Мой солнечный свет
http://ficbook.net/readfic/2185024 

Автор: Julies (http://ficbook.net/authors/297836)
Фэндом: Ходячие мертвецы 
Персонажи: Дэрил Диксон/Бэт Грин
Рейтинг: NC-17 
Жанры: Гет, Романтика, Экшн (action), Повседневность, AU
Предупреждения: Смерть персонажа, OOC, Нецензурная лексика, Underage 
Размер: Макси, 153 страницы 
Кол-во частей: 20 
Статус: закончен 

Описание:
Все мы знаем, что у Дэрила был один единственный друг - его брат Мерл. А что, если бы было по-другому? 
AU
Дэрил живет в сельской местности штата Джорджия, по соседству с семейством Грин. Он знаком с Бэт с ее рождения. Она для него - словно младшая сестра, подрастающая на его глазах.
Но некоторые события могут перевернуть жизнь, перечеркнуть все, что было. 

Посвящение:
Всем тем, кто ждет пятый сезон.
Персонально Hiber - идея фанфика принадлежит ей! 

Публикация на других ресурсах:
Только с разрешения автора 

Примечания автора:
ООС не означает, что Диксон пускает розовые сопли.
Зомби будут.
Часть 1


«Границы у нас в головах» (с)
Кэтрин Стокетт


***


- Сраная гроза! — выругался Мерл, запирая окно, — Меня ждут у Тома, а как я поеду в такую погоду?

Он ушел на кухню и вернулся с банкой пива. Плюхнулся на кровать Дэрила и щелкнул ключом. Пена хлынула во все стороны, и Мерл подставил банку ко рту, не давая холодным каплям пролиться, но большая часть все равно попала на покрывало.
- Даже телик не включить! — они сидели в темноте, а за окном бушевала природа.
- Кто-то идет! — Дэрил стоял у окна и видел, как какой-то человек идет в их сторону.
- Какой идиот вылезет из дома в такую погоду? — спросил Мерл, подойдя обратно, к окну, — Это что, папаша?
Стук в дверь был тихим, практически неразличимым среди звуков грома и дождя за окном, и они не услышали бы его, если б не видели приближавшегося человека.
- Здравствуй, Мерл! — сказал Хершел Грин. Он был под зонтом, абсолютно не спасавшим от косого ливня, мокрый и встревоженный.
- Что-то случилось? — старший прислонился к косяку, а Дэрил высунулся у него из-за плеча.
- Моя машина не заводится, а у Аннет схватки начались. Дети дома с ней, больше нет никого. Нужно срочно съездить за доктором Джексоном на его ферму, и я подумал, может быть, твой отец поможет мне?
- Его нет дома, а я уже пригубил, — Мерл потряс пивной банкой у него перед лицом, — А что Отис?
- Отис уехал, — Хершел выглядел расстроенным, — Ладно, извините, что побеспокоил.
Он развернулся, чтобы уйти, но Дэрил, взглянувший на его опущенные плечи, миновал брата и выскочил под дождь.

- Мистер Грин! Я могу съездить к Джексону.
- Дэрил? — Хершел повернулся к нему и придвинулся ближе, пытаясь укрыть под зонтом не только себя, но и парня тоже, — У тебя есть права?
- Мне уже семнадцать, мистер Грин! У меня ученические права. И я давно езжу.
- Хорошо, Дэрил! Ты знаешь ведь, где ферма Джексонов?
- Да.
- Тогда поторопи его, пожалуйста. И большое спасибо тебе!

Дэрил вернулся в дом, накинул джинсовую куртку на уже успевшую промокнуть широкую толстовку.
- Откуда в тебе это благородство, а? — Мерл остановил его, схватив за плечо.
Дэрил высвободился и натянул на голые ноги потертые кеды.
- Я вернусь скоро, — он схватил ключи с гвоздя на дверном косяке и выскочил под дождь.

Машина легко завелась, мотор заурчал, и Дэрил включил печку. Сквозь дождь он видел Хершела, поспешно уходящего к своему дому.

***


- Что это за дерьмо?

Мерл уже ушел из дома, но вернулся обратно, неся небольшую черную сумку.
- Кажется, это докторишки вчерашнего. Я отнесу к соседям.
- Ну давай. Ты стряхни с него за бензин, Дэрилина, катался два раза ведь.

Когда Мерл ушел, Дэрил отправился к соседям. Он жил в этом доме уже семь лет, совсем рядом с семейкой Грин, но раньше он бывал на их участке лишь с одной целью — спиздить курицу или что-то из урожая. Он впервые оказался вот так на их земле, и его не покидало ощущение, что сейчас выскочит Хершел с ружьем, заряженным солью, и угрозами. Его дом был большим, по крайней мере, по сравнению с домом Диксонов — жалкой лачугой у самого леса. Его угодья и вовсе были огромны.

Недалеко от дома, возле теплиц, копошилась женская фигура. Когда парень подошел ближе, женщина приложила ладошку ко лбу, заслоняясь от солнца.
- Дэрил Диксон? — удивленно спросила Патриция.
- Мне бы хозяина увидеть, — Дэрил робко покачал сумкой, — Нужно кое-что передать ему.
- Конечно. Он в доме, — Патриция проводила Дэрила недоверчивым взглядом.

Патриция и ее муж жили неподалеку от фермы Хершела — самой большой фермы в округе. Детей у них не было, и женщина помогала Аннет Грин с детьми и по хозяйству, помогала ухаживать за животными, а Отис занимался фермерскими делами.

Дэрил остановился у двери с цветным витражом и постучал. Прошло буквально несколько секунд, и дверь распахнулась. Хозяин дома держал на руках парнишку. Диксон не разбирался в детях, и этот мальчик был для него просто мелким.
- Дэрил! — Хершел улыбнулся так, словно видел старого друга.
- Это в машине забыли, — Дэрил передал ему сумку и развернулся, чтобы уйти.
- Подожди! Эй, Мэгги!
Откуда-то из глубины дома выскочила девчонка, которую Дэрил уже видел. Маленькая, темноволосая Мэгги — дочка Хершела от первого брака.
- Возьми Шона, детка! — Хершел передал ей мальчишку, которого девчонка взяла с таким серьезным лицом, словно ей передали ответственность за весь мир, — Отпусти его на ножки, но хорошо следи!
- Я пойду? — Дэрил поймал взгляд девочки, заинтересованный — она видела его впервые, а людей у них тут было немного.
- Подожди, сынок, — Грин протянул Дэрилу руку и крепко пожал, — Ты здорово выручил меня вчера! Большое спасибо!
- Да ладно...
- Аннет родила девчонку вчера, слышал, да? Две дочурки, ничего себе, — он потер лоб ладонью, — Мы на обед ничего не готовили, разогрели замороженную лазанью, но ты, может быть, на чай зайдешь?
- Нет, я пойду, мистер Грин.
- Просто Хершел, ладно? Да брось ты, Дэрил! Ты славный парень, и я хочу отблагодарить тебя. Ты должен попробовать шоколадный пирог Аннет — это что-то. Давай, заходи!

В доме семьи Грин все дышало уютом. Дэрил уселся за стол в маленькой чистой кухне, чувствуя себя не в своей тарелке, оглядывая все вокруг: вязаные прихватки и вышитые панно на стенах, аккуратные деревянные шкафчики, пестрые занавески на окнах, чистая посуда, детские рисунки на холодильнике. Хершел вытащил пару кусков пышного шоколадного пирога из холодильника и налил ароматный травяной чай в большие чашки, а сам присел напротив Дэрила.

- Ты ведь уже не учишься, да? — спросил он, размешивая сахар в своей чашке.
- Я закончил среднюю школу.
- Работаешь? Ты кушай, не стесняйся!
- Нет. Мы с Мерлом в основном охотимся.
Это не было ложью, потому что они действительно много охотились. Но Хершелу необязательно было знать о том, как Диксоны зарабатывали деньги на жизнь. Он же не обманывал — просто не говорил все.
- Да? — Хершел внимательно оглядел парня, — А не хочешь поработать на меня?
- Что? — недоверчиво спросил Дэрил.
- Поработать на меня. Отис — мой хороший помощник, но сейчас, когда мои дела идут в гору, я задумывался еще о людях.
- И что я должен делать?
- Ты хорошо водишь, Джексон сказал мне. Осенью Мэгги идет в школу, а у меня не всегда есть время, чтобы отвозить ее. Аннет могла бы учить ее дома, но теперь, когда у нее на руках не только Шон, но и Бэтти, это сложно.
- Бэтти?
- Да, мы дали дочке имя, — Хершел тепло улыбнулся, — К тому же у меня много животных, а еще поля, которые нужно обрабатывать, и целая фруктовая роща. Мы бы легко нашли для тебя работу.
- Я не думаю, что это хорошая идея.
- Послушай, Дэрил! — Хершел похлопал его по плечу, протянув руку через стол, — Уже семь лет ваша семья живет здесь, и я вижу, что у вас происходит. Я не могу вмешиваться в ваши семейные дела, но... У меня есть шанс помочь тебе. От чистого сердца. Я вижу твоего отца, иногда вижу и твоего брата. Я не буду осуждать их, потому что они сами могут выбирать то, как им жить. Дэрил Диксон, ты хороший парень, но с таким окружением ты вскоре тоже загремишь за наркотики или что похуже.
- Это моя семья, — сказал он исподлобья, — Мой брат. Я должен быть рядом с ним.
- Я не предлагаю тебе бросить брата. Я предлагаю тебе работу, которая поможет тебе заработать деньги.

Деньги сейчас ему не были нужны. В смысле, они не были бы лишними, но Дэрил не нуждался в деньгах только ради денег, ради обладания каким-то банковским счетом или определенной суммой. На жизнь у него хватало. И эти деньги он получал вовсе не от отца.

- Мне нужно подумать, — сказал он.
- Хорошо, — Хершел тепло улыбнулся, — А я пока оставлю тебе аванс, идет?
Он вытащил новенькую, хрустящую сотню и протянул ее Дэрилу.
- Не надо, — сказал Диксон хмуро.
- Ты вчера потратил свой бензин ради того, чтобы привезти доктора Джексона к Аннет.
- Но не на такую же сумму!
- Это не имеет значения. Ты очень помог мне, Дэрил. К тому же, если ты согласишься, то это будет замечательно. Твой аванс. Подумай хорошенько!

Он брел к своему дому по укатанной дороге, а по обе стороны от него были владения Хершела — большие поля. Дэрил курил, стряхивая пепел на землю, которая оставалась влажной после вчерашнего дождя. Он шел и смеялся сам над собой — Дэрил Диксон, ебаный фермер. Он не мог даже просто представить, как отреагирует Мерл на такие новости.

Но дело было в другом. Не в Мерле. Во-первых, Дэрил устал от всего, что происходило с ними. Хершел был хорошим мужиком, а его дом был таким... нормальным. Не тем, к чему привык Дэрил: пустые банки из-под пива и бутылки от самого дешевого виски по всей гостиной, вечный запах перегара и блевотина в ванной, машина из полицейского отделения под окном и местный помощник шерифа, разыскивающий Мерла.
Он устал от ебаной травки, которую он прятал в плотном пакете, приклеенном скотчем под кроватью. Устал оттого, что Мерлу звонят, и он подрывается, чтобы отвезти очередные пару грамм гашиша или несколько марок, а если лень самому — отправляет младшего брата. Устал оттого, что все чаще слышит вопросы, вроде: «У тебя есть?» Потому что у него есть всегда. Даже сейчас, когда он был у Хершела, маленький камешек крэка лежал в кармане. Или спрашивают: «А ты можешь достать?» И он достает. Не только легкое — и то, что опаснее, например, винт. У него просят, и он достает. Поэтому у них с Мерлом есть деньги.
Но это напрягает так сильно, все это.

А во-вторых, у Аннет Грин охуительный шоколадный пирог.


Мерл уехал совсем недавно и не мог еще вернуться, но дверь дома была распахнута настежь, и Дэрил знал, что это значит. Он закрыл дверь за собой и прошел к своей комнате. Мерл врезал замки в их двери уже довольно давно, отец выбивал оба несколько раз, но брат менял их снова. Проходя мимо гостиной, парень вытащил из кармана ключи.

Отец был там. Сидел на своем грязном диване с прожжеными дырками от сигарет.
- Эй, Дэрил! — он окликнул его, оборачиваясь.
Диксон-младший не отреагировал. Он давно уже перестал отвечать этому человеку, стараясь не замечать его. Время, когда ублюдок мог взять шнур от утюга, никому не нужного в этом доме, и наказать сына за непослушание, прошло. Не тогда, когда Мерл в очередной раз вернулся домой, еще раньше. Тогда, когда Дэрил стал достаточно взрослым, чтобы дать сдачи. Чтобы ответить уроду, поднимающему на него руку.

- Иди сюда, когда я зову тебя! — отец встал на колени, опираясь на диванную спинку локтями, — Где твой брат?
Дэрил открыл дверь в свою комнату.
- Ты недостоин носить мою фамилию, придурок! — услышал он вслед.
- Больно надо, — буркнул Дэрил и запер за собой дверь.
Часть 2

Он тормознул у ворот, и Бэт, вместо того, чтобы подойти к машине, осталась сидеть на поребрике. Он посигналил, но девчонка лишь демонстративно отвернулась. Чертыхаясь, Дэрил заглушил мотор и вылез из автомобиля.
- В чем дело, Бэт? - он вытащил из пачки сигарету, остановившись возле девочки.
- Ты опоздал, — она подняла на него глаза, и Дэрил чуть не обжегся о злобный взгляд.
- Прости, — он развел руками, — Твой папа сказал, что тренировка Шона заканчивается в час, и я совсем забыл про твои уроки.
- Я сижу здесь уже полчаса, — она подняла руку с маленькими розовыми часами.

Ему хотелось схватить чертову девчонку и засунуть в машину.

- Ладно, Грин, — он подхватил ее за подмышки и поставил на землю, держа сигарету в зубах, — Прости. В следующий раз я приеду заранее и буду сигналить под окном, чтобы тебя скорее отпустили.
Бэт поправила школьную юбку, не смотря на него.

- Слушай, а сколько еще осталось до того, как Шон закончит? - это была хитрая уловка — он знал, что девчонка гордится часами, подаренными отцом.
- Сорок восемь минут до конца тренировки, — Бэт деловито взглянула на циферблат, — А потом он еще пойдет в душ и переоденется. К тому времени и Мэгги закончит.
- Хорошо, — Дэрил порылся в карманах и вытащил смятую десятку, — Пойдем, я угощу тебя пиццей.
- Мне нельзя пиццу. Мама сказала, что...
- Ладно, давай возьмем мороженое или что ты там любишь? - Дэрил помог ей снять рюкзак и закинул его в машину, — Пойдем.
- Мне нельзя переходить дорогу одной.
- Давай, — он взял ее за руку и перевел на другую сторону.

Ближайшая забегаловка была ярдах в ста от школы. Внутри было практически пусто — только несколько человек за столиками. Дэрил взял себе самый большой капучино, а для Бэт — мороженое.
- Какая она хорошенькая! - пропела девушка за кассой.
- Чего? - буркнул Дэрил, забирая сдачу.
- Ваша девочка! Она такая хорошенькая!
- Ага, — он кивнул продавщице, — Пошли, красотка!

Бэт шла перед ним, шурша юбкой в складку. Ее гольфы чуть сползли, обнажая худые коленки.

- Я получила А по естествознанию, — Дэрил пялился в окно, попивая кофе, пока девочка ела мороженое.
- Молодец.
- И по математике тоже.
- Да ты гений, — он щелкнул ее по лбу, протянув руку через стол, — Я выйду на минуту?
- Хорошо.

За стеклом стоял парень, один из хороших знакомых Мерла. Он помахал Дэрилу рукой, подзывая его. Диксон подкурился, выйдя на улицу, пожал протянутую руку.
- У тебя есть? — спросил парень вместо приветствия.
- Тьфу, нахер тебя.
- У вас всегда есть.
- У Мерла. Не у меня.
- Диксон...
- Отвали, — Дэрил стряхнул пепел, — Я занят другим.
- Я вижу, — парень покачался на носочках, сунув руки в карманы, и махнул рукой Бэт, смотревшей на них из-за стекла,— Развлекаешься с подружкой? Мерл говорил, что ты подрабатываешь на Грина. Блядь, ну что тебе стоит? Я дам больше, чем обычно.
- У меня немного, — Дэрил покосился на девочку в кафе, — Иди к моей машине. Я подойду через пару минут.
- Окей, чувак.
- Полтинник сверху.
- Без проблем.

Он забежал в кафе и подошел к той самой девушке, что любовалась Бэт.
- Посмотришь за этой красоткой немного? Я вернусь через десять минут.
- Хорошо, — брюнетка одарила его довольной улыбкой, — Я послежу за вашей девочкой.
Он быстро дошел до своей машины и сел на переднее сидение, покопался в бардачке, вытаскивая маленький пакетик. Парень, присевший рядом, протянул ему деньги.
- В следующий раз ищи Мерла.
- Хорошо, Дэрил, без проблем.
Когда он вернулся в кафе, Бэт уже доела свое мороженое и болтала ногами, листая книжку.
- Спасибо, — он подошел к девушке за стойкой.
- Не за что, — она облизывала трубочку в стакане с колой, — Она очень милая.
- Ага.

Бэт болтала все время, что они ждали двоих старших детей Хершела. Ей шесть, она до невозможности тощая. Дантист удалил ей два нижних зуба, и новые на этих местах только начали расти. Бэт все время болтает и задает вопросы. Всем и про всех. Дэрил иногда бесится из-за того, что она спрашивает одно и то же. «Почему ты не ходишь с нами в церковь по воскресеньям? Зачем ты куришь? Ты придешь на ужин? Как звали твоего лучшего друга в школе? Какой был твой любимый школьный предмет?» Он не убил ее до сих пор только потому, что это уже было — с Мэгги.

- Почему ты куришь, Дэрил?
- Потому что я так хочу.

Шону восемь. Он мечтает играть в школьной футбольной команде. И все время говорит о спорте. Хотя разница с Бэт у них в два года, он учится всего на класс старше. Потому что младшая помешана на учебе, а мальчику плевать на занятия. Шон носит пластинку и немного шепелявит из-за нее, а его коленки все время разбиты.

Мэгги двенадцать, и она по уши влюблена в какого-то старшеклассника. Аннет уверена, что именно из-за этого она не попала в «продвинутый» класс. Сама же Мэгги утверждает, что это из-за того, что ей не даются некоторые предметы — она ненавидит мировую историю и иностранные языки. Зато она лучшая на всем потоке по легкой атлетике.

Иногда Дэрил думает, что придушит кого-то из этих троих однажды. За любую фигню. Он рычит каждый раз, когда Мэгги приклеивает жвачку в машине, или Шон без спроса лезет в бардачок. С Бэт пока проще всех. Она, в основном, болтает о школе или читает учебники. Тогда нужно просто слушать, что она говорит, и иногда отвечать. А еще напоминать, чтобы она не горбилась.

***


Вообще, ее звали Эмма. Но Мерл называл девчонку исключительно Кока-Колой. В той кафешке, где она работала, газировка была на разлив, и девушка вечно сливала себе пару бутылок перед уходом домой. А еще эти пластиковые трубочки, что она вечно крутила во рту, облизывая и обкусывая.
- Знаешь, чем шлюхи отличаются от таких вот? — спросил Мерл, указывая на нее пальцем.

Они сидели в чьей-то квартире, в которой со вчерашнего дня шла дикая пьянка. Около десятка людей в двух комнатах — кто-то спит, кто-то трахается в туалете, кто-то пьет. Диксоны стояли на балконе, а Эмма и еще какая-то девчонка танцевали в комнате под музыку из больших колонок.

- Чем? — спросил Дэрил, откидывая бычок в сторону.
- Да, ничем! — Мерл заржал и выпустил сладковатый, легко узнаваемый дымок, — Они не берут деньги за еблю, но потом начинают требовать «Купи мне то, купи это!» Так что, на них тратишь столько же бабла, сколько и на шлюх.

Эмма развернулась и послала Дэрилу улыбку, продолжая танцевать. На ней все еще была рабочая футболка с пристегнутым бейджем. Диксон утром увез в школу детишек Хершела, а сам заехал в забегаловку к ней, а в итоге Эмма уехала с ним. Дэрил нашел Мерла и решил переждать в городе время до того, как нужно будет забрать детей из школы. Он ненавидел вот такие «вечеринки», все эти пьяные сходки. Это Мерл любил такое.

- Только эти могут приклеиться так, что хрен оторвешь. Шлюхи хороши тем, что ты им ничего не должен после. Просто уходишь, а эта хочет обниматься с тобой, ходить в кино, блядь. Уж я-то знаю, поверь. Так что, будь аккуратен, братишка!
- Ага.
- Они говорят — серьезные отношения, — Мерл сплюнул, — А сами тянут из тебя бабло.

Дэрил почувствовал вибрацию в кармане и махнул брату, чтобы он заткнулся. На экране высветился незнакомый номер.
- Алло, — он отвернулся от комнаты и зажал второе ухо ладонью.
- Дэрил? - спросил детский голос в трубке, — Ты что, на дискотеке?
- Нет, — он закрыл балконную дверь, приглушая музыку, — Что случилось?
- Ты можешь забрать меня?
- У тебя еще два часа занятий.
- Нет, миссис Гаррисон отпускает меня домой.
- Что случилось?
- У меня кровь носом пошла, — сказала Бэт и театрально вздохнула.
- Ты папе звонила?
- Он не берет трубку. Наверно, все работают, и никого нет дома. Ты приедешь?
- Да, — Дэрил показал средний палец брату, — Скоро буду.
Он отключился и со вздохом сунул телефон в карман.

- Что такое, Дэрил? - закудахтал Мерл, — Которая из твоих подружек приглашает тебя на свидание?
- Иди-ка нахуй.
- Ой, прости меня, заботливый Дэрил Диксон. Лети на крылышках к своим принцесскам, — он поймал кулак, выброшенный младшим братом, не давая ему ударить себя — А я пока присмотрю за твоей красоткой?
- Да пожалуйста.
- Вернешься?
- Нет, — Дэрил проверил сигаретную пачку — почти пустая, и ловко вытащил из кармана у брата еще одну, — Развлекайся!
- Как там, говоришь, ее зовут?
- Кока-кола, — сказал Дэрил, уходя.

Эмма была той самой кассиршей в забегаловке, что считала Бэт красоткой. Замутить с ней было проще простого — Дэрилу было достаточно зайти еще раз. Но теперь ему хватило. А Мерл... Мерл сам знает, что делать с девушками. В конце концов, именно брат ему об этом и рассказал.

***


- Я не успела съесть свой ланч. Хочешь?
- А что там у тебя? — спросил Дэрил, заглядывая в ее розовую коробку, куда мать каждое утро складывала еду. У Шона эта коробка была синей, а Мэгги с переходом в среднюю школу предпочла бумажные пакеты, заявив, что она уже взрослая.
- Сэндвич, яблоко и шоколадный батончик. Я знаю, что ты выберешь, — на ее лице появилась улыбке.
- Давай уже, — он протянул руку, и девочка вложила в нее шоколадку.

Пока Бэт засыпала крошками школьную юбку, он разглядывал кровавые пятнышки на ее белой рубашке.
- Это первый раз у тебя?
- Нет, — она пожала плечами, — Уже было такое, но только дома.
Школьная медсестра, выдавшая Дэрилу девчонку под строгим контролем учительницы, посоветовала ей поспать дома. Диксону всегда отдавали детей без вопросов — Хершел уже давно обо всем договорился, к тому же, Дэрил приезжал за ними куда чаще, чем родители.

- Сказали, это может быть потому, что я волнуюсь. У нас сегодня тест, так что... — она аккуратно сложила обертку от сэндвича в свой ланчбокс, — Это ерунда, так папа сказал. Почему ты не побрился?
- Не хотел.
- Когда ты не бреешься, твою родинку почти не видно, — Бэт постучала пальцем по своему лицу, показывая, где у Диксона родинка.
- А зачем ее видеть?
- Она красивая, — Бэт улыбнулась, наклонив голову набок, — У меня только маленькие родинки.
- Да уж, просто красота.
- Ты придешь сегодня на ужин?
- Праздник, о котором я не знаю?
- Нет. Просто так.
- Мне стоит побриться?
Бэт пожала плечами, улыбаясь.
- Посмотрим. Пристегивайся, принцесса. Поехали.
Примечание к части

http://prosto-prosto.diary.ru/p198547488.htm Здесь можно посмотреть на ту самую родинку. Ну и полюбоваться на Ридуса.
Часть 3

Запах сена щекочет ноздри.

Дэрил снимает рубашку, оставаясь в майке. Соломинки прилипают к потным, влажным рукам и колются, заставляя чесаться. Сена столько, что в нем можно закопаться полностью.
Он останавливается, слыша движение за спиной. Почти неуловимое движение, но Мерл учил его слушать. Дэрил отставляет в сторону вилы, но не поворачивается.
- Что ты здесь делаешь? — спрашивает он.

Бэт не отвечает. Он слышит, как она проходит сзади него и шуршит сеном.
- Прежде чем ты прыгнешь, проверяй, нет ли там инструментов. А то мало ли. Знаешь, отрезанные конечности, кровь, кишки во все стороны.
Бэт не отвечает. Он поворачивается и видит, что она лежит на сене прямо в своем воскресном платье — с резинкой на поясе и вышивкой по подолу, в туфельках и белых гольфах.
- Какого хрена, Грин? — спрашивает Дэрил раздраженно. Вместо ответа девочка лишь всхлипывает, — Да, черт побери, что случилось?
- Я ненавижу их! — выкрикивает Бэт, резко садясь. Несколько соломинок застряло в ее светлых волосах, заплетенных в косу.
- Не купили новую куклу? — он хмыкает, садясь рядом с ней.
- Они достали уже! Мэгги и Шон!
- Что на этот раз? — Дэрил откидывается на спину, в ароматное и теплое сено, которое колет и щекочет.

Бэт восемь. Она мечтает стать ветеринарным врачом, «чтобы спасти всех животных, которые болеют». Аннет заплетает ей причудливые косы каждое утро перед школой. Больше своих учебников она любит только кроликов, которых недавно завел отец.

Шону десять. Он тащится от комиксов и постоянно пытается обсудить их с Дэрилом, которому на эти картинки плевать. Он отказывается помогать Хершелу на ферме, «потому что много других дел», и не прибирается в комнате, «потому что это женское занятие». Учителя постоянно жалуются на него, потому что он не может сидеть на уроках спокойно.

Мэгги четырнадцать. Она почти не вынимает наушники, носит четыре сережки в левом ухе — дырки для них проколола сама. Она таскает у Дэрила сигареты и отказывается заплетаться.

- Они все постоянно ругаются. Лают, словно собаки, — Бэт ложится и вытирает нос кулаком, — Мэгги кричит: «Ты не моя мать!» А Шон кричит: «Ты не мой отец!»
- Думаешь, это самое плохое, что может быть в семье?
- Мне страшно, когда они ругаются.

Он мог бы рассказать ей многое. То, что самая обычная банка тушеной свинины может быть большим счастьем — если до этого ты не жрал ничего двое суток. То, что он впервые попробовал шоколадное молоко и кекс с изюмом в школе — дома для них с братом никто не готовил. То, как страшно бывает, когда твой отец ломает двери или крушит кухню. То, что Мерл тянул деньги из одноклассников, чтобы купить для младшего брата хоть какую-нибудь еду.
Он мог бы рассказать ей, что ему ночами снился огонь, пожирающий дом так легко, словно здание из бумаги, а не из дерева.
Но он не расскажет. Потому что Бэт восемь, и она однажды разрыдалась в его машине из-за того, что не получила отличную оценку.

- Сейчас они даже не заметили, что я ушла. Кричат там друг на друга.
- Хочешь посидеть здесь, со мной?
Она пожимает плечами, шмыгая носом, — Я не хочу домой. Можно к тебе?
- Ко мне? - он удивленно поднимает брови, — Я не в замке живу, принцесса. Поверь, в твоей комнате гораздо лучше.
- У тебя есть телевизор?
- Да.
- Мы можем посмотреть мультфильмы. Пожалуйста, — она растирает слезы под глазами с совершенно умильным выражением на лице, — Я не была у тебя в гостях.

Он сдается только через тридцать минут, когда заканчивает убираться в амбаре. Потому что невозможно не сдаться. Она такая, эта Бэтти Грин, если что-то залетело в ее маленькую голову — хрен вытащишь просто так. Она — словно маленькая вампирша. В последнее время — постоянно будит в нем какие-то воспоминания или заставляет что-то чувствовать, что-то особенное, больное, остро ворочающееся в животе. Диксон знает, что она не специально, черт побери, ей всего восемь.
Просто с Мэгги было по-другому. Мэгги сама по себе другая. С Мэгги он говорил о спорте и телевизионных передачах. Мелкая же, сучка, постоянно спрашивает его о прошлом. Словно это ее план номер один — заставить его выстрадать все заново.
- Ладно, — говорит он и разводит руками, — Я сдаюсь. Хочешь попасть в холостяцкий рай — добро пожаловать!
- Холостяк — это тот, у кого нет жены, — говорит Бэт, — Правильно?
- Это тот, кому нахрен не надо никакой жены, — отвечает ей Дэрил, вытирая руки.
- Не ругайся, — просит Грин.

***


- Старик, — он затягивается, прижимаясь щекой к деревянной раме, — Закончили разборки?
Он сидит на подоконнике, высунув ноги наружу.
- Это невозможно, Дэрил! - голос Хершела в трубке полон разочарования, — Я не знаю, что делать с ней. Вчера она украла в аптеке Стива леденцы. Я спросил её: «Зачем ты это делаешь, Мэгги? Ведь я же даю тебе карманные деньги!» А она отвечает, что ей так хочется!
- Твоя младшая у меня.
- Бэт? Я думал она в своей комнате.
- Пока ты ругался со старшими, она свалила ко мне в амбар, потом напросилась в гости. Она смотрела «Короля Льва», а теперь спит, хотя над смертью Муфасы успела поплакать.
- Прости, я... Я совсем не подумал о ней. Я заберу ее сейчас.
- Пусть поспит. Я приведу ее, когда проснется.
- Она не мешает?
- Нет, — Дэрил оглядывается на кровать, стоящую у самого окна. Бэт спит под его покрывалом, свернувшись в комок, все еще сжимая в руке пульт от телевизора.
- Твой брат, он не против?
- Мерла нет, не переживай. В любом случае, в этом доме не едят детей, поверь.
- Мне дико стыдно за это. Прости, что так вышло.
- Ничего, мужик. Не переживай. Я знаю, тебе непросто.
- Это точно, Дэрил!
- Я приведу ее, не парься.


За восемь лет он успел заслужить место по правую руку от Хершела. Грин всегда сидел во главе стола, а Аннет — слева. У Отиса всегда было место напротив Хершела. Эти стулья не были подписаны, но каждый знал, куда садиться.
Сегодня в их чистой столовой царит напряжение. Мэгги — виновница этого — ковыряет вилкой в тарелке с таким видом, будто ей на ужин подали дерьмо.
И, хотя Хершел пытается разговаривать так, будто все нормально, Мэгги портит всем настроение своим недовольным видом. Музыка из ее наушников слышна, когда отец замолкает.
Бэт сидит по диагонали от Дэрила. Она уже сменила свое белое платье на шорты и майку. Ее лицо не выражает ни грусти, ни радости — просто равнодушная маска на маленькой девчонке. Дэрил же знает, что она недовольна. Она любит эти воскресенья, когда они все вместе отправляются утром в церковь, потому что это такая возможность почувствовать себя членом дружной семьи, и не любит скандалы. Он хочет ободрить ее и осторожно, чтобы не задеть сидящую напротив Аннет, протягивает ногу. Чуть касается стопы Бэт. Сначала девочка вздрагивает, но потом находит лицо Дэрила и улыбается.
Он так любит ее улыбку. Потому что Бэт Грин умеет улыбаться так, как никто в мире. С ямочками на щеках и настолько искренним выражением на лице, что ему тоже хочется радоваться в ответ.

***


- Теперь ты чувствуешь себя человеком?
Они курят, сидя на крыльце. В воздухе пахнет дождем.
- Почувствуй это, Дэрил. Почувствуй, как приятно быть свободным.
- Я всегда свободен.
- Нет, братишка, ты не прав, — Мерл затягивается в последний раз и тушит бычок о крыльцо, сминает его и отбрасывает в сторону, — Ты под каблуком. Под маленьким таким каблучком.
- С чего ты...
- Да ты посмотри на себя! Ты становишься мягким, как говно, и все из-за этих девчонок! Они веревки вьют из тебя!
- Нет, — он ковырнул землю грязным ботинком.
- Да! Каким ты был вчера? Упивался пивом и своими депрессивными мыслями! Только хорошая охота может выбить эту дурь.

Дэрил действительно чувствовал себя дерьмово после того, как поужинал у Хершела. И дело было даже не в Аннет, которая попросила его помочь убрать тарелки, а потом порывисто обняла на кухне, благодаря за заботу о Бэт.

Дело было не в том, что он нес девочку домой на руках — она его обхватила руками и ногами, словно медвежонок-коала, каких показывают по Animal Planet. Легкая, словно пушинка, худенькая, тоненькая, а еще пахнет сладковатым шампунем, пахнет детством, которого у него, Дэрила Диксона, никогда не было.

Дело было в снах.

Просто что-то пробудило эти воспоминания. Эти мысли, которые выплеснулись в яркий ночной кошмар, такой насыщенный и похожий на настоящую жизнь. Дэрил проснулся посреди ночи, комкая одеяло — весь в поту. Уснуть уже не смог.
Он думал, что эти кошмары давно уже ушли. В конце концов, ему было уже двадцать пять, но во сне он снова был восьмилетним мальчишкой, который проснулся в разгорающемся пламени. Он остался жив только благодаря тому, что Мерл был дома в это время — счастливая случайность, если учитывать, что этот ублюдок постоянно где-то таскался. Потом были два года таскания по трейлерам и маленьким грязным квартирам с отцом, который нашел новый повод, чтобы нажраться — смерть матери. И Дэрил видел эти кошмары, полные огня и едкого дыма, наполняющего легкие.

Теперь они вернулись. Днем он был сильным и не боялся ничего. Но ночью огонь проник в его сны, и руки Мерла грубо вытащили его из постели, как и семнадцать лет назад, а потом он просто наблюдал, как полыхает дом.

К утру он был немного пьян. К полудню — протрезвел, выключил телефон и ушел вместе со страшим братом в лес. Там он был собой. Там он выкинул все плохие мысли из головы. Там, где сквозь ветки деревьев проникал мягкий, янтарный свет, где все дышало покоем и комфортом.

- Нет, — повторяет он. Дело ведь не в девчонках. Все происходит в его голове.
- Ну-ну, — Мерл встает и потягивается, — Конечно, не в них. Но ты включишь свой телефон, одна из этих курочек позвонит, ты сорвешься и побежишь. Ты давно стал щенком Хершела, а теперь — еще и комнатная собачка его детей.

***


I was made for lovin' you baby,
You were made for lovin' me

Звук в машине убавлен почти до минимума, но он все равно постукивает по рулю, подпевая солисту группы «Кисс».
- Я вижу кое-что на букву З, — Бэт, сидящая на месте рядом с водительским, держит на коленках прикрытый учебник.
- Зеленые листья? - скептически спрашивает Мэгги с заднего сиденья, наматывая наушники на свое запястье.
- Задницу? - смеется Шон рядом с ней.
Старшая сестра ударяет его по лбу, и он в ответ молотит кулаками, пытаясь попасть ей по голове, но Мэгги только отпихивает его руки.

- Прекратите, эй вы! - Дэрил обернулся и посмотрел на них так, что и Мэгги, и Шон замерли посреди перепалки, — Задолбали! Это забор, Бэт?
- Да, — девочка кивает, сжимая губы.
- Вы даже поиграть и поговорить нормально не можете!
- Можем, — обиженно ворчит мальчик, потирая лоб, — Хочешь, я расскажу тебе что нового?
- Расскажи, — бурчит Дэрил.
- Новый мальчик в моем классе, он приехал из Алабамы.
- А я сегодня рассказывала перед всем классом стихи, — Бэт сияет, поворачивая к нему лицо, — Я почти не волновалась.
- Супер. Мэгги, что у тебя?
- Завтра буду пересдавать тест.
- А еще у нее начались месячные, — бормочет Шон.

Несколько секунд в салоне машины царит тишина, нарушаемая только тихой музыкой, а потом Бэт ойкает, а Мэгги кидается в бой. Она отстёгивает ремень безопасности и, схватив толстый учебник, бросается бить брата, не переставая осыпать его проклятиями. Дэрил сбрасывает скорость, а потом и вовсе останавливается, протягивает руку назад, оттаскивая девчонку от Шона. Он оттягивает ее за воротник, возвращая на свою сторону сидения.
- Пристегнись! - он ловит в зеркале ее отражение — сердитое лицо Мэгги покрылось красными пятнами смущения, — Продолжаем вашу сраную игру! Я вижу кое-что на Б.
- Бэтмен? - спрашивает Шон сзади, тряся своим комиксом.
- Нет.
- Брелок? - тихонько интересуется младшая, показывая на ключи в замке зажигания. Она вечно принимает все слишком близко к сердцу, поэтому сейчас, вслед за сестрой, покраснела и смущенно кусает свою губу.
- Неа. Есть варианты, Мэгги? - Дэрил не дожидается ответа, — Я вижу одного бестактного придурка!

Шон открывает и закрывает рот, а потом обиженно утыкается в комиксы. Бэт хихикает. Дэрил находит в зеркале взгляд Мэгги и подмигивает ей.

Он уже триста раз пожалел, что согласился на эту работу, потому что ему кажется — он когда-нибудь убьет этих детей.
Часть 4

Телефон на тумбочке мерцает зеленым экраном. Имя высвечивается рядом с трубкой, означающей входящий вызов. Он не видит.

Дэрил не видит, потому что вбивается в тело прогнувшейся перед ним брюнетки. Яростно и глубоко. Сильно. Закрыв глаза.
А она царапает смятое одеяло длинными черными ногтями, подаваясь ему навстречу, вскрикивая и постанывая.
Ее зовут Грейс, и Дэрилу это имя не забыть. Но только лишь потому, что оно набито черной краской внизу ее спины, прямо над кругленькой задницей, в окружении мелких цветов и кружевного орнамента.

Умная девочка.

Ей едва за восемнадцать, она носит кожаную куртку и короткую юбку. Он подцепил ее при помощи мотоцикла Мерла неделю назад. Девочки ведутся на такое.
А еще Грейси первая, кто попал в его комнату. Да и то это произошло только потому, что он вчера был пьян настолько, что не помнит, как попал домой. Видимо, она привезла его. Проснулся на собственной кровати с миловидной девчонкой, выпил полбутылки воды и решил усмирить рвущихся изнутри бесов — собственные инстинкты.

Она отрывает руки от кровати и встает на колени, откидывая голову назад, на его плечо. Щекочет мягкими волосами его кожу.
Воздух пахнет цветами и чем-то густым, пряным. Дэрил впивается губами в гладкую шею, но всего на секунду, чтобы потом мягко оттолкнуть девушку обратно. Удерживает за талию, ускоряя темп.

Телефон на тумбочке мигает, не переставая.

Кончая, Диксон издает глухой и низкий звук — полустон, полурык. Опирается на локти и жмурится, чувствуя, как растекается в паху облегчение и теплая волна удовольствия. Грейси стонет, распластавшись по кровати, раскинув в сторону руки и ноги.
Он встает на ноги — потягивается, надевает джинсы на голое тело, завязывает использованную резинку узлом. Пользоваться презервативами — первое, чему научил его Мерл. Смотрит на девушку на своей кровати — голую, подтянутую и вполне красивую. В конце концов, раз она уже здесь, то можно будет и повторить еще разок.
И только возвращаясь с кухни, держа бутылку пива в руке, Дискон видит свой телефон.

- Алло, — Дэрил бросает первый взгляд на календарь, а второй — на Грейс, прижимая палец к губам, — В чем дело? Бэт? Что случилось?
Девушка наблюдает, как он ходит по комнате, открывает окно, наполняя комнату воздухом, подкуривается.
- Объясни нормально. Да блядь! Бэт, ебаный в рот, говори нормально!
Диксон застывает у кровати, не донеся сигарету до рта.
- Хорошо! Ладно, ладно! Давай!
Он, чертыхаясь, откидывает телефон на кровать и поднимает с пола одежду.
- Одевайся!
- В чем дело? - Грейс вскакивает.
- Давай, одевайся!
- Кто такая Бэт? Твоя девушка? Это ее блеск для губ в твоей машине?
- Что? - он морщится, — Рылась у меня в бардачке?
- Это твоя девушка?
- Ага, конечно. Девушка. Моя. Давай, приведи себя в порядок, — он застилает кровать и одевается, зажав сигарету зубами.
Она приводит всклокоченные волосы в нормальное состояние при помощи собственных пальцев, умывается в маленькой ванной комнате перед измазанным зубной пастой зеркалом и возвращается в спальню к Дэрилу. На стене что-то, привлекающее внимание — календарь.
Девять лет он работает на Хершела. Девятый календарь висит на его стене, над комодом. Каждый день — белая ячейка. Записи синей шариковой ручкой в квадратиках. Во сколько забрать из школы, куда надо отвезти. Приемы у врачей, вечеринки в честь дней рождения подружек, тренировки. Номера важных телефонов. Пометки.

Его работа и его жизнь.

***


Бэт приходит через десять минут. Засовывает голову в окно, и Дэрил подает ей руку, помогая залезть. Она держит свои кеды в руках и отбрасывает их на пол. На ней джинсовый комбинезон и белая футболка.
- Что случилось?
Бэт садится на кровать, сжимая руки в кулачки. Грейс смотрит на нее с удивлением — она ожидала увидеть кого угодно, но не маленькую худую блондинку.
- Давай, Грин, просто расскажи, — Диксон приседает перед ней на корточки, — Что-то с папой?
Она мотает головой, — Нет. Мама нашла у Мэгги травку.
- Травку? Где она взяла ее, черт возьми?

Бэт поднимает голову, чтобы ответить, но застывает, приоткрыв рот. На ее лице написано крайнее удивление — она видит Грейс. Брюнетка поднимает руку и машет ей, приветствуя.
- Кто это? - спрашивает девочка тихо.
- Это Грейс, — Дэрил на секунду представляет татуировку над задницей, — Что там с Мэгги?
- Кто она? - спрашивает Бэт еще тише. Ее щеки сухие, и Дэрил рад этому. Он ненавидит, когда она плачет.
- Забей, — Диксон почти шепчет и улыбается, стараясь ободрить ее, — Расскажи мне.
- Она не скажет маме, где взяла. Говорит, что ей дали в школе, — Бэт наклоняется к его уху, продолжая краем глаза наблюдать за девушкой в кресле. Она кладет ладони на его плечо и шепчет, обдавая горячим дыханием его лицо.
- Но ты знаешь, да?
Бэт кивает, опуская глаза.
- Где она взяла чертову траву, Бэт? - Дэрил сжимает ее коленку, а потом отдергивает руку. Он злится, а это значит, что он не может полностью контролировать себя. Он не должен причинять ей боль.
- У твоего брата.
- Нет, — Дэрил вскакивает и мотает головой, — Нет-нет!
- Она говорила с ним по телефону.
- Черт возьми! - он ударяет кулаком по тумбочке, сшибая пустую бутылку и будильник, — Ублюдок!
- Дэрил, что случилось? - Грейс встает с кресла, подходя к нему ближе, но он лишь отмахивается, словно от надоедливой мухи.

В голове будто гудит трансформатор.
Диксон чувствовал себя чертовски виноватым. Ведь именно из-за него все это сейчас происходило. Именно из-за него Мэгги была знакома с Мерлем.


Это было около шести месяцев назад. Они с Отисом закончили строить новый амбар — в два раза больше старого. Строительство продолжалось довольно долго, и Дэрил ненавидел эту сраную сарайку. Ему нужно было отдохнуть теперь.
Он хотел хорошенько выспаться, а потом уйти в лес на несколько дней, но Мерл разрушил все планы. Они взяли пикап и уехали в Мейкон — у брата там были клиенты. Уже довольно давно Мерл перестал перебиваться маленькими поставками — теперь он, в основном, продавал оптовикам и мелким барыгам, а не самим потребителям своего товара.
Потом они нашли бар в центре города. Народу — тьма. Это место было популярным — потому, в первую очередь, что здесь был дешевый алкоголь и пускали практически всех. Контроль на входе мог пропустить и малолеток, и ужравшихся в хлам.
Он сидел на диване, откинувшись на спинку, и пытался справиться с головной болью. Музыка давила на мозг, везде сновали люди, и Дэрил думал о том, что бутылка виски почти закончилась. Нужно взять еще. Нужно попытаться убить эту мигрень.
Брат развалился напротив, лапая грудастую девушку, сидевшую на его колене. Она облизывала ухо Мерла с таким удовольствием, словно это было самым вкусным, что она пробовала в своей жизни. Дэрил оставил их, направляясь к бару. Тогда-то он и увидел ее.

Танцпол был маленьким, со стробоскопом под потолком. Девчонки в коротких платьях были повсюду — они танцевали даже на столиках и стульях. Дэрил, пробиваясь через толкучку, думал о том, не стоит ли ему сейчас послать Мерла и уйти отсюда — найти какую-нибудь комнату и завалиться спать. Или снять шлюху. Или подцепить одну из этих девочек, милашку в коротенькой юбочке. Пьяные такие, они легко ведутся.
Мэгги сидела у барной стойки. В блестящей синей майке и короткой юбке, она была накрашена так ярко, что казалась куда старше своих пятнадцати лет. Диксон сначала подумал, что ошибся, помотал головой, но потом все-таки убедился — это определенно Мэгги. Он схватил ее за локоть и вырвал прямо из разговора, стащил с барного стула и поволок в сторону выхода. Какой-то парень попытался остановить его, но Дэрил сунул кулак ему под нос, и тот сразу отскочил.
Он вытащил Мэгги на улицу. Дэрил не мог думать о том, не был ли он слишком груб. Ярость стучала в его голове, словно молот. Он был так зол на эту девчонку. Иногда он чувствовал легкое сожаление оттого, что не был в действительности ее старшим братом. Тогда ему было бы проще разобраться с ней.

- Отпусти меня! - взвизгнула Мэгги. И когда Дэрил действительно отпустил ее, она отступила от него с удивлением на лице, как будто она на самом деле собиралась сражаться с ним сейчас.
- Что ты здесь делаешь? - он сделал большой шаг к ней и почти зарычал.
- Я отдыхаю с друзьями!
- Отдыхаешь? - он сжал кулаки, — Хершел знает, где и с кем ты отдыхаешь?
- Тебя это не должно касаться! - Мэгги вспыхнула, — Ты не мой отец и не мой брат!

Эти слова всколыхнули в нем что-то. Действительно, он не был для нее родственником, и прекрасно знал об этом. Но уже девять лет он был рядом с этой семьей, всегда поддерживал эту девочку, и сейчас это было очень обидно.

- У тебя выходной — вот и отдыхай! - Мэгги продолжила, причем довольно громко, — А я буду делать то, что хочу! Тебя это не касается, Дэрил!
Она, видимо, хотела уйти, но Дэрил позволил себе применить силу — схватил ее за плечо и развернул к себе.
- Ты разоделась словно шлюшка и бухаешь со взрослыми парнями. Думаешь, этого хочет твой отец для тебя?
- Какая разница, чего хочет папа? Я хочу гулять и буду! - она выкрутилась и теперь жестикулировала слишком яростно. - Я не ребенок, я могу отвечать за себя!
- Нет, не можешь! - он ткнул пальцем в ее сторону, — Тебе пятнадцать, девчонка! Окончи школу, а потом гуляй с кем хочешь!
- У меня есть парень! - выкрикнула Мэгги, словно это был последний ее аргумент.
- Ага, парень! Да он даже не трахнет тебя, если у него есть мозг! Ты даже возраста согласия не достигла! Ты дура, Мэгги! - Дэрил раздраженно махнул рукой, — Твои родители усираются для тебя, а ты ведешь себя как идиотка!

В ее глазах промелькнула печаль, Мэгги поджала нижнюю губу и вдруг заплакала, зажимая рот ладонью. Он обнял ее и прижал к своему плечу. Она никогда не плакала, в отличие от Бэт. Однажды она упала, поскользнувшись на школьном крыльце, выбила руку в плече, и даже тогда Дэрил, который пошел с ней в кабинет школьной медсестры, не увидел в ее глазах ни слезинки.
А теперь она обхватила его своими тоненькими руками и заходилась от слез, всхлипывая.
- Успокойся! - сказал он мирно, чуть покачивая ее из стороны в сторону, - Хватит!
- Не говори папе! Пожалуйста! Он и так злится на меня из-за сигарет. Он думает, что я ночую у подружки, даже сам отвез меня. Мы только помирились, а я сама все испортила, — она хлюпала носом и говорила быстро, глотая окончания, — Пожалуйста, Дэрил! Не говори ему!

Со стороны они, наверно, смотрелись как рассорившаяся парочка.
- Пойдем в машину, — он мягко отстранился от нее, — Ты же не хочешь попасть на общественные работы за нарушение комендантского часа?

- Спасибо, — сказала Мэгги, сидя на соседнем сидении, — Правда, Дэрил, спасибо!
- И давно ты так обманываешь отца? - спросил он, барабаня по рулю.
- Это первый раз, когда я в таком месте, — она смотрелась в зеркальце, стирая с щек растертую тушь влажной салфеткой, — Честное слово.
- Хочешь покурить?
- Я же...
- Ты постоянно пиздишь у меня сигареты. Думаешь, я не заметил этого? Считаешь меня кретином?
Её щеки стали розовыми от смущения.
- Один раз. И больше никогда этого не делай.
Он протянул ей пачку и щелкнул зажигалкой, давая подкуриться. Взял одну и себе. Откинулся на сидение и прикрыл глаза, чувствуя, как медленно отступает головная боль. Они курили в тишине.

Он ничего не рассказал Хершелу в тот день. Мэгги больше не предпринимала попыток свалить на вечеринки и, если она и курила, то отменно скрывала это. Они заключили негласный союз, и Дискон, с тех пор, чувствовал себя с ней комфортнее. Не то чтобы она стала пай-девочкой, нет. Просто стало легче.
В ту ночь он много выпил и знал, что не может вести машину. Особенно если в этой машине будет Мэгги. Поэтому пришлось вытаскивать из бара Мерла, чтобы он нашел кого-то трезвого ночью субботы, чтобы увезти Мэгги. Мерл нашел, да. Вызвал какого-то своего должника. Все получилось славно — следующим утром, когда Хершел приехал за дочуркой, она ждала его на крыльце. Старик ни о чем не узнал, да. Но Мерл познакомился с Мэгги.

- Так, это ты дочка фермера? - он развел руки, а потом заключил девушку в крепкие объятия, — Какая ты взрослая стала, котеночек!
- Отвали, Мерл, — процедил Дэрил, оттаскивая Мэгги от брата.


- Ты уверена, что она у него взяла?
- Я же говорю, слышала, как она разговаривала с ним по телефону.
- О наркотиках?
- Наверно, — Бэт пожимает плечами.
Если Мэгги и говорила с Мерлем, то явно не о погоде. Но он должен быть уверен. Он набрал ее номер, но равнодушный голос сообщил, что абонент недоступен.
- Хорошо, Бэт, — он присел рядом с ней, — Иди домой и скажи, чтобы она позвонила мне. Это срочно, ладно?
Бэт энергично кивнула и надела кеды. Когда она закончила завязывать шнурки, Дэрил легко поднял ее и помог выбраться за окно.
- Не спались, что была у меня, ладно?
- Я шла там, — она повела рукой в сторону поля, — За оградами. Папа не увидит.
- Я жду, ладно?

Бэт убежала, а он закуривает, присев на кровать. Грейс в мгновение оказывается рядом — скользит маленькой ладонью с длинными коготками по его напряженному плечу.
- Что такое, Дэрил? - она гладит его мышцы, забираясь пальцами под рубашку.
- Не сейчас, — он убирает ее руку.

Мэгги звонит через томительные двадцать минут.
- Какого хрена? - спрашивает Диксон сердито.
- Честное слово, — она шепчет, видимо, спряталась с телефоном в ванной, — Я не себе брала. Я даже не пробовала ни разу. Честно! Дэрил?
- Где ты взяла?
Она молчит несколько секунд, а потом отвечает, — У Мерла.
- Давно?
- Полгода. Но я ни разу не пробовала, послушай...
- Почему от вас вечно одни проблемы? - он шипит, убирая от лица растрепанные волосы, — Если я услышу еще один раз об этом... Блядь. Это пиздец.
- Прости.
- Удали его номер. Прямо сейчас. Все сообщения, все звонки. Немедленно.
- Хорошо, — она вздыхает и спрашивает, — Ты простишь меня?
- Я убью его, — говорит Дэрил и отключается.

***


Старший брат в Мейконе. Диксон высаживает Грейс по дороге, а потом выжимает педаль газа. Дэрил находит Мерла даже раньше, чем ожидал. Брат встречает его у придорожного кафе.

- Привет, братишка! - он протягивает руку, но Дэрил замирает в паре ярдов от него.
- Это правда, что ты продаешь наркоту Мэгги Грин?
- Да, — говорит Мерл, пожимая плечами, — А что?
- Ты же больше не барыжишь сам!
- Как можно отказать, когда такая куколка просит?

Дэрил подходит ближе и бьет его. От неожиданности Мерл даже не успевает увернуться, удар приходится прямо в скулу, и его голову откидывает назад.
Он орет, отбиваясь от младшего брата, но Дэрил напирает, как таран, и Мерлу приходится применить силу. Они падают в пыль возле кафе, валяются там, матерясь друг на друга, прямо возле припаркованных тачек и мотоциклов.

- Тшш, — говорит Мерл, — Умерь пыл, братишка.
Он сидит сверху и удерживает Дэрила за шею. На скуле наливается синяк, нижняя губа рассечена о камешки, валявшиеся на земле. Слой серой грязи налип на влажное от крови из носа лицо и вспотевшие руки.
- Это наш хлеб, — говорит Мерл, — Она захотела, и я продал ей. Скидочку делаю даже, как постоянному клиенту.
Он смеется и утирает кровь.

Дэрил с силой переворачивает его, размахивается и ударяет по лицу. Хруст костей слышен в перерыве между песнями, доносящимися из колонок.
- Сучонок! - бормочет Мерл, хватаясь за нос.
Дэрил встает, покачиваясь.
- Ты сломал мне нос, — невнятно говорит Диксон, продолжая лежать на земле.
- Еще раз ты продашь ей наркоту, и я тебя убью.
- Выбрал маленьких сучек вместо брата, — Мерл смеется, поднимаясь.
- Иди нахуй, — говорит Дэрил.

***


Бэт стучит в раму, и он открывает окно.

- Я сказала папе, что дойду до тебя. Что с твоим лицом, Дэрил?
- Упал, — говорит он, протягивая руки и затаскивая Бэт в комнату так, чтобы она не испачкала кровать обувью.
- Ты подрался? - спрашивает она, наклоняясь к его лицу и рассматривая синяки, — Выглядит жутко.
- Так получилось. Уж прости, — он отстраняется, — Завтра тебя приедет встречать из школы парень не в лучшем виде.
- Ты с братом подрался, — констатирует Бэт, — Ты обработал? Папа говорит, что раны загноятся, если их не обрабатывать. Можно даже заражение крови заработать. Давай к нему сходим, он посмотрит.
- Нет, — он трясет головой, — Так нормально.
- У тебя есть перекись?
- Хочешь поиграть в доктора? — он смеется над ней, но всё-таки возвращается из ванной с темной бутылочкой перекиси и комком ваты, — Я, конечно, не кролик, которого ты хочешь лечить, но можешь потренироваться.

Бэт наклоняется над его лицом и сосредоточенно, закусив губу, обрабатывает его рассеченную бровь. Дэрил откидывается на подушку и зажмуривает глаза — щиплет. А еще у Бэт такие легкие руки, которые касаются его лица так аккуратно, словно он сейчас рассыплется.
- Молодец! - бормочет он, — Как там Мэгги?
- Она вроде доказала папе, что это не ее. Он уже не так злится, — Диксон слышит, что Бэт закручивает крышку и отставляет флакончик на тумбочку, — Тебе больно?
- Не очень.

Дэрил чувствует, что она укладывается рядом, головой на его плечо. Прижимается прохладной щекой к его коже. Протягивает руку и гладит его по голове — так, словно это ему девять, а не ей.
- Спасибо, — шепчет она, — Ты защищаешь Мэгги.
Он поднимает руку, давая ей улечься поудобнее, обхватывает ладонью узкое плечико и, не открывая глаз, говорит, - Всегда пожалуйста, принцесса.
Примечание к части

Послушать Soundgarden - Live to Rise
Примечание к части

Еве, чтобы не грустила.
Вы тоже ждете трейлер, или только мы с ней чокнутые?
Часть 5

- А у тебя в каком возрасте первая девушка появилась?
- Что? - переспрашивает Дэрил, рассеянно барабаня по рулю.
Они с Шоном сидят в машине вдвоем, потому что девочки ушли в магазин с косметикой «на пять минут», а нет их уже полчаса. Это нормально — Мэгги вечно теряется среди полок со шмотками и блестящими флакончиками. Это тоже самое, что запустить Бэт в книжный — Дэрил однажды отпустил ее туда одну, а нашел спустя сорок минут, сидящую в кресле с книгой, которую она, конечно же, взяла только затем, чтобы пролистать.
- Первая девушка, — повторяет Шон.

Ему пятнадцать. Волосы бреет коротко, чтобы на тренировках не мешали. В команду он всё-таки попал, как и хотел в детстве, а это обеспечивает популярность среди девчонок — все руки в самодельных нитяных браслетиках от поклонниц.

- Ты гулял с девчонками в школе?
- Нет, — отрезает Дэрил, щелкая зажигалкой.

Я преимущественно с Мерлем «гулял».

- И ни с кем не встречался?
- Дай угадаю, — Дэрил поворачивается к нему, — Тебя интересует не то, с кем я гулял, а в каком возрасте первую палку кинул?
- Типа того, — Шон смущенно ковыряет джинсовую ткань на своем колене.
- Лет в четырнадцать, наверно.
- Пригласил ее на свидание?
- Нет. Мерл снял мне проститутку.
- И как это было?
- Дэрил поворачивает к нему голову и поджимает губы, — Довольно быстро.
- Понятно, — тянет Шон, а спустя минуту добавляет, — Мне нравится девчонка.
- У тебя же фанатки, — Дэрил задевает пальцем фенечки на его запястье.
- Это другое. Энни Робертсон. Черлидерша. Вот такие сиськи, — Шон водит в воздухе руками, как будто грудь у школьницы размером с огромный арбуз.
- Хочешь пригласить ее?
- Стремно. Она такая классная. И учится на класс старше меня.
- Смелости не хватает, салага, — хмыкает Дэрил.
- Стремно, если откажет. Я только опозорюсь на всю школу, прямо как Фил.
- Фил?
- Ну это тот, который Бэт пригласил в кино, с моего потока, — Шон ловит удивленный взгляд, — Она что тебе не рассказала? Я думал, она тебе про все рассказывает.
- Видимо нет. Я же не ее одноклассница.
- Он подошел к ней в столовой, а она ему отказала. При всех.
- Она же маленькая, какие свидания? - Диксон хмурит брови.
- Ей тринадцать. И она красивая.

Бэт Грин красивая. Это залезает в его мозг и не выпутывается оттуда так просто. Красивая Бэт. Тринадцатилетняя Бэт, которая цепляет цветные заколки в волосы и обклеивает тетради наклейками. Девчонка, которая заявляет, что хочет вступить в организацию по защите животных прямо сейчаc, и мажет губы в холодный розовый цвет, пока Хершел не видит.

Время так быстро идет.
Шон мечтает о девчонках, а Бэт приглашают на свидания мальчишки. С ума сойти.

Он как-то свыкся с той мыслью, что Мэгги — уже взрослая. Старшая окончила школу — в большей степени посредственно. Поступила в четырехгодичный колледж в Атланте и приезжает домой по субботам. Хершел купил ей машину — серебристый седан Mercury Sable девяносто шестого года. Дэрил сам учил ее водить на пустынной дороге, за два месяца успел обматерить с ног до головы, но на права, в итоге, Мэгги сдала с первого раза. По-другому и быть не могло, хотя Диксон и уверял ее до последнего, что она глупая и ничего не сможет. Конечно, он знал — сможет.

Девочки возвращаются с цветными пакетиками, остро пахнущие духами, смеющиеся.
- Смотри, какая у меня помада, — хохочет Бэт с заднего сидения и тянется к нему, демонстрируя красные, сложенные уточкой губы, — Красиво?
- Безумно, — говорит Дэрил, поворачиваясь к ней и ловя счастливый блеск в глазах.
- А еще я хочу завить волосы вот так, — она кивает на Мэгги, у которой волосы вьются крупными локонами, — Здорово?
- Ага, здорово, — он протягивает палец и щелкает ее по носу, — Пристегивайся.

***


Он лежит на животе, подмяв под себя одеяло. Расслабиться — так божественно. Они с Мерлем ушли далеко. Брат загнал его, словно того оленя в лесу, до изнеможения.
Телефон, лежащий на полу, мигает и издает противный писк, означающий, что пришло сообщение.

Приходи к нам.

Дэрил приподнимается на локтях и кидает взгляд на часы — восемь вечера. Днем воскресенья Мэгги уезжает в общежитие — малышка Бэт уже загрустила? Он знает, что ей часто бывает скучно — друзей поблизости нет, старшая сестра переехала в Атланту, а с Шоном они слишком разные. Дэрил знает, чем она занимается по вечерам — играет в шашки с Патрицией, делает уроки или читает книжки. Ну или разговаривает с ним по телефону.

Нет.

Почему?

Он стонет, переворачиваясь на спину.

Я устал.

Пожалуйста.

Он ненавидит сообщения. Никогда не пишет их, никому. Только от Бэт получает, регулярно. Подростки этим развлекаются, видимо.

Проходит пять минут, он не отвечает, и телефон начинает вибрировать — гудит и ползет по постели, словно требуя, чтобы Диксон взял трубку. Он не торопится отвечать — достает из пепельницы отложенную половинку сигареты, подкуривается.
- Да.
- Ты придешь?
- Нет.
- У нас есть кое-что для тебя. Сюрприз.
- Поздно, Бэт. Я устал. Только вернулся домой.
- Твой день рождения сегодня?
- Вроде.
- Пожалуйста, Дэрил! Всего на несколько минут.

Он не празднует этот день, никогда не праздновал. Не помнит, чтобы мать или отец поздравляли его, дарили какие-то подарки. В семейке же Грин — это норма, как в любой правильной семье. На двенадцатилетие Бэт Хершел отвез всех в Диснейленд, в солнечную Калифорнию. Девчонки приехали с кучей фотографий и ушами чертова Микки Мауса, которые пытались напялить и на него.
А его отец уже третий год в тюрьме за сбыт наркоты и пьяную драку. Да и к чертям его, вообще бы не выходил. Пусть сгниет там, ублюдок.

- Мне нужно помыться, — бормочет он, — Я был в лесу.
- Так ты сходишь в душ и придешь?
- Ладно, — он выдыхает дым в потолок, — Просто дай мне немного времени.

Он не умеет ей отказывать. Его маленькая слабость по имени Бэтти Грин.

Теплая вода расслабляет еще больше, и Дэрил переключается на холодный кран, чтобы взбодриться хоть немного. Пока вытирается — трясет головой, словно пес, разбрызгивая во все стороны капли. Челка отросла, подстричься бы надо. Последний раз его стригла Мэгги — обкорнала так, что он потом носил кепку и пообещал никогда и никого больше не допускать к своим волосам. Дэрил роется в комоде, надевая последнюю чистую футболку, а остальные заталкивает в стиральную машину.
После того, как папашу посадили, их дом стал хотя бы немного похож на дом в привычном понимании этого слова.

- Сюрприз! - вопит Шон совсем по-детски, а потом делает серьезный вид и пожимает Дэрилу руку. Диксон хлопает его по плечу.
Вся семейка высыпает на крыльцо, даже Мэгги, которая уже должна быть в Атланте. Хлопотливые руки Аннет разглаживают его футболку на спине.
- А мы заждались тебя, парень! - Отис пожимает Дэрилу руку.
- С днём рождения, сынок! - Хершел смеется над тем, как Бэт вскарабкивается по его спине, повисает на шее.
- Мартышка, — бормочет Дэрил смущенно, а девчонка лишь хихикает ему в ухо и щекочет.
- С днём рождения, Дэрил! - шепчет она и мокро целует его в ухо, на секунду оглушая.

Они не ужинали без него — ждали, пока он там примет душ и придет, просто сидели и ждали. Бэт спрыгивает с его спины и за руку тянет в столовую, усаживает во главе стола, на место, которое обычно занимает ее отец. Все это сбивает с ног и обескураживает до такой степени, что он не может вымолвить и слова — просто оглядывает всех, усаживающихся за стол.

Только бы песенку не затянули, как поют на детских днях рождения. Это уже будет перебор.

Аннет и Мэгги выставляют тарелки с большими кусками жареной свинины и овощами, а Хершел ставит перед ним коробочку.
- Это мои девочки придумали подарок для тебя, — он разводит руками, — Я здесь ни при чём.
- Открывай, Дэрил!
- Давай, открой подарок!

Он открывает коробочку, вытаскивая мобильный телефон, черный, с большим экраном. Дэрил сам бы никогда не купил себе такую штуку — ему вполне хватает обычного телефона, с зеленым экраном и писклявыми звуками.
- Мы там кое-что настроили, — смеется Бэт, переставляя сим карту из его старого телефона, и вытаскивает свой мобильный, — Смотри!
Она набирает его номер, и на экране высвечивается ее довольная мордашка. Голос Джеймса Хэтфилда разрывает тишину столовой.
- Теперь ты всегда услышишь, если я позвоню.
- Я тоже хочу! - заявляет Мэгги, набирая его номер, и на телефоне Диксона высвечивается уже ее улыбка.
- Вы сумасшедшие, — бормочет он, утыкаясь в тарелку, Хершел рядом смеется, а Бэт снова выхватывает у него телефон.
- Тут есть камера, — она тыкает в кнопку сбоку, — Сфотографируй нас, Пати.
Они с Мэгги обнимают Дэрила с обеих сторон, и он кашляет, отпихивая их, но девчонки настырно лезут.
- Расслабься, Дэрил! - Мэгги щекотит его под ребра, — У нас нет ни одной твоей фотографии. 
Патриция нажимает кнопку, ослепляя Диксона вспышкой.

- А теперь, самое главное, — Аннет вносит в столовую большую тарелку с пышным шоколадным пирогом, посыпанным кокосовой стружкой, — Бэт почти все делала сама, я только чуточку помогла.
- Мама преувеличивает, — краснеет Бэт.
- Попробуй, Дэрил, — Аннет отрезает для него самый большой кусок и выкладывает на тарелочку.
- Оху... Здорово, Бэт! - он показывает ей большой палец, облизывая ложку.

У него никогда не было праздников. Только Мерл всегда вытаскивал его из говна — больше никто и никогда не делал ничего для Дэрила Диксона. Эти люди относятся к нему так, будто он — семья. И он любит их так же .

Он не расстилает кровать — падает прямо поверх покрывала, скинув только ботинки. Блаженная заполненность в животе — и усталость во всем теле. Дэрил подкладывает руку под затылок и зажигает экран новенького телефона. На заставке — раскрасневшиеся мордашки девочек, его девочек.
Диксон с трудом находит телефонную книгу, заполненную немногочисленными номерами. Выбирает из списка имя Мерла и слушает длинные гудки до того, как в трубку врывается громкая музыка.
- В чем дело, братишка? - судя по голосу, Мерл еще трезв, и это удивительно, — Проспался и хочешь прошвырнуться?
- Неа.
- Тут такие девочки, — тянет Мерл, — Такие красавицы!
- Нет. Я еще не ложился.
- Не спится, принцесска? - хохочет брат.
- У меня день рождения.
- Да? - музыка становится тише, видимо, Мерл выходит из бара, — Поздравляю! Я совсем забыл.
- Я просто хотел сказать тебе спасибо, за все.
- Не плачь, Дэрилина! Растрогался? Ностальгия пробрала по старым денькам?
- Иди ты. У меня тут вторая линия.
- Давай, братец! С праздником!

Дэрил скидывает и видит на экране счастливую мордашку Бэт.

- Ты чего не спишь, уже поздно?
- Не ворчи, — она тихонько смеется, — Тебе понравился пирог?
- Это лучшее, что я жрал за последнее время.
- Честно?
- Честно, Бэт! Кстати, Шон сказал, за тобой ухаживает мальчик.
- Ухаживает? - переспрашивает она, — Нет. Просто пригласил меня в кино.
- А ты отказала и опозорила парня при всех.
- Его зовут Фил, это все, что я о нем знаю. Мы даже не общались никогда. У него такие красные прыщи на лбу, — она смеется, — К тому же, папа меня не отпустит в кино с мальчиками. Только если с Шоном. Или с тобой.
- И правильно.
- Ревнуешь?
- Да ты мелкая же.
- Между прочим, мне уже тринадцать!
- Вот именно. И знаешь что? Никогда не взрослей.
- Договорились. И я просто хотела пожелать тебе приятных снов.
- Спи давай, уже почти полночь.
- Спокойной ночи, Дэрил.
- Доброй ночи, Бэт. Увидимся утром.

Разобраться бы еще, есть ли в этом дерьме будильник.

***


Дождь льет уже несколько часов, а утром небо было девственно-чистым. Бэт не спрячется от ливня — Дэрил знает это потому, что ее зонтик в цветочках валяется на заднем сидении.

Когда заканчиваются занятия, он выжидает несколько минут и выходит под дождь. Капли выбивают дробь по кожаным ботинкам, под ногами пузырится лужа, а он стоит словно идиот, высматривая среди выскакивающих из ворот девчонок одну.
Проходит минут десять, и Дэрил, сырой до колен, готов проклясть всех чертовых детей из этой школы, которые брызгают на него, пробегая мимо. Только тогда Бэт выскакивает, держа над головой свой кожаный рюкзачок, украшенный цветными значками и бантиками.

Ей пятнадцать, осталось всего два года до окончания школы, а она все еще навешивает ленточки на все, что попадается на глаза.

- Давай сюда, — говорит он, пытаясь подтянуть ее под зонт.
- Я все равно мокрая, — кричит Бэт, — Пойдем!
Она наполняет теплый салон машины своим смехом и звонким голосом, брызгается во все стороны, стряхивая капли. 
- Замерзла? - спрашивает Дэрил, включая дворники, — Вся промокла, посмотри!
- Я бежала от дальнего корпуса, — она отжимает свои светлые волосы, и на резиновом коврике под ногами образуется лужа, — Сама виновата, что зонт не взяла.
Ее белая блузка промокла насквозь, обрисовывая тонкую талию и маленькую девичью грудь, спрятанную под кружевом белья.

«Не смотри», — говорит себе Дэрил, отводя взгляд, — «Не смотри, извращенец!»

Когда девчонка успела так вырасти?

- Давай я дам тебе рубашку? - спрашивает он.
- И так нормально, — Бэт скидывает школьные туфли и капроновые гольфы, оставаясь босиком, — Только печку включи.
- Ледышка, — говорит он, касаясь ее холодной ладони, а потом всё-таки стаскивает с себя рубашку, оставаясь в белой футболке.
- Прикольно, — она тычет в эмблему Sonic Youth на груди Дэрила и перебирается на заднее сидение, задевая его своей мокрой юбкой.
- Ты просто сверху накинь, — говорит он, но Бэт уже поворачивается спиной, скрещивает руки и стягивает школьную блузку через голову.
- Меня не видно через стекло. Такой ливень!

«Мне видно, черт возьми!» — хочется закричать ему. Потому что он смотрит. Не хочет смотреть, но смотрит на узенькую голую спину с полоской белого белья и темнеющей на лопатке родинкой.

- Помоги, — просит Бэт, перебираясь обратно и протягивая ему руку.
- Тебе в самый раз, — смеется Дэрил, подворачивая ей рукава, такие широкие для тоненьких ручек. Рубашка такая длинная для нее, что закрывает юбку.
- Это модно, — Бэт поводит плечиком, — Такой стиль — одежда бойфренда.
Диксон поправляет серую ткань, делая рукава одинаковыми по длине.
- Не могла попросить у кого-нибудь зонтик, — ворчит он.
- Могла. Но я сбежала.
- С уроков?
- Неа, — она вытаскивает из рюкзака зеркальце и придирчиво оглядывает свое лицо в зеркале, — От Джима Портера.
- Это что еще за хрен?
- Не ругайся, Дэрил, — Бэт строжит его, словно мамочка, — Он из моего класса. Всю последнюю неделю пытается поймать меня после уроков и проводить.
- А ты от него бегаешь?
- Ага. Джиму выдали ученические права, потому что ему уже шестнадцать. Он ездит на кошмарном раздолбанном пикапе, который скрипит так, словно сейчас развалится. Предлагает отвезти меня домой.
- А ты стесняешься его машины?
- Я просто не хочу, чтобы он меня вез. Зачем мне это? Ты же всегда возишь нас домой!
- Хорошо, — Дэрил удовлетворенно вздыхает, — Отвезти тебя сейчас, или Шона подождем?
Бэт проверяет время на телефоне, — Всего полчаса. Подождем придурка.

Она роется в бардачке так, словно это бардачок ее машины — сует в рот найденную жвачку и вытаскивает диск Pink Floyd.
- Хочешь послушать?
- Ага.
- Это классный альбом. Называется «Стена». Двадцать три раза стал платиновым.
- Я слышала его.
- Ты слушаешь Pink Floyd? - удивленно спрашивает Дэрил, вытаскивая диск из коробочки.
- А ты думал что — Бритни Спирс? - она подгибает ногу и заворачивает на сидение так, что вверх торчит острая коленка, — Давай послушаем, пока мой идиот-братец не приперся.

Когда, черт побери, и Бэт успела вырасти?
Часть 6

Солнце слепит глаза, обжигает кожу. Гребаное, жаркое. Хрен спрячешься.
Он хотел бы сейчас спрятаться там, где держат лошадей. Там тоже жарко, черт возьми, но хотя бы не надо щуриться от солнца.

- Дэрил! - зовет Хершел, — Ты не посмотришь мою машину? 
У него Chevrolet Suburban, тяжелый пятидверный универсал.
- Я хотел поговорить с тобой, — Грин прислоняется к машине.

- Папа? - Бэт показывается на крыльце, в цветном платье и пластиковых очках, — Будешь чай?
- Да, детка, — Хершел машет ей рукой, — Ты принесешь?
- О чем? - Дэрил склоняется над мотором.
- Сейчас, погоди.
Бэт приносит чай в графине и два стакана с ломтиками лимона.
- Дэрил? - она протягивает ему стакан, наполненный ледяным чаем.
- Руки грязные, — он показывает ей свои пальцы, и Бэт подставляет стакан к его рту, давая напиться.
- Иди к маме, Бэтти, — Хершел кивает ей с благодарностью и провожает взглядом, — Я о ней хотел поговорить.
- В чем дело? - Дэрил не поднимает голову от внутренностей машины.
- Она ходит к тебе, — Хершел ловит взгляд Дэрила и крутит в руке стакан, — Она думает, что я не знаю об этом.
- Я думал, что ты в курсе.
- Она сказала, что ходила гулять. И это не в первый раз.
- Я не знал, — сухо цедит Диксон.
- Я не... Дэрил, — Хершел кладет ладонь на его плечо, — Мы уже много лет знакомы. Ты стал мне сыном. Ты для меня — такой же родной, как мои дети. Я знаю, что ты не обидишь ее. Не дашь никому обидеть ее. Просто... Ей шестнадцать. Не забывай об этом.
- Чем я, по-твоему, занимаюсь с ней? - Дэрил опирается на машину, чувствуя неодолимое желание закурить.
- Это не имеет значения. Была бы Мэг на ее месте — я б слова не сказал. Просто помни, что она еще ребенок, ладно?
- Я не собираюсь делать с ней ничего такого, — он выделяет последнее слово особенно, — Я даже не зову ее. Она же не спрашивает. Просто приходит и все.
- Это типичная Бэт, — Грин смеется, потирая подбородок, — Если чего-то захотела, она сделает это.
- Просто скажи мне, как так получилось, что твой ребенок не видел фильм «Назад в будущее»?
- Я не знаю. Аннет показывала ей разные романтические фильмы, наверно.
Они смеются вместе, и Грин снова хлопает его по плечу.
- Ты же не думаешь, что я могу что-то с ней сделать?
- Конечно же, нет, — лицо Хершела становится серьезнее, — Ей же шестнадцать. Просто прояви терпение, Дэрил.
- Да что ты... Блядь, — он сплевывает на траву и стирает пот со лба кулаком, — Я взрослый мужик, а она школьница. За кого ты меня принимаешь?
- Мне было почти сорок, когда Мэгги родилась. А спустя пять лет, после того, как Джозефина умерла, я встретил Аннет. Ей было двадцать четыре. Я не знаю, почему она пошла за мной. Тогда мне казалось, что она делает это от безысходности — на ее руках был совсем маленький Шон, а она осталась одна. Я так думал, да, а сейчас корю себя за то, что сомневался. Мы вместе уже столько лет. Я к тому, что дело не в возрасте.
- Нет уж, старик.
- Бэт тянется к тебе.
- Да ей просто скучно. Не все же время учиться. Ей не с кем тут трепаться о платьицах и косичках.
- И она приходит к тебе?
- Ага, — он ковырнул землю ботинком, — Не парься об этом. Ничего такого.

***


Конечно, она пришла. В последний месяц он к этому почти привык. Привык к тому, что Бэт звонит и спрашивает, дома ли Мерл. А потом — приходит. Через дверь или окно — без разницы. Приносит что-нибудь вкусненькое и болтает не останавливаясь.

- Привет! - она заглядывает в дверь, — Можно?
- Ты же уже зашла.
Она проходит к креслу, на спинке которого навалены шмотки и садится, а потом кидает Дэрилу тонкую синюю папку.
- Что это?
- Посмотри.
- Калифорнийский университет в Дэвисе?
- У них есть ветеринарное отделение. И я могу туда пробиться. У меня отличные оценки.
- Но это же далеко, — он рассматривает фотографии кампуса и довольных студентов, — Это не Джорджия, Бэт. Ты не сможешь приезжать домой каждые выходные, как Мэгги.
- Зато у меня будет хорошее образование. Это классный университет, — она качает ногами, перекинутыми на ручку кресла и перебирает диски с фильмами.
- Да ты зассышь так далеко от мамочки.
- Не думаю, — Бэт откладывает одну стопку дисков и принимается за другую, — Я буду звонить каждый день. Почему у тебя такая странная подборка?
Дэрил пожимает плечами — не очень-то хочется рассказывать ей, что проигрыватель вместе с дисками притащил Мерл. А вот где он его взял — история умалчивает.

- Что будем смотреть?
- Я не знаю, даже не смотрел что там.
- Ты покупал диски, не разглядывая упаковку? - она смеется. - У тебя тут есть, помимо ужастиков, «Хроники Нарнии».
- Я даже не представляю что это. Просто выбери сама.
- А больше ничего нет?
- Есть. Порнушка у брата в комнате.
- Дэрил!
- Ладно-ладно, — он взглянул на ее щеки, приобретающие ярко-красный оттенок, — Включай свою Нарнию.

Она запускает фильм, выключает свет, оставляя комнату в полумраке, и забирается к нему на кровать, сняв свою обувь. Прислоняется спиной к стене и вздыхает, — Жарко.
- Ты бы еще десять маек надела. - Дэрил дергает ее за лямки — серая торчит из-под синей.
- Так модно.
- Перед кем тут выпендриваться, перед братом?
Бэт хихикает и открывает банку «Кока-колы», протягивает ее Дэрилу.
- Не, у меня пиво. В холодильнике. Принесешь?
- Ты лентяй, — Бэт картинно вздыхает, но встает и уходит на кухню.
Холодное пиво — то, что нужно в такую жару.

Он пытается уловить суть происходящего на экране и не может сдержать смех, когда появляется парень с козлиными ногами.
- Что это, блядь?
- Сказали, что это фавн, — Бэт хохочет рядом.

- Дэрил Диксон, — тихонько говорит она, отстукивая каждую букву пальчиком по его руке.
Пробегается от запястья к локтю и выше, тянет его руку на себя.
- Расслабься, — она встряхивает его кисть и касается татуировки, — Почему ты выбрал такой страшный рисунок?
Дэрил пожимает плечами, закрывая глаза. Ее пальцы так скользят по его коже, вызывая мурашки и судорожно сжимая что-то под ребрами.
- Почему ты не сделаешь что-то красивое?
Он помнит, что сделал эту татуировку лет двенадцать назад, пьяный. Ткнул в первый попавшийся рисунок, а потом почти протрезвел, пока мастер работал. Мерл тогда поржал над ним.
- Не знаю.
- Что-то важное для тебя, а не эту ерунду.
- Твое имя будет смотреться прекрасно, нет?

Бэт молчит, продолжая поглаживать его руку, — А есть еще татуировки?
- Да, — он отхлебывает пиво и отставляет банку в сторону.
- Покажешь?
- Нет. Там нечто подобное. Ничего интересного.
- Покажи, Дэрил.
- Нет.
- Где она? На груди? - Бэт хватается за его рубашку, а Дэрил перехватывает ее запястья.
- Там нечего смотреть.
- Здесь, да? - Бэт смеется и лезет горячими руками ему за ворот.
- Нет, на спине. Все равно не покажу.
- Дэрил! - она залезает на его колени, пытаясь стащить с него одежду.

Это выглядит так невинно, для нее. Но не для Дэрила. Он перехватывает ее руки и пытается отбиться, но Бэт упорно напирает. В итоге он одерживает вверх, перевернув ее на спину и оказавшись сверху — щекочет подмышками, чтобы она остыла. Бэт визжит и колотит ногами по одеялу, опрокидывая свою банку.
- Ой, — шепчет она, когда мокрое растекается под ногами.

Дэрил замирает над ней, тяжело дыша. Бэт тянется к его лицу, убирая волосы за ухо.
- Просто дай мне посмотреть.
Пуговичка выпрастывается из петли, так легко. Потом вторая. В груди все резонирующе дрожит. Ее пальцы — такие легкие, такие горячие.

Глупая девочка. Глупая маленькая девочка, совсем не понимает, что делает.

Дэрил отшатывается назад, попадая коленом в пятно от «Кока-колы» на кровати. Сглатывает жаркий ком в горле.
- Мне надо покурить, — говорит он, доставая пачку, — Покурить.
- Извини, я случайно, — Бэт садится и поднимает опрокинутую банку.
- Ничего, — Дэрил растерянно смотрит на нее и подкуривается. Пересаживается на подоконник, свесив ноги наружу.

Это было бесчисленное множество раз. Он щекотал ее, носил на руках, держал на коленях. А теперь... Диксон потер свой лоб и затянулся. Он не ожидал такого. Не думал, что его тело так отреагирует на нее.

Бэт шестнадцать. Гребаные шестнадцать. Он всегда защищал ее, а теперь, кажется, придется охранять от себя самого.

Он запалил вторую сигарету от первой.
- Тут лошадь разговаривает, — говорит Бэт из комнаты.
- Ага, — отвечает он не поворачиваясь.

Это было почти болезненное возбуждение.

Она расстегнула пуговицы на его рубашке.

Он даже почувствовал, что пальцы дрожат.

Она касается кожи на его груди, так нежно.
Черт возьми, черт, черт!

- Папа знает, что ты здесь? - он перекидывает ноги в комнату.
- Ммм, нет, — тянет Бэт, поворачиваясь к нему.
Такая хорошенькая.
- Он знает.
- Да? - она закусывает губу.
- Не надо прятаться от него. Просто предупреждай, если идешь ко мне. Чтобы он не волновался и все дела.
- Ладно.
- И еще, Бэт, — Дэрил вздыхает, пытаясь составить хоть какую-то фразу из путающихся в голове мыслей, — Мне это, уехать надо. Сейчас. Я совсем забыл.
- У тебя дела?
- Да, мне надо... Дела, короче. С Мерлем.
- Мы не досмотрим сейчас?
- Нет. Потом. Когда-нибудь потом. Не обижайся. Мне правда надо.
- Ладно, — она встает и поправляет ремень шорт, — Извини, что так получилось.
- Высохнет, херня.
- Не ругайся.
- Дойдешь сама? Или мне проводить?
- Я добегу сама. Ты на ночь?
- Не знаю.
- Созвонимся, да? - Бэт улыбается.

Он падает на кровать, когда она уходит. Ощущение, что он выставил ее, не отпускает, но это ладно. Она не обидится, она думает, что у него дела.
Дела, блядь.

Единственное, что ему сейчас хочется — скинуть это напряжение. Хоть как-нибудь, хоть в кулак. Но это не выход.
Если он сейчас надумает передёрнуть, он будет думать о ней.

Неделю назад он подцепил одну девушку. Как-то само собой вышло. Бар был пыльным, алкоголя было много. У нее — маленькая квартирка, он хорошо запомнил, как сбил гладильную доску, заходя в комнату.
Дэрил не помнит имени, но это не имеет значения. Он знает номер — она записала его на чеке из супермаркета и сунула Диксону в карман джинс перед тем, как он ушел.
Как хорошо, что эти джинсы он не стирал.

- Привет, — говорит Дэрил, набирая номер, — Ты не занята?

***


Она открывает дверь. Совсем другая, не такая, как была в баре. Рыжие густые волосы забраны в пучок на макушке, спортивные шорты, тонкая майка. Лифчика на ней нет.
- Хочешь поужинать? - спрашивает девушка, закрывая за ним дверь.
Дэрил качает головой.

Она пахнет «Тик-таком». Целуется здорово, скользит языком у него во рту, оставляя мятное послевкусие.
Он тянет ее в комнату, к застеленному дивану. Опрокидывает на спину, целуя в гладкое плечо. Залезает под шорты, касаясь горячей влажности между ног. Проталкивает в нее два пальца, вызывая у девушки стон.
Дерил не закрывает глаза.

Ему надо видеть. Видеть рыжие волосы, небольшой шрам от ожога на плече, редкие веснушки на носу.
То, чего нет у Бэт. Чтобы не представлять, что это она.

- Тебе необязательно уходить, — говорит девушка, когда все заканчивается.
Дэрил подсовывает руку ей под голову, чтобы было удобнее, и запечатлевает на подбородке короткий поцелуй. Такое уважение за то, что она предоставила свою щелку в аренду.
- Я не... Ладно. У тебя ведь есть выпить?
- Проблемы? - ее смех низкий и хриплый, возбуждающий, — Дом или работа?
- Это вроде работа, да.
- Кем ты работаешь? - она перекатывается набок, вытаскивая из-под него простыню и встает с кровати.
- Я типа водитель. Охранник. Что-то вроде этого.
- Понятно.
- Спасибо...
- Лиззи, — она наклоняет голову набок и улыбается, — Не парься. Все хорошо.
- Я просто...
- Приехал потрахаться, я в курсе. Ничего такого. Понимаю, — Лиззи вытаскивает бутылку и пару низких стаканов, — Я не дура. Ты классный, и это просто секс.
- Покатит, — он смеется, садясь и принимая стакан с виски из ее рук, — Так и договоримся.

Алкоголь согревает от горла до желудка.

- Я могу покурить?
- На балконе.
Балкон у Лиззи размером с пятицентовик. Он закуривает, переминаясь с ноги на ноги, и вытаскивает телефон.

- Ты уже дома? - спрашивает Бэт вместо приветствия.
- Нет, я завтра приеду.
- А я читаю, — она делает паузу, — Ем персики.
- Что читаешь?
- «Вино из одуванчиков»
- Такое бывает?
- Наверно, — Бэт хихикает, — Слушай, а ты можешь научить меня водить?
- Тебя? — Дэрил хмыкает, — Не представляю тебя за рулем.
- Ты учил Мэгги.
- Ты слишком маленькая.
- Мне шестнадцать.
- Я в курсе. Давай, мы поговорим об этом с папой, потом.

Лиззи проскальзывает на балкон, босая. Замирает у Дэрила за спиной и щелкает его зажигалкой.

- Я уже спросила. Он разрешил.
- Ты как всегда.
- Ты хотел что-то сказать, когда звонил?

Он не знает, зачем он звонит. Чтобы послушать, что она говорит. Услышать голос.
Дэрил чувствует, как рука забирается за ремень его джинсов.

- Я просто... - он глубоко затягивается, — Я хотел пожелать тебе доброй ночи.

Рука проскальзывает вперед и сжимает его член в тугое кольцо. Диксон поворачивает голову, но Лиззи курит с совершенно невозмутимым видом.

- Приятных снов, Дэрил! - голос Бэт щекочет его ухо, отдается где-то в груди, — Увидимся завтра!
- Спокойной ночи, принцесса, — почти шепчет он перед тем, как отключиться.
А потом отбрасывает сигарету и резко поднимает Лиззи на руки, подхватив за задницу.

В конце концов, это всего лишь секс.
Часть 7

- Вторник и четверг?
- О, ты научился пользоваться календарем в телефоне?

Они сидят в машине. Бэт — за рулем. Он учит ее водить уже несколько месяцев. Дэрил сам не понимает, как девчонка его на это уболтала. Он и сейчас считает ее слишком маленькой для того, чтобы водить.

- Так вторник и четверг?
- Да, в четыре часа начинаю, а в шесть заканчиваю.
- Не понимаю, зачем тебе это. Ты столько учишь, что уже должна знать все наизусть. Да за столько времени можно было и университетскую программу выучить.
- Я не совершенство. Ты не представляешь, какие ученики будут туда пробиваться. Школьники с грантами и выигранными международными олимпиадами. Мои знания должны быть идеальны.
- Ты помешана на учебе, — он откладывает телефон, — Заучка Бэт.
- Посмотрим, кто из нас будет смеяться, когда я поступлю.
- Я не думал над тобой смеяться. Просто нужно и отдыхать тоже.
- Мне нравится учиться.
Она помешалась на своем поступлении в Дэвис. Даже последний учебный год еще не начался, а Бэт уже записалась на курсы подготовки.

- Что еще на ближайшие дни?
- Мой день рождения.
- Поверь, об этом я не забыл.
- Ты придешь?
- Плохая идея, — усмехается Дэрил, — Я не фанат девчачьих вечеринок.
- Ну зайдешь хотя бы? Будет барбекю, лимонад, мама испечет торт. Надеюсь, погода не подведет.
- Когда ты родилась, был ливень. Самый сильный за все то лето дождь. И гроза.
- Я знаю, — Бэт улыбается, — Мама рассказывает об этом в каждый мой день рождения. Как у папы не завелась машина, и ты привез доктора на ферму.
- Я помню, — Дэрил вспоминает с улыбкой.
- А представь, если б папа сам съездил за врачом? Мы ведь могли даже не познакомиться! Представляешь свою жизнь без меня, Дэрил?
- О да, в ней не было бы миллиона вопросов и такого количества болтовни!
- Эй, прекрати! Ты же рад, что познакомился со мной? Правда? Правда ведь? - она трясет его руку, заглядывая в глаза.
- Правда, — он усмехается.
- Благодари за это папин Chevrolet. Так ты придешь?
- Посмотрим. Может быть и загляну. В любом случае увидимся. Ты же не пропустишь курсы из-за своего праздника?
- Конечно, нет.
- Вот и договорились. Ладно, давай еще немного, пока Аннет не потеряла тебя. С чего начинаем?
- Пристегнуться, — Бэт улыбается и вытягивает ремень безопасности.

***


Это оказалось довольно-таки просто.

Первое — не смотреть на нее слишком долго. Отводить взгляд, несмотря ни на что. Пусть делает что хочет, хоть смотрит в глаза, хоть на голове стоит — просто не задерживать взгляд.
Второе — не давать ей садиться слишком близко. В последнее время Бэт, загруженная учебой, приходила к нему не слишком часто. Но если уж она заглядывала на огонек — с бутылкой лимонада и пирожными — Дэрил знал, что ему нужно делать. Он просто не садился на кровать рядом с ней, чтобы не допускать слишком близкого контакта. Он залезал в кресло, да еще и с ногами, чтобы у Бэт не было возможности подсесть к нему.
Сложнее всего было тогда, когда они сидели в машине.
В мае Шону пришел ответ из колледжа в Атланте — того же, где училась Мэгги. Уже в июне его школьная жизнь закончилась, а в середине лета Хершел увез парня в столицу штата. Дэрил с Бэт остались вдвоем в машине.
Она всегда сидела рядом с ним, с тех пор, как он начал возить девочку в школу. Лет в семь она подписала сиденье маркером, чтобы брат или сестра не претендовали на ее место. Она всегда сидела рядом. И ее запах... Свежий, фруктовый аромат, иногда персиковый, иногда ягодный, сладкий. Он вечно витал в машине, какую бы вонючую хрень не повесил на зеркало Дэрил. Она всегда сидела с ним рядом, и это было слишком.

Он бы никогда не признался себе.
Никогда бы не сказал: «Эй, мужик, ты хочешь эту девчонку!»
Но он знал, что нужно держаться от нее подальше.

***


- Эй, Отис, где именинница? - Дэрил остановился почти у самого дома и открыл дверь автомобиля.
- Они разглядывают ее детские фотографии. У Аннет слезы на глазах, — Отис махнул рукой, — Бабы, что с них взять.
- Скажи, чтобы выходила. Опоздает ведь и сама себя не простит за это. Мисс Пунктуальность.

Бэт показалась через несколько минут.
- Привет, — она бросила рюкзак на заднее сидение.
- С днем рождения! - он задел пальцем ее нос и улыбнулся, — Семнадцать, Бэт, охренеть!
- Спасибо, — она потянулась к нему и чмокнула в щеку возле уха, — И где мой M&MS?
Дэрил дарил ей большую пачку этих конфет каждый год.
- Я еще не купил. Давай, хвастайся, — он завелся и выехал на дорогу.
- От папы — вот это, — она вытащила из-под футболки тоненькую серебряную цепочку с маленьким сердечком, — Мама купила новый плеер. Патриция и Отис подарили мне ежедневник, ну я сама у них попросила. Красивый такой, как я и хотела.
- Зашибись тебе.
- Еще Джим Портер приходил.
- Это тот, что когда-то бегал за тобой?
- Он никогда не переставал бегать за мной, — Бэт встряхнула волосами, обдав Дэрила своим запахом.
- И что он тебе подарил?
- Плюшевого медведя, — она закатила глаза.
- Спать теперь с ним будешь?
- Если бы я собрала всех медведей, что мне подарили за всю жизнь, то на моей кровати не осталось бы места, — Бэт скептически улыбнулась, давая понять, что она думает о мягких игрушках, — В общем, он не отличился.
- Ну да.
- Он придет ко мне на праздник. А ты придешь?
- Придется. Отис сказал, Аннет с утра топила шоколад. Я не могу это пропустить.

Когда Бэт упорхнула на курсы, Дэрил вспомнил про обещанные конфеты. Он вышел из машины и закурил, прикидывая, куда лучше зайти.
Цветочный ларек попался по пути. Он остановился у него и потушил сигарету. Мысль, пришедшая в голову, была абсолютно спонтанной. Когда-то давно Мерл сказал ему, что лучший подарок для любой бабы — цветы. В конце концов, ей исполнялось уже семнадцать, а это значило, что она почти взрослая.
Когда он открыл дверь, звякнул колокольчик. В магазинчике царила приятная прохлада и мягкий цветочный аромат.

- Вам помочь? - спросила девушка за прилавком. Она шуршала яркой бумагой, упаковывая какой-то причудливый букет.
- Мне нужны цветы.
- Для девушки?
- Ну не для мужика же.
- Что предпочитаете? - продавщица завязала ленту и поставила букетик в вазу.
- Я ничего не предпочитаю. Мне просто нужны цветы.
- Какие-то определенные? Большой букет или маленький?
- Я не знаю, — Дэрил почувствовал себя кретином.
- А для кого? Мама, жена, дочь?
- Нет, она моя... Просто девушка, короче.
- Юная девушка?
- Да.
- На какую сумму вы рассчитываете?

Дэрил бросил букет на заднее сидение, в тень. Он никогда бы не пошел в этот магазин, если б знал, какой это геморрой. В итоге, девушка сделала все сама. Выбрала какие-то «потрясающе красивые» по ее словам кремовые розы, не стала добавлять упаковку — только широкую ленту в тон.

Он играл на телефоне, когда Бэт вернулась.
- Ну и где конфеты? - она проверила бардачок.
Диксон указал ей рукой на заднее сидение.
Несколько секунд она просто хлопала глазами, уставившись на цветы. Ее рот приоткрылся в идеальную кругленькую букву О.
- Что это? - она ухватилась за руку Дэрила трясущимися пальцами.
Он закатил глаза, — Красивые кремовые розы, вот.
- Боже мой, — она протянула руки и обхватила букет, прижимая его к себе, — Боже мой, ну ничего себе.
Он только сейчас понял, что переборщил. Потому что цветов было много. Даже слишком много. Бэт держала их двумя руками.
- Тебе не нравится? - спросил он, глядя на ее растерянное лицо.
- Ты что, — она аккуратно положила цветы обратно, словно боясь, что они сейчас рассыплются у нее в руках, — Это просто... У меня нет слов, Дэрил. Продавцы хорошо нажились на тебе.
Он пожал плечами.
- Дэрил... - она потянулась к его сидению, — Дэрил, я в шоке. Спасибо. Большое спасибо! Я не знаю, что сказать. Это потрясающе! Мне никто не дарил цветы, никогда. Боже мой.
Губы Бэт замерли в дюйме от его лица, она смотрела на заднее сидение, словно не веря своим глазам.
- Давай, пристегивайся, - тихо сказал он.
Бэт посмотрела ему в глаза. Всего дюйм между ними. Дэрил видел, что она сглотнула и задела зубами гладкую губу.

Черт возьми, как она пахнет.

- Спасибо, — прошептала девушка, положив подбородок на его плечо. Диксон обнял ее в ответ, всего на секунду.

***


- Уф, — Мэгги присела на стул рядом с ним, скрестив ноги, — Привет, счастливчик-которому-не-приходится-играть.
- Привет, Мэггс, как ты?
- Вспотела. Хочу пить, — она выхватила у Диксона стакан с лимонадом, — А вообще — все нормально.
- Я победила ее, Дэрил! - Бэт подскочила сзади и обняла его за шею обеими руками.
- Ты супер, — он положил руку поверх ее ладоней, - Но тебе проще, ты маленькая.
- Эй, это намек на то, что я слишком большая? - Мэгги подняла брови и шутливо ударила его по руке.
Девчонки играли в твистер на траве, а подружки Бэт сидели вокруг, фотографируя друг друга и водя пальчиками по экранам своих смартфонов.
- Я сейчас еще буду играть. С Джимми, — Бэт убрала руки и потянулась за стаканом с трубочкой, — Отдыхайте.

Она попила и убежала, а Мэгги проводила ее взглядом.
- Ты здорово отжег с цветами, — она откинулась на спинку садового кресла, закинув ногу на ногу, — Сказать, что я удивлена — ничего не сказать.
Дэрил пожал плечами.
- Никто не дарил ей цветы, знаешь ли. Это папино упущение. Просто, когда ты сельская девчонка, цветочки окружают тебя со всех сторон, и покупать их в магазине — кажется чем-то странным. А ты... Это для нее будто знак, что она уже взрослая. Ты бы видел, как она над ними трясется!
- В каком смысле?
Мэгги рассмеялась, — Я вчера вечером приехала, а она их подрезала, чтобы не завяли. Сидит в ванной, в пижаме и подрезает. Все тридцать пять штук.
Дэрил застонал и закрыл лицо руками.
- Да ладно ты. Это мило.
- Я просто зашел в этот магазин, а девка там начала тыкать в меня цветами. Я растерялся, — он развел руками.
- Зато у нас дома теперь пахнет просто охерительно, — Мэгги проследила за его взглядом, — Знаешь этого парня?
- Знаю только, что он бегает за Бэт не первый год.
- Джимми — хороший мальчик.
Дэрил пожал плечами, — Наверно. Но она же мелкая.
- Ей уже семнадцать. В ее возрасте я уже... Я младше была, когда у меня появился первый парень.
- Я помню. Ты была другая. Ты в принципе другая.
- У всех ее подружек есть мальчики. В старших классах нормально встречаться с парнями. И этот выбор — в ее стиле.
- В каком смысле?
- Ты же сам учился в этой школе и знаешь, что там происходит. Городские детки и тут же сельские детки. Это вечное противостояние. И она выбрала не одного из городских мажоров. В ее классе почти всем уже восемнадцать, ну или вот-вот исполнится. Они ходят в клубы и тусуются в торговых центрах, водят крутые тачки. А она общается с Джимом Портером, который такая же деревенщина, как и сама Бэт, — хмыкнула Мэгги, — Их семья каждое воскресение ходит в церковь, он умеет водить трактор и помогает отцу на ферме. Поверь, для нее это не худший вариант.

Дэрил снова бросил на Бэт взгляд и налил в два стакана лимонад.
- Папа одобрит это, я думаю. А она всегда думает о том, одобрит ли он ее.
- Папина дочка Бэт.
- Папина дочка. Я не оправдала его ожидания, и Бэт восполняет это, — кривоватая улыбка мелькнула на лице Мэгги.
- Не говори так. Он любит тебя.
- Он любит меня, — повторила девушка, — Но я не столь идельный ребенок, как она. Про Шона я вообще молчу. Ты знаешь, что я не вернусь на ферму после того, как закончу учиться?
- Я всегда знал.
- А Бэтти была уверена, что я вернусь через год. Понимаешь, что это значит для нее?
Дэрил прокрутил в пальцах зажигалку, — Она сомневается, стоит ли и ей уезжать?
- Да, — девушка кивнула, — Если она уедет в Дэвис, то родители останутся одни.
- Может, ей действительно стоит остаться?
- И предать свою мечту? Она хотела поступить в университет с самого раннего детства. А что у нее будет здесь?
- Родители.
- Может быть, так действительно будет лучше. Это ей решать. Я бы хотела, чтобы она уехала. Но он — еще один повод остаться.
Мэгги проследила за его взглядом и отпила лимонад из своего стакана.
- Он хороший парень. Кто знает, может быть, она не уедет и через пару лет пойдет по проходу в церкви, к нему, под руку с папой.

Дэрил поджал губу.
- Да что с тобой?
- Блядь, — он отставил стакан и поднялся, — Да он же сейчас залезет на нее!
Мэгги повернулась на девичий хохот. На коврике для твистера Бэт и Джимми сплелись руками и ногами под общий смех.
- Я пойду, — Дэрил сжал кулаки.

***


Первого сентября он встретил ее возле дома, как всегда. Бэт закинула рюкзак на заднее сидение и расправила на коленках юбку. В старшей школе не было строгой формы, но она продолжала соблюдать то, к чему привыкла с годами — никаких брюк и белая рубашка.
- Последний год, — пропела она довольно, поправляя перед зеркальцем блеск на губах.
- Последний год, — повторил за ней Дэрил.

Он притормозил возле школьных ворот, где уже прохаживался Джимми.
- Твой дружок ждет.
- В половину второго приедешь, ладно? - Бэт улыбнулась, поправляя волосы.
- Хорошо. Эй, — Дэрил окликнул ее, когда Бэт взялась за ручку, — Кое-что еще.
- Что?
- Ты не передумала ходить на курсы?
- Нет, вторник и четверг, как мы и договаривались.
- Мэгги говорила, что ты не хочешь поступать в Дэвис.
- Я просто... - она положила рюкзак на колени и скрестила пальцы, — Я сама не знаю, чего я хочу. Я должна учиться, но не должна оставлять папу и маму.
- Ты должна решать сама. Но, знаешь ли, твой дружок — это не повод оставаться здесь. Если ты не уедешь из-за него — ты полная кретинка.
Бэт закусила губу и пробежалась глазами по его лицу, — Ты считаешь, что мне нужно уехать?
- Если ты этого хочешь, — Дэрил постучал пальцем по ее руке, — Думай сама, Бэт.
Часть 8

Пятница

Его разбудила не музыка, хотя Брайан Джонсон старался вовсю. Дэрил готов был проклясть себя за то, что поставил кровать у окна — стук в стекло заставил его приподняться на локтях. Он протер глаза, разглядывая мелкую Грин, что торчала за окном и приветливо махала ему рукой.

- Ебаный в рот, — пробормотал Дэрил, вытаскивая из-под своей спины пульт от музыкального центра и убавляя звук, — Ты чего долбишься в такую рань?
Он открыл окно, впуская в комнату свежий воздух, и Бэт тут же засунула свою любопытную голову.
- Привет, Дэрил! Уже полдень, кстати.
- Чего ты хочешь?
- Поговорить, — она улыбнулась, наклонив голову набок, — А ты все спишь, лентяй.
- У меня выходной.
- Я тебе, кстати, кое-что принесла, — она показала ему пакет.
- Что ты тут, вообще, делаешь? Папочка одобряет, что ты здесь?
- Его нет. Они все уехали, и я осталась одна. Нам надо поговорить, Дэрил!
- Черт, — он вытащил из валяющейся на полу пачки сигарету и подкурился, — Так говори уже.
- Ну уж нет! Дай я зайду, покормлю тебя, а потом поболтаем.

Дэрил со стоном потер лоб — голова раскалывалась после вчерашней пьянки. Он давно не употреблял алкоголь в таких количествах, но вчера переборщил. Его тоска была огромной и взявшейся из ничего, и он топил ее со всей яростью.

- Не могла мне дать выспаться сначала? Ладно, заходи!
- Так дай руку!
Он протянул руку, чтобы девчонка могла ухватиться за нее, и Бэт забралась в окно, держа в руках небольшой пакет и свои легкие туфли без каблуков. Она переступила через ноги Дэрила и спрыгнула с кровати на пол, мелькнув белым бельем под цветастой, совсем короткой юбкой.
- Блин, ты не мылся? От тебя таращит, Дэрил.
- Такие слова не пристало говорить юной леди, — Диксон погасил окурок в пивной банке и откинулся на спину, — Тебе через дверь не зайти было?
- Мотоцикл Мерла перед домом, — пояснила Бэт.
- Удивлен, что этот ублюдок еще не уехал, — он хмыкнул, подкладывая руку под голову, — Ты столько раз залезала в это окно, но до сих пор не научилась делать этого самостоятельно?
- Зато ты можешь быть спокоен, что я не ограблю твою комнату! - она хихикнула, устраиваясь в кресле, — Иди в душ, иначе твоя курица остынет.
- Я не могу пожрать так?
- Мне нужна твоя свежая голова. Пожалуйста, Дэрил! - на ее лице появилось довольно умильное просящее выражение.
- Ладно, дай мне футболку.
- Ты сейчас не очень-то стесняешься. Встань и дойди до душа, зачем тебе одеваться?
- Почему ты вечно задаешь вопросы? - прорычал Дэрил, — Дай мне сраную футболку!

Бэт схватила со стула первую попавшуюся и бросила ее Диксону. Он оделся и застегнул ремень на джинсах, а потом прошлепал босиком в ванную, мимо нее. Пока Дэрил принимал душ, девушка прибралась в его комнате, собрав в один пакет все пустые пивные банки, вытрясла окурки, стерла со стола осыпавшийся пепел и заправила кровать. Когда он вышел, вытирая растрепанные волосы полотенцем, она уже накрыла на стол.
- Сходи за ложкой.
- Ты сама не можешь до кухни дойти?
- Там мотоцикл Мерла, — терпеливо сказала Бэт, — Я же не должна с ним встречаться.

Это было одним из условием их соглашения. Дэрил позволял ей залезать в окно и находиться в своей комнате, но строго запретил контакты со старшим братом. Он все еще хорошо помнил, к чему привело общение старшей девчонки с его братцем. Бэт не была такой, как Мэгги, но Мерл оставался Мерлем.

Пришлось идти самому. Весь стол на кухне был засыпан крошками от чипсов, а на пол явно что-то пролили. Кран был свернут.
- Ублюдок, — промычал Дэрил, доставая из шкафчика чистую вилку.
Проходя мимо комнаты Мерла, он толкнул дверь. Брат спал на своей кровати, в одежде.

Бэт расставила на столе пластиковые тарелки — жареная курица с рисом, мясной салат и огромный кусок шоколадного пирога.
- Ты что задумала? - он остановился у стола, указывая пальцем на еду, — Думаешь я за это продамся в твое рабство?
- Это мамина курица, а я пекла этот пирог все утро. Для тебя. Думаешь, я подлизываюсь, если готовлю что-то для тебя?
- Именно, — он уселся и подвинул к себе тарелку, — Ты никогда не делаешь ничего просто так.
- Неправда! Я всегда угощаю тебя, когда готовлю что-то вкусное!
- В последнее время все достается твоему дружку, — он ткнул Бэт пальцем в живот и та отскочила, взвизгнув, — Когда ты только училась этому, ты таскала мне всякие штуки каждый день. Яблочный штрудель, кексы, пироженки с медом, пирог с голубикой или яблоками. А теперь хрен дождешься.
- Ну я приготовила твой любимый, шоколадный. Просто съешь его и не ворчи. Завтра я могу испечь еще что-нибудь.
- Что ты хочешь?
- Это вкусно, вообще? - Бэт понюхала пиво в бутылке.
- Не заговаривай мне зубы.
- Ты занят завтра вечером?
- Я так и знал, — Дэрил ткнул вилкой в ее сторону, — И ты знаешь, что я скажу, да?
- Но...
- Но-о-о, — протянул Диксон, передразнивая ее, и указал на календарь, — Никаких дел всю неделю, Хершел мне обещал. Именно поэтому я могу надраться сегодня или завтра, могу делать что хочу. Ты входишь в мои планы только в среду.

Среда в календаре действительно был отмечена маркером — стоматолог у Бэт в одиннадцать.

- А сегодня пятница, так что обратись к папочке.
- Родители уехали в Атланту. Мэгги получает диплом, да и Шона заодно заберут.
- А ты чего осталась здесь?
- В субботу мой выпускной. Вечеринка в честь окончания школы.
- И что?
- Мы с Джимми расстались.
Дэрил перестал жевать и уставился на нее.
- Мы должны были вместе поехать на выпускной. Отис остался здесь, следить за хозяйством, он бы проконтролировал нас.

Дэрил дожевал курицу и отодвинул от себя пустую тарелку.
- Но теперь я не пойду на выпускной с Джимом, а это значит, что я вообще туда не пойду.
- Что ты хочешь от меня? - Дэрил облизал пальцы.
- Ты не мог бы забрать меня с выпускного?
- Слушай,— Дэрил сложил руки в замок на столе, — Ты хочешь, чтобы я обманывал твоего отца?
- Нет.
- Просто попроси этого парня, чтобы отвез тебя, — Дэрил откинулся на спинку стула, подкуриваясь.
- Нет, мы с ним не общаемся теперь. Он обиделся.
- Сама заварила кашу, Грин? - он усмехнулся, — Почему Патриция не заберет тебя?
- Ее тоже нет здесь. У ее племянницы родился ребенок, Патриция к ним уехала. Отис тоже поехал бы с ней, но нельзя оставлять ферму без присмотра, — Бэт чуть помедлила, — Папа сказал, что я должна сама попросить у тебя, если хочу, чтобы ты забрал меня. Потому что это такая ответственность!
Она закатила глаза.
- Ты что, собираешься там нажраться?
- Эй, ты знаешь меня столько лет! Думаешь, я способна на что-то такое?
- Нет, — Дэрил засмеялся, — Ладно. Я заберу тебя завтра.
- И отвезешь?
- И отвезу.
- Спасибо! - взвизгнула Бэт, забегая ему за спину и обхватывая руками его плечи.
- Но если возникнут какие-то проблемы...
- Нет-нет, Дэрил! Спасибо! - она поцеловала его в висок, щекотнув волосами, а потом отскочила и начала прыгать по комнате.
- С тебя еда, — он отломал огромный кусок от еще горячего, ароматного пирога, — Сегодня вечером и завтра утром.
- А если Мерл будет дома?
- Тогда я приду жрать к тебе.
- Хорошо, — Бэт продолжала сиять улыбкой, — Я иду на выпускной!
- Вкусно, — он ткнул пальцем в пирог, — Это единственное, что ты умеешь делать лучше меня — готовить!
- Нет! - Бэт престала прыгать и оперлась на стол перед ним, — Есть еще кое-что!
- Твоя учеба не в счет!
- Это лошади!
- Я за ними приглядываю, а не ты!
- Зато ты не умеешь ездить верхом! - она показала ему язык и прыгнула на кровать, сминая покрывало.

Он со смехом закинул еще кусочек в рот, рассыпая по столу шоколадные крошки. Если это делает девчонку счастливой — хрен с ними, с выходными.
Его выходные, все равно, всегда были пустыми.

***


- Дэрил!
Он вышел на крик брата. Мерл жадно глотал воду из большой пластиковой бутылки, стоя посреди кухни.
- Что здесь происходит? - он обвел рукой помещение, — Кто сломал кран?
- Ты, идиот, — Дэрил прислонился к косяку.
- Я ничего не помню. Наверно, сам сломал, а валишь на брата?
- Ага, конечно.
- Нам надо поговорить об одном деле.
- Никаких дел. Забыл, что было вчера?

Вчера Дэрил выкупил братца под залог, причем немаленький. Мерла закрыли за наркотики, уже в который раз.

- Поедешь со мной в Атланту?
- А что там?
- Метамфетамин.
- Что, блядь? Ты за мет взялся?
- Один ублюдок должен был мне деньги. Много денег. Мы с парнями вскрыли его хату и все обшарили там. Я разрезал матрас, а там нашел дурь. Марочек на сотню долларов и мет. Синий. Я попробовал и, поверь мне, братишка, это была лучшая наркота в моей жизни!
- Ты сдохнешь еще быстрее, если метом упарываться будешь!
- Не в этом дело, Дэрил! - Мерл отнял у него сигарету, — Я спросил у парней, видели ли они когда-нибудь раньше такое. Никто не видел. А потом я нашел концы. Это чистый мет, превосходного качества. Никто не знает, откуда именно его везут, но один парень из Атланты пообещал подогнать мне. Я стану главным дилером нашего штата, если буду продавать его. А покупать его будут, Дэрил. Точно будут!
- И что ты хочешь?
- Поедешь со мной, возьмем партию, расфасуем и продадим. Куча бабла! - Мерл поднял руки над головой, — Никаких больше девчонок, никакой фермы, никаких поездок в школу. Бизнес!

Дэрил провел языком по зубам, раздумывая. Он знал, что Бэт уедет совсем скоро. А это означает конец всей его работе. Нет, конечно, он может остаться. Пахать у Хершела на ферме, смотреть за лошадями. Или может барыжить с Мерлем.
По сути, и то, и другое — бессмысленная хуйня.

- Я сегодня не могу. У меня дела в выходные. Съезди один, а там — посмотрим.
- Ты уже на верном пути, — Мерл одобрительно кивнул и снова приложился к бутылке с водой, — Я на пару дней, вернусь к понедельнику.
- Прибери кухню сначала, кретин!
Мерл показал ему средние пальцы на обеих руках.


Суббота


- Я готова.
- Ну неужели, — Дэрил обернулся, — Твои «еще пять минут» длятся уже полчаса.
Бэт спустилась по лестнице и покрутилась перед ним.
- Ну как?
Он кивнул.
- И это все? Ты просто кивнешь? Ну скажи, что ты думаешь?
- Это хорошо.
- Красиво?
- Как всегда.
Она замерла, глядя ему в глаза, — Я старалась.
- Я хотел сказать, что... Ты всегда красивая, — Дэрил смущенно потер шею.
Бэт закусила губу и еще раз повернулась, — Пойдем?

- Чем будешь заниматься, пока я буду там?
- Ты потанцуешь, а я пока посмотрю «Южный парк».
- Довольно странно идти на выпускной без кавалера.
- Не могла бросить Джимми после этого вечера?
Бэт рассмеялась, — Не хочется идти с ним. А ты был на выпускном?
- Я не окончил старшую школу, — Диксон постучал пальцами по рулю, — Никакого выпускного.

Он не хотел рассказывать ей, что во время выпускного своего класса он подкатил к школе на машине, чтобы продать пару грамм бывшим одноклассникам.

- Ты вернешься до полуночи?
- Буду хорошей девочкой, — она разгладила бежевое кружево на своей груди, — Если что, я взяла телефон, ты можешь позвонить.
- Веди себя хорошо.
- Слушаюсь, — она приложила руку к голове.
- Давай, иди.

***


- Ты спишь, Дэрил?
Бэт ворвалась в салон машины, разгоряченная.
- Эй, просыпайся!
- Я не сплю, — он открыл глаза, — Просто задремал. Хорошо отдохнула? Ты чего какая растрепанная?

Почему ты такая чертовски красивая?

- Да, здорово! Вспотела немного, — она засмеялась, показывая ему фотографии на телефоне, — Смотри, у Мэри такое короткое платье, что все смеялись. А это мы запускали шарики! На них можно было написать свои желания!
- И что ты написала?
- Это секрет! Нельзя говорить, иначе не сбудется!
- Суеверия.
- Папа так говорит, — она скинула туфли, — Как ноги болят из-за каблуков!
- Домой теперь?
- Да, — Бэт откинула голову, — Все пойдут встречать рассвет, а хорошая Бэт — домой!

Они уже ехали в сторону фермы, когда Дэрил вдруг затормозил.
- В чем дело? - Бэт оторвалась от телефона и удивленно взглянула на него.
- Что ты там говорила про рассвет?
- Ну это что-то вроде традиции. Ты что, не знаешь? Встретить первый взрослый рассвет!
- Посиди здесь.

Он вышел из машины, хлопнув дверцей. Бэт видела, как он подкуривается и вытаскивает телефон, а потом разговаривает и смеется.
- Что такое? - спросила Бэт, когда он вернулся за руль.
- Наши планы изменились, — он резко развернулся и поехал обратно, в сторону Мейкона, — Папе можешь не звонить. Он знает, что ты в порядке.

Воскресение.

- А кто это здесь у нас так поздно? - Большой Дэйв вышел из-за своей стойки, разведя руки, — Почему малышка Грин гуляет ночью?
- Мой выпускной, — Бэт показала на свое платье, улыбаясь.
- И что, значит, ты теперь взрослая?
- Это не значит, что я перестала любить конфеты, — она взяла у него из рук леденец на палочке, — Спасибо!
- Всегда пожалуйста! Дэрил! - Дэйв хлопнул его по руке, — Отдыхаете?
- У нас кое-какие планы, — он покосился на Бэт, разглядывающую глянцевые журналы на стойке, — Нам нужен целый бак, пара больших банок «Ред Булла», бутылка воды и какая-нибудь еда. То, что принцесса захочет.
- Сэндвичи?
- А есть с тунцом? - спросила Бэт.
- Есть.

Большой Дэйв держал заправку в паре миль от Мейкона, и Дэрил заправлялся всегда у него. Этот грузный мужчина знал детей Хершела много лет и каждый раз угощал «малышку Грин» леденцами.

- Кое-что еще, — он взял у Дэрила деньги, но оставил кассу открытой, — Мерл был у меня вчера.
- Не расплатился?
- Он сказал, что на мели.
- Убюдок, — Дэрил выложил на стойку еще бумажную купюру, — Не заливай ему больше полный бак, ладно?
- Идет, — Дэйв подал ему руку, — Удачной дороги!

- Так ты не скажешь, куда именно мы едем? - Бэт отпила воды.
- Неа.
- Это что, такой сюрприз?
- Вроде того, — Дэрил покосился на светящиеся часы на приборной панели, — Ты можешь пока поспать.
- А ты не устал?
- У меня есть «Рэд Булл» и сигареты. Включишь музыку?
- Южный рок?
- Южный, — он кивнул.

***


- Теперь ты можешь сказать, наконец, где мы? - Бэт потерла глаза и потянулась.
- Ты щеку отлежала, — Дэрил убавил звук и поводил пальцем по ее коже, — Швы от сидения отпечатались.
Бэт потерла щеку, — Так где мы, все-таки?
- Недалеко от Саванны. Мы все еще в Джорджии, не волнуйся.
- И зачем мы здесь?
- Ты хотела рассвет. Самый красивый — на побережье. Сейчас пять тридцать. Через полчаса солнце взойдет.
- Ты сумасшедший, — она улыбнулась.

Пока Бэт прогуливалась вдоль кромки воды, разминая ноги, Диксон расстелил покрывало на капоте. Он помог ей усесться и запрыгнул рядом.
- Ты ведь понимаешь, что я уеду? - она накрутила на палец длинные волосы
- Да.
- А чем ты будешь заниматься?
Дэрил пожал плечами, — Я не знаю.

Ее письмо из колледжа уже пришло, и она визжала ему в трубку, когда получила. Но сейчас Бэт выглядела скорее расстроенной, чем счастливой.

- Я не очень хочу уезжать. Не знаю, как буду жить без мамы и папы, без школы. Без тебя.
- Будешь звонить.
- Это другое, — Бэт покачала ногами, — А сэндвичи остались?
- Проголодалась? - Дэрил принес из машины бумажный пакет.

Они ели в абсолютной, прозрачной тишине. Только плеск волн — ничего больше. Нет людей и машин.

- Ты раньше ездил сюда?
- Нет. Я далеко никогда не уезжал. В Атланту и окрестности только, а так все был в наших местах, с тех пор как переехал.
- Ты ни разу не выезжал из штата?
- Нет.
- И океан не видел?
- Нет.
- Значит, у нас сегодня первый рассвет в нашей жизни. И у тебя, и у меня. У тебя же не было выпускного, как будто он тоже сегодня.
Дэрил засмеялся.

- Будешь скучать, когда я уеду? - Бэт доела и сложила обертку в пакет.
- Спрашиваешь, — Дэрил хмыкнул.
- Я буду скучать по тебе. Я так привыкла, что ты рядом, всегда. Словно ты мой...
- Брат? - спросил он, поворачиваясь к ней.
- Не знаю, наверно, — Бэт пожала плечами. - У меня есть один брат. Он опекал меня, как ребенка, пока не уехал, но при этом — редкостный придурок. Шон может достать кого угодно.
- Я знаю, поверь.
- А ты другой. Всегда помогал мне, сейчас помогаешь. Защищаешь меня. Я привыкла, что ты рядом всегда, что можно в любую минуту позвонить тебе или прийти.
- Так оставайся. Не уезжай так далеко. Зачем тебе престижный диплом, если ты потом все равно вернешься на ферму? Патриция лечит животных без всякого образования, все нормально.
- Мне нравится учиться, и я хочу этого. Калифорнийский университет даст мне нужные знания. Я не хочу всю жизнь быть девочкой с папиной фермы. Я хочу стать ветеринарным врачом.
- И ты станешь, — Дэрил потрепал ее по плечу, — Выучишься, найдешь себе парня, вместе приедете сюда и вылечите всех коров в округе.
- И всех свиней, — Бэт рассмеялась, подтягивая коленки к груди.
- Конечно. И кроликов. Всех животных. Я, может быть, к тому времени не окончательно сопьюсь. Зайдешь в гости как-нибудь?
- Эй, не говори так! - Бэт толкнула его в плечо, — Ты будешь звонить мне каждый день! Будем разговаривать, как и сейчас!
- Ты сама то веришь в это?

Небо начало чуть розоветь на границе с морем, и Бэт с улыбкой положила подбородок на колени. Дэрил не смотрел на небо, на море, на рассвет — он смотрел на нее. И когда лучи пробежали по песку к ее ногам, а потом — к лицу, Бэт повернулась к нему.
- Это лучшее, что могло произойти сегодня, Дэрил.
Диксон поджал губу, а Бэт потянулась к нему — залезла под руку, устраивая голову на плече.
- Спасибо.

Рассвет. Мягкий, золотой и розовый. Волны плещутся совсем рядом, кажется, сейчас доберутся до тебя и оближут ноги своей прохладой.

- Эй, — Бэт подняла к нему лицо, — Пообещаешь мне кое-что?
- Что угодно, — он чуть улыбнулся, самыми уголками губ.
- Ты будешь здесь, когда я вернусь, ладно?
- Я никуда не денусь, — он пожал плечами.
- Хорошо. А ты отвезешь меня в Дэвис? Ты же не выезжал из штата, вот и повод.
- Если ты хочешь, — прошептал он.
- Я хочу.

Ее запах — персиковый — был совсем рядом, совсем близко. Теплое тело, кружево на груди, маленькие пальцы на его боку.

Это произошло так быстро, что он не понял, что случилось. Бэт чуть коснулась его щеки, будто невзначай, горячо выдохнула, а он поймал ее губы своими. Непонятно даже — она это начала, или же он сам, но уже через секунду Бэт оказалась на его коленях, еще ближе. Ноги по обе стороны от его бедер, подол бежевого платья на его ширинке.
Ее губы.
Чуть липкие от помады, сладковатые, гладкие. Горячее дыхание.
Вкусная.

Это сорвало его башню к чертям. Просто целовать — еще секундочку. Просто трогать руками ее тонкую талию и сминать мягкую ткань платья. Щекочущие волосы. Нерешительно скользнувший в его рот язык.
Хрупкая. Тонкая. Маленькая.
С ума сойти — какая красивая.

Как будто это было то самое желание, что дети пишут на шариках и отпускают в небо. Трогать ее, целовать, чувствовать — то самое, что кажется неосуществимым, а потом случается.
Прижать ее к себе, еще ближе, еще. Так, что кажется уже невозможно быть так близко. Вжиматься в ее тело, касаясь нежной кожи. И запах. Чертов запах лезет в нос, обжигает, сводит с ума.

А потом тумблер в голове щелкнул. Нельзя! Это запретная территория!
Это же Бэт.
Бэт, черт возьми, та самая, которая заучка и зануда. Маленькая Бэт, которая носила гольфы и вплетала ленточки в косы.

Он оторвался от нее, резко, спихнул с колен и вскочил на ноги.
Бэт сидела молча, вытирая тыльной стороной ладони влажный рот.
- Я не... — он остановился и развел руками, — Не знаю, что сказать.
- Обязательно нужно говорить что-то?

Дэрил отвернулся от нее к ближайшему дереву. Ее поцелуй все еще был на его губах, ее руки — в его волосах. Выкинуть это к чертям, забыть, как страшный сон, этот пиздец, ворочающийся в башке.

Он сжал подрагивающие пальцы в кулак и несколько раз ударил по дереву, сбивая костяшки. Встряхнул рукой.
- Садись в машину, Бэт.
Примечание к части

1. Автор страдает топографическим кретинизмом. Так что могут быть недочеты в этой области, уж простите))
2. О да, здесь определенно отсылка к Breaking Bad

Вы бы прочитали эти главы раньше, если б сайт работал нормально))
Буду счастлива увидеть ваши отзывы^^

Большое спасибо Еве за поддержку :)
Часть 9

Воскресение.

Руки на руле. Костяшки разбиты. Кровь уже высохла, но выглядит не слишком-то красиво.

- Останови машину, Дэрил, — просит Бэт.
- Нет, — говорит он. Смотрит вперед, не на нее. На дорогу, на спидометр — нельзя превышать.
- Надо обработать.
- Нет, — он вытаскивает из кармана помятую пачку, — Открой окно, я покурю.

Бэт отворачивается, высовывает ладонь в открытое окно и водит пальцами в воздухе, ловя ветер.
- Ты не хочешь поговорить? — спрашивает она.
- Нет, — он сжимает фильтр в тонкую полоску.

Ему не о чем говорить с ней. Ему не хочется говорить. Пусть пиздует в свой Дэвис. Он прямо сейчас может ее отвезти.

- Хочешь что-нибудь? — Дэрил останавливается у заправки. Не дожидается ответа и уходит, возвращаясь через несколько минут с содовой и шоколадными батончиками.

Бэт открывает свою дверь и обходит машину.
- Раз уж ты остановился, — она пожимает плечами и требовательно протягивает ладонь, — Дай руку, Дэрил!

Он протягивает ей кулак, и девушка осторожно касается его своими пальцами. Достает влажную салфетку. Костяшки щиплет, и Дэрил отворачивается.
- Надо обработать хорошо, — Бэт смачивает в перекиси кусочек ваты и прикладывает к его ранкам, — Инфекция попадет.
Дэрил бросает на нее взгляд и сразу отворачивается. Губы у Бэт припухшие и покрасневшие. Зацелованные. Он это сделал, кретин. Он чувствует себя виноватым.
- Так лучше, — Бэт заворачивает крышечку на пузырьке.

Она стоит так близко, что стоит ему шевельнуть рукой, и он коснется ее кожи. Одно движение — и можно прижать ее к себе. Найти ее сладкие губы своими. Пусть зароется своими маленькими пальчиками в его волосах. Пока она целовала его — притягивала за макушку поближе к себе.

Черт возьми!
Дэрил сжимает кулаки. Нельзя думать об этом. Нельзя, нельзя!

Всю дорогу они смотрят в разные стороны, будто посреди салона автомобиля — стена из серого кирпича. Бэт пялится в окно, Дэрил курит.

- Ты не хочешь говорить, да? - он уже подъезжает к дому, когда она отстегивает ремень и поворачивается к нему.
- Нет.
- Ты просто… - Бэт беспомощно протягивает ладони в его сторону, — Ничего особенного не случилось, а ты обиделся на меня, да? Ничего такого в этом нет. Ты не должен так себя вести. Ты должен разговаривать со мной.
- Я ничего тебе не должен, — выплевывает Дэрил в стекло, не поворачиваясь к ней.
- Ты ведешь себя так, словно тебе четырнадцать. Да что с тобой? - она трясет его руку.
- Я веду машину. Не отвлекай.

Бэт откидывается на сиденье, закусив губу. Диксон бросает на нее короткий взгляд. Он знает, что обижает ее, но ничего поделать с этим не может. Нельзя просто взять и начать этот разговор. Как можно это обсуждать?

«Я поцеловал тебя, поговорим об этом?»
«Я хочу тебя, черт побери, ты такая красивая, словно приснилась мне. Поговорим об этом?»

- Тебе понравилось, — почти шепчет Бэт, когда он тормозит возле дома, — Я знаю, поэтому ты и злишься.
Он смотрит на ее губы, зацелованные, припухшие, и врет, смотря ей прямо в глаза, — Нет.

Бэт дергается так, словно он ее ударил, и хлопает дверью машины.

Отис появляется со стороны амбара, вспотевший.
- Дэрил! - он взмахивает рукой, приветствуя Диксона, — Как прошел твой выпускной, Бэтти? Гуляли всю ночь? Хершел звонил, сказал, что вы задумали встречать рассвет.
- Все хорошо, — Бэт улыбается, словно надевает маску милой, привычной девочки, — Дэрил отвез меня на побережье.
- Ух ты, здорово! - Отис одобрительно кивает Дэрилу.
- А теперь я хочу спать, — Бэт сладко потягивается, — Ты звонил Патриции? Как она?
- Все хорошо. Отдыхай, милая! - Отис провожает Бэт, убегающую в дом, взглядом, — Ты снова удивил меня, парень.
- Я поеду, — говорит Диксон, — Надо отдохнуть.
- Зайдешь на чай вечером?
- Нет, у меня дела.
- Ладно, я с Бэт поужинаю. Скучно, знаешь ли, когда никого нет здесь. Ферма кажется пустой.
- Хершел вернется вечером?
- Наверно, завтра утром. Он звонил, сказал, что ребятки ходят по магазинам.
- Понятно, — Дэрил потирает лоб, — Ладно, старик. Я домой.

***


- Возьми трубку, ублюдок, — просит Дэрил.

Комната наполнена сигаретным дымом. Он провел почти час под холодным душем, смывая с себя персиковый запах и память о легких пальцах этой девчонки, а теперь пытается дозвониться до брата.

- Ну где ты, Мерл? - он набирает в третий раз, и снова попадает на голосовую почту. Отбрасывает от себя телефон и откидывается на подушку.
Нужно было поехать с братом в Атланту, наплевав на этот выпускной. Надо было думать своей головой, прежде, чем везти девочку в Саванну. Не надо было целовать ее.

Ладно. Если этот ублюдок не берет трубку — хрен с ним. Можно напиться и в одиночестве. Утопить то, что гремит в башке.

Можно было, конечно, уехать в Мейкон. Снять шлюху в первом попавшемся борделе, какую-нибудь грудастую брюнетку.

Дэрил вытащил из морозилки лед в пластиковом пакете. Лед — это то, что было в их холодильнике всегда, в отличие от еды. Он плеснул бурбон в низкий стакан, задвинул плотные шторы, погружая комнату во тьму, и запустил музыку. Идеальная атмосфера, чтобы нажраться.

В конце концов, он сам виноват. Не надо было целовать ее, сейчас бы не мучался. Пусть ей снова будет десять, а? Пускай она снова носит пластинку и гольфы. Почему нельзя просто перемотать время?

Дэрил потряс головой и налил себе еще.

***


- Ну ты и дура!

Бэт закрыла за собой дверь и прижалась спиной к двери, чувствуя, как подрагивают пальцы. Она улыбалась перед Отисом, но сейчас, когда она осталась одна, можно было не притворяться.

Когда ее щеки успели стать мокрыми? Пока она бежала вверх по лестнице, спотыкаясь о каждую ступеньку и давясь вырывающимися всхлипами?

Бэт яростно рванула молнию на боку кружевного платья. Замочек заело, и она дернула сильнее, всхлипывая. Стащила платье через голову и бросила на пол, вытащила из ушей сережки и отправила их в полет до кровати вслед за нижним бельем. Ей нужен душ. Теплая вода.

Она замирает перед зеркалом в ванной, не узнавая в этой разревевшейся девчонке себя. Плакса Бэт. Дура Бэт. Хорошо, что она не разревелась прямо перед Дэрилом. Хорошо, что мамы сейчас нет дома.

Ванная быстро наполнилась водой, горячей, почти кипятком. Бэт ныряет с головой, прячется под водой, пока в легких хватает воздуха.

Плиточки ровненькие, бледно-голубые, а швы между ними беленькие. Только вот слезы застилают глаза, поэтому ровная сетка смазывается до бело-голубых разводов.

Бэт трет жесткой мочалкой руки, грудь и живот. До красноты. До того, что кожу начинает жечь от горячей воды. Потом закутывается в мягкое полотенце, отжимает волосы. Весь пол в каплях — ну и ладно. Потом она все вытрет. Потом.

Сама виновата. Сама, идиотка. Начала его целовать… Или это он начал? Зачем тогда ответила ему? Он же взрослый, а ей даже восемнадцать не исполнилось еще. У Дэрила женщины, красивые наверняка, а она просто маленькая дурочка.

Бэт заворачивается в одеяло, не высушив волосы, не надевая пижаму. Прячет лицо в цветастом пододеяльнике.
- Не реви, — говорит она себе самой.

Всего через месяц она уедет. Она же поступила в такой хороший колледж! Просто больше не будет звонить Дэрилу, раз он так себя ведет. Попросит Мэгги отвезти ее к стоматологу.

Просто больше не будет ему звонить. Никогда.

***


Джейн Андерсон никто не называл иначе, как склочной старухой.

Ей было почти восемьдесят, и большую часть времени она разговаривала сама с собой.

Месяца три назад она сломала шейку бедра. Это была хорошая причина для того, чтобы внуки обратили внимание на нее, пусть даже внуки ее ненавидели. Свою дочь Джейн Андерсен пережила и теперь остались только ее дети. Женщина не была доброй бабушкой, которая дарила родным вязаные носки на все праздники. Джейн постоянно ворчала и скандалила, так, что даже ее правнучка Минни, худенькая и похожая на ангелочка девочка, пожелала ей поскорее сдохнуть.

Ночью с субботы на воскресенье Джейн Андерсон осуществила желание своих родных, судорожно вздохнув. Ее грудная клетка поднялась и опустилась в последний раз, больше старуха не дышала. Впрочем, смерть во сне стала благословением.

Ранним утром Минни собрала на поднос завтрак для «склочной старухи» и поднялась по лестнице, напевая себе под нос.
- Мама, иди сюда! - закричала она через несколько секунд, — Мама!

Тело Джейн увезли в местный морг. Заведение пустовало уже несколько дней — не так и часто, к счастью, умирали люди в маленьком городке.

Никто не знал, почему это случилось, кроме, может быть, тех людей, которые были этому виной. Если это были люди, конечно. В любом случае, в крупных городах это началось еще час назад. В маленьком же городке вблизи Мейкона старой Джейн Андерсон «повезло» стать первой.

Прошло около десяти часов после того, как сердце остановилось, и Джейн открыла глаза. Они уже не были живыми — затянутые мутной серой пленкой, мертвые глаза.

Старуха скатилась с металлического стола, шмякнувшись об пол, и это выбило бы из нее весь дух, будь она живой. Только вот она уже не была живой, определенно. Из груди Джейн вырвался глухой рык. Она не могла встать на ноги из-за своего перелома и ползла по полу, помогая себе руками.

К вечеру в морге остался только паренек — охранник. Услышав звуки, он соскочил со стула и потряс головой. Прошлой ночью он почти не спал и теперь задремал, сидя на стуле, хотя смена только началась.
Он открыл дверь и увидел тело Джейн, которое уже было около входа. Сухие мутные глаза, бурые губы и трупные пятна. Протянутая к нему рука, оскаленный рот.

- Ебаный в рот, — прошептал паренек, пятясь назад, — Что за хуйня?
Он мог бы подумать, что это последствия дури, но он не курил уже несколько дней.

Джейн глухо рычала, двигаясь в его сторону, противно и жутко.

Парень сделал еще пару шагов назад и потерял сознание. Старуха была возле него через минуту. Ее рот, почти полностью лишенный зубов, бесполезно хватал кожу на предплечье. Рука добралась до мягкого, расслабленного живота, прорвала мышцы, проникая внутрь. Кровь хлынула по телу, на пол, а Джейн начала набивать рот.

Парню повезло. Он не пришел в себя.

Прошло еще несколько часов и теперь восставших мертвецов в морге было двое. Старая Джейн не успела съесть много — когда охранник поднялся на ноги, блестящие кишки выпали из дыры на животе.

***


Отис пришел к ней на скромный поздний ужин из картофельного пюре и сосисок.

- Ты не голодна, Бэт? - спросил он.
- Не очень, — она разрезала сосиску на кружочки и теперь перекатывала их с одного края тарелки на другой, прочерчивая дорожки в пюре.
- Ты выглядишь бледной.
- Я просто не очень хорошо чувствую себя.

Пусть Отис подумает, что она приболела. Потому что так и есть. У нее приболело.

- Очень вкусно, — говорит Отис.
- Ага, — говорит Бэт, хмыкая. Ей не хотелось готовить — она просто развела горячим молоком порошковый картофель.
- Ты поспала? Может быть, стоит отдохнуть еще?
- Да, я сейчас лягу спать. Только посуду вымою.

В доме жарко, и Отис наливает ей ледяной чай. Телефон звонит, и Бэт дергается, вытаскивая его.
Это не Дэрил. Это папа. Хочет пожелать спокойной ночи, наверно.

- Алло.
- Бэт? Детка, Отис у себя? Я не могу дозвониться до него.
- Да, мы ужинаем. Папа, что-то случилось?

На заднем плане слышен гул множества голосов.

- Слушай меня внимательно, детка, — Хершел говорит громко, чтобы дочь слышала его из-за шума, — Мы пока не можем приехать. Тут что-то случилось. Говорят, что это вспышка какого-то заболевания или что-то подобное.
- Папа? — Бэт сжимает в ладони салфетку, — Это опасно? Где вы?
- Мы не приедем. Тут карантин, никого не выпускают. Мы в какой-то школе, кажется, здесь очень много людей. А на улицах много больных…
- Больных? — Бэт отодвигает стул, царапая ножками по полу, — Что за болезнь?
- Я не знаю, — Хершел вздыхает в трубку, — Я не в курсе, малышка. Тут везде военные. Говорят о какой-то заразе. Ты не переживай. Это закончится, и мы вернемся, совсем скоро.
- Папа, пожалуйста, — она делает глубокий вдох, — Приезжай домой.
- Я не могу, милая. Послушай, мне надо поговорить с Отисом. Дай ему трубку. Все хорошо. Ложись спать, ладно?
- Ладно, — она снова вздыхает, стараясь подавить панику, — Просто скажи мне, что ты вернешься. Скажи, что все будет хорошо.
- Все будет хорошо, милая. Просто оставайся дома. Дай трубку Отису.

Бэт протягивает телефон мужчине, а сама убирает со стола тарелки. Папа сказал, что все хорошо, но ей страшно. Плохое предчувствие тяжело ворочается в животе.

- Бэт, я пойду, — Отис отдает ей телефон, — Мне срочно нужно поговорить с Патти. Звони мне, если что, ладно? Никуда не выходи.
- Ладно, — она убирает телефон в карман и отворачивается к раковине, — Завтра увидимся.
- Еще кое-что, — он останавливается в дверях, — Набери Дэрила.
- Что происходит?
- Я не знаю, — мужчина разводит руками.

В десять часов утра Бэт сказала сама себе, что больше никогда не позвонит Диксону. В десять часов вечера она садится на кухонный пол, положив на колени влажное полотенце, прижимает телефон в уху и просит его взять трубку. Вслух, надрывно.

- Пожалуйста, Дэрил, ответь мне.


Его будит звонок.

Он мог бы надеяться, что это Мерл, но каким-то внутренним чутьем ощущает — это не брат. Это она.

Несколько секунд он смотрит на экран, а потом кладет телефон на грудь. Глухая вибрация отдается по ребрам.

Ебаный в рот, девчонка, я повел себя как дерьмо. Ты должна обидеться на меня. Какого хрена ты снова звонишь мне?

Дэрил отвечает только на третий звонок. Придерживает телефон плечом, нашаривая под кроватью зажигалку.

- Дэрил, — говорит Бэт, — Пожалуйста, не клади трубку. Это важно. Мне надо с тобой поговорить.
- Что случилось? — он сам не узнает свой голос.
- Ты выпил?
- Я в говно, Бэт, — Дэрил, наконец, подкуривается, — Сколько времени?
- Два часа до полуночи. Дэрил… Папа звонил. Что-то случилось.
- Что с ними?
- Они в Атланте. Папа сказал, что там вспышка какой-то болезни, что везде военные. Сказал мне не выходить из дома, — она молчит несколько секунд, — Я не знаю, когда он приедет. Отис ушел. Мне страшно.
- Ты не парься. Подожди, утром проснешься и будешь смеяться над тем, как волновалась. Ну болячка, ладно. Сделают прививки и отправят домой.
- Я просто боюсь за них, — Бэт поднимается с пола и идет наверх, — Я веду себя как дура?
- Ты ведешь себя как Бэт, — криво усмехается он, стряхивая пепел мимо банки.

Она пытается не убирать телефон от уха, снимая с себя кофту одной рукой. Сменяет домашнюю одежду на длинную, мягкую футболку перед тем, как залезть в постель, — Мне просто надо, чтобы ты со мной поговорил. Как раньше. Как всегда.

- О чем? — спрашивает Дэрил, туша сигарету и поворачиваясь на бок.

- Ни о чем, как всегда, — Бэт заворачивается в одеяло, подтыкая его со всех сторон. Папа делал так с тех пор, как она была маленькой. Так можно не бояться никого, — Просто поговори со мной. Расскажи что-нибудь.

Дэрил закрывает глаза, подкладывает телефон под ухо, чтобы не держать его руками, — Лучше ты. Я не веселый, я пьяный. Я хочу спать.

- Когда мне было лет десять, я подарила тебе кружку? Помнишь?
- Я разбил ее через два дня.
- Я тогда плакала все утро.
- Аннет надоело слушать твой рев, и она съездила за другой. 
- Да, и ты пьешь из нее до сих пор. Дэрил… Они вернутся?
- Они вернутся.

Он не хотел говорить с ней.
Но говорит. Как говорил всегда. Он не умеет ей отказывать. Он не умеет ее обижать, даже когда пытается это сделать. Черт побери, да ему тоже нужно. Блядская потребность — послушать ее. Хотя бы на расстоянии. Такой знакомый, годами изученный, такой нужный голос. Пусть говорит что угодно.

Закрой глаза. Слушай.





Примечание к части

Эта неделя была тяжелой. Думала не смогу написать, но все получилось. Вроде.
Спасибо, Ева, мы пережили эту неделю!

Чудесные, я буду счастлива увидеть ваши отзывы :)

Ах да, моя первая работа "Мы могли бы остаться" сегодня получила камушек, так что теперь я могу ее рекомендовать. Почитайте, если не читали. 
Часть 10

Понедельник.

Диксон роется в шкафу, вытаскивая чистую рубашку. Мятая — да и хрен с ней. Одежду он не гладит.

Отис разбудил его звонком. Голова трещит — он не выспался. Они с Бэт разговаривали почти до двух. Дэрил отключил звонок только тогда, когда убедился, что девушка спит, услышал в трубке ее мерное дыхание.

Отис сказал, что ему нужно прийти. Не просто: «Приходи, парень»
- Дэрил, мне нужно, чтобы ты пришел. Срочно.

Он замечает, что неправильно застегивает пуговицы.

От его дома до дома семейки Грин — десять минут медленным шагом. Он преодолевает это расстояние в два раза быстрее — как раз одна выкуренная сигарета. Дверь не заперта. Отис меряет гостиную крупными шагами, а Бэт сидит на ковре у телевизора, лицом к дивану. На ней светлая футболка, наверняка принадлежащая не ей, а широкоплечему Шону, и короткие шорты. Коленки подтянуты к груди, волосы растрепаны после ночи.

Бэт, не причесавшаяся с утра? Да не бывает такого!

- Дэрил, — говорит Отис, протягивая ему ладонь для рукопожатия.

Бэт поднимает глаза и бросает растерянный, напуганный взгляд. На экране за ее спиной — мирно развевающийся американский флаг.

- В чем дело? - спрашивает Диксон, приседая на диван.

Заставка с флагом сменяется на изображение. На экране — мужчина в военной форме. Он начинает говорить, и Бэт повторяет за ним.

- Уважаемые граждане Соединенных Штатов Америки! От лица руководства страны я хочу предупредить вас об опасности…

Лоб у мужика высокий, исчерченный морщинами.

- Ранее неизвестное заболевание резко распространяется по территории нашей страны. Для предупреждения заражения все граждане должны оставаться в своих домах…

Брови широкие, подбородок решительного человека.

- Если вы находитесь далеко от места жительства, направляйтесь к ближайшему пункту сбора. Если вы заражены — срочно проследуйте в ближайшее медицинское учреждение…

Бэт повторяет за ним, словно выучила домашнее задание.

- Не поддавайтесь панике, правительство делает все, чтобы остановить распространение болезни. Вирус не передается воздушно-капельным путем, но несмотря на это вы не должны покидать дома...

Голос у нее — пустой.

- Что за дерьмо? - нахмурено спрашивает Дэрил, когда на экране вновь появляется заставка с флагом.
- Я не знаю, — Отис садится рядом с ним, — Хершел звонил с утра, они еще там.
- Патриция? - спрашивает Дэрил.
- Патти не отвечает с самого утра, — он потирает щетину на подбородке, — Поэтому я и позвонил тебе. Мне нужно уехать. Я должен знать, как она. Вчера вечером у них все было тихо, она даже не знала об этой хрени.
- И что ты хочешь?
- Ты должен следить за Бэт.

Дэрил поворачивается к телевизору — девушка водит пальцами по ковру, не смотря на них. Так, словно ее это не касается.

- Ты сказал Хершелу, что уедешь?
- Нет, — Отис встает и снова нервно шагает из стороны в сторону, — Но я все равно уеду, чтобы он не думал. Она моя жена. Я должен знать, что с ней. Если все нормально — мы с Патти приедем к вечеру.

«Если» впивается в мозг иголкой.

- Ты должен присмотреть за фермой, — продолжает Отис, — Не оставляй Бэт одну. Поверь, парень, Хершел будет благодарен тебе за это. Я просто не могу остаться.

- Хорошо, — говорит Дэрил, обкусывая сухую кожу возле ногтя, — Чем раньше уедешь, тем быстрее вернешься.

Отис выходит из комнаты, бубня что-то под нос, и Дэрил смотрит на Бэт.
- Ты в порядке? - спрашивает он.
Бэт отрывает взгляд от пола, — Нет.
- Что сказал папа?
- Ничего, — она пожимает плечами.

За ее спиной снова начинается ролик.

- Ты смотришь это все утро?
- Это по всем государственным каналам. Кабельное не работает.

Диксон чувствует себя растерянным. Он не ожидал подобного дерьма. Был уверен, что вся эта болезнь — ерунда. Он уверял Бэт, что это все забудется утром.

- Слушай, — он продолжает терзать зубами кожу у ногтя, — Позавтракаем, может быть?
- Я схожу за яйцами, — говорит она, поднимаясь, — Заодно покормлю куриц.

Блеклая, испуганная, настолько непривычная, что становится страшно.

Он роется в холодильнике, находя бекон. Ставит на плиту турку. К возвращению Бэт готов кофе. Дэрил пьет только черный, крепкий, без всякой ерунды, а для девушки делает «девчачью» версию — со сливками и парой ложечек сахара.

- Спасибо, — говорит она, отпивая из чашки, морщась от того, что напиток слишком горячий. Готовит яичницу с беконом и выкладывает для него на плоскую тарелку.
- А тебе? - спрашивает Дэрил, доставая вилку.
- Я не хочу, — она приседает за стол, двигая к себе чашку.
- Печенье?
- Я не хочу.

Они как раз заканчивают завтрак, когда в кухню входит Отис.
- Ладно, — он теребит в руках кепку, замерев в дверях, — Я выезжаю. Пожелайте удачи, что ли.

Бэт обнимает его, вцепляясь пальцами в жилетку на спине.

- Ну, малышка, — Отис отстраняет ее и заглядывает в глаза, — Скоро увидимся. Я на телефоне, звони в любое время. Все будет хорошо, Бэтти, птичка. Не расстраивайся.

Дэрил пожимает его теплую крепкую ладонь, хмыкая. «Не расстраивайся», — говорит человек, выглядящий таким бледным, будто сожрал за завтраком что-то не то.

- Береги ее. Не уходи никуда, пока мы не вернемся.

Когда Отис уезжает, они остаются вдвоем. Обращение военного с экрана разрывает щемящую тишину дома. Дэрил выключает звук.

***


- Что ты смотришь?
- Я не знаю, — Дэрил поворачивается, оглядывая фигурку в одеяле, — Первое попавшееся включил. Что угодно, кроме той дряни, что показывают по всем каналам.

Бэт спускается, придерживая на плечах одеяло. Босая, даже тапочки не надела.

- Кажется, это «Изгой», — она присаживается на диван рядом с ним, — Да, точно. С Томом Хэнксом.
- Почему ты не спишь?
- Я не хочу.

Весь день он был примерным фермерским парнем. Вычистил конюшню, проверил все посадки. Накормил животных. Починил замок на амбарной двери.
Все, чтобы не торчать с ней в доме весь день.

Вечером, после ужина, когда они не смогли дозвониться до Отиса, Бэт не отпустила его домой. Поставила ультиматум — или он остается ночевать на ферме, или она уходит ночевать к нему. Дом Грин был для девушки лучшим вариантом, чем его халупа. Бэт предлагала застелить ему в комнате Шона, но Дэрил отказался. Ему хорошо и на диване в гостиной.

- Ты ведь не против, что я посижу здесь, с тобой? - Бэт получше укутывает плечи, обнажая ноги в пижамных штанах. Дэрил не представляет, как можно летом, в такую духоту, спать в пижаме под одеялом.
- Не против, — говорит он, прибавляя звук.

Периодически Диксон поворачивает голову в ее сторону и видит, что она не следит за происходящим на экране — теребит угол пододеяльника, крутит между пальцами пряди волос. Привычная Бэт — болтушка, которая хохочет над каждой ерундой, а эта девочка — просто ее бледная тень, осунувшаяся, с уставшим взглядом. И это пугает Дэрила. Вот если бы она сейчас плакала или устроила ему истерику, он мог бы сжать пальцы в кулак, треснуть по столу и велеть ей успокоиться. А она только молчит.

Был бы на его месте кто-нибудь другой — было бы лучше. Дэрил не умеет утешать. Дэрил не умеет разговаривать.

Он просто протягивает ладонь и кладет на ее плечо, спрятанное под одеялом.

И Бэт забирается к нему под руку, вжимается в его бок, открыв свое одеяло. Тепло ее тела добирается до кожи Дэрила даже через рубашку. Волосы щекочут шею, дыхание обжигает кожу у воротника, между расстегнутых верхних пуговок.

- Ты не уйдешь? - спрашивает она.
- Уйдешь от тебя.

***


Дэрил выныривает из сновидений, не понимая, где он. Ловит взглядом светлые обои с цветочным узором и понимает — дом Хершела.

Бэт спит на его груди.

Он не помнит, как именно уснул, когда успел откинуться на спину.

Из-под одеяла торчат плечики с тонкими бретельками белой майки. Маленькая ладонь на его животе, на сине-красных клетках рубашки. Мерное, теплое дыхание — спит.

Первая мысль, которая приходит в его голову — сейчас в гостиную влетит Шон или зайдет Хершел, увидит то, как Дэрил бессовестно дрыхнет, сжимая в объятиях Бэт. А потом приходит осознание. Их нет, никого из них нет, только он и маленькая Грин на всей ферме. Изоляция.

Он вылезает из-под нее, осторожно, чтобы не разбудить. Перекладывает блондинистую голову на расшитую подушку. Пусть поспит еще немного. Больше спит — меньше пялится на него своими оленьими глазами.

В штанах тянет. Утренний стояк — еще бы в штаны кончил, словно ему четырнадцать, придурок. Слишком близко ее запах, ее руки, ее тело. Дэрил передергивает в сортире на втором этаже, возле комнат девчонок, зажмурившись так, что перед глазами мелькают цветные круги. Умывается ледяной водой, а потом выходит на крыльцо, чтобы покурить.

Мерл так и не отвечает на звонки. Наверняка застрял в Атланте, как и Хершел с семьей. Только вот брат не будет отсиживаться в каком-нибудь месте сбора с кучкой напуганных людей, он наверняка бухает где-нибудь, а может присел на свой пиздатый мет.

Его отвлекает крик из дома, и Дэрил отбрасывает сигарету.

Бэт сидит на диване, сжимая в руках край одеяла.
- Дэрил, — она хватает ртом воздух. Взгляд полон ужаса.
- Эй, ты чего? - он замирает, не рискуя подходить ближе.
- Ты сказал, что не уйдешь, — она смотрит на него осуждающе. Плечи быстро поднимаются и опускаются от тяжелого, испуганного дыхания, — Ты сказал, что не уйдешь, а я проснулась и тебя нет!
- Тебе словно пять лет, — он приседает на диван, — Я вышел на перекур.
- Они не звонили? - она шарит по дивану, ища свой телефон.
- Нет, не слышал.

Она бормочет себе под нос, по очереди набирая все номера, а когда Шон снимает трубку — подскакивает на диване, отбросив одеяло.

- Шон! Шон, как вы? Что там происходит? — Бэт комкает край майки, переключаясь на громкую связь.
- Выспалась, мелкая? Пап, тут Бэтти дозвонилась! Слушай, со связью такая хрень, я набирал тебя, но это просто невозможно. Все перегружено, видимо!
- Что там у вас?
- Я не знаю. Подожди, мама! - шипит он, — Нас никуда не выпускают, кормят шоколадными батончиками и всякой хренью из ближайших магазинов. Везде военные, ночью много стреляли, мы почти не спали. Электричества нет, интернета нет. Мэгги отключила свой телефон, чтобы не сажать батарею.
- Что с этой болезнью?
- Всех проверяют на наличие ран, вроде это через кровь передается. Я больных не видел, мы в спортзале, тут даже в окно не посмотреть. Но один мужик утверждает, что по улицам ходят вампиры и сосут кровь.
- Он пересмотрел всякого дерьма, — хмыкает Дэрил.
- Мы надеемся на то, что скоро сможем выбраться. Блин. Все, Бэтти, я даю маму, она сейчас вырвет у меня телефон. Веди себя хорошо. Дэрилу привет!

Он слушает, как щебечет в трубку Аннет, как Бэт жалуется на то, что Отис не отвечает на звонки. Совершенно по-девичьи плачется, что ей страшно. Так, как можно говорить только с матерью. Дэрил уходит на кухню, чтобы не услышать чего-то лишнего, чего-то сокровенного.

Он заперт здесь, с ней. Ловушка захлопнулась. Если Господь, которому молится Грин, реально существует, то он, собака, просто на высоте. Выбрал самый пиздатый способ погубить его. В одном доме с той, что присутствием сводит с ума. Маленькая Бэт залезла в его башку и сидит там, словно у нее отдельная комната — вот здесь окно, здесь кровать, здесь зеркало. Зашла и села. Ему же остается только держаться, сжимать кулаки, впиваясь ногтями в кожу, курить, пока сигареты не кончились, да дрочить в туалете. Стараясь не представлять ее, представляя ее. Так же, как в последний год было со всеми девушками.

***


Вечером она выходит к нему на крыльцо, прислоняется к выкрашенному в белый столбу. Смотрит, как он курит, сидя на том стуле, на котором перед сном любит посидеть Хершел.

- Хочешь поесть что-нибудь?
- Нет.
- Папа звонил.
- От Отиса и Патти нет новостей?
- Только длинные гудки.

Вечер теплый, а Бэт кутается в кофточку. Почему она вечно мерзнет? Потому что такая тощая?

- Иди, ложись спать, — говорит Дэрил.
- Я не пойду без тебя.
- Я не твой муж, чтобы делить с тобой кровать, — говорит он после паузы.

Бэт убирает волосы за ухо, опуская взгляд. Легкие, словно пушистые пряди, пахнут наверняка сладко. Черт возьми, Дэрил!

- Я боюсь, — говорит она.
- Чего ты боишься? Думаешь, кто-то придет к тебе ночью? - он тушит сигарету, — Просто залезай под одеяло и дрыхни!
- Я не пойду без тебя, — упрямо повторяет Бэт, водя носком туфли по доскам, — Я боюсь. Я хочу с тобой.
- Нет.
- Да.
- Ладно! - он взмахивает рукой в ее сторону, — Иди, ложись. Сейчас приду.
- Я в комнате, хорошо? У меня там большая кровать. Удобнее будет.

Он ни разу не был в ее комнате, кроме одного случая, лет пять назад, когда они с Отисом заносили сюда шкаф. Это комната — ад для Дэрила Диксона; пропахший персиком и сладостями маленький мир Бэт, светлый и чистый, как она сама. Фотографии над столом, картинки на стенах, полупрозрачные занавески, вязаное покрывало на широкой кровати. Все дышит ее присутствием.

Бэт уже переоделась в пижаму. Свет в комнате выключен, работает только ночник у кровати.

Хрена с два он будет раздеваться перед ней!

Дэрил стаскивает носки и ложится поверх одеяла.
- Спокойной ночи, — говорит Бэт, поворачиваясь к нему лицом.
- Спокойной ночи, — он закрывает глаза.

Не сойти бы с ума за эту «добрую» ночь.
Часть 11

Близость — это не устранение дистанции, а ее преодоление (с)
Даниэль Глаттауэр. "Лучшее средство от северного ветра"


Вторник.

В доме, который и так был чистым, теперь царит абсолютный порядок. Не знающая чем заняться девушка — и вот он, результат. Бэт натерла всю посуду, вымыла зеркала, обтерла пыль даже на шкафах. Когда Дэрил вернулся с поля, она пыталась вытащить из родительской спальни ковер.

Она собирает фантики со стола и уходит на кухню. Он не удивится, если она сейчас снова начнет чистить раковину.

Фантики белые, с синими буквами. Кокосовые конфеты — Бэт питается только ими. Он рад, что она ест хоть что-то.

Вторник — день спагетти.
Бэт готовит на всю семью. Целая кастрюля томатного соуса. А ест это только Дэрил.
- Ты не поешь со мной? - спрашивает он, когда Бэт двигает к нему тарелку.
- Нет. Я ела конфеты.

С утра она приготовила оладьи. Столько, что могли бы наесться все.

Он не знает, что ему делать с ней. Бэт боится. Он знает ее очень давно и видит это в каждом ее взгляде — она боится неизвестности. Проблема в том, что он тоже боится.
Просто борются они с этим по-разному: Бэт прибирается и готовит, а он — курит.


Среда.

Сегодня он должен был отвезти Бэт к стоматологу. Сработало напоминание на телефоне.

Она кормит кроликов, а он стоит, прислонившись к ограде, и смотрит на узкую спину под синей майкой. Сверху, над воротом, выступающие позвонки. Светлые волосы на тонкой шее, выбившиеся из пучка.

Сегодня ночью она прижалась к нему спиной. Этой самой узкой спиной.

Дэрил лежал на спине, а Бэт спала рядом. На животе, засунув руки под подушку. Он задремал, когда она вдруг повернулась и прижалась к его боку. Волшебное тепло. Теплое, уютное волшебство. Он проснулся от этого и долго смотрел на белеющую в темноте макушку. Что ты делаешь, маленькая Бэт?

Он ловит кролика и поднимает на руки. Серый, как и все остальные, маленький. Испуганные большие глаза. Такие тоненькие косточки — сожмешь чуть сильнее и все. Бэт как эти её кролики, со своими глазами и узкой спиной.

Она говорит, — Пойдем, Дэрил. Пора обедать.

Сегодня Хершел еще не звонил. Вчера, поздно вечером, дозвонилась Аннет: выстрелов все больше, люди становятся злее, никто не знает, что происходит.

Отис так и не отвечает, хотя гудки идут.
И Мерл тоже.

В комнате пахнет лаком для ногтей. Этот чертов запах, кажется, сидит у него в носу. Бэт закончила с домом и принялась за себя. Дэрил мог бы не обращать внимания на то, что она перекрашивает ногти в третий раз, но пахнет ужасно.
- Смотри, так красиво? - она показывает ему свои розовые ногти.
- Да, — отвечает он. Все равно Бэт сейчас начнет все заново.


Четверг

На экране — все тот же мужик. Звук выключен. Дэрил и так знает, что этот ублюдок скажет. Его речь крутят и по радио.

Он подскакивает, когда слышит резкие звуки на кухне.

- Карамель закончилась, — говорит Бэт.
Она сидит на полу, возле раковины, а белая бутылка из-под карамельного сиропа валяется у противоположной стены. Сорвалась. Этого следовало ожидать.
- Ничего страшного, — он поднимает бутылку, — Хрен с ней, с карамелью. Ты все равно ешь оладьи с джемом.
- Папа ест с сиропом.
- Ну это же завтрак не для него, а для тебя.

Бэт отворачивается и вытирает стол, который и без того идеально чистый.

- Он приедет, и приготовишь для него с сиропом. Будет звонить — скажи, чтобы купил.

Ее плечи вздрагивают.

- Бэт, — он делает шаг к ней, но совсем близко не подходит, — Прекрати.

Она поворачивается. Глаза влажные, злые.
- Когда он вернется, а? Когда они приедут?
- Не знаю, — он разводит руками.
- А если не знаешь — нечего говорить. Лучше молчи.
- Мы и так молчим все эти дни.
- Ты сам сказал, что не хочешь говорить со мной.
- После этого кое-что изменилось, — заявляет он саркастически.
- Ну и что.
- Значит, — он медлит, — Я теперь могу пойти ночевать к себе?
- Нет.
- Определись уже, — он находит в кармане зажигалку и сжимает ее в кулаке, — Разговариваешь ты со мной или нет. Потому что меня уже конкретно задрало сидеть здесь и печалиться над всем этим.
- И что ты предлагаешь? Играть в твистер?
- Нет.
- Что тогда? - Бэт вытирает нос кулаком, всхлипывая.
- Вести себя так, как раньше.

Он действительно хотел бы, чтобы все было как раньше. Чтобы она звонила ему в любое время и щебетала в трубку. Чтобы готовила шоколадный пирог, не рыдая над пакетом с мукой. Чтобы согревала своим светом; солнце, которое лучится в ее улыбке, в ее глазах, теплое, греющее.

- Хорошо, — Бэт кусает губу, — Ладно. Давай, позавтракаем. А потом будем вести себя, как будто все нормально.

Она достает из холодильника джем, наливает кофе. А после завтрака — включает какой-то очередной фильм, садясь рядом с Дэрилом на диван с попкорном. Закидывает ноги на столик у дивана — при матери Бэт никогда бы не позволила себе так сидеть.

Мысль приходит в его голову внезапно.
- Я придумал кое-что, — Дэрил встает, одергивая рубашку. - Пойдем, сходим ко мне.
- Зачем?
- Мне нужно переодеться, я пятый день в этой рубашке. Мне нужна зубная щетка — надоело жевать пасту, к тому же сигареты почти закончились. И кое-что еще.

Он идет медленно, чтобы Бэт могла приноровиться к его шагу. Им не так уж и часто доводилось ходить вместе — намного чаще они сидели рядом в салоне автомобиля. И сейчас, когда она ступает рядом с ним, Дэрил чувствует себя хорошо. И если бы не телефон, который Бэт не выпускает из своих ладоней, все было бы как раньше, нормально.

- Ну и бардак! - она приседает на кровать.
- Ты этого не видела, — Дэрил прикрывает дверцу шкафа и загораживает своей спиной содержимое полок, вытаскивая наугад несколько футболок и потертые джинсы.
- Не мешало бы прибраться.
- Ну ты уже намыла свой дом, может, возьмешься за мой? У Мерла в комнате такой срач, так что… Ай! — он стоит спиной и не смог бы поймать пульт, который ударяется острой гранью прямо в лопатку, — Не буянь, Бэт!

Это больше похоже на нее, чем печаль двадцать четыре часа в сутки. Пусть кидается всем, что попадет под руку.

Дэрил собирает необходимое, закидывая в рюкзак, который Бэт предусмотрительно взяла с собой.

- Кое-что еще, — он открывает ящик стола, который служит вместилищем не для бумаг, а для бутылок, — Вот держи.
- Это алкоголь? - Бэт вертит в руках бутылку, разглядывая этикетку.
- Это бурбон из Кентукки, самый популярный.
- Джим Бим.
- Ага, дружок Джека, Вильяма и Джонни.
- В смысле?
- Не парься, — Дэрил приседает перед столом и переставляет бутылки.
- Ты собираешься пить?
- Ну не смотреть же.
- А как же я?
- Я и после того, как выпью, могу защищать тебя от неизвестной болезни. Особенно если учитывать, что раньше мне для этого ничего не нужно делать.
- Я могу выпить с тобой, — она мнется, заглядывая в шкафчик из-за его спины.
- Папочка не разрешит тебе.
- Ну, его же здесь нет. Это вкусно?
- Это невкусно. И не то, что нужно тебе.
- А тут я сама разберусь.
- Я же присматриваю за тобой, — Дэрил закрывает дверцу.
- Ты не мой опекун, — Бэт убирает бутылку в рюкзак.

Когда они возвращаются обратно, Бэт по очереди набирает все номера. Безрезультатно, но это будто успокаивает ее. Попытка сделать хоть что-то, когда ничем не можешь помочь.

***


Он понимает, что это Мэгги. Бэт так может разговаривать только с сестрой. Она тихо смеется, и Дэрил думает, что это может быть хорошим знаком.
- Дэрил, — Бэт прикладывает телефон к груди, — Она хочет поговорить и с тобой тоже.

- Привет, Мэггс.
- Ты можешь выйти, чтобы не разговаривать при ней?
- Да, а в чем…
- Сделай вид, что говоришь со мной про машины. И отойди от нее, блин.
- Так ты так и не запомнила до сих пор, что там передний привод? - он показывает Бэт, что идет курить.
- Ну спасибо, Диксон, я же не такая идиотка, — Мэггс прыскает в трубку, — Ты отошел?
- Выкладывай, — Дэрил замирает на крыльце, плотно закрыв за собой дверь.
- Мы свалили из места сбора. Тут просто полная срака творится, Дэрил, ты не представляешь. Все дороги забиты, из Атланты так просто не выедешь. Везде военная техника, — он слышит, как девушка шумно вздыхает, — И эти больные люди. Их много.

Дэрил слышит, как воет сирена.

- Я не знаю, что это, — продолжает тараторить Мэгги, — Никто не знает. Они выглядят так, будто заживо гниют, понимаешь? Я не знаю, как нам выбраться.
- Успокойся, — он перебивает ее, — Тсс, тихо. Давай я приеду? Это займет немного времени.
- Ты не доедешь, Дэрил.
- Я не доеду? - он подкуривается, — Я ездил до Атланты и обратно тысячу раз!
- Ты не понимаешь! - Мэгги повышает голос, —Тут куча трупов. Понимаешь? Они умирают, эти люди. Военные расстреливают больных. Это не шутка. Не грипп. Это что-то страшное. Сегодня утром я разговаривала с девушкой, а около часа назад я видела, как она бросилась на людей. Эти больные люди, они агрессивные, они пытаются укусить других людей.
- С тобой все в порядке?
- Со мной да.
- А с кем нет?

Мэгги дышит тяжело, — Это Аннет.
- Она заболела? - он сжимает сигарету так сильно, что ломает ее.
- Да, наверно. Что-то не так. Один парень бросился на нас и поцарапал ее. Пустяковая рана, но ее сильно лихорадит уже около часа. Я не знаю, что делать.
- Я приеду.
- Нет. Я просто хотела сказать тебе — не оставляй ее. Пожалуйста, Дэрил, не оставляй ее одну.
- Блядь, — он ударяет кулаком по столбу, — Мэгги, ей ничего не грозит здесь. Мы сидим на ебаной ферме, как кретины, и кормим лошадей. Тут ничего не происходит. Я приеду и вытащу вас из этого дерьма.
- Нет, — она чуть всхлипывает, — Я сама мало что видела, но слышу, о чем говорят люди. Это везде, Дэрил. Мне надо идти.
- Мэггс…
- Слушай, просто оставайся там. А если что-то случится — валите. Просто хватай Бэт и вали. Мне надо идти. Я позвоню. Не говори ей ничего.

Телефон пикает, оповещая, что разговор окончен. Дэрил прислоняется лбом к прогретому за день дереву.
Что за херня происходит?

- Что сказала Мэгги? - спрашивает Бэт, когда он заходит в гостиную.
- Ничего такого. Проблемы с машиной.
- Ты выглядишь странно, — она откладывает в сторону свой блокнот, — Что-то случилось?
- Знаешь, просто голова болит. Я выпью.
- Я тоже?

***


В гостиной темно. Только светильник на столике возле дивана дает мягкий желтый свет.

Диксон мог бы подумать, что все происходящее — очередной сон, который сейчас закончится, но это все — реально: стакан с виски под его рукой, диванная подушка под головой, музыка, рвущая тишину дома.

Первый алкоголь в ее жизни. Он никогда бы не поверил в это, если бы на ее месте была любая другая девушка — нет семнадцатилетнего человека, который ни разу не пробовал алкоголь. Но это Бэт — не верить ей нельзя. Мэгги в ее возрасте попробовала все, она — не пробовала ничего.

Он предлагал ей коктейль, девочки в клубах пьют такое — бурбон с содовой и сахарным сиропом, с капелькой лимонного сока. Она сказала — нет.
Чистый виски.

До чего ты докатился, эй, парень? Ты же напоил дочурку Хершела, блядь!

Хотя, если быть честным, выпила она совсем немного. Да и он тоже, хотя ему хочется больше. Затопить себя изнутри. Но нельзя. «Не оставляй ее», — говорит голос Мэгги Грин в его голове.

Она притащила из своей комнаты диск. Он никогда не любил женский вокал, но это не так уж и плохо.

- Она ирландка, — говорит Бэт, — Я тоже, на самую чуточку.

Что сделало ее такой смелой? Алкоголь или темнота? Он поставил бы на второе, потому что она сделала всего пару глотков. Без разницы из-за чего это — она танцует, а он смотрит. Поднятые вверх руки, такие тоненькие, разметавшиеся волосы, Бэт крутится, смеясь и подпевая, а он просто лежит и смотрит, как идиот.

Как это воспринимать — хуй знает. Сколько баб дергало перед ним своими задницами, пытаясь возбудить, не перечесть, и он всегда знал, что делать в таких случаях. А тут другое. Бэт поет, а он не слышит слов, слышит только ее голос, который лезет в башку.

Она такая красивая, черт возьми.

Дэрил сваливает от Бэт на крыльцо, прикрывает дверь и садится на ступеньки. Закуривает, вытягивает ноги.

Должен быть какой-то выход. Потому что он запутался. Какая-то херня убивает людей, Хершел с семьей застряли в Атланте, а он не может помочь, сидит здесь с девчонкой, от которой хочется спрятаться.

Дверь скрипит. Черт возьми, ну неужели нельзя побыть пять минут там, без него?

- Дэрил, — говорит она.
Не ее голос. Чужой, не тот, которым она только что пела что-то сладкое.
- В чем дело?
- Связи нет.

Она поворачивает к нему экран своего телефона.

- Больше не позвонить никому. Связи нет, — она закрывает рот ладошкой.
- Этого и следовало ожидать. В Атланте нет электричества, они же сказали.
- Почему тебе наплевать? - она кладет телефон на перила и подходит ближе, — Тебе вообще это безразлично?
- Нет.
- Тогда почему ты такой спокойный? - кричит она, перебивая музыку.
- А что мне делать? - он встает, — Плакать вместе с тобой? Грустить весь день?
- Они могут умереть! Мы можем умереть! А ты только прячешься за бутылкой! - она ударяет по столбу возле руки Дэрила, — Почему ты такой?
- Какой? - он взмахивает рукой в ее сторону, — Почему я не рыдаю? Что ты хочешь от меня, Бэт?
- Чтобы ты вел себя как нормальный человек!
- Если я не реву с тобой, что значит, я не нормальный?
- Ты ничего не понимаешь!

И она плачет, плачет так, как никогда раньше. И это просто обезоруживает его — никаких аргументов для того, чтобы поспорить с ней. Да, он ведет себя как полная залупа.

- Эй, — он тянет ее за руку, — Все, хватит. Прекрати, Бэт.

Она вжимается в его грудь, хватая пальцами футболку. Бормочет себе под нос, рассказывая ему о том, что боится. Боится этой болезни, боится за родных, а больше всего — темной и страшной неизвестности.
Близко, так близко. Запах, волосы, ладошки.
Он поднимает ее подбородок. Глаза закрыты, щеки влажные, светлые волосы прилипли к вискам. Дэрил целует ее сжатые губы, кладя руки на талию, притягивая Бэт еще ближе к себе.

В конце концов, весь мир катится в задницу. Может быть, у него больше не будет возможности.

В конце концов, она всегда для него была особенной. Он искал ее во всех своих женщинах, во всех своих снах; ловил периодически, что-то похожее на нее — длинные пальцы, цвет глаз или привычку закладывать карандаш за ухо, вцеплялся в это.

В конце концов, он хотел ее уже несколько лет; помешательство, умопомрачение. И если есть возможность взять — черт возьми, почему бы не взять?

Когда она ответила, Дэрил чуть не сошел с ума. Притянул ее еще ближе, комкая пальцами футболку.
Нет одного слова, чтобы назвать то, что он чувствует. Просто блядская потребность в ее присутствии, в ней.

Девушка — ирландка продолжала петь, когда он занес Бэт в дом. Когда-то давно он уже носил ее так, но тогда ей было сколько, десять? Только тогда Бэт не целовала его, не трогала своими прохладными пальцами его шею.

Дэрил почти на ощупь нашел диван.

***


Бэт не была уверена, что Дэрил ответил честно, когда она сказала, что ему понравилось целоваться с ней. Он тогда сказал ей: «Нет».
Теперь она была уверена, что он соврал ей тогда.

Потому что если ему это не нравится, то зачем он целует ее сейчас?

У нее не осталось никаких сомнений теперь. Он сам поцеловал ее.

В последние несколько дней она чувствовала себя очень странно. И это, в большей степени, было из-за того, что происходило в Атланте, из-за того, что пугало ее. Но вина Дэрила тоже была в этом. Он поцеловал ее после выпускного; с того дня даже недели не прошло, но, казалось, это было так давно. После этого они не разговаривали так, как раньше. Диксон вел себя так, словно вообще ничего не происходило, и по его лицу непонятно было, что он думает обо всем этом.

После того, как они проспали вместе всю ночь на диване в гостиной, Бэт начала понимать, зачем люди спят вместе. Весь ее предыдущий опыт заключался в том, что она делила с Мэгги палатку, когда они ночевали летом вне дома. Сестра тогда всю ночь ворочалась, а утром еще жаловалась, что Бэт пинает ее, поэтому воспоминания об этом у нее остались не самые лучшие. Теперь это было понятнее — спать с Дэрилом в одной кровати было чем-то замечательным, возможно, одним из лучших моментов в ее жизни. Он был теплый, вкусно пах, согревал ее, к тому же, было невероятно приятно чувствовать, как он обнимает ее.

После этого она нашла в себе смелость попросить о том, чтобы он спал с ней. Но это было уже не так. Дэрил лежал рядом, но был таким напряженным, что, казалось, это висит в воздухе между ними. Бэт не хотелось думать о том, что она заставляет его, но так и было — он ложился в кровать с таким недовольным, вымученным лицом.

Раньше ей всегда было с Дэрилом очень легко, а сейчас все изменилось. Из-за этого, в том числе, она и психовала.
Просто она хотела поцеловать его снова. Как тогда, на капоте машины, на берегу океана, озаренного рассветным солнцем. Ей хотелось еще, потому что это было невероятным. Когда он сказал, что ему не понравилось, Бэт чувствовала себя глубоко несчастной. Теперь ее сомнения отошли на второй план.

На первом месте были его губы и пальцы. Потому что он трогал ее, гладил живот под футболкой — то, чего она никогда бы не позволила Джиму, что так легко позволила ему, как будто это было действительно правильным.

Она думала: «Ты маленькая девочка для него, Бэт, он такой взрослый, такой красивый, наверняка, у него куча женщин, взрослых и опытных». А сейчас она чувствовала, что он хочет не каких-то там воображаемых девушек, а ее. Бэт не была опытной в этих делах, но не была дурой и понимала, что означает происходящее.

За те дни, что Дэрил жил на ферме, у него пробилась щетина, теперь коловшая щеки Бэт и ее подбородок. От этого чуть жгло — новое, непривычное ощущение. Она целовалась с Джимми, но, хотя парень и был взрослым, у него не росла борода так, как у Диксона.

Когда Дэрил отстранился, Бэт посмотрела на него испуганно. Она боялась, что он сейчас сделает также, как в прошлый раз — отпихнёт ее и пойдет лупить кулаками по тому, что попадается под руку. Но он просто тяжело дышал и смотрел на Бэт, чуть прикрыв глаза.

Больше всего на свете она сейчас хотела, чтобы он снова прикоснулся своими губами к ней. Сейчас это было чертовски важно. Как опора, как поддержка. И когда она потянулась к нему, Дэрил хмыкнул.

Ей оставалось только надеяться, что это не было усмешкой над ней.

Когда Дэрил спустился к ее подбородку, Бэт почувствовала, что ее сердце колотится так, словно она бегала в школе дистанцию. Или еще быстрее. Так, как не билось никогда в жизни. Губы, скользящие по коже, сводящие с ума. И пахнет от него так, что можно потерять голову.

***


Он знал, как пахнут сочные персики — это было похоже на ее запах. Мягко, сладко. Он не оторвался от нее, пока не выучил наизусть губы, пока не оставил в своей памяти вкус кожи на ее шее и плечах.

Спасибо вам, гениальные люди, придумавшие такие глубокие вырезы на футболках.

Он определенно чувствовал себя смущенным, но восторженное выражение на лице Бэт выбило из его башки все сомнения. Она прижалась лбом к его лбу, продолжая теребить волосы на его затылке. Это было так просто, но заводило невероятно. Потому что ее пальцы, путающиеся в его волосах.

В этот раз он хотя бы смог сдержать себя, не растерзал ее губы до крови.

- Теперь ты не хочешь уйти ночевать к себе? - тихо спросила Бэт, забираясь за воротник его футболки.
- Нет, — он коснулся ее губ еще раз.

Конечно, он и так никуда бы не ушел от нее. Но это было прекрасным поводом для того, чтобы остаться.


Примечание к части

Послушать: The Cranberries - Animal Instinct

Я сердечно благодарю Еву - если бы не она, этой главы не было бы. 
Ну и чаю с чабрецом тоже спасибо.

Дайте мне ваши мнения, чудесные. Мне важно, потому что эта часть очень важная для меня.
Часть 12

Суббота.


- О чем ты думаешь? - спрашивает Бэт.
- Ни о чем.

Она чуть подается назад, прижимаясь ближе. Дэрил обнимает ее сзади — лопатки у его груди. Он сдвигает вверх волосы Бэт, чтобы они не лезли ему в лицо.

Утро дарит такой яркий свет, что глаза слепит. Шторы не задвинуты, и солнце скользит по кровати, целует Бэт в длинные ресницы, заставляя морщиться. Дэрил прячет лицо в ее плече, утыкается в синюю ткань футболки.

Это именно тот момент, когда не хочется думать ни о чем. Он проснулся, сжимая ее в своих руках. Не первое такое утро, он уже успел привыкнуть. К хорошему легко привыкаешь, особенно, к такому хорошему. Бэт всегда была в его мире, но никогда не подбиралась настолько близко, а в последние годы — он сам не подпускал ее. Но теперь стена рухнула, она просто стала частью его одиночества.

Солнечный свет целует Бэт в щеки, в лоб, в губы. Он тоже хочет эти губы, вот только остановиться потом сложно, с каждым разом все сложнее. Дэрил узнал многое за эти дни: какая гладкая кожа на животе и как она покрывается мурашками от его дыхания, как хрустят, словно сахаринки, волосы, попавшие ему в рот, какой робкой может быть девчонка, которая обычно такая самоуверенная, разговорчивая и даже чуть дерзкая.

- Хочешь вафли на завтрак? - спрашивает она, вылезая из постели.
- Да.

После еды они усаживаются за журнальный столик, Бэт включает негромкую музыку.

Мог ли ты когда-нибудь представить себе, Дэрил Диксон, что будешь собирать пазлы?

Бэт нашла коробку в своем шкафу, во время уборки. Мозаика на полторы тысячи кусочков, гребаный пейзаж — небо и море. Хоть чем-то занять себя в ожидании новостей. Он собирает нижний край — пенистые волны стального серого цвета, а девушка — облачное небо. За вчерашний день они ненамного приблизились друг к другу.

- Вот херня, — Дэрил пытается найти нужный кусочек среди сотни похожих.

Бэт смеется над его попытками соединить две не подходящих друг другу детали, — Раньше Шон собирал вертолеты, они понравились бы тебе больше!
- Это те, что склеивать надо? Ну нет уж, после них все пальцы в клее и краске.
- А ты откуда знаешь?
- Знаю, — он пожимает плечами.

Воскресенье.

Она будто приручает то, что читает, черкая на полях серым карандашом.

- Ты портишь книги, — констатирует Дэрил, косясь на Бэт.
- Я не умею по-другому, — она пожимает плечами, прокручивая карандаш в пальцах.

Он молча смотрит на ее спину, обтянутую тонкой тканью. Диксон лежит на диване, а она читает, прислонившись к его согнутой ноге.

Ему неспокойно. Он знает, что и ей тоже — это волнение передается будто бы
сквозь кожу, от него к ней и наоборот. Третий день, как у них нет связи. Третий день, как нет звонка от Хершела. Бэт ждет, упрямо продолжает набирать номера, готовит томатный суп на всю семью, проветривает в родительской спальне. А он так не может. Он чувствует, как гаснет надежда, с каждым часом, с каждой минутой. Он надеется услышать звук мотора, стук входной двери, знакомые голоса, но тихо.

- Мне нужно уехать, — говорит Дэрил.
- Нет, — спокойно отвечает ему Бэт, закладывая карандаш за ухо.

Он говорит ей это не в первый раз. Он проснулся в ночь между субботой и воскресеньем, озаренный простой мыслью — ему нужно уехать. Потому что сидеть на ферме — тупо. Как забравшийся в нору кролик. Он не кролик. Он охотник.

Он должен узнать, в чем же дело, что же, блядь, происходит. Узнать не из чьих-то уст, а увидеть самому. Это не передается воздушно-капельным путем, так сказал этот мужик из телевизора; Дэрил не сможет заразиться и привезти эту болезнь Бэт — он просто должен съездить и посмотреть.

- У меня закончились сигареты, — говорит он, поглаживая прикрытое футболкой плечо.
- Нет, — повторяет Бэт, не отрываясь от книги.

Дэрил поворачивает голову вправо, щелкая шейным позвонком. Когда он убирает руку, Бэт кидает на него быстрый взгляд из-за плеча.

- Нет, — говорит она и закрывает книгу, закладывая страницу карандашом, — Нет, Дэрил. Пожалуйста.

Аргументы у него закончились еще за завтраком, мысль уехать ночью уже не кажется такой плохой. Бэт спит крепко, она заметит то, что он ушел, не сразу. Останется просто надеяться на то, что она не сойдет с ума от страха, проснувшись одна. 

Дэрил просто физически не может оставаться здесь. Не потому, что ему плохо с ней, нет, просто эта неизвестность выматывает. Он должен сам посмотреть, узнать. Бэт, кажется, пытается прочитать по глазам, что он задумал. Он знает этот ее взгляд «я-такая-пипец-проницательная» и выдерживает его легко. Привык, за столько-то лет.

***


- Мы можем поехать вместе, — Бэт скрещивает пальцы над деталями пазла.
- Ну уж нет, — Дэрил не отрывает взгляд от стола, — Ты сидишь здесь.
- Это почему?
- Забыла, что по телеку говорили?
- Значит, тебе можно, а мне нет?
- Ну да.

Он просто не может так рисковать ей. Он просто не может себе этого позволить.

- Тогда ты тоже никуда не поедешь.
- Поеду, — говорит он.

Бэт поджимает губу и возвращается к мозаике на столе. Рассеянно передвигает кусочки, разложенные по цветам, разрушает идеальный порядок.

- Ладно, — она возвращается к разговору минут через десять, — Хорошо, ты можешь съездить, но только туда и обратно. Купишь сигареты и сразу возвращайся. И кофе возьми.

Дэрил знает, в чем дело — ей просто тоже нужно знать это, чтобы не сойти с ума. Он сразу встает — пока Бэт не передумала. Сейчас четыре часа — он успеет до темноты.

Бэт держится за его руку. Не плачет, но глаза — влажные.

- Я недолго. Не устраивай драму.
- Дэрил, — тихо бормочет она.
- Эй, ну хватит. Всего час, может, полтора. Я скоро приеду.
- Пожалуйста, быстрее, ладно?
- Хорошо. Иди в дом, — он встряхивает ее ладонь, — Давай.

Бэт тянется к нему за поцелуем, трогает его губы своими осторожно и медленно, дышит теплом на его подбородок.

- Иди в дом, — повторяет Дэрил, — Не выходи никуда.

Он смотрит в зеркало и видит, что Бэт приседает на ступеньки. Дэрил стучит по рулю, выкидывая из головы лишние мысли. Сигарету бы.

***


Он понимает, что что-то не так еще на подъезде к городку, когда какой-то парень бросается под колеса машины. На въезде людей становится больше — около десятка. Они бредут вдоль дороги, друг за другом.

Дэрил останавливает машину у аптеки и оглядывается по сторонам. На улице пусто, если не считать какого-то движения на ближайшем перекрестке. Он нажимает кнопку на брелке и кладет ключи в карман джинс.

Он останавливается, увидев.

Парень поднимается с колен и поворачивается в его сторону. Делает неловкий шаг, будто запинаясь о собственные ноги, а потом — еще один.

Дэрил готов поставить на то, что он только что жрал другого парня, лежащего на земле.

Он отступает, вглядываясь в лежащий на асфальте труп. Этот человек точно мертв. Никто не будет жив, когда вместо живота — кровавое месиво.

Парень приближается. Он утробно рычит, еле слышно, идет согнувшись, словно у него болит живот. Глаза запавшие, губы темные, подбородок измазан бурой кровью.

Что за хуйня?

Он ошарашен так, словно что-то ударило по башке, словно кто-то сбросил с крыши камень прямо ему на темечко. Даже знаменитое «бей или беги» не работает.[1]

- Какого хрена ты вылез, идиот?

Дребезжащий голос кажется смутно знакомым. Мужчина пробегает мимо Диксона и заносит топорик. Металлическое лезвие входит в башку бредущего парня, прямо в лоб, в переносицу, и он обрушивается на землю словно пустой мешок.

Дэрил чувствует тошноту от запаха смерти.

- Да ладно, не стесняйся, можешь проблеваться прямо здесь. Всем насрать.

Чертов наркоман Барни, вечный покупатель Мерла, местный алкаш. Сальные волосы, подбитый глаз, топор в руке.

- Не говори, что это первый урод, которого ты увидел, Диксон!
- Их много?
- Что, серьезно? - Барни хохочет, — Что вы с братцем делали всю неделю? Так заторчали, что не заметили, как мир покатился к чертям?
- Я не принимаю, — Дэрил сплевывает на асфальт, — Что за говно здесь происходит?
- Ты пропустил самое интересное, Дэрил. Эта болезнь, про которую нам впаривали по телеку, вот во что всё превратилось. Трупы встают и жрут людей. Укушенные люди умирают, а потом тоже встают и жрут людей. Уроды, мертвяки, называй как хочешь. А где Мерл?
- В Атланте.
- Пизда Диксону! Эй, парни, слышали? - Барни оборачивается к людям у здания, — Мерл Диксон в Атланте.
- Что не так с Атлантой? - спрашивает Дэрил.
- Если здесь такая задница, то что в столице?

Чертов ублюдок Барни за неделю неплохо обосновался. Он с дружками занял небольшой магазинчик, где раньше торговали свежей выпечкой. Волшебного запаха сдобы больше нет, только вонь от вспотевших мужиков. Окна забиты, двери хорошенько забаррикадированы.

Продукты, алкоголь, оружие. Дэрил затыкает за пояс ломик. Огнестрела тут немного, пистолет ему никто не даст.

Ему примерно разъяснили в чем дело. Больные идут на звуки — лучше не стрелять. Единственный способ завалить их — бить в голову.
- Мы потеряли очень многих людей, прежде чем поняли, что делать, — говорит Барни, сплевывая на пол, — Просто разнеси мозги, только тогда они перестанут пытаться сожрать тебя.

Очень странная штука. Дэрил думал — если случается что-то такое, выжить должны святоши вроде Хершела. Нравственность, мораль, доброта. А что здесь? Сбившиеся в кучку отбросы вроде него — местные наркоши и дилеры. Твоя святость — ничто, если у тебя нет оружия, которое поможет разворотить башку.

Такая насмешка над миром. Ебаный сарказм.

Конец света пережили те, кто знаком со всеми смертными грехами. Для всех милых, светлых и добрых наступил апокалипсис. Для всех, кто не имел дома ружье, ну или так и не понял, как его правильно применять.

Дэрил думает о брате. Мерл — вот кто представляет собой идеал сегодняшнего человека. Наверняка придурок сейчас где-то разносит головы под одобрительные возгласы своих дружков; он тот, кто во всей этой заднице наверняка оказался на своей волне.

Диксон впитывает полезную информацию. То, что группка людей успела накопить за неделю — как правильно убивать, как прятаться, как выживать.

Вот только волнение в его башке не утихает. В нескольких десятках миль отсюда она ждет его возвращения. Одна и не догадывается ни о чем. Если сейчас к ферме придет восставший труп, то Бэт может только предложить ему холодный чай.

- Их много в городе? - спрашивает Дэрил.
- Ты действительно хочешь узнать это?

Он узнает, что такое настоящая задница — Барни и еще один его дружок, уже успевший обрасти бородой, показывают ему. Ведут его переулками ближе к центру городка, словно на экскурсию. Дэрил сжимает в руках ломик - гвоздодер, оглядываясь по сторонам.

Их не просто много — их очень много, этих «больных» людей. Трупов на разных стадиях. Некоторые выглядят почти как нормальные люди, вот только глаза мертвые и кожа чернее, чем обычно. Другие — уже набухшие, покрытые пятнами, серые.

Полный пиздец.

- Не тормози, Диксон! - кричит парень справа.

Один мертвяк совсем близко, и Барни грубо отпихивает Дэрила к стене, отбиваясь от наступления трупов.

Дэрил словно просыпается ото сна, ударяясь локтем о кирпичи. Он размахивается и бьет заточенным концом по башке, один раз, потом еще. Раскалывает череп, и мертвец обрушивается к его ногам. Чертов запах смерти бьет в нос.

- Убедился? - спрашивает Барни, когда они заканчивают с трупами в закоулке.

Дэрил останавливается у решетки, загораживающей выезд на улицу. Переводит дыхание и смотрит на толпу, хаотично двигающуюся по дороге, вдоль магазинчиков и кафе. Чертова огромная толпа.

- Валим, — говорит он, утирая пот со лба.
- У тебя кровь, Диксон, — парень с бородой вытаскивает из кармана красную бандану и протягивает Дэрилу, — Останови её хоть этим пока.
- Я думал эти штуки для того, чтобы защищаться от пыли, — он смотрит на свою руку и видит, что кожа на локте содрана, а кровь сочится из ранки вниз, к запястью. Диксон делает простой узел, который можно затянуть одной рукой и перевязывает локоть.


Он складывает в рюкзак любезно предоставленные Барни вещи — немного еды, батарейки, бинты и антисептик. И сигареты, именно за ними он и ехал.

- Ты как думаешь, почему мы сидим на окраине? Город кишит ими. Скоро они будут и здесь, повсюду. Еда для них кончится, — мужчина взъерошивает свои грязные волосы, — Мы думаем двинуть по местным фермам. Тут есть богатые угодья — со скотом, с кучей жратвы. Пойдешь с нами?
- Нет, — Дэрил перекидывает рюкзак на спину, — У меня дела.
- Найти брата?
- Нет.
- Ладно, парень, — Барни протягивает руку, — Удачи тебе.
- Спасибо.

Дэрил торопится к своей машине, но мужчина окликает его, высовывая рожу из двери.
- Эй, Диксон, у тебя есть?

Дэрил медлит, но потом кивает. Вытаскивает пакетик из-под сиденья и бросает его Барни. Ему это не нужно, брату это тоже больше не нужно, а местный алкоголик, может быть, словит последний в своей жизни кайф.

***


Часы мерно тикают, стрелки отбрасывают тень на белый циферблат. Секундная движется по кругу со скоростью черепахи.

До города — миль двадцать. Около сорока минут на дорогу, туда и обратно, плюс время, чтобы купить кофе. Ну и немного времени, чтобы расспросить людей о происходящем, если учитывать, что Дэрил неразговорчив, это займет у него не больше пары минут.

Уже час, как он должен быть дома.

Уже два часа, как его нет.

Страх живет в ней уже неделю, но сейчас он трансформируется в нечто другое. Ужас, заполняющий все нутро, беспроглядный, черный. Бэт потирает липкие от пота ладошки, вглядываясь в часы на стене.

Тик. Тик. Тик.

Надо занять себя чем-то, может, в душ сходить.

Тик. Тик. Тик. Когда считаешь секунды кажется, что время идет еще медленнее, чем обычно.

Бэт достает телефон привычным жестом. Сети нет. К этому можно бы уже привыкнуть, но она с ослиным упорством продолжает набирать номера. Папа, мама, Мэгги, Шон, Отис. Теперь еще и Дэрил. Каждый раз противный писк в ухо напоминает, что ей не дозвониться ни до кого из них.

Где ты, Диксон? Ты же обещал вернуться совсем скоро?

***


Он гонит так, как не гнал никогда в жизни. Роняя пепел прямо себе на колени, вглядываясь в дорогу.

Он оставил ее одну! Обещал вернуться через час, а прошло уже три!

Он все еще шокирован тем, что происходит. Дэрил слышал много городских легенд — Чупакабра, крокодилы в канализации, колодец, ведущий в ад. Телевидение тоже неплохо парило людям мозги, рассказывая о вампирах, оборотнях и прочей нечисти. Такого никто не предсказал. Никто даже не подумал о том, что мертвецы восстанут и будут пожирать человеческую плоть.[2]

Дэрил уже знает, что будет делать, когда вернется. Он знает, что должен сделать. Если кучка наркоманов собирается обшаривать фермы, то им нельзя оставаться — владения Хершела одни из самых больших в округе, а это значит, что совсем скоро можно ждать гостей. Барни и его ребята девчонку не тронут, но кто может гарантировать, что вместо них не придут другие мародеры, которые сейчас, когда нормальная жизнь закончилась, чувствуют себя в своей тарелке.

Пусть все будет нормально! Пусть она так и сидит там, словно ничего не произошло. Ничего не было важнее в его жизни — просто знать, что она жива.
Как ты мог быть таким идиотом, Диксон? Какого хуя ты поехал без нее? Зачем ты оставил ее там одну?

Дэрил обжигает пальцы сигаретой и откидывает ее в сторону, подкуривает еще одну и сжимает ее в углу рта.

Чертов кретин!

Он старается не думать о семье Хершела, но это сжимает внутренности. Колючая проволока подбирается к его горлу. Барни сказал, что все зараженные люди умирают в течение нескольких часов, в зависимости от тяжести раны или укуса, а вскоре поднимаются, чтобы сожрать окружающих.

Мэгги сказала, что Аннет заболела. Это было три дня назад. Он старается не думать об этом, но картинка упорно лезет в башку. Что Хершел будет делать, когда его жена умрет, а потом восстанет? Где вероятность, что они все уже не стали такими?

Дэрил сворачивает на дорогу, ведущую к ферме. Здесь чисто, но это не очень-то успокаивает. Вдохни полной грудью, мужик. Не будь тряпкой.

Сердце пропускает удар, когда он видит открытую нараспашку дверь. Остановив машину, Дэрил вылетает из нее, по пути сдирая руку об автомобильную дверцу. Он не бегал так никогда в жизни. Ни разу в жизни у него не было ничего, зачем бы он мог так бежать.

- Бэт! - кричит он, вбегая в дом. Замирает у лестницы, прислушиваясь.

Шаги. Бодрая дробь по ступенькам. Ее волосы влажные после душа. Бэт здесь принимала ванну, а он возомнил, что ее рвут на части.

- Дэрил, — она замирает на середине лестницы, — Что случилось?

Он выдыхает и опускается на пол.

- Ты подрался? - Бэт скользит глазами по содранной коже на его руке и перевязанному красной банданой локтю, — Я тут вся извелась, что там...
- Нам надо валить.
- Чего? - тупо переспрашивает Бэт, спускаясь еще на несколько ступенек.
- Валить, — повторяет он, — Съебывать отсюда нахрен.
- Что случилось? Что там?
- Мертвецы. Вместо того чтобы валяться, они встают и жрут людей.
- Но они говорили, что это болезнь…

Бэт уже не выглядит так, словно готова сорваться с места и обнять его. На ее лице — только крайняя степень недоумения.

- Нет, принцесса. Это не болезнь. Это ходячие мертвецы. И мы валим отсюда. Сейчас.



Примечание к части

[1] Имеется ввиду реакция “бей или беги” — состояние, при котором организм мобилизуется для устранения угрозы.

[2] Создатели комиксов упоминали об этом. Слово “зомби” не используется во вселенной TWD потому, что об этом никто не догадывался, нет никаких фильмов и книг о зомбаках, просто нет такого понятия. Это мы, если что, будем готовы к ЗА :) :)
Часть 13

Она раньше никогда не держала оружие, а теперь смотрит на пистолет в своих руках. Он довольно тяжелый — она всегда думала, что такие штуки весят меньше, мужчины в боевиках вон как легко стреляют.

Пистолет полностью черный, рукоятка шершавая — Бэт водит по ней пальцами. С правой стороны, возле предохранителя, белый цвет. Дэрил объяснил — это значит, что выстрелить сейчас нельзя. Можно тогда, когда цвет красный. Словно кровь. Красный означает опасность, красный означает, что если она сейчас нажмет на курок, то может попасть в себя или в Дэрила. Он сказал — не снимай с предохранителя, пока я тебе не покажу как правильно. Он сказал — просто держи эту штуку при себе. Бэт даже не могла предположить, что у Диксонов дома есть оружие. Она знала, что Мерл опасный, что он торгует наркотиками, но не думала, что все так.

Вчера, когда Дэрил велел ей собираться, Бэт первым делом подумала о своем отце. Она всегда была папиной дочкой. Что он подумает, если вернется в пустой дом? Где папа будет ее искать?
Дэрил закричал на нее, когда она сказала ему об этом. Он заорал на нее так, как не орал никто и никогда в ее жизни.
- Ты не понимаешь, что происходит! Они все уже могут быть мертвы! Собирайся!

И после этого ее сознание вдруг прояснилось — стало кристально-чистым. Она взяла свой темно-синий рюкзак и, складывая в него необходимые вещи, думала о том, что если бы она не подчинилась, Дэрил все равно бы увез ее. Просто затолкал бы в машину, продолжая орать.

В это время он вычищал аптечку в ванной, скидывая все лекарства, которые могли бы пригодиться. Когда Бэт закончила собираться, Диксон уже закончил выгребать холодильник.
- Надень что-нибудь закрытое. И хорошую обувь, в которой удобно бегать!

У нее не получилось завязать шнурки. Трясущиеся пальцы раз за разом складывали две петельки и перекрещивали их между собой, но бантик никак не получался. Дэрил присел перед Бэт на колени, помогая ей.

- Нам нужно оружие, — сказал он, — Пойдем!
Бэт подумала, что у Отиса есть ружье — он же ходил на охоту, но когда они закинули вещи в машину, Дэрил поехал к своему дому. Она тогда подумала, что он хочет взять себе одежду, но оказалось, что все иначе. Он остановился возле комнаты Мерла и ударил ногой по двери, возле замка. Один раз, второй и третий.

- Знаешь, — он присел возле кровати со скомканным бельем и стал снимать доски, открывая нишу в полу, — Папаши давно нет, а мы все равно запираем свои двери по старой привычке.
- У твоего брата есть оружие? - спросила она, заглядывая под кровать.
- Это Ремингтон, — Дэрил вытащил ружье, — Мерл ходит с ним на охоту. Только это не охотничья модификация, а ментовский вариант.

Как будто она в этом хоть немного разбирается.

- Держи, — он вытащил пистолет, несколько коробок с патронами и сунул Бэт в руки, — Теперь в мою комнату.

Это был первый раз, когда она взяла оружие.

Самый большой шок ждал Бэт тогда, когда Дэрил перешел в свою комнату. В нижнем ящике комода у него лежал колчан со стрелами и арбалет.
Она знала, как выглядит это оружие, но никогда не видела его так близко. Дэрил же перекинул ремень арбалета через плечо привычным движением.

Оперение на стрелах красное-желтое, вот что бросилось ей в глаза. Яркое. Как расцветка воздушного змея, которого она запускала с Шоном в начале июня.

- В машину, бегом, — скомандовал Дэрил.

За окном уже совсем темно. Бэт снова потирает пальцем шершавую рукоятку пистолета и делает очередной короткий вдох. Она не разревелась дома и сейчас тоже старается не плакать, честно старается, но это не получается — слезы текут из глаз сами собой, и она едва успевает ловить их большим пальцем. Нужно дышать коротко, иначе вырываются предательские всхлипы. А Дэрил сурово смотрит на дорогу и кусает собственную губу.

Она знает куда ведет эта дорога — в Мейкон. Они всегда ездили именно этим путем.

- Смотри, — говорит Дэрил, указывая пальцем в боковое стекло, — Видишь?
Он едет довольно быстро, а за стеклом темно, поэтому разглядеть что именно он показывает, невозможно. Какие-то люди, парочка, чуть поодаль — еще один. Пронеслись перед глазами так быстро, что деталей не уловить.
- Не гони так, — просит она, и из горла вместе со словами вырывается очередной всхлип.

Бэт судорожно вздыхает и вытирает щеку пальцем.

- Ты остаешься в машине, — говорит Дэрил, когда они подъезжают к заправке, — Заблокируй двери и не вздумай выходить. Потом откроешь мне.
- Почему мне нельзя выйти с тобой? Дэйв ведь…
- Я надеюсь не встретить его, — Диксон постукивает пальцами по рулю, сбрасывая скорость, — Очень надеюсь на это.

Он заворачивает к заправке, но не заезжает на нее. Останавливается ярдах в пятнадцати и кладет Бэт на колени нож в кожаном футляре.
- Зачем? - спрашивает она, продолжая сжимать в руках пистолет.
- На всякий случай. Просто сиди здесь.

Он с хлопком закрывает за собой дверцу и заряжает арбалет. Просовывает монтировку в петлю на поясе, сделанную из красного платка. Один мертвец сразу попадается ему на глаза, и Дэрил осторожно приближается, держа урода на прицеле.

Две брошенные тачки, а мертвяк только один. Значит, где-то поблизости должен быть еще кто-то. Живой человек не ушел бы отсюда пешком, если тут сразу две машины.

Он осматривает весь заправочный комплекс, но никого не находит. Дэрил останавливается у трупа, пораженного из арбалета, и пытается выдернуть стрелу из головы. Приходится придержать башку ногой, чтобы арбалетный болт вышел легко. Это странно, стрелять в этих восставших уродов. Не то, что стрелять в животных. Не охота, которая всегда была для него неким утешением. Он уже успел врубиться в то, что эти существа не были людьми, но тем не менее это было жестко.
Каждый новый ходячий мертвец как удар под дых.

Дверь в магазинчик закрыта. Дэрил зажимает фонарик во рту, открывает дверь и быстро отступает. Мертвец шагает из глубины ему навстречу, прямо в свет фонаря. Оражевая футболка разодрана, толстый живот обнажен, на шее большая рана — кусок кожи свисает вниз, обнажая кровавую плоть.
- Нет, блядь, — Дэрил делает еще шаг назад, — Большой Дэйв, ну какого же хрена?

Он мертв уже несколько дней, судя по виду. Дэрил выпускает стрелу и перезаряжает арбалет, вытирает со лба пот, переступая через тело. Вытаскивает стрелу из головы работника заправки и оглядывается.

В помещении больше никого нет. Трупы не умеют открывать двери. Дэйв, скорее всего, закрылся здесь, когда его укусили. Жесткая смерть в одиночестве.

Диксон перекидывает арбалет на спину и обшаривает полки, но отвлекается, услышав автомобильный сигнал и последовавший за ним едва слышный крик.

И он срывается с места, в очередной раз матерясь про себя.

***


Когда Дэрил вышел из машины, Бэт позволила себе спрятать лицо в ладони. Только теперь она уже не могла плакать. Как будто эти слезы остались внутри нее, где-то в горле. Слишком долго сдерживалась, теперь сглатываешь, а в гортани комок, такой, что даже дышать тяжело.

Она искала в рюкзаке салфетки, чтобы вытереть лицо, не следила за Дэрилом, потому и вздрогнула, услышав стук.

В правую заднюю дверь врезался человек. Он выглядел странно и точно не был здоров. Бэт мгновенно перескочила на водительское сидение, уронив с колен пистолет. Человек, лицо которого было странно серым, будто покрытым гримом, начал долбить в стекло. Из-за закрытых дверей его хрипы были едва слышны.

Дэрил сказал, что мертвецы восстали. Бэт никогда не видела мертвых людей, но этот не был похож на живого. Он передвинулся к стеклу у пассажирского сидения и заскребся, издавая страшные хрипы.

Ужаснее всего были его глаза. Когда-то голубые, возможно, даже красивые, теперь они оглядывали все вокруг с совершенно бессмысленным выражением. Не моргающие, молочно-мутные. И это на несколько секунд парализовало Бэт, до того мгновения, пока она не задела руль, издав громкий сигнал. От этого она как будто проснулась и дернула ручку, приоткрывая окно.

Она слышала свой крик как будто издалека, будто сама стояла рядом, а не кричала. Срывающийся на какой-то совершенно дикий визг, чужой голос, не ее.

Дэрил был рядом через несколько секунд. Он схватил этого парня за шиворот и вонзил ему в голову монтировку. Отволок труп на несколько шагов и попытался открыть дверь.

- Бэт, — он наклонился, чтобы посмотреть на нее через стекло, — Открой. Давай, не глупи.

Девчонка, наконец, заткнулась и теперь просто смотрела на него совершенно дикими, напуганными глазищами.

- Открой двери, Бэт!

Она вздрогнула, а потом потянулась дрожащими пальцами к двери. После щелчка он смог, наконец, открыть машину.
- Я же говорил, — он потянул ее за руку, вытаскивая девушку из автомобиля, — Ну чего ты.

Бэт вцепилась в дверцу и уставилась на труп, лежащий на земле. Сглотнула и перевела на него взгляд.
- Это же человек, Дэрил, — ее голос стал непривычно тонким и дрожащим, — Ты же убил человека!
- Ты ебнулась? - он спросил совершенно искренне, — Это труп, который хотел тебя сожрать. Их тут кучи.
- Но это же…
- Это не человек. Это мертвяк. Он заразился и сдох. Слушай, — Диксон вытер пот со лба, — Сейчас я солью бензин, а ты соберешь еду, ладно? Постой здесь две минуты, я сейчас вернусь за тобой.
- Я с тобой, — она ухватила его за руку, — Я тут одна не останусь.
Дэрил нахмурился, но все же сжал ее ладонь в своей, — Ладно. Просто не смотри по сторонам, хорошо?

Он остановился возле магазинчика и дал ей арбалет, который не был заряжен.
- Две минуты. Повернись в ту сторону и следи. Если что-то случится, зови меня.

Бэт кивнула и вцепилась в арбалет. Она держала оружие словно кролика, прижав к себе.

- Две минуты, — повторил он и отошел к дверям.

Труп Дэйва лежал у самой двери. Дэрил сделал глубокий вдох, чтобы не чувствовать запах смерти так близко, наклонился и подхватил мертвеца подмышки. Грузный мужик был тяжелым. Диксон осторожно потянул его на себя и начал пятиться, вытаскивая толстое мертвое тело из магазина.

- Дэрил! — позвала Бэт напряженным голосом.
- Там кто-то есть?
- Нет, я не вижу.
- Тогда подожди еще чуть-чуть.

Он вытащил труп из магазина и отволок его за витрину в выставленными на продажу автомобильными мелочами, за холодильники с газировкой. Главное, чтобы Бэт туда не пошла.

- Окей, иди сюда.

Бэт мгновенно оказалась рядом с ним, схватила за руку.

- Сложи еду в пакеты, они у кассы. То, что быстро портится, положи отдельно. Я пойду, солью из колонки бензин. Ты в порядке? Держи вот фонарик.

Она определенно не была в порядке, но кивнула. Дэрил ушел, и Бэт завела волосы за уши, чувствуя, как подрагивают пальцы, а потом огляделась.

Это было чем-то очень и очень страшным. Ужасом, который просто мог парализовать. И она принялась выполнять ту работу, о которой он ее попросил. Механически, почти не думая, освещая фонариком небольшие полки и складывая в большие желтые пакеты еду. Чипсы, банки с газировкой, коробки с десертами, шоколад. Дэрил любит шоколад.

- Поищи там карту, — попросил Дэрил, заглядывая в дверь и ослепляя ее желтым светом от фонаря, — И еще батарейки.

Бэт кивнула. Она поражалась тому, что Дэрил был таким спокойным. Он был собран и напряжен, следуя четкому плану, видимо, составленному в голове, при этом не показывая ни капли волнения. Как будто он был готов ко всему происходящему. Она же чувствовала себя странно. Словно, как в детстве, долго кружилась, а теперь пытается идти по прямой. Мысли в голове порхают от одного к другому и сложно думать о чем-либо. И Бэт просто смотрит вперед, повторяя про себя: «Карта, батарейки, еда. То, что быстро портится — в отдельный пакет».

***


Они закончили только через час. Дэрил постарался выжать из маленькой заправки Дэйва все, что мог. Загрузил на заднее сидение воду, а в багажник — канистры с бензином, помог Бэт собрать еду.

Она почти не разговаривала. Словно кукла. Он говорит, а она делает. «Иди сюда», — и она идет. «Постой здесь», — и она стоит. Скованная страхом, охуевшая от всего происходящего. Хорошо, хоть остается в трезвом рассудке.

Теперь, кажется, с ума сойти — как раз плюнуть. Такая херня происходит.

- Мы здесь, — он указывает в точку на карте, — Нам надо сюда.
- Что там? - Бэт склоняется над картой, пытаясь разглядеть буквы в тусклом свете.
- Форт Беннинг, — Дэрил проводит пальцем по прямой до пункта назначения, — Но мы по восьмидесятому не поедем, слишком опасно. Дорогами, вот так. Немного дольше, но безопаснее.
- Там военные?
- Должны быть, — Дэрил постукивает по карте в районе Коламбуса, — Я надеюсь.
- В Атланте мама и папа, — Бэт теребит кулон в форме сердечка на своей груди, — Мы не можем заехать туда?
- Нет, — говорит он, — Это слишком опасно.

Дэрил не хочет упоминать о том, что они все, возможно, уже мертвы. И Хершел, и Мэгги, и Шон. И Аннет. Тем более Аннет. Он помнит последний разговор со старшей сестрой Грин. Он знает, что они все мертвы, но не хочет говорить об этом Бэт, она и так выглядит не слишком хорошо — бледная, будто ее сейчас стошнит.

- Уже поздно. Сейчас я перегоню машину подальше от дороги. Тебе надо поспать. Ты съешь что-нибудь.
- Не хочу.
- Ладно, — он не настаивает. Не очень-то хочется, чтобы она сейчас заблевала ему машину.

Когда Бэт засыпает, прислонившись виском к стеклу, он позволяет себе расслабиться. Откидывается на сидение и закуривает, пристально всматриваясь в окружающую темноту.

Ебаный пиздец.

Чертов случай разыграл карты. Если бы Хершел не уехал, он сейчас рубил бы головы вместе с Мерлем, в Атланте, или где там сейчас этот кретин? Если бы Отис не уехал, то именно он взял бы на себя ответственность за Бэт.

Сплошные «если бы».

Дэрил курит, стряхивая пепел через приоткрытое стекло. Форт Беннинг — здоровая хуйня, Мерл рассказывал ему. Если где-то люди сопротивляются происходящему — то там. Дэрил не очень-то доверяет военным, но сейчас надеется на то, что техника поможет тупицам продержаться подольше.

Он мог бы уехать на север Джорджии, туда, где жил раньше, будучи ребенком. В горы — там людей почти нет, а соответственно нет и мертвецов; он засел бы где-нибудь и охотился вдоволь. Но он теперь не один. Он несет ответственность за Бэт. Маленькую, худенькую Бэт, которая сейчас вздрагивает во сне. На коленках у нее — пистолет, которым она совсем не умеет пользоваться.

Дэрил тушит сигарету и аккуратно опускает спинку соседнего сидения. Бэт торопливо шевелит губами, но не просыпается.

Лунный свет мягко скользит по стеклу и высвечивает ее лицо — кожа слишком бледная даже для Бэт. Она слишком сильно волнуется, это неудивительно. Хершел оберегал ее от всего, Аннет лелеяла, словно младенца, даже Шон, который был старше всего на два года, опекал ее. Дэрил, взрослый мужик, чуть не обосрался, увидев все своими глазами — что говорить о девчонке, которую растили нежным цветком?

И ему «повезло» остаться с ней в этой ситуации. Не с Шоном, который всю жизнь занимался футболом и был крепким парнем. Не с Мэгги, которая быстро бегала и была первой на потоке по легкой атлетике. С Бэт, которая возилась с кроликами и весит меньше мешка с картошкой.

Чертова ирония.

***


Он потряс ее плечо, когда за окном начало светать. Местность была чиста — Дэрил уже успел все проверить.

Бэт вздрогнула и, открыв глаза, уставилась на арбалет в его руках.
Наверняка ей снились добрые сны, без ходячих мертвецов, и, проснувшись, она надеялась, что и в действительности все хорошо. Хрен там.

- Можно я схожу в туалет? - она стыдливо опустила глаза, — Там безопасно?
- Я проверил, — сказал Дэрил, но все равно пошел следом за ней, остановился в десятке шагов и повернулся спиной.

Он помог Бэт умыться, полив на ее ладони из бутылки. Маленькая чистюля даже зубы почистила. Он же выглядел как дерьмо — на рубашке остались кровавые следы от того, что он перетаскивал труп Дэйва. Дэрил не взял другую одежду — не до этого было, а утро указывало на то, что день будет чертовски жарким. Он немного помедлил, а потом оторвал рукава от рубашки — они все равно от зубов мертвяков не спасут.

- У тебя рана воспалилась, — Бэт замерла за его спиной, коснулась его руки пальцами.

Он даже не обращал внимания на локоть, а кожа, содранная о кирпичи, между тем не подсохла, как обычно. Из мелких ссадин сочилась сукровица.

- Ты не обработал, и у тебя здесь гной, — Бэт повернула его руку на свет, — Нельзя так, Дэрил.
- Не до этого было.

- Не туго? - спросила она, заканчивая перевязывать локоть стерильным бинтом, — Удобно сгибать руку?
- Прямо как профессионал, — ответил Дэрил, — Все хорошо.

Он повернулся и увидел, что она комкает в руках упаковку от бинта, опустив ресницы.

- Ну чего? - он притянул Бэт к себе, — Хватит распускать нюни. Поедем в Форт. Там военные.

Дэрил почувствовал, как она вцепляется пальчиками в его рубашку, прямо в пуговицы.

- Все хорошо, — он сжал хрупкие плечи чуть сильнее и тихонько покачал ее, убаюкивая, словно младенца, — Все нормально. Давай, принцесса, скушай что-нибудь. Объедем город — и на семьдесят четвертое. Если встретим кого-нибудь — свернем на сельские дороги. Все хорошо.
Часть 14

Ты чувствуешь себя взрослой в тот день, когда идешь в школу.

Папа говорит: «Наша детка стала совсем взрослой».
И ты просто надуваешься от гордости, словно мыльный пузырик, который на солнце отливает радугой. Ты просто чувствуешь себя очень счастливой. Совсем большой, почти как Мэгги. Крутишься перед зеркалом, примеряя школьную форму, за две недели начинаешь укладывать рюкзак и обещаешь Шону учиться лучше него.

Ты чувствуешь себя взрослой, когда помогаешь маме на кухне. Кажется, в самый первый раз это был пирог с голубикой — ты вся извозилась в муке, и папа долго смеялся, когда увидел тебя, но потом хвалил твои первые нелепые попытки.

Ты чувствуешь себя взрослой, когда покупаешь в школьном автомате свой первый кофе.
Мама всегда варит кофе на завтрак, но тебе еще рано, так она говорит. А потом вы с девчонками подходите к этому автомату, как и старшеклассницы, и покупаете ванильный латте. В нем слишком много сахара, но это ладно. Важнее другое — пройтись по коридору с белым бумажным стаканом.

Ты чувствуешь себя взрослой, когда тебя в первый раз приглашают на свидание.
Ну как, свидание — Фил из класса Шона, прыщавый такой, подходит к тебе в столовой и при всех зовет в кино. И, несмотря на то, что ты отказываешь, в груди словно лопаются воздушные шарики.

Ты чувствуешь себя взрослой, когда идешь с сестрой покупать первый лифчик. Когда при поездке в Атланту ты меряешь шмотки в «Заре» из женского отдела, а не с детского. Когда красишь ресницы в школьном туалете.

Ты чувствуешь себя взрослой, когда Дэрил дарит тебе цветы.
Тридцать пять шикарных роз кремового цвета, которые только начинают распускаться. Ты дрожишь от благоговения, прижимая их к себе, вдыхая свежий цветочный запах. Пытаешься продлить их жизнь и грустишь, когда они умирают парами. Твои первые цветы, твой первый взрослый подарок, который принес тот, кто всегда смеялся над тем, какая ты маленькая.

Ты чувствуешь себя взрослой, когда позволяешь Джиму Портеру поцеловать тебя.
Это происходит через пару дней после твоего дня рождения, когда он подъезжает к ферме на своем ужасном, скрипучем пикапе. Он предупреждает тебя заранее, и ты тихонько уходишь из дома, пока папа не видит. Хотя, он не был бы против.

Это твой первый опыт, но мысль, не дающая покоя, кажется странной — это всегда так?
Это вызывает странные мурашки, холодящие кожу, но не сам поцелуй — его предвкушение.
Сам поцелуй — это что-то мокрое; чужой язык у тебя во рту — это скорее противно, чем приятно, но ты быстро привыкаешь. Джим милый, он пахнет одеколоном своего отца и сбривает мягкую поросль с подбородка, чтобы казаться старше. В том, что ты с ним есть преимущества: одноклассницы перестают хихикать над тобой, всегда есть кому проводить от корпуса к корпусу, да и место в столовой всегда занято для тебя.

Не то чтобы это меркантильность — Джим на самом деле нравится тебе. Особенно в тех случаях, когда не надевает шляпу перед тем, как заглянуть в гости.

Ты чувствуешь себя взрослой, когда получаешь письмо из колледжа.
Оно пухлое — сразу понятно, что это согласие. Письма с отказами не такие, они тонкие, внутри просто один листочек. А с этим сразу все понятно, но тебе не терпится увидеть то, что там написано, и ты садишься на пол, возле двери, разрывая плотный конверт. А потом визжишь, на весь дом, так, что Шон, приехавший на выходные, из своей комнаты просит тебя заткнуться и не мешать ему разговаривать по телефону. И ты пытаешься одновременно читать то, что написано на листочках, рассказывать о поступлении маме и набирать Дэрила. Это же так важно, рассказать ему. Ты обо все рассказываешь ему едва ли не в первую очередь.

Но на самом деле все это — просто бред. Ты осознаешь это сейчас, в эту самую минуту, когда густая кровь брызгает на твои руки, когда ты пытаешься сосредоточиться на том, чтобы стереть темные капли со своих запястий и не думать, что ты только что сделала. Когда все внутри кипит от ужаса и пугающего возбуждения.

Ты становишься взрослой сейчас, когда берешь на себя ответственность за свою жизнь.

***


Если бы пару недель назад Диксону сказал кто-нибудь, что он не сможет преодолеть сто миль за пару часов, то он бы плюнул в лицо этому человеку и рассмеялся. Теперь же ему осталось смеяться лишь над самим собой.

Его план, который выглядел, в принципе, неплохо, оказался дерьмовым. Выяснилось это почти сразу, как они отъехали от места ночлега. На окраине Мейкона ходячие мертвецы встречались куда чаще, чем думал Дэрил. Он надеялся на то, что они все еще будут в центре города, дожирая там оставшихся людей. Хрен там, они были везде.

Лицеллу они миновали совсем скоро, проехали мимо одноэтажной баптистской церкви, стены которой были кирпично-красными. Бэт уставилась во все глаза, будто ожидала от святого места чуда, но церковь была окружена десятком бывших прихожан, уже мертвых. Дэрил услышал ее разочарованный вздох — неужели девчонка на самом деле верила в божественное чудо?

В итоге, постепенно забирая все севернее, на исходе третьего дня Дэрил добрался до восемьдесят пятого шоссе. Он был ненамного южнее Морленда, а следовательно — куда ближе к Атланте, чем хотелось бы.

Проблема была в том, что на восемьдесят пятом, чуть южнее, был здоровый затор, а возвращаться обратно было глупо. Скольких ходячих он приманил ревом своего мотора ближе к дороге?

Население Морленда в две тысячи десятом составляло ровно четыреста человек. Четыреста потенциальных убийц, готовых оторвать часть твой плоти, но рискнуть стоило, ради строительного магазина.

За три прошедших дня Бэт увидела столько дерьма, что теперь особенно не удивлялась. Дэрил не позволял ей выходить из машины, сам проверяя все. Ночами он не спал, просто закрывал глаза, сжимал в руках арбалет и напряженно размышлял.

- Прежде чем мы пойдем туда, ты поспишь, — сказала Бэт, и это звучало как ультиматум.

Дэрил пытался сопротивляться, но ему действительно необходимо было отдохнуть. Грин уверила его, что справится — взяла в руки монтировку и уставилась в окно. Если учитывать, что до этого она не пробила голову ни одному из мертвяков, Дэрил слабо верил в то, что она сможет сделать это. Просто велел разбудить его в случае любой опасности, а не верещать, приманивая мертвецов, откинулся на спинку и мгновенно уснул.

Выспавшись, он почувствовал себя намного лучше, ему хватило всего нескольких часов, чтобы дать отдохнуть и своему телу, и уставшему от тяжелых мыслей мозгу.

Они загнали машину на обочину, за пышные кусты, чтобы ее не было видно с дороги и выдвинулись в сторону своей цели. Этот магазин мог оказаться очень полезным — маленькие торговые центры в небольших городах были сосредоточием необходимых товаров.

День был в разгаре — очень жаркий, влажный и душный. Вокруг, на удивление, было не слишком много мертвых. Дэрил убил нескольких и передал Бэт монтировку.
- Я не могу, — она пыталась всунуть оружие обратно в его руки, но Дэрил сделал шаг назад.
- Можешь, — он взял ее за плечи и развернул в сторону входа, — Он уже близко. Давай, прямо в голову.
- Я не хочу, — Бэт помотала головой и попыталась отступить.
- Думаешь, что я хочу? Давай, Грин, не будь дурой. Теперь это нужно делать, если хочешь жить.

Бэт сжала монтировку так, что пальцы побелели, сделала шаг навстречу мертвецу и ударила его в шею, возле уха.

- Выше, — сказал Дэрил.

Он стоял прямо за спиной у Бэт, протянув руки вперед — был готов в любой момент схватить ее за футболку и дернуть назад. Девушка ударила снова, в висок, и густая темная кровь брызнула во все стороны.

Диксон поднял арбалет и выпустил стрелу, добивая.

- У меня не получилось, — Бэт всунула ему в руки монтировку и попыталась стереть брызги крови, обтирая руки о джинсы.
- Все нормально, — Дэрил вытащил стрелу, — Просто эта штука слишком тяжелая. Сейчас найдем тебе что-нибудь полегче.

Толстые двери с двойными стеклами были заперты, а ломиться в них было бесполезно — только привлечешь опасность. Дэрил пытался вскрыть дверь служебного входа, когда Бэт поманила его за собой. С торца здания была лестница на крышу, которая начиналась в паре ярдов над землей.

- Может быть, через чердак будет проще? — Бэт огляделась и указала на крышу.
- Соображаешь, — Дэрил подтянулся на нижней перекладине, проверяя ее на прочность, — Давай, ты первая!

Он подсадил Бэт и полез за ней, страхуя снизу. С крыши открывался неплохой обзор на городок — Диксон видел, где находятся ближайшие к магазину ходячие и мог выбрать пути на случай, если придется отходить. Дверь на чердак, естественно, оказалась запертой. Дэрил использовал монтировку как рычаг, пытаясь отжать ей тяжелую железную преграду.

- Бэт! — позвал он, когда сломал хлипкий замок.

Не слишком сложное дело, но он весь обливался потом — чертово солнце печет слишком сильно.

Шаги гулко отдавались по металлической лестнице. Семь ступенек до очередной двери, на этот раз — незапертой. Дэрил осторожно приоткрыл ее и успел сделать лишь один шаг вперед.

Ружье было направлено прямо в его грудь.

- Назад! — прорычал Дэрил, протягивая руку и прижимая Бэт к стене.

Он нацелил арбалет на людей, стоящих у двери, а девушка высунулась из-за его плеча, всего на секунду, а потом нырнула обратно за его спину.

- Вы не местные, — констатировал мужчина с ружьем.

Его подбородок зарос темной щетиной. Из-под кепки торчали пряди немытых волос. Ружье он держал уверенно, не пугаясь того, что Дэрил целился в него из арбалета — рядом стояли еще люди с оружием, а за спиной Дэрила была лишь напуганная Бэт.

- Я же говорила, что это не мертвяки, — подала голос девушка справа, — Эти не умеют залезать на крышу.
- Откуда вы? — прервал ее мужчина с ружьем.
- Окрестности Мейкона, — глухо ответил Дэрил.
- Тебя не укусили? — девушка ткнула пальцем в рубашку Дэрила, испачканную кровью.
- Нет, — он покачал головой, все еще держа центрального мужика на прицеле, и добавил, ожидая следующий вопрос, — С ней тоже все в порядке.
- Опусти оружие, — щетинистый качнул ружьем.
- Сначала ты.

Мужик хохотнул, но опустил ствол своего ружья вниз —он знал, что у Диксона, в любом случае, нет шансов отбиться в одиночку. Дэрил опустил арбалет вслед за ним и сделал маленький шаг назад.

- Меня зовут Джон.
- Дэрил Диксон, — он пожал протянутую руку, — А это Бэт.

Девушка шагнула к дверному проему — Дэрил почувствовал, как ее пальцы скользят по его спине и вцепляются в пояс джинсов. Он нашел ее ладонь и сжал в своей — пальцы липкие от страха.

Люди, семнадцать человек, расположились на первом этаже, в продуктовом супермаркете. Дэрил спустился туда вслед за Джоном, ведя девушку за руку.

- Спальников на всех не хватает, — мужчина обвел проход между полками, — Мы спим по очереди. Все, что испортилось, мы сложили на складах, там теперь адская вонь. Мясо тухнет, знаешь ли.
- Почему не выбросили?
- Мы не выходим.

Семнадцать человек. Девять женщин разного возраста и один совсем мелкий парнишка, остальные — мужчины. Семнадцать ртов, ежедневно объедающих маленький продуктовый отдел — однажды им всё-таки придется выйти. Хорошо, что Дэрил и Бэт пришли сюда не за этим.

- У вас есть какие-нибудь припасы? Нам было бы полезно, если б вы внесли свой вклад…
- Мы не собираемся оставаться, — Дэрил обвел взглядом помещение, — Мы пришли ради хозяйственного магазина.
- Куда направляетесь?
- Форт Беннинг.

Он кратко разъяснил Джону сложившуюся ситуацию, наблюдая за Бэт краем глаза. Она присела на колени перед мальчишкой и вытащила из кармана батончик мюсли, чтобы угостить его.

Она слишком добрая. Всегда была такой, но теперь все изменилось. Она должна понять, что теперь важнее всего их собственные шкуры, а не благополучие других людей

- Эй, — он окликнул ее, отвлекая от ребенка, — Пойдем наверх!

Хозяйственный отдел был на втором этаже.

- Я кое-что нашла, — крикнула Бэт спустя пару минут.
Дэрил миновал несколько проходов, повесив на плечо найденный моток веревки. Девушка замерла у стойки из перфорированного алюминия, к которой были прикреплены садовые косы нескольких размеров.
- Такая штука, — Бэт ткнула пальцем в черенок, — Не надо близко подходить.
Дэрил ухмыльнулся, уставившись на нее удивленно, — Да ты и в руки-то ее взять испугаешься. А если возьмешь — отхерачишь мне ногу случайно. Или себе, ну уж нет. Ищи дальше. Что-нибудь удобное.

Он миновал полку с губками и тряпками для уборки, оставив Бэт в раздумьях у инструментов, а сам пошел собирать необходимое. Джон позволил взять им что угодно — видимо, застрявшим здесь не очень-то все было нужно. Диксон же старался смотреть в будущее — мало ли что пригодиться?

- Вот, — сказала Бэт, подходя к нему, — Это лучше?

Она держала в руке гвоздодер, не слишком большой, с пластиковой ручкой. Бордово-красный. Дэрил взял его и взвесил в ладони — не самая легкая штука для Бэт, но сойдет. Лучше, чем ничего.

Это было пиздец как странно, просто сложно было уложить это в своей голове. Просто соседская девчонка, которая должна сейчас готовиться к колледжу, выбирает оружие для того, чтобы убивать эти чертовы восставшие трупы.

- Это лучше, Дэрил?
- О да, детка, эта штука может быть хорошим орудием убийства. Если бы ты еще могла этим воспользоваться.



- Мы можем остаться здесь на ночь? — спросила Бэт, когда они выбрались через крышу и пришли к своей машине, — Ты мог бы хорошо выспаться.
- У них у самих нет места на всех, — Дэрил аккуратно сложил найденные вещи на заднее сидение, — К тому же я подремал, пока ты сторожила. Ночью ты поспишь, а утром выедем, хорошо?
- Тут не слишком удобно, если честно. А там есть спортивные маты. Можно взять плед и поспать по-человечески.

И он сдался. В очередной раз сдался — дело тут не касалось выживания. Дело было в ее маленьком желании комфорта — этого Дэрил не мог ей дать. Он давал ей возможность жить, еду, защиту, но не удобство, а Бэт это было нужно. Просто предложил другой вариант. Они объехали Морленд по окраине, и Диксон выбрал один из отдельно стоящих домов.

- Пойдем со мной, осмотрим его.

Он ухмыльнулся тому, как настороженно Бэт держала у плеча свое новое оружие, но отвернулся, чтобы она не видела. Единственный мертвяк бродил вдоль низкого заборчика, едва переставляя ноги в разодранных штанах. Дэрил рванул вперед и привлек внимание мертвеца.
- Иди сюда, — он отступил от трупа спиной назад, — Давай, принцесса.

Она должна была уметь это делать. Других вариантов нет — пробивай гниющие головы или тебя сожрут. Он обязан был научить ее, на всякий случай.

Это было неправильно. Он знал, что так не должно было быть, но с другой стороны — сейчас это было необходимостью. Маленькая Бэт только что пробила башку восставшему трупу, с двух ударов, и это было жестко, но необходимо.
А что сейчас было правильным?

Просто мир загнулся. Болезнь нашла слабое место, червоточину, и взорвалась эпидемией, поглотив тысячи, миллионы, может быть и миллиарды людей.

В новом мире нужно было быть сильным, при этом не потеряв себя, чтобы не сойти с ума среди гнили.

***


Дом был пуст. Маленький — всего две спаленки и один санузел между ними. Дом дышал тишиной, ему не хватало звуков. Музыки, льющейся из колонок маленького музыкального центра, телевизора, шумящего на заднем плане, льющейся воды на кухне. Бэт закрыла глаза и представила, как шумит измельчитель мусора и звякает тостер, оповещая, что хлеб поджарен.

Дому не хватало людей. Этому новому миру не хватало людей.
Маленький городок вымер. Только трупы, медленно двигающиеся вдоль улочек.

- Только одна ночь, — сказал Дэрил, — На рассвете мы поедем дальше.

Она кивнула. Он ушел переставить машину, спрятать ее на всякий случай — это его маленькая паранойя, но Бэт хорошо понимала его. В машине теперь была заключена вся их жизнь, все припасы, все полезные вещи. Без машины они остались бы как без рук.

Бэт огляделась и осмотрела спальни. Она выбрала гостевую, а не хозяйскую — комната выглядела менее уютной, не жилой, но это казалось более правильным, чем спать на хозяйской постели. Девушка с содроганием подумала о своем доме. Что, если сейчас кто-то также нашел укрытие на их ферме? Доел остатки еды, воспользовался генератором или колодцем. Вдруг кто-то именно сейчас, в данный момент, спит в ее постели. Смотрит на фотографии на стенах и думает — что же стало с этими людьми, живущими здесь?

А что с ними стало?

Они с Дэрилом в Морленде, далеко от фермы, ночуют в чьем-то чужом доме, она, вот, бесстыже роется в шкафах, разыскивая постельное белье. Отис и Патти — у родственников. Родители, Шон и Мэгги — в Атланте. Они покинули центр для беженцев, о котором так много говорили по радио, наверно, спрятались где-то.

Они не мертвы. Она лелеяла эту мысль в себе каждый день. Каждое утро, просыпаясь, она думала об этом. Вернется ли папа домой, или он найдет себе укрытие, как они с Дэрилом? Как они встретятся?

Вечер не дал прохладу. Солнце ушло, но духота осталась. Дэрил заколотил низкое окно в их временной спальне и придвинул комод к двери.

- Ты не представляешь, как я хочу вымыться, — Бэт расшнуровала кеды и поставила их на пол возле кровати, — Я уже извела пачку влажных салфеток.
- Найдем озеро по пути.

Было бы славным сейчас свернуться клубком под своим одеялом, почувствовать запах родного дома. Бэт этого ужасно не хватало — отбеленных простыней, желтого света от ночника, болтающегося под люстрой украшения из деревянных бусин, припрятанного в ящичке дневника в плотной обложке, которому можно рассказать все свои секреты. Она писала туда обо всех мелочах, а что могла бы написать теперь?

Ничего.

Об этом нельзя писать. Это не хочется видеть — только закрыть глаза, плотно-плотно, так, чтобы свет совсем не проникал под веки. Зажмуриться со всей силы и представлять, что все хорошо.

Сейчас бы Бэт хотела включить телевизор на любой программе, наткнуться на любой беспечный сериал и уснуть под голоса главных героев. А еще лучше — чтобы Дэрил был рядом. Погладил ее по голове, обнял и поцеловал так, чтобы по телу побежали мурашки.

А он присел в кресло и закрыл глаза.

- Может быть, ты ляжешь со мной? — спросила Бэт, укладываясь поудобнее.

Ей это было нужно. По-настоящему необходимо. Немножко тепла, чтобы почувствовать себя лучше.

- Может быть, — сказал Дэрил.

Бэт следила за ним в полумраке — вот он приоткрыл глаза, вытянул руки и щелкнул запястьями. Поднялся с кресла и сделал несколько шагов к кровати. Разорвал расстояние между ними — улегся на кровать прямо в ботинках. Притянул ее к себе и спрятался лицом в волосах, выдохнул куда-то в ухо: «Спи».

Лучшее, что могло случиться сегодня.

За эти дни он не успел забыть как это здорово — целовать ее.
Он никогда этого не забудет.
То, что кожа под его пальцами — шелк. То, как трепещут ее ресницы. То, что она заканчивает поцелуй тем, что целует его нижнюю губу, каждый раз.

То, как он на нее реагирует каждый раз — острое, болезненное возбуждение, которое разливается внизу живота. Дэрил каждый раз напоминает себе: «Нет, нельзя». Словно натыкается на плотную стену своих сомнений.

А девчонка снова целует его, сама, не зная, как сложно ему себя остановить каждый чертов раз.

Это удивительно.
Это как напоминание: мир сдох, но ты, парень, жив.

Вы живы.
Часть 15

Терри Харрисон потерял жену сегодня утром.

Он видел, что происходило с другими укушенными людьми, но теперь, когда это коснулось его, продолжал верить, что на этот раз все пойдет по-другому. Температура спадет, лихорадка отступит, все вернется на круги своя.

Ну конечно.

Она умерла на рассвете — последние минут тридцать бредила, разговаривая с Андреа.
- Милая, ну ты же говорила, что сможешь приехать. Эми ведь так ждет тебя, пожалуйста, попробуй вырваться.

Терри не был слабаком, по крайне мере, никогда не считал себя таким, но тут откровенно сдрейфил. Его маленький револьвер был полностью заряжен и теперь — он так и не выпустил ни одной пули. Около часа он наблюдал за мертвенно-бледным лицом матери своих детей, а потом хлопнул дверцей и продолжил свой путь пешком. Он не смог даже толком попрощаться с ней, не нашел в себе нужных слов — это было слишком больно. Существование сузилось до двух имен в его голове — собственная жизнь мало волновала Терри, он был озабочен только тем, чтобы найти своих девочек. Помочь им. Спасти их. Сделать хоть что-нибудь.

Неприятности посыпались на него как из рога изобилия, и Терри теперь думал, что это может быть божьей карой за то, что он оставил жену там, в машине, позволил ей вернуться в этот мир снова.

Сначала он разбил очки — банально запнулся, идя по трассе. Одно стекло осталось целым, но второе раскололось на мелкие кусочки. Терри вычистил осколки из оправы и нацепил очки на нос, но это было уже не то. Без очков ему было сложно — с возрастом зрение стало хуже.
Но это было лишь первой напастью — через несколько часов он дошел до затора на дороге. Пробка наверняка возникла из-за аварии, а теперь несколько десятков машин перекрыли проезд.

Тут были трупы. Много трупов. Те, кто умерли здесь, застряв в пробке, и те, кто пришли на звуки.
У Терри был заряженный револьвер, которым пользоваться не стоило, и железный прут, который мог быть полноценным оружием, вот только мертвецов было слишком много. Один бы он не отбился никогда; рвануть сейчас навстречу им было тем же самым, что сразу лечь в могилу. Мужчина перелез через ограждение, надеясь обойти затор по лесу, но среди деревьев тоже были ходячие.

Возраст сыграл против него — еще лет пятнадцать назад он сбежал бы легко, но сейчас это уже было сложно. Он прошел всего ярдов двадцать и оказался в кольце — ходячие были со всех сторон. Он медлил несколько секунд, выбирая направление, и разлагающаяся рука вцепилась в плечо, заскребла по рубашке, пытаясь достать до горла. Терри пробил голову трупу и устремился в сторону шоссе. Там есть мертвецы, да, но он хотя бы скинет этих.

Металлическое ограждение, кажется, не имеет конца. Терри тяжело бежал вдоль него, задыхаясь, чувствуя покалывание где-то в печени. Звуки настигали его со всех сторон, кажется, что мертвецы дышали прямо в затылок, и Харрисон знал, что не сможет сейчас перепрыгнуть, потому что он слишком грузный и старый для таких действий. Но попробовал — подтянулся на дрожащих руках и закинул на барьер ногу, прежде сбросив на асфальт свой рюкзак.

Мертвец вцепился в его рубашку.

Терри упал на спину, сбив с ног ходячего. Почувствовал резкую боль в ноге и вскрикнул. Отвлекаться нельзя — слишком близко зловоние и хрипы. Он ударил железным прутом ходячего прямо в лоб, а следом — второго, который приблизился слева.

Терри думал о том, что глупо умереть вот так. Из-за того, что он слишком толстый и слишком старый. Из-за того, что не смог перепрыгнуть ограждение. Умереть так — глупо и смешно. Он посмеялся бы в другой ситуации, но в ту минуту два ублюдка лежали прямо на нем, прижимая его к земле тяжестью своих мертвых тел. Перед лицом была только дикая трупная вонь, и Терри закрыл глаза.

Ничего не произошло.

Никто не вцепился в его ноги, не оторвал кусок плоти и не попытался разодрать ногтями беззащитные участки тела. Харрисон просто лежал на земле, его грудь была придавлена вонючим трупом, а остальные ходячие прошли мимо.

Они его не увидели. Не почувствовали его запах. Терри терпеливо ждал, пытаясь вспомнить слова какой-нибудь молитвы. На ум ничего не пришло, и он помолился своими словами о спасении для своих дочерей, стараясь не дышать слишком глубоко.

Они прошли мимо, друг за другом, ища источник звука или запаха. Терри терпеливо ждал, когда звуки пропадут. Терпеливо молился, делал короткие вдохи и старался не двигаться, чтобы не выдать себя.
Прошло пять минут, десять минут, а потом, может быть, целый час, когда он отпихнул от себя вонючую кучу, бывшую когда-то человеком. Встал и снова почувствовал пронзившую ногу боль. Кровь пропитала серую ткань брюк. Красное пятно проступило и медленно расползлось вниз. Терри охнул, ступая на раненую ногу очень осторожно, чтобы причинять себе меньшую боль.

Он понимал что это конец. Что он один и ему никогда не уйти отсюда. Что ему некуда идти. Что нечем обработать рану. Что он обо что-то тупо поранился, а теперь, возможно, ебаный вирус попал в его кровь от ходячего. Возможно, он уже распространился по организму.

Терри мешком перевалился через барьер, дошел до ближайшей машины и прижался к ее пыльному боку, нащупывая ручку. Уселся на переднее сидение, практически затащив себя в салон на руках, уткнулся лицом в руль и почти мгновенно заснул. Безумно уставший от всего, что произошло за последние сутки.

Он не знал сколько проспал — несколько минут или несколько часов. Сложенные на руле руки затекли, но для него важно было кое-что другое.

В нескольких десятках метров от него осторожно передвигалась женская фигура. Тоненькая девушка в белой майке и синих джинсах — он видел только спину и макушку. Светлые волосы, собранные в хвостик, покачивались с каждым ее шагом. Она ловко перепрыгнула через валяющиеся на земле трупы, держа в руках какую-то палку, заглянула в стекло ближайшей машины.

Терри плохо видел. К тому же, он думал о том, что это может быть галлюцинацией, но если есть шанс — он должен был его использовать.
Это могла быть Эми. На шоссе из Атланты — она ведь могла здесь оказаться, правда?

Харрисон дернул ручку и практически выпал из машины. В ране больно дернуло, словно судорога.
- Эми! — крикнул он, поднимаясь с земли.

Он содрал кожу с ладоней об асфальт и теперь сильно щипало. Терри неловко поднялся и сделал несколько шагов, пытаясь обратить на себя внимание девушки, но потом снова упал. Очки свалились с лица, и то стекло, что оставалось целым, стукнуло об асфальт и звонко распалось на кусочки.

***


Дэрил стер со лба пот и продолжил свою работу. Взялся за поваленный ствол и оттащил его по земле в сторону дома, туда, где уже сделано некое подобие укрепления — несколько старых пней, кучи веток и сломанные стулья. Хоть какая-то попытка удержать мертвецов, как и развешанные на протянутых между деревьями веревках консервные банки и мелкий металлический мусор.

Этот домик они увидели случайно. Охотничья хибара или что-то вроде сарая. Никакого замка на дверях, щели кое-где в стенах и дырявая крыша.
Он ни за что бы не остался здесь, если бы не сложившаяся ситуация. За последние полторы недели они так и не преодолели затор на дороге, так и не уехали никуда, продолжая крутиться в окрестностях. Вернуться — значит признать то, что его план провалился.

Бэт прошла мимо него с ветками в руках. Дэрил повернул голову и проследил за ней взглядом. Она выглядела хорошо. Лучше, чем в самом начале, как будто уже свыклась со всем происходящим. Он был доволен тем, что она перестала быть хныкающей девчонкой и взяла себя в руки — теперь он мог советоваться с ней по вопросам их новой жизни.

Именно Бэт предложила переждать пару ночей здесь, в надежде, что эта группа мертвецов южнее по шоссе найдет причину свалить. Это место было неплохим — в глубине леса трупов меньше, чем в населенных пунктах. Теперь Диксон пытался устроить хоть какую-то защиту на случай проходящего ходока.

Бэт опустила ветки на землю рядом с укреплением и поправила волосы. Дэрил поднял ее очень рано, едва посветлело, а сейчас день был в самом разгаре. Она думала искупаться в маленьком озерке, которое было неподалеку, но знала, что у Диксона другие планы.

Он был довольно суров с ней теперь, когда дело касалось выживания. Учил быть тихой и не оставлять явных следов, показал, как пользоваться пистолетом. Несколько раз они ходили на вылазки к затору на дороге, чтобы найти там полезные вещи, и Бэт знала, что когда они закончат с укреплением их нового жилища, они выдвинутся туда снова. Дэрил каждое утро составлял план на день и купание входило в него только сегодняшним вечером.
Иногда Бэт кажется, что в голове у него — разлинованный ежедневник.

Она переоделась прежде, чем они пошли, сменила свою футболку на белую майку. Нужно будет постирать вещи вечером в озере. Дэрил лишил ее необходимости стирать его рубашки, потому что переоделся в жилет.

Пару дней назад они были в загородном клубе — если верить табличке, то там были рады байкерам. Клуб был разгромлен внутри — даже бильярдные столы перевернуты. Дэрил нашел бар и убрал в свой рюкзак пару бутылок водки. Бэт сперва испугалась, подумав, что он решил выпить — Диксон был раньше склонен топить проблемы в алкоголе, но он объяснил ей, что взял алкоголь на тот случай, если нужно будет обработать раны.

Он увидел этот кожаный жилет на крюке и замер возле него, убрав арбалет за спину.
- Примеришь? — ехидно предложила Бэт, остановившись возле него с найденной коробкой спичек. 
- Это было бы удобно. Знаешь, кожу сложнее прокусить, чем ткань.
- Ну конечно, — она усмехнулась и пошла дальше, чтобы осмотреть шкафчики.

Она знала, что этот жилет его просто зацепил — если бы дело было в защите, Диксон взял бы кожаную куртку — их было много на мертвых байкерах. Впрочем, ей жилет тоже понравился. Было что-то символичное в больших ангельских крыльях, нашитых на спине. Дэрил переоделся тут же, сбросив на пол свою рубашку, испачканную в засохшей крови.


Они отправились на шоссе, взяв с собой пустые рюкзаки на тот случай, если попадутся полезные вещи. Дэрил напомнил ей, что нужно быть осторожной, но Бэт знала об этом без него. Она постоянно была в легком напряжении теперь, забываясь только во сне.

Они разделились, но держались на расстоянии не более пятнадцати ярдов друг от друга. Дэрил следил за девушкой краем глаза. Она выглядит напряженной, словно туго натянутая гитарная струнка, смотреть на неё приятно: ловкая, осторожная, плавно двигающаяся между автомобилями.

Внезапной находкой оказался темный рюкзак, валяющийся у ограждения. Диксон приоткрыл его и обнаружил маленький набор для выживания: вода, немного медикаментов, большая упаковка спичек, пара консервных банок и печенье. Дэрил выложил содержимое в свой рюкзак, а потом осмотрелся.

Ходячие, трое, в четырех машинах от него. Диксон еще раз оглянулся на Бэт, чтобы убедиться в ее безопасности и пошел им навстречу, чтобы ей не пришлось разбираться с ними. Почти лениво. Трое — это теперь не так уж много: первому в голову он пустил болт из арбалета, двоих других убил монтировкой, разбрызгивая во все стороны кровь и мозги. Забрал стрелу и услышал сзади шум. Какой-то незнакомый голос, совсем слабый — просто короткий вскрик, а за ним — голос Бэт, зовущий его.

Он просто понадеялся на то, что это не ребенок. Потому что во время их первой вылазки к затору Бэт наткнулась на машину с окровавленным детским креслом и замерла около нее на несколько минут, вглядываясь через стекло и шевеля губами. Молясь торопливо, беззвучно.

- Это, может быть, кровь ходячего, — сказал он тогда, подходя к ней ближе, — Может быть, родители спасли мелкого.
- Конечно, — сказала Бэт.

Диксон прекрасно знал, что она ему не поверила. Просто поддержка. Он ведь и сам себе не верил. Знал — вскрой желудок одному из шатающихся здесь ублюдков, самому пузатому, и найдешь маленький человеческий череп или целый компактный набор костей.

Дэрил быстро подбежал к ней, держа арбалет наготове. Бэт стояла над телом, переминаясь с ноги на ногу, сжимая у плеча свой гвоздодер.
- Добила? — спросил он, останавливаясь возле тела и держа голову на мушке, — В чем дело?
- Он звал меня.
- У тебя галлюцинация? Они не разговаривают, ты же знаешь.
- Нет. Он позвал меня. Кажется, назвал меня Эми. Он живой, — Бэт с сомнением нахмурила бровки, — Кажется, живой.

Дэрил сделал шаг ближе и кончиком ботинка пнул валяющегося на асфальте мужика. Потом пнул чуть сильнее.

- Он дохлый.
- Он звал меня, — повторила Бэт, но не подошла. 

Боится.

Диксон подсунул ботинок под тело и перевернул мужчину.

Живой. Ну или только что сдох. Ходячего сразу можно отличить, по трупным пятнам, по гниющей плоти, землистому цвету лица. Этот не успел обратиться. Дэрил осмотрелся и наклонился, приложил руку к шее и почувствовал под пальцами пульс.

Определенно живой. Дэрил кивнул Бэт, и она сразу опустилась на колени, придвинулась к мужику ближе, проверяя дыхание.

В возрасте, почти старик. Волосы седые, второй подбородок, руки явно не привыкли к работе в саду — не фермер. Дэрил окинул взглядом рубашку и серые брюки, измаранные в грязи и крови.

- Проверь, не укушен ли. Там, на ноге, где много крови.

Бэт задрала штанину. Над черным носком с каким-то фирменным логотипом — здоровая рана с разодранными краями. Блестящая на солнце, свежая — кровь даже не засохла до конца, хоть и не течет.

- Он не пойдет, — Дэрил покачал головой, ловя взгляд Бэт, — Сама посмотри, что с ногой. 
- Сложно будет стабилизировать движения, но он дойдет, — Бэт осторожно потрясла мужика за плечо, — Но лучше отнести его. Посмотри, он же не приходит в сознание. Может быть, потерял много крови?
- Я не потащу его, — возразил Дэрил, — В нем не меньше двухсот фунтов.
- Но мы же не бросим его здесь?
- Почему?
- Дэрил! — Бэт вскочила на ноги, — Это же живой человек! Мы должны помочь ему.

Максимум, который мог Дэрил — перевязать рану тряпкой и оставить пару банок консервов. Бэт хочет поиграть в святую? Пускай. Он тут ни при чем.

- Мы должны помочь ему, представь, если с папой что-то случится? Вдруг ему тоже никто не поможет?
- Посмотри, где мы! — Дэрил повысил голос, — Никто не будет никому помогать! Тут нет больницы. Я не потащу его.
- Тогда я потащу! — Бэт отмахнулась от охотника и вытащила из своего рюкзака найденную ранее аптечку. Полила на рану водой из маленькой бутылки, приложила губку для остановки крови, которая по длине была меньше, чем порез, и замотала ногу бинтом, бросая на отошедшего Диксона сердитые взгляды.


- Разбуди его, — попросила она, подходя к Дэрилу.

Он присел на переднее сидение ближайшей тачки и курил, стряхивая пепел себе на колени.
- А сама что?
- Он не очнулся, я потрясла его. Нужно убрать его с дороги. Он умрет.
- Он и так умрет! — сердито сказал Дэрил, — Он балласт. Мне балласт не нужен. Тебя хватает.
- Он встанет и пойдет!
- Пойдет? — Дэрил откинул сигарету и вышел из машины, — Видела сколько на нем крови? А до этого он мог потерять еще! Вспомни себя, Бэт, ты чуть в обморок не падала потому, что кровь носом идет! Как он пойдет? Не будь дурой, он же труп.
- Кровь больше не идет.
- Что ты предлагаешь?
- Можно пригнать машину к ограждению. Дотащим его до обочины. Увезем в домик. Я его выхожу, попробую. 
- Бэт…
- Ему надо рану зашить, Дэрил. У него там до мышц все разорвано. 

Он знал, что не может оставить ее здесь одну, пока ходит за машиной. Знал, что Бэт не бросит тут этого мужика. Вздохнул, поправляя ремень от арбалета, и направился к старому Джипу Чероки, оставленному на краю дороги. С этой машины он еще не успел слить бензин.

Он знал, что должен вести себя так. Жестко, эгоистично, думая лишь о своем благополучии. Он должен быть таким, если хочет выжить, если хочет вытащить Бэт. Свою слишком добрую Бэт, готовую сострадать каждому человеку, Бэт, которая видит своего отца в первом встречном старике. Бэт, которая должна слушать его сейчас, когда он ее вытаскивает, когда он ее спасает.

Он должен быть таким, несмотря ни на что.
- Знаешь что, — Дэрил обернулся и посмотрел на девушку, все еще сидящую на земле, — Если он умрет, то добивать будешь сама, поняла?
- Поняла, — пробормотала Бэт сквозь сжатые губы.

***


В пустой тьме появились тени. Не имеющие четкой формы, скачущие перед глазами размытые образы. Что-то цветное пронеслось перед его взглядом, а потом превратилось в воронку.

Терри почувствовал, как что-то тянет его внутрь, липко хватая за ноги и руки. Засасывает в воронку — темный провал без дна. И он пытается ухватиться. Пытается выбраться и кричит, надсаживая голос.
А потом вспоминает имя. Имя, которое может удержать его на плаву. Он кричит его и выныривает из кошмара, открывая глаза.

«Эми»

Это не его дочь. Теперь Терри понял это точно. Девушка младше и скорее худенькая, чем стройная. Склонилась над ним и что-то шепчет, судя по движущимся губам.

- Я плохо слышу, — Харрисон едва пошевелил пересохшими губами, — Я...
- Меня зовут Бэт, — девушка заботливо промокнула влажным полотенцем его лоб, — Как вы себя чувствуете?
- Можно мне воды?

Она прислонила к его губам бутылку, и Терри сделал пару глотков, чувствуя, что несколько струек стекли мимо рта по подбородку.

- Я зашила вашу рану, — Бэт присела возле него, — Нужно выпить аспирин, хорошо? Как вас зовут?
- Терри.

Он доверчиво принял таблетку из ее пальцев, проглотил ее, почувствовав горечь в горле, и запил водой. Приподнялся на локтях, оглядывая помещение. Полумрак, деревянные стены, какие-то полки, заставленные ящиками. Харрисон лежал на каком-то подобии кровати, прикрытый тонким одеялом, а девушка присела возле него.

- Я принял вас за свою дочь, — сказал он, прочистив горло.
- Где ваша дочка?
- У меня их две. Андреа повезла Эми в колледж, в Атланте. Я звонил ей, когда это все началось, они искали выезд из города. А мы с женой искали их.
- Ваша жена?
- Умерла на рассвете. 
- Мне жаль, — сказала Бэт.

В дверь вошел мужчина. Он был одет в кожаный жилет, а на его бедре висела монтировка, привязанная грязной красной тряпкой. Он остановился и сурово посмотрел на Терри.

- Он выпил таблетку?
- Да, — Бэт встала, — Кажется, все нормально. Я посмотрела рану.
- Пусть спит, — мужчина повернулся боком, и Терри увидел на его спине арбалет, — Чем быстрее выходишь его, тем быстрее поедем дальше. Иди в машину, Бэт.

- Это Дэрил. Он не самый милый, — Бэт развела руками, — Он думает, что из-за вас мы можем быть в опасности. Ну, если вы будете нам обузой.
- Возможно, он прав, — мужчина шевельнул ногой и почувствовал резкую боль.
- Ладно, я пойду. Вы поспите. Завтра утром мы позавтракаем и посмотрим, как я вас зашила, — она улыбнулась, — Я в первый раз делала что-то подобное, и очень надеюсь, что все нормально. Отдохните. 

Она вышла, и Терри провалился в сон, подумав перед этим, что все не так уж и плохо. Он уже считал себя мертвецом. Он был уверен, что умрет сегодня, а судьба подкинула ему шанс. Может быть, это для того, чтобы он смог спасти своих девочек. Может быть, он здесь именно для этого.

***


- Весь план помыться пошел к чертям, да?

Он поливал из бутылки на руки Бэт, покрытые засохшей кровью, размышляя о том, что она оказалась неожиданно упертой. Сначала настояла на том, чтобы привезти мужика в хижину, а весь остаток дня трудилась над его раной, не боясь перепачкаться.

- Можно и завтра, — она стряхнула капли с ладоней, попав на свои джинсы.
- Думаешь, что он встанет завтра? — в его голосе послышался сарказм.
- Я надеюсь. 
- Ладно. Пойдем в машину.

Бэт чувствовала его злость. От Дэрила будто исходила волна яда, будто он хотел сказать ей: «Твоя задумка - ерунда! Ты никого не спасешь и никому не сможешь помочь». Бэт не стала перечить ему, когда он решил переночевать в машине, не доверяя Терри.

- Ты злишься на меня? — спросила она, усаживаясь на свое сидение.
- Скорее на себя, — Дэрил прокрутил между пальцами зажигалку, а потом несколько раз щелкнул ей, освещая свое лицо маленьким оранжевым огоньком, — Не надо было разрешать тебе играть в доктора.
- Это не игра. Я, может быть, жизнь ему спасла. 
- Ты, может быть, повесила на нас груз в виде мужика, который не может ходить, — ядовито ответил Дэрил.
- Я просто пытаюсь быть хорошим человеком.
- В мире есть черное и белое, — он снова щелкнул зажигалкой, — Мое белое — вытащить тебя из этой задницы, а не сидеть здесь, посреди леса, из-за него.
- Мы все равно думали остаться на время. 

Дэрил не ответил. Просто смотрел в окно, не поворачиваясь к ней.

- Ты тоже хороший, — сказала Бэт после паузы, — И мы спасли этого человека.
- С чего ты взяла, что я хороший? — спросил он, резко поворачиваясь.
- Потому что я знаю тебя.
- Плохо знаешь.
- Ты всегда был добрым со мной.
- Потому что твой отец платил мне за это, — Дэрил усмехнулся, а потом дернул ее за руку, на которой были часы, пытаясь разглядеть циферблат, — Разбуди меня в час. Или если что-то случится.

Он откинулся на спинку, закрыл глаза и потер переносицу пальцами. Бэт сидела молча, слушая, как он дышит — сначала сердито, а потом, после того как уснул, спокойно.

Она думала о том, что почти не знает его, на самом-то деле. Все их общение всегда заключалось в том, что она говорила о себе. Дэрил знал о ней все, абсолютно все — ее жизнь была для него простой и прозрачной. Какие таблетки она пьет, что предпочитает есть на завтрак, как она учится, что она любит и во сколько начинаются уроки. Бэт всегда любила думать о нем, как о человеке, который может защитить и помочь, а слушать о том, что Диксон делает это ради денег, было обидно. Она кусала губу, думая о том, что почти не знает его: чем он живет за пределами их общения, кого он любит, о чем ему нравится разговаривать.

В начале второго она забралась на сидение с ногами и потрясла Дэрила за плечо.

- Твоя очередь спать, — сказал он, щелкая пальцами, — Я пойду, осмотрюсь.
- Дэрил, — Бэт замялась, — Ты всё-таки хороший человек. Что бы ты ни говорил. Я знаю. 
- Молодец, — он взялся за ручку, намереваясь открыть дверь.
- Не злись на меня.
- Я не злюсь.
- Я знаю, что ты заботился обо мне не из-за денег, — выпалила Бэт, — Знаю, что тебе нравится со мной.
- Почему? — спросил он, отпустив ручку и поворачиваясь к ней.

Бэт выдохнула прежде чем ответила, — Потому что мне нравится с тобой.

- Иди сюда, — сказал Дэрил, притягивая Бэт к себе за руку, — Я не злюсь. Прекрати этот разбор чувств, это глупо. 
- Ты был довольно груб, — заметила Бэт, двигаясь к нему ближе. 
- Я не хотел тебя обидеть, но если мы будем спасать каждого встречного, то сами можем оказаться в полной жопе.
- Я просто стараюсь остаться хорошей.

Он не ответил. Перетянул Бэт на свои колени, усаживая ее сверху. Ее дыхание тепло коснулось его лица.

- Тебе пора перестать быть таким засранцем, — хихикнула девушка, легко касаясь его губ.
- Тебе пора перестать так разговаривать с человеком, который спасает твою задницу. 

Он прижал ее ближе, возвращая поцелуй. Обмен теплом — от его губ к ее. Влажный язык у него во рту, на его губах - то, от чего внутренности сворачиваются в комок.

Ну давай еще замурлыкай, Диксон!

Еще ближе. Он спускается губами по ее подбородку, по ее шее. Оставляя влажные следы на гладкой коже. Скользя языком по впадинке над ключицей. Чувствуя, как она гладит пальцами его голову, путает волосы на затылке, словно хочет притянуть его ближе.

Потому что мне нравится с тобой.

Он прикусывает кожу, целует ее так, что над ключицей у Бэт точно расцветет красное пятно. Ну и пускай.

Нравится с тобой.

Дэрил прижимает ее к себе, почти грубо. Кожа к коже. Бэт наклоняет голову, чтобы поцеловать его снова, и Диксон чувствует, как дрожит ее дыхание. Она сдвигается ближе — шов джинсов о брюки на его паху, и Диксон забывает как дышать.

Гребаный контакт тел. Дэрил прикусывает ее губу и жалеет, что нельзя просто отключить это, перестать, наконец, думать членом вместо мозга, потому что его единственное желание сейчас — впечатать девчонку в ближайшую стену и трахнуть. Очень просто, безо всяких изысков, без высоких слов, потому что он хочет этого. По-настоящему хочет и уже довольно давно.

Остановите планету.

Он сцеловывает влагу с ее губ нежнее, чем ему хочется. Он притягивает ее за бедра, хотя мог бы этого и не делать — она сама двигается, медленно, будто ищет свой ритм. Будто знает, что делает.

Что делает с ним.

Дэрил жмурится от желания застонать — он же не девчонка, ну серьезно. Тянет с плеч белеющие в темноте лямки майки, целуя то, что под ними — гладкие плечи и верхнюю часть груди, не спрятанную под хлопком лифчика. Гладит ладонями ее поясницу, заводя пальцы под ремень джинсов, сминает майку вверх. Так много голой кожи — он целует все, до чего может достать. Гладит то, что попадается под ладони.

И слышит, как Бэт стонет ему в губы, тихо-тихо. Гладит его плечи и стонет, дыша в приоткрытый рот. Выбивая из него последние мозги. И он тащит белую майку вниз, сковывая ее движения спущенными до локтей лямками. Дергает застежку лифчика, прикасаясь губами к ее груди, к возбужденным соскам. Касаясь языком, пальцами, думая о том, как она двигается ему на встречу, только об этом.

Почти больно. Возбуждение горит в его паху, скручивает в тугой узел, лежит тяжелым камнем. Он тянет Бэт на себя, продолжая целовать нежную кожу напротив его лица.

Хриплый звук со стороны задней двери.
Дэрил открывает глаза.

Блядь, кем бы ты не был при жизни, парень, слесарем, фермером, водителем или кем-то еще, спасибо тебе. Просто не дал дернуть молнию на ширинке вниз и трахнуть девочку прямо здесь, на водительском сидении.

Дэрил возвращает на место застежку. Аккуратно тянет вверх спущенные лямки, одергивает край майки, прикрывая живот.

- Твоя очередь отдохнуть, — говорит он, успокаивая дыхание.

Бэт смотрит ему в глаза, тяжело дыша. Несколько минут молчания — только звуки от ходячего за стеклом.
Она перелезает на свое сидение, а Дэрил выходит из машины в ночь, взяв монтировку.

***


Он зашел в хижину на рассвете. Прочистил горло и несколько раз пнул стену у изголовья импровизированной кровати, пробуждая ото сна лежащего мужчину.

- Эй, — Дэрил склонился над Терри, разглядывая его лицо, — Как себя чувствуешь?
- Ничего, — Харрисон приподнялся на локтях, — Только нога болит. Можно мне воды?
- Хрена с два, — Дэрил поправил арбалетный ремень, — Думаешь, я буду тебе прислуживать? Не дождешься. И Бэт не будет.
- Очень милый первый разговор, — заметил Терри, садясь.
- Я вытащил тебя только потому, что она попросила, — Диксон помог ему встать, подхватив под руки, — Девочка слишком добрая, не вздумай выезжать на ней. 
- Я не собирался.

Дэрил поддержал мужчину, положив его руку себе на плечи. Они вышли из домика на свет. Терри осмотрел укрепления, — Вы тут давно?
- Три ночи.
- Вы из Атланты?
- Нет, ферма в окрестностях Мейкона. Ехали в Форт Беннинг, а оказались здесь, — Дэрил отступил, оставив Терри опираться на дерево, — Вот тут вода, умойся. Потом примешь колеса, которые Бэт оставила. На полке стеллажа большая коробка — там кое-какие припасы съестного. Мы уедем сейчас, побудешь один. Тут тихо, ходячих нет.
- Куда вы?
- Она вчера не помылась из-за тебя. А в крови твоей, знаешь ли, вся извозилась. Озеро в паре миль, мы скоро вернемся. 
- Спасибо, Дэрил. 
- Ей скажи спасибо.

Терри внимательно смотрел на Диксона. Тот выглядел довольно опасно со своим арбалетом и суровым взглядом, но единственной эмоцией, исходившей от него, было безразличие. Харрисон чувствовал, что этому человеку абсолютно наплевать на него.

- Я доверяю тебе часть наших припасов, — Дэрил сделал шаг в сторону, но потом обернулся, — не сожри там все с голодухи. И если там найдешь маленькие шоколадки Hershey's — не ешь. Это для нее. 

Он разбудил Бэт, и девушка потянулась, словно котенок, улыбаясь ему. Она спросила об их новом спутнике, пристегивая ремень безопасности, и осталась удовлетворенной тем, что Терри смог подняться на ноги.

Вода в маленьком озере — чистая, прозрачная, зеркально-голубая. Дэрил разделся и сразу нырнул, с разбега, оставив Бэт на берегу. Приятная прохлада коснулась его лица, и он почувствовал, как плохие мысли в голове поддаются ощущению легкости. Он проплыл под водой довольно далеко, вынырнув почти на середине, и поплыл обратно.

Она как раз ходила по берегу, проверяя температуру воды ногами. Почти полностью обнаженная, если не считать тонких полосок белья на теле, до безумия красивая.

Дэрил закрыл глаза, ушел под воду с головой и дал прохладной воде затопить свои мысли.
Часть 16

- Ты можешь гордиться собой.
- Думаете, неплохо получилось?
- Очень даже хорошо, — Терри посмотрел на свою ногу, — Даже доктор лучше бы не сделал.
- Да ладно вам, — смущенно улыбнулась Бэт.
- Кто учил тебя?
- Ну, мой папа врач, — она осторожно подцепила нитку кончиком маникюрных ножниц, — Правда, он ветеринар. Но нет ведь большой разницы, да? Я иногда наблюдала за его работой. С детства хотела стать врачом для животных. К тому же снимать швы проще, чем накладывать.

Она обрезала тот кончик нитки, который был измазан йодом и потянула за второй конец, наматывая нить на ножницы.

- Ты молодец, — сказал Терри, наблюдая за ней.

Прошло чуть больше двух недель с тех пор, как Дэрил и Бэт подобрали его на дороге. Харрисон чувствовал себя обязанным этим двоим и старался покрыть ущерб от своего присутствия рядом с ними, помогая во всем и дежуря по ночам, чтобы давать Диксону высыпаться. С девушкой они подружились настолько, насколько могут быть дружны люди со столь огромной разницей в возрасте — она часто разговаривала с ним и выслушивала рассказы о жизни.

Бэт была добра, но нельзя сказать, что Дэрил стал относиться к нему теплее. Стал менее недоброжелательным — может быть. Перестал смотреть волком, но Терри продолжал чувствовать недоверие.

В один из вечеров Харрисон спросил об этом у Бэт. Они сидели у костра, вдвоем. Диксон был на охоте — он уходил каждый день ненадолго, принося то пару белок, то зайца. Иногда он брал с собой Бэт и учил ее устанавливать примитивные ловушки и вязать узлы, но в тот день Грин осталась в лагере.

- Почему Дэрил не доверяет мне? — спросил Терри, разглядывая девушку, которая ковырялась в баночке с детским питанием маленькой ложкой.
- Он не доверяет никому. Я никогда не видела, чтобы у него были друзья.
- Он доверяет тебе.
- Это другое, — Бэт подняла глаза, — Я для него как открытая книга, а ты просто незнакомец.
- Вы давно знакомы?
- Всю мою жизнь, — сказала Бэт, вертя ложечку между пальцами, — Я знаю его столько, сколько знаю себя.
- Но он же не твой брат?
- Нет. Дэрил жил по соседству с нашей семьей. Мой папа предложил ему работу, и он помогал на ферме, возил в школу меня, Мэгги и Шона. Заботился о нас, ухаживал за животными. А потом все это началось, и мы остались вдвоем. Он спас меня.

Бэт знала — Харрисон сразу понял, что они не брат и сестра. Он видел следы губ Дэрила над ее ключицей — эти пятна были фиолетовыми несколько дней, а потом посинели и постепенно сошли на нет.

Дэрил вел себя странно, и это слегка задевало Бэт. Он больше не грубил ей, как в тот день, когда они подобрали Терри, но вел себя отстраненно. Будто держал дистанцию, и она чувствовала себя плохо из-за этого. Как будто он играет с ней. То целует, то держится на расстоянии и не подпускает к себе.
Это было обидно. И странно.

Бэт помнила Джимми. Он был хорошим парнем. Он всегда был ласков и ухаживал за ней, но это было другое. Джим всегда старался быть к ней ближе. Диксон же был другим. Он давал ей все, что мог. Он был заботлив и внимателен к ней сейчас так, как и всегда. Но у Бэт было ощущение того, что он ее боится. Опасается. Держит на расстоянии вытянутой руки и не дает подойти ближе.

Бэт знала, сколько тепла он может дать ей. Столько, сколько ей не хватает, чтобы усыпать без плохих мыслей. Каждый раз, когда Харрисон дежурил, а они вместе ложились спать, она хотела придвинуться ближе и прижаться к Дэрилу. Иногда она даже позволяла себе коснуться его рук, а по утрам просыпалась прижатой к его теплому телу.

- Последний, — сказала Бэт и вытянула нитку.
- Как выглядит моя нога?
- Не так уж и плохо, — она улыбнулась, — Вы уже хорошо ходите — мы можем ехать. Вы ведь поедете с нами, да?
- Я говорил об этом с нашим охотником, — Терри покосился на лес с той стороны, куда ушел Диксон, — Ему не терпится тронуться с места, и он определенно не против того, чтобы я сопровождал вас.
- Это хорошо, — сказала Бэт.

Харрисон был хорошим человеком. Он был с ними две недели, и Бэт привыкла к его присутствию и не хотела, чтобы старик погиб где-нибудь в одиночестве. Она словно чувствовала себя ответственной за него — ведь мужчина остался жив благодаря ей. 

***


Он услышал голоса, возвращаясь с обхода.

Пустая проселочная дорога в южном направлении. Они остановились здесь — место тихое, рядом несколько больших кустов с голубикой. Бэт собирает эти ягоды в пластиковый стаканчик и с легкой грустью вспоминает пироги из песочного теста со сладкой начинкой.

Сейчас Бэт сидит возле машины, держа на коленках книгу, а Харрисон стоит рядом, осматривая окрестности. Его голос сбивчивый и торопливый — мужчина всегда говорит так, когда речь идет о его дочерях.
- А она любит сказки, понимаешь? — Терри заметил Дэрила и кивнул ему, — Ей двадцать четыре, а она сказки читает, истории о русалках и разных мифических существах. Моя жена иногда говорила, что мы никогда не дождемся внуков. Вроде шутила, но это так и на самом деле. Андреа вся в работе, а Эми сказки читает.
- Сказки — это хорошо. Хоть что-то доброе и красивое.

Дэрил прошел к кострищу и опустил на землю свою добычу - пару белок. Бэт потянулась за спичками, встретилась с ним взглядом и улыбнулась. От ее взгляда чуть кольнуло между ребер.

У них же тут гонка со смертью.

Один день сменяет другой, один маленький городок сменяет другой, и они продолжают свой путь. Медленно и осторожно. Одно и то же: магазинчики, брошенные дома, серые лица ходячих. Бывшие люди, теперь разлагающиеся, с неровной походкой, гниющими лицами, идущие на запахи и звуки живых. Череда дежурств, разведенных костров и убитых кроликов, пустых консервных банок. Попытка перегнать смерть, которая наступает на пятки. Попытка выбраться из тлена, раскопать в себе надежду, которая, кажется, угасает с каждым днем.
Дэрил видит эту надежду в Бэт. В ее глазах, каждый день.

Он узнает свою девочку и не узнает одновременно. Она осталась собой — открытой и честной, доброй, продолжающей верить, несмотря ни на что. Ее руки стали крепче, загар на плечах и лице становится все заметнее, все больше кровавых пятен прибавляется на ее обуви, но она продолжает быть собой. Ее надежда огромна, и она щедро делится с ним.

Диксон удивлен. Прошло больше месяца с тех пор, как по телевизору начали крутить предупреждающие ролики. Больше месяца она ничего не знает о своей семье, убивает мертвецов ударом в голову и ночует на пассажирском сидении машины. Ее письмом из колледжа можно теперь подтереть задницу, все мечты развеяло ветром апокалипсиса, но она продолжает упорно верить в то, что Хершел жив.
И это помогает ей оставаться на плаву. Бэт еще и дни считает, словно теперь все эти даты имеют хоть какой-то смысл.

Двадцать один день, как мы не видели папу.
Двадцать восемь дней.
Тридцать дней.

Месяц назад Мэгги позвонила последний раз.

Сорок четыре дня назад мы уехали с фермы.
Сорок пять.
Сорок шесть.

Она отмечает дни крестиками в календарике, который хранит в кармашке своего рюкзака, вместе с другими вещами из прошлой жизни: маленьким кошельком, связкой ключей с фермы, школьным пропуском и парой семейных фотографий.

Две недели они просидели в лесу возле затора — ждали, пока оправится Харрисон. В лесу было нормально ровно настолько, насколько может быть в таком месте — максимально возможная защита и хоть какие-то удобства. Терри шел на поправку — его рана на ноге зажила довольно быстро, и Бэт сняла швы. Диксон мог удивляться сколько угодно, но Бэт действительно спасла человеческую жизнь.

Дэрил предложил мужчине остаться с ними только из уважения, но Терри неожиданно согласился. Их направление совпадало с тем, что указала ему дочь в последнем звонке, и Харрисон продолжал тешить себя мыслью, что его девочки живы. Дэрил его оптимизма не разделял, но не был против того, чтобы мужчина отправился с ними. Есть дополнительные руки, чтобы убивать ходячих, и дополнительные глаза, чтобы не прозевать опасность.

Этот старик иногда раздражает его. Он кладезь информации — иногда очень даже полезной. Заядлый рыбак — он дал Дэрилу несколько хороших советов по ловле рыбы, которые могут когда-нибудь пригодиться, а еще рассказал кое-что интересное — то, как он смог укрыться от восставших мертвецов под парочкой трупов. Дэрил не пытался проверить эту информацию, но запомнил — полезно знать, что ублюдков можно хоть как-то провести.

Но не все, что говорит Терри, полезно для Дэрила. Большая часть разговоров касается старой банковской работы, пенсии, жены, службы и, конечно, дочерей.

Андреа и Эми. Дэрил не знает их, но иногда чувствует себя их родственником. За последний месяц, пока Харрисон был с ними, Дэрил успел прослушать столько историй, что скоро может написать биографию этого семейства. Он знает, что это тяжело, но все равно бесится, как только Терри заводит свою пластинку: «А когда Андреа пошла в школу…» Он знает — это тяжело, потому что он видел фотографию этих двух девушек — Терри хранит ее под пуговицей в нагрудном кармане рубашки, рядом с оставшимся после службы личным номером и пластиковым жетоном, на котором указано, что Харрисон не переносит некоторые лекарственные средства. Светлые волосы и голубые глаза Бэт — как навязчивое напоминание. Терри смотрит на нее с добротой, но иногда Дэрил замечает плещущуюся в его взгляде грусть — ведь Грин вовсе не его дочка.

Эти двое, Терри и Бэт, уже месяц ведут постоянный разговор о своих находящихся неизвестно где родственниках, а он носит им еду и вздыхает, слушая их болтовню. Если Бэт проще говорить о Шоне и Мэгги в настоящем времени, словно они действительно живы, пусть так и будет. Пусть хранит в себе эту надежду и обсуждает ее со стариком, только пускай держится на плаву, не тонет. Она верит несмотря ни на что. Даже когда Терри рассказал, что на Атланту скидывали напалм, чтобы уничтожить мертвецов, Грин только пожала плечами, уверенная, что ее семья на тот момент уже выбралась из столицы.

Сам Диксон уже, кажется, утратил веру.

Терри часто дежурит по ночам, давая Дэрилу и Бэт поспать. Ночи они коротают в машине, на откинутых до максимума сидениях, и Диксон часто просыпается от того, что она нашла его ладонь своей или прильнула лбом к плечу. Иногда он обхватывает ее своей рукой, как тогда, на ферме, когда она доверчиво уснула на его плече, иногда обнимает сзади, утыкаясь носом в затылок, и каждый раз испытывает большое чувство вины, просыпаясь с утра.

***


Очередной город ничем не отличается от остальных. Очередной магазин с яркой вывеской, который нужно зачистить. Привычная схема, удобно лежащее в руке оружие, ходячие в рабочей форме и с бейджами на груди — словно жизнь кто-то поставил на повтор.

Дэрил оставляет Терри следить за припасами, каждый раз. Бэт полезнее, чем плохо слышащий старик, нуждающийся в очках. Он сильнее, да, но Грин быстрая и ловкая. Они действуют всегда одинаково: он впереди, она двигается сзади и чуть правее, всегда на подхвате и знает, когда нужно встать спиной к его спине.

Молодец, Дэрил. Сделал своей союзницей девчонку.

После жары на улице прохлада в магазине показалась раем. Он держит арбалет наготове, Бэт открывает дверь со сломанным замком, символично подпертую пустым ящиком. После ячеек для сумок и касс уходят вглубь торгового зала длинные стеллажи, многие полки на которых наполовину пусты, а запах — типичный для таких мест. Будто вкус гниения касается языка.

Бэт освещает фонарем ближайший ряд и указывает направление. Они осматривают помещение, и Дэрил хмурится — абсолютно пусто. Обычно они встречали пару ходячих, но тут нет ни одного. Дэрил включил свой фонарик, и они расходятся в разные стороны, складывая в сумки оставшиеся припасы.

Полки с алкоголем неожиданно оказались полупустыми. Дэрил мог понять, почему нет воды, но во всех остальных встреченных магазинах к алкоголю будто никто и не притрагивался.

- Сигареты, Дэрил, — окликает Бэт.

Его последняя пачка закончилась еще утром, и Дэрил дико хочет курить. Он сразу идет в сторону касс, где бродит Бэт, высвечивая желтым светом фонарика подставки с шоколадными батончиками, жвачками и презервативами.

- Здорово, — говорит он, привычным движением снимая прозрачную пленку с пачки. Отбрасывает на пол кусочек фольги и зубами вытаскивает сигарету. Щелкает зажигалкой, затягивается и блаженно выдыхает.

Да, так лучше.

Он минует полку с едой для животных и сбрасывает в рюкзак все оставшиеся пачки с крекерами — около десятка.
- Посмотрим на складе? — он слышит сзади знакомые шаги.
- Ага, — Бэт поставила на пол небольшую сумку, заполненную консервами.

Она занимает свое место у двери и по сигналу дергает ее на себя, повернув ручку. Дэрил застывает на пороге, держа арбалет. Сигарета падает из его рта, рассыпая по полу оранжевые искорки.

Несколько секунд в магазине царит тишина, а потом раздается звук. Звук, который нельзя перепутать ни с чем, который скребет в твоих снах, раздирает уши. Одинокое рычание, передающееся от одного ходячего к другому, сливающееся в нестройный гул из хрипов и стонов — страшно, дико, леденит кровь, предупреждая об опасности.

Ходячие. Замершие стоя, как в анабиозе, они разом поворачивают головы на открытую дверь и как по команде двигаются в их сторону.

- Назад! — Дэрил отпускает арбалет, давая ему повиснуть на ремне, и пытается закрыть дверь, — Быстро, назад!

Захлопнуть ее он не может — ходячие напирают. Около двух десятков, уже застаревшие, гниющие, мерзкие.
- Бегом, Бэт! — кричит он, прижимая дверь спиной и освобождая монтировку на поясе.

Девушка отступает, но не убегает — остается стоять лицом к двери, ожидая его. Диксон делает глубокий вдох и, рванув с места, оставляет ходячих позади.

Проходы между полками кажутся внезапно длинными. Смерть дышит в спину и тянет свои руки, пытаясь ухватить за одежду. На повороте Бэт зацепила стеллаж, и кошачьи консервы, брякая, раскатились по полу.

- Осторожно, — Дэрил на бегу хватает ее за футболку, — К выходу, давай.
- Дверь сломана.

Сердце бухнулось вниз, кажется, до самого пола.

- Стой, — он останавливается у касс, — Встретим, добьем хотя бы немного. Бежишь, как только я скажу, поняла?

Бэт не отвечает.

Диксон рванул ходячим навстречу: удар по голове сбоку, возле виска, а следующий — прямо в лоб. Третий труп он отпихивает влево, сбивая им еще одного ходячего, а четвертого хватает за одежду и поворачивается с ним вправо.

Точный удар в основание черепа, и труп валится к ногам мешком. Молодец, Грин.
Еще двое у девчонки, четверо у него, и Дэрил отступает к кассам, слыша, как Бэт движется синхронно с ним. Еще одна проломленная сильным ударом голова, и он поворачивает направо. Они огибают толпу и бегут вглубь магазина, обратно к стеллажам. План в его голове созревает моментально — совсем дикий и непонятно откуда взявшийся.
- Стой здесь, — бросает Дэрил, прижимая Бэт к стене, а сам возвращается в ближайший проход.

Твари близко. Их хрипы отдаются от отштукатуренных стен, прямо в голову, предупреждают об опасности, но Дэрил остается у стеллажа с алкоголем. Бэт кричит, не понимая, почему он стоит и даже не пытается ничего сделать.

Шаг назад, медленно — идите за мной, ублюдки, ну, давайте же. Нет времени, чтобы объяснить что-либо девчонке.

И когда они совсем близко, Дэрил, наконец, срывается с места, огибает стеллаж и со всей силы толкает его.

Просто эффект домино. Полки складываются как картонные, одна задевает другую, и ряд за рядом обрушивается на пол. Осколки стекол брызгают во все стороны, резкий запах алкоголя из десятков бутылок перекрывает запах гнили. Стеллажи с грохотом хоронят под собой всех ходячих. Хрипы продолжают раздаваться, но твари надежно завалены полками и выбраться уже не смогут.

- Бум, — говорит Бэт, подходя к реднеку, — Ты развел тут ужасный бардак.

Бардак. Так просто. Как будто не было толпы, которая хотела их сожрать.

- Слишком много шума, не привлечь бы еще кучу этих тварей, — он поправляет лямки рюкзака и замечает, — Ты молодец. Больше никаких истерик при виде трупов.
- Я просто стараюсь не видеть в них людей, понимаешь? — Бэт улыбается, — Проще думать, что это какие-то монстры, как в стрелялках у Шона.
- Я и говорю — молодец. Какого хрена, а? — Диксон с недоумением смотрит на дверь, в которую вбегает Терри, держащий в руках металлический прут.
- Такой шум, что тут произошло? Все нормально? — мужчина оглядывает Дэрила и устремляет вопросительный взгляд на Бэт, — Ты не ранена?
- Какого хрена ты бросил машину, идиот? — рычит Дэрил, — Ты должен следить за ней! Там много ходячих?
- Нет, — Терри недовольно морщится, — Парочка, не больше. Тут такой шум, я должен был проверить…
- Они сейчас стекутся на этот шум, а там наша тачка. На улицу, кретин! — он бросается к двери, на ходу поднимая арбалет.

«Парочка ходячих» Терри на глазах превращается в толпу. Из-за угла выходят еще твари, привлеченные грохотом из магазина.

-В машину, — говорит Дэрил, замирая у двери и давая Бэт пройти вперед.

Они оказываются в ловушке. Диксон поворачивает ключ в замке, заводя машину, но трупы облепляют автомобиль со всех сторон, стуча протянутыми руками по стеклам и дверцам.
Дэрил думает о том, какую хуйню он сделал, приманив шумом этих ублюдков, но вслух только матерится, пытаясь выехать. Сбивает несколько трупов и бурая дрянь брызгает на лобовое. Колеса ломают кости, а ходячие все напирают.

- Они разобьют окна, — говорит Терри, — Что делать?
- Вылезать, — Дэрил снова газует, но проезжает совсем немного, — Останешься здесь, Бэт.
Она качает головой, — Уведем их от машины, а потом вернемся. Я одна не останусь.
- Вылезешь и сразу отбегай подальше. Не лезь на рожон, просто вали. Эй. — Дэрил поворачивается к Терри, — Останешься?
- Нет.
- Тогда давай. Прямо сейчас. Отвлечем их и бегом обратно. Машину бросать нельзя, тут все припасы.

Он скидывает рюкзак, открывает дверь и бьет монтировкой в первую попавшуюся голову. Выскакивает из машины, раздавая удары направо и налево, прорываясь к обочине. Перезаряжать арбалет просто нет времени. Бэт вылезает следом за ним и бежит к ближайшему зданию.

Мир превращается в хоровод беспорядочных мыслей — действуй сейчас или останешься ни с чем. Он слышит, как кричит Бэт, отвлекая трупы от машины. Слышит, как Терри бьет окна в ближайшем здании, приманивая ходячих к себе звоном стекла.

Ты сам заварил всю эту кашу, блядь.

Он чувствует присутствие Бэт правым боком, слышит ее шумное дыхание — она сражается с ним наравне, и Дэрил может думать только о том, что в такой опасности она еще никогда не была.

Харрисон стреляет — не очень-то метко, он же без очков плохо видит, но важнее то, что это работает. Твари идут на звуки, даже не понимая, что эти звуки означают конец для них.

- Возвращаемся, — говорит Дэрил, несколько раз ударяя арбалетным прикладом в очередной череп, превращая голову в кровавое месиво.

Он нажимает на педаль, хотя Харрисон не успел даже закрыть дверь. Он объезжает по соседней полосе стремящихся к автомобилю уродов и облегченно выдыхает — они прорвались.
Они справились, они смогли — Дэрил пытается сдуть челку со вспотевшего лба и поворачивается к Бэт.
Она стирает кровь с влажной кожи на лице, откидывает голову на сидение и смеется, — Все хорошо. Все хорошо, господи!

Она поворачивает голову назад, и смех застывает. Где-то между передним и задним сидениями, он слетел с ее губ и повис в воздухе, неуместный и неправильный.

Терри зажал пальцами свою рубашку, на ткани которой проступает кровь. Интенсивно-красный на грязном голубом — Бэт просто не может отвести взгляд.

- Тебя укусили? — спрашивает Дэрил, — Покажи!

Терри хватается за воротник рубашки, обнажая полукруглый след от зубов на окровавленной коже.
Бэт замерла, Дэрил выматерился и, отвернувшись на дорогу, ударил по рулю.

- Что делать? Что нам делать? Останови машину! — девушка суетливо машет руками.
- Держишься пока? — спросил Диксон у Терри, ловя его взгляд в зеркале заднего вида. На Бэт он не обращал внимания. Харрисон кивнул, и Дэрил продолжил, — Заедем в какое-нибудь тихое место.

Как будто они собирались перекусить втроем.

Дэрил кусает губу, не отводя взгляда от дороги, Бэт же пытается помочь Харрисону. Он приложил к укусу скомканную футболку, и она вся пропиталась кровью.

Через двадцать минут Дэрил остановился. Они отъехали от городка по узкой дороге. Вокруг было тихо — никаких следов присутствия людей или ходячих.

Терри бледнел на глазах, словно кто-то забрал все цвета из его лица и пересохших губ. Диксон помог ему выбраться из машины и дотащил до большого дерева футах в пятидесяти от дороги.

- Мне больно, — говорит Терри.

Кровь везде — на его рубашке, плече, руках и шее, на ладонях Дэрила и Бэт, на темной земле и пробившейся сквозь нее редкой зелени.

Кровь повсюду.

- Мне больно, — повторяет он.

Дэрил внезапно вспоминает тот день, почти месяц назад, когда они нашли мужчину на дороге. Вспоминает поставленное условие — Бэт сама добьет его, если это будет необходимо. Сейчас и речи об этом быть не может. Лицо Бэт белое, словно лист бумаги. Она замерла, сидя на земле, совсем не двигается — только глаза, полные ужаса, перебегают от одного мужского лица к другому.

Диксон оглядывается — вокруг чисто. Опускается на колени, отложив в сторону арбалет.
- Эй, мужик, — он ловит взгляд Харрисона, — Ты же понимаешь…
Он замолкает, не зная, что именно должен сказать.

«Ты понимаешь, что уже мертв?»
«Ты понимаешь, что я не могу рисковать девчонкой и должен пробить тебе голову?»
«Ты же понимаешь, что мы в жопе?»

- Я уже труп, — Терри тяжело шевелит губами, и Дэрил знает — он понимает, что это конец.
- Я не хочу стать тварью, — говорит Харрисон.
- Я помогу, если ты не можешь сам.

Бэт всхлипывает, и Терри поворачивает к ней голову, жмурясь от боли, — Не плачь, ангелочек. Все нормально.

Он кашляет, и кровь несколькими толчками выходит из укуса на плече. Харрисон протягивает руку и гладит Бэт по щеке, оставляя на ее коже следы земли и крови, — Спасибо тебе за все. Если встретишь моих девочек, то скажи, что я люблю их.
- Дай пистолет, — просит Дэрил, и девушка вытаскивает оружие из-за пояса, — Иди в машину. Иди, Бэт!

Она встает на ноги. Обхватывает себя руками и идет вперед, не оглядываясь. Чуть покачивается, запнувшись о корень, но не останавливается — только ускоряет шаг.

Возле машины Бэт падает на коленки. Утыкается лбом в нагретую солнцем дверку автомобиля и давится слезами, вслушиваясь в тишину после выстрела.

Она никогда не видела лишнего глянца в этом мире.

Ее миром была ферма и ее окрестности — сладкие природные запахи, южная жара, синева чистого неба и теплый летний дождь.

После того, как мертвецы восстали, мир наполнился кровью, запахом гнили и вонью от смерти, ночами без сновидений и постоянным ужасом. Дни слились в черное пятно, страх застыл где-то в горле, но она продолжала видеть окружающую природу. Люди умирали, а деревья вокруг продолжали зеленеть.

Дэрил подходит к машине и вытаскивает из багажника лопату. Лицо сосредоточенно, в зубах закушена незажженная сигарета. Его руки вымазаны в темной крови. Бэт провожает его взглядом — Диксон отходит к дереву и яростно втыкает лопату в землю.

Она поднимает голову и видит тонкие листья, которые чуть трепещут от ветра. Видит нежно-голубое небо, чистое и светлое.

Несмотря на землю под ногтями, несмотря на испачканные кровью руки, несмотря на то, что только что оборвалась жизнь, мир вокруг остается красивым.

Так несправедливо.



Примечание к части

Благодарю за вдохновение Ивана Реона и его песни. 
Благодарю за поддержку мою милую Еву. 

Не измерить мою благодарность к тем людям, кто продолжает читать и не ленится черкнуть пару слов в отзывы. Сердечно благодарю вас ♥

Четыре дня до премьеры - нервы на пределе, дааа :)
Надеюсь, что сезон вас не разочарует, желаю всем приятного просмотра!
Часть 17

Они похоронили Харрисона в тени большого дерева, недалеко от дороги.

Дэрил смотрел в спину Бэт, когда она сложила руки над свежей могилой и попросила успокоения для Терри. Потом она села на пассажирское сидение и пристегнула ремень.

- Я взяла это себе, — сказала Бэт.

Солнечный блик упал на личный номер в ее руках. Личный жетон Терри на тонкой цепочке — смертный медальон, от которого больше нет толку.

- Я отдам его, если мы встретим… Ну ты понял.

Дэрил кивнул, зная, что шанс встретить двух блондинок Харрисон настолько ничтожен, что его можно приравнять к нулю. Бэт надела цепочку на шею и спрятала жетон под одежду.

И они поехали дальше.

***


Дэрил чувствовал свою вину. Особенно ночью, пока Бэт спала, ну или делала вид, что спит. Он чувствовал свою вину за то, что подверг ее опасности, за старика, который никогда не встретит своих дочерей.

Он почти не спит. Даже тогда, когда Бэт заступает на дежурство и дает ему отдохнуть, Дэрил закрывает глаза, но не отпускает ремень арбалета. Он дремлет, но мгновенно реагирует на любой неестественный для природы шум.

Диксону не хватает кофе и возможности расслабиться. Его миром правят усталость и ежесекундная тревога.

***


Бэт поворачивает руку так, чтобы увидеть циферблат своих наручных часов в свете луны. Секундная стрелка неторопливо скользит по кругу, отсчитывая первые минуты нового дня.

Середина августа. Скоро осень. Ей восемнадцать.

Каждый раз в день ее рождения мама и папа рассказывали историю о том, как мир принял в свои объятия Бэт Грин. Сломанная машина, отец, который пошел за подмогой к Уиллу Диксону, Дэрил, который вызвался помочь и привез доктора Джексона.
Бэт родилась не в роддоме, а на ферме, которой семейство Грин владело больше ста пятидесяти лет. Летом, в грозу, когда время едва переступило за полночь.
Восемнадцать лет спустя грозы нет — небо чистое, видно все звезды и огрызок луны.

Бэт представляет, как секундная стрелка замедляет свой равномерный бег и движется в обратном направлении. Сначала — медленно, а потом все быстрее и быстрее, отсчитывая минуты, часы и дни, возвращая ее в прошлое.

- Не спишь? — спрашивает Дэрил.

Он спрашивает просто так, чтобы разрядить ночную тишину. Он знает, что она не спит, слышит ее дыхание.

- Нет, — говорит Бэт.

Дэрил пытается устроиться поудобнее, поправляет нож на поясе и закидывает руку за голову, — Поспи, пока здесь тихо. Завтра поедем дальше.
- Уже сегодня, — Бэт закрывает глаза. В машине отчетливо пахнет картофельными чипсами с беконом и сигаретами, а еще сладко-фруктовым ароматизатором — почти неуловимо. Дэрил вечно выбирает что-то подобное. Персики, кажется.
Несколько минут в салоне царит тишина, а потом Дэрил постукивает пальцами по пряжке ремня, — В бардачке, — говорит он, — Посмотри там.

Бэт садится и открывает ящичек. Вытаскивает большую упаковку M&MS и крутит ее в руках.
- Ух ты! — говорит она.
- Шоколадных не было, прости, только с орехом.
- Ничего, — она гладит глянец под своими пальцами, — Тоже хорошо.
- С днём рождения, — будничным голосом говорит Дэрил.
- Я думала, что ты забудешь,— говорит она, — Телефон же не напомнит.
- Хорошего ты мнения обо мне, — Дэрил поворачивается на правый бок, — Я хоть раз забывал?
- Нет, — она подкладывает ладонь под щеку, поворачиваясь к нему лицом, — Не думала, что это важно.
- Ну как же. День рождения Бэт — всеобщий праздник. Каждый год.
- Как будто ты помнишь, — она смотрит на потолочную обшивку, смущенно улыбаясь — самыми уголками губ.
- Лимонад, барбекю, разворачивание подарков, — он вздыхает, — Двенадцать — Диснейленд, четырнадцать — тот высокий водопад. На шестнадцатилетие ты потребовала девичник, чтобы одноклассницы не приперлись со своими кавалерами, но мне все равно пришлось зайти — ты позвонила раз двадцать, наверно.
- Может быть, в этом году мы придумали бы что-нибудь веселое. — она пожимает плечами, — Чтобы тебе тоже понравилось.
- Ты была бы уже в Дэвисе.
Бэт пожимает плечами, — Можно было бы поесть пиццу, если б ты был там со мной. Сходить в кино на какой-нибудь интересный фильм…
- Сопливую романтическую гадость…
- Нет, что-нибудь хорошее. Или съездить в тот парк, в горы. Там красиво.

Ее голос звучит мягко и тихо. Пешие тропки, темная зелень, камни и поваленные деревья, струи воды, шумно бегущие вниз, будто оживают в салоне машины перед его глазами. Когда она протягивает ладонь, Дэрил не убирает руку. Сжимает ее пальцы своими и дает выговориться. Они похоронили старика четыре дня назад, и после этого Бэт впервые разговаривает так охотно.

После четырех дней тягостного молчания он готов слушать что угодно, абсолютно любую херню. 

Утром он не уходит на охоту, как обычно. Заводит мотор, и они уезжают от места стоянки, включив музыку. Они так давно ничего не слушали, что Бэт не может остановиться, переключая песни. От одного заученного текста к другому — как раньше. Впускает музыку в их обыденную тишину и подпевает, отбивая пальцами ритм на своих коленках. Как будто он сейчас везет ее в школу. Как будто у нее в рюкзаке пара тетрадей, а не консервные банки и полупрозрачные оранжевые баночки с лекарствами.

Они заезжают в первую попавшуюся на пути забегаловку — Дэрил ломает дверной замок, и колокольчики над входом тихонько звякают. Бэт скручивает розочки из салфеток, пока Диксон копается в холодильных камерах, которые давно уже не работают, разыскивая среди протухшей еды что-нибудь пригодное в пищу. Они занимают угловой столик и, решив, что консервированные грибы в огромных банках похожи на безвкусную губку, обедают анчоусами, остатками вяленого мяса и ананасами, запивая еду диетической колой и вспоминая гавайскую пиццу.

- Такая дрянь, ананасы под майонезным соусом.
- А мне нравится.
- Тебе вечно какая-то ерунда нравится.

Они вламываются в торговый центр и, пока Дэрил стоит на страже, Бэт переодевается в чистую одежду — большинство из того, что она успела взять на ферме, уже застирано до дыр или безвозвратно испачкано. Она находит книжный отдел, а он разглядывает четырехзначные ценники в витрине с ювелиркой и тычет пальцем в стекло, предлагая Бэт «что-нибудь вот такое».

- Как-то неудобно.
- Да брось, кому эта херня теперь нужна.
- Мне тоже не очень-то, если честно.
- Да я знаю, так просто.

Они рассматривают карту, разыскивая ближайший водоем, в котором можно искупаться. Обсуждают Форт Беннинг — если вокруг все сдохло, можно ли продолжать надеяться на то, что там все в порядке? Вспоминают о тех вещах, которые казались простыми и банальными, а теперь их больше всего не хватает.

- Горячий душ.
- Чизбургеры.
- Ток-шоу.
- Холодное пиво.
- Фу! Крем для рук.
- Мороженое.
- Да, шоколадное.

Они доезжают до ближайшей реки. Берега обрамлены темной зеленью и густым травяным ковром. Оставляют вещи в машине, а машину в кустах, которые выглядят надежными, и идут по берегу.

- Смотри, — Бэт протягивает руку, указывая вверх по течению, — Кажется, там есть сад.
- Хочешь сходить? Там могут быть не только фрукты, может быть, повезет и с бензином.

Она пожимает плечами.

Двухэтажный небольшой домик, окруженный садовыми деревьями, одинокий, словно затерянный здесь, на берегу. Они идут вдоль реки, тихо переговариваясь между собой.
- Немного похож на дом Отиса и Патриции, да? — спрашивает Бэт.
- Ну, если только отделкой.

Бэт хмурит лоб, вспоминая о тех, кого они потеряли. Дэрил исподтишка разглядывает ее. Иногда, пока она не видит, он смотрит на нее и ищет в ее лице что-то новое, что-то, появившееся только в «новой жизни». Смотрит и находит — в морщинке между нахмуренных бровей, в сердито сжатых губах — какую-то новую силу, уверенность. Бэт не сломалась. Несмотря ни на что. Больно и страшно, да, но она чешет вперед.

Она смотрит на обнесенный решетчатым забором участок, почти что видит узкие листочки на персиковых деревьях. Почти чувствует запах яблок — интересно, есть ли там тот, медовый сорт, что начал плодоносить у них на ферме в прошлом году? Яблоки были такими сочными, что лопались прямо на деревьях. Бэт собирала опавшие для того, чтобы покормить лошадей.

Дэрил резко замирает, поднимая арбалет. Водит носом в воздухе, словно ищейка, его взгляд перебегает от дерева к дереву. Бэт поворачивается к нему с вопросом в глазах, а потом ее мир вдруг рушится. Под звук выстрела в глазах темнеет, она чувствует удар, чувствует боль в запястье и тяжесть чужого тела над своим.

Диксон сшиб ее с ног. Грубо и бесцеремонно, закрывая ее своим телом.

- Лежи, — шепчет он, — не зацепило?

Она чувствует соленый привкус во рту — кажется, прикусила язык, когда упала. Рот наполняется кровью и металлической слюной. Кто-то стрелял в них, кто-то хотел попасть в нее. В Дэрила.

Несколько секунд ничего не происходит. Дэрил лихорадочно дышит, закрывая ее собой, и Бэт жмурится и чувствует приклад его арбалета, упертый в плечо. Несколько секунд не происходит ничего, кроме стука сердца и прижатого к траве тела. Две тонкие цепочки режут шею, запястье ноет, саднит ободранная обо что-то на земле ладошка, и Дэрил прячет ее от неизвестности.

- Беги, когда я скажу, — говорит Дэрил.

Бэт едва заметно кивает — так, как может позволить шея. Становится легче — Диксон чуть приподнимается, готовый рвануть с места. Он осторожно рассматривает окрестности из-под челки, а спустя секунду он уже дергает Бэт вверх, ставя на ноги, и она бежит. Бежит так, как не бегала никогда.

- Стоять!

Они замирают в трех ярдах от ближайших кустов, тяжело дыша. Дэрил стоит перед ней — напряженная спина с ангельскими крыльями прямо перед лицом. Он держит на прицеле того, кто стрелял, выставив назад локоть с недавно зажившей ранкой.

- Опусти оружие и подними руки! Быстро!

Бэт не видит того, кто говорит — плечи Дэрила закрывают весь обзор. Голос грубый, и его обладатель слегка картавит.
- Я сказал, опусти оружие!

Бэт тянется к своему пистолету, осторожно освобождая его из-за пояса. Ее руки дрожат, а вот рука Диксона, кажется, высечена из камня — даже не дернется. Она видит, что он снимает арбалет с предохранителя.
- Мы уйдем, — говорит Дэрил, не опуская арбалет, — Просто пройдем мимо.
- Да ладно, — голос звучит насмешливо, — Опусти оружие. И девка тоже. Сейчас же.
- Мы не претендуем на твой дом. Мы шли мимо и пройдем дальше.
- Хрена с два. Где ваш лагерь?
- У нас нет лагеря.

Бэт стоит у Дэрила за спиной и смотрит на литые мышцы его рук, прикасается к его спине. Ей страшно, и кровь во рту отдает железом. Напоминает детство, когда маленькую царапинку на руке непременно нужно было облизать, чтобы она быстрее зажила.

- А где вы храните еду? — приближается голос.
- У нас нет еды, — Дэрил переступает с ноги на ногу, — Мы искали себе убежище. Если тут занято, то мы пойдем.
- Расскажи-ка мне еще какую-нибудь сказочку! Опускай арбалет!

Он стреляет в воздух над головой Дэрила, и Бэт испуганно прижимается к спине в кожаном жилете, зажмурившись изо всей силы.

Диксон чувствует ее руки на своей спине. Он злится и очень сильно. Картавый ублюдок всего в десяти шагах от него — подошел поближе, пока пиздел. Дэрил держит на прицеле его сердце под мятой и грязной футболкой.

- Выходи, пташка, — тянет мужик, — Или я пристрелю твоего дружка.
- Дай нам уйти, — Дэрил чувствует, что Бэт прижимается еще ближе.
- Я выстрелю в твою рожу, если она не выйдет сюда.

Хрип ходячего раздается где-то совсем близко. Несколько трупов уже выходят из леса, привлеченные выстрелами. Бэт за спиной Диксона дергается.

- Беги к кустам и прячься, — шепчет он, не поворачивая голову, — Быстро.
- Убери оружие, — рявкает мужик, — Сейчас же…

Все происходит быстро. Дэрил выпускает стрелу и дергается вниз, уворачиваясь от выпущенной пули, Бэт отрывается от его спины и мчится к кустам. Падает на землю и сжимается в комок, уже в безопасности, наблюдая из-за веток за происходящим.

Дэрил бежит наперерез ублюдку. Стрела торчит у мужика из плеча, и он зажимает рану рукой, но все еще стоит на ногах. Дэрил сбивает его с ног и бьет куда придется — по кривому носу, по глазам и по подбородку. Получает по лицу и свирепеет еще больше. Обдирает костяшки о чужие зубы, пачкает кулаки чужой кровью, которая кажется невероятно грязной. Превращает губы и рот в одну большую дыру, полную слюны и крови. Вырывает свою стрелу, дергая ее на себя, не заботясь о том, что раздирает рану еще больше.

Дэрил поднимается с земли и перезаряжает арбалет, когда Бэт врезается в его спину, обхватывая руками.
- Надо валить. — говорит он.

Мертвецы появляются между деревьями, и Диксон медлит. Вернуться к машине — значит, привезти группу ходячих за собой, а там, выше по течению, хорошее место для того, чтобы помыться и переночевать. Им нужно это место, нельзя просрать его. Скоро вечер, и Дэрил не хочет снова метаться по лесу до темноты в поисках тихой стоянки.
Бэт прячет пистолет и вытаскивает нож, готовясь обороняться.

- Давай в воду, — говорит Дэрил, простреливая голову подошедшего слишком близко трупа и возвращая стрелу себе, — Они же точно не плавают.

Мертвецов уже куда больше десятка.

Они спускаются по укрытому травой берегу к воде, Бэт снова вытаскивает свой пистолет, чтобы не намочить его, а Дэрил поднимает арбалет над головой. Они доходят до того места, где вода достает до груди и спускаются немного ниже по течению. Дэрил замирает, оглядывая территорию у дома, где мертвецы рвут на части ублюдка, посмевшего наставить на Бэт оружие. 

- Давай, пройдем по воде, — он поворачивается к Бэт, которая держит пистолет у плеча, — Так они нас точно не найдут.
- У тебя кровь, — говорит Грин.

Дэрил касается языком губы, а пальцами ощупывает нос — не сломан. Опускает ладонь в воду и стирает подсохшую кровавую дорожку от ноздри ко рту.

- Синяк под глазом будет, — говорит Бэт. Дэрил смотрит на ее серьезное лицо и отводит глаза.

Ниже по реке они выбираются на берег. Бэт откладывает пистолет и снимает часы с запястья, отводит волосы от лица и прикрывает ладонями глаза.
Дэрил прячет оружие в зарослях на берегу и подходит к ней.

- Все хорошо, — он опускается на колени, развязывая тугие узлы на мокрых шнурках. Девушка переступает с ноги на ногу, пока он стаскивает с нее кеды и носки.

- Все хорошо. Всё нормально.
Он повторяет это как мантру, снова и снова, поднимаясь и прижимая к себе вздрагивающее тело. Поглаживает плечи, прикрытые тонкой тканью. Сердце Бэт бухает ему в грудь, нетерпеливо бьется, словно попало в силок. Колотится о его ребра, словно сумасшедшее.

- Все хорошо.

Бэт молча смотрит на него своими удивленными голубыми глазищами. От нее пахнет страхом. Дэрилу кажется, что сейчас она боится его больше, чем кого-либо другого в своей жизни. Адреналин в крови перестал бурлить, и она осознала, что случилось.

- Мне пришлось, — тихо говорит он, расстегивая три пуговицы на ее футболке, — Ты же понимаешь, что мне пришлось?

Диксон вытаскивает из насквозь мокрых карманов пачку сигарет и отбрасывает ее в сторону — ну вот, испортил, а в запасе почти ничего нет. Кивает Бэт на ее одежду, расстегивая ремень на своих штанах.
- Надо высушить все, — он бормочет, чувствуя себя кретином, пока девушка перед ним раздевается, — Ты мыться будешь?
- Да, — она откидывает в сторону джинсы и снимает футболку, рассеянно водит по груди и поднимает на него глаза, — Я цепочку потеряла.

Не ревёт, и на том спасибо, просто сухо всхлипывает, все еще водя пальцами по тому месту, где болтался маленький кулон. Жетон Харрисона на месте, а маленькой хреновины с брюликами нет.
- Я найду тебе новый, — говорит Дэрил, снимая ботинки, — Ты же сама говорила, что все эти штуки не важны.
- Это папа подарил, — говорит она, сжимая губы. Наклоняется, чтобы расстелить на траве футболку, и радостно взвизгивает, когда маленькая пропажа выпадает из ее лифчика. Цепочка разорвана, но кулон в виде сердца цел, и Бэт прячет его в карман джинс.

- Иди. — говорит Дэрил, но она топчется на месте, скрестив руки на груди, и ждет, пока он разденется.

Течение легкое. Вода снимает легкую боль в щиплющих костяшках.

Бэт делает глубокий вдох, и Дэрил тянет ее на глубину. В прохладную бесконечность, полную прозрачной, словно стекло, воды. Выныривает, разбрызгивая капли с отросшей челки и фыркая, держа ее за локти, так крепко, как будто если он сейчас отпустит — она просто исчезнет.

Они встречаются глазами. Дэрил кивает ей, без слов спрашивая, все ли нормально. Бэт также без слов отвечает ему. Он чувствует, что должен сказать что-то. Такое не забывается просто так — на ее глазах он превратил лицо говнюка с ружьем в кусок сырого мяса.
- Я в порядке, — говорит Бэт, будто читая его мысли, — Я все понимаю.
- Если бы я не сделал это, — Диксон медлит, — То мы уже могли бы быть мертвы. Он мог бы забрать наши запасы и машину, и мы никогда бы не добрались до Форта.
- Я знаю, — она снова кивает и улыбается.

Дэрил чувствует, что тревога отпускает его.

Они ныряют на глубину и отталкиваются пятками от дна. Задевают друг друга ногами под водой. Сталкиваются ладонями, будто случайно. Он стирает с рук кровь, Бэт отмывает волосы. Дэрил ложится на спину и смотрит на облака. Тонкие белые перышки на насыщенном голубом. Бэт плещется рядом, и иногда брызги попадают на его лицо.

Потом она пытается отстирать в воде свои шмотки, а Дэрил сидит на берегу и кончиком ножа выковыривает траур из-под ногтей.

- Дерьмовый день рождения, — он оглядывается на нее через плечо,— Я занял первое место среди мудаков.
- Вовсе нет, — она выходит на берег, собирая на мокрые ноги травинки, — Все нормально.
- Ага, — он кивает, но не соглашается.
- Я хотела поговорить, — Бэт приседает возле него, держа в руках мокрую майку, — Попросить тебя кое о чем.
- О чем? — он снова отпускает взгляд к своим ногтям.
- Я не хочу в Форт Беннинг, Дэрил. Я хочу вернуться домой.

***


На третий день они выезжают на свою дорогу. Объехали набитый ходячими Мейкон, потратили много времени и бензина, зато обошлось без происшествий.

Они ездили по этой дороге тысячу раз. Почти каждый день — туда и обратно. Бэт напряженно всматривается в окно, теребя свой кулон, повешенный на тонкую черную веревочку.

На подъезде к ферме Дэрил оценивает масштаб трагедии. Некоторые заборы проломлены, некоторые посевы стоптаны напрочь — как будто тут проехала пара танков.
А вот ферма выглядит так, как всегда. Больше ста пятидесяти лет она принадлежала семье Грин. Поколения растили здесь детей, разводили скот, выращивали урожай — теперь она выглядит пустой.

Бэт не может отвести взгляд от зеленой крыши. От окна своей комнаты, от балкончика на втором этаже с белыми деревянными перилами. Смотрит издалека и чувствует, как сильно колотится сердце.

Её дом. Её жизнь. Её душа.

- Здесь кто-то был, — говорит Дэрил, — нужно осмотреться. Ты останешься здесь, ладно?

Он объезжает угодья Хершела и останавливается в пяти минутах ходьбы от дома. Кивает Бэт и выходит из машины, держа оружие наготове.

Ходячие есть, но их совсем немного. Один застыл столбом возле самого крыльца. Дэрил свистит, и восставший труп реагирует на звук хрипом, ковыляет в сторону реднека и получает стрелу в голову.

Дэрил открывает дверь. В доме пахнет пылью и чем-то знакомым, до ужаса родным. Он осторожно осматривает проходы в гостиную и кухню, лестницу на второй этаж — здесь пусто. Бьет кулаком по косяку и некоторое время ждет, вслушиваясь — ну а вдруг тварь выйдет на звук.

В доме не было чужаков. Ничего не разграблено, вещи на своих местах — даже обувь у двери в порядке. Из необычного — только пирамида из десятка консервных банок на обеденном столе.

Он проходит по комнате, осматривая такое привычное, родное место. Понимая, что скучал. Представляет, как скучала Бэт, замечая знакомые мелочи. Любимое кресло Аннет, диван, на котором он уснул с младшей Грин, телевизор, по которому крутили гребаное объявление о начале конца.
А потом он видит зеркало и застывает перед ним как изваяние. Черные буквы маркером на гладкой поверхности — Дэрил перечитывает написанное трижды, чтобы осознать до конца, врубиться в смысл написанного.

Ну ебаный в рот. 

Дэрил просто вспыхивает. Отшвыривает монтировку, сбивая ей старый стул. Отпинывает в сторону пару ни в чем не повинных кроссовок.

Ему сейчас придется выйти из дома и рассказать Бэт кое-что.

Может быть, он ошибся, когда увез ее отсюда. Может, надо было остаться. Может быть, им не стоило возвращаться сюда, чтобы продолжать верить.

Сейчас, да. Он встанет с дивана, разожмет кулаки, дойдет до машины и скажет девчонке, которая полна надежды и солнечного света, что она потеряла половину своей семьи.

Теперь уже точно.

***


В третий раз, когда они заступают на дежурство, Ти-Дог пытается пошутить.

- Может быть, вас стоит разделить, для того, чтобы мы были уверены в нашей безопасности?
- Хоть бы в этот раз ты сказал что-то новое, Ти, — вздыхает Мэгги, забирая у него снайперскую винтовку.

Она любит вышку, там тепло и тихо. Не слышно стоны ходячих, которые действуют на нервы. Прошло два месяца с тех пор, как все началось, но она до сих пор не привыкла.

Мэгги замирает у стекла, осматривая территорию. Рик и его жена пытаются зачистить территорию у проволочного забора, убивая кусак — толпа не очень большая, они справятся вдвоем. У дальней решетки догорают трупы — этот запах ощутим на всей территории, и на вышке тоже. У ворот дежурит Дейл — прохаживается из стороны в сторону, почесывая затылок под панамкой. Все нормально, можно немного расслабиться.

Гленн подходит сзади и замирает, обняв ее, положив руки на живот.
То, что он рядом, кажется волшебством среди дерьма.

Мэгги не представила бы себя рядом с ним до того, как начался пиздец. Разносчик пиццы и девушка из богатой семьи, которая учится в престижном колледже — ну уж нет.
Сейчас все изменилось. Нет больше денег, колледжей, разделения на слои — есть только оружие и забота о том, как выжить в этом мире, как найти себе укрытие и еду.
Теперь уже Мэгги не представляет себя без него. Она влюбилась в этого честного парня так быстро, что сама не верит в это. Конец света столкнул их лбами, и она уже не представляет себе ночь, проведенную не в его руках.

- О чем думаешь? — спрашивает Гленн тихо.
- О ней, — коротко отвечает Мэгги.

Гленн находит ее ладонь своей и чуть пожимает. Его дыхание жарко касается кожи на шее, скрытой под волосами.
- Мы съездим еще раз, — говорит он.

Мэгги опускает глаза. Они выехали на ферму ранним утром. Два часа пути, и они на месте. Дом был таким же пустым, как и тогда, когда они его покидали, ничего не изменилось. Мэгги знала, что это бесполезно, но все равно еще раз осмотрела и домишко Диксонов.

- Сегодня ее день рождения, если я не сбилась в подсчетах. Ей восемнадцать.
- Все будет хорошо, — говорит Гленн, — Ты же знаешь, что она не одна.
- Я доверяю Дэрилу.

Вернувшись на ферму, они не нашли Бэт и Дэрила. Видимо, они ушли, как и советовала Мэгги в последнем разговоре по телефону. Обнаружив ферму пустой, Мэгги бежала к дому Диксона так быстро, как только могла, но нашла там не сестру, а распахнутые двери и вскрытый тайник под кроватью. Задыхаясь от слез, она возвращалась обратно, а Гленн молча шел за ней. На ферме аптечка была абсолютно пустой, а еще пропали некоторые вещи Бэт — они с Дэрилом ушли, но вот куда — неизвестно.

Сегодня они снова туда съездили. Оставили немного консервов, на случай, если Бэт вернется и будет голодной.

- Мы найдем ее, — говорит Гленн.

Мэгги смотрит на отца, который идет от тюремного блока к забору, в сторону Рика. Она не такая, как он — в ней нет этой огромной веры, которой живет Хершел. Она не верит, что Бог, который не уберег ее мачеху и младшего брата, сбережет Бэт.

Мэгги верит в Дэрила Диксона, в его сильные руки, в его успехи в охоте и в то, что он никогда не перестанет защищать ее младшую сестру.

- Мы найдем ее, — повторяет она вслед за Гленном, — Она жива.
Примечание к части

Лучики добра всем, кто читает и оставляет свое мнение о прочитанном. Я рада, что вы остаетесь со мной, несмотря на задержку новых глав. 

Если вам вдруг захочется узнать мое мнение о происходящем в сериале или обсудить новые серии - приглашаю сюда http://vk.com/bethylwalkingdead Мы не кусаемся и щедро делимся спойлерами, фанартом и своей точкой зрения :)
Примечание к части

Рекомендую
London Grammar – Metal and Dust
London Grammar – Wasting My Young Years
Часть 18

Был ли в жизни момент, когда ты чувствовала себя настолько пустой?
Был ли в жизни момент, когда боль так сильно хватала тебя за горло, не давая сделать вдох?
Правильный ответ — нет.
Правильный ответ — такого ты никогда не чувствовала.

Он не смог сказать ей сам. Знал — нужно сказать, но не смог. Она сама поняла, что случилось что-то страшное, только взглянув в его лицо. В доме, возле зеркала, ее суетливый испуг сменился на ужас.
Весь мир сошелся в черных буквах на зеркале — всего два имени под записью, слишком мало. Должно быть четыре, ну или просто слово «семья».

Бэт повернулась к лестнице, чувствуя, как перед глазами плывет. Сделала пару шагов и вцепилась в перила. Будто идет наугад, пробирается сквозь темноту, делая шаги лишь на ощупь, а перед глазами пляшут закорючки букв — кривоватый почерк Мэгги, который она узнала бы из миллиона других.

Хорошая новость — твой отец жив. Хорошая новость — твоя сестра выбралась из города, на который сбрасывали напалм. Плохая новость — твои мать и брат мертвы.

Бэт слышит шаги — Дэрил идет за ней. Совсем рядом, за спиной, он готов поймать, если она упадет.

Она не падает. Она открывает дверь, поворачивая гладкую ручку, а потом обводит взглядом комнату. Это не ее спальня — это спальня Шона. Его кровать, его шкаф, его компьютер, сборники комиксов и одежда на спинке стула. Он не придет сюда, не придет больше никогда.

Дэрил произносит ее имя. Дэрил смотрит в ее лицо, сжав губы. Дэрил что-то спрашивает, что-то говорит, но она не понимает, не слышит. Слова — это лишнее сейчас. В голове только стучит крохотным молоточком осознание произошедшего.

Острая боль. Просто неслыханная боль. Горькая и страшная, она пробралась в голову и глушит все остальные чувства.
«Никогда» стучит в голове, и от этого никуда не убежать.
Никуда не убежать от боли, съедающей внутренности.

Бэт откладывает на тумбочку кобуру и натягивает на себя футбольную куртку Шона, красную, со школьной эмблемой, не с первой попытки попадая в широкий рукав, и при этом чувствует себя до смерти уставшей.

Дэрил садится на стул и смотрит, как она укладывается на кровать, обнимая одеяло, пряча голову в подушке. Он молчит — все слова лишние сейчас, слова не лечат. Он смотрит, как она прячет ладони в рукавах и закрывает глаза, смотрит и просто надеется на то, что она сейчас заснет.

Сон на некоторое время избавит от боли.

***


Дэрил просыпается, вздрогнув. Задница почти сползла со стула, шея затекла — он двигает головой, пытаясь размять мышцы.

Бэт на кровати нет. Одеяло аккуратно расправлено — нет ни одной складочки, как будто она тут не валялась совсем недавно. Она заснула — он точно знает, слышал, как спокойно она дышала, разжав пальцы, которыми до этого стискивала пододеяльник.

Сейчас ее нет. Кровать заправлена, и Дэрил соскакивает со стула. За окном светло, но яркого дневного солнца нет — раннее утро, мягко-белое.

Поздравляю тебя, безответственный пиздюк. Сколько часов проспал, скорчившись тут, на стуле? Десять?

- Бэт! — выкрикивает он на верхней ступеньке лестницы, прислушиваясь к звукам в доме.

Тихо.

Он открывает двери на втором этаже, не трудясь их закрывать — все спальни пусты. Стучит ботинками по лестнице, осматривает гостиную, а потом замечает у кухонного окна знакомую фигурку, упрятанную под широкой курткой.

- Бэт? — он останавливается в проеме.
- Все тихо, — она не поворачивается, — Ходячих нет, я все проверила. Выспался?
- Прости, я отрубился…
- Все нормально, — Бэт поправляет волосы и подходит к столу, — Ты не спишь толком, а надо иногда отдыхать.

Она выглядит бледной и осунувшейся, еще более тонкой, чем обычно. Серые тени под глазами, бутылка с водой в хрупких пальцах, а в глазах — пустота.

- Ты поела?

Бэт качает головой, и Дэрил вытаскивает нож, чтобы открыть пару банок с консервами. Они завтракают в тишине и в тишине же идут к дому Диксонов, чтобы проверить, не появлялся ли Мерл. Потом — к дому Отиса и Патриции, где также пусто.
Курить нечего, и Дэрил грызет зубочистки, ломая их, одну за другой.

В ближайшем к дому колодце — раздутый страшный мертвяк, который рычит и скребет по стенкам, надеясь добраться до верха.

- Пойдем дальше, наберем воды в другом колодце. Ты хочешь вымыться?

Кивает. Молчаливая девочка с пустыми глазами — еще вчера она обрадовалась бы возможности принять ванну, а сегодня отвечает сдержанным кивком.

Можно воспользоваться газом — баллон еще не совсем пуст. Дэрил греет пару ведер на плите и относит их в ванную комнату. Дожидается плеска и спускается вниз, на крыльцо, приседая в кресло Хершела.

Дикая жара.

Бэт спускается почти через час. Влажные волосы убраны за уши, распущены по спине, и она кажется еще младше, чем обычно. Все та же красная куртка, на бедре пистолет.
-Вода уже остыла, — говорит она, приседая на нагретые солнцем доски, — Я почти все использовала, тебе надо набрать еще.
-Без проблем, — очередная зубочистка ломается с сухим щелчком.

Августовская жара висит в воздухе горячей пеленой.

- Они вернутся, — говорит Дэрил, разглядывая влажные волосы, распущенные по ее спине, — Мэггс и Хершел скоро приедут, она так написала. Видимо, они нашли более безопасное место. Просто подожди.

Она едва заметно кивает в ответ,

- Мне жаль, — Дэрил закусывает губу. — Жаль, что так вышло. Твоя мать была прекрасной женщиной, а Шон…
- Был засранцем, — Бэт поднимает на него свои грустные глаза, — Он опекал меня, словно мне семь, а не семнадцать. Он был ленивым засранцем, думающим только о футболе, девчонках и комиксах. А еще он был моим братом, и я его любила, и он теперь мертв.

Дэрил молчит.

- Он мертв, понимаешь? — она всхлипывает. — И мама мертва.
- Хершел и Мэгги живы. И ты тоже.
Бэт делает глубокий вдох, смахивая слезы со щек, и поднимается на ноги, — Давай, сходим за водой. Тебе тоже нужно помыться.

Горячая вода — охуительно. Он чувствует себя чистым и почти живым, когда выходит на крыльцо. Бэт сторожила его, пока он мылся, сидела на крыльце с Ремингтоном на коленях. Он присаживается рядом с ней, на ступеньку.

Она молчит.

Дэрил всегда любил спокойную тишину, любил, когда слышен только природный шум, а не грохот машин. В новом, выживающем мире, нет лишних звуков, и это хорошо, это должно ему нравиться, но сейчас он чувствует себя неспокойно. Ему не хватает ее голоса, ее щебета и смеха, ведь он так к этому привык. Ему не хватает того, что иногда бесило.

Ему тоже горько, как и ей. Внутри себя, глубоко, Диксон помнил последний разговор с Мэгги. Она сказала, перед тем как положила трубку, что Аннет оцарапали, что она больна, все два месяца он не забывал это, помнил, хотя Бэт так и не сказал. Он знал — жена Хершела уже давно мертва, подозревал, что надежды Бэт напрасны, но сейчас, когда в действительности узнал правду, почувствовал горечь на языке. Мальчишка, который играл в футбол, которого он много лет возил на учебу и тренировки. Женщина, которая всегда была добра к нему как к собственному сыну, которая божественно готовила и напевала во время уборки. Они мертвы. Мертвы на самом деле, как и тысячи других людей. Может быть, стали ходячими трупами, желающими сожрать своих родных.

Чудо, что Мэгги выбралась из этого дерьма.

От молчания у Дэрила сводит зубы, и он оставляет Бэт одну на горячем крыльце — ходячих здесь нет, а если что, у нее есть оружие. Он идет проверить амбар и все угодья, все заброшенные посевы и размышляет над произошедшим на ферме. К августу они всегда приводили в порядок клубничное поле, застилали соломой проходы между посевами, а теперь поле вытоптано почти полностью. Словно тут прошла целая толпа людей или трупов. Парочка осталась на ферме, а остальные прошли мимо, снося заборы и вытаптывая участок. Может, именно поэтому Грин сейчас не на своей ферме? Дэрил и подумать бы не мог о том, что Хершел оставил свой дом, свою гордость, без особой причины.

Дэрил бесцельно собирает опавшие яблоки. Раньше такими фруктами кормили животных, но они с Бэт открыли все загоны, когда уходили. Он собирает яблоки и думает о своем брате. Где ты, Мэрл, ублюдок? Ты жив, кусок дерьма? Вот уж кого, а брата здесь точно не бывало. Дэрил знал, что забрал бы Мэрл, вернувшись домой, да и не видел других причин для возвращения, кроме черного Триумфа. Мотоцикл так и стоял на привычном месте, никем не тронутый. Дэрил подумал о нем с какой-то тоской. Было бы здорово сейчас залить бак, выехать на трассу и промчаться по горячему асфальту мимо восставших мертвецов, но у него была причина остаться на ферме.

Он провозился, пока не начало темнеть, только потом вернулся в дом. Нашел Бэт на кухне и присел за стол, протягивая ей пару яблок.
- Как дела?
Она пожала плечами.
- Там мотоцикл Мэрла… Хочешь прокатиться со мной завтра?
- Ты никогда не возил меня на нем.
- Завтра исправлюсь.
- Раньше ты бы не разрешил.
- Вот завтра и прокатимся, хорошо? Ты спать хочешь?
- Наверно.
- Только съешь что-нибудь… Нельзя ложиться спать на голодный желудок.

Он следит, как она жует яблоко с отсутствием эмоций на лице, а потом провожает ее до комнаты. Смотрит, как она застилает свою широкую кровать чистым бельем и спрашивает у ее спины, — Ты хочешь, чтобы я остался с тобой?

Бэт не поднимает голову, просто чуть качает головой.

Как знаешь, девочка, твое дело. Я умываю руки — не буду тебя уговаривать.

Он закрывает за собой дверь, делает пару шагов и замирает, слушая тишину — ни движения, ни шороха из комнаты Бэт. Дэрил заходит в спальню Мэгги, зажигает одинокую свечку и плюхается поверх синего покрывала, не раздеваясь. Осматривает стены и шкафы, берет с тумбочки первую попавшуюся книгу и закидывает руку за голову.

Он на пятьдесят второй странице, когда после тихих шагов открывается дверь. Бэт останавливается в проёме, касаясь ладонями косяка.
- Я не могу спать одна, — говорит она и пожимает плечами.
- Ты читала это? — он закладывает страницу пальцем и показывает Бэт обложку.
- Да.
- Пойдем, расскажешь.

Я знал, что ты придешь.

Дэрил знал — она придет, потому что последние месяцы они проводили рядом все ночи, потому что во сне она хватала его за руки, ища защиту.

Он разваливается на ее широченной кровати, а Бэт лежит рядом, на животе, сложив ладони под головой.
- Знаешь, о чем я думала? — она не поднимает голову, будто разговаривает с его грудью, — Я сидела тут и хотела позвонить тебе.
- Я был в соседней комнате. И телефоны не работают.
- Нет, как раньше. Мне было плохо, и я всегда звонила тебе. Ты не говорил ничего особенного, но мне становилось легче.
- Я не умею снимать боль. — Дэрил медлит несколько минут прежде, чем ответить, — Я не ибупрофен.

В желтом свете от нескольких свечек видно стену с несколькими фотографиями.

Они молчат. Бэт прячет ладошки в широких рукавах спортивной куртки брата.

- Мне больно, — тихо шепчет она.
Это не попытка вызвать жалость или демонстративно пострадать. Это констатация факта, тихо, в темный угол комнаты, не освещенный свечами. Это выплескивается наружу то, что внутри нее.

- Я знаю, Бэт.

Он знает. Он молчит, разделяя с ней горе.

- Я просто так глупо верила все это время. Каждый день я надеялась, что они живы, а все обернулось так. Я боюсь представить то, что случилось, как она умерла. Боюсь думать, что ее не похоронили, понимаешь?
- Не думай об этом. Тебе больно, да, но не забывай, что есть те, кто живы. И они хотят найти тебя, они вернутся сюда за тобой.


- Что там с книжкой? — спрашивает она после продолжительного молчания.

Дэрил рассказывает, до какого момента дочитал, и девушка переворачивается на спину и складывает руки на груди, начиная рассказывать о том, что произойдет дальше. Он молча слушает ее, не перебивая. Она пересказывает сюжет книги, а потом говорит уже о другом — о Шоне, который шепелявил из-за пластинки, о матери, которая готовила завтрак и пела. Только глубоко за полночь она засыпает, прижавшись лбом к его плечу, а он продолжает смотреть в потолок.

Ему не спится. Диксон встает и подходит к окну — в темноте все настолько тихо и привычно, всё как раньше, и Дэрил чувствует себя таким спокойным, впервые за последнее время.

Их побег с фермы не был ошибкой — тут явно произошло что-то, что могло закончиться трагедией. Теперь они вернулись. Теперь всё встанет на свои места. Хершел и Мэгги явно не шатаются по Джорджии — должно быть какое-то безопасное место, какое-то убежище. В один прекрасный день они вернутся сюда, и только тогда он сможет выдохнуть.

Движение сзади — Бэт резко садится на кровати, шумно вздыхая.
- Я здесь, — говорит он спокойно, поворачиваясь к окну спиной.
- Хорошо, — она выдыхает и убирает волосы от лица, — Почему ты снова не спишь? Здесь тихо, и ты можешь отдохнуть.
- Я отдохнул прошлой ночью, — он смущается, все еще чувствуя себя виноватым за то, что вырубился вчера.
- Когда ты нормально спал в последний раз, а?
- Месяца два назад, — Диксон пожимает плечами, — Чего проснулась?
- Плохой сон. Это просто плохой сон. Я звонила маме. Эти длинные гудки из-за того, что она не берет трубку, они сводят с ума. А потом я позвонила тебе, тоже безрезультатно, — Бэт медлит и с ее губ срывается смех, — Я такая глупая. Ты отпустил мою руку, а я уже вижу кошмары.
- Ничего.
- Что будет дальше, Дэрил? — она спускает ноги с кровати, — Как я буду дальше? Я даже уснуть не могу без тебя.
- Ничего, — повторяет он, — Ты привыкнешь.
- Я просто слабачка, — она подходит к окну и кладет руки на подоконник, вглядываясь в темноту.
- Ты можешь постоять за себя.
- Да я спать не могу без тебя, — она кривовато усмехается. — Я без тебя и пяти минут не протянула бы, а ты без меня легко бы справился. Ты уйдешь, и я умру, сразу же.
- Я здесь.

Дэрил говорит тихо. Они стоят плечом к плечу, а во мраке за окном — надежда на то, что все будет хорошо.

- Никуда не уходи. Никогда не уходи, ладно? Я не смогу без тебя!

Он хочет сказать, что никуда и не собирается, но молчит. А потом… Один крохотный шажок, один огромный порыв — и она в его руках. Чуть влажные щеки, зажмуренные глаза — Бэт отвечает на его поцелуй мгновенно, как будто стояла и ждала этого, как будто знала, что он сейчас прижмет ее к себе, чуть касаясь губ, а потом углубит поцелуй.

«Никуда не уходи» отзывается белым шумом в его голове.

Он не останавливается. Он теряет время, теряет реальность, а в голове гудит, словно от алкоголя. Словно ты выпил больше чем надо, а теперь пытаешься пройти по прямой или вписаться в поворот, не сбив по пути мебель.

Он горячий, и Бэт горячая, потому что уснула в кофте Шона, да еще и под одеялом. Горячо, будто две жаркие волны столкнулись друг с другом. Ближе, еще ближе, притянуть ее к себе, сжать в руках и не отпускать. Притянуть за затылок, убрать от лица мешающие волосы и впиваться в губы, жадно.

В голове гудит — нет больше никакого постороннего шума. Он не слышит природу за окном, не слышит, как тикают часы, не слышит, что одна из свечек, стоящих на комоде, тухнет — фитилек догорает, крохотный оранжевый огонек гаснет в лужице воска, потрескивая. Струйки дыма вьются к потолку.

Они остались одни в этом мире, и делят горе пополам, передавая его из губ в губы. Он будто лечит ее, словно успокаивает боль на душе, отвлекает от страхов и ужасов, от кошмаров. Он с ней, он здесь, он никуда не уйдет. Он никогда бы не смог уйти от нее, ни в этой реальности, ни в любой другой.

Бэт стаскивает кофту, откладывая ее на подоконник, и гладит его спину, крылья на его жилете, медленно. Дэрил не торопится, касаясь ее губ, хотя все внутри него просит — быстрее. Всё это сводит с ума. Это ее ладони, скользящие по его плечам, его большие руки на ее теле — на гладкой спине под нежной тканью майки, на лопатках, на джинсах. Это выпуклые позвонки под подушечками пальцев.

Не отпускать.

Диксон делает пару шагов и отпускает ее на кровать, аккуратно, чтобы не ударилась, а сам попадает локтем в книжку Мэгги и матерится, откидывая ее в сторону. Бэт смеется в его губы.

Дай мне знак. Просто дай мне понять, что не хочешь, и я уйду на свой край кровати. Стукну пару раз кулаком по одеялу, может быть, мне будет тяжело, но это ерунда. Дай мне знак, что я должен сдержаться, и я остановлюсь, обещаю.

Ее согнутая нога обвивает его ногу, голая ступня скользит по икре — Дэрил чувствует это сквозь брюки. Ее майка сбита вверх, и он гладит кожу на животе, хрупкие ребра и изгиб талии.

Останови меня, черт возьми. Я просто мастер выпускать все из-под контроля.


Он уходит от ее губ, чуть отстраняется, чувствуя, как Бэт дышит — резкий выдох и судорожный вдох. Он и сам чувствует, что кислорода не хватает — будто долго бежал, а теперь пытается отдышаться. В желтом свете кожа на висках у Бэт влажно блестит. Волосы намокли и прилипли ко лбу. Дэрил смотрит в голубые глаза. Ресницы — вверх и вниз, язык облизывает без того влажные губы.

Я не имею права.

Бэт жмурится и снова тянется к его губам. Дэрил накрывает ее собой. Целует, почти что грубо — губы и щеки, подбородок и маленькую мочку уха. Возвращается ко рту и чувствует, что она улыбается, сжимая губы.

Тебе это нужно, Грин? Нет, ну серьезно! Я столько раз обламывал себя, чтобы не сделать тебя несчастной, а ты сама рушишь все это. Ломаешь к чертям моё стремление уберечь тебя. Я не то, что тебе нужно.

Она улыбается.

Я не только себя обламывал — и тебя тоже. Каждый раз, когда ты доверчиво открывалась мне навстречу, я сначала был настойчивым, а потом отшвыривал тебя от себя. Но ты же всё понимаешь. Ты же понимаешь, черт возьми, что это лишь ради тебя. Я все делал ради твоего блага.

У них не было шансов на это. Никогда. В мире не нашлось бы оправдания ему, в любом мире, кроме этого. Этот хрипит в агонии, судорожно корчится, испуская последний вздох, и только в нем можно забыть обо всем. Можно попробовать начать заново.

Лишнее. Все лишнее сейчас — эта мягкая легкая ткань на горячей коже, ненужная хрень, от которой нужно избавится, скорее. Снимая одежду, Дэрил ловит глаза Бэт — в них что-то новое, незнакомый азартный блеск, и она улыбается. Улыбается, черт возьми, когда он стаскивает с нее джинсы вместе с бельем. Улыбается, помогая ему снять жилет.

Дэрил тянется к ее плечу, лаская губами гладкую кожу. Скользит по ключице, закрывая глаза.

Мягкая аккуратная грудь и твердый сосок под его пальцами. Он весь сосредоточие ощущений, набегающих друг на друга. Гул в голове — уже грохот с нестройным мотивом.

Бэт запрокидывает голову, а он спускается по ложбинке к солнечному сплетению, спускается поцелуями по ее телу. Находит руки на белом животе и целует их тоже. Тонкие пальчики и выпуклые костяшки. Нежные запястья с полосочками голубых вен. Целует ребра, маленький пупок, напряженные мышцы на животе. Касается ее пальцами между ног — горячо, словно огонь, влажно.

И она открывается ему навстречу. Разводит ноги, только для него. Он скользит большим пальцем между складками, вверх и вниз, а потом глубже, чуть внутрь нее, круговыми движениями. Бэт тянется ему навстречу, подается к нему бедрами, будто просит — еще. Дай мне еще, больше.

Он не сможет сдерживаться вечно. Она же совсем голая, совсем близко. Она его, она родная, она единственная — в его голове, в его сердце, в его коже, костях и каждой жилке, она внутри.

Дэрил поднимается выше, к губам, одновременно дергая ремень на своих брюках.

Бэт не страшно.

У нее даже времени, чтобы испугаться нет, потому что в голове совершенно другое. К тому же, это Дэрил. Дэрил никогда бы не обидел ее, так она думает, но потом приходит боль, тупая и сильная. Ее сложно сравнить с чем-то еще, с какой-то другой болью. То, что нарастало внутри, что-то новое, незнакомое, жгучее, тут же уходит на второй план, единственное желание — пусть все закончится. Бэт сама не понимает, что пытается отодвинуться. И только когда Дэрил прикрывает её рот своей большой ладонью, она понимает, что то, что она слышит — это ее же крик.

- Тс-с-с, — шепчет он, прижимаясь лбом к ее лбу, — Тихо, Бэт, тихо.

Он все еще в ней, внутри нее, и только тогда Бэт становится страшно. Страшно и непонятно — как вообще получилось так, что он в нее поместился.

От боли на лбу выступает холодный пот.

- Тихо, — Дэрил шепчет ей прямо в губы.

Он так близко, такой родной, такой знакомый — она знает что увидит, если сейчас откроет глаза, знает каждую крохотную морщинку на его лбу, знает каждую тонкую ресничку. Но она жмурится и молчит, просто молчит, пытаясь осознать, пытаясь привыкнуть, хоть немного.

Он двигается назад, выходя из нее, но Бэт притягивает его за бока, ближе к себе, одновременно прикасаясь губами к его подбородку. Она знает — Диксон сейчас дико злится, злится на себя самого, знает, что если она отпустит его сейчас, то больше это может не случиться никогда. Дэрил всегда считает себя виноватым, считает себя плохим, когда целует её, как будто Бэт важно хоть что-то из того, что он там держит у себя в голове.

Как будто ей хоть на мгновение это важно. 

Губы встретились снова, один язык коротко коснулся другого, а потом Бэт задержала дыхание, сдвигаясь ему навстречу, сама. Не дыша от боли, она почувствовала, как он вошел обратно, в нее, глубоко, но не резко, осторожно. Один раз, второй и третий. Снова и снова, медленно, аккуратно, целуя ее подбородок, щеки, губы, мочку уха.

Она скрестила ноги и стало чуть проще.
Больно, да, но это стало уже не так важно, потому что важнее его рука на ее лице, большой палец, поглаживающий щеку и краешек рта, его губы, его дыхание.

Бэт открыла глаза и встретилась со взглядом Дэрила, с пьяным, словно невменяемым взглядом.

Дэрил открыл глаза и увидел, что она смотрит на него с тревогой, как будто боится, что он сейчас убежит.

Будешь корить себя потом, мужик.

Где-то внутри себя он знал, что будет так. Знал, что причинит ей боль, впервые в жизни. И вырвавшийся из нее крик чуть отрезвил его. Напомнил об осторожности.

Он притягивает ее ближе, за ягодицы, входя еще глубже, чуть ускоряясь, охреневая от ощущений — туго, тесно, горячо. Так, как не было ни с кем и никогда. Он не имеет права сравнивать ее ни с кем, ни с попадавшимися под руку шлюшками, ни с отчаявшимися бабами, которые ложились под него после пары коктейлей. Бэт совсем другая. Бэт всегда остается светлой и чистой.

А потом еще — по нарастающей. Отпечаток ее губ на его губах — забыться, увлечься, потеряться в ней. И Бэт тянется к нему, двигается ему навстречу — от этого просто рвет крышу. Размеренный ритм становится рваным, движения от неторопливых переходят к почти сумасшедшим.

А потом жаркий экстаз, который раскатывается по всему телу. Он желал этого, сходил с ума, и это случилось. Здесь, на ее кровати, в ее доме — Дэрил попал в капкан и не смог остановиться, не смог заставить себя прекратить.

Бэт вцепляется в его плечи, в его спину. Закушенные губы напротив его губ, и два дыхания смешиваются друг с другом.

Горячая дрожь проходит внизу его живота. Все заканчивается взрывом, чертовым взрывом, от которого теряешь слух и зрение, а потом переходит в полную расслабленность. Он кончает, на секунду забывая как надо дышать.

Дэрил открывает глаза и притягивает Бэт, все еще обхватывающую ногами его бедра, к себе, прижимает близко, так сильно, что внутри нее что-то хрустит. Пятна на простынях за ее спиной кажутся темными, но он знает — на самом деле они ярко-красные. Даже смешно — он никому бы не дал пролить ее кровь, а сам сделал это.

Он гладит ее по щеке, убирает волосы, держит ладонь на ее затылке, осторожно целуя губы, которые она искусала к чертям. Она его. Только его. И хрен кому он ее отдаст.

Часть 19

Утро бесстыдно просочилось в комнату сквозь тонкие шторы. Дэрил открыл глаза и тут же закрыл, ослепленный ярким светом.

Он чувствовал, что Бэт лежит у него на руке, и двинулся осторожно, тихо, чтобы не разбудить ее, но она распахнула глаза и быстро заморгала, привыкая к свету, а потом прищурилась. Дэрил сразу почувствовал себя идиотом.

- Доброе утро, — прошептала она сонно и чуть хрипло.
- Доброе, — согласился Диксон, и собственный голос показался ему незнакомым.
- Хочешь уйти?

Дэрил чуть пожал плечом.

Она отодвинулась, позволяя ему подняться с кровати. Дэрил натянул жилет поверх серой рубашки без рукавов, не взглянув на Бэт, дошел до туалета и поплескал на лицо чуть прохладной водой из ведра. Посмотрел на себя в зеркало — ну и рожа.

Он оперся на раковину обеими руками и подавил желание надавать себе по морде, сильно, так, чтобы выплюнуть зубы на белый фаянс.

Он чувствовал себя дерьмово. Не знал, что нужно делать сейчас, не знал, что она ждет от него. Дэрил никогда не был способен на какие-то «особенные» проявления чувств — хрен знает, как себя теперь вести. Он совершил ошибку, он уже сделал это — теперь не отвертишься.

Дэрил вернулся в комнату. Бэт, все еще лежавшая под одеялом, скользнула по нему взглядом, пробирающим до мурашек — смущенная и внимательная. Дэрил знал — она ждет от него какого-то шага. Он присел на краешек кровати и прокашлялся.
- На мотоцикле хочешь прокатиться? — она тихо улыбнулась вместо ответа, — Тогда поднимайся. Я же обещал.
Бэт села, откинув одеяло, и поморщилась.
- Тебе больно? — обеспокоенно спросил Дэрил.
- Чуточку, — она улыбнулась и показала ему крохотное расстояние между большим и указательным пальцем.

Он смотрел на спину Бэт, когда она шла в сторону ванной комнаты. Ночью ее спина была чуть влажной от пота, когда она шла мыться. Ночью Дэрил чувствовал себя до сумасшествия счастливым, а теперь понял какой же он кретин.

«Хершел убьет меня», — подумал Дэрил с тоской.

«Будь я на месте старика, я бы оторвал себе яйца, не слушая никаких объяснений. Или голову. Или и то, и другое», — крутилось в голове, пока они с Бэт шли к дому Диксонов.

Дэрил объяснил Бэт как правильно держаться и завел мотоцикл. Триумф знакомо взревел — Дэрил ездил на нем не так часто, как Мерл, но был также влюблен в ощущение свободы при поездках.

Они выехали со своей дороги на асфальтированную, и тогда Дэрил разогнался. Только что воздух вокруг был влажным и жарким, а теперь он лишь тепло дул в лицо. Бэт почувствовала, как надулась пузырем футболка на ее спине, и уткнулась в крылья перед своими глазами. Немного страшно, но в крови бурлит. Немного страшно — надо держаться крепче.

Он ощущал себя свободным и счастливым. Он отпустил плохие мысли и дал ветру проникнуть в свою голову. Маленькие ладони вцепились в его жилет, крепко-крепко, и Дэрил просто чувствовал их и не думал ни о чем помимо этих рук и дороги впереди.

Тратить бензин сейчас, когда он в дефиците, было глупо, но не глупее, чем трахать Грин этой ночью. Он не делал ничего более сумасшедшего никогда в своей жизни. Даже торговля наркотиками казалась шуткой по сравнению с этим безрассудным поступком. Этой ночью Дэрил просто отключил свой мозг к чертям, а утро пришло к нему с осознанием произошедшего.

Мотоцикл оказался чем-то очень хорошим этим утром. Сломал неудобство между ними. Такое нелепое неудобство между двумя людьми, которые не знают, что сказать друг другу теперь. В один прекрасный момент Бэт просто заверещала ему в плечо, и Дэрил легко засмеялся вслед за ней.

Тишина не давила на мозг. Тишина была легкой и тихой. Они позавтракали, сидя на одной стороне стола, на соседних стульях, передавая друг другу консервную банку и чашку с водой, почти не разговаривая. Лишь улыбались, встречаясь взглядами.



- Мы можем ничего не рассказывать, — Дэрил присел на диван рядом с Бэт, — Если они вернутся. Ну знаешь, не обязательно говорить.

Он не смотрел на нее, как будто пустой экран телевизора перед ним был важнее.

- Когда я была маленькой, — Бэт скрестила ноги и откинулась на спинку, — У меня был ланчбокс, и мама каждое утро складывала для меня еду с собой. И иногда она вкладывала записку, что-то милое, поднимающее настроение — пожелание приятного дня или удачи на тестах. И я всегда думала, что буду делать также для своих детей. Я была счастлива находить эти маленькие записки и была уверена — я буду писать такие для моей дочери. Я воспринимала это как данность — у меня будет дочь, может быть и сын, будет муж, работа, мы будем жить в своем доме, и я буду готовить печенье с шоколадной крошкой, заведу свою банку для специй и начну выращивать цветы.

Дэрил повернул голову, разглядывая ее тонкие пальцы, небрежно гладящие ткань на коленках. Он не понимал, к чему сейчас эти слова.

- А теперь все изменилось, — продолжила Бэт, поворачиваясь к нему, — Теперь я смотрю на часы и вижу не просто стрелки, которые идут по кругу, я вижу стрелки, которые отсчитывают оставшееся нам время. Неизвестно, что будет дальше, можно просто надеяться, что мы не станем такими монстрами.

Она провела ногтем указательного пальца по своей ноге, от колена и выше, а Дэрил вцепился взглядом в ее лицо — к чему все эти философские загоны?

- Ты можешь спросить зачем я говорю это, — она усмехнулась, поднимая на него глаза. — А я просто знаю о чем ты думаешь. Знаю, Дэрил Диксон. И я хочу сказать — мир изменился. И если ты хочешь делать что-то, ты должен делать это сейчас, потому что потом уже не будет никакой возможности.

- Откуда ты знаешь, о чем я думаю?
- Ты не тот человек, любую мысль которого можно прочитать по лицу, — Бэт усмехнулась, — Но я же вижу, что ты с утра смотришь волком. И вопрос только в том, чего ты хочешь на самом деле.

Она пожала плечом, не отводя глаз от его лица.

- Ты знаешь, — сказал Дэрил тихо, скользя взглядом по ее губам.

На несколько секунд мир вокруг показался ему необыкновенно тихим, а потом Бэт сжала пальцы, и ему показалось, что она зажала его в этом кулачке.

- Я знаю, — сказала она, кивая.

И тогда ему стало действительно плевать на то, что подумает Хершел. Ему стало действительно безразлично, потому что Бэт прижалась к его груди, и он пропустил сквозь пальцы ее гладкие волосы. Ему надоело тупить, глядя на нее, надоело трахать собственный мозг, размышляя о том, что он должен и не должен делать. Это уже есть, это уже с ним. И она знает об этом.

Дэрил коснулся подбородка Бэт, заставляя ее поднять лицо к нему для поцелуя.

У него было ощущение, что он идет по канату, а теперь все прошло. Все границы пали сегодня ночью, и он твердо понял это сейчас.

***


- Ходячие, — Дэрил отодвинул занавеску, разглядывая трупы, которые пошатывались, направляясь к дому, — И откуда они, блядь, берутся?
- Много? — обеспокоенно спросила Бэт
- Трое. Надо разобраться. Они идут оттуда, где все вытоптано. Нашли, черт возьми, короткий путь.

- Я выйду с тобой, — она взяла с кресла гвоздодер, который носила с собой постоянно. Идет в другую комнату — и тащит свое орудие для убийства мертвяков, чтобы положить на расстоянии вытянутой руки.

- Сиди, — Дэрил усмехнулся, оглядывая ее, — Я сам. Ты выглядишь слишком чистенькой для этого.

Он взял арбалет и вышел, и Бэт смотрела с крыльца, как легко он расправился с приближающимися трупами при помощи стрел.

- Нам нужно проверить забор в той стороне, починить его, — сказал он, выдирая стрелу из головы, — И утащить куда-то этих уродов, нечего тут валяться.

Дальний забор был проломлен в нескольких местах, и Дэрил привез из амбара доски, чтобы починить пробоины. Бэт пыталась помочь ему, но после нескольких «не мешай мне» отказалась от этой идеи. Она принесла из дома плед и прилегла на траву возле забора с книжкой. Это было удивительно. Кругом так тихо — все почти так, как было раньше, когда она хотела побыть совсем одна и уходила вот так, с интересной книгой и бутербродами, и могла провести весь выходной на траве, залитой солнцем. Все та же яркая, сочная зелень, и издалека видно дом и большое дерево рядом с ним. Словно не было этих месяцев бессмысленной гонки, этих страхов. Как будто никто не кусал Терри Харрисона, и он сейчас собирается смотреть шоу Эллен Дедженерес у себя в гостиной. Как будто папа сидит в своем кресле. Как будто Дэрил не убивал человека у нее на глазах. Как будто это не она вчера терла себя жесткой мочалкой, чтобы смыть грязь двух прошедших месяцев, как будто на ее одежде никогда не было следов вонючей крови.

Как будто она не готова сорваться и бежать. Готова сделать это в любой момент — схватить рюкзак, взять с покрывала пистолет и валить в том направлении, которое укажет Дэрил.

Он готова в любую секунду, но сейчас — это просто приятное ощущение безопасности, ощущение того, что ты дома. Бэт знала, что теперь нигде не будет по-настоящему спокойно, но сейчас ей было хорошо. Не думать о том, что рядом может появиться прогнивший труп, что в ушах снова зазвучат эти хрипы — Дэрил рядом, стучит молотком и приглядывает за ней, небо чистое, а солнце греет плечи.


- Приготовлю суп, — они вернулись в дом, и Бэт принесла из их запасов в машине пару банок, — Поедим горячего, пока газ не кончился. Его ты не сможешь съесть руками, придется взять ложку.
- Как будто я не умею есть ложкой?
- Ты все хватаешь вот так, — она чавкает и изображает, как Дэрил вытаскивает из банки ее содержимое, а потом облизывает пальцы.
- Засранка ты, — говорит он, притягивая Бэт к себе и щекоча ее живот под футболкой, как щекотал много раз раньше.

Бэт смеется, отпихивая его руки, и отступает, до тех пор, пока не упирается в обеденный стол. Ладони Дэрила все еще на ее голой коже, но он уже не щекочет ее. Смотрит прямо в глаза.

Бэт иногда кажется, что в его глазах можно утонуть. Нет, серьезно, разбежаться и нырнуть, как в речку, погрузиться с головой и никогда уже не выплыть из голубой глубины. У Дэрила красивые глаза. Самые красивые из всех, что она видела.

Она касается его губ, несмело, коротко, ожидая его реакции. Всё еще немного боится — вдруг оттолкнет? Она знает, что теперь он не должен так сделать, но внутри все равно все сжимается.

Он не отталкивает, целует ее в ответ. Сначала — очень медленно, будто спрашивает разрешения, а потом, когда она отвечает ему, уже сильнее. Бэт чувствует, как внутри ее живота щекочет приятное предвкушение и хватается за столешницу, чтобы не потерять равновесие, а потом Дэрил привлекает ее к себе, обхватив обеими руками. Поднимает рывком и усаживает на стол, прижимаясь ближе.

Заходящее солнце золотит пылинки в воздухе, свет проникает сквозь кухонное окно, танцуя бликами на всех горизонтальных поверхностях.

Бэт гладит руками макушку Дэрила — волосы у него чистые и пахнут ее шампунем. Гладит шею и плечи, мягкую кожу его жилета и шершавые крылья на спине, гладит его сильные руки. Она смотрела на них тысячи раз. Диксон занимался домашними делами или вел машину, а она ловила себя на том, что разглядывает его крепкие руки.

Или его лицо. Пробивающуюся щетину, родинку над губой или глаза — она столько раз смотрела, но никогда не думала, что все повернется так. Или все же думала, но не верила, что он посмотрит на нее не как на соседскую девочку, которую надо опекать. Не верила до тех пор, пока не поцеловала его на побережье.

Дэрил снял с нее рубашку и небрежно перекинул через свое плечо. Оставил влажный след от уха до локтя, над вырезом майки и на плечах, а потом спустился ниже, расстегивая пуговицу на ее джинсах.

Бэт самую чуточку страшно, но больше — смешно. Потому что из одежды на ней только майка, а под голой задницей обеденный стол. Ей весело, потому что Дэрил щекочет поцелуями ее коленки.

Ей уже не так смешно, когда губы поднимаются выше по телу, и Диксон сдвигает её на самый край стола.

А потом ей вообще не смешно. Это не похоже на предвкушение, на порхание бабочек в ее животе. Это очень приятно и не похоже ни на что другое. Это томная волна, которая топит, топит полностью, от кончиков пальцев на ногах до макушки, топит маленький страх внутри ее головы и заставляет забыть обо всем. Бэт сбивает пальцами со стола стакан, и он со стуком ударяется пластиковым боком, и вода растекается по полу, а ей плевать, плевать, плевать. Ей плевать на все. Она не знает, как именно Дэрил делает это с ней, ей важно только одно — пусть он не останавливается.

Это совсем не больно, это сладко, это не дает думать больше ни о чем. И Бэт теряет себя и находит только тогда, когда кусает собственный палец, и это немного отрезвляет. Она понимает — обеденный стол, поверхность которого почти красная от яркого заката, нога у Дэрила на плече, собственный палец во рту и привкус солоноватой крови, потому что она укусила себя, вот они, следы зубов, отпечатались прямо с двух сторон.

А потом это становится из чего-то большого чем-то огромным. То, что внутри нее, незнакомое, оно разрастается, Бэт кажется, что она сейчас сначала взлетит вверх, а потом грохнется вниз со всей дури, и тогда Дэрил внезапно отрывается и целует уже внутреннюю сторону её бедра. А потом тянет ее за руку, на себя, и горячо дышит ей в ключицу.

- Дэрил, — она, кажется, всхлипывает, будто просит еще.
- Хочу тебя, — жарким шепотом по ее коже.

Он несет ее на диван, в гостиную, укладывает спиной на подушки, звякает пряжкой ремня, а Бэт закрывает глаза, чувствуя, что щеки у нее пылают.

Закат за окном догорает пожаром, самый яркий за всё это сумасшедшее лето.
Завтра будет ветрено.

***


Утром она вытащила из своего рюкзака календарик, чтобы зачеркнуть два прошедших дня, и заметила, что сегодня воскресенье. Этот день всегда был общим для их семьи. На неделе каждый мог заниматься своими делами, Бэт посвящала много времени учебе, но в воскресенье они всегда вместе ходили в церковь. Бэт с детства любила эти светлые и чистые воскресения.

- Дэрил, — она ткнула в его плечо ручкой, — Эй, Дэрил, я могу попросить тебя кое о чем?
- О чем? — спросил он из-под одеяла.
- Мы можем сходить в церковь?
- Нет.
- Почему?
- А почему ты не можешь успокоиться? — он сел и потер лицо обеими ладонями, — Почему мы не можем остаться в спокойном месте и немного просто побыть здесь?
- Ты думаешь, там есть ходячие? — спросила она, пряча календарик обратно в рюкзак.
- Я знаю, что там есть ходячие, — он не спеша поднялся с постели и подошел к окну, — Вчерашние пришли с той стороны. Зачем переться туда, где может быть опасно?
- Раньше по воскресеньям мы ходили в церковь, все вместе. С папой и мамой, — она смотрит на него снизу, и глаза кажутся еще больше чем обычно.
- Три мили, Бэт. Хрен знает, что там творится.
- Заодно мы можем поискать еду.
- Хершел не просто так оставил ферму, — Дэрил прислонился к подоконнику и скрестил руки на груди, — Ты сама знаешь, как важен этот дом для него. Ты видела поле, видела забор — тут что-то случилось. Если смотреть на следы — тут прошла целая толпа ходячих. Нет никакой гарантии, что там мы не наткнемся на стаю.
- Мы ездили на мотоцикле.
- Да, но мы по той же дороге приехали сюда и знаем, что она чистая. А тут вокруг мили полей.
- Дэрил…
- Ладно, — он кивнул, — И еще обыщем ферму Джексонов. У докторишки должны быть запасы лекарств.

Священнику-идиоту хватило ума свалить из церкви, а вот таймер он не отключил. Еще на подъезде Дэрил услышал звон колоколов, транслируемый из динамиков. Сразу понятно — людей в церкви нет, никто бы не стал сидеть рядом с такой явной приманкой для трупов. Дэрил ожидал не один десяток ходячих, но возле двухэтажного здания было совсем пусто.

- Осмотримся, — он отключил таймер и поднялся по ступенькам к двери, оглядываясь вокруг.

По его кивку Бэт распахнула дверь. В церкви было тихо всего секунду, а потом утробный рык оповестил, что они замечены.

- Твоя, — Дэрил кивнул на дамочку слева, с прогнившей башкой, в грязно-сером платье, а сам перехватил монтировку удобнее, направляясь к двум трупам с правой стороны. Это было до смешного легко — он ожидал, что здесь всё будет намного хуже. Закончив, Диксон обошел деревянные скамьи и остановился у креста.

- Привет, Иисус, — он махнул рукой, — Тут хотят поболтать с тобой.

В сведенных бровях Грин он прочитал укор и отвернулся. Вытер кровь и остатки мозгов с оружия, не спеша, наблюдая, как она остановилась у креста. Почувствовал себя лишним на этом празднике встречи с Господом.

- Я выйду, — тихо сказал он, осматривая местность через витражное окно, — Обшарю дом святоши. Тут тихо.
- Хорошо, — она повернулась к нему, — Я быстро.

Дэрил кивнул.

- Мы сидели вот здесь, обычно, — она указала на одну из скамеек.

Он заметил несколько капель бурой крови на ее лице, возле уха.

Закрывая дверь, он видел голову Бэт, поднятую к лицу Иисуса на кресте. Дэрил подумал, что смеяться над этим глупо. Он может сколько угодно презирать религию, но не имеет права презирать веру. Благодаря вере они не сошли с ума. Благодаря этому они еще надеются.

Бэт безумно похожа на Хершела — теперь он видел это отчетливо.

Дэрил был знаком со стариком восемнадцать лет и знал, что даже посреди всего этого дерьма Грин свою веру не растерял. Дочка вся в него.

***


Если верить календарю Бэт — вчера началась осень. Они были на ферме почти две недели — ждали Хершела, Мэгги и каких-то новостей, убивали редких ходячих, забредших сюда, заготавливали впрок мясо убитых белок, ночами спали, не видя кошмаров, и занимались сексом на широкой кровати.

Ранним утром второго сентябрьского дня он услышал среди привычных звуков новый, незнакомый. Дэрил соскочил с кровати и отогнул штору, выглядывая в окно.

- Сиди, — он протянул ладонь к Бэт, останавливая ее, — Подожди, это не их машина.

Это не тяжелый Chevrolet Хершела и не Mercury, принадлежащий Мэгги. Дэрил быстро зашнуровал ботинки, не отходя от окна.

Серебристый Hyundai медленно приближался к дому.

- Это не они, кажется, — сказал Дэрил, щурясь на автомобиль, — Останься тут, я выйду один.
- Я с тобой.
- Нет, — хмуро бросил Дэрил, проверяя пистолет, — Я просто скажу, чтобы они свалили.

Он закрыл дверь в комнату и спустился. Вышел на крыльцо и положил заряженный пистолет на перила перед собой. Поставил ботинок на перевернутое ведро, удобно согнув ногу в колене, и направил ружье на приближающуюся тачку.

Они остановились совсем недалеко от крыльца, но дверки не открыли — остались сидеть в машине. Дэрил поднял руку и показал жестом — разворачивайтесь и валите отсюда.

Он не хотел чувствовать себя тем уродом, что поджидал их с Бэт в доме на берегу. Просто хотел сказать тем, кто забрел сюда, чтобы держались подальше — ловить здесь нечего.

Двери открылись одновременно. Они оба шагнули на траву, показывая, что руки пусты.

- Стоять, — спокойно, почти лениво сказал Диксон, — Садитесь в машину и уезжайте. Я представлю, что не видел вас.
- Мы просто хотели спросить кое-что, — тот, что был за рулем, держал пустые ладони перед собой.
- Еды нет. Медикаментов тоже. Вали, китайчонок!
- Нам ничего не нужно, — второй парень, чернокожий, тоже подал голос, — Только один вопрос.
- Повернись. Покажи, что нет оружия.

У водителя за поясом был заткнут пистолет. У чернокожего на виду ничего не было.

- Не опускай руки, — Дэрил держал азиата на прицеле, — Спрашивай и валите.
- Здесь есть еще люди?
- Какая разница? — Диксон усмехнулся, — Вас этой не должно ебать. Едь туда, куда направлялся.

Азиат что-то сказал своему товарищу, кажется, задал вопрос. Мужик в ответ пожал плечами.

- Давайте, пиздуйте отсюда! — Дэрил перевел ружье с одного лица на другое.
- В этом доме жила моя девушка, — сказал парень, — Я просто хотел узнать…
- Пиздишь, — Дэрил улыбнулся, — Китаёз тут в жизни не водилось.
- Я кореец.
- Мне безразлично, кто ты такой.
- Она вообще не азиатка.
- В любом случае, ты наебался, твоей подружки тут не было. Так что ты свободен.
- Откуда ты знаешь?
- Потому что в этом доме жила моя девушка, — Дэрил почувствовал, что теряет терпение.
- Я просто должен узнать кое-что.
- Убирайтесь, парни!

Они снова переглянулись. Чернокожий махнул рукой и вернулся на пассажирское сидение, но второй парень остался стоять с поднятыми руками.

- Что, блядь, я должен сказать, чтобы ты убрался? — прорычал Дэрил, — Мать твою, вали, пока я не нажал на курок.
- Если здесь появятся еще люди, — азиат замялся, — Если вдруг приедет блондинка, худая, лет восемнадцати, можешь передать ей кое-что? Она жила в этом доме. Если девушка вдруг появится, скажи, что Мэгги ищет ее, пожалуйста.

- Стоять, — парень уже садился в машину, но Дэрил остановил его. Он выпрямился и спустился по ступенькам крыльца, не опуская ружье, — А где Мэгги?
- У нас лагерь юго-западнее.
- Почему она не приехала сама?
- С ее отцом случилось несчастье, — сказал чернокожий, снова выходя из машины.
- Какое несчастье? — Дэрил перевел Ремингтон на него.
- Его укусили. Пришлось ампутировать ногу. Вчера он пришел в себя, но Мэгги не смогла оставить его сейчас, попросила съездить нас. Откуда ты знаешь ее? — он нахмурился.
- Ты Дэрил Диксон, да? — спросил азиат.

Дэрил сделал пару шагов ближе к ним, все еще держа на прицеле парня в кепке, — Кто вы?
- Меня зовут Гленн, а это Ти-Дог, — азиат помахал рукой и сжал губы в улыбке, — Мы с Мэгги познакомились на выезде из Атланты. Мы в одной группе. Хершел искал свою младшую дочь, мы приезжали сюда уже два раза. Ты же Дэрил? Бэт тоже здесь, да?
- Хершел остался жив? Не превратился?
- Рик отрубил его ногу, и инфекция не успела распространиться. Он вчера очнулся, — Ти-Дог оглядел дом, — Сестра Мэгги жива?

- Значит, Мэгги твоя девушка? — хмыкнул Диксон, опуская ружье.

Гленн кивнул. 

Дэрил отступил пару шагов от крыльца и поднял голову к окнам. Занавеска в среднем колыхнулась. Он махнул рукой, показывая: «Спускайся». Ти-Дог и Гленн переглянулись с улыбкой.

Она показалась в двери через полминуты, настороженно оглядывая незнакомцев. С гвоздодером в руках. Дэрил вдруг на секунду представил, что видит ее в первый раз, как эти двое, и подавил желание заржать. Бэт выглядела совсем неопасной, несмотря на оружие. Но он-то знал, какая она на самом деле.

- Все нормально, — Дэрил кивнул ей, передавая пистолет, — Познакомься, Грин. Этот узкоглазый — парень твоей сестры.
Примечание к части

Лучи добра и благодарность все тем, кто ждёт, читает и делится свои мнением.
Я люблю вас ♥
Часть 20. Второй день осени.

- Ну ничего себе! Я, кажется, шоколада не видел лет пять!
- Всего-то два месяца, — Дэрил выдернул из рук Гленна упаковку конфет и сунул обратно в сумку, — Это не тебе.
- Первое, что я съел бы — это конфеты! Вот это выдержка у вас! Нет, ты видел? — Гленн обернулся к Ти-Догу.
- У вас там совсем туго с припасами? — Дэрил закинул в багажник вещи, собранные Бэт, и захлопнул крышку. Они сложили всё, что может пригодиться, взяли теплую одежду и одеяла, все остатки запасов.
- Не то чтобы туго, но шоколада точно нет.
- Много людей?
- Не очень. Вчера вот приняли еще двоих. Мы организовываем вылазки, чтобы искать еду, медикаменты и полезные вещи. Никто не сидит без дела.

Дэрил кивнул.

- Арбалет, конечно, крут. Мэгги не говорила ни о чем подобном, — Гленн посмотрел на оружие Диксона с восхищением, — Сколько ходячих ты убил?
- Погоди-ка, я сейчас проверю свой счетчик.
- А если серьезно?
- Не знаю, прилично.
- А людей?
- Твои вопросы меня достали.
- Рик всё равно спросит у тебя, когда мы приедем. Он у всех это спрашивает. И если ты скажешь мне сейчас, то не придется выслушивать вопросы и от него.
- Ваш Рик всем тестирование проводит? И что, если я не отвечу? А если мой ответ его не устроит? Не пустите нас? — он усмехнулся.
- Нет, такого не было, — Гленн замялся, — Будем действовать по обстоятельствам. Это же всего лишь простые вопросы.
Дэрил усмехнулся и снисходительно ответил, — Двоих.
- Почему?
- Один не смог сам сделать это, а ему было очень больно. Я просто поставил точку. Второй хотел убить Бет.

Гленн понимающе кивнул, глядя ему в глаза.

- Всё? Анкета заполнена?
- Всё, — подтвердил парень, — А у тебя вопросы есть?
- Пока нет. Покажи мне, куда ехать.

Гленн разложил карту на капоте, сориентировался и ткнул пальцем. Дэрил взглянул на отмеченные на карте надписи и засмеялся.

- Иди сюда, Бэт, — девушка стояла у второй машины, разговаривая с Ти-Догом, Дэрил поманил ее рукой, — Глянь-ка на это!.
- Что там? — она подошла и склонилась над картой, вглядываясь в буквы.
- Они живут в тюряге, — сказал Дэрил. 

***


Два часа пути, и они подъезжают к месту. Дорога, которую Гленн назвал проверенной, оказалась свободной от ходячих.

Указатель на дороге гласит: «Попутчики могут оказаться беглыми заключенными». Дэрил поджимает губу, видя впереди тюремные вышки. Чёртова ирония.

Папаша коротал срок в маленькой тюрьме на севере Джорджии, ублюдка-брата несколько раз приходилось выкупать под огромный залог, да и сам Дэрил пару раз попадал по малолетству в полицейский участок. Он всегда надеялся на то, что никогда не попадет за решетку, чтобы ничто не ограничивало его личную свободу, а теперь едет туда по собственной воле.

Диксон чуть притормозил, давая Гленну обогнать его. Пыльный серебристый Hyundai скинул скорость у центральных ворот, которые медленно открылись, и Дэрил въехал на огороженную забором территорию вслед за ним. Он остановил машину и повернулся к Бэт, которая сидела на пассажирском сидении и нервно теребила личный номер Терри Харрисона.
- Порвешь ведь, — он забрал у нее жетон на цепочке и сунул в свой карман, — Не напрягайся. Пока ведь всё нормально.
- Я волнуюсь, — она нахмурила брови, — То, что они сказали про папу — очень страшно. Боюсь даже думать об этом.
- Он жив, это самое важное.

Бэт повернулась к нему. Вздохнула. Ему внезапно захотелось утешить ее, чтобы вытравить из глаз эту тоску.

- Что нигер сказал тебе о ферме?
- Там прошла толпа ходячих. Кто-то выстрелил и приманил целое стадо, когда они только приехали на ферму. Пришлось уходить в спешке. Сказал, что погиб кто-то из их людей.

Худощавая темноволосая женщина с винтовкой закрыла ворота и через решетку добила нескольких ходячих, а потом повернулась к приехавшим с обеспокоенным лицом. Дэрил открыл дверь автомобиля.

- Как Хершел, Лори? — спросил Гленн, выходя из машины.
- Все в порядке, — ответила она, оглядывая Дэрил и Бэт, — Завтра мы хотим уже вывести его на прогулку. А это…
- Да, — просиял Гленн, подавая Диксону знак выходить из машины, — Где Мэгги?

Взгляд азиата был довольным — Дэрил ухмыльнулся над ним. Наверняка парень гордится тем, что привез сюда сестру Мэгги.

- Она в корпусе, я сейчас попрошу Карла сбегать за ней, — Лори приветливо улыбнулась Бэт.

Гленн и женщина понизили голоса. Бэт нашла в рюкзаке бутылку с водой и протянула ее Дэрилу.
- Как ты думаешь, тут безопасно?
- Здание выглядит надежно, с вышек наверняка хороший обзор, — он обвел территорию взглядом, — А вот забор хреновый. Пока трупов немного, как сейчас, он сдержит их, но если подвалит пара десятков — может обрушиться.
- Эй, — женщина подошла ближе и с интересом осмотрела Дэрила и его арбалет, — Привет, я Лори. Мы наслышаны про вас. Гленн подежурит здесь, а я провожу.

Бэт представилась, Дэрил кивнул, и они пошли вслед за ней к корпусу.

- Карл! — крикнула Лори, подойдя к дому на колесах, припаркованному неподалеку.

Из него выскочил мальчишка лет десяти в шляпе шерифа. Он выпучил глаза, рассматривая Дэрила и Бэт, а потом перевел вопросительный взгляд на мать.
- Беги к Мэгги, скорее позови ее.
Мальчик на секунду замер с приоткрытым ртом, а потом устремился к блоку С. Пока Дэрил и Бэт в сопровождении Лори шли к зданию, он успел подняться по лестнице и скрыться за тяжелой металлической дверью.

Они не успели подняться по ступенькам, когда из дверей выскочила Мэгги. Дэрил остановился, уступая дорогу Бэт. Младшая Грин сорвалась с места. На вершине лестницы она запнулась, но сестра успела подхватить ее, и они вместе врезались в кирпичную стену, обнимаясь.

- Дэрил, — лишь спустя пару минут Мэгги отпустила сестру, — Господи, Дэрил, я так волновалась! Ты не представляешь как.

Он раскрыл руки ей навстречу и с удовольствием обнял ее, — Все в порядке. Все уже в порядке, Мэггс.

Она, кажется, заплакала, и Дэрил покачал ее из стороны в сторону, успокаивая. Раньше Мэгги не плакала, но теперь все изменилось. Они все стали другими. Бэт в сопровождении Лори уже скрылась в дверях, а он так и стоял на лестнице со старшей Грин, которая уткнулась в его плечо.

- Ты спас её, — она подняла на него глаза, — Спасибо.
Он кивнул, — Как отец? Как вы вообще?

Мэгги выпустила его из объятий и прислонилась к перилам, — Уже лучше, но это было ужасно. Дадим им время, ладно? Давай пройдемся.

- Это был пиздец, — Мэгги вздохнула, когда они спустились по лестнице и медленно пошли вдоль забора, — Честное слово, ты просто не представляешь. Везде выстрелы, огонь, вооруженные люди, мертвецы — жесть полная. Аннет заболела в тот день, когда мы свалили из центра эвакуации. Небольшая царапинка вроде, а так сильно воспалилась. Её трясло от жара. Мой Sable кто-то спер, — она кривовато усмехнулась, — Мы взяли папину машину и пытались выехать из города, но там была огромная пробка.
- Она обратилась?
- На следующий день она начала отключаться, теряла сознание на несколько минут. Мы с папой ходили по машинам, пытались найти жаропонижающее. Шон остался с ней. Она обратилась прямо в машине, укусила его, и тогда появился Шейн. Он добил ее, хотел убить и Шона. Я не дала. Начала драться с крепким мужиком, представляешь? Целый скандал развернулся, прибежали люди, кто-то встал на мою сторону, а кто-то на сторону Шейна, а потом пришел Гленн.
- Азиатик.
- Ты его не знаешь, — Мэгги покачала головой, — Гленн пообещал Шейну, что проследит за Шоном. И он следил. Всё время был рядом. Мы объединились с Шейном и еще несколькими людьми. Смотрели, как на Атланту скидывают напалм. Потом съехали с шоссе, некоторые люди присоединились к нам, мы обустроили лагерь на окраине города, — она сделала глубокий вдох, — Шон умер там.

Дэрил с тоской подумал о сигаретах.

- Он продержался почти двое суток, дольше, чем Аннет, — продолжила Мэгги, — Умер ночью. Мы с папой были с ним до последнего. Я не должна была дать ему обратиться, но не смогла ничего сделать. А Гленн смог.
- У китайчонка есть яйца.
- Он вообще-то из Мичигана. А родители — выходцы из Кореи, — Мэгги остановилась и вытащила нож, чтобы расправиться с одиноким мертвяком, который маячил за сеткой.
- Запомню, — Дэрил проследил за ней с интересом — Мэгги сделала это так непринужденно, даже не задумываясь. Все они стали совсем другими, — Значит, этот Шейн тут главный?
- Нет, не Шейн. Рик Граймс. Муж Лори. Там вообще странная ситуация получилась, прямо сериал какой-то. Рик был в коме, когда всё началось. Шейн, его лучший друг, увез Лори и Карла. Потом Рик пришел в себя, выбрался. Гленн был на вылазке в Атланте, он его и нашел. Воссоединение семьи, отец нашёл сына — мы все прослезились, — Она улыбнулась, — Но на наш лагерь напали, пришлось сматывать удочки. Папа предложил поехать на ферму, мы понадеялись, что застанем там вас. Стоило нам приехать — Рик и Шейн повздорили. Из-за Лори. Шейн пытался убить Рика, но в итоге получилось наоборот. Рядом проходило стадо, они услышали выстрел… Сам понимаешь, что было дальше. Потом мы плутали, долго. Потеряли часть наших людей. Затем нашли тюрьму. Она стала спасением.
- Да уж. Даже сейчас люди ставят дебильные отношения превыше разума, — он недовольно поджал губу, — Много вас здесь?
- Нет. Позавчера еще было тринадцать, из них двое — дети, а один — бывший заключенный, к которому до сих пор доверие не очень-то велико. Но вчера мы приняли еще двоих — брата и сестру, а сегодня приехали вы. Уже больше, — Мэгги заслонила глаза от солнца, разглядывая Гленна у ворот, — Сходим к папе? Тебе сказали что…
- Да, уже в курсе.
- Пойдем. Потом, наверно, Рик захочет поговорить с тобой.

В корпусе С было прохладно, несмотря на жару на улице. Дэрил прошел вслед за Мэгги вдоль камер, которые выглядели как жилые комнаты: заправленные кровати, какие-то личные вещи, сумки. Из одного дверного проема на него с удивлением взглянула маленькая светловолосая девчонка с куклой в руках.

Мэгги свернула в одну из камер, — Пап, смотри, кто пришёл!

Он остановился у кровати.

Хершел выглядел непривычно. Никакой накрахмаленной рубашки, небольшая борода, волосы, обычно аккуратно подстриженные, отросли и небрежно зачесаны назад. Он сидел на кровати, спустив на пол ногу. Второй у него не было ниже колена — на постельном белье лежала лишь забинтованная культя. Бет сидела возле отца, прижавшись к его боку. Дэрил поймал в её глазах безумно счастливый блеск, который он уже видел раньше, но который так давно не появлялся.

- Сынок...
Дэрил нагнулся, чтобы Хершелу было удобнее. Похлопал его по плечу, позволяя обнять себя.
- Ты не представляешь, насколько я благодарен. Это не измерить словами.
- Спасибо, что остался жив. Ты крепкий сукин сын, — Дэрил выпрямился.

Хершел рассмеялся и поцеловал Бэт в лоб. Мэгги стояла в проходе и улыбалась, глядя на них. Выжили не все. Они потеряли Шона и Аннет, они не знают ничего о судьбе Отиса и Патриции, но в эту минуту Дэрил, оглядывая их, почувствовал себя дома. Пусть он и находился в тюрьме. Он был в семье. Был со своей семьей.

Следующим в очереди на встречу с Дэрилом был Рик.

Диксон пока знал о Граймсе немного — он тут главный, у него есть сын и жена, он убил своего друга из-за бабы.
Первое, что он подумал, когда увидел его — у парня не совсем всё в порядке. Слишком много берет на себя, отсюда и напряжение, которое сквозит в каждом жесте.

- Меня зовут Рик, — мужчина протянул ему сухую ладонь и крепко пожал руку, — Много слышал о тебе.
- Я тут знаменитость? — Дэрил скептически поднял бровь, — Ты уже не первый, кто это говорит. 
- Мы все переживали за дочь Хершела. Он потерял жену и сына. Хорошо, что хоть девочка жива.
- Это ты отрубил ему ногу?

Рик сжал губы и кивнул.

- Как ты допёр до этого?
- Он один тут имеет медицинские знания. Это был единственный способ. Он нужен нам, и я… Действовал по обстоятельствам. И это получилось.

Дэрил понимающе кивнул.

- У тебя есть какие-то вопросы?
- Да. Почему вы не укрепили эти слабые заборы? — Дэрила это действительно заботило. Он не понимал, как эти люди могли быть настолько тупыми, что надеялись на окружавшую их решетку.
- Мы установили колья у ворот, мертвецы не могут пройти.
- Нет, не ворота. Заборы. Вы убиваете ходячих через сетку, а почему просто не установить укрепления? Так будет проще. И надежнее.
- У тебя есть идеи?
- Может быть. Нужно посмотреть внимательнее. Придумать какие-то опоры. Металлолома натащить.
- Займешься?
- Почему бы и нет.

***


День в самом разгаре, солнце стоит высоко.

Дэрил оставляет сестричек Грин с отцом. Немного эгоистично, но он думает о том, что на ферме было хорошо, когда они с Бэт были вдвоем. Он стал живым там с ней. Он разделил с ней горе. Он закутывал ее в одеяла, он целовал ее всю, от макушки до каждого маленького ноготка на пальцах ног, а она заполняла своим смехом весь дом, она шептала ему в ухо и поднималась по лестнице бегом, перепрыгивая через ступеньки.

Дэрил думает о том, что теперь всё будет по-другому, сложнее.

Он проверяет забор ярдах в пятнадцати от ворот, когда видит машину, медленно подъезжающую к территории. Несколько ходячих, которые бесцельно шатались рядом, устремляются за ней. Лори открывает ворота.

Первое, что он думает, когда видит ее — баба понравилась бы Мерлу. В его вкусе — зрелая блондинка, красивая, даже сейчас выглядит ухоженной.
Второе, что он думает — это не может быть правдой. Дэрил не верит в судьбу и совпадения.

Но, черт же побери, это она. Он абсолютно уверен.

Выходит из машины и разговаривает с дежурящей у ворот Лори, потом оборачивается к подошедшему Рику. Дэрил не слышит разговора, но видит, что она прикрывает глаза от солнца и смотрит в его сторону — Рик наверняка рассказывает о них с Бэт.

Женщины приехали вдвоем, но вторая, чернокожая с дредами, его мало интересует. Он смотрит только на блондинку, замерев у забора.

А где же тогда вторая? Как там её, Эми?
Он не знает что делать. Сгонять за Бэт или подойти самому?

Блондинка уже сама идет в его сторону вдоль забора. Светло-голубая рубашка на ней слегка забрызгана темной кровью в районе пуговиц. Женщина берет прислоненную к забору монтировку и встает рядом с Дэрилом, резким и точным ударом пробивает голову ближайшему ходячему. Они быстро заканчивают вдвоем.

- Рик сказал, что у тебя есть план по укреплению территории. Это здорово. Мы с Мишонн, — она кивает на вторую женщину, всё ещё стоящую у ворот с Лори, — Часто бываем на вылазках. Скажи, что тебе нужно, и мы поищем. Я Андреа.

Он поворачивается к ней. У Андреа голубые глаза. Она дружелюбно улыбается, но в её взгляде, где-то глубоко, на самом дне, плещется печаль.

- Дэрил, — короткий кивок, — Твоя фамилия Харрисон, — это не вопрос, а утверждение.
- Да, — растерянно говорит она, — А откуда…

Дэрил запускает руку в карман и вытаскивает личный номер на цепочке. Вкладывает его в ладонь блондинки.

- Боже, — она разглядывает инициалы, — Боже. Ты видел его? — глаза на секунду наполняются надеждой.
- Да.
- Но он не приехал с вами?
- Он умер, — говорит Дэрил, — Я его убил.

Голубые глаза смотрят на него с непониманием, с искренним недоумением. Светлые ресницы движутся вверх и вниз.

- Мы нашли его. Бэт помогла, он был ранен. Он был с нами какое-то время. А потом его укусили. И я его убил. Потому что он не смог сам. Мне жаль.

Она молчит. Сжимает в руке жетон. Печаль разливается в ее зрачках и губы кривятся так, словно она сейчас расплачется. Но Андреа не плачет. Просто смотрит на него и редко моргает.

- Терри был хорошим мужиком, — добавляет Дэрил, — Мы похоронили его. В хорошем месте. Там красиво.

И тогда блондинка делает пару шагов ближе и внезапно обнимает его. Неловко. Всего на две секунды — Дэрил даже не успевает отреагировать.

- Спасибо, — говорит Андреа Харрисон, женщина с печальными глазами.
- Где Эми? — спрашивает он, уже зная ответ.
- Она умерла, — говорит блондинка, — Я похоронила её. И я рада, что он об этом не знал.

Дэрил думает о том, что он пнет следующего, кто попробует его обнять. Потому что это явно перебор для одного дня.

Дэрил думает о совпадениях, пока идет вдоль забора и осматривает опоры. 

***


- У нас есть душевая. Есть библиотека, а обедаем мы там, ну, вы видели стол. Сейчас у нас еще есть летняя кухня, но зимой придется придумать что-то другое, — Мэгги проводит для них экскурсию по тюрьме.

Бэт чувствует себя странно. Она успела отвыкнуть от всего «нормального». Успела отвыкнуть от ощущения, что она рядом со своей семьей.

Дэрил оберегал ее все это время, но они постоянно дежурили, вместе или по очереди. Вся их жизнь стала сплошным дежурством. В этом месте они, возможно, смогут расслабиться по-настоящему. Хотя бы немного. Хоть на некоторое время.

Им уже выделили собственные камеры. Дэрил сначала недовольно заявил, что не собирается спать за решеткой и хотел устроиться на ночлег в другом месте, но Бэт отреагировала на его слова красноречивым взглядом. Он был взрослым, но иногда вёл себя как ребенок. Дэрил, к счастью, её взгляд расценил правильно и, недовольно бурча, занял самую дальнюю камеру на втором ярусе.

Она же знала, что эта камера им понадобится.

Тут жили незнакомые люди, но все они отнеслись к ним с Дэрилом приветливо, и это было приятно. Здесь были даже дети, двое: Карл и девочка его возраста по имени София, которая жила со своей матерью Кэрол в соседней с папой камере. Бэт так давно не видела детей.

Ей понравился Дейл, пожилой мужчина, который радовался ей как собственной дочери. Хрупкая Лори, у которой тревожный взгляд — Бэт заметила, что она каждые несколько минут нервно озирается по сторонам, пытаясь не потерять из вида своего сына. Вооруженная катаной Мишонн, которая носит жилет, плотно обхватывающий ее тренированное тело, и повязку, не дающую волосам, заплетенным в дреды, лезть в глаза.

Андреа Харрисон. Терри так много говорил о ней, так надеялся увидеть ее, но так и не встретил. Андреа красивая и спокойная, с печальным взглядом, но решительным голосом — она явно здесь не самый последний человек. Бэт следит за людьми очень внимательно, следуя примеру Дэрила: Рик, рассказывая что-то группе, всегда смотрит на Андреа, словно ожидает, что она поддержит, подтвердит его слова.

И Гленн.
У Мэгги никогда не было таких отношений, Бэт, как сестра и верная хранительница девичьих секретов, знает это. У Мэгги были мужчины, но ни один из них даже не был удостоен чести быть познакомленным с родителями. Теперь все изменилось. Мэг стала другой. В её голосе сквозит теплая, обволакивающая нежность, когда она обращается к Гленну. Они выглядят не как влюбленная парочка — они выглядят как люди, которые давно вместе и притерлись друг к другу во всех мелочах.
Этот парень понравился Бэт сразу.
Добрый, участливый взгляд. Открытая улыбка, приятный голос. Бэт была счастлива за свою сестру.

И за себя тоже.

Она не сомневалась ни секунды. Ни в себе, ни в Дэриле, ни в том, что было между ними. Те две недели, что они провели вдвоем на ферме, были другими. Настоящими. И теперь, оказавшись рядом с семьей, она чуточку скучала по этим дням. Эгоистично, но Бэт не знала, как объяснить перемены в своей жизни отцу и сестре.

Она стала другой. Она больше не была той девочкой, что рисовала на полях каждой своей тетрадки, делала фото на телефон и смотрела сериалы. Она изменилась. Расправила плечи, разбила тонкую скорлупу, стала сильнее. Та Бэт всегда останется внутри нее, будет частью ее, но в новом мире нужно быть другой: иметь при себе пистолет, не обращать внимания на синяки, уметь разводить огонь, убивать ходячих, а самое главное — двадцать четыре часа в сутки быть настороже.

Её детство закончилось тогда, когда они попали в новый мир.

Но с ней был Дэрил. И это все облегчало. Она не справилась бы одна. А у него вечно теплые большущие ладони и угрюмый взгляд, который в последнее время все чаще разбавляется улыбкой. Она знает Дэрила всю свою жизнь, но лишь этим летом она узнала его по-настоящему. Узнала какой он.

- Давайте я покажу вам вышки, — Мэгги отвлекает сестру от мыслей, — Мы с Гленном часто там дежурим.
- Дежурим, — повторил Дэрил и подмигнул старшей Грин.
- Эти шуточки меня уже достали, имей в виду.

Они поднялись по лестнице на ближайшую вышку. Комнатка-аквариум, стёкла со всех четырех сторон. Дощатый пол. На балкончике дежурила Саша — та самая девушка, которую приняли в группу вчера, вместе с ее старшим братом Тайризом.

- Я люблю бывать здесь, тут так тихо. Не слышно, как твари хрипят.

Бэт подошла к стеклу и оглядела территорию.

- Здесь надежно. Здесь можно жить, — она улыбнулась, поворачиваясь к Дэрилу и сестре.
- Это наша надежда. Всё, что осталось, — Мэгги подошла и обняла ее, поправила выбившиеся из хвостика волосы.

Дэрил улыбнулся, глядя на них. Ему действительно хотелось в это верить. Верить в то, что среди дерьма они нашли приют. Что им не нужно больше бежать.

***


Ночью в блоке С совсем тихо.

Рик велит всем ложиться спать, и обитатели тюрьмы послушно расходятся по своим камерам. Если бы не тихий храп Ти-Дога в соседней камере, Диксон мог бы подумать, что здесь совсем никого нет.

Дэрил думает о том, что второй день осени — просто сумасшедший и бесконечно длинный, думает о том, что этот Рик берет на себя слишком большую ответственность и поэтому выглядит безумно усталым. Думает о дочке Харрисона, о трех вопросах, которые задал Гленн, о том, что у Хершела, вот пиздец-то, теперь только одна нога, о том, спит ли Мэгги, а еще — как бы заткнуть этот храп за стеной.

Дэрил думает о своем брате. После всех случайностей и совпадений он всё ещё не теряет надежду однажды встретить его. Встретить живым, а не в виде восставшего трупа, у которого изо рта вываливаются чужие кишки, которые он не успел проглотить. Каким бы козлом не был Мерл Диксон, он всегда будет его братом.

Дэрил дремлет, ожидая, вслушиваясь в тишину тюремного блока.

Шорохи раздаются спустя час — Бет, кажется, запомнила его уроки, её шаги почти не слышны и осторожны. Если бы он не ждал — даже не подумал бы, что кто-то сейчас крадется по коридору. Она отгибает простыню, которой завешен проход в камеру, и Дэрил видит, что она держит свои кеды в руках. Ее волосы распущены по плечам.

- Привет, — шепчет он, приподнимаясь.
- Привет, — Бет садится на койку рядом с ним.

Здесь нет источника хоть какого-то света, но он знает, что она улыбается.

- Второй ярус свободен, — Дэрил показывает на верхнюю койку.
- Мне больше нравится снизу, — Бет снимает рубашку, — Двигайся, здесь тесно.

У нее нет пистолета. Она не взяла свой гвоздодер. Она без оружия и не боится. Черт возьми, она не боится впервые за последние месяцы.

Он двигается к стене и ложится на бок, уступая ей немного места на своей узкой койке. Бет прижимается спиной к его груди, и Дэрил накрывает ее тонким одеялом.

- У нас будут проблемы, — замечает он, запуская ладонь под ее футболку.
- Не будут. Это наше дело.
- Утром Мэгги заметит, что тебя нет на месте, панику поднимет.
- Я скажу, что ты меня украл.

Она ворочается, устраиваясь удобнее, а потом продолжает, — Это наше дело. Только наше с тобой... Пусть они говорят что хотят.

Дэрил утыкается носом в тонкую шею. Бэт пахнет собой, фруктово и сладко.

- Мне плевать, — говорит Бет, сжимая его руку, — Я же не могу спать без тебя.
- Ты трусиха.
- А вот и нет. Я не боюсь.
- Я знаю, — волосы Бэт щекочут ему лицо, Дэрил отодвигает их в сторону и недовольно ворчит, — Слишком длинные. Забирай их получше.
- Иначе что?
- Иначе ходячий сможет схватить тебя за них. Я бы вообще отрезал покороче.
- Свои отрежь, — смеется она.
- Тогда забирай. Нечего красоваться, — он чуть щекотит пальцами нежную кожу под её футболкой.

Бэт хихикает и вертится до тех пор, пока он не останавливается.

- Мы выжили, — говорит она, — И плевать на всё остальное. Мы живы.

Следующим утром Мэгги, естественно, заметит, что Бэт не ночевала в своей комнате, а ему, видимо, предстоит серьезный разговор с Хершелом, но теперь это уже неважно. Важно то, что он вернул ее отцу, что смог сберечь, хоть Бэт и пришлось познакомиться с суровой изнанкой мира. Важно то, что она сейчас в его руках, и Дэрил не заснет до тех пор, пока не убедится, что она сопит.

Он выбрался, он спас её, а Бэт вытянула его из водоворота сомнений, страхов и пустоты, дала ему надежду. А он, чертов придурок, у которого в жизни ничего хорошего, кроме нее, собственно, и не бывало, вцепился в протянутую ладонь. Дал солнечному свету войти в свою сухую и темную жизнь, и теперь, только теперь, живёт по-настоящему.

С ней.

Мир в заднице, а он счастлив. По-настоящему.
Примечание к части

Благодарю Дашу Hiber, пропавшую с моего горизонта, за идею. Без неё этой работы не было бы. Пусть вылилось всё в итоге не совсем в то, что представляла она, но писать я начала именно благодаря ей.
Благодарю мою бесконечно талантливую и самую любимую Еву. За всё. За поддержку. Моей крыше приятно съезжать в сопровождении твоей крыши ;) 
Благодарю всех тех, кто прочитал. Кто был со мной на протяжении этих месяцев и поддерживал меня. Всех, кто черкнул пару слов в отзывах, даря мне надежду на то, что я не совсем бездарность. Спасибо вам огромное, люди ♥♥♥ Я люблю каждого из вас.

Здесь Бет Грин останется живой. Навсегда. 
Спасибо за внимание.
Не забудьте оставить свой отзыв: http://ficbook.net/readfic/2185024