, — поддержала я темного, и, не слушая возражений остальных, направилась к крыльцу.
Трактир встретил нас запахом пережаренного мяса и табака. Незнакомый мне смуглый темноволосый парень как раз закончил петь.
— Доброго тебе дня, уважаемый, — обратилась я, как только стихли аплодисменты. — Скажи-ка мне, что это за песня была?
Молодой менестрель, взглянув на меня, ощутимо струхнул. Еще бы — от меня одной из-за цвета волос шарахались, а сейчас за моими плечами стояли сразу двое вооруженных до зубов дроу. Грэнхар и Нарида, сделав вид, что они не с нами, устроились за ближайшим столом. Артаниэль с неодобрением наблюдал со стороны.
— Ее одна охотница, Л-лесная придумала, — чуть заикаясь, ответил парень. Мне даже показалось, что он попытался спрятаться за своей гитарой. Арт, поняв наконец причину нашего с Даром поведения, успокоился.
— А откуда тебе она известна? — я дружелюбно улыбнулась. Себе не присвоил — и на том спасибо!
— Эй, это кто там к Ласкану пристает? — из-за дальнего столика вышел высокий громила. С некоторым трудом я узнала в нем Маркуса — оборотень, казалось, за несколько месяцев раздался в плечах раза в полтора.
— А вот и источник… Привет, Марк! Признавайся, это с твоей подачки парень так над моими песнями издевается?
— Лесная? — из-за удивленного возгласа наемника все взгляды оказались прикованы к нам. Оборотень, не обращая ни на кого внимания, в несколько шагов преодолел разделявшее нас расстояние и стиснул меня в объятиях.
— Ребра… переломаешь… — с трудом просипела я. Отпустил он меня, однако, только после деликатного покашливания. Двойного. От обоих дроу.
Через пол часа мы уплетали весьма сытный обед, а Маркус рассказывал.
— Алир решил в Тмире не останавливаться на зиму, а сразу двинуть в Саодрин, ну и я с ним заодно. Обосноваться-то получилось, но сама понимаешь, новое место, прибыли мало. Вот Шейн и предложил нам подзаработать на твоих песнях. С голосом у Ласкана все хорошо, тексты Алир вспомнил, а вот мелодии… Слухом, как выяснилось, нашего общего друга Богиня обделила. Где-то я подсказал, где-то заново придумали, но в любом случае говорили, что это песни охотницы с дальнего севера. В общем, в столице ты теперь весьма известная личность. Может, споешь?
Мирдзен, при котором я ни разу не пела, и Дар, наоборот, часто слушавший меня, с двух сторон согласно закивали. Темные, похоже, сговорились опекать меня и постоянно держались рядом. К сожалению, краем глаза я заметила недовольного внеплановой задержкой Артаниэля, который крайне выразительно провел пальцем по шее.
— Прости, в другой раз, — была я вынуждена отказаться.
— Нам пора, — подытожил Арт, вставая из-за стола. Спорить с хмурым эльфом никто не решился.
— Здравствуй, пыль, как я по тебе соскучился! — не выдержал Грэнхар.
Нас ждал второй раунд против эльфийского архива — на этот раз в поисках местоположения замка чародея. Мы с Наридой, как «ничего не понимающие в картографии женщины», были отстранены от принудительных работ. Дракон и оба темных втайне нам завидовали. Арт самозабвенно перебирал огромные свитки.
— Вот эта, — Дар вытащил сразу несколько длинных свитков и принялся их раскатывать по полу. Шесть полотнищ сложились мозаикой, образовав подробную карту Шаурикума. — Точнее, думаю, не найдем.
Эльф согласился. Четверо мужчин склонились над нужным им участком и принялись спорить, где в этих местах можно спрятать замок.
Через час нам с Наридой это надоело.
— У вас два летающих дроу, одна фея и целый дракон, если этого мало! Не проще переместиться хоть куда-нибудь и поискать замок с воздуха?
Еще через час, болтаясь на ледяном зимнем ветре в сотнях метров над землей, мы сильно пожалели о своем предложении. Летать пришлось мне и драконихе — как выяснилось, темные не могли подняться на достаточную высоту.
— Кажется, я что-то вижу, — рыкнула Нарида и резко спикировала вниз. Я, мысленно проклиная драконов, спятивших чародеев, строящих замки посреди леса, и собственное умение летать, отправилась за ней.
Назвать замком то, что нашла золотая, не поворачивался язык. Так, трехэтажный покосившийся особнячок из грубого камня. Запомнив дорогу к нему, мы вернулись к остальным.
— Полчаса пути на запад, и мы будем в гостях у Вакура, — объявила довольная Нарида.
— Полчаса, говоришь, — Артаниэль открыл очередной портал. — Сэкономим время!
— Ну вот, зря дорогу запоминали… — проворчала я, стуча зубами от холода. В отличие от драконов, феи чешуей не покрываются!
— Ты уверен, что ничего не напутал? — Грэнхар ощупывал каменные стены. В целом, в замок мы попали… только не туда, куда хотели. Портал перенес нас в темницу, в одну из закрытых камер.
— Уверен, — буркнул светлый, перенастраивая кулон. На этот раз открылись сразу две голубых воронки — рядом с нами и сразу за решеткой двери. — Здесь такая же защита, как на стенах Саодрина. Давайте убираться, пока нас не обнаружили.
— Вообще-то, уже обнаружили, — обрадовал нас Грэнхар, первым выбравшийся из темницы.
Выйдя из короткого портала, мы оказались напротив каменной лестницы, на ступенях которой стояла растерянная эльфийка. Русоволосая, миниатюрная — чуть выше меня, но при этом более хрупкая. Девушка явно не знала, как ей быть.
— Хель?..
Артаниэль, кажется, перестал дышать.
— Арт! — эльфийка повисла на шее мага. — Я так скучала!
— Фиалка моя… — светлый в каком-то исступлении целовал лицо девушки. — Любимая… Живая… Все закончилось, родная…я заберу тебя отсюда, слышишь? Вернемся в Наурдаиль…
— Зачем возвращаться? — Хелинуэтиль отстранилась от ошалевшего от счастья эльфа. — Наурдаиля скоро не будет. Я так рада, что ты пришел! Ты тоже сможешь увидеть, как родится новая империя — Империя Магов! Мы построим самую прекрасную столицу на свете — с тобой, вместе! Прекраснее Мардрена! Да что там, прекраснее Наурдаиля!
— Любимая… о чем ты говоришь?
— Я кажется понимаю, о чем, — откликнулся Грэнхар. — Твоя… невеста хочет сказать, что она заодно с Вакуром.
— Что?
— Рауль потрясающий человек! Он так широко мыслит! Я познакомились с ним в Мардрене, почти сразу, как приехала. Он удивительный! Мне жаль, что пришлось разыграть свою смерть, но я так много узнала за это время! Жаль, что он сейчас у Саодрина, я бы обязательно вас познакомила!
— Милая… Скажи мне, это ты открывала для него порталы?
На Арта было страшно смотреть. Светлый с какой-то болезненной нежностью перебирал волосы девушки, ожидая ответа.
— Конечно я, — кивнула эльфийка. — Правда, у меня отлично получилось? Рауль хороший маг, но у него не хватает сил на такие большие расстояния. А артефакт, с управлением которым ему пришлось долго разбираться — была какая-то проблема, он постоянно промахивался с точкой выхода — у него украли.
— Мне надоело ее слушать! — Мирдзен кинулся к Хелинуэтиль, на ходу доставая сабли. Воскресшая невеста Арта с ним церемониться не стала. Хлопнув в ладоши, девушка вызвала сильную взрывную волну, разметавшую нас по сторонам и крепко приложившую о каменные стены. У меня от удара поплыли разноцветные круги перед глазами. Миру, на которого было направлено заклинание, досталось больше всего — кажется, темный потерял сознание.
Светлых окружил пульсирующий золотистый кокон. Одного взгляда на него было достаточно, чтобы понять — что будет, если его коснуться, лучше не проверять.
Артаниэль словно не заметил произошедшего. Все так же не отрываясь, он смотрел на Хель.
— Я похоронил и оплакал тебя много дней назад, — маг поднес руку эльфийки к лицу и поцеловал ладонь. Хелинуэтиль с нежностью прикоснулась к щеке мага. — И больше всего я жалел, что не успел с тобой попрощаться. Столько всего я не успел тебе сказать! Столько не успел сделать…
Грэнхар и Нарида, поднявшись на ноги, магией искали лазейку в защитном коконе. Дар, кивком указав на Мирдзена, присоединился к ним в качестве грубой силы на случай непредвиденных ситуаций. Я отползла ко второму темному и укрепила три сломанных ребра. Дроу сразу задышал ровнее. А в кольце золотого света Артаниэль, забыв обо всем, целовал свою любимую.
— Мне так жаль, фиалка… — эльф вновь взял девушку за руку. — Моя невеста давно умерла. Я отрекаюсь от тебя, Хелинуэтиль.
Обручальный браслет, украшавший тонкое запястье эльфийки, рассыпался прахом. Хель, казалось, была не в силах поверить в произошедшее.
— Ты… Как ты мог?
— Я не женюсь на убийце, — презрительно проговорил светлый.
— Тогда умри сам! — с рук брошенной невесты сорвался ослепительный белый луч, но вместо того, чтобы ударить в грудь Арту, он растворился в воздухе в нескольких сантиметрах от него. На этом месте проявилась смутно знакомая черноволосая девушка с рыжими прядями. Почти сразу я вспомнила, где ее видела — именно она развлекала народ в Тупике Висельников, а потом испарилась с собственной казни! Шагнув вперед, знакомая незнакомка Артаниэля хорошо поставленным ударом отправила эльфийку в нокаут. Защитный кокон тут же погас.
— Арлин?
— У тебя паршивый вкус на девушек, светлый! — накинулась на мага нежданная помощница. — А еще хуже с мозгами! Ты что, не мог сначала ее вырубить, а потом браслет снимать? Даже самый тупой догадается, что разозленный маг — это плохо!
— Откуда ты взялась? — Дар с подозрением приглядывался к девушке. — Я не видел портала.
— Не было портала, вот и не видел, — огрызнулась Арлин. — Я всегда рядом с ним, — показала она пальцем на эльфа.
— Может, наконец, расскажешь, как ты это делаешь? — зло потребовал Арт. — И как справилась со Слепящей смертью? Против этого заклинания нет щита.
— Расскажу, как только ты спеленаешь чем-нибудь свою спящую красавицу. Иначе она проснется, и второй раз я тебя спасать не буду!
— А я кажется догадываюсь, кто ты, — неожиданно подала голос Нарида. — Есть среди драконов воспоминания, плавно переходящие в легенду, об абсолютно антимагических существах. Любую направленную на них силу они поглощают и превращают в огонь. Так как нам тебя называть: Арлин или все-таки Салли?
Мы с Даром переглянулись. Это — наша саламандра?
Арлин-Салли с улыбкой кивнула.
— Саламандра — Салли, человек — Арлин. И мы не легенда, нас просто очень мало.
— Ты что, носил с собой эту гадость? — не сдержалась, я, когда увидела, как Артаниэль достает из рюкзака тщательно завернутый антимагический ошейник. Рука машинально дернулась к шее, на которой так и остался небольшой рубец.
— Берег для Вакура. Не думал, что он пригодится мне раньше.
Спустя несколько секунд железный ошейник занял свое место на шее Хелинуэтиль.
— Все, собираемся и идем наверх. Обшарим каждый угол. Ищем все, что может быть похоже на схему артефакта широкого действия. Чувствуем опасность — зовем меня, Грэнхара или Нариду. Всем понятно? Тогда вперед!
Мирдзен, как раненый, был оставлен сторожить Хель. На лице только начавшей приходить в себя девушки наливался багровый синяк.
В доме, кроме Хелинуэтиль, обнаружились еще три служанки, к счастью, не маги. Их связали и усадили под присмотр дроу.
Мы с Даром занялись первым этажом. Здесь были в основном хозяйственные помещения, поэтому шансов найти записи Вакура было мало. Тем не менее, мы методично обшаривали каждую комнату на предмет потайных ходов или тайников.
— Помнишь, что Хель говорила про Аматирэль? — неожиданно спросил Дар.
Я оторвалась от простукивания пола.
— Нет, а что?
— Она сказала, что Вакур долго пытался приручить артефакт, но все время промахивался. Понимаешь, что это значит?
Я помотала головой.
— Те следы из ниоткуда, которые мы находили в лесу. Готов поспорить, Рауль тренировался на северных деревнях. И в открытии порталов, и в схеме нападения. Он учил орков.
— Как он вообще умудрился с ними связаться? — я вернулась к своему занятию. На душе было паршиво. Столько смертей… ради тренировки?
— Спроси, когда поймаем, — усмехнулся темный. — Я что-то нашел.
Вход в подвал, обнаруженный дроу, оказался всего лишь погребом с продуктами. Вздохнув, мы продолжили работу.
— Все сюда! Я нашел! — донесся до нас голос Грэнхара, когда мы уже почти закончили с первым этажом.
Дракон обнаружил потайную лестницу на третий этаж. Никаких других путей наверх в доме не было. Как ни странно, ловушек мы не заметили. То ли Вакур был настолько уверен, что его дом не найдут, то ли просто поленился ставить защиту. Третий этаж был всего в половину дома, но его целиком занимал кабинет мага. На скошенном потолке висели различные схемы — к ним направился Артаниэль. Вдоль высокой стены стояли стеллажи с книгами, заинтересовавшие Нариду. Огромный стол был завален свитками и исписанными листами бумаги. Второй, чуть поменьше, казался не таким захламленным, но свободного места на нем тоже не было. На ручке кресла у окна осталась забытая чашка. Складывалось ощущение, что чародей отлучился на минуту и вот-вот вернется.
Я принялась разбирать записи Вакура. Это были черновики — спонтанные мысли, неаккуратные расчеты, неожиданные идеи… Наконец, я наткнулась на интересный лист. С одной стороны — большой круг, окруженный пятью маленькими, почти точками. Все точки соединены пунктирными линиями, образующими пятиконечную звезду. Грэнхар, изучающий содержимое стола вместе со мной, не заметил, но я-то знала, зачем нужна эта фигура! С обратной стороны листа оказались понятные для меня расчеты. В некромантии эта формула использовалась для поднятия больших захоронений, когда маг сам не может охватить нужную территорию и строит себе в помощь алтари. Между ними протягивается нить связи, по которой циркулирует сила. Такая схема многократно увеличивает мощь применившего ее мага. Вакур же использовал ее для усиления артефакта. Он не создавал один мощный! Ему хватило пяти слабых!
Свои подозрения я высказала Артаниэлю. Нарида, словно в подтверждение, принесла толстенный фолиант — как она сказала, единственный, на котором не было пыли. Это оказался труд по некромантии с закладкой именно на той схеме, о которой я говорила.
Спустившись вниз, мы обнаружили крайне занимательную картину. Мирдзен с довольной ухмылкой развалился в кресле, а Хель сидела напротив него и злобно сверкала глазами. Во рту у девушки был кляп — один из передников служанок, жмущихся в углу подальше от страшного темного.
— Она так неумело меня проклинала, что я не удержался, — не вставая, развел руками дроу. — Кому угодно надоело бы слушать одно и то же.
Арт ничем не показал, задело ли его такое обращение с бывшей невестой. Не выдавая своих чувств, светлый молча открыл портал в Наурдаиль.
— Наконец-то дом! — Дар запер дверь и с блаженной улыбкой, не раздеваясь, упал на кровать.
— Уже считаешь дворец своим домом? Корона не начала прорастать?
— Вот еще, — фыркнул темный. — Не надо мне короны, она тяжелая и на лоб давит. Лучше иди ко мне.
— Вот еще, — решила я поддразнить дроу. — Еще корона не проросла, а уже приказываешь!
— Я? Приказываю? — Дар поднялся и, прищурившись, посмотрел на меня. Я хорошо знала эту его предвкушающую улыбку… Сейчас что-то будет. — Иди ко мне, мотылек, пока я сам тебя не поймал.
Помотав головой, я попятилась в сторону ванной. Темный с ленивой грацией хищника крался за мной. Хорошо, что наша комната крайняя, иначе перебудили бы мы всех!
— Раби, вставай!
Я спряталась под одеялом. Неужели я не заслужила еще несколько минут?
— Мотылек, просыпайся, — Дар попытался отобрать у меня подушку, но я держалась крепко. — Открывай глаза, иначе пропустишь самое интересное, а потом будешь ругаться, что я тебя не разбудил!
— Что интересного может происходить на рассвете?
— А ты в окно выгляни, — предложил темный.
Я, вздыхая и ворча, закуталась в одеяло, как в кокон, и подошла к эльфу. От открывшегося мне зрелища перехватило дыхание. На фоне алого неба над дворцом кружили сотни крылатых теней. К ним то по двое, то по трое, присоединялись все новые, взмывавшие в воздух с широкой площади перед дворцом. Даже с такого расстояния они казались огромными. Мурашки пробегали по спине, стоило представить, какой колоссальной силой обладают эти звери.
— Драконы вылетают на Саодрин, — с благоговением шепнул Дар. Он был прав — пропусти я такое, я бы сильно обиделась!
— Минус один чародей и схема артефакта, отлично, — похвалил нас Науриэль после завтрака. — Есть еще два дня, чтобы найти и обезвредить пять алтарей. Я так понимаю, ты, Арабеска, с ними справишься?
Я кивнула. Фигура Силы была одной из самых простых, но для управления ей необходима была темная магия. Ее-то у меня было в избытке. А в крайнем случае, всегда есть Грэнхар, который легко управляется с обеими сторонами.
— Теперь Арлин, — продолжил советник. Саламандра решила вернуться во дворец в облике человека. Артаниэль вместо благодарности за спасение жизни упорно ее игнорировал, а его отец, напротив, не упускал случая похвалить находчивую девушку. — Твое чутье на ловушки поможет сэкономить массу времени и сил. Надеюсь, ты не откажешься нам помочь? Разумеется, не бесплатно.
— Сочту за честь, — чуть поклонилась воровка.
— Следующая Ингрид, — северянка вздрогнула под цепким взглядом Науриэля. — Владыка Валимир рекомендовал тебя как исключительную целительницу. Эльфийских лекарей переправят в Саодрин, как только будет уничтожен антимагический артефакт. Если не передумала, я провожу тебя к нашим целителям.
— Не передумала.
— Так я и думал. Тогда идем. С остальными увидимся после освобождения Саодрина.
В столицу Шаурикума мы переместились через пару минут. Несмотря на осаду, город продолжал жить прежней жизнью. Разве что детский смех стал редкостью, да гуляющих по широким улицам лоточников видно не было…
Рассудив, что алтари нужно искать где-то на краю Саодрина, мы двинулись вдоль крепостной стены. Высокая — этажей в шесть, из крупного нетесаного белого камня, двойная — такую не сломать и без крыльев не преодолеть. У орков крыльев не было, что внушало некоторую надежду на счастливый финал.
Сама столица была огромна. Через несколько часов прогулки вдоль стены стало ясно, что за два дня мы ее обойти не успеем. А ведь нужно не просто идти, а обшаривать каждый угол в поисках артефактов! То, что алтари Вакура находятся не где-то ближе к центру, а именно здесь, подтвердили Арт и Грэнхар — светлая сторона магии отказывалась подчиняться, а значит мы были внутри Фигуры.
— Грэнхар, ты источники магического поля чувствовать умеешь?
Дракон обернулся к Дару, задумчиво ковырявшему носком сапога какой-то камешек.
— Умею. Могу обнаружить все источники, какие только есть поблизости. А смысл? Представь, сколько их может быть в большом городе?
— Мне кажется, проще будет проверить все найденные тобой артефакты, чем вот так бродить в поисках неведомо чего, — поддержал темного Мирдзен. Ингрид залечила переломы дроу, не дав тому под предлогом ранения слинять к Илии.
— Нам не придется проверять все, — согласился Арт. — Только самые крайние. Давай, Грэнхар.
Дракон, чуть поворчав, принялся колдовать. Через минуту он открыл глаза.
— Ну нашел я крайний, — маг подошел к стене и постучал по камням на уровне груди. — Что дальше?
— Подожди… — нахмурившаяся Арлин оттеснила его в сторону и принялась ощупывать чуть потрескавшуюся кладку. — Нет здесь ничего!
— Что значит, нет? — взъелся дракон.
— То и значит! Я не знаю, что ты нашел, но в магии этой стены артефакты не участвуют! Ее защищает только рунная вязь, начерченная Науриэлем на самом верху — это я тебе точно могу сказать!
— Ты ищешь не источник, а его эффект, я права? — вмешалась Нарида. Арлин согласно кивнула. — Значит, где-то здесь действительно есть артефакт, но он никак не влияет на защитные свойства стены. Похоже на то, что мы ищем, не так ли?
Все принялись ощупывать стену.
— Может и похоже, только как в этом убедиться? Не будем же мы все здесь ломать и оставлять Саодрин без последней линии обороны?
Я не слушала их перепалку, пытаясь уловить за хвост не дававшую покоя мысль. Что-то важное от нас ускользало, и я почти поняла, что…
— Стойте!
От моего возгласа замерла даже кошка, с неодобрением взиравшая на наши действия с крыши ближайшего дома.
— Какого… так орать, Лесная?
— Почему мы ищем артефакт в Саодрине? Ведь Науриэль рассказал — защита не позволит открыть портал в город! Только за его границы! Рауль Вакур никак не мог создать Фигуру Силы в столице!
— Предлагаешь посмотреть с другой стороны? — нахмурился Арт.
Я кивнула. Светлый было потянулся к Аматирэль, но в последний момент передумал.
— Открывать портал нельзя. Если с той стороны орки — попадем в засаду.
— Значит, нужно сначала разведать, — гордая своей догадкой, я позвала крылья. — Я только посмотрю и сразу вернусь, — заверила я недовольного Дара.
Ветер ласково пружинил под жесткими крыльями. Как же я любила это чувство полета! Земля оставалась все ниже и ниже, а стена все не кончалась. Наконец, я смогла разглядеть сложную рунную вязь, про которую говорила Арлин. Она действительно тянулась по самому верху каменной кладки.
Вне города было пусто. Лишь бесконечные снежные сугробы да негостеприимный лес, темневший на горизонте. У Саодрина было только двое ворот — южные и северо-восточные, и именно у них сосредоточились основные силы орков. С запада, где сейчас были мы, держать осаду не было смысла — через надежные стены проход был закрыт в обе стороны. Удовлетворенная увиденным, я вернулась к друзьям.
Сделав шаг из портала, мы по пояс провалились в сугроб. Снег здесь был мягким и рыхлым, еще бы, ведь утаптывать его было некому.
У самой стены был воткнут посох, заменивший чародею алтарь. В его навершии сиял зеленый с черными вкраплениями камень размером не больше куриного яйца. Пробормотав заклинание Отмены, я забрала тут же погасший минерал.
— Так просто? — не поверил Грэнхар.
— Если бы… Фигура лишь немного ослабла, — разочаровала я дракона. — И она будет действовать, пока на месте остается хотя бы один источник. Придется искать остальные камни.
Обедать мы вернулись в того же «Веселого Хряка», решив с такими скудными результатами не возвращаться во дворец и не рисковать встретить Науриэля. Арт, заглянув по дороге в Гильдию Магов, забрал у них карту города и, что самое важное, окрестностей за городской стеной.
Обнаружилось, что стена была практически круглой. Это сильно облегчало задачу и нам, и Вакуру. Вооружившись карандашом, я принялась отмечать возможные местоположения артефактов.
— Здесь мы нашли первый… — аккуратный крестик появился почти ровно на западе. — Фигура Силы — пятиконечная звезда, значит…
Вписать звезду в круг оказалось не очень сложным делом. Однако полученная картина оптимизма не внушала. Артаниэль склонился над картой и пожирнее обвел самую северную отметку.
— Этот берем следующим. Скорее всего, здесь тоже обойдется без сюрпризов. Следующий — юго-западный. Если очень повезет, справимся быстро. Если нет, придется драться. Юго-восточный и восточный оставляем на десерт. Они расположены между городскими воротами, значит там орки точно будут.
Нам не повезло. На обнаружение северного артефакта действительно ушло не больше получаса, включая дорогу от трактира до стены. Зато юго-западный оказался в несчастной сотне метров от линии осады.
— Что будем делать? — поинтересовалась я, доложив ситуацию.
— Прорываться. Добежать до нас они не успеют, будут атаковать магией и стрелять, — решил Артаниэль. — Грэнхар и Нарида вспоминают самые мощные Щиты. За стеной я к вам присоединюсь. Даррен, Мирдзен — на вас стрелы. Щиты защищают в основном от шаманов, так что все, что пролетит мимо нас, отбиваете вы. Арабеска ни на что не обращает внимания и занимается третьим артефактом. Арлин… — светлый обернулся к девушке. — Остаешься здесь и ждешь нас! И не вздумай спорить, нам и так придется защищать Лесную, еще и на тебя силы тратить я не намерен!
Вывалившись из портала, левитацией я буквально швырнула себя к очередному посоху. Над головой, выбив из стены дождь мелкой крошки, пропела стрела. Шепча заклинание Отмены я краем сознания думала: сколько нужно секунд, чтобы пробежать сотню метров? Бегун уложится в тринадцать. Грузный орк — секунд в семнадцать. Грузный орк в доспехе и с оружием, по глубокому снегу? Выходило, что у нас есть не больше половины минуты.
Выхватив потускневший камень, я крикнула:
— Готово!
Артаниэль тут же открыл новый портал, в который я прыгнула ласточкой. Грэнхар выпустил Огненный Вал — заклинание, погубившее когда-то королевскую семью, и выиграл для нас несколько драгоценных мгновений. Этого времени хватило остальным, чтобы скрыться.
— Итак, теперь у нас две проблемы, — объявила Арлин, как только мы отдышались. Первая — не поставит ли Вакур на место украденных артефактов новые? И вторая — Фигуру нужно доламывать сегодня. Как только чародею донесут о нашей вылазке, не сомневайтесь, охрану он выставит приличную.
— Фигура примет только те артефакты, которые мы забрали с собой, — развеяла я опасения саламандры. — А насчет охраны ты права. Два артефакта из пяти — это хуже, чем пять, но лучше, чем ничего. Даже через такую ослабленную Фигуру сможет пробиться только сильный маг.
— А таких осталось мало, — согласился Арт. — Значит, идем за остальными. Следующий — юго-восточный. Он дальше от ворот, поэтому есть шанс не нарваться на самого Вакура.
Следующий артефакт воровали по той же схеме. Разве что времени стало меньше, а орков больше… Арт и Нарида держали щиты, пока Грэнхар швырялся молниями. Мирдзен и Дар слаженно орудовали саблями, избавляясь от слишком резвых нападавших. В открытый Артом портал вслед за нами прорвались несколько тварей, поэтому заканчивать бой пришлось уже в самом городе.
Последний артефакт удалось разглядеть с северо-восточной части стены. Здесь соприкасались две линии обороны — Саодринская и Вакурская. И с высоты очень хорошо было видно, как со стороны юга через вражеский лагерь бегут несколько орков.
Времени на раздумья не было. Арт на глазах столичных гвардейцев открыл портал. Уже шагая в воронку, я увидела, как внизу к месту выхода со всех сторон сбегаются наши враги.
Вывалившись из портала, я подставилась под удар шамана. К счастью, это было не проклятие, а всего лишь Воздушная Петля, отбросившая меня в сторону. Драгоценные секунды пришлось потратить на возвращение к посоху-артефакту.
За моей спиной кипел бой. Я не могла его видеть, зато прекрасно слышала, как взрываются заклятия Грэнхара, как гудит о напряжения Щит Арта и Нариды… Мне стоило огромных усилий не упасть в снег в попытке спрятаться от врезающихся в камень над моей головой стрел. Дар и Мирдзен отбивали только то, что летело непосредственно в меня. Наконец, камень оказался у меня в руках. Вот только отступать было некуда.
Трое магов стояли совсем рядом, и каждый был незаменим. Отвлекись один — и сметут всех. Дроу явно начали уставать, а дождь стрел все не иссякал. Мы забрали последний камень, но оказались в ловушке.
Подмога пришла оттуда, откуда ее совсем не ждали. Саодринские лучники, с пренебрежением поглядывавшие на нашу компанию, пока мы свешивались со стены в поисках артефакта, открыли огонь. Волна нападавших захлебнулась, чуть отступила, и этого хватило нам, чтобы вернуться на стену.
— Арт? — светлый вытянулся прямо на грубых досках смотровой башни. — Арт, зажги огонек?
Эльф, лениво приподняв руку, щелкнул пальцами. Вырвавшийся столб пламени лизнул каменный потолок.
— Что все это значит? — к нам подошел один из гвардейцев. За ним спешила Арлин, всем своим видом отметая последние сомнения — именно она уговорила защитников города открыть огонь.
— Это значит, — Арт победно улыбнулся, — мы только что победили в войне. К магам вернулась сила!
На следующее утро мы наслаждались заслуженным отдыхом. После беготни последних дней было решено сделать небольшой перерыв, а затем со свежими силами заняться поисками Вакура. Как рассказала Хелинуэтиль, чародей не мог самостоятельно открывать порталы — эту часть работы делала она. Значит, нам оставалось только выяснить, в какой части орочьего лагеря он расположился, и… А вот что будет дальше, мы не знали. Как напасть на мага в тылу двадцатитысячной армии? Этот вопрос оставался без ответа.
Когда в нашу с Даром комнату постучались, мы почти не удивились. Когда выяснилось, что стучался лорд Науриэль, мы удивились еще меньше. Так получилось, что появление Первого Советника в нашей гостиной с утра пораньше стало традицией, предвещавшей плохие новости.
Увидев наши унылые лица, эльф усмехнулся.
— На этот раз плохих новостей не будет, — заверил нас он. — Несколько минут назад в небе над Саодрином появилось на редкость мерзкое лицо заочно нам знакомого Рауля Вакура. Громовым голосом, от которого в большинстве домов выбило стекла, это лицо потребовало от жителей столицы выдать ему королеву Евсею и ее Советников. В обмен было обещано, что город останется цел. В случае неподчинения Вакур пообещал сровнять Саодрин с землей, как до этого поступил с Мардреном и Житовинском. На раздумья даны сутки.
— Если это хорошая новость, то что в твоем понимании — плохая? — скептически приподнял бровь Арт. Я была с ним полностью согласна, странное у бывшего Верховного Мага понятие о хорошем.
— Во-первых, — принялся загибать пальцы Науриэль, — это значит, что до завтрашнего утра штурм Саодрина не начнется. Как раз успеют долететь драконы. Во-вторых, Вакур напуган. Он уже не так уверен, что сможет захватить столицу силой, поэтому вынужден рассчитывать на удачу — вдруг горожане и вправду выдадут ему королеву в обмен на свои жизни? Ну а в третьих, это еще раз подтверждает слова Хелинуэтиль — Вакур действительно сейчас у стен Саодрина. Творить такую магию на большом расстоянии невозможно.
— До начала боя он будет тих, как недельный мертвяк, — подал голос зевающий Грэнхар. — Сегодня пытаться его отловить нет смысла, Вакур ничем себя не выдаст.
— Я тоже придерживаюсь такого мнения, поэтому до вечера можете отдыхать. С обеда начнется переброска войск в Саодрин. Советую с ночи занять выгодную позицию на стенах — утром там станет тесно.
— Ты не идешь.
— Что?!
— Ты слышала, Раби. Фигура Силы уничтожена, больше тебе не нужно лезть в самое пекло.
От Даррена я такого не ожидала. Мне казалось, темный меня понимает и не станет пренебрегать мной… мне только казалось.
— Я иду, понял? Кто тебе сказал, что мы лезем в пекло? Четыре мага против одного!
— Нет.
— Да с какой стати? — я взвыла, натолкнувшись на непробиваемую стену упрямства. Дроу словно меня не слушал, не желал понять! Как я смогу сидеть здесь, пока остальные будут там? Пока там будет он сам!
— Я запрещаю тебе, слышишь? — Дар больно сжал мои запястья. — Ты останешься в Наурдаиле, даже если мне придется связать тебя и запереть!
— Запереть, значит? — зря он это сказал. Я почувствовала, как воздух покалывает появившиеся крылья. — Связать? Кто ты мне, чтобы распоряжаться моей жизнью? Я иду вместе со всеми, и мне плевать, что ты об этом думаешь!
— Ты права, — эльф скривился. — Кто я тебе? Так, случайный встречный, через чур долго задержавшийся рядом. С меня хватит. Я не намерен угаснуть так же, как съезжал с катушек Арт!
Дар вышел, громко хлопнув дверью. С этим звуком что-то будто оборвалось у меня в груди. Слез не было. Только пустота.
В Саодрине мы застали удивительное зрелище. Шеренга эльфов в полном боевом облачении бесконечной змеей тянулась по городским улицам. Казалось, им нет конца. Жители радостными криками приветствовали армию освободителей.
Повсюду были небольшие очереди из женщин и детей. Заинтересовавшись, я решила узнать, куда они ведут. Мирдзен, получивший от Илии строгий приказ не спускать с меня глаз, отправился со мной. Дар, хоть мы и предпочитали в упор не замечать друг друга, тенью скользнул следом.
— Аккуратнее, не раскачивай подъемник! — долетел до меня знакомый голос. — Ласкан, опускай их, да!
Щуплый менестрель, распевавший мои песни в «Веселом Хряке», дернул за рычаг. Подъемник, скрипя, отправился под землю.
— Доброго дня тебе, почтеннейший, — с радостной улыбкой поздоровалась я. Сильно похудевший южанин обернулся.
— Богиня Лесная! — охнул Шейн. — Мы же тебя на севере оставили!
— От Тмира до Черной Гавани деревень не осталось. Пришлось перебраться южнее.
— Посреди зимы? Через всю страну? — прищурился караванщик.
— Так получилось, — я развела руками. — Лучше скажи, что тут происходит?
— Да вот, Гильдия Торговцев распорядилась все тайные ходы в свои катакомбы открыть, да жителей туда прятать. Видела, что вокруг города творится? Тут уже не до тайны, тут выжить бы, да…
Подъемник вновь вернулся на свое место — в шкаф. В тесную гостиную на окрик Алира вошла женщина с пятью детьми.
— Двоих на руки возьми, — скомандовал Шейн. — Да, молодец, Ласкан, опускай!
— Тень, я смотрю, все от тебя не отходит? — вновь обернулся к нам торговец, прищурился, присмотрелся к стоящему за моим плечом Мирдзену и выдал глубокомысленное: — Ты не тень, да!
Дроу усмехнулся, показав клыки.
— Знакомься, это Мирдзен, мой… отец. Мир, Алир Шейн — караванщик из Тмира и мой очень хороший друг.
— Ходить у тебя в друзьях большая честь, Лесная, — если Алир и заметил небольшую паузу в моей речи, не подал виду. — А тень-то ты где потеряла?
Я машинально оглянулась на Дара, который подпирал стенку, скрестив руки на груди.
— А, вижу, привет тебе, — махнул рукой торговец. Темный хмуро кивнул в ответ. — Когда ж вы с Лесной поженитесь, наконец, да…
Еще раз обернувшись, я посмотрела Даррену в глаза. Что я надеялась там увидеть? Не знаю. Но не увидела я абсолютно ничего, поэтому мы с дроу одновременно выплюнули:
— Никогда!
— Ну-ну, — усмехнулся Шейн, а Мирдзен только хмыкнул. — Если будете неподалеку, пригласите меня на свое «никогда»…
— А за меня замуж пойдешь, Ар? — откуда-то из дома вышел Маркус. — Иди, отдохни, — велел он Ласкану. Уставший парень с радостью смылся.
— А пойду! — согласилась я. Почему бы и нет? — Вот орков прогоним от Саодрина, и пойду!
Краем глаза я заметила движение — это Дар вышел из дома торговца.
— Не про тебя она, — попытался вразумить оборотня Алир.
— Да щаз! Сильная, хозяйственная — в самый раз! А что пить не умеет, — Марк подмигнул мне, — у всех свои недостатки!
Напоминание о том, как я напилась после ссоры с Дарреном, больно резануло сердце. И потом, на следующий день, мы впервые были вместе… Как же давно это было! Поняв, что сейчас расплачусь, я попрощалась и вышла.
— Зачем ты это делаешь? — догнал меня Мирдзен.
— Что именно?
— Так мучаешь Дара? Что он тебе сделал?
— То, чего тебе когда-то хватило благородства не сделать с Илией. Он пытался посадить меня в клетку.
Ночевали мы на вершине смотровой башни, укрывшись пахнущими прелостью одеялами. Ветер через узкие бойницы почти не задувал, но я все равно безумно замерзла. Привычка обнимать во сне Дара никуда не делась… Исчез только Даррен. Когда Мирдзен посреди ночи перебрался ко мне, я все-таки перестала дрожать, но разогнать леденящий холод, поселившийся внутри, дроу так и не смог.
Штурм начался на рассвете, за несколько часов до назначенного срока. Орки, выкатившие приземистые баллисты, ударили поверх стены. Магические шары, попавшие в город, взрывались и расплескивали вокруг себя кипящее масло. Саодрин заволокло дымом.
— Драконы прилетят в лучшем случае через час, — Артаниэль грязно выругался. — Высматривайте Вакура! Без него снаряды взрываться не станут.
Орки тем временем подкатили к воротам тяжелый железный сокол[13]. Судя по доносящемуся до нас грохоту, северо-восточные ворота уже начали ломать. Защитникам Саодрина только и оставалось, что поливать нападавших дождем из стрел. Периодически со стены срывались разрушительные заклятия, оставлявшие серьезные прорехи в рядах горных тварей, но на место павших тут же приходили новые.
С башни было видно, как выстраиваются у вздрагивающих от тяжелых ударов южных ворот эльфы. Даже если драконы опоздают… орков ждет неприятный сюрприз. Двенадцать тысяч неприятных сюрпризов.
— Там кто-то есть! — крикнул Грэнхар, азартно швырявшийся своими любимыми молниями. — Но я не уверен, что это Вакур!
Я пригляделась, но ничего не увидела. Не удивительно, не мне тягаться с острыми глазами дракона.
По крепостной стене мы добрались до следующей башни. Мимоходом я остановила кровь поймавшему в ногу острый осколок стены лучнику, кажется, я его даже видела вчера… Времени задерживаться не было, поэтому я побежала догонять остальных.
— Молодец, — хлопнул Грэнхара по плечу Мир. — Теперь даже я вижу. Как убивать будем?
— Если будет возможность, надо берем живым, — «обрадовал» нас Арт. — Нужно выяснить, как он умудрился подчинить орков.
— Говорить будет, а целостность остального не обещаю, — мрачно оскалился дроу.
— Можно попробовать, как с артефактами, — предложила Арлин. — Но на этот раз я иду с вами!
— Аматирэль открывает портал за две с половиной секунды, — нахмурился светлый. — За это время Вакур успеет приготовить нам какую-нибудь гадость.
— Тогда я точно иду с вами! — встряла саламандра. — Первый удар однозначно будет магическим, и мне он вреда не причинит. Следом, скорее всего, ударят арбалетчики. Рядом с Вакуром нет шаманов, значит, большую угрозу представляет только он сам. Быстро хватаем чародея и сматываемся!
— Огромная клыкастая туша с мечом наперевес для тебя не «большая» угроза?
— У нас целых три, — Арлин покосилась на меня, — четыре мага! Вы что, с несколькими орками не справитесь?
— План выполнимый, — согласилась с девушкой Нарида. — Нужно только продумать некоторые детали…
Из открывшейся в центре лагеря орков воронки шагнула Арлин. Как она и предсказывала, Вакур успел подготовить заклинание — свой любимый Огненный Вал. Огненной саламандре он оказался что дракону зубочистка.
Следом вылетели оба дроу, точным движением снесшие головы двум ближайшим арбалетчикам. Дальних синхронным залпом испепелили Арт и Грэнхар. Последними вышли я и Нарида, удерживающие в руках два потрясающих по своей разрушительной силе заклятия.
Арлин за то время, пока эльфы и дракон расправлялись с орками, преодолела разделявшие ее и Вакура несколько шагов. Маг, так и не успевший ударить во второй раз, свалился на землю от точного попадания кулака саламандры ему под челюсть. После второго удара, на этот раз ногой, он наконец-то отключился.
Темные подхватили чародея и запрыгнули в новый портал. Арлин, Грэнхар и Арт, выпустив на прощание целый огненный шторм, ушли следом. Я и Нарида одновременно отпустили свои заклятия и буквально влетели в искрящуюся воронку, когда нам в спины ударила взрывная волна. Идея дракона столкнуть два крайне недружелюбных заклинания — Слепящую Смерть и Копье Тьмы — принесла свои плоды. На этот никто лишний через портал не прорвался.
На похищение Рауля Вакура ушло не больше пятнадцати секунд.
Раненых было безумно много. Штурм начался, когда весь город спал, уверенный, что время еще есть. Неожиданно разгоревшийся пожар в первые минуты унес много жизней… А потом стали приносить выживших. Ингрид металась между все поступавшими больными, стараясь помочь каждому. Лечить только умирающих, как велел Валимир? Целительница не могла выбирать. Сейчас она была нужна всем.
Грохот соколов об ворота из ратуши слышно не было, но по осажденному городу новости разносились быстро. Спроси кто-нибудь — откуда знает, что ворота уже начали поддаваться? — северянка не смогла бы ответить. Может, приставленный ей в помощники парнишка-эльф, пока только ученик, обмолвился? Или прохрипел умирающий гвардеец с развороченным в кашу позвоночником, сбитый с крепостной стены? Лица слились в один непрекращающийся размытый поток, звуки смешались. Ингрид машинально отвечала на все вопросы, и срывалась с места, стоило ей услышать окрик других целителей. Ее всегда звали, если не справлялись. То, что было не под силу эльфийским лекарям, делала она — человеческая женщина из Черной Гавани, половину своей жизни прожившая в деревеньке среди дремучего леса…
Взрыв, устроенный Ар и Наридой северянка не заметила, хоть и была сбита с ног ощутимо вздрогнувшей землей. Про то, что северо-восточные ворота пали, узнала от очередного раненого. Хотя, задумайся она хоть немного, сама заметила бы, как раны от огня, летающих повсюду осколков и стрел сменились другими — отрубленными руками и ногами, вспоротыми животами и прочими увечьями. Но на размышления не было ни времени, ни сил.
Триумфальную атаку драконов целительница тоже не видела. Только чуть теплее стало на душе — крылатые успели! Не разрушенный до основания город, а все еще сопротивляющаяся сплоченная крепость встретила их! А руки тем временем продолжали выполнять свою работу. Остановить кровь — вправить кости — перевязать — поделиться силой — остановить кровь — зашить… И так до бесконечности.
— Ингрид!
Северянка поспешила на очередной зов. Принесли оборотня-пуму, настолько ослабевшего, что он не мог сам перекинуться в человека. Когда-то кремовая шкура стала алой от все еще хлеставшей крови.
— Иди за мной, — тихо позвала целительница, глядя в глаза зверя. И он пошел, потянулся к ней человеческой частью, возвращая прежний облик плечистого блондина с шатрезовыми глазами.
— Не судьба… мне… на Лесной жениться… — чуть слышно прохрипел оборотень, как только северянка убрала сводящую с ума боль. — Это она охотница… А меня на мечи подняли…
Ингрид едва ли поняла, что лежащий перед ней человек говорит о ее подруге. Северянка с трудом успевала останавливать хлещущую из десятка ран кровь. Организм напоминавшего решето оборотня из последних сил сопротивлялся магии.
— Ингрид! — раздался крик от входа в ратушу, стоило целительнице начать перевязывать последнюю рану. Оставив помощника закончить работу, женщина побежала к выходу.
Перед зданием, подняв пыль, упал черный дракон — огромный, с рядом острейших шипов на вытянутой морде, обломанных с одной стороны, и когтями — каждый длиной в половину руки. Зверь с трудом поместился на площади. Будь это кто-нибудь другой, северянка испугалась бы… Она хорошо знала эти глаза.
— Валимир… — совсем тихо прошептала целительница. Но дракон ее услышал.
Владыка стряхнул со спины менее крупного сине-зеленого ящера, переливавшегося всеми цветами радуги. В основании крыла второго змея зияла огромная дыра с обугленными краями. Верховный, опять подняв пыль, превратился в человека.
— По нам стреляют из баллист, — пояснил он, чуть поморщившись от боли. Правая половина лица — та, где у дракона были сломаны шипы — представляла собой сплошную кровавую рану. — Крайне неприятные штуки, но мы почти все уже уничтожили. Давай поможем Эвите, в одиночку такое не залечить…
Ингрид, не отрываясь, смотрела за действиями Верховного. Так странно было видеть его без привычной золотой хламиды! Длинные волосы забраны в тугую косу до пояса, кожаные брюки, невысокие сапоги, туго зашнурованные на лодыжке, совсем тонкая куртка… Так же, как делала целительница, Владыка помог второму дракону стать человеком. Подхватив похоже одетую светловолосую девушку на руки, Валимир внес ее в переполненную ратушу.
У Эвиты-человека оказалась сильно повреждена рука и, словно откушенная гигантскими челюстями, отсутствовала часть туловища. Пока Владыка наращивал девушке частично потерянные ребра и мышцы, северянка старалась сделать все, чтобы сохранить ей руку. Все это время дракониха не приходила в себя.
— Жить будет, — подвел итог Верховный, заканчивая перевязку. Кости и все необходимые органы под бинтами снова были на месте.
— Летать тоже, — удовлетворенно улыбнулась Ингрид, отпуская руку Эвиты. И тут же улыбка погасла, стоило целительнице увидеть покрытое багровой коркой лицо дракона. Не спрашивая разрешения, она шагнула к Валимиру. После искореженного тела девушки восстановить снятую кожу и местами разорванные мышцы оказалось пустячным делом.
— Спасибо, — Владыка поймал руку северянки и прикоснулся губами к ее ладони, а затем быстрым шагом направился к выходу.
— Валимир! — не выдержала Ингрид, бросаясь следом за ним.
Верховный, резко развернувшись, сделал шаг навстречу целительнице и поймал ее в свои объятья. В болезненном, требовательном поцелуе выплеснулись все страхи этого безумного дня. Дракон с трудом нашел в себе силы отстраниться.
— Я ожидал этого не раньше, чем через год, — шепотом признался Владыка. — Не думал, что ты сама решишься.
— Нужно жить сегодняшним днем, потому что завтра может не наступить, — так же тихо вспомнила северянка простую истину, которую когда-то — в прошлой жизни! — пыталась донести до Арабески. Кто знал, что это пригодится ей самой? — Ты только возвращайся сам, хорошо? На своих крыльях!
— Вернусь, — пообещал Верховный, поцеловав Ингрид еще раз. — Ради тебя вернусь.
Из портала мы выпали в каком-то из залов дворца Наурдаиля. Артаниэль, спеленав мятежного мага заклинанием, надежно приклеил того к гладкой стене.
— Есть шанс высказаться самому, — мрачно предложил Вакуру Мирдзен, доставая из-за пояса любимый кинжал.
— Ты что, собираешься его здесь пытать? — удивилась я.
— Собирается, но не здесь, — ответил за Мира Арт. — Сейчас Науриэль придет с антимагическим ошейником и отдаст ключи от темницы. Вот там пусть развлекается. Нечего бальный зал кровью пачкать.
Вакур пару раз дернулся, а потом, толи признавая поражение, толи просто желая выговориться перед благодарными слушателями, начал свой рассказ.
Рауль Вакур стал придворным магом очень рано — всего в пятьдесят лет. Среди чародеев, чей возраст иногда достигает пятисот, он считался мальчишкой. Но была у одаренного мага одна тайна — владел он не только светлой, но и темной магией. И не просто владел, а смог понять, что и та, и другая… на самом деле — одно и то же. Нет двух видов магии, есть два способа ее черпать. Светлые пропускают источник через себя, преобразовывая его, а темные пользуются сырой, чистой силой. Потому и возможностей у них больше… И самих темных намного меньше. Не каждый способен выдержать соприкосновение с абсолютной энергией.
Подобное открытие в другое время вознесло бы его на самую вершину могущества, но шел разгар войны Темных и Светлых. Шаурикум успешно боролся с «порождениями тьмы», и, узнай кто-нибудь о способностях Вакура, чародея ждала бы неминуемая гибель.
Шли годы, армия дроу закончила войну, но для владеющих не той магией людей ничего не изменилось. Когда на трон взошел следующий правитель, дедушка Евсеи, гонения на темных понемногу начали стихать.
Маг решил выжидать, а чтобы хоть как-то скрасить невеселые дни, украл из Мардренской сокровищницы Аматирэль. Расплатившись еще несколькими прихваченными оттуда безделушками, Рауль построил себе дом на границе страны, в таком глухом лесу, что подобраться к нему можно было только при помощи портала. В своем убежище он начал изучение некромантии. И со временем додумался чародей до интересной мысли — почему бы не построить свою империю? Идеальное будущее, в котором темные маги окажутся равными светлым.
Пятьдесят лет спустя, когда престол заняла мать Евсеи, Рауль принялся воплощать свой план. Соблазнив королеву, он было приблизился к трону — только руку протяни, и смахнешь с него короля… Но король дураком не был, а потому обо всем узнал и подготовил указ об изгнании Вакура. Этой же ночью во дворце вспыхнул пожар. Правящая чета погибла.
Маг был уверен, что станет наместником при тогда еще годовалой наследнице, а затем сможет нашептывать ей свою волю, как послушной марионетке, но тут взбунтовался королевский Совет, которому чародей успел порядком насолить более чем за семьдесят лет. Обвинив его в поджоге, просто чтобы отдалить Вакура от трона, Советники неожиданно попали в точку. Расследование показало, что в королевской спальне применили заклятие Огненного Вала. Рауль был вынужден бежать в свой замок, про который знали только что он есть.
Когда Рауль думал, что хуже уже быть не может, неожиданно выяснилось — может! Использовав Аматирэль в критический момент, маг открывал портал с одной единственной мыслью: лишь бы куда-нибудь подальше. Артефакт перенес его далеко за горный хребет, к оркам.
Так получилось, что орки верили в Огненного Бога. В краях, где солнце поднимается лишь на несколько месяцев в году, выжить помогает вера в священный огонь. Пытаясь спастись от неминуемой гибели, Вакур использовал любимый Огненный Вал… И орки склонились перед ним. Постепенно к новоявленному Богу присоединялись все новые полудикие племена. За десять лет чародей получил армию, мало уступавшую армии Шаурикума.
— Что было дальше, мы знаем, — перебил Вакура незаметно вошедший Науриэль. — Оставляйте, стража спровадит его в темницу, — обратился эльф к нам. — Драконы почти остановили атаку на Саодрин, но лишняя помощь им не помешает.
Арт без лишних слов открыл новый портал. В последний момент эльф за шкирку поймал кинувшуюся к переходу Арлин.
— Ты. Остаешься. Здесь, — чеканя каждое слово, приказал светлый. Саламандра, хоть и насупилась, но спорить не стала.
Проигнорировав выразительный взгляд Дара, я потянулась за мечом и первая шагнула в Саодрин.
Открывшаяся мне картина ужасала. Бой кипел и за стеной, и на улицах города. В воздухе витал одуряющий металлический запах крови с примесью дыма от паленой плоти. Небо потемнело от парящих драконов. То тут, то там кто-то из них спускался к земле и выдыхал длинную струю пламени, оставляя пепелища на месте атаковавших тварей.
— И куда ты собралась? — следом за мной в сторожевую башню вышел Мирдзен. За ним тенью следовал Дар.
— В ратушу, — решилась я. Пусть я не целитель, но помочь смогу.
Уже спускаясь вниз, я увидела, как из портала вышли Арт, Нарида и Грэнхар. Маги быстро сориентировались и стали прицельными залпами уничтожать прорвавшихся в Саодрин орков. Вскоре в бой пришлось вступить и нам. Пока мы прорывались к целителям, я убила не меньше десятка захватчиков. Сколько досталось Дару и Мирдзену, я не знаю, но уверена, что намного больше.
Вырвавшись на широкую площадь, я успела увидеть, как взмывает в небо огромный черный дракон. Закашлявшись от поднявшейся пыли, я забежала в ратушу. Здание оказалось переполнено. От запаха крови свербило в носу. Отловив за руку пробегавшего мимо эльфа, я спросила:
— Чем помогать?
— Перевязывать умеешь?
— И кровь останавливать, — кивнула я.
— Вот бинты, — эльф передал мне свою сумку. — Я себе новую возьму. Неглубоко — перевязываешь, надо шить — зовешь ближайшего целителя, собирается помирать — зовешь Ингрид.
Быстро выпалив ценные указания, эльф скрылся. Для меня же следующие минуты слились в одну сплошную красно-белую полосу: бинт — кровь — бинт — опять кровь… Мирдзен и Дар остались снаружи — отбиваться от тех немногих орков, кто сумел пробиться к ратуше. Я хорошо слышала рев драконов, пробивавшийся даже сквозь стоны раненых и грохот от взрывных заклятий магов. Мне казалось, я слышала звон мечей за пределами ратуши, где сражались два таких дорогих мне дроу. Я слышала, как Ингрид, упавшая на колени перед очередным раненым, тихо шепчет: «Вернется. Он обязательно вернется». И вдруг, словно кто-то повесил заклинание Тишины, все исчезло. Как наяву я увидела Даррена, с трех сторон пронзенного широкими мечами. Я почувствовала, как жизнь медленно покидает такого сильного, такого непобедимого эльфа. Не выдержав, я скинула тяжелую сумку и бросилась к выходу.
Не заметив Мирдзена, сдерживавшего сразу четверых тварей, рвущихся на площадь из узкого переулка, я побежала к лежащему на пыльной мостовой, словно сломанная кукла, темному. Один из окруживших его орков занес над головой двуглавый топорик, собираясь добить поверженного дроу. Уже понимая, что не успеваю, я закричала от отчаяния, надеясь хоть так отвлечь внимание от валявшегося без движения любимого…
На мой крик поднялся небольшой ураган, разметавший орков по площади. Не до конца осознавая, что именно я делаю, я черпала и черпала из окружающего меня мира силу, и, не утруждая себя составлением заклинаний, швырялась ей в разные стороны. Упав на камни рядом с Даром, я с облегчением поняла — дышит! Темный хрипел и кашлял кровью, вокруг него быстро разливалась багровая лужа… но он был жив.
Из улицы, которую оборонял Даррен, хлынуло полчище орков. Закрыв глаза, я все свои силы направила в землю, умоляя спрятать, защитить. Стихия откликнулась. Вокруг нас, ломая ровную кладку мостовой, прорастали толстые стебли с руку толщиной и сплетались над нашими головами, образуя витой ствол, распадались на множество кривых ветвей и распускались фантастически красивыми алыми цветами. Этого я уже не видела, как не видела Мирдзена, в последний момент захлопнувшего двери ратуши, как не видела черного дракона, упавшего на площадь, клыками и когтями раздирающего плотные ряды горных тварей… Влив последние крупицы Силы в Дара, я потеряла сознание.
Приходить в себя было мучительно. Меня тошнило, сильно кружилась голова. Сквозь ствол выращенного мной дерева не проходил свет, но в убежище почему-то было светло. Дар лежал сломанной марионеткой, неестественно вывернув ноги. С трудом, но мне удалось перевернуть его на спину. Три сквозных раны уже не кровоточили, хотя выглядели ужасно.
— Как доставать их будем? — услышала я чуть приглушенный деревом вопрос.
— Может, попытаться срубить?
— А оно тебя в ответ срубит! Забыл, что ли, ее зомби-лианы? — опознала я голос Грэнхара. Вторым говорящим был Мирдзен.
— И что теперь делать? Ждать, пока они сами выползут? Они там почти сутки! Ясно же, раз до сих пор не вышли, значит не могут!
Я попыталась сказать, что мы живы и сейчас выберемся, но не смогла. Из горла вырвался лишь слабый хрип, ничего общего с человеческой речью не имеющий. Поняв, что сорвала голос, я прикоснулась к спасшему нас дереву. Теплая кора, казалось, чуть пульсировала под ладонью.
«Спасибо» — направила я на нее свои мысли, — «Ты нас спас. Теперь выпусти нас, прошу».
Дерево прогнулось вниз, расплетая тугой узел стеблей, и приоткрыло узкий выход. В получившуюся щель засунул любопытный нос Мир. Мигом оценив обстановку, дроу скомандовал:
— Зови целителей!
Меня Мирдзен буквально выволок наружу: ноги не слушались, и сама идти я не могла. Даррена при помощи магии поднял Грэнхар.
— Его к Ингрид, — велел дракон подбежавшим эльфам. Стоило остроухим начать отдаляться, как я попыталась кинуться за ними. Одна только мысль, что Дар сейчас скроется с моих глаз, причиняла невыносимую боль. Мир, правильно поняв мое движение, подхватил меня на руки и отправился следом.
Целители по прежнему занимали ратушу, но теперь здесь было намного просторнее. Большая часть раненых исчезла, остались только те, кто пока не мог передвигаться самостоятельно.
Даррена положили на высокий стол, я упала на пол рядом. Почти сразу темного с двух сторон обступили Владыка и Ингрид. Дракон, осматривая то, что осталось от эльфа, все больше хмурился.
— Я одного не понимаю… Почему он жив до сих пор?
Я попыталась возмутиться, но сорванные связки не позволили этого сделать. Отвлекшись от созерцания дроу, Верховный склонился надо мной.
— Теперь, кажется, понимаю, — удивленно хмыкнул он. — Ингрид, посмотри сюда. Перед нами величайшее чудо всех времен — тай-ар, «дарованная любовь».
Валимир пальцем провел по какой-то линии в воздухе, видимой только целителям.
— Чудо, и одновременно проклятие, — продолжил Владыка, возвращаясь к лечению эльфа. — Истинная половинка, на которую, согласно преданиям, может указать Хозяйка Судьбы. Не знаю, как у дроу, но за всю историю драконов можно по пальцам пересчитать случаи обретения тай-ар. Что характерно, почувствовать зов тай-ар могли только эльфы, неважно, светлые или темные, и драконы. А вот несчастным, чьи истинные половинки оказывались не этих рас, приходилось несладко. Ради обретения тай-ар они выкрадывали их, убивали вставших на их пути, развязывали войны… И в то же время эта связь дарует удивительные возможности. Если половинки маги — их сила приумножится. Если между ними расстояние — смогут почувствовать друг друга, что и произошло вчера, когда Даррена ранили. И если один из них на краю смерти, второй сможет удержать его. Не думал, что однажды увижу тай-ар. Хотя, признаюсь, всегда мечтал об этом.
Ингрид присела рядом со мной и прикоснулась к моей шее. Постепенно горло перестало драть, и я почувствовала, что снова могу говорить.
— Молчать! — приказала целительница, не успела я открыть рот. — Сутки, как минимум! Второй раз лечить не стану, так и останешься безголосой!
Я кивнула. Спорить сил не было, да и зачем? Северянка прекрасно знала, что лучше для ее больных.
С Дарреном они возились долго. Я, кажется, успела даже задремать, прислонившись к холодной стене. Разбудил меня Артаниэль, пришедший, чтобы порталом переправить нас в Наурдаиль. Пошатываясь, я все же смогла сделать несколько таких трудных шагов до эльфийского замка.
Наконец-то Ингрид смогла отдохнуть. Больше трех дней она провела, спасая раненых в ратуше Саодрина. Даже во сне, на короткие часы сворачиваясь клубком на холодном каменном полу, северянка продолжала кого-то лечить.
Но все однажды заканчивается. Когда остались лишь те, с кем могли справиться и менее сильные целители, Валимир отправил вяло сопротивляющуюся женщину в Наурдаиль.
Валимир… Ингрид закусила губу. Что она ему скажет? Как будет смотреть в глаза после…
— Так и знал, что найду тебя здесь, — качели чуть просели, принимая еще одного гостя. Как всегда, Владыка подкрался незаметно. Вновь в привычной золотой хламиде и с обручем, удерживающим распущенные волосы, он выглядел блистательно. Собираясь с духом, целительница шумно вздохнула.
— Я хотела попросить прощения за свой… поступок, — решилась она. — Это было… под влиянием момента. И я благодарна, что тогда вы меня… не оттолкнули.
— За какой еще поступок? — не понял Верховный. Северянка почувствовала, как против воли заливается краской. — За этот? — руки дракона скользнули на талию женщины, пока Валимир ее целовал — легко, нежно, давая возможность сбежать. Ингрид сбегать не захотела.
— А теперь слушай меня внимательно, — Владыка держался так близко, что были видны золотые искры в его темно-карих глазах. — Чтобы ни про какое «влияние момента» я больше не слышал. Я не только не оттолкнул тебя, но и, если ты не заметила, сам кинулся тебе навстречу. Ты узнала меня в облике дракона. На Островах это очень много значит, позже расскажу. Так что теперь ты моя, и это не обсуждается. И прекрати, наконец, мне выкать!
— Но как… я же не могу…
— Что тебе мешает? — Верховный откинулся на резную спинку. — Давай, выкладывай по порядку.
— Кто я, а кто ты? Простая целительница и правитель драконов?
— Это стало бы серьезной проблемой, будь я немного моложе, — согласился Валимир. — Но у меня уже есть взрослый наследник. Передав ему дела, я окажусь совершенно свободен. Могу творить что захочу. Есть и второе решение, не столь радикальное, но про него я пока не скажу. Пусть будет сюрприз.
— Я человек, мне уже двадцать восемь! У меня есть еще лет десять в запасе, не больше! Потом я начну стареть! Зачем я тебе такая буду нужна?
— Знаешь, мне тоже по драконьим меркам лет пятьсот[14] жить осталось, — немного язвительно заметил дракон. — Растянуть твою жизнь на такой же срок для меня не составит труда.
Остальные возражения захлебнулись в корне. Так ли все важно, если вот оно, счастье, только протяни руку? Ингрид вгляделась в спокойное лицо Владыки. Темные глаза так же внимательно изучали ее. Смирившись с неожиданным поворотом судьбы, целительница кивнула:
— Согласна. Я — твоя.
— Ты так и не сказал ей?
— О чем?
— Что она — твоя тай-ар, — озвучил Грэнхар то, что боялся произнести Валимир.
— И не скажу, — отрезал Владыка. — Пока связь не так крепка, как у Даррена и Ар, я хочу, чтобы Ингрид была со мной, потому что ей самой это нужно, а не потому, что отказом она будет бояться меня убить. Со временем она сама все поймет.
— Правда решил отдать мне трон? — перевел тему хитро ухмыляющийся маг.
— Опять подслушивал? Не дождешься, маленький еще. Как я сказал, у этой проблемы есть два решения…
Дар не приходил в себя два дня. Все это время я не отходила от него, даже спала здесь же, в кресле. Ингрид пыталась выставить меня, отправить отдыхать, но не смогла. Пожалуй, это был первый случай, когда я категорически отказалась слушать целительницу.
Сидя у его постели, я замирала каждый раз, стоило мне представить — что было бы, не почувствуй я его боль? На этот раз я как никогда была близка к тому, чтобы потерять темного. Наша ссора казалась мне совершенно мелкой и глупой. Остаться в Наурдаиле? Я была готова согласиться на вечное заточение, лишь бы мой дроу был жив.
Я не заметила, когда темный проснулся. Эльф следил за мной из-под полуприкрытых век.
— Как ты?
Все мои страхи вернулись с утроенной силой. Что, если он не захочет меня больше видеть? Тай-ар совершенно не гарантировала, что мы всегда будем рядом.
— Могло быть и лучше, — слабо прохрипел темный. — Давно валяюсь?
— Два дня.
Дар замолчал. Я тоже не знала, что ему сказать. Как объяснить, что я не могу без него?
— Выходи за меня?
— Что? — я во все глаза уставилась на дроу.
— Замуж, — терпеливо повторил он. — Выходи за меня замуж. Браслета под рукой у меня нет, но как только выберусь отсюда, обязательно подарю.
Не найдясь с ответом, я кивнула. Кто еще сможет похвастаться, что ему сделали предложение вот так?
— Отлично, — эльф, казалось, на другой ответ и не рассчитывал. — Теперь, если меня кто-нибудь спросит, как я рискнул жениться на сумасшедшей фее, я всегда смогу сказать, что был не в себе после ранения.
— Ты! — я задохнулась от возмущения. Не успел встать, а уже опять издевается!
— Кто я, дорогая? — хитро улыбнулся дроу. Подобрать ему достойный эпитет я не успела. В комнату, услышав голоса, ввалились Грэнхар и Арт.
— Я же говорил, его так просто не убьешь, — дракон уселся на кровать рядом с Даром. — Ты бы видел, во что твоя фея площадь перед саодринской ратушей превратила!
— Она укрыла вас в огненном дереве[15], выросшем за несколько секунд, — пояснил Арт все пропустившему темному. — Оно, кстати, уже начало обрастать легендами, якобы влюбленная фея, увидев гибель жениха, от горя сама превратилась в дерево, а цветы покраснели от пролитой крови.
— Ерунда, — фыркнул Грэнхар. — Огненное дерево всегда красное!
— Не будем говорить об этом саодринцам, — усмехнулся дроу. — Легенда красивая, герои назло всем выжили. Обижаться не на что!
— Лучше расскажи, как тебе это удалось? — обратился Арт ко мне. — Никогда не слышал, чтобы дерево вырастало за несколько секунд. Минимум за ночь, разве нет?
— Сама не знаю. Просто направила всю Силу в землю и попросила защитить.
— Не с этим ли просила? — Дар взял меня за руку, на которой блестело кольцо Раулины. — Оно не зря считается сильным защитным артефактом. У самой тебя сил не хватило бы.
— Похоже на то, — согласился с ним светлый. — Жаль, мы раньше не знали о его свойствах…
— Не отдам!
— Сам знаю, — махнул на меня рукой эльф. Он собирался сказать что-то еще, но тут вернулась Ингрид.
— Кыш все отсюда! — с порога заявила целительница. — Ему еще сутки только спать можно!
Через неделю нас пригласили в тронный зал наурдаильского дворца. Леди Аластриэль, вопреки всем правилам этикета, уже сидела на троне. Как шепнул Грэнхар — пройти через весь зал без посторонней помощи эльфийка не могла. Со дня на день Владычица должна была разродиться сразу тремя наследниками.
По правую руку от правительницы сидел Валимир. Сиятельный дракон в неизменном золотом одеянии хитровато улыбался и то и дело поглядывал в зал. Проследив за его взглядом, я увидела кусающую от волнения губы Ингрид. На целительнице было темно-синее платье, выгодно подчеркнувшее высокую грудь, широкие бедра и тонкую осиную талию женщины. Видеть северянку, всегда предпочитавшую удобные брюки, в таком наряде было непривычно.
Помимо нашей компании здесь было множество других эльфов и драконов. Дождавшись, пока все соберутся, Владычица подняла руку.
— Я приветствую тех, кто собрался сегодня в этом зале, — начала леди Аластриэль свою речь. — И хочу поблагодарить вас за вашу доблесть и самоотверженность, проявленные в прошедшей битве. Каждый из вас понимал, что вмешиваясь в войну, мы помогаем не Шаурикуму. Мы защищаем себя.
Владычица немного отдышалась и продолжила.
— С сегодняшнего дня между Дивнолесьем и Драконьими Островами заключен союз. В ближайшее время на Островах появится еще несколько арок Врат, через которые драконы смогут перемещаться на материк.
Леди Аластриэль пришлось дождаться, когда стихнут аплодисменты. Появление новых Врат — всегда большое событие, особенно для живущих изолировано драконов. Не каждый способен переплыть или перелететь отделявшее Острова водное пространство, а корабли заходить так далеко в открытый океан опасались.
— Также я хочу наградить капитана…
Как выяснилось, почти каждый из присутствовавших чем-нибудь заслужил благосклонность Владычицы. Здесь собрались военачальники эльфов и драконов, так или иначе отличившиеся в прошедшей битве.
— Лорд Мирдзен д'Асшера, Даррен д'Раххэ, Арабеска Лиариэр-д'Асшера, лорд Грэнхар Рамуари, леди Нарида Исильда, Арлин Дамуазо, — перечислила правительница. Мы, переглянувшись, вышли к трону. — За поимку мага Рауля Вакура и его пособницы вам даруется моя высочайшая милость. Граница Дивнолесья всегда будет открыта для вас, и вы остаетесь желанными гостями во дворце. Арабеска, — обратилась Владычица уже только ко мне. — Так как ты живешь в Общине фей, для тебя у меня будет другой подарок. Лорд Артаниэль сказал, что ты изучала некромантию, и это сильно помогло при выполнении вашей миссии. Если захочешь продолжить обучение, все закрытые секции наурдаильской библиотеки в твоем распоряжении.
Когда мы возвращались на свои места, я украдкой покосилась на Мирдзена. Довольный дроу совершенно точно собирался воспользоваться правом остаться в Дивнолесье.
— Ингрид Ярвинен, — объявила леди Артаниэль. Немного испуганная целительница вышла вперед. — За спасение жизней Верховного Мага Дивнолесья и наследника престола Драконьих Островов я объявляю тебя прародительницей знатной семьи Ярвинен. Выбор герба дома я оставляю за тобой. Леди Ингрид, — Владычица мягко улыбнулась ошарашенной северянке, — буду рада видеть тебя в Наурдаиле.
— Мне даже немного жаль, что все закончилось, — грустно вздохнула Арлин. — С вами было интересно путешествовать.
— Неужели? — скептически откликнулся Арт. — Даже учитывая, что большую часть времени ты просидела в виде ящерицы у меня под рубашкой?
— А что? — пожала плечами девушка. — Ты теплый, так что мне было совсем не плохо. Откроешь мне портал до дома?
— Не хочешь оставаться?
— В другой раз. У меня в деревне рядом с Тмиром сестра младшая осталась. Не могу ее бросить. Но координаты портала ведь у тебя сохранятся? — саламандра улыбнулась. — Приходи в гости в любое время!
— Вас еще и двое? — содрогнулся эльф. — Я этого не вынесу!
— Спорим, через пару лет они поженятся? — неожиданно спросил Грэнхар.
Мы сидели на небольшом балкончике, откуда открывался очень удобный вид на беседовавших эльфа и саламандру.
— Даже спорить не буду, — согласилась я. То, что светлый девушке нравится, видно было невооруженным взглядом, а познакомившись с Арлин поближе, я не сомневалась — сопротивление Артаниэля будет недолгим. — Я не могу понять другое. Владычица наградила Ингрид за спасение Арта и наследника Валимира. Но кто он? Я вообще не знала, что у Верховного есть дети.
Дар тихо хмыкнул.
— А ты не догадалась? Кому, по-твоему, можно доверить идти в Мардрен и говорить от лица всех Островов?
— Что? — я обернулась к дракону. — И ты тоже?
— Что значит «тоже»?
— То и значит! — не выдержала я и принялась загибать пальцы. — Артаниэль — третий человек в Дивнолесье после Владычицы и Первого Советника, ты — наследник Островов, Ингрид неожиданно стала леди, даже мой отец оказался знатным! Как меня занесло в такую компанию? Хоть Дар у меня нормальный, — обняла я темного.
За спиной заржал Мирдзен.
— Нормальный? Да он пострашнее нас, вместе взятых, будет!
Я обернулась к страдальчески закатившему глаза Даррену.
— Что ты болтаешь? Нормальный я, совершенно нормальный!
— Нормальнее не бывает, — присоединился к хрюкающему от смеха дроу Грэнхар. — Фея, тебе имя д'Раххэарей ни о чем не говорит?
— Раулина д'Раххэарей! — не задумываясь, выпалила я первое пришедшее в голову.
— Умница, дочка, — похвалил меня Мир. — Знакомься, принц Даррен д'Раххэарей, последний выживший из династии правителей Ларигадера.
Я обиженно посмотрела на темного.
— Ты же сказал, что твою семью…
— Убили во время смены власти, — продолжил за меня Дар. — Заметь, я не словом не соврал. И я, как младший брат Раулины, должен был занять трон, именно поэтому меня периодически пытаются убить. Так что забудь обо всем, что тебе наговорили эти два идиота — я д'Раххэ, и этого достаточно. В Ларигадер я не вернусь.
— Что ты так волнуешься? — поддержал Даррена Мир. — Ты, как моя дочь, тоже имеешь полное право на «леди» перед именем. Добро пожаловать в нашу ненормальную компанию!
Эпилог
— Цветы будут красные! — объявила я рано утром.
Нарида и Илия посмотрели на меня, как на ненормальную.
— Мы же вчера только на фиолетовых сошлись! — не поддержала меня Ингрид. — У тебя свадьба через несколько часов! Где ты будешь искать красные?
— На площади перед ратушей, разумеется!
— Совсем с ума сошла, — проворчала не выспавшаяся саламандра. — Забыла, как твое деревце с охотниками до его цветов расправляется?
Случайно выращенное мной огненное дерево действительно оказалось с характером. Однажды какой-то не в меру романтично настроенный юноша решил нарвать с него букет любимой девушке. Дерево, не оценившее чужого порыва, одной веткой поймало романтика в клещи, а другой, потоньше, устроило ему порку. После нескольких похожих случаев магическое растение стали обходить стороной.
— А мы вежливо попросим, — объявила я. — Идем скорее, у нас и так мало времени!
Сама не знаю, почему я вдруг решила собрать букет именно с огненного дерева. Наверное, свою роль сыграла печальная легенда, которую сложили о нас с Даром. Во всяком случае, проснувшись сегодня утром, я поняла: никаких других цветов на моей свадьбе не будет.
Мы с подругами вышли из «Лесной феи». Тайная мечта дроу — собственная таверна — исполнилась. Никогда бы не подумала, что наемник и воин может грезить о таком спокойном деле. Мы с Даром продали домик в Тмире, переехали в быстро восстанавливающийся Саодрин и купили просторный двухэтажный дом. Второй этаж сделали жилым, а таверна на первом быстро набирала популярность из-за ставшей недавно столь популярной легенде о влюбленной фее и из-за моих песен, которыми я раз в пару недель радовала благодарную публику. Сейчас же второй этаж был отдан на растерзание мне, Илии, Ингрид, Арлин и Нариде. Дар с мужской половиной нашей безумной компании оккупировали дом Илии в Общине Фей.
— И как ты собираешься его просить? — целительница скептически посмотрела на возвышающееся посреди площади дерево с темно-рыжим стволом и вечными ярко-красными цветами.
— Подойду и попрошу, — храбрилась я, тем не менее, с опаской поглядывая на свое детище. А ну как и меня выпороть решит?
— Может, все-таки фиолетовые? — робко предложила Илия.
Я мотнула головой. Нет уж! Хочу красные! Решительным шагом я направилась к дереву и приложила руку с кольцом к его коре.
На запястье блеснул браслет — узкая полоска белого металла, усыпанная крошечными бриллиантами — тот же стиль, что и у артефакта. Улыбнувшись, я решилась.
«Привет» — я немного замялась. Как разговаривать с деревом? «Помнишь меня? Ты спрятал меня и моего любимого».
Неожиданно для себя я ощутила ответ. Не слова, а, скорее, отголоски эмоций. Да, растение меня помнило, ведь для него это было как вчера. И, кажется, даже было мне радо.
«Я хотела попросить… Только не бей меня, хорошо? Можешь поделиться со мной цветами? Понимаешь, у меня сегодня свадьба, и я так хочу быть…»
Договорить я не успела. Ветви вокруг зашевелились, скрывая меня от подруг. Решив, что сейчас меня постигнет судьба предыдущих охотников за цветами, я было дернулась, но тут мне в руки спланировала веточка, густо усеянная бутонами, за ней еще одна, и еще… Когда я уже с трудом удерживала неожиданные подарки в руках, дерево остановилось.
На мою благодарность пришел очень неожиданный ответ. Растение надо мной… смеялось! Для него наша жизнь была не более, чем любопытной суетой у его корней. Единственное, чего дерево хотело — чтобы я посадила хотя бы пару веточек.
Перед подругами я предстала с охапкой цветов, не помещавшейся у меня в руках.
— Помогаем все, живо! — первой отмерла Арлин. Следом за ней девушки разобрали могучий веник на букеты поменьше.
Илия вплела цветы мне в распущенные волосы и собрала свадебный букет. Оставшиеся ветви разделили между собой подруги. И в черных волосах Ингрид и Арлин, и в золотых матери, и в огненно-рыжих Нариды они смотрелись потрясающе.
— Забыли! — неожиданно завопила саламандра.
— Что забыли?
Арлин метнулась к своей бездонной сумке и стала раскидывать из нее вещи. Наконец, где-то на дне, она нашла искомое.
— Вот! — гордая девушка вытащила диадему Владычицы Раулины, завернутую в бархатную ткань.
— Ты что, в сокровищницу Наурдаиля влезла? — усмехнулась Нарида.
— Вот еще, мне и не понадобилось. Меня Арт пустил. Сказал, что обещал на один день одолжить эту корону Даррену, попросил передать тебе.
— А не опасно ли это?
— Мало кто сможет узнать диадему владык Ларигадера, — успокоила меня Илия. — Сейчас и ее наденем…
Диадема заняла свое почетное место на моей голове. Фея оказалась права — огненные цветы наполовину скрыли украшение, так что узнать его действительно было трудно.
Следующим на меня надели платье. Выбирать мы его ходили все вместе, но все равно я в очередной раз наслушалась восхищенных вздохов. Снежно-белое, с серебристой вышивкой в тон моим волосам, оно полностью открывало плечи, каким-то чудом держалось на груди и, утянув талию, расходилось до пола мягкими волнами. Рукава обхватывали руки чуть ниже плеча, оставляя полупрозрачный шелк крыльями лететь вслед моим шагам.
Закончив со мной, подруги начали наряжаться сами. Я же сидела в плетеном кресле, полностью одетая, и не могла поверить — я выхожу замуж! Хотелось одновременно, наплевав на все, скакать по комнате с радостными воплями, и в то же время забиться куда-нибудь угол и не выходить, пока вся эта кутерьма не пройдет мимо меня. Спасибо Илии и Арлин — две деятельных натуры нашли друг друга. Саламандра не могла долго сидеть на одном месте, так что в подготовке торжества ее помощь оказалась неоценима. Фея же, тайком обвенчавшаяся с Мирдзеном в Наурдаиле, горела желанием устроить пышную церемонию для меня. В результате получилось, что про собственную свадьбу точно я знала только, в каком платье буду.
Ни в Дивнолесье, ни в Ларигадере не было традиции выкупать невесту, как это делали в Шаурикуме, так что прихода сватов мы не ждали. Даже к Храму Хозяйки нам предстояло идти раздельно с Дарреном, самой длинной и извилистой тропой, какой только сможем. Считалось, если жених и невеста прибудут к дому Богини одновременно, значит она благоволит их союзу, и жить влюбленным долго и счастливо.
— Все готовы? — Арлин выглянула в окно. Перед трактиром уже собралась небольшая толпа из знакомых мне наемников Шейна. Как и сам торговец, они решили проводить меня… Так и хочется сказать — в последний путь. Прознав про грядущее торжество, к ним присоединились и новые знакомые, которыми я успела обзавестись в Саодрине.
— Почти, — Ингрид беспомощно вертелась перед зеркалом, пытаясь шалью прикрыть глубокий вырез на платье. Она и Нарида были одеты по драконьей моде, оставлявшей мало простора для фантазии. И если золотая в столь откровенном наряде чувствовала себя прекрасно, целительнице явно было неуютно.
— Выкинь эту гадость, — Илия отобрала у северянки платок. — Не порть красоту!
— Но все же будут смотреть…
— Вот именно, — поддержала фею Арлин. — Особенно твой Владыка. А на остальных тебе должно быть наплевать!
— Красавицы, вы скоро? — донесся с улицы зычный голос Маркуса. — Лесная, будешь тормозить, жених сбежит!
— Спускаемся! — крикнула в ответ Нарида. — Что встали? — обернулась она к нам. — Юбки в руки и бегом вниз!
Нас усадили на прекрасных белых жеребцов эльфийской породы, подарок от лорда Науриэля. В ужасно неудобном дамском седле я отсидела все, что ниже копчика. Черепашьим шагом мы передвигались по улицам Саодрина, а к нам присоединялись все новые и новые горожане. Вслед за лошадьми бежали радостно визжащие дети. Честно говоря, в какой-то момент я почувствовала себя как минимум сказочной принцессой. Кто-то в процессии запел, и тут же веселый мотив подхватили остальные. Люди высовывались из окон, издалека нас заслышав, и приветливо махали руками. Пусть в Шаурикуме другие свадебные обычаи, но кто сказал, что здесь не знают эльфийских?
Так мы подъехали к Храму Хозяйки Судеб. В Саодрине ее башня была не такой монументальной как в Дивнолесье, но от того не менее прекрасной. К дому Богини мы подошли одновременно с Даром. При взгляде на дроу у меня перехватило дыхание — так он был красив. Серебристые волосы распущены, только две тонких косички змеями стелятся по вискам. Темно-красный костюм с серебряной же отделкой, белоснежная рубашка, буквально светящаяся на фоне обсидиановой кожи, темные штаны, заправленные в высокие сапоги… И вечная чуть озорная клыкастая улыбка на таком любимом лице. Я с трудом сдержала желание броситься на шею эльфу прямо здесь, на пороге Храма.
В святилище вслед за нами вошли только ближние — Илия и Мир, Нарида с Грэнхаром, Валимир, Ингрид, Арлин и Арт. От остальных сопровождавших нас отрезали высокие двери Храма, захлопнувшиеся за нашими спинами с гулким стуком.
— Извилисты тропы Хозяйки, но ведут они лишь к тому, что нам суждено, — вещал жрец в черно-белых одеждах, пока я и Дар шли к нему по лабиринту лестниц, символизировавшему тернистый жизненный путь. — Как вода бежит к морю, как травы тянутся к солнцу, так и мы следуем за Судьбой. Не даст Хозяйка испытаний, которых мы не сможем преодолеть, и не подарит она счастья, которого мы не заслужили. Пусть и вас, ее преданных детей, коснется длань Богини, и да благословит она ваш союз!
Дар, взяв меня за руку, защелкнул браслет на свободном запястье. Ингрид протянула мне браслеты для темного, и я надела их эльфу. Жрец не спрашивал нас, уверены ли мы в своем выборе, как это делали в Храме Светлого. Здесь это было не нужно. Те, кто сомневаются, не ходят к Хозяйке Судеб.
Стоило застегнуть последний браслет, как все четыре украшения засияли, сжимаясь, вживляясь в кожу… Через несколько секунд наши запястья украсили одинаковые блестящие серебром полосы с россыпью прозрачных камней. Исчезнуть они могли только после смерти одного из нас. Хозяйка разводов не признавала.
— Волею Богини благословляю вас, — поклонился жрец. — Пусть мир и любовь не оставляют ваш дом отныне и до конца вечности!
— Отныне и до конца вечности, — выдохнула я.
— Отныне и до конца вечности, — шепнул мне Дар.
Стоило открыть двери Храма, как нас оглушил приветственный вопль. Даррен, не торопясь спускаться к ждавшей нас толпе, заключил меня в объятья и поцеловал так страстно, что на секунду я забыла, где мы находимся.
— Эй, а букет? — напомнила возмущенная Нарида, стоило нам с темным оторваться друг от друга. Дракониху активно поддержали саодринские девушки, пришедшие к Храму в надежде попытать счастья.
— Ловите, — засмеялась я, отворачиваясь от толпы. Мысленно досчитав до пяти, я подбросила огненные цветы высоко в воздух и тут же обернулась, чтобы посмотреть — кому повезло на этот раз?
Инстинкты охотника меня подвели. Или нет? Букет по высокой дуге обогнул линию тянущихся за ним девушек и свалился на голову не ожидавшему от меня такой подлости Артаниэлю. Светлый покосился на охапку цветов, на крадущуюся к нему Арлин… Никогда не думала, что высокий эльф способен столь стремительно раствориться в толпе. Буквально через секунду Арт исчез, и даже мне с высоких ступеней Храма не было его видно.
— Она все равно его поймает, — усмехнулся Дар, заметив направление моего взгляда.
— Он уже попался, — согласилась я, оборачиваясь к наперебой желавшим нам много всего интересного друзьям. — Просто пока об этом не знает.
Темный взял меня за руку, и мы вместе шагнули в нашу новую жизнь.
Примечания
1
Хозяйка Судеб — богиня, покровительница всех, кто не сидит на месте — путешественников, караванщиков, охотников
2
Светлый Бог — изначально — покровитель ремесленников, но со временем ему стала поклоняться вся человеческая раса и светлые маги других рас
3
Темная Богиня — супруга Светлого, покровительница темных магов, дроу, гномов и некоторых кланов оборотней
4
Древние законы гостеприимства — если путник клянется своим богом сложить оружие в чужом доме, этот дом принимает его под свою защиту. Путник и хозяин обязаны забыть о возможных разногласиях. В случае нападения на дом путник будет защищать его наравне с хозяевами, а хозяева не выдадут путника его врагам.
5
Детьми леса называют себя жители Дивнолесья, когда не хотят сообщать имя своего рода.
6
Стандартная боевая восмерка: два стрелка, три воина, маг, целитель и разведчик. У орков роль мага и целителя выполняет шаман, а вакантное место занимает четвертый воин.
7
В переводе с эльфийского это имя означает «фиалка»
8
Мельница «Лента в волосах»
9
Иллет «На исходе лета»
10
Мельница «Рапунцель»
11
Ворота порталов — магические арки, обеспечивающие стабильность портала. При их отсутствии приходится вычислять точку перехода с огромной точностью и поправками на погоду, время дня и года, количество проходящих и многое другое. Ни один ценящий свои жизнь и здоровье маг в такой портал не сунется
12
Ловушка Торвальдса — охранная магия по принципу «всех впускать, никого не выпускать». У нее есть ограничение — работает заклинание всего сутки
13
Сокол (ударение на второй слог) — стенобитное орудие в виде длинного тарана, подвешенного на цепях к опорам
14
Драконы живут в среднем полторы тысячи лет. Валимир немного покривил душой — как очень сильный маг, он имеет все шансы дожить до двух тысяч, а то и до трех
15
Одно из названий делоникса — красивого тропического дерева с ярко-красными цветами. Растет оно только на Драконьих Островах, поэтому для жителей Саодрина стало настоящей диковинкой












Виктория Драх


Сердце саламандры


Отгремели последние взрывы войны. Арабеска и Даррен заняты в трактире, драконы вернулись на Острова, да еще и Ингрид с собой забрали. Арлин пакует чемоданы, а Артаниэль… Ни минуты покоя у Верховного Мага Дивнолесья. Рауль Вакур пойман, но дело его живет. «Империя магов» — звучит слишком заманчиво, чтобы сдаться.
Закончилась война явная. Война скрытая только начиналась.





Часть первая Начать сначала
Я, зевая, тащилась домой. Старик Дрейк порой бывал таким занудой! Сегодня мне пришлось весь день ломать глаза, оценивая для него чьи-то наследные драгоценности. Полуслепой ювелир гонял меня, как только мог. А ведь когда-то и я приносила ему в скупку много интересного… Всего полтора года назад. После истории с артефактом Аматирэль[1], из-за которого я чуть не оказалась на виселице, прошла через все королевство до земель эльфов и даже помогла пленить крайне опасного мага, с воровством было решено завязать. Слишком многое тогда произошло, что заставило меня пересмотреть взгляды на свою жизнь.
Первое время в Тмир я возвращаться боялась. Все-таки, один раз не смогли казнить — попытаются снова. Лишь оставленная без присмотра сестра заставила меня появиться в городе. И тут меня ожидал сюрприз: оказалось, градоправитель так спешил вздернуть меня, что забыл подписать соответствующий указ. Формально я оставалась свободной, о чем и сообщил год назад Арт. Это был единственный раз, когда эльф решил меня навестить.
Машинально толкнув дверь, я вошла в покосившийся обветшалый дом. Он был даже не нашим — мы с сестрой снимали его за гроши. Две кровати в тесной комнате, крошечная кухня, в которой едва поместился стол, обшарпанный потолок и скрипучие половицы — вот краткое описание нашего пристанища. Мы не жаловались. Даже такое жилье было лучше чем ничего.
Я прошла через комнату сразу на кухню. Живот сводило от голода: вредный Дрейк так завалил меня работой, что я не успела пообедать. Краем глаза отметила фигуру, полулежащую в свете тусклой магической лампы: Летиция нашла очередную книгу и теперь не успокоится, пока не прочтет от корки до корки. Я не стала здороваться с сестрой, прекрасно зная — даже если сейчас перед ней станцуют зажигательный танец пара полуголых красавцев-оборотней — Лета не заметит. И только когда я поставила разогреваться кастрюлю со вчерашним супом, меня поразила внезапная мысль: моя сестра уже неделю как уехала в Саодрин поступать в Академию магии!
Забыв про суп, я метнулась в комнату. На кровати Леты в обнимку с одной из ее книг валялся светловолосый эльф.
— Добрый вечер, — Артаниэль оторвался от чтения. — В доме никого не было, так что я решил подождать твоего возвращения. Надеюсь, ты не против?
Я помотала головой. С трудом, но мне удалось удержать расцветающую на лице глупую улыбку. Как же я по нему скучала!
— Не думала, что ты придешь.
— Ты сама сказала, что всегда будешь мне рада. Прости, у меня не было времени, чтобы заглянуть раньше.
— Целый год? — восторг от встречи моментально исчез. Времени у него не было? Поинтереснее ничего не мог придумать? Пока я, как полная дура, дожидалась его в Тмире, этот светлый гад даже на минуту не соизволил ко мне зайти! Порой я сама удивлялась, почему не уехала вместе с сестрой. Но нет, какая-то крошечная нить надежды меня удерживала — вдруг, вспомнит? Вдруг откроется портал в покосившийся старый дом, а меня здесь уже не будет?
— Даже не представляешь, сколько проблем нам оставил Рауль Вакур. Пришлось, фактически, заново организовывать всю Гильдию Магов Шаурикума…
— Мне плевать на Шаурикум! Ты мог найти хотя бы несколько минут!
— Лина!
— Я не Лина! Тебя не было год! Неужели так сложно открыть портал и сделать пару шагов? Я безвылазно просидела в этой дыре целый! чертов! год!
— Зачем? — он еще и удивляется?! Мне захотелось уронить на блондинистую голову мага что-нибудь тяжелое.
— Потому что я тебя пригласила, идиот! И сидела, как полная дура, ждала, когда же ты соизволишь зайти!
— Прости, если не оправдал твоих ожиданий, — Арт пожал плечами. — У меня действительно выдался тяжелый год. К тому же тебе не обязательно оставаться на одном месте. У меня сохранилась пара твоих волос, так что я могу найти тебя где угодно.
— Ах так? — я зашипела. — Вот и ищи в следующий раз, как хочешь! А я уезжаю!
— С чего ты взяла, что следующий раз будет? — маг поднялся и презрительно сузил синие глаза. — Если ты настолько не рада меня видеть, могла сказать сразу.
Артаниэль всего за несколько секунд открыл портал и исчез. Я только успела запустить ему вдогонку первым, что подвернулось под руку. Проклятье! Я же не хотела его прогонять! Почему у меня все не как у людей?
Едва Артаниэль шагнул в отведенные ему покои в Академии, как в его затылок прилетело что-то очень тяжелое и с глухим стуком упало на пол. Потирая многострадальную голову и тихо шипя сквозь зубы, эльф поднял догнавшую его книгу: «Легенды Дивного Леса». Томик был украшен изящным серебряным окладом и стоил, наверняка, безумно дорого.
— Опять сперла где-то, — ругнулся светлый. — Вот поймают ее…
Книгу, однако, Арт поставил на полку к остальным своим многочисленным фолиантам.
За последний год по-королевски роскошные покои в Академии стали магу вторым домом. Чародеи Шаурикума настолько ослабли после разрушения Мардрена, что были готовы на что угодно, лишь бы эльфы взялись обучать тех, кто остался. Город магов пал, первая Академия оказалась разрушена. Спасением стала Академия Саодрина. Ее открыли меньше десяти лет назад, и теперь людям и помогающим им эльфам предстояло с ее помощью вернуть Гильдии Магов былое величие. Артаниэль же был вынужден приглядывать за созданием новой системы обучения, включающей изучение как светлой, так и темной магии, и при необходимости направлять энергию чародеев в нужное русло. Эльфу так часто приходилось посещать Академию, что он успел здорово в ней обжиться.
На ходу сбрасывая одежду, светлый направился в ванную. Весь день он носился, как укушенный, между Саодрином и Наурдаилем, чтобы освободить вечер и заглянуть к Арлин… Неблагодарная ящерица! Устроила скандал на ровном месте! Женщина, что с нее взять… Логика, как у… Да как у ящерицы! Несносная, невоспитанная девчонка. И готовить не умеет — единственная еда, которую голодный и уставший маг нашел на ее кухне, с супом имела только одно общее свойство: она была жидкой. Попробовать этот выверт кулинарного искусства Арт так и не решился.
Утешал он себя таким образом до тех пор, пока вода в бассейне не остыла. По старой привычке замотав полотенце на бедрах, светлый вернулся в комнату. На любимой расческе, как и весь последний год, были только его собственные светлые волосы.
Краем глаза эльф заметил что-то лишнее среди тщательно уложенных в камин поленьев. Салли! Пролезла в портал за ним, зар-р-раза! Маг, недолго думая, засунул руку в огонь и попытался схватить нахальную саламандру.
Ой, не могу! Это же надо, как я удачно зашла! Сестренка такое зрелище пропустила!
Когда злобно шипящий эльфийский маг скрылся в ванной, я не выдержала и все-таки свалилась от хохота с приютившего меня полена. Какая отличная, оказывается, идея была — прогуляться по замку Академии, используя камины. А то придумали, понимаете ли, в библиотеку до начала учебного года не пускать. И чем заняться? До осени же еще целых два месяца! Зато у Лининого эльфа столько книг собрано! Надо будет наведаться, когда он уйдет, посмотреть, что тут есть.
И обязательно отписать сестре! Разве я могла не узнать любимый сборник легенд? Как метательный снаряд он очень даже удался. Я снова вспомнила момент столкновения светлой головы и книги. Книга, судя по всему, победила с разгромным счетом. Забравшись обратно на полено, я приготовилась к продолжению представления. Знала бы я, как была не права!
— Опять дожидаешься, пока полотенце сниму? — злобно шипел маг. — Мало ты за мной в Наурдаиле подглядывала? Поймаю, заставлю в человека превратиться и выпорю как следует!
Я, как могла, уворачивалась от загребущих рук. Где Арлин этого хама раздобыла? Любовь, конечно, зла, полюбишь и… светлого эльфа, но головой-то думать надо! Меня! Хватать! Своими граблями! Я — редкое магическое существо! Уникальное, можно сказать!
И вообще, подглядывала сестра, а влетит сейчас мне! За что? Я же ничего не видела! Хоть какое-то утешение было бы… Нет, точно, напишу Лине и пожалуюсь. Пусть срочно мирится со своим ненаглядным. Его же воспитывать надо! А Арлин с этим обязательно справится!
К счастью, даже у эльфийского упрямства оказался предел. Измазанный в саже светлый сдался. Я с трудом перевела дух. Совсем загонял остроухий бедную саламандру.
— Хорошо, ты победила, — Арт сел на ковер перед камином. Что? Правда? Меня отпустят? — Можешь сидеть там, пока не надоест, даже лучше — перебивать не будешь. Ты меня сегодня очень сильно обидела. Я наконец-то выбрался к тебе в гости и что получил? Ни одного приветственного слова! Разве я заслужил такое обращение, Лина? И, Тьма тебя забери, я буду называть тебя Линой, и мне плевать, что тебе это не нравится!
Та-а-ак, это он зря. Сестра сокращать свое имя не дает никому, кроме меня. Такую честь придется заслужить, светлый. Уверен, что справишься?
— Ты — наглая невыносимая девчонка, к тому же воровка. Признавайся, где ты стащила Легенды? Молчишь? Правильно, лучше молчи. К тому же, я тебе предлагал остаться в Наурдаиле? Предлагал. Ты отказалась? Отказалась. Так что должна радоваться, что я вообще принял твое приглашение!
Конечно, я молчу. Я же ящерица! Глупый маг, кто ему только биологию преподавал… Еще и Лину обвиняет неизвестно в чем. Купила она эту книгу, слышишь? Ку-пи-ла! На честно заработанные деньги, между прочим!
Артаниэль мысли читать не умел, а потому продолжил гипнотизировать меня взглядом. Кто кого? Я долго могу не моргать, а ты? Как я и думала, маг не выдержал первым.
— Хорошо! — от резкого звука я чуть снова не упала в золу. — Я действительно мог прийти намного раньше и моя занятость — всего лишь удобная отговорка. На самом деле я понятия не имел, как ты меня встретишь, и поэтому не спешил. Как видишь — не зря! Прости меня, я очень скучал. Теперь ты довольна?
Вот… попала. И что теперь делать? Сбегу — подставлю сестру. С другой стороны, помочь им помириться, что ли? Выдавать свою тайну не хотелось, но я уже и так влипла по самый хвост. Значит, выбираемся.
Боком я прокралась мимо сидящего на полу мага, отползла на безопасное расстояние… Теперь если кинется — успею превратиться и сбежать. Почему должен кинуться? Дикий, потому что! Говорю же, воспитывать его надо. Превратилась в человека, поправила вечно съезжающие на кончик носа очки… Жаль, все-таки, что Арлин здесь нет. Ничего, выражение лица ее эльфа я тоже опишу. В красках!
— А слабо сейчас открыть портал в Тмир и слово в слово повторить последнюю фразу моей сестре? — вдруг, сработает? Если Артаниэль действительно повторит эту пламенную речь перед Арлин, ему все простят с запасом на будущее. За «я очень скучал» — точно, потому как сестра себе места не находила.
— Ты еще кто?
Не сработало. Жаль. Пойдем по длинному пути.
— Летиция, можно Лета, — я тряхнула головой, сбрасывая пепел. Ковер жалко… — И верни мою книгу. Арлин ее не крала, а выкупила у ювелира, который хотел переплавить оклад.
— Что антимагическая[2] саламандра забыла в Саодринской Академии Магии? — ошеломленно и немного язвительно поинтересовался Арт. В чем-то я его понимаю. Полчаса зря распинался не перед той саламандрой. Ничего, потренировался. Со второго раза даже лучше получится.
— Притворяется абсолютным магом огня[3] и собирается учиться, — в тон ему ответила я. Буду я первому встречному секреты открывать, как же. — Так ты пойдешь к моей сестре или нет?
— Сегодня? — хмыкнул светлый. — Чтобы она еще чем-нибудь в меня кинула? Нет уж. Кстати, что ты делала в моем камине?
— Исследовала Академию, что же еще? — я направилась к книжной полке. Убивать не собираются, значит, можно и для себя полезное выгадать. — Дашь что-нибудь почитать? Здесь невыносимо скучно. В библиотеке, как назло, нет камина, а допуск туда я получу только через два месяца, когда начнутся занятия.
— Выбирай, но уноси через дверь, — отмахнулся разочарованный эльф. Едва сдержав радостный визг, я кинулась к книгам. Прощай скука! Да здравствуют новые знания!
Через полторы недели я сидела в скрипучей и трясущейся повозке каравана, въезжавшего в Саодрин. Пришлось потратить время, чтобы уладить все дела: договориться с Дрейком о рекомендациях — надо же как-то искать новую работу, предупредить хозяйку дома, что уезжаю, собрать вещи в дорогу, а лишнее продать… От Леты успело прийти первое письмо: сестренка успешно притворилась магом-стихийником, прошла вступительные экзамены и теперь обживалась в одной из лучших комнат общежития Академии. Летиция поэтому и уехала в начале лета — первые поступившие всегда успевали выбрать все самое лучшее. Новоявленную магессу я попросила писать на адрес таверны Арабески и Дара, пока не найду себе жилье в столице.
Всю дорогу я искренне не понимала недовольство Артаниэля и Грэнхара во время нашего прошлого путешествия. Чем им так не нравилась зима? Да, холодно. Да, снег. Зато ни палящего солнца, ни пыли, поднимаемой копытами тяжеловозов и скрипучими колесами телег, из-за которой дышать можно только через мокрый платок… Хотя я дорогу в Дивнолесье провела в крайне комфортных условиях — за пазухой светлого. И тепло, и идти самой не надо. Красота!
С тоской я покосилась на огромный тяжелый рюкзак. Хорошо, Лета забрала все свои вещи. Книги сестры мне пришлось продать — тащить с собой такую тяжесть я не могла. Ничего, если младшая станет возмущаться, куплю ей новые.
— Приехали, госпожа! — крикнул мне караванщик. Как будто я не видела! Раздражение после встречи с Артом за прошедшие дни не только не утихло, но и, казалось, было готово в любой момент выплеснуться на окружающих. А все из-за одного остроухого балбеса!
Саодрин я помнила плохо. В мое первое посещение столицы город был осажден орками, а во второе — едва оправился после войны. Сейчас же, всего полтора года спустя, здесь кипела жизнь. Всюду сновали люди, огромное количество, гораздо больше, чем в Тмире в праздничный день. Что-то еще достраивали, что-то полностью восстановили. Повсюду блестели новые каменные дома и пестрели яркие вывески, слышались крики зазывал и ругань извозчиков на зазевавшихся прохожих.
— Чего встала, рот разинула? — женщина шарообразной формы, одетая минимум в четыре пестрых юбки сразу, ощутимо толкнула меня в спину. — Понаехали тут, проходу никакого!
От удивления я не нашлась, что ответить. Следом за женщиной меня пихнули еще раз, потом еще… Поняв, что толпа несет меня куда-то совсем не туда, я усиленно заработала локтями. Рюкзак за спиной и тяжелая сумка в руке осложняли жизнь, застревая не хуже якоря. Пришлось вспомнить все воровские навыки, чтобы просочиться через эту давку. В квартале от ворот стало немного легче. Выдохнув с облегчением, я знакомой дорогой направилась в «Лесную фею».
А трактир-то вырос! С первого взгляда я даже решила, что заблудилась. У двухэтажного когда-то дома появился третий этаж, а просторный дворик перед входом был уставлен столиками. Свободных мест не было! Вокруг этого великолепия в ряд были высажены уже начинающие зацветать огненные деревца. Повсюду сновали девушки-подавальщицы, а самих хозяев видно не было.
— Девушка, простите, у нас все занято, — не успела я ступить на тропинку к дому, как мне наперерез кинулась невысокая блондинка в идеально белом переднике.
— Хозяева на месте? — спросила я как можно более нагло. Ясно было, что Раби и Дар здорово расширили свое дело, настолько, что таких, как я, скорее всего, сюда редко пускали. И сейчас главным было пробиться к фее. Зная Арабеску, я не сомневалась — Лесная меня с порога не прогонит, а вот ее работники могут.
— Д-да… — пролепетала девушка.
— Так позови кого-нибудь из них и скажи, что приехала Арлин! — приказала я. Некоторые из посетителей уже начали на нас оборачиваться. Как же — пыльная девчонка требует хозяев. Блондинка кивнула и убежала в дом. Я устало скинула рюкзак на траву. Как мне хотелось отдохнуть!
На крыльцо вышла, пожалуй, самая красивая из всех моих знакомых. За спиной хрупкой сереброволосой феи стояла блондиночка и что-то говорила, показывая на меня. Смутно я догадывалась, что, но выяснять не хотела.
— Лина! — Лесная, наконец, увидела меня, кинулась навстречу и обняла так, что у меня затрещали ребра. — Ты что, шла в Саодрин пешком? У нас же есть ездовой эльф!
Я невольно хмыкнула. Ездовым эльфом мы прозвали Артаниэля после свадьбы феи и дроу, на которую светлому пришлось порталами доставлять гостей со всех уголков света. Прозвище ни за что бы не прижилось, если бы маг первым не начал сетовать на свою судьбу.
— Мы с ним немного поругались. Можно я у вас сумки оставлю? С таким багажом не очень удобно по городу ходить.
— Не только сумки, но и сама останешься, — фея подхватила мой рюкзак и, не слушая возражений, направилась к дому. — Даже не надейся отвертеться, я очень хочу знать, как вообще можно поругаться с нашим магом!
Смирившись, я направилась вслед за Арабеской. В этом была вся она — стремительная и непоколебимая. А как иначе, если на твоих хрупких плечах — жизнь целой деревни? Даже несмотря на то, что Раби уже давно не приходилось бегать с мечом по суровым северным лесам, многие повадки охотника у нее сохранились.
С крыльца доносился такой аромат, что впору было захлебнуться слюнями. Лесная, заметив мой взгляд, пояснила:
— Сегодня на кухне Дар. Не удивляйся такому наплыву людей, здесь яблоку негде упасть, когда он готовит.
Фея отвела меня на самый верхний этаж. Второй, как оказалось, тоже был переделан в трактир. Поднимаясь на последний пролет, я почувствовала, как на секунду меня обняла и тут же отпустила, признавая за свою, магическая защита.
— Это чтобы лишние не заходили, — Раби открыла тяжелую дверь. — Проходи!
Гостевая комната, которую мне предоставили, была размером с весь мой дом в Тмире. Широкие окна прикрывали полупрозрачные светлые шторки, рядом — просторная кровать и шкаф, под ногами мягкий пушистый ковер… И огромное количество цветов в горшках — на полу, на подоконнике, даже на низком столике у кровати.
— Ванная в конце коридора. Даже не надейся от нас сбежать. Пока не отдохнешь и не поешь, никуда не уйдешь, — шутливо пригрозила фея. — Кстати, под цветком на столе письмо для тебя от Летиции. После рассказа Арта я очень хочу с ней познакомиться.
Я аж подпрыгнула на месте.
— Арт здесь? Он знает Лету?!
— Он часто заходит, — с улыбкой кивнула Ар, — когда умудряется сбежать из Академии. Не волнуйся, помирим мы вас!
Я мысленно застонала. Только этого мне не хватало!
Стоило Лесной закрыть дверь, как я кинулась к письму сестры. Лета знакома с Артом! Эта мысль не укладывалась в голове. Когда только успела?
«Привет, Лина!
Академия до начала занятий — ужасно скучное и унылое место. Меня даже в библиотеку не пускают. Зато я смогла познакомиться кое с кем интересным. Теперь я понимаю, что ты нашла в этом эльфе. В полотенце он бесподобен. А это правда, что в Наурдаиле ты за ним подглядывала?
Кстати, клиент дозрел. Можешь принимать тепленьким. Что бы там у вас ни произошло, передо мной он очень красиво извинялся, ну, пока я не сказала, что я — не ты. Так что хватай красавчика, а то передумает, или его еще кто-нибудь окрутит.
Жду подробностей! ЧТО у вас произошло? Обещаю светлому твои письма не показывать.
P.s. Спасибо за «Легенды Дивнолесья», а особенно — за оригинальный способ доставки. Звук столкновения книги и светловолосой головы непередаваем. Тебе бы понравилось.»
Выругавшись, я принялась писать ответ. Спелись за моей спиной! Но как бы я ни злилась на Арта, мысль о том, что светлый хотел передо мной извиниться, грела душу.
«Здравствуй, Летиция! За Артаниэлем я не подглядывала — я не виновата, что у светлого дурная привычка иногда прогуливаться по комнате без полотенца. Пусть извиняется, сколько хочет, я на него очень зла.
ЧТО ТЫ ДЕЛАЛА В ЕГО КОМНАТЕ?!
Все подробности расскажу лично, а заодно надеру уши, чтобы по мужским спальням не бегала. Я уже в Саодрине, напишу, как только найду жилье и работу. Постарайся за это время не отыскать себе приключений на хвост.
P.s. Спасибо за «Легенды». Я извелась, гадая, попала или нет.»
Запечатав конверт, я бросила его в стоящий во дворе магический почтовый ящик. В очередной раз подивилась различию между городами: в Тмире такой был только у ратуши, а здесь почти у каждого дома стоит. Закончив с неотложными делами, я с наслаждением нырнула в ванную. Какая, все-таки, роскошь — горячая вода после полутора недель дороги!
Вечером я отправилась гулять по городу. Нелегко было привыкнуть к шуму столицы, не затихающему даже ночью. Да и найти жилье оказалось намного сложнее, чем в Тмире. Все, что я обнаружила, было либо слишком дорого, либо настолько ужасно, что наш с сестрой домик на фоне предложенного выглядел дворцом. Как ни уговаривали меня Ар и Даррен остаться у них, я не хотела их стеснять. В доме темных кипела жизнь, и я чувствовала себя там лишней.
— Кто это у нас так поздно гуляет? Может, составить тебе компанию?
— Крошка, не слушай его. Я намного лучше!
В обе моих руки вцепились два не очень трезвых тела. Как я их не заметила? Не зря Лета говорила — мне думать вредно. Совсем расслабилась! Привыкла, что в Тмире меня каждая собака знает, а потому и не трогает никто.
— Может, по-хорошему разойдемся? — без особой надежды предложила я.
— Слышь, краля, ты не поняла, — правый, дыхнув перегаром мне в лицо, достал нож. — По-хорошему, значит ты идешь сама и уходишь от нас целой!
Левый в это время нагло облапал мою грудь. Такого обращения я терпеть не стала. Один получил затылком в нос, второй каблуком под колено. Пока насильники матерились от боли, я вывернулась и бросилась бежать. Бандиты, поняв, что добыча уходит, кинулись в погоню. Как назло, в поисках жилья я забрела в трущобы. Рассчитывать на помощь было неоткуда. Даже в немногочисленные заведения, встречающиеся на пути, я не рискнула сунуться. Кому, как не мне, было знать — в таких местах своим всегда помогут. Неосторожными действиями я могла увеличить количество догоняющих минимум втрое.
Впереди я заприметила поворот и увеличила скорость. Всего нескольких секунд будет достаточно, чтобы превратиться в саламандру — нужно только скрыться от посторонних глаз! Оглянувшись, чтобы убедиться: преследователи отстают совсем немного, я нырнула в спасительную тень и, больно во что-то врезавшись, упала. Что-то, бряцая доспехами и тихо ругаясь, попыталось встать.
— Попалась! — мои преследователи ввалились в тупик. Спасительное время было потеряно, а превращаться на глазах людей я не рискнула. Кому захочется, чтобы за ним начали охоту все маги Шаурикума?
— Иди сюда, цыпочка, больно не будет, — мерзко просюсюкал второй.
Я скатилась с поваленного мной человека и кувырком переместилась подальше. Давно мне не приходилось драться!
— Именем королевы, опустить оружие! — сбитый мной прохожий поднялся и обнажил меч.
— Ты глянь, гвардеец, — один из нападавших, казалось, немного струхнул.
— Ну и что? — ухмыльнулся его товарищ. — Он один, а нас двое!
Глядя, как слаженно преступники нападают на моего неожиданного защитника, я усмехнулась. Как сильно они ошиблись! Стражник был не один. Подставив ближайшему нападавшему подножку, я опрокинула его на землю и вырубила сильным ударом по шее. Гвардеец, не растерявшись, ранил второго.
— Спасибо за помощь, — я вытащила из брюк поверженного противника ремень и связала им его руки, пока тот не очнулся.
— По-моему, ты и сама могла с ними справиться, — стражник спрятал меч и подобрал выроненный насильником нож.
Я округлила глаза.
— Хрупкая девушка? Против двух вооруженных мужчин?
Гвардеец, оказавшийся темноволосым молодым человеком весьма приятной наружности, скептически хмыкнул.
— Кажется, я тебя знаю, — неожиданно заявил он. — Ты ведь была с теми магами на городской стене, когда вы вывели из строя артефакт Вакура?
Я пригляделась и с удивлением узнала капитана саодринских лучников.
— А ты вовремя отдал приказ атаковать и помог им выбраться из ловушки, — кивнула я и протянула руку. — Арлин.
— Леон, — стражник, вместо того чтобы пожать ладонь, прикоснулся губами к пальцам. — Подождешь, пока я разберусь с этими?
Я покосилась на вяло шевелящихся преступников и кивнула. Стоило пообщаться с гвардейцем побольше — такими знакомыми нельзя разбрасываться.
Леон тем временем вышел на перекресток и запустил в воздух сигнальную ракету. Ярко-золотая искра поднялась в небо и принялась наворачивать круги над местом недавней битвы.
— Красиво, — я залюбовалась на сверкающую комету. — Только я думала, она должна быть красной.
— Красный — на крайний случай, «помогите, убивают», — пояснил капитан. — А золотой — «нужна подмога, но я могу подождать».
Буквально через минуту в тупик вбежала четверка стражников, которым Леон передал преступников.
— Итак, леди, — гвардеец услужливо предложил мне локоть, — куда вас проводить?
Я смущенно хихикнула — такой нелепой была эта манера разговора для окружавших нас трущоб.
— Трактир «Лесная Фея», — подсказала я. — Я приехала только сегодня и пока остановилась у друзей. К сожалению, найти в Саодрине приличное недорогое жилье не так-то просто.
— Кажется, я снова смогу тебе помочь, — заулыбался Леон. — Моя тетушка хочет сдать мансарду почти в центре города. Единственная проблема — она категорически отказывается пускать постояльца-мужчину, а девушки крайне редко решаются жить самостоятельно. Но нам, кажется, это только на руку?
Я кивнула. Не любит мужчин? Пусть хоть воинствующей амазонкой окажется, лишь бы дом был приличный!
— Но я познакомлю вас не за просто так, — ошарашил меня капитан. — Плата за мои услуги — прогулка с очаровательной дамой. У меня завтра выходной, так что, если ты не против, можно совместить приятное с полезным.
Украдкой я покосилась на Леона. Гордый профиль, нос с небольшой горбинкой, волевой подбородок, светло-серые глаза… Почему бы и нет? Хватит мечтать о всяких светловолосых эльфах! Плюнуть на проблемы и двигаться дальше — разве не так я жила раньше?
Арт держал в руке русый локон Хелинуэтиль. Девушка, которая была рядом с ним с раннего детства… Девушка, улыбка которой светилась словно лучик солнца… Девушка, которую он хотел сделать своей женой… Девушка, которая оказалась повинна в смерти тысяч людей и которая пыталась убить его самого. Когда Вакур успел отравить ее разум? Как эльф сам не заметил того зла, которое проросло в душе его невесты? Он похоронил ее дважды. Первый раз фиалку пронзило копье на глазах у мага. «Мне жаль, что пришлось разыграть свою смерть», — сказала Хель позже. Разыграть! Артаниэль в ярости сжал кулак. Хелинуэтиль так и не поняла, за что ее казнили. Эльфийка до последнего кричала, что все ошибаются, что Империя Магов еще наступит… Фиалка протягивала руки к Арту и молила его одуматься, принять ее, защитить… Как дочери знатной семьи, Хель было предложено выпить яд. Хелинуэтиль швырнула кубок с такой силой, что на нем осталась вмятина. После этого Владычица приказала ее обезглавить. Смотреть на казнь когда-то любимой девушки Артаниэль не стал.
Русый локон — вот и все, что осталось от его невесты. Арт так и не нашел в себе сил избавиться от него. Порой маг садился в глубокое кресло и подолгу вдыхал давно забытый запах волос Хель. В такие минуты вывести светлого из забытья помогала только одна мысль — Арлин. Воспоминания о хитрой воровке были тем спасительным канатом, по которому эльф выбирался обратно к свету.
В дверь постучали. Арт не хотел открывать, но гость оказался настойчив.
— Артаниэль, — на пороге стоял граф Орин Кирано, ректор Саодринской Академии магии. К слову, ректором он стал именно по указке светлого. Верховный Маг Дивнолесья усиленно наводил свои порядки в нестройных рядах шаурикумских волшебников.
— Что-то случилось? — эльф пропустил молодого мага в комнату.
— К сожалению, да. Мы их упустили. Опять.
— Понимаешь, что это значит?
— Да, — угрюмо кивнул граф. — Неудачи преследуют только наших магов. Твои эльфы всегда работают идеально. Заговорщиков кто-то предупреждает. Но открыто мы общаемся только в Академии!
— Значит, предатель здесь, — откинулся в кресле Артаниэль. — И значит, эльфы тоже не безупречны. Я несколько раз перепроверял преподавательский состав, и, тем не менее, кого-то пропустил. Как думаешь, кто это может быть?
— Кто мог переметнуться? Есть три кандидата, — задумался ректор. — Барон Терр. Никогда не отличался особой любовью к королеве. Недоволен всегда и всем. Вполне может решить, что с правительством из магов Шаурикуму будет лучше.
— Терр и у меня вызывает подозрение, — согласился эльф. — Я проверял его даже тщательнее, чем остальных, но так ничего и не нашел. Взгляну еще раз. Следующий?
— Герцог Сакский.
— Дядя королевы? — приподнял бровь светлый.
— Именно, — Кирано сцепил руки в замок. — Он достаточно близко к трону, чтобы захотеть придвинуться еще ближе. К тому же, Сакский с появлением драконов и развитием темной магии начал терять свои позиции. Герцог не самый сильный маг, а на фоне темных просто ребенок. Каждое наше действие толкает его с вершин.
— Не смотрел на это с такой стороны, — склонил голову Артаниэль. — Но если наш противник — Сакский, без неоспоримых доказательств мы ничего не сможем сделать. Королева будет защищать последнего родственника. Кто третий?
— Возможно, это глупо… — неожиданно замялся граф. — Но я бы присмотрелся к барону Лиемо. Ничего объяснить не могу, извини. Просто интуиция.
— Интуиция мага — ценный советник. Проверю барона тоже. Что-то еще? Ты же пришел не только для того, чтобы портить мне настроение плохими новостями?
Ректор усмехнулся.
— Многие книги хранились в личных сокровищницах магов, и после падения Мардрена мы не знаем, где их искать. В библиотеке Академии нет ни одной Книги Стихий. Возможно, в Наурдаиле найдется хотя бы одна, чтобы мы могли снять копии?
— Книга Стихий есть у меня, — Арт направился к стеллажу и тихо выругался, увидев полупустые полки. — Орин, проводи меня к женскому общежитию. Кажется, она осталась там.
Орин Кирано, хоть и сильно удивился, виду не подал. Появление двух влиятельнейших магов в коридорах общежития произвело фурор. Любопытные горничные, приводившие старое здание в порядок перед прибытием студентов, поспешили затаиться, как только Артаниэль постучался в дверь пока еще единственной заселившейся ученицы.
Проклятье! Кого я совершенно не ждала, так это гостей! Маги с тихим вздохом оглядывали царивший в моей комнате бардак: несобранная постель, валяющаяся обувь у входа, открытый шкаф и — апофеоз беспорядка — кружевной чулок, свисающий с люстры. Сей предмет туалета я, как только заметила сама, поспешно сняла и затолкала подальше в ящик тумбочки. Идеальный порядок я поддерживала лишь на столе с книгами. Да, я не люблю убираться. Ну и что? Зато я отлично готовлю, много знаю и умею вышивать. У всех свои недостатки!
— Что ж, познакомьтесь, будущий маг огня, Летиция Дамуазо, — соблюдая этикет, представил меня эльф. — Лета, граф Орин Кирано, ректор Академии.
У-у-у, ну как так можно-то? Такой красивый — и ректор! Пришлось срочно прекратить любоваться молодым рыжим магом и попытаться хотя бы собой закрыть кровать, наспех застеленную легкомысленным розовым покрывалом в сине-зеленую пчелку. Откуда сестра взяла этот кошмар дальтоника, я за двадцать лет так и не рискнула спросить. Граф, к счастью, тактично делал вид, что ничего не видит.
— Лета, где Книга Стихий? — Арт решил, что с формальностями покончено.
— А, сейчас, — я метнулась к столу и вытащила из той стопки, что побольше, толстый ветхий фолиант. — Держи, это я уже прочитала. Как раз хотела тебе сегодня занести.
— Всю стопку? — правильно оценил расположение книг на столе ректор. Я почувствовала, как краска заливает щеки. Не надо на меня так смотреть! И по-другому не надо! Совсем!
— Ну да… Правда, я не все поняла, но надеюсь в скором времени разобраться.
— Книга Стихий, «Яды: приготовление и применение», «История боевой магии», «Основы рунной магии», «Высшая магия света», — перечислил граф Кирано. — Эти книги мы выдаем только на старших курсах, а вы, леди, хотите «разобраться в скором времени»?
— Поверь, она разберется, — усмехнулся Артаниэль, — и сделает это очень быстро, если ты дашь ей допуск в библиотеку Академии. Боюсь, мои книги скоро закончатся.
— Допуск? — ректор с сомнением покосился на меня. Пришлось срочно делать самый невинный и жалобный взгляд, на какой я была способна. — Хорошо, зайди вечером, я подпишу.
— Ура! — взвизгнув, я подпрыгнула на месте. — Арт, а у меня для тебя есть хорошая новость!
— Какая?
— Лина приехала в Саодрин!
Артаниэль устало закатил глаза. Академия сейчас напоминала змеиное гнездо, и эльф не выходил из своей комнаты без сильного охранного амулета. Только Арлин ему здесь не хватало! В Академии, где после падения Мардрена шла жесточайшая борьба за власть, не гнушались использовать любые рычаги давления. Не дай Светлый[4] кто-нибудь узнает про саламандру!
Я скептически оглядела гардероб. С первого взгляда становилось ясно, что для жизни в столице мои наряды не годятся. Юбка, которая несколько лет назад была предметом моей гордости, на фоне пестрой одежды саодринцев выглядела линялой тряпкой. В чем же пойти на прогулку с капитаном?
Старое желтое платье я отмела сразу. В таком виде можно было появиться в Тмире, но не здесь. Из сумки соблазнительно выглядывал кусочек ярко-красного эльфийского шелка — подарка Арта. Подумав, решила, что явиться в подобном наряде на первое свидание все-таки слишком. Так и не придумав ничего путного, я натянула любимые темные брюки, легкую кремовую блузу с глубоким вырезом и жилетку-корсет. Дав самой себе обещание с первой же зарплаты купить приличное платье, я вышла к уже ждавшему меня гвардейцу.
Леон без доспехов мне понравился даже больше, чем Леон-стражник. Окинув взглядом высокого плечистого мужчину и задержавшись на чуть глубже, чем это позволяли приличия, развязанном вороте рубахи, я поняла, что сделала правильный выбор. Капитан протянул мне небольшой букетик нарциссов.
— Предлагаю сначала разобраться с делами. Тетушка Тария живет практически на соседней улице. Идем?
Я ухватилась за предложенный локоть. С каждой минутой жизнь казалась мне все краше.
— Кого ты мне привел, негодник? — проворчала вышедшая встретить нас женщина. Тетушка Тария оказалась… воинствующей амазонкой. Другого определения для этой высокой и сильной сорокалетней дамы я подобрать не смогла. Даже швабра в ее руках выглядела копьем.
— Ты же искала себе постоялицу, — немного робко спросил Леон. Не удивительно — перед такой женщиной я и сама чувствовала себя не в своей тарелке. Тария оглядела меня с ног до головы и громовым голосом спросила:
— Звать тебя как?
— Арлин…
— Лина, значит, — кивнула своим мыслям амазонка. Я тихо чертыхнулась: сговорились все, что ли? — Меня можешь называть Тарией. Проходи, покажу дом. А ты, — женщина шваброй остановила Леона, — остаешься здесь!
Гвардеец благоразумно не рискнул спорить с тетушкой.
Мы поднялись на второй этаж по добротной дубовой лестнице. В мансарде оказалось очень уютно: небольшой балкончик во двор, затененный ветвями раскидистого дерева, пестрый домотканый ковер на деревянном полу, высокая кровать с резной спинкой, полукруглый стол и шкаф. Со скошенного потолка свисали пучки ароматных трав.
— Устраивает? — я кивнула. — Отлично. Убираться здесь будешь сама. Оплата восемь золотых в месяц, если хочешь, чтобы я на тебя готовила — десять.
— Не любите уборку?
— Терпеть не могу, — согласилась Тария.
— Девять золотых, и в обмен на еду я содержу весь дом в чистоте? — предложила я. С сестрой мы именно так и делили обязанности: Лета готовила, а я следила за порядком.
— Идет. Когда въезжаешь?
— Завтра, — решилась я. Если я так быстро сбегу от Арабески и Дара, они никогда мне этого не простят. К тому же, что-то мне подсказывало, что Леон запланировал прогулку на весь сегодняшний день и так легко меня не отпустит.
— Как тебе моя тетушка? — спросил капитан, как только мы покинули гостеприимный дом.
— Мы поладим, — уверенно заявила я. Проходя мимо кухни, я успела оценить доносящиеся оттуда ароматы и поняла: кормить меня будут вкусно. А так как моей стряпней Лета травила тараканов, за подобную роскошь я была готова простить Тарии любые странности.
— Рад, что смог помочь, — улыбнулся Леон, сворачивая к ратуше. — Хотел показать тебе местную достопримечательность.
Я уже догадалась, что имел в виду стражник и совсем не удивилась, когда он подвел меня к огненному дереву.
— Говорят, на этом месте погиб молодой воин, а влюбленная в него фея от горя превратилась в дерево… — капитан запнулся и с обидой посмотрел на хихикающую меня. — Что не так?
— Серьезно? — я не могла сдержать смеха. Интересно, Раби с Даром знают, какую чушь про них придумали? — Хочешь знать, как было на самом деле? Этот воин, кстати, совсем не молодой — ему лет триста пятьдесят или больше, не помню, был смертельно ранен, а на площадь со всех сторон наступали орки. Вот фея кинулась к нему и вырастила дерево, в котором спряталась со своим любимым. А когда бой закончился, их оттуда вытащили и вылечили. Конец, все живы и счастливы. Хотя такое изложение легенды вряд ли стало бы популярным.
— Ни одна фея не сможет вырастить дерево за несколько секунд, — усомнился Леон.
— Эта — может. Она наполовину темная, так что у нее вечно какая-нибудь неведомая гадость получается.
— Темная? Ты что, хочешь сказать, что эта история про хозяев «Лесной Феи»?
— Ну да! Неужели никто не знает?
— Да откуда, — махнул рукой ошарашенный гвардеец. — Близко не подходи, оно агрессивное.
— Знаю, — в очередной раз хихикнула я. — У нас с подругами чуть разрыв сердца не случился, когда Ар пошла к нему цветы на свадьбу просить.
Шокированный капитан только посмотрел на меня и ничего не ответил.
До позднего вечера мы бродили по широким улицам Саодрина. Леон оказался очень приятным молодым человеком — учтивым, идеально вежливым, настоящим рыцарем. Гвардеец, как только начало темнеть, проводил меня до «Лесной феи» и, нежно поцеловав руку, попрощался. Впервые за долгое время я уснула со счастливой улыбкой на лице.
«Привет, Арлин! Прекрати меня ревновать к своему эльфу, мне это светловолосое чудо даром не нужно. Случайно я в его комнате оказалась! Хотя, признаюсь, ничуть об этом не жалею.
К сожалению, встретиться мы сможем только во время городских праздников — студентам запрещено покидать территорию Академии в обычные дни. Это одна из причин, почему я до сих пор единственная обитательница общежития. Никто не хочет под замок раньше времени.
Даже если я ОЧЕНЬ постараюсь — никаких приключений я здесь не найду. Академия будто вымерла, поговорить не с кем. Зато мне дали допуск в библиотеку! И, между прочим, здесь очень симпатичный ректор, рыжий, как пылающий факел. Есть, на что полюбоваться.
Жду осенней ярмарки, тогда и встретимся.
Очень скучаю по тебе и твоим талантам в уборке. Мне их не хватает.
С любовью, Лета».
«Дорогая сестренка, с блондинами покончено! Недавно меня спас капитан саодринской гвардии, как оказалось, тот самый, которого когда-то я уговорила помочь нашим магам отбиться от орков. Он очень красивый темноволосый мужчина, к тому же сильный и романтичный, гораздо лучше вредины Артаниэля. Как только выберешься из Академии, обязательно вас познакомлю.
Библиотека, надеюсь, большая? До начала учебного года тебе хватит? Не могу представить другую причину кроме книг, которая заставила бы тебя сидеть взаперти.
Оставляю свой новый адрес, пиши теперь на него. Постараюсь отвечать, как только смогу — пока все силы отнимает работа. Ар познакомила меня со своим старым другом, Алиром Шейном. У него огромная лавка одежды! Не ювелирная мастерская, зато платит он гораздо больше Дрейка. Выберешь что-нибудь себе, как только увидимся.
Арту про меня не говорить, с ректором не флиртовать.
Твоя Арлин».
«Милая Арлин, очень показательно, что в предыдущем письме ты даже не упомянула имени своего гвардейца, зато Арта вспомнила аж два раза. Кстати, светлый знает, что ты в Саодрине. Бросай своего романтика и мирись с врединой. Я же вижу — он по тебе скучает. Хватит портить друг другу жизнь.
Библиотеки на пару лет хватит, не волнуйся. Тем более, граф Кирано (рыжий ректор) очень старается ее пополнить. Недавно он принес несколько копий редких эльфийских книг, и я теперь пытаюсь решить, как бы попросить дать их мне почитать. И нет, я с ним не флиртовала! А знаешь почему? Потому что он заходил в мою комнату вместе с Артом и видел это страшное розовое покрывало, которое ты подарила! Мне теперь даже глаза на графа поднять стыдно!
Рада за твою работу. Только не покупай мне ничего, выберу сама.
Не-флиртующая-с-ректором Лета».
«Лета! Ты что, до конца жизни будешь припоминать мне это покрывало? Я тебе тысячу раз объясняла — когда я его покупала, у меня не было денег на что-то более приличное! И тысячу раз советовала выкинуть его! Но нет, тебя поглотил приступ сентиментальности, и ты этот позор забрала в Академию. Вот и мучайся теперь сама.
Гвардейца зовут Леон, и я не собираюсь с ним расставаться. Он недавно мне стихи читал, свои собственные! Как думаешь, сподобится когда-нибудь Арт на такой подвиг?
Ректора не трогай, тебе у него шесть лет учиться. Хочешь завести интрижку — подожди кого-нибудь из студентов. А на рыжего любуйся издалека!
Сраженная романтикой Арлин».
«Дорогая Арлин! А что-нибудь кроме чтения стихов и бесконечных прогулок твой гвардеец делает? Или, как истинный рыцарь, дожидается, пока дама его сердца засохнет от тоски, и только потом поцелует? Что-то мне подсказывает, что этот Леон через пару месяцев покажется тебе занудой и ты видеть его больше не сможешь. Мирись с врединой. Срочно!
Недавно я стала свидетельницей удивительного зрелища. Орин Кирано и Артаниэль, пользуясь отсутствием студентов, устроили тренировку на мечах. Если бы ты это видела, сама выгнала бы своего капитана. Рыжик, оказывается, ничего так сложен. Есть на что посмотреть. Да и вредина от него не отстает.
Не хочу студентов, хочу ректора! Шучу, не пугайся. Но если бы ты видела их бой, ты бы меня поняла.
Я-не-трогаю-ректора Лета».
Я скомкала в руке последнее письмо сестры. Сама того не осознавая, Лета попала в точку. Со дня нашего с Леоном знакомства прошло два месяца. Мы гуляли, капитан дарил мне цветы, говорил изящные комплименты и… и все. Каждый раз я ждала, что он наконец-то меня поцелует, но гвардеец лишь касался губами моей руки и уходил. И мне действительно уже начинало это надоедать.
Гораздо лучше отношения складывались с его тетушкой. Тария оказалась большой любительницей табака и крепких напитков, и порой мы с ней до поздней ночи засиживались в гостиной с бутылкой вина. Женщина когда-то была горничной предыдущей правительницы, матери королевы Евсеи. Тария, пуская дымные кольца, рассказывала мне курьезные случаи при дворе, а я вспоминала для нее Наурдаиль, Тмир, Житовинск, драконов, эльфов, поиски и поимку Вакура, свадьбу Арабески и Даррена… И раз за разом мои мысли возвращались к Арту. Если он действительно знает, что я в Саодрине, почему до сих пор не нашел? Лета советовала самой написать ему. Но о чем писать?
«Дорогая Лета, искренне надеюсь на твое благоразумие. Я не шучу — НЕ ТРОНЬ РЕКТОРА! Мне ли тебе объяснять, как любят маги таких, как мы. И я сейчас говорю не о той любви, о которой ты мечтаешь! Не хочешь оставшуюся жизнь провести в клетке в подвале какого-нибудь чародея, сиди тише воды и ниже травы и пользуйся возможностью учиться. Надеюсь, с началом семестра у тебя не останется времени на подобные глупости.
На бой с удовольствием бы посмотрела. Ты права, Леон — зануда. Но я верю, он исправится. Лучше расскажи про Артаниэля. Он все еще наводит свои порядки в Академии? Нет, я по нему не скучаю. Считай это любопытством.
Скучаю только по тебе. Твоя Арлин»
Я развалилась на кровати поверх несчастного розового покрывала и тихо посмеивалась, читая ответ Арлин. Любопытно ей, как же! Старшая сдалась. Осталось придумать, как «случайно» столкнуть Лину и Арта. Светлый ценные указания получил, кратчайший путь к сердцу сестры (на плечо и в берлогу — она любит решительных) знает. А если Лине что-то не понравится — не страшно. Со временем оценит. Это для ее же блага.
Открыв шкаф, я принялась наряжаться в одно из самых своих любимых платьев. Волосы привычно заколола в два высоких узла — если сделать один, он мешает откинуть голову, сидя в кресле. Последнее время я не уносила книги к себе, а подолгу задерживалась в библиотеке и только на ночь возвращалась в комнату. Причина столь несвойственного мне поведения тоже предпочитала работать не в кабинете, а среди книжных стеллажей, и носила гордое имя графа Кирано. Нет, я и не думала как-то сближаться с ректором Академии. Граф для меня — птица слишком высокого полета, так что ничего серьезнее короткой интрижки у нас выйти не может. Я же грезила о настоящей любви: так, чтобы только один — и навсегда… Глупо и романтично? Возможно. Но чужое мнение никогда не мешало мне мечтать. Поэтому я вовсю пользовалась разрешением сестры любоваться Кирано издалека. Все равно, пока больше некем.
Библиотека Академии была не так чтобы очень большой, но все же впечатляла. Все пространство идеально круглой комнаты занимал лабиринт книжных полок, между которых можно было найти столы и уютные кресла. У одной из стен вилась крутая лестница на балкон второго этажа, с которого прекрасно было видно все, что происходило внизу. Именно это место я всегда и занимала.
Как обычно, я выбрала книгу — на этот раз «Величайшие артефакты» — и устроилась на любимом балконе. Спустя несколько минут, не нарушая сложившейся традиции, в хранилище знаний вошел граф Кирано. Маг поприветствовал меня кивком головы и направился к полкам. Следом за ним шла высокая женщина, судя по внешности — северянка. Однако распущенные черные волосы, мягкими волнами спускавшиеся до бедер, и тонкое платье, при каждом шаге подчеркивающее все изгибы фигуры, делало спутницу ректора похожей на эльфийку. Такая красивая! Против воли я почувствовала укол ревности.
— Стоит начать отсюда, — ректор подвел женщину к одним из самых дальних полок. — Артаниэль придет чуть позже, у него есть какое-то дело.
— Я даже догадываюсь, какое, — насмешливый голос «эльфийки» звучал под стать ее внешности: мягко и мелодично. — Не беспокойтесь, граф. Жаль, что в Академии нет библиотекаря, но думаю, мы сможем справиться и без него.
— Честно говоря, я не представляю, как здесь можно справиться, — пожаловался Кирано. — Если бы дело было только в библиотекаре! Саодринской Академии меньше десяти лет, маги всю историю существования Шаурикума обучались в Мардрене. У нас не осталось ни сильных преподавателей, ни большинства их трудов. Фактически, всю Гильдию Магов нужно организовывать заново! И, как будто этого мало, приходится полностью менять систему обучения. Мое назначение мало кого обрадовало, но с открытием темного факультета у меня появилось еще больше врагов.
— Недовольство всегда сопровождает изменения, — леди чихнула. — Нет, вам срочно нужно найти библиотекаря!
— После атаки орков осталось мало желающих работать на магов. Вот, посмотрите эту, — Кирано протянул женщине толстый том. Северянка быстро его пролистала.
— Подойдет для начала. Но для тех, кто избрал направление целительства, нужно что-то посерьезнее. Труды Асколия Ферроне, например. Там, конечно, далеко не все, но для студентов Академии хватит и этого.
Я чуть не присвистнула от удивления. У Ферроне — не все? Целитель, живший около пятисот лет назад, подробнейшим образом изложил свои наблюдения в десяти толстенных книгах. Я изучила лишь первую из них, и поняла, что читать остальные мне пока рано — слишком хорошо маг знал свое дело, слишком многие тонкости, описанные величайшим целителем древности, оказались непонятны. И эта женщина говорит, что Ферроне изложил не все?
Орин Кирано, похоже, придерживался того же мнения.
— Я не уверен, что мы сможем их найти, — покачал головой ректор. — Я много времени провожу здесь, но труды Ферроне мне не попадались. Хотя, месяц назад здесь делали перестановку…
— Мы ищем десять одинаковых на вид книг. Если в Академии они есть, не думаю, что обнаружить их будет очень сложно.
Я затаилась на своем месте, решая, как быть. С одной стороны, помогать этой через чур красивой леди не хотелось. Нет, я не ревную Кирано. Не мое и моим не будет — и точка! С другой — хотелось помочь графу. Он, похоже, совершенно забыл один важный момент: в библиотеке книжные полки были не только на первом, но и на втором этаже. И на одной из таких полок, прямо за моей спиной, стояло полное собрание Асколия Ферроне. Наконец решившись, я поправила смявшуюся от долгого сидения юбку и спустилась в зал.
— Ингрид, поднимайтесь наверх! — крикнул рыжий маг, по-мальчишески перегнувшись через перила балкона. Черноволосая магесса собиралась чинно подняться по ступеням, но, увидев меня, совершенно неприлично округлила глаза и в несколько широких прыжков преодолела разделявшее нас расстояние.
— Арлин! — я оказалась стиснута в железных объятьях женщины. — Что ты здесь делаешь? И зачем тебе очки?
— П-простите… — пискнула я, с трудом вдохнув. — Я не…
— Ингрид, это не Арлин, — из-за спины чародейки вышел неизвестно когда появившийся Арт. — Это Летиция, сестра Лины.
— Ой, — Ингрид выглядела смущенной. — Прости, вы очень похожи!
— Лета, леди Ингрид Ярвинен — будущая преподавательница факультета Целительства.
— Ингрид, книги Ферроне, — напомнил ректор. — Вы тоже знакомы с Арлин?
— Конечно знакома, — засмеялась целительница, пролистывая выбранный наугад том. — Да, то, что нужно. Арлин вернула артефакт Аматирэль, спасла жизнь Арту и очень красивым ударом вывела из строя Вакура. Удивительная девушка! Кстати, как она? — обернулась магесса к эльфу.
— Понятия не имею, — весьма грубо ответил Арт, но Ингрид, похоже, такое обращение не смутило.
— Разве не к ней ты ходил?
— Я ходил за этим, — светлый достал из кармана брошь в виде маленькой золотой ящерки и протянул опешившей мне. — Приколи к платью и никуда без нее не выходи.
— Почему?
— Ты прав, — Кирано кивнул Арту. — Лета, ты слишком часто с нами сталкиваешься. В свете последних изменений в Академии это может быть небезопасно. Защитный артефакт — лучший выход.
Я, может, и возразила бы что-нибудь, но… Рыжий граф собственноручно приколол брошь к вырезу моего платья. Почему рядом с ним я боюсь даже вздохнуть?
— Тария, у меня сегодня ужин, так что вернусь поздно! — крикнула я.
— Гуляешь с моим непутевым племянником? — шутливо проворчала с кухни хозяйка.
— Почему непутевым? Нет, меня пригласили друзья.
— Потому что будь в его голове хоть немного больше мозгов, Леон давно бы закинул тебя на плечо и уволок к себе домой.
Я и сама придерживалась подобного мнения, но соглашаться вслух не спешила. После двух месяцев общения с гвардейцем я все больше понимала — счастливой парой нам не быть. Лета, как всегда, оказалась абсолютно права. У сестры была поразительная способность предсказывать развитие отношений, не знакомясь лично с очередным моим ухажером. Однако расставаться с Леоном я не спешила.
За размышлениями о неудавшемся романе я сама не заметила, как дошла до «Лесной феи». Людей здесь было намного меньше, чем в мой прошлый визит. Записка, которую доставил сегодня утром в лавку Шейна шалопай-мальчишка, содержала приглашение на ужин со «старыми и новыми друзьями». Оставалось только гадать, что подразумевали темные под этим определением.
— Арлин! — на меня, чуть не свалив с крыльца, накинулась рыжая молния. — Я так скучала! От тебя столько времени не было вестей! Правильно ты уехала из своего Тмира, нечего делать в такой глуши!
— Я тоже рада тебя видеть, — мне с трудом удалось вставить слово в восторженный поток, извергаемый Наридой. — Кого еще я сегодня увижу?
— Ингрид уже здесь, Грэнхар и Валимир придут чуть позже. Пойдем, я тебя еще кое с кем познакомлю! — дракониха буквально на буксире втянула меня в трактир.
Проигнорировав пеструю ленту, перекрывавшую лестницу, Нарида отвела меня на второй этаж. Обстановка здесь немного поменялась: вместо дюжины маленьких столиков появился один большой, накрытый узорчатой скатертью.
— Арлин? — нам навстречу вышла Ингрид. Выглядела целительница потрясающе — не было даже намека на усталость и робость, сковывавшие женщину на приеме у Владычицы. Длинные распущенные волосы, перехваченные простым золотым обручем, и тонкое коралловое платье подчеркивали ее красоту. — Ты точно Арлин?
— А есть повод сомневаться? — я обняла подругу. С тех пор как Ингрид вслед за Владыкой ушла на Острова, видела я ее только на свадьбе темных.
— Есть, причем весомый, — к нам подошел незнакомый мне молодой человек. Я пригляделась: среднего роста, рыжие волосы до плеч, почти каштановые в свете магических светильников, зачесаны назад. Светло-голубые глаза, немного резкие черты лица, легкая небритость… В целом, симпатичный. Из драконов? Нет, не похож. — Не далее как несколько дней назад Ингрид перепутала вас с вашей сестрой. В ее оправдание могу лишь сказать, что вы действительно похожи.
— Арлин, это граф Орин Кирано, новый ректор Академии, — представила мужчину Нарида. Я присмотрелась к графу более внимательно: это по нему вздыхает моя сестра?
— Весьма о вас наслышан, — рыжий коснулся губами моей руки. — Для меня честь с вами познакомиться.
Стоило ректору отойти, как я вцепилась в локоть Нариды.
— Что он здесь делает?
— Как что? — удивилась дракониха. — Даррен пригласил, конечно же. Они были знакомы, кажется, еще до нападения Вакура. Если не ошибаюсь, именно Дар свел его с Артаниэлем, когда тот искал надежных магов в Саодрине.
Я мысленно досчитала до десяти. Надежный? Интересно, насколько надежным он станет, если узнает, что буквально под его носом живут две представительницы уникальной расы?
— Идем, — потянула меня за руку Нарида. Девушка привела меня на маленький балкончик, выходивший во двор.
— Ри? — к нам обернулся светловолосый коротко стриженный мужчина. Одет от был настолько непривычно, что с первого взгляда становилось ясно — дракон. Темная рубашка без рукавов плотно обтягивала торс. По открытым мускулистым рукам змеился темный узор татуировок, который, насколько я могла видеть, продолжался аж до шеи. Лицо дракона пересекал свежий шрам, стянувший кожу и заставивший тонкие губы изогнуться в вечной усмешке.
— Привет, Рейн, — Нарида пресекла мою попытку спрятаться за ее спиной. Нет, дракон не был безобразен. Он был красив той дикой, первобытной красотой, что заставляет нас восхищаться прыжком хищника, нагнавшего добычу, или разбушевавшейся степной грозой, способной уничтожить тебя одним ударом молнии. Как и опасной стихией, такими людьми я предпочитала любоваться с почтительного расстояния. — Вот, знакомься, это Арлин. Если увидишь ее в Академии, не удивляйся — там учится Лета, ее сестра. Как говорят, их легко перепутать. Лина, Рейнольд возглавит Темный факультет. Среди человеческих магов нет никого, кто мог бы занять эту должность.
— Рад знакомству, — Рейн чуть склонил голову набок, не сводя с меня немного жутких желтых глаз. Дракон не торопился слюнявить мне руку, что, несомненно, добавило очков в его пользу. Надо будет обратить внимание Леты на него — если кого и не озаботит сущность саламандры, так только чешуйчатых.
Не дав сказать мне ни слова, Нарида втянула меня обратно в комнату.
— Все, всех остальных ты знаешь, — протараторила дракониха. — Дар что-то колдует на кухне, Раби раздает распоряжения на первом этаже. Знаешь, они так здорово все организовали, что сами могут почти не участвовать в работе трактира! Ой, Грэнхар!
Девушка моментально выпустила мою руку и метнулась к лестнице, по которой поднимались еще два дракона. Навстречу им мимо меня проплыла, шелестя юбками, Ингрид.
Буквально за моей спиной раздалось тихое потрескивание. От этого звука мурашки слаженным маршем прошагали по коже. Как долго я его не слышала! Медленно обернувшись, я смотрела, как в шаге от меня наливается силой бело-голубая воронка портала.
— И куда мы? — из перехода вышла хорошо знакомая мне фигура.
— Лета?!
— Арлин? — заметила меня сестра. — Лина!
От ее вопля у меня чуть не заложило уши. Младшая кинулась мне на шею. Следом за ней из портала вышел Артаниэль. Эльф кивнул Кирано, тепло поздоровался с подошедшими Валимиром и Грэнхаром и поклонился наконец-то поднявшейся на этаж Арабеске.
— Ну и что все это значит? — накинулась я на светлого.
— Было нечестно бросать твою сестру в четырех стенах, — спокойно ответил Арт.
— Лина, Лета, — Лесная обняла сразу нас двоих, а затем представила смущенную таким вниманием Летицию всем присутствующим. — Прошу к столу!
Как оказалось, никаких тайных целей этот немного странный ужин не преследовал. Темные, узнав, что их старые друзья вскоре станут частыми гостями в Саодрине, решили воспользоваться поводом и устроить встречу. Помимо Арта, Ингрид и Рейна в стенах магического заведения должны были остаться Нарида и Грэнхар. Им доставался факультет Стихий в полном составе. Стихийников и в лучшие времена было невероятно мало, а после уничтожения Мардрена практически не осталось, так что два дракона вполне могли справиться сразу с четырьмя направлениями. Я немного успокоилась — выходило, что моя сестра будет под надежным присмотром.
Я с наслаждением смаковала предложенные блюда. Мне и раньше доводилось пробовать стряпню Даррена, но то — полевая кухня, а это… Дроу был настоящим волшебником. Как, смеясь, поведала Ар, темный пускал ее на кухню только если хотел пирогов.
Несколько раз я ловила на себе внимательный взгляд Артаниэля. Эльф, однако, ничего не говорил и старался сделать вид, что вообще смотрит не на меня. Через какое-то время мне это надоело, и я, назло ему, стала приглядываться к сидящему рядом со мной Рейну. От пугающего первого впечатления не осталось и следа. Дракон, хоть и был немного грубоватым, оказался очень умным и интересным собеседником, так что мне даже не пришлось притворяться.
— Вот и нет! — донесся до меня обрывок разговора. Нарида увлеченно спорила с Дарреном. — Как бы ни были искусны во владении оружием дроу, готова поспорить, драконы сильнее!
— Вряд ли, — поддержала мужа Лесная. — У драконов есть клыки, когти и магия. Зачем вам осваивать оружие?
— Во всем нужно достигнуть совершенства, — не согласилась Нариида. — Зачем спорить? Может проверим? Уверена, против Рейна Дар не выстоит!
— А меня спросить забыли? — откликнулся Рейнольд. По глазам дракона я видела — ему самому стало интересно, кто выйдет из подобного поединка победителем.
— Ты что, откажешься постоять за честь драконов? — притворно удивилась Ингрид и хитро переглянулась с золотой.
— А может, я не собираюсь биться за честь дроу? — напомнил о себе Даррен.
— Собираешься! — решила за него фея. Девушки явно о чем-то сговорились, но их целей я пока понять не могла.
— Ладно, — покладисто согласился темный и встал. — Тогда идем на улицу?
— Там же люди?
— На другую, — успокоила всех Лесная. — У нас есть внутренний двор, в который можно выйти только из дома. Там никто не помешает.
Заинтригованные, мы проследовали за хозяевами. Неприметная дверца рядом с кухней вела на просторный двор с вытоптанной в центре травой. По периметру вместо забора рос высокий колючий кустарник, не оставлявший шанса даже самым рьяным любителям подглядывать. Мишень на стене дома с торчащими из нее ножами демонстрировала, как предпочитают коротать досуг в этом доме.
— Что ты задумала? — шепотом спросила я у Нариды, как только представилась такая возможность. Дроу и дракон тем временем стянули рубашки и примеривались к непривычному оружию. Арабеска, чтобы избежать случайных травм, выдала им крепкие деревянные шесты — дзё. И я не ошиблась: татуировка Рейнольда действительно с плеч переходила на шею, сползала на правую половину груди и витиеватым узором стелилась вдоль позвоночника до низа спины. С некоторым одобрением я заметила заинтересованный взгляд сестренки. Пусть любуется драконом — быстрее про ректора забудет!
— Обеспечиваю нам развлечение, — так же шепотом ответила Ри. — Им дай только начать, и уже не остановятся. Как дети. Лучше устраивайся поудобнее и наслаждайся зрелищем. Вина хочешь?
Я помотала головой, отказываясь от предложенной бутылки. Ингрид и Ар, похоже, прекрасно знали о планах драконихи. Подруги, пока я разговаривала с Наридой, заняли плетеные кресла под деревом. В еще одном кресле, подвесном, расположилась Лета. Мне и Ри достались почетные места на высоких перилах крыльца. Золотую со спины обнял Грэнхар.
— У тебя волосы пахнут табаком, — тихо шепнули мне на ухо. Я резко обернулась и чуть не свалилась, когда нос к носу столкнулась со светлым. Артаниэль аккуратно придержал меня за талию.
— Моя подруга много курит, — смутилась я. Он что, меня нюхал?
Дальнейший разговор прервал деревянный стук. Спорщики начали бой внезапно, без предупреждения. Только что стояли друг напротив друга, лениво помахивая оружием, и тут же сошлись, с дикой скоростью вращая дзё и успевая наносить по несколько ударов за секунду. Так же внезапно дракон и дроу отпрыгнули в стороны и принялись кружить по вытоптанной поляне. Сомнений не оставалось — двор регулярно использовали именно для тренировок. Но кто? Неужели против Даррена сражается Лесная? Пока я размышляла, бой перешел на новый уровень. Теперь соперники обменивались редкими сериями ударов, пытаясь найти брешь в защите противника.
— Интересно, кто будет следующим? — обжег мое ухо шепот Артаниэля. Руки светлого по-прежнему покоились на моей талии, и я не имела ничего против.
— В каком смысле?
— Я слишком хорошо знаю Нариду, — тихо пояснил эльф. — Одним поединком она не ограничится и не успокоится, пока всех нас не разденет. Очень интересно, кто станет ее новой жертвой, и как она это провернет.
Я покосилась на золотую, облокотившуюся на Грэнхара и пьющую белое вино прямо из бутылки. «Дай им только начать, и уже не остановятся» — вспомнила я слова драконихи. Похоже, Арт был прав: девушка задумала нечто более глобальное, чем простая дуэль.
Рейн и Дар тем временем ускорились. Теперь оба противника, не прекращая, наносили удары и ждали, когда другой ошибется. Неожиданно дроу оступился и неуклюже взмахнул руками, разрушая собственную идеальную защиту. Дракон поспешил этим воспользоваться. Слишком поспешил. Темный, который наверняка мог пройти по собственному двору с завязанными глазами и ни разу не споткнуться, ловко прокрутился, уходя из-под удара, и приставил конец дзё к шее мгновенно остановившегося Рейна.
— Попался, — объявил Даррен. Дракон сощурил глаза и усмехнулся:
— Ты тоже.
Шест Рейнольда замер в нескольких сантиметрах от живота дроу.
— Сойдемся на ничьей? — предложила со своего насеста Нарида. Возбужденный гул был ей ответом. Зрелищный бой не оставил равнодушным никого. Валимир приглядывался к Дару, явно оценив обманный маневр. Кирано взвесил в руке еще один шест, стоявший у стены, и даже прокрутил его, проверяя баланс. Грэнхар задумчиво смотрел на Рейна, и я не сомневалась, что в ближайшее время они выяснят, кто из драконов сильнее. Даже Артаниэль на самых опасных моментах боя сжимал мою талию так, что наверняка останутся синяки. Эльф оказался прав — взбудораженные красивой дуэлью, мужчины сами горели желанием продолжить развлечение, нужно было лишь немного их подтолкнуть. Чем и занялась золотая:
— Предлагаю лотерею — дамы вытянут бумажки с именами тех, кому предстоит сойтись в поединке. Даррена и Рейна, так и быть, больше не трогаем.
К моему удивлению, предложенную игру поддержали все. Нарида спрыгнула с перил и направилась к сидящим у дерева девушкам.
— Лета, ты, как самая юная, тянешь первой.
Сестренка запустила руку в заранее приготовленный драконихой мешок и достала свернутую в трубочку бумажку.
— Э-э… — саламандра явно смутилась. Она что, Орина Кирано вытащила?
— В-валимир, — чуть запнувшись, объявила Лета. Я внутренне содрогнулась — кому не повезет сражаться против Верховного? Уже по тому оценивающему цепкому взгляду, каким он следил за боем Дара и Рейна, можно было понять — обращаться с дзё он умеет. Очень хорошо умеет.
— Ингрид, выбирай для него противника.
— Грэнхар, — развернув очередную трубочку, прочитала целительница.
— Ну спасибо, подруга, — тихо проворчала золотая и бросила сочувственный взгляд на своего дракона.
— Ничего, он привык, — хмыкнул Верховный.
— Значит, мне остается Орин, — задумчиво проговорил у меня за спиной Арт, пока девушки наслаждались бесплатным стриптизом от двух драконов. — На кого из нас поставишь?
— Даже не знаю… — ответила я не столько желая поддразнить, сколько действительно задумавшись. Лета писала, что Кирано хорош в бою, и только. А вот кто оказался сильнее, сестренка сообщить забыла. — Кто у вас обычно побеждает?
— Откуда ты знаешь, что мы… Летиция? — я кивнула. — С переменным успехом. Кому повезет. Но такой зрелищной ничьей, как у Даррена и Рейнольда, у нас никогда не было.
— Тогда точно не знаю, — хитро улыбнулась я. — Лета так хвалила графа…
— Неужели? — руки стиснули меня чуть крепче. — И что мне будет, если я его одолею?
— А что ты хочешь?
— Дай подумать… Поцелуя и позволения проводить тебя домой будет достаточно.
— Всего-то? Договорились!
За перешептыванием с Артаниэлем я пропустила бой драконов. Однако отряхивающийся от пыли Грэнхар не оставлял сомнений в том, кто стал победителем.
— Орин, Арт, остались только вы, — объявила Нарида. Эльф снял меня с перил.
— Иди лучше под дерево, пока не упала, — посоветовал светлый.
Я влезла в подвесное кресло, потеснив Лету. Сестра с восхищением следила за расшнуровывающим ворот графом. Все мои надежды касательно Рейнольда пали прахом — таким взглядом на моей памяти Летиция не одаривала никого.
— Не вздумай в него влюбиться!
— Поздно, — с блаженной улыбкой ответила Лета. Я мысленно выругалась. Потом попыталась посмотреть на ситуацию под другим углом… и выругалась еще раз. Как ни крути, подобное увлечение сестры не сулило ничего хорошего. Зря я ее отпустила в Академию!
Арт и Орин тем временем принялись кружить по поляне.
— Прости, сегодня мне нужно победить, — тихо сказал эльф и кинул на меня быстрый взгляд. Кирано тоже покосился в нашу с сестрой сторону, отчего улыбка Летиции стала еще шире и еще глупее.
— Прости, но я тоже проигрывать не собираюсь.
Не говоря больше ни слова, светлый кинулся на графа. Орин поначалу только защищался, но очень быстро подстроился под ритм боя и перешел в наступление. У меня сердце замирало каждый раз, когда Артаниэль в последний момент уворачивался от дзё противника. Лета была права — ректор оказался действительно умелым воином.
Бой продлился недолго, но для меня это время показалось вечностью. И я была готова застонать от разочарования, когда Кирано, ловко подставив подножку, свалил Арта на землю. Рядом обрадованно выдохнула Летиция. Вот только светлый не собирался так легко сдаваться. Уже падая, он умудрился отбить летящий на него шест и ощутимо ударить графа под колено. Кирано упал следом за эльфом.
— По-моему, если не объявить ничью, вы друг друга убьете, — поспешила вмешаться Нарида.
Арт помог Орину подняться.
— Что, мы были настолько кровожадны? — отшутился ректор, отряхивая штаны от пыли. Его обычно гладко зачесанные волосы растрепались, придавая молодому графу совсем мальчишеский вид.
— Настолько, что мы поверили, — с усмешкой подтвердила Арабеска. Даррен, как только закончился его бой, занял кресло феи, а ее саму усадил себе на колени.
— Ничего, этот спор мы еще продолжим, — пообещал Арт. Я не сомневалась — в самое ближайшее время. Надо будет попросить Лету подсмотреть и рассказать, чем все закончится.
Снова взглянув на Кирано, я проследила направление его взгляда. Маг внимательно смотрел на мою сестру, восторженно обсуждавшую поединок с Наридой. Почувствовав мой взгляд, граф обернулся. Я незаметно покачала головой, а затем, для убедительности, украдкой продемонстрировала кулак. Брови Орина недоуменно взметнулись, и только когда я, скосив глаза, показала на Летицию, Кирано усмехнулся и чуть склонил голову в знак того, что понял меня. Я облегченно выдохнула. Не получается повлиять на сестру — пусть! Зато с другой стороны проблем, кажется, удастся избежать.
— Заслужил я свою награду? — спросил Артаниэль, когда мы уже подходили к дому Тарии.
— Награду? — притворно удивилась я. — Ты ведь не победил?
— Я не проиграл, — уточнил светлый.
— Не победил и не проиграл, вот и получил только половину, — пожала плечами я. — Ты же провожаешь меня домой?
Эльф остановился.
— Ты издеваешься надо мной?
— Я? Ни в коем случае.
— Ты издеваешься, — уверенно подтвердил Арт и шагнул ко мне. Я инстинктивно сделала шаг назад, но светлый за талию вернул меня обратно. — Не сбежишь. И швыряться в меня тебе нечем.
В этом эльф был абсолютно прав. Мы стояли посреди пустой дороги и, появись у меня такое желание, я действительно не нашла бы, чем в него кинуть. Сегодня подобного желания у меня не было.
— Я и не собиралась, — я сама потянулась к губам светлого. Как давно я об этом мечтала! Еще с того момента, когда я в ответ на шутку Грэнхара расчесывала спящему Артаниэлю волосы. Я ухаживала за золотистыми локонами каждую ночь, пока путешествовала в обличье саламандры, пока у меня была возможность находиться рядом… До сегодняшнего дня я даже не представляла, как сильно мне не хватало одного вредного эльфа.
Арт целовал настойчиво, нетерпеливо, немного грубо. Я не ожидала такого напора от обычно сдержанного светлого, но отвечала с не меньшей страстью. Оторваться друг от друга нас заставила компания загулявших допоздна молодых людей. Обнявшись и тихо смеясь, мы дождались, пока они пройдут мимо.
— Переезжай в Наурдаиль? — предложил Артаниэль. — За Летицией присмотрят целых три дракона, можешь не волноваться.
— Зачем мне в Наурдаиль, если ты здесь?
— Я Верховный Маг Дивнолесья, забыла? Я и здесь, и там, ношусь, как сумасшедший.
— Вот когда будешь все время «там», тогда и перееду, — пообещала я. Что мне делать в Наурдаиле? Здесь, в столице, у меня были друзья, работа… И, что бы ни говорил Арт, он тоже большую часть времени проводил в Саодрине.
— Ты не понимаешь, — светлый прижал меня к себе. — В Гильдии Магов не все гладко. Если кто-нибудь узнает… Ты можешь оказаться в опасности.
— Значит, сделаем так, чтобы никто не узнал. Например, я согласна на путешествия в Наурдаиль, но только вместе с тобой, понял?
— Хорошо, — страдальчески выдохнул эльф. — Но если я узнаю, нет, если я увижу хоть намек на то, что тебе что-то угрожает…
— Тогда я собираю вещи и отправляюсь в гости к лорду Науриэлю, — согласилась я, пока Арт не передумал. Спорить с ним из-за такого пустяка, как мое место жительства, не хотелось.
— Ты невыносима, — вздохнул маг и уткнулся носом мне в волосы.
— А ты — вредина, — не осталась в долгу я.
— Воровка.
— Светлый гад.
— Грубиянка. Я люблю тебя.
— Остроухий… Что?
— Что слышала. Я люблю тебя, хоть ты и делаешь все, чтобы я передумал.
От удивления я забыла, как дышать. Арт крепко прижимал меня к себе, и у меня не было возможности увидеть его лицо. Я только могла слышать, как бьется, словно птица в клетке, его сердце.
— Правда любишь? — тихо спросила я.
— Правда. Очень. Прости, у меня ушло много времени, чтобы это понять.
— Я… — я сглотнула неизвестно откуда взявшийся в горле ком. — Я тоже тебя люблю.
— Рассказывай!
— Что?
— Что за блондин тебя вчера провожал? — Тария поставила на стол аппетитную запеканку с овощами. — И знает ли об этом Леон?
Я закашлялась. Тьма, Леон! Я совершенно про него забыла! А ведь он племянник Тарии! Как она к такому отнесется? Похоже, последняя мысль слишком явно отразилась на моем лице.
— Не волнуйся, — поспешила меня успокоить хозяйка. — То, что вы не пара, было ясно уже месяц назад. Зато к своему вчерашнему спутнику ты явно относишься по-другому. Кто он?
— Это Арт, — я улыбнулась. Любое воспоминание об эльфе поднимало мне настроение.
— Дивнолесский маг? — Тария по моим рассказам знала большинство моих знакомых. — И как вы помирились?
— Как-то само собой получилось.
— Ну-ну, — хмыкнула женщина. — Видела я ваше «само собой».
Я почувствовала, как краска заливает щеки. Вчера вечером мы с Артом действительно долго и со вкусом прощались. Стук в дверь отвлек меня от воспоминаний. Леон! Он же собирался сегодня зайти!
— Тария… А можно я заболела и умерла?
Наверное, у меня получилось достаточно жалобно, потому что амазонка, вздохнув, отправилась спроваживать племянника. Нет, я обязательно объяснюсь с гвардейцем, но не сегодня. Не хочу портить такое чудесное утро.
— Это был не Леон, — хозяйка поставила на стол пузатый деревянный бочонок и протянула мне письмо. — Какой-то мальчишка-посыльный тебе принес.
Я со всех сторон оглядела неожиданный подарок. Бочонок был плотно запечатан, а приклеенная к нему бумажка ничего не поясняла, так как была написана на эльфийском.
— Не знаешь, что это?
— Догадываюсь, — Тария подозрительно принюхивалась, пытаясь определить, что внутри. — Ты письмо-то прочитай.
Печать с изящным вензелем я ломала с осторожностью. Этот рисунок был мне хорошо знаком — именно так Арт подписывался, когда оставлял мне записки в Житовинске и Наурдаиле. Из открытого конверта выпала маленькая золотая ящерица и сложенный вдвое листок бумаги.
«Милая Лина, утро только наступило, а я уже по тебе скучаю.
Сначала о важном: в конверте лежит брошь-артефакт. Если хочешь остаться в Саодрине, носи ее всегда с собой. Надеюсь, такая защита никогда тебе не пригодится.
В бочонке Дивнолесский вишневый табак. Подари своей подруге, он намного лучше, чем то, что курит она (этого ей не говори).
Постараюсь заглянуть к тебе вечером. Не пугайся, портал я буду открывать сразу в твою комнату. Не хочу, чтобы кто-то знал, к кому я сбегаю из Академии.
Подумай получше насчет Наурдаиля. Мне будет спокойнее, если ты окажешься как можно дальше от Шаурикума. За Лету не волнуйся, за ней присмотрят Ри и Ингрид.
Очень тебя люблю.
Светлый гад».
Я хихикнула, прочитав подпись. Раз сам признался, на «Лину», так и быть, я не обращу внимания. Это письмо совершенно не было похоже на нашу куртуазную переписку по всем правилам этикета, которую мы когда-то вели. Нет, здесь был совершенно другой, настоящий Артаниэль. Я буквально видела, как он, быстро начеркав эти строки, нашел посыльного, вручил ему письмо, табак и наверняка гораздо большую оплату, чем стоило, и понесся куда-то по своим делам, которые, зачастую, требовали от него присутствия сразу в нескольких местах.
— Что там? — Тария попыталась из-за плеча прочитать послание, но я быстро сложила его.
— Говорит, что любит. А бочонок — подарок тебе.
— Мне? В честь чего? — женщина, движимая любопытством, тяжелым кухонным ножом принялась вскрывать залитую воском крышку.
— Так просто, за компанию, — я решила последовать совету Арта и не говорить, что курит Тария действительно редкую гадость. Крышка, наконец, поддалась, и по кухне разлился восхитительный аромат цветов вишни.
— Та-ак, — хозяйка вытащила из кармана трубку. — Твой эльф мне нравится все больше и больше.
Стук в дверь известил об очередном госте.
— Сиди, — велела мне женщина. — Наверняка это Леон. Скажу ему, что тебе плохо, а ты пока придумывай, как с ним получше расстаться. Он ведь настырный, так легко не отстанет.
Спровадить гвардейца оказалось не так-то просто. Если бы не авторитет тетушки, капитан наверняка вломился бы в дом, чтобы лично убедиться, что я жива, и выяснить, не нужно ли мне чего-нибудь. Я почувствовала укол совести и в очередной раз пообещала себе объясниться с Леоном в самое ближайшее время. Вернувшись на кухню, Тария кинула на стол целую пачку писем.
— Не отстану, пока не расскажешь, что вчера был за ужин, — пригрозила амазонка. — На моей памяти даже королева такой популярностью не пользовалась.
— Обязательно, — пообещала я, пятясь к лестнице в мансарду. Судя по адресантам — Лете, Раби, Ри и Ингрид — подруги тоже горели желанием узнать подробности вчерашнего вечера, той части, которую они не могли видеть.
Устроившись на кровати, я вскрыла конверт от Летиции.
«Привет, сестренка!
Я же говорила! Говорила! Бой вредины и рыжика — это нечто! Рада, что ты наконец-то помирилась с Артом. Хотя ничего не мешало тебе сделать это раньше.
В Академии становится интереснее — вчера, пока меня не было, приехали первые студенты. Сейчас письмо допишу и пойду знакомиться.
Нарида сказала, что будет вести занятия по магии огня и земли, так что, похоже, встречаться с ней я буду часто. Она замечательная! И с ней совершенно точно не соскучишься.
Во время осенних ярмарок студентам разрешают выходить в город. С тебя — прогулка по Саодрину! Я кроме дороги в Академию ничего не видела.
Не обижай вредину. Лета».
Раз у сестренки появилось, с кем общаться, значит она не обидится, если немедленно не получит ответ. Выбрав наугад из оставшихся конвертов, я принялась читать письмо от Нариды.
«Ура хвостатым!
Что это вчера было у вас с Артом? Мне показалось, или наш стукнутый (зачеркнуто) светлый маг сделал первый шаг?
Пока не начались занятия, у меня есть немного свободного времени. Предлагаю завтра побродить по городу и посплетничать. Где встретимся?
Нарида Исильда, (сама не ожидала) магистр Стихийной магии».
Раби почти в точности повторила слова драконихи.
«Арлин, доброе утро!
Похоже, наше с Ри развлечение вам с сестрой понравилось. Было очень интересно смотреть, как две с виду одинаковых девушки болеют за разных противников.
Рада за вас с Артаниэлем. Вы замечательно смотритесь вместе.
Как насчет погулять завтра по Саодрину? К огненному дереву не пойдем! Если будет время и желание — заходи в «Лесную фею».
Арабеска д'Раххэ».
Открывая письмо Ингрид, я уже примерно представляла, что увижу. Однако целительница, как всегда, смогла выделиться.
«Здравствуй, Арлин.
Ты наверняка уже знаешь, что на ближайший год я остаюсь в Саодрине. Надеюсь, мы будем часто видеться — на Островах я очень скучала по всем вам.
Мне нужна помощь. Очень. Не хочу об этом писать, но, боюсь, я рискую остаться в Шаурикуме насовсем. Если сможешь, прошу, давай встретимся. Возможно, у тебя получится что-нибудь мне посоветовать.
Ингрид».
Обычно ровный округлый почерк целительницы скакал, словно она писала на бегу. Я нахмурилась — для педантичной северянки такое поведение было несвойственно. Да и чтобы она попросила о помощи… Даже когда Ингрид после двух дней в ратуше Саодрина не могла стоять от усталости, она отказывалась от помощи Верховного и пыталась идти к порталу сама. Хорошо, не менее упрямый Валимир не стал слушать возражений и все равно унес целительницу на руках. Что у нее могло случиться?
«Ингрид, ты знаешь, я помогу тебе всем, чем только смогу. Ри и Ар настойчиво предлагают встретиться с ними завтра. Возможно, от нас троих будет больше толку?»
Эту короткую записку я отправила северянке. Удобная, все-таки вещь — магическая почта. Указываешь адрес, кладешь письмо — и через несколько минут оно оказывается на пороге нужного тебе человека. Жаль, работает только в переделах города. Отвечать Лесной и драконихе я пока не стала. Если Ингрид скажет, что хочет видеть только меня — подругам придется подождать.
— Лина, тебе опять письмо! — донесся до меня приглушенный крик Тарии. Я сбежала по лестнице. — Насыщенной жизнью живешь. Снова куда-то приглашают?
— Практически, — кивнула я. — Что-то случилось, пока не знаю, что.
— Ну, раз случилось… — амазонка затянулась. В гостиной висела дымная завеса. Какую по счету трубку Тария курит?
Я поспешно развернула ответ Ингрид.
«Хорошо. Давайте соберемся завтра в полдень в кафе «Летний дождь». Не хочу, чтобы Даррен случайно нас услышал.»
Примерно также я написала Раби и Нариде. Между строк намекнула, что у целительницы какая-то беда, которую она не хочет доверять бумаге. Надеюсь, у подруг хватит такта сначала выслушать Ингрид, а затем уже приставать ко мне.
Я стучалась в дверь соседней комнаты. Судя по обещанию открыть и яростному шуршанию, кто-то там все-таки был. Однако уже несколько минут никто не появлялся.
— Кто там? — дверь распахнулась. На пороге стояла высокая взъерошенная девушка с завитыми в аккуратные локоны золотисто-русыми волосами. На лице сердечком выделялись пухлые губы и светлые серые глаза. Узкий проход за спиной девушки перегораживали многочисленные чемоданы. Стало понятно, почему она так долго не открывала — не могла пройти. И зачем ей столько одежды? Каждый день в новом платье, что ли?
— Привет, — я дружелюбно улыбнулась. — Я в соседней комнате поселилась, вот, пришла знакомиться. Летиция, можно Лета.
— Баронесса Ива Торасская, — надменно представилась девушка. — Познакомилась? Теперь сгинь, мне служанки не нужны!
Дверь захлопнулась у меня перед носом. Я почувствовала обиду. Служанки? Да с какой стати? Даже если бы я очень нуждалась в деньгах, в услужение этой девице я бы не пошла!
— Плюнь на нее, — раздался голос из-за спины. Я резко обернулась и увидела выглядывающую из комнаты напротив рыжую девчонку, густо усыпанную веснушками. Озорные зеленые глаза блестели из-под светлых ресниц, а в руках она держала два разных сапога. — Эта выскочка еще со вчерашнего вечера успела достать всех местных горничных — то ей занавески не нравятся, то кровать головой не в ту сторону стоит. Я, кстати, Майя, первокурсница.
— Знаю, на этом этаже все с первого курса. Второй и третий живут на первом и третьем этажах, а четвертый и пятый — в другом крыле. К нам, может быть, еще шестой курс подселят, их, говорят, в этом году, как и нас, слишком мало.
— Ух ты, — Майя бросила сапоги вглубь комнаты и вышла в коридор. — Почему так?
— После Мардрена многие боятся поступать в Академию, а шестикурсников всегда мало, — я пожала плечами. — На шестой год остаются только те, кто собирается углубленно изучать свою специальность.
— Откуда ты все это знаешь?
— Я здесь с начала лета, много успела услышать.
— Ух ты! — повторилась Майя. — Печенье хочешь? — девушка пропустила меня в свою комнату. Кажется, хотя бы одна нормальная соседка у меня будет. — А ты сама куда собираешься пойти?
— Пока не знаю. — я устроилась на свободном диване. Как и в комнате Ивы, здесь стояли неразобранные пока сумки, но в гораздо меньшем количестве. — Я абсолютный маг огня, так что выбор у меня небольшой. Я пока об этом не задумывалась.
— Стихийник? Здорово! А вот я универсал, причем со способностью не только к светлой, но и к темной магии. Это ведь плохо, да?
— С чего ты взяла? Темная, природная магия — это ведь замечательно! Значит, если у тебя вдруг закончатся собственные Силы, ты всегда сможешь взять их из окружающего пространства.
— Но это же темная магия!
— Ерунда это все! — Майя была так расстроена, что я не могла ее не успокоить. — Ты знаешь, что если бы в Саодрине жили не только светлые, но и темные маги, осада была бы весьма непродолжительной? Рауль Вакур, тот чародей, который заварил всю эту кашу, создал артефакт, блокирующий только светлую магию. На темных он не влиял, потому что нельзя заглушить саму природу!
— Откуда ты это знаешь?
— Сестра рассказала, — я уже пожалела, что разоткровенничалась. Арлин очень просила лишний раз ее не упоминать.
— Она тоже маг? — большие глаза Майи, казалось, стали еще больше.
— Не совсем, — как бы теперь уклониться от расспросов? — Она была в Саодрине во время войны.
Майя восхищенно охнула.
— А вот я хочу стать настоящим боевым магом! — объявила она. — Чтобы, если на нас кто-то нападет, испепелить его!
— Если только он не испепелит тебя, — хмыкнула я. — Не знаешь, еще кто-нибудь заселился?
— Сегодня утром у мужского общежития стояли три кареты, но я не знаю, наш ли это курс.
— Ну и ладно, все равно через несколько дней со всеми познакомимся. Хочешь, покажу, где здесь библиотека?
— В библиотеку? До начала занятий? — Майя скривилась. — Нет уж! Раньше времени меня никто не заставит дышать пылью!
— Ну и зря, — улыбнулась я уже от двери. Тем более, не так уж там и пыльно… — Там бывает интересно.
— В библиотеке? — по тону девушки было ясно, что она об этом думает. — Лучше заходи ко мне, когда время будет!
— Обязательно!
— Кажется, мы с Валимиром скоро расстанемся, — тихо призналась Ингрид.
— Как? — хором выдохнули мы с Арабеской.
«Летний дождь» оказался очень тихим и уютным местом, где мы могли посидеть за чашкой мороженного и не бояться, что кто-то через чур внимательно будет нас слушать.
— Не знаю… Мы слишком разные. Драконьи Острова совершенно не похожи ни на один известный мне город, мне тяжело привыкнуть к местному укладу жизни. А Валимир… Он этого не понимает. Я живу, как любимая зверушка — у меня есть все, что я только могу пожелать, но я не могу даже самостоятельно передвигаться по Островам, потому что там нет лодок! Зачем они, если каждый дракон либо летает, либо плавает? Каждый день я смотрю, как Валимир распахивает крылья и взмывает в небо, а я остаюсь в его доме и маюсь от безделия. Что мне там делать? У драконов полно целителей, не запертых в доме Верховного. Я там никому не нужна, понимаете?
— Ты ему об этом говорила? — спросила Лесная. — Ну, о том, что тебе нужна какая-нибудь работа?
— Да, — Ингрид кивнула. — Он сказал, что мне ни к чему утруждать себя, ведь он и так достанет для меня все, что я захочу.
— Как ты тогда уговорила его отпустить тебя с нами? — удивилась Нарида.
— Никак. Я прочитала письмо Арта — Валимир ничего от меня не скрывал. Этим же вечером я сказала, что хочу отправиться в Академию. Валимир… он был в бешенстве. Сказал, что если мне на него все равно, я могу уходить, куда захочу.
— Не понимаю, — я покачала головой. — Вы же вчера нормально общались?
— Нормально?! — целительница истерически засмеялась. — Он за весь вечер мне ни слова не сказал!
— Да, не помню, что бы вы разговаривали, — кивнула Ар. — А вот выглядело все как обычно — ты, рядом Верховный. У меня даже мысли не возникло, что что-то не так.
— Он меня теперь не простит. А я не хочу, не могу жить так! Я чувствую себя никчемной и бесполезной!
— Спокойно, мы что-нибудь придумаем, — Нарида взяла целительницу за руку. — Жаль, самый простой вариант «зажать в угол и вправить мозги» не пройдет — Владыка, как-никак.
— Хороший был бы вариант, — согласилась я. — Так и представляю Валимира, руками закрывающего все самое ценное, и нас, обступивших его с трех сторон.
Ингрид шмыгнула носом и засмеялась. Отлично, именно этого я и добивалась. От покрасневших от слез глаз самой сдержанной и спокойной из всех моих подруг мне становилось не по себе.
— Только что мы можем сделать?
— Придется доказать Верховному, что эта работа тебе действительно нужна, — предложила Ар. — Он же тебя насовсем не выгнал?
— Н-не знаю… — целительница, кажется, снова была готова расплакаться.
— Так! — Нарида хлопнула рукой по столу. — Он вчера хвостом за тобой ходил? Ходил. Зачем бы ему это делать, если он решил порвать с тобой?
— Думаешь?
— Знаю! Так что действуем пока по плану Лесной. Когда в следующий раз встретишься с Верховным, сделай вид, что вы и не ругались. Подойди, расскажи, как ты счастлива, что он тебя отпустил… Да, отпустил! Не запер дома — значит отпустил! Так вот, рассказываешь, как ты ему благодарна, какой нужной ты себя чувствуешь в Академии, как тебе нравится применять на деле все то, чему он тебя учил и, главное, как сильно ты по нему скучаешь. Я тебя знаю, тебе даже врать не придется. Посмотришь на его реакцию, а потом, если этого будет недостаточно, придумаем что-нибудь еще.
— Но когда он теперь появится?
— Он регулярно приходит, чтобы о чем-то поговорить с Грэнхаром, — успокоила северянку дракониха. — Не знаю, о чем, я в их высокие дела стараюсь не лезть — скучно. Как только узнаю, что Верховный в Саодрине — сразу сообщу.
— Думаешь, сработает? — в голосе Ингрид послышалась надежда.
— Уверена! А если нет — отловим и вправим мозги!
Я покосилась на Нариду. Почему-то я была уверена, что в случае неудачи золотая именно так и поступит. Бедный Валимир!
Лекционная аудитория была небольшой, но все равно первокурсники заполнили ее едва ли наполовину. Всего я насчитала около шестидесяти. По сравнению с предыдущими годами, когда Саодринская Академия набирала сотню, а то и полторы, учеников — невероятно мало.
Занятия проходили в небольшом замке, возвышавшемся в центре Академии. Вокруг него, как грибы после дождя, росли хозяйственные постройки, два корпуса общежития — женское и мужское, и отдельный барак полигона для старших курсов. Мы с Майей успели осмотреть практически все.
Сама Академия расположилась на окраине Саодрина, вплотную к городской стене. Ее территорию, как будто этого было мало, огораживала собственная стена — не такая высокая, как городская, но достаточная, чтобы ни в Академию, ни из нее никто не мог пробраться, минуя единственные ворота. Как однажды обмолвился Артаниэль, это было нужно не для того, чтобы защитить Академию, а для того, чтобы спасти город от наплыва недоучек-магов.
— У вас свободно?
Я обернулась. В проходе стоял вихрастый темноволосый парень, буквально лучащийся обаянием. Майя моментально расцвела.
— Конечно, садись, — улыбнулась рыжая. Я незаметно фыркнула. Еще бы у нас было занято! Дураков садиться на первый ряд оказалось мало. Если бы не мы с Майей, их вообще бы не было. И то подруга пыталась меня отговорить.
— Я Джейс, — представился парень, устраиваясь рядом.
— Майя, а эта бука — Летиция.
— Доброе утро, студенты! — глубокий голос ректора легко перекрыл голоса собравшихся. В аудитории моментально наступила тишина. — Поздравляю всех, кто справился со вступительными экзаменами и не побоялся приехать в Саодрин, с вашим первым учебным годом. Многие меня уже знают, но на всякий случай представлюсь: магистр Орин Кирано, ректор Академии. И, по давней традиции, я проведу у вас первую вводную лекцию.
Студенты зашуршали, открывая тетради. Кирано усмехнулся:
— Отложите ручки, не думаю, что вам пригодится конспект. Большинство из того, что я расскажу, вы уже знаете, а все новое вам еще десятки раз повторят другие преподаватели. Итак, первое — правила Академии. Я не буду перечислять все, пройду лишь по тем, которые регулярно нарушают. Думаю, вас уже известили, что покидать пределы территории можно только в специально отведенные для этого дни. Ближайшая такая возможность у вас появится через полтора месяца. Это правило не действует для студентов пятого и шестого курсов, но до них еще нужно доучиться.
По аудитории пронесся дружный горький вздох. Несмотря на то, что это правило все хорошо знали, лишнее упоминание о нем действовало удручающе.
— Дуэли в Академии запрещены! — продолжил ректор. — Хотите проверить свои силы и устроить магический поединок — договоритесь с кем-нибудь из преподавателей и отправляйтесь на полигон. Хотите попрактиковаться во владении оружием — тоже на полигон, можно без присмотра магистров.
Я краем глаза покосилась на студентов. При объявлении о запрете дуэлей сникла, в основном, мужская половина первокурсников. Женская же, казалось, магистра Кирано слушала вполуха. Большая часть девчонок занималась тем, что строила симпатичному магу глазки. Особенно старалась уже знакомая баронесса Торасская. Знала бы она, как забавно ее ужимки смотрятся со стороны!
— Теперь об учебе. Первые три года вы будете учиться вместе и изучать основы всех предметов. После третьего курса вас ждет большая серия экзаменов, по результатам которой вы либо покидаете Академию с синим дипломом, либо можете остаться и продолжить обучение. Четвертый и пятый курсы — узкая специализация. После них вы можете получить желтые дипломы целителя, стихийника, некроманта, боевого мага, рунного мага, артефактора, бытового мага, алхимика, пространственного мага, метаморфа, анимага. Возможно, кто-то разовьет в себе талант к магии иллюзий. Шестой год — углубленная специализация. На него остаются только те, кто видит в магии не профессию и средство заработка, а свою жизнь. После шестого курса выдается высший диплом — белый.
— Магистр Кирано, — томным голосом пропела Ива. — Неужели в Академии действительно будут обучать темной магии?
— Я предвидел такой вопрос, — граф чуть улыбнулся. — Да, и заниматься этим станут драконы. В этом году в Академии работают четыре гостя с Драконьих Островов, которые будут обучать нас тому, что сами мы упустили.
— Но ведь темную магию считали злом! — крикнул кто-то с задних рядов.
— Распространенное заблуждение. То, что мы называем светлой и темной магией, у драконов зовется внутренней и природной. Так получилось, что светлых, то есть обладающих собственным источником Сил, всегда было больше, чем темных, поэтому злом была объявлена магия природная. Но ведь могло случиться и по-другому. Если бы темных рождалось больше, они вполне могли бы сказать: зло — те маги, которым не помогает природа, те, которые черпают Силу сами из себя. И тогда история повернулась бы совсем иначе. А правда в том, что маги, которые способны пользоваться природными источниками, намного сильнее. Ведь Силы вокруг нас безграничны! Вот, смотрите, — Кирано закатал рукава скромно расшитого камзола. — Возьмем, к примеру, магию огня.
Граф вытянул руки и в метре от него загорелся небольшой, с кулак размером, огненный шар. Ректор нагнетал в него Силу, заставляя нагреваться все сильнее, но удерживал размер. В аудитории ощутимо потеплело.
— Я далеко не слабый маг, но, пожалуй, пользуясь только светлой магией, не смогу раскалить этот шар сильнее, — голос Кирано выдавал его напряжение. На виске отчетливо проступила жилка. — Теперь смотрите, что будет, если использовать природную Силу.
Магистру, казалось, сразу стало легче дышать. Огненный шар продолжил накаляться и через минуту уже был похож на маленькое солнце. За спиной ректора начал плавиться стол. Майя и Джейс прикрывали глаза руками, а я искренне наслаждалась этой маленькой демонстрацией силы огня. Моя стихия. Неужели, я тоже так смогу? Ну и что, что моя магия не такая, как у остальных? Огонь меня слушается, а значит однажды и я буду держать в руках вот такое солнце…
— И это далеко не предел, — Кирано развеял пылающий шар и открыл окно. — У светлой магии есть большая проблема: не всегда у чародея оказывается достаточно Сил. У темной проблема другая, но гораздо более опасная: маг может не справиться с контролем тех Сил, которые в избытке его окружают. Именно поэтому мы будем учить тех, у кого есть способности, работать и со светлой, и с темной магией.
Пример оказался наглядным. Студенты задумчиво смотрели на оплывший край стола из железного дерева, которое, по слухам, могло выдержать извержение вулкана. Либо это были всего лишь слухи, либо граф Кирано только что играл с гораздо более серьезными силами.
— Что ж, раз пошли вопросы, лучше отвечать на них, чем по несколько раз рассказывать то, что всем известно. Кто еще хочет о чем-то спросить?
— Магистр Кирано, а что будете вести вы?
Я заинтересованно подняла голову. А правда, что? Хоть я и была знакома с ректором дольше, чем все присутствующие, его специализация оставалась для меня загадкой.
— У вас — основы боевой магии, — по аудитории пронесся восхищенный женский вздох. Еще бы, красавец-мужчина, молодой, граф, ректор, и впридачу боевой маг. Я даже ему посочувствовала — часть студенток наверняка теперь откроют на него охоту. Кирано сделал вид, что не заметил реакции на свои слова. — У старших курсов в качестве дополнительных занятий для желающих — магию иллюзий. К сожалению, это слишком сложное направление, и студентов, освоивших его, можно пересчитать по пальцам.
— Какой прок от магии иллюзий? — скептически спросил Джейс.
— Даже не знаю, — ректор задумчиво почесал подбородок и сделал несколько шагов к окну. Второй Кирано остался стоять у стола и даже заговорчески подмигнул ошеломленным ученикам. — Пожалуй, иллюзии можно использовать, чтобы сбить с толку врага, — еще один граф сел за парту рядом со мной. — Не возражаешь? — Я помотала головой и уловила несколько неприязненных взглядов, направленных на меня. — Сам когда-то сидел на этом месте.
— Так вот, — лекцию продолжил тот магистр, который закрывал окно. Стоявший у стола за это время тоже раздвоился, и теперь сразу два ректора колдовали над стеной аудитории, заставляя ее превращаться в фантастический лес. — Иллюзии очень удобно использовать в боевой магии. Пока противник сражается с вашими копиями и отбивается от иллюзорных атак, можно приготовить длинное и сложное заклинание, которому он ничего не сможет противопоставить.
— Еще, если знаешь, чего твой враг боится, можно использовать этот страх против него, — поведал ректор, колдовавший над лесом. — Кто боится пауков?
Несколько девушек робко подняли руки.
— Отлично, — заулыбались сразу четыре Кирано. — Чур, громко не визжать.
Из иллюзорного леса вышел такой же иллюзорный, но оттого не менее отвратительный паук размером со среднюю лошадь. Кто-то с задних рядов затравленно пискнул, кто-то из парней выругался себе под нос. Магистр не стал долго мучить впечатлительных студентов. Чудовище по очереди моргнуло восемью хаотично расположенными на голове глазами и исчезло.
— Кажется, теперь я тоже боюсь пауков, — тихо прошептала Майя.
— И что, никто не сможет отличить иллюзию от реальности? — спросил Джейс.
— Способы есть, но ни один из них не получится применить во время боя. Остается надеяться, что, атакуя иллюзию, случайно попадешь в настоящего, или что маг допустит ошибку и сам себя выдаст. Сейчас, намеренно, я допустил небольшую ошибку. Кто сможет сказать, где я — настоящий? Не угадать, а объяснить, почему, — уточнил ректор, как только студенты начали выкрикивать свои предположения.
— Тот, который сидит за партой, — предположил один из парней. — Вам нужно контролировать остальных, так что это место — самое удачное. Вы всех видите, но при этом нам хуже видно вас.
— Предположение разумное, — согласился Кирано-у-окна, — но вы забываете, о чем я говорил. Маг, применяющий иллюзии в бою, должен не только следить за своими творениями, но и суметь в этот момент не попасться на глаза противнику и сплести трудоемкое заклинание, ради которого все и затевалось.
— Значит, нет?
— Я этого не сказал, — уклончиво ответил магистр. — Я лишь объяснил, почему ваша логика может вас подвести. Но со слабым или начинающим магом такой способ вполне может сработать. Еще предположения? Кто оказался достаточно внимательным?
— Можно я попробую? — я решила рискнуть. Не так давно я читала про иллюзии… Вот и проверим, правду ли пишут.
— Разумеется. Кого вы считаете настоящим?
— Сразу не скажу, — я покачала головой. — Я знаю, где вы, но мне кажется, вы допустили две ошибки. Хочу в этом убедиться. Позволите?
— Прошу, — Кирано встал, пропуская меня. Сделав несколько шагов в сторону шевелящего ветвями леса, я обернулась:
— Кстати, вы, граф, точно не настоящий.
Ректор с улыбкой поклонился и растаял. Я прошла к двум магистрам и взяла их за руки. Да! Точно! Я постаралась не обращать внимание на практически ненавидящий взгляд Ивы. Да, я держу Кирано за руку. А если баронесса узнает, что я не раз видела его на тренировочном поле в одних штанах, вообще от зависти облезет. Только я понимаю, что у нас ничего не может быть, а она? Вряд ли. Через несколько секунд я объявила:
— Ненастоящие!
Еще две иллюзии растаяли, а вместе с ними исчез и лес.
— Браво, — стоявший у окна Кирано хлопнул в ладоши. — Нашли меня методом исключения, не так ли? Я понял, что вы делали, Летиция. Расскажите всем, прошу.
Я покачала головой. Не так быстро!
— В магии не работает метод исключения. Позволите?
Прежде чем я успела проверить его, магистр сам взял мою руку и поднес к губам.
— Леди, вы меня впечатлили. Признаюсь сам — я тоже подделка.
Последний из магистров растворился в воздухе.
— А где настоящий? — обиженно завопил Джейс. Ему вторили еще несколько голосов, понявших, что их всех только что жестоко обманули. Я улыбалась во весь рот. Сработало! Я действительно поняла!
— Магистр Кирано, может, слезете со стола? — предложила я. — Ваша подсказка для наблюдательных — вы сдвинули бумаги, когда садились.
— Браво, Летиция, — ректор действительно проявился сидящим на пострадавшем столе. — Как видите, иллюзией можно не только показать, чего нет, но и спрятать то, что есть. Леди, расскажите, как вы отличали мои копии.
— Очень просто. Иллюзия не реагирует на физическое воздействие, если маг за этим не следит. А маг не может заставить иллюзию показать реакцию на то, о чем сам не подозревает. После демонстрации природной Силы наша парта до сих пор горячая, и только в месте, где лежала ваша рука, она остыла. Иллюзии всегда холодные. Поэтому я грела вам руки, но ни одна из копий не потеплела.
— Хороший способ, — кивнул Кирано. — Но я понял, что вы делаете, и мог заставить свою последнюю иллюзию все-таки согреться.
— И я все равно сказала бы, что это иллюзия, — торжествуя, я зажгла на ладони небольшой огонек. — Я очень сильно грела вам руки. Настоящий человек на такое сказал бы, как минимум, «ай!».
— А как максимум, у нас был бы шанс пополнить запас нецензурных слов, — тихо усмехнулся Джейс.
— Что ж, еще раз браво, — магистр склонил голову на бок. — К такому коварству с вашей стороны я не был готов. Как видите, распознать иллюзию можно. Но едва ли кто-то из вас подойдет во время боя к противнику с предложением подержать его за руку. Еще вопросы?
— Правда, что эльфийский язык у нас будет вести настоящий эльф? — с придыханием спросил кто-то из девчонок. Я удивилась — неужели, Арт будет еще и преподавать?
— Да, лорд Эрориэль раньше работал в Мардренской Академии, а теперь будет учить вас. Советую очень внимательно отнестись к этому предмету — самые сильные заклинания звучат именно на эльфийском. После третьего курса вам даже думать на нем придется.
— Когда начнутся практические занятия?
— Только после изучения теории, ближе к середине осени. До практических занятий по всем предметам будут допущены только те, кто сдал теорию! Советую особенно обратить внимание на некромантию, целительство и алхимию. Для сдачи практического зачета у магистра Терра вам придется справиться с одним из его умертвий, и никто не сможет вам подсказать, как именно с ним бороться. По травматичности практическая некромантия иногда даже обходит боевую магию. Все, кто были ранены на занятиях, поступают в целительское крыло, где на вас будут практиковаться такие же студенты. Лучше как следует слушать леди Ярвинен, чтобы не навредить своим товарищам. А алхимия… У магистра Жижино есть интересный обычай на контрольной по ядам и противоядиям давать студентам попробовать их собственные зелья. Постарайтесь не отравить сами себя. К сожалению, время заканчивается. Надеюсь, все вы будете прилежно изучать науки и без проблем справитесь с зимними зачетами. До встречи на лекциях по боевой магии!
— Ну ты даешь! — присвистнул Джейс, как только Кирано вышел. — Откуда ты знала про иллюзии?
— Прочитала где-то, — пожала плечами я. Название книги действительно в моей голове не задержалось. Мысленно я пообещала в ближайшее время поподробнее изучить этот вопрос. Не то чтобы у меня, как у стихийника, был шанс стать хорошим магом иллюзий, но когда это меня останавливало? Даже теоретические знания могут быть полезны.
— Следующим в расписании стоит лекция по природной магии, — сверилась с выданными всем листами Миа. — Рейнольд Никро, это же дракон?
— Дракон, — подтвердила я, вспомнив татуированного блондина. — Очень сильный и умный дракон. Идем, а то первую парту займут!
Наша следующая встреча состоялась только через две недели. Я каждый вечер получала письмо от Артаниэля, но выбраться ко мне он не мог. С началом учебного года в Академии появилось столько неожиданных проблем, что светлый даже спать не всегда успевал.
Артаниэль буквально выпал из портала и подхватил меня на руки.
— У меня есть целых три часа до встречи с представителями Гильдии Магов Шаурикума, — объявил светлый, занося меня в портал.
Мы вышли к хорошо знакомому озеру неподалеку от дворца Владычицы. Арт опустил меня на траву и сел рядом. Жаль, здесь купаться нельзя… Саодринская жара ужасно выматывала. За последние года я слишком привыкла к прохладному климату севера.
— И чего они от тебя хотят?
— Часть — чтобы я убрался в Дивнолесье и не мешал им наводить свои порядки, гораздо меньшая часть меня поддерживает. Таких как Кирано, кто помогает мне не за золото и положение, а потому что действительно хочет сделать лучше, практически нет. Есть те, кто надеется через меня забраться повыше. Есть — к счастью, таких довольно много, большинство излишне резвых похоронили под Мардреном — те, кого вообще не интересует происходящее, лишь бы им не мешали сидеть в своих поместьях и заниматься магией, — устало вздохнул светлый. — И есть целая сеть заговорщиков, мечтающих о становлении Империи Магов. С ними сложнее всего.
— Почему? — я положила голову на плечо эльфу и с радостью почувствовала, как его рука скользнула мне на талию. — Чем их не устраивает Евсея? Она же и так позволяет магам все больше и больше? Даже темным с каждым годом живется все легче.
— Именно поэтому, наверное, — обнял меня Артаниэль. — Почувствовали вкус свободы и стали рваться к власти. Вся верхушка Гильдии погибла в Мардрене, а оставшиеся уже второй год грызутся за власть. Самое паршивое, что наверх рвутся почти все, и вычислить среди них тех, кто предал корону, невозможно. Как же мне надоело разгребать дела чужой страны! Но Владычица ясно приказала — Евсея должна остаться на троне. Молодая королева слишком удобный сосед, чтобы потерять ее.
— Ты справишься, — поддержала я Арта. Что я еще могла сказать? Никогда не была магом и всегда старалась избежать знакомства с ними. Даже советом не помогу — сама не знаю, что можно в такой ситуации предпринять.
Светлому, к счастью, больше ничего и не требовалось. Эльф притянул меня к себе и долго, напористо целовал, отыгрываясь за все те дни, что мы друг друга не видели.
Ингрид нервно мерила шагами тенистую аллею. Она точно знала — Валимир никак не сможет пройти мимо нее. Целительница всей душой надеялась, что план Нариды сработает. Он просто не мог не сработать! Владыка ее поймет, обязательно! Разве может быть иначе?
В Саодрине заявила свои права осень. Под быстрыми шагами северянки хрустели разноцветные листья. Ледяной ветер словно подстегивал женщину, не давая ей остановиться ни на миг. Ингрид подняла голову и посмотрела на небо, затянутое тяжелыми свинцовыми тучами. Изредка из него на землю падали крупные капли. Академия была непривычно пустой. Несмотря на промозглую погоду, все студенты поспешили воспользоваться правом выбраться на осенние ярмарки. В стенах замка не осталось практически никого.
Целительница резко обернулась, заслышав шаги. Несколько секунд она вглядывалась в темневший невдалеке поворот, но никто так и не появился. Ветер, играя с опавшими листьями, жестоко обманул женщину. Опять.
Сколько она уже не видела Владыку? Два месяца? Этот срок казался вечностью. Разве так бывает? Разве можно расставаться так надолго с тем, кого любишь? Северянка горько усмехнулась. Шорох листьев в очередной раз заставил ее вздрогнуть. Нет, ветер, на этот раз не проведешь! О том, что она снова ошиблась, целительница поняла, только когда услышала низкий мягкий голос:
— Ингрид?
— Валимир! — женщина постаралась улыбнуться. Верховный смотрел так, будто совершенно не ожидал — и не был рад! ее встретить. Северянка подошла к дракону и обняла его. Владыка никак не отреагировал.
— Ты ждала меня?
— Да, — целительница, не дождавшись ответа, отступила. — Я… я хотела поблагодарить тебя. За то, что отпустил. Для меня это очень важно — быть здесь, помогать людям, передавать им свои — и твои — знания. Так я чувствую себя действительно нужной! Спасибо тебе. Мне этого не хватало.
— Зачем?
— Что зачем?
— Зачем ты мне это говоришь? — голос Верховного был холоднее осеннего ветра. — Ты получила то, что хотела. Ты свободна. Что тебе еще нужно? Если я все еще хоть немного тебе дорог, оставь меня!
— Я не этого хотела, — прошептала Ингрид вслед быстро уходящему дракону. Валимир ее уже не слышал.
Часть вторая Подмена
— Вот, здесь все кратко и понятно, — я положила перед Джейсом и Майей учебник по ядам. — Как раз, чтобы выучить.
— Им же убить можно! — рыжая взвесила книгу на руке.
— Убить можно вашими зельями! — огрызнулась я. Нет, ну как так можно! Лентяи! Так получилось, что к предстоящему зачету по ядам и противоядиям в нашей тройке была готова только я сама. Друзья же сильно рисковали попасть на опыты к ученикам Ингрид.
— Знаешь… Пожалуй, перед тем, как вгрызаться в гранит науки, следует перекусить, — предложил Джейс. — Что скажете?
— Я с тобой, — согласилась Майя. — Лета, ты идешь?
— Нет, посижу здесь. Не задерживайтесь, на зачете я не смогу вам подсказывать!
Джейс отмахнулся и взял подругу за руку. С некоторых пор они были неразлучны. В рыжих волосах Майи красовалась пышная алая роза — знак того, что девушка приглашена на Зимний Бал, который должен был состояться сразу после сдачи зачетов. По давней традиции кавалер приглашал даму, даря ей украшение в виде цветка. Джейс, проявивший талант к артефакторике, пошел дальше и подарил Майе заколку с живой розой. Уже две недели эта роза не только не вяла, но и ароматно благоухала, заменяя девушке духи. Магистр Сакский, хоть и был на редкость въедливым и дотошным преподавателем, как только увидел творение Джейса, освободил его от сдачи зачета. Это сделало парня знаменитостью не только на нашем, но и на старших курсах — за последние шесть лет такой чести не удостаивался никто.
Я перевела взгляд в зал. Граф Кирано, как обычно, сидел на любимом месте. Правда, я подозревала, что очень скоро ректор изменит своей привычке. В преддверии бала на магистра была открыта охота. Справедливости ради стоит сказать, что не только на него — Рейнольду и Грэнхару тоже доставалось. Но если Рейну хватило ума показываться на глаза студенток исключительно на своих занятиях, то Грэнхара бдительно стерегла Нарида. У непривычной к осени и зиме драконихи от холода и так характер испортился… Эльф Эрориэль же, на которого столько девушек возлагали надежду, оказался не от мира сего и, кроме древних текстов, ничем не интересовался. Кирано отдувался за всех.
— Магистр Кирано, вы не могли бы мне помочь? — к графу за стол подсела еще одна жертва его обаяния. Я незаметно усмехнулась: хоть бы одна придумала что-нибудь новое! За сегодняшнее утро эта девушка была пятой. К чести магистра, в помощи он никому не отказывал — отвечал на вопрос и вежливо спроваживал. На что, интересно, они рассчитывали? Что граф неожиданно вместо объяснений подарит им цветок? Наверняка ректор, если и собирался пригласить кого-то на бал, давно это сделал.
Очередная девушка ушла ни с чем. Магистр, оглянувшись и убедившись, что его никто не видит, быстро собрал свои бумаги и исчез. Я даже не поверила своим глазам, пока не вспомнила, как в начале года Кирано точно так же прятался при помощи магии иллюзий. Похоже, графа все-таки достали. Разочарованный вздох я не сдержала — слишком привыкла к постоянному присутствию мага в библиотеке. Без него сразу стало… пусто, что ли?
— Не возражаешь, если я посижу здесь? — о том, что магистр поднялся на второй этаж, свидетельствовало само собой отодвинувшееся кресло. Сам Кирано так и не проявился. — Меня постоянно отвлекают, а каждый раз ходить в библиотеку из кабинета слишком далеко.
Я с трудом сдержала удивленный возглас и кивнула. Первое время меня смущала манера графа обращаться на «ты», но вскоре я привыкла, что так он говорит только когда рядом нет других студентов. На занятиях же ни Кирано, ни Ингрид, ни драконы старались меня не выделять. И хорошо, потому что после памятной первой лекции на меня и так косо посматривали.
— Можно спросить?
— Тебе можно, — ответил маг. Было очень странно разговаривать с пустым креслом. Лишь по шуршанию одежды и скрипу пера по бумаге я понимала, что ректор действительно здесь.
— Над чем вы так упорно работаете?
На секунду все звуки исчезли, словно магистр замер. Затем на столе появилась пачка листов, а сам граф откинулся в кресле, заставив его неестественно покачнуться.
— Пытаюсь собрать все, что есть по иллюзиям. Хочешь верь, хочешь нет — сейчас я единственный маг, который в совершенстве владеет этим направлением. Значит, мне и возрождать его.
— А остальные?
— Погибли в Мардрене. Там должен был оказаться и я, но мне хватило ума проигнорировать приглашение. Никогда не любил шумные сборища. Кстати, что ты читаешь?
— «Тайное и явное» Нерия Ше, — вздохнув, призналась я. Изучение магии иллюзий стало для меня чем-то вроде хобби.
— Вот ее-то я и искал! — обрадовался Кирано. — Можно?
Я протянула книгу графу. Любопытно было наблюдать, как толстый том исчезает по частям, словно перейдя какую-то границу. Я решила проверить свою догадку и протянула вслед за книгой перо. Оно, однако, становиться невидимым не спешило.
— Что-то не так?
— Пытаюсь понять, как это работает, — смутилась я, словно меня застали за чем-то неприличным. Хотя, наверняка так оно и было — вряд ли в ректора каждый день пытались тыкать перьями. — На самом деле получается нечестно. Вы меня видите, а я вас нет. Трудно разговаривать с невидимкой!
Кирано, как мне показалось, развел руками.
— Прости, я, конечно, мог бы появиться. Но тогда, даже если никто за мной сюда не полезет, завтра объектом охоты этих дам станешь ты. Думаешь, я не знаю, что такое женское общество? Проклятье, из-за которого ты покроешься жуткой сыпью — самое гуманное, на что способны обиженные в лучших чувствах леди.
Я содрогнулась. Нет уж, лучше потерпеть невидимку! Граф понял, что вопросов больше не будет, и начал читать отданную ему книгу, а я оглянулась в поисках чего-нибудь нового. На глаза попался оставленный Майей сентиментальный роман — влюбленная девушка уделяла подобным произведениям гораздо больше внимания, чем учебникам. Решив, что для разнообразия сойдет и это, я принялась за чтение. Однако долго идиллия не продлилась.
— Лета, я тебе апельсин принес! — на балкончик, прыгая через две ступени, взлетел Джейс. Парень явно собирался со всего разбегу приземлиться в удобно повернутое для этого кресло — именно в то, которое занял ректор. Мы с магистром практически хором завопили:
— Занято!!!
— А-а-а… Кто здесь? — Джейс затормозил перед самым креслом.
— Джеймс Дерон, вам разве не говорили, что по библиотеке бегать неприлично? — проворчал, на секунду став видимым, Кирано.
— Простите магистр, — по виду Джеймса была ясно, он совершенно не сожалеет. — А что вы тут делаете? От поклонниц прячетесь?
— Можно и так сказать. А еще я здесь работаю, чего и вам советую. Кажется, именно для вас Летиция приготовила эту книгу по ядам? Леди, как мне известно, уже в состоянии справиться без учебника.
Уязвленный Джейс занял свободное кресло и действительно взялся за учебу. Насколько я помнила, таким прилежным и вдумчивым я его еще не видела.
— Лета, ты Джейса не… — на балкончик поднялась Майя. — А, ты уже здесь. Отлично, а то я собиралась искать тебя по всему общежитию.
Майя явно нацелилась на кресло ректора. На этот раз девушку остановил уже тройной вопль:
— Занято!!!
— Кем?
— Мной! — заявил Кирано, не трудясь стать видимым. — Летиция, сколько помню, на это место забирались только вы. Я был уверен, что тут на меня точно никто не станет пытаться сесть!
— Простите, граф, зачеты близятся, — виновато улыбнулась я. Как ни странно, никакого раскаяния я не чувствовала. Назвался невидимкой — терпи! — Больше никто не придет, не волнуйтесь.
Майе досталось последнее свободное кресло. Как и Джейс, девушка принялась учить ненавистные ей яды. Присутствие ректора удивительно благотворно действовало на ленивую парочку.
Тьма! Сколько же это будет продолжаться?! Как ему только не надоедает? Под моим окном опять ошивался капитан с аккуратным букетом каких-то ромашек!
Чего только я не перепробовала. Сначала я больше месяца его игнорировала — надеялась, сам отстанет. Потом сказала, что мы не пара, мы слишком разные, нам не суждено быть вместе… Стандартный набор. Не сработало. Леон расстроился и ушел, но через несколько дней вернулся и попытался меня убедить, что это у меня временный кризис из-за женских дней. В тот день гвардеец огреб собственным букетом. Подобное насилие его тоже не остановило. В следующий раз я на него накричала и потребовала больше не показываться мне на глаза. К сожалению, мое пожелание не было выполнено. Затем я пошла на крайние меры — честно призналась, что у меня появился другой. Вот зачем я ляпнула, что это эльф? Думала усугубить впечатление — светлые ведь по всем характеристикам людей превосходят. Леон исчез на неделю. Вернувшись, капитан заявил, что прощает меня и прекрасно все понимает. Эльфы действительно невероятно красивая раса, так что он не удивлен, что я поддалась искушению. Но мы для них — развлечение на весьма короткий срок, поэтому я должна одуматься, пока не поздно. Я, лишь бы отделаться от настырного гвардейца, ответила, что пока не готова принять какое-либо решение. И вот Леон опять здесь! Как, как его прогнать?
— Доброе утро, любовь моя, — гвардеец улыбнулся, показав белоснежные зубы. В последнее время я все чаще представляла, как однажды он их недосчитается.
— Леон, сколько можно повторять — мы расстались! — я облокотилась спиной на перила крыльца. — Я больше не хочу тебя видеть. Найди себе другую девушку, которая будет ценить тебя и любить так, как ты этого заслуживаешь.
— Я не могу тебя оставить. Ты совершаешь ужасную ошибку, я просто обязан не допустить этого!
— А если я скажу, что никакого эльфа нет? Что я специально это придумала, чтобы ты отвернулся от меня? Видишь, на что я готова пойти, лишь бы расстаться с тобой?
— Ты не изменяла мне с эльфом? — я покачала головой. Гвардеец просиял: — Ты так меня проверяла! Видишь, я буду любить тебя, что бы ты ни делала. Я люблю тебя, Арлин!
Ууууу! Мне захотелось постучаться головой о стену. Как же мне его отвадить?
— Леон… Просто уйди сейчас, ладно?
— Ты не в настроении, да? — капитан протянул мне букет. — Хорошо, я зайду к тебе в другой раз.
Я чуть не взвыла. Да сколько уже можно?! Поняв, что своими силами мне не справиться, я села сочинять письмо Нариде. Золотая точно что-нибудь придумает!
— Арлин, — Арт вышел из портала и сразу же заключил меня в объятья. — Летнее платье у тебя есть?
— Есть, — я удивилась такому вопросу. Зачем светлому могла понадобиться моя одежда?
— Тогда переодевайся и идем. У меня весь остаток вечера свободен.
— Куда пойдем? — я кинулась к шкафу. Вот и пригодилось купленное у Шейна платье — нежно-голубое, без рукавов, с широкой юбкой и красивым глубоким вырезом на спине.
— Увидишь, — эльф хитро улыбнулся.
Я принялась расстегивать корсет. На работу я ходила в любимых брюках и рубашке — так было намного удобнее. Справившись с большей половиной крючочков, я вспомнила про Арта.
— Может, отвернешься?
Артаниэль пожал плечами и отошел к окну. Один раз он нарочно медленно, дразня меня, принялся оборачиваться, но получил рубашкой по спине и оставшееся время стоял паинькой.
Стоило сделать шаг из портала, как ветер донес до меня соленые брызги. Я открыла глаза. Впереди, насколько я могла видеть, простиралась бесконечная водная гладь, над которой алело солнце. За спиной шумел ветвями лес.
— Где мы?
— Западная граница Дивнолесья, Жемчужное море, — Арт сел на мелкий белый песок, устилавший побережье. — Так устал за день, что стоять не могу, — с улыбкой признался он.
Я устроилась рядом и обняла светлого. Песок все еще хранил дневное тепло и приятно грел ноги.
— Маги сопротивляются переменам?
— Еще как, — эльф хмыкнул. — Своими порядками я ослабляю власть нескольких очень влиятельных людей. А они, в свою очередь, не гнушаются любыми способами мне помешать.
— А что они делают?
— Ничего серьезного, не волнуйся, — Арт поцеловал меня в макушку и улегся на песок. Он немного поворочался, устраиваясь, а затем повернулся так, чтобы положить голову мне на колени. — Лучше расскажи, что у тебя происходит?
Я любовалась солнцем, медленно тонущим за горизонтом. Что я могу рассказать? Если не считать регулярных упражнений «прогони Леона», в моей жизни было мало интересного. Дом — работа — вечера с Тарией. Изредка в это трио вклинивался Артаниэль, когда у него получалось найти время. Теперь, зная, над чем ему приходится трудиться, я на него не обижалась. Наши встречи стоили того, чтобы ждать.
Опустив глаза я поняла, что Арт в моем ответе уже не нуждается. Светлый, утомленный долгим днем, сладко спал. Я провела ладонью по его щеке. Эльф в ответ на ласку расслабленно улыбнулся. Чуть подумав, я аккуратно приподняла его голову, освободилась и легла рядом. Артаниэль, не просыпаясь, прижал меня к себе. Я уснула под рокот прибоя и тихий шепот ветра, запутавшегося меж ветвей деревьев. Так спокойно я еще никогда не спала.
— С каждой нашей встречей мне все больше кажется, что ты готовишь меня к коронации, — Грэнхар прищурился. — Наконец-то счел меня достаточно взрослым?
— Ты как был большим ребенком, так и остался, — отрезал Владыка. — Но, к сожалению, кроме тебя у меня наследников нет.
— К сожалению, как же… Так я прав? Собрался на покой?
— Можно и так сказать. Хочу успеть передать тебе все дела до своей смерти.
— А не торопишься? — Грэнхар скептически хмыкнул. — Тебе чуть больше тысячи, даже не старость!
— Ингрид ушла от меня.
Молодой дракон удивленно округлил глаза.
— Ты так и не сказал ей про тай-ар?
— И правильно сделал! Мне не нужна женщина, которая остается рядом из жалости!
— А сама она не могла понять… Люди не чувствуют тай-ар. Сколько тебе осталось?
— Не знаю, — Валимир устало откинулся в кресле. — Я даже нашу связь едва могу видеть из-за того, что Ингрид человек. Все не так, как у Даррена и Арабески. У этих, если постараются, даже мыслями обмениваться получится… Могу только сказать, что несколько месяцев в запасе у меня есть.
— И ты ничего не можешь сделать?
— Против дара Хозяйки? Сам как думаешь? Слишком много времени прошло. Возможно, откажи мне Ингрид сразу, я бы отделался разбитым сердцем. Но я рад, что этого не произошло.
— Настолько, что готов умереть?
Верховный серьезно посмотрел на сына.
— Тай-ар стоит того, чтобы умереть.
— Ты что, ему не сказала?
Нарида пожала плечами. Я была готова схватиться за голову. А если Рейн сейчас откажется?
Изначально для этого плана мы выбрали Грэнхара. Золотая согласилась пожертвовать мне своего любимого «для великой цели». Но дракону неожиданно пришлось уйти на Острова, поэтому Ри привела Рейнольда.
— Сказала о чем?
Мы переглянулись. Дело решила взять в свои руки Тария.
— Нам нужна помощь в… деликатном деле. За Арлин чересчур навязчиво ухаживает один капитан, так что нужно ему показать, что девушка давно и надежно занята.
Нарида поставила перед драконом тарелку со свежими блинами.
— У тебя же Артаниэль есть? — Рейн на угощение не отвлекся. — Почему не попросить его?
— Нельзя. Арт боится, что из-за него могут навредить мне, поэтому в городе мы не показываемся вместе.
— Разумно, — согласился мужчина. — На него и так уже несколько раз покушались.
— Что?! — как, покушались? И это называется «ничего серьезного»? Да я сама гаду светлому голову оторву за то, что скрыл от меня такое!
— Не волнуйся ты так, у него жизней, как у кошки. Мне что нужно сделать?
— Ты согласен? — Нарида радостно потерла руки. Я бы после такого жеста сильно задумалась, но Рейн оказался не из слабонервных.
— Уверена, что Леон именно сегодня придет?
Я кивнула. По капитану можно было календарь сверять — каждые пять дней он стоял под моими окнами. Различалось лишь время, поэтому засаду мы устроили с самого утра. Рейнольд уже был раздет согласно сценарию — босой, без рубахи, дракон уплетал стряпню Тарии.
— Смотри, если Эвита узнает, — пригрозил блондин. — Она мне всю чешую повыдергивает.
— Не волнуйся, не узнает, — отмахнулась Ри. — Я буду молчать, ты — тем более, а Арлин и Тария вряд ли когда-нибудь попадут на Острова. Кстати, как она? Валимир с Ингрид, вроде, смогли ее вылечить?
— Чуть руки на себя не наложила, когда не смогла подняться в воздух, — Рейн моментально помрачнел. — Крыло слушается плохо. Когда я уходил, она уже летала по несколько минут в день. Больше пока не может.
— Она упрямая, — Нарида улыбнулась. — Еще какой-нибудь новый вираж придумает, пока будет восстанавливаться, с нее станется.
— Она и сейчас виражи выделывает, только повторить потом не может, — хохотнул дракон. Беседу прервал стук в дверь. Леон! Рейн поднялся.
— Брюки расстегни! — зашипела ему вслед Тария. Я постаралась сделать вид, что меня здесь нет. Ой, что будет, если Арт узнает… Дальнейшее мы могли только слышать.
— Доброе… эээ… — я хихикнула, представив лицо Леона при виде татуированного дракона, который был на полголовы его выше. — Я к Арлин.
— А ты ей кто?
— Эээ… Жених!
— Не было такого, — шепнула я в ответ на изумленные взгляды подруг.
— Это я ее жених, — рыкнул Рейнольд. — А тебя, еще раз здесь увижу, на кастрюли для нее переплавлю, понял?
Мы захихикали. Похоже, Леон явился в доспехах. Дракон захлопнул дверь перед носом капитана, поставив жирную точку в разговоре.
— Все, больше он не придет, — доложился мой спаситель.
— Надеюсь, — я все еще пыталась бороться со смехом. Вряд ли дружный хохот из дома сослужит нашей легенде хорошую службу.
— Вернется — зови, — Рейн как ни в чем не бывало вернулся к обеду. — Пожалуй, за грибной суп я прогоню его еще раз.
С началом сессии в библиотеке вновь стало пусто. Я давно все выучила и могла не волноваться и наслаждаться покоем. Джейс и Майя прямо сейчас сдавали яды, которые мне, как и большинство других предметов, засчитали без зачета. Оставались лишь эльфийский язык и артефакторика, но я была уверена, что с ними проблем тоже не возникнет.
Граф Кирано вернулся на свое привычное место в центре библиотеки. Короткая передышка, обеспеченная начавшейся сессией, позволила ректору перестать притворяться невидимкой. Я со своего балкона любовалась магистром — в одно из окон заглянул лучик солнца, который как раз осветил рабочее место мага. Его ярко-рыжие волосы полыхали огнем, а сосредоточенное лицо и привычка грызть в раздумьях кончик пера придавали мужчине своеобразный шарм. Я невольно улыбнулась. Кирано словно почувствовал мой взгляд и поднял голову. Отгородиться книжкой и сделать вид, что читаю, я не успела. Ректор отложил перо и направился на второй этаж.
— Я так понимаю, участи на себе опробовать собственные зелья тебе удалось избежать? — спросил граф, как только занял свободное кресло.
— Да, магистр Жижино посчитала, что я знаю достаточно, — щеки горели огнем. До сих пор меня никто не ловил на подглядывании!
— Это неудивительно. Ты — лучшая ученица на курсе. Преподаватели единогласно проголосовали за присуждение тебе повышенной стипендии. Я бы еще и медаль добавил за то, что тянешь на себе этих оболтусов Джейса и Майю.
— Они очень стараются! — я, забыв про смущение, бросилась защищать своих друзей. Да, они ленятся иногда, но головы на плечах у них есть! — Вот увидите, зачет по ядам они переживут без посещения леди Ярвинен.
— Не сомневаюсь, ты ведь им за неделю полугодовой курс в головы вложила. Но я пришел не для того, чтобы обсуждать чью-то успеваемость. Если честно, мне нужна твоя помощь.
— Найти еще какую-то книгу?
— Нет, в другой раз, — граф несколько секунд изучающе разглядывал меня, а затем поинтересовался: — Скажи, на бал тебя еще не пригласили?
— Нет, — ответила я и только потом поняла, о чем меня спрашивали. Бал? Да что мне там делать?
— Отлично, — кивнул Кирано. — Видишь ли, мне тоже не чужда тяга к прекрасному, но появиться на балу явно для меня означает испортить все удовольствие. Не говори ничего про маскарад, — магистр, словно защищаясь, поднял руки. — Меня даже в маске узнают. Поэтому, чтобы насладиться вечером, мне придется воспользоваться иллюзией и изменить внешность. И если магия для меня не проблема, то найти девушку, которую можно пригласить, практически невозможно.
— Да любая согласится. Они же десятками библиотеку осаждали! Что вам стоило поговорить с одной из них?
— Чтобы через час вся Академия знала, с кем я собираюсь пойти и что я изменю лицо? — граф скривился. — Какой тогда смысл?
— Вам нужен кто-то, кто вас не выдаст, — я кивнула своим мыслям.
— Да, и я надеялся, что ты мне не откажешь, — Кирано выложил на стол массивный браслет, украшенный ярко-красными цветами из драгоценных камней. — Бутоны огненного дерева для мага огня, — пояснил он.
— Я… Я плохо танцую! — выпалила я и тут же мысленно дала себе подзатыльник. Что я делаю? Соглашаться надо! Немедленно!
— Не страшно, я тоже.
— А это…
— Летиция, ты что, собираешься мне отказать? — магистр изящно изогнул одну бровь. Против такого оружия я устоять не смогла.
— Нет!
— «Нет, не откажешь», или «нет, не пойдешь»? — чуть насмешливо уточнил маг.
— Да! — поняв, что опять ответила что-то не то, я надела браслет. Тяжелое украшение село как влитое. Как будто его на меня делали! Граф удовлетворенно кивнул.
— Через четыре дня я буду ждать тебя… — Кирано задумался, — у входа в библиотеку. Почему бы и нет? Вряд ли найдется еще кто-нибудь, кто назначит встречу в столь оригинальном месте. Брюнет или блондин?
— Что?
— Мне все равно, какую внешность создавать. Кто тебе больше нравятся: брюнеты или блондины?
«Рыжие», — чуть не ляпнула я, но вовремя прикусила язык.
— Пусть будет блондин, — пожала я плечами. Какая разница? Все равно, под иллюзией будет Орин Кирано — мечта женской половины академии и, неожиданно, мой спутник. Плевать, как он будет выглядеть!
— Арлин! — в лавку Шейна стрелой влетела моя сестра. Я критически оглядела Летицию — очки съехали набок, пальто застегнуто через одну пуговицу… Не удивлюсь, если и сапоги она натянула на босу ногу. — Арлин, мне нужна твоя помощь!
— Что случилось?
— Вот! — Лета закатала рукав и показала красивый браслет. Взяв сестренку за руку, я отвела ее к окну, поближе к свету.
— Белое золото, рубины… Сделан мастером, скорее всего — на заказ, слишком необычный узор, — наметанным взглядом определила я. — Стоит много, хоть и не артефакт. Откуда он у тебя?
— Это приглашение на Зимний Бал! — сияя, пояснила Лета. — Но мне нечего надеть!
— Хмм… — я задумалась. Что-то про этот бал я слышала — девушки еще осенью приходили подбирать на него наряды. Интересно, у Шейна осталось что-нибудь? — А кто тебя пригласил?
— Ну… это… — сестренка выглядела очень смущенной. — Из Академии… в библиотеке…
Я мысленно выдохнула. Больше всего я боялась, что Летиция начнет прыгать с радостными воплями: «Меня пригласил граф Кирано!»
— Ладно, не важно, — не стала я ее пытать. — Пойдем, посмотрим, что у нас есть.
К сожалению, в комнате с бальными платьями, сезон продажи которых давно закончился, было не густо. Ничего из того, что нам удалось найти, Лете совершенно не подходило. Я уже было решила пожертвовать сестре свое красное эльфийское платье, когда появился Шейн.
— Что ищем, красавицы? — сверкнул белозубой улыбкой южанин.
— Спасай! Нам срочно нужен наряд на бал!
— На Зимний? — удивился торговец. — Поздно вы спохватились. Ладно, идем.
Когда Шейн пропустил Летицию в комнату с эльфийской одеждой, я поймала его за локоть.
— Алир, ты знаешь, у меня нет столько денег, — шепнула я так, чтобы сестра не услышала.
— Сколько есть? — деловито поинтересовался он.
— Тридцать пять, — честно призналась я. Это была вся моя заначка, но для Леты я, не задумываясь, отдала бы ее.
— Четыре платья могу продать за тридцать, — согласился Шейн. — Вместе с туфлями и маской.
Оставив меня осознавать это предложение неслыханной щедрости, торговец направился помогать Летиции. Через несколько минут сестренка выпорхнула в платье из серебряного шелка, украшенном аккуратным красным узором.
— Это! — Лета прокрутилась на месте, заставив широкий клин юбки взлететь до колен. Спина платья оказалась полностью открыта, если не считать шести тончайших лент, пересекавшихся между лопаток.
— Может, другие примеришь, красавица?
— Нет, — Лета помотала головой и надела маску. Ажурное серебряное кружево, украшенное красным бисером, не могло скрыть личности своей обладательницы, но таинственным образом делало ее невероятно загадочной. — Именно это! Оно под браслет подходит!
— Тогда снимай, — велела я. — На балу набегаешься.
Сестренка еще минуту повертелась перед зеркалом и с явной неохотой отправилась переодеваться. С грустью я поняла — Летиция давно выросла. И как бы мне ни хотелось удержать ее рядом с собой, у меня этого не выйдет.
Тем же вечером я лежала на коленях у Артаниэля и блаженно щурилась. Эльф перебирал мои волосы, гладил лицо, иногда склонялся, чтобы нежно поцеловать. После ночевки на пляже Жемчужного моря светлый стал выбираться ко мне намного чаще. Я даже простила ему, что он ничего не рассказал о покушениях на себя. Действительно, что бы это изменило? Я ничем не могла помочь Арту, и меня это безумно раздражало. Невыносимо было сидеть дома и делать вид, что все в порядке! Эльфа до сих пор спасала только его врожденная ловкость. Все покушения пытались замаскировать под несчастные случаи. Последний раз был особенным — Артаниэля хотели отравить. Зелье, которое ему подлили, требовало огромного мастерства для своего изготовления и имело только одно противоядие — слезы дриады. Лесные девы же крайне редко соглашались поделиться столь драгоценной влагой, что делало этот яд практически идеальным. Светлый сказал, что во всей Академии кроме магистра Жижино вряд ли кто был способен приготовить такое зелье, но именно леди за несколько дней до этого подарила Арту целый набор противоядий на любой вкус, среди которых были и слезы дриады. Зачем так делать, если хочешь убить?
С заказчиком покушений дела обстояли не лучше. Артаниэль и Кирано вновь и вновь перепроверяли всех в Академии, но не могли найти ни единого намека, кому они мешают так сильно. Кем бы ни был их противник, по части маскировки ему не было равных. К тому же, к трем изначальным подозреваемым добавились еще несколько, в том числе и леди Жижино. Иногда Арт ворчал, что вне подозрений скоро останутся только Ингрид и драконы.
— Ты танцевать любишь? — неожиданно спросил светлый.
— Люблю, а что?
— Послезавтра в Академии бал. Хочешь, пойдем туда?
Я открыла глаза. Мне? В Академию?
— Разве это не опасно?
— Бал-маскарад. Никто тебя не узнает. А если ты прической уши закроешь, я вообще всем буду говорить, что ты эльфийка. Пусть попробуют потом найти.
— Жаль, но я не могу, — мне было действительно жаль. Пойти на бал с Артаниэлем — с радостью! Но мне было совершенно нечего надеть, а даже если Шейн снова расщедрится на скидки, все свои сбережения я отдала Лете.
— Почему?
— Я… У меня работа, — признаваться в своем незавидном положении не хотелось.
— Ерунда. Попрошу Лесную, она договорится с Шейном.
— Я знаю мало танцев.
— Значит, будем танцевать только те, которые ты знаешь.
— Арт… — я беспомощно подняла на светлого глаза. — Я правда не могу!
— Тогда скажи, почему, — Артаниэль начал злиться.
— Мне не в чем! — я почувствовала, как щеки заливает краска. Какая же все-таки пропасть была между нами! Мы с сестрой всю жизнь едва сводили концы с концами, а эльф вряд ли вообще представлял, каково это — когда чего-то не можешь себе позволить.
— И все?
— А этого мало?
— Идем, — Арт открыл портал. Я послушно шагнула за ним.
Мы вышли в просторном светлом холле. Паркет из дощечек всех оттенков коричневого образовывал причудливую мозаику. Многочисленные низкие столики с вазами, шкатулками и статуэтками, выстроившиеся у обитых тканью стен, добавляли уюта.
— Артаниэль? — по широкой лестнице к нам спустилась прекрасная темноволосая эльфийка. Ее сопровождали несколько девушек, судя по одежде — служанок.
— Здравствуй, мама, — Арт поцеловал женщину в щеку. Мама?! Он притащил меня к своим родителям? Я пригляделась к эльфийке получше. Светлый внешностью определенно пошел в отца. Единственное общее, что было у него с матерью — ярко-синие глаза. — Познакомься с Арлин, — Арт за руку вытянул меня из-за своей спины. — Арлин, леди Дилара — моя мать.
— Арлин! — не успела я оглянуться, как была расцелована в обе щеки. — Наури мне так много про тебя рассказывал! А мой бессовестный сын за столько времени так и не удосужился меня с тобой познакомить! — леди с деланным неудовольствием покосилась на светлого. — Идем, я вас чем-нибудь накормлю.
— Мама, — Арт с трудом вклинился в бурный поток слов, — мы зашли не просто так.
— Конечно, ты никогда просто так не заходишь, — упрекнула женщина. — Что у тебя случилось на этот раз?
— Послезавтра нас с Линой пригласили на бал. Сделаешь так, чтобы никто не отличил ее от эльфов? Знаю, времени мало, но…
— Времени — в самый раз, — отрезала леди Дилара. — Лаура! — окликнула она одну из служанок, с интересом прислушивавшихся к нашему разговору. — Накрой стол в малой гостиной и пригласи к нам леди Риалиэль. Арлин, — эльфийка оттеснила Арта и взяла меня под руку, — мой сын — безответственный оболтус, который постоянно забывает про существование своих родителей. Но ты-то явно не такая! Почему ты до сих пор не заставила его привести тебя сюда?
Я беспомощно покосилась на Артаниэля. Светлый стоял и незаметно ухмылялся, ожидая моей реакции. Ах так! Ну держись, безответственный оболтус!
— Понимаете, — я доверительно склонилась к уху женщины, — я его тоже вижу не очень часто. Один раз он забыл обо мне на год! Как в таких условиях заставить его что-то сделать?
Леди Дилара негодующе обернулась на явно просчитывающего в уме пути к бегству Арту. Я украдкой показала ему язык. Будет знать, как мне такие сюрпризы устраивать!
Сразу после позднего ужина нам доложили, что прибыла леди Риалиэль. Как выяснилось, леди пришла не одна, а с целым отрядом помощниц, которые меня раздели и принялись снимать мерки.
— Арлин, ты доверишь мне подобрать для тебя платье? — спросила леди Дилара. Я кивнула. Меньше чем за час я нашла общий язык с этой удивительной женщиной, в одиночестве скучающей в огромном доме. А как иначе, если муж — Первый Советник, а сын — Верховный Маг, и оба живут на работе? Лишать эльфийку неожиданного развлечения не хотелось, тем более что в моде она явно разбиралась больше меня. Артаниэль на это время был спроважен «отдохнуть». Эльф и сам не рвался нам помочь, потому с радостью смылся. Леди Риалиэль оказалась профессионалом своего дела. Уже через пару часов она отбыла с моими мерками и набросками леди Дилары, которым через день предстояло воплотиться в мой наряд.
— Ночевать остаетесь здесь, и это не обсуждается, — предупредила эльфийка, провожая к отведенной мне комнате. — Если тебе завтра куда-то нужно, Арт отведет. А вот в день бала чтоб с утра была у меня!
Я только и успевала кивать. Создавалось ощущение, что внутри этой женщины томится вулкан, энергия которого не позволяет ей делать что-то медленно. Леди Дилара быстро ходила, быстро говорила, быстро думала и быстро принимала решения. Сопротивляться ей было совершенно бесполезно.
Стоило мне закрыть дверь в комнату, как меня сцапали холодные мокрые руки. Взвизгнув, я попыталась отшатнуться, но вместо этого получила на спину очередную порцию остывшей воды, натекшей с волос Артаниэля.
— Какого… ты делаешь? — шепотом спросила я. Я не была уверена, что леди Дилара успела далеко уйти.
— Что, я уже не могу обнять любимую девушку?
— Какого ты здесь делаешь? — уточнила я. Не может быть, чтобы эльфийка ошиблась и проводила меня не туда!
— Вообще-то, — Арт чуть отстранился, но только затем, чтобы развернуть меня к себе лицом, — это моя комната, и я в ней жил, сколько себя помню. Просто мама решила ничего не усложнять и поселила нас вместе.
Что? Вместе? Но мы никогда не ночевали вдвоем! Сон на побережье не в счет, там все было не так. Оставаться у меня Арт не мог — на узкой кровати места хватало только на одного, а в свои покои в Академии светлый меня не брал, опасался, что там за ним могут следить. И что мне сейчас делать? Маг, похоже, никакими сомнениями не мучился. Пока я судорожно размышляла, он успел расшнуровать корсет и теперь принялся за рубашку.
— Надеюсь, ты не против, если мы воспользуемся возможностью? — шепнул эльф, покрывая поцелуями мои плечи. Я скосила глаза на Артаниэля. В лунном свете его фигура, скрытая лишь низко висящим на бедрах полотенцем, выглядела бесподобно. Даже мокрые волосы больше не доставляли неудобств. Воспользоваться предоставленной возможностью? Несколько раз! Я потянула за край полотенца. Если бы только светлый знал, как давно я хотела это сделать!
— Не хочешь рассказать, с кем идешь?
Я помотала головой, вызвав недовольное шипение Майи. Подруга уже час завивала мои длинные волосы и укладывала их в высокую прическу. Единственное условие, которое я поставила — спина должна быть открыта. И теперь Майя, ругаясь и проклиная неосмотрительных девушек, отращивающих себе гриву до пояса, сооружала нечто невообразимое из локонов и многочисленных ажурных косичек.
— И даже не скажешь, в чем?
— Скажу, когда закончишь прическу, — согласилась я. — Заодно посмотришь, как я выгляжу.
— Уже закончила, — Майя опустила мне на грудь тонкую косу, переплетенную серебряными лентами. — Это должно быть спереди! — меня ощутимо хлопнули по руке, не дав перекинуть косичку на спину.
Я достала из-под кровати большую коробку. Майя не смогла сдержать восхищенного вздоха, разворачивая творение эльфийских мастериц.
— Откуда это у тебя?
— Сестра подарила. Помоги надеть?
— Теперь я понимаю, почему ты просила убрать волосы со спины, — присвистнула девушка. — Не терпится увидеть, ради кого ты так старалась.
— Доставай свое, — скомандовала я, пытаясь скрыть смущение. Да, я действительно старалась ради графа Кирано. Но не признаваться же в этом подруге?
Платье Майи оказалось темно-зеленым, с кружевными рукавами и расшитым золотом поясом. В сочетании с медно-рыжими распущенными волосами и зелеными глазами начинающей ведьмы оно выглядело потрясающе.
— Нравится? Я за него стипендию за два месяца отдала!
— Десять золотых?
— Двенадцать, — вздохнула девушка. — Еще на туфли пришлось тратиться!
— Джейс будет в восторге, — пообещала я.
— Еще бы! Готова? Нет, стой! Забыли! — Майя кинулась к раскиданным по кровати вещам и принялась что-то искать. Наконец, она обернулась ко мне: — Сядь ровно и открой глаза!
Взмахнув пару раз кисточкой, Мая подкрасила ресницы сначала мне, а затем и себе.
— Так взгляд будет выразительнее, — пояснила она. — Теперь можно надевать маски!
Собираться мы закончили как раз вовремя. В дверь постучались.
— Ты первая, — подтолкнула я Майю. — Это твой парень!
— Как я выгляжу?
— Фантастически. Он от тебя глаз не оторвет, иди!
Глубоко вдохнув, Майя вышла в коридор. Я оказалась права — Джейс был поражен красотой своей девушки до глубины души. Однако я даже представить не могла, какую реакцию вызовет мое собственное появление. Стоило мне покинуть комнату, как все разговоры в коридоре смолкли. Первокурсницы и их немногочисленные спутники — те, которые смогли пробраться в общежитие мимо коменданта — открыв рты, смотрели на меня. И, приятная женская месть — баронесса Торасская, на каждом углу кричавшая о том, что ее платье шьют на заказ лучшие портные Саодрина, на фоне нас с Майей выглядела бледной молью.
Первым отмер Джейс.
— Лета, — парень предложил мне второй локоть, за который я тут же ухватилась. — И пусть мне сегодня все завидуют!
Дорогу до замка в честь бала зачаровали. Девушкам в тонких платьях и легких туфельках было бы неприятно передвигаться по снежной тропинке, поэтому преподаватели соорудили своеобразные магические тоннели, внутри которых было тепло и сухо. Прозрачные, будто стеклянные, стены позволяли не заблудиться среди многочисленных поворотов и ответвлений. Джейс гордо сопроводил нас в просторный холл. Уже в замке я свернула на привычную дорогу.
— Ты куда? Нам в другую сторону!
— Мне в библиотеку надо, — пояснила я. Задерживаться и что-то объяснять не было никакого желания.
— Нашла время! Ты сумасшедшая! — донеслось в спину. Да! Я сумасшедшая, что согласилась на эту авантюру с Кирано. Но никто не заставит меня передумать!
На пятый этаж я вбежала на одном дыхании. У высоких дверей меня уже ждали.
— Лета? — навстречу шагнул незнакомый длинноволосый блондин в темно-красном костюме. Заметив, что я остановилась, мужчина сделал еще один шаг. Я инстинктивно попятилась. — Лета, это я, — блондин провел рукой по лицу, словно снимал маску. Через секунду на его месте стоял граф Кирано. — Иллюзия, забыла?
Я с облегчением выдохнула. Действительно, как я могла забыть? Поняв, что я его узнала, магистр вернул иллюзию на место.
— Кажется, это будет сложнее, чем я думал, — признался маг. — Тяжело воспринимать меня таким?
Я кивнула. Кирано задумался.
— Давай попробуем вот так, — граф принялся что-то колдовать. Я смогла лишь почувствовать теплое движение воздуха вокруг. — Так ты меня видишь настоящим?
На меня снова смотрел хорошо знакомый голубоглазый рыжий ректор, но через него то и дело проступали черты маски-блондина.
— Что вы сделали?
— Поделился с тобой своей иллюзией, — магистр предложил руку, за которую я с удовольствием взялась. — Здесь где-то есть зеркало, идем, я покажу.
Огромная зеркальная стена, которая должна была зрительно увеличивать пространство коридора, а на деле пылилась без толку, потому что дальше библиотеки в эту часть замка редко кто забредал, отразила меня такой, какой я была, и мага-блондина. Оглянувшись, я убедилась, что рядом со мной по-прежнему стоит рыжий граф.
— Но как?
— Посмотри на свои волосы, — подсказал Кирано. — На тебе моя иллюзия, значит, ты можешь заглянуть и под нее. Все остальные увидят лишь то, что я захочу им показать.
На голове помимо сложного переплетения косичек появились маленькие красные бабочки, лениво шевелящие крыльями. Улыбнувшись, я прикоснулась к одной из них — на ощупь мотылек был теплым и шелковистым, будто из ткани.
— И, да, сегодня я — Нир. Постарайся не забыть и не обозвать меня каким-нибудь графом, или, еще хуже, магистром.
— Почему Нир?
— Орин — Ниро — Нир, — привел цепочку маг. — Я так представляюсь, когда гуляю под иллюзией. Спускаемся в зал?
Немного пьяная от счастья, я кивнула. Под руку с Ниром мы прошли через весь замок туда, где уже были слышны первые звуки музыки.
Утром перед балом Артаниэль вернул меня леди Диларе. Я была уверена, что успею отдохнуть, но у эльфийки оказались другие планы. Меня весь день то купали, то растирали чем-то приятно душистым, приводили в порядок ногти, сделали массаж, втерли что-то волосы, отчего они стали блестеть и переливаться… Леди Дилара все эти процедуры проходила вместе со мной, и, не останавливаясь, рассказывала про Арта: как он рос, как учился, как фехтовал с кем-то на дуэли, как, пока он был совсем ребенком, по дому было страшно пройти, потому что в любой момент что-нибудь могло взлететь, взорваться, или, хуже того, появиться из неоткуда. Я от души смеялась и радовалась разговорчивости эльфийки. Артаниэль был весьма скрытным и редко говорил о себе. Думаю, расспрашивай я его каждый день, я не узнала бы столько, сколько успела мне поведать его мать.
За несколько часов до бала мне принялись сооружать прическу. Мои волосы были слишком короткими — чуть ниже плеч, поэтому служанкам пришлось добавить накладные локоны. Под чутким руководством леди Дилары мне спрятали уши и мои собственные оранжевые пряди, которые были слишком яркой приметой, чтобы рисковать. Издевались надо мной долго. Когда я уже была уверена, что это мучение никогда не закончится, девушки, наконец, отступили. Расслабляться оказалось рано, потому что на их место тут же пришли другие и принялись меня красить. Эти справились быстрее. Следом меня нарядили в платье. Леди Дилара очень хотела сделать мне сюрприз, так что я послушно закрыла глаза и не подглядывала. Наконец, я почувствовала на ушах тяжесть серег, а на ключицы опустился холодный металл ожерелья. Эльфийка подвела меня к зеркалу.
— Можешь открывать!
Себя я в отражении нашла не сразу. Леди Дилара постаралась на славу — из меня вышла весьма правдоподобная эльфийка. Умелый макияж изменил разрез глаз, ресницы казались в два раза длиннее, губы влажно блестели от помады. Объемная прическа создавала ощущение, что мои волосы длиной как минимум до бедер. А платье… Я ведь считала, что это Лета выбрала себе открытое! Темно-фиолетовый шелк обтянул меня от талии до середины бедер. Дальше юбка резко расширялась, но высокий разрез заставлял ее распахиваться при каждом шаге, приоткрывая стройные ноги. Искусно вышитый лиф приподнимал грудь и держался только на двух ленточках, поднимающихся к плечам. На спине эти ленты переходили в многочисленные цепочки, вместо бус закрывающие голую спину. Как эта конструкция удерживалась на мне, осталось для меня загадкой. Небольшой каблук сделал меня выше и стройнее. Рукой я провела по ожерелью. Белое золото и аметисты создавали причудливый абстрактный узор. Аккуратные серьги в точности его повторяли.
— Нравится?
Ответить я не успела. За нашими спинами раздалось знакомое потрескивание и в комнату вошел Артаниэль.
— Леди, — маг коротко нам кивнул. — Мам, я за Линой.
— Можешь забирать, — улыбнулась женщина и отступила на пару шагов. Взгляд светлого скользнул по мне, чуть задержался на декольте, вернулся на лицо… Спустя несколько секунд до эльфа дошло.
— Лина?!
— Не Лина! — огрызнулась я. Как же я ненавижу, когда сокращают мое имя! А этот к тому же, вместо того, чтобы сказать хоть что-то приятное, меня не узнал! О том, что я сама себя не узнала, я предпочла забыть.
— Арлин, — поправился Арт и подошел ближе. В глазах светлого плескалось что-то такое, что заставляло душу переворачиваться, чему я пока не знала названия. Артаниэль взял меня за руку.
— И как, по-твоему, я должен буду ее от других мужчин охранять? — с укоризной спросил он мать. — Мне же ни на минуту нельзя будет от нее отойти!
— Вот и не отходи, — хитро посоветовала леди Дилара.
Арту ответить было нечего.
— Я плохо выгляжу? — напрямую спросила я, как только мы порталом прошли в Академию. Реакция мага меня сильно расстроила. Может, я зря доверилась эльфийке? Вдруг светлый представлял меня совсем другой?
— Ты выглядишь слишком потрясающе, чтобы кому-то тебя показывать, — Артаниэль прикоснулся губами к моей ладони. — Мама добилась своего. Я с трудом поборол желание плюнуть на бал и провести весь вечер только с тобой.
— Зачем ей это? — комплимент эльфа поднял мне настроение.
— А она тебя еще не просветила? — маг изогнул бровь. — Мама очень хочет внуков и всеми доступными способами меня к этому подталкивает.
Я споткнулась, и если бы не Арт, наверняка бы упала. Так вот почему позавчера мне не досталось отдельной комнаты! И этот гад светлый хоть бы намекнул! Нет, вместо этого он воспользовался любезно предоставленной его матерью возможностью. Причем, как я и предполагала, несколько раз.
— Ты!…
— Светлый гад, я знаю, — не стал отпираться эльф. — Ты начинаешь повторяться.
— Лорд а'Зиарэль, — к нам направлялся чуть полноватый темноволосый мужчина с густой бородой, в которой потерялось несколько ниточек седины. Его жесткие волосы были собраны в тугой короткий хвост. — Вы все же решили прийти, несмотря на… обстоятельства?
— Герцог Сакский, — Арт коротко кивнул. — Вы правы, в последнее время мне не очень везло. Но, право, не лишать же себя удовольствия из-за нескольких… несчастных случаев? — как и герцог, светлый одной лишь паузой весьма наглядно показал, что на самом деле думает.
— Вы абсолютно правы, лорд, — Сакский покровительственно улыбнулся. — Не представите меня своей спутнице?
— Леди Арилинэль, близкая подруга моей семьи, — эльф чуть сжал мне руку, чтобы я молчала. Ни от меня, ни от герцога не укрылось, что дом, к которому я якобы принадлежу, Арт так и не назвал. Обычно так поступали только в одном случае — если этот дом был настолько известен, что в представлении не нуждался. Я обворожительно улыбнулась Сакскому. Назвали знатной леди — придется соответствовать! — Арилинэль, герцог Сакский, одна из значимых фигур в Академии.
И снова — не «самый значимый», а лишь «один из». Светлый всего лишь недомолвками аккуратно смешивал герцога с грязью. Значит, не только мне этот тип не понравился. Подозреваю, при других обстоятельствах Арт представил бы его как простого преподавателя, но не хотел нарываться на конфликт, пока я рядом.
— Леди, мне невероятно приятно, — Сакский коротко коснулся губами моей руки. К моему удивлению, на этот раз он говорил искренне. Я ограничилась легким кивком.
— Прошу нас простить, я хотел показать своей спутнице Академию, — Артаниэль вежливо намекнул герцогу, что он лишний. Герцог оказался понятливым и быстро распрощался.
— Он ведь может быть именно тем, кто пытается тебя убить?
— Знаю. И он знает, что я пытаюсь доказать его причастность, — подтвердил эльф. — Сакский не может выдворить меня из Шаурикума, а я не смогу избавиться от него без очень веских причин. Но на людях нам обоим приходится делать вид, что все в порядке.
— Дикость, — содрогнулась я. Здороваться с человеком, который, возможно, несколько раз едва не отправил тебя на тот свет! — Я бы так не смогла.
— Знаю, поэтому с герцогом мы постараемся сегодня больше не встречаться. Не хочешь посмотреть на свою сестру?
Я хотела. На бал мы немного опоздали, поэтому часть пар уже танцевала веселый контрданс, а остальные в хаотичном порядке бродили по всей Академии. Летицию я, как ни старалась, не могла разглядеть. Артаниэль провел меня через зал.
— Ты знаешь, с кем она будет? — вопрос светлого застал меня врасплох.
— Понятия не имею. Она сказала только, что ее пригласили в библиотеке.
— В библиотеке? — эльф хмыкнул. — Как всегда, оригинален.
— Ты ее видишь? — я принялась оглядываться. Арт развернул меня в сторону колонн, между которых в низком кресле действительно сидела моя сестра. С такой прической узнать я ее смогла только по платью. Рядом с Летой устроился какой-то блондин, и сестренка уж слишком радостно ему улыбалась.
— Арт, кто с ней?
— Не волнуйся, — светлый приобнял меня за талию. Подойти к Лете я не могла — это разрушило бы мою легенду, поэтому мне пришлось довольствоваться подглядыванием и надеяться на осведомленность Арта. — Я знаю только одного мага, способного баловаться столь качественными иллюзиями.
— Он еще и ненастоящий?!
— Настоящий, — эльф не дал мне вырваться и оттащить фальшивого блондина от сестры. Так и знала, что она без меня во что-нибудь вляпается! — Успокойся, Лета видит его таким, какой он есть. И Нир ее ни за что не обидит. Наоборот, пока он рядом, за сестру можешь не волноваться.
— Нир? — слова мага немного меня успокоили. Что ни говори, Арту я верила.
— Он так себя иногда называет.
Тьма! У него даже имя ненастоящее!
— Забудь про Лету, она в надежных руках, — светлый вывел меня в центр зала и закружил в танце. От прикосновения его ладони к обнаженной спине по коже пробежали мурашки. Артаниэль вел так уверенно, что я умудрилась ни разу не наступить ему на ногу. Правда, долго мы в тот день в Академии не задержались. Пробираясь к выходу, чтобы открыть портал обратно в Наурдаиль, я успела заметить, как Нир, провожая куда-то Лету, будто бы случайно коснулся ее открытой спины. Я тут же вспомнила, какую гамму чувств вызывало у меня подобное прикосновение Арта… Новый сестренкин ухажер нравился мне все меньше. Кирано, хотя бы, рук не распускал!
Многих женщин раздражает, если кто-то одевается так же, как они, но нам с сестрой нравилось. Еще на осенней ярмарке мы купили одинаковые куртки, отделанные теплым рыжим мехом, и одинаковые шапки. Многочисленные знакомые Леты, которые нам встретились, различали нас только по очкам.
В последний день каникул в Академии мы направились в «Летний дождь», который осенью показала мне Ингрид. От целительницы никаких вестей больше не приходило, и я понадеялась, что с Валимиром они помирились. В теплое время года в неприметном кафе можно было полакомиться фруктовым мороженным, а сейчас, зимой, подавали горячий чай, глинтвейн и вкуснейшие пирожные. Я не оставляла попыток выведать у Летиции про ее таинственного спутника, но она, как и Арт, ограничилась придуманным именем и отчаянно краснела. Никаких внятных подробностей, кроме того, что фальшивый блондин часто работает в библиотеке Академии, я так и не добилась.
Зато сестра с потрохами выдала мне Артаниэля, «явившегося на бал с какой-то эльфийской мымрой». Я, изо всех сил стараясь сохранить серьезное лицо, выслушала, что светлый за моей спиной завел любовницу в Наурдаиле. Но он ее обязательно бросит, потому что лучше меня никого нет. И вообще, это бред, не может быть у Арта никакой любовницы — он же без ума от меня. Тем более, что с этой дамой он выдержал всего несколько танцев, а потом ушел. Но я, на всякий случай, не должна расстраиваться. Лета обязательно что-нибудь придумает, так что Артаниэль от меня больше не отойдет.
На этой фразе я не выдержала и расхохоталась. Леди Дилара уже придумала — светлый на балу не только никого ко мне не подпускал, но и очень быстро утащил в родительский дом, чтобы провести остаток вечера именно так, как надеялась его мать. Опустив некоторые подробности, я рассказала сестре, кем являлась «эльфийская мымра», на что тут же получила тысячу заверений от смущенной Летиции, что я всех затмевала своей красотой.
— Не переживай, — успокоила я младшую. — За Артаниэля я могу быть абсолютно спокойна — на измены у него не хватит времени.
Сестренка засмеялась и неловко махнула рукой. Очки, которые она сняла за ненадобностью и положила на край стола, не оценили подобного жеста и улетели на пол. Раздался отчетливый хруст.
— Ой, — только и смогла сказать Лета.
Я полезла под стол, чтобы оценить ущерб. Сестре повезло — широкая трещина пересекала лишь одно стекло. Второе осталось целым.
— Не переживай, — успокоила я ее. — Отнесу сегодня в мастерскую, когда починят — Арт тебе передаст. Справишься без них пару дней?
Летиция кивнула. Она и без очков не очень плохо видела, разве что читать становилось неудобно. Но неудобно — не значит невозможно.
Когда мы уже покидали «Летний дождь», я примерила очки.
— Как думаешь, если я так и пойду в них, меня все будут путать с тобой?
— Однозначно, — засмеялась Лета. — Уверена, что хочешь быть студенткой?
— Нет уж, — я поспешно спрятала очки в карман. — Это ты у нас вечная ученица. Вот и учись!
— Вот так! Нет, чуть выше правый угол, — командовала Тария. Я стояла на шатающемся стуле и выравнивала купленную амазонкой картину. — Нет, теперь ниже! Да не настолько же!
Шум со стороны лестницы заставил меня отвлечься. Прыгая через ступеньку, из мансарды спускался Артаниэль.
— Арт? Что слу-у-а-а-а!
Древний кривой стул все-таки не выдержал такого надругательства над собой. Шатающаяся ножка подломилась, и я полетела на пол. В последний момент Арт успел меня поймать.
— Лина, Линочка… — светлый в каком-то исступлении целовал мне лицо. Взгляд у эльфа был совершенно безумный. Наконец, он, крепко прижимая меня к себе, опустился на пол.
— Что происходит? — нависла над нами Тария. Женщина, к счастью, была не против периодических появлений Арта в ее доме, и не последнюю роль в этом сыграл бочонок дивнолесского табака. Маг молча протянул амазонке смятое письмо.
— «Многоуважаемый лорд а'Зиарэль. Спешим вам сообщить, что госпожа Арлин Дамуазо стала нашей гостьей. Только от вас зависит, как скоро она сможет к вам вернуться. У вас есть время, чтобы убедиться в правдивости наших слов. Завтра утром с вами встретится человек, который скажет, что от вас требуется. Если с ним что-то случится, госпожа Дамуазо трагически погибнет», — прочитала нам Тария. Артаниэль все это время просидел, сжав меня в объятьях и уткнувшись носом мне в макушку. — Получается, письмо пришло раньше, чем они добрались до Арлин?
— Не знаю, — голос светлого был непривычно тих. Я погладила его по волосам, пытаясь хоть немного успокоить. Я здесь, я жива и цела, никто меня не похищал… И тут меня поразила неожиданная догадка.
— Арт, ты видел сегодня Лету?
— Только с утра, когда она к тебе уходила.
— Она должна была вернуться час назад, — я почувствовала, как внутри меня все холодеет.
— Трудно уследить за всей Академией, — Арт поднялся и принялся открывать новый портал. — Я мог ее не заметить. Ты, — эльф обернулся ко мне, — отправляешься к моим родителям. Я вернусь в Академию и поищу Лету. Тария, — маг слегка поклонился женщине, — простите за причиненное беспокойство.
В портал светлый меня буквально втолкнул, с рук на руки передал леди Диларе и исчез. Меня уже начало трясти. Летиция, моя сестренка, младшая! Все-таки не уберегла!
Артаниэль вернулся только через час. Я к этому времени окончательно извелась.
— Что тебе нужно, чтобы притвориться твоей сестрой? — с порога спросил светлый.
— Она?..
Эльф мрачно кивнул.
— Нельзя дать понять, что они забрали не ту. Тебе придется занять место Леты.
Я достала из кармана сломанные очки и нацепила их на нос, а затем закрутила волосы в высокий узел. Глаза непривычно съехались в кучу, но я была готова потерпеть.
— Внешность — не проблема, но я не знаю и половины того, что известно моей сестре. Меня сразу раскусят.
— Будешь лежать у целителей под присмотром Ингрид, — Арт, похоже, успел все продумать. — Никаких посетителей, но если кто-то решит проверить, тебя должны увидеть.
— А одежда? Лета в корсетах не ходит, — вспомнила я. Светлый молча открыл очередной портал.
— Это очень слабый яд, умереть ты не сможешь, но сознание потеряешь, — объяснял Артаниэль, что-то намешивая в стакане, пока я переодевалась в платье сестры. — Ингрид уже знает, она быстро приведет тебя в чувство. Мы с Орином пока поищем, откуда могли забрать Лету.
— Верни мне ее, ладно? — я залпом выпила яд. На вкус он ничем не отличался от воды.
— Обязательно, — эльф коротко поцеловал меня и направил к двери. — Погуляй по коридору. Тебя должны найти.
Я успела сделать не больше десятка шагов от комнаты, когда у меня закружилась голова. Пытаясь как-то сохранить равновесие, я ухватилась за стену. Краем сознания я услышала вопрос: «Эй, тебе плохо?» Я попыталась посмотреть на говорящего, но никак не могла сфокусировать на нем взгляд — все расплывалось. Мысленно я возмутилась — и это, называется, слабый яд? Меня тормошили и еще что-то спрашивали, но я не могла разобрать слова. Все звуки долетали как через толстую подушку. Наконец, словно кто-то резко погасил свет, наступила темнота.
Пришла в себя я уже у целителей. Мне выделили тесную комнатку, в каких обычно держали тяжелых больных. Жесткая кровать, голубые шторки на единственном окне, кресло для целителя или гостя и небольшая тумбочка. Надо мной колдовала Ингрид.
— Очнулась?
Я осторожно кивнула. Голова была на удивление ясной, словно это не я только что в коридоре общежития рухнула на руки незнакомому парню. Хотя, судя по тому, как настойчиво он звал Летицию, они были знакомы.
— Запоминай. Диагноз — переутомление. При том как усердно училась твоя сестра, никто не удивится. Такие вещи магически не лечатся, поэтому я с чистой совестью оставляю тебя здесь. За дверью — Джейс и Майя, лучшие друзья Леты. Это они тебя сюда притащили. Мне придется их впустить. Притворись сильно уставшей и выгони их сама. Арт и Кирано ушли в город, как только вернутся, я тебе скажу. Все поняла… Лета?
Я еще раз кивнула и прикрыла глаза. Вовремя — Ингрид чем-то брызнула на меня, и я почувствовала, как начинает гореть кожа на лице и шее. Прежде, чем я успела возмутиться, целительница пояснила:
— Дыши часто и неглубоко. Разговаривай полушепотом. Пусть думают, что у тебя лихорадка.
Стоило северянке выйти, как в дверь ввалились, держась за руки, сестренкины… мои лучшие друзья.
— Ну ты и напугала всех, — Джейс бесцеремонно сел на кровать. Кресло заняла рыжая Майя. — Ты холодная была, как мертвяки магистра Терра!
— Зато сейчас горячая, — подруга аккуратно потрогала мне лоб. — Леди Ярвинен сказала, что у тебя переутомление?
Я молча кивнула.
— Не удивительно! Только ты могла додуматься за несколько минут до бала направиться в библиотеку. Зачем тебя туда понесло?
Я, как могла, пожала плечами. И правда, зачем? Откуда я знаю, что делала Лета?
— Лучше скажи, что это за красавчик с тобой был, — мечтательно вздохнула Майя, но под негодующим взглядом Джейса немного стушевалась. — То есть, я хотела сказать, он та-ак на тебя смотрел! И ты даже не сказала, как его зовут! Где ты его нашла?
Мне пришлось сильно напрячь извилины, чтобы вспомнить, как блондина назвал Артаниэль. Зная, что имя не настоящее, я не потрудилась его запомнить. Рин? Или Нир? А, какая разница, у меня лихорадка и заплетаются мысли!
— Это Нир, — слабым голосом поведала я. — Мы… в библиотеке познакомились.
— Было бы странно, если бы где-то еще, — хмыкнул Джейс. Здесь я была с ним согласна — насколько я знала, Летиция даже в хорошую погоду почему-то предпочитала сидеть в пыльном склепе. — Я его раньше не видел. Со старших курсов?
Я опять кивнула. Откуда мне знать, откуда этот Нир взялся? Хотя, раз Арт его знает, может, это не студент? Тогда как бы он мог познакомиться с Летой?
— Мы лучше пойдем, — проявила неожиданную тактичность Майя. — А ты отдыхай, хорошо? Через неделю контрольная по некромантии, нам без тебя не справиться!
Парочка ушла, заставив меня с облегчением выдохнуть. Какой кошмар! А если они настолько хорошо знают Лету, что смогут меня раскусить? Что тогда делать?
Возвращения Артаниэля пришлось ждать долго. Это было ужасно — смотреть в потолок, считать трещины и ждать. Просто ждать. Не иметь возможности ни выйти, ни что-то сделать, ни как-то помочь. Вставать я не рисковала. Конечно, Ингрид всегда бдила за своими пациентами не хуже дракона, но мало ли? Вдруг, кто-нибудь проберется, а я тут зарядку делаю? Приходилось смирно лежать на кровати и изображать умирающую.
Наконец, в комнатку аккуратно постучались. Сначала заглянула Ингрид, а следом за ней прошли Арт и граф Кирано.
— Следы замели чисто, — доложил мне светлый. — Мы нашли, откуда ее забрали, но не можем отследить, куда. Завтра я пойду на встречу с их… человеком и потребую доказательств того, что… Арлин жива.
Мы договорились, что даже между собой не будем называть меня и сестру настоящими именами. Так было легче привыкнуть и случайно себя не выдать.
— Ты знаешь, что от тебя потребуют?
Это был самый важный для меня вопрос. Сможет ли Арт выполнить предъявленное условие?
— Не знаю, — эльф покачал головой. — Закрыть Темный факультет, выгнать из Академии драконов, уйти самому, одобрить на роль ректора того, кого они предложат, продвинуть какую-то реформу… Да что угодно!
Ингрид за это время несколькими легкими прикосновениями сняла мучивший меня жар. Кожа сразу перестала гореть. Как же приятно!
— В твоей ящерице нет маячка? — неожиданно поинтересовался Кирано.
— Нет. Я не думал, что это может пригодиться. Для поиска Ли… Леты у меня есть несколько ее волосков. Ящерицы способны только отвести прямой удар.
— Расческа, — подсказала я. Маги посмотрели на меня, не понимая. — Волосы моей сестры можно взять с ее расчески или найти в комнате на полу. Несколько дней назад был бал. Наверняка, разбирая этот кошмар на ее голове, она повыдергивала порядочно волос!
— Ты правда можешь найти кого-то по волосам? — заинтересованно спросил Кирано. — Это же из разряда древней магии, почти что забытая легенда?
— Могу, но мне на это нужно несколько дней. Придется тянуть время. Ты молодец, — Арт поцеловал мне ладонь и на секунду прижал ее к своей щеке. — Мы найдем твою сестру.
Светлый открыл портал в комнату Летиции. Ингрид, вставшая вслед за ними, пошатнулась и упала бы, если бы Кирано не успел ее придержать.
— Леди?
— Все в порядке. — целительница слабо улыбнулась. — Все хорошо, просто я немного устала.
— Увидеть твою сестру мне вряд ли позволят, но я могу настоять на том, чтобы ей передали письмо, — неожиданно вспомнил эльф. — Мне нужно быть уверенным, что ответ доставят именно от нее. Есть у вас какая-нибудь фраза, по которой вы узнаете друг друга?
Я задумалась. Никакого особенного слова у нас не было. Как между строк можно выяснить, с кем говоришь?
— Скажи, что я купила ей подушку в тон ее любимого покрывала. Если поблагодарит — тебя обманывают, начнет возмущаться — значит это она.
— Покрывало? — усмехнулся Кирано. — Розовое с синими пчелками?
— Оно самое, — я уже не жалела, что когда-то его купила. — Вряд ли кто-то знает, как сильно оно ее раздражает.
Я бродила по комнате, пытаясь отыскать хоть какой-то способ выбраться. На окнах — решетки, единственная дверь заперта. Можно, конечно, превратиться в ящерицу и выскользнуть в какую-нибудь щель… Нет, пока рано. Арлин всегда говорила — превращайся, только если на сто процентов уверена, что за тобой не наблюдают. Я уверена не была.
Воспоминания о том, как я здесь очутилась, возвращались обрывками. Вроде, оглушили на улице… Я машинально ощупала голову. Уй, как больно-то! Так и есть — на затылке наливалась огромная шишка. Интересно, чем это меня так приложили?
Предоставленное помещение особой роскошью не отличалось. Широкая кровать с балдахином, явно дорогой ковер, небольшой столик, два кресла. На каминной полке — пусто. Большой стеллаж — пустой. Создавалось ощущение, что отсюда заранее унесли все, что можно было использовать как оружие. Даже какой-нибудь завалящей вазы не оставили! В смежной комнате оказалась ванная, но я не спешила ей пользоваться. Вот еще, в чужом доме! Беглый осмотр выявил, что все, чем при желании можно было оказать сопротивление, отсюда тоже аккуратно вынесли.
За окном уже вовсю светило полуденное солнце. Сколько же я пробыла без сознания? Как далеко от Академии меня увезли? И сможет ли кто-нибудь меня найти? В том, что меня уже ищут, я не сомневалась. Джейс и Майя заметят мое отсутствие и обязательно решат выяснить, куда я запропастилась накануне контрольной по некромантии.
В дверь деликатно постучались, потом раздался скрежет замка и на пороге появился мужчина, судя по виду — охранник.
— Очухалась?
— Где я?
— Не велено говорить. Ты, это, сиди спокойно и не доставляй хлопот, тогда все нормально будет.
Очень утешительно!
— А зачем я здесь?
— Да не переживай так, — махнул рукой охранник, будто его самого каждый день похищали. — Посидишь здесь, пока твой любовник не сделает то, что нужно хозяину, и спокойно вернешься домой. Не ты первая, не ты последняя.
Любовник? Я машинально прикоснулась к подаренному графом Кирано браслету. Неужели вчера на балу кто-то смог заглянуть под иллюзию ректора и решил, что мы… любовники? Граф предупреждал, что с ним опасно сближаться, когда цеплял к платью ящерку-артефакт. Я скосила глаза и убедилась, что брошь на месте. Значит, хоть какая-то защита у меня есть. Знать бы еще, что она делает… От удара по голове ведь не спасла.
— Завтрак ты проспала, так что жди обеда, — охранник приготовился снова закрыть дверь. — Веди себя тихо, и проведешь эти дни в комфорте. Строптивых велено в темницу сажать.
— Подождите! — крикнула я, поняв, что мужчина сейчас опять оставит меня одну.
— Чего тебе еще?
— Я тут надолго?
— На пару дней точно, а там — как повезет.
— Можно мне какую-нибудь книгу? Я же с ума сойду от безделия!
Охранник молча захлопнул дверь, однако через пару минут вернулся с небольшой стопкой книг. Как специально подбирал — ни одна из них не была достаточно толстой и тяжелой, чтобы с ее помощью можно было оглушить человека. Жаль. Хотя у меня все равно сил бы не хватило… Я благоразумно дождалась, пока щелкнет замок, и метнулась к столику. К сожалению, охранник снова меня разочаровал. Первую книгу отмела сразу — Геральдику знатных домов Шаурикума я знала хорошо. Вторая оказалась одним из сентиментальных романов, которые так любила Майя. И, как назло, именно его я успела прочитать перед балом. Зато третья книга заставила меня подпрыгнуть от радости: мало того, что она была на эльфийском, так еще и в названии явно выделялось слово «любовь»! Предстоит повозиться и вспомнить все уроки магистра Эрориэля, чтобы понять хотя бы половину, а остальное придется разгадывать, как сложный ребус! Загадки я любила. Чем не способ скоротать время, пока меня не найдут? Отложив в сторону остальные книги, я удобно устроилась на кровати и принялась за чтение.
Когда через несколько минут после обеда запертая дверь распахнулась, я приготовилась к худшему. Меньше всего я ожидала, что на пороге появится охранник и положит на стол конверт, лист бумаги и чернильницу с пером.
— Это что? — я облизнула пересохшие губы. Меня же теперь до ужина не должны были трогать! Что ему могло понадобиться?
— А я почем знаю, — пожал плечами мужчина. — Мне было велено тебе оставить и забрать ответ.
— От кого оно?
— Не велено говорить, — нахмурился охранник. Я решила не испытывать судьбу и развернула уже вскрытое письмо с незнакомым вензелем.
«Милая Арлин!
Прости за неудобства, которые тебе приходится из-за меня терпеть. Я сделаю все, чтобы как можно скорее снова увидеть тебя.
Твоя сестра, Летиция, немного приболела. Не беспокойся, она в Академии в надежных руках леди Ярвинен. Думаю, ей даже не придется отрабатывать пропущенные занятия — граф Кирано обещал об этом позаботиться. Он и сестра очень сильно за тебя переживают. Лета даже пообещала купить тебе подушку в тон твоего любимого покрывала. Тебе понравится.
Ничего не бойся. Скоро увидимся.
Люблю тебя.
Артаниэль».
Я незаметно усмехнулась. Да, умеет Арт прятать мысли между строк! В лучших традициях любимых Майей эльфийских романов письмо буквально кишело намеками, которые постороннему наблюдателю ни о чем бы не сказали. Летиция приболела в Академии? Значит, мы с Арлин временно поменялись местами. И если светлому зачем-то нужно, чтобы все считали похищенной Лину — пусть так и будет. Невероятно грела мысль про возможность не отрабатывать занятия. Сколько же пропусков должно накопиться за эти дни? Так и до экзаменов можно не успеть. Несколько раз я перечитала следующее предложение. «Он и сестра за тебя волнуются.» Граф за меня волновался! Не удержавшись, я улыбнулась. Ну и что, что ректор? Что он, не человек, что ли? Про подушку сразу было ясно — проверка. Тот, кто не знает, какое покрывало у меня числится в «любимых», ни за что не догадается, насколько трепетные чувства я к нему питаю. Покосившись на ждавшего охранника, я принялась за ответ.
Когда Арт снова вернулся, я была готова броситься ему на шею. Я ненавидела ждать, а хуже всего оказалось сидеть взаперти, когда моя сестра была неизвестно где. Даже граф Кирано, тенью следовавший за светлым, сейчас не так сильно меня раздражал. Как-никак, рыжий помогал искать Лету, и за это я была ему благодарна.
— Есть ответ, — эльф сел в кресло напротив меня. За его спиной на тумбочке устроился ректор.
— Здравствуй, хм… — Артаниэль немного замялся.
— Читай как есть, — потребовала я. — Ясно же, что если сестра тебя поняла, она будет пытаться изобразить меня.
— Здравствуй, любимый, — покорно продолжил светлый. — Неудобств не так уж много, меня не обижают, но я все равно очень хочу побыстрее к тебе вернуться. Передай графу Кирано мою искреннюю благодарность за Летицию — она и так знает материал на месяц вперед и даже без отработок не окажется среди отстающих. Приглядывай, пожалуйста, за сестрой. Она только притворяется сильной, а на самом деле очень хрупкая и ранимая. За подушку передай ей огромное спасибо. Пожалуй, я даже знаю, что в ответ на столь щедрый подарок преподнесу ей на свадьбу. Мне тут оставили почитать несколько книг, и среди них я нашла… — Арт неожиданно замолчал. Ой! Я впервые увидела, как краснеет эльф. Сначала порозовели щеки, затем заалели уши, и, наконец, шея. Об полыхающего мага можно было свечку зажигать.
— Что там? — Кирано нагло заглянул ему через плечо. Раньше меня подобное поведение возмутило бы, но сейчас я полностью поддерживала рыжего. Нельзя замолкать на самом интересном месте! Граф, быстро пробежав глазами по строчкам, громко и от души заржал.
— Можешь не сомневаться, это Летиция, — вытирая слезы, поведал он. — Такое сестрам не дарят даже на свадьбу. Разве что в качестве мести за подушку с пчелками.
— Что там написано? — я вырвала письмо из рук все еще пребывающего в прострации светлого. Арт в последний момент попытался забрать его обратно, но я не позволила. К сожалению, здесь меня ждало разочарование. Название книги сестренка написала на эльфийском, а я эти каракули с кучей завитушек не то что перевести, даже прочитать не могла. — Что это?
— Это тебе Артаниэль объяснит, когда вдвоем останетесь, — хмыкнул рыжий.
— Арт? — эльф страдальчески поднял на меня глаза. — Арт, я ведь не отстану.
— Что такое «трактат о любви» представляешь? — с печальным вздохом спросил светлый. Я кивнула. Кто ж не знает? — Так вот, по сравнению с тем, что нам пообещала подарить твоя сестра, Шаурикумские трактаты — детские буквари.
Что? Несколько секунд я пыталась осознать сказанное.
— Моя сестра читает такое?!
— Главное, что не на практике изучает, — философски заметил Кирано. Я с трудом поборола желание чем-нибудь в него кинуть. Похоже, я ошиблась. Ректор по-прежнему меня бесил.
— С сестренкой все понятно, — решила я не развивать тему. Вот вернется — тогда уши надеру. — Арт, что у тебя потребовали за ее возвращение?
— Кто-то расчищает дорогу наверх. На утро третьего дня в Академии не должно остаться драконов. Меня предупредили, что это только начало. С Грэнхаром я уже переговорил, он на время уведет Нариду и Рейнольда на Острова. Но только на третий день — будем тянуть время.
— Сколько тебе понадобится, чтобы найти Лету?
— Зеркало будет готово вечером третьего дня. Пока оно впитывает силы, толку от него мало. Нет, я не могу зарядить его сразу! — предупредил мой вопрос светлый. — Я и так ускорил процесс, как мог. Если энергия станет поступать слишком быстро, Зеркало разобьется и придется готовить новое. Потерпи немного, — Артаниэль сжал мои пальцы. — За эти три дня Л… Арлин трогать не станут — нет смысла. А потом мы ее вытащим.
На следующий день ко мне опять пришли Джейс и Майя. Я все еще изображала смертельно уставшую, но на этот раз обошлась без жара. Майя принесла какой-то слезливый роман из тех, где главная героиня — несчастная принцесса, за право спасти которую бьются лучшие рыцари, а отец за возвращение дочери обещает подвинуться с трона. В общем, полный бред. Как Летиция это читает? Хотя, как показало последнее письмо, сестренке было все равно, что читать.
— Представляешь, тебе, как лучшей ученице, ректор разрешил не отрабатывать пропущенные занятия, — завистливо вздохнул Джейс. — И почему мне так не везет?
— Опять прогуливал? — Кирано немного рассказал о том, какие отношения у Леты с друзьями. На вопрос, откуда он знает, ректор сказал, что пару раз подслушал в библиотеке. Это место в Академии явно пользовалось популярностью. От моего вопроса смутился не только Джейс, но и Майя. — Вместе прогуливали?
— Мы нашли, как из Академии в город выбраться, — оглянувшись на дверь, шепотом поведала Майя. — Покажем, как только тебя выпишут. Про этот выход не все знают, на нашем курсе — вообще никто.
— А еще граф Кирано очень тебя хвалил и ставил в пример, — наябедничал Джейс. — Так что готовься к подлянкам от его поклонниц.
— Не волнуйся, пока тебя отсюда выпустят, они успеют успокоиться, — Майя дала парню подзатыльник. — Но ты бы видела, как бесилась Ива! Она буквально позеленела от злости!
Кто такая Ива, я не знала, а потому просто кивнула. К счастью, Ингрид решила меня спасти и выгнала парочку из комнаты. В глаза бросилось, что целительница потеряла свой прежний цветущий вид. Потускневшие волосы северянка снова стала заплетать в косы, а под глазами залегли тени. Выглядела женщина изможденной, но на мой вопрос криво улыбнулась и заверила, что все хорошо.
— Драконы ушли вчера вечером, — граф Кирано вольготно расположился в кресле. Арт, свесив с кровати длинные ноги, лежал у меня на коленях. — Леди Ингрид заменит магистра Никро, а вот занятия по магии стихий придется временно отменить. Все преподаватели, способные занять места лорда Рамуари и леди Исильды, слишком заняты.
— А кроме Ингрид природную магию некому вести? — поинтересовалась я.
— К сожалению, других специалистов нет. Ингрид, хоть и абсолютная целительница, может показать, как контролировать Силы природы. Что-то не так?
— А вы, граф, вообще ее видели? — у меня получилось несколько более язвительно, чем хотелось. — Ингрид и так еле ногами передвигает, того гляди, на ходу засыпать начнет!
— Да? — Кирано действительно выглядел удивленным. — Но целителей в этом году в разы меньше, да и у леди Ярвинен одно из самых легких и удобных расписаний…
— Может, не только в расписании дело? — внес предположение Арт. — Орин, много народу попадает в ее руки после занятий?
— Последнее время точно нет. Даже магистр Жижино отравила не так уж и многих. Тем более у студентов были выходные перед новым семестром… Что за тьма?!
Мне понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что так удивило ректора. Не дальше чем на расстоянии вытянутой руки от кровати приоткрылась небольшая черно-красная воронка магической почты, из которой выпала аккуратная перевязанная лентой коробочка. Артаниэль, тихо выругавшись, взял ее в руки.
— Настроили лично на тебя? — удивился Кирано. Светлый мрачно кивнул, не спеша открывать «подарок». — Проверь как следует.
— Уже, — я провела рукой над коробкой. Привычного покалывания в пальцах, по которому я могла найти даже малейшие отголоски магии, не было. — Что бы там ни лежало, оно не зачаровано.
— Интересная способность, — рыжий, чуть прищурившись, посмотрел на меня. Я сделала вид, что не заметила намека. Тьма, почему он такой внимательный? Любой другой на его месте решил бы, что я применила одно из заклятий Поиска, а этот сразу все понял!
— Лина, отвернись.
— Что?
Пока я переглядывалась с графом, Арт успел вскрыть коробку, и теперь сидел, плотно прижав крышку руками.
— Отвернись, — повторил эльф. — Тебе не стоит это видеть.
— Что там? — я протянула руки к коробке. Светлый еще крепче вцепился в посылку, но я оказалась настойчива. Странная коробка перекочевала ко мне на колени.
— Лина, не надо, — попытка остановить меня ни к чему не привела. Я откинула крышку. Сверху, закрывая содержимое, была брошена короткая записка: «Почему осталась леди Ярвинен?»
— Ингрид же не дракон? — мне уже не хотелось приподнимать клочок бумаги и смотреть, что под ним.
— Об этом знают не все, — Кирано заглянул мне через плечо и выругался. — Она пришла вместе с драконами.
— Сакский знает, что Ингрид человек, — задумался Арт.
— Ты думал, Лета у него?
— Был уверен. Арлин, отдай коробку.
Я решительно вытащила записку. Под ней на бархатной подкладке лежало что-то, что я сначала приняла за толстого червяка — продолговатое, изогнутое дугой, неприятного серо-землистого цвета. Но когда я поняла, что это… Из комнаты я выскочила, зажимая двумя руками рот. Я едва успела добежать до туалета, когда меня вывернуло.
Палец. В пестрой подарочной коробке лежал палец моей сестры. Я опять изогнулась, прощаясь с обедом. Как они посмели?
В комнату я вернулась, изрядно пошатываясь. Арт и Кирано о чем-то спорили, но при виде меня замолчали.
— Лина? — Артаниэль помог мне сесть. Лениво шевельнулась мысль, что светлый опять называет меня моим именем несмотря на уговор поменять нас с Летой местами. Граф в это время разглядывал содержимое коробки.
— Есть две новости — плохая и хорошая, — ректор совсем не выглядел расстроенным. Наоборот, он выглядел таким довольным, что мне захотелось его убить. — Плохая — Арт был прав. Палец отрезали у уже мертвой девушки.
Меня как будто по голове ударили. Как — у мертвой? Лета не могла умереть! Нет!
— Хорошая, — Кирано чуть повысил голос, чтобы привлечь внимание к своим словам, — палец принадлежит не Летиции. В этом я совершенно уверен.
— С чего ты взял? — Арт обнимал меня за плечи и гладил по волосам, пытаясь успокоить. Меня била мелкая дрожь.
— Нам прислали мизинец правой руки. У Леты на его средней фаланге сбоку маленькая родинка. Если не приглядываться, не заметишь.
— Когда ты успел разглядеть?
— Я же целовал ей руку при знакомстве, — сказал рыжий так, будто это было очевидно. Я вот сестру с пеленок растила, но ни о какой родинке не знала. Уличать графа в изворотливости не было сил. В душе зажегся огонек надежды — вдруг Кирано прав?
— Ты уверен? — поддержал мои сомнения Арт.
— Абсолютно. Кем бы ни была эта несчастная, это не Летиция.
— Значит, вечером мы ее вытащим, — светлый сжал меня еще крепче. — Орин, ты не мог бы нас оставить?
Граф тактично промолчал и вышел. Как только за ректором захлопнулась дверь, я не выдержала и разрыдалась. Облегчение от того, что содержимое страшной посылки принадлежит не Лете, накрыло меня, сметя все тщательно выстроенные за последние дни блоки мнимого равнодушия. У меня больше не было сил держать это напряжение в себе. Арт прижимал меня к себе и ждал, пока я успокоюсь.
— Мы пойдем за ней сегодня вечером, — пообещал светлый, когда всхлипывания стали реже. — Потерпи, уже недолго осталось.
— У меня больше никого нет, только Лета, — призналась я. — Я так старалась оградить ее от всех опасностей, так не хотела отпускать в Академию, к магам… Не представляю, что будет, если кто-нибудь узнает, что сестренка — саламандра. Арт, я без нее могу умереть.
— Между близнецами всегда такая сильная связь. Не волнуйся, сегодня мы ее вернем.
— Мы не близнецы, — я чуть повернулась, устраиваясь в надежных руках эльфа. — Лета младше меня на тридцать два года.
— На сколько? А тебе тогда сколько лет? Bashka__7 для Spaces.ru
— Пятьдесят шесть. Летиции двадцать четыре, хоть и выглядим мы одинаково.
— Подожди, — светлый выглядел ошарашенным. — Сколько тогда саламандры живут?
— Столько, сколько захотят, — тихо призналась я. Раз я решила связать свою жизнь с Артаниэлем, он должен знать. — Мы живем не для себя. Саламандра может прожить человеческую жизнь, а может — драконью, если найдет, ради кого. Это зависит не от явного желания, скорее, происходит подсознательно. Не на пустом месте появляются рассказы про «жили долго и умерли в один день». Летиция всегда тянулась за мной, поэтому она так на меня похожа. Если бы мы ни с кем не сближались, думаю, мы могли бы жить вечно — друг для друга. А я… — я вытащила из пучка рыжую прядку, — первые тридцать лет жизни я провела в клетке и общалась только со своей матерью. Она была огненно-красной.
— Как ты оказалась в клетке?
Я уткнулась лицом в рубашку эльфа. Его запах — травяной и чуть ванильный — придавал мне уверенности. Я не хотела ворошить те воспоминания, но понимала — так нужно. Иначе Арт никогда не сможет понять мое беспокойство за секреты саламандр… и мою ненависть к магам.
— Я там родилась. Не знаю, сколько мать пробыла в том замке, но родила меня она уже в неволе. Я не общалась ни с кем, кроме нее. Никогда не выходила на улицу. В нашем распоряжении была только небольшая комнатушка с двумя кроватями. Иногда нас навещал маг — я не знаю, как его звали. Он брал у нас кровь, волосы, кожу, заставлял превращаться и проверял наши способности… Чтобы мы не сбежали, он посадил нас на цепи. Кандалы уменьшались вместе с нами, так что даже ящерицами мы не могли улизнуть, — я приподняла длинную юбку. На лодыжке правой ноги у меня осталось напоминание о тех годах — слишком узкое металлическое кольцо не давало мне нормально расти, из-за чего косточки, которые должны были выступать в стороны, оказались будто вдавлены. Артаниэль ладонью закрыл увечье. Я с благодарностью ему улыбнулась. — Потом, когда мать оказалась беременна — подозреваю, все от того же мага — он сказал, что ребенок ему понадобится для исследований. Он не собирался оставлять Лету в живых, понимаешь? Тогда я его убила. Я притворилась спящей, когда он пришел за очередной порцией крови. Мне даже не понадобилось усыплять его бдительность — мы никогда не оказывали ему сопротивления. Разумеется, моя мать, попав в плен, не сразу смирилась со своей участью. Но она хорошо мне объяснила, к чему может привести неповиновение. Маг подошел ко мне, ничего не подозревая, а я проткнула ему шею ножом для масла. За те тридцать лет, что я прожила у него, он совершенно отвык ждать подвоха. Он долго не хотел умирать. Мама стащила его с меня и задушила своей цепью. Нам очень повезло. Приходя к нам, маг всегда брал с собой ключи от кандалов — иногда, если он был доволен, он выпускал нас пройтись по этажу. Мы сбежали саламандрами через окно. Что было с тем замком потом, я не знаю. А Лета… Мама прожила еще год после ее родов. За это время она успела рассказать мне все, что знала о нашем виде. Именно она посоветовала мне каждые пять-семь лет переезжать, чтобы никто не заметил, что мы не меняемся. Мы останавливались в самых глухих деревнях, иногда — ненадолго — в городах, и так постепенно добрались до Тмира. Что было потом, ты знаешь. Летиция всегда мечтала стать магом. Я не смогла запретить ей ехать в Академию, как не смогла рассказать, почему ей туда нельзя. Я лишь взяла с нее обещание, что никогда и ни при каких обстоятельствах она не станет открывать свою тайну. А теперь она в плену у… У магов! Если с ней что-то случится, я никогда себе этого не прощу, — я снова всхлипнула и спрятала лицо на груди у светлого. Зря надеялась, что спустя столько лет воспоминания дадутся мне легче. Есть раны, которые не заживают.
— Лина, — голос Артаниэля звучал настолько виновато, что я подняла голову. — Тот маг… Он был из наших. Из Дивнолесья. Я расследовал его смерть. Виалиэйн покинул Наурдаиль почти на пятьдесят лет ради своих исследований. Он обещал Владычице создать сильнейшие защитные артефакты, с которыми мы сможем не бояться ни людей, ни дроу. Мы даже не подозревали, чем он занимался на самом деле. Теперь ты будешь ненавидеть эльфов, да?
Я посмотрела на светлого. Ненавидеть его? В сущности, мне давно стало все равно, кем был тот маг. Какая разница, ведь тридцать лет моей жизни уже не вернуть. Арт упорно отводил взгляд.
— Не буду, — я прижалась к резко выдохнувшему эльфу. — Ты, я точно знаю, не такой. Иначе я не рисовала бы собой, зарывая тебя от Слепящей Смерти в подвалах Вакура. И лорд Науриэль, когда узнал, не стал меня использовать. Ему даже в голову не пришло попытаться меня изучить. Да и среди человеческих магов далеко не все плохие. Взять хотя бы Ингрид — какая разница, что она целительница? Что мешало ей проверить, буду ли я сопротивляться целебным чарам так же, как атакующим? Да и граф Кирано… — я замялась.
— Что — Кирано? — Арт, как мне показалось, усмехнулся. — Ему тоже доверяешь?
Я представила, как мои пальцы сомкнулись на горле рыжего. Доверять ему? Этому нахальному типу, который неизвестно когда успел облапать мою сестру и разглядеть ее родинки?
— Ты ему веришь, поэтому я готова смириться с его существованием. Но он меня бесит, — честно призналась я. — Меня раздражает, что Летиция с него глаз не сводит несмотря на все мои предупреждения. Она в каждом письме умудряется пару строк уделить своему любимому рыжику.
— Рыжику? — светлый хмыкнул. — Даже так? А меня вы как называете?
— А… — я немного смутилась. В нашей переписке Арт так и остался «врединой», но не говорить же об этом эльфу?
— Дай угадаю. Светлый гад? Остроухий балбес? Или что-то похуже?
— Хуже, — серьезно кивнула я. — Намного хуже.
— Даже не знаю, что может быт хуже, — Артаниэль задумался. — Ездовой эльф? Пустоголовый маг? Ушастая сволочь?
Я на каждое предположение мотала головой, не забывая старательно запоминать. Кто знает — вдруг пригодится? Арт добился своего — я счастливо улыбалась, глядя как светлый придумывает себе новые прозвища, пытаясь угадать «вредину». Призраки прошлого, разбуженные воспоминаниями, отступили.
Арт колдовал над Зеркалом. Это оказался огромный артефакт в виде наполненной странной радужной жидкостью чаши. Переливающаяся субстанция лениво помешивалась, повинуясь движению рук эльфа. Кирано стоял здесь же, на почтительном расстоянии, но трудно было не заметить, как внимательно он наблюдает за действиями светлого. Лезть под руку магу и что-то спрашивать граф не рисковал — в случае ошибки Артаниэлю придется готовить новое Зеркало, и мы потеряем еще несколько дней. Я не сомневалась — когда все закончится, ректор завалит Арта вопросами.
Кроме нас в темной мастерской эльфа никого не было. Даже меня Арт взял неохотно. Пришлось напомнить, насколько полезной я оказалась при поимке Вакура. В Саодрине не было других магов, кроме Кирано, кому светлый бы полностью доверял, а звать драконов… Открывать порталы при помощи Аматирэль на такое расстояние еще никто не пробовал, а если воспользоваться Воротами, похитители могли узнать. Чем возвращение драконов грозило Летиции, я старалась не думать.
— Орин, иди сюда, — позвал Арт. Рыжий подошел к магу и склонился над чашей.
— Цела, — выдохнул ректор. Я не выдержала и подошла ближе. В Зеркале была видна полупустая комната, посреди которой на кровати в обнимку с книжкой спала Лета. Мы смотрели на нее, будто через люк в потолке.
— Сейчас я буду отдалять изображение, — поведал нам эльф. — Орин, твоя задача — понять, где держат Летицию.
Кирано, не отрывая взгляда от Зеркала, кивнул.
Изображение поползло вниз, словно мы взлетали. Через несколько секунд мы с высоты птичьего полета смотрели на замок — гораздо более основательный, чем выстроил когда-то Рауль Вакур.
— Сбоку показать можешь?
Арт послушно исполнил. Сверху было заметно, насколько толстой и прочной стеной обнесен, несомненно, древний замок. Теперь же мы смогли разглядеть, насколько высокими были его башни.
— Приблизь немного, — скомандовал граф. В Зеркале показалось вывешенное над опущенной решеткой ворот знамя. — Барон Лиемо, — объявил Кирано. — Только это не его родовое поместье. Покажи еще раз сверху.
Изображение снова скакнуло вниз, на этот раз достаточно далеко, чтобы разглядеть протекающую недалеко речку.
— Север где?
— С моей стороны, — ответил Арт. Ректор сдвинулся так, чтобы оказаться напротив него.
— Карта есть?
— На столе.
Я и Кирано метнулись к столу. Там уже была развернута карта Шаурикума.
— Нашел, — граф ткнул пальцем в место, в котором нарисованная река в точности повторяла изгибы своего оригинала в Зеркале. — Баронство Шеррия, было отобрано у хозяев около десяти лет назад. Только я не знал, кому поручили за ним следить.
— Барону Лиемо, — к нам подошел Арт. — Интуиция тебя не подвела. Как он решился играть в открытую? Он же всегда мастерски заметал следы.
— А он и не решился. Подозреваю, в его собственном баронстве мы не найдем никаких улик. Замок большой. Уверен, что втроем справимся?
— На сбор большого отряда нет времени. Действуем, как при охоте на Вакура — откроем портал сразу в замок. Найдем Лету и тихо уйдем, без лишнего шума. Замок полупустой, Летиция — в центральной его части, так что нам не придется бегать по башням. Потом, когда вернемся, можно будет организовать зачистку. Думаю, к этому времени отец подготовит послание для королевы Евсеи. Барона она после такого защищать не станет. Лина, — Арт взял меня за плечи, — ты уверена, что хочешь пойти?
— А ты как думаешь? — я шагнула вперед и тут же оказалась заключена в объятья. — И я иду первой!
— Первым иду я, — возразил светлый и, прежде чем я успела возмутиться, добавил, — маг на весь замок один, и не факт, что он сейчас там. А вот встретиться со стрелой ты вполне можешь.
— Арлин, может, все-таки останешься? — с сомнением спросил Кирано. Вопрос рыжего я предпочла проигнорировать.
Арт открыл портал. Я с трудом поборола желание броситься вперед. Где-то там моя сестра! Идти сквозь воронку на этот раз оказалось сложно. Казалось, что я пробираюсь сквозь липкую паутину, вся задача которой — не дать мне сделать очередной шаг. Каким-то чудом я смогла дойти до замка. Передо мной в нелепой позе, так и не завершив шаг, застыл Артаниэль. Я хотела подбежать к нему, но меня будто стреножили.
— Лина, ты здесь? — светлый даже не обернулся ко мне.
— Да.
— В двух шагах передо мной. Хрустальный диск с рунами. Это артефакт. Разбей его, пока нас не обездвижило окончательно. Где-то здесь есть еще один, он притянул портал именно в эту комнату. Его нужно будет забрать с собой.
Я честно попыталась добраться до диска. Окончательно замерла я, не дойдя до светлого какого-то полушага. Сзади, поняв, что мы вляпались в ловушку, витиевато выругался Кирано.
— Лина?
— Прости, Арт. Похоже, на артефакты мои способности не распространяются.
Это был провал. Полный. Мы завязли как мухи в киселе и могли лишь дожидаться тех, кто решит нашу участь. А Летиция? Что сделают с ней, когда поймут, кто попал к ним в руки? Она же станет ненужной. Или… Вдруг, лорд Науриэль заметит, что мы задержались, и пришлет подмогу? Хотя, без Аматирэль он не сможет этого сделать достаточно быстро. За дверью уже слышался топот ног.
— Арт? — мне стало действительно страшно.
— Я с тобой, — светлый сумел чуть сдвинуть руку назад. Мне этого хватило, чтобы коснуться его — всего лишь пальцами. В следующий миг дверь распахнулась.
— Этих — в темницу, — скомандовал голос. Видеть говорившего я не могла. — И девчонку к ним. Хотя, подождите, — в поле зрения показался невысокий мужчина, уже седой, но все еще подтянутый и сильный. — Лорд Артаниэль, — поприветствовал он кивком головы эльфа.
— Простите, барон, не могу вам поклониться, — сквозь зубы проговорил Арт. — Что-то мешает.
— Ничего-ничего, это временное неудобство, — закивал, как болванчик, барон. — Какой потрясающий подарок вы решили мне сделать, — Лиемо аккуратно снял с шеи светлого Аматирэль. — Думаю, вам он больше не понадобится. Ай, Тьма!
По кулону пробежали искры, одна из которых больно ужалила барона. Мужчина выронил артефакт на пол.
— Привязку поставил? Ничего-ничего, разберемся, — пробормотал Лиемо, набрасывая на Аматирэль сдернутое с дивана покрывало. Через ткань кулон уже не сопротивлялся чужим рукам. — Теперь — в темницу!
Идти мы по-прежнему не могли, поэтому нас буквально волокли под руки. Пересчитав коленями все ступени на пути в подвал, я вполне искренне пожелала барону тихой смерти. После того, как нас втолкнули в разные камеры, мои пожелания несколько разнообразились.
«Оттаивала» я долго. Руки и ноги категорически отказывались слушаться, будто после долгого лежания в неудобной позе. В камере напротив разминался Арт.
— Судя по тому, что решетка все еще на месте, колдовать ты не можешь?
— Такие тюрьмы создавались специально для магов, — поведал светлый. — Здесь на каждом камне своя руна, которая не дает использовать Силу. Лиемо — рунолог, причем не из последних. Было бы странно, если бы он за десять лет не озаботился созданием подобной темницы.
— И мы ничего не можем сделать?
— Пока ничего, — подключился Кирано, — но что-то делать придется. Барон показал свое лицо, так что живыми нас не выпустят.
— Лорд Науриэль ведь должен заметить, что мы не вернулись?
— На то, чтобы добраться сюда без Аматирэль, у отца уйдет не меньше двух дней. За это время камни вытянут из нас всю Силу, — покачал головой эльф. — Если выбираться, то сегодня. Потом мы ничего сделать не сможем.
Невдалеке послышался скрип двери, и в темницу снова кого-то привели. Моя камера располагалась ужасно неудобно — я видела Арта и Кирано, но не могла подсмотреть, кого посадили через стенку от меня. Эльф и ректор синхронно поднесли пальцы к губам, веля новому узнику молчать. Стоило снова скрипнуть проржавевшим петлям, как мужчины дружно прильнули к решеткам.
— Лета!
— Летиция, ты цела?
Я попыталась высунуть голову, но расстояние между прутьями было слишком узким.
— Арт? Граф Кирано… а где Лина?
— Я здесь! — я прижалась к стене, отделявшей меня от сестры.
— Лина! Как вы здесь оказались?
— За тобой пришли, — хмыкнул ректор, устраиваясь на устилавшей пол соломе. — Арт, пожалуйста, скажи, что у тебя есть хоть какой-то план.
— План есть у меня, — перебила я прежде, чем Кирано успел договорить. — Лета, мне нужны две самых больших твоих шпильки.
Сестренка, прекрасно осведомленная о моих талантах, протянула из камеры руку со сжатыми в кулак шпильками. Пришлось повозиться, чтобы их забрать — стена между нами была толстой, и я совершенно не видела, куда мне нужно тянуться — но слаженные указания Арта и графа нам помогли. Летиция никогда не была жадиной, а потому пожертвовала мне сразу все.
Встав перед замком, я принялась его изучать. Кирано с интересом следил за моими действиями. Меня такое повышенное внимание раздражало, но я старалась сосредоточиться на деле. Замок, как я ни старалась, не поддавался. Было ужасно непривычно орудовать вслепую. К сожалению, долгое отсутствие практики сказалось на мне не в лучшую сторону. С таким замком при помощи одних только шпилек я вряд ли бы разделалась и пару лет назад, а сейчас у меня не было ни шанса.
— Лина, — отвлек меня тихий голос светлого. — Ты не справишься. Вокруг замочной скважины руны. Открыть камеры можно только специально изготовленными ключами.
Я, не сдержавшись, застонала. Против такого замка я действительно ничего не могла сделать! Когда-то у меня был артефакт, который сводил действие рун на нет. Вернувшись из Наурдаиля, я подарила его Косматому — вору-оборотню, давно мечтавшему заполучить такой же. Как бы он мне сейчас пригодился!
— Арлин, вы с Летой можете ускользнуть незамеченными, — продолжил Артаниэль. — Уходите, пока никто не видит. Если вам повезет, вы успеете привести помощь.
— Бросить вас?
— Ты настолько веришь Кирано? — хором спросили мы с сестрой.
— В этом вопросе — верю, как себе, — кивнул мне эльф. — Тебя и Лету он не выдаст.
Я покосилась на графа, внимательно прислушивавшегося к нашему разговору. Пожалуй, Арту я верила. Жаль, что нельзя превратиться тайно от ректора…
— Лина, я никуда отсюда не пойду! Я их не брошу!
Причина этого «не брошу» переводила взгляд с меня на сестру, пытаясь понять, как вообще можно куда-то уйти из темницы.
— Лета, мне понадобится твоя помощь.
— Я остаюсь! Ты меня не заставишь!
— Лета! — мне пришлось немного повысить голос — совсем чуть чуть, чтобы стражники, окажись такие за дверью, не услышали. — Вспомни, как мы действовали с Боуденом. Попробуем провернуть тоже самое здесь.
— Ты хочешь…
— Лина, что ты задумала? — догадался Арт. — Просто бегите отсюда!
— Именно, — светлого я проигнорировала. — Поможешь?
— Помогу, — согласилась сестра.
— Тогда выбираемся!
Дальше тратить время на разговоры я не стала. Превращение в саламандру длится несколько секунд. Сначала ты чувствуешь себя невесомой. Кажется, будто стоит сделать лишь шаг — и ты взлетишь, подхваченная ветром. Затем твое тело начинает исчезать. В такие моменты можно посмотреть на кого-то сквозь собственную руку. Ты чувствуешь, как воздух проходит сквозь тебя, как ты растворяешься в пространстве… А потом резко меняется угол зрения. Только что ты смотрела на мир с высоты своего роста, и тут же, стоит только моргнуть, оказываешься в нескольких сантиметрах над полом. В эти секунды саламандры особенно уязвимы. Первые мгновения после превращения я всегда немного дезориентирована.
— Они… — удивленно выдохнул Кирано.
— Молчи! — резко перебил его Арт. — Здесь даже у стен могут быть уши! Лина, не геройствуй. Просто уходите!
Я спокойно пролезла между прутьями. Рядом выскочила моя сестра — тоже оранжевая в черную крапинку, но гораздо более длиннохвостая. Я своего хвоста лишилась в плену у Виалиэйна. Новый вырос намного короче. Мы, держась поближе к камерам, двинулись к двери. Нам повезло. Щель у пола была достаточно узкой, чтобы через нее не пролезла наглая крыса, но достаточно просторной, чтобы выбрались маленькие ящерицы.
Сразу за дверью, сидя на пустых бочках, играли в карты два стражника. Они были столь увлечены, что не заметили нас, хотя мы были перед ними как на ладони. На всякий случай мы пробежались по всей не очень-то просторной темнице и даже выглянули в коридор замка. На нашем пути больше никого не встретилось. С облегчением я подумала, что Арт был прав — замок действительно пустовал. Мы пролезли в неприметную комнатушку — единственную во всей темнице. Это оказалась пыточная.
— Кто отвлекает? — спросила я, как только снова превратилась в человека. Сестра с сомнением покосилась на дверь. — Ладно, бьешь ты, — согласилась я. — Снимай платье!
— Зачем?
— Как я по-твоему их в брюках соблазнять буду? Меняемся!
Сестренка послушно разделась. Я отдала ей рубашку и брюки. С сожалением пришлось расстаться с сапогами — дураку понятно, прислуга в таком ходить не будет. Платье Летиции имело одно несомненное преимущество — шнуровка оказалась на груди. Я распустила ее так глубоко, как только могла, и оголила плечи. Пальцами растрепала волосы, чтобы казалось, будто я распустила их только что.
Семь лет назад мы с сестрой жили в Красной Гавани — крупном южном городе. Именно там я впервые с головой окунулась в преступный мир, где, если у тебя нет могущественного покровителя, ты никто. К сожалению, я поняла это слишком поздно. Мустафа Боуден, один из местных авторитетов, очень хотел видеть меня в своем гареме. Я, естественно, не раз ему отказывала. Боудену очень быстро это надоело, и он пришел ко мне домой. Мне сильно повезло, что сестра в ту ночь саламандрой грелась в камине. Будь она человеком, неизвестно, чем бы все для нас закончилось. Но пока Боуден расправлялся с корсетом и пытался стянуть с меня брюки, Лета превратилась в человека и ударила его поленом по голове, спасая мою — тогда еще — невинность, и, возможно, жизнь. Из Красной Гавани мы уходили саламандрами, бросив все вещи. Боуден никогда не появлялся без охраны. Мы не знали, поджидают ли его головорезы рядом с домом или где-то на соседних улицах, и выяснять это на собственной шкуре не собирались.
— Готова? — Лета кивнула. — Тогда превращайся в саламандру и цепляйся за ногу.
Младшая послушно обвила мне щиколотку. Я понятия не имела, отведут ли меня стражники именно в пыточную или здесь есть еще одна комнатка, которую мы не заметили. Выдохнув, как перед прыжком в воду, я натянула на лицо заискивающую улыбку и направилась к нашей охране.
— Драсти, — я накрутила на палец прядку волос и опустила глаза в пол. — Меня к вам, это, хозяин прислал… За хорошую работу. Очень он пленникам обрадовался, вот и…
Договорить я не успела. Сидевший ближе ко мне резко дернул меня за руку и усадил к себе не колени.
— Награда, говоришь, — не самая чистая рука пролезла в вырез платья и больно сжала мою грудь. Я пискнула, якобы от смущения.
— Ты откуда? — не поддался на провокацию второй. — Что-то я тебя в замке не видел раньше.
— Дык с кухни, меня милорд только привез недавно из другого замка.
— Новенькая, значит? — стражник похабно ухмыльнулся. Я отвела взгляд, моля только об одном — лишь бы не стошнило!
— Только это, мальчики… — тихо пролепетала я, — я же с двумя вами не управлюсь. Давайте, вы как-нибудь по очереди договоритесь?
— Ну тогда я пошел, — тот, на коленях которого я сидела, согнал меня и больно шлепнул пониже спины. Я взвизгнула, на этот раз не притворяясь.
— Ага, разбежался! — поднялся второй. — С какой стати ты первый?
— С такой, что после тебя девки обычно еле живые! На кой ляд мне полутруп? Вот развлекусь, и делай с ней, что хочешь!
Я стояла и судорожно соображала, как мне быть. Если стражники не договорятся, и решат «развлечься» вместе… С двумя сразу нам с Летой не справиться. Хуже всего было то, что я знала — Артаниэль слышит каждое слово. У меня уже была возможность убедиться, насколько у эльфов чуткий слух. За такое мне долго придется перед ним извиняться. Подумаю об этом, когда вытащу светлого из тюрьмы.
— Идем, крошка, — «садист», как я про себя окрестила второго, все-таки уступил. Его более шустрый товарищ затащил меня в пыточную. — Обстановочка тебя не спугнет? — хохотнул он. Я огляделась, словно зашла сюда в первый раз. Неровный свет факела осветил ржавые крючья, свисающие с потолка, целый набор лезвий и щипцов, выложенных в ряд на металлическом столе. Неудобное кресло с ремнями, призванными крепко удержать пленника, я проигнорировала. Зато в углу стояла вполне подходящая для моих целей дыба. Я уверенно запрыгнула на нее и поманила мужчину пальцем. Стражник, довольно ухмыляясь, начал на ходу расстегивать брюки. Я еще немного приспустила шнуровку, открывая грудь, и протянула к нему руки. Мужчина одним рывком задрал юбку и принялся стягивать с меня белье. К счастью, я сидела слишком далеко и неудобно, поэтому получалось у него плохо, но все равно мне такая резвость не понравилась. Где же Лета?
Сестренка не заставила себя ждать. Как только охранник избавился, наконец, от мешающего ему белья, в его затылок со всей силы впечатались тяжелые клещи. Глаза стражника закатились, но на ногах он каким-то чудом удержался. Летиция, решив, что не справилась, замахнулась еще раз. Мужчина рухнул вперед, на то место, где несколько секунд назад сидела я, ударился головой о дыбу и растянулся на полу. Младшая для верности несколько раз пнула его носком сапога, но наша жертва больше не шевелилась.
— Сиди здесь, — велела я, примериваясь к столику с лезвиями. Одно из них оказалось достаточно острым и коротким, чтобы спрятать его в карман. Обернувшись саламандрой, я выбежала в коридор.
Садист сидел за бочкой-столиком и бездумно тасовал карты. Я прокралась ему за спину и превратилась в человека. К счастью, обратное превращение всегда проходит легче. Прежде, чем стражник успел заметить мою тень, я схватила его за волосы и коротким движением перерезала горло.
— Может, не стоило? — с сомнением спросила вышедшая сестра. Я старательно вытерла руки об одежду убитого. Лишать кого-то жизни мне довелось во второй раз, и я искренне надеялась — в последний.
— Ты сама слышала, что про него сказал другой. Что он делает с девушками. Как думаешь, не стоило?
— Ключи, — не стала развивать тему сестра. — Они висели на поясе у первого.
— Молодец, — я на всякий случай оставила лезвие себе. — Идем за нашими.
Ключи к камерам Арта и Кирано мы подобрали быстро. В связке всего висело не больше дюжины, и каждый был помечен определенным набором рун. Стоило мне выпустить эльфа, как тот принялся трясти меня за плечи, словно куклу.
— Какого… Зачем ты так рисковала? Я же сказал тебе уходить!
Я подняла на него глаза.
— Ты правда думал, что я ушла бы без тебя?
Наверное, что-то в моем тоне заставило его замереть. Светлый оглядел местами порванное платье, кровавые разводы на руках — я так и не смогла их до конца оттереть — и принялся методично зашнуровывать распахнутый вырез. Я наблюдала за ним словно со стороны. Убийство стражника окончательно меня добило. Я молилась сразу всем известным богам, чтобы этот день поскорее кончился. Подумать только, еще сегодня утром я открыла коробку с чьим-то отрезанным пальцем! Казалось, это было месяц назад.
— Лина!
Я снова сфокусировала взгляд на Артаниэле. Он о чем-то спрашивал? Я не заметила.
— Лина, что они с тобой сделали?
— Ничего.
— Лина! — светлый снова меня встряхнул.
— Ничего! Они не успели. Лета молодец.
Какая разница, сделали ли что-то со мной? Просто забери меня отсюда. Видеть не могу больше эти темные каменные стены.
— Линочка, — эльф крепко прижал меня к себе. — Выберемся отсюда, я сам тебя убью.
Через несколько минут я начала приходить в себя. Арт, заметив перемену в моем состоянии, взял меня за руку и направился к выходу. Когда мы проходили мимо одной из крайних камер, валявшаяся в углу куча тряпья зашевелилась.
— Вытащите меня отсюда, — под светом факела показался обросший мужчина с глубоко запавшими глазами. — Я слышал вас. Граф Кирано, вы меня помните? — узник вцепился в прутья решетки и попытался встать на ноги. — Я Ноэль, Ноэль Жижино!
— Лорд Жижино? — ректор пригляделся к пленнику. — Леди Иргира сказала, что вы заняты в поместье.
— Разумеется, мать не могла сказать, что ее шантажируют моей жизнью! Прошу вас, вытащите меня!
— Это сын магистра Жижино? — спросил Арт. Кирано кивнул. — Значит, тот яд все-таки приготовила она, — светлый нашел нужный ключ и открыл камеру. — Будь в вашей матери чуть меньше благородства, я был бы мертв. Она сильно рисковала, даря мне противоядие за несколько дней до покушения. У леди Иргиры у одной из немногих был хороший шанс отправить меня на тот свет.
Идти самостоятельно Ноэль не мог. Как он сказал, в темницу он попал почти месяц назад. Лорд слишком рьяно сопротивлялся и даже попытался сбежать, так что пожить в относительном комфорте, как Летиции, ему не дали. Тут еще и Лета вспомнила, что стражник как-то обмолвился при ней: «Не ты первая, не ты последняя». Кирано на всякий случай заглянул во все оставшиеся камеры, но больше в темнице пленников не было. Впятером мы поднимались по крутым ступенькам. Что-то мне это безумно напоминало. Казалось, совсем недавно мы немного другой компанией выбирались из подвалов замка Вакура. Только на этот раз мы точно знали — хозяин дома. И на нас его охраны вполне хватит.
— Здесь уже есть магия, — тихо шепнул Арт перед выходом в коридор замка. — Орин, прикрывай девушек и лорда Жижино.
— Ну уж нет, — Кирано оттеснил эльфа от выхода. — Кто из нас боевой маг?
— У Аматирэль привязка на крови. Я чувствую, куда нужно идти!
— Вот и будешь мне подсказывать. Лучше Ноэля подлечи — на себе мы его не дотащим.
Светлый, как ни странно, послушался. Граф посмотрел на нас с сестрой.
— Насколько я понял, ты чувствуешь магию? — обратился он ко мне. Я кивнула. — На каком расстоянии?
— Шагов десять.
— Отлично, засечешь что-нибудь, дашь знать. Лета, умеешь так же?
— Умею.
— Тогда я иду первый. За мной Арлин и Летиция, смотрите вперед и по сторонам, Лина слева, Лета справа. Ноэль, придерживаешься за девушек, но стараешься идти сам, — пленный маг кивнул, не тратя силы на слова. — Арт, на тебе наши спины. Развлекайся как хочешь — раскидай ловушки, призови кого-нибудь, запри двери, но сделай так, чтобы с твоей стороны к нам никто не подобрался. Все готовы? Тогда вперед.
Кирано толкнул дверь из подземелья. Мы, соблюдая порядок, просочились за ним. Первые два коридора мы не встретили ни души. Зато, поднявшись по извитой лестнице к третьему, мы обнаружили прогуливавшихся там стражников. Пришлось вернуться на ступени.
— Уверен, что нам именно туда?
Арт мотнул головой.
— Туда и вверх. Можем попробовать обойти.
Мы двинулись на следующий этаж. Дверь за нами светлый залепил Кляксой — с той стороны к нам теперь не смогли бы прорваться, зато с нашей, в случае необходимости, от склеивающего заклинания можно было избавиться. Кирано выглянул в очередной коридор.
— Похоже, эта лестница для слуг, — шепнул он нам. — У главной, до которой мы не дошли, стоят четыре охранника. Еще шестерка прибежит снизу, если поднимем шум.
— Значит, нужно сделать так, чтобы не прибежали, — Арт тоже выглянул в щель. — Жаль, там нет двери.
— Можно обрушить их лестницу, — предложила я.
— Главное, чтобы потом весь замок не обрушился, — скептически хмыкнул граф. — Ты хоть представляешь, сколько ему лет?
— Понятия не имею. Как будто есть другие предложения!
— Действительно, нет. Арт, сможешь, если что, пустить по лестнице пару огненных шаров?
— Я смогу, — откликнулась Лета. — И Арлин сможет, но к ее помощи лучше прибегать только в крайнем случае, — сдала меня младшая.
— Почему?
— Огонь всегда слушался меня слишком охотно, — ухмыльнулась я. Хотела бы я, как сестра, зажечь в ладони маленький огненный мячик и демонстративно перекинуть его из руки в руку. Но нет, мои «мячики» были размером с половину меня. Меньше у меня не получалось.
— Аматирэль в той комнате, — кивнул Арт на тяжелую дверь буквально в двадцати шагах от нас. — Подозреваю, это покои Лиемо, так что мы можем нарваться на любую гадость.
— В личных покоях? — я с сомнением выглянула в коридор. — Арт, каковы у нас были шансы выбраться из темницы, не будь мы с сестрой… теми, кто мы есть? — говорить больше при Ноэле я не стала. Узник и так подслушал слишком много.
— Никаких. Только один раз барона мы уже недооценили, сама видишь, к чему это привело.
— Что тогда будем делать?
— Можно пройти невидимками, — предложил Кирано. — Нас слишком много, да еще и в движении… Но думаю, если будем держаться рядом, на пару минут я смогу нас закрыть.
— Мы не знаем, куда лезем, — покачал головой Арт. — Неизвестно, что поджидает за этой дверью и как Лиемо решил защитить Аматирэль. Тем более, если он там, мы можем нарваться на очередную ловушку.
— Та ловушка была поставлена именно на тебя, — возразил граф. — Приманка для портала, как на Воротах, и замораживающий артефакт — барон подозревал, что ты сможешь отыскать Лету. Сейчас он нас не ждет. Нам нужно прорываться, пока побег не обнаружили. Другого шанса не будет.
— Ладно, действуй, — решился Артаниэль. Ректор не заставил себя ждать. Мне в лицо словно ударил поток теплого воздуха, приятно пощекотал шею, запутался в рваной юбке и исчез, будто его и не было. Я повертела головой. Ничего не изменилось.
— Мы должны были исчезнуть, разве нет? Я всех вижу.
— Зато нас — никто, и в зеркале мы не отразимся, — гордо похвасталась сестра, будто это она только что колдовала. — Иллюзия одна на всех, значит мы видим друг друга такими, какие мы есть.
Я с подозрением покосилась на Кирано, кивнувшего Летиции. Иллюзия? Опять? Ну-ну.
— Идем тихо, держимся вместе. Арлин, если дверь заперта, откроешь?
Я вместо ответа продемонстрировала пару шпилек, которые так и не вернула Лете. К счастью, они не понадобились. На двери в покои барона замка не было. Я проверила дверь на ловушки и кивнула графу. Кирано приоткрыл дверь.
На визг петель обернулись стражники. Я почувствовала, как сердце стучит где-то в пятках. Тьма забери этот ветхий замок! Почему здесь все скрипит? Охранники смотрели прямо на нас. Я приготовилась бежать, но Арт крепко держал меня за руку.
— Что там? — спросил один из охранников.
— Вот сам иди и смотри, — послал его второй, добавив пару непечатных выражений.
— Я что, на идиота похож? Малой, иди, посмотри!
Младший стражник, нехотя и постоянно оглядываясь, направился к двери. Нас он явно не замечал.
— Внутрь, быстро! — шепнул Кирано, распахивая дверь. Мы проскользнули следом за ним. Тяжелая створка захлопнулась, чуть не ударив по носу заглянувшего вслед за нами парня.
— Да нет там ничего! — донесся до нас его голос. Стражник явно сам был рад такому исходу. — Ветер гуляет!
Мы дружно выдохнули. Чуть не попались! Только расслабляться оказалось рано. В темноте комнаты раздался низкий рык и звякнула цепь. Артаниэль зажег магический светильник. В дальнем углу на вышитом паласе сидела, мотая головой, огромная крылатая кошка. Прищурившись на свет, она рыкнула еще раз и, отвернувшись от нас, принялась яростно чесать задней лапой шею. Кожистые крылья при этом распахнулись в стороны и уперлись в стены. Короткая цепь, на которую была прикована кошка, делала ее для нас неопасной. Вот только из-под толстого кожаного ошейника на грудь существа свисал Аматирэль, вовсю жалящий свою невольную носительницу обжигающими искрами.
— Мантикора, — Арт задвинул меня себе за спину. Кошка не обращала на нас внимания и пыталась избавиться от кулона. — Маленькая еще. Орин, шарахни ее чем-нибудь!
— Чем? Этих тварей специально для войны с темными вывели! Им магия, что драконам — по боку, — яростно шепнул ректор.
— Может, не надо ее убивать? — предложила Лета. — Она же не нападает!
— А кулон ты с нее как снимать будешь?
— Надо попробовать так, — согласилась я с сестрой. — Арт, пусти меня.
— С ума сошла?!
— Нас животные не трогают, — попыталась я убедить светлого. Однажды мы с Летой даже ночевали в лисьей берлоге вместе с целым выводком лисят. Их родители, как ни странно, против не были и даже грели нас наравне со своими детенышами. Несмотря на то, что были мы в человеческом обличье, звериная сущность саламандр сделала свое дело.
— Это не животное! Это чудовище, созданное специально для убийства магов!
— Я не маг!
— Скажи это ей! Тебе что, умереть не терпится?
Кошка задумчиво принюхивалась в нашу сторону и даже перестала чесаться. Надолго ее терпения не хватило. Очередная искра заставила мантикору подпрыгнуть на месте и с громким рыком-мявом продолжить попытки избавиться от Аматирэль.
— Лучше приготовь какой-нибудь щит, — я решительно вышла вперед, пока Арт не успел меня остановить. — Прикроешь меня, если что-то пойдет не так.
— Сумасшедшая! — донеслось мне в спину. Я предпочла не отвечать. Медленно, маленькими шажками я приближалась к гигантской кошке. Головой она вполне могла уткнуться мне в живот. Мое движение мантикора заметила и краем глаза принялась за мной следить. За спиной тихо ругался Артаниэль.
Я приблизилась к зверю на расстояние вытянутой руки и протянула вперед раскрытую ладонь. Крылатая кошка прекратила чесаться и подозрительно принюхалась. Я ждала. Да, с лисами у меня когда-то получилось договориться, но мантикора была в три раза крупнее. Я искренне надеялась, что если мой план не сработает, Арт успеет меня вытащить. Кошка сделала небольшой шажок вперед и ткнулась носом мне в ладонь. Я с облегчением вдохнула — оказывается, все это время я забывала дышать.
— Р-рр-ряу! — мантикора резко изогнулась и принялась яростно драть свою шею. Я с трудом поборола желание отпрыгнуть. Передо мной мутноватым маревом повис щит.
— Лина, отходи, — приказал светлый.
— Нет, — зверь меня признал, я это знала. — Убери щит.
— Арлин!
— Я пятьдесят шесть лет Арлин! Я знаю, что делаю, Арт, убери щит.
Эльф, скрипнув зубами, подчинился. Сделав еще шаг к жалобно поскуливающему чудовищу, я почувствовала, как меня за талию придержала петля Воздушного Аркана. Светлый в случае опасности готовился вытаскивать меня в прямом смысле этого слова. Я опустилась на колени перед кошкой.
— Я помогу, — тихо сказала я и протянула руку к ее голове. Мантикора еще раз меня обнюхала и фыркнула, отворачиваясь. — Потерпи, не чешись, иначе вредный эльф меня утащит, и я не смогу убрать то, что тебе мешает.
За спиной отчетливо кто-то поперхнулся. Я принялась шарить в длинной гриве животного в поисках цепочки кулона. Только бы он снова не ужалил! Я успела. По золотой застежке как раз пробежала очередная искра, когда я отшвырнула кусачий кулон назад. Кошка повертела головой, убеждаясь, что больше ее ничего не тревожит. Я поднялась на ноги и потрепала широкую шею.
— Вот видишь, все хорошо, — не знаю, кому я это говорила — светлому или довольно облизнувшемуся зверю. Чудовище следом за мной поднялось на все четыре лапы и с благодарностью лизнуло меня за руку.
— Уходим! — скомандовал Арт. — Лина, возвращайся!
Я сделала шаг назад. Мантикора, поняв, что я сейчас исчезну, попыталась шагнуть за мной, но короткая цепь ее удержала. Кошка жалобно мяукнула.
— Хочешь со мной? — я снова подошла к крылатому зверю, за что меня опять лизнули шершавым языком.
— Лина, не смей!
Я потянулась к ошейнику. Ничего сложного, обычная очень прочная кожа, даже не зачарованная. Странно, что подобное украшение вообще удерживало чудовище. Расстегнув пряжку, я освободила мантикору. Крылатая узница, подражая своим младшим собратьям, потерлась об мое бедро, чуть не свалила меня и отчетливо мурлыкнула.
— Слушаться меня, никого не кусать и не рычать, — предупредила я кошку. Животное меня проигнорировало, но я уже чувствовала — взаимопонимание достигнуто.
Артаниэль уже открыл портал. Ждали только нас.
— Ты правда потащишь ее с собой? — изогнул бровь Кирано. Я кивнула. Говорить сил не было.
— Ты хорошо ее контролируешь? — спросил Арт. Я покосилась на мантикору. Крылатая снова лизнула меня за руку и даже чуть-чуть подтолкнула широким лбом — мол, что стоим? Кого ждем? — Ладно, дома разберемся, — вздохнул светлый. Я, придерживая кошку за длинную светлую шерсть, шагнула за ним.
Портал привел нас в уже знакомый холл. Навстречу вместо леди Дилары спустился лорд Науриэль.
— Почему так долго? — весьма резко спросил Советник, пряча за грубостью волнение.
— Возникли сложности, — уклончиво ответил светлый. — Отец, нужен целитель.
— Лаура, позови лорда Тарвиэля, — не оборачиваясь, приказал лорд Науриэль. Служанка, которую я видела во время своих прошлых визитов, поклонилась и убежала в один из коридоров, лучами расходившихся их холла. — Это еще что такое?
Первый Советник широкими шагами приблизился ко мне. Мантикора, завидев высокого эльфа, сделала то, чего от нее совершенно не ожидали — коротко рыкнула и спряталась мне за спину. Лорд опустился на корточки и, склонив голову набок, принялся рассматривать мое приобретение.
— Котенок еще, — вынес свой вердикт маг. — Как воспитаешь, такой и вырастет.
— Ты что, правда считаешь, что ее можно оставить? — не выдержал Арт.
— А почему нет? Ты сам жаловался, что не можешь круглосуточно защищать свою девушку. Мантикора сможет делать это за тебя.
Кошка, поняв, что говорят про нее, нырнула мне под руку. Я машинально почесала ее за острым ухом с задорно торчащей кисточкой.
— Я с такой девушкой скоро поседею, — буркнул себе под нос светлый.
— Лорд Науриэль, — в дом вошел до странного просто одетый эльф — кожаные брюки, полурастегнутая рубаха, низкие сапоги. Темные волосы были собраны в высокий хвост.
— Тарви, прости, если оторвал от дел, — Советник поднялся. — Вот, работа для тебя. В малую гостиную?
Целитель кивнул и уверенно направился к двери. Похоже, в этом доме ему приходилось бывать часто. Мы, подгоняемые лордом Науриэлем, направились за ним. Первым Тарвиэль осмотрел Ноэля. Сыну магистра Жижино досталось сильно — ему залечили два перелома ребер, целую тьму ушибов и ссадин. Об этом мы узнали уже от самого эльфа — стоило ему бросить взгляд на бывшего узника, как он отправил его в отдельную комнату.
Следующей, по настоянию Арта, оказалась я. У меня переломов не нашли, зато пострадавшие от знакомства со ступенями темницы колени радовали глаз насыщенной синевой. Похожие повреждения были у светлого и у графа. Меньше всего досталось Лете — она всего лишь расцарапала руку ржавыми щипцами.
— Письмо для королевы Евсеи уже доставлено, — рассказывал тем временем лорд Науриэль. — Ее величество отдала приказ на арест барона Лиемо. Подозреваю, его схватят не позже сегодняшнего вечера. Барон обвиняется в покушении на жизнь подданной Дивнолесского трона госпожи Арлин Дамуазо и Верховного Мага Наурдаиля лорда Артаниэля а'Зиарэля. Участие остальных мы решили утаить — вам, Летиция, и вам, лорд Кирано, лишняя огласка ни к чему. Не стоит давать змеиному гнезду саодринской Академии повод ополчиться против вас. Мы до сих пор не знаем, есть ли там кто-то еще из рвущихся к власти заговорщиков, или Лиемо был единственным, — Советник с укоризной посмотрел на сына. Лета и граф согласно кивнули.
— А с каких пор я — подданная Дивнолесья? — вмешалась я.
— Уже два года как, — вместо отца ответил Артаниэль. — Владычица подарила тебе право свободного прохода в Наурдаиль и даже в ее собственный дворец. Право, которого, между прочим, удостаивается не каждый эльф. Так что ты теперь одна из нас.
Я откинулась в кресле. Вот это сюрприз! Я, когда покидала дворец Владычицы, даже не сообразила спросить, что именно означает ее «подарок». Значит, теперь я в Дивнолесье — своя? Я опустила руку и почесала с готовностью подставленную голову мантикоры. Большая кошка с явным удовольствием мурлыкнула.
— Уже придумала для нее имя? — вырвал меня из раздумий голос лорда Науриэля.
— Что?
— Имя. Как назовешь своего питомца?
— Не знаю, — пожала плечами я. — Может, Тиа? Кис, нравится?
Мантикора мурлыкнула громче. Рядом усмехнулся Артаниэль. Расчет оказался верен — я знала, светлому почему-то нравится это имя. Именно так он пытался назвать меня, когда я была саламандрой.
— Тиа, значит, — эльф потрепал питомицу между ушей. Крылатая кошка против очередной ласки не возражала. — Спать будет на полу! — обернулся он ко мне. Я согласно закивала. Да пожалуйста! Главное, лед тронулся. Арт и Тиа были вполне способны ужиться вместе.
Часть третья Тени войны
Я проснулась из-за принудительного умывания, устроенного мне Тией. Непоседа-мантикора вскакивала с рассветом и не понимала, почему мы не хотим с ней играть. Я стукнула котенка подушкой и отвернулась к стене. Не удержалась и хмыкнула — тоже мне, котенок, размером с матерого волка! Что же за лошадь из нее вырастет?
Тиа успокаиваться не хотела. Мне с ней дважды повезло — Тария была настоящей любительницей кошек, так что крылатое недоразумение безоговорочно приняли, затискали и накормили. И Артаниэль, поддавшись на мои уговоры, согласился вернуть меня в Саодрин, если Тиа везде будет меня сопровождать. Сложнее оказалось договориться с Шейном. Торговец был уверен, что мантикора распугает ему всех покупателей, однако эффект оказался прямо противоположным. Привлеченные рассказами о чудовище, в лавку стали заглядывать даже те, кто никогда у нас не был. Уже второй месяц Алир собирал двойную, а то и тройную выручку, за что Тие регулярно перепадала то миска молока, то свежая телячья нарезка.
Вернулась в Саодрин и Летиция. Как бы мне ни хотелось спрятать ее куда-нибудь подальше, я была вынуждена признать — сестра сама имеет право решать, где ей быть. Кирано заявил, что теперь точно с младшей глаз не спустит и будет беречь ее, как дракон свое сокровище. Меня это заявление совершенно не успокоило.
Драконы пришли в Академию вместе с нами. Студентам отсутствие трех преподавателей объяснили срочным вызовом от Владыки. Думаю, в какой-то степени так оно и было. Вряд ли Валимир позволил им прохлаждаться без дела. Грэнхар, во всяком случае, выглядел измотанным и невыспавшимся. Рейнольд тоже засыпал на ходу, но почему-то постоянно улыбался. Одна Нарида оттаяла и вновь обзавелась привычным золотистым загаром.
Ноэль Жижино отъедался за троих. Ему оказалось всего двадцать шесть лет, но после месячного заточения он выглядел на все сорок. За мужчиной теперь приглядывали целители Саодрина — леди Жижино предоставляла сыну все самое лучшее. Арт сказал, что магистр рыдала, увидев спасенного нами узника. После неудавшегося отравления с ней перестали связываться, поэтому женщина была уверена, что Ноэля уже нет в живых. Светлый всячески помогал леди. Не рискни она подарить ему противоядия, якобы за проделанную на благо Академии работу, эльф был бы мертв. У меня каждый раз все внутри холодело, стоило мне представить это. Артаниэль честно признался — за те пятнадцать минут, что есть у отравленного Поцелуем Темной Богини, слезы дриады он бы не нашел. После того случая ел и пил Арт только у нас с Тарией либо в «Лесной фее».
Леон меня больше не беспокоил. Знакомство с Рейнольдом принесло свои плоды — капитан наконец-то отстал. Не знаю, что сработало — вид полуголого широкоплечего красавца-дракона, его изувеченное лицо или обещание переплавить стражника на кастрюли. Честно говоря, мне было все равно.
Жизнь вернулась в привычную колею: дом — работа — дом — редкие прогулки с Артом. Светлый пользовался гостеприимством Тарии и не упускал случая заглянуть к нам на обед. Я подговорила женщину научить меня готовить, но выходило пока не очень. Летиция, как только выросла достаточно, чтобы удержать в руках поварешку и нож, навсегда отлучила меня от кухни. До знакомства с эльфом меня такое положение вещей устраивало, но теперь приходилось наверстывать упущенное. Артаниэль, как благородный лорд, мою стряпню хвалил, но все равно с гораздо большим удовольствиям прикладывался к творениям Тарии. В ближайшее время я собиралась исправить ситуацию.
Барон Лиемо был арестован через несколько дней после нашего побега. Обвинения против него выдвинули Арт и магистр Жижино. У предприимчивой леди даже нашлись свидетели ее переговоров с посыльным барона. Лорд Науриэль от имени Владычицы потребовал выдачи Лиемо Дивнолесью. Арт должен был доставить пленника в Наурдаиль. Барон, понявший, что ему светит казнь, пообещал предоставить информацию обо всех, с кем вел дела, в обмен на жизнь. К сожалению, ничего рассказать он не успел. Утром следующего дня магистр Лиемо повесился на собственном ремне. Разумеется, не сам, однако во дворце королевы Евсеи дело решили замять. Артаниэля это не остановило: обыск в замке барона позволил вычислить целую сеть менее аккуратных исполнителей. Захватив одного, светлый получал в награду еще несколько имен. Эльф смутно надеялся, что одна из ниточек позволит однажды выйти на заговорщиков, грезящих об Империи Магов. Сами заговорщики на время затаились, что Арта совершенно устраивало. Светлый не хотел лишний раз вмешиваться в политику Шаурикума и, тем более, портить отношения с королевской семьей. Если после уничтожения сети исполнителей маги перестанут столь активно мешать преобразованию Академии, их можно будет перестать принимать в расчет. На создание новой подобной системы уйдут года, которых хватит графу Кирано, чтобы прочно закрепиться на месте ректора и окружить себя надежными людьми. А сам Артаниэль к тому времени вернется в Наурдаиль.
Перед смертью Лиемо успел поведать, почему присланный им палец не принадлежал Летиции. Причиной оказался банальный страх. Барон опасался мести влиятельных семей, получивших назад своих не совсем целых родственников. Логика в его словах была: узнав, что родным на самом деле не был причинен вред, многие предпочитали забыть произошедшее и жить дальше. После огласки причины ареста Лиемо во дворец королевы хлынул поток писем от лордов, которых шантажировали подобным образом. В баронстве Шеррия успели побывать члены почти всех знатных семей Шаурикума.
Рядом со мной на подушку опустились две когтистых лапы. Прятаться под одеялом было поздно. Тиа, потеснив меня, забралась на кровать и разлеглась поверх одеяла. По мансарде пронеслось оглушительное мурлыканье.
— Брысь отсюда, — попыталась я столкнуть мантикору. Кошка, словно назло мне, перевернулась на спину.
Посреди комнаты начала закручиваться бело-голубая воронка портала, но встать и хоть немного привести себя в порядок я не успела. Артаниэля я встретила лежа.
— Что за безобразие? — маг оглядел представшую перед ним картину. Я честно попыталась спихнуть обнаглевшее чудовище, но не преуспела. — А ну кыш на пол!
Эльфу крылатая беспрекословно подчинилась. Проходя к своему коврику, Тиа с мурлыканьем ткнулась в руку второго хозяина, за что получила очередную порцию ласки. Я улыбнулась — светлый и мантикора все-таки нашли общий язык.
— Это место — мое, — объявил Арт, скинув сапоги и устроившись рядом со мной.
— Опять тяжелая ночь? — я подвинулась, уступая подушку. Маг был худее кошки, но я все равно оказалась прижатой к стене.
— До рассвета выслеживали одного гада, — эльф обвил меня руками. — Я свое дело сделал, пусть теперь люди отца работают. Тебе сегодня к Шейну не нужно?
— У меня выходной.
— Отлично, — светлый зевнул. — Я с тобой посплю пару часов? А потом домой сходим — мама по тебе скучает.
— Как скажешь, — я укрыла любимого одеялом. Все равно я вставать пока не собиралась. А спать в обнимку с Артом мне нравилось гораздо больше, чем с Тией.
— Таким образом, при нарушении проведения искры будет нарушаться движение или чувствительность соответствующей части тела, поэтому в первую очередь необходимо… — леди Ярвинен пошатнулась и начала падать. В последний момент целительница ухватилась за стол, но это не помогло. Женщина сползла на пол.
— Леди Ярвинен? — я, Майя и Джейс сидели в первом ряду, поэтому первыми подбежали к преподавательнице. Не обделенный силой Джейс поднял ее на руки. Майя, как могла, придерживала голову потерявшей сознание северянки.
— Пошли к остальным целителям! — прохрипел парень. Все-таки Ингрид была не самой хрупкой женщиной.
Я кинулась открывать двери. Никто из растерявшихся однокурсников не спешил нам помогать. В аудитории уже раздались первые перешептывания. Через пару часов вся Академия будет знать о произошедшем.
Мы прошли весь коридор, не встретив ни души. У студентов был самый разгар занятий. Уже на лестнице я столкнулась с Наридой.
— Летиция? Ты разве не должна быть у Ингрид?
— Ей плохо, — выдохнула я, пытаясь восстановить дыхание. Пролетом выше показался Джейс с целительницей на руках.
— Что с ней? — дракониха буквально перелетела через ступени. Хотя, кто знает, может и вправду перелетела?
— Упала посреди занятия, — пожаловалась Майя. — Еле дышит. Мы ее на факультет…
— Правильно, — леди Исильда подняла руку, заставив Ингрид зависнуть в воздухе. Джейс с облегчением вздохнул. — Идите за мной.
С Наридой дойти до целителей оказалось проще. Леди Ярвинен плыла над полом, повинуясь заклинаниям драконихи. В себя женщина не приходила.
— Вы знаете, что с ней? — рискнула я спросить Нариду.
— Она сама этого не знает, — нахмурилась золотая. — Ей с начала зимы становилось все хуже и хуже. Сама видишь, во что она превратилась. Живой труп.
Сравнение было жутким… но справедливым. У северянки запали щеки и появились вечные тени под глазами. Ингрид порой могла идти по коридору пошатываясь и держась за стену, однако всегда быстро брала себя в руки, немного отдыхала и продолжала путь уже нормально. На заплетенные в косы волосы женщины я старалась не смотреть. От роскошного иссиня-черного водопада, который так восхитил меня в нашу первую встречу, остались лишь жалкие воспоминания. Сейчас я ни за что не спутала бы целительницу с эльфийкой.
Нарида аккуратно опустила леди Ярвинен на кровать — ту самую, где всего пару месяцев назад коротала дни Арлин. Цветом кожи Ингрид слилась с белыми простынями.
— Молодцы, что решили принести ее сюда, — золотая вытолкала нас за дверь. — Про болезнь никому ни слова. Будут спрашивать, скажете, сами ничего не знаете.
— А леди Ярвинен? — робко спросила Майя.
— Ингрид — вторая целительница на Островах, — ободряюще улыбнулась Нарида, — а там, где не справилась вторая, придется звать первого. Леди Ярвинен вернется к вам в самое ближайшее время.
— Носить дам на факультет целительства уже становится привычкой, — Джейс потянулся, разминая руки. Возвращаться в аудиторию мы не стали, решив дождаться следующего занятия в коридоре. — Майя, надеюсь, следующая на очереди не ты?
— Ты что, не хочешь покатать меня на руках? — рыжая сделала вид, что обиделась.
— Покатать, может, хочу, — парень подхватил девушку и принялся кружить с ней по коридору. — Но только не до целителей!
Я слушала друзей вполуха. Ингрид мне очень нравилась. Спокойная, умная и уверенная в себе женщина была тем идеалом, каким я сама однажды мечтала стать. Леди Ярвинен, казалось, была способна справиться с любой проблемой. Именно к ней бегали плакать все студентки Академии. Целительница для любой могла подобрать слова утешения, а иногда и помочь советом. Было очень странно видеть сильную женщину такой… беззащитной.
— Она не вернется.
— Что? — Джейс и Майя подошли ко мне.
— Ее заберут на Острова, — от сестры я знала, кто был первым целителем у драконов и насколько близкие отношения связывали его с Ингрид. Верховный ни за что снова не отпустит северянку от себя. На ужине в «Лесной фее» Владыка не сводил с женщины глаз. А ведь в Академии Валимир ее не навещал. Как они справились с такой долгой разлукой?
— С чего ты взяла? — Джейс запрыгнул на подоконник и устроился рядом со мной.
— Первый целитель драконов — Владыка Валимир, — я решила не рассказывать всего, что мне известно. — С какой стати ему покидать Острова? Леди Ярвинен отнесут к нему.
— Логично, — согласилась Майя. — Хотела бы и я когда-нибудь побывать у драконов, — мечтательно улыбнулась девушка. — Леди Исильда говорила, что у них вечное лето и никогда не бывает снега…
— Может, когда-нибудь побываешь, — подбодрила я подругу. — Если выберешь не боевую магию, а целительство.
— Вот еще! Я буду боевым магом!
— Не передумала?
— Ни за что!
Через несколько часов Арт открыл портал в свой дом. По давней договоренности с его родителями появлялись мы именно в холле, извещая таким образом о своем прибытии. Артаниэль, немного отдохнувший, но все равно измотанный, направился в свою спальню, а я, выяснив, что леди Дилара отбыла в город и неизвестно когда вернется, заняла соседнюю гостиную.
Покои светлого включали сразу пять комнат: спальню, кабинет, гостиную, просторную личную ванную и отдельную гардеробную. Диванчик в гостиной с некоторых пор принадлежал Тие. Я, чтобы занять себя, принялась расчесывать мантикору. Кошка довольно жмурилась и подставляла мохнатые бока. Шерсть у нее была не очень длинной, но такой густой, что расческа застревала. Последним я привела в порядок хвост — его кончик, как и кисточки на ушах, были черными. Сама же Тиа была светлого оттенка, очень похожего на песок на побережье Жемчужного моря. На кончике хвоста мантикоры пряталось одно из страшнейших ее оружий — небольшой костяной нарост, острый, как бритва. Однажды я неосторожно порезалась об него, и яд, который в дополнение к клыкам и когтям выделяло мое домашнее чудовище, долго не давал ранке затянуться. Все больше я понимала, почему маги так боятся этих животных. В бою справиться с Тией было бы не просто.
— Лина? — в комнату заглянула леди Дилара. — Доброе утро! Арт у себя?
Я кивнула. Светлый уставал так, что заваливался спать при первой же возможности. Сколько он еще выдержит в таком безумном ритме?
— Пойдем, я кое-что тебе привезла, — эльфийка заговорчески подмигнула. Первой на выход направилась Тиа. — Не подходи ко мне! — отшатнулась леди. Мать Артаниэля была из тех, кто мантикору побаивался. Кошка же, ластящаяся ко всем без разбору, искренне не понимала, почему леди Дилара не хочет ее погладить. Я придержала любвеобильного монстра.
Подарком оказалось очередное платье. Эльфийка всегда радовалась нашим с Артом появлениям и не упускала случая меня нарядить. На этот раз меня переодели в нежно-зеленое произведение искусства. Несколько тонких лямок удерживали наряд на груди, а от чуть завышенной талии начиналась широкая юбка в мелкую складку. Ни разрезов, ни блестящих вышивок — все просто и очень мило. Я искренне поблагодарила мгновенно расцветшую женщину. Леди Дилара одаривала меня поистине материнской заботой, которой мне всегда так не хватало.
— Потрясающе выглядишь, — Арт, как обычно, подкрался со спины и обнял меня. Мне никогда не удавалось его заметить, а эльфийка не выдавала сына, даже если видела. — Мам, а когда обед будет?
— Идем в столовую, — тут же засуетилась леди. — Я велела Лауре накрывать, как только ты проснешься.
Длинный стол, рассчитанный на большую семью, ломился от яств. Я сразу кинулась любимому ягодному морсу. Сладкий напиток был одной из тех вещей, которые примиряли меня с будущим переездом в Наурдаиль.
— Лина, ты, как обычно, сытая? — вздохнула эльфийка. Мне потребовалось немало времени, чтобы убедить ее, что ем я так мало не потому, что мне не нравится, а потому что Арт чаще всего забирал меня после плотного ужина у Тарии.
— Нет, сегодня я даже не завтракала, — обрадовала я Дилару и отпила любимый морс. От странного привкуса меня чуть не стошнило. Я поспешно отставила стакан. — А что, у вас рецепт изменился?
Говорить, что напиток был откровенно тухлым, я не стала. Леди удивилась и попробовала сама.
— Нет, все то же самое. Что-то не так?
Я рискнула отпить еще раз. Зря. Коварный морс все-таки доделал свое черное дело. Из столовой я выбежала, зажимая рот руками.
— Арлин? Лина, с тобой все хорошо? — эльфийка тактично скреблась в дверь. Я еще раз плеснула на лицо холодной водой и вышла.
— Все в порядке, — я заставила себя улыбнуться. При одной мысли о еде меня мутило. — Я вчера опять на кухне экспериментировала, наверное, съела что-то не то.
— Уверена? Может, позвать целителя?
— Нет-нет, мне, правда, уже лучше! — только целителя мне не хватало! — Все хорошо, правда.
Леди я, кажется, не убедила. Да и себя тоже. Как можно отравиться омлетом?!
— Портал с Островов! — дежурный маг подскочил и принялся вливать Силу в Ворота, стабилизируя их и удерживая связь. Ему на помощь тут же прибежал второй: Драконьи Острова находились слишком далеко, и одного чародея для поддержания воронки часто оказывалось недостаточно.
Двое недавних выпускников Академии не сразу поняли, что что-то не так. Воронка мерцала странными черными искрами и никак не хотела стабилизироваться. С трудом, но маги все-таки смогли настроить переход. Через Ворота прошел черноволосый мужчина в сверкающих золотых одеждах. Воздух в гильдейском зале Прибытия ощутимо наэлектризовался. Сила нежданного гостя так давила, что чародеи не рискнули произнести традиционное приветствие. Владыка широким быстрым шагом вышел на улицу и, не обращая внимания на испуганные крики горожан, превратился. Впервые после снятия осады над Саодрином пролетел дракон.
Со двора Академии донеслись крики. Джейс, Майя и я, переглянувшись, поспешили к источнику шума. Огромная тень закрыла солнце. На поляну перед входом в замок садился черный дракон.
— Вот это громадина! — выдохнула Майя.
— Интересно, а он огнем плюется? — не особенно рассчитывая на ответ, поинтересовался Джейс. — Это за леди Ярвинен, наверное.
— Это Валимир, — я за руки втянула друзей обратно в замок. — За колонны, живо!
— Зачем?
— Он явно не в духе, — в отличие от остальных студентов, я еще несколько минут назад почувствовала сгущающуюся в воздухе Силу. Как бы сильно ни мучило меня любопытство, сталкиваться с переставшим себя сдерживать Владыкой я не хотела.
— Сам пришел? — удивился парень. — Ты же говорила, леди заберут?
— Значит, ошиблась!
Спрятаться мы успели как раз вовремя. Верховный зашел в просторный холл, а сбежавшихся на шум студентов расшвыривало перед ним, как листья под порывом ветра. На лестнице показалась Нарида.
— Где она? — рык Валимира прокатился по залу, обеспечив особо чувствительным студентам пару часов головной боли.
— Какое вам до нее дело? — дракониха тоже зарычала. На скулах и открытых руках женщины начала проступать золотистая чешуя.
— Где она? — воздух вокруг Владыки сгустился настолько, что стало тяжело дышать.
— Умирает! — Нарида не выдержала и обратилась. Золотая дракониха, царапая когтями укрывающий ступени ковер, спустилась в зал. — Грэнхар мне все рассказал! Она умирает из-за вас!
— Где. Моя. Тай-ар?! — от полного гнева рыка заложило уши. На лице Верховного тоже показались прочные чешуйки. Обратиться целиком дракон не мог — в холле замка ему не хватило бы места. Студенты, коря свое любопытство, спешили убраться на улицу. Те, кому до спасительного выхода было далеко, последовали нашему примеру и прятались за стоящие вдоль стен колонны.
— Не пущу, — Нарида закрыла собой единственный проход на верхние этажи.
Валимир без лишних слов швырнул в золотую сгусток темного пламени. Дракониха успела только дыхнуть огнем в ответ, но это не смогло остановить заклинание Владыки. В последний момент в бок Нариды врезался, отшвыривая ее с линии атаки, аквамариновый змей. Темное пламя лизнуло ступени и зашипело, исчезая. Там, где оно коснулось лестницы, быстро расползалось пятно серого праха. Гигантский змей обвился вокруг золотой, защищая ее своими кольцами.
— Она моя! Не смей ее трогать, — прошипел Грэнхар, нависая над Верховным. Несмотря на существенную разницу в размерах, я не сомневалась — даже в человеческом облике Валимир сможет разделаться с обоими драконами.
— Где Ингрид? — уже спокойнее повторил Владыка.
— Третий этаж, целительское крыло, — выдал северянку змей. — И приберись, пока никто не вляпался в твою гадость, отец.
Черный дракон лишь пошевелил пальцами, заставляя исчезнуть странный прах. От ковра почти ничего не осталось, а ступени выглядели так, словно их кто-то грыз. Верховный, не теряя больше времени, ушел.
— Лорд Рамуари — сын Верховного? — тихо выдохнула Майя.
— А леди Ярвинен — кто она? — Джейс тоже вопросительно посмотрел на меня.
— Потом расскажу. Идем наверх, посмотрим, что дальше будет?
Майя испуганно покосилась на испорченную лестницу.
— Если попадемся, нам конец.
— Значит, не попадемся, — поддержал меня парень. — Быстрее, а то что-нибудь пропустим!
Не успели мы совсем немного. Владыка прошел в комнату, в которую мы всего несколько дней назад занесли леди Ярвинен. Перед дверью остался дежурить Рейнольд. Последняя надежда на «не подглядим, так хоть подслушаем» растаяла.
— Ингрид?
Верховный нерешительно замер на пороге. От вида изможденной полумертвой целительницы дракону впервые за долгое время стало страшно. Что же он натворил?
— Инги, сокровище мое, — дракон аккуратно присел на край кровати. — Ингрид, пожалуйста, проснись, — Владыка гладил северянку по руке, не решаясь разбудить женщину. — Любимая моя, прости меня. Я — глухой идиот. Я должен был понять. Я был уверен, что ты уходишь навсегда.
— Я бы ни за что не ушла от тебя, — леди чуть улыбнулась, не открывая глаза, и сжала ладонь Валимира. — Я лишь хотела делать что-то полезное. Я даже была готова каждый день возвращаться к тебе порталом, а ты знаешь, как меня после них мутит.
— Прости меня, — снова прошептал Верховный, — я должен был понять. Не оставляй меня, Инги, птичка моя северная, я не смогу без тебя.
— Скажи, что любишь меня.
— Люблю, Инги.
Северянка чуть приоткрыла глаза.
— Ты — лучший бред, какой я могла увидеть, — слабо выдохнула целительница, опуская веки. Ей потребовалось собрать все силы, чтобы снова не провалиться в беспамятство. — А знаешь, не будь ты галлюцинацией, я бы никогда не призналась. Помнишь, я помогала тебе лечить Грэнхара и не рассчитала силы? Ты потом нес меня на руках. Я тогда все понимала, что происходит, только пошевелиться не могла. И мне было так хорошо, так уютно, что я подумала: этим рукам я доверила бы свою жизнь. Глупо, правда? Я тебя видела первый раз, не знала даже твоего имени, а все равно мечтала быть рядом. И потом, на качелях во дворце, когда ты обнимал меня, я поняла: я хочу стать так близка тебе, как только смогу. Не исчезай сейчас, ладно? Побудь со мной. Я ведь знаю, что умираю. Не зря ты меня учил. Не уходи. С тобой не так страшно.
— Я тебя не отпущу, — дракон принялся осторожно вливать в женщину свою Силу через практически исчезнувшую связь тай-ар. Делать это было невероятно сложно — Валимир действовал интуитивно, стараясь не уничтожить случайно последнюю ниточку, удерживавшую Ингрид в мире живых. В истории было описано много случаев гибели одного из пары после разрыва тай-ар, но никто не знал, можно ли ее восстановить. Верховный надеялся, что у него получится. — Я не отпускаю тебя, слышишь? Инги, ты должна остаться со мной. Будет тебе и портал до Саодрина, и собственная школа целителей на Островах, если захочешь. Только останься со мной, иначе, клянусь, я отправлюсь за тобой и в следующей жизни запру тебя в огромном замке, из которого ты точно не сможешь сбежать.
Ингрид улыбалась. Целительница была слишком истощена, чтобы связно мыслить или понять, что ей говорят, но такой родной, такой любимый голос Валимира придавал ей сил.
Владыка спускался по лестнице, бережно держа на руках завернутую в одеяло леди Ярвинен. На скулах и лбу дракона блестела темная чешуя, а за спиной подрагивали сложенные кожистые крылья. Мы снова метнулись к колоннам, но Верховный нас даже не заметил. Студентов, напуганных появлением крылатого ящера, в пределах видимости не было.
На пути Валимира из сверкающей голубым воронки вышел Артаниэль. Эльф быстро оценил обстановку.
— Твоя работа? — маг взглядом указал на испорченную лестницу.
— Погорячился. Отведешь к Воротам Саодрина? Не хочу лететь с Ингрид на руках.
— С тебя новая целительница, — светлый послушно открыл портал. — Мы и так после ареста Лиемо без рунолога остались.
— Пришлю Эвиту, — пообещал Владыка, — будет летать над Саодрином, людей приучать. Пугливые они здесь какие-то…
— Все-таки забрал, — Джейс выглянул из-за колонны. — Ты была права. Кто такая Эвита, знаешь?
— Никогда не слышала, — помотала я головой. Сестра про нее ни разу не упоминала.
— А что такое тай-ар? — неожиданно вспомнила Майя.
— Понятия не имею. Может, что-то на драконьем? Пошли, выясним.
— Куда?
— Как, куда? В библиотеку, разумеется!
В лавке было невыносимо скучно. Весеннее утро — это такое унылое время, когда никому ничего не надо. Покупатели начнут заглядывать только ближе к вечеру, а до тех пор я была вынуждена маяться от безделия.
Я развалилась на узком диванчике. Рядом на полу устроилась Тиа. Свесив руку, я поглаживала лениво зевающую кошку. Очень хотелось мороженого.
— Доброго утра, — рядом, нагло меня подвинув, устроился Маркус. Оборотень ходил в охране Шейновых караванов, а когда тот решил осесть в столице, остался вместе с ним. Внушительный широкоплечий воин с добродушным лицом и хитрым взглядом не хуже мантикоры служил приманкой для покупательниц всех возрастов.
— И тебе доброго, — я поленилась поднимать голову. — Марк, а расскажи сказку?
— Чего? — оборотень от удивления поперхнулся. Тиа положила голову ему на колени. Звериной сущностью мужчины была пума, так что крылатая чувствовала в нем родственную душу.
— Сказку, байку, да что угодно, — я все-таки приподнялась, чтобы посмотреть на реакцию воина. — Ску-у-учно. Вот например, почему «волчок»? Ты же не волк, а кошка мартовская!
О любовных похождениях Маркуса по Саодрину ходили легенды. Поговаривали даже, что три девушки сразу для него не предел. Я предпочитала не выяснять подробности, а сам оборотень ничего не рассказывал, бережно храня секреты своих дам.
— За манеру боя, — пожал плечами воин. — Пока шла травля на темных, я старался лишний раз не превращаться. Никогда не знаешь, как к тебе отнесутся твои вчерашние друзья. Зато прозвище прилипло так, что теперь не отстанет.
Марк опять замолчал. Я следила за бьющейся в витражное стекло мухой. Скучно.
— Ну расскажи сказку? — снова предложила я. Оборотень вздохнул.
— Какую?
— Любую. Ты же весь материк обошел!
— Не весь, — усмехнулся воин. — В Ларигадере я не был. И к гномам не ходил.
— В Ларигадере никто, кроме дроу, не был, — я махнула рукой. — Ну расскажи что-нибудь!
— Ты когда-нибудь была в Красной Гавани?
Я кивнула. Воспоминания об этом городе у меня остались не самые приятные.
— На востоке от нее раскинулась огромная пустыня, которую местные называют очень просто — Пески, — продолжил Маркус. — Никто не знает, что расположено в ее сердце, но поговаривают, что территорию эту делает безжизненной древний храм. Кем он построен и кому в нем поклонялись, никто сказать не может. Ни один караван не останавливается рядом с пустыней. А те, кто однажды рискнул, либо исчезают, либо, проснувшись утром, уходят так далеко, как только получится, и никогда больше не приближаются к Красной Гавани.
— И что?
— Что?
— Это вся сказка? — я не удержалась и фыркнула. Рассказчик из оборотня вышел так себе. — В чем смысл?
— Сам не знаю. Только караванщики действительно стараются держаться от Песков подальше и даже делают крюк, обходя город с запада. Не знаю я сказок! — неожиданно рыкнул Марк.
— Ну не знаешь, и не надо, — сдалась я. Чем он только своих любовниц цепляет, интересно? — Ты мороженое любишь?
— Кто ж его не любит?
— А угостишь? — я невинно захлопала ресницами. — Мне за магазином смотреть надо, я выйти не могу, а тут неподалеку его так вкусно делают! С ягодами…
Поняв, что я все равно не отстану, воин ушел за лакомством. Я снова закинула ноги на диван. Оборотень вернулся через несколько минут. В руках он держал два больших вафельных рожка, доверху наполненных моим любимым мороженым.
— Ура! — я с воодушевлением принялась за десерт. Только на этот раз он мне показался совсем безвкусным.
— Марк, а с чем мороженое?
— С ягодами, как ты и просила, — воин свою порцию уже доедал. Никаких признаков неудовольствия он не проявлял. Я еще раз взглянула на подозрительный рожок и, пока оборотень отвлекся, скормила его мантикоре. Тиа, как и Маркус, лакомство проглотила. Я снова откинулась на диван. Пора завязывать с экспериментами на кухне. Ну не дано мне творить шедевры! А готовить так, чтобы никого не отравить, я худо-бедно научилась. Вот только сама вылечусь…
В витражное стекло стучала муха. Было скучно.
— Магистр Кирано, вы не могли бы мне помочь?
Я мысленно хихикнула, увидев, как дернулся от этих слов ректор. Бал прошел больше двух месяцев назад, а несчастному графу все еще приходилось иногда скрываться от обожающих его студенток. Я специально выбрала именно эту фразу, чтобы посмотреть на реакцию мага. И она оправдала мои ожидания!
— Летиция, это вы, — Кирано расслабился. — Даже непривычно, обычно это вы мне помогаете. Что-то случилось?
— Вы знаете, что такое «тай-ар»? Мы перерыли всю библиотеку, но не нашли ни одного упоминания.
— И не найдете, — граф как-то странно сверкнул глазами, заставив меня на секунду забыть, как надо дышать. — Стали свидетельницей впечатляющего визита Владыки Валимира? — я кивнула. — Записи про тай-ар есть лишь у эльфов и драконов. Ни в одной библиотеке Шаурикума вам не помогут.
— Вы не расскажете, что это?
Магистр откинулся на спинку кресла и сложил руки в замок.
— Есть древняя легенда… — начал Кирано, но неожиданно замолк на полуслове. — Майя, Джейс, хватит прятаться. Садитесь и слушайте.
Разоблаченные друзья послушно заняли свободные места.
— Одна древняя легенда гласит, что давно, когда материк был един, на нем жили всего три расы. Небо и вода принадлежали драконам, земля — эльфам, а толща гор — дроу. Боги в то время ходили среди своих детей, во всем им помогая. И вот однажды Хозяйка Судеб заметила, что Темная и Светлый стали друг другу ближе, чем друзья. Тогда она предложила создать особенную связь, которая позволит им чувствовать друг друга, как далеко бы они ни находились. Боги с радостью согласились, ведь они были заняты каждый своими творениями и редко виделись. Именно Хозяйка придумала брачный обряд, которым мы пользуемся до сих пор, и именно она придумала тай-ар. Глядя на счастье своих друзей, Хозяйка Судеб решила давать похожий дар самым достойным. Каким образом она выбирает, неизвестно.
Граф ненадолго замолчал, собираясь с мыслями, обвел взглядом затаивших дыхание друзей, чуть задержался на мне… Долго испытывать наше терпение магистр не стал.
— Прошли столетия, стараниями Богов появились новые расы: гномы, феи, оборотни и люди.
— А орки? — не очень вежливо встрял Джейс.
— Орков создал Кровавый Бог, и не стоит его лишний раз упоминать, — покачал головой Кирано. — Светлый и Темная начали ругаться, а вслед за ними все менее дружескими становились отношения между светлыми и темными эльфами. Потом, многие столетия спустя, мир окончательно разделился на два лагеря. Драконы же, дети Хозяйки, живущие дольше остальных, увидели, как погрязает в хаосе привычная им жизнь, и приняли решение уйти. Часть суши, послушная их воле, отделилась. Так появились Драконьи Острова. На материке тем временем началась первая из многочисленных войн между последователями двух Богов. После очередной ссоры Светлый покинул свою жену и, как это часто бывает, быстро нашел утешение на стороне. Темная через тай-ар чувствовала, как наслаждается в чужих объятьях любимый, и решила, что смерть лучше, чем это унижение. И хотя Боги не могут умереть, ее пожелание, больше похожее на проклятие, прозвучало: «Пусть тай-ар рвется, как струна, и тот, кого покинули, умрет». Многие смерти произошли из-за этого страшного порыва. Тай-ар, просыпающаяся при встрече с нареченным, не всегда дарит счастье. Что делать, если избранник не дракон, не дроу и не эльф? Несчастным, почувствовавшим зов связи, оставалось лишь надеяться, что их чувства окажутся взаимными и вечными. Так происходило редко. Дар величайшей любви для многих стал проклятием.
— А как… — мой голос немного охрип от волнения. Почему-то не покидало ощущение, что граф рассказывает только для меня. — Как можно почувствовать тай-ар?
— Как любовь с первого взгляда, — Кирано, не отрываясь, смотрел мне в глаза. — Влечение. Желание быть рядом. Желание защищать. Потом, спустя некоторое время, между парой формируется тонкая нить, соединяющая две ауры. Маги способны ее увидеть, если знают, на что смотреть, — граф, чуть улыбнувшись, отвел взгляд, а я наконец-то смогла нормально вдохнуть. — Подробнее можно узнать у Владыки Валимира, но, думаю, в ближайшее время он будет сильно занят. Леди Ингрид — человек, а значит Верховному тай-ар преподносит некоторые… трудности. Лета, лучше расспросите Арабеску д'Раххэ. Она, кажется, неплохо к вам отнеслась. Уверен, леди не откажет.
Магистр снова принялся гипнотизировать меня своими льдисто-голубыми глазами. От его взгляда бросало в жар. Да что происходит?
— Я удовлетворил ваше любопытство? — ректор склонил голову набок.
— Да, спасибо, — вместо меня ответила Майя и за рукав буквально вытащила меня из-за стола. Я чувствовала себя оглушенной. Что это сейчас было? Неужели граф пытался со мной флиртовать? Нет, не может этого быть. Я с трудом оторвалась от манящей голубизны. Конечно же, я все придумала. Выдала желаемое за действительное, и точка. Ведомая за руку к выходу, я несколько раз глубоко вдохнула, успокаиваясь. В груди поселилась непонятная незнакомая тоска.
— Что это сейчас было? — как только двери библиотеки закрылись, Майя прижала меня к стене. Я нервно хихикнула — самой бы знать!
— Ты о чем?
— О ваших переглядываниях, — поддержал свою подругу Джейс. — Между вами разве что искры не летали!
— Не понимаю, о чем вы, — щеки предательски покраснели.
— У тебя что, — Майя оглянулась, проверяя, не подслушивает ли кто, — что-то с ректором? А как же Нир? Вы что, расстались? Я его после бала не видела.
Я не выдержала и хихикнула еще раз. Как объяснить друзьям, что Нир — это и есть ректор? И не появлялся он, потому что у нас никогда ничего не было… и не будет.
— С ума сошла? — я решила отпираться до последнего. Предать доверие графа и выдать его тайну я не смогла бы даже лучшим друзьям. — Я и Кирано? Очень смешно. А Нир… Да, как-то не сложилось. Не страшно, другого найду. У нас занятие, забыли? Новая целительница. Опоздаем ведь!
Угроза подействовала. Друзья прекратили допрос и со всех ног побежали к нужной аудитории. Еще в первые месяцы все студенты твердо уяснили: хуже опоздания к драконам может быть только опоздание к магистру Жижино, демонстрирующей на злостных нарушителях дисциплины действие своих любимых ядов.
— Арт, все готовы, — еле слышно сообщил Кирано. Эльф кивнул.
Лес вокруг большого поместья в графстве Нария был полон магов. Обнаружить это место светлый смог только благодаря остаточной энергии почтовых порталов, считанной с части писем барона Лиемо. Именно отсюда магистру прислали указание «взять девчонку эльфа».
Официально поместье принадлежало графине Дамар, но сама женщина не только не имела магических способностей, но и провела последние два года при дворе королевы. Допрашивать леди в надежде выяснить, кто пользуется ее домом в ее отсутствие, не стали — побоялись спугнуть заговорщиков. Было решено брать поместье штурмом.
Предварительная разведка показала, что в доме кто-то есть. Артаниэль незаметно усмехнулся — теперь, когда барон Лиемо был мертв, заговорщики лишились своего осведомителя в Академии. Выдохнув, эльф приказал начать штурм.
В душе поселилась веселая злость. Он, Верховный Маг Наурдаиля, ползает по лесам и ловит мятежников чужой страны! Быстрее бы это все закончилось… Как же хочется забрать Арлин и ее наглую крылатую кошку, вернуться домой и снова погрузиться в размеренный ритм жизни Дивнолесья! Туда, где не станешь, выходя на улицу, обвешиваться защитными артефактами, где никто не пытается воткнуть кинжал в спину, где не бывает зимы… Под ногами мерзко хрустнуло. Здесь, среди дикой природы, снег еще даже не начал таять. Теплолюбивый эльф ненавидел холод.
В поместье раздался взрыв. Еще один, и еще… Выругавшись, светлый побежал на помощь своим магам.
— Проклятье!
Изнутри дом заволокло дымом. Арт не то что магов, собственных рук различить не мог. Рядом появился Кирано.
— Ушел, — сплюнул граф. — Открыл нестабильный портал и смылся! Я даже лица его не разглядел из-за этого дыма. Нужно поспрашивать остальных, может, кто понял, кого мы тут ловили…
Светлый едва не взвыл от досады. Столько трудов насмарку! Самоубийца и псих! Чтоб его этот портал к оркам в горы… нет, не надо к оркам. Второго Вакура Арт не выдержит. Чтоб ему к драконам на Острова провалиться, вот! Оттуда никуда не денется.
Как оказалось, это была не последняя плохая новость за день. Когда недовольные маги вернулись в столицу, эльфу пришло очередное донесение: несколько часов назад во дворце скончалась графиня Дамар. Последняя ниточка к заказчику похищения Леты оборвалась.
— Красота какая, — вздохнула Майя. Я была с ней полностью согласна. В небе над Академией парила леди Эвита Ливиа, новая преподавательница целительства. Грациозная дракониха с узкими вытянутыми крыльями, явно предназначенными для скоростных полетов, старательно кружила вокруг башен. В закатном свете ее чешуя переливалась всеми оттенками синего и зеленого. Иногда магистр Ливиа сбивалась с ритма, заваливалась на левый бок и начинала падать. В такие моменты ее страховал лорд Никро, летающий вслед за ней. Рейнольд оказался ярко-красным огромным зверем с зубчатым гребнем, тянущимся от затылка до кончика хвоста. На вытянутой морде дракона выделялся крупный шрам. Когда Эвите во время освобождения Саодрина порвали крыло, Рейн ринулся вниз и перекусил баллисту пополам. Острые железные и деревянные обломки изнутри ранили пасть дракона и навсегда оставили о себе память. Кто именно разузнал эту историю, я не знала. Она шепотом передавалась в коридорах и комнатах, а девушки, тайком вздыхавшие по могучему преподавателю природной магии, роняли украдкой слезы и завидовали Эвите. С появлением целительницы стало ясно, почему Рейну были безразличны окружающие его студентки. Нежность, с которой широкоплечий воин смотрел на свою хрупкую подругу, была понятнее любых слов.
— Пойдем лучше из окна посмотрим? — предложил Джейс. Майя, замерзшая несмотря на теплую куртку, его поддержала. Я отказалась. Мне нравился этот весенний вечер. Пусть холодно, пусть под ногами все еще похрустывает снег, но кое-где уже виднеются прогалины, а по утрам слышна звонкая капель. Я любила это время года, когда природа пробуждается, и ты сам замираешь в ожидании какого-то чуда. Полной грудью я вдыхала наполненный надеждой воздух и наслаждалась каждой минутой, проведенной на улице. Друзья уговаривать не стали. Взявшись за руки, парочка убежала к общежитиям, и я не сомневалась — вряд ли им будет до любования драконами.
Эвита снова начала заваливаться, но в последний момент смогла выправить полет. Рейн, кинувшийся ей на помощь, отступил, позволяя подруге справиться самостоятельно. Пара продолжила кружить вокруг Академии.
— Любуешься? — я вздрогнула от неожиданности. Рядом на холодные ступени сел блондин. Мне потребовалось несколько секунд, чтобы сопоставить голос и внешность — все-таки иллюзию Кирано на балу я видела лишь мельком.
— И вам доброго вечера… Нир.
— Держи, подстели и закутайся, — ректор протянул теплый меховой плащ, которым я поспешила воспользоваться. Сложенная в несколько слоев старая юбка от промерзшего камня защищала мало. Сам граф так же поступил со вторым плащом.
— Зачем вы здесь?
— Хочу посмотреть на драконов, — блондин подмигнул, — но мне не с кем. Я подумал, раз твои друзья тебя покинули, ты не откажешься составить мне компанию. Хочешь верь, хочешь нет, но драконий полет я вижу второй раз в жизни. Первый был на войне, а вот явление Владыки народу я пропустил. Жаль. Говорят, было красиво и жутко.
— Верховный раза в два крупнее Рейнольда, — решила я поделиться впечатлениями, — черный и матовый. Его чешуя не блестит, а словно поглощает свет. А еще у него на морде с одной стороны шипы обломаны, но почему-то, когда Валимир — человек, этого не видно, как у Рейнольда.
— Потому что его лечила Ингрид, — поведал Кирано. — Будь у нее в тот момент больше времени и сил, возможно и драконья морда осталась бы целой. Но лицо она ему спасла.
— Нир… — я немного замялась, подбирая слова. — Зачем вам иллюзия? От кого скрываться сейчас, в темноте?
— Ты удивишься, сколько любопытных глаз выглядывает из окон общежития именно в темноте. А еще больше тех, кто по этой темноте бродит, — граф облокотился на ступени — так было намного удобнее смотреть в небо. — Если я начну появляться рядом с тобой в настоящем облике, поползут очень неприятные слухи, которые могут испортить жизнь и тебе, и мне. К тому же, я невольно тебя подставил. Шепчутся, что тебя бессовестно бросили сразу после бала. Да, я слежу за сплетнями, — ответил магистр на удивленный взгляд. — Иногда тако-о-ое удается узнать… В общем, будем исправлять ситуацию.
Мне было глубоко все равно на слухи, так что я только пожала плечами. Внимание магистра, пусть даже рационально оправданное, было приятно.
Некоторое время мы молчали, глядя, как на фоне загорающихся звезд парят драконы. Эвита явно начала уставать. Все чаще она сбивалась, но продолжала упрямо рваться ввысь. Я улыбалась, спиной чувствуя взгляд графа. Плащ пришелся очень кстати — теперь я могла сидеть на ступенях замка хоть до утра.
— Чуть не забыл, — я почувствовала, как меня обнял теплый ветерок магии ректора. Оглянувшись, я с удовольствием посмотрела на рыжего мага — настоящего. — Найдешь, что изменилось?
Я хмыкнула, принимая вызов. Найти иллюзию? Легко! Осмотрела руки, одежду, сапоги, ощупала лицо — вдруг, Кирано решил поменять мне внешность? Все оставалось прежним. Последними проверила волосы, но и там не появилось ничего нового. Как так? Что-то же должно было измениться!
— Сдаешься? — магистр хитро улыбнулся. Вот еще! Я поправила очки и собралась начать заново. Очки! Я сняла их и с восторгом принялась рассматривать ставшую ювелирной оправу. Тонкое кружево из белого золота и вплетенные в узор маленькие рубины на дужках — явно в тон браслету. Я даже приподняла рукав и сравнила.
— Ты все время его носишь? — граф выглядел удивленным. Мысленно я ругнулась — так глупо себя выдать!
— Да, — отпираться не было смысла. — Он мне очень нравится. Красивый. Я ведь за него так и не поблагодарила.
— Что значит, не поблагодарила? Я за этот браслет получил потрясающий вечер и самую красивую девушку в придачу. По-моему, достаточная благодарность.
Самую красивую? Я не ослышалась? Кирано, увидев мои округлившиеся от удивления глаза, все понял.
— Не веришь? Ты себя в тот вечер видела? Даже Арлин, несмотря на то, что над ней явно поработал кто-то из эльфов, до тебя не дотягивала. Про местную аристократию я вообще молчу — эти, может, выглядят дорого и достойно, зато в голове у них чаще всего пусто. К сожалению, среди наших студентов такие тоже встречаются. Так что да, я смело заявляю: на Зимнем балу именно ты была самой лучшей, и все, кто хоть немного понимают в женской красоте, со мной согласятся.
Я? Лучшая? Ну да, конечно… Иногда, вот как сейчас, я не понимала: почему вообще ректор со мной возится?
— Все-таки не веришь, — вздохнул граф, заглянув мне в глаза. Я хотела поверить, очень хотела. Но разве может быть, чтобы такой человек говорил комплименты мне — простой первокурснице, ничего из себя не представляющей? Магистр, не дождавшись ответа, снова лег на ступени. — Лета, ты меня боишься?
— Н-нет, — я чуть запнулась. К чему этот вопрос? В отличие от сестры, я Кирано доверяла.
— Тогда куда ты ползешь? Когда я только пришел, ты сидела намного ближе. Ну-ка, возвращайся.
Я почувствовала, как щеки заливает предательская краска. Как обычно, маг был прав. Я сама не заметила, как отодвинулась от графа, опасаясь выдать свои чувства.
— Лета, иди сюда, — повторил магистр, — или я сам приду к тебе.
Не поднимая взгляда, я вернулась на свое место.
— Я не кусаюсь, — Кирано все-таки пересел ближе, почти вплотную. Мое сердце колотилось так, что казалось, слышно было всей Академии. — Смотри, приземляются!
Драконы действительно спускались широкими кругами. Первым сел Рейн, превратился в человека, и магией подстраховал чуть не пропахавшую носом землю Эвиту. Новая целительница, как только вернула человеческий облик, принялась массировать больную руку.
— Привет, Нир, Лета, — кивнул Рейнольд, поднимаясь по ступеням.
— Вы знакомы? — тут же вскинула голову Эвита.
— Летиция Дамуазо — твоя студентка, а Нира ты знаешь — посмотри глубже, — дракон совсем невежливо пнул ректора. — Поделись плащом, мы тоже посидеть хотим.
— О, ма…
— В этом облике — Нир, — перебил женщину граф. — Не порть мне легенду!
— Плащ отдай, жадина, — Рейнольд буквально вытряхнул магистра из уютного кокона и предложил сесть Эвите. Широкого куска ткани с лихвой хватило на двоих.
— Наглая крылатая ящерица, — маг шутливо погрозил паре кулаком. — В моей собственной Академии — и такое неуважение.
— Ничего не знаю, в Академии главный Орин Кирано, а ты тут так, мимо пробегал, — отмахнулся Рейн. Эвита устроилась у него в руках и положила голову на плечо дракона.
— Хм-м, Летиция, ты не пустишь меня к себе?
— Я лучше пойду, — я вскочила и вернула плащ ректору. — Вот, спасибо. Мне пора, завтра занятия рано…
— Ну и какого… вас принесло? — граф смотрел в спину быстро шагающей к общежитиям девушки.
— Тебе помочь хотели, даже пример подали, — Рейнольд виноватым себя не чувствовал. — Кто же знал, что она сбежать решит?
— Спугнули, — вздохнула Эвита. Кирано махнул рукой на драконов и направился к себе. Вечер был безнадежно испорчен.
В свою комнату я вбежала, словно за мной гнались мертвяки магистра Терра. Произошедшее на ступенях замка никак не укладывалось в голове. Я вспомнила, как мило смотрелась Эвита в руках Рейна. Неужели, мы с Кирано тоже могли бы так… Нет! Я резко встряхнула головой, отгоняя непрошеные мысли. Не станет же граф всерьез за мной ухаживать? Или станет? Сердце, вопреки доводам разума, забилось чаще.
Чувствовала я себя отвратительно. Даже стряпню Тарии я ела через раз. Амазонка, как могла, подстраивалась под меня, но я никак не могла понять, от чего именно мне становится плохо. А еще постоянно хотелось мороженого, но стоило его заполучить, как я понимала — это совсем не тот вкус. Слишком кисло, слишком сладко, слишком холодно… Меня ничего не устраивало. Зато Тиа с удовольствием доедала очередной не понравившийся мне десерт.
На улице царило то беззащитное время года, когда снег уже оттаял, а зелень еще не появилась. По-зимнему холодный ветер не давал снять надоевшие сапоги и куртку. Особенно меня расстраивала невозможность прогуляться в подаренных леди Диларой платьях. Эльфийские наряды были рассчитаны на теплый климат Дивнолесья, а не на ледяную весну Шаурикума.
Мы с Артом гуляли по широким мощеным улицам. Скрываться теперь было бесполезно — кем бы ни были заговорщики, они точно знали, кем я являюсь и где живу, но и возможностей мне навредить у них больше не было. К тому же, рядом со мной всегда была Тиа, вполне способная меня защитить, и несколько убойных артефактов-украшений, которыми увешал меня светлый.
Много раз мы пытались понять — чем мы себя выдали? В итоге сошлись на двух версиях: либо в ту первую ночь, когда эльф провожал меня домой, нас кто-то видел, либо за нашей перепиской следили. Артаниэль склонялся к первому варианту. Он всегда заботился о том, чтобы его письма не давались в чужие руки.
— Как дела в Академии? — поинтересовалась я. Арт не очень любил рассказывать о проблемах, но я не могла оставаться в неведении. Если нам угрожала опасность, я хотела об этом знать.
— Ноэля Жижино помнишь? — я кивнула. — Орин утвердил его на должность преподавателя рунной магии. Парень оказался даже более сведущим, чем барон Лиемо. В прежние времена на столь теплое место он бы не пробился, зато теперь сможет развиваться вместе с Академией. Я был на его занятии. Из Жижино вышел отличный преподаватель.
— Барона нет, в Академии снова спокойно?
— Если бы, — Арт поморщился. — Не один же он эту кашу заварил? Но маги-отступники ничего не предпринимают, и мне это не нравится. Будто это не их сеть исполнителей я разрушаю последние два месяца.
— Может, они ничего не могут сделать? — вопрос был больше риторическим. Светлый успел изучить повадки заговорщиков и знал, что они сумеют выкрутиться из любой дыры.
— Или готовят очередную особо крупную гадость, — подтвердил мои догадки эльф. — На всякий случай будь осторожнее, хорошо? Мороженое хочешь?
Я почувствовала, как мне снова становится плохо. Тьма, я ведь только начала приходить в себя! Арт понял меня без слов и открыл портал домой. Последнее время наши прогулки заканчивались именно так.
— В следующий раз отведу тебя к Тарвиэлю, — тоном, не терпящим возражения, сообщил мне светлый. Я с тоской согласилась. Как я надеялась, что справлюсь сама! Терпеть не могу целителей. Раньше я боялась, что кто-нибудь из них сможет узнать во мне саламандру. Со временем страх пропал, но настороженное отношение осталось. Без серьезного повода я к магам не обращалась, но сейчас светлый был прав. Иногда мне становилось настолько плохо, что я целый день не могла есть. Пора было с этим что-то делать.
Ингрид приоткрыла глаза. Полупрозрачный полог задерживал солнечные лучи, но отвыкшие от света глаза все равно заслезились. Целительница повернула голову. Рядом, уткнувшись лбом в ее плечо и обвив ее руками и ногами, лежал Валимир. Женщина провела ладонью по спутанным черным волосам. Владыка вздрогнул от прикосновения.
— Инги?
— Значит, ты мне не приснился, — северянка улыбнулась. Как же она соскучилась по этому низкому чуть рычащему голосу, по головокружительному запаху корицы…
— Конечно, нет. Почему ты мне не сказала?
— Что не сказала?
— Что тебе плохо. Если бы не Грэнхар, я бы никогда не узнал. Ты бы умерла, понимаешь? — в голосе дракона звучало отчаяние.
— Что со мной было?
Верховный отвел взгляд.
— Тебе повезло, что Нарида пересказала Грэнхару ваш разговор. Мой сын умен, он смог сложить два и два и вовремя сообщить мне о моей ошибке. Я… своими руками чуть не убил тебя. Я был уверен, что ты решила оставить меня навсегда. «Умрет тот, кого покинут». Я готовился к смерти, а в итоге чуть не потерял тебя.
— У нас… тай-ар? — догадалась целительница. После чудесного спасения Даррена она много времени посвятила изучению этого вопроса. — Почему ты мне не сказал?
— Не хотел, чтобы ты оставалась рядом из жалости.
— Большой глупый дракон, — Ингрид прижалась к Владыке. — Какая жалость? Я пошла за тобой, потому что хотела этого.
— Ты, как и мы, слишком ценишь свободу, — вздохнул Верховный. — Зачем ты отправилась в Саодрин? Разве тебе мало Островов?
— Островов? Я заперта в твоем доме! — в голосе женщины прорезались истерические нотки. — Я же не дракон! Я не умею летать или плавать! Да я кроме твоего острова здесь ничего не видела!
— Инги, — Валимир стиснул целительницу в объятьях, пока она снова не надумала сбежать. — Инги, прости, я совершенно об этом не подумал. Наоборот, как дурак, каждый день радовался, что ты всегда встречаешь и провожаешь меня.
— А что мне оставалось? — горько усмехнулась северянка. — Я никогда от тебя не уходила. Я только хотела перестать быть бесполезной игрушкой.
— Ты не игрушка и никогда ей не была. На этот раз мы сделаем по-другому. Потерпи немного. Я почти все дела передал Грэнхару, в любой момент его можно короновать. Избавлюсь от этого бремени и уйду с тобой. Хочешь в Саодрин? Отправимся в Саодрин. Захочешь еще куда-нибудь — так и будет.
Ингрид ошарашено смотрела на дракона. Он что, правда собирается отречься ради нее? Острова были для Валимира всей жизнью, он, как истинный Владыка, трудился на благо своих подданных, не жалея себя. Разве сможет он жить иначе?
— Не вздумай, — решилась целительница. — Мне, может, твоя корона нравится? Я уходила за Верховным драконом, и точка. Лучше я сама буду возвращаться порталом.
— Грэнхар сильно расстроится. Он давно мечтает занять мое место.
— Он не знает, во что ввязывается. Пусть отдыхает пока, потом спасибо нам скажет.
— Нам, — выдохнул Валимир и нежно поцеловал северянку. — На ближайшее время забудь о своей Академии. Как целитель, я имею полное право на пару недель привязать тебя к кровати. Это не фигура речи, — уточнил Владыка, заметив, как округлились от удивления глаза Ингрид. — Еще раз сбежишь, так и сделаю.
— Вдыхай каждый раз, когда станет плохо, — лорд Тарвиэль оставил мне табакерку с мелко протертым порошком. — Больше я тебе ничем помочь не могу. Станет хуже — сразу, слышишь, сразу ко мне.
Я только успевала кивать, запоминая наставления. Когда Артаниэль привел меня в свой дом, целитель нас уже ждал. Чтобы понять, что со мной, ему хватило нескольких минут. Гораздо дольше эльф отчитывал меня за то, что я не обратилась к нему две недели назад, когда все началось.
Лорд Тарвиэль направился к выходу. Навстречу, словно почувствовав, что он уходит, зашел Арт.
— Что с Линой?
— Да все с ней хорошо, — махнул рукой целитель. — Что-то изменится — зови. Через несколько дней на всякий случай еще раз проверю.
Как только за эльфом закрылась дверь, светлый сел рядом со мной.
— Вот видишь, теперь все хорошо будет, — Арт ласково поцеловал меня в макушку.
— Я беременна.
— Что?! — маг буквально подпрыгнул на месте.
Что, что. Сама до сих пор не верю! Осознание того, что внутри меня появилась новая жизнь, пугало. Еще больше пугала реакция Артаниэля.
— Какой срок?
— Три месяца, — как будто это имеет значение!
— Арлин, подожди меня немного, ладно? — светлый открыл портал. — Я скоро приду.
Эльф исчез. Я с трудом подавила желание кинуть что-нибудь ему вслед. Смылся! Так и знала! Я обняла подушку и шмыгнула носом. Даже ничего не сказал! А ведь это и его ребенок тоже. Ну и ладно. Разве я раньше одна не справлялась? И сейчас справлюсь! Лету растила я, так что опыт у меня уже есть. Рука машинально опустилась живот. Вот сейчас Арт придет, и я потребую отправить меня домой к Тарии. Я все-таки всхлипнула. Я-то надеялась, светлый будет рад…
— Лина? — я опять не заметила, когда эльф вернулся. — Линочка, почему ты плачешь?
— Я думала, ты сбежал, — я уткнулась носом в рубашку любимого. Рука, гладящая меня по волосам, на секунду замерла.
— Я же говорил, что люблю тебя. Куда я от тебя денусь?
— А куда ты ходил?
Артаниэль надел мне на руку изящный золотой браслет с черненым узором.
— Учти, отказ не принимается, — шутливо пригрозил светлый. — У тебя теперь нет выбора.
— Ты серьезно?
— Конечно, — эльф снова меня обнял. — Когда-то я мечтал о тихой девушке, которая будет встречать меня дома, готовить мне ужин и заниматься нашими детьми. А потом я встретил тебя и понял, что такая жизнь мне не грозит, — я хихикнула, снова шмыгнув носом. Вот уж точно, ужина от меня не дождешься! Хоть Арт и вредина, травить я его не буду. — Но я понятия не имею, что делать с ребенком! То есть, — поправился Артаниэль, почувствовав, как я напряглась, — что ему нужно? Как его воспитывать? Я никогда не общался с детьми.
— Ты рад? — мне было очень важно это узнать. Что, если светлый не хотел ребенка? Или хотел, но не от меня, а от какой-нибудь чистокровной породистой эльфийки?
— Конечно рад, — Арт прикоснулся к моему животу. — Это настоящее чудо, Лина. До сих пор не могу поверить.
— Я тоже, — я улыбнулась. На душе стало легче. — Я же только Лету в Академию отправила, и вот, опять кого-то растить. Ни минуты покоя!
— У тебя отлично получилось, — светлый одним долгим поцелуем смог выразить все то, что чувствовал. — У нас будет ребенок, — маг словно пробовал, как это звучит. — Свадьба через неделю. Не отпирайся! Мама за это время справится, так что затягивать нет смысла. Привести к тебе Летицию?
— Потом, ближе к свадьбе, — смирилась я. Действительно, зачем ждать? — Но пока ты занят в Академии, жить я буду в Саодрине!
— Что тебя так в этот город тянет? — проворчал эльф. Кажется, сейчас он был согласен на что угодно.
— Лета, разумеется. Не представляю, как я буду за ней приглядывать из Наурдаиля.
— Орин за ней присмотрит, — попытался успокоить меня Артаниэль.
— Кирано? Да ни за что!
— Чем он тебе так не нравится?
— Он вьется вокруг моей сестры! Скажи честно, у них что-то есть?
— Не знаю, — пожал плечами светлый. — Правда, не знаю! Но Орин из той породы мужчин, которых привлекают умные женщины. Такое сокровище, как Летиция, он никому не отдаст.
— Значит, все-таки вьется, — не показалось мне в баронстве Шерия! А я-то наугад спросила. — Пусть даже не мечтает! Сколько ему лет? Хоть он и выглядит молодо, но у вас, магов, вечно все не так.
— Сорок шесть, вроде.
— Вот! — я вскочила. — А сестре всего двадцать четыре! Он же ее на двадцать лет старше!
— Лина, мне триста девяносто семь, и я старше тебя на триста сорок один год, — Артаниэль, чтобы остановить мои метания, прижал меня к себе. — Что я, по твоим меркам, совсем старик?
Я смутилась. Эльф совершенно точно стариком не был. Но Кирано!..
— Дай ему шанс, — светлый принялся отвлекать меня короткими легкими поцелуями. — Орин ведь прямо сейчас твою сестру в храм не тащит? Может, у них и не получится ничего.
— Пусть хотя бы доучиться ей даст, — смирилась я. Лета — девочка умная, за шесть найдет кого-нибудь получше. А если этот маг ее обидит, я ему голову оторву! И Тиа мне поможет.
— Лета, можно тебя на минуту?
Напротив двери стоял Нир. Однокурсники, выходившие из аудитории, с интересом его разглядывали. Кое-где уже слышались шепотки. Пока я, прикусив от волнения губу, шла навстречу графу, теплое дуновение магии позволило мне заглянуть под иллюзию.
— Найдешь, что изменилось? — снова предложил Кирано, уводя меня подальше от любопытных глаз. Я, проверяя свое предположение, прикоснулась к шее. Именно там чужое колдовство ощущалось наиболее явно. Тоненькая цепочка, настолько короткая, что не получалось рассмотреть висящий на ней кулон, была лишней. Я никогда не носила украшения. — Быстро. Почувствовала?
Я кивнула. В горле пересохло. Что сказать магистру? После той ночи на ступенях Академии общались мы только на занятиях. И вот — Кирано снова здесь. Что ему нужно?
— Я был ужасно невежлив, прости, — удивил меня ректор. — Ты и твоя сестра спасли наши жизни, хотя могли бросить нас и сбежать. И я бы понял, если бы вы так и сделали.
Я почувствовала жар на щеках. Слишком хорошо я помнила, как спорила с Арлин, отказываясь уходить без Арта и ректора. Понимал ли граф, почему я так поступила?
— Это меньшее, чем я могу тебя отблагодарить, — Кирано протянул обитый темным бархатом футляр. Внутри лежали очки — те самые, иллюзию которых я разглядывала в прошлую нашу встречу. — Я знаю, что твои сломались, и помню, как понравился тебе браслет.
— Но я не могу такое принять! Это слишком ценный подарок!
— Лета, пожалуйста, не обижай меня отказом, — голос магистра посуровел. — Хотя бы примерь.
Ювелирные очки так и просились в руки. Я не смогла побороть искушение. Подарок графа оказался таким удобным, словно делался специально для меня. Хотя, почему «словно»? Я решила, что, пожалуй, буду надевать новые очки по праздникам.
— Вот видишь, тебе очень идет, — ректор спрятал футляр обратно в карман. — Могу я попросить еще кое-что? — дождавшись утвердительного кивка, Кирано продолжил: — Сегодня с Эвитой будет летать леди Исильда. В связи с этим я хочу заранее занять место на ступенях замка рядом с тобой, пока этого не сделали Майя и Джейс. Так что, согласна?
— Да, — выпалила я, прежде чем успела обдумать. Драконы летали каждый день, и все равно на них выходила посмотреть половина Академии. Я сама с удовольствием и легкой завистью любовалась их огромными крыльями.
— Вот и хорошо, — граф ободряюще улыбнулся. — А теперь беги, пока не опоздала к магистру Терру.
Я послушно метнулась к лестнице в подвалы и уже у самой аудитории вспомнила, что мои очки остались у ректора в футляре. Провел! Обманщик рыжий! Теперь у меня не оставалось другого выхода, кроме как ходить в подарке магистра.
В первую секунду я не поверила своим глазам. На пороге стоял Леон. Что он здесь забыл? Я его с конца осени не видела! Гвардеец бесцеремонно потеснил меня и вошел в дом. Я беспомощно оглянулась на кухню. Ну почему Тарии приспичило уйти на рынок именно сейчас?
— Лина, твой жених тебе изменяет, — без предисловий выдал капитан. — Я только что видел его на площади с другой девушкой.
Я мысленно выдохнула. Артаниэль в Наурдаиле отчитывается перед Владычицей. Кого бы Леон ни принял за светлого, я могу быть спокойна.
— Арлин, одумайся, — заметил отсутствие реакции стражник. — Не ломай себе жизнь. Он тебя совсем не любит, зачем тебе выходить за него?
— Леон, в своем женихе я уверена, — попыталась я вразумить гвардейца. — Может, ты обознался? Перепутал, с кем не бывает.
— Ничего я не обознался, — возмутился капитан. — Твоего блондина очень трудно с кем-то перепутать! Тебе нужно разорвать помолвку. Он тебя не стоит!
Я разозлилась. Нет, ну сколько можно? На секунду я даже пожалела, что не осталась в Наурдаиле.
— Убирайся, — я открыла дверь.
— Ты мне не веришь, да? — Леон послушно шагнул на улицу. — Тогда я сам с ним разберусь!
Тяжелую дверь я толкнула с расчетом придать настырному гвардейцу ускорительного пинка. Чуть-чуть не успела. Стоило мне отойти на несколько шагов, как петли снова скрипнули, извещая о госте.
— Тихо, милая, — Тария, защищаясь, подняла руки с сумками. — Что было нужно этому негоднику?
Я вкратце пересказала диалог с племянником амазонки. Женщина задумалась.
— Почему ты решила, что он говорил про Арта?
— Потому что Арт — мой жених! — я подняла вверх руку с браслетом.
— А Леон об этом не знает. Для него твой жених — тот симпатичный дракон, Рейн, кажется. Что он говорил про свою девушку?
— Что она чешую ему повыдергивает, — застонала я. Рейнольд меня убьет! — Что мне делать?
— Найти его раньше Леона и предупредить, — Тария вручила мне сапоги. — Бегом!
Ее окрик вывел меня из ступора. Я метнулась на улицу, на ходу вспоминая, где, по словам Леты, любят гулять драконы. Сестренка, сама того не зная, служила для меня ценнейшим источником информации обо всех в Академии.
Я не успела совсем немного. Капитан улепетывал от летящих в него заклятий Рейнольда. У пары драконов явно назревал скандал.
— Невеста, значит? — шипела хрупкая Эвита, наступая на могучего Рейна. — Завел интрижку, пока меня не было?
— Что ты, Вита, ты же знаешь, я никогда… — воин пятился от разъяренной подруги. — Арлин — девушка Артаниэля! Я просто ей помогал.
— Эльфийку нашел? — взвыла дракониха. — Правильно, зачем тебе изувеченная я? Так и знала!
— Вита, подожди! — Рейнольд кинулся за подругой, но она, кинув какое-то заклинание, отшвырнула его далеко от себя. Как назло, в этот момент воину на глаза попалась я.
— Прости, я не успела, — под тяжелым взглядом дракона хотелось стать маленькой и незаметной.
— Как хочешь теперь объясняй Вите, что я здесь не при чем, — рыкнул Рейн. Я согласно закивала. Сейчас только до дома добегу и напишу Нариде — золотая обязательно что-нибудь придумает!
— Что вы его оправдываете?! — взвыла дракониха и тряхнула русыми волосами. Я мысленно застонала. Опять!
План Нариды был предельно прост — привести Эвиту в дом Тарии, накормить пирогами, познакомить со мной и все объяснить. Золотая не учла одного: подруга Рейнольда была просто патологически ревнива!
Я тщетно пыталась стать невидимкой. От гнева обиженной девушки меня спас только браслет Артаниэля. Но Рейна Эвита все равно прощать не хотела.
— Вита, ты же видела, как тот гвардеец прицепился к Рейнольду, — утешала дракониху Нарида. — Представь, каково было Арлин? Она даже прогнать его не могла!
— Он к тебе приставал?
— Лез постоянно, — подтвердила за меня Тария. — Никак не хотел понимать, что у нее есть Арт.
— Лина не хотела говорить об этом Артаниэлю, поэтому Рейн, как настоящий мужчина, согласился ей помочь, — продолжила уговаривать Ри. Золотая рассказывала эту историю уже в четвертый раз, но, кажется, только сейчас Эвита начала ее слушать. — Он же у тебя такой сильный! И гораздо внушительнее любого эльфа!
— Да-да, — подтвердила я. — Подумай, разве Арт смог бы отвадить кого-нибудь одним своим видом? Еще драка бы завязалась…
— Вот именно, — поддакнула Нарида. — А так, без лишних жертв, Леон окончательно отстал от Лины. И все благодаря твоему дракону!
— Правда? — Вита впервые с момента нашего знакомства улыбнулась, и я сразу поняла, за что ее так любит Рейн. Есть люди, улыбка которых, словно солнце в ненастный день, делает окружающий мир лучше. Эвита принадлежала к их числу.
— Конечно, правда, — кивнула Тария, впихивая в руки драконихи пирожок с вишней.
Чтобы окончательно успокоить ее, мы еще час на разный лад нахваливали мужество и суровую красоту Рейнольда — заступника несчастных девушек. Эвита мечтательно улыбалась и кивала.
— Простишь его?
— Конечно!
— Рейн, выходи! — крикнула Нарида так, что мне уши заложило. Из моей мансарды спустился светловолосый дракон, сжимающий в руках огромную охапку тюльпанов.
— Рейн? — Вита подскочила, опрокинув стул, и побежала к любимому. Мы тактично отвернулись.
— Мы, пожалуй, пойдем, — через несколько минут кашлянул дракон. Из-за его спины выглядывала смущенная Эвита.
— Идите-идите, — согласилась Тария. Мы с Наридой украдкой выдохнули. Пронесло! Рейнольд распахнул дверь и нос к носу столкнулся с Леоном.
— Опять ты здесь?!
— А… — гвардеец ошарашено переводил взгляд с Рейна на Эвиту. Как же — жених-изменщик с любовницей, да при мне! Положение неожиданно спасла дракониха.
— А у нас многоженство не запрещено, — невинно хлопая глазами, просветила она Леона. — Лина, мы еще зайдем!
Драконы ушли, оставив нас тихо постанывать от смеха.
В отличие от свадьбы Дара и Ар, наша с Артом была по-семейному тихой и скромной. Леди Дилара, зная о моем положении, не стала звать лишних гостей. По-хорошему, свадьба Верховного Мага Дивнолесья — событие государственного масштаба, и среди приглашенных должен был оказаться весь высший свет Наурдаиля. Но так как я никого из них не знала, леди Дилара пошла на нарушение традиций ради меня. Я была искренне благодарна эльфийке за заботу. Неожиданная беременность, не менее неожиданная свадьба… Я и так была на взводе, и лишние волнения могли мне навредить. Нескольких эльфов все-таки пришлось пригласить, но на праздник они попали не за личные заслуги, а потому, что были хорошими друзьями Артаниэля. Среди них оказался и тепло меня поздравивший целитель Тарвиэль. Как выяснилось, с Артом они вместе выросли.
Не было запутанной дороги до Храма, не было шумных толп народа… Светлый ни на секунду не отходил от меня. Кажется, он боялся, что я в любой момент рассыплюсь. Не смотря на все старания Тарвиэля, до конца успокоить мага так и не вышло.
Леди Дилара подобрала для меня легкое платье с завышенной талией, скрывшее едва-едва появившийся живот. Я-то думала, это Тария меня так хорошо кормила… На меня надели минимум украшений, но те, которые были, можно было оценить в целое состояние. Одна диадема из семейной сокровищницы а'Зиарэлей чего стоила.
Главной поддержкой для меня стали Лесная и Лета. Фея, смеясь, припомнила, как сама чуть в последний момент не передумала выходить замуж, а Летиция смотрела на меня горящими глазами и, кажется, никак не могла поверить, что станет тетей. В ногах вилась Тиа, на хвост которой я по случаю прицепила большой белый бант. Бедные эльфы! Они еще не поняли, кого занесло в Наурдаиль.
Ингрид и Валимир прийти не смогли — целительница все еще слабо держалась на ногах — зато прислали целый ворох подарков, которые, пыхтя, доставили Рейн и Грэнхар. Следом за драконами, звонко командуя, чтобы они ничего не уронили и не разбили, явилась Нарида. Вместе с ними, правда, пришел Орин Кирано, но даже рыжий ректор не смог испортить мне настроения.
Приехали и оба магистра Жижино. Ноэль за прошедшее время действительно отъелся, немного загорел и перестал походить на свежего зомби. Темноглазый маг с обворожительной улыбкой наговорил комплиментов сначала мне, потом Лете и Ар. Правда, когда за спиной феи появился явно недовольный дроу, рунолог с замашками ловеласа решил оттачивать свои навыки на других гостях и сдуру сунулся к Нариде. Грэнхар выглядел не так опасно, как темный воин, но и с ним Жижино-младший связываться не стал, переключив свое внимание на какую-то эльфийку. Я некоторое время за ним наблюдала, с наслаждением потягивая любимый морс. Благодаря порошку Тарвиэля я снова по нормальному чувствовала вкус. Рядом, зачарованно разглядывая украшенную цветами и лентами беседку, сидела Летиция. Сестренка сегодня была без очков, а потому немного щурилась, следя за танцующими парами.
Праздник леди Дилара устроила в собственном поместье. В огромном цветущем саду организовали площадку для танцев, поставили несколько беседок, столы с закусками… А я все никак не могла поверить, что это теперь и мой дом тоже. Надеюсь, Арт не оставит меня здесь сразу после свадьбы. Я планировала еще хотя бы пару месяцев провести в Саодрине. Нравился мне этот город!
— Арлин, вы сегодня потрясающе прекрасны, — на пороге беседки появился граф Кирано. — Позволите пригласить вашу сестру?
Я мысленно усмехнулась. Прекрасна я, а танцевать зовет Лету. Но настроение у меня было отличное, да и повода отказать я не видела. Сестренка, явно смущаясь, подала рыжему руку. После побега из баронства Шерия я стала доверять графу немного больше. Совсем чуть-чуть. Возможно, он действительно так благороден, как говорит Арт. Но если Кирано собирается ухаживать за Летицией, ему придется постараться, чтобы убедить меня в своих честных намерениях.
— Пойдешь танцевать? — на ухо шепнул Артаниэль. Я с трудом сдержалась, чтобы не подпрыгнуть на месте. Как он каждый раз умудряется так подкрасться?!
— Конечно, пойду, — кивнула я. Это же моя свадьба! И я тоже хочу в ней поучаствовать!
— Ты точно хорошо себя чувствуешь? — забеспокоился светлый. — Может, лучше посидим?
— Арт, если бы мне что-то угрожало, разве Тарвиэль не сказал бы тебе? — не выдержала я. — Он дал мне лекарство, так что теперь я чувствую себя просто отлично. Пойдем танцевать?
Эльф с моими доводами согласился, но все равно вел так осторожно, словно я была хрустальной. Я ведь всего на третьем месяце! Что будет, когда живот станет видно? И все же, его забота была мне приятна. Какой у меня замечательный муж!
После второго танца Артаниэль снова усадил меня в мягкое кресло. Мне оставалось только смириться. Ничего, со временем перевоспитаю… Неожиданно я заметила совершенно не понравившуюся мне картину.
— Чем это они там занимаются?
Кирано и Лета, отойдя за живую изгородь из кустов роз, о чем-то беседовали, уверенные, что их никто не видит. Танцующие, действительно, не замечали их, но мы с Артом прекрасно могли все разглядеть. Пара стояла друг к другу излишне близко, и мне даже с моего места было видно, как покрываются румянцем щеки сестры. Я уже хотела подойти и разобраться, но светлый удержал меня за руку.
— Не надо, — попросил он меня. — Орин Летицию не обидит, а ты сделаешь только хуже.
— Куда уж хуже, — проворчала я, но осталась на месте. Артаниэль успокаивающе погладил меня по руке.
Граф тем временем что-то сказал Лете. Сестренка, явно смущаясь, кивнула и повернулась к рыжему спиной. Кирано пальцами пробежал по ее голой спине — Лета ощутимо вздрогнула, но не обернулась, — и застегнул на ее шее цепочку с кулоном. Летиция попыталась посмотреть на подарок, но цепочка была слишком короткой. Рыжий довольно усмехнулся, поцеловал девушке руку, поклонился и ушел. А сестра осталась смотреть ему вслед, с глупой улыбкой поглаживая кулон.
— И как это понимать? — обернулась я к Артаниэлю. Маг с невинным видом пожал плечами.
— Твоя сестра влюбилась, — улыбнулся эльф.
— Это я сама давно знаю! При чем здесь Кирано?
— При том, — Арт на всякий случай обнял меня, чтобы не убежала, — что Орин об этом знает и собирается воспользоваться, чтобы лет через пять привести в свой дом умную, талантливую и красивую жену.
— Лет через пять? — успокоилась я. За это время сестренка десять раз успеет передумать!
— Конечно, — согласился светлый. — Пока Лета не окажется хотя бы на последнем курсе, эти отношения могут дорого обойтись им обоим. Орин не станет рисковать. Я же говорил, он не обидит твою сестру и никому другому не позволит.
— Дай угадаю: с тобой он на эту тему уже говорил? — с подозрением уставилась я на мага.
— Говорил, — не стал отпираться Арт. — Попросил тебя успокоить. Лина, ему действительно нравится твоя сестра. И в свете последних событий лучше бы, чтобы Лета так и оставалась в него влюблена.
— Каких таких событий? — насторожилась я.
— Забыла, чья ты жена? — поцеловал меня эльф. — За Летицией теперь одно из влиятельнейших семейств Дивнолесья. Как только об этом узнают в Шаурикуме, ей проходу давать не будут потенциальные женихи. Пусть лучше за ней ухаживает Орин. Пока твоя сестра видит только его, никто не сможет вскружить ей голову.
— Пять лет, — смирилась я. — Пусть только попробует тронуть Лету раньше, чем она закончит Академию!
— На большее мы и не рассчитывали, — усмехнулся Артаниэль.
— Сговорились?
— Конечно, — легко согласился маг. — Иначе к Летиции ты никого не подпустишь.
Я устало откинулась на кресле. На мою сестру начнется охота! Только этого мне не хватало! Признаем честно — на фоне этой новости граф Кирано кажется идеальным вариантом. К тому же… Лета действительно рядом с ним сияет.
— Лина…
— Что? — Арт смотрел на меня огромными от удивления глазами. — Что случилось?
— Лина, ты… — светлый сделал плавное движение рукой, словно ловил муху. — Скажи, а твои дети… они обязательно будут саламандрами?
— Нет, конечно, — пожала я плечами. — Саламандрами бывают только девочки. Что происходит-то?
Эльф восхищенно выдохнул и уставился на меня круглыми синими глазами.
— Я тебя люблю! — почти прошептал он.
— Арт? Что-то не так?
Маг снова «поймал муху» и покачал головой.
— Все даже лучше, чем могло быть, — объявил он, улыбаясь от уха до уха. — Обернись.
Я послушно посмотрела назад. Мама! Почему беседка обуглилась? Словно в ответ на мой вопрос, на нетронутых еще сажей перилах заплясал огонек. Артаниэль сделал уже знакомое движение рукой, и пламя исчезло.
— Что это?
— Наш сын, — все так же улыбаясь, поведал эльф. Я с ужасом смотрела сразу на два новых огонька, которые тут же потушил Арт.
— Это что, так всегда теперь будет?
— Регулярно, — вмешался в нашу беседу лорд Науриэль. — Кажется, вас можно поздравить? — светлый закивал. — Стоит позаботиться об огнеупорной детской. Если ваш ребенок уже на третьем месяце так явно проявляет склонность к этой стихии, я даже предположить не возьмусь, что будет, когда он родится.
Сглотнув, я вспомнила рассказ леди Дилары о детстве Арта. Она же говорила, что пока эльф не вырос, вокруг него постоянно что-то летало и взрывалось!
— Так растут все сильные маги, — пояснил в ответ на мое ошарашенное лицо Советник. — И чем больше Сила, тем тяжелее родителям, — усмехнулся он. — У Владычицы мы с Артаниэлем дежурили по очереди, и нам понадобились все силы, чтобы не дать будущим наследникам уничтожить дворец.
— У нас будет маг, — с обалделой улыбкой просветил отца светлый. Кажется, от радости он совсем перестал соображать.
— Составит детям Аластриэль конкуренцию, — хмыкнул явно довольный известием Науриэль. — С таким потенциалом они еще поспорят за должность Верховного Мага. Рад, что маги из нашего рода не исчезнут.
Над головой взорвался очередной огненный шарик. Я тихо сходила с ума. Какие еще сюрпризы меня ждут?
На этот раз Нир ждал меня у двери моей комнаты. Подаренный на свадьбе сестры кулон спрятался под шарфом, длинные рукава скрыли тяжелый браслет, и только очки были видны всем. Майя долго пытала меня в надежде выяснить, кто же дарит мне такую красоту. Я отмалчивалась, как могла.
— Идем? — предложил локоть ректор. Пока я запирала дверь, Кирано успел растянуть иллюзию и на меня тоже. Мимо, состроив магистру глазки и одарив меня презрительным взглядом, проплыла баронесса Торасская. Нир девушку, кажется, даже не заметил.
Под руку мы прошли к ступеням замка. Каждые несколько дней мы выходили любоваться на парящих в закатном небе драконов. Весна уверенно вступала в свои права — становилось все теплее, а на деревьях появились первые зеленые листочки. Сидеть на ступенях было уже не так холодно, но граф упорно таскал с собой тяжелый плащ. Правда, теперь — только один. Как оказалось, на двоих его вполне достаточно.
Я уже привычно устроилась под боком Нира и позволила ему обнять себя за плечи. Большего Кирано никогда себе не позволял. Если честно, я этому была даже рада. Слишком быстро мы сблизились, и я до сих пор не знала — хорошо это или плохо.
— Даже не будешь искать, что я изменил на этот раз? — с легкой насмешкой спросил граф. Я оторвалась от созерцания магистра Ливиа, уверенно выписывающей круги вокруг башен.
— А зачем? — притворно удивилась я. — Все равно в следующий раз узнаю, когда подарите настоящее. Сюрприз будет.
Маг секунду смотрел на меня, а потом заразительно засмеялся. Браслет, очки и кулон были ювелирными произведениями искусства. Но помимо них было еще несколько подарков, которые я «нашла» на себе в виде иллюзий. Каждый раз на следующую прогулку Кирано приносил что-то новое. Вот и сейчас я ждала, когда Нир достанет так понравившийся мне в прошлый раз кожаный пояс. Недорогие, но крайне полезные вещи: изящное перо (иллюзией оно торчало из моего кармана), новый набор шпилек взамен утерянного в плену у барона, чернильница-непроливайка, украшенная искусно вырезанной пятнистой ящерицей, теплый шарф, в который я с удовольствием куталась до сих пор и, наконец, пояс. Такие подарки я принимала с куда большим удовольствием, чем выполненные на заказ украшения. Вот и сейчас граф меня не разочаровал — протянул туго свернутый в спираль ремень. Вроде, ничего особенного: узкая полоска кожи с геометрическим узором и легкой, едва заметной пряжкой, но мне все равно очень понравилось. Определенно, вкус у Кирано был.
— Значит, сюрприз? — насмешливо поинтересовался Нир. — Хорошо, будет тебе сюрприз.
— Только по-честному, — поспешила предупредить я. — Именно то, что я не стала искать сегодня!
— Договорились, — немного разочарованно согласился граф.
Я мысленно выдохнула. Закралось у меня подозрение, что в качестве «сюрприза» опять получу что-то ювелирное. Не хочу! И так не знала, куда глаза девать, когда Кирано на свадьбе сестры преподнес мне кулон в комплект к очкам и браслету.
Драконы кружились в своем неповторимом танце. С каждым днем темнело все позже, так что теперь мы могли смотреть за их полетом в свете заходящего солнца. Сегодня с леди Эвитой летала Нарида. На блестящей золотом чешуе отражались ярко-красные всполохи. Величественная дракониха лениво взмахивала широкими крыльями. Эвиту уже не надо было страховать — искалеченная девушка уверенно держалась в небе, но для спокойствия Рейнольда всегда летала с кем-нибудь в паре.
— Кто-то идет, — недовольно покосился на дверь Нир. Я невольно вздрогнула. Граф вместе со мной придвинулся ближе к перилам и приложил палец к губам. — Невидимость, — еле слышно пояснил он.
Я кивнула и подобрала под себя ноги.
— Вас точно никто не видел? — тихо спросил первый вышедший. Его лицо скрывал глубокий капюшон. Я едва не охнула — Кирано вовремя закрыл рукой мне рот. Это был магистр Сакский!
— Вы во мне сомневаетесь? — холодно спросил второй.
— Ни капли. Надеюсь, вы справитесь.
— Как я уже сказал, здесь к нему не подобраться. Мне понадобится время.
— Оно у вас есть, — кивнул герцог и вернулся в замок. Его гость, быстро оглядевшись, ушел. Нир подождал еще несколько секунд и только потом отпустил меня.
— О чем они говорили?
— Вероятно, об очередном покушении на меня или на Артаниэля, — прищурившись, пожал плечами маг. — Все-таки замешан…
— Магистр Сакский? И вы так запросто его отпустите?
— Мы почти год пытаемся найти доказательства его причастности. Пойти и схватить герцога сейчас я не могу. За ним — королева, — развел руками граф. — Не волнуйся, Арта об опасности я предупрежу, да и сам буду осторожнее. А на исполнителя я подвесил маячок. Через пару часов будем знать, кто он и откуда пришел.
— Но зачем ему это? — сестра, конечно, рассказала мне о работе Артаниэля. Но столкнуться с ней вот так, просто выйдя на улицу… Вдоль спины пробежал холодок, когда я представила, что могло бы случиться, не имей мы привычки сидеть вечерами на ступенях.
— Деньги и власть — два древнейших мотива. Сакский почти лишился второго, и, думаю, однажды останется без первого, разорившись на наемниках. Их мы за последние месяцы проредили знатно… Идем, я провожу тебя на всякий случай. Лучше перепроверить, не оставил ли наш гость какой-нибудь гадости в Академии.
Через пару недель Арт все-таки позволил мне вернуться в Саодрин и забрать вещи. Дома нас снова поздравила Тария. Амазонка, кажется, расстроилась не столько моему отъезду, сколько тому, что я заберу Тиа. Женщина так и просидела на полу в обнимку с мурчащей гигантской кошкой, пока я складывала немногочисленную одежду. Светлый искренне пытался помочь, но вместо этого только мешался, постоянно выхватывая у меня из рук то, что, по его мнению, было слишком тяжелым. Разве можно надорваться, поднимая сапоги? Эльф к доводам разума оставался глух.
К счастью, через адресный портал из Академии прислали целый ворох писем, и Арт от меня отстал. Светлый разбирал скопившуюся в его отсутствие корреспонденцию, а я смогла спокойно заняться вещами. Периодически Артаниэль порывался бросить свои дела и заняться моими… Я не сдавалась. Что я, вещи сама не соберу?
Мерзкий хлюпающий звук и тихий стон заставили меня обернуться. Я закрыла рот руками, едва сдерживаясь, чтобы не завизжать. К скошенной стене пятью длинными лезвиями был прибит мой эльф. На голубой рубашке расплывались багровые пятна, изо рта потекла струйка крови… На полу, словно осенние листья, валялись вскрытые письма. Я всхлипнула и кинулась к Арту.
— Сейчас, потерпи немного, я тебя сниму… — я в отчаянье дергала тяжелые клинки, но ни один из них даже не сдвинулся с места. Тьма! Что же делать?!
— Аматирэль, — еле слышно выдавил светлый. — Иди в тронный зал, отец…
Аккуратно, стараясь не задеть кровоточащие раны, я сняла с шеи любимого кулон. Арт уже рассказывал, как им пользоваться. Нужно или знать, как выглядит нужное тебе место, или четко представлять, в какую сторону и на какое расстояние хочешь переместиться. Тронный зал Наурдаильского дворца я помнила хорошо. И еще не успела забыть рассказ эльфа, как на любое возмущение магического поля реагирует стража. Даже если Науриэля не окажется во дворце, его немедленно вызовут.
Крепко сжав артефакт в руке, я открыла первый в своей жизни портал и, не задумываясь, шагнула в него. Времени на сомнения не было — Арт умирал.
Аматирэль перенес меня именно туда, куда я просила. Вот только тронный зал был полон благородных эльфов. На троне восседала Владычица, а рядом, к счастью, стоял Первый Советник.
— Арлин? — вздрогнул, узнав меня, лорд Науриэль. Я едва не разрыдалась от облегчения. Как я боялась, что мне придется его ждать! Пока Арт там… — Что случилось? Почему ты…
— Артаниэль… — я протянула Советнику перепачканный кровью кулон. — Что-то было в письмах, — тараторила я, стараясь успеть рассказать все. — Я только отвернулась, а он… Я не смогла ему помочь!
— Открывай портал обратно, — не обращая внимания на придворных, скомандовал лорд. Я стиснула несчастный артефакт в руке и представила свою комнату. — Останешься здесь, — забрал у меня Аматирэль Советник. — Леди Аластриэль…
— О твоей невестке позаботятся, иди, — кивнула Владычица.
Стоило Науриэлю исчезнуть, как все взгляды направились на меня.
— Совет переносится на завтрашний полдень, — объявила Аластриэль, позвонила в колокольчик и приказала появившемуся словно из ниоткуда слуге: — Подготовьте для леди а'Зиарэль комнату и вызовите целителя. И мага, — задумчиво добавила правительница, взглядом потушив пляшущие вокруг меня огоньки. Стоило мне начать волноваться, и сила ребенка вырывалась наружу. Сама я с ней справиться не могла — под рукой всегда был сделанный Артом артефакт. Но сейчас он остался у Тарии…
Неожиданно портал открылся снова, и из него выскочила Тиа. Следом выглянул Первый Советник, взглядом нашел меня и потребовал:
— Забирай свое чудовище. Тарвиэль, ты мне нужен!
Целитель, которого я в парадной одежде и с распущенными волосами не узнала, бегом кинулся в портал. Воронка закрылась за его спиной.
Тиа на глазах изумленных эльфов подошла ко мне, понюхала испачканное кровью платье, фыркнула и лизнула меня в щеку. Я машинально почесала кошку за ухом и повернулась к Владычице.
— Лоралия поможет тебе привести себя в порядок, — мягко улыбнулась мне правительница. Рядом застыла эльфийка-служанка. — Конечно, я немного не так представляла твое появление во дворце… За Артаниэля не беспокойся, лорд Науриэль отведет тебя к нему, как только сможет. Отдыхай и ничего не бойся.
Стоило дверям тронного зала закрыться за спиной, как до меня донесся гул голосов. Кажется, к такому фееричному появлению здесь не привыкли… Плевать! Главное, что в компании Первого Советника и лорда Тарвиэля с Артом точно все будет в порядке.
— Лорд Иранэль, составьте послание для королевы Евсеи, — гневно раздувая ноздри, приказала Владычица. При напуганной и измученной леди а'Зиарэль она еще сдерживала себя… Но такое прощать нельзя. Королева и ее Совет сильно пожалеют, что не давали Верховному Магу Наурдаиля провести полноценное расследование. — Пора донести до шаурикумцев, что если им не нужна помощь в обучении магов, об этом достаточно сказать. Последнее покушение никак нельзя назвать случайностью. Еще один подобный инцидент, и Дивнолесье разорвет все соглашения с Шаурикумом. Не смягчайте формулировки, лорд. Это не нота протеста. Это ультиматум. Я требую от Ее Величества максимального содействия в поиске заказчика.
— Не слишком ли? — задумчиво спросил эльф. — Союзный договор был подписан больше пятисот лет назад. Вот так взять, и разорвать его…
— Не волнуйтесь. Советники Евсеи никогда на это не пойдут. Шаурикум слишком зависит от Дивнолесья, а оставь мы их без поддержки, остальные расы тоже не пожелают с ними связываться. Мы ничем не рискуем. Но если к нам не прислушаются…
Лорд Иранэль понятливо кивнул. Он служил при дворе почти шестьсот лет и не видел Владычицу в таком гневе, даже когда Дивнолесье терпело поражение за поражением от Ларигадера. Тогда была война. То, что произошло сейчас — обыкновенная подлость. И она будет наказана.
Воду в ванной пришлось менять несколько раз. Сколько же крови потерял Арт… Я скребла себя мочалкой, сдирая кожу, пытаясь отмыть бурые пятна. Мне казалось, что я никогда не смогу окончательно от них избавиться. Тиа лежала рядом и взглядом гипнотизировала служанку. Маг, заглянувший в комнату, чтобы передать сдерживающий огонь артефакт, едва не запрыгнул на стену, когда увидел хищницу. Тиа к такой реакции уже начала привыкать, а потому просто зевнула, показав двойной ряд зубов. Бледный как полотно эльф поспешил убраться восвояси.
Лоралия принесла мне новое платье. На моем тонкий шелк пропитался настолько, что отстирать уже было невозможно. В предоставленные Владычицей покои принесли легкий ужин, но я так и не смогла заставить себя проглотить ни кусочка. Все время боялась — как там Арт? Почему так долго? Когда в комнату, постучавшись, вошел лорд Науриэль, я была готова выть от тоски и ужаса.
— Все хорошо, — поспешил успокоить меня эльф. — Тарвиэль погрузил его в сон и занимается ранами. Через пару дней Арт снова будет стоять на ногах.
От облегчения я едва не упала. Науриэль вовремя подхватил меня на руки.
— Можно к нему?
— Идем, — открыл новый портал лорд.
Артаниэль глубоко и ровно дышал, словно просто прилег отдохнуть. Под одеялом ран и бинтов не было видно, и только непривычная бледность напоминала о том, что совсем недавно произошло.
— Магический сон, — пояснил сидящий рядом Тарвиэль. — Проспит пару суток, быстрее восстановится.
Я не рискнула подойти ближе. Сниму еще случайно чары целителя… Так и смотрела на светлого практически с порога.
— Арту очень повезло, что ты оказалась рядом, — неожиданно сказал Советник. — Ловушка была рассчитана на то, что письма он станет читать в одиночестве, не сможет позвать на помощь и истечет кровью. С такими ранами счет шел на минуты.
— Если бы я проверила его письма, я заметила бы! — я прикусила губу, чтобы не расплакаться. Этого могло не случиться!
— Ты не виновата. О готовящемся покушении Артаниэля несколько дней назад предупредил Орин. Мой сын и сам мог перестраховаться и предложить тебе взглянуть.
— Как там Тария? — вспомнила я. Амазонка ведь понятия не имела, что произошло наверху…
— Потрясающая женщина, — неожиданно улыбнулся Тарвиэль. Переживает за тебя. Это она уговорила Тиа подпустить Наури к Арту. Мантикора явно собиралась охранять его до твоего возвращения.
Кошка, словно поняв, что говорят о ней, тихо мяукнула и потерлась о ногу целителя. Эльф с удовольствием почесал ее за ушами.
— Ты ужинала?
Я пристыжено покачала головой. Тарвиэль особенно настаивал, что есть мне нужно регулярно… Но сегодня пересилить себя я не смогла.
— На кухню и спать! — почти хором скомандовали эльфы. Я поспешила уйти. Теперь, когда Арту ничего не угрожало, возможно, у меня получится заснуть.
— Леди Дамуазо, задержитесь на пару минут.
Я вздрогнула и снова села за парту, дожидаясь, пока любопытные студенты не покинут аудиторию. Леди… как непривычно. После свадьбы сестры и Артаниэля меня официально приняли в семью эльфов. Леди Летиция Нианэйль а'Зиарэль-Дамуазо, так теперь звучало мое полное имя. К счастью, во всей Академии знал об этом только граф Кирано. А дальше ректора, как и просила сестра, информация не ушла. Зачем лишний раз беспокоить преподавателей?
Ректор, стоило выйти последнему студенту, закрыл дверь и сотворил защиту от прослушивания.
— Лета, мне опять нужна твоя помощь, — вздохнул магистр. — Арлин учила тебя своему… ремеслу?
— Обходить магические охранки и вскрывать замки? — прямо уточнила я. Странный вопрос. Зачем графу вор?
— Да. Ты сможешь провести меня в покои герцога Сакского?
— Смогу, — не задумываясь, кивнула я. Нет такой магии, с которой не справится саламандра. А орудовать отмычками мы с сестрой учились вместе. Просто у нее это получалось лучше. — Но зачем?
— За доказательствами. Вчера на Артаниэля было совершено очередное покушение, на этот раз удачное. Он жив, — поспешил заверить меня Кирано. — Но на ближайшие несколько дней выведен из строя. Герцог, что очень удачно, делает все, чтобы отвести от себя подозрения. Уже третий день он активно помогает Ее Величеству Евсее в управлении страной и постоянно вертится на виду у почти сотни придворных. Если не обыщем его покои сегодня, другого шанса может не представиться.
— А как же маячок?
— Засекли и сбросили, — скривился магистр. — Что подводит нас к еще одной проблеме: чтобы заметить такой «подарок», нужен сильный и опытный маг. Скорее всего, тот же, кто и создал ловушку для Артаниэля. Отчасти, я виноват в случившемся. Не стоило надеяться на магию. Нужно было проследить самому. Но в тот момент мне казалось, что важнее проверить Академию.
— Я помогу, но у меня нет отмычек. Когда? — я стиснула кулаки. Арта достали! Не представляю, каково сейчас Арлин. Сестренка и так из-за повышенной магической активности ребенка переживает, а уж теперь…
— Вечером. Я за тобой зайду. Про отмычки не волнуйся, я принесу. У тебя брюки есть? — я кивнула. — Хорошо, юбка будет только мешать. Ах, да, — Кирано неожиданно лукаво подмигнул. — Если твои любопытные друзья захотят узнать, что мне было нужно, скажи, что я интересовался специальностью, по которой ты будешь проходить практику в конце года. Боевая магия и магия иллюзий тебя устроит? Я же видел, тебе интересна эта тема.
— Иллюзий? — я надеялась попасть на практику в Наурдаиль, к Арту и Лете… Но так даже лучше. — А разве я смогу? Я же только огнем управляю.
— Сможешь, но придется потрудиться, чтобы понять принцип. Огонь куда более пластичен, чем вода или воздух. Тем, кого слушаются все четыре стихии, разумеется, намного проще, но ты, когда наловчишься, станешь мастером не хуже меня. Потенциал у тебя есть. Согласна?
Голова кружилась от описанных перспектив. Я смогу стать магом иллюзий! Учиться у Кирано! Да! Я закивала, пока граф не передумал. Наурдаиль подождет. Магия — вот то, что действительно важно!
До вечера я ходила, улыбаясь до ушей. Даже грядущий взлом покоев герцога Сакского не мог испортить мне настроения. Я буду учиться у магистра Кирано! Магия иллюзий была для меня недостижимой мечтой, ведь везде были описаны заклинания, требующие для своего построения сразу четыре стихии. Я с удовольствием разбиралась в теории и горько вздыхала, когда вспоминала, что эта область магического искусства мне неподвластна… Но раз граф сказал, что у меня получится, я сделаю все, чтобы так и вышло! Я буду магом иллюзий!
Как настоящий вор, я нарядилась в черные брюки и черную рубашку. Волосы заплела в тугую косу и заколола на затылке. Нацепила на нос ювелирные очки. Хмыкнула, взглянув на себя в зеркало: стыдно, имея такое богатство, взламывать чужую комнату. Стоило обуть летние полусапожки с мягкой подошвой, как в дверь постучали. Я осторожно выглянула в коридор. Пусто.
— Это я, — шепнули мне на ухо. Я едва не завизжала от испуга. — Пропусти меня.
Трясущимися руками я закрыла за ректором дверь. С детства ненавижу, когда ко мне подкрадываются!
— Лета? — заметил граф мое состояние. — Ты в порядке?
Я по стене сползла на кровать и громко выдохнула, пытаясь успокоить бешено скачущее сердце. Тьма! Как же он меня напугал!
— Лета?! — Кирано сел рядом и обнял меня. — Лета, что с тобой?
— Никогда. Больше. Так. Не делайте! — постепенно успокаиваясь, выдохнула я. Сама не знаю, почему так отреагировала. Наверное, из-за того, что мы собирались сделать.
— Обещаю, — магистр поцеловал меня в макушку. Я замерла, пытаясь понять, не почудилось ли мне? — Ты справишься? Если нет, не страшно, найдем другой способ…
— Справлюсь. Нужно идти.
Граф протянул мне руку, одновременно создавая невидимость. В пустом коридоре еле слышно захлопнулась моя дверь.
До главного замка Академии мы прошли невидимыми. Так сложилось, что преподаватели жили не в общежитиях, а занимали целый этаж замка. И расположились они достаточно далеко друг от друга, чтобы я, не боясь кого-нибудь потревожить, ковырялась отмычками в замочной скважине. Кирано услужливо держал над моей головой светлячок. Через охранки же я просто прошла насквозь. Меня, как саламандру, они не тронули, а магистру пришлось всем телом прижаться ко мне сзади и полностью повторить мои движения.
Проникнув внутрь, я первым делом изучила пространство на предмет магии. Да ей тут фонило буквально все! Сделав графу знак не шевелиться, я приступила к изучению первой комнаты.
— Люстра-артефакт, реагирует… кажется, на хлопок, — тихо комментировала я все, что находила. — Над дверью еще один артефакт, охранный, не заряженный. Должен оповещать хозяина, если кто-то решил постучаться. На картине висит пара охранок, думаю, под ней что-то есть. К шкафу с книгами не подходите, там столько всего намешано, что надо отдельно разбираться. Наверняка это магический фон книг, но лучше пока не рисковать. На окнах защита, как на двери. Без меня к ним не приближайтесь — зацепит. Здесь все. Идем в следующую, или смотрим под картину?
— Картину, разумеется, — хмыкнул маг. — Поднимешь?
Я легко отодвинула охранное заклинание. Под картиной с полуобнаженными танцовщицами, весьма безвкусной, на мой взгляд, ничего не обнаружилось. Зато когда-то к ее раме что-то было приклеено. Мы полюбовались на торчащий обрывок бумаги и вернули все на место.
Следующей комнатой оказалась спальня. Я опять замерла на пороге, оценивая, с чем нам придется столкнуться. Здесь было немного легче. На окне — неизменная защита, самостоятельная лампа, заговоренная на приятные сны подушка и небольшой сейф, к которому мы решили вернуться позже.
В третьей, последней комнате Сакский обустроил кабинет. Вот тут я едва не присвистнула, оценив объем предстоящей работы. Герцог — параноик! На каждом ящичке, на каждой полке висело по охранному заклинанию! К счастью, артефактов здесь я не нашла. Против их магии, как недавно выяснила Арлин, саламандры ничего не могли сделать.
Мы методично обшаривали каждый ящичек. Я доставала документы, Кирано быстро их пролистывал, что-то копировал, и я прятала все на место. Через полчаса я не выдержала.
— Магистр, почему мы ищем в Академии, а не в поместье или во дворце?
— Во дворец нам не пробраться, — не отрываясь от своего занятия, сообщил маг. — А в своем поместье Сакский не появлялся последние несколько месяцев. Эльфы круглосуточно за ним следили, но не нашли ни тайной квартиры, ни какого-либо места для не совсем законных встреч. Остается только Академия.
— Но почему вы думаете, что доказательства не уничтожены? — я никак не могла понять, что надеется обнаружить граф. Не папку с надписью «компромат» же! Если бы я так активно пыталась кого-то убить, я бы сделала все, чтобы не оставить следов. Тем более, в собственных покоях.
— Даже если и так, что-то должно остаться. Намек, малейшая ниточка, которая, если не поможет избавиться от герцога, хотя бы даст новое направление для расследования. Но я надеюсь, что Сакский держит что-нибудь для страховки или шантажа. Если нет — не представляю, как еще до него добраться. Герцог — мастер заметать следы. Не встреть мы с тобой его той ночью, так до сих пор бы и не знали, кого ищем.
— Может, тогда стоило начать с сейфа? — я подала очередную стопку бумаг. Отчетность по делам герцогства… Как в этом ворохе можно что-то найти?
— Да, возможно… — Кирано подобрался и посмотрел в сторону двери. — Сюда кто-то идет. Не герцог.
Я вздрогнула и замерла, не зная, что делать. Одна я с легкостью скроюсь, но граф… Замок с легким щелчком открылся. Послышались тяжелые шаги.
— Не шевелись! — одними губами прошептал ректор и прижал меня к дальней от стола стене. Повеяло хорошо знакомой магией. Невидимость. Только на нее и оставалось надеяться.
Вошедшего я не видела — спиной я подпирала стену, а лицом уткнулась в куртку магистра. Сердце стучало в висках, и почему-то казалось, что я дышу оглушительно громко. Под грубой курткой эхом вторило сердце графа. Глаза заслезились от включившейся лампы. Мы-то работали при тусклом свете пульсара… Нежданный гость с шумом выдвигал ящики стола, в которых совсем недавно рылись мы. Кирано еще крепче прижал меня к себе.
Помешавший нам наконец-то нашел, что искал. Погасла лампа, хлопнула дверь, снова щелкнул замок… Магистр прождал еще почти минуту, убедился, что гость не собирается возвращаться, и только потом отпустил меня.
— Лорд Краун, личный помощник Сакского, — пояснил он. — Ты в порядке? Идем к сейфу. Здесь дальше искать нет смысла. Герцог не станет хранить ничего важного в месте, доступ к которому имеет кто-то еще.
Я кивнула и не совсем ровной походкой направилась в спальню. Руки позорно дрожали. Как же сестра справлялась?
Замок у сейфа оказался отвратительный. Провозилась я с ним почти двадцать минут — то ли из-за пережитого страха, то ли из-за недостатка опыта. Отмычки соскальзывали, царапали края замочной скважины, но я все-таки справилась. Внутри нас ждала большая шкатулка с драгоценностями, несколько полных золота кошелей и очередной ворох бумаг. Я вручила найденное графу и села на ковер. Кровать, конечно, выглядела куда привлекательнее… Но чем меньше следов своего присутствия мы оставим, тем лучше.
— Все серьезнее, чем я думал, — нахмурился Кирано, перебирая целую пачку писем. — Кто мог подумать, что последователей Вакура так много?
— Темные маги? — уточнила я. На удивление и страх сил уже не осталось. Хотелось только одного — добраться до своей комнаты и проспать пару дней.
— И не только. Никак не переловим… Очевидно, Сакский у них вместо лидера. Кому еще править Империей Магов, как не родственнику королевы? Как я и думал, герцог хранил переписку в качестве страховки. С тем, что я здесь нашел, можно проредить оставшихся в живых после Мардрена магов еще на треть.
— И что дальше?
— Дальше? — Кирано нехорошо усмехнулся. — Дальше я сниму копии с этих писем, подменю ими часть оригиналов, чтобы пропажу не заметили, и передам лорду Науриэлю. Сакский осторожен: его имя в обращении не упоминается. Одними письмами его не прижать. Зато остальных заговорщиков мы теперь сможем вычислить. Магическая почта всегда оставляет след. Для этого и понадобятся оригиналы. Эльфийские маги выловят предателей, и кто-нибудь обязательно согласится свидетельствовать против Сакского в обмен на жизнь и свободу, особенно когда станет известно, как именно на них вышли. А большего нам и не нужно, — победно улыбнулся граф. — Лорд Науриэль добьется для Сакского если не казни, то ссылки и лишения титула точно. При наличии прямых улик королева не сможет выгородить родственника. А после обыска в герцогстве и дворцовых покоях наверняка найдется еще больше ниточек к исполнителям и заговорщикам. Обидно все это, — неожиданно вздохнул маг. — Только пришли в себя после рвущегося к власти Вакура — темного, как зашевелились светлые. Грустно.
Я согласно вздохнула и заперла сейф. Огляделась напоследок в спальне — следов нашего вторжения видно не было. Пропустила Кирано через охранку на входе и устало побрела в общежитие. Магистр уже через несколько шагов догнал меня и взял под руку. От сопровождения я отказываться не стала. Лучше добраться до комнаты под покровом невидимости и в приятной компании, чем красться, вздрагивая от каждого шороха. Граф всю дорогу молчал, думая о чем-то своем. Я вспомнила, что завтра, то есть, уже сегодня к первой паре, а на улице светает… Стоит ли ложиться?
Когда я, зевая от усталости, ковыряла ключом в замке, дверь напротив приоткрылась.
— Лета? — в узкую щель выглянула сонная Майя. — Ты где была?
Вот Тьма! И чего ей не спится? Я судорожно пыталась придумать, как правдоподобно соврать.
— Доброй ночи, Майя, — с улыбкой поклонился подруге Кирано… нет, Нир. Когда только иллюзию успел накинуть? — А мы гуляли. Мало что может сравниться с побегом в город, не правда ли?
— Да-а, — мечтательно закивала девушка. Видно, вспомнила свои с Джейсом прогулки. — Ой, я вам, наверное, мешаю…
— Еще как, — согласился граф и притянул меня к себе. Я от неожиданности чуть ключи не уронила. — Оставишь нас? Мы еще не попрощались.
Майя хихикнула, подмигнула мне и закрыла свою дверь. Я повернула голову и нос к носу столкнулась с все еще держащим меня Кирано.
— Не отпущу, — еле слышно шепнул магистр. — Твоя подруга подглядывает за нами в замочную скважину. Да и просто… не пущу.
— А как же…
— Так поговорим. Спасибо за помощь, — граф еще сильнее стиснул меня в объятьях. — Теперь герцог не сможет портить нам жизнь, — шепнул он, коснувшись губами моего уха. Я замерла, боясь лишний раз вдохнуть. — Без тебя мы бы до него нескоро добрались.
— Я просто…
— Тс-с-с, — маг прижал палец к моим губам. — Ты молодец. А я — подлец, который собирается воспользоваться ситуацией, защищая свою легенду.
— Какую легенду?
Граф усмехнулся мне в лицо.
— Я вроде как твой парень. А Майя все еще подглядывает.
Я еще не успела понять, к чему клонит Кирано, а он преодолел разделявшие нас сантиметры и поцеловал меня. Я задохнулась от нахлынувших чувств. Неужели… неужели все это происходит со мной?
— Лета? — магистр придержал меня, пока я пыталась сфокусировать взгляд. А я-то думала, что «голова закружилась и колени подогнулись», как пишут в любимых Майей романах — бред для романтично настроенных девиц… Граф смотрел на меня немного лукаво. — Лета, пойдешь со мной завтра на драконов смотреть?
Я кивнула. Голос куда-то пропал. Кирано дождался, пока я зайду в комнату и ушел. Через минуту ко мне в пижаме ввалилась Майя.
— Ух-ты! — с порога выдала рыжая. — Он у тебя просто… Вы себя со стороны видели?
Счастливо засмеявшись, я упала на кровать.
— Спасибо тебе, — хихикнула я.
— За что?
— За то, что подглядывала, — громким шепотом поведала я, не обращая внимания на смущение подруги.
Основания для ареста Сакского появились только через месяц. Несмотря на оптимистичный прогноз Кирано, сообщники не спешили сдавать уже одной ногой забравшегося на трон герцога. К счастью, не только он хранил письма. Медленно, по цепочке, эльфы находили и ловили заговорщиков. Их оказалось почти полсотни.
— Завтра Сакского в его поместье арестуют за организацию заговора против подданного Наурдаиля, — глотнув морса, сообщил лорд Науриэль. — У нас достаточно доказательств того, что за всеми покушениями на тебя стоит именно он. Конечно, есть еще и заговор против Евсеи, но эту информацию пока стоит придержать. При такой формулировке королева имеет право оставить герцога себе, а я хотел бы быть уверен, что он нам больше не помешает. У этого паука такая сеть исполнителей… Да кому я рассказываю, ты сам видел, хоть и коснулся ее лишь краем.
— Краем? — поперхнулся Артаниэль. Он почти полгода вылавливал всяческое отребье, и это называется — краем?
Светлому было немного обидно. Столько труда — и все самое интересное прошло мимо его. Хотя и на его долю заговорщиков хватило.
После присланной в письме ловушки Верховный Маг восстанавливался больше недели. За это время поиск и отлов мятежных магов организовал его отец. Арту, как только Тарвиэль позволил ему вернуться к своим обязанностям, оставалось лишь смотреть, как ловко справляются люди Первого Советника. Зато в Академии, светлый теперь точно знал, предателей не осталось.
— Краем, — кивнул Науриэль. — Дядя королевы, маг, влиятельный придворный… Империя Магов уже состоялась при нем. Герцог из подполы правил Шаурикумом, дергая за ниточки и подводя к выгодным ему решениям, как настоящий паук. Появление драконов и прямое вмешательство эльфов, как ты и думал, сильно пошатнуло его власть и ослабило паутину. Но Евсея не могла выслать тебя обратно, так что Сакскому пришлось идти на крайние меры, и он попытался от тебя избавиться.
— У него почти получилось, — хмыкнул Арт.
— Тебе очень повезло, что у него не получилось, — серьезно посмотрел на сына маг. — Тебя спасло только то, что он не хотел привлекать в Саодрин еще больше эльфов. Твоя смерть должна была выглядеть случайностью, а ты этих случайностей ловко избегал.
— Главное, что все закончилось, — философски вздохнул Верховный Маг и посмотрел в окно. В саду играли Арлин и Тиа. Девушка, заметив взгляд эльфа, улыбнулась и помахала ему рукой.
Противостояние завершилось.
Эпилог
Я сидела на балконе «Лесной феи» и с наслаждением пила любимый ягодный морс. На руках позвякивал десяток браслетов-артефактов, чтобы не спалить случайно темным трактир. Малыш пинался и то и дело выдавал новые трюки с огнем. Совсем скоро он появится на свет…
— Он одноместный! — донесся до меня возмущенный вопль Ингрид. Я посмотрела вниз.
На скрытой от посторонних глаз тренировочной поляне дроу собралась вся наша компания. Северянка сидела, скрестив ноги, на пестром широком ковре. Рядом пытались устроиться Грэнхар и Нарида, а Валимир буквально за уши стаскивал наследника на землю. Золотая то ли помогала Верховному, то ли, наоборот, держала своего дракона обеими руками. С высоты было не ясно.
Стоило Владыке спихнуть отпрыска на траву, как ковер задрожал и взмыл вверх, унося крепко вцепившуюся в него целительницу. Снизу одобрительно засвистели. Ингрид на миг зависла передо мной, помахала рукой и, счастливо улыбаясь, заложила круг почета над трактиром. Следом за ней, не усидев на месте, полетела Тиа. Я хихикнула, представив, как на это зрелище отреагируют горожане. Хотя, в «Лесной фее» все время что-нибудь необычное происходит…
Следом ковер по очереди опробовали все гости. Никогда не забуду глаза пролетевшей мимо сестры! Кажется, это был последний в жизни Леты полет. Во всяком случае, именно это читалось на ее лице.
Меня Арт, разумеется, не пустил. Но и сам из чувства солидарности не полетел, хотя я видела, ему очень хотелось опробовать артефакт Верховного. Ковер на заказ ткали сразу несколько мастеров-гномов, специально чтобы Ингрид могла свободно чувствовать себя на Островах. Больше северянка не была привязана к дому Владыки.
Мимо попытался прокрасться Тарвиэль. У эльфа обязательно получилось бы ускользнуть незамеченным, если бы не скрипучая половица. Я обернулась.
— Уходишь?
— Да… вот… — явно смутился целитель, пряча что-то за спиной. Ха! Вишневый запах его выдал.
— Тария еще орехи очень любит, — подсказала я. — И кошек.
— Спасибо, — эльф покраснел и попятился к выходу. Я постаралась не смеяться — обидится ведь! Мог и не прятаться. Я и так давно от Арта знала, к кому Тарви регулярно сбегает в Саодрин. Кто ему порталы-то открывал?
Половица снова скрипнула.
— Не скучаешь? — положил руки мне на плечи Артаниэль. — Я с Дарреном ненадолго в Наурдаиль схожу, подождешь?
— А куда я денусь? — хмыкнула я, наблюдая, как Лета и Кирано под руку заходят в дом. — Опять сокровищницу грабить будете?
— Почти, — поцеловал меня в макушку светлый. — Я скоро вернусь.
— Что-то снова случилось, и ты решил выдать оплату авансом? — насмешливо поинтересовался дроу, заходя в Наурдаильскую сокровищницу. — Даже не надейся снова нас во что-нибудь втянуть. Мы с Ар вполне довольны оседлой жизнью.
— Шутишь? — мрачно посмотрел на друга эльф. — А вот мне не до шуток было, когда я под пронизанным светлой магией дворцом нашел пробудившийся темный артефакт. Забирай! — Арт бросил что-то, завернутое в плотную ткань. — Даже если бы я мог, здесь бы ее не оставил.
— Корона Раулины? — развернул сверток Дар. — Не понял. Почему она в цветочек?
— Потому что думать надо, на ком женишься и как! — не сдержался Артаниэль. — Прости. Только это больше не корона Раулины. Это — корона Арабески. И, думаю, очень скоро в Ларигадере пробудятся трон и кинжал. Кольцо Ар еще не изменилось?
Темный помотал головой.
— Значит, время есть. Как такое вообще могло случиться? Дроу же ни за что не подчинятся тому, кого не признал трон?
— Я тоже так думал, — задумчиво хмыкнул Даррен. — Потому и попросил корону для Раби. Артефакты правителей активируются в двух случаях — при коронации или свадьбе наследника. Я был уверен, что трон Ларигадера признал новую династию. Кто мог подумать, что он просто спит?
— Лучше думать надо было. Теперь ты — законный Владыка дроу, хочешь ты того или нет. Тебя и Раби будут искать. Почему ты сохранил имя? Оно привлекает к тебе слишком много внимания. Зачем? Сейчас было бы куда проще…
— Не только у владык Дивнолесья есть родовая магия, — мрачно перебил дроу. — Моя сила привлечет ко мне куда больше внимания, чем имя. Д'Раххэ — побочная ветвь, берущая начало от бастарда. Этот род — отщепенцы, которых предпочитают не замечать. Только так можно было остаться неузнанным с таким… хмм… ореолом магии.
— Никогда не замечал, — приподнял бровь Арт.
— И не заметишь. Даже темные не все умеют видеть. Что я с этим должен делать? — Дар подкинул корону на руке.
— Что хочешь, хоть закопай, только унеси из дворца. Ей здесь не место. В другом случае вам с Ар я предложил бы переехать куда-нибудь в глушь и затеряться, но родовая магия вас выдаст. Вам, пожалуй, стоит остаться в Саодрине у всех на виду. Наследник же должен скрываться? Есть шанс, что так на вас не обратят внимания.
— Нас начнут искать, причем очень скоро. Чтобы убить, чтобы вернуть род д'Раххэарей на трон или, что вероятнее, все сразу.
— Если станет совсем туго, Аластриэль не откажет вам в убежище, — задумчиво проговорил светлый. — Но этот вариант оставим на самый крайний случай.
— Согласен, — кивнул Дар. — Если об этом узнают в Ларигадере, может начаться новая война.
— Сам-то что думаешь делать?
— Прятаться бесполезно, — усмехнулся темный. — Буду тренировать Раби, подготовлю несколько путей для бегства… Мне понадобятся несколько артефактов, как бытовых, так и защитных. Если начну скупать их в Саодрине, привлеку внимание. Поможешь?
— Готовь список, — кивнул Арт. — Одни проблемы от вас, дроу…
— Вот не надо! Ты, может, будущего Владыку оскорбляешь!
— Ты правда пойдешь на это?
— Один бы пошел, — посмотрел в глаза светлому Дар. — Но не с Раби. Фею в Ларигадере не примут.
Арт с блаженной улыбкой качал на руках спящего Алсийена. Малыш причмокнул, открыл глаза и уставился на отца.
— Кто-о-о тут у нас? — проворковал светлый. — Маленький Верховный Маг!
Словно в ответ на слова эльфа над его головой взорвался небольшой огненный шар. Артаниэль погасил его машинально, даже не обернувшись.
Малыш чуть подумал и заорал.
— Лина? — забеспокоился Арт. — Лина, он плачет. Лина, что мне делать? Лина!
В голосе светлого явственно слышалась паника. Пришлось спешить на помощь.
— Он плачет, потому что испачкался, — забрала я ребенка. — Набери воды в маленькую ванночку, мы сейчас к тебе придем.
Арт убежал выполнять поручение, а я, прихватив пеленки, двинулась за ним.
— Холодная, подогрей немного, — попросила я, опустив руку в воду. И едва успела убрать ее: через секунду после моей просьбы в ванночку упал боевой пульсар! Вода с громким шипением испарилась.
Тихо застонав, я все сделала сама — набрала воду, искупала малыша, сменила пеленки… Светлый виновато застыл у меня за спиной. Что поделать — сына маг любил безумно, на меня после родов и вовсе смотрел, как на живое чудо… Так что у Верховного Мага Дивнолесья, чье имя было известно на всем материке, при общении со столь хрупкими и ценными созданиями мозг выключался напрочь. Оставалось только чистое восхищение.
— Вот, держи, пусть спит дальше, — передала я Алсийена Арту. Светлый занес руку в характерном движении… — Не смей усыплять ребенка заклинанием!
Я с улыбкой прислонилась к двери ванной комнаты. Над высоким столиком колдовал Арт. Колдовал в прямом смысле — Алсийен висел над ванночкой и весело гугукал, пока светлый отправлял за ним в полет то мыло, то полотенце. В пеленки остроухого малыша тоже завернула магия воздуха.
— Лина? Ты почему не спишь? — обернулся ко мне эльф.
За окном только-только рассвело. Я поплотнее завернулась в халат и прижалась к мужу.
— Потому что моя большая грелка ушла. Ты почему меня не разбудил?
— Ты и так не высыпаешься, — тихо ответил Артаниэль. Алси, как только оказался на руках у отца, снова заснул. — Идем. Я завтра буду в Саодрине. Привезти тебе что-нибудь?
— Мороженого! — улыбнулась я. — Ягодного!
Все было хорошо в Дивнолесье. Но мороженое здесь готовить не умели!
Рязань, 2016
Примечания
1
Артефакт, способный открывать порталы без специальных Ворот, единственный в своем роде. Подробнее про историю его обретения можно прочитать в «Охоте на орков»
2
Саламандры — полузабытая древняя раса, способная поглощать любую магию и превращать ее в огонь. Могут принимать облик саламандр-ящериц, частых жителей каминов в старых замках.
3
Большинство магов — универсалы, то есть проявляют примерно равные способности ко всем направлениям магии и одинаково пользуются четырьмя стихиями. Встречаются те, у кого одна из способностей выделяется особенно ярко, либо является единственной. Такие маги во много раз превосходят универсалов в своей отрасли, но развить на достаточном уровне прочие способности не могут. Существуют абсолютные стихийники, целители и некроманты
4
Светлый Бог — покровитель магов, целителей и большинства ремесленников. Жители Шаурикума и Дивнолесья поклоняются, в основном, ему и Хозяйке Судеб, так как из-за войны культ Темной Богини долгое время был под запретом





Bashka__7 для Spaces.ru