Вера Андреевна Чиркова


Мир принцев


Ах, как несказанно везет некоторым девушкам! Как только стрясется с ними непоправимая беда, судьба тут же выбрасывает избранниц в чужой мир, полный обворожительных эльфов и прекрасных принцев! Каковые должны тотчас падать к ногам иномирянок и сами в штабеля укладываться. Однако… так почему-то происходит не всегда. А как жаль. Девушкам.




ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. ДОРОГА В ПРИНЦЫ
Глава 1
— Что, опять?! — едва взглянув на входящего в дверь Хабера, безнадежно охнул король, даже не надеясь на отрицательный ответ.
Да и какие уж тут надежды, если только в одном случае может придворный маг ворваться к его величеству без доклада во время занятий финансовыми вопросами.
— Опять, ваше величество! — скорбно поджав губы, подтвердил тот.
— Да за что ж нам такая напасть! — с досадой бросил, на миг обернувшись от распахнутых створок окна, за которым разворачивалось очень увлекательное действо, наследный принц Кориден.
И вновь уставился в окно, боясь пропустить самое интересное. Не каждый день приходится наблюдать, как находчивые служанки вершат свою маленькую, но вполне заслуженную месть ученику придворного лекаря.
Да и то сказать, давно пора! Ни одной юбки мимо не пропустит! Нагло пользуясь при этом служебным положением. Самой простенькой микстуры или мази не даст безвозмездно, не говоря уже о таких насущных для девиц вещах, как привораживающее зелье. Хоть поцелуй, да урвет, в уплату на услугу! А девушкам и деваться некуда, не беспокоить же престарелого мэтра своими болячками! У того и с ее величеством забот хватает!
Но сегодня наступил и на их улице праздник. А все потому, что вчера праздновал сам Танио. Праздновал собственный, двадцать первый день рождения, после которого имел полное право претендовать на родительское наследство, жениться без разрешения отца и быть судимым как взрослый мужчина. То есть, безо всякого снисхождения.
Ну, и как водится, немного не рассчитал свои взрослые возможности. Совсем чуть-чуть, лишь свалился по дороге из кабака в канаву, да вылез из неё не в ту сторону, в результате чего полночи пробродил по окрестным кустам. Но к утру всё же приплелся в замок, правда, с противоположной трактиру стороны и весь в грязи и репьях. Да еще с сильно поцарапанными лицом и руками.
Потому и сидит теперь безвылазно в своей спальне, густо вымазанный для скорейшего выздоровления мазью собственного производства. Надо сказать, на редкость вонючей. А праздничная одежда его, выстиранная прачкой, сохнет на заднем дворе, куда выходят окна королевского кабинета.
Из которых, с высоты третьего этажа, принц, усмехаясь, наблюдает, как четыре проказливые девицы, злорадно хихикая, суровыми нитками намертво зашивают на штанах и куртке Танио все имеющиеся там жизненно важные отверстия. Причем одно, самое ненавистное, каждая из них сочла нужным заделать по два раза. И это все самыми мелкими стежочками, да еще и переплетая швы между собой! Прямо художественная вышивка, а не месть! Вот бы они так старались, когда их кастелянша за шитьё белья сажает! Сносу бы не было тем простыням да салфеткам!
— Что делать будем? — удрученно поинтересовался король, с чувством шлепнув на стол расходную книгу, которую изучал перед приходом чародея.
— Как обычно? — полувопросительно вздохнул тот, поудобнее устраиваясь в кресле.
Знал, что скоро такую проблему не решить, чего ж зря ноги трудить.
Кориден с неохотой отвернулся от занятного зрелища и тоже плюхнулся на ближайший стул.
— По миру не пойдем, если как обычно?! — ухватив с вазы яблоко, ядовито поинтересовался он.
— А что нам остается?! — пожал плечами Хабер. — Казнить — не за что, отправить назад — не можем, пустить на самотек — значит получить через пару лет вместо одной проблемы — целую кучу! Помните, что было, когда мы не приняли меры в первый раз? Пришлось зачищать две провинции!
— Такое забудешь! — горестно выдохнул Элтинор.
Почти два года восстанавливали порядок во взбудораженных провинциях, однако и до сих приходится непрестанно держать там несколько сильных магов, а уж, во сколько это обошлось денег и нервов — сказать страшно! И это спустя десять лет! Поэтому, когда пришествие стряслось во второй раз, действовать начали немедля. И правильно сделали, как оказалось! Пришествия с тех пор происходят все чаще и дешевле сразу брать ситуацию под контроль, чем расхлебывать последствия. Хотя все равно, очень накладно! Тем более что в последние годы случаи участились. Вот только пару месяцев назад решили точно такую же проблему, и искренне надеялись отдохнуть от незваных гостей хоть с полгода! И на тебе, вновь!
— Где кандидата искать будем? — спустя пару звонов, подробно обсудив детали предстоящей операции, задал сакральный вопрос чародей.
— А добровольцев нет? — с надеждой поднял усталый взгляд король.
— Увы! — развел руками Хабер, втайне удивляясь наивности его величества.
Кому, как не ему знать, что добровольцы иссякли еще четыре года назад!
— Ну, возможно, молодежь подросла?! Неужели никто не хочет послужить родине? — Со вздохом объяснил свои надежды Элтинор.
Чародей лишь молча качнул головой.
— А может, галлюцинацию навести? — осторожно предложил принц. — Все равно ведь мага задействовать придется!
— Галлюцинация не поможет! — досадливо поморщась, объяснил Хабер, — Ни один маг не в силах держать иллюзию столько времени. Да и бесплотна она, иллюзия! Ни из болота вытащить, ни… ну, вообщем, не пойдет!
— Тогда нужно решать, кого пошлем! — еще тяжелее вздохнул король. — У кого есть кандидатура?
— У меня — нет! — решительно качнул головой Хабер. — Хороших — жаль, а плохие со мной не водятся. Боятся.
— Похоже, у меня есть! — задумчиво сообщил принц, снова занявший наблюдательный пост у окна.
Чародей встал с кресла и, подойдя к нему, окинул любопытным взглядом вымощенный вытертыми плитами задний двор.
Однако мстительные служанки давно улизнули с места преступления, и кроме прачки, складывающей в огромную корзину высохшее на жарком летнем солнце белье, во дворе никого не было.
Глава 2
Танио одернул полу черного кожаного жилета и еще раз крутнулся перед зеркалом. Хорош! Ничего не скажешь, хорош! Впрочем, он и всегда был очень ничего, высок, строен, смазлив. Но новая одежда, подчеркнувшая тонкость талии и ширину плеч, прямо-таки преобразила! Bashka__7 для Spaces.ru Да и то сказать, мало кому не пойдут обтягивающие штаны черной кожи, такой же жилет, доходящий до середины бедра и туго перехваченный в талии широким кожаным ремнем, богато украшенным серебряными заклепками, а под ним белоснежная тонкая рубашка с кружевным воротом и пышными длинными рукавами. Да высокие сапожки, серебром же отделанные, да широкополая шляпа с белым пером. И, конечно же, плащ. Тоже черный, тонкого сукна, на шелковой подкладке. Как крутнешься, так и летит вокруг бедер мягким крылом.
— Нагляделся? — беззлобно ухмыльнулся Хабер, заканчивая мудреные приготовления. — Садись сюда!
Танио повесил плащ и шляпу и послушно притулился на жутковатое кресло, напоминающее то ли зубоврачебное, то ли пыточное. Повинуясь приказу, откинул голову на подголовник, пытаясь подавить невольную дрожь. Но ведь не с чего трястись, незачем придворному чародею причинять бывшему ученику какую ни-то пакость. Он же сам на это согласился, добровольно, да и как было не согласиться после такого позора?! Весь дворец три дня в лежку лежал от смеха над бедным именинником!
И поделом, сам во всем виноват! Вначале оплошал, когда медовухи в кабаке перебрал, ну, над такими всегда смеются, но обычно недолго. Похихикали бы и над ним, да вскоре перестали.
А вот когда его король на другой день к вечеру к себе вызвал, а он не смог свой парадный костюм надеть, то ж не его вина!
И какая только гадина такое сделала, отыскать и убить! Но ученик выход из положения все же придумал, как тогда казалось, очень хитрый выход! С рукавами да штанинами Танио просто поступил, обрезал зашитые края и все! А вот с ширинкой ничего сделать не сумел. Да и что там сделаешь?! Обрезать — нельзя, штаны-то модные, в обтяжку, не зашнуровать после, а пороть времени нет. Вот и натянул, как было. Еле втиснулся. Но впихнулся. Курточкой швы прикрыл, если руки не поднимать, то и не заметно.
Почти.
Да разве мог он подумать, что королю взбредет его штаны разглядывать! Так бы и сошло, как бы не принц. Та еще ехидна! Что говорит, с вашими брюками, ученик?! Или то мода новая?! Дозвольте глянуть?! Ну-ка, ну-ка, поднимите руки вверх! Ай, яй, яй! Это ж как нужно было девушку разозлить, чтоб она так вам отомстила! О, да судя по разноцветным ниткам, и не одну! Что, говорите, от любви?! Да какая может быть любовь, если вам теперь эти штаны за три часа с помощью пары гвардейцев не снять!
К тому времени присутствующие от смеха заикаться начали. Один только чародей не смеялся. Укоризненно головой покачал и увел ученика в свой кабинет. Чтобы отпоить успокаивающим зельем и сделать заманчивое предложение. Для вконец опозоренного ученика заманчивое. После чего соблаговолил проводить несчастного в его спальню и собственноручно помочь в избавлении от проклятых штанов. Святой доброты человек! Правда, показалось ученику, что мелькали в глазах чародея веселые чертики, а когда он, уходя, прикрыл за собою дверь, вроде послышался в коридоре сдавленный хохот. Но, видно, только послышалось, Хабер все же пока единственный, кто не начинает открыто хихикать при встречах с Танио.
В носу засвербело, и парень дернулся было почесать, да внезапно обнаружил, что руки уже накрепко пристегнуты к креслу. Как и ноги, шея и торс. Танио слегка запаниковал, попытался раскрыть рот, чтоб спросить у Хабера, за что?!
И тут испугался уже всерьез, ни разжать губы, ни сказать хоть слово у него не получилось. Лишь еле слышное мычанье, на которое чародей не обратил никакого внимания, продолжая бормотать странные слова и понемногу поливать при этом голову подопечного каким-то снадобьем. А голова уже нещадно чесалась, особенно под волосами и над глазами. Причем с каждой секундой чесалось все сильнее и вскоре зудело так, что парень едва не сходил с ума.
Вначале он дергался, безрезультатно стараясь освободить хоть одну руку, чтоб вонзить ногти в свербящую кожу. Однако быстро убедился, что привязан на совесть. Тогда несчастный попытался тереть затылком о подголовник, надеясь хоть так облегчить свои страдания. При этом он старался поймать умоляющим взглядом глаза чародея, надеясь разжалобить изувера. И тут зуд в носу, губах и глазах вдруг перешел в резкую, обжигающую боль, такую сильную, что тело ученика отчаянно задергалось, выгнулось дугой, выдираясь сквозь ремни. Хабер, заметив это, сунул Танио под нос клок пакли, знакомо пахнущий одуряющим, сладковато — горьким снадобьем.
— За что?! — тщетно пытаясь разорвать окаменевшие губы с мукой промычал подопытный и провалился в забытье.
Тело импульсивно дернулось, еще помня недавнюю жуткую боль, но сознание никакой боли не отыскало, и решило, что можно открыть глаза.
Чтобы определить, где находится источник пыток. Танио поверил своему рассудку и осторожно разомкнул веки.
Чародей развалился неподалеку в своем кресле и, расслабленно свесив с подлокотников руки, устало разглядывал объект своих экспериментов. С явно просвечивающим сквозь усталость самодовольством.
Ученик вздрогнул всем телом, отчетливо вспомнив изведанные муки, и рванулся. Да так резко, что едва не пропахал носом пол до самого камина. Ремни, привязывающие его к зловещему креслу, бесследно исчезли.
— Что ты со мной сделал, гад?! — просипел он пересохшим ртом, хватая стоящую у стены кочергу.
— Можешь посмотреть! — бесстрашно хмыкнул чародей, кивая в сторону зеркала.
Не выпуская тяжелый кованый инструмент, Танио недоверчиво развернулся в указанном направлении. И взвыл от боли, выронив тяжеленную железяку прямо на собственную ногу. Да и как тут не уронить, если в зеркале сначала грозно взмахнул кочергой, а потом, охая, запрягал на одной ножке совершенно незнакомый парень.
В таком знакомом шикарном черном кожаном костюме и белоснежной рубахе. И в богато украшенных серебром поясе и сапожках. А входящие в комплект плащ и шляпа видны в зеркале у него за спиной, висящие на рогатой вешалке. Танио перестал прыгать и стонать и сделал осторожный шажок в сторону странного отражения. Парень в зеркале сделал то же самое. Ученик поднял руку и коснулся волос. Незнакомец в зеркале в точности повторил жест.
Но это не могло быть правдой! Танио всегда знал, что смазлив, и умел этим пользоваться, но тот, кто смотрел на него из посеребренного стекла, был не просто смазлив, а красив. И не элементарно красив, а чертовски красив! Но совершенно не похож на Танио! Ученик носил волосы средней длины, а у незнакомца была пышная, чуть вьющаяся русая грива длиной до лопаток. Нос был прямее и тоньше, с породистой горбинкой. Черные шелковистые брови гуще и выше, слегка изломаны посредине, и почти срослись на переносице. Ресницы густы и длинны как у девицы, большие глаза не просто серые, а серо-зеленые с темным ободком вокруг радужки, и оттого необычайно глубокие и яркие. Твердо очерченные крутым изгибом губы приоткрыты в изумлении.
— Это… к… ккто…?! — запинаясь, просипел Танио и красивые губы незнакомца повторили вопрос.
— Это ты! — довольно хохотнул Хабер. — Вот, выпей-ка воды, хоть я тебе и заклеил заклинаньем рот, все равно сдури чуть голос не сорвал!
— Так ведь больно-то как было! — с содроганьем вспомнил пережитый ужас бывший ученик.
— А как ты хотел?! — возмутился чародей. — Все лицо перекроить и ничего не почувствовать? Или скажешь, что такая мордашка не стоила тех мучений? А ты вот пройдись-ка по дворцу! Все те девицы, что вчера над тобой смеялись, сегодня только поглядеть за счастье сочтут! Не говоря уж о прочем!
— Да?! — заинтересованно протянул Танио, об этом аспекте своего нового облика он от потрясения еще не успел подумать. — А… можно?!
— Ну… погуляй! До утра! — хмыкнув, разрешил Хабер, ничего плохого не нашедший в том, чтобы дать парню немного развлечься.
Кстати и потрясение от метаморфозы быстрее пройдет, такие забавы всегда хорошо снимают стресс.
— Но учти, на рассвете чтоб был на восточной башне! Да без опозданий! Иначе… сделаю таким, как был!
Угроза была вовсе нелишней, теперь ученик ни при каких обстоятельствах не забудет явиться вовремя на восточную башню. Потому что уже оценил все преимущества новой внешности и ни на что их не променяет.
Глава 3
Серый туман телепортирующего кокона быстро таял, и из небытия проявлялось окружающее Танио пространство. Ограниченное высокими раскидистыми деревьями, розовеющим небом и густой травой, обильно смоченной росой. Полы длинного плаща мгновенно собрали на себя капельки воды и тяжело обвисли, мешая шагнуть. Пришлось намотать плащ на руку, чтобы развернуться и осмотреться. Просторная поляна среди смешанного леса поблескивала алмазной крошкой неотряхнутой росы, и лишь пятачок, на который телепорт несколько мгновений назад выкинул бывшего ученика лекаря, темнел вытоптанной травой.
Танио достал из-за пазухи висевший на цепочке крошечный рожок и поднес к губам. Нежный, переливчатый звук унесся в слабо освещенный рассветом лес и откликнулся справа. Раздался приглушенный травой топот, шорох раздвигаемых мокрых веток и на поляну выехал всадник, ведущий в поводу двух лошадей. Одна из них была заседлана дорогим удобным дорожным седлом, не имеющим однако, никаких украшений или гербов. Зато с пристегнутым сбоку мечом в потертых ножнах. На второй лошади седло было такое же удобное, но на порядок дешевле, кроме него лошадь несла увесистые дорожные сумки.
— С прибытием, ваше высочество! — с едва заметной усмешкой поздравил прибывший.
— Спасибо! — Танио вспыхнул от смущения и тщательно скрываемого удовольствия, и незаметно оглядел своего спутника.
По возрасту почти ровесник, ну, может, лета на три старше. Худощавое приятное лицо с насмешливо изогнутыми губами. Умные глаза темны, как и волосы. Одет в короткую, до колен, дорожную темно-серую мантию мага, с капюшоном. И такие же темно-серые, удобные штаны. Сапоги простые, без единого украшения.
— Вот твоя лошадь. — Переходя на ты, сунул повод оседланной дорогим седлом лошади компаньон, — садись, да плащ особенно не распускай, она вчера того… на огороды забралась, свеклы переела.
— И что? — Не понял Танио.
— И все. Пожалей плащик, стирать придется! Ее кстати, Ройла звать, лошадь твою. А меня — Лизандр. Коротко — Зак. А твое полное имя Кастанио Тордизский? Я правильно запомнил?
— Правильно. Восьмой ненаследный принц Тордизании. Пятый сын Гримадиса, младшего побочного брата короля Элтинора Светлого. — Поудобнее устраиваясь в седле, отчеканил бывший ученик тщательно затверженный свежеполученный титул.
— Ну что, двинули? — равнодушно пропустив мимо ушей ничего не стоящие титулы, скорей скомандовал, чем спросил, Зак.
Свежеиспеченному принцу ничего не оставалось, как обреченно кивнуть головой. Зак пришпорил лошадь и въехал в кусты, ведя за собой в поводу вьючную лошадь.
Танио с непонятной самому досадой двинулся следом, пытаясь аргументировать для себя, почему не он едет во главе маленького отряда. Однако доводы находились плохо, и, едва выбравшись на дорогу, он предложил спутнику поменяться местами.
Зак придержал лошадь и, медленно проводя ладонями вдоль своего тела, обернулся к добровольцу. Из-под ладоней клубами повалил пар, промокшая от росы одежда сохла на глазах.
— Тебе разве не сказали, что ты должен меня слушать? — изумленно подняв бровь, холодно поинтересовался он.
— Ну… сказали… но… ведь… я же теперь… принц… значит должен ехать первым?! — неуверенно пролепетал растерявшийся Танио.
— Повторяю в последний раз! Вперед меня никуда не лезть, и ничего не говорить! Можешь лишь поддакивать тому, что скажу я! По сценарию ты принц, путешествующий инкогнито, вот и молчи побольше с загадочным видом! Иначе верну Хаберу! И еще, с чего это ты взял, что настоящие принцы первыми лезут в кусты напролом, собирая на себя росу, клещей и прочие неприятности?! Да ни один принц шагу не сделает, пока его охрана тщательно не обследует все травинки на расстоянии четверти дня пути в округе! Так что не волнуйся, пустив вперед дозором одного только меня, ты вполне можешь считаться образцом храбрости!
Танио, пристыжено кивнув, послушно пристроился в кильватер вновь вырвавшемуся вперед спутнику и тяжело вздохнул. А что ему еще оставалось?!
Глава 4
— Подъезжаем! — шепотом предупредил Зак через звон, съезжая с дороги к мелькающей среди кустов неширокой речке. — Не забывай помалкивать!
— Ладно, — внезапно охрипшим голосом буркнул Танио, покрепче стискивая в кулаках поводья и стараясь скрыть неожиданное волненье.
Далеко не каждый может похвалиться заранее известным моментом встречи с собственной судьбой. А вот ему в этом повезло. Через пару подзвонков он воочию увидит ту, которой назначено стать его участью на несколько ближайших лет. А возможно и навсегда.
Неторопливо шагавший по песчаному бережку с лошадьми в поводу Зак, внезапно остановился и начал расседлывать лошадей.
— Позавтракаем здесь — буднично буркнул он, складывая под кустом поклажу. — Я напою животных, а ты поищи сухих сучьев!
И тут же, повернув к Танио хитрое лицо, выразительно подмигнул в сторону рухнувшего с обрыва сухого дерева, валявшегося на берегу.
Танио понимающе кивнул и спрыгнул с лошади. Подобрал полы плаща и, чувствуя, как тревожно забухало в груди сердце, нарочито медленно двинулся к стволу.
Разумеется, все эти дни он пытался представить себе предстоящую встречу. Но старательно гнал от себя все попытки нарисовать в уме хоть приблизительный образ нежданной суженой. Прекрасно понимая, что это нереально в принципе. Хабер ведь ясно объяснил, угадать невозможно!
Впрочем, чародей и сам не знал, что там появилось на этот раз. Все предыдущие гостьи не были похожи ни на кого в этом мире. И к тому же сильно рознились между собой. Хотя были у них и общие черты, именно те, из-за которых организовывалось каждый раз такое мероприятие. Но объяснить это невозможно, нужно увидеть, а главное, почувствовать самому.
Само собой, после истории со своим преображением Танио перестал безоговорочно верить Хаберу, но зерно истины в его словах все же было. И в этом бывший ученик воочию убедился, рассматривая существо, лежащее в трех шагах от него в корнях сухого дерева.
Разумеется, дозор чародеев, спешно телепортировавшийся к месту всплеска чужой энергии, чтобы незаметно навесить заклинания слежения и общения, дабы через пару дней можно было свободно понимать гостя, достоверно определил, что прибывший — снова девушка.
Однако случись Танио встретить существо, спящее сейчас в корнях дерева, в другом месте, по внешнему виду никогда бы этого даже не заподозрил.
Потому что ни одна, даже самая неприхотливая женщина его родины, не говоря уж о кокетливых девицах на выданье, ни за какие деньги не надела бы на себя это тряпье. Которое и одеждой-то назвать язык не поворачивается. Ну, допустим, выгореть и порваться на коленях уродливые серые штаны за четыре дня вполне могли. Но ведь коротки и узки до неприличного они были изначально?! Или материя так сселась после неудачного падения в ручей? Но как тогда объяснить безобразно растянутую кофту, спадающую с одного плечика, кстати, довольно-таки грязного?
Лица гостьи Танио пока рассмотреть не мог, голова девицы, видимо от комаров, была прикрыта серой курточкой, из той же грубой ткани, что и штаны.
Постояв в нерешительности еще с подзвонок, парень решил оглянуться на спутника, в надежде на подсказку. И натолкнулся на пристальный взгляд.
— Ломай ветки, да погромче! — зазвучал в голове приказ.
А ведь липовый принц до этого момента и не догадывался, что путешествует с телепатом!
Танио отошел на пару шагов и начал обламывать сухие сучки. Он наломал уже целую кучу, остановился передохнуть, прислушался. Из-под куртки по-прежнему не доносилось ни одного звука. Озадаченный принц обреченно вздохнул, сгреб заготовленные дрова и поплелся к раскладывающему припасы Заку.
— Не проснулась?! — понимающе кивнул тот, складывая часть сучьев горкой и швыряя в них огонек.
Дрова весело занялись, Зак ловко пристроил над костром котелок с водой и прутики с нанизанными кусками сельской колбасы. Через несколько минут колбаса вкусно зашкворчала, далеко распространяя аппетитный запах, а вода в котелке начала закипать. Танио осторожно всыпал туда горсть мелко измельченных сушеных трав и фруктов, и сглотнул, предвкушая удовольствие от чашки горячего кисло-сладкого взвара.
— Эй, чуваки! Не угостите девушку?
От неожиданно раздавшегося сзади нахального вопроса, заданного хрипловатым голосом, Танио непроизвольно дернулся и чуть не опрокинул котелок. Он сжал зубы и сдерживался изо всех сил, так хотелось вскочить на ноги и как следует рассмотреть гостью. И только неоднократно повторенная, подробная инструкция Хабера помешала это сделать. Чародей особенно напирал на то, что слишком явный интерес может либо отпугнуть девицу, либо польстит ей и она зазнается, что одинаково вредно для дела. И все напоминал старинную пословицу, типа, чем меньше женщину мы любим… ну, вроде так.
— Конечно, угостим, присаживайся! — Чуть помедлив, приветливо кивнул гостье Зак.
Незнакомка смело протопала к развернутой скатерке, на которой хозяйственный маг уже разложил куски хлеба и вымытые в речке овощи, и, бросив на песок куртку, шлепнулась на нее. Танио исподтишка разглядывал девушку, не замечая, что лицо его все больше вытягивается от уныния.
И было от чего. Девушек с такой внешностью обожали только очень ревнивые жены. В качестве подружек или прислуги. Да ее и девушкой назвать можно было с большой натяжкой. Фигурка не просто тощая, а почти плоская, мальчишеская. Если даже допустить, что это она за последние дни так оголодала, тогда должна бы на ней одежда мешком висеть! Но этого вовсе не наблюдается.
А волосы? С ними-то что?! Кроме того, что они неподобающе коротки для девицы, так еще и торчат в разные стороны сосульками неравной длины. Мыши их так в лесу обгрызли? А цвет! Тощие сосульки на концах неестественно черные, с синя, как крылья у ночной пугалицы, а у корней почти белые! Хотя обычно бывает наоборот, на концах волосы от солнца выгорают!
Да и бровки с ресничками какие-то рыжеватые. Личико — невзрачное, нос длинноват, глазки блекло-голубенькие, маленькие. Ну а уж одежка при ближайшем рассмотрении еще уродливее, чем вначале показалось! Штанишки так малы, словно с чужой… этой… ну, понятно. Даже до пупка не достают, да и кофтенка, косо растянутая, крайне коротка, вот и виднеется из-под неё полоска исцарапанной и покусанной комарами кожи в ладонь шириной. В мужскую ладонь. А из пупка металлическое кольцо торчит, она что, девица эта, в своем мире, рабыней была, или танцовщицей?
В общем, не девушка, а сплошное разочарование. Единственное, что в ней было хорошим — аппетит. Пока Танио, разглядывая ее, возился с котелком, гостья умяла половину выложенной на скатерть еды. И теперь с удовольствием отхлебывала поданный ненаследным принцем взвар.
— Вкусный компотик! — одобрительно хмыкнув, нахалка, наконец, подняла глаза на Танио.
И ошалело замерла. Зак бросил на неё короткий, внимательный взгляд и незаметно для гостьи довольно ухмыльнулся. Все пока шло по плану.
— Мы рады, что тебе понравилось, — гостеприимно улыбаясь, откликнулся он, — хочешь, добавлю?!
— Я балдею! — озадаченно пробурчала девица и обернулась к нему. — Чё ты сказал?!
— Я говорю, хочешь еще? — терпеливо повторил маг.
— А! Не-а! А этот, — она кивнула в сторону Танио, — эльф?!
— Нет. — Качнул головой Зак, — человек.
— А чё молчит?
— Ну… он просто неразговорчивый! — Метнув в Танио укоризненный взгляд, объяснил Зак.
— Ясненько! А как его зовут?
— Меня зовут Танио! — сухо отчеканил внезапно разозлившийся принц.
— А меня Нюся! — не замечая этой сухости, жизнерадостно объявила девчонка. — Ну, в смысле — Анюся! То есть — Анна!
— А меня Зак! — доверительно улыбаясь, представился маг. — А куда ты идешь, Нюся?
— Не знаю! — беззаботно дернула чумазым плечиком девчонка, — а вы куда?
— Мы… путешествуем. — Уклончиво хмыкнул Зак. — Изучаем… страну. Расскажи лучше, почему ты не знаешь, куда идти?! Заблудилась?
— Не-а! — девчонка с задумчивой мечтательностью в упор разглядывала принца. — А можно, я с вами пойду?
— Мы едем. — Холодно поправил Танио, испытывающий настоящий шок от манер девицы.
Даже млеющие от его свежеиспеченной красоты служанки вначале для порядка смущались и мило краснели, прежде чем окончательно сдавали свои бастионы. А эта бесцеремонно навязывается в попутчицы, даже не выяснив, что они за люди. А вдруг они разбойники, или торговцы людьми? И почему она уверена, что ее не продадут в веселый дом, в первом же попутном городке?! И то, что она такая… необычная, только поднимет цену, на диковинку всегда находятся желающие.
— Но у вас же три лошади? — не сдавалась Нюся. — Или это не лошади?
— Лошади, лошади, — успокоил ее Зак. — Ну, я думаю, мы не откажемся довезти тебя до твоего дома. Не бросать же девушку одну посреди дороги!
— Посреди леса! — авторитетно поправила Анюся. — дорог здесь нет!
— А мы, как, по-твоему, приехали?! — ехидно хмыкнул заупрямившийся принц.
— Не знаю… — вновь зачарованно уставилась на него гостья.
— Дорога вон за теми кустами. — Примирительно пояснил Зак. — Мы нарочно отъехали в сторонку напоить коней и позавтракать.
— Фигасе! — потрясенно охнула девица. — Эт, че я, все время около дороги топала?!
— А откуда ты шла-то? — с мягкой настойчивостью подталкивал гостью к откровенности маг.
Анюся задумчиво засопела, внимательно рассматривая Зака, оглянулась на Танио, расплылась в мечтательной улыбке и вздохнула. Ах, как же он хорош! Прямо плейбой! Второй тоже ничего, но этот… о-о-ох! Наконец-то повезло ей! С такими парнями познакомилась! Да и манеры у них… не объяснить, но заметно с первого взгляда, что хорошо воспитаны.
— Поклянитесь, что никому не расскажете!
Нет, ну вы видали наглячку?! Первый раз в жизни людей видит, а уже на завтрак напросилась, в попутчики навязалась, а теперь еще клятву требует! И главное, уверена, что незнакомцы не смогут ей отказать! Как будто они у нее в долгу! И ведь не поймешь сразу, то ли это от глупой наивности, то ли, наоборот, от изощренной хитрости.
Зак на спутника оглянулся, хмурую физиономию красавчика немного поизучал, и решительно ответил:
— Клянемся!
— Я не из этого мира! — таинственно выпалила гостья, и выжидающе уставилась на парней.
— Понятно. — Хмыкнул Маг.
— Чё тебе понятно? — разочарованно поджала губы Анюся.
— Почему ты не знаешь, куда идти. — Так же безразлично ответил он.
— А вам… чё, не интересно, как… я сюда попала?! — Обиженно надула губы девица.
— Так все же знают, как вы сюда попадаете! — пожав плечами, Зак принялся упаковывать сумки.
— И чё, нас, чё, много штоль?! — сникла гостья.
— Хватает! — подтвердил Танио, злорадно хихикая про себя.
Может, хоть известие о том, что она здесь обыденное явление, а вовсе не исключение, заставит девицу вести себя поскромнее.
Глава 5
Солнце жарило так, что Танио пришлось снять сначала плащ, а потом и жилет с поясом. Легкий ветерок немедля выстудил взмокшую от пота рубашку и поднял настроение пригорюнившемуся принцу. Вот если б еще кожаные штаны поменять на более тонкие. Хотя… на привале он так и сделает. Ведь главную задачу, возлагаемую на этот наряд, он выполнил. Произвел на девушку неизгладимое впечатление.
Правда, Танио не уверен, что она вообще заметила, во что он одет. После того как увидела впервые его преображенное лицо, вообще ничего больше не замечает. Когда глядит в его сторону. А глядеть она в нее умудряется, даже если едет впереди. Вытворяя такие кульбиты на седле, что удивительно, как только из него до сих пор не вывалилась.
Нет, разумеется, дорожные седла для путешественников, это вовсе не то, что седла для воинов, или гонцов. Анюся, так вообще поразилась, обнаружив на предоставленном ей животном странное, на ее взгляд, плетенное из тонких прутьев креслице с высокой спинкой и мягкой подушечкой на сидении.
— У нас седла совсем другие! Это похоже на детский стульчик! — глупо хихикнула она, и Танио тут же обиделся за сравнение.
Ну, причем тут какой-то детский стульчик?
— Для разных целей седла разные, — примирительно объяснил Зак, — Для войны такие не пойдут, там нужна скорость, потому те седла небольшие и легкие. А вот эти — в самый раз для долгих поездок.
— А зачем вам третье седло? — внезапно заинтересовалась она и Танио замер, гадая, как будет маг выкручиваться из этой ситуации.
Но оказалось, Зак отлично подготовился к испытанию.
— Так мы и путешествовали раньше втроем. — Печально сообщил он. — Старый слуга с нами ехал. Жаль беднягу, добрый был человек!
— А… куда он… делся? — затаив дыханье, выдохнула Анюся.
— Оборотни сожрали! — Еще грустнее выдал Зак.
— У вас и оборотни есть?! — глаза, и рот девицы стали крупнее ягод красники, которые она в этот момент собиралась слопать.
Жевать, к глубокому потрясению новоиспеченного принца, иномирянка могла непрерывно. Ну, вот, кажется, только что плотно позавтракала, и тут же, заметив куст с созревающей ягодой, обнесла его в извлеченный из сумки яркий полупрозрачный мешочек. Сумку эту Анюся достала из-под корней дерева, около которого ночевала, только после того, как убедилась, что ее действительно приняли в свою компанию симпатичные парни. Похоже, она не совсем такая дурочка, какой показалась вначале, скептически хмыкнул принц. Вот еще вопросов задавала б поменьше, вообще почти за нормальную могла сойти.
— Есть. — Коротко подтвердил маг и сильно хлестнул лошадь, вырываясь вперед.
Одна монета против пяти, затем, чтобы хоть немного отдохнуть от вопросов неугомонной девицы, хихикнул Танио.
Только гостья тоже не сразу сдалась, настырно пыталась выдавить из парней интересующие ее подробности жизни оборотней, до тех пор, пока Зак строго не осадил нахалку, сообщив, что должен следить за дорогой и раньше привала не скажет на эту тему ни полсловечка. А Танио безапелляционно заявил, что Зак про такие вещи лучше рассказывает, и поневоле пришлось Анюсе терпеть до привала. Который она начала требовать, едва отъехав пару лиг от ручья.
Но и в этом ей никто уступать не собирался, если устраивать привал каждый звон, то придется ночевать под кустом. А у Зака конкретный приказ, добраться к ночи до поместья.
— Все! Не могу больше! — Поворачивая лошадь в сторону придорожных кустов, заявила гостья.
Маг придержал свое животное, хладнокровно проследил, как девица сползает с седла, и гордо топает к кустам, затем свистнул особым способом. Освободившаяся от наездника лошадь прянула ушами и поскакала к нему.
— Мы станем на привал через пол-лиги, возле речки, — привязывая повод лошади к своему седлу, спокойно сообщил Зак, — и отдыхать будем ровно один звон!
После чего хлестнул своего коня и, не оглядываясь, поехал дальше. Танио, довольно посмеиваясь, двинулся за ним.
Девица, от такого сюрприза даже потеряла на какое-то время дар речи, затем разразилась потоком такой брани, что повяли бы уши даже у матросов, считающихся в этом деле непревзойденными виртуозами. Значенье некоторых слов Танио не понял, просто не было в этом мире таких вещей, как шизанутый плейбой, только смысл ругани от этого не менялся. Хорошо прогневили они свою гостью, и не за пол-лиги, а за три отъехать не мешало бы, чтоб она остыла к тому времени, как их догонит, ухмылялся Танио, слушая, как затихают вдалеке возмущенные вопли.
— Зак, а ты уверен, что она за нами побежит? — догоняя мага, крикнул принц.
Тот молча кивнул головой, прибавляя ходу.
Речка показалась только через лигу, и Танио даже немного устыдился за свое злорадство, представив, как девушка одна плетется по жаре. Но быстро задавил в себе жалость, вспомнив, что каждый должен отвечать сам за свои поступки. Вот он, же отвечает?!
Танио припомнил вольготную жизнь в королевском дворце и невольно вздохнул. Лишь одно немного утешало, нашел он в ту, последнюю ночь, зачинщиц бессердечной шутки, учиненной над бедным учеником лекаря. И отомстил обеим. Хотя… к утру начал сильно подозревать, что месть для девиц обернулась скорее подарком, да было поздно что-либо менять. Ждал уже его на верхней площадке башни замотанный в теплый плащ Хабер с открытым телепортом в новую жизнь.
Эта река была не в пример шире предыдущего ручья, и переправа, вместо обычного брода, шла по крепкому деревянному мосту. За которым дорога разветвлялась. Правая, более наезженная колея, уходила через поля к далеким холмам, над которыми поблескивали высокие крыши большого села. А левая вновь ныряла в лес, и вела к одному из множества небольших королевских поместий.
Еще триста лет назад, вернувшись с победой с войны, развязанной объединившимися соседними странами, и поддержанной некоторыми из поместных дворян, взбешенный предательством последних, великомудрый король Дардиэр издал шокировавший всех указ. В котором объявил все земли в государстве королевской собственностью.
А потом начал раздавать их в аренду, на конкурсной основе. То есть затеял своеобразный аукцион, на котором земельный надел или замок получал тот, кто предлагал реальный план получения от него выгоды, не прибегая при этом к поборам населения. Король за аренду получал от этой выгоды одну треть. Вскоре лишь самые бесперспективные дома и замки остались в полном владении короны, и использовались как приюты для постаревших одиноких слуг, инвалидов и сирот. Ну и еще в некоторых тайных королевских проектах.
И уже через несколько лет опустевшая за войну королевская казна ломилась от золота. Однако, больше всего прославился Дардиэр другим указом. По которому отменялось прямое наследование королевской власти по старшинству. Теперь каждый из принцев и бастардов мог на равных сражаться за трон. И в прямом смысле, на турнирах, и в аудиториях королевского университета.
Но решение о короновании выносил открытым голосованием общий совет. Состоящий из высших магов, королевских советников, профессоров университета и представителей совета старейшин. Всего ровно семьдесят человек. Король мог присутствовать, но права решающего голоса не имел. И потому случались иногда такие прецеденты как с Кормилом первым. Который получил трон, несмотря на то, что из-за травмированной руки занял на турнире последнее место.
— Купаться будешь? — ловко спрыгивая с коня, предложил маг.
— Конечно! — Забыв об угрызениях совести, принц втихаря порадовался, что иномирянка не помешает своим присутствием удовольствию поплавать нагишом.
Парни быстро расседлали животных и пустили к реке, затем, разбрасывая на ходу пропотевшую одежду, ринулись в воду.
— Ох, и хорошо! — выныривая из по-летнему теплой воды, фыркнул Танио, и нехотя поплыл к берегу.
Немного раньше выбравшийся из реки Зак уже переоделся, сменив темную мантию мага на светлую тунику без рукавов. И легкие штаны. Танио, отряхивая с непривычно длинных волос воду, пробежал к сложенным в кучу вещам и отыскал точно такую же одежду. Натягивая сразу намокшую от волос тунику, обернулся к разведенному магом костерку и пораженно замер. Усевшись на расстеленную мантию, Зак сосредоточенно рылся в высыпанных из Анюсиной сумочки вещичках.
— А если она сейчас подойдет? — провокационно бросил принц, подбираясь поближе.
Маг мельком взглянул на неизменно болтающийся на груди амулет со множеством висюлек и камушков и саркастически хмыкнул.
Понятно. Значит, следит за ней. Небось и заклинаний разных на гостью понавешал. Ну, это ведь и проверить можно.
— Ее там точно, никто не обидит?! — с сомнением пробормотал Танио, — нехорошо как-то, бросили девушку одну в лесу!
Маг снова хмыкнул, и молча крутнул на амулете какую-то висюльку.
— Хмыри недоразвитые! Мачо репоголовые! Бандеросы отстойные! Придурки тупоры… раздалось из амулета заунывное причитание. — Зак крутнул висюльку назад.
— Слышал?! Никто на нее не напал, через четверть звона тут будет! Повесь пока котелок на огонь, ей взвар понравился! — и вновь принялся изучать содержимое чужой сумки.
Танио взял ведерко и потопал к реке, однако, проходя мимо мага, любознательно заглянул через его плечо и замер, очарованный.
— Это кто?
— Не знаю! — Зак разглядывал тонкую блестящую книжицу, на каждой странице которой были изображены портреты прекрасных дев.
Танио даже не предполагал, что бывают такие красавицы. И что соблазнительнее всего, одежда на них была… ну… ее скорее не было, чем была. Но и та, что была, вовсе не скрывала, а сильнее подчеркивала тугие округлости. У принца сразу сердце забилось быстрее и слюнки потекли от бесстыжих, призывных взглядов и поз. Нет, ни у одной из его знакомых служанок, и даже у смешливых купеческих дочек рядом с этими красотками не было ни одного шанса на мужское внимание.
— Быстро за водой! — Бдительный маг захлопнул книжицу и сунул в сумку.
Глава 6
Злая и несчастная Анюся появилась у моста намного позже, чем предполагал Зак. Видимо, он неточно рассчитал ее скорость. Принц с магом успели к тому времени не только сварить взвар, но и перекусить. Оставив для девицы почти половину еды. Все ж таки она голодала несколько дней. Хотя в это время в лесу можно безбедно прожить не одну декаду, всего-навсего собирая поспевающие ягоды и дикие фрукты. Но Анюся этого могла и не знать.
Гостья постояла немного у моста, разглядывая валяющихся в тени высоких деревьев парней, и осторожно двинулась к ним, раздвигая руками густую траву. Свои странные туфли на тоненьких, острых каблуках она несла в руке, связав ремешками.
— Если хочешь, можешь искупаться, но поторопись, через ползвона выезжаем! — Равнодушно предупредил маг и прикрыл глаза.
Анюся швырнула на землю туфли и поплелась к реке. Вошла по щиколотку в воду, постояла, болтая ногой и нерешительно оглянулась.
— А там… никого нет?
— Нет. — Не глядя, буркнул Зак.
Стеснительностью гостья тоже не страдала. Не обращая внимания на разинувшего рот принца, сбросила кофточку и рваные штаны и, оставшись лишь в крошечных трусиках, шагнула в глубину. Принц только головой помотал от такого бесстыдства. Однако, потом, припомнив портреты красоток, запоздало сообразил, что в ее мире такое поведение никого бы не удивило. И с тоской вздохнул. Ну что стоило попасть сюда не этой невзрачной худышке, а одной из тех, загорелых фигуристых дев.
Зато плавала она неплохо. Почти, как сам Танио, выросший на берегу широкой Марвы.
— Дай ей это! — принц, лишь обернувшись на голос, обнаружил, что маг вовсе не спит, а возится возле сумок, доставая еще один комплект чистой одежды, и легкие бархатные ботиночки.
Бдительно поглядывая в сторону купальщицы.
Анюся довольно зарделась, обнаружив на берегу встречающего ее принца с чистой одеждой в руках. Натянула тунику, оказавшуюся ей почти впору, потом штаны. Ополоснув подошвы, вытерла их своей кофточкой и осторожно сунула ноги в кокетливую обувку.
— Немного велики, — притопнув ногой, отметила гостья и вдруг застыла. — А… чье это?
— Что именно? — наливая в кружки взвар, переспросил Зак.
— Ну, одежда? И щюзы?
— Одежда нашего погибшего друга. А ботинки он купил в Традине, подружке хотел подарить.
Анюся с умным видом кивнула и присела к разложенной на скатерти еде. Поглядывая на гостью, уминающую толстый ломоть хлеба, увенчанный не менее толстым куском колбасы, Танио с неожиданным сочувствием подумал, как легко обмануть человека, попавшего в незнакомую обстановку. И нужно-то всего ничего, приветливо заговорить, угостить немудреным завтраком, и пообещать помощь. Все! Не нужно ни ловить, ни обманывать, ни связывать! Сам, добровольно, потопает куда скажут, и будет при этом считать, что ему крупно повезло! На хороших людей натолкнулся! Что-то задело новоиспеченного принца в этих размышлениях, но Зак не дал ему додумать.
— Привал окончен! — скомандовал он, шагая из прохладной тени под жаркие солнечные лучи.
— А про оборотней?! — вспомнила Анюся.
— Вполне успел бы рассказать, если б кто-то не пришел сюда к середине привала. — Равнодушно пожал плечами Зак.
— Ну, За-ак! — надув губы, затянула она. — Не будь таким вредным! Мужчины должны…
— Никто ничего никому не должен! — жестко оборвал ее маг, сверкнув ледяным взглядом. — И запомни навсегда, долги я признаю, только если на них предъявят расписку с моей печатью!
— Но я же не про эти долги! — недовольно бурчала себе под нос, поудобнее умащиваясь в седле Анюся, бросая сердитые взгляды в спину скачущего впереди Зака. — Я про правила приличия!
— Ну, если говорить про правила приличия, — не выдержал ворчания Танио, — то ты сама полный список нарушения всех наших правил!
— Как это?! — охнула девица.
— Очень просто! — отмахнулся принц, — вот приедем в поместье, посмотри, как себя наши девушки ведут! И сравни! С собой! Прежде, чем про долги говорить!
— Злой ты! — неожиданно вскипела Анюся. — Красивый как эльф, а злой как… гоблин! И вообще, не хочу я с вами никуда ехать!
Она сильно натянула поводья, пытаясь развернуть лошадь. Привыкшая к своим товаркам скотинка не поняла, почему это она должна бежать в другую сторону и заупрямилась. Но Анюся не сдавалась, дергала повод все сильнее и одновременно лупила животное ногами по бокам.
Раздосадованный принц, наконец вспомнил инструкции и поднес ко рту рожок. Нежный звук донесся до ускакавшего далеко вперед мага, заставляя того обернуться. И тут же раздался знакомый свист. Обе лошади сразу припустили к хозяину, не обращая внимания на то, что одной из них всадница чуть не порвала рот уздечкой, и отбила ногами все бока.
— Что случилось? — строго осведомился маг, едва лошади встали возле него.
— Я не еду с вами! — задыхаясь от злобных рыданий, выпалила Анюся.
— Слазь с лошади, снимай наши вещи и иди куда хочешь! — Яростно рявкнул озверевший Танио, оглаживая дрожащую лошадь.
— Ну и пожалуйста! — строптиво фыркнула девчонка, сползая со спины несчастного животного. — И сниму! Подавитесь своими вещами!
И она демонстративно потянула с себя тунику. Зак молча швырнул ей свернутые в тючок грязные вещи.
— Бедное животное! — соскочив наземь, принц подошел к пострадавшей лошади. — Смотри Зак, эта ду… девица чуть не искалечила ей губы!
— Сейчас я её подлечу, — маг тоже спешился и уже доставал из сумы какие-то пузырьки.
— Нужно бы настойкой горицвета протереть, — вспомнил профессию принц, — она и заживляет быстро и боль снимет!
— Так и хотел, — согласно кивнул Зак.
— Пока! — Независимо всхлипнул сзади Анюсин голос.
— Счастливой дороги! — не оглядываясь, равнодушно ответил маг, и незаметно достал из кармана маленькое зеркальце в бархатном футляре.
Через пару мгновений две пары глаз внимательно наблюдали за появившейся в зеркале картинкой. На которой, часто оглядываясь, медленно уходила назад к реке худенькая фигурка в рваных штанах. Но все, что могла увидеть она — это две склоненные над лошадиной мордой мужские шевелюры. Русая и черная.
— Из-за чего она психанула? — осторожно поинтересовался Зак, прикидывая, как ему теперь вести себя с новоявленным принцем.
Нет, парень ему сразу понравился, слушал советы, нос не задирал. Ну, почти. Хватило одного выговора. И девицу эту капризную, невоспитанную, терпел молча. Редкие реплики не в счет. И в панику не ударялся, хотя ввязался в такое… скорее всего, не по своей воле. Возможно по глупости. Подловили на чем-то незначащем, и то ли посочувствовали, то ли пригрозили… — вообщем влип. Пока еще сам не понимает, насколько. Остается надеяться, что и не поймет до конца. Иначе нелегко с ним придется. Вернее с ними. Ну, гостью-то они сейчас вернут, это не проблема. Уже не первый раз вести таких приходится и всегда они на чем-нибудь, да соскакивают. Эта еще понимает, что вовсе не красавица, немножко побунтует и сдастся, куда ей деваться. А вот позапрошлый раз… ох! Лучше не вспоминать!
— Сорвался я. — Виновато выдохнул Танио, отводя глаза. — Бурчит и бурчит, про свои правила приличия. Ну и сказал ей, кто здесь неприличный! Так она меня злым назвала, этим… гоблином! Ты не знаешь, что это такое?
— Не что, а кто. Есть там у них такие, не понять только, до сих пор водятся в горах или уже вымерли…? Ну, вроде наших леших. Да ты не переживай, вернем мы ее.
— А может… пусть идет? Тут в лесу всякое водится… не многие мужики без оружия ходить решаются!
— Да есть у нее оружие! — с досадой вздохнул маг, — только она не подозревает, что здесь оно бесполезно! Да и нельзя ее… отпускать… сам знаешь! Так что доставай меч, выручать будем! Да особо не геройствуй, я и сам справлюсь!
Танио непонимающе уставился на мага, однако послушно потянул за рукоятку меч и тут же услышал сзади пронзительный визг. Меч мгновенно оказался в руке, тело одним тренированным движением развернулось в сторону крика и приняло боевую стойку. Глаза сами нашли причину паники. На застывшую в ужасе Анюсю надвигалось что-то кошмарное. Очень похожее на паука-птицелова, но в десятки раз огромней. Размером с лошадь, не меньше. Хорошо еще, брела девушка потихоньку, ну, да в ее уродливой обувке по раскисшей от недавних дождей лесной дороге быстрее и не пройти. Далеко уйти не успела, парни в несколько мгновений рядом оказались.
Принц девчонку в сторону отшвырнул, к чудовищу подскочил, мечом достать до головы пытается. Лапы-то отрубать бесполезно, у птицелова их аж двенадцать. Но тут маг что-то такое руками сделал и огонек, каким он костер разжигал, к пауку полетел. А по пути все подрастал и цвет менял. Когда в паука вонзился, уже синеватыми молниями плевался и шипел как змея.
Паук задергался, беспорядочно лапами замолотил, пытаясь обжигающий комок от себя оторвать. Тут-то Танио и выбрал момент, поближе подобрался и рубанул со всей дури. Да так ловко получилось, распорол пауку брюхо почти насквозь. Только отбежать вовремя не сумел, за мохнатую ногу запнулся. Здесь его паук и достал. То ли ногой, то ли лапой за плечо захватил и, врезаясь острыми шипами в тело, дернул к себе. Правда, в тот же момент и отпустил, рвануло от взорвавшегося огня так, что ошметки паучьи по всей дороге разлетелись.
Зак к принцу кинулся, а там уже Анюся, поскуливая, сидит. Вцепилась в Танио, по головке гладит, что-то жалостливое причитает.
Маг, только ухмыльнулся, на нее взглянув. Ну и чего спрашивается, убегала, дурочка, когда с первого взгляда втюрилась в красавчика, как мышка в сыр.
Без лишней суеты разорвал остатки туники, промыл ранение горьковато пахнущим снадобьем из пузырька. Потом осторожно сложил кусочки порванной кожи и накрыл рану руками. Закрыв глаза, склонился к принцу и замер на долгие мгновения.
Анюся затаив дыхание, следила за этими действиями. Она, конечно, догадывалась, что Зак не простой парень, была в нем какая-то таинственность. Но что он подлинный маг, дошло до девицы по настоящему только теперь. Это надо же, полдня ехать в обществе настоящего волшебника и до сих пор ни о чем его не попросить! Скажи кому-нибудь из друзей, обсмеяли бы по полной!
Тут и принц очнулся, и обнаружил себя лежащим на дороге. То есть, тело на дороге, а голова у Анюси на коленях. На плече — маг руки держит, а в волосах девичьи пальчики путаются. Самое время задуматься, а что же случилось?! Ну и припомнил, как геройски с пауком сражался, как плечо страшной болью обожгло. Прислушался к своим ощущениям — нет, нигде уже не болит, только под руками Зака как будто мурашки бегают. И чешется. Это хорошо, значит заживает.
Да, повезло ему со спутником! Выносливый, терпеливый, и маг сильный. Хотя… может только таких и назначает совет магов для встречи иномирянок. Ведь как сказал Хабер, ждать от них можно что угодно. Вот и сейчас, чего эта нахалка в его волосы вцепилась? Ушла ведь от них, ну и иди себе! Нечего тут носом шмыгать.
— Все! Можешь вставать! Сейчас я тебе рубашку целую принесу! — снимая руки с зарубцевавшейся раны объявил маг.
И немедля отправился к терпеливо ожидающим хозяина лошадям.
Танио мотнул головой, выпутываясь из Анюсиных рук, и осторожно поднялся на ноги. Все-таки голова еще слегка кружилась. Осмотрелся вокруг, ища поверженного врага, но кроме рваных лохмотков и забрызганных паучьей, желтой кровью кустиков, ничего не заметил.
— А где… паук?! — обернулся к девице и обнаружил, что она по-прежнему сидит на дороге, охватив руками колени, и горемычно всхлипывает, разглядывая свои ноги.
Принц смущенно потоптался, не зная, что ей сказать, потом, злясь на себя за слабохарактерность, протянул гостье руку.
— Вставай, чего в самой грязи расселась! — буркнул примирительно, все равно ведь никуда они не имеют права уехать без этой грубиянки.
Вот только ей об этом говорить не стоит ни в коем случае.
Зак вернулся с рубахой, ведя в поводу лошадей, помог Танио переодеться и взобраться в седло, потом так же молча подвел животное к Анюсе. Она последний раз шмыгнула носом и неловко полезла на лошадь.
Глава 7
— Кто там? — Недовольный, хрипловатый со сна голос, прервался громким зевком.
— Принц Кастанио Тордизский со свитой! — Надменно выкрикнул Зак.
— Пароль?! — не поверил голос.
— Свет и любовь!
— Вот морока, похоже, и правда, принц! — С досадой бормотал хозяин голоса, гремя ключами и щеколдами. — С благополучным прибытием, Ваше высочество!
— Спасибо! — сухо откликнулся Танио, первым въезжая в распахнувшиеся ворота.
Дюжий привратник дернул рычаг, подавая сигнал замковой прислуге и поспешил запереть за приехавшими запоры.
Анюся подобрала отвисшую челюсть и пнула в бок несчастную лошадь, посылая вслед за животным мага. А плейбой-то, оказывается, принц! Так вот почему он такой заносчивый! Положение обязывает. Или воспитание с перекосом? Приучили с детства считать себя особенным, вот он и пытается соответствовать! И кто это, интересно, свита?! Они с магом, что ли?! Нет, маг, он конечно, троих стоит. Или даже четверых. Но она то, каким боком? А, так был же еще слуга! Ну, так его того… сожрали! Или она теперь должна изображать этого слугу? Да с этого принца вполне станется, потребовать от нее такой услуги! А кто она в этом мире? Правильно, никто. Успела понять за последние пять дней.
Нет, вначале Нюся, разумеется, считала, что ей очень повезло! Как героини любимых книг, попала в чужой мир! В тот самый час попала, когда жизнь, и до того не казавшаяся медом, стала горше перца. Жгучего. И в этот самый, тяжкий миг, вдруг очутилась в полной темноте, стоящей по колено в сыром, нетоптаном мху. Посреди выжженного, мертвого, ночного леса. Просидев до утра на обгорелом стволе, Анюся все надеялась, что вот сейчас оно и начнется! Выедут из-за почерневших безжизненных стволов прекрасные эльфы, и поведут ее в свои владения. Ну… на худший вариант, вампиры, но тоже прекрасные и вовсе не кровожадные! Или… наткнется на нее охотничий дозор прекрасного и неженатого правителя. Который тут же предложит девушке свое покровительство! В смысле правитель, а не дозор!
Однако четверо долгих суток не приключалось ничего такого! Да и вообще никого и ничего не встретилось на пути. Кроме местных комаров, неизвестного вида ягод, которые она решилась попробовать только после того, как заметила на кустах обедающих серых зверьков, похожих на белок. Да пары дождей, промочивших Анюсю насквозь. Хорошо еще, не встретились родственники чудовища, напавшего сегодня! Видимо, не на кого им было охотится в том сгоревшем лесу! Иначе… даже страшно подумать!
— С приездом, ваше высочество! Как доеха… — Гостеприимно начала было приветственную речь дородная матрона в чепчике, распахивая широкие двери в освещенный парой свечей холл, но маг ее бесцеремонно перебил.
— Принц ранен, извини, Суржа, не до церемоний! Принесите в его комнату ужин и позаботьтесь о нашей спутнице!
Бросая эти указания, Зак, бережно поддерживая, уже вел принца наверх по лестнице.
— Мне вовсе не так уж плохо! — шепотом попытался протестовать Танио.
— Хочешь вместо отдыха целый час выслушивать новости, а потом еще столько же рассказывать историю сражения с пауком? — Так же тихонько фыркнул Зак. — Так это легко устроить!
— Нет!
— Тогда иди молча! Или, еще лучше, немного постони!
Принц понятливо кивнул, и немедля выдал жалобный стон.
В ответ раздались не менее жалобные причитания впечатленной Суржи, тотчас сменившиеся потоком четких указаний.
Довольный результатом нехитрого маневра, маг открыл дверь в положенные принцам покои и бережно ввел туда Танио. Притворил дверь и только тогда отпустил руку подопечного.
— Там — умывальня, из нее вход в гардеробную. Вперед! Да поторопись, скоро принесут ужин! Я приду через пяток подзвонков, моя комната рядом! Кстати, а зачем ты на паука с мечом полез? Я же предупредил!
— Да… не знаю, как-то само получилось! От испуга наверное… Я никогда не слышал раньше о таких!
— Я тоже! — весело хмыкнул маг. — Потому и увеличил простого птицелова! Здорово получилось, правда?!
— Но… Зачем?!
— Как зачем?! Чтобы твою невесту припугнуть, пока далеко не утопала! Не люблю да девицами бегать!
Дверь за магом уже захлопнулась, а принц все восхищенно покачивал головой. Умеет же этот Зак устроить все именно так, как надобно ему!
Первый раз он проснулся, когда солнечные лучи только разделили пол на яркие косые квадраты. Вначале собрался, было, вылезать из-под легкого покрывала, затем вспомнил, что, во-первых, он ранен, а во-вторых, Зак все равно рассчитывал остановиться здесь на несколько дней. Дабы, как он пояснил, помочь девице с адаптацией. Слово «адаптация» показалось Танио вначале непристойным, но маг, подслушав мысли принца, хихикнул и объяснил, что это просто привыкание. К новому миру.
Поэтому Танио спокойно повернулся на другой бок и снова закрыл глаза.
Чтобы проснуться много позже от бесподобного запаха жареного окорока. Сопровождаемого к тому же позвякиванием вилки и ножа. Принц рывком сбросил одеяло и сел. Солнечные квадраты из комнаты уже исчезли, но зато появился маг, с аппетитом уничтожающий румяный ломоть мяса.
— Ты поспи еще, я пока не все доел, — на мгновение остановив движение вилки, пробормотал он, и засунул в рот очередной кусок.
— Размечтался! — весело ухмыльнулся принц и помчался в умывальню.
С этим магом зевать не приходится.
— А где девчонка? — только умиротворенно отвалившись от стола, вспомнил Танио.
Зря его маг пугал, оба наелись так, что вставать неохота, и еще осталось.
— Её Суржа воспитывает. — Беззаботно хмыкнул маг. — А ты что, уже соскучился? Могу позвать!
— И кто из нас злой? — притворно закручинился принц.
— Ну, возможно я и злой, но общаться с ней — твоя обязанность! — Посерьезнев, вздохнул Зак. — Ты что, забыл, на что подписался?
— Ничего я не забыл! А что подписался… ну ты ж не знаешь… не было у меня другого выхода.
Танио взглянул в участливые глаза мага и неожиданно для себя рассказал о своем позоре.
Зак слушал внимательно, вздыхал и качал головой, и нисколько не смеялся. И принц был ему бесконечно благодарен за это.
— Так я и знал. — С досадой буркнул маг, дослушав до конца. — Развели как ребенка. Да ты и есть ребенок, по сравнению с этими интриганами. Ну, подумаешь, посмеялись над ним! Был бы умнее, смеялся бы громче других, им бы через пару дней надоело. Неинтересно смеяться над тем, кто на этот смех не обращает внимания. Через некоторое время чувствуешь себя дураком. А ты повелся, подыграл. Вот и влип. И главное, ничего поделать нельзя. Влюбилась в тебя наша подопечная. Теперь осталось лишь подождать, пока сама это осознает. И все, бери за жабры.
— А… у нее… что… жабры есть?!
— Это такое выражение. Там, где я родился, так говорят. Иначе говоря — твоя задача выполнена. Остается только узаконить отношения, и можешь везти ее в Кизард.
— А если я пока не готов… ну… отношения… Ты же сам видишь, ни рожи, ни кожи… А, Зак?
— Постарайся разглядеть в ней хоть что-нибудь. Вроде внутренней привлекательности. Или придумай! В конце концов, это же ты был бабником. Сам говорил, бегал за каждой юбкой!
— Так то же юбки! А не рваные штаны! Да и было под теми юбками… и под кофтами тоже… — Пригорюнился Танио.
— Да не переживай ты так! У нас времени много! А насчет… попробуем откормить. Все же она на одних ягодах четыре дня. Да и дома… неизвестно как питалась. У них там мода на худышек, специально ничего не едят.
— Ну и дуры! — С чувством ругнулся принц и снова завалился на кровать.
— Через два звона — обед. Ты должен прийти в столовую. Никаких отговорок. Вам нужно общаться. — Сочувствующе помолчав, завершил разговор маг и ушел.
Танио раздосадовано сплюнул и задумался. А что он хотел? Задание у него такое, у Зака. Организовать им встречу, обеспечить безопасность, помочь в общении. И доставить по назначению. А главное, не допустить незапланированных контактов гостьи с обычными людьми. Иначе может произойти катастрофа.
Танио теперь и сам это понимает. Ведь достаточно только Анюсе показать в обычной таверне свою книжицу и беспорядок обеспечен. От этих картинок у мужиков разом мозги вскипят. Друг друга поубивают за них. А дальше помешательство по городку как пожар пойдет. Ну а уж если это увидят художники? Или владельцы веселых домов? Или игривые служанки? Какие у них появятся идеи, подумать страшно! В итоге придется увеличивать охрану, сыщиков, палачей, в общем, затрат не счесть.
Поэтому на помощь мага рассчитывать не приходится. Наоборот, неплохо бы научиться свои мысли от него скрывать. В этом деле лучший вариант — купить хороший амулет, но ежу понятно, совершенно невыполнимый. Значит нужно погулять по парку, поискать травки. Три — четыре, сплетенные в особом порядке, лечебные травинки могут помешать телепату читать чужие размышления. Но только, пока свежий сок в них гуляет. Потому нужно обновлять каждый день. Неудобно конечно, но на крайний случай…
На обед Танио шел нехотя. Есть после обильного завтрака пока не хотелось, но портить отношения с Заком не стоило. Лучше плохонький друг, чем хороший враг.
— Ваше высочество, как здоровье? Не рановато ли встали, вон бледный какой! — завидев в дверях Танио, запричитала Суржа.
— Ничего, только голова немного болит, — утомленно вздохнул принц, усаживаясь на предупредительно выдвинутый магом стул.
Зря он надеялся, что деятельная домоправительница поймет намек и смолкнет. Шуму стало только больше. Побежали отправленные бесчисленными приказами слуги, зашуршали задергиваемые шторы, задвигалась мебель. И через пару подзвонков Танио с изумлением обнаружил себя сидящим в глубоком кресле возле разожженного камина, укутанным по грудь в плед. Хорошо хоть, руки не примотали. Иначе, чем бы он таскал в рот все те вкусности, что выстроились перед ним на низком столике?!
— А камин-то, зачем? — вспомнив про царящее за окнами лето, вяло поинтересовался принц.
— Успокаивает! — безапелляционно объяснила Суржа, устраиваясь рядом с тарелкой бульона в руках.
Это что, его еще и кормить с ложечки собираются? НЕТ! Не бывать этому! Танио закатил с расстройства маленькую истерику, в результате которой маг отправил оскорбленную в лучших намерениях домоправительницу на кухню, проследить за приготовлением взвара. А сам вместе с Анюсей, посмеиваясь исподтишка, перекочевал на маленький диванчик, придвинутый к камину.
С трудом осилив половину блюд, выставленных для поправки здоровья принца, троица отвалилась от стола. И только теперь, успокоившись, Танио обнаружил произошедшие в облике гостьи перемены. Нет, само собой, что девицу приодели в платье, он заметил еще раньше, трудно было не заметить. Хотя ее фигуру… никаким платьем не спасешь. Зато волосы… это он осознал лишь теперь. И даже не в том дело, что уложены в аккуратную, слегка волнистую прическу, открывшую чистый лобик. Главное, исчез, так раздражающий его, синевато-черный тон. Посветлели, сравнялись цветом с потемневшими корнями легкие прядки. И очень выгодно оттенили слегка загоревшее личико. Нет, красивым оно не стало, чего нет, того нет. Лишь исчезла вызывающая грубость, нарочитая вульгарность. И как-то сразу понятно стало, что девушка еще очень молода и беззащитна.
От этих наблюдений принцу вновь стало тоскливо. Все эти изменения значили одно, Зак всерьез взялся за сводничество. А у него, у Танио, не остается никаких шансов избежать брака с этой пигалицей. И поделом, сам ведь, добровольно, согласился стать принцем. Подвели его к этому конечно, грамотно… да… задним умом все мы крепки.
— Зак, ты обещал про оборотней! — Не забыла обещаний мага настырная девица.
— Обещал — расскажу! А что ты хочешь знать?
— Откуда они берутся, на кого похожи, как в волков оборачиваются? А еще…
— Стоп! Не все вопросы сразу! Ну… для начала, оборотни, это дикие животные, особый вид.
— За-ак! Оборотни — это люди, превращающиеся в полнолуние в волков! — не выдержала Анюся.
— Не повторяй глупостей! Ты же из мира, где наука разобрала людей почти на божественные элементы! Как может человек превратится в волка? Нужна полная трансформация скелета, мышц, сосудов! А зубы? А шерсть, которая мгновенно вырастает из под кожи? И, что, потом туда же прячется снова?! Ты представляешь себе механизм всего этого?
— Ну… это же магия!
— Никакой, даже самый сильный маг, даже в нашем мире, не сможет за считанные минуты сделать такое. Нужно одновременно держать в уме тысячи процессов! А уж про энергию, потребующуюся для одного только такого превращения, я и не говорю! Тут десятка сильнейших магов не хватит!
— Но… ты же говорил… сожрали…?! Или врал?!
— Ничего не врал! Танио спроси! И оборотни существуют! Однако всё не так просто, как ты себе представляешь. Я же говорю, это дикие животные! Но телом очень похожи на людей. Как ваши обезьяны. Только оборотни кровожадные хищники. Обладающие слабыми магическими способностями, позволяющими им накладывать на себя иллюзию. Слабенькую, всего для одного человека. Поэтому они никогда не нападают на группы, и тем более на магов.
И иллюзии у них простенькие, на доверие рассчитанные. Если женщине встречаются, то прикидываются ребенком. Заблудившимся. Если мужчине — хорошенькой девицей. Подбираются поближе и прыгают. Вот в этот момент иллюзия и исчезает. Представляешь, что видит человек? Шла миленькая девушка, а прыгнул зубастый зверь?! Вот и готова легенда, о мгновенном превращении!! Только оборотни еще и трусливые. Если не удается убить жертву сразу, или человек успеет достать оружие — вполне могут сбежать. На них одно время охоту объявили, так почти всех выбили. Теперь лишь в глухих местах остались.
— А если они укусят… человек потом в оборотня превращается?
— У-У-у! Анюся! Подумай хорошенько, если тебя кусает собака, ты потом в кого превращаешься? Сообразила? Так и здесь! Но вот… если сытый оборотень нападет на женщину… потом… иногда рождались… этакие уроды, но это еще до той охоты. И они никогда не становились нормальными людьми. Приходилось сразу убивать. Некоторые… легкомысленные… или обманутые женщины этим пользовались, объявляли, что на них напал оборотень и требовали убить ребенка. Был… известный случай… знатная дама понесла от возлюбленного, простого лесника. И объявила себя жертвой оборотня. А тут ее муж из поездки вернулся и заподозрил подвох. Сами понимаете, жертвы оборотней все в рваных ранах от когтей, оборотень, он ведь с женщиной не церемонится. Но даме то ли не хотелось уродовать свое тело, то ли понадеялась, что ей и так поверят. В общем, шрамов не было. Муж и запретил ребенка убивать. Увез в тайное место, вместе с повитухой и кормилицей, и велел воспитывать как человека. И сам постоянно проверял. Через лето все стало понятно. Ребенок начал ходить и заговорил.
— И что? — Анюся слушала, затаив дыханье.
— Судили ее.
— И убили?!
— У нас очень редко казнят. Палачи конечно, в каждом городе есть, для наказаний. А казнить… ну, не будем в это вдаваться. Нет, ее приговорили растить ребенка, и выйти замуж за лесника.
— Бедная женщина!
— Ну, да, стала бедной. Так она же сама решила свою судьбу, ее лесник не насильничал! Свидетели нашлись, из слуг.
— Соврали небось, хозяин приказал и соврали!
— У нас на суде не врут. Там же маг присягу принимает. — Усмехнулся Зак. — ну, какие у тебя еще вопросы?
— А эльфы у вас есть?! — любознательно загорелись Анюсины глазки.
— В южных лесах живут. Только они тоже не такие, как в ваших сказках. — Вздохнул маг.
— Если ты скажешь, что и эльфы звери, я… уйду!
— Куда? — заинтересовался Танио.
— В сад! Гулять!
— Нет, эльфы люди. И даже красивые. Разумеется, своей, эльфьей красотой, — загадочно хмыкнул Зак.
— А они живут на деревьях?
— Да. Кстати, у меня есть про эльфов книга, с картинками. Могу показать.
— Здорово! За-ак, миленький, ну неси быстрей, пожалуйста!
— А может, лучше пойдем в библиотеку? Там можно окна открыть, я от этого камина уже перегрелся.
Предложение мага приняли единогласно и, несмотря на обиженное ворчанье Суржи, быстренько перебрались в библиотеку, оказавшуюся по соседству. Пока Зак доставал с полки огромный фолиант и искал нужную страницу, придвинули к окну удобные кресла.
— КТО ЭТО?! — Пальчик Анюси уперся в красочную иллюстрацию.
— Эльфы.
— НЕТ! Вот это, рядом!
— Это обычный человек. Специально изображен для наглядности. — Спокойно пояснил Зак.
Танио откровенно веселился. Он уже видел раньше изображения эльфов, и сразу понял, что так рассердило гостью.
— Не хочешь же ты сказать… что все эльфы такие… карлики?
— Они не карлики! Карлик — это уродство, болезнь! А они — миниатюрные. Впрочем, что тебя так потрясло? Я знаю, что и в вашем мире живет племя пигмеев. Достающих обычным людям чуть выше пояса!
— Откуда ты это взял?!
— Одна из иномирянок принесла с собой целую сумку учебников. Давно уже. Их размножили и раздали магам и ученым. А ты что, никогда этого не слышала?!
— Меня как-то не интересовало… — замялась Анюся.
— Сказки про эльфов тебя больше интересовали! — понимающе хмыкнул маг. — Ну, тогда давай про эльфов. Как видишь, они невелики. Но это для них преимущество, а не недостаток. Имея малый вес и сильные руки, эльфы легко взбираются на самые высокие деревья, и могут достать любые плоды. Мяса они не едят. Кроме того, маленьким легче построить себе гнезда, в которых они живут.
— В наших книгах… написано, что они живут в больших дуплах. И там есть и столы и кровати… — безнадежно буркнула опечаленная Анюся.
Ее можно было понять, на глазах рушилась прекрасная легенда.
— Если сделать в дереве большое дупло, оно погибнет. Дерево. Но в малых дуплах эльфы хранят свои запасы. А иногда и прячутся сами. Бывает в южных лесах период дождей, когда трудно найти питание. Одежду, которую ты на них видишь, одевают только в этот прохладный период. В остальное время ходят нагишом. Да, еще глаза. Видишь, какие они у эльфов большие? В лесу всегда полумрак, там такие глаза необходимость. Зато, выйдя из тени, эльфы вынуждены жмуриться. С людьми они торгуют редкими орехами и плодами, лечебными травами и поделками из дерева и прутьев. Сегодня ты ехала в седле, изготовленном эльфами. Покупают у нас шелк, ножи и посуду. Ну и разумеется, драгоценности. Эльфы любят праздники, и на них принято наряжаться очень колоритно.
— А луки? Из луков они стреляют?
— Зачем им луки? Эльфы обладают магией очарования, их не могут обидеть ни люди, ни звери! Кроме того, лук в лесу вовсе не лучшее оружие! Как подстрелить тонкой стрелкой зверя, укрывшегося в таких густых ветвях, в которых даже копье застревает?!
— А вампиры у вас тоже неправильные? — возмущенно посопев с пяток подзвонков, желчно вопросила гостья и отодвинула фолиант.
— Если ты пояснишь мне вначале, что такое, по твоему, правильный вампир, я тебе отвечу. — Пожал плечами Зак и поднялся с кресла, — но, только после ужина. Сейчас у меня есть дело, так что извини.
— Танио, — Анюсе надоело наблюдать, как принц небрежно листает книгу, разглядывая иллюстрации.
— Что?
— Можно спросить?
— Конечно.
— Почему… ты путешествуешь с одним только Заком? Ты же принц?!
Началось. Не зря Хабер три дня его учил отвечать именно на такие вопросы. И вот он, экзамен.
— А кто мне, еще, по-твоему, положен? — Удивленно взмахнули густые ресницы и бесподобные глаза принца печально уставились на девушку.
— Ну не знаю, свита. — Восхищенно зарделась Анюся под этим взглядом.
— Свита стоит денег. А я принц ненаследный. Хорошо хоть Зака приставили, он сильный маг. — Несчастно пробормотал Танио.
Святую правду. Хоть и зовется он теперь принцем и даже соответствующий титулу магический медальон на груди носит, но богатства это бывшему ученику не прибавило. И разбогатеть он сможет разве что в отдаленном будущем, и то, если удастся справиться с заданием.
— Так что, ты совсем бедный?! — Ахнула гостья.
— Да. У меня ничего нет!
— Но ведь… у тебя есть лошади… и одежда… и вот этот замок?! — Ничего не понимала Анюся. — Мне бы такое ничего!
— Замок не мой, а короля. Одежду и еду я могу здесь брать. И лошадей. На время. Но денег мне тут даже добрая Суржа не даст. Я получаю из казны небольшую сумму каждые три декады. И буду получать до тех пор, пока не женюсь.
Танио очень надеялся, что его пояснения оттолкнут девицу. И она постарается на него не рассчитывать. Ну, зачем ей нужен нищий принц?
— А когда женишься? На что будешь жить?
— Если женюсь на девушке из состоятельной фамилии — войду в семью.
— А если на бедной? — не сдавалась Анюся.
— Если на бедной — выход один — Кизард! — тяжело вздохнул потерявший надежду принц.
— А что такое Кизард? — глаза гостьи стали круглыми от любопытства и ужаса.
— Это старинная крепость в горах, на границе. Там живут все ненаследные принцы, взявшие в жены бесприданниц. Или иномирянок.
— И что там такого страшного? — замерла Анюся.
Все. Пропал. Ловушка захлопнулась.
— Ничего. Там есть работа для принцев, охранять границу. Король платит за это неплохие деньги, и можно лет за двадцать накопить на небольшое поместье. А если принц погибнет, его жена может жить там на всем готовом хоть сто лет. — Уныло объяснил девице Танио и, воспользовавшись тем, что она опять о чем-то задумалась, удрал через окно в сад.
Глава 8
Как он и думал, полянки между деревьями заросли сорняками, среди которых вскоре нашлись подходящие ему травы. Бывший ученик постарался запомнить ориентиры, по которым можно будет быстро найти нужные кустики, и решил, было вернуться к Анюсе, как заметил еле видную тропинку, ведущую вглубь сада.
Немного постоял, раздумывая, и решительно шагнул на нее. Скорее всего, он найдет какой-нибудь заброшенный ягодник, куда знают дорожку лишь дети кухарки. В крайнем случае, шалаш для тайных встреч влюбленных. Но даже если там будет лишь кустик розмарина, с которого местный любитель взвара собирает душистые листочки, стоит дойти до конца. Потому что это одно из последних приключений холостого покуда принца. Потом не будет даже этого.
Тропинка привела к стене. Высокой, каменной стене, отгораживающей территорию замка от окружающего леса. И не было в этой стене ни ржавой, тайной двери, ни замшелого пролома. Ничего, кроме выросшего рядом раскидистого дерева. Танио обошел его со всех сторон и заметил кусочки грязи на шершавой коре. Поискал в траве и нашел старенькую, потемневшую лестницу. Приставив ее к стволу, принц убедился, что грязь на кору могла попасть только с ног, что взбирались по лестнице.
Нет, конечно, сбегать из замка без припасов Танио вовсе не собирался. Да и вначале хорошенько пораскинуть мозгами не помешает. Самое главное ведь не из-за стены вырваться, а потом не пропасть. И не попасться. Вот и полез на дерево лишь для того, чтобы разведать дорогу на крайний случай. Взобраться по лесенке труда не стоило, дальше по веткам путь кем-то проторен. Мелкие веточки ножом вырублены, крупные с дороги отогнуты. На стену толстая ветвь как мостик легла, а рядом верёвка, перилами служит. Со стены и вовсе легко оказалось — веревочная лестница висит.
Танио даже подивился наивности охранника, ключами ведающего. Тут безо всяких ключей — кто хочет пройдет. А кто хочет? Так, сходу, даже не сообразишь! Разбойников в этих местах отроду не было, тут, кроме поместья, на много верст вокруг лес да лес. Да их теперь и на дорогах-то давно не встречали, после памятного указа короля. Которым он объявил, что каждая женщина, поймавшая разбойника, может считать его своей собственностью. Нужно только привести пойманного к ближайшему магу. Поставить магическое клеймо.
Конечно, поймать вооруженного одичавшего мужика для женщины нелёгкая задача, и поначалу разбойники только ржали, читая этот указ. Но, как оказалось, сильно недооценили горячее желание некоторых женщин иметь собственного мужчину.
Для начала прекрасные дамы, в основном вдовушки да старые девы, объединились и наняли магов. Затем подрядили транспорт и выехали на операцию. В количестве, раз в десять превышающем предполагаемое число разбойников.
Ну а потом вообще поступили подло, отправив вперед себя телегу, нагруженную бочками ардизского рома.
Нет, подлостью был не сам ром, а то количество снотворного, которое в него вбухали. Да еще спрятанный в телеге амулет, на который один из магов, через пару звонов после захвата разбойниками телеги, открыл телепорт. Там, на полянке, их и поделили. Разбойников спящих. Там и клейма поставили и на подоспевший к тому времени транспорт погрузили. Кому мужиков не досталось — двинулись дальше.
Все следующие банды попались точно так же. Предупредить-то оказалось некому. Только через декаду, когда по королевству слухи поползли, да свадебные колокола по храмам зазвонили, разбойнички запаниковали. Разбегаться начали. Ну да их и в родных деревнях ловили, почти у каждого зазноба была, что от встречи до встречи мыкалась. А тут такая возможность! Напои любезного гостя и вызывай мага. Были, конечно, и хитруньи, что любезных дружков, отлынивающих от узаконивания отношений, разбойниками объявили, да кто ж их осудит?!
Поэтому в том, что перелаз через стену не разбойники наладили, Танио был уверен. И по лестнице веревочной не труся, спустился. Тропинку долго искать не пришлось, тут же, под стеной она и начиналась. По тропке принц крался осторожно, прежде чем ветку отогнуть, старательно в кусты вглядывался. И замер потрясенно, едва заметив впереди, на полянке, девушку.
Она была… Невозможно объяснить, как бывший ученик постиг, что она хороша собой. Стояла у куста красники вполоборота, только и можно было различить округлость щечки над обтягивающим покатое плечико платьем, да темную косу, тяжелым узлом уложенную на затылке. Но по стройной спинке, изящной шейке с легкими завитками выбившихся волос, да по легко летавшим ловким рукам Танио мгновенно нарисовал в воображении полный портрет. И всей своей жеребячьей сутью презрев опасность, ринулся в приключенье. То есть, с шумом выломился из кустов, забыв про конспирацию.
Девушка обернулась, едва заслышав треск ветвей, и невозмутимо наблюдала за приближением принца. А тот, не дойдя пары шагов, застыл с восхищенно вытаращенными глазами и открытыми ртом, и никак не мог вспомнить, что же обычно принято вешать на уши девицам в таких случаях.
Незнакомка тоже молчала, вначале с интересом ожидая атаки ловеласа, и имея на этот случай очень убедительные доводы. А потом и сама смутилась, под горячим взглядом незнакомца, полным подлинного восхищения.
— Извините, — непривычно вежливо пробормотал, наконец, зардевшийся принц, — я вас не напугал?
— Нет. — Качнула она хорошенькой головкой, с любопытством разглядывая красавчика.
Разумеется, это новый подопечный Зака. Следовательно — завербованный жених последней гостьи. Но до чего же красивый и молоденький! И краснеет так мило!
— А я травы искал… — то ли объясняет, то ли оправдывается он, — меня Танио зовут.
— А меня Рика. Полностью Латрика. — ответила девушка, хотя вовсе не собиралась до этого момента знакомиться с очередным принцем.
Незачем это, ему, да и себе голову фантазиями забивать.
А Танио, любуясь девушкой, вновь забыл, что ее положено развлекать разговорами.
— И какие же травы ты искал? — чувствуя необходимость прервать неловкое молчанье, вежливо осведомилась Рика.
— Дурнику, ломань, да еще черный корень. Пустышник и метенку я в саду нашел.
— Ох, ты! И для чего тебе такой набор, дай угадаю! Ну черный корень и дурника для порчи, но ломань и пустышник от простуды… А метенка вообще лишь беременным потребна. А они тебе все вместе нужны?
— Нет, вместо дурники черный корень пойдет!
— Ты не отравить ли кого задумал? Так ядовит только черный корень! Да и не варят эти травы вместе.
— А кто тебе сказал, что я варить собираюсь? — Заглянул в загадочные черные глаза принц. И вновь захлебнулся восторгом, смешанным с досадой.
Нет, ну вот почему всегда так случается? Как только выбросишь завалявшуюся старую вещь, так обязательно через день в ней нужда окажется! А как решишь, что встретить девушку своей мечты тебе вовсе не суждено и подпишешься на брак по расчету, тут же эта девушка и появляется! Именно такая, как загадывал, простая и загадочная, нежная и строгая! Такой не сунешь сходу руку под юбку, к ней даже подойти ближе боязно, потому что до смерти не хочется ненароком ее оскорбить. Но и уйти от нее нет никаких сил, как уйдешь от того, что вмиг стало самым главным в жизни? А он, Танио, еще смеялся, дурак, когда читал в книжке про такую любовь! У всех друзей спрашивал, никто не признался, что так бывает!
— А если не варить… — задумалась Рика, — а! Ты хочешь амулет сплести! Так ведь он на один день!
— Может для меня сейчас и один день бесценен, — невесело признался Танио, — а ты сюда из замка ходишь, или в поместье живешь?
— А тебе, зачем знать?!
— Провожу. На всякий случай, мало кто в лесу встретиться может!
— Провожать меня не нужно, я недалеко, в пустующей избушке лесника ночую, и там у меня охранник есть!
— Понятно, — уныло кивнул принц.
Конечно, разве ж могло так быть, чтобы такая девушка и одна?
— Охранник мой — леший, я ведь травница, — сжалилась Рика. — Раз ты в травах разбираешься, должен знать, нам без них никуда! Если не дружить, да не прикармливать, ничего стоящего не найдешь!
Танио ответу девушки так обрадовался, прямо засиял. И так уж получилось, что провожать ее все же набился, а потом получил в награду кружку взвара и долго его смаковал, пытаясь сообразить, можно уже девушку поцеловать или лучше не торопиться? Решил не спешить, если он ей интересен, намекнет на встречу, а если нет… — к чему тогда себя травить!
Но Рика на встречу не намекнула, и провожать не вышла, когда принц уходить засобирался. И вообще как-то посуровела, словно пожалела, что показала дорогу в свое жилище. Танио ушел обиженный, и по дороге поклялся сюда больше не приходить. Но ни в жизнь не клялся бы, если мог увидеть, какими несчастными стали девичьи глаза, следящие за его уходом сквозь щелку в двери.
Глава 9
— Где ты был? — маг с трудом сдерживал гнев.
Стоило на пару часов отлучиться, и подопечный чуть не сбежал! Да еще и мысли его перестали прослушиваться, что за недоразуменье?
— Зак! Ну что ты сердишься? — примирительно произнес Танио. — Я же никуда не делся! Неужели ты считаешь меня последней скотиной, чтоб тебя подставить? Ну, погулял немного по саду, посидел, подумал! Это что, преступление?
— Действительно, Зак, что ты на него напал! Он тебе принц или кто? — откуда в комнате взялась Анюся, не понял даже маг.
Но ответил ей немедленно.
— А ты вообще не вмешивайся! Я за его безопасность отвечаю, случись что, с меня спросят!
Вон, вчера на паука вперед меня бросился, сегодня один гулять ушел! И без меча! А вдруг там еще какие монстры завелись? — выкрутился Зак, твердо уверенный, что нападение — лучшая защита.
— Да я вообще пришла вас на ужин звать! — Оскорбленно заорала девица. — А вы тут ругаетесь! Меня еще обвиняли в неправильном поведении, а сами!
— Ладно. Я был не прав. — Поморщившись, признал маг. — Извините. Жду в столовой!
И выскочил из комнаты.
— А ты? — уставилась на принца Анюся.
— Что я?!
— Извиниться!
— Мне извиняться не за что!
— Значит, сбежать от девушки в окно — это прилично? — поджала гостья губки.
— На вопросы твои я ответил, хотя и не обязан был, а развлекать не подписывался! Вот и ушел по своим делам! — Строптиво заявил расстроенный Танио.
Если Зак установит за ним жесткий контроль, увидеться с Рикой станет большой проблемой. Танио уже успел забыть, что клялся себе больше никогда не ходить к травнице.
Анюся сердито хмыкнула и выбежала, хлопнув дверью. Ну и прекрасно, меньше вопросов задавать будет!
За ужином Танио не сказал ни слова, а, поев, хотел, было уйти, но маг предложил посидеть у камина. И так при этом выразительно глянул, что Танио сразу вспомнил, кто здесь распоряжается на самом деле. Анюся присоединилась с удовольствием, вечер был ветреный и прохладный, где-то вдали погромыхивал гром, шли летние грозы. А у камина, где тлеют на углях душистые травы, уютно и ни одного комара.
— Зак, расскажи про вампиров?! — Просительные интонации, появившиеся в голосе девушки, порадовали принца.
Возможно, она не совсем безнадежна!
Маг, листавший толстую книгу, вздохнул и захлопнул фолиант.
— Ты хотела вначале рассказать, что сама про них знаешь.
— Ну… в книгах пишут, что они — нежить. То есть давно умерли, но по ночам встают, и охотятся. Пьют кровь. Кого укусят — становится вампиром. Убить можно осиновым колом, серебром и чесноком. Ну еще… дневного света боятся. Теперь ты.
— А роста они какого?
— Высокие. И красивые. С длинными волосами. Спят в гробах. И обаятельные!
Танио хихикал не скрываясь. Надо же быть такими темными! Да эти легенды не содержат ни капли логики!
— Все ясно. — Тяжело вздохнул Зак.
Каждый раз одно и тоже. Все они там дурочки или только сюда такие попадают? Одна гостья на полном серьезе утверждала, что у них водятся вампиры, умершие тысячу лет назад. Представить страшно, какой от них запашок!
— Вампиры это такие же люди, как и эльфы. Изменившиеся под влиянием среды. — Менторским голосом начал объяснение маг. — Само собой разумеется — живые. Никакой магии не хватит, чтобы заставить двигаться застывшее мертвое тело. Тем более — мыслить. Любой разумный человек способен сообразить, что это нереально. Питаются они, действительно, кровью, у них безотходная система потребления. Но кровь им подходит любая, поэтому они разводят животных. Одному вампиру в день нужен всего бокал крови. И пьют они ее и вправду, прямо из прокола. Но до гибели животное не доводят, взяв норму, отпускают восстановиться. Поэтому вампиры держат большие стада коров и оленей, и ненужными им продуктами охотно торгуют с людьми. И ухаживать за своими животными на зиму нанимают людей. Зимой вампиры впадают в спячку, как ваши медведи. Запираются всей семьей в дальней пещере, заворачиваются в шкуры, и спят до тепла. На случай голода в пещере хранится запас сушеной крови и воды. Что еще? Роста они такого же, как и эльфы. Около трех локтей. Насчет красоты: вампиры покрыты шерстью, на спине и груди очень длинной. В какой-то мере их можно назвать красивыми. Владеют охранной магией. Когда ложатся спать, ставят защиту. Пожалуй, все.
— Так я и знала! — презрительно фыркнула Анюся. — Я попала в неправильный мир! У вас все ненастоящее!
— А ты уверена, что в ваших книжках все настоящее? — ядовито хмыкнул Танио. — Ну конечно, ваши писатели своими глазами видели вампиров!
После знакомства с приветливой, спокойной Латрикой, Анюся неимоверно раздражала принца.
— Если у нас такой неправильный мир, почему именно сюда вас приносит? — поддакнул ему уставший от объяснений Зак.
— Да вы чё, штоль думаете, мы сюда спецом?! — Так и подпрыгнула в бешенстве гостья — Да я… да ваш мир… да чтоб он… Эх!
Анюся гневно махнула рукой, что-то сверкнуло, грохнуло, и от лежащей на столике книги пошел дым. Танио пытался вскочить, но ноги отказали. Взглянув на мага, осознал, что это его рук дело. Нехорошо прищурившись, Зак шевелил губами.
— Никогда больше не смей оскорблять мир, принявший тебя! — сурово рявкнул маг, холодно уставясь девице в глаза. — Вставай, и иди спать!
Анюся послушно поднялась и как-то замедленно поплелась прочь. Маг провожал ее неотрывным взглядом до двери и потом еще сидел какое-то время, отстраненно глядя вдаль. Затем удовлетворенно кивнул головой и обессилено откинулся на спинку кресла. Пальцы его рук дрожали.
— Зак, ну зачем ты так? — чувствуя, как отпустило ноги, осторожно спросил Танио. — книга-то причем?!
Маг непонимающе уставился на него, мотнул головой, отгоняя какие-то свои мысли, и вдруг хихикнул. Танио испугался. Ходили по королевству байки о свихнувшихся магах, но прямых очевидцев их чудачеств никто не встречал. Не остаются такие в живых. Ну, только если в виде собаки, или козла.
А Зак, разгадав, что думает испуганно вылупивший красивые глаза принц, хохотал уже в голос.
— Зак! ЗАК! ЗА-АК!!! Прекрати! — Умоляюще взывал Танио, прикидывая, успеет он выскочить в окно или не стоит и пытаться.
— Я… я… не… сошел с ума! — вытирая выступившие слезы, пытался выговорить маг.
— Я понимаю! Ты просто немного рассердился! И вспылил! С кем не бывает! Но теперь уже все прошло, все хорошо, все хорошо, Зак!
Танио отлично помнил, как мэтр учил обращаться с сумасшедшими. Самое главное, не нужно им противоречить! Тихие, успокаивающие, душевные слова и плавные жесты!
Но Зак уже взял себя в руки и перестал смеяться.
— Я не сошел с ума! Слышишь, Тан? И это не я сжег книгу! Ты, что, ничего не понял? Это Анюся! К нам попадают только те, в ком есть способности к магии! Слабенькие в их мире, где природная энергия заглушается исскуственной! А у нас они начинают развиваться!
Как ты думал, зачем к тебе приставили меня?! Я ведь сильный маг! Чтобы контролировать гостью! Понял?! А ты не задумывался, как вообще гостьи попадают сюда? Так вот, это происходит только в тот момент, когда что-то их сильно выводит из душевного равновесия! Такой спонтанный взрыв сил! Наши магистры определили перечень необходимых условий для перехода. Это — период полового созревания, хорошо развитая способность к самовнушению, мощное психологическое потрясение и обязательно врожденные магические способности.
— Великие боги! И на этом существе я должен жениться?! — Охнул принц.
До Танио, наконец, начало доходить, что выгодная сделка, заключенная с Хабером, вовсе не так уж и выгодна!
— Тан, я должен сказать… сейчас, когда ты знаешь все, ну… или почти все… отказаться нельзя! Я для того и еду с вами! Чтоб она не догадалась о своих способностях! И чтоб ты… не сбежал! — Зак смотрел на раздавленного отчаяньем подопечного с состраданием.
Танио сжал руками голову и простонал. Прощай Рика! Лучше бы я тебя и не встречал! Легче было бы тянуть лямку супружеской жизни рядом с взбалмошным, упрямым, нахальным существом. Да еще и с неуправляемыми магическими способностями.
Как права была покойная мать, повторявшая как молитву: Прежде чем шагнуть один раз, подумай пять! Возможно, тебе туда вовсе не надо!
А он и одного раза не думал, сдури поверил в доброту и бескорыстье чародея! На доброе слово купился, как последний болван! Нашел, где доброту искать! И Зак этот, из той же братии!
— Я спать. — Буркнул Танио, и выбрался из кресла, стараясь не смотреть Заку в глаза.
Маг проводил его задумчивым взглядом и ткнул пальцем в обугленную обложку книги. Тонкий теплый пепел плюхнул крошечным фонтанчиком. Маг поморщился и шевельнул бровями. Останки сожженного фолианта исчезли в тумане миниатюрного телепорта.
Танио долго вертелся на широкой постели, силясь выдумать способ освобождения от принесенной чародею клятвы. Однако никаких стоящих идей не изобрел и как-то незаметно уснул. Как провалился в мягкий мрак. Неслышно приоткрылась дверь, и в комнату скользнул Зак. Шевельнул над кроватью пальцами, закрепляя сон подопечного, и сунул ему руку за пазуху.
— Так я и думал! — усмехнулся, разглядывая наскоро сплетенный из стеблей амулет. — Гулял он!
Глава 10
Утро было солнечным и свежим от прошедшего ночью дождя, но Танио, мрачно ковырявшего вилкой пышный пирог, не радовала праздничная чистота природы. Еще несколько дней назад он думал, что невезуч. Как же он ошибался! Настоящее, фатальное невезение только теперь и началось!
Проснувшись незадолго до рассвета, заложник собственной наивности вдруг безумно захотел увидеть Рику. Посмотреть в последний раз в загадочную темноту глаз, коснуться пальцами тонкой руки… разве это преступленье? Он украдкой выбрался в окно первого этажа и рванул бегом по мокрой от дождя тропке. По пути надрал с куста охапку белоснежных бутонов и с душистой ношей в руках взлетел на стену. Лестница сегодня была свернута в рулончик на вершине стены, но в спешке Танио не обратил на это никакого внимания. Сбросил разворачивающийся клубок, и, вцепившись зубами в колючие стебли, на руках рванул вниз.
К избушке прибежал запыхавшийся, но счастливый, взлетел одним махом на крыльцо, стукнул в дверь. От толчка она открылась, поехала на скрипучих петлях и возникло странное ощущение пустоты. Танио махнул рукой на глупую интуицию, отстань, она же сказала… ночует в избушке… странно! Не живет, а… ночует…?! Обошел небольшие выстывшие за ночь комнатки — интуиция была права. Сегодня тут никто не ночевал. Да и вообще избушка выглядела необжитой. Скудная постель, связки трав на вешалах, минимум посуды… перевалочный пункт для травницы, не больше.
Ждать, пока придет Рика, не имело смысла, поэтому Танио сунул букет в котелок, плеснул воды и отправился восвояси.
И только, когда уже лез на стену, вспыхнули подозренья. О, ревность, отрава всех влюбленных! Как больно ныло переполненное подозреньями сердце! Ну, не могла же сама собой свернуться лестница на стене. Значит, возможны два варианта, первый — любовник Рики проводил ее вечером в поместье и вернувшись, свернул лестницу. И второй, Рика сама пробралась ночью к любовнику и убрала лестницу. И сейчас безмятежно спит под бочком у дружка. Или даже посмеиваясь, наблюдает из-за занавесок, как новоявленный принц лешим бегает по кустам.
Чувствуя себя смешным и глупым, Танио, глотая слезы, ползал под мокрыми ветками и собирал необходимые травы. Необходимые для оправдания перед самим собой. Вроде не на девушку взглянуть бегал до свету, как дурак, а за травами для амулета.
А когда спрыгнул с подоконника в комнату, внезапно встретился с понимающей ухмылкой Зака. Давно поджидавшего принца, удобно расположившись в огромном кресле.
— Если тебе так неприятно думать, что я копаюсь в твоей голове, сказал бы честно! — примирительно заявил маг и протянул поблескивающий камнями амулет. — Держи, это посильнее того будет, что ты плетешь.
— Что я за это должен сделать? — подозрительно хмыкнул разуверившийся в людях принц, хваля себя за своевременную идею насчет травы.
— Ничего. Хотя… если понадобится что-нибудь… ну, мало ли, нажми вот сюда! Я отвечу. Кстати, не пытайся сбежать, Хабер на тебя свои сторожки повесил, найдет без проблем! А теперь иди, переоденься, а то простынешь!
Танио ушел, даже не поблагодарив, не нужен ему был теперь ни амулет, ни побег. Не к кому стало бежать и незачем. И к Хаберу после долгих размышлений он испытывал уже не ненависть, а признательность. Ну не сманил бы его чародей титулом и обеспеченной жизнью, так и сидел ученик лекаря во дворце, лечил слугам порезы и простуды, гонялся за служанками. И даже заподозрить не мог, что живет в глуши девушка, которая за несколько мгновений случайной встречи станет для него символом счастья. Его, Кастанио, личного счастья. Ну, что ж, что у нее есть дружок. Или жених?! Так ведь и он сам тоже не свободен. Но зато теперь в далеком Кизарде можно будет иногда украдкой вспоминать эти ползвона чистого счастья.
— Танио! — настойчивый голос Анюси пробился сквозь размышленья.
— Что?
— О чем задумался? Не отзываешься! Три раза спросила!
— Извини.
— Так да, или нет?
— Что, да?
— Я хочу в поместье съездить. Посмотреть. Зак говорит, если ты поедешь, он проводит. Поехали, а?!
Танио вопросительно взглянул на мага и уныло кивнул.
— Тогда я бегу переодеваться, в этих юбках даже ходить неудобно!
Анюся сорвалась с места и вихрем вылетела из столовой.
— А ты… не хочешь переодеться? — дружелюбно предложил Зак.
— Нет.
— Тогда пошли во двор. Лошадей уже седлают.
Наблюдая за уныло плетущимся по дорожке принцем, Зак испытывал смутную тревогу. Что-то было не так. Танио сейчас должен его ненавидеть, а он абсолютно равнодушен. И с Анюсей разговаривал так же безразлично. Нужно будет его как-то встряхнуть. Как кстати Анюся прогулку затеяла!
Поместье оказалось маленькой чистой деревушкой, стоящей не берегу реки и окруженной ухоженными полями. Никаких особых достопримечательностей тут не наблюдалось, даже трактира не было. Зато принца со «свитой» пригласили в уютный домик управляющего и угостили свежими овощами. Только с грядки — горделиво объяснила хозяйка. К овощам подали свежие лепешки и взвар.
— Зак, а здесь чё, покрепче ничё не пьют?! — разочарованно шепнула магу Анюся, когда хозяин отвлекся.
— Почему?! На праздники можно выпить немного медовухи, или от простуды.
— А гостям не положено?
— Гости — это те, кого приглашали! А мы незваными пришли! Скажи спасибо, что угощают!
— Спасибо! — Фыркнула девица.
— На здоровье, дочка! — Ласково откликнулась подошедшая со стопкой горячих лепешек хозяйка. — Кушай хорошенько, тебе поправляться нужно! Вон какая худенькая, аж кости светятся! Видать, сильно болела, раз косу-то пришлось отстричь!
Анюся вспыхнула, от возмущения или стыда, не понять.
— Хозяюшка, а нельзя ли медовухи кружечку, ей для аппетита лекарь велел, — недобро усмехнувшись своим мыслям, учтиво попросил Зак.
— Конечно, конечно! Да и мы за компанию… не каждый день принца угощаем! — заметно оживился хозяин.
Принесли кувшин медовухи, блюдо с окороком, порезанным крупными ломтями и миску соленых грибов.
Управляющий так ловко наполнил кружки медовухой, как будто начинал карьеру в трактире.
Зак от себя кружку сразу отодвинул, без обиняков объявив, что магия этого не любит. Танио лишь пригубил, из вежливости, и налег на окорок. Зато Анюся с хозяином кружки до дна осушили, после чего гостья, хмыкнув, объявила что вкусно, как квас. Хозяин предложил повторить, и она не отказалась. После третьей заметили, что принц увиливает, но мрачный Танио заявил, что его еще после дня рождения тошнит. Зак на это лишь понимающе ухмыльнулся, тот праздник парень запомнит на всю жизнь.
— А у тебя когда был день рождения? — Раскрасневшаяся и растрепанная Анюся начинала заметно пьянеть.
— Семь дней назад, — тяжело вздохнул принц.
— И сколько стукнуло?
— Совершеннолетие.
— А… это… сколько? — язык девицы начинал заплетаться.
— Двадцать один.
— Эт, чё, до двадцати одного был несовершеннолетний, штоль? Фигасе! — пьяно хихикнула Анюся.
— Давайте, я вам заклинания от мышей обновлю, — Увел Зак неодобрительно поджавшую губы хозяйку.
Управляющий с Анюсей выпили еще по кружке. Теперь девица хихикала беспрестанно, ее смешило все, что попадалось на глаза. Затем она вздумала научить собутыльника песням родины и почти ползвона упорно выводила писклявым голоском нескладный, бессмысленный текст. На жуткий мотив.
У Танио разболелась от этого визга голова, и окончательно испортилось настроение. К тому же парень вдруг сообразил, что под это пенье им придется везти назад расходившуюся иномирянку. Обозленный такой перспективой принц немедленно отобрал у Анюси кувшин и поставил на верхнюю полку. Но она тут же поделила с собутыльником брагу из его и Зака кружек.
Танио рассвирепел окончательно. Пусть ему суждено жениться на нелюбимой, страшненькой иномирянке, нахальной и взбалмошной. Это он как-нибудь переживет. В крайнем случае, будет потихоньку варить зелье повиновения и капать ей во взвар. Но пьянства терпеть, не намерен категорически! И сейчас самое время это показать.
Принц схватил девицу за руку и потащил из-за стола. А она и не сопротивлялась, хихикая и пританцовывая, послушно топала следом. Танио вывел ее во двор, проскочил мимо ошеломленного Зака, и через калитку вылетел в огород.
— Милый! А куда ты м…меня ведешь? — Уже игриво хихикала Анюся.
— Сейчас узнаешь, — притворно ласковым голосом пообещал Танио, лавируя между грядок.
— У нас свидание? — не унималась девица.
— У тебя.
— А у тебя? Тан, ты… г…говоришь… загадками!
— Сейчас будут и отгадки! Иди сюда!
Огороды окончились. Меж густыми кустами вилась короткая тропка к реке. Принц торопливо стянул с Анюси рубашку, штаны и ботинки и подхватил девушку на руки.
— Я не хочу в кустиках! Там жуки! — закапризничала она.
— Никаких жуков, все улетели! — мстительно бормотал принц, продираясь по узкому проходу — сейчас тебе будет очень хорошо!
Он, наконец, выбрался на выкошенный берег и осмотрелся. Внизу под невысоким, обрывистым бережком неторопливо течет речка, рядом душистый стожок.
— Милый! — Узрев стожок, восторженно пискнула Анюся и крепко обхватила Танио за шею.
— Подожди немного!
Принц расцепил ласковые ручки, поставил хихикающую девицу к себе спиной и подтолкнул коленом под мягкое место.
Пролетев несколько локтей, Анюся с визгом шлепнулась в реку. Вначале ушла под воду с головой, но тут же вынырнув, поплыла к берегу. Танио, довольно скрестив руки на груди, присматривал за ней.
— Ну, как тебе свидание? — Саркастически хмыкнул он, когда изрыгающая проклятья девица пошатываясь, выкарабкалась на берег.
— Гад, скотина, дебил, извра…
— Значит, пока не понравилось, — хладнокровно заключил принц, вновь сбрасывая Анюсю в воду.
— Начал воспитывать? — насмешливо осведомился за спиной Зак, следя как разъяренная, полуголая гостья карабкается по скользкому склону.
— Просто не желаю всю обратную дорогу слушать идиотские песни! — отрезал Танио.
— Сам ты идиот, подлец, плейбой недоби…
— Еще разок. — Ловко увернувшись от ручек жаждущей мщения девицы, принц спихнул ее в реку.
— Не боишься выплеска? — задумчиво пошевеливая пальцами, уточнил Зак.
— Ну, ты же сказал, магия не любит…
— Результат непредсказуем, когда заклинаешь выпивши. От неточности может так рвануть…
— А! Ну, так ты же перехватишь?! — сообразив, что плетет пальцами маг, хмыкнул принц.
— Тогда, может, хватит ей?
Анюся на этот раз вылезла много дальше по течению и теперь брела, обиженно всхлипывая и размазывая по лицу грязные разводы.
— За-ак! Скажи этому придурку, чтоб больше не бросал меня в воду! — не подходя ближе, взвыла она.
— Если не перестанешь ругаться и пить как матрос, вообще в воде жить останешься! — безапелляционно объявил принц и ушел в кусты.
— А моя одежда?! — заскулила вслед девица.
— Вот она, я принес, — маг подал Анюсе ее вещи. — Но ты же вся в грязи! Иди вот сюда, здесь лесенка, ополоснись, я тебя подсушу!
Анюся послушно смыла грязь, стоя на чистых деревянных ступенях мостков, не замеченных ею раньше. Затем маг провел ладонями вдоль ее тела и взявшийся из ниоткуда теплый ветерок в момент высушил белье и волосы. Анюся, не переставая всхлипывать, кое-как натянула одежду и вдруг, прильнув к груди Зака, зарыдала в голос.
— За что-о он так? За-ак, ми-иленький, ну скажи-и, что я ему сделала? Так все хорошо было, на руках нес… — Анюся захлебнулась в горьком плаче.
Потому он тебя на руках и тащил, чтоб раньше времени не догадалась, куда. Маг, едва увидал перекошенное от ненависти красивое лицо принца, тащившего за руку пьяную девицу, сразу понял, добром не кончится. А когда, бросившись вслед, увидел Анюсину одежду, чуть с ума не сошел. Ведь, если б Танио задумал утопить девчонку, маг и помешать не успел. Плавает принц как рыба, утащит гостью под воду да придержит, пока не нахлебается… Под нависшими ветками кустов утопленницу не сразу найдешь, вода магию амулетов искажает…
Нет, Анюсю эту вовсе не жаль, туда бы ей и дорога. Но когда принца допрашивать будут… присяга все честно рассказать заставит. И тогда ему прямая дорога не в Кизард, а в штрафные роты. И то, если как принцу. А ну, как отнимут амулет — тогда только в рудники. Нельзя по своей воле людей жизни лишать.
Хорошо, что все обошлось. Совсем пропал бы парень. Зак к нему как-то… привязался, что ли?!
Обратно ехали молча, и, прибыв в замок, сразу разошлись по своим комнатам.
Глава 11
Зак в спальне не задержался. Собрался и в башню — Хаберу отчет отправлять. Но вначале постоял у дверей принца, убедился, что тот на месте.
А Танио замер не дыша, когда, переодевшись, шагнул к постели, и внезапно обнаружил на подушке белый лепесток. Бдительно оглядел все вокруг — нет ли еще какого знака?! Засомневался, а не из его ли собственных, длинных теперь волос, лепесток на подушку выпал?! Вполне мог запутаться, когда он по лестнице с букетом в зубах лез. И теперь лежит тут, как нож из раны вынутый, затаившуюся боль растравляя. На всякий случай, чисто интуитивно, принц руку под подушку сунул.
И нащупал бумажку, смятую в горошину. Развернул, чуя, как сердце из груди птицей рвется. Одно слово на небрежно оторванном клочке написано, словно ненужные обрывки кто-то выбросил, а для влюбленного сердца драгоценная подсказочка.
Танио не сразу на улицу побежал, вначале к Заку зашел. Вроде как поговорить. Но мага в спальне не оказалось, пришлось план менять. Спустился в кухню, у кухарки пирожков набрал, сказал, сядет в беседке книжку читать. В беседке книгу открыл, пирог, надкусанный, рядом с остальными пристроил. Вроде как ненадолго отошел. В кустики, например. А сам по тропке к заветному дереву помчался. Вгорячах даже не заметил, как через стену перемахнул.
Встал, прислушался. Тишина. И в этой тишине кто-то за штанину — дерг!
Принц отпрыгнул, оглянулся, сидит пятнистый леший, укоризненно смотрит.
ОХ! Отлегло от сердца! А лешик развернулся и в кусты нырнул. Танио за ним. Вскоре вышли на полянку, тут на принца и нахлынуло. И обида давешняя и надежды несбыточные… и ревность… и любовь…
— Быстро же ты сообразил! — Рика смущенно улыбнулась и хлопнула рядом с собой по стволу, на котором сидела. — Садись! И спасибо за букет, только не рви с того куста больше, это любимые цветы Суржи.
— Рика… — до принца наконец дошло, что девушка в замке не чужая. — Ты знаешь, кто я?
— Догадываюсь… — грустно вздохнула травница.
— Рика… ты… необыкновенная… если б я знал… никогда раньше… Только… нельзя мне с тобой встречаться! — Решился, наконец, Танио и сразу стало так пусто в груди, так больно, так горько…
— Я понимаю, — так же печально откликнулась девушка. — Ты слово дал.
— Да к… змеям это слово! Не убежать мне отсюда! На мне куча сторожек Хаберовских, да и Зака подставить не смогу! Он хороший парень, хоть и маг. А если даже сбегу, всю жизнь потом прятаться? За что тебе такое наказание? Нет у нас будущего… а без этого… лучше сразу…
Танио замолчал, опустился на траву у ног Рики, взял в ладони ее руку и прижал к лицу. Сидеть бы так и не вспоминать, что продал свою свободу за красивую физиономию и бляху принца. А с другой стороны не будь этого — и не встретил бы Рику… а если и встретил, но не был так красив… как все перепутано, как несправедливо!
— Ты… ведь… можешь… я слышала…, — смущенно выдохнула травница, вытирая свободной рукой слезы, — через… пять лет… развестись…. Я бы подождала!
— Рика! — У Танио перехватило горло. — Я… даже мечтать… но ведь пять лет…! Тебя родичи замуж за это время не выдадут? Или… ты сирота?
— Нет. Не сирота. Но родители далеко. А здесь у меня брат, он хороший… он поймет… — Рика шмыгнула носом, и у принца защемило от нежности сердце. — А теперь иди, нельзя тебе долго за оградой гулять!
Танио нежно прижался на миг губами к девичьей руке, наслаждаясь теплым, пряным запахом трав, исходящим от нежной кожи, тяжело вздохнул и вскочил на ноги. Долгие прощанья — лишние слезы. Последний взгляд — и бегом назад, в замок.
Маг перевел дыханье и закрыл ладонью готовый сорваться огонек. Как вовремя он вернулся в свою спальню! Как раз, чтобы застать выходящего оттуда принца. И, заинтересовавшись его манипуляциями с пирогами, проследить, куда ходит этот пакостник!
— Зак, что ты сделал с лешим? — скорбно поинтересовался голос Рики.
— Ничего страшного, просто усыпил! — сухо отозвался маг, выходя из кустов. — Лучше скажи, на что тебя уже успел уломать этот бабник?!
— Он не бабник!
— Да что ты говоришь?! — саркастически хмыкнул взбешенный Зак. — А не хочешь у него спросить, за что ему служанки ширинку на штанах заштопали? Наверное, за скромность!
— Это неправда!
— Правда! Над ним весь дворец смеялся! От позора он в принцы и записался!
— Бедняга! — почему-то пожалела принца Рика, и, неожиданно для мага, твердо заявила, — Впрочем, это неважно! Он любит меня, я чувствую! И… он не сделает мне ничего дурного! Ты же знаешь… меня нельзя обмануть! Он так меня любит… больше всего на свете!
— А ты? — замер от плохого предчувствия Зак.
— И я. — Просто ответила девушка. — Я буду ждать его хоть сто лет!
Ну вот. Вот оно и грянуло, горе нежданное! Она влюбилась! И бесполезно теперь объяснять, что Танио вовсе не ее герой! Что такая красавица вполне может рассчитывать на значительно лучшую партию! Что вообще глупо в восемнадцать лет ставить крест на себе и долгие годы ждать призрачную мечту!
ВСЁ БЕСПОЛЕЗНО! Только время зря потратишь!
Если Рика вбила что-то себе в голову — это навсегда! И, ведь говорил он родителям, что не место юной девушке в замке, где время от времени отираются приговоренные к женитьбе красавцы! Так нет! Никто его не послушал! Понадеялись на тетушку! Да разве той по силам уследить за своенравной племянницей?! Да Рика из бедной Суржи давно веревки вьет!
— Зак! Остановись! — виновато попросила девушка, и маг обнаружил, что раздраженно нарезает круги по полянке.
Уже приличную тропку натоптал.
— А что мне теперь делать, ты подумала? — расстроенно рявкнул он. — Ведь это я за него отвечаю! И за тебя!
— Пойдем для начала домой! Не имеет теперь смысла мне и дальше в избушке прятаться! — рассудительно произнесла Рика и первая шагнула в кусты.
Глава 12
Проходя мимо беседки, Зак мрачно усмехнулся, ни книги, ни пирогов уже не было. Не знает ловелас, что не удалось ему одурачить мага. Ну и ладушки, попробуем подыграть, может, повезет, раскроет красавчик перед девушкой свое истинное лицо прожженного бабника!
— Зак! Можно с тобой поговорить… — Принц стоял, прислонившись к стене, и смотрел на мага тоскливыми глазами. Видно, как вернулся в замок, так и ждет под дверьми спальни.
— Заходи! — Сухо бросил Зак и распахнул дверь.
— Давай уедем отсюда сегодня! — не успев войти, взмолился Танио.
И уставился на мага так умоляюще, что тот дрогнул.
— А… что случилось?
— Не спрашивай, давай сначала уедем! Я потом тебе все объясню, обещаю! Мы же успеем до села доехать?
— Вряд ли до темноты доедем. К тому же Анюся спать завалилась. Медовуха вещь коварная… сам знаешь! Да что тебе приспичило?! Потерпи до утра! — лицемерно убеждал маг подопечного.
Да знал он, знал, с чего принц драпать собрался! Напакостил и в кусты! Морду бить за такое нужно, незачем было девчонке голову дурить! Пусть помучается теперь, может, впредь умнее станет!
— Не понимаешь ты, Зак!
Принц упал на стул, опустив голову, сжал ее руками. Помолчал, тяжело вздыхая, потом поднял на мага полные слез глаза.
— Влюбился я. Никогда не думал… — он вздохнул еще горше. — Ты любил кого-нибудь, Зак? Не просто так, понравилась девчонка, а вот… или она, или… нож в сердце! Если любил — поймешь. Нельзя ей ко мне привыкать, я вещь проданная… и тебя подводить не хочу!
— А о ней… ты подумал? — неласково поинтересовался маг. — Как ей твой отъезд… понравится?
— Она… она необыкновенная! Она все поймет! Потом… Не хочу, чтоб из-за меня, дурака, всю жизнь себе исковеркала! Ты же понимаешь, со мной в Кизарде всякое может… Сидеть за стенами я не смогу!
— А где… ты ее встретил? — пытаясь взять себя в руки, задал отвлекающий вопрос маг.
— Да здесь и встретил! Нет, не в замке! Вчера, когда гулял… через стену перелез… а там… Веришь, первый раз в жизни не знал… что сказать! Глаза увидел… и все… нет больше вокруг ничего и никого! Я всё Хабера проклинал… а теперь понял… мне на него молиться нужно… Если б не он… и не узнал бы никогда, что она на свете живет… И никогда бы не испытал… такое счастье… и горе…
Танио говорил, глядя мимо Зака, в никуда, по его скорбно кривившемуся лицу текли слезы, а в глазах блестел горьким счастьем жар запретной любви.
Маг тяжело вздохнул, подошел к шкафчику и достал бутылку медовухи и два бокала.
— Выпей! — разлив янтарный напиток, протянул один Танио.
Другой махом опрокинул в себя.
— Зак… зачем?! А как же магия?
— Немного можно, — буркнул Зак, — а теперь иди к себе! И попробуй уснуть! Мне подумать нужно!
Легко сказать, попробуй уснуть! Да он теперь и ночью заснуть не сможет! А сейчас, за три звона до ужина?! Подумать смешно! И, вообще, как можно спать, когда вся жизнь в один миг взлетела до небес и разбилась вдребезги?! Это раньше, когда был простым учеником, мог заснуть в любом положении! Особенно после ночных проказ! Однажды умудрился задремать, помешивая тихо бурлящее варево, которое поручил сварить мэтр. Ну и макнул спросонья головой в котелок. Не сильно ошпарился, повезло, что колпак на голове был, метр заставлял одевать, дабы волосок в снадобье не попал. Вот сейчас бы он смог хоть в трех котлах одновременно мешать, так взбудоражены все чувства и мысли. Всё кажется, есть где-то выход… а-ах-ах… только нужно немного подумать… а-ах-ах…, да что ж это так… а-ах-ах…, зевается-то!
— Ну, точно, опоил проклятый маг! — падая поперек кровати, успел беззлобно пробормотать принц.
Так ведь и сам же он пил… мелькнула в засыпающем сознании последняя мысль. Откуда было знать наивному ученику, что методика использования в коварных целях гостевого стакана давно освоена хитрыми магами.
А в это время маг метался по комнате, разъяренный и расстроенный одновременно. Было понятно, принц не врет, влип красавчик, как муха в мед, и страдает по настоящему. Да и Рика сразу почуяла бы ложь, хоть способности к магии у нее и невелики, зато эмпатия развита почти как у матери. Потому и горит теперь свечой, сильные чувства очень заразны. Но ему-то, что с этим делать? Как поступить?! Закрыть глаза, уши, а заодно и сердце и позволить Танио жениться на иномирянке?! Нет, что принц сумеет уболтать глуповатую девицу, он ни на миг не сомневается. Только… чем после убивать голос собственной совести, которая будет воскресать каждую ночь?! Ведь счастливых при таком раскладе не будет никого! Даже Анюся вскоре поймет, что нелюбима! Если принц сразу ей это не объявит! А он сейчас в таком состоянии, что вполне может.
Зак остановился у стола, плеснул в бокал медовухи и влил в себя. Как воду. А почему, собственно говоря, он решил, что эта проблема касается только его одного?! Кто решил привлечь к серьезному делу легкомысленного ученика?! Хабер?! Пусть Хабер голову и ломает! Вот взять и доложить ему о провале. Интересно, как он выкрутится? С другой стороны, очень неприятно признаваться в срыве задания. Виноват-то именно он, Зак. Плохо следил за парнем, опустился до дружеских отношений, проворонил встречу с Рикой. Эх, Рика, Рика! Ведь такая была серьезная девочка! И знала всю правду про удел лже-принцев! Всегда без напоминания загодя уходила ночевать в сторожку! А вляпалась так по глупому! И опять-таки, с чего он решил, что ее судьба касается его одного? Может пора и родителям участие принять? А то закопались там, в своем Кизарде, по пять декад дочь не навещают! Пока занимаются проблемами чужих детей, свою упустили!
Зак хлебнул еще медовухи, хмыкнул злорадно и рванул в башню. Отправить весть родителям и Хаберу, пока не передумал!
— Зак, ты что, напился?! — рассматривая подозрительно блестевшие глаза сына, задала вопрос Каруна, едва растаял туман телепорта.
— Это — еще не напился! — строптиво хмыкнул Зак. — Не видала ты, как иномирянки напиваются!
— Уже видала! Соорудили перегонный цилиндр, алхимички малолетние! Из кухонных котлов! И весь запас медовухи сварили! А полученный растворитель, они его самогоном зовут, выпили за один вечер! Чуть не отравились!
— Я сейчас тоже с удовольствием бы отравился! — буркнул Зак.
— Да, состояние у тебя неважное! — замерев на пару секунд, признала мать. — Растерянность, злоба, зависть… правда, светлая, и все это на фоне сильнейшего угрызения совести, ужасная смесь!
— Что случилось? — в углу оседал телепорт Хабера. — Каруна?! И ты тут?! А Сейден где?! Не поверю, что отпустил тебя одну!
— Пошел за дочерью. О, уже идут! Зак! Что с Рикой? Это… то, что я думаю? И кто? ОХ! Великие боги! Ну и навалилось же на тебя!
— Что-то серьезное?! — занервничал Хабер. — КАРИ! Не молчи! Я же не эмпат!
— А вот и мы! — Обнимая дочь за плечи, в башню ввалился Сейден.
И в просторной лаборатории сразу стало тесно. Впрочем, так становилось в любом помещении, куда входил этот крупный жизнерадостный маг.
— Зак! — укоризненный взгляд сестры жег огнем. — Зачем?!
— Не ругай брата дочка, ему и так нелегко! — нежно обняла Рику мать. — Лучше расскажи нам все по порядку!
— Он вас вызвал, пусть сам и говорит! — строптиво взвилась травница. — А я послушаю! Только, говорю заранее, я от него не откажусь! Ни за что на свете! Это мое последнее слово!
И, высвободившись из материнских рук, гордо прошествовала к стулу. Села, оправила юбку и, сделав непреклонное лицо, уставилась на брата.
— Это… она о ком?! — Боясь поверить в догадку, Хабер предусмотрительно нашел задом ближайшее кресло.
— Давай и мы сядем, милый! — Подтолкнула мужа ко второму креслу магичка, и он послушно шлепнулся туда, усадив жену на колени.
Заку кресла не хватило, да и не смог бы он в таком состоянии говорить сидя. Маг прислонился к стене, выдохнул и начал исповедь.
Через ползвона высокая комиссия была в курсе всех подробностей срыва операции. По охмурению и доставке в Кизард очередной иномирянки.
Еще через ползвона, переругавшись, и обвинив друг друга во всех недочетах и ошибках, гости пришли к пониманию неразрешимости проблемы. Без кардинального вмешательства. И вежливо предложили Рике погулять, все равно от ее презрительного молчания никакого толку! На это предложение девушка ответила не менее любезно, что решать свою судьбу без личного участия она не позволит никому!
— Рика! Неужели ты могла подумать?! — укоризненно вздохнула Каруна. — Мы же не враги родной дочери! Нам теперь нужно решить, как и кем заменить твоего Танио! Не так просто найти подходящего человека! А пока превратишь его в принца! Да и гостья, вроде, уже влюбилась…
— Она сейчас на него как змея злая! — вспомнил Зак. — Напилась в поместье, принц ее в реку и сбросил. Три раза.
— И где она сейчас? — задумчиво поинтересовался Хабер.
— Отсыпается.
— А принц? — заволновалась Рика.
— Он… тоже уснул.
— Зак!
— Ну, я усыпил! Для его же пользы! Он был в таком состоянии, что угодно мог выкинуть! Требовал, чтоб мы немедленно уехали! — Вспылил Зак и, увидев глаза сестры, быстро добавил, — Чтобы тебе жизнь не ломать!
— Ну, с ним я сама разберусь! — ринулась травница к двери.
Все равно она уже услышала все, что хотела. И твердо знала, что мать ни за что не отступит от своих слов. Раз пообещала — значит так и будет!
— Я вот что думаю, — осторожно предложил Хабер, донельзя довольный тем, что решилась хоть одна проблема. — Может мы, пока гостья спит, тем более… от медовухи… слегка изменим… ей сознание? Вместе у нас отлично получится! Пусть пожелает отправиться в Кизард, а мы ей по пути кого-нибудь подкинем!
— Опасно это… могут быть такие нюансы… — засомневалась Каруна.
Зак представил себе, как едет через полстраны наедине с капризной, непредсказуемой девицей и тяжело вздохнул. Ведь придется терпеть это наказанье до встречи с новым принцем, которого еще найти и подготовить нужно… Да и клюнет ли вообще на него наученная горьким опытом гостья?!
Нет, нужно решаться! И нервы себе сбережет и родителям хлопот убавит. Да и опротивело ему уже это занятие, таскаться по стране в обществе прибывающих неизвестно откуда взбалмошных девиц!
Ну, вот почему они все так уверены, что попадают в мир наивных принцев с плохим вкусом, готовых всерьез увлечься невоспитанной, невежественной, жутко одетой, нечесаной и нахальной неумехой? К тому же пьющей и матерящейся как последний матрос, да еще зачастую курящей ядовитую траву.
Хорошо, что эта отрава у них быстро кончается. Хотя… вез он тут года полтора назад одну, у нее с собой полная сумка ярких коробочек с травой была. Когда они закончились, Зак вначале, сдури конечно, обрадовался. Потом чуть не сбежал от разъярившейся без любимого зелья гостьи. А чего тогда очередной несчастный принц от неё натерпелся — лучше и не вспоминать!
А уж какие требования гостьи предъявляют к своим возлюбленным, страшно сказать! Ну, перво-наперво, чтоб очень красивый был. С длинными волосами. И с фигурой как у Аполлона. Это в их мире такой бог имеется. Рисовала одна гостья этого Аполлона Заку — копия тупого воина-наемника с северных островов. Гора железных мышц при росте пять локтей.
Во-вторых — благородный. Попросил Зак разговорчивую гостью объяснить, как она понимает это благородство. И чуть не свихнулся после лекции протяженностью в два звона. Состоящей из одних «должен». Должен даме (лохматое существо в рваных штанах и с дымящейся штукой во рту — это дама!) руку подавать, на лошадь сажать, с лошади снимать, постель стелить, дичь добывать, ее же щипать, костер разводить, еду варить, посуду мыть… у-у-у. Каждый понравившийся придорожный сорняк, или бабочку, или камушек сломя голову ей приносить, комплименты беспрестанно говорить… и еще огромное количество «должен». Именно с тех пор Зак слово «должен» ненавидит лютой ненавистью. Еще принц должен быть богатым, высоким, сильным, ловким, веселым, и как это… а, сексуальным! — Ну, это… в общем… великим любовником! И, обязательно — умным. Тут уж Зак даже растерялся.
Как они думают, можно назвать умным принца, который влюбится во встреченную посреди дороги взбалмошную, нахальную, грубую, неприглядно одетую и нечесаную неумеху, вместо того, чтобы спокойно выбрать одну из местных принцесс?!
Которых в каждом нормальном королевстве больше, чем принцев! И, коих, король папа с королевой мамой, прекрасно осведомленные о серьезной конкуренции на рынке невест, чуть ли не с пеленок начинают к этому рынку подготавливать?! Нанимают самых лучших учителей и тщательно учат музыке и пенью, наукам и танцам! Хорошим манерам и скромности. А также уменью быть всегда красивой, опрятной и элегантной, обходительной, внимательной и заботливой. Учат шить, вышивать, готовить, печь пироги и торты, лечить раны и ушибы, скакать на лошади и плавать, беседовать на любые темы и участливо слушать!
И еще многому, многому другому!
Да и приданное за принцессами дают основательное, и политической поддержкой всегда обеспечат. А уж какие красавицы в большинстве своем местные принцессы! Приходилось Заку бывать и во дворцах! Принцессы всегда до онемения восхищали его лилейной кожей лица и ухоженными блестящими локонами! Они выглядели такими эфемерно хрупкими и прекрасными! Особенно на фоне иномирянок!
— Зак! — встревоженный отец, похоже, уже не раз произнес его имя.
— Что?
— Мама говорит, ты очень устал и обозлен. Может, заодно и сопровождающего мага сменим? А ты езжай к морю, или в наш замок, отдохни!
— В наш замок пусть Рика с Таном едут! Нечего им по чужим домам мотаться! — рассудительно заявил Зак. — А на мое место… давайте пока не будем никого искать. Я тут подумал…
И действительно, что он теряет? Поживет немного рядом с родителями, они давно о помощнике мечтают. А потом… возможно проблема исчезнет сама собой!
— Зак! — Мать уже стоит рядом и тревожно заглядывает в глаза. — Не надо самопожертвований! Отдохни, мы сами все сделаем как нужно!
И откуда только у нее силы берутся?! Ведь уже который год живет в беспрестанном напряжении! Еще бы, непрерывно держать под контролем почти три десятка необученных взбалмошных магичек и столько же их разочарованных мужей! А всей помощи — отец да четверо магов! Двое, из которых, даже не магистры! А теперь еще и за него задание выполнять! Нет уж, этого он никак допустить не может!
— Мам. Я решил. Ничего страшного не случится! К тому же вам давно пора взять еще помощника! Пусть Хабер только подготовит мага к следующему пришествию!
— Я ничего не понял! — кисло признался Хабер, — но мне все равно это не нравится!
— А я, кажется, понял, — вздохнул отец, — но мне это тоже не нравится!
Глава 13
— Какой замечательный сон! — пробормотал Танио и счастливо зажмурился, не желая просыпаться.
Не каждый день ему снится, что возле кровати, ласково улыбаясь, стоит самая прекрасная в мире девушка!
— Спасибо! — хихикнул рядом знакомый голос. — За комплимент!
Принц распахнул глаза и подскочил как ужаленный.
— Рика?! Ты…! Что ты здесь делаешь?!
— Тебя бужу! А ты, что, не рад? — лукаво надула губки травница.
— Как ты можешь! Конечно, рад! Но ведь Зак… я ему сказал…, он так рассердился! Я не за себя боюсь, мне уже все равно, а вот тебе… поверь, он сильный маг! — расстроенно лепетал несчастный, оглядываясь и понимая, что проспал до ужина.
— Танио! Все хорошо! И если ты поторопишься в столовую — будет еще лучше! Жду! — Загадочно засмеялась девушка и выскользнула из комнаты.
Все хорошо?! Как может быть все хорошо, если еще пару звонов назад было очень плохо?! Так плохо… что Зак даже усыпил его! А вдруг…?! Нет! Что могло измениться за два звона? Но Рика сказала…, откуда-то же она знает…?! А может…, маг вычислил… по его признанью… кто та девушка и теперь ее шантажирует? Тогда лучше поторопиться! И не дай боги, если Зак… хоть намеком… обидел Рику!
Танио, и до того спешно приводивший себя в порядок, засуетился еще сильнее. Едва не вырвав половину волос последним рывком гребня, натянул сапоги и выскочил из комнаты. Тревога за любимую гнала его все быстрее. Вихрем слетел по лестнице, ворвался в зал… и застыл как статуя под внимательными взглядами пяти пар глаз.
Три пары знакомы, темные ласковые глаза Рики, такие же темные — сочувствующе усмехнувшегося Зака, и ехидно испытующие — Хабера. Еще две пары глаз принадлежат рослому голубоглазому мужчине и темноглазой стройной даме.
Интересно, а откуда взялся Хабер? Неужели Зак подмогу вызвал? — мелькнула и пропала безразличная мысль.
— Представьтесь, молодой человек! — Вежливо попросил здоровяк.
— Но сначала сними амулет! — велел Зак.
Танио вздрогнул, как от удара, и уставился в глаза мага. Потом понимающе усмехнулся, одним рывком сдернул с шеи и швырнул Заку давешний подарок.
Гордо выпрямился и поднял голову.
— Меня зовут Кастанио. Коротко — Танио.
— И все? — Ухмыльнулся Хабер.
— Если честно — то все! — не повелся ученик.
— Хорошо. — Примирительно кивнула дама. — А мы родители Латрики. Я и Сейден!
Голубоглазый верзила добродушно кивнул.
— Очень приятно! — растерявшийся принц оглянулся на Рику.
Поймал ее любящий взгляд и сразу почувствовал себя уверенней.
— Хм, — Весело хмыкнул Сейден, — а скажите, молодой человек, какие у вас намерения… в отношении нашей дочери?!
Простой вопрос.
И сложный.
Как объяснить этим людям, что он скорее умрет, чем обидит Рику?! И что, несмотря на необходимость расставания, жизнь без нее не больше имеет никакого смысла? Где найти слова, чтобы описать поселившуюся в груди огромную, щемящую нежность и горькую тревогу?
— Достаточно! — В темных глазах дамы мелькнула слезинка. — Мы согласны на ваш союз!
Но ведь он же еще ничего не сказал! Танио ошеломленно оглянулся на звук упавшего стула и едва успел поймать в объятья подбежавшую Рику.
— Тан! — Она светились счастьем. — Я же тебе говорила — все хорошо!
— Но я не понимаю… Рика! Они… что… все слышат мои мысли?
— Нет, только Зак. А мама слышит чувства!
— Возьми! — подошедший маг протянул амулет.
— Нет. — Обиженно мотнул головой Тан, — не надо!
— Не сердись! — нежно попросила Рика, и принц сразу растаял. — Зак не со зла. Он самый лучший брат на свете!
Брат?! Великие Боги! Ну конечно! Все сразу стало на свои места! Зак ее брат! Ох! И додумался же он вчера, к кому идти со своими откровеньями!
— Ну, поскольку от титула он отказался… — ехидно пробормотал Хабер, но его немедля перебила мать Рики.
— Не было так сказано! И у тебя нет причины Кастанио титула лишать! Он не по своей прихоти от задания отстранился, любовь — воля богов!
— Ну, хорошо, хорошо! — Примирительно поднял руки чародей. — Как скажешь!
Хочется коллеге иметь титулованных внуков — пожалуйста. Тем более, если бы они с Сейденом захотели, король давно с удовольствием указ подписал. Поместье у них есть, денег предостаточно. Маги, работающие в Кизарде, за вредность две ставки получают.
— А теперь, давайте решим последнюю проблему, и будем прощаться. — Заторопился Хабер. — Проснулась уже эта, Анюся?!
— Проснулась. Пьет холодный взвар и материт весь наш мир. И принца в первую очередь! — доложила принесшая огромный поднос с пирогами Суржа, довольно поглядывая в сторону любимой племянницы и сияющего Танио.
— Зовите!
Суржа кивнула служанке и та метнулась к дверям.
— Здрасте! — Мрачная физиономия Анюси не осветилась даже каплей интереса к сидящим за столом незнакомым людям.
— Добрый вечер, Анюся! — приветливо ответил Зак, остальные лишь кивнули.
— А… медовухи нет? — С надеждой подняла на мага припухшие глаза девица.
— Можно найти, — сочувствующе кивнул он. — Но… потом тебе снова будет плохо. Хочешь… я… уберу боль?
— Магией? — вспыхнули жадным любопытством глазенки.
— Да.
— Давай!
Зак обошел стол и встал сзади Анюси. Положил руку ей на голову и показал Хаберу язык.
— Мальчишка! — бросил неприкрытую возмущенную мысль чародей.
Зак довольно ухмыльнулся и погладил Анюсю по голове.
— Все. Ну, что чувствуешь? — мягко осведомился, усаживаясь рядом с гостьей.
— Ух, ты! Клево! Большой мерси, Зак!
— Пожалуйста! А то у нас тут праздник, а ты сидишь с несчастным лицом!
— Какой праздник?
— Сестрица моя замуж собралась! — беззаботно улыбнулся Зак, склоняясь поближе к иномирянке.
— А у тебя есть сестра? — Удивилась Анюся. — И где же она?
— Вон, познакомься!
— Рика! — сверкнула улыбкой хорошенькая темноглазая девушка, сидевшая рядом с принцем.
— Анюся! — Машинально ответила иномирянка, чувствуя, как скверное подозрение змеей вползает в мозг.
Да какое подозренье, почти уверенность! Слишком уж близко к красотке сидит принц, улыбаясь как нанятый, да и вообще с нее очей не сводит. Обернулся на миг, обжег сияющим в глазах счастьем и вновь на Рику уставился.
— А за кого замуж? — чувствуя, как начинает закипать в груди ярая злоба, все же выдавила вопрос Анюся.
— За Танио, не видно, что ли?! — беззаботно хмыкнул маг, незаметно шевеля пальцами.
— Это значит, ты теперь родня принцу будешь? — криво усмехнулась гостья, примериваясь, чем бы швырнуть в распроклятого плейбоя. И сбежать!
— Это значит, — наклоняясь к гостье и нежно приобнимая ее за плечи, весело сообщил на ушко маг, — что я теперь свободен как птица! Молодожены в наш дом переезжают, кончилась для принца вольная жизнь! А я решил в одно место отправиться, вот хочу тебе предложить… — Зак замолк, как бы в нерешительности поглядывая на Анюсю.
Клюнет или не клюнет?
— Что? — отвлеклась от своих переживаний Анюся.
— Со мной поехать! С тобой весело… ты мне нравишься… конечно, если ты не против… я буду очень рад, только… поторопись, решать нужно сейчас. — Прижимая чуть крепче дозволенного плечи девицы, нежно ворковал маг.
— А куда? — Анюся даже разрумянилась от удовольствия, что маг так обхаживает ее на глазах у ненавистного принца.
Похоже, клюнула!
— Есть такое красивое место… в горах… у меня там много друзей. Кстати! Там есть девушки из твоего мира! Думаю, они будут тебе рады!
— В Кизард? — сообразила Анюся.
— Как ты догадалась? — изобразил изумление Зак.
— Я согласна! — Обрадовавшись так своевременно нашедшемуся выходу из этой невыносимой ситуации, выпалила гостья.
Куда угодно, лишь бы подальше от вон той сладкой парочки!
— Вот и отлично! Скоро откроется телепорт.
— Чё, у вас и телепорт есть?
— Ну да.
— Классно! Я побежала собирать вещи! — рванулась из-за стола Анюся.
— Возьми из шкафа побольше теплой одежды! — с преувеличенной заботой крикнул вслед Зак и принялся вытирать салфеткой вспотевший от напряжения лоб.
— Суржа, помоги ей! — кивнул сестре Сейден, опуская затекшую руку.
Хабер и Каруна тоже растирали пальцы. Нелегко столько времени держать наготове связывающее заклинание и кучу щитов.
— Зак… извини… — Взволнованный принц уже стоял рядом с магом, виновато кусая губы.
— Ты тоже, — понимающе ухмыльнулся маг. — И береги сестру, если что — спрошу по полной!
— Зак! Да я… неужели… — Танио не находил слов от благодарности и волнения. — Ведь ты… за меня…
— Не забывай, мы теперь родичи! — Перебивая нескладные признанья, весело пхнул его в плечо Зак и обернулся к Рике. — Получи своего принца, сестренка! Живите дружно! Я вас буду навещать!
В столовой уже громыхали отодвигаемые стулья, суетились слуги.
— Хабер, отправишь наших детей, — деловито распоряжалась Каруна, выстраивая в углу портал. — Зак, где твои вещи?
— Мам! Уже отправил! — укоризненно уставился на мать, все забывавшую, что сын второй сезон носит гордое звание магистра, Зак.
— Тогда сунь в сумку вон те пироги! У меня никогда такие не получаются!
— Да ты приходи почаще, я тебе еще лучше напеку! — Ахнула польщенная Суржа, втягивая в столовую с помощью Анюси огромный сундук.
— Сейден, бери сундук и иди вперед! — скомандовала Каруна, — а вы — следом!
Здоровяк весело подмигнул всем и, без затруднений подхватив тяжелый ларь, исчез в тумане телепорта.
Зак, крепко уцепив Анюсю за талию, выждал несколько мгновений, и шагнул за ним.
— Завтра явимся праздновать вашу свадьбу! — обернулась на миг к влюбленным магиня, и тут же закричала, — Суржа, тебе нужен будет телепорт?
— А ты, что, могла бы не пригласить меня на свадьбу любимой племянницы? — Подбоченясь, насмешливо фыркнула та.
— Ни в коем случае! Тогда до встречи!
Каруна исчезла в тумане. Телепорт медленно таял.
— Замечательная у тебя семья, — восхищенно пробормотал Танио и, осмелев, чмокнул невесту куда-то в висок. — Только Зака жаль. Привык я к нему.
— Пора и вам! — Хабер приглашающе махнул в сторону открывающегося телепорта.
— Не волнуйся, Зак с ней справится. — Уверенно заявила Рика. — Он очень сильный маг! А теперь еще и принц!
И уже шагая за ней в туман телепорта, Танио припомнил удивительную способность Зака улаживать проблемы в полном соответствии с собственными желаниями.
Пожалуй, беспардонная гостья еще не раз пожалеет, что сменила свою родину на мир прекрасных принц.
ЧАСТЬ ВТОРАЯ. БУДНИ ПРИНЦЕВ
Глава 1
— За-ак! Ну, За-ак! Ну, чё ты молчишь?! Ты обиделся?!
— Нет.
— А чё молчишь? Ну, За-ак!
— Что ты хочешь услышать?
— Ты обиделся?
— Я же сказал — нет!!!
— А чё ты делаешь?
— Собираю вещи.
— Чё?!!!
Анюся рывком отбросила пушистое меховое покрывало и соскочила с лежанки. По полу, звеня, рассыпались вывалившиеся из раскрытой шкатулки украшения. Покатились колечки и брошки, браслеты и подвески. Все то, что так щедро дарил подружке маг. Анюся обернулась было, собрать, но раздосадовано махнула рукой, потом! Рванула к двери, и тут же взвыла от боли, наступив босой ногой на неудачно попавшую под ногу брошь. Взвыла, и шлепнулась на пол, привычно ожидая, что на этот вопль немедленно примчится заботливый Зак. Вынет из пятки острую застежку, проведет над ранкой целительной рукой. И, усмехнувшись, чмокнет в макушку, эх ты, недотепа!
Однако время шло, а Зак не бежал. Хотя Анюся ясно слышала в соседней комнате легкий скрип его сапог. И шорох свитков. И позвякивание пузырьков. И тогда Анюся зарыдала в полный голос, жалея себя, проколотую пятку и еще что-то, пока неопределенное.
Временами, на секунду смолкая, девушка прислушивалась к деловитым звукам в соседней комнате, затем принималась рыдать с удвоенной силой. Наконец, шаги направились в ее сторону, и Анюся успокоенно опустила голову на колени, ожидая привычной процедуры.
Но шаги прошуршали мимо, скрипнула дверца шкафа, зашелестел шелк раздвигаемых платьев. Анюся притихла, вслушиваясь в эти звуки, но головы с колен не подняла, опасаясь наткнуться глазами на ледяной взгляд Зака. Шорох стих, шаги двинулись в обратном направлении. Стихли у самых ног Анюси, она даже разглядела в щелочку между хитро раздвинутых пальцев носки сапог. Носки задумчиво постукивали по полу, с каждым ударом убивая проснувшуюся было надежду. Затем мелькнула рука мага, резко выдернувшая из Анюсиной пятки брошь, и бросившая острое украшение куда-то на столик.
— Встань с пола, простудишься! — Насмешливо произнес над головой его голос.
Сапоги развернулись в сторону гостиной и спокойно вышли из комнаты.
— За-ак! — рванулась следом Анюся. — Ты чё
… правда, уходишь?!
— Да.
— Но… Ты ведь не можешь?! Вот так…?! За что?!
— У тебя плохая память?!
— Но ты же сказал… что не обиделся!
— Сказал. Потому что обижаются только дети и женщины! Мужчины действуют!
— Но… Зак! Я тебе обещаю… больше никогда в жизни!
— У тебя плохая память! Вспомни наш уговор, когда ты уламывала меня переехать в твою башню?!
— Ну… помню… — замялась Анюся.
Вообще-то она бы предпочла забыть все случившееся почти два года назад. Тогда она была морально унижена и разбита, красавец принц, в которого Анюся втюрилась с первого взгляда, предпочел другую. Нагло, на глазах у всех обитателей того маленького уютного замка.
Конечно…, если честно признаться…, Рика была очень хорошенькой! Но он-то ведь должен был жениться именно на ней, на Анюсе! Это ей уже здесь, в Кизарде, добрые люди глаза открыли! У них в Тордизании есть такой закон, всех прибывших из другого мира девушек выдавать замуж за принцев. За бедных, но прекрасных! Они все тут, в Кизарде, и живут. Нет, не в большом доме, там живут сторожащие границу маги. Принцы со своими супругами занимают отдельные башни. Такие, как эта. Принцы ведь бедные, значит, должны заработать себе на поместье. Службой родине.
Но жизнь здесь вовсе не такая уж унылая, как ей вначале показалось из рассказа Танио. Девчонки, то есть, теперь уже принцессы, подобрались компанейские, есть среди них такие приколистки! Нет, имеются конечно, и фанатки семейного уюта, родившие мужьям уже по второму принцесёнку, и проводящие свои дни в стряпне, воспитании детей и заботах о муже. Но таких меньше половины, и Анюся к ним точно не относится. К тому же они с Заком официально оформлять отношения не стали.
Тогда, через несколько дней после прибытия в Кизард, Анюся постепенно разобралась в ситуации. И почувствовала себя обойденной. Зак, заманивший ее в Кизард, спокойно жил с родителями в большом доме и, сдавалось, не собирался делать иномирянке никаких предложений. Даже неприличных. Вот и приходилось девушке в одиночку хозяйничать в предоставленной ей башне.
Нет, сначала ей это даже понравилось. Очень. У Анюси никогда раньше и комнаты-то собственной не было, а тут сразу целая башня! А в ней теплая прихожая, большая кухня, гостиная с камином, две удобные спальни. И ванная с горячей водой. Появлявшейся только тогда, когда топишь плиту на кухне. Идет из вмурованного в глубины плиты бака — объяснили новые подружки. Устроившие, по прибытии Анюси в Кизард, в ее жилище веселый девичник. Длившийся более трех дней.
Но это она уже потом подсчитала, когда проснулась в выстывшей спальне с ногами, лежавшими на белоснежной еще недавно подушке. Голова раскалывалась, веселых подруг нигде не было. Зато везде были безотрадные следы их пирушки. Вернее, разгрома. Их Анюсе пришлось устранять значительно дольше, чем длилось гулянье. Разумеется, после того, как перестала уплывать сжимающаяся от боли голова.
Анюся попыталась, было, привлечь к уборке новых подруг. Но в одном месте ее чуть не спустил с лестницы разъяренный супруг собутыльницы, в другом сама принцесса, пряча глаза, со вздохами объяснила, что она теперь на домашнем аресте.
Поняв, что каждый принц воспитывает жену в меру своих способностей и характера, Анюся принялась за уборку в одиночку. И вот тогда-то и заподозрила неладное.
У всех были принцы.
Сердитые, добрые, строгие, заботливые и не очень. Но были. И только она, Анюся оказалась одиночкой. Чувствовать себя никудышнее всех показалось настолько обидным, что девушка горько разрыдалась.
В тот проклятый момент и заявился, решивший навестить девушку, Зак. А следом за ним пришла к ней и удачная, как казалось тогда, идея.
Предложить Заку совместное проживание. Он немного поломался, потом уступил, но выдвинул свои условия. И жестко предупредил — одно нарушение и их соглашению приходит конец.
На условия Анюся согласилась, почти не думая. Да и показались они какими-то… несерьезными. Ну, например, не заводить разговор о свадьбе и детях, не выяснять отношения при посторонних, не грубить и не драться. Так кто же из мужиков не требует этого поначалу?! А потом, потихоньку, полегоньку, согласится и на свадьбу и на детей… И не таких обламывают!
Но после оказалось, что Зак очень хорошо все продумал, когда выдвигал Анюсе свои требования. И она весьма скоро в этом убедилась. Когда начала рассказывать Заку, какой представляет себе предстоящую свадьбу. С кем? Спросил тогда маг, и его темные глаза застыли, как вода в проруби. А когда Анюся, бросившись ему на шею, со смехом призналась, что с ним, Зак холодно отстранил ее и начал молча собирать вещи.
Нет, в тот раз все обошлось, Анюся чуть не на коленях просила прошения, уверяя сожителя, что пошутила. Прощенье девушка тогда получила. Но в дополненье получила твердое обещанье, что второго раза не будет.
Да она и не собиралась больше заводить опасный разговор, не такая уж дура. Это все Ленка, одна из старших принцесс. Подначила ее вчера, за вечерним бокалом медовухи. Долго он тебя еще мурыжить собирается? Осведомилась ехидно. Или ты хуже новенькой? Обрати внимание, корова коровой, а какого ей красавчика подсунули! А твой маг, тебя, похоже, стесняется, ни в гости, ни на ярмарку в соседний пограничный городок с тобой не ходит.
Анюся в тот момент отшутилась, но утром, проснувшись, разговор припомнила. Заново расстроилась и решила прояснить отношения. Вот и прояснила. Ну что бы стоило промолчать идиотке?!
Зак оправдываться не стал, только плечом дернул, нечего пьяных интриганок слушать. Да и вообще пора с этими вечерними посиделками заканчивать. А то и сама вскоре без бокала медовухи дня прожить не сможешь.
И так возмутил Анюсю его презрительный тон, что кошкой прыгнула к магу и рукой по лицу со всего размаху шлепнула.
Нет, это она в первый момент подумала, что шлёпнула, когда ладонь обо что-то твердое отбила.
Оказалось, о локоть Зака. Реакция у него всегда была отменная. Поймал удар локтем, затем перехватил Анюсю за плечи, развернул и на лежанку толкнул. А сам размеренным шагом из комнаты вышел. Вот тогда и схватилась девица за любимую шкатулку, ей блестящие безделушки вернее всяких капель нервы успокаивали.
Пока эти мысли в головке Анюсиной мелькали, маг короткими движеньями пальцев отправил в неизвестном направлении свои сундуки. И так же легко открыл в углу комнаты овал портала.
Не оглядываясь, шагнул к нему и, бросив через плечо: — Прощай! — исчез в сером тумане.
А Анюся бессильно опустилась на холодный пол и тоненько, надрывно завыла.
Глава 2
Не каждый, кто пользуется лекарственными мазями от прострела, или ожогов, знает, какое нужно иметь нечеловеческое терпение, чтобы правильно истолочь в ступке целебную траву. Или корешок. Но для начала необходимо как следует высушить потребный компонент, измельчить вначале ножом, затем в маленькой мельничке.
И только после, засыпая в ступку небольшими дозами, долго, размеренными движеньями, тереть ингредиент будущей мази пестиком. Чтобы, получив ложку однородной, слегка маслянистой субстанции, вновь засыпать в ступку очередную порцию.
Вот эту-то, ненавистную работу и делал Танио уже четвертый звон подряд. С самой кислой миной, какую только могло состроить его прекрасное высочество. И ведь даже пожалеть его некому! Рика еще с утра отправилась вместе с матерью, взявшей выходной, в столицу, прикупить полотна для шитья пеленок и распашонок их грядущему первенцу.
Танио они с собой не взяли, да он и сам не рвался. Нет ничего скучнее, чем ходить из лавки в лавку и щупать куски полотна. Да рассуждать об их качестве. В котором принц все равно ничего не понимает.
Конечно, можно было улизнуть в один из действительно интересных магазинчиков, тот, где торговали оружием или хитрыми приспособленьями для хозяйства. Вроде ручных мельниц, часов, сепараторов и маслобоек. На худой конец, в тот, где ловкие ювелиры за несколько минут могли подогнать под пальчик Рики хорошенькое колечко. Танио обожал делать жене такие маленькие подарки, и получать взамен искрящийся счастьем взгляд и жаркий поцелуй.
Но на все это нужны деньги. В семье магов недостатка в них не было, это Танио понял, едва сделав первый шаг по своему новому жилищу. Большой, удобный дом, стоящий посреди ухоженного сада, хотя и не особенно тянул на звание замка, но и скудостью отделки не страдал. Мебель во всех комнатах добротная, со вкусом украшенная резьбой и инкрустациями из ценных пород дерева. Посуда и утварь сплошь если не из серебра, то из бронзы. Да и безделушек вроде гобеленов, зеркал и хрустальных люстр в доме не счесть. Погреба и кладовые полны продуктов, произведенных в небольшом, но хорошо налаженном поместье. В шкафах большой выбор одежды и обуви. В общем, есть все для безбедной жизни.
Но дарить жене кольца Танио предпочитал на собственноручно заработанные.
Потому и брал заказы на небольшие партии целебных снадобий и мазей, такие как этот. Потому-то, стиснув зубы, снова тер и тер измельченные корешки плакун-травы, надобные для приготовления мази от комаров. Появившихся в больших количествах вместе с первыми теплыми ливнями.
— Господин, там, в портальной, сундуки появились! — Парнишка, недавно взятый в дом из поместья, подпрыгивал на месте, возбужденно размахивая руками.
Портальной называлась специальная комната, куда перемещались прибывающие через портал гости. И пустовавшая большую часть времени. Родичи жены жили и работали в Кизарде и времени шляться по гостям практически не имели. Прибывали только на семейные праздники, да и то не все вместе, а по очереди. Вот сегодня утром явилась теща, и почти сразу, забрав дочь, исчезла в спешно выстроенном портале. Успев только сунуть в руки любимому зятю захваченный у Суржи пирог.
Вернуться домой они должны были к вечеру, поэтому появившиеся в портальной сундуки означали, что случилось нечто из ряда вон выходящее.
С облегчением и чистой совестью отставив в сторону опротивевшую ступку, Танио помчался в портальную. Чтобы уже в коридоре столкнуться с насмешливо улыбающимся черноглазым мужчиной.
— И куда так несется мой зять? — усмехнувшись, поймал принца гость.
— Зак! — Танио не мог и не желал скрывать свою радость. — О! Зак! Как хорошо, что ты пришел! А мне говорят — сундуки! А это — ты! А что, сундуки… твои?! Ты что… бросил Анюсю…?!
— Все объясню, дай только переодеться! У нас в горах еще снег! А здесь, смотрю, теплынь, весна в разгаре! Но одно могу сказать точно — никогда в жизни не женюсь на иномирянке! Сестрица-то где?
— В столице. С матерью еще утром ушли. За покупками!
— Ясно. Тогда распорядись насчет обеда, я мигом!
Зак стремительно исчез в конце коридора, и о том, что он не привиделся принцу, напоминали лишь слуги, тащившие следом два внушительных сундука.
Танио довольно хмыкнул и, отринув все возмущенные вопли совести о недотертых корешках, устремился на кухню. В конце концов, Зак приходит далеко не каждый день. И тереть в этот знаменательный день корешки просто глупо.
На кухне о прибытии мага уже знали, и спешно мешали тесто на его любимые оладьи. И терли сыр на салат и резали ветчину толстыми ломтями. Чтобы все было так, как нравится Заку.
Убедившись, что все заняты приготовлением обеда, Танио отправился в столовую, захватив, чтобы не идти с пустыми руками, кувшин ледяного взвара. И, таща по лестнице тяжелый запотевший сосуд с любимым Заковым напитком, в очередной раз подивился, как здорово тот умеет организовать все так, как нравится ему.
— О, холодненький! — Одобрительно кивнул маг, усаживаясь за стол, и немедля наполнил бокалы.
— Спасибо! — кивнул принц, припадая к душистому напитку.
— Ох, а я и не сообразил! — неожиданно спохватился Зак. — Ты может, выпьешь медовухи? За встречу?!
— Нет, — качнул головой Танио. — Не хочу.
И ведь почти не покривил душой. Ну, разве, чуть-чуть. Но пить одному и вправду неинтересно, а Зак не пьет никогда. Магия алкоголя не любит. Это он так говорит. К тому же у Рики нюх теперь стал как у пчелы, а от запаха медовухи ее тошнит.
Нет, она не будет ни ругаться, ни жаловаться. Просто с виноватой улыбкой возьмет свой пеньюар и уйдет в свободную спальню. Виновато пожелав мужу спокойной ночи. А Танио будет ворочаться один в огромной кровати, и чувствовать себя чудовищем. Не способным прожить без медовухи несколько месяцев, пока жена носит под сердцем его ребенка.
— Как хочешь, — понимающе кивнул Зак, и Танио показалось, что маг снова читает его мысли.
Хотя, амулет вот он, всегда на шее. Да святая вера, что это поможет скрыть думы от чересчур способных родственников. Не от Рики, нет, от нее принцу скрывать нечего. Перековала бывшего бабника внезапная любовь. Но и Каруна подстраховалась. Быстренько пристроила замуж в деревню всех молодых служанок. От греха подальше. Набрав на их места серьезных матрон в возрасте. И молодых парней, на побегушки.
Двери распахнулись и упомянутые парни внесли подносы с едой. Запахло горячими оладьями, яичницей с ветчиной и острым салатом. Зак, довольно ухмыльнувшись, потер руки.
— Хоть поесть по человечески! — плотоядно хмыкнул он, втаскивая на тарелку огромный ломоть ветчины, залитый еще шкворчащими яйцами.
— Так она, что, еще и не кормила тебя? — возмутился принц, от души ненавидевший сожительницу шурина.
Взаимно, между прочим.
— Не надо о грустном! — с аппетитом прожевав первый кусок, отмахнулся Зак. — Все в прошлом!
Не надо, так не надо! Хотя у Танио до сих пор по спине дрожь бежит, как подумает, что все могло случиться иначе. Не захотел бы Зак его выручить, и пришлось на своей шкуре познать все прелести семейной жизни с пришлой неумехой. Нет, специально он, конечно, не расспрашивал, но когда жена с тещей обсуждают личные дела мага, поневоле перехватишь то слово, то фразу. И картинка вырисовывается вовсе безрадостная. Да и какому мужику понравится, придя вечером домой, обнаружить гору немытой посуды, пустые кастрюли и громко орущую глупые песни полупьяную компанию?! Правильно, никакому. А Зак терпел, потому что обязательство подписал. Пока не найдут Анюсе подходящего кандидата в мужья, не оставлять ее одну.
Во избежание неконтролируемого выброса.
Только он и тут все обставил по-своему. Вынудил иномирянку саму просить его о сожительстве. И выкатил ей все свои условия. Чтоб было, чем в узде держать. А вот он, Танио, так бы нипочем не смог. И пришлось бы ему либо лупить нещадно постылую супружницу, либо пить медовуху рядом с ней. И неизвестно еще, что хуже. Так что счастьем своим Танио полностью Заку обязан, и забывать о том не собирается.
Маг залпом допил взвар, отодвинул от себя пустую посуду и со вкусом потянулся.
— Не пойму, почему мне кажется, что сегодня взвар пахнет плакун-травой? — задумчиво пробормотал, довольно поглаживая себя по плоскому животу.
— Это… от меня… — внезапно засмущался Тан.
— Да? — с интересом распахнул глаза маг. — Извини! Но… почему?
— Мазь нужно было сделать… вот я и толок… пока Рики нет. — С пламенеющими ушами признался принц.
Зак понимающе кивнул, о чем речь! Без особых объяснений ясно, что неприятно парню не иметь своих монет. Непонятно другое. Как смогла юная девчонка за одну встречу рассмотреть в нем все это?! Каким чудом угадала и неиспорченность и преданность и честность? А самое главное, гордость, настоящую, мужскую гордость, не позволяющую делать любимой женщине подарки за чужие деньги! Даже такие дешевенькие, как те колечки и сережки, что он каждый раз приносит ей с ярмарки. Нет, конечно, Каруна и там все держит под контролем. Давно договорилась с ювелиром, что он будет продавать принцу понравившиеся украшения по самой смешной цене. Она сама потом рассчитывается с торговцем, устанавливая, к обоюдному удовольствию, на его магазинчик самую надежную защиту.
— Слушай, Тан, — задумчиво начал маг, — я, конечно, тебе советовать не собираюсь, но почему ты сам всю работу делаешь? Набери учеников, пусть трут.
— У меня диплома нет, — несчастно признался принц. — Я ведь обучение не закончил. А заказы беру только на самые простые снадобья, их все равно всегда ученики делают!
— Ну, диплом получить не проблема. Только… ты ведь и без него можешь обойтись. Найми молодого лекаря с дипломом, рецепты писать, да проверять работу, учеников — снадобья готовить, на ярмарке лавочку поставь, торговца посади, и дело пойдет. А сам только распоряжаться будешь. И не придется по нескольку звонов в обнимку со ступкой сидеть. Да и почета побольше. Про деньги я и не говорю! Не в них суть!
Танио краснел и бледнел, выслушивая это предложение. Он и сам давно понимал, что не к лицу принцу травы тереть. Но и организовать такое дело, как предложил Зак, не мог. Нужны были деньги, нанять людей и помещение, а взять их бывшему ученику лекаря неоткуда. Не просить же, в самом деле, у родственников жены! Хватает ему и того, что живет тут на всем готовом! И как повезло-то еще, что родственники Рики люди чуткие и деликатные, ни единым жестом не напомнят, что приняли в семью нищего сироту.
— Тан! ты что молчишь-то?! — с затаенной жалостью поглядывая на опустившего голову принца, бодро окликнул Зак.
— А что говорить, — наконец горько откликнулся Танио. — Не получится это.
— Это почему не получится? — Не согласился маг. — Ну, разве что ты постесняешься взять у меня взаймы пару сотен золотом?! Так это глупо. Мне сейчас деньги не к чему, вот когда женюсь, тогда, может, и понадобятся. А пока все равно лежат без толку в сундуке! Ну, а если у тебя все получится, мне приятно будет знать, что мои деньги пошли на пользу моей сестре и зятю. Да и будущим племянникам.
Танио нахмурился, задумавшись, долго водил по блюду вилкой, покачивая головой.
Зак с интересом искоса следил за процессом. Неужели он ошибся в своих расчетах? Неужто придется придумывать новый план? А уж как тогда снова мать уговаривать, он себе и представить не может! Она и в этот-то раз скрепя сердце согласилась, да и то, только после того, как кучу условий обговорила!
— Не обижайся Зак, но… твоих денег я взять не смогу! Даже на время! Если у меня дело не выгорит, и я долг вернуть не смогу… Нет! Лучше сам понемногу накоплю. У меня уже есть немного… только… Зак, это секрет… я пока Рике не говорю… не хочу заранее… ну ты понимаешь…?! — Принц виновато глянул на мага и отвел глаза.
У Зака отлегло от сердца. Не ошибся он в парне, не захотел зять брать его деньги. Значит, есть шанс уговорить принца. И уж он, Зак, его не упустит!
— Знаешь, Тан, я уважаю твое решение. — С притворным вздохом признался маг. — И уговаривать больше не буду. Но мне все же хотелось бы тебе помочь. Просто по дружески. Открою тебе тайну, мне сейчас предлагают одно задание… очень секретное. И хорошо оплачиваемое. Так вот… я должен найти для его выполнения себе напарника. И… думаю… ты бы подошел. Времени оно займет всего несколько дней, а заработать сможешь столько, что вполне хватит основать производство мазей и купить магазинчик! Да еще и останется!
— А что нужно делать? — Засомневался принц. — Если везти гостью… сам понимаешь… Рике это не понравится. А расстраивать ее я не могу. Нет, не хочу!
— Подробности я смогу рассказать только после твоего согласия. Я же сказал, дело секретное! Но могу твердо пообещать, спокойствию Рики ничего не грозит! Неужто я могу разрушить жизнь родной сестре?! Кстати, наша мама в курсе этого задания, и она уж точно не отпустит тебя, если решит, что есть опасность вашему семейному счастью. — Проникновенно пояснил маг и шутливо добавил, — Я иногда даже завидую, как она о тебе печется, будто это ты ей родной сын, а не я!
— Ну, если Каруна разрешит… то… я согласен! Спасибо тебе Зак, опять ты меня выручаешь! — благодарно блеснул глазами принц.
Конечно, разрешит, а куда она денется! Все уже обговорено не по одному разу. И даже указик заготовлен. И все печати стоят. И подписи тоже, кроме Тановой. Снова все вышло так, как он и рассчитал. Впору радоваться, но почему-то на сердце невесело. Вроде как отнял у ребенка красивую, но острую игрушку. Сделал все правильно, а ребенок в слезах.
— Ну, вот и хорошо, как она вернется, так и поговорим! — жизнерадостно заверил Зак, пряча взгляд в бокале со взваром. — А пока, извини, мне очень нужно смотаться в одно место. Встретимся за ужином!
Глава 3
— Ты же сама мне жаловалась! — устало выдохнула Каруна, с мягким упреком глядя на дочь. — Да я и по себе прекрасно помню, как это бывает! Мы с Сейденом чуть не разошлись, когда я Зака носила! Мне все казалось, что от мужа конюшней пахнет!
— Псарней! — машинально поправила несчастная Латрика, отодвигая недоеденное яблоко.
— Кому — чем! Но отношения это может убить напрочь! Разве ты хочешь, родив ребенка и почувствовав новую вспышку любви к мужу, вдруг обнаружить, что он не может простить тебе недавней холодности?! Или вообще уже разлюбил за твои капризы и придирки! Ведь Тану очень трудно представить, что твоим телом сейчас управляют не чувства, а пробуждающийся материнский инстинкт! Который намерен все силы твоего организма, и физические и душевные, направить на растущего в тебе ребенка!
— Вот ты возьми и объясни это ему! — Упрямо мотнула головой дочь. — У вас ведь с Таном прекрасные отношения, он тебе поверит!
— Мне он возможно и поверит, но от тебя будет ждать опровержения! Так уж они устроены, мужчины, что должны быть для нас самыми лучшими!
— А он и так самый лучший!
— Да разве я против?! Но если ты и дальше будешь морщить нос, когда он подходит тебя обнять, и убегать спать в другую комнату, то у него у первого вскоре возникнут сомнения. И начнут разъедать ваше счастье, как вода ржавые цепи! А у твоего Тана и так мнительность разрослась — больше некуда! Все ждет, когда мы его за бедность укорять начнем! И ведь не объяснишь ему, что истинная любовь намного дороже, чем деньги. Деньги мы и сами заработать можем.
— Можно и объяснить!
— Даже заикаться на эту тему нельзя! Ни в коем случае! Одним единственным словом заставишь парня чувствовать себя униженным! В нем гордости, как в урожденном принце! И нужно ему помочь! Пусть съездит разок с Заком на заданье! Пойми, заработанные своим трудом деньги помогут ему расправить плечи!
— Да понимаю я все! Но отпускать Тана неизвестно куда… ну не могу! Я без него с ума сойду! — почти плакала Рика.
— Во-первых, известно куда. На южную границу. Во-вторых, с Заком. Неужели ты думаешь, что брат за Таном не уследит?! В-третьих, можно будет забрать у него амулет, якобы для пользы дела, и тогда он вообще будет у Зака полностью под контролем! В-четвертых, это всего на несколько дней, вероятно, не больше декады! А самое главное, за это время у тебя должен закончиться этот неприятный период, и когда Тан вернется, ты уже забудешь, что он пах псарней! — мягко уговаривала Каруна, подходя к дочери и ласково обнимая ее за плечи.
Вот уже почти пару звонов она пытается втолковать юной женщине то, в чем её саму сын убеждал почти декаду. Просторную комнату, которую они сняли, чтобы пообедать и отдохнуть, уже начинало заливать теплыми лучами закатное солнце, а дело едва сдвинулось с мертвой точки.
Рика прекрасно понимала, мать полностью права. И точно знала, Тан будет очень рад заработать немного своих денег. Ей каждый раз так больно видеть его склоненную над ступкой голову. Зато очень приятно принимать трогательные подарки, которые он с сияющими глазами приносит ей с ярмарки. Подарки, купленные на деньги, полученные за эту проклятую работу. А недавно она случайно натолкнулась на тщательно припрятанную заначку. Поскольку Танио упорно молчал о своих накоплениях, Рика сообразила, муж хочет сделать ей сюрприз. И потому с таким усердием сидит в своей лаборатории все свободное время. Повергая этим в отчаянье любящую супругу.
Отпустить его сейчас на заданье, значило приблизить срок исполнения задуманного им сюрприза. И избавить мужа от однообразной утомительной работы. А с другой стороны, расставаться с любимым ей не хотелось даже на несколько дней. Вот, например, сегодня, лишь несколько звонов назад мать увела Рику на ярмарку, а она уже вся извелась, прикидывая, чем там занимается ее прекрасный принц?! Обедал ли, не слишком ли засиделся за своей ступкой, соскучился ли по ней?! Как же она сможет прожить без него целую декаду?
— Кстати, забыла сказать, — продолжала соблазнение Каруна, прекрасно понимавшая смятение дочери. — Если ты все же его отпустишь… я берусь уговорить Суржу пожить это время с тобой. Она давно собиралась научить тебя печь те пироги, что так любит Танио! Да и шьет она прекрасно! Вы вместе сможете за эти дни нашить кучу миленьких вещичек твоему ребенку!
— Ладно, — вытирая слезы, сдалась Латрика, — Если Тан захочет ехать, я не буду против!
— Вот и умница! — обняла ее мать. — А сейчас отдохни немного, мне нужно кое-куда сходить! Когда вернусь, заберем покупки и домой! Тан, уже тебя, наверное, заждался!
И, мимоходом соорудив портал, исчезла в сером тумане.
— Судя по вашим лицам, замысел удался! — приглашающе кивнув на кресла, буркнул Хабер.
Устраиваясь поудобнее, Зак разглядывал придворного мага. И, по совместительству, Главу совета магов.
М-да! Выглядел тот… не очень. Ввалившиеся от недосыпа глаза, устало обвисшие щеки. Пара последних декад оказалась для главы непредвиденно тяжелой. И если еще пять дней назад мелькала надежда, что несчастье обойдет Тордизанию стороной, то события последних дней показали ясно, надеяться больше не на что. Медленно, но неуклонно беда приближалась к южным границам.
— Хабер, у нас мало времени! Я оставила Рику в отвратительном настроении, и теперь переживаю за нее! Давай побыстрее! — Деятельной Каруне явно не сиделось на мягком кресле.
— Пишу последнее распоряжение! — Что-то быстро строча на листе гербовой бумаги, — отозвался чародей. — Передадите это Гистону, у меня нет привязки к его поместью! Остальные уже предупреждены. Будут оказывать всё возможное содействие! Вон кошель с деньгами, вот доверенность в королевские денежные дома! Берите на расходы, сколько понадобится! Вознаграждение, как договорились, после завершения миссии. Да, шейх Зейдис обещал тридцать тысяч золотом за возврат! Поэтому, если будет возможность, везите ему! В таком случае, ваше вознаграждение удваивается! Кстати, Зак, как там Анюся?
— Поплачет до вечера, потом выпьет медовухи и начнет меня проклинать, — равнодушно пожал плечами маг.
— Амулет от проклятья надел?
— На нем моя защита! — надменно отозвалась Каруна, гордившаяся, что защитные заклинания у нее на порядок сильнее, чем у других магов. — Но я не поняла про вознаграждение! Если шейх заплатит тридцать тысяч, то им положена половина!
— Побойся богов, Каруна! Это мероприятие и так станет казне в монету!
— Казна скоро треснет от золота, а вы все экономите на оплате! И хорошо бы свои, а то ведь деньги шейха! Там второй половины за глаза хватит на все расходы! Или ты намеревался получить на моих детях прибыль?!
— Ох у тебя и язычок, Каруна! А ведь я тридцать лет назад на тебе чуть не женился! Вот хватил бы лиха!
— Мне неизвестно, на ком ты там собирался жениться, лично я мужчин ниже пяти локтей в упор не замечала! — Строптиво хмыкнула магиня. — Но ты разговор на прошлое не переводи, отвечай прямо, будет мальчикам половина или нет?
— А! — с досадой махнул рукой чародей, — мне тебя все равно не переспорить! Пользуешься тем, что у меня другого выхода нет!
— Да или нет?!
— ДА! И отправляйтесь поскорее, пока я не передумал!
Зак довольно ухмыльнулся и одним взмахом руки открыл портал. Каруна величественно поднялась с кресла, и, сделав небрежный прощальный жест рукой, исчезла в портале.
Маг с извиняющейся улыбкой пожал плечами и, выждав, пока растает серый туман, открыл портал в поместье. Нужно было явиться туда раньше матери с сестрой, чтоб Танио не заподозрил сговора.
Махнул на прощанье рукой чародею и исчез.
— Веревки из меня вьет! — в сердцах хлопнул ладонью по бумагам Хабер, и мечтательно прищурился, вспоминая раскрасневшиеся от негодования щечки Каруны. — А хороша по прежнему!
Глава 4
— Неужели нельзя было переночевать дома?! — Расстроенно ворчал Танио, топая рядом с магом в быстро сгущающихся сумерках к поблескивающим черепицей крышам маленького городка, начинающегося в полулиге.
— Время дорого. Нас уже три дня здесь ждут. Не ворчи, Тан, через десяток подзвонков уже будешь есть свой пирог!
Да разве в пироге дело! Хотя… пироги у Суржи всегда чудо как хороши.
Вспоминание о наполненных виноватой тоской глазах Рики тянет сердце. И эта невысказанная вина тревожит как заноза. Почему жена так легко согласилась отпустить его с Заком?! Не протестовала, не обижалась! Лишь губы скорбно поджала, и кивнула в знак согласия. Он хотел с ней поговорить, утешить, объяснить, попросить прощения! Но… все вдруг завертелось с суматошливой быстротой!
Нырнула в портал Каруна, обещая вскоре вернуться с Суржей, побежала на кухню давать указания Рика, потащил его переодеваться в свою комнату Зак. А когда принц, уже переодетый в серую дорожную тунику и серые же штаны, хотел улизнуть к жене, явилась Каруна и начала вешать на него свои знаменитые заклинания защиты. Он сначала немного струхнул, вспомнив методы Хабера, но магия тещи оказалась безболезненной, лишь шевелилась, как от ветерка, пышная грива волос. Танио хмыкнул, не вовремя вспомнив, как после свадьбы решил избавиться от неё. Нет, Рика не спорила. Впрочем, спорить она вообще не любила. А тогда лишь несчастно вздохнула, и ножницы были немедленно отброшены прочь.
После Каруны свои заклинания вешал на зятя Зак, затем, неизвестно откуда появившийся, Сейден. Бывший гениальным специалистом в магии иллюзий. Крошечные, но долговременные изменения внешности, и узнать принца не смогла даже Суржа. Громким шепотом спросившая у Каруны, узрев незнакомого парня, а это точно наш Танчик?!
Затем им на спины забросили собранные дорожные мешки, странно взглянула, прижавшись в кратком прощальном поцелуе, жена, бодро пожелала удачи теща, нервно хмыкнул тесть, охнула Суржа, — я тебе там пирожка положила, не сомни! И решительно подтолкнул к порталу Зак, буркнув странную фразу — раньше сядешь, раньше выйдешь!
— Зак, а что такое раньше сядешь? Куда сядешь? — Вспомнив странные слова, решил выяснить принц, но маг нервно шикнул на него.
Замотанная в темный плащ фигура выступила из-за ограды бедного домика. Одного из многих, прилепившихся у дороги за городской стеной. Приграничный городок понемногу разрастался и участки в городе стоили дорого. А за пределами города не стоили ничего, зато первыми попадали под удар врага. Потому и лепила беднота свои домишки как попало, чтоб не жалко было бросать, коли придется драпать под защиту высоких глинобитных стен.
— Стены юга? — осторожно спросил незнакомец.
— Неприступны. — Отозвался Зак.
— Гостиница "Зеленая башня". Сразу за воротами — прямо по улице, второй поворот направо. Там недалеко. Комната четыре. Задаток отдавал два дня назад торговец травами. Я подойду позже!
— Ладно. — Кратко кивнул маг и зашагал в сторону ворот.
Какие предосторожности! Как будто мы против целой армии выступаем! Хмыкнул Танио, топая за ним.
— Нам нужен был именно этот номер, в этой гостинице, к нему у Гистона привязка, а его могли занять! Потому и заказывали заранее! — тихо объяснил маг, словно прочтя мысли принца.
А, кстати, амулет, так верно служивший Танио почти два года, с него ведь сняли! И он впопыхах его так назад и не одел!
— Специально сняли, мне так удобнее! — Откликнулся
Зак.
Точно! Слушает мысли!
— А мне?!
— И тебе. Представь, что ты хочешь мне что-то сказать, а вокруг чужие! Достаточно мысленно позвать меня по имени, и я тебя услышу!
— Ну, не знаю… — с сомнением буркнул Танио. — Не нравится мне, когда все мысли… как голый… среди улицы.
— Ну во-первых, голого тебя я уже видел, во-вторых, клятвенно обещаю, если случайно услышу что-то вроде, "какая миленькая девушка", Рике рассказывать не буду. — Усмехнулся Зак, подходя к открытым воротам.
— Кто такие?! — лениво поинтересовался охранник, выглядывая в настежь распахнутые двери сторожевой будки.
— Купцы из Мирвиса! — уверенно ответил маг и бросил в пустой лоток серебряную монету.
— Что продаете?
— Покупаем. Лекарственные травы из Аганы!
— Проходи! — сцапав монету, буркнул охранник.
Комната, расположенная на втором этаже, была небольшой, но чистой. И скудно обставленной. Две кровати, стоящие одна против другой, стол у окна, шкаф и умывальник. Да вид на крышу пристройки под окном.
Одним взглядом оценив непрезентабельность обстановки, принц разочаровался и заскучал. А заскучав, вспомнил про пирог, и тут же ощутил, что давно голоден. Да и то сказать, обедали они с Заком еще в полдень, а поужинать за всеми хлопотами так и не довелось.
Зак первым делом выглянул из окна и, одобрительно хмыкнув, задернул шторы. Затем одним движением пальца зажег свечу и, подсев к столу, потянул к себе порядочный кусок пирога.
— У-У! С гусятиной! Балует тебя тетушка, принц!
— Сам такой! — не остался в долгу Танио, вовремя вспомнивший, что ничего не сулящий титул принца Зак получил автоматически, едва переехал жить в башню к Анюсе.
Вот только ей он об этом навряд ли сказал. Иначе не избежал бы разгромного скандала.
— Приятного аппетита, ваше высочество!
Зак на подначку не обиделся, только усмехнулся. Поначалу он о полагающемся ему титуле даже забыл, но когда Каруна, никогда не упускающая своей выгоды, принесла свежеподписанный указ, почувствовал неожиданную гордость. И это не было даже тенью мании величия, нет. Это была вполне законная гордость человека, получившего за свой труд вполне заслуженную награду. За тяжкий моральный труд, реальное моральное признание.
Принцы едва успели доесть пирог и запить его холодным взваром из походной фляги, как раздался легкий стук в дверь.
— Входи! — разрешил Зак, и в комнатку ввалились двое мужчин в плащах и низко надвинутых широкополых шляпах.
Не говоря ни слова, быстро сняли плащи и шляпы и передали их приготовившимся принцам. Под плащами на них оказались точно такие же серые костюмы как на принцах. Пока Зак и Танио облачались в чужие плащи, один из пришедших сотворил в углу возле умывальника портал.
— Чистой дороги! Ждем три дня! — Шепотом напутствовал он шагнувших в овал портала принцев.
В номере, куда привел портал, обстановка была немного побогаче, зато грязнее. Слегка засаленные подушки на низких диванах, давно не мытые створки настежь распахнутых окон. Через которые в комнату свободно вливался прогретый южным солнцем ночной воздух. И острый аромат жарящегося на углях мяса.
Вместо свечи на столе горела масляная лампада, рядом с ней стояло огромное блюдо с лепешками и сушеными фруктами. В кувшине с узким горлом плескалась тепловатая вода.
— Хочешь? — кивнул на стол Зак.
Танио отрицательно качнул головой. От осознания, что уютный дом, где он так счастливо прожил два лета, стал дальше еще на много лиг, принцу стало тоскливо. Так тоскливо, что грудь сжало спазмом.
— Эй, Тан! Ну не убивайся ты так! — Встревожено оглянулся Зак. — Управимся за несколько дней, а обратно я тебя доставлю за пару подзвонков, у меня привязка к дому крепкая!
Маг шагнул к зятю и крепко, по дружески, тиснул его плечи.
— Спасибо, Зак, все хорошо! — попытался улыбнуться побледневший принц.
— Господа! — в дверь тихо стукнули. — Сейчас начнется!
— Спасибо! — глухо ответил Зак, и Танио поймал в его голосе интонацию мага, провожавшего их на границе.
— Где мы?! — Не решаясь задать вопрос вслух, подумал Танио, еще сомневаясь, сумеет ли таким образом разговаривать с магом.
— В Ширасе. Это небольшой городок в двух днях пути от границы. Отсюда только два пути, назад к границе и к центру Аганы.
Глава 5
Стараясь ступать бесшумно, принцы прошли по коридору к лестнице и спустились на первый этаж. В просторной чайхане людей было немного, лишь несколько поглощавших поздний ужин путешественников. Но Зак здесь не задержался. Нырнул в неприметный узкий коридор, который привел их к стоящим у закрытых дверей дюжим охранникам. Молча протянув им несколько монет, Зак дождался, пока откроют дверь и провел Танио в скудно освещенный зал. Заполненный тихо переговаривающимися зрителями.
— Вам как обычно?! — Услужливо согнулся бесшумно скользнувший к ним слуга.
Зак молча кивнул в ответ.
Ловко лавируя между плотно стоящими диванчиками, слуга провел их в самый темный угол, и указал на свободное место.
— Прошу!
Устроившись среди многочисленных подушек, Танио осторожно огляделся. Перед каждым диваном стояли маленькие столики, заставленные напитками и фруктами. Около некоторых тихо курились дымки кальянов. Посреди зала находился большой круглый стол, вокруг него было небольшое свободное пространство.
Зак невозмутимо налил в бокалы из кувшина пряно пахнущую жидкость и подал один Танио.
— Старайся пить по капле, это Аганская медовуха из фруктов! — Услышал бывший ученик мысль мага.
— Прекрасное вино! — мурлыкнул вслух Зак и, едва пригубив, с ленивой грацией поставил бокал на стол.
Танио повторил его маневр, и, почувствовав на губах крепость напитка, спешно схватил с вазы ярко желтый фрукт.
— Возьми лучше красный, в крапинку! — мысленно предупредил Зак, — этот очень кислый!
Танио задумчиво понюхал свой трофей, покрутил его в пальцах и нехотя положил обратно. Запах у неизвестного фрукта был замечательный. Затем так же нехотя взял красный, похожий на яблоко плод и осторожно вонзил в него зубы. Сладкий сок так и брызнул из-под тонкой кожицы. Пришлось подставлять ладонь, чтобы не испачкать рубашку. Зак сунул зятю салфетку, и тот, сражаясь с сочным фруктом, не сразу заметил, как стихли все разговоры, и погасли горевшие вдоль стен редкие светильники.
Оказавшись в полной темноте и тишине, Танио слегка запаниковал, но в тот же миг раздалась тихая, простая мелодия флейты и в зал вошел гибкий танцор в ярком костюме и с факелом в руках. За ним еще один и еще. Всего четверо.
Они прошли танцующим шагом несколько кругов вокруг стола, всё убыстряя движение, под нарастающий темп музыки. Затем разом остановились и, воткнув в укрепленные около стола высокие подставки свои факелы, плавно заскользили в изменчивом танце. Через несколько подзвонков один вскочил на стол и, сделав несколько сложных кульбитов, уступил место другому. И так до тех пор, пока все не показали свое мастерство.
Танио танец понравился, хотя видел он танцоров и не хуже. Просто танцы у них были другие. Не такие интенсивные, что ли.
Флейта на миг замерла и вдруг заплакала тоненько и жалобно. Среди публики пробежал нервный вздох и оборвался. Откуда взялась на столе высокая стройная фигурка, одетая в тонкий черный шелк, Танио не понял, но по замершим спинам зрителей сообразил, это и есть то, зачем они сюда пришли.
Впрочем, одеждой этот широкий балахон с капюшоном, и с густой черной вуалью в районе лица, назвать было трудно. А фигурка танцовщицы, тихо покачиваясь, так плавно плыла по краю стола, что казалось, она идет по воздуху.
Четверо танцоров, встав друг против друга, двигались следом за ней, усиливая эффект. Флейта едва заметно прибавила темп, фигурка шагнула на середину и, подняв вверх руки, начала вращаться, раскачиваясь все сильнее. И вдруг, опустив руки, захватила с боков ткань балахона и так туго стянула ее на животе, что сзади ее тело обрисовалось, как облитое водой. Очень неплохое тело, если честно. Стройная спинка, тонкая талия и округлая упругая попка.
Среди зрителей раздался явственный сладострастный стон. А танцовщица, вызывающе извиваясь обтянутым тонкой тканью телом, медленно поворачивалась на своей импровизированной сцене, давая возможность всем зрителям насладиться захватывающим зрелищем.
Музыка стала тише, танцовщица отпустила ткань и вновь подняла вверх руки, продолжая медленно поворачиваться. А когда мелодия, через несколько тактов, ускорилась еще раз, опять стянула в тугой узел свое одеяние. Теперь на спине. Дружный восхищенный вздох пронесся по залу. Спереди фигурка девушки была еще соблазнительней, чем сзади.
— Подними адраз! — нетерпеливо выдохнул страстный гортанный голос, и его владелец приподнялся с дивана, чтобы швырнуть на стол несколько монет.
— Сними адраз! — монеты полетели со всех сторон.
— Сними адраз! — через мгновенье скандировал зал.
В потолке открылся люк и оттуда начал спускаться тонкий, длинный шест. Он уперся в стол точно посредине, и музыка снова прибавила темп. Девушка схватилась за шест и крутнулась вокруг него. Танио с изумлением увидел, как опадает к ее ногам тонкий шелк адраза.
Танцовщица оказалась одетой в широкие, прозрачные штаны красного цвета, стянутые на талии и щиколотках золотистыми шнурками. Сверху на шаровары были натянуты крошечные обтягивающие трусики, искусно сплетенные из шелковистого золотого шнура. Из таких же шнурков был сплетен весьма откровенный лиф, состоящий всего из двух полушарий, хитроумно закрепленных на теле все теми же шнурами. Густая вуаль упала вместе с адразом, но лицо танцовщицы было закрыто красно-черной бархатной полумаской, украшенной длинной золотой бахромой. С непокрытой головки на спину падал водопад длинных белокурых локонов.
Стоны и вздохи неслись уже со всех сторон. А когда танцовщица начала извиваться вокруг шеста, обхватив его одной ногой, зал сошел с ума. Монеты сыпались дождем, четверо танцоров едва успевали их собирать. Музыка звучала все быстрее и громче, распаленные южане, вскочив с диванов, с безумным упорством пытались пробиться к столу. Только теперь Танио понял тайное назначение четверки танцоров, они еле успевали отбрасывать на диваны назойливых поклонников необычной танцовщицы. Через несколько мгновений к танцорам присоединились громилы, стоящие на входе и несколько разносчиков еды.
Но раззадоренные зрители явно превосходили защитников числом. И тогда кто-то из них подал короткий сигнал. Четыре колпака разом опустились на факелы и стало темно. И шумно. Крики, ругань, рычанье, грохот упавших столов, звон разбитой посуды. И в завершенье, обиженный, разочарованный рев вмиг одичавшего существа. Потерявшего след жертвы.
Слуги внесли лампы, в зале снова стало светло. На полу стонало несколько помятых зрителей, валялись перевернутые столы и раздавленные фрукты. Танцоры бесследно исчезли. Как и шест.
Зак, ухватив Танио за руку, тащил принца прочь.
— Теперь ты понимаешь, что ее необходимо остановить любой ценой? — сердито рявкнул маг, едва они заперли за собой дверь номера. — Представляешь, что будет твориться в наших городах, если она начнет там танцевать?!
— Ты уверен, что это она? — сомневался принц.
Девушка была не похожа ни на одну из показанных ему Заком иномирянок.
— На ней сторожки Гистона. Он вел ее от столицы Аганы. А потом почувствовал неладное. Его кто-то пытался раскрыть.
— Ему не показалось?
— Такое не может показаться. Впрочем… ш-ш!
Зак молниеносно задул лампу и метнулся мимо Танио к окну. Танио заметил его темный силуэт, мелькнувший на фоне звездного неба. Принц замер, понимая, что Зак не бросится куда-то ни с того ни с сего. Тихий шепот донесся из-за окна, и по навесу тихо прокралось несколько темных фигур.
Подождав, пока они скроются за углом, Зак задернул штору, зажег лампу, и бросился к шкафу. Спешно доставая оттуда плащи и сумки, маг вполголоса рычал проклятья.
Ничего не понимающий Танио, уяснил для себя только одно, события разворачиваются вовсе не по плану.
— Иди за мной! — тихо скомандовал Зак, вылезая в окно.
Так же как и неизвестные, шедшие до них, принцы прошли по крыше веранды, протянувшейся вдоль всего периметра и свернули за угол. Постояли, прислушиваясь, затем по очереди соскользнули на крышу невысокого сарайчика, в котором хранились дрова. А с него в чей-то огород, недавно хорошенько политый.
— Перестань материться, — бросил маг зятю, чавкающему сзади сапогами по раскисшему жирному чернозему.
— А ты зажги светлячок, тогда перестану! — Забыв от злости об осторожности, Танио зацепился ногой за крепкую тыквенную плеть и рухнул в грязь всем телом. — У… т… ж… р…!!! — с чувством рявкнул он, пытаясь встать и почти по плечи уходя руками в землю в поисках опоры.
— Никогда не слышал таких слов, — хихикнул маг и, протянув руку, пошевелил пальцами.
Кто-то сильный взял Танио за шиворот, поднял и поставил на ноги.
Принц невольно оглянулся. Рядом никого не было. Зак бодро шлепал где-то впереди, и Танио пришлось поднажать, чтобы догнать родича. К счастью огород вскоре закончился и, перепрыгнув через забор, принцы оказались на узенькой улочке.
Маг провел руками вначале вокруг своих штанов, после вокруг Тана. Отряхнул посыпавшуюся пыль и уверенно зашагал по улочке. Танио бросился за ним, на ходу счищая с одежды высохший чернозем.
Выйдя на перекрестье проулка с плохо освещенной улицей, маг быстро огляделся и вдруг свистнул. Принц даже приостановился от изумления, только что шипел за малейший звук и вдруг свистит! Но Зак определенно знал, что делает. Через мгновенье раздался стук копыт, и к ним подкатила небольшая открытая повозка. Маг вскочил в нее, уселся на сиденье и, дождавшись, пока сядет Танио, небрежно бросил вознице — к Гистону!
Глава 6
Дом Гистона находился в самой зажиточной части города. По мере того, как повозка продвигалась к цели, улицы становились все шире и чище, фонари светили все ярче и стояли чаще, да и служители порядка начали изредка попадаться. Правда, стояли они обычно под фонарями и не меньше, чем по трое. И то хорошо, в соседнем Тумастане, где правит шейх Зейдис, в таких маленьких городках стражников и днем с огнем не увидишь.
Возле крепких ворот, оббитых металлическими полосами с шипами, возчик придержал свою лошадь. Принцы сошли с повозки, и Зак сунул ему монету. Кучер, не глядя, сунул ее в карман и изо всех сил хлестнул лошадь. Повозка, гремя, помчалась прочь.
— Чего это он? — не понял Танио.
— Боятся здесь магов. Отказать не посмел, но если бы мы денег не дали, то и спрашивать не стал. Гости мага такие же опасные люди, как он сам! Зато и болтать о нас не станет ни за какие деньги.
Говоря это, Зак подошел к воротам и стукнул подвешенным за шнурок молоточком.
В воротах открылось маленькое окошко, блеснули чьи-то глаза и ворота приоткрылись. Ровно настолько, чтобы можно было проскользнуть. Что принцы и сделали. Ворота захлопнулись за ними, невдалеке вспыхнул светлый квадрат открытой двери. Зак молча направился к ней.
В освещенном масляной лампой холле их встретил выжидающим взглядом просто одетый старик.
Зак протянул ему перевязанную шнурком и запечатанную личной печатью Хабера бумажную трубочку. Старик сжал ее в руке, и, прикрыв глаза, замер на секунду. Затем, удовлетворенно кивнув, пригласил следовать за собой.
Пройдя через несколько комнат, они очутились в небольшом круглом помещении без окон. Старик запер дверь, снял со стены одну из ламп и нажал на глаз странного животного, чье рельефное изображение украшало стену.
Пол дрогнул и медленно двинулся вниз.
Танио пораженно отшатнулся от уплывающей вверх стены и оглянулся на мага. Но Зак невозмутимо стоял рядом и он успокоился. Значит, так нужно.
Прошло не менее пяти подзвонков, пока пол замер. Потолок круглой комнаты виднелся теперь где-то очень высоко, бледным кружком света. Старик направился в темнеющий в стене проход, высоко поднимая перед собой светильник.
Вскоре они дошли до небольшой дверцы, за которой оказалась вполне обычная комната. Только без окон.
— Садитесь! — произнес старик первые, за все время, слова.
И уселся за массивный письменный стол. Танио уже понял, что это и есть сам Гистон, и разглядывал хозяина во все глаза. А тот развернул принесенную Заком бумагу и внимательно прочел. Потом так же тщательно осмотрел принцев. Танио даже неуютно себя почувствовал от этого острого взгляда.
— Защиту Каруна ставила?! — Внезапно весело хмыкнул старик, и напряжение сразу спало. — Кушать хотите?
Он сдернул покрывало с маленького столика, стоящего рядом со стулом Танио.
У принца сразу слюнки потекли при виде разложенной на большом блюде еды. Румяная жареная птица расположилась по соседству с чашкой рассыпчатого, утопающего в золотистом жиру риса, тут же горкой лежали спелые сладкие южные овощи. А с краю, на большой лепешке лежали железные прутики с жареным на углях мясом.
— Гостья сбежала. — С сожаленьем взглянув на столик, объяснил Зак. — А мы прибыли поздно вечером, еще не успели купить коней.
— Поесть успеете! — Приказал Гистон, — а гостья пока в городе. Не так-то просто в Ширасе ночью найти лошадей!
Зак спорить не стал, подвинул ближе к столику свой стул и кивнул Танио — ешь!
— Ну, что ты магистр, я вижу, — задумчиво сказал Заку Гистон, разглядывая спешно поглощающих еду принцев, — а твой напарник, он ученик или подмастерье?!
— Что?! — вытаращил глаза Танио. — Я не маг!
— Пока нет, — хмыкнул Гистон, — способности развивать нужно! Тем более, такие редкие, как у тебя!
— Гистон, — отложив недоеденный кусок мяса, осторожно спросил Зак, — ты не ошибаешься? На нем куча оберегов и иллюзия Сейдена, но способностей у Тана нет!
— Хабер его смотрел? — Хмыкнул Гистон.
— Года два назад. Но зато он часто видится с Каруной. И Сейденом. И они ничего не замечали!
— Ни Каруна, ни Сейден не могут заметить несвойственные им способности! — Авторитетно заявил Гистон. — У Каруны сильна магия защиты и земли. Еще она эмпат. Сейден владеет магией воды, иллюзии и лечения. А ты, — кивнул он Заку, сильный телепат, маг огня и превращения. И еще немного лечения. А вот у этого парня, два года назад, вполне возможно, еще и не определялись способности. Их могло подтолкнуть к развитию сильное магическое воздействие или душевное потрясение.
— Или то и другое вместе. — Задумчиво заключил Зак. — И какие же у него задатки?
— Воздуха, лечения, очарования. Всех почти поровну. Редкое сочетание.
Танио только глазами хлопал от изумления, не решаясь поверить услышанному. Да может оно и не нужно, верить-то?! Может у него манера шутить такая, у Гистона этого? И с родича вполне станется, подыграть старику в невинном розыгрыше?!
— Мне придется его отправить Хаберу? — заметно расстроился Зак.
— Да зачем? — Удивился Гистон. — Просто не забудь доложить Главе после задания! Парню нужно развивать свои способности, у воздушников давно не было сильных учеников! Ну, доедайте, да пойдем!
Принцы молча закончили поздний ужин. Зак обдумывал, как лучше использовать свалившуюся на него новость, Танио старался не думать об этом вообще. Предпочитая считать слова магов розыгрышем.
— Мы готовы, — вставая, заявил Зак.
Гистон кивнул, взял лампу и отпер очередную дверь.
За ней оказался длинный узкий бесконечно длинный тоннель, прорубленный в каменном массиве. Стены сужались кверху, переходя в скругленный свод, тяжко давивший на Танио своей темной массой.
Но Гистон и Зак спокойно шагали впереди, и несчастному принцу приходилось безропотно топать следом.
— Это в тебе магия воздуха говорит, — успокаивающе проговорил, приостановившись, Зак, — Все воздушники не любят подземных ходов.
— Хватит уже глупых шуток! — оборвал его удрученный принц, — Какой из меня маг!
— Пока еще очень слабый. — Вздохнул Зак и пошел дальше. — Но зато я теперь понял, почему мать с теткой так с тобой носятся! Магия очарования, надо же! Наш Танчик! — передразнил он Суржу.
— И вовсе не поэтому! — Взорвался оскорбленный Тан. — Я их люблю и уважаю! Твоя мать, между прочим, чувства слышит! Вот они и отвечают тем же!
Еще с десяток подзвонков они перебрасывались колкостями, пробираясь вслед за магом по прохладному тоннелю. Но теперь Танио забыл про сдавливавшие его своды, все перекрыла кипящая в нем обида на несправедливые слова Зака.
— Тихо! пришли! — прекратил их спор Гистон, отпирая металлическую дверь, замаскированную с другой стороны под каменную кладку.
За дверью оказался большой захламленный погреб, из которого путешественники вылезли по приставной лесенке через скрипучий люк. Маленькая кладовка, в которой они оказались, вывела в кухню небольшого глинобитного дома, расположенного на окраине городка.
Гистон прошел в комнату, где на низенькой, застеленной ковром лежанке, спал хозяин домика и бесцеремонно потряс его за плечо. Тот немедленно проснулся и едва глянув, кто к нему пожаловал, безропотно начал одеваться.
— Запряги трех лошадей, Халим! — тихо скомандовал Гистон, — и проводи моих гостей до чайханы Жуфара. Им нужно утром уйти в Мемлиз с караваном. Постарайся это устроить.
Хозяин поклонился и ушел во двор.
— Держи! — Гистон подал Заку амулет, — Это на нее сторожка, подождете в чайхане, мимо не пройдут, другой дороги нет. Рано утром из чайханы отправляется караван, гостья наверняка постарается уехать с ним. За вас договорится Халим. Скажет, что вы приезжали продавать делизские камни, теперь возвращаетесь домой. Если случится что-то непредвиденное, телепортируйтесь ко мне. Ты привязку взял?
— Да, на холл.
— Хорошо. Вместе искать решение будем, у меня здесь возможности большие. — Творя портал, выдавал последние указания старик.
— Лошади готовы! — с поклоном доложил вернувшийся Халим.
— Удачи! — Махнул Гистон и ушел в портал.
Принцы вышли в огороженный высокой стеной дворик, сели на лошадей и вслед за проводником выехали за ворота на залитую звездным светом дорогу.
Глава 7
Чайханой оказался огороженный глинобитным забором постоялый двор в полулиге от города. Сонный сторож, видимо хорошо знавший Халима, безропотно открыл им ворота. Халим, оставив у него на попечении свою лошадь, привязал двух других у края коновязи и сыпнул им овса. Затем провел принцев к широкому навесу, под которым тянулся вдоль забора высокий, дощатый настил, устеленный кошмами. На нем вповалку спали какие-то люди. Пройдя в самый угол, Халим указал принцам на свободный, отгороженный дощатой перегородкой закуток.
— Это мое место. Отдыхайте! Если кто спросит, скажете что купили у меня лошадей, и я разрешил тут спать. — Разворачивая сложенные в изголовье одеяла, объяснял он. — Я пойду, попрошу хозяина замолвить за вас слово перед караванщиком.
— Ложись, поспи, я покараулю, — шепнул Зак, устраиваясь на одеяле с краю настила.
Танио, не остывший еще от обидных слов мага, сказанных в тоннеле, молча полез вглубь.
— И переставай дуться, я специально тебя злил, чтобы ты забыл про свой страх, — устало вздохнул маг, — это всегда помогает.
Что?! Специально?!
Хм. А действительно, смятение, охватившее его в тоннеле, исчезло именно после начала ссоры с магом. Так что получается, Зак таким бессердечным способом пришел на выручку?! Может ему теперь еще и спасибо сказать?!
— Неплохо бы. — Со своей обычной насмешкой хмыкнул Зак.
— Не дождешься! — отпарировал Танио, сначала обидит, а потом еще и мысли подслушивает!
Да, кстати! А насчет… способностей… это тоже была шутка?
— Нет! — пришла четкая мысль Зака. — Но вслух об этом не говори. Лучше, вспомни, когда ты жег по осени мусор в поместье, дым от костра никогда не шел в твою сторону? Независимо от ветра?!
А ведь действительно! Рика еще всегда шутила, что дым почему-то любит именно ее, а Танио ей объяснял, что просто нужно правильно найти место, где встать!
— Вот видишь! — хмыкнул Зак.
— Это еще ни о чем не говорит! — буркнул принц, но зерно сомнения уже начало прорастать.
И начали вспоминаться странности, на которые он никогда не обращал внимания. Считая ничего не значащими случайностями. Например, в последнее время дождь никогда не лил ему в лицо, потому что Танио этого очень не любил. Или, когда он варил зелья, пар над котлом отклонялся в сторону, как под порывом ветра, если принц мешал варево.
Ну ладно, возможно насчет воздуха старик и прав. Хотя… все равно не помешает, как следует проверить. Потом. Когда вернется с задания. А насчет лечения… и особенно очарования… очень не хочется думать… что Рика… любит его только из-за какой-то магии!
— Дурак! — зло рявкнул вслух Зак, и уже мысленно добавил — И придумает же такое! Да если бы она тебя по настоящему не полюбила, и мать это чувство не услышала… Стал бы я вместо тебя с этой недотепой Анюсей нянчиться?! Хотя и жалел тебя от души! Но своя шкура, знаешь ли, дороже!
Вот когда раскрываются семейные тайны! А он-то, дурак, думал, что Зак ради справедливости… и конечно дружбы… Да и чего еще было ожидать после трех дней знакомства! А он то, глупец, был так благодарен Заку за подаренное освобождение от задания! И готов был ради него на… ну не на все, но на многое! Очень многое!
— Тан, — виновато шепнул маг, — давай поговорим об этом потом! Все не так просто! И, кроме всего, с тех пор прошло два лета! Я узнал тебя намного лучше, и могу честно сказать, если бы можно было вернуться… в тот день… поступил бы точно так же. Ради твоей дружбы, а не ради Рики. А теперь поспи, нужно отдохнуть!
Теплой волной прошло по груди сложное чувство, смешанное из угасающей обиды, покоя, неясной вины… и потянуло в уютную темноту колдовской дремы. Опять усыпил… гад… — мелькнуло на задворках сознания и принц тихо провалился в сон.
Ругался бы я на твоем месте! — укоризненно хмыкнул маг и вновь уставился в сонную темноту двора.
Зрение постепенно привыкло к полутьме двора, освещаемого лишь мириадами звезд, и Зак мог видеть отмахивающиеся от комаров хвосты лошадей, жующих овес у коновязи, сторожа, приткнувшегося на кучке соломы неподалеку от ворот, сонного путника, бредущего по нужде за конюшню.
Безмятежная темнота теплой южной ночи нагоняла сон, и Зак чтобы не заснуть, наложил на подложенное под спину одеяло заклинание превращения. Срабатывать оно должно было, когда его касалась поникшая от сна голова мага. Заклинанье от прикосновенья головы превращало мягкий тюк в колючего ёжика.
И все же сон неумолимо затягивал мага в свои тенета. Уколовшись пару раз о вставшие торчком иглы магического ежа, Зак решился на крайнее средство. Покопавшись в суме, достал крошечный фиал и капнул на ладонь пару душистых капель. Слизнул тонизирующее снадобье и тяжко вздохнул, к полудню неестественная бодрость спадет и наступит очень неприятная расплата.
Снадобье подействовало почти сразу, спать расхотелось совершенно, в жилах забурлила неукротимая энергия. Захотелось немедленно вскочить и заняться чем-нибудь полезным. Например, наколоть чайханщику дров для утреннего взвара, или почистить конюшню. Зак развеселился, представив изумление чайханщика при виде добровольного помощника, махающего среди ночи колуном или лопатой. Зажав рот, чтоб не расхохотаться на весь двор, непроизвольно опустился на одеяло и едва не взвыл от боли, уколовшись об недремлющего ежа. Приступ веселья закончился, и Зак приготовился было снять с одеяла заклинание, но в этот момент прямо над головой раздался шорох.
Маг насторожено застыл, прислушиваясь. Чьи-то осторожные ноги, то замирая, то вновь пускаясь в путь, путешествовали по крыше. Дошли до угла, шаркнули по краю навеса.
Повернув голову, Зак увидел болтающиеся в воздухе ноги. Не нащупав опоры, они судорожно качнулись и рухнули наземь. Вместе со своим хозяином. Впрочем, приземлился ночной путешественник довольно ловко, и почти бесшумно. Затем шагнул ближе, вглядываясь под навес.
Зак прижался щекой к одеялу, закрыл глаза и ровно засопел. Острые иглы обрадованно вонзились в щеку. Стиснув зубы, чтоб не застонать, маг продолжал изображать из себя спящего.
Незнакомец успокоенно отвернулся и тихо чмокнул губами. Зак, пользуясь моментом, отменил заклинанье, и почти блаженно ощутил под щекой засаленный сатин одеяла.
Кто-то легкий ловко спрыгнул с крыши прямо в руки лазутчика. Несколько мгновений они стояли недвижно, потом осторожно двинулись вдоль навеса, и вскоре, найдя свободное местечко, нырнули на настил.
Зак улегся поудобнее и, шепнув заклинанье, поднес руку к щеке, чувствуя, как саднящая боль начинает послушно исчезать. Другой рукой он крепко держал выданный Гистоном амулет, мгновенно нагревшийся, едва спрыгнул с крыши второй лазутчик.
Торжествующая ухмылка, гуляющая в этот миг на губах мага, говорила, что он сейчас донельзя доволен собой. Снова все вышло так, как задумал. Птичка сама летела в клетку, и он не видел серьезных препятствий, по которым не смог бы эту клетку захлопнуть.
Вот только жаль, что понапрасну Каруна торговалась с Хабером, нельзя отдавать эту акробатку престарелому Зейдису. Она опять обведет его охрану вокруг пальца, не справиться распустившимся без твердой руки южанам с такой интриганкой. Способной свести мужика с ума за пару подзвонков!
Глава 8
— Танио! Пора вставать! Тан! Эй, Тан, если ты не встанешь, я уеду один, и тогда Рика еще нескоро тебя увидит!
Имя жены подействовало на принца как заклинание. Приподнявшись на локтях, он потряс головой, сбрасывая остатки сладкого утреннего сна, и открыл глаза.
— А…а, Зак! Так рано вставать… а…а…а, — зевая бормотал он.
— Уже не рано. Караван выходит через четверть звона. Я не будил тебя до последнего. Быстро иди умойся, вон там, у коновязи, потом перекусим и в путь.
— А… эта… — вспомнил было Танио про танцовщицу.
— Ш-ш! — Нервно оглянувшись, шикнул маг. — Все потом.
Умывание и горячий взвар несколько приободрили принца. И немного примирили с необходимостью куда-то ехать на лошади в такую рань. Поеживаясь от утренней прохлады, Тан вяло пихал в сумку остатки еды и удивлялся свежести и бодрости мага. Будто не он караулил всю ночь, и встал раньше принца.
— Эй, Зак! А тебе, что, совсем спать неохота? — не выдержал Танио, глядя, как маг одним махом взлетает на лошадь.
— Я сироп бурлейника лизал. — Стукнула в голову чужая мысль.
— О! Это же… Много?! — охнул Танио, прикидывая, когда маг свалится в тяжелом болезненном сне.
— Две.
Значит, после обеда.
— А как же…
— Я договорился с одним возницей, его сын поедет на моей лошади, а я посплю в телеге. — Пояснил маг.
— Ясно, — кивнул принц, чувствуя легкую неловкость.
Опять Зак старается все сделать сам.
— Вот она. — Мысленно оповестил Зак и указал глазами на худенького парнишку в мешковатой одежде.
— Что?! — разинул в изумлении рот принц.
Не может быть! Вот этот подросток, с обыкновенными чертами лица и коротко стриженными темными волосами, и есть та обжигающе чувственная танцовщица?! А где ж тогда она прячет то, что так дерзко поднимало плетеные колпачки откровенного лифа? Где белокурые локоны? И где, наконец, пухлые губки, так зазывно улыбавшиеся из под легкого золота бахромы?! Может, Зак ошибся, приняв, под наркотическим возбуждением бурлейника, мальчишку за девицу? Ничем иным такую ошибку объяснить Тан не мог.
— Это она! — заверил Зак. — Все сторожки на ней. Просто ты не встречал еще таких лицедеек!
Ну, уж лицедеев и лицедеек Танио повидал немало. Ни одного мало-мальского праздника не проходило, чтоб не позвали их во дворец. И если многочисленные королевские родичи и именитые гости сторонились комедиантов, не считая достойным даже разговаривать с теми, кто выбрал своим ремеслом не достойную человека профессию, а кривлянье за деньги, то ученику лекаря приходилось довольно тесно с ними общаться. Ведь не мэтра же отправлять лечить многочисленные ушибы, синяки да ссадины обожающих выпить и побуянить комедиантов.
Вот тогда и изучил ученик лекаря досконально безалаберный быт лицедеев. И, хотя в то время ему нравилась веселая доступность актерок, но их разгульный образ жизни и повальную безнравственность ученик принять не мог. И твердо решил, ни при каких обстоятельствах не впускать лицедеек в свою жизнь дальше постели. Чтобы ненароком не поддаться соблазну разгульной жизни. И не очутиться навсегда в их обществе. Это было бы крушением всех его грез.
Выросший без отца, ходившего лекарем на торговом судне и сгинувшего бесследно на морских просторах, Танио с ранних лет остро ощущал бедность родного дома. И жгуче завидовал соседским детям, чью обеспеченную отцами и уютно обустроенную матерями беспечную жизнь наблюдал сквозь щели заборов. Он с тоской мечтал о таком же добротном, теплом доме, где к праздникам весело моют до блеска окна и пекут духовитые пироги. В их с матерью ветхом домишке, казалось, навечно поселились горе и нищета.
К тому времени, как парнишка начал немного разбираться в жизни, мать уже давно и тяжело болела. На ее лечение уходили все деньги, что Танио выручал от сбора трав и изготовления простейших отваров. Собирать и сушить травы Танио учила мать, когда-то помогавшая отцу. Она научила его читать и подарила записи, которые лекарский род Литенсов вел много лет. Все свободные от изготовления настоек вечера Танио провел, изучая рецепты отца и деда. Ему очень хотелось вылечить мать. А она мечтала видеть сына учеником именитого лекаря. И почти силой отправила в столицу, когда объявили очередной набор в ученики к маститым мэтрам. Танио оказался самым способным и прилежным из почти трехсот претендентов и попал в обучение к самому придворному лекарю, мэтру Грендини.
А через полгода получил известие, что стал полным сиротой.
Принц тяжело вздохнул, отгоняя тяжелые воспоминания, и не заметил, как Зак отвел в сторону взгляд, полный боли и сострадания.
Вновь и вновь внимание принца возвращалось к переодетой мальчиком гостье. Он, конечно, верил в способность мага распознать иномирянку под любой маскировкой. Только не мог понять, что заставляет бежать на север, где ей за такие танцы светит лишь тюрьма, девицу, способную вмиг распалить даже привычных к женским танцам южан?! У которых в каждом состоятельном доме имелось две-три рабыни для развлечения гостей и хозяев.
Не говоря уж о дворцах набобов и шейхов. Там в гаремах томилось по нескольку десятков, а то и сотен невольниц. Собранных со всех стран. Исключая разве Тордизанию.
Король и совет очень отрицательно относились к рабовладению, особенно после того, как в кратковременном рабстве пришлось побывать одному из отпрысков правящего дома. Любое подозрение в покушении на гражданина самой могущественной страны в этом мире грозило виновной стороне непримиримой войной. А поскольку только в Тордизании с давних пор оказывалась всяческая поддержка и защита магам всех мастей, и только тут имел реальную власть совет магов, нетрудно догадаться, кого бросились бы поддерживать жившие в других странах и имевшие влияние на правителей маги.
Потому-то никто никогда и не рисковал увозить в рабство прекрасных тордизанских дев.
Но иномирянка была по типу лица похожа именно на тордизанку, кто же решился ее пленить? А затем продать шейху?! И почему шейх рискнул купить, а теперь еще и объявить в розыск, с баснословной наградой за поимку, девушку с такой опасной внешностью?!
Зак на вопросительный взгляд принца только уклончиво пожал плечами. Он сам мог только догадываться о возможных причинах такого поступка престарелого сластолюбца. Но не мог сказать точнее, почему-то не читались у него мысли иномирянки и ее спутников. Как закрытые непроницаемым куполом сильного заклинания.
Примерно через звон, когда солнце уже поднялось над горизонтом, и рассеялся легкий утренний туман, принц заметил, как непритязательно одетый парень, все время вертевшийся неподалеку от иномирянки, обратился с каким-то вопросом к одному из возчиков. Завязался оживленный торг, в результате которого несколько монет перекочевало из рук парня в бездонные карманы возницы. А иномирянка ловко вспорхнула на телегу, и немного повозившись, устраиваясь поудобнее, притихла. По-видимому, уснув.
Парень теперь неотрывно шел рядом с телегой с той стороны, где спала его подопечная. И по тому, как он изредка осторожно клал руку на широкую тунику, скрывающую пояс, принц догадывался, там скрыто оружие. Нет, не меч, скорее короткий кинжал или нож. Но продать свободу, свою или спутницы, парень явно не собирался задешево.
— Это один из той четверки, что танцевали с ней. — Мысленно сообщил Зак. — А трое других устроились охранниками каравана, и едут впереди на лошадях. Видимо, этот самый главный, или сильный, раз ему доверили сопровождать танцовщицу. Только непонятно, что они собираются делать в нашей стране. За такие танцы их вмиг сцапают стражники. Парни-то должны это знать!
Принц только подивился осведомленности мага, успевшего так много узнать об объекте их задания. Наверное, все-таки удобно, когда в твоем распоряжении магические способности. А вот он, Танио, еще не скоро научится всей этой премудрости. Да и вряд ли он сможет делать когда-либо такие вещи как Зак, способности-то у них совершенно разные!
— Ерунда! — Вслух хмыкнул маг, и добавил мысленно, — Многие простые заклинания вполне доступны магу любой специализации. Нет резкого разграничения между сферами воздействия. Есть выдающиеся способности у магов к чему-то определенному. Например, лечить могут все маги, только те, у кого особенно сильна магия лечения, сделают это быстрее и лучше. Вот я не воздушник, так что ж и легкого ветерка не сотворю, что ли?
И Зак в доказательство свободно шевельнул рукой, словно отодвигая невидимую преграду. Легкий ветерок немедля шевельнул полы плаща принца.
Как он это сделал? Танио попытался повторить жест мага, всей душой желая убедиться в своих способностях.
И убедился. Резкий порыв ветра пронесся по телегам, вздымая вверх соломинки и полы легких летних плащей и курток. Путники заозирались, вглядываясь вдаль и поднимая глаза к безоблачному небу, гадая, откуда ждать непогоды.
Виновато оглянувшись на изумленно вытаращившегося Зака, принц сообразил, что родственник даже не подозревал о такой возможности.
— Как это у тебя получилось? — бросил растерянную мысль маг.
— Не знаю. — Так же мысленно ответил Танио. — Просто повторил твой жест.
— А что шептал? Или думал?
— Хотел, чтобы получилось.
— Просто хотел?!
— Ну… очень хотел.
— Ясно. Постарайся пока больше так не делать. Иначе выгонят из каравана. Здесь магам не доверяют, не забывай!
До самого привала на обед, Зак, обрадованный успехами зятя, читал ему мысленную лекцию о правилах и порядках принятых в среде магов. Все те, заказанные простым обывателям сведения, знать которые имеет право лишь посвященный. Танио себя пока посвященным не считал, но Зак в этом даже не сомневался. Что Хабер упустит воздушника с такими способностями, он не хотел и думать. А пока разрешил принцу понемногу тренировать способности, незаметно для окружающих поднимая струйками воздуха придорожный мусор.
Глава 9
Идя к костру, на котором Зак разогревал на прутиках запасенные в чайхане куски мяса, Тан пытался выискать среди путников гостью. Пока он поил из похожего на болотце озерка лошадей, телега с проснувшейся иномирянкой куда-то пропала. Узнать ее по одежде не получилось, из-за жары путники срочно переодевались в белые рубахи и туники. Плащи и куртки давно покоились в седельных сумках.
— Они рядом. — Прозвучал в голове принца мысленный ответ мага, и Танио успокоился.
Подсел к разложенным на салфетке припасам, налил себе и Заку холодного взвара. Ели молча, не до разговоров, когда вокруг снуют чужие люди.
Танио искоса рассматривал случайных попутчиков, пытаясь угадать, далеко ли остальная троица танцоров. Сама иномирянка с охранником сидела под деревом и вяло жевала сушеные фрукты.
— Тан, — стукнула в голову вялая мысль мага, — я пойду, прилягу на телегу.
Взглянув на мага, Танио выругал себя за бесчувственность. Зак засыпал на глазах.
— Тебе помочь? — вскочил принц.
— Сам дойду! — пошатнулся Зак, и принц подхватил его под руку.
Все сам, да сам, пока не свалится, так и будет строить из себя главного героя, рычал Танио про себя, поудобнее устраивая Зака на телеге.
— А он случайно не больной? — подозрительно буркнул возница, наблюдая за его хлопотами.
— Как можно, любезный! — Состроив самую обворожительную улыбку, ласково проворковал принц, проверяя новые способности. — Устал он, много работал последние дни! Завтра будет как новенький!
— Да я что, я ничего, — внезапно засмущался продубленный солнцем и ветрами суровый возчик, — пусть отдыхает, на здоровье! Моему сыну только в радость на лошадях покататься. Они у вас отличные!
Танио на всякий случай подарил возчику еще одну лучезарную улыбку и отправился собирать сумки.
Случайно так вышло, или снова Зак подсуетился, но оказалось что телега, на которой спал маг, двигалась сразу за той, где, полулежа, рассматривая проплывающие мимо холмы, ехала гостья. Вообще-то, по личному мнению Танио, рассматривать там было ровным счетом нечего.
Начинающие желтеть, несмотря на весну, травы, жалкие кустики и редкие кривые деревца надоедали взгляду уже через пару подзвонков. Где-то на горизонте темнела полоска леса, над ней поднимались зеленые холмы предгорий. Вот там есть на чем остановиться глазам, уставшим от однообразия полупустыни.
Солнце жарило по летнему, Танио уже пару раз подъезжал к телеге прикрыть шляпой лицо Зака, чтоб не обгорело. И прикоснуться мимолетом к запястью, проверяя биение жизни. Сейчас, когда маг, отдав себя под опеку Танио, лежал такой беззащитный и тихий, принц чувствовал себя непривычно уязвимым и одиноким среди этих чужих людей. И еще сильнее осознавал, насколько он дорожит дружбой, доверием и насмешливой надежностью мага.
— Родник! — полетела от телеги к телеге долгожданная весть.
Разопревшие от жары путники оживились, вытягивая шеи, попытались рассмотреть впереди желанную прохладу. Встрепенулись почуявшие передышку лошади, и невольно прибавили шагу. Хотя только что это казалось невозможным. После нескольких звонов продвижения под палящим солнцем по безводным просторам все были обессилены, и люди и животные.
Танио тоже обрадовался возможности напиться досыта и смыть с лица пыль прохладной водой. Хотя он и сумел незаметно устроить себе личный легкий ветерок, но от пыли и жары это мало помогало.
Да и протереть мокрой салфеткой потное лицо спящего мага тоже не помешает.
Около крошечного озерца, которое справедливее было бы назвать лужей, в которую собиралась вытекающая из крошечного родничка вода, было тесно и шумно. Возчики уже стояли по пояс в воде, держа в поводу жадно пьющих лошадей, караванщики и купцы сгрудились возле светлой струйки, выбивавшейся из под кучи камней, с кружками и флягами в руках. Народ попроще, черпал воду прямо из под ног лошадей, торопясь оросить пересохшие глотки.
Танио пробился к роднику, и, в ожидании своей очереди наполнить флягу, зачерпнул ладонью воды прямо из лужи, ополоснул разгоряченное лицо, с наслаждением тайком слизнув с губ несколько сладких капель.
С завистью оглянулся на пьющих прямо из озерца возчиков и, вздохнув, приготовился терпеливо ждать.
На отчаянный крик, раздавшийся сзади, принц в первый момент даже внимания не обратил. Просто отметил в уголке сознания — кто-то кричит. Мало ли найдется причин орать у истомленных жарой и усталостью людей, несколько звонов не слезавших с лошадей и телег?! Может, кто-то обнаружил пропажу кошелька, может, просто упал или нечаянно порезался.
Но в следующий момент уже несколько голосов подхватили крик, и Танио понял, происходит что-то непредвиденное. С ужасом вспомнив, что именно в той стороне остался спящий на телеге Зак, принц выскочил на берег и рванул туда.
Крики к тому времени слились в непрерывный вопль, в который вплелись странные, чмокающие звуки и звон ножей. Навстречу бежали охваченные ужасом странники, сзади громко кричали на лошадей возницы, выгоняя не напившихся животных из воды. Танио мчался со всех ног, уже начиная понимать, что происходит.
Замотанные по глаза в белые накидки, ловкие всадники на неоседланных лошадях кружили вокруг телег, ловко метая в пытавшихся ускользнуть людей веревочные петли.
Некоторые нападавшие уже держали перед собой по обвитому веревками пленнику, безжизненно висевшему на спине лошади.
Все оборвалось внутри у принца, когда он узнал в одном из свертков тело Зака. С горестным рычаньем Тан бросился к разбойнику, выхватывая из ножен кинжал. Около телег, ловко отбиваясь большим ножом от пары налетчиков, вооруженных нагайками, бился парень, сопровождавший иномирянку.
Сообразив, что выгоднее всего пробиться к магу под прикрытием этого боя, принц скользнул под телегу. Огляделся, наметил путь и, выскочив из-под телеги, петляя, помчался вперед. На пути у него неожиданно возник захваченный петлей путник и принц, не раздумывая, полоснул кинжалом по веревке. Человек споткнулся, упал, оглянулся, не веря в свое освобождение, подвывая, сдернул с плеч веревку и, вскочив на ноги, помчался прочь.
Топот копыт раздался сзади, Танио обернулся, и заметив летящую на него петлю, резко присел. Веревка чиркнула по спине и ушла в сторону. Бандит издал разочарованный гортанный вскрик и, подтягивая веревку, повернул на новый заход.
А Танио уже бежал к лошади, на которой висел маг. Как он будет кинжалом отбивать друга у вооруженного плеткой и петлей бандита, принц пока не думал, ему казалось, что главное — это добежать, пока лошадь пританцовывает на одном месте в ожидании остальных.
Две веревки свистнули одновременно, стиснув плечи Танио двойным капканом. И это позволило ему устоять на ногах и, со страшным усилием подсунув острый клинок под веревку, надавить что было сил. Одна из петель упала, перерезанная этим движеньем, но второй захватчик пришпорил лошадь и принц, сбитый с ног резким рывком, рухнул на песок.
Лошадь помчалась прочь, волоча его за собой по песку и раздирая в лоскуты о камни и колючки рубашку и кожу. От страшной боли принц потерял сознание и уже не чувствовал, как бандит, остановив лошадь, вначале, подойдя, мстительно пнул ногой его бесчувственное окровавленное тело, затем накрепко связал и перебросил через круп лошади.
С холма резко свистнул главарь налетчиков, следящий за своей шайкой с безопасного расстояния. Те, кому повезло захватить пленников, уже скакали к нему, а последние бандиты, не сумевшие никого поймать, торопливо хватали по пути с телег тюки товаров.
Через несколько мгновений только заметаемые предзакатным суховеем следы лошадей напоминали о дерзком налете.
Глава 10
Еще не проснувшись до конца, Зак понял, случилось что-то скверное. Руки и ноги были туго связаны колючими волосяными веревками, рядом тяжко дышали и стонали лежащие вповалку люди.
Не открывая глаз, маг осторожно прощупал сознание находящихся поблизости. Некоторые спали, другие были в забытьи. Бодрствовал лишь один человек, и, едва заглянув в это сознанье, маг мгновенно опознал сложную мешанину чувств и чуждых образов. Иномирянка. Значит, и она здесь. Зак еще раз осторожно скользнул тонким щупальцем разума в мечущиеся отчаянные мысли. И как наяву увидал бешено мчащихся всадников в белых накидках, громко кричащего сына возницы, первым заметившего опасность. И злобно ухмыляющуюся загорелую рожу бандита, подтягивающего на веревке первую жертву.
Зак тихо выскользнул из чужих воспоминаний, теперь он знал достаточно для начала. Потянулся разумом дальше, туда, где полуспал, полубодрствовал одинокий охранник. Легко проник в примитивный до тошноты мозг. И злобно хмыкнул, запросто прочитав горделивые воспоминанья об удачном налете.
Никто из охранников каравана даже не сопротивлялся по настоящему, лениво думал бандит. Только тот парень, что пытался отбить своего брата ножиком у двух здоровых джигитов, но его быстро вырубили, ударив плетью по глазам. Да дурачок, кинувшийся, неизвестно зачем, в самую середину шайки. Ему удалось уйти от двух арканов, но третий, брошенный самим Кадайбеком, сделал свое дело. Зря конечно, Кадай так долго таскал мальчишку по песку, всю шкуру с плеч ему спустил, теперь настоящей цены за раба не возьмешь. Но все равно, удачный налет, все вернулись целыми и с богатой добычей! Будет на что повеселиться, когда сбудем ее с рук!
Маг полежал немного, собираясь с силами, и просчитывая варианты. В основном размышляя, посылать или нет в сторону иномирянки сонное заклинание. Конечно, не стоило тратить на него силы, но и раскрыться перед ней заранее… даже не решишь сразу, что опаснее.
Голос, раздавшийся за оградой, разрешил сомненья мага.
— Спишь? — зловеще прошипел, неслышно подойдя, главарь.
— Нет! Просто лежу! — Вскинулся охранник.
— Как рабы? Все живы?!
— Вроде все. Двое плохи, остальные спят.
— Если к утру не сдохнут, пришлю лекаря! Не в темноте же ему с ними возится! — безразлично бросил главарь и едко добавил, — ну, а если сдохнут, Кадай и Жумаш доли не получат!
Дождавшись, пока главарь отойдет подальше, маг послал сторожу сонное заклинанье. Потом, подтянув веревку поближе к лицу, создал крошечный огонек и посадил его на узел. Огонек впился в веревку и начал разгораться. В воздухе запахло паленым волосом. Зак, поставив вокруг запястий защиту, внимательно следил за огнем.
— Что ты делаешь? — едва слышно шепнула сбоку иномирянка.
— Молчи, — так же тихо ответил Зак, — сейчас освобожу!
Девушка послушно притихла, и маг с одобрением отметил про себя эту послушность. Анюся бы сейчас из одного чувства противоречия начала болтать громче.
Узел прогорел насквозь и веревки легко снялись с рук. Зак растер запястья, сел и наклонился к запутанным лодыжкам. Сапог на ногах не было.
— У меня есть нож. — Прошелестело признанье танцовщицы, и по запнувшемуся на миг голосу, маг понял, оно далось ей нелегко.
— Где?
— За пазухой. — С очередной запинкой выдавила гостья.
Зак замешкался.
— С какой стороны? — решился он спросить, через несколько долгих мгновений.
— Посредине.
— Извини, — помолчав, буркнул маг, и сунув два пальца за ворот рубашки, наткнулся на туго перебинтованную девичью грудь.
Слегка покраснев, выругал себя за несвоевременную стеснительность. Прикрыл глаза и, сосредоточившись, позвал стихией огня побывавший в ней металл. Осторожно захватил торкнувшуюся в пальцы рукоять и быстро вынул из выреза руку с зажатым в ней ножом.
Да и не ножом вовсе, а так, почти игрушечным ножиком в кожаных ножнах. Но неожиданно очень острым.
Зак моментально освободился от веревок на ногах, и, создав у грубо сбитой из разных по длине досок двери полог невидимости, подвесил под потолком маленький светильничек. Камера, оказавшаяся просто небольшой пещерой, была забита тесно лежащими прямо на полу пленниками. Зак повернулся к иномирянке.
— Давай руки.
Девушка протянула вперед руки, молча разглядывая Зака.
Он ловко освободил ее от веревок и поднялся на ноги. Мага качнуло в сторону, в голове зашумело. Он провел рукой над головой, потом вдоль тела, снимая последние эффекты бодрящего сиропа. Очень хотелось пить, но маг не обращал на это внимания, разглядывая спящих в поисках раненых.
— Они у двери. — Снова подсказала иномирянка.
Зак кивнул и стал осторожно пробираться к порогу. Они действительно лежали рядом, танцор и принц. Не мешкая ни секунды, маг освободил обоих от веревок и первым делом прикоснулся ладонями к глазам танцора. Ободранная спина друга тоже серьезная рана, но она немного подождет. Глаза более тяжкая утрата.
— Ты кто? — Осторожно шепнула за плечом иномирянка.
Зак на миг обернулся, насмешливо глянул ей в глаза, и небрежно бросил:
— Маг.
И снова вернулся к раненому. Ну, что ж, парню очень повезло. Он вовремя успел прикрыть глаза. Нагайка рассекла веки, и кожу на виске, но сами глаза остались целы. Маг осторожно вел энергию вдоль раны, очищая и сращивая края. И мечтал о мокрой тряпке, чтоб стереть засохшую кровь.
— Воды бы! — буркнул он безнадежно, твердо зная, бандиты рабам воды не давали.
Чтоб были послушнее утром.
Но гостья восприняла его слова на свой счет, прильнула к двери, почти распластавшись на полу, и просунула в щель под коротковатой доской руку. Щель была настолько широка, что иномирянке удалось просунуть руку по самое плечо. Пару подзвонков она шарила безрезультатно, потом поочередно вынула из щели фляжку и нагайку.
Зак, уже перевернувший принца вверх спиной, с содроганием рассматривал его раны.
— Вот. — Подала ему фляжку иномирянка.
— Как тебя зовут? — вытаскивая пробку и нюхая содержимое, задумчиво спросил Зак.
— Наташа. — Испытующе поглядев на мага, нехотя буркнула гостья. — Но лучше Ната.
— Кумыс. — Вздохнул Зак, и заметив расширившиеся от изумления глаза иномирянки, поморщась, пояснил — Во фляге кумыс. А меня зовут Зак. Полное имя Лизандр.
— А им нельзя… ну, протирать?
— Ну, раз другого ничего нет… — Зак рванул рукав рубашки. — Держи. Понемногу смачивай кумысом и оттирай кровь. Старайся в глаза не попасть.
И он рванул второй рукав.
Некоторое время они молча работали рядом, Ната протирала лицо друга, Зак спину Тана.
Смыв с рваных ран и царапин песчинки и засохшую кровь, маг подтянул поближе светильник и начал осторожно раскладывать лохмотки кожи на места. Если этого не сделать, останутся шрамы. Не навечно, со временем рассосутся. Но этого времени Рике вполне хватит, чтоб навек возненавидеть брата. Или прожечь в нем дыру укоризненными взглядами.
Наташа закончила мыть лицо друга и внимательно наблюдала за работой Зака. А когда он сдвинулся чтобы завершить работу над длинной царапиной, осторожно положила пальчики на следующую рану.
Зак нервно дернулся, готовый резким словом прогнать наглую девицу, но остановился, заглядевшись на легкие касанья ее пальцев. Тонким, отточенным ноготком она осторожно поддевала рваные края кожи и разгладив кончиками чутких пальцев, нежно опускала на место. Зак выдохнул невысказанную досаду и положил ладони на уже разглаженные раны.
— Освобождай остальных! — Благодарно кивнув ей, скомандовал маг, когда девушка закончила работать с последней царапиной.
Наташа подхватила свой ножик и немедленно принялась разрезать путы на пленниках. А Зак положил ладони на очередную рану.
— Тут еще раненый, только легко, — донесся тихий шепот, но маг только мотнул головой, потом.
Некоторые пленники просыпались от прикосновений девушки, и, едва она освобождала им руки, начинали сами распутывать ноги себе, потом соседям. Но кое-кто не очнулся даже от чужих прикосновений, продолжая спать тяжелым, больным сном.
Застонал Танио, приходя в себя, но сразу припомнил змеиные глаза бандита, накидывающего на него петлю, и стиснул зубы. Не доставит он налетчикам такого удовольствия, услышать его стоны. И почти сразу почувствовал знакомое тепло, снимающее последнюю боль и услышал голос мага, довольно выдохнувший:
— Вот и все. Сам сесть сможешь, или помочь?
— Зак! — Волна радости захлестнула принца. — Ты здесь! Ты проснулся!
— Проснулся. — Ворчливо буркнул Зак, помогая зятю сесть. — Еще век бы так не просыпаться! Спокойно ложишься спать свободным человеком, а просыпаешься весь обмотанный веревками! И неизвестно где! Ох, Тан, а это у тебя откуда?! — заметил он на животе друга огромный, фиолетово-красный след от удара.
— Не помню, — огорчился Танио, разглядывая новое украшение.
Зато Зак помнил. Помнил то, что увидел глазами охранника. Как тащил смуглый всадник принца на аркане по пустыне, как пинал беззащитное тело.
— Сейчас уберем, — успокоил он принца, прикладывая к его животу руку.
И через подзвонок снял ее с уже чистой кожи.
— А воды нет? — Осторожно поинтересовался принц, успевший за это время разглядеть и лежащих на полу пленников и запертую дверь.
— Есть кумыс, — вспомнил Зак, — выпей немного!
Потом он предложил выпить Наташе и ее другу.
И только после этого поднес фляжку к губам. Остатков кумыса как раз хватило на один глоток, но маг не расстроился. Не собирался он оставаться тут надолго! Погасив светляк, Зак снял полог с двери и пленники увидели светлеющие щели. Наступал рассвет.
— Спасибо за лечение! Меня зовут Камил. Ты можешь на меня рассчитывать! — шепнул Заку танцор и вернулся на место.
Маг проводил его задумчивым взглядом. Прочесть мысли парня никак не удавалось, на нем была отличная защита, если учесть, что все амулеты с путников содрали.
Танио начал было мысленно объяснять магу, как они попали в плен, но Зак его прервал. Бросил короткое — я знаю, и напряженно замер. Принц понял, что Зак сейчас прощупывает мысли бандитов, и смолк. Иномирянка с другом, тихо перешептывающиеся о чем-то своем, тоже заметили состояние мага и ожидающе притихли.
За дверью уже почти рассвело. Несколько бандитов сонно переругиваясь, неспешно топали в сторону пещеры.
Все пленники тоже уже проснулись, и, обнаружив возле себя остатки веревок, встревожились. Развязать путы без разрешения бандитов, значило навлечь на себя их гнев. А что значит гнев работорговцев, знали многие. Надежды же на избавление путники не питали, бандитов много больше и они хорошо вооружены. Поэтому лица людей были хмурыми. Кто-то шепотом ругал идиота, снявшего путы.
— Путы с вас снял я. — Надменно бросил маг. — Я из Тордизании, а у нас, как всем известно, не любят работорговцев! Поэтому отойдите все в угол, сейчас тут будет жарко!
Пленники растерянно столпились в углу. Только Танио и Наташа с Камилом остались возле мага.
— А вам, что особый приказ нужен? — нахмурился Зак, уставившись на них.
— Я сейчас злой! — сквозь зубы упрямо буркнул принц, и маг нехотя оставил его в покое.
— Можно, он хоть плетку возьмет? — Попросила за друга Ната.
— Если ты отойдешь! — Поставил условие Зак.
Камил схватил оружие и гостья молча отступила в угол. Нет, с ней намного легче договориться, чем с Анюсей, с непонятной досадой заключил маг, следя за приближающимися бандитами.
Глава 11
— Да он спит! — Возмутился шедший первым бандит, обнаружив у дверей сладко сопящего охранника.
— Нужно сказать хозяину, пусть накажет! — мстительно предложил один из подошедших следом.
— Сам увидит, — буркнул другой. — Ну, открывай, что ждешь?!
Бандиты распахнули дверь и пораженно замерли, увидев спокойно стоящего у стены Зака.
— Кто… — захлебнулся от ярости бандит, бывший за старшего, — кто развязал?!
— Я. — беспечно пожал плечами маг.
— А! — взбесился разбойник, — Ты! Так ты сейчас узнаешь, как умничать!
И он ринулся в пещеру. Танио показалось, что негодяй споткнулся, так резко он рухнул на пол. Его подельникам тоже так показалось, и они вдвоем кинулись его поднимать. И обрушились на приятеля сверху. Последняя троица ринулась было на помощь, но вдруг заподозрила неладное. Отшатнулись назад и свалились кучей в дверях.
— Быстро! Затаскивайте их! — Скомандовал маг, хватая за шиворот ближайшего бандита.
Воспрянувшие духом от увиденного пленники бросились на помощь. Через пару подзвонков бандиты были уложены вдоль стен, а пленники устроились перед ними, загораживая собой неподвижные тела.
Через четверть звона все повторилось. Пришедшие поиздевались над спящим охранником, порассуждали, куда девался Жумаш, который должен был утром выводить пленников, и открыли дверь. Диалог с магом был идентичен предыдущему, различались только ругательства и угрозы. У предводителя этой кучки они были более изощренные.
Вскоре и эти подонки лежали вдоль стен, а в пещере стало еще теснее. Пора было переносить боевые действия на новую территорию.
Зак выбрался наружу и приказал втащить охранника в пещеру. Танио неотрывно следовал за ним.
Логово бандитов, расположенное между невысоких холмов предгорья, напоминало стойбище кочевников. Вырытые в холме пещеры использовались только для хранения припасов и как камеры для рабов. Сами разбойники жили в тростниковых хижинах, обмазанных глиной. Из тростника был и навес для лошадей, и загон для скота.
Пока Зак прикидывал, как получше заманить главаря, Танио, с ненавистью рассматривающий привольно расположенное логово, вдруг нахмурился, стиснул зубы и взмахнул рукой в недавно выученном жесте.
Ураганный порыв ветра, возникнув ниоткуда, пронесся по постройкам, сшибая крыши и расшвыривая тростник. Со всех сторон раздались испуганные вопли, заметались на привязи лошади.
Зак изумленно разглядывал сотворенное зятем. Что Гистон не ошибается, он понял сразу, но такой силы от даже не ученика и предположить не мог! Однако произведенным эффектом надлежало незамедлительно воспользоваться, пока бандиты не опомнились.
— Позовите главаря! — Усилив заклинанием голос, повелительно гаркнул маг.
Бестолково толпящиеся возле хижин бандиты заозирались, ища крикуна. И с удивлением обнаружили спокойно стоящих неподалеку от пещеры, где запирали на ночь пленников, двух высоких парней в рваных рубахах. Даже не подумав, связать их появление с тем стихийным бедствием, что недавно обрушилось на стоянку, бандиты с угрожающими ухмылками двинулись на наглецов.
Тан нехорошо ухмыльнулся и снова махнул рукой. От резкого порыва ветра, поднявшего кучу песка и камней, и бросивших их в бандитов, не устоял никто. Мстительно поглядывая на ползающих на карачках бандитов, с воем и проклятьями пытающихся разлепить забитые песком глаза, принц пробормотал:
— Ну, что, гады, понравилось? — И, обернувшись к магу, невинно поинтересовался, — Я их… того… не слишком слабо приложил?!
— Не слишком, — ошарашено качнул головой Зак, и снова крикнул бандитам, — Пусть придет главарь!
Теперь никто не сомневался, что пленники не шутят. Главарь, осторожно выглянул из-за центральной хижины и вцепившись рукой в висящие на шее амулеты, что-то тихо бормотал себе под нос. Его, недавно светившееся высокомерной жестокостью смуглое лицо, теперь было жалким и серым от страха.
— Что вам нужно?! — крикнул он издали, безрезультатно пытаясь сохранить грозные интонации.
— Иди сюда! — Приказал маг.
Главарь мотнул головой. Он очень надеялся, что эти страшные маги не смогут ему ничего сделать, не зря же он вешал себе на шею все амулеты, что находил на пленниках.
Зак хмыкнул и развел руками. Непонятная сила подхватила главаря и буквально швырнула к ногам пленников. Перемещения на небольшие расстояния всегда выходили у Зака особенно хорошо. Главарь трусливо взвыл и прикрыл руками голову, даже не пытаясь встать на ноги.
— Ну-ка, ну-ка, — заинтересовался маг, разглядывая болтающиеся на шее бандита амулеты.
Протянул руку и снял всю связку. Выбрал из нее свои, Тана и те, что имели хоть какую-то силу. Остальные отбросил на песок.
— Сейчас твои люди добровольно войдут в пещеру. Без оружия! Иначе я буду вынужден тебя убить! — с холодным безразличием объявил маг, и главарь ему поверил.
Поднял голову и что-то злобно прокричал подчиненным на местном диалекте. Затем, заискивающе улыбаясь, подобострастно заглянул в глаза мага. И отшатнувшись, вновь распростерся на песке. Никогда еще ему не было так страшно, как под этим равнодушным взглядом ледяных черных глаз.
Танио махнул сокамерникам рукой и пленники, выбравшись из пещеры, поторопились встать у него за спиной. Многие из них своими глазами видели, на что способен этот парень в изорванной на лоскуты, окровавленной рубахе.
Бандиты, бросая к ногам придирчиво их проверяющего Камила плетки и кинжалы, неохотно поплелись в пещеру. Злые взгляды и процеженные сквозь зубы проклятья ничуть не смущали принцев. Поток бандитов подходил к концу, Камил стоял у дверей уже третьей пещеры, когда из-за развалин к магу метнулся оборванный паренек. Не добежав нескольких шагов, рухнул на песок, прижатый неизвестной силой, и что-то прошептал. Не спуская глаз с главаря, Зак заглянул в сознанье мальчишки и убрал давленье.
— Говори.
— Господин! Там моя мать! Умоляю, спаси! — Задыхаясь от слез, прошептал тот.
— Где?
— Там, в пещере! Эти… хозяева… одели женщинам на шею веревки… велели… не пускать вас близко! — Сквозь рыданья бормотал мальчик.
— Подожди. — Кивнул маг, имеющий привычку разбираться с проблемами по порядку.
Наконец дверь за последним бандитом закрылась. Маг мысленно обшарил развалины хижин и, убедившись, что там никого нет, приступил к следующему этапу. Первым делом приставил к каждой двери по трое надежных охранников, затем, оставив Танио с Камилом присматривать за порядком, отправился вслед за парнишкой.
— Можно, мы поищем воду и еду? — Признав Танио за главного после ухода Зака, — спросила Наташа.
— И рубашки. — Кивнул Тан, почувствовав, как при упоминании о воде стянуло пересохшее горло.
Когда Зак вернулся в сопровождении нескольких изможденных женщин и подростков, бывшие пленники, усевшись на расстеленных прямо на песке кошмах, жадно поглощали еду и воду. Пить кумыс запретил Танио. Стоящим на посту тоже отнесли воды и лепешек, пообещав попозже сменить.
— Садитесь, ешьте! — кивнул женщинам на импровизированный стол маг, и, схватив с кошмы кувшин с водой, отпил почти половину.
Женщины робко присаживались на освобожденные для них места, не поднимая глаз, несмело протягивали руки за едой. И жадно глотали куски, стараясь не уронить ни крошки.
Зак наспех проглотил немного еды и поднялся, нужно было спешить. Приказав путникам завалить двери в пещеры с бандитами камнями и тростником для того, чтоб можно было безопасно уйти отсюда, сделал Танио знак следовать за ним.
Танио, уже переодевшийся в новую рубаху, найденную проворной иномирянкой, шел за магом, держа в руках вторую рубашку. Зайдя за развалины, Зак молча взял ее у зятя, и так же молча переоделся.
— Что дальше делать будем? — Отшвыривая в сторону обрывки прежней одежды, поинтересовался Танио.
— Побудь здесь, — серьезно взглянув на друга, попросил маг. — Я сбегаю к Гистону. Постарайся незаметно следить за гостьей. И не выпускайте бандитов, даже если будут кричать, что умирают!
— Понял! — кивнул Танио.
Зак открыл портал и нырнул туда, а принц, сразу почувствовав себя беззащитным, тихо поплелся назад.
— А где Зак? — осторожно поинтересовалась Ната, завидев опечаленного принца.
— Скоро придет, — неопределенно хмыкнул тот, не зная, можно ли доверять девушке.
Вроде бы показала она себя сегодня с лучшей стороны, но если вспомнить тот танец в таверне… Когда она была настоящая, тогда или теперь? Разве так быстро поймешь?!
— Он вылечил моего друга, — пояснила гостья, потом, помолчав, добавила, — и тебя.
— Что, очень серьезно все было? — Заинтересовался Танио.
— Вся спина была… Скажи, Тан, тебя… били?
— Откуда ты знаешь, как меня зовут?!
— Зак так называл. А что, нельзя?
— Вообще-то меня зовут Кастанио. Коротко Танио. А Тан, это семейное имя.
— Понятно, Танио. Так вы родственники? А вроде не похожи.
— Зак старший брат моей жены. — Не видевший в этом признании никакого криминала, объяснил Тан.
— Ясно. А она красивая?
— Рика? Да, очень. На Зака похожа глазами. — Счастливо улыбнулся Тан, вспомнив темный огонь любимых глаз.
— Ты ее любишь. — Утвердительно кивнула Ната, поймав эту улыбку.
— Очень, — согласился принц, и не смог не похвалиться, — у нас скоро будет ребенок!
— И ты оставляешь ее одну… в таком положении? А если с тобой что-то случится? — удивились девушка.
— Что может со мной случиться? — Вытаращил глаза принц. — Ведь я же с Заком!
— А у Зака есть дети?
— С чего ты взяла? Он даже не женат!
— Ну… мне показалось… А как получилось, что вчера вас схватили бандиты? — Ловко перевела разговор на другую тему иномирянка.
— Вчера Зак спал! — Вздохнул принц.
— Так он же и должен хоть иногда спать! И тогда вы полностью беззащитны! — понимающе кивнула девушка.
— Вчера он… принял снадобье… потому и спал так крепко! Обычно он спит чутко! — защищал родича Тан.
— Наркотики! — Догадалась Ната.
— Вовсе нет! — возмутился принц. — Просто у него было много работы, пришлось… принять сироп бурлейника. А после него всегда так спят.
— А кем он работает? — невинно поинтересовалась девушка, но принц моментально вспомнил, как нужно отвечать на этот вопрос.
И подивился, как иномирянка сумела так легко разузнать у него почти все о нем самом и его семье.
— Он торгует. Снадобьями и амулетами. — Легко соврал принц. — А я иногда ему помогаю.
— А когда не помогаешь, тогда чем занимаешься? — Продолжала расспрашивать девушка, и принц заподозрил, что она все-таки похожа на Анюсю.
Своими бесконечными вопросами.
— Учусь. — ответил принц сухо.
— Понятно. — Правильно поняла девушка его интонацию, надоели парню расспросы.
Встала с кошмы и ушла к освобожденным рабыням.
Глава 12
— Когда мы отсюда уйдем? — Осторожно поинтересовался Камил, но по настороженным взглядам, направленным на него со всех сторон, Танио понял, этот вопрос интересует всех.
— Когда вернется Зак. — Как умел, твердо ответил принц.
— А когда он вернется? — Крикнул кто-то.
— Скоро.
— Мы ходили на холм поглядеть, его еще не видно!
— А причем тут холм? — удивился Танио.
— Так оттуда видно все вокруг. Нам нужно догонять караван, там все наши вещи! Если он придет в Мемлиз, наших товаров нам не видать! — заворчало вокруг сразу несколько голосов.
Это, надо же, про товары вспомнили! Еще несколько звонов назад даже выжить не мечтали, а едва вышли из пещеры, выпили по три кружки воды да хорошенько закусили, так и вспомнили про свое барахло! И нападают теперь с возмущенными лицами на Танио, словно это он их сюда притащил! Вот, она, людская благодарность!
— Едут! — Закричал чей-то голос с вершины холма.
— Кто? — удивился Танио, Зак придет из телепорта, а кроме него ждать им некого.
Только… если… это… уезжавшие куда-нибудь бандиты.
— Надо посмотреть! — Заметив смятенно поджатые губы принца, решил Камил и помчался на холм.
Через несколько подзвонков, прошедших в тревожном ожидании, танцор успокаивающе замахал руками, и помчался вниз.
— Это наши! — Крикнул он ликующе и незаметно подмигнул иномирянке.
Незаметно для других, но Тан, обеспокоенный непонятными визитерами, этот знак заметил, и насторожился еще больше.
А еще через несколько мгновений к разрушенным хижинам вылетел небольшой отряд хорошо вооруженных всадников под предводительством трех парней из группы Камила.
Радовались все.
И пленники, получившие возможность вернуться к ожидавшему их каравану, и карательный отряд, вовсе не жаждавший славы. И сопутствующих ей ран, ушибов и покойников. Не радовался только принц, озабоченный задержкой Зака и ускользающей из рук иномирянкой. Одно его утешало, среди лошадей, на которых приехали спасатели, были и лошади Халима. На которых принц тут же мстительно заявил свои права.
Но такая мелочь не могла омрачить радости освободителей. Они немедля вернули ему лошадей, на которых даже болтались седельные сумки. Правда, изрядно полегчавшие. И выбрали себе взамен лучших жеребцов из конюшни бандитов. А также всем остальным пленникам. И еще несколько штук, на которых без разбора загрузили найденные товары. В уплату за доставленный бандитами ущерб.
Потом еще раз горячо поблагодарили Танио за спасение и умчались в знойную даль. Принц остался сидеть на кошме в окружении перевернутых впопыхах чашек и нескольких испуганных рабынь, не пожелавших покинуть разгромленную стоянку.
— Что здесь произошло? — Изумленно осведомился Зак, непонимающе оглядывая опустевшую стоянку.
— Уехали. — Пожал плечами расстроенный Танио, приветственно кивая Гистону.
— Почему ты не остановил? — недовольно фыркнул маг.
— Не драться же мне с целым отрядом хорошо вооруженных парней! — обиделся принц.
— Каких парней?! Ты можешь поподробнее?!
— Обыкновенных. Примчались спасатели из каравана, впереди знакомая тебе троица. Все вооружены до зубов. Посадили всех на коней и уехали. Сказали, их караван ждет.
— А эти, Камил с Натой?!
— Передавали тебе большое спасибо! — Язвительно хмыкнул принц, оскорбленный недоверием.
— Так. — Помрачнел маг, — Значит, начинаем все сначала!
— Не так уж все и плохо! — Примирительно заявил Гистон, наблюдая, как приведенная ими стража выводит из пещер бандитов и связывает в цепочку.
Налетчики пойдут в Ширас своим ходом.
— Ты думаешь?! — хмыкнул Зак.
— Конечно. Танио, когда они уехали?
— Больше звона назад!
— Значит, сейчас еще в пути. Где их ждет караван, не говорили?!
— Там, же, у родника!
— До ночи они только успеют добраться, значит там и заночуют! Вы их легко догоните!
— Но мы не знаем туда пути!
— Я дам проводника! Собирайтесь! Для проводника лошадь найдется или привести?
— Остались там какие-то. — Объяснил принц, обрадованный тем, что все так просто разрешилось.
Гистон вернулся через четверть звона, но перед ним из портала выскочил на коне смуглый парень с бандитской рожей.
— Этот нас проводит! — Едко фыркнул Зак, засовывая в седельную сумку найденные в складах фляги с водой. Продукты и запасную одежду, позаимствованную там же, он уже упаковал.
— Не волнуйся, — немедленно отпарировал Гистон, — он вас боится не меньше. Приходилось иметь со мной дело. Зато места здешние знает как свои пальцы.
— И как местных жителей! — не унимался маг. — Пусть сходит, поздоровается!
— Ишим, не хочешь поздороваться с вон теми парнями? — на местном наречии спросил Гистон проводника.
Тот на том же языке что-то презрительно буркнул в ответ.
— И что он сказал?!
— Не переводится.
— Понятно! — неожиданно весело хмыкнул Зак и, подмигнув проводнику, вскочил на лошадь.
Прочел мысли, догадался Танио, и, помахав Гистону, подстегнул свое животное.
Старый маг постоял немного, провожая взглядом маленькую кавалькаду. Чутье говорило ему, что этих симпатичных парней он видит не в последний раз. И хотелось бы, чтоб и в следующий раз они принесли только добрые вести. Ведь, как-никак, ликвидацию банды Хитрого Саида плохой вестью назвать нельзя. А вся выгода от этой незапланированной операции, и моральная и материальная теперь принадлежит ему. И благодарность шаха Араны, не сумевшего в свое время воспользоваться опытом короля Тордизании и тратящего уйму сил и средств на борьбу с бандитами, совершенно не повредит его авторитету.
Глава 13
— Как это нет?! — ошеломленно переспросил Зак зевающего торговца.
Одного из тех, кого он утром освободил их плена.
— Они примерно через два звона свернули. Сказали, знают тропу через горы. Мы их отговаривали, но они сказали, раз у них теперь есть лошади, то они и без каравана доберутся. — Терпеливо пояснял бывший пленник, желая помочь спасшему их магу.
Хоть и говорят люди про магов всякие страсти, но он теперь точно знает, в тяжелую минуту на них можно положиться. И раз нужны им эти странные парни, отправившиеся через горы по бездорожью, то он готов объяснять хоть всю ночь.
— Спасибо! — Кивнул темноглазый маг и вложил ему в руку амулет. — Это тебе для жены, будет тебя верно ждать из всех поездок!
Торговец недавно женился на молоденькой девице, и днем и ночью не находил себе места, размышляя, как проводит время жена, пока он путешествует. И амулет пребывал для него именно тем подарком, который он никогда бы не решился купить сам, опасаясь насмешек торговцев.
Он еще бормотал слова благодарности, а трое мужчин, прискакавших после заката к роднику, где обосновался караван, уже мчались в обратную сторону.
Первые следы лошадей проводник отыскал на глинистом такыре, когда начало светать. Пощупал смятую копытами корку, подумал и заявил, что путники проехали здесь четыре звона назад. И очень торопились. Но, он, Ишим, догадывается куда. Неподалеку есть старая хижина, раньше там жил чайханщик. По этому ущелью можно было выйти к границе, и дело процветало. А потом с гор сошла лавина, и прочно перекрыла дорогу. С тех пор тут ходят только отчаянные контрабандисты, а заброшенную чайхану они используют как перевалочный пункт.
— Веди! — коротко кивнул Зак и подстегнул усталую лошадь.
Через ползвона маленький отряд остановился возле полуразрушенного деревянного здания на каменном фундаменте. Никаких видимых следов пребывания здесь иномирянки со спутниками Танио не наблюдал, ни лошадей у коновязи, ни дыма из трубы. Однако Зак считал по другому.
— Там кто-то есть! — шепнул он, потрогав свои амулеты.
Путники спешились, и, держа наготове оружие, вошли в распахнутую, кособоко висящую дверь. В большом замусоренном холле никого не было, но Зак уверенно вел спутников куда-то вглубь развалин. Прошли коридорчик, миновали кухню, судя по развалившемуся огромному очагу. И уперлись в небольшую каморку, в которой когда-то, по-видимому, жил повар. Распахнули обломком доски дверь и осторожно заглянули внутрь. Действительно, человек там был, хотя… его уже скорее не было. С ножом, торчащим из спины, недолго остаются в живых. А неживой человек, это уже труп.
Зак подвесил магический светильник, чтобы получше разглядеть жертву, и присвистнул. Они знали этого человека, хотя и недолго. На грязном дощатом топчане лежал Камил, верный телохранитель иномирянки. Дело принимало новый, паршивый оборот.
— Зак, кто его так? — потрясенно шепнул принц с жалостью.
— Не знаю, — вздохнул Зак, — он без сознания, я не могу попасть в его мысли!
— Но… ты же его вылечишь?
— Тан, — еще тяжелее вздохнул маг, — боюсь, это невозможно! Он жив только потому, что никто не вытащил из раны нож. Но как только я это сделаю, произойдет неизбежное. А поднимать мертвых не под силу ни одному лекарю!
— Ты даже не попробуешь? — с горьким изумлением качнул головой принц.
— Только бесполезно потрачу время и силы, — отводя глаза, буркнул маг.
Ему самому было жаль храброго и преданного танцора. Но он слишком хорошо знал предел своих лекарских возможностей. И не питал по поводу безнадежного пациента никаких иллюзий.
— А если я буду тебе помогать? — настаивал Танио.
Зак досадливо дернул плечом. Зять только что узнал про свои способности, а уже мнит себя великим магом. И ведь невозможно отказать ему в попытке спасти раненного. Будет потом много лет таить обиду. Лучше потратить немного времени и преподнести жестокий урок, чем потерять уважение родича. И друга.
— Можно попробовать, — нехотя процедил маг, но лицо принца осветилось такой надеждой, что Зак снова расстроился.
Самое опасное и неблагодарное дело подавать несбыточные надежды.
— Давай поторопимся! — сурово приказал маг и вошел в каморку. Танио протиснулся следом. Места хватало только на то, чтобы стоять бок о бок. Острым ножом маг разрезал потемневшую от засыхающей крови рубашку Камила и убрал лоскуты со спины.
— Возьми одной рукой за кинжал, — командовал Зак, — а другую положи на рану. И по моей команде начинай понемногу, осторожно вынимать оружие, стараясь второй рукой вливать в него свое тепло и силу. Так. Сейчас. Начали!
Зак положил обе руки рядом с рукой принца и закрыл глаза, сосредотачивая свое внутреннее зрение на разрушениях, произведенных в теле танцора кинжалом. Собрал в ладони энергию, толкнул ее в прорванные, кровоточащие ткани, представил мысленно, как стягиваются внутренние края раны, срастаются, становятся одним целым разрубленные мышцы и сосуды. Танцору опять повезло, кинжал не задел ни сердце, ни легкое. Странное подозренье тонкой змейкой скользнуло по краю сознанья мага, но он отложил размышленья о нем на потом. Если это потом для пациента наступит, разумеется.
Кинжал потихоньку выходил из раны, маг торопливо затягивал за ним ткани. И ощутимо чувствовал, как мощная чужая сила подпитывает ослабший от потери крови организм танцора.
Проводник, давно сообразивший, что ему тут делать нечего, отыскал где-то полусгнившие доски и развел в очаге костерок. На котором кипятил воду для взвара. Уж в том, что маги после оживления этого полутрупа будут очень не против выпить немного горячего взвара, он совершенно не сомневался.
Но полутруп оживляться не хотел. Уже давно ныла полусогнутая спина, и дрожали ослабевшие руки, через которые Танио гнал в тело танцора свою энергию. Вначале он очень сомневался, что сумеет сделать то, что пообещал магу.
Помочь с лечением.
Ну какой из него к лешим лекарь, без привычных отваров и примочек?! А Зак то, он, почему повелся на это авантюрное заявление?! И тут же начал командовать, руки сюда, тепло туда! А как его туда, и не объяснил! Ну, Танио, конечно, не полный тупица, прикрыл по примеру мага глаза, и представил, что у него по рукам течет вода. Горячая. И сквозь маленькие дырочки в пальцах постепенно всасывается в пациента.
А через пару подзвонков почувствовал, что так оно и есть! Течет! И почти запаниковал, а вдруг он качает не мифическую воду, а собственную кровь? Однако, приоткрыв глаза и глянув на руки, успокоился и устыдился, никаких следов крови не было. По пальцам текла именно энергия. Непонятно откуда берущаяся, горячая живая энергия. Впрочем, откуда она взялась, принц понял немного позднее. Когда привык вливать в танцора тепло и успокоился. Вот тогда и почувствовал, что со всех сторон, ласково прикасаясь к телу как весенний ветерок, вливаются в него теплые ручейки энергии. Он попытался мысленно собрать тонкие струйки в один жгут и направить его в руки. Не сразу, но получилось. Собранная энергия хлынула в пациента щедрой волной, и побледневший от напряжения Зак, открыв на миг глаза, глянул на принца с изумлением.
— Что ты сделал?
— Собрал в один поток все ручейки, что текли в меня. — Честно объяснил Танио.
— Первый уровень! — потрясенно хмыкнул Зак, качая головой. — Ну и ну! Теперь я верю, что у нас все получится!
Еще несколько томительных мгновений и кинжал, выскользнув из затягивающейся раны, перестал быть причиной смерти, оставшись просто холодным оружием.
— Сердце почти остановилось, — шептал маг, вслушиваясь в понятные только ему знаки чужого тела.
— Тан! Ты сможешь остановить ненадолго поток тепла, примерно до трех тактов, потом резко влить?
— Попробую, — неуверенно промямлил принц, не успевший привыкнуть к своим возможностям.
— Постарайся! — Твердо приказал Зак, не собиравшийся отступать теперь, когда они затратили столько сил и почти достигли цели. — Начали! Раз, два, три! Поток! Раз два, три! Поток!
Пациент внезапно всхлипнул, дернулся, кашлянул, выплевывая почерневший сгусток крови, и застонал.
— Вытащили! — с гордым изумлением выдохнул Зак и убрал руки. — Отходи, его нужно вынести отсюда.
Выбравшись следом за принцем на кухню, маг огляделся и кивнул головой, заметив у стены широкий разделочный стол. То, что нужно. Только сначала надо отмочить застывшую под пациентом лужу крови. Подхватил с костра котелок со взваром и почти половину вылил в ведерко с водой. Проводник только возмущенно ахнул, узрев такое святотатство. Но маг даже не обернулся на это выражение протеста, новый взвар не проблема.
— Постели одеяло на том столе! — кивнул принцу и протиснулся в каморку.
Слегка приподняв спящего Камила, начал понемногу лить на него теплый раствор. Через несколько подзвонков его усилия дали результат, пропитанные кровью остатки одежды отстали от тела. Маг прикинул расстояние до стола, где Танио уже приготовил постель, сосредоточился и махнул рукой.
Охнул проводник, увидевший, как на расстеленных на столе одеялах внезапно возникло безжизненное тело того парня, что они нашли здесь с кинжалом в спине. Теперь на нем не было даже шрама, только присохшие кровяные ошметки.
Зак с помощью проводника осторожно перевернули танцора на спину и прикрыли одеялом. Ослабевший от потери крови Камил не приходил в сознание.
Танио копался в сумках и сердито ворчал. Снадобья, которые он захватил из дома, исчезли во время их плена, а те, что выделил Гистон, были слабоваты. Но пришлось накапать в кружку того, что нашлось. После чего принц приступил к неблагодарной работе, попытке влить лекарство в рот не приходящему в себя танцору. Осторожно раздвинул ложкой зубы танцора и по капле вливал туда снадобье. Зак, потягивая остатки взвара, искоса наблюдал за принцем, с упорным терпением поящим раненого.
Он прекрасно помнил, что такое для начинающего лекаря первый раз выйти победителем из схватки с недугом. Помнил чувство гордости и удовлетворения, помнил почти родственную нежность к пациенту. И не хотел мешать принцу сполна испытать все эти приятные эмоции.
И только когда вскипела новая порция взвара, позвал родича отдохнуть и занялся танцором сам.
Камил пришел в себя почти через звон. Путники успели к тому времени перекусить и расположиться на сооруженных проводником лежанках. После бессонной ночи и забравшего много сил лечения нестерпимо хотелось спать, но они мужественно держались, не решаясь бросить пациента без присмотра.
Едва танцор застонал и открыл глаза, как оба принца уже стояли у его ложа.
— Как ты себя чувствуешь?! — мягко спросил Зак, наклоняясь над Камилом.
— Где? — едва шевеля посиневшими губами, почти неслышно шепнул тот.
— Что, где? — оглянувшись на Танио, спросил маг и мысленно приказал принцу, — поговори с ним!
А сам попытался осторожно влезть в мысли пациента. Бесполезно. Разум танцора был надежно защищен. Очень сильным магом, не сомневался Зак. Он мог бы попробовать взломать эту защиту, но Камил испытает при этом страшную боль. И, вполне вероятно, не сможет потом здраво размышлять.
— На…та… г…де? — обессилено прошептал Камил.
— Мы не знаем, — мягко произнес Танио, — мы приехали сюда недавно и нашли только тебя. Ты лежал в той каморке с ножом в спине. Тебе повезло, что Зак смог заживить рану.
— Но ты пока должен полежать, ты потерял много крови! — Придерживая попытавшегося встать танцора, предупредил маг.
— Надо… идти… — с усилием приподнялся Камил на локтях и, побледнев, повалился назад.
Танио еле успел подхватить его за плечи, и мягко опустить на одеяло.
— Куда уж тебе сейчас идти! — Скептически усмехнулся Зак. — Вот выпей снадобье да поспи, потом поглядим!
Танцор безропотно выпил снадобье, правда пока сил его хватало пить малюсенькими глоточками и с перерывами на отдых. Допив, немного полежал с закрытыми глазами и, когда Танио уже собирался оставить его, тихо и безнадежно шепнул, распахнув наполненные болью глаза:
— Они отвели ее к черному колдуну.
— Кто они? — стремительно подошел Зак.
— Гасан с братьями.
— Твои партнеры?
— Да.
— Где он живет?
— В горах.
— Поэтому вы шли сюда?
— Да.
— Почему они бросили тебя?
— Я… не хотел… отдавать ее…
— Это они тебя ударили ножом?
— Я не видел… но… только они… могли… — Речь танцора становилась все неслышней.
— Ты знаешь дорогу? — настойчиво вглядывался маг в бессильно закрывающиеся глаза пациента.
— Да… — еле слышно выдохнул тот и уснул.
— Нам тоже пора отдохнуть. — Озабоченно пробормотал Зак и направился к лежанке.
Но потом остановился, передумав.
— Тан, ты тут присмотри, я быстро схожу к Гистону. Разузнаю насчет этого черного мага. Никогда не слышал про такого.
И, не дожидаясь согласия принца, выскочил через выбитое окно во двор. Танио полюбовался, как распускается на песке овал портала, и опустился на свое место, с завистью поглядывая на сладко посапывающего проводника. Ему такое счастье пока не светило.
Глава 14
Тихие голоса, ведущие неспешный разговор, создавали ощущение уюта и покоя. Танио счастливо заулыбался, решив спросонья, что он находится дома, в замке жены. С удовольствием потянулся, мгновенно представив себя придремавшим после обеда на диванчике у камина. Рядом за столиком разбирают амулеты Зак и Сейден, прибывший навестить дочь, и обстоятельно обсуждают достоинства каждого.
И вдруг вспомнил, что дом далеко, а сам он лежит на полу в полуразрушенной чайхане и, судя по всему, спокойно спит. Хотя должен караулить раненного.
Танио, распахнув глаза, рывком сел на своем ложе.
И замер в недоумении, раскрыв потрясенно рот. За то время, что он спал, с заброшенной чайханой произошли удивительные перемены. Потолок стал выше и принял куполообразную форму. Окно обрело стекла и массивную кованую решетку. На полу вместо мусора и грязи толстые войлочные ковры, по которым разбросаны цветные валики и подушки. Посреди комнаты стоит стол, на котором водружена большая миска с лепешками и кувшин. Очаг исчез, зато появилась крепкая дверь. Плотно закрытая.
У противоположной стены полулежали Камил и Ишим и тихо переговаривались.
— Где мы? — вырвалось у принца.
— У черного колдуна. — Сумрачно буркнул Камил.
— Что? — Не сразу поверил Танио.
Но, разглядев унылые лица парней, понял, они не шутят.
— Как мы сюда попали?
— Сами не знаем. — Признался Ишим. — Спали мы. Потом чую, тащит меня кто-то. Глаза открываю, а он уже сюда заносит. На пол осторожно положил и ушел.
— Кто, Он?
— Мужик. Здоровый. Белобрысый такой.
— Это раб. Я его раньше видел. Здесь рабов немного, человек шесть. — Горестно пояснил Камил.
— А что ему от нас нужно?
— Кто его знает! — Хмыкнул Ишим. — Может рабами сделает!
— С рабами так не обращаются! — скептически покачал головой танцор. — Комната хорошая, с коврами и умывальней. Еды много, взвара холодного полный кувшин! Нет, только не рабами. Может, выкуп хочет получить?
— А что, за тебя есть, кому платить? — заинтересовался Ишим.
— За меня — некому, — отперся Камил, — но он то, не знает!
— А за тебя? — товарищи по несчастью уставились на Тана.
— Я сирота. — Пожал плечами принц, убежденный, что родичи жены не обязаны платить за него выкуп.
— Значит, не из-за выкупа, — подвел итог Ишим. — Тогда зачем?
— Подождем, сам объяснит! — вновь ложась на подушки, хмыкнул Танио.
Хоть отоспаться, раз уж так вышло. Неизвестно еще, что ждет впереди, но лучше быть в форме. А еще теплилась в глубине сознанья надежда на мага. Не может такого быть, чтобы Зак оставил его здесь, не попытавшись выручить. Да и предмет их заданья, скорее всего, тоже где-то здесь.
Интересно, а зачем колдуну иномирянка?! Хотя… Если он видел ее танцы… вопрос неуместен. Однако, если правы слухи, что ходят в народе про колдунов… но на эти цели вполне пошла бы и деревенская девчонка.
Лично он вообще до этого похищения считал, что колдуны остались в далеком прошлом, когда маги подвергались гонению во всем их мире. Подвергались, по приказу королей, правящих в то время, и в Тордизании.
Лишь после того, как выяснилось, что недюжинными магическими способностями обладает старший сын короля Дардиэра, магам вышло послабленье. Поневоле пришлось терпеть их во дворце, наследник пожелал всерьез учиться магическому искусству. А уж после того, как маги помогли разбить три иноземные армии, объединившиеся против Тордизании, королю ничего другого не оставалось, как объявить им благодарность, и издать указ о неприкосновенности.
И только много позже, когда принц-маг стал королем и объявил о создании совета магов, который сам и возглавил, начали вступать в Тордизанский ковен и иноземные маги. Чтобы было куда бежать, в случае преследования.
А про то, что и нападение иноземцев, и пробуждение в принце интереса к магическому ремеслу было результатом многолетней и многоходовой интриги ковена магов, Танио случайно услышал уже в доме жены.
Вот и полагал принц, что никак не может быть под самой границей черного, то есть дикого, мага.
Дверь открылась, и служанка с испуганными глазами внесла котелок с плавающими в душистом бульоне кусками вареного мяса. Поставила на стол и быстро вышла, чтобы вернуться через пару мгновений с мисками, ложками и какой-то тряпкой в руках. Сунула на стол посуду, швырнула тряпку Камилу и проворно выскочила прочь. Дверь захлопнулась, заскрипели засовы.
Пленники, заметившие за дверью несколько вооруженных рабов, даже не попытались заговорить с напуганной до смерти женщиной. Да и что она могла им сообщить нового?
— Не нужны мне их подачки! — Зло отбросил танцор тряпку, оказавшуюся рубашкой, и отвернулся к стене.
— У-у! Кормят здесь неплохо! — радостно потер руки проводник, подсаживаясь к столику.
Принц пожал плечами и присоединился к нему. Раз принесли еду, значит сегодня ни убивать, ни в ритуалах использовать не будут. Для ритуалов жертвы должны быть голодными и ослабленными. Тогда с ними легче справиться. Хотя и объяснял ему Зак, что использование ритуальных жертв, это ложный путь, заблуждение недоученных магов, но ведь дикий маг может как раз про это и не знать.
— Камил, а ты что же? — с недоумением уставился на танцора проводник, заметив, что их сокамерник не двинулся с места.
— Я не хочу!
— Тебе нужно поесть! — назидательно объявил Танио. — Ты потерял много крови!
— Не хочу! — Упрямо и зло бросил Камил, не поворачивая головы.
Странно, хмыкнул принц, втаскивая в свою миску большой кусок жирного мяса. Почему танцор отказывается?! Ведь он ничего не ел почти сутки! Да и вообще после магического исцеления обычно жутко хочется жрать! Танио помнил, как буквально забрасывал в себя еду в тот раз, когда Зак лечил его плечо!
— Камил, — вновь обернулся к упрямцу принц и уставился на него требовательным взглядом, — скажи правду, почему ты не ешь?
— Я сказал! — не глядя принцу в глаза, буркнул тот.
— Он не будет есть! — невнятно пробормотал Ишим, вгрызаясь в сочную кость.
— Почему? Ишим! Я кого спрашиваю! — разозлился Танио.
Он значит, все силы отдал, перенервничал, Зака едва умолил, чтобы поднять из мертвецов этого упертого актеришку, и все лишь для того, чтобы потом смотреть, как пациент подыхает с голода?!
— Он, хозяина, — спешно проглотив недожеванный кусок, объяснил Ишим, — врагом считает!
— Ну и что?!
— В доме врага не едят! — Вытаращился проводник, потрясенный, что нашелся человек, не знающий таких простых вещей!
— Почему? — Так же изумленно вытаращился на него Танио, не видящий в этом никакой логики.
— Ну, как же! Если ты разделил с человеком его еду, нельзя его убить! А Камил хочет убить колдуна, чтобы забрать девушку!
— А девушка хочет, чтоб ее забрали? — хмыкнул принц, прикидывая, как бы уговорить танцора поесть.
— Конечно!
— Почему?
— Колдун хочет продать ее шейху Зейдису! — пояснил проводник.
— И что? У шейха разве плохо? Он же богат! — вспомнив, что именно туда они первоначально должны были отвезти Нату, рассудительно изрек принц.
— Как ты можешь! — гневно прикрикнул, так и подскочивший от этого заявленья, танцор. — Ната от него еле сбежала! Ты хоть знаешь, что этот старый плесневелый гриб девушек заставляет делать?!
Танио не знал. Но, взглянув в горящие ненавистью глаза Камила, очень ясно понял, и знать не желает!
— Прости, — разглядев на честном лице принца раскаяние, мгновенно остыл танцор. — Я тебе жизнью обязан, Ишим рассказал… если б не ты…
А интересно, мелькнуло в голове Танио, есть у них какие-то законы насчет тех, кому обязан спасением?
И он немедля задал этот вопрос Ишиму. Проводник утвердительно кивнул, дожевал свой кусок и подробно объяснил, что спасенный, по желанию спасителя либо становится его рабом, либо должен выкупить свою жизнь. Но во всех случаях не имеет права объявить спасителя врагом. Никогда.
— Замечательное правило! — бурно обрадовался Танио, стараясь не замечать, как сразу помрачнело лицо танцора.
— Камил, — не оборачиваясь к должнику, ласково позвал он, наливая в третью миску бульон и кладя побольше мяса, — Иди к столу и хорошенько поешь. Я тебе приказываю! И рубашку надень!
Танцор злобно буркнул что-то непереводимое и нехотя подтащился к столу. С ненавистью глянул в сторону принца, мгновенно притворившегося, что полностью увлечен обгладыванием кости. И никаких таких взглядов в упор не замечает.
Камил еще пару раз жалобно вздохнул и взялся за ложку. А Танио искоса наблюдал, как дрожит от нетерпенья рука танцора, несущая ко рту еду и хвалил себя в душе за своевременную находчивость.
Он и раньше догадывался, что если у тебя есть сильный враг, не соблюдающий никаких рыцарских правил, то очень неумно ограничивать себя этими правилами. А теперь вообще уверовал в это всей душой. Особенно, после нападения бандитов.
Да и этот черный маг ничем не лучше. Захватил сначала Нату, потом их. А умирающий от слабости после смертельного ранения Камил собирается благородно соблюдать обычай гостеприимства! Не задумываясь, чем это может закончится и для него, и для Наты. Как он сможет ее отбить у колдуна, если от слабости сам на ногах не стоит?!
Верно, никак. В итоге — проданная развратнику иномирянка. И мертвый танцор. Печально. Поэтично. И очень глупо.
Глава 15
Когда через ползвона показалось дно котелка, а впалый живот танцора заметно округлился, дверь снова отворилась. Подобрался настороженно проводник, прошипел проклятье танцор. И только принц с безмятежным любопытством спокойно разглядывал стоящего на пороге человека.
Ничего особенного внешне не представляющего. Смуглое широкоскулое лицо. Узкие, черные глаза. Плоский нос и тонкие губы. Черные жесткие волосы с легкой сединой. И черная мантия мага, претенциозно разукрашенная золотой вышивкой.
Еще улыбка. Скорее усмешка, неуловимая, лживая. И очень зловещая.
— Я вижу, мои гости хорошо покушали?! — С еле заметной издевкой, мягко проворковал он. — Очень рад! Надеюсь, теперь мы друзья?! Прошу пройти за мной, я желаю кое-что объяснить вам.
Беззаботно развернулся, подставив беззащитную спину пленникам и не спеша зашагал по коридору.
Как вовремя он прибежал, — язвительно думал Танио, топая следом. Не иначе подсматривал, наверняка в комнате есть смотровые дырки. Все владельцы замков считают своим долгом соорудить хоть пару таких комнат. Вот только в доме Рики такой комнаты нет. Нам это не нужно! — надменно фыркнула Каруна, когда он поинтересовался. И действительно, многие маги и так видят людей насквозь. Стоп! А что если и этот колдун… не зря же он так беспечен! Тогда дело обстоит намного хуже, чем он себе представлял. Одно радует, Зак пока на свободе! Он-то наверняка придумает какую-нибудь хитрую интригу!
Колдун свернул в широко распахнутые двери и пленники очутились на пороге просторного помещения. Им бросилось в глаза обилие полок и шкафчиков с различными емкостями. Прозрачные и не очень, темные и светлые, алые и гадко-зеленые, все они были наполнены неведомыми снадобьями и ингредиентами к ним. Стоящие вдоль стен столы заставлены колбами, ретортами, перегонными кубами и котлами разных размеров и форм. В одном углу просвечивал тлеющими углями очаг, в другом стояло нечто, накрытое черной тканью. Настоящая алхимическая лаборатория. Не меньше, чем на десяток алхимиков.
— Проходите, — подхлестнул застывших на пороге пленников нетерпеливый голос.
Гости нерешительно прошли на середину комнаты.
— Я позвал вас сюда, чтобы предложить выгодное дело. Выгодное и вам и мне. — Без обиняков начал колдун. — И от принятого вами решения зависит ваша жизнь. И не только ваша.
Камил презрительно фыркнул, проводник выжидающе смолчал. А Танио оглянулся, ища, на что бы сесть. Еще когда он был мальчиком, мать многократно повторяла один совет, если предстоит принять даже маленькое решение, сядь и хорошенько все обдумай. А здесь на кону стоит жизнь, следовательно, думать нужно очень основательно. А потому — лучше сидя.
— Что ты ищешь? — подозрительно уставился на Танио хозяин.
— Стул. — Кротко ответил принц, махнув ресницами.
— Что?!
— Я не могу принимать решение стоя. Мне нужно подумать. — Так же кротко пояснил Танио.
Скулы колдуна свело недовольной гримасой, но он смолчал и махнул рукой в сторону двери. Огромный раб-северянин поставил возле принца стул.
— Продолжайте! — с достоинством опустившись на жесткое сиденье, Танио величественно махнул рукой остолбеневшему от такой наглости колдуну.
А стульчик мог бы быть и помягче, вздохнул он, уставясь на хозяина.
Тот только подвигал челюстью, подавляя вспышку гнева и, глубоко вздохнув, заговорил.
— Я мог бы сразу убить вас за попытку проникнуть в мои земли, но решил дать вам шанс. Спасти ваши жизни. — Высокомерно начал колдун, но Танио его перебил.
— Но это неправда! — возмутился он. — Мы не предпринимали никакой попытки проникнуть в твои земли! Тебя обманули!
— Еще раз перебьешь меня и никакие доводы не спасут твою жизнь! — в бешенстве рявкнул колдун.
Танио только оскорбленно пожал плечами. Если уж колдун вынужден прибегать к откровенной лжи и запугиванию, значит его дела не так и хороши. И мыслей он явно не слышит, следовательно, была все-таки в стене дырка. А это значит, что можно спокойно обдумывать свои планы, не боясь прослушки.
— Говорю в последний раз! У вас только один способ сохранить свою жизнь! Мне нужно, чтобы вы отвезли шейху Зейдису мои предложения! И привезли положительный ответ! Меня не интересует, как вы этого добьетесь! Если вы добьетесь успеха, я прощу вас! А чтобы вы не сбежали, как только выйдете из моего замка, я покажу вам, кто останется тут заложником!
Надменно выкрикнув эти угрозы, колдун вновь махнул рукой. Тот же раб вошел в комнату и сдернул черную ткань с загадочных предметов.
Со свистом выдохнул Ишим, в отчаянии скрипнул зубами Камил. А принц только порадовался, что вытребовал себе стул. Иначе все могли бы заметить, как задрожали его руки и ноги.
Прикрученные веревками к страшному устройству, напоминающему пыточную дыбу, в углу безжизненно обвисли два очень знакомых тела. Зака и Наташи.
— Ну, так что? — жестко ухмыльнулся колдун.
Успокойся. Не торопись! Не дай эмоциям загнать тебя в ловушку! Тебе нельзя сейчас ошибаться! — как заклинанье повторял про себя Танио, лихорадочно перебирая известные ему способы выхода из таких ситуаций. Но все они не подходили.
— Я жду! — вновь начиная впадать в бешенство, громче рявкнул маг.
Да он совсем сумасшедший! Того и гляди, бросится с кулаками! Нужно бы с ним поосторожнее!
Что?! Ну конечно! Можно попробовать поговорить с ним как с помешанным! Гарантии конечно нет, но если хоть один шанс…
— Послушай, колдун! — Как сумел, включив магию обаяния, мягко обратился к хозяину принц, — ты очень умный человек и правильно все рассудил. Мне нравится твое прекрасное предложение. Я обязательно поеду с твоим поручением и непременно уговорю Зейдиса на все твои условия.
Лепеча всю эту ерунду, принц все пристальнее всматривался в дикие глаза колдуна и все проникновеннее выговаривал слова. Жесткое лицо хозяина постепенно оттаяло, размякло, глаза довольно сузились. Как у кота, которого гладят по спинке, мелькнула у принца мысль, но он постарался ее прогнать, чтобы не отвлекаться.
…ты ведь понимаешь, что я буду волноваться за друга и эту девушку, скажи рабам, они развяжут веревки. — Обворожительно улыбаясь, вещал он через четверть звона. — Твоя мудрость войдет в пословицы. Заложников можно посадить в самую крепкую камеру, пусть там ждут нашего возвращения. А когда я принесу тебе победу, и все узнают, как ты замечательно устроил свои дела, может, великодушно пожелаешь выполнить свое обещание…
Тихие ласковые слова оплетали, туманили разум колдуна. Ему уже казалось, что все позади. Глупый Зейдис уже согласился назначить его своим преемником в обмен на так понравившуюся старику танцовщицу. Покорные его воле пленные маги в благодарность за сохраненные жизни держат в страхе и повиновении весь Тумастан.
Он вяло махнул рукой и внимательный раб, не пропускавший ни слова, ни жеста, метнулся развязывать заложников. Танио, не решавшийся ему подсказывать, смог только облегченно вздохнуть, когда раб первым начал освобождать Зака.
— Не молчи! — внезапно ткнулась в голову мысль мага, и принц чуть не вскликнул от радости, сообразив что Зак очнулся.
… и будут прославлять твою доброту и дети и старики и мужчины и женщины… — снова завел волынку Танио.
Он знал, что теперь уже не важны обещания, не имеет значения смысл произнесенного. Главное — не потерять чарующую музыку слов, сплетающихся в затейливый, туманящий разум узор.
Белокурый гигант уже ловко распутал веревки Зака и принялся за Нату. Тан с радостным волненьем посматривал, как друг поднес ладони к голове, несколько мгновений морщился, снимая боль и дурман, потом облегченно улыбнулся. Открыл глаза, окинул всех присутствующих цепким взглядом и неожиданно озорно подмигнул принцу. Тот даже с ритма сбился на миг, ошарашенный такой выходкой.
— Что тут происходит?! — раздался резкий оклик от дверей.
Танио громче забормотал свои завлекалки, но колдун уже вынырнул из пучин очарования. Все-таки принц еще не был даже учеником.
Хозяин непонимающе огляделся, вздрогнул и схватился за свисающую с шеи гроздь амулетов. Впился в них короткими пальцами, забормотал заклинание.
— Танио! Сзади! — Крикнул Зак, помогающий рабу распутать иномирянку.
Принц мгновенно вскочил и оглянулся. Как раз вовремя, чтобы уклониться от удара плетью, которым собирался угостить его Гасан, старший из троицы танцоров.
— Сюда! — Снова крикнул маг, творя портал.
Танио выкинул руку в уже привычном жесте и резкий порыв ветра сбил с ног прытких братьев, несшихся к нему с оружием в руках. Вместе с ними покатились и колбы с ретортами, с полок со звоном посыпались пузырьки и бутыли. Зашипели разлившиеся снадобья, поплыл над полом ядовитый дымок. Пора было сматываться.
— Ай — яляй! — отчаянно кричал что-то невразумительное колдун, с ужасом глядя, как растекаются по полу так кропотливо собранные им сокровища.
Принц оттолкнул его с дороги и в три прыжка добрался до портала, открытого Заком. Камил, подхватив Нату, метнулся туда первым, следом заскочил Ишим. Принц еще раз мстительно махнул рукой, вызывая новый, разрушительный шквал ветра, пронесшийся злобным монстром по уцелевшим пузырькам. И рухнул в туман, буквально вбитый туда огромным телом белобрысого раба. Зак ухмыльнулся злорадно, глядя, как колдун, горестно завывая, безуспешно пытается подняться, и шагнул в серый туман, сворачивая за собой портал.
Глава 16
— Еще один! Сюда! Еще один! — серебряным колокольчиком звенел над ухом мелодичный голосок.
Танио шевельнулся, пытаясь поднять голову и рассмотреть владельца голоска. И едва не взвыл от резкой боли, пронзившей бок. Но от стона удержаться не сумел, уж очень резко кольнуло.
— Он стонет! Стонет! — Тревожно зазвенели колокольчики, и принц заподозрил неладное.
Попробовал открыть глаза, но какой-то непонятный мусор лежал на лице, и мелкие крошки сразу устремились под веки. Танио зажмурился, решив не предпринимать никаких действий, пока не появится Зак. Ведь обязан же он появиться? Если прыгнул за ним в портал, то обязательно должен! А если не смог? Вдруг его успел схватить кто-то из рабов? Что сам колдун смог подняться с пола, где валялся, вцепившись руками в ножку стола и громко завывая, принцу не верилось.
Колокольчики резво зазвенели с другой стороны, деловито обсуждая какую-то, совершенно непонятную для Танио проблему.
Что-то вроде, — а если на лиане? Лучше в мешке. Не поднимем. Позовем великана. Великан занят. Тогда на лиане. Сначала капли. Капли несут. Где несут? Сначала на поляну.
Танио расстроенно вздохнул, и боль снова впилась в ребра. Похоже, они сломаны. Вот, змеиное гадство, куда же он так неудачно упал-то? А что падал, помнилось ясно, еще мысль мелькнувшая помнилась, мол, раздавит его этот громила, что в портал втолкнул. А уж зачем толкал, вообще непостижимо. По логике, должен был от портала оттаскивать. Чтоб своему хозяину отдать. Может, нечаянно споткнулся? Там на полу такое творилось, поскользнуться немудрено было. Да, наверно так и произошло. А потом он на Танио сверху свалился, и раздавил принца. Решил что насмерть, мусором закидал и сбежал.
Вот теперь все сходится. А эти, что нашли… непонятно, что они с ним делать собираются?! Во всяком случае, без боя он не сдастся! Он теперь маг или кто?! Жалко только Зака. Если бы он выбрался, то был бы рядом. И слышал бы мысли принца. Танио внезапно сообразил, что может и сам позвать Зака, и, собравшись, мысленно несколько раз крикнул — За-ак!
Прислушался. Ничего. Где-то внутри похолодело от отчаянья. Неужели Зак все же не успел прыгнуть в портал? И как теперь ему помочь? Да и есть ли еще кому помогать?! Колдун этот, совсем безумным от горя был. Вряд ли кого мог пощадить в таком состоянии-то! Принц от тревоги забыл про ребра и вновь попытался подняться. И снова краткий стон сорвался с губ.
— Стонет! Стонет! — зазвенели колокольчики.
Теперь Танио расслышал в их звоне живое состраданье и затих, сообразив, что ему помогут. Только от тех, кто способен на искреннее сострадание, можно ждать настоящей помощи.
Что-то зашевелилось под спиной, поползло, обвивая тело и ноги. Принц похолодел. Не иначе как змеи. Не зря говорят, зло помянешь, оно тут как тут. А он даже рукой не может шевельнуть. Чтобы освободиться.
Непонятно откуда возникло ощущение полета, потом тело провалилось в нечто восхитительно мягкое. И змеи пропали. Как и не было. Чьи-то нежные пальчики осторожно собрали с лица мусор, протерли кожу теплым и влажным. На губы капнуло кисло-сладким, ароматным сиропом, и колокольчик восторженно сказал:
— Золотистый!
— И розовый! — уважительно добавил другой.
— И голубой! — восхищенно выдохнул третий.
Танио решился, наконец, распахнуть глаза. Три очаровательных личика с восторгом рассматривали его, расположившись по разные стороны низенького ложа. На котором принц и лежал. А прямо над головой шевелилась густая цветущая крона неизвестного Тану дерева.
— Как мы! — мечтательно выдохнул серебристым голоском обладатель ближайшего личика и белокурых локонов.
— И не больной! — подтвердил другой, рыженький.
— Пусть поспит! — серьезно постановил третий, самый старший на вид.
И они уставились на Тана нереально огромными, прекрасными глазами. Все поплыло в голове, как от большого кувшина медовухи, и принц почувствовал, что проваливается в сон. Снова усыпили! — беззлобно удивился принц.
— Спит?!
— Спит.
— Хорошо. — Довольно прозвенели колокольчики и стихли вдалеке.
— Она здорова! — Еще раз пройдясь внутренним взором по телу девушки и не найдя никаких патологий, объявил Зак.
— Она болеет! — Печально покачав головой, не согласился его собеседник.
— Где? — теряя терпение, фыркнул маг.
— Тут. И тут. — Указав на голову и сердце, прозвенел целитель.
— А! Ты имеешь в виду… душевные раны?! — наконец сообразил Зак.
Хотя вполне мог бы догадаться и раньше. А у какой иномирянки их нет?! Душевных-то ран. Счастливые к нам сюда просто не попадают.
— Буду лечить! — Кивнул лекарь.
— Но… нам нужно… уйти! Нас ждут! — осторожно попробовал поспорить маг.
— Сначала лечить. — Безапелляционно объявил оппонент. — Тебя тоже. Немного болен. И великан. А золотистый здоров. Но внутри сломался. Пойди, почини.
Он спрыгнул с отшлифованного седалищами пациентов могучего корня и важно потопал по тропке. Однако вскоре заметил невдалеке полураспустившийся бутон дикой розы, и опрометью кинулся к нему. Несколько мгновений самозабвенно нюхал, затем, придя в отличное настроение, звонко засмеялся и запрыгал на одной ножке.
— Тоже мне целитель! — добродушно усмехнулся маг, покачав головой, и спохватился, что не спросил коллегу, кто такой этот золотистый, и где его искать.
Впрочем, об этом можно узнать у любого из этих прелестных созданий. Новости тут распространяются со скоростью урагана.
Через пару подзвонков добровольный проводник уже вел Зака по чистой тропинке вглубь леса.
Ну и разбросало же нас! Снова подивился маг. Хорошо хоть не в горы, и не в болото выкинуло. Но раз Ната, Ишим и Болаф уже нашлись, значит и Танио с танцором отыщутся. Лишь бы не сильно расшиблись. Больше всех пока повезло ему и Болафу, ни одной царапинки. И выбросило недалеко друг от друга. Пока отношения выясняли, да тропку искали, и Ната нашлась. Без сознания, с шишкой на голове, но в остальном целая. Потом к ним привели сильно поцарапанного проводника. С совершенно обезумевшим взором. Ему представлялось, что он уже в верхнем мире. Еле разубедили. Сейчас он, как и Ната спит, и должен проснуться утром совершенно здоровым.
Неясно пока, с чего путь, который Зак направлял к Гистону, выкинул такой фортель. Видать, у колдуна сильная защита от порталов стояла. Потому-то он и прислал в заброшенную харчевню своих подручных. Значит, это его тот портал, что Зак к Гистону открыл, насторожил. А он тоже, хорош, даже не задумался, почему вместо того, чтобы оказаться в холле, очутился в соседском саду! Решил, что в спешке плохо привязку взял.
И Гистон не обратил на это внимания. Его больше сведенья про дикого колдуна интересовали. Оказалось, числился здесь в диких один алхимик, его из учеников еще в юности выгнали. В ковене ведь законы строгие, если хочешь выучиться на мага, будь добр соответствовать. Нет, особой святости ни от кого не требуют, все мы люди. Но и пороков не прощают. А тот ученик неоднократно на воровстве был пойман. У своих товарищей и тянул, все что приглянется. А поймавшись, не каялся, наоборот, лгать да изворачиваться начинал. Как можно такому силу в нечистые руки давать?! Вот и выперли. Да еще и заклятье, ограничивающее способности, наложили. На всякий случай. Вот он как раз в тех местах вроде и обосновался. К магии земли у него с юности были способности, да к алхимии, припомнил Гистон. Но на черного колдуна он никак не тянул.
Не тянул! Раздраженно хмыкнул Зак. И как только вы это установили, теоретики! А вот, он, в заброшенную чайхану вернувшись, едва из портала вышел, так и принял по голове. И тяжелым чем-то, и магией. Не разобрал, какой, но получил по полной.
Тропинка вывела на уютную полянку, где под ветвями цветущего дерева, нависающими роскошным шатром, на низкой лежанке спал Танио. Неподалеку, восторженно на него уставясь, на плетеных стульчиках сидели несколько эльфов и тихонько перешептывались.
— Золотистый! — Вихрем бросаясь к принцу, расслышал Зак.
Упал на колени, ладони на зятя положил. И замер, проверяя сознанием каждый орган, каждую косточку.
— Розовый, — неуверенно звякнул над ним мелодичный голосок.
— Оранжевый! — твердо постановил другой.
— Красный, — тревожно шепнул третий.
— Немного зеленый. — С сомнением заявил первый.
— О чем они? — распахнув глаза, спросил маг застывшего рядом провожатого.
— Про вас. — Удивился тот. — Вы — маги.
— Ну да. А причем тут… Так это они про ауру?
— Кто такой Ауру?
— Аура — это отблески типов магии, которыми я владею лучше всего. — Снимая ладони с ребер Тана, туманно пояснил Зак.
Да и как объяснить понятнее?!
— Ты его починил?
— Да.
— Значит, правильно, розовый! У тебя цвета сильно смешаны!
— А что означает оранжевый?
— Огонь. Ты не будешь делать костер? — Встревожился Эльф.
— Конечно, нет. Я знаю, что вы не любите костры.
— Это хорошо. — Серьезно кивнул собеседник.
Зрители, внимательно слушавшие их разговор, успокоенно защебетали. Зак знал, что ни у одного живого существа не поднимется рука на эльфа. Магия очарования надежно защищает их и от людей и от зверей. Даже оборотни при встрече ластятся к ним как простые дворняжки. Но защитить от огня лес эльфы не могут. Раньше этим бессовестно пользовались некоторые соседние народы. Разжигали на полянке костер и получали за его уничтожение все, что просили. Лет семь назад совет магов решил положить этому конец. Тогда здесь работали родители Зака, вместе с группой магистров. Установленные ими ловушки и защитные заклинания работают до сих пор. А эльфы все равно опасаются за свой лес. Ведь он для них и родина и дом и огород. И все остальное.
— Моя мать семь весен назад приезжала защищать ваш лес, — решил наладить взаимопонимание маг. — Каруна, помните?
Эльфы несколько мгновений заинтересованно его разглядывали, потом один из них куда-то умчался.
Зак недоуменно пожал плечами и сел возле ложа принца прямо на землю. Их иногда очень трудно понять. Некоторые ученые считают, что эльфы просты как дети. Другие доказывают, что, наоборот, мудры как старцы. Зак предпочитал думать, что мудрость и простота это две стороны одной монеты и пользовался определением мудрые дети.
А дети вдруг вскочили со стульчиков и тревожно уставились куда-то в чащу. Зак прислушался. Там действительно, происходило что-то странное. Трещали ветки кустов, словно сквозь них ломился крупный зверь, кто-то сопел и топал.
— Стой! Стой, негодяй, — раздался неподалеку запыхавшийся голос Камила, — все равно не уйдешь!
На полянку вырвался взъерошенный Болаф и, промчавшись мимо эльфов, попробовал укрыться за вскочившим на ноги Заком. С тем же успехом он мог попытаться спрятаться за эльфа. Несмотря на высокий рост мага, его тела явно не хватало, чтобы заслонить крупного северянина.
— Там… там… — прерывисто дыша, выдавил он, махая ручищей в сторону кустов, из которых, махая нагайкой, выбирался запутавшийся в лианах танцор.
— Держи этого бандита! — Увидев Зака, крикнул он, показывая на Болафа.
Бедный великан! Ухмыльнулся Маг, вспоминая, как еще недавно сам за ним гонялся.
— Остановись, Камил! — поднял руки в предостерегающем жесте Зак.
— Ты что?! Не видишь разве, это тот самый раб, что служил Крату! — возмущенно уставился на него танцор.
— Ты сам сказал — раб! А в рабы добровольно не попадают! И за действия этого Крата, отвечать он не должен! Не мог он их не выполнять, приказы колдуна! Но раз сбежал, значит, не нравилось парню то, что творил его хозяин! И достоин за это похвалы и помощи!
— Пасибо! — Просиял хорошо понимающий чужой язык, но плохо на нем изъясняющийся Болаф.
Рабам много говорить не положено, вот и не было у него практики.
— Козяин ни Крат, ни! — проникнувшись к защитившему его Заку особым доверием, решил прояснить ситуацию северянин. — Козяин Касан!
— Какой еще Касан? — не понял маг. Не было там никакого Касана!
— Гасан? — мрачно уточнил Камил.
— Да, да, Касан! — радостно закивал бывший раб. — Он Крат обман… обмани… как?
— Обманывал?
— Да, Да! Сам колдовать, обмани, ты Крат, колдовать!
— Сам колдовал, а Крату говорил, что это тот колдует?!
— Да! Касан хотеть, Крат шейх отдать, доверий взять!
Все понятно, мрачно заключил маг. Черный колдун на самом деле Гасан, и он собирался втереться в доверие шейха, сдав ему Крата! Знал подлец, что шейх ненавидит и боится магов! Вот и прикрывался алхимиком! А я еще гадал, кто мог на танцоров такую сильную защиту от телепатии поставить! Не тянул! Конечно, не тянул! На прикрытие только и годился, мечтатель сбрендивший!
— Камил, мне нужно уйти, надеюсь, без меня вы не поубиваете друг друга? И не переломаете все кусты, играя в догонялки?
— Я же не дурак! — обиделся танцор. — Хотя, если про Гасана… правда… наверное, дурак. Столько времени доверял ему… а получил… Эх!
— Вот! — зазвенел серебряный голосок эльфа, — Она!
Он раскрыл ажурно вырезанный из орехового ствола переплет и Зак увидел прекрасно выполненный из кусочков разноцветной древесины портрет матери. Лукаво и жизнерадостно смотрели искрящиеся весельем знакомые глаза, смешливо изгибались полные губы. Теплое чувство прошло по груди волной, заставив на миг забыть про всех злых черных колдунов на свете. Мама! Как она там?! Наверное, переживает сейчас за них с Таном. Гистон обещал отправить Хаберу полный отчет. А уж вытрясти у Хабера секретные сведения никогда для Каруны сложности не представляло.
— Он.
— Он!
Зазвенели довольные голоса миниатюрных зрителей, и руку мага доверчиво тронула изящная ручка.
— Возьми! Подарок!
— А как же… вы?!
— Мы еще сделаем! — счастливо засмеялись мудрые дети.
— Так может… оставить…, пока сделаете?!
— Мы помним! — качнул один прелестной головкой, — не нужно!
— Тогда спасибо! Я покажу матери, ей очень понравится! — Благодарно кивнул маг и отошел в сторону, чтобы открыть портал.
— Нельзя, нельзя! — тревожно зазвенели голоса эльфов, следивших за его движеньями. — Защита не пустит! Надо идти ногами!
Вот же пакость! А он об этом и не подумал! Разумеется, коллеги поставили защиту от порталов, чтоб воры не грабили прекрасный народец!
Значит, придется идти пешком. Но это не сейчас, когда солнце уже почти село. Придется завтра встать пораньше и со свежими силами двигаться в путь. А сейчас нужно перекусить и устраиваться отдыхать, неизвестно, когда вновь придется поспать на эльфийском тюфяке из птичьего пуха.
Глава 17
Что-то легко задело за щеку, скользнуло по носу и губам. Рика? — Взрываясь счастливым смехом, протянул руки принц и резко сел, распахнув глаза. Рики не было. Тан разочарованно вздохнул. Несколько очаровательных лиц с восторгом смотрели на него, а один смущенно прятал за спину пушистую травинку.
Танио огляделся. День только начинался, солнечные лучи успели уже заглянуть под пышные цветущие ветви, но не успели высушить капли росы на травинках. Рядом с ним стояло несколько низеньких, плетенных из прутьев лежанок, на которых, утонув в пушистых тюфяках, спали люди. Узнав в ближайшем Зака, Танио вновь расцвел счастливой улыбкой.
Зак не пропал, он успел прыгнуть в портал, вот он, сладко сопит, целый и невредимый! Танио протянул руку, убедиться, что это не сон и не мираж и вспомнил, что будет немедля наказан за этот жест резкой болью. Испуганно замер, прислушиваясь к себе, затем осторожно повернулся. Пощупал бок рукой — ничего.
Боли не было. И вообще он чувствовал себя просто отлично! Значит, Зак уже успел его вылечить, догадался принц и бросил на спящего друга полный признательности взгляд. Как же здорово, что он здесь! Стало быть, все теперь будет хорошо, уж Зак то сумеет об этом позаботиться!
— Пойдем! — протянул ручку один из ранних гостей, лучезарно улыбаясь.
— Куда?! — Не понял Танио.
Не хочет он никуда уходить от друга. Только нашел и сразу расстаться?!
— Ты — как мы! — Терпеливо прощебетало прелестное созданье. — Идем! Надо!
— А вы кто?! — решился спросить принц.
— Мы?! Эльфы! — удивились его недогадливости существа.
— Эльфы?
Вот эти хрупкие дети с голосами-колокольчиками и лучистыми огромными глазами, настоящие эльфы?! А на картинке в книге… Разглядывая светло улыбающихся ему эльфов, Танио понял, талантом художника тот иллюстратор точно не страдал.
— Пойдем, пора! — требовательно потянул его эльф, и принц послушно встал с лежанки.
Эльфы оказались высокому принцу по пояс, но это их ничуть не смутило. Обступив его, они восторженно о чем-то щебетали, ведя гостя в глубь леса по незаметным тропам.
Танио их не слушал, стараясь как можно больше рассмотреть. И не обнаружил бы самостоятельно даже половины того, что ему показали, заметив интерес гостя, эльфы. Повешенные между деревьев тропки, притаившиеся в кронах гнезда, навесы для сушки трав — все сплетенное с большим мастерством и изяществом из прутьев. И разноцветные кусты роз, словно невзначай выросшие на солнечных полянках.
Что эльфы обожают розы, Тан понял после первого куста. Малыши дружно ринулись к нему, с восторженным благоговеньем обнюхали распускающиеся бутоны и пришли в совершенное восхищение. Они прыгали и напевали хрустальными голосками, пока не добрались до следующего куста. Там все повторилось. Потом еще раз и Танио наконец засомневался, что они вообще дойдут до цели путешествия.
Но они дошли. На распахнувшейся взору полянке собралось несколько десятков прекрасных аборигенов, и проводники Тана, сразу притихнув, подвели его к сидящей на высоком стульчике эльфийке. Что это эльфийка, Танио понял сразу, едва ее увидел. Так же он сообразил, что все его проводники были мужчинами. Очень молодыми, по здешним меркам. И потому беспечными.
— Розы нюхали?! — укоризненно спросила их сидевшая на стуле, видимо повелительница, и эльфы смущенно потупились.
Танио засмеялся. Уж очень похожи были миниатюрные красавчики на застигнутых у вазы со сладостями детей.
— Золотистый?! — разглядывая его, изумленно вымолвила повелительница, — Наконец-то!
— А в чем дело?! — запаниковал принц.
— Ты — как мы! — важно объявила она, торжественно подняв руку. — Ты к нам упал!
— Не я один! — не согласился Тан, заподозрив неладное.
— Как мы — только ты! Золотистый! — Безапелляционно объявила королева, и все присутствующие торжественно наклонили головы в знак согласия.
— Еще розовый. — Неуверенно звякнул приведший Танио парнишка.
— И голубой! — добавил второй.
— Вижу! — отмахнулась королева. — Ведите к источнику!
— Это еще зачем? — засомневался принц.
— Проверить!
— Может… не нужно?!
— Иди! Надо знать!
Провожатые подхватили Танио под руки и потащили в кусты. Через несколько шагов они вышли к торчавшей посреди поляны скале, темневшей прохладой грота.
Вход в грот был низковат для принца, пришлось сильно нагибаться, почти ползти по наклонному тоннелю на четвереньках. Оттого-то Танио и разглядел, куда попал, только, когда почувствовал, что может распрямиться.
— Источник! — Благоговейно зазвенели колокольчики.
В неверном свете голубоватых комков холодного огня, причудливо разбросанных по стенам, действительно виднелась темная поверхность воды, заполнявшей чашеобразное дно. Посредине она легонько бурлила, вырываясь из глубины.
— Ну, и что делать?
— Иди туда! — показали на воду эльфы.
— Зачем? — наклоняясь и трогая рукой темную поверхность, поинтересовался принц.
Если вода холодная, нипочем он в нее не полезет!
Вода была холодной. И странной. Колючие пузырьки, слегка покалывая, тотчас облепили кожу.
Однако неприятно не было.
— Иди! — жалобно попросил эльф.
— Зачем?!
— Если войдешь, скажем! — обреченно вздохнул другой.
Какие-то они странные стали, эти малыши. Непривычно печальные. Наверное, им очень нужно, чтобы он искупался в этом источнике. Ну, ладно. Принц помнил, как они вытащили его из мусора, и не хотел оставаться неблагодарным. Быстро скинул одежду и сапоги, не мочить же?! И полез в воду.
Холодновато, но терпеть можно! Шагнул еще и неожиданно ушел под воду с головой. А дна-то у источника и нет, выныривая и отфыркиваясь, сообразил принц и выбрался на мелководье.
— Там! Корона! Упала! Не можем достать! — Перебивая друг друга, зазвенели вокруг возбужденные голоса.
— Куда упала? — Подозревая худшее, переспросил Танио на всякий случай.
— Туда! — Уныло показал сразу поскучневший эльф на источник. — Мудрая мать поскользнулась. Корона древняя, без нее нельзя! Достанешь?!
— Попробую. — Озабоченно кивнул принц и попросил — веревки есть?
Веревки были. Лежали вместе с крючьями и еще каким-то инвентарем у стены. Видимо, спасением короны эльфы занимались очень серьезно.
Танио привязал веревку за талию и, объяснив, что если он не вынырнет, пока они досчитают до семи дюжин, то нужно быстро тянуть.
Долго медлить в холодной воде не стоило, потому, вдохнув побольше воздуха, принц ринулся в глубину. Первые локти погружения дались легко, нырять и плавать, выросший на большой судоходной реке, парень умел отлично. А потом тысячи пузырьков, осевшие на коже, замедлили погруженье. И, наконец, налепившись на него в три слоя, потянули принца назад. Напрасно он пытался цепляться за стены ногтями, вода выбросила его, как перебродившая медовуха пробку.
— Нужен большой камень, — вылезая из воды, объявил принц.
— Нельзя в источник камень! — испугались эльфы. — Вода закроется!
— Так привяжите его веревкой! Потом вынем назад! — рассердился на их бестолковость Танио.
Тоже, мне, мудрецы! А в таких простых вещах как дети!
— И одеяло захватите! — Крикнул он вслед убегающим проводникам. — А то я тут скоро закоченею!
Все требуемое принесли быстро, и еще какой-то настой, которым эльфы растерли кожу принца до покраснения.
Затем, он, вздохнув, предпринял попытку спасения короны. Не открывая глаз, стремительно погружался в глубину, держась рукой за тщательно обмотанный веревками камень. Второй рукой принц прощупывал пространство впереди, опасаясь застрять в теснине.
И действительно, настал такой момент, когда он уже еле протискивался сквозь сужающийся тоннель. А дна все не было. И вдруг принц увидел сквозь веки светящуюся точку. Прямо перед собой. Если учесть, что в этот момент он торчал между камней вверх ногами, значит, на дне.
Танио попытался достать неведомое нечто рукой, но до него было еще далеко. А проход сузился уже до того, что начинало зажимать плечи. И от недостатка воздуха панически хотелось ринуться наверх. На свободу. Танио с тоской глянул в последний раз на светлый предмет, и вдруг вспомнил, как учился по дороге подкидывать листики потоком воздуха. И в отчаяньи махнул рукой. Светлое пятно шевельнулось, подброшенное струей воды и медленно взмыло вверх.
Веревка дернулась и потянула принца на поверхность. Расставив руки и ноги он яростно сопротивлялся усилившемуся напору, дожидаясь, пока светлый предмет достигнет его руки. И в самый последний миг перед тем, как рывки, тянущие его наверх, стали невыносимыми, успел зацепить пальцами тонкий предмет. А затем отпустил камень, поджал ноги и устремился наверх.
Вылетев на поверхность, бросил предмет эльфам и несколько мгновений никак не мог надышаться, легкие судорожно хватали свежий воздух.
Потом, шатаясь, выбрался на камни, и, успев спросить: — это она?! — потерял сознание.
Зак проснулся от ощущения беды. У него не было причин не доверять своей интуиции, поэтому он моментально вскочил на ноги и оглянулся. Вымотанные последними невзгодами спутники крепко спали. Хвала, богам, несчастье не с ними! А ему показалось, что это Танио. Маг склонился над пышной постелью принца и скрипнул зубами. Зятя в ней не было.
Он послал мысленный поисковый импульс, кляня в душе проклятого алхимика. Это в его замке с мага содрали все амулеты. Разумеется, он найдет Тана и без них. Просто это будет чуть дольше.
Зак поймал откат своего поисковика и, натянув сапоги, помчался в том направлении. Довольно скоро он прибежал на полянку, заполненную звенящими возбужденными голосками эльфами. И сразу заметил лежащее на земле тело принца, замотанное в пушистые одеяла.
Бесцеремонно растолкал в стороны зевак и шлепнулся возле зятя. Разгреб одеяла, сунул под них ладонь. Сердце принца билось размеренно, хотя и в несколько замедленном темпе.
На губах таяли капли целебного нектара. Зак уже видел вчера, как эльфы лечат этим снадобьем.
— Что с ним?! — подняв голову, сурово уставился он на стоящую возле принца эльфийку.
— Все хорошо. Он скоро очнется. — Немногословно объявила она и спросила в сторону, — сын Каруны?
— Да, — ответил Зак, вновь заворачивая принца в одеяла.
Вокруг разгоралось жаркое утро весеннего дня, а Танио весь ледяной, словно на морозе раздетый гулял. Неужели подхватил лихорадку?
— Он в источник нырял. — Виновато сообщил вчерашний лекарь. — В холодный!
И что этому Танио не спится спокойно?! Зачем ему этот дурацкий источник понадобился?! Ворчал про себя маг, вновь разматывая на друге одеяло. Положил на него обе ладони и погнал через тело принца теплую волну, чувствуя, как быстрее побежала по сосудам согретая кровь.
— Зак! — сказал над ухом слабый голос принца и маг, открыв глаза, наткнулся на виновато- честный взгляд друга.
— Молчи. У тебя пока сил маловато. Зачем тебе понадобилось купаться в ледяной воде? Не мог дождаться, пока я проснусь?! Я бы согрел эту воду!
— Это мы. Попросили. Только золотистый мог! — извиняющимся тоном прозвенела королева.
А у кого еще может сиять на голове драгоценными магическими камнями ажурная корона?!
— Почему?! — Вновь не понял маг.
— Корона настроена на эльфийскую магию. — Устало сообщил принц. — Любого другого мага она бы не подпустила. А человека без магии, тем более.
— Как ты узнал?! — потрясенно ахнули эльфы.
— Почувствовал. Когда корону в руки взял. — Признался Танио.
Только в одном он никогда не признается вслух, какое чувство испытал, держа в руке нечто, пытающееся укусить руку как змея. Особенно вспомнив, что всегда не любил этих гадов. И только туманящимся сознанием понимал, что не зря эльфы радовались, что он на треть золотистый. А про другие две трети старались не поминать. Надеялись, что и одной части хватит, чтобы удержать магическую корону.
Зак ободряюще похлопал его по плечу, и принц, поглядев в глаза друга, понял, тот опять прочел его мысли. Но обижаться не стал, чего обижаться то, когда маг опять его спасает.
А оглянувшись на восхищенно звенящих голосками эльфов, замер в изумленном восторге. Вокруг каждого из изящных малышей цвело, переливаясь золотистым светом, призрачное марево.
Глава 18
— …а потом он перестал приходить домой даже ночевать. И денег маме давал очень мало. Говорил, все нужно пускать на развитие бизнеса. А у мамы театр закрыли на ремонт. И всех отправили в отпуск. Но некоторые сами взяли расчет, и пошли устраиваться в бизнес. Мамина знакомая балерина ездила в Турцию за шмотками. А потом стояла на рынке. Мама сказала, что умрет с голоду, но на рынке не встанет. Она танцевала на бис в Лондоне, и встать на рынке, значит предать балет. Потом ей друзья нашли работу, в газетном киоске. Там платили мало, и было очень холодно. А ветродуйку хозяин не разрешал включать, везде же бумага. Я наливала в пластиковые бутылки горячую воду и носила ей. А однажды шла мимо ресторана и столкнулась с отцом. Он выходил оттуда с друзьями, такой… холеный, и одет из бутика. Он почти прошел мимо, но я уставилась на него в упор. Смотри, на тебя уже малолетки клюют! — гадко ухмыляясь, захихикал его друг. Отец обернулся и узнал меня. Дернулся уйти, потом вернулся и сунул мне сотку зеленью. Я купила на них электрическую грелку и отнесла маме. От грелки же не загорятся газеты?! Но, наверное, было поздно. Маму положили в больницу с воспалением легких. Вроде лечили, а лучше не становилось. Потом мне одна тетка шепнула, надо давать. На лапу. Все дают. Иначе вместо лекарства воду колют. Я стала продавать вещи. За них давали очень мало, медсестра кривилась, когда я ей в карман деревянные совала. Да еще и обманывали меня, опыта ведь никакого! Продаешь буфет, два часа торгуются, чай пьют, и уходят, ничего не купив. А потом оказывается, что с вешалки куртка пропала или вазочка с трюмо. А один раз завалились какие-то отморозки, думала все, жива не останусь. Хорошо, соседка, тетя Маша, в глазок подглядывала. Сообразила, что к чему. Сына разбудила, он охранником в баре работал. Пришли и выгнали непрошенных гостей. Сын, конечно в основном постарался, с лестницы их поспускал.
Танио слушал, закрыв глаза и затаив дыханье. Когда после завтрака припрыгал легкомысленный эльф и сказал, что будет лечить Нату, Зак только ухмыльнулся. И спросил, это ничего, что мы тут спим?
— Ничего! — бодро заверил лекарь, и леченье началось.
Вначале он поболтал с иномирянкой о природе, о цветах, и еще обо всяких пустяках. Потом, разговор перешел на семью, родителей и вдруг девушку как прорвало. И вот уже почти два звона она без остановки рассказывает внимательно притихшему эльфу про свою жизнь.
— … будешь жить у меня, а твою квартиру сдадим. Не хотелось мне переезжать, но жить было не на что. А тут еще одиннадцатый класс, экзамены в нормальной школе и музыкалке. Когда меня в балетную по здоровью не приняли, мама записала в музыкалку и танцевальный кружок. Сказала, девочка может не уметь варить кашу, но хорошо танцевать обязана! У нее были… старомодные взгляды.
Выделил он мне комнату, купил новую мебель. Друзьям хвастался, дочери не в чем ни отказываю! Шмоток накупил. Брюлики подарил. А его швабра вся от злости зеленела. Раньше все ей одной доставалось. Жили мы как кошка с собакой. Когда отец дома — говорим сладенькими голосками, а как за дверь, у нас дым коромыслом. Потом я экзамены сдала, села дома в институт готовиться. И пару раз подслушала Нелкины разговоры по телефону. Поговорит и за дверь. Ну я и подсунула ей шпионскую технику в сумку. Она то порядок в сумке раз в месяц наводила. Таскала всякие рекламные безделушки, что на презентациях дарили. Вообщем, записала я ее свиданки с подробностями, а потом отцу подсунула. Дура же еще была, малолетняя! Выгнал он Неллку с треском, и даже шмотки ей не отдал. А потом запил по черному. Сидит, на ее халатик пялится, пьет и плачет.
Танио не понял из рассказа почти половину слов, но видел как живых и молодую жену изменницу и горько плачущего над разбитыми мечтами пьяного мужика. А по донесшемуся от лежанки Зака вздоху понял, что и маг вовсе не спит. Тоже слушает историю непростой жизни иномирянки.
— Чем лучше знаешь врага, тем легче с ним бороться. — Возникла в голове сухая мысль Зака, и принц чуть не задохнулся от возмущения.
— Какой же она нам враг? Просто несчастная девчонка, попавшая в чужой мир! — послал он ответ.
— А попробуй не возьми эту девчонку под контроль, так она в нашем мире в два счета наведет такой же хаос, какой твориться у них! — сурово заключил Зак. И добавил, — ты вон дальше слушай!
— … так и не нашли. Да может и не искали, опытного киллера поймать невозможно. Бизнес компаньон забрал, какие-то бумаги адвокатам показал, и забрал. Квартира Нелли досталась, они не разведены были. Она и мою хотела оттяпать, да мне знакомый адвокат помог. Правда, все мои брюлики к нему перекочевали, зато я с жильем. Институт пришлось бросить, нечем мне за него платить стало. Пошла работать в кафе, сначала официанткой, потом хозяин услышал, как я в обед по клавишам для девчат стучу. Посадил за инструмент. Денег, конечно побольше, но клиенты своими ухаживаниями достали. Для них, раз сидишь на сцене, значит, тебя можно купить.
Тут он и появился… необычный, вежливый, предупредительный, такой весь восточный принц. Цветы, подарки, романтические прогулки. И никаких приставаний. Потом позвал замуж. Говорил красиво, обещал сказочную жизнь. Я теперь-то знаю, что была круглой дурой, но тогда любому, кто мне про него хоть слово сказал, глаза бы выцарапала. В общем, продала я квартиру, купила путевку. И полетела к нему. Он раньше уехал, сказал, дела.
Встретил меня в порту, в машину посадил, улыбается. Привез в какой-то дом, за высоким забором. Завел в комнату, подожди! Все документы и деньги забрал, но я и тогда не доперла, что к чему. Любила, как сумасшедшая, и верила как себе. А через час пришел толстый мужик, говорит, ты теперь моя собственность, мне тебя продали. Я в него кошкой вцепилась, но телохранители набежали, связали и плеткой хорошенько отходили. Четыре дня я молчала и ничего не ела, потом пришел хозяин и заявил, что продал меня в соседнюю страну. Повезли меня на машине, пихнули в сарай. Там таких дур еще пятнадцать человек. Послушала я их разговоры и поняла, что влипла не по детски. А ночью нас снова в машины затолкали, и опять повезли куда-то. Привезли, смотрим, ночь, пустыня, а вокруг только звезды. И рядом яма глубокая. Спустили нас в ту яму, там тоннель подземный, километров пять длиной. Чтобы через границу перейти. Мы и пошли. Вот в том тоннеле мне и стало так жутко, аж затрясло. Я шла и молилась, если бог есть, пусть перебросит меня в любое другое место. Мне соседка в самолете книжку дала, там было про девушку, которая в другом мире оказалась. Такой, сказочный мир, с эльфами и принцами. Только эльфы не такие маленькие как вы, а нормального роста. Вот я про этот мир вспомнила, и так мне захотелось туда, аж голову переклинило.
И вдруг смотрю, светло, день, а я у дороги сижу. И никаких охранников вокруг. Я немного посидела и пошла. А тут едет телега, мужик спрашивает что-то, а я не понимаю! Но сообразила, подвезти хочет. Нет, уж думаю, больше не попадусь! И отказалась. Он уехал, а через полчаса догоняют меня несколько стражников, хватают и бросают на лошадь. Привезли к шейху, отвели в гарем. Там меня одна старуха осмотрела, и дала амулет. Я его одела на шею, и сразу стала понимать, что мне говорят. Послушала, что девушки в гареме рассказывают про шейха, и решила бежать.
Девчонки болтали, что шейх только в северных странах не сможет меня поймать, вот я и решила идти на север. Стащила у служанки ключи от сундуков, переоделась, только парик свой оставила, шикарный, французский, еще отец к новому году привез. Вместе с костюмом снегурочки.
Ну, стражников я обманула легко, даже сама не ожидала что сумею, тряслась вся от страха. Они говорят, чего трясешься, а я в ответ — заболела! Они и шарахнулись в стороны. Выбралась я из дворца и потопала на север. А у самой ни денег, ни карты, ни еды. По солнцу определилась. Пришла в чайхану и стою у ворот. Вот тут и подошел ко мне Гасан. Поговорили о том, о сем. Он и пожаловался, что у них несчастье. Была в труппе танцовщица, да сбежала с богатым купцом. И теперь они на мели. Без девушки много не заработаешь. Я с ним договорилась, что буду танцевать, если они меня до границы доведут. И все так хорошо складывалось, они для меня как братья стали. И граница уже была почти рядом…
— Нет, я уже давно поняла, что дура доверчивая… но неужели нет на свете ни одного порядочного мужика? А если есть, то почему мне они не встречаются?
Девушка тихо всхлипнула, но не расплакалась, как с ужасом ожидал принц, совершенно не умевший обращаться с рыдающими женщинами. Она быстро взяла себя в руки, достала откуда-то лоскуток, вытерла глаза и нос и стала внимательно слушать эльфа, рассказывающего беззаботным голоском местные новости.
Он проболтал еще с ползвона, потом заявил, что его ждут, и убежал.
— А что ты собиралась делать в Тордизании? — равнодушно поинтересовался маг, выдавая иномирянке свою осведомленность о ее намерениях.
— Работать, — так же равнодушно ответила она.
— Но в нашей стране запрещены такие танцы. Даже в веселых домах.
— Я и не собиралась больше танцевать. Это было временное занятие. Ничего другого мне просто не предложили. Я многое умею делать, вполне могла бы заработать на жизнь. — Рассудительно объяснила девушка.
— А ты знаешь, что король Тордизании не желает, чтобы иномирянки влияли своим примером на культуру и быт его страны? — Строго осведомился Зак.
— А что… он с ними делает? — упавшим голосом пробормотала Ната.
— Отправляет в Кизард.
— Что это такое?
— Старинная крепость. В горах. На северной границе.
— Они… там… сидят в заключении?
— Нет. — Нехотя признался маг. — Каждой дают удобную башню, продукты и деньги на одежду. И по возможности — прекрасного, но бедного принца. Который женится на ней, если… у них возникнут чувства.
— И много там… девушек?
— Девушка осталась одна, — еще суше буркнул Зак, жалея про себя, что не прервал разговор раньше. — А принцесс почти два десятка. И столько же недавно переехали с мужьями и детьми в собственные поместья.
Что поместья эти Хабер нарезал им в северных пустынных неудобьях, маг предпочел промолчать. Зато подъемные принцам выдали неплохие, если возьмутся за дело правильно, лет через пять начнут получать прибыль.
— А почему у этой девушки нет принца? — не пропустила интересную информацию Ната, и Тан еще раз подивился ее способности задавать вопросы.
Вот Зак и влип. Интересно, как он выкрутится?! — хихикнул про себя Тан, и почти сразу об этом пожалел.
— На ней должен был жениться Танио! — метнув в принца мстительный взгляд, пояснил Зак, прочитавший его мысли. — Но влюбился в другую девушку.
— А потом с ней попробовал построить семью Зак! — не остался в долгу Тан. — И тоже сбежал!
— Она что… такая плохая? — осторожно спросила Ната.
— Не то чтобы совсем плохая, — буркнул маг, вспоминая совместную жизнь с Анюсей. — но жить невозможно.
Нет, иногда им было… очень неплохо вдвоем. Он даже загадал, если она сумеет продержаться хоть три декады в поставленных им условиях, то женится. Но Анюся долго оставаться терпеливой не могла. Даже трех дней не проходило, чтоб не затеяла разборку по какому-нибудь пустяковому поводу. С криками, швырянием вещей и громким рыданьем.
В последнее время у мага от одного ее недовольного взгляда портилось настроение. И что свадьба ничего не изменит, он понимал ясно. Нужно было меняться самой Анюсе, а она такой возможности даже в мыслях не допускала.
И если до знакомства с ней Зак делил девушек на красивых и нет, то теперь только на покладистых и строптивых. И про себя твердо решил, на капризной и скандальной нипочем не женится, будь она хоть трижды раскрасавицей. Красота вещь проходящая, а характер остается навсегда. Причем, зачастую, с годами только портится.
— А что вы здесь сидите, там уже на столы накрывают! — врываясь под дерево, закричал Ишим.
Помогавший, вместе с Болафом и Камилом эти самые столы таскать. Эльфы устраивали праздник по случаю счастливого обретения своей короны и пригласили всех гостей на нем присутствовать. Зак пытался отказаться, отговариваясь спешным отъездом, но эльфы ничего и слушать не хотели. Королева обещала ему передать сообщение в совет магов по своим каналам, если он не станет лишать их героя дня. То есть спасателя короны. То есть Тана. И Заку ничего не осталось, как сдаться.
— Пойдем? — Спросил он, поднимаясь, и подал Наташе руку.
— Значит… вы принцы? — задумчиво рассматривая эту руку, буркнула она.
— Да.
— И маги.
— Ну да, — Со вздохом подтвердил Зак.
— Тогда почему вы… мотаетесь по пустыне?!
— А ты еще не догадалась?! — насмешливо фыркнул он.
— Не может быть! — Недоверчиво покачала она головой.
— Может. А зачем еще, по твоему, мы потащились в замок к этому черному колдуну?
— Но… ведь он вас поймал!
— Потому что мы подошли слишком близко. Мы выдали себя, когда я открыл портал. И еще когда мы вытащили с того света Камила, которого он зарезал.
— Но зачем вам я?!
— А зачем тебе наша страна?! Маги следили за твоим продвиженьем и вычислили, что ты идешь в Тордизанию. А раз идешь, мы должны тебя встретить.
— Так вы идете или нет?! — перебил их проводник.
— Идем, идем! — буркнула Ната, хватаясь за предложенную руку, и Танио подумал, что прозвучало это очень двусмысленно.
Глава 19
— Привал! — негромко объявил Зак, но его услышали все.
Потому что горячо жаждали этого момента последние два звона. Но маг неустанно шагал вслед за Болафом, тащившим в могучих руках проводника, и молчал. Молчали и остальные. Чтобы сэкономить силы. Только проводник звенел что-то великану в ухо как заведенный. Идею нести его на руках подал Зак, когда обнаружилось, что быстро идти, вместе с бросающимся к каждому розовому кусту эльфом, просто невозможно. К тому же он скоро устал и потребовал остановки на обед.
Сначала решили, что нести его будут по очереди, потом Зак поразмыслил и решил потратить четверть звона на обучение Тана заклинанию уменьшения веса. Сам он магичить в этом лесу не мог. Заклинанье далось Танио очень легко и теперь эльф имел вес кошки. И радовался этому не меньше Болафа. А может даже больше. Вначале он все порывался проверить свои новые возможности, взбираясь как белка на вершины деревьев и планируя оттуда на гибкие ветви. Но затем поверил Заку, который пригрозил, что они возьмут проводника посерьезнее, а с этого немедля снимут свое заклинание, и притих. Правда, попробовал вначале уломать мага, уставившись на него завораживающим взглядом. Но тот лишь хмыкнул и объявил, что на магов эльфийское искусство не действует.
— Если будем идти в таком темпе, к ночи дойдем до края леса. — Искоса поглядывая на устало прислонившуюся к дереву иномирянку, сообщил принцу Зак.
Танио только кивнул. Что нужно спешить, Зак разъяснил всем не раз. И что они потеряли из-за праздника целый день, принц уже тоже слышал. Но ни за что не хотел бы, чтобы этого праздника не было в его жизни. Потому что все было чудесно. И заваленный вкусностями стол, на котором не было ничего приготовленного на огне и никакого мяса. Но не ставший оттого менее привлекательным. Соленые, моченые и вяленые овощи и фрукты, всевозможные салаты, фруктовые торты, залитые взбитым в воздушную пену ореховым молоком, орехи и фрукты тертые с медом и нектаром, всего не перечислишь.
Но главным украшением праздника стали сами эльфы. Ходившие до того в простеньких, но удобных штанишках и безрукавках, а дамы в туниках, на праздник они нарядились с особым стараньем. В глазах рябило от цветов и фасонов их нарядов. И от обилия различных украшений из золота, серебра и драгоценных камней.
Наташа даже охнула, увидев это великолепие. Буркнула какое-то непонятное выражение вроде — цыганский цирк на выезде, но объяснять, что это такое, не пожелала.
Танио немедленно подхватили изящные ручки и утащили в конец стола, где рядом со стульчиком королевы для него стояла маленькая скамеечка. Оказывается, он, по эльфийскому этикету, не должен был возвышаться над королевой.
Налили в бокальчики нектар, смешанный с пузырящейся водой из источника и подняли тост за героя. Затем началось торжество. Эльфы угощали гостей не только веселящим нектаром, и ореховыми лакомствами, но и дивными песнями в прекрасном исполнении. Танио, заслушавшись, даже не заметил, как исчезла из-за стола сидевшая неподалеку Наташа. И очень удивился, когда на закате обнаружил ее стоящей в странном наряде посреди утоптанной площадки, заменявшей эльфам сцену.
Удивился и расстроился. Судя по позе девушки, она собиралась танцевать. Представив себе ее чувственный танец на эльфийской сцене, принц ощутил, как поднимается в груди стыд и возмущенье. Не зря иномирянка все время зовет себя дурой, — со злостью думал он, иначе сообразила бы, как неуместны здесь ее бесстыдные танцы. И что теперь делать?! Как утащить ее с этого места, чтобы не дать опозориться самой, и опозорить их?! Может, что-нибудь крикнуть? Позвать ее?! Или… выкинуть какую-нибудь шутку?!
— Сиди спокойно! — предупредил Зак мысленно, и принц притих.
Раз маг так говорит, значит, знает, что делает.
И только расслабившись, понял, что уже звучит непривычная, пронзительно печальная, чужая музыка.
А Ната не стоит, а почти лежит на земле, накрывшись длинными, пушистыми белыми рукавами. Да нет, это не рукава, это крылья, и Ната больше не девушка, она птица! Прекрасная, гордая белая птица! Только смертельно раненая, умирающая. И, не желающая умереть на земле, а из последних сил рванувшаяся ввысь, в глубину бездонного неба, чтобы станцевать в нем свой последний, самый прекрасный полет.
Уже смолкли эльфийские свирели, на которых маленькие музыканты исполняли чужую музыку, уже подняла безжизненно упавшие в последнем движении руки Наташа, и, смущенно улыбнувшись, встала на краю полянки, а зрители все молчали.
А королева внезапно поднялась с трона и пошла к танцовщице. Сняла со своей шеи переливающееся синими огоньками баснословно дорогое ожерелье и одела его на шею склонившейся перед ней девушки. И только тогда, словно очнувшись от волшебства, зазвенели, заворковали взволнованные голоса эльфов.
Взволнованный принц, растерянно оглянувшись на мага, поймал мелькнувшее в черных глазах сожаленье и неожиданно понял, маг втайне надеялся на позор иномирянки. Непонятно, зачем ему это было нужно, у Зака интриги всегда на пять ходов вперед просчитаны, но принцу такой хладнокровный расчет совсем не понравился.
А потом королева наградила и его. Спросила вначале, что принц хочет получить за спасение короны?! Но Танио только растерянно пожал плечами. Ни о какой награде он и не думал, ныряя в ледяную глубину бездонного колодца. Да и не нужно ему ничего! Все о чем когда-то мечталось, теперь есть в его жизни. И даже намного больше!
Королева посмотрела в его растерянное, честное лицо и светло улыбнулась. По взмаху ее изящной ручки эльф принес резную шкатулку и поставил перед Танио.
— Это подаришь своей жене! — Сказала королева непривычно длинную фразу. — Не открывай! А это — тебе! — лег на ладонь принца амулет из золотистых камней.
Танио только склонил благодарно голову, не зная, что нужно говорить в таких ситуациях.
Затем веселье перешло на новый уровень, танцевали и пели все, кому не лень, и спать легли далеко за полночь. А разбудил гостей неугомонный маг, едва рассвело.
— Покажи амулет, — протянул Зак руку, и Танио вложил в нее тепло мерцавшую вещицу.
— Очарования, — закрыв глаза, определил маг.
А чего еще от них можно было ждать.
— Если хочешь, когда выйдем из леса, могу добавить в него еще что-нибудь. — Возвращая амулет, предложил Зак. — Например, защиту от телепатов. Твой-то амулет у меня отняли.
Тан вспомнил, что вместе с ним у Зака отняли и его собственные амулеты, которыми маг очень дорожил, и кивнул. Конечно, хочет. Нельзя жить все время с распахнутыми настежь мозгами. Нервы не выдерживают.
— Вот и я о том! — сочувствующе буркнул Зак и скомандовал, — В путь!
И снова потекла под ноги лесная тропка. И замелькали надоевшие деревья по сторонам. Это только когда приходишь в лес погулять на пару звонов, все кажется красивым и интересным. А когда быстрым шагом идешь между деревьями целый день, смотреть на них надоедает уже к первому привалу. Кажется, что все комбинации кустов и деревьев уже мелькали перед глазами по нескольку раз. И хочется быстрее вырваться на свободу из этого нескончаемого, заполненного стволами и ветвями места.
К тому же наваливалась усталость. Зак уже не раз пожалел о потерянных где-то лошадях. Да и не проехать было на них под низко нависающими ветвями деревьев по тропке, рассчитанной на эльфов. Даже людям то и дело приходилось подныривать под ветки. И хуже всех приходилось огромному Болафу. Но он стойко топал впереди, бережно прижимая к груди беспечно щебечущего проводника.
Однако всему приходит конец. Вначале их неожиданно покинул проводник, вырвавшийся из объятий северянина на очередной развилке. Показал рукой — Туда! И прыгнул на ближайшее дерево. Эльфы не любили расставаний и никогда не прощались. Возможно, это было и правильно, но стало как-то грустно, когда счастливый звонкий смех проводника, скачущего с дерева на дерево, смолк вдали.
— А он не расшибется?! — озабоченно спросила Ната, и Тан осознал, что их всех занимала одна мысль.
— Заклинанье сильное и спадать должно понемногу, — успокоил маг, давая Болафу знак продолжать путь, — успеет привыкнуть.
И опять они шли под нескончаемым зеленым шатром. Говорить никому не хотелось, да и не было сил. Где-то над верхушками деревьев догорал закат, и в лесу становилось все темнее и неуютнее. Одно утешение, низко нависающие ветви перестали попадаться. Следовательно, здесь тропа была проложена под человечий рост, а это означало, что идти осталось недолго. В глубь своего леса эльфы никого не пускали без крайней нужды.
А затем, как-то очень неожиданно, после резкого поворота тропинки, расступились деревья и кусты, и путники оказались на берегу небольшого ручья, слабо освещенного узкой полоской догорающего заката.
Перед ними стоял неширокий мост, а за ним, на степном берегу ручья пара низких хижин. В них останавливались торговцы, привозившие эльфам свои товары. И скупавшие у дивного народца то, чем те считали возможным поделиться.
Вид хижин настолько подбодрил путников, что они невольно добавили шагу, мечтая свалиться на немудреные топчаны. Один только Зак не рванул отдыхать, случайно оглянувшись на друга, Танио успел заметить, как тот исчезает в сером тумане телепорта.
Принц припомнил, что маг так же молча исчез вчера из-за праздничного стола вместе с чудаковатым эльфом лекарем и вернулся только к концу праздника. Не пожелав объяснить вопросительно глянувшему зятю, где так долго гулял.
Ну, раз не считает нужным… Танио обидчиво дернул плечом и направился вслед за спутниками в хижину.
Глава 20
Зак вернулся к ручью поздно ночью, выйдя из портала катнулся по земле в сторону, на всякий случай. Отскочил, прислушался — тихо. Прошелся вокруг хижин, оставляя в траве какие-то предметы, проверил окрестность внутренним зрением.
И только тогда направился в хижину. Оглядел спящих спутников, укоризненно покачал головой. За такую беспечность ему отец еще в десять лет сладкого неделю не давал. Поели и завалились по разным углам. Дверь не заперли, дежурить никого не оставили. Можно брать голыми руками! Это их так безопасная жизнь у эльфов расслабила!
Маг рассмотрел в центре топчана кучку вяленых фруктов, прикрытую салфеткой, и иронически хмыкнул. А вот ужин ему оставить не забыли, заботливые мои! Только он у Гистона давеча такой кусок ветчины слопал, что эти фрукты в него долго не полезут. Хорошие ребята эльфы, но он с ними бы не прожил, на одних орехах!
Зак повесил на окна и двери защиту, потом достал из кармана четыре амулета и нацепил спящим спутникам на шею. И никто не то, чтобы не проснулся, а даже не пошевелился! Даже чуткая Ната не шевельнулась! Маг задержал на миг пальцы у ее щеки, насмешливо хмыкнул и отошел. Вымотали бедолаг эльфийские тропки, вздохнул сочувственно, и прилег на топчан так, чтобы оказаться за дверью, если она распахнется.
Неприятности начались на рассвете. Дрогнули стены лачуги, шевельнулись и наклонились топчаны.
Зак вскочил с топчана и почувствовал, что ноги уходят в утоптанный пол, как в песок.
— Магия земли, змеиный потрох! — выругался он запрыгивая назад и крикнул просыпающимся спутникам, — не слезайте пока с топчанов!
Затем замер неподвижно, отыскивая врага по ауре. Мысли вражеского мага были защищены надежным заклинаньем, но отблеск магии скрыть он не мог. Зак легко его нашел, в десятине лиги от хижины, а найдя, ударил телепатическим заклинаньем, вызывающим потерю реальности.
Земля перестала колебаться, и Зак соскочил на пол.
— Что это было?! — тревожно зашептал успевший одеться Тан.
— Гасан.
— Что ему нужно?!
— Нату, что же еще!
— Но вы же ее не отдадите?! — Переполошился Камил, бросаясь к сосредоточенно шевелящему пальцами Заку.
— Нет. Ни за что! — Ответил за друга Танио, не представляющий, как можно отдать плешивому пеньку настрадавшуюся иномирянку.
— А может… Ну его?! — неожиданно вмешалась сама Ната. — Не погибать же всем из-за меня одной. И… не съест ведь он меня, шейх этот!
— Ты! Как… можешь так думать… про нас! — Возмутился этому предложению Тан.
— Ложитесь! Все! — Крикнул Зак, расправляя кулак и бросая за дверь что-то невидимое.
На улице что-то грохнуло, сверкнуло, и на кинувшихся ничком путников с потолка посыпался мусор.
Маг вскочил с топчана и выбежал за дверь.
Танио увидел, как он стоит, освещенный рассветным солнцем на виду у всей округи и обстоятельно плетет новое заклинанье.
— Его же сейчас… — с отчаяньем выдохнул он и выскочил вслед за другом из хижины.
Неведомая тяжесть навалилась на голову, на плечи, на все тело, пригибая к земле. Тан охнул и возмущенно махнул рукой в ту сторону, откуда пришла гнетущая волна. Мощный порыв ветра, взвыв, ринулся туда, поднимая тучу песчинок и мусора.
А следом размахнулся Зак, и новая вспышка озарила берег. Над невидимым врагом расцвел в воздухе огромный огненный цветок и, играя жаркими лепестками, начал опускаться вниз. Несколько темных фигурок, взвыв, бросились врассыпную от раскаленной красоты.
Зак злорадно ухмыльнулся, представив себе, какой ужас гонит сейчас прочь дикого колдуна, обнаружившего, что ему противостоят два сильных, обученных мага! Которые не дадут ему возможности даже создать ответное заклинание! Остается только удирать побыстрее, пока не сможет открыть портал. Гасану ведь неведомо, что Танио еще даже не ученик!
Принц с азартом следил за удирающими бандитами, готовясь послать еще ураганчик, и вдруг засек, что вокруг хижины один за другим начинают распахиваться овалы порталов. Темноволосая фигурка, появившаяся из одного, показалась ему на удивление знакомой.
— Каруна! — неверяще прошептал принц и припустил навстречу.
И в тот же миг один из бегущих от огня бандитов тоже свернул к ее порталу! Ему было до нее всего с десяток шагов, а она глядела на окутанного дымком Зака, и, казалось, не замечала несущейся сзади опасности.
Охнул вышедший из соседнего порта Сейден, вскрикнул Танио. Закусил губу Зак, узнав в бегущем дикого колдуна Гасана. Вмиг все трое, не сговариваясь, ударили по бегущему врагу. Зак огненной струей, Сейден ледяной. А Танио со страху нечаянно запустил настоящий смерч. Правда, совсем небольшой. И все трое промазали. Зак и Сейден, потому, что боялись задеть Каруну. А Танио, потому, что не умел еще пускать смерч иначе, как по прямой. Колдуну уже оставалось до спасительного портала Каруны всего пару прыжков. И на этом пути, беззаботно улыбаясь, стояла только хрупкая беззащитная женщина. Однако мало кто знал, что она была магистром и членом совета магов.
И Каруна не промахнулась. Обернулась в последний момент и с силой развела сомкнутые руки.
Земля дрогнула и разошлась глубокой трещиной под ногами бегущего. Раскрылся в последнем крике рот, изумленно вытаращились глаза, взмахнули безнадежно руки. Проваливаясь в мягкую, податливую глубину маг никак не мог поверить, что именно земля, столько времени служившая ему верой и правдой, так вероломно предала своего повелителя!
В следующий момент земля дрогнула в последний раз и плотно сомкнулась над головой черного колдуна.
В степи вышедшие из порталов магистры ловили разбежавшееся войско Гасана.
А перед хижиной стройная темноглазая женщина, воинственно подперев руками бока, отчитывала трех виновато потупившихся рослых мужчин, одного постарше, и двоих совсем молодых.
— Как вы могли забыть, что я слышу чужие чувства как свои?! — пылала она негодованьем. — И никогда не подпускаю врага ближе, чем нужно для удара! И защиты на мне, как на собаке блох! И когда это, необученный дикий мог одолеть магистра в его родной стихии?! А вы швыряете наобум такие сильные заклинанья! А если бы кого-то задели? Танио, ну а у тебя, откуда взялось заклинанье смерча?!
— От страха. — Честно признался покрасневший от конфуза принц.
— От какого… страха?! — непонимающе мотнула головой Каруна.
— Я испугался… что он тебя… ударит. — Тяжко вздохнул Тан.
— Каруна еще не знает, что ее зять маг! — мягко произнес подошедший сзади Хабер. — Поздравляю тебя, Кастанио! Прекрасный смерч! Думаю, ты сможешь экстерном сдать сразу на первый уровень. Наши воздушники будут счастливы получить такого сильного ученика!
— А я вижу почему-то золотистый цвет! — заметил кто-то из магистров.
— Очарование и еще лечение. — Спокойно кивнул Гистон.
— Вы меня не разыгрываете?! — недоверчиво прищурилась притихшая Каруна. — Он, что, правда, маг?!
— Правда, мам. — Обнял ее за плечи Зак. — И очень быстро учится. Знаешь, если б не его магия воздуха… мне несколько раз пришлось бы очень туго!
— И потому, за особые заслуги, будет зачислен в ковен задним числом, с жалованьем и всеми привилегиями. — Торжественно изрек Хабер, и довольно ухмыльнулся.
Давненько не случалось столько приятных событий в один день. Появление нового сильного мага и быстрая ликвидация черного, прекрасные новости! Правда осталась еще иномирянка, но, судя по отчетам, с ней вполне можно договориться.
— Кто куда направляется? — поинтересовался Хабер, рассматривая выстроившихся перед ним людей.
Уже ушли по домам магистры, забрав с собой пленников. Ушел с Гистоном Ишим. Только Глава, да Сейден с Каруной остались, чтобы закончить с этим делом.
— Я в Кизард. — твердо объявила одетая в мальчишечьи лохмотья и дорогущее эльфийское ожерелье гибкая сероглазая девушка.
Каруна одобрительно кивнула и шагнула к иномирянке поближе.
— Значит со мной!
— Я тоже! — неожиданно для всех шагнул к ним белокурый великан.
— Болаф, может, с нами? — осторожно предложил Танио.
— Нет! — светло улыбнулся великан, — я туда!
Он еще не умел изъясняться длинными фразами.
— Я домой, — Пожал плечами Танио в ответ на вопросительный взгляд.
— Хорошо, отдохни! А потом учиться! — покровительственно кивнул Хабер.
— Обсудим. — Упрямо хмыкнул принц и Зак понял, зять что-то задумал.
Он больше не слышал мысли принца, присоединив по его просьбе ментальную защиту в амулет. Да и Каруна от себя туда что-то добавила, застав парней за этим занятием.
— А за сколько… можно откупиться?! — волнуясь, спросил принца Камил.
— Куда откупиться?! — вытаращился Тан.
— На свободу. Ты же сказал, что я твой раб.
— Ну-ка, ну-ка, поподробнее! — Заинтересовался Хабер.
— Да я пошутил! — взвыл вспыхнувший принц. — Он есть не хотел! А сам после потери крови! А нам надо было выбираться из плена! Я и сказал ему, что он мой должник, за лечение!
— Та-ак! А вот про плен, пожалуйста, поподробнее! — поджав губы, подступила к Главе Каруна. — Ты клялся, что я знаю все подробности!
— Мы сами тебе все расскажем, мам! — оттеснил разъяренную магичку от растерянного Хабера Зак. И махнул на Камила, — а ты иди куда хочешь, ты никому ничего не должен!
— Отнюдь! — Холодно заявил оправившийся Хабер, — Его высочество наследный принц Камил в большом долгу перед Ковеном магов. И я готов обсудить подробности в приватной обстановке!
— Какой принц? — Ошалело смотрел Тан.
— Тумастанский, разумеется, — Вежливо склонил голову Хабер.
— Но зачем тогда…
— Гасан был моим братом… — горько вздохнул Камил, — старшим. По отцу. И он был магом, у него была сила и ум, чтобы сменить, наконец, на троне выжившего из ума отца!
— Все это верно, кроме одного, сыном Зейдиса Гасан не был. — Спокойно возразил Хабер. — Не может родится маг у людей, у которых никогда не было их в родне! А в роду Зейдиса и его жены не было магов! Мы следим за родословной всех магов нашего мира! Теперь только мать Гасана может сказать, кто его настоящий отец!
— Ты снял с моих плеч тяжелый груз, — признался, облегченно вздыхая, Камил. — Я никогда не смог бы себе простить, что сидел и спокойно смотрел, как убивают моего брата!
— Но ведь он то тебя убил?! — Возмутился Танио.
— Значит, знал, что мы чужие. — Горько кивнул Камил. — Но я ведь этого не знал! Веди меня маг, я буду с тобой говорить!
— А ты куда?! — Готовясь открыть портал, как бы вскользь спросила, обернувшись к Заку, мать.
И только тревога, промелькнувшая в ее глазах, выдала, что для Каруны это не праздный вопрос.
— Домой, с Таном, — нарочито беспечно хмыкнул маг, махнув рукой. — Пора отдохнуть, закончились рабочие будни!
— Тогда до встречи! — Так же легко махнула она.
— До встречи! — Кивнул принцам Хабер, а Сейден только лукаво подмигнул.
Три телепорта открылись одновременно и через несколько мгновений ничего на берегу ручья не напоминало о произошедшем здесь.
ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. ВОЙНЫ ПРИНЦЕВ
Глава 1
— Быстрей! Там… драка! — истошный вопль ворвавшейся служанки как вихрем смел Каруну с постели.
— Где? — впопыхах накидывая плащ, рявкнула магиня.
— Во дворе! Возле Тайкиной башни!
Каруна мысленно представила названное место и махнула рукой, открывая телепорт.
— Кто? — успела спросить, пока темнел и приобретал четкие очертания серый овал.
— Тайка с Анюсей! — глядя, как магиня исчезает в портале, выпалила перепуганная женщина.
Разумеется, если б дрались обычные, деревенские девчонки, она и сама их растащила. Еще и пощечин надавала бы от души, чтоб не позорили свое званье, кошки драные! Но эти, с позволенья сказать, принцессы, все ведь сплошь магички недоученные, к ним и в мирном настроении на лохматой козе не подъедешь! А уж когда у обеих из глаз искры от злости сыпятся… Не-ет! Это к кому другому.
Только, кроме как к самой госпоже комендантше, сегодня и бежать-то не к кому! Все свободные маги и принцы после вчерашней стычки спят как убитые.
Конечно, и госпожа Каруна только недавно ушла отдохнуть, всё посты проверяла, да приказы раздавала. Во все мелочи влезла, не женщина, генерал в юбке! И то сказать, кого зря комендантом крепости король не назначит! А потому лучше ее никто с нарушительницами спокойствия не разберется. Стало быть, верно она, Марша, сделала, что магиню разбудила. И никаких головомоек ей за то быть не должно!
Рассудив так, служанка успокоилась и отправилась на кухню, обсудить с прислугой за чашкой горячего взвара последние новости.
— Стоять! — Усиленным магией голосом рявкнула Каруна, выскакивая из телепорта.
Вороны, облепившие голые ветви дубов, окружающих комендантский дом, испуганно сорвались с насиженных мест и закружили над двором, громко возмущаясь.
Но на двух разъяренных принцесс, дравших друг другу волосы на мокрых от моросящего осеннего дождя плитах крепости, этот рев не произвел никакого впечатления. Так же шипя и матерясь, они продолжали свою битву без правил. Летели прочь клочки волос и одежды, раздирали намакияженные лица вычурно разрисованные, длинные как у зверей ногти. Битва была в самом разгаре и начинали уже проскакивать первые искры магических ударов.
И если Тайка обладала всего лишь слабыми зачатками природной магии и могла в разъяренном состоянии только уронить яблоко на голову врага, то с Анюсей дело обстояло намного хуже. Владея способностями в магии огня, она еще в первые дни по прибытии смогла вызвать такой выброс энергии, что сожгла в пепел толстый фолиант. Причем чужой. А после того как ее покинул сожитель, не вынесший склочного характера подружки, рост уровня магии неожиданно активизировался. Каруна уже собралась, было ставить вопрос перед главой совета магов о принудительном ограничении ее способностей, но вместе с ростом магии у иномирянки начал заметно исправляться характер. Появилась даже идея отправить ее на выучку к магистрам. Каждый способный маг был в стране на вес золота.
Остановить ослепших и оглохших от ярости девиц следовало любым способом, потому Каруна и применила одно из самых сильных заклинаний воздействия на мозг, сонное оцепенение.
Движения противниц, после того как магиня дунула на них с ладони, резко замедлились, отяжелели руки, начали подкашиваться ноги. Девицы неотвратимо впадали в то состояние, в каком просыпаются после зимней спячки змеи. Вроде и шипят угрожающе, но на решительный бросок не хватает ни сил, ни скорости.
К госпоже коменданту уже бежали на помощь дежурные солдаты немногочисленного гарнизона. Подхватили на руки обмякших драчуний и потащили в разные башни.
— Кто знает, из-за чего драка? — обернувшись к зрительницам, требовательно спросила Каруна.
Принцессы, примчавшиеся поглядеть на битву даже не успев потеплее одеться, отворачивались, зябко поводя плечами, и героически молчали. Не собирались они доносить на своих землячек строгой магине. Как ни крути, а свои — это свои. К кому пойдешь в случае чего? Не к госпоже же коменданту, правильно?! Вот и нечего чужим встревать в их разборки.
— За прынца свово, за Ветения, Тайка морду Нюське била! — Вздохнув, объявила кухарка Шима, немолодая крепкая крестьянка.
Она держала в руках огромный половник и, судя по всему, готова была применить его в деле. Упрочения мира.
— Откуда ты знаешь? — Потрясенно охнула Каруна.
С ее даром эмпата, магиня чувствовала все эмоции своих подопечных. И ничего такого в отношениях Анюси и Ветения пока не замечала.
— А все знают! — нанесла еще один удар по самолюбию коменданта кухарка. — Они у Анюськи в башне и встречалися!
— Ясно, — кивнула Каруна, которой вовсе ничего ясно не было. — А Ветений сейчас где?!
— Дак спит поди, как и прочие! — справедливо предположила кухарка.
Разумеется, спит. Видала она его ночью на стене, вместе с другими принцами. И это ему чрезвычайно повезло, что не решится сейчас Каруна его будить. Иначе очень не поздоровилось бы любвеобильному принцу за его делишки!
Магиня велела всем расходится по своим местам, а командиру караула, принцу Ализару, наказала запереть Ветения в его спальне, и ключи ей принести. Не то, чтобы боялась за его здоровье, нет. На всех принцах ее защита наложена. Скорее за Тайкино. Полезет дурочка мужа за измену наказывать, он и зашибет ее ненароком спросонья.
Принц Ветений до Кизарда был младшим сыном бедного дворянина, и телосложение имел крайне изящное. Видимо не очень-то густо было в родительском дому с разносолами. А в Кизарде гарнизон и дежурных принцев кормили в столовой от души, вот он первое время из дежурных и не вылезал. Пока не сообразил, что сердобольная Шима в любой момент готова налить каждому желающему миску наваристого супа. И никогда не забудет бухнуть туда изрядный кусок мяса и большую ложку сметаны.
За повседневными заботами никто и не заметил, как худенький паренек с годами превратился в дюжего мужика. И сила у него оказалась под стать комплекции. А Тайка, хоть и не была образцовой хозяйкой, да и наследников пока мужу не подарила, для гарнизона свою ценность тоже имела. Именно благодаря ее магическому дару плавает в мисках обитателей Кизарда даже в самые морозные дни свежая зелень. Выращиваемая Тайкой в ящиках на теплом чердаке комендантского дома.
Каруна скинула плащ и прошла к жарко натопленной изразцовой печи. Прислонилась спиной к горячим плиткам, согрелась и зевнула. Нужно пойти немного поспать, мелькнула здравая мысль, вероятно, ночью снова придется отбивать атаку ландцев.
Однако и в этот раз ей помешали. Дверь резко распахнулась, и в гостиную ворвался Зак.
— Мам! — встревожено заговорил еще с порога, — мы только сейчас узнали! Что тут у вас?
— Ничего страшного! — обнимая сына, фыркнула Каруна. — Ландцы ночью попытались пройти в долину. Разумеется, мы их прогнали!
— Сколько их было?
— Десятков пять.
— Сегодня могут попробовать пробиться большим отрядом.
— Мы не пропустим.
— Само собой. Я буду с вами.
— А твоя работа?
— Хабер отпустил. Кстати, завтра утром он нас ждет на собрание совета.
— По какому поводу?
— Думаю, ваши дела. И еще у него есть какое-то важное сообщение, мне прочесть мысли не удалось, он теперь амулет с себя не снимает!
Еще бы, хмыкнула про себя Каруна. Способности Зака читать мысли боится большая часть магов, входящих в совет. Вот и обвешиваются каждый раз, как ожидается с ним встреча полным набором амулетов, закупленных в лавке господина Шебелиуса. Не догадываясь, что готовит те амулеты для Старого Шеба сам Зак. В свободное время. И, разумеется, всегда оставляет для себя небольшую лазейку. На всякий случай.
— А где отец? — усевшись против матери в уютное кресло и наливая себе из кувшина бокал взвара, спросил маг.
— Спит. Всю ночь на стенах.
— А ты почему не отдыхаешь? Небось, на шаг от принцев не отошла! — напустился на мать Зак.
— Да уж почти заснула! Подняли. — Нехотя призналась Каруна.
— Что случилось?! — Не отступил Зак.
Знал, просто так не посмеют помешать отдыху госпожи коменданта. Иначе… могут пенять на себя, любимых.
— Пришелицы подрались. — Скрепя сердце выдавила Каруна.
— Кто? — насторожился Зак.
— Тайка с Анюсей.
— Вот как! — сузились темные глаза мага. — Из-за чего? Медовуху не поделили?!
— Хуже. Ветения.
— О-о-о! Как интересно! А что Вет говорит?!
— Да спит он. Тоже с нами всю ночь был!
— Ладно, пусть пока поспит. Вечером разберемся, — верный своей привычке встревать во все дела родичей, буркнул маг. — И ты иди поспи. Я сам за всем присмотрю. Анюсю с Тайкой куда дели?
— Я их оцепенением ударила, со всей силы, — поняв, что утаить подробности происшествия от настырного Зака не удастся, объяснила Каруна, — в своих спальнях лежат. До вечера точно не встанут.
— А… чем полегче… не могла?
— Анюся была на грани выброса. Еле успела. — Тяжело вздохнула Каруна. — У нее последнее время способность растет.
— Понятно. Все, иди отдыхай! — спохватился Зак.
— Уже ушла! — кивнула от дверей в спальню мать.
Здорово же ей сегодня досталось, раз она даже про Латрику с Нолочкой не спросила, запоздало сообразил маг, задумчиво допивая взвар. А эти… принцессы, не нашли другого времени свои разборки устраивать! Ну, он им вечером устроит разборку, сто лет не забудут!
Зак поднялся и вышел на лестницу. Нужно пройтись по крепости, посмотреть на приготовления своими глазами. Да и вообще оглядеться. Не был он в Кизарде с ранней весны, когда ушел выполнять задание совета. И так удачно тогда получилось, что и с подружкой как раз расстался. Вот и не ходил сюда специально, чтоб не давать ей напрасных надежд.
Маг обернулся и небрежно бросил на дверь защиту, матери ее снять ничего не стоит, зато ни один звук не помешает родителям отдохнуть, как следует. Верная интуиция прямо таки кричит ему, что сегодняшняя ночь будет пожарче предыдущей.
Глава 2
— Не станет Ветений при обеих своих женщинах об этом говорить! — категорично объявил Сейден, выслушав выказанные на семейном совете предложения по разрешению проблемы. — Я с ним столько горячего взвара на ночных дежурствах выпил… знаю, как облупленного. Замкнется, и будет пыхтеть, краснеть и молчать. Нужно по-другому!
— Как?! — немедля спросила Каруна.
— Вон пусть Зак и придумывает! Его вина здесь тоже есть. Нужно было раньше Анюсю пристроить в хорошие руки! Чтоб не бросалась на чужих мужей! — Неожиданно взвился муж, всегда бывший против авантюры сына с иномирянкой.
— Пап! Ты что имеешь в виду под хорошими руками?! Железные рукавицы и крепкий кнут?! — ледяным тоном поинтересовался Зак.
— К женщине и лаской можно подход найти! — не испугался отец.
— К женщине! Но не к иномирянке, воспитанной на идиотских сказках! Думаешь, я не пытался лаской?! Мысли читал! Что захочет, сразу покупал! Браслет как у Ленки — пожалуйста! Сережки как у Зины — вот они! И не просто дарил, а все как в том мире положено, стол с цветами и свечами, коробочка бархатная! И что?! Назавтра скандал, ей на день рожденья Светы одеть нечего! А платья уже в шкаф не помещались! — Разъяренно выкрикивал наболевшее, шагая по комнате, Зак.
— Зак, не надо, ну успокойся, не думай о ней больше! — бросилась к сыну Каруна.
— Легко сказать, а я на нее два лета своей жизни потратил! — буркнул, остывая принц, и плюхнулся в кресло.
— А что ты говорил… про сказки? — примирительно спросил немного погодя Сейден.
— Вредные там у них сказки! Вот представь, живет бедная служанка, целыми днями самую грязную работу делает. И сама грязная, умыться то ли некогда, то ли не приучена. И вдруг попадает она в королевский дворец.
— Как же ее пустили? — не выдержала Каруна.
— У нее тетя магичка. Отмыла, одела в новое платье и подарила хрустальные туфли.
— Великие боги! Да в них же без ног останешься!
— Мам! Дослушай! И эта невоспитанная замарашка сразу очаровала прекрасного принца!
— О чем же он с ней разговаривал? — недоверчиво хмыкнул Сейден.
— Неважно! Самое главное, он решил на ней жениться!
— Бедный мальчик! — охнула магиня. — Ну да, говорят, любовь зла… полюбишь и…
— Суть в другом, — устало вздохнул маг. — Эта сказка так понравилась тамошним девицам, что они ее понимают в буквальном смысле. Все мечтают найти себе такого же дурака. Но обязательно принца! Чтоб сразу влюбился и женился. Не разбираясь, есть там еще что-то, кроме нарисованных глазок и хрустальных туфель, или нет! А мы, пытаясь избавить свой народ от вредного влияния иномирянок, эту мечту выполняем. Немедленно по прибытии. Не объясняя, что вручаем им такой подарок вовсе не задаром! А нужно девиц строго предупреждать, что за нашу доброту они должны честно отслужить! Хорошим поведением, любовью, заботой. Ну, еще преданностью семье и государству! Потому объяснять, что сами они до этого никогда не додумаются! Я иногда даже сомневаюсь, а они вообще умеют думать?!
— Ох, великие боги! Зак, неужели… ты до сих пор… не простил свою… подружку?! — потрясенная обрушившимся на нее взрывом эмоций, выдохнула Каруна.
— Да при чем тут она! — с досадой отмахнулся Зак. — Я про проблему думаю! А насчет Ветения… посадим пришелиц за занавесью, а ему не скажем, что они все слышат!
— Можно и так, — покладисто согласился Сейден и неуверенно поинтересовался, — Зак, а почему эта магичка не взяла девочку к себе? Она что, не могла прокормить сироту?
— У девочки был отец. И мачеха. Вот она-то и заставляла падчерицу работать целыми днями!
— А магичка что, не могла защитить племянницу?! — возмутилась мать. — Накинула бы на злодейку заклинанье… да хоть свиное рыло! Или… мушиная свадьба, тоже хорошо помогает!
— Не знаю я! — Взмолился принц, — Может, и нет у тамошних магинь таких заклинаний. — Сама знаешь, у них там с магией трудно!
Каруна согласно кивнула, но про себя решила, в свободное время обязательно расспросит Талу про эту жуткую сказку.
— Входи, Вет! — кивнул Зак, распахивая перед смущенным принцем двери комендантского кабинета.
Сидевшая за своим столом госпожа комендант указала ему на стоящий посреди комнаты стул и принялась раскладывать какие-то бумаги. Сейден, устроившийся у печи, в ответ на вопросительный взгляд Ветения страдальчески вздохнул, и отвернулся.
Зак закрыл дверь и уселся у стены, так, чтобы держать под присмотром ширму, за которой устроили приведенных через черный вход соперниц. Они уже немного поостыли, но посадили их, на всякий случай, подальше друг от друга.
— Ну, скажи нам, Ветений, какие у тебя отношения с девицей Анюсей?! — внезапно спросила Каруна, поднимая от бумаг глаза.
Ветений растерялся, не ждал он такого вопроса. Забегали глаза, выступил пот на лбу.
— Э-э… — проблеял он.
— Ветений! Мы ждем!
— Ну… я… а… кто это сказал?!
— Твоя жена вас выследила. И устроила сегодня на улице с Анюсей драку. — Беспощадно объявила магиня.
— Не может быть! — схватился за голову принц.
— Может! Теперь ты должен решить, кого из них выбираешь! Вторую из Кизарда увезем! Не к лицу принцу заводить шашни на глазах у гарнизона! Да и остальным дурной пример подавать не годится!
— Да что тут выбирать! Со своей женой и останусь! — без раздумий выпалил Ветений.
Впрочем, никто особенно и не сомневался в этом выборе. Кроме Анюси.
— Ах ты, скотина! А мне говорил… — выскочила из-за ширмы девица и бросилась к любовнику с явным намерением проредить его пышные кудри.
Зак едва успел перехватить ее на полпути.
— Пусти! Пусти меня, идиот несчастный, я сейчас этому гоблину нечесаному модельную стрижку под черепаху Тортилу налажу!
И вспомнив, что из рук мага не так-то просто вырваться, с отчаянной ненавистью махнула в сторону Ветения рукой. Ветвистая жаркая молния сорвалась с ее пальцев и ударила в принца, разинувшего в испуганном крике рот. Сам крик потерялся в грохоте взорвавшейся от столкновения с защитой Каруны молнией. Ветений же от страха и грохота отшатнулся вместе со стулом и, не удержав равновесия, растянулся на полу.
— Убила! Убила моего Ветика, змея распроклятая! — Взвыла Тайка, рухнув на распростертого мужа — Ветичек, миленький, не умирай, пожалуйста! Да что ж вы все стоите, как истуканы?! Спасайте его! Ну, делайте же хоть что-нибудь!
— Да успокойся ты! — Рявкнул на голосящую принцессу Зак, крепко прижимая к себе дрожащую от испуга и внезапно накатившей слабости Анюсю. — Жив и здоров твой Ветичек! Обед надо почаще дома готовить, да полы мыть, чтоб мужа на сторону не тянуло!
— Да я вовсе и не потому, — слабо пробормотал не совсем пришедший в разум Ветений, пытаясь с помощью зареванной жены подняться с пола. — Просто… всем интересно… что ты в ней… нашел! Ни на кого за все время не польстился…
— Дурак ты был Ветений, дурак и остался! — Не выдержал Сейден, выпроваживая от греха помирившуюся парочку за дверь, и обернулся к сыну, — А Анюсю… ты проводишь… или позвать?
— Не надо никого звать, я ее так доставлю! — Зак уже открывал портал.
Когда он вернулся через пару подзвонков, мать с отцом сидели рядом с траурными лицами.
— Что еще случилось? — прекрасно сообразив, кого они оплакивают, хмыкнул Зак.
— Зак?! — Ты не остался… Извини! — Виновато вздохнула мать. — Мы думали…
— Вижу, что думали. — Сурово бросил маг. — Но думали неправильно. К Анюсе я никогда не вернусь, тем более из жалости. И она это знает. А вот отправить ее на обучение, сейчас, по-моему, самое время. А теперь не пора ли… — договорить маг не успел.
Распахнулась дверь, явив обществу улыбающееся лицо стоящего на пороге необычайно красивого мужчины.
— Куда это вы без меня собрались? — Весело спросил он, и поднял перед собой накрытый салфеткой поднос. — И без пирогов, которые специально для вас пекла Рика?!
— Танио?! — Удивилась Каруна. — Как ты сюда попал?!
— И это вместо того, чтоб сказать, Таничек, как хорошо, что ты пришел, мы так по тебе соскучились! И по пирогам тоже! — Шутливо пожаловался Заку зять.
— Просто мы не знали, что ты уже умеешь открывать порталы в те места, где еще никогда не был! — Усмехнулся Зак, забирая у друга пирог и ставя его на стол.
— А я и не умею! — Весело признался Танио. — Я вообще пока только в три места открываю! Домой, в академию и на ярмарку! А этот открыла Дорисия!
— И с чего это она так раздобрилась? — Подозрительно уставилась на зятя Каруна. — У вас же по вечерам занятия?!
— Все правильно! — Наливая себе взвар из кувшина, невозмутимо кивнул принц. — Но сегодня у нас — Практические занятия! Отработка боевых заклинаний в полевых обстоятельствах!
— Что?!!
— А у вас самые подходящие для этого условия! Госпожа Дорисия прибудет через ползвона! Так что у нас еще есть время, чтобы съесть эти пироги! — Подцепляя кусок пирога, невозмутимо объяснял Тан теще, потерявшей на миг от возмущения дар речи.
— И поторопитесь, пока он не съел все сам! — Поддразнил зятя Зак, пододвигаясь поближе к подносу.
— Но… это невозможно! Привести в крепость для тренировки недоученного мага! — взбунтовалась магиня. — С ним же может… все что угодно!
— Я тебя тоже люблю, мам! — кивнул Тан, прожевав кусок пирога. — Но не переживай, ничего со мной не станет! И крепость вашу я обещаю не разваливать! Ну… если только чуть-чуть!
— Я не разрешаю… — закричала Каруна, но Сейден перебил ее.
— Да ладно, тебе, мать, не шуми! — подтянув жену за руку, и усаживая рядом с собой, мягко проговорил он. — Присмотрим мы за ним, все будет хорошо! А два сильных воздушника нам сегодня вовсе не помешают! К тому же на нем твоей защиты… сама знаешь!
— Вот и договорились! — одобрил Зак, очень довольный в глубине души, что сегодня ночью Тан будет рядом.
Каруна только безнадежно махнула рукой, сдаваясь, и взяла кусок пирога.
— А как там моя Нолочка?! — только поднеся его ко рту, неожиданно вспомнила она про внучку.
— Наконец-то! — засмеялся Зак.
Глава 3
Осенняя ночь наступает рано, и едва погас на мокрых склонах скал последний отсвет заката, темнота вступила в полную власть. В крепости к этому времени никто не спал. Уже отужинали и заняли свои посты отдохнувшие принцы и солдаты, вовсю суетились на кухне служанки, под командованием Шимы готовя впрок горячий взвар и пирожки, которыми предполагалось поддерживать защитников ночью.
Перед самым закатом из портальной комнаты хлынуло потоком подкрепление, таща на крепких спинах запас продуктов и оружия.
Явилась и магиня Дорисия, наставница Тана. Сидела в кабинете коменданта, разглядывая карту и обсуждая с Каруной и Сейденом план обороны.
Танио с Заком от них сбежали, устав выслушивать теоретические выкладки. Зять желал побыстрей исследовать все достоинства крепости на практике и Зак ему с удовольствием в этом помогал.
Крепость, построенная триста лет назад, сразу после войны, имела только одну цель, не выпустить из ущелья вражеские войска и отлично этой цели соответствовала.
Построенная на одной стороне узкого ущелья с крутыми склонами, крепость соединялась каменным мостом с выдолбленной в противоположном склоне закрытой галереей, глядящей вниз, на дорогу, узкими бойницами.
Дорогу, проходящую по дну ущелья, рядом с бурной горной речушкой, перед самым выходом из ущелья перекрывала глухая толстая стена, сложенная из огромных каменных блоков. Через врезанные в нее надежные кованные подъёмные ворота едва могла протиснуться по ширине телега, по высоте — пройти лошадь. Всадник же должен был спешиться, иначе рисковал оказаться на камнях. Рядом с воротами, под стену, бурля, уходила река, вырываясь с другой стороны высоким водопадом.
И на мосту, огороженном каменными перилами с бойницами и защищенном навесом от стрел, и на стене, защищенной таким же образом, стояли, рассредоточившись, принцы и солдаты. С десяток человек устроились в галерее, остальные дежурили на стенах крепости.
Места на башнях, как самые безопасные, отводились магам.
— Сначала сходим на ту сторону, потом на башню! — отмахнулся от предложения друга осмотреть свои позиции Танио.
— Да нет там ничего интересного! — пожал плечами Зак, но все же согласился, — Ну, если тебе так хочется, пойдем!
Вышли со стены на горбатый мост, перекинувшийся аркой в самом узком месте ущелья на противоположный склон. Пройдя по нему мимо приготовившихся к бою защитников, вошли в освещенную светильниками галерею. Возле каждой бойницы сидели наготове стрелки, рядом с ними, в вырезанных в стене нишах, аккуратно разложены болты и стрелы.
— Зак! — Вскочив со скамейки, стиснул плечи мгновенно напрягшегося мага, огромный воин.
— Болаф! — радостно охнул Танио, узнавший бывшего раба. — Это ты?!
— Я, господин маг! — весело грохотал северянин, отпуская одного принца и хватая в объятья другого.
— Ну, у тебя и силища! — пожаловался Зак, потирая плечи, и незаметно оглянулся.
Со слов матери, как бы невзначай в рассказах про кизардские происшествия упоминавшей Болафа и Наташу, которую она почему-то звала Тала, Зак знал, что они подружились и всегда держались рядом. Но любовью, по словам Каруны, там и не пахло. Болаф жил с солдатами в казарме, построенной в нижней части стены. Талу же, мать по какой-то прихоти поселила в одной из спален комендантского дома.
Заявив, что слишком накладно выделять каждой одиночке по целой башне. Их и так уже налеплено больше трех десятков, вместо дюжины, выстроенной первоначально. Правда, весной больше половины освободилось и принцы, заселявшие ранее гостевые помещения комендантского дома, смогли увести своих жен в отдельные башни. И еще с десяток свободных ждало новых принцесс. Но Тала по прежнему жила в комендантском доме.
Гибкая фигурка в темном плаще поднялась со следующей скамейки и застыла в нерешительности.
— Наташа! — первым ринулся к ней Танио, не заметив досады, скользнувшей по губам мага. — Как ты тут живешь?!
— Хорошо! — светло улыбнулась девушка, осторожно выбираясь из его объятий. — Вот, крепость защищать пришла!
— А что у нас, солдат не хватает?! — язвительно хмыкнул Зак.
— Лишний стрелок не помешает! — Заявил возникший из полутьмы галереи командир гарнизона. — Не ругайся, Зак, Тала уже очень хорошо стреляет! Вполне справится!
— Я не про то говорю, справится она или нет! — Почти рычал маг. — Я спрашиваю, неужто мужчины допустят, чтобы за них воевала девушка?!
— А я не за них, я рядом с ними, — тихо пробурчала Наташа, пытаясь отвлечь на себя гнев мага.
— А тебя я не спрашиваю! — немедля поймался на уловку Зак. — Твое место, если так уж хочешь помочь, на кухне, взвар варить! Bashka__7 для Spaces.ru 
— Это я ей разрешила здесь стоять, — примирительно объяснила примчавшаяся на всплеск эмоций Каруна. — На кухне служанок и без нее хватает! А здесь самое безопасное место, бойницы пробиты таким образом, что стрелам врагов трудно попасть в стрелков.
— Я сам прекрасно знаю все преимущества этой крепости! — сердито проворчал Зак, уже понимая, что эту битву он проиграл. — Однако девушкам у амбразур не место!
Он мог бы добавить, что солдат с выбитым глазом все равно жених завидный, а вот одноглазые невесты… Но говорить не стал, вовремя спохватившись, что со стороны это заявление будет слишком похоже на заботу о судьбе именно этой девушки. А как раз этого-то ему хотелось меньше всего.
— Ты не прав, — начала было Каруна, но пораженно смолкла, увидев, как Наташа, положив на скамейку лук, направляется к выходу.
— Ты… куда?! — вытаращился вслед девушке Болаф.
— На кухню. — Не оборачиваясь, тихо ответила та, уходя в полутьму галереи.
Зак яростно скрипнул зубами, чувствуя, как в один миг превращается в глазах окружающих из благородного защитника женщин в туполобого самодура.
— Ну, тогда и проблемы нет! — с подчеркнутым безразличием пожала плечами Каруна и повернула назад.
Как будто мало у нее поистине серьезных дел, чтобы тратить время на такие мелочи!
— Зря ты так… — качнул укоризненно головой Болаф, и, отвернувшись к нише, начал перекладывать и до того идеально разложенные болты.
Рядом с великаном стоял огромный арбалет, из тех, что возят обычно на боевых тачанках.
Танио хотел расспросить северянина, поподробнее про это оружие, но, заметив сразу поскучневший взгляд стрелка, сообразил, доскональных объяснений, как и демонстрации боевых возможностей, сейчас точно не получишь.
— Пойду, поищу стрелка на эту амбразуру, — озабоченно почесал под шлемом командир и тоже утопал в крепость.
— Пошли и мы, пора на башни, — с показной деловитостью пробурчал маг, направляясь к выходу из галереи.
— Зак, — решив отвлечь мысли друга от неприятного инцидента, задал первый попавшийся вопрос Танио, — а почему Болаф воюет против своих?! Ну… я имею в виду… он же северянин?!
— Предали они его, вот и обозлился, — стремительно шагая на мост, бросил через плечо маг.
— Как предали?! — поразился Танио, и вдруг остановился. — Стой, Зак! Я тут останусь!
— Где тут?! — не понял маг.
— На мосту!
— Зачем?!
— Здесь буду воевать!
— Твое место на башне! Там и Дорисия уже, небось, ждет!
— Как ты не понимаешь! Твоей магией все равно откуда бить, а воздух… Им удобнее в лицо… Сколько от меня толку будет, если с башни?! А вот отсюда… хорошо должно получиться!
— Так не положено! Маги должны стоять на башнях! Сильные маги большая ценность, а на башнях безопаснее всего! — Уговаривал Зак, уже понимая, что напрасно тратит время на уговоры.
Уж очень упрямым стал Танио в последнее время. Если что решит… как в тот раз, когда Хабер его к Дорисии учиться приставил! Сказал, не уеду из дома даже на день, и не уехал! А уж как магиня его сломать пыталась! Думала, видно, раз она старше Танио в два с лишним раза и уже была магистром, пока он в пеленках агукал, то убедить упрямца ей удастся без труда. Сначала на совесть давила. Ты, говорит, должен учиться, тебе ковен жалованье зря платить не будет! А он отвечает, что учиться вовсе не отказывается! Только зачем ему занимать место в академии, когда можно телепортом каждый день домой ходить?! К тому же, у него жене волноваться вредно! Тогда магиня объявила, что не сможет ему по утрам телепорт открывать, силы для занятий мол, нужны! А Танио в ответ, ну и замечательно, будем обучаться вечером!
Тут Хаберу надоело эту перебранку слушать, он кулаком по столу это решенье и утвердил. И теперь у Тана каждый вечер занятия. А он и рад, весь день Рике помогает, с Нолочкой возится, а к вечеру открывает портал в академию. Так ведь и с порталами, та же история. В первый же день занятий принц заявил наставнице, пока открывать портал из дома в академию и обратно не научиться, ничем другим заниматься не будет! Она даже Хаберу жаловаться бегала. Неизвестно, что он ей такое сказал, только Дорисия потом три дня ходила взъерошенная, как дикая кошка, и шипела на всех точно так же. Только с Танио разговаривала ехидным, приторно-сладеньким голосочком. Пока не услышала собственными ушами, как упрямый ученик объясняет сокурсникам, это оттого, что ни одна женщина не может устоять против его, Тана, обаятельности! Так бедную Дорисию после этого откровения принца коллеги чуть не звон успокаивающим снадобьем отпаивали!
— Ладно, — вздохнул Зак, понявший, что сегодня точно не его день, — тогда и я с тобой!
Он приготовился спорить с зятем, который должен был, по неписаным правилам, Зака от этого решения начать отговаривать, но Тан опять все испортил.
— Вот и отлично, Зак! Ты молодец! Правильно решил! Представляешь, как мы с тобой врагов отсюда шарахнем? — Тиская плечи друга, возбужденно радовался он. — Вот если я твою стену огня, да своим вихрем на них погоню, остальным уже делать нечего станет!
— Посмотрим! — буркнул маг, потирая свои многострадальные кости, — Но с Дорисией и мамой, чур, сам договариваешься!
— Хорошо, хорошо! Договорюсь, не беспокойся! А пока неплохо бы притащить сюда стулья, я не собираюсь всю ночь на ногах стоять!
Зак вспомнил, чем закончилась для несчастного алхимика просьба принца принести стул, и тихонько хихикнул. Этого Крата магистры после еле отыскали, связанного и избитого, в подвале собственного замка. Видимо, собственные рабы постарались, обнаружив жестокого хозяина в самом плачевном состоянии. У Гасана с братьями точно не было времени с ним разбираться. Он пытался по следу портала определить, куда маг ушел.
А Крата маги пытались после вылечить, но безуспешно. Нет, тело ему восстановили, а вот разум… Хотя… он и до того был не совсем… нормальный, а уж после погрома и вовсе несмышленым стал. Вот и живет теперь у родственников, взявших его доглядеть за наследство. Все же замок в горах, пусть и не самое стоящее имущество, а вдруг, кому-нибудь да приглянется.
— Будут тебе стулья, — снисходительно хмыкнул маг и щелчком пальцев перенес на мост пару кресел из холла комендантского дома.
— Вот это другое дело! — обрадовался Танио и, подтащив кресло к бойнице, шлепнулся в него.
— Только не говори, что теперь тебе не хватает только горячего взвара! — Предупредил Зак, усаживаясь рядом.
— Ну… попозже можешь достать и взвар, — покладисто согласился Тан.
Зак даже поперхнулся от такой наглости.
— Умеют же эти маги устраиваться! — еле слышно шепнул напарнику стрелок от соседней амбразуры, с завистью прислушиваясь к чужому разговору.
Маг поморщился, услышав их нелицеприятные мысли, и щелкнул пальцами. На мост рядом с солдатами тотчас шлепнулось несколько кресел.
Глава 4
— Зак, расскажи про Болафа, — вспомнив, что самое нудное в мире дело, это ожидание. — Попросил принц.
— Ну ладно! Только смотри, не проговорись ему! Сам понимаешь, мне он ничего не рассказывал!
— Ох, Зак! Ты что, меня плохо знаешь?! Когда я…
— Я не говорю специально, но невзначай… пожалеть вздумаешь…
— Ты что! Разве мужчин жалеют?! Жалость унижает!
— О, боги, Тан! Это ты во дворце таких умностей нахватался?! Жалость, если она от души, если она сострадание и поддержка, никого унизить не может! И каждый человек в ней нуждается, неважно, женщина или мужчина. Вот высокомерная брезгливость, которую спесивые дворцовые прихлебатели зовут жалостью, та унижает. И не просто унижает и оскорбляет человека, волею судьбы или обстоятельств попавшего в незавидное положение, она наносит ему тяжелые душевные раны.
— Но… мы сейчас не про это говорим. — Спохватился Зак. — а про Болафа! Вообщем, его история не нова. Мать родила его в девичестве, неизвестно от кого, родственники были в шоке, позор всей семье! Семья-то из знатных, я не сказал?! Потом выдали таки ее замуж, за вдовца с детьми. И жили они некоторое время спокойно, пока один из сводных братцев, путешествуя по Агане, не влип в нехорошую историю. Побил в чайхане какого-то невзрачного старичка, вздумавшего делать благородному лорду замечания. Справедливые, между прочим. А старичок оказался не прост, отец одного из ближайших советников хана. Лорда схватили и судили. Присудили выплатить большой штраф. А пока грубиян не заплатит, должен сидеть в зиндане. И тут выяснилось, что всей суммы у родичей Болафа нет. Отчим собрал, сколько смог, и отправил с деньгами пасынка. Уговорив отсидеть за сводного братца, пока соберут нужную сумму. Потому что братец, видите ли, здоровьем не вышел. Пообещал Болафу вызволить его в ближайшее время и выделить за услугу часть именья. Ну, тот и купился. А когда отсидел почти год, и вывели его за долги на рабский базар, то сообразил, никто его выкупать и не собирался. Купил его известный тебе Крат, ну, а дальше ты и сам знаешь!
— Крупно пострадал бедный Болаф за доверчивость. Только… Зак, я все равно не понимаю, почему он на весь свой род обозлился?! Ты… не знаешь?!
— Знаю. — Вздохнул Зак, вспоминая тяжелое чувство, которое испытал при проникновении в мысли северянина. Столько было там намешано обиды, боли, ненависти, что почти не осталось места для любви и надежды. — Его не только отчим предал. Когда он стоял на рабском помосте, мимо проходили его земляки, жившие в Агане. Болаф исхитрился привлечь их внимание и обсказать свое несчастье. И просил его выкупить, с тем условием, что отдаст долг с процентами. Или хотя бы отправить письмо королю, с просьбой о заступничестве. Но земляки молча исчезли в толпе, не предприняв никаких действий. Потом потянулись долгие годы рабства и унижений. И с каждым годом его ненависть к соотечественникам росла. А потом его освободили мы. И ничего не потребовали взамен. Вот он и платит теперь своей преданностью. Хотя, я думаю…
— Кастанио, Лизандр! Это почему вы до сих пор не на башне?! — Внезапно, как ливень среди ясного полдня, обрушился на принцев негодующий голос.
— Госпожа Дорисия! — обрадованно вскричал Танио, оборачиваясь к высокой худощавой даме, стоявшей возле них с самым возмущенным выражением лица, какое она только смогла изобразить. — Как замечательно, что ты сама сюда пришла! А я уже хотел бежать за тобой, чтобы показать, что я обнаружил!
— И что же ты тут обнаружил?! — С подозрительностью уставилась на ученика почтенная магиня.
— Именно то, о чем ты говорила мне на последнем занятии! Иди сюда! — Танио хитро подмигнул Заку и бережно, но настойчиво подтолкнул наставницу к узкой бойнице, пробитой в высоких каменных перилах. — Смотри! — Восторженно кричал он в ухо магине, ничего не видевшей в кромешной тьме ненастной осенней ночи. — Видишь?! О! Превосходно! Правда?!
— Что?! — осторожно поинтересовалась ничего не обнаруживавшая наставница, кроме навязчивого ощущения, что ее пытаются нагло провести.
— Ну, как же! — От разочарования принц как будто даже расстроился. — Ты же сама говорила, нужно выбрать на местности точку, с которой боевые удары воздухом произведут наиболее эффективные воздействия!
Магиня могла гордиться учеником, ее лекцию он повторил почти дословно! И место для атаки выбрал очень грамотно! Только сама она на сегодняшнюю ночь предпочла совсем другую позицию. На высокой угловой башне, куда никогда не долетают меткие стрелы северян. И что же ей теперь делать?! Объяснить, что все сказанное на лекции пустая теория, а на практике лучше выбрать такое местечко, где собственной персоне ничего не угрожает?! И неважно, что вихри, пущенные оттуда, растратят большую часть своей силы понапрасну.
Или все же признать правоту ученика и похвалить его за проявленную инициативу? Но тогда придется присоединиться к нему на этом открытом всем стрелам и болтам мостике.
Магиня еще пребывала в тяжелых раздумьях, вполуха слушая восторженно расхваливавшего найденную позицию ученика, когда их нашла Каруна.
— Что здесь происходит? — Сурово глядя на принцев, спросила она, выныривая из полумрака.
Крошечные светильники, изредка висевшие у самого настила лишь обозначали пространство моста, но не освещали находившихся на нем. Только возле Зака, закрывшегося со стороны ущелья невидимостью, висел маленький светлячок.
— Они говорят — растерянно обернулась к коменданту магиня, — что здесь самая выгодная позиция для магического отражения атаки!
— Они тебе еще не то скажут! — отмахнувшись от слов наставницы, фыркнула Каруна. — Танио, Зак! Хватит своевольничать! Быстро на Башню!
Принцы не шевельнулись.
— Зак?! — неверяще протянула к сыну руку Каруна, — Вы не собираетесь…
Ее голос дрогнул.
Маг мгновенно вскочил с кресла и нежно обнял мать за плечи.
Танио тяжело вздохнул. Вот и все! Придется идти на башню! А жаль! Эх, какая идея была!
— Мам! — кротко журчал голос Зака. — Не расстраивайся ты так! Ничего здесь с нами не случиться! Правда, правда! Иди на башню, тебя ждет папа! Нам действительно лучше ударить отсюда! Вот увидишь, враги даже подойти не успеют!
— Тем более, что они будут под моим присмотром! — скрепя сердце приняла, наконец, решение Дорисия. — Я тоже считаю, что для воздушника лучшей позиции не найти!
Каруна несчастно кивнула и одним движением руки открыла портал. Конечно, следовало бы сегодня поберечь магические силы, но такая ситуация… Не хватает, чтобы перед боем гарнизон увидал плачущего коменданта! Она попыталась напоследок улыбнуться обнимавшим ее принцам, но смогла выдавить только жалкое подобие своей искрометной усмешки. Безнадежно взмахнула рукой и спешно шагнула в портал.
— Так, а где мое кресло? — Величественно хмыкнула Дорисия, с усмешкой глядя на расстроившихся принцев.
— Пожалуйста! — щелкнул пальцами Зак и кресло из гостиной Каруны, вместе с брошенным на него пледом и еще теплое от недавней близости плиты возникло перед ней.
— А теперь рассказывайте ваш план отражения атаки, — объявила она, устроившись поудобнее. — А я попытаюсь найти в нем слабые места и исправить их вместе с вами. Пока есть время!
Танио искоса глянул на Зака и тайком вздохнул. Теперь им обеспечено наверняка, что ожидание не покажется слишком унылым и долгим.
Однако осенняя ночь подходила к концу, все планы атак и условные знаки были обговорены не по одному разу, и, наконец оставлены в покое, а врагов все не было.
Поневоле закралась крепнущая в продолжении всей нескончаемо долгой ночи надежда на то, что враги передумали пробиваться в Тордизанию именно здесь. И именно сегодня.
Солдаты, на продолжении многих звонов кидавшие испытующие взгляды на магов, умеющих издалека чувствовать угрозу и уверившиеся, наконец, что нынче беда минует их, устроились кучками на принесенных тюфяках и дремали, замотавшись в плащи.
Госпожа Дорисия тоже посапывала, свернувшись в кресле под теплым пледом.
И вдруг в один миг все надежды разбились вдребезги.
— Идут! — Объявил насторожившийся Зак и одним движением пальца убрал маленький столик вместе с кружками горячего взвара и черствыми пирожками.
— Подъем! — вскочил и тихо свистнул командир, пивший взвар вместе с магами.
Засуетились, занимая свои места стрелки, достали острые топорики обрубщики, чьей задачей было вовремя замечать и обрубать крючья с веревками, по которым карабкаются на стены осаждающие.
Маги встали к выбранным амбразурам, приготовили заклинания и замерли, ожидая, пока атакующие подойдут поближе.
Зак чувствовал приближение нескольких сотен людей, различил даже мысли передних и презрительно хмыкнул. Воины, едущие впереди, радовались, что придумали очень хитрую штуку. Обмотать лошадям копыта кусками войлока и шкур, чтоб не грохотали. Теперь эти дьяволы из крепости их не услышат, пока войско не подойдет совсем близко. А тогда… Новая хитрость и натасканные голуны наверняка помогут пробиться в безопасную, уютную долину, расположенную за воротами.
— Кто такие голуны?! — резко спросил Зак стоящую слева Дорисию.
— Ну, это…
— Снимай амулет, быстро! — Скомандовал Зак.
Ошарашенная его приказным тоном магиня послушно сдернула с шеи и бросила на кресло свой амулет. Защищающий от телепатов.
— Великие боги! — Потрясенно выдохнул, мгновенно прочитавший в ее мозгу всю имеющуюся там информацию о голунах, маг. — Танио, планы меняются! Они ведут обученных кровожадных монстров, которые могут карабкаться на стены! Приготовься их сбивать! Дорисия, немедленно отправляйся к матери, нужно всех предупредить!
Наставница послушно открыла портал на недавно облюбованную башню. Командир гарнизона, слушавший разговор, зло сплюнув, побежал предупреждать солдат.
— Нет, так не годится! — пробормотал Зак, прислушиваясь к чему-то, слышимому лишь одному ему и резко вытянул вперед руку.
Желтоватый огонек сорвался с ладони и, отлетев несколько десятков локтей от моста вперед и вверх, завис над дорогой. И начал распухать, заливая все вокруг неярким светом.
— Достаточно, оставь такой! — с тревогой предупредил друга Танио, — Большой не удержишь!
— У, какие мы стали грамотные в вопросах магии! — насмешливо усмехнулся Зак, но увеличивать светляк перестал.
Хоть и немного он берет магии, но подпитку требует постоянную. И тут Танио полностью прав, магия сегодня еще очень понадобится. Хоть и стоит крепость именно на этом месте вовсе не из одних только стратегических соображений. Именно под этой скалой находится один из магических источников. В расчете на эту энергию и заложили маги здесь крепость. Нужно только уметь ее подкачивать. Ох, не забыть бы, предупредить принца.
— Тан! — тихонько окликнул маг друга, не переставая вглядываться в темнеющую внизу дорогу. — Ты умеешь ловить потоки магии? Под крепостью источник.
— Уже нашел! — Хмыкнул принц, Зак, его за дикого, что ли держит?! — Смотри, лучше, что там?!
— Это они! — подтвердил Зак и стиснул зубы.
Ну, держитесь, захватчики, сейчас вы узнаете, почем локоть чужой земли!
Глава 5
Темная масса, бесшумно надвигающаяся из глубины ущелья, казалась единым существом, так плотно, бок о бок, ехали всадники. Головы и шеи лошадей были защищены железными доспехами, настолько хорошо подогнанными, что не раздавалось ни малейшего лязганья.
А за головами лошадей виднелся сплошной заслон из плотно сдвинутых огромных непробиваемых щитов.
— Поджарить бы их, чтоб испортить парад, — Азартно шептал Танио, умоляюще поглядывая на принца.
Зак только отмахнулся. Он и сам так думал, но хотел подпустить врагов поближе. И нетерпеливо постукивал ногой, ожидая, пока железная лавина дойдет до намеченного им камушка.
Пора! Зак зло сощурился и резко кинул вперед заготовленное заклинание.
Десятки ярких шариков стремительно ринулись на всадников. Подрастая по пути и начиная угрожающе постреливать горячими искрами. Танио немедля пустил им вслед ураганный порыв ветра, в несколько раз ускорив полет огненного града.
Передние всадники, увидев в узкие смотровые отверстия, проделанные в щитах, несущийся на них огненный поток, попытались осадить коней, но задние, не понимавшие, в чем причина задержки, напирали, шипя ругательства.
Огненный смерч ударил по щитам, по глазам и ногам лошадей и всадников, смял и разбросал ровный строй. Капли раскаленного металла текли по бокам животных, прогрызая кожу и сводя боевых коней с ума. Ржанье лошадей, крики и стоны воинов взорвали тишину ущелья. Неразберихи добавляли напиравшие задние ряды, вообразившие, что впереди уже идет бой и стремившиеся поскорей принять в нем участие. А с моста и стен срывался рой стрел и вонзался в открытые в панике тела.
Магистры пока выжидали, надеясь, что командирам северян хватит ума отвести воинов назад. Хабер не уставал твердить боевым магам, что в случае битвы важна победа, а не количество поверженных врагов.
Однако этот жестокий удар не заставил вражеских полководцев оценить противостоящие им силы. Наскоро оттеснив назад пострадавших и перестроившись, войско двинулось вперед.
Зак и Танио повторили на бис свой номер. Однако на этот раз северяне были готовы к встрече с огненным смерчем. Едва огонь, гудя, ринулся на них, сидящие на лошадях сомкнули шиты перед мордами лошадей. А те, что ехали сзади, вскочили на спины передних лошадей и прикрыли щитами себя и передних воинов. Волна огня нанесла на этот раз значительно меньше вреда, скатившись со стены выстроенной северянами из щитов.
И тогда сверху ударили одновременно три магистра и двое мастеров-магов, помогавших Каруне и Сейдену в работе с иномирянками.
Удар Каруны был ментальным, камни гор плохо поддаются магии земли. Получив дезориентирующую волну, враги завертелись, не понимая, что происходит. Дорисия запустила шустрый смерч, поднимавший в воздух камни и вырывавший из рук врагов щиты и оружие. Сейден и молодой маг воды Каск обрушили на войско шквал из тонких ледяных иголок. Второй маг, Гальдир, имевший способности в магии природы и превращения что-то пробормотал и открыл коробочку с заранее наловленными мухами. Крошечные нахальные созданья, вылетая из его рук, превращались в злобных монстров величиной с индюка и тяжело устремлялись к оглушенным вражеским солдатам. Разумеется, особого вреда закованным в железо всадникам они не принесут, но враги-то этого не знают! И будут всерьез отбиваться от налетевших чудовищ мечами, раскрываясь атаке лучников.
Зак снова запустил огненное заклинание, на этот раз рой искр. Танио весело потер руки и создал несколько малых смерчиков, разбивших огненный рой на искрящиеся огнем клочки, и ввинтивших их вглубь вражеской колонны.
Теперь и находящиеся вдали от передовых рядов воины догадались, отчего так орут впереди.
Зак едва сумел уловить момент, когда в орущем хаосе вражеского войска произошел странный перелом.
Сдали назад лошадей потрепанные передовые отряды, стихли стоны отправленных в лазарет раненных и обожженных.
Из-под конских ног вынырнули пешие воины, попарно тащившие железные клетки. Поставили их на дорогу и разом открыли дверцы. И сразу же что-то кинули в сторону ворот.
— Не стрелять! — Крикнул маг, мгновенно вспомнив все, что недавно узнал о голунах.
Но опоздал. Несколько стрел, тонко дзынькнув, стукнули по спинам монстров. И покатились, не причинив покрытым природной броней животным никакого видимого вреда. Кроме одного. Эти твари, обитающие в северных болотах, не прощали обид. Стоило случайно задеть одного, как вся стая бросалась на расправу.
Покрытые панцирями головы, кровожадно сверкая маленькими глазками, завертелись, отыскивая обидчиков. Защитники крепости затаили дыханье, рассматривая голунов, нетерпеливо помахивающих покрытыми чешуей хвостами.
А те, определившись с противником, неожиданно резво бросились к стенам. Сверху раздались быстро смолкшие смешки. Голуны поднимались по стенам лишь ненамного медленнее, чем бегали по дороге.
— Бей! — крикнул Зак, пуская в самого шустрого жаркую молнию.
Взвизгнув, тварь рухнула на камни и отчаянно задергала кривыми лапами. Противный запах паленой кости поплыл к защитникам.
Танио прицельно ударил по голуну смерчем, и ему удалось сбить монстра со стены. Однако, едва упав на дорогу, тварь снова вскочила и слегка прихрамывая, поплелась к стене.
Т… ж… з… д…! — в сердцах рявкнул Танио, и махнул рукой.
От шквалистого ветра сорвало со стены сразу трех монстров и один из них не смог больше ходить. Лежа на покрытой панцирными пластинками спине он противно визжал и дрыгал лапами. Зато два остальных, рассвирепев, рванули на стену с удвоенной скоростью.
Зак только потрясенно хмыкнул, услышав азартную ругань зятя и снова ударил молнией, не замечая, что сзади него открывается портал и из него выбегают Каруна, Сейден и остальные маги.
Становятся к амбразурам, отодвигая растерянных солдат, и начинают плести заклинания.
Танио методично создавал порывы ветра, срывающие со стен монстров, и сопровождал каждый порыв эмоциональным колоритным выражением, вовсе не предназначенным для женских ушей.
Услышав это в первый раз, Каруна вытаращила от изумления глаза, а Дорисия не повела даже бровью.
— Не обращай внимания, дорогая! — Успокаивающе бросила она, — возможно, это помогает мальчику найти нужное настроение. Многие маги так разогреваются!
— Да я не потому! Просто думаю, настанет ли такой день, когда можно будет перестать ожидать от него сюрпризы! — прицеливаясь в голуна заклинаньем огня, буркнула Каруна.
Заклинанье несвойственной ей магии получилось слабоватым и отняло много сил. Каруна нащупала источник и, присоединив подпитку, оглянулась.
Зак, побледнев от напряжения, методично поджаривает одного монстра за другим.
Танио, яростно ругаясь, продолжает свои атаки, не выказывая никакой усталости.
Сейден полил стены дождем и теперь заставляет воду превратиться в лед. И это получилось очень удачно, оледенели и намокшие монстры, и сразу сбавили темп.
Дорисия переняла тактику Тана, только бросает свои вихри без ядреных комментариев.
Каск бьет голунов маленькими пучками ледяных иголок, стараясь попасть в глаза. И уже два монстра бегают под стеной, визжа от боли.
Хорошо идет дело у Гала, он швыряется сильным заклинанием, заставляющим животных вспомнить о продолжении рода. Те монстры, в которых попали его удары, сами прыгают со стены и начинают искать особей противоположного пола. Трое таких озабоченных уже остервенело гоняются под стеной за обожженной монстрихой.
И только она, комендант крепости, не может бросить во врагов ничего существенного! Ну почему эта крепость не стоит на земляном холме?! Все вражеские воины и монстры давно уже застряли бы в глубоких, шевелящихся как живые, трещинах!
Каруна тяжело вздохнула и перевела взгляд с беснующихся на стенах и под ними монстров, вдаль. И ахнула от неожиданности, разглядев в неясном свете разгорающегося серого дня маневр северян. Воспользовавшись тем, что все внимание магов и защитников крепости сосредоточено на выпущенных ими злобных тварях, враги быстро и слаженно построили за дальней башней живую лестницу из воинов и щитов. И первые лазутчики уже карабкаются по ней на стену.
— Сейден! — Отчаянно крикнула магиня, протянув руку в сторону атакующих.
Сразу несколько голов обернулось на ее отчаянный крик, и, убедившись, что Каруна жива, проследило за направлением ее руки.
Скрипнул зубами Зак, перенаправляя туда очередную молнию, образно высказался Танио, срывая ураганным ветром на головы лазутчиков верхние камни со стены. Довольно хмыкнул Сейден, поставивший перед успевшим перебраться через стену воином заранее приготовленную иллюзию гигантского паука. Воин взвыл дурниной и, отпрянув назад, полетел на вопящую, обожженную кучу соратников, снося, как лавиной, остатки пирамиды.
Раздосадованные сорвавшейся вылазкой, командиры ландцев дали команду стрелкам. Пробравшись вперед под прикрытием щитов, арбалетчики открыли шквальный огонь по амбразурам. Охнул Каск, получив в плечо болт, громко застонал неподалеку раненный в лицо солдат.
Каруна встала у бойницы и подняла руки, вешая сплошную одностороннюю защиту. Наконец-то наступила и ее очередь сражаться. Следующий залп болтов повис на секунду в воздухе перед мостом и осыпался как елочные иголки.
Арбалетчики и лучники крепости вели обстрел ландцев, пользуясь краткими мгновеньями, когда те высовывались из-за щитов. Выбывших с вражеской стороны от этого обстрела было немного, да и то легкоранеными.
Только толстые болты большого арбалета приносили чувствительный урон северянам, протыкая насквозь металлические щиты. Вместе с хозяевами. Но, несмотря на то, что потери атакующих были сравнительно невелики, становилось все понятнее, что атака провалилась.
Большинство голунов, стараньями Гальдира вспомнившие основной закон природы, уже активно занимались воспроизводством, не обращая никакого внимания на сыплющиеся со стен стрелы. И только несколько особей с тупым упорством раз за разом лезли на стену. Подставляя свои головы под удары поредевшей команды магов.
Сейден, забрав Танио, огорчённого этим приказом, ушел лечить раненных. Каск, морщась и придерживая слегка залеченное плечо, попытался, было встать в строй, но на него прикрикнула Дорисия.
— Постарайся лучше залечить как следует свою рану! — Рявкнула она, — а здесь мы и сами справимся!
И действительно, вражеские отряды начали стремительно отступать. Видимо, полководцам стало ясно, что здесь их не пропустят. Возможно, они попробуют прорваться еще раз, но это будет уж точно не сегодня. Слишком много у ландцев раненых, и людей и лошадей. Из самых лучших передовых отрядов. Да и монстры, на которых северяне возлагали столько надежд, потеряны для них безвозвратно. После спаривания, на которое эти твари тратят очень много сил, им нужно отдыхать не меньше декады. И, если учесть, что голунам вообще уже пора впадать в спячку, то шансов у ландцев еще раз воспользоваться ими, практически нет.
На этот раз крепость устояла.
Глава 6
— Убью, если не отстанешь! — невнятно пробормотал Танио и сунул голову под подушку.
— Вставай, или я сам тебя убью! — рассердился Зак.
— За что? — Изумленно выглянули из-под подушки заспанные прекрасные глаза.
— За угрозы! И за саботаж!
— Что… а-а… такое… а-а… саботаж?! — сладко зевая, пробормотал Тан, и снова нырнул под подушку.
— Саботаж, это неподчинение приказам начальства! — отбирая подушку, отчеканил Зак.
— А ты мне… а-а… не начальство. Ты… родственник… а-а, и должен меня оберегать.
— Слушай Тан, я одного не пойму, почему ты в последнее время стал такой упрямый?!
— У тебя… а-а… учусь.
— Глупая шутка!
— Ничего не шутка, — принц неожиданно проснулся и обиделся.
Сел на кровати, отбросил назад спутанные волосы, потянулся и вздохнул.
— Я всегда завидовал, как это у тебя здорово получается, все делают то, что хочешь ты!
Зак открыл было рот возразить… но задумался. Действительно, было такое, ловил он восхищенные мысли принца о своем умении устраиваться. Но считал их просто наивными… и чуточку смешными. А теперь выходит, во всех выходках Тана виноват он сам?! Или это и есть оборотная сторона дружбы, со временем узнавать в друзьях свои черты, и зачастую не самые лучшие?! И если так, что делать?! Объяснять зятю, что не всегда нужно брать с него пример или начинать исправляться самому?! И насколько исправляться? Да и нужно ли вообще?!
— Зак, я готов! — Объявил Танио, виновато поглядывая на расстроенное лицо мага.
Он совершенно не ожидал, что его слова произведут на друга такое впечатление. И вовсе не хотел огорчать Зака, своего верного напарника в непростых заданиях совета.
— А ты хорошо оделся?! — придирчиво разглядывая новую мантию Тана, насмешливо хмыкнул Зак, расплачиваясь с зятем за потраченное на него время. — А то последний твой наряд… очень повеселил Его величество!
— А вот за такие намеки я тебя точно… нет, убивать не буду, просто не приглашу на празднование первого зуба!
— Ха! Это когда еще будет! Нолочка только улыбаться начала! Ты к тому времени забудешь! — Усмехнулся Зак, открывая портал прямо из гостевой спальни комендантского дома, где они отдыхали после атаки.
Выйдя из портальной в просторный холл королевского дворца, маги обнаружили там несколько десятков знакомых и незнакомых магов. Ведущих себя очень свободно.
— Танио, Зак! — немедленно раздался сзади знакомый голос и к принцам подошел Гистон. — Вы тоже сюда?!
— Меня пригласили, — холодновато дернул плечом Зак, — а вот он… — Доверенное лицо великого леса!
— Что? Эльфы назначили тебя своим представителем?! Ну, парень, ты меня снова поразил! Думал я, что ты быстро продвинешься, но не предполагал, что настолько! Интересно, за что же это они?! Магию в тебе родственную рассмотрели, или за личико… красивое?! — Бесцеремонно рассуждал Гистон, скептически разглядывая принца. — Так, так, а воздушной магии в тебе прибавилось, Дорисия учит?! Это хорошо, она дама опытная! Только будь поосторожнее, ленивых учеников она, бывало, и на башне случайно забывала! Дня на три! А почему очарованием и лечением не занимаешься? Иногда эти способности могут оказаться очень кстати!
— Гистон, ты действительно мало что знаешь, — немедля подыграл Зак. — Дорисию он первым делом вынудил выучить его открывать портал домой. К жене. Поэтому забыть его теперь нигде нельзя. И насчет эльфов могу рассказать, по секрету. Танио выбрали представителем за то, что он вернул королеве утерянный эльфийский символ власти, собственноручно добытый им в тяжелой борьбе с враждебной стихией! Поэтому теперь с нашим принцем особенно не шути, он человек важный!
— Ох, великие боги! — сделал испуганное лицо Гистон. — А я то с ним попросту, по-свойски!
Танио только глазами хлопал, слушая это, и не понимал, всерьез они говорят или шутки у них такие. И только заметив искорки смеха в глазах магов, облегченно вздохнул и покачал головой. Ох, и язвы же оказывается, эти маги, особенно, когда не занимаются своим делом.
— А где Каруна? — отсмеявшись, спросил Гистон.
— Позже придет!
— Случилось что?!
— А ты не знаешь?! — Удивился Зак.
— Чего?! — насторожился Гистон.
Ответить Зак не успел. Распахнулись двери в зал совета и всех вежливо пригласили внутрь.
Зал совета оказался большой уютной круглой комнатой с мягкими диванами и креслами вдоль стены и низеньким широким столиком посредине, заставленном блюдами с закусками, сладостями и фруктами.
Словно не на совет собираются, а на посиделки, ехидно хмыкнул Танио, устраиваясь рядом с Заком. Гистон хотел, было, сесть с другой стороны от Зака, но тот отрицательно мотнул головой и создал на соседнем кресле фантом кобры. Маг понимающе кивнул и сел рядом с Танио.
Хабер, наблюдавший за устраивающимися магами со своего места, насмешливо хмыкнул и телепортировал на это кресло один из букетов, украшавших стол.
— Хорошая иллюзия! — удивился, трогая цветы пальцем, проходивший мимо принц Кориден.
Наконец все расселись, и в зал из соседней комнаты вошел король.
Маги встали со своих мест и с достоинством склонили на миг головы. Король, приветливо улыбаясь, сказал несколько приветственных фраз, сел в обычное кресло и совет начался.
— Прошу меня извинить! — от двери к занятому для нее креслу быстро шла Каруна.
Король отлично знакомый с проблемами госпожи коменданта, доброжелательно ей кивнул и повернулся к Хаберу.
— Где он?
— Вот! Прошу, Каузинус!
С кресла вскочил худощавый невысокий маг и засиял на весь зал радостной улыбкой.
— Сегодня у нас знаменательный день! — Патетично выкрикнул он. — Вчера наши изыскания завершились успехом! Найдено решение проблемы, много лет отнимающей силы и время лучших магов королевства! И поглощающей огромные деньги!
— А короче нельзя? — холодно осведомилась Каруна. — А то у меня еще масса дел.
— Я, между прочим, о тебе и забочусь! — Надулся оратор. — Благодаря моим исследованиям ты сможешь скоро остаться без работы!
— Он, что, изобрел заклинание, превращающее войска ландцев в пар?! — иронично взглянув на Хабера, язвительно осведомилась магиня.
— При чем тут войска ландцев?! — непонимающе вытаращился новатор.
— При том, что именно от них мы отбиваемся уже две ночи! — рявкнула, окончательно выведенная из себя, Каруна.
Маги, большинство из которых прибыло на совет из отдаленных городов и стран, заволновались и засыпали Каруну вопросами про нападение ландцев.
— Вопрос об отражении нападения идет под вторым номером! — Перекрывая шум голосов, объявил Хабер. — А ты уважаемый Каузинус, пожалуйста, объясни коллегам самую суть!
— Я нашел способ отправлять иномирянок назад! — поджав губы, сухо объявил Каузинус, и в зале совета стало очень тихо.
— Можно коротко суть метода?! — спросил седоватый маг, судя по одежде, из восточных стран.
— Когда иномирянки переносятся к нам, еще какие-то доли мгновенья за ними остается след, как от портала. Если поймать его и сразу открыть по нему портал в обратном направлении, можно вернуть иномирянку туда, откуда она пришла! — Уверенно протараторил Каузинус.
— А как определить момент, когда она попадёт к нам? И куда?! — иронично приподнял бровь Зак.
— Мы изучили районы, куда они попадают чаще всего, и можем рассчитать примерное время. Вот в это время в районы попадания и отправятся сильные маги, и будут там ждать. Можно построить для них домики, маги будут дежурить поочередно.
— Это будет очень экономно, — саркастически хмыкнул кто-то из магов.
Да и на лицах остальных виднелось разочарование. Дежурить по две — три декады в мертвом лесу или на приморских болотистых островках не желал никто. А ведь иномирянки в большинстве своем появлялись именно там.
— А я вообще против! — спокойно заявил Зак и призвал себе со столика тонкую копченую колбаску.
— А это кто? — спросил кто-то из прибывших издалека.
— Сын Каруны Лизандр. Приглашен сюда как специалист по иномирянкам. Проводил в Кизард девятнадцать пришелиц. — Официально объявил Хабер. Про Анюсю он не упомянул специально, не известно, как повернут это обстоятельство недоверчивые маги.
— И почему ты против? — Ощетинился Каузинус.
— Потому что никто не может гарантировать, что девушки вернутся именно в свой мир. Есть мнение, что миры все время движутся и через миг на том месте может оказаться совершенно другой, враждебный пришелицам мир. Может тогда проще выбрасывать их телепортом в море? Сразу как поймаем. И пусть плывут.
— Но это же жестоко! Наши принципы… — возмущенно охнула строгая магиня из приморского города.
— А выбросить девушек неизвестно куда, не жестоко?! — взорвалась Каруна. — Даже если чудо произойдет и гостьи вернутся в свой мир в тот же миг, когда ушли, вы знаете, что их ждет? Каузинус, ты занимался этим делом столько времени и не нашел пары звонов, чтобы спросить иномирянок, отчего они сбежали к нам! И не ведаешь, что большинство перенеслось в момент смертельной опасности! Тайку, например, сбросили с высокого моста пьяные хулиганы. Света попала к нам с тонущего судна! Ленку толкнула под поезд соперница. Талу вели в рабство! И так почти у всех! Вот и вернем мы их прямо в лапы смерти! Это наши принципы позволяют?!
— Но Каруна! Ты же сама каждый раз сообщаешь, как накладны пришелицы для казны! — возмутился исследователь. — А когда я предлагаю…
— А если я скажу что твои бесконечные теории и исследования накладны для казны, тебя тоже телепортируем в другой мир?! — Съязвил Гистон. — Или нет, давайте лучше отправим в Бодишан, у меня там нет ни одного мага!
— Суть проблемы вообще в другом. — Спокойно заявил Зак, и телепортировал себе на колени блюдо с южными ягодами.
А в чем? — изумляясь про себя хладнокровной наглости мага, спросил король.
— Мы должны пересмотреть свое отношение к девушкам. Не выдавать их обманом замуж сразу по приходу, а отправить в Кизард и попробовать договориться. Объяснить все честно про наши порядки и правила, предложить помощь. И награду за добровольное сотрудничество.
— А они не согласятся! — злорадно хихикнул Каузинус.
— Тогда переправим в великий лес. Лечить. — Звонко заявил Танио.
— А это что за красавчик?! — склонился к Хаберу недавно вернувшийся из инспекторской поездки по городам Кориден.
— Не узнаешь?! — Хмыкнул Хабер. — А ведь это твой протеже!
— Неужто… ученик лекаря?!
— Теперь ученик мага! Очень способный! И один из героев сегодняшней ночной битвы! А также заявленный представитель великого леса!
— Неисповедимы пути ваши, Великие боги! — пораженно выдохнул Кориден.
— А эльфы согласятся?! — недоверчиво поинтересовался кто-то из магов.
— Я ручаюсь! — надменно бросил Танио, хотя вовсе не был так уж уверен в доброте маленького народа. Но сказавши раз, говори и два, учила мать.
Значит, будем считать, что предложение Каузинуса отклоняется, — объявил Хабер и осмотрел присутствующих.
Никто не заступился за исследователя.
Буркнув что-то ядовитое, Каузинус вихрем пересек зал и выскочил в холл, громко хлопнув дверью.
— Переходим ко второму вопросу, — укоризненно поглядев ему вслед, предложил глава.
Глава 7
Маги сразу поскучнели, завздыхали, потянулись к столику с едой. Кто умел, телепортацией, остальным пришлось вставать и набирать угощенье собственными ручками.
Хабер, полуприкрыв глаза, со снисходительной усмешкой наблюдал за ними, точно как добрая нянька наблюдает за капризничающими детьми. Он прекрасно понимал, никто не хочет первым высказываться о странном нападении ландцев.
Тордизания на протяжении последних трехсот лет неукоснительно проводила в жизнь принцип мирного сосуществования между соседями. И получала от этого только выгоду.
А Ландия почти все время пребывала в состоянии войны со своей ближайшей соседкой Векридией.
Ну, допустим, войны этих двух родственных по языку и положению стран давно никого из соседей особенно не удивляли и не волновали. Потому, что лет пятьсот назад были эти две маленькие северные страны одной Векриландией.
Весьма миролюбивой богатой страной.
Да и с кем ей было тогда воевать?! С юго-востока за горным хребтом мирная Тордизания, с северо-востока и севера лишь океан. А с юга, великий лес, отделенный невысокой горной грядой и населенный очаровательными созданиями, воевать против которых не может ни один человек. С юго-запада правда, небольшой участок граничит с Тумастаном, зато дальше выход в почти безлюдную Арубийскую полупустыню. Протянувшуюся почти до океана.
Все изменилось после того, как один из правителей, не сумев выбрать одного преемника из двоих сыновей, и не желая никого обижать, поделил между детками страну.
Страсти закипели сразу после его смерти. Каждому из сыновей казалось, что именно он — обделенная сторона. Одному не хватало полезных ископаемых, другому плодородных полей. О взаимовыгодной торговле ненасытные принцы как будто никогда и не слышали. Какая, к змеям, торговля, если можно просто отнять! Вражду наследовали дети, потом внуки и правнуки.
Случались, хвала богам, в истории разделенной страны и периоды затишья. Когда в силу малолетства или врожденного слабоумия очередной принц не мог начать очередную военную компанию.
И тогда разделенный народ вздыхал облегченно. Ходили за границу на ярмарки и в гости, обменивались, к взаимной выгоде, товарами. И женились на иностранках. Бывших, как две капли, похожими на соотечественниц.
Но подрастал новый правитель, и вновь вспоминал про передел территории. Или ему напоминали. Ретивые советнички. И вырастали на дорогах заставы, ловившие дедов, несших внукам гостинцы.
И воины, стоявшие на заставах, ради развлечения секли нарушителей границы в назидание остальным.
Затем объявлялись незаконными межгосударственные браки, и рыдающие жены, обвешанные детьми, плелись по дорогам к родительским дворам, сопровождаемые горестными взорами пьяных мужей. Каковым выдавалось по жбану медовухи за изгнание жены-чужестранки.
Конечно, кто-то убегал, иные пытались сопротивляться. Но, разгоряченные богатством, манящим за пограничным рвом, правители не обращали на такие мелочи никакого внимания.
Вот и пару лет назад, когда королева Векридии, правящая страной вместо ударившегося в живопись венценосного мужа, начала военные действия против Ландии, в Тордизании лишь посудачили, и отстранились. Неловко как-то, влезать в соседские разборки. Идущие, к тому же, с переменным успехом почти пятьсот лет.
Однако неожиданное нападение на Кизард вовсе не вписывалось в привычный сценарий соседских отношений. С чего бы это зажатая в угол между горами и океаном Ландия ввязалась в войну сразу с двумя соседями?!
Может, появилось у них какое-то тайное преимущество, дающее право на такую наглость? Таким преимуществом против Векридии мог бы быть сильный маг… но… не против защищенной магами Тордизании.
И никаких предположений или сведений на этот счет у Хабера не было.
Магов в северных странах не любили, и о том, чтобы Совету держать там постоянного наблюдателя, не могло быть и речи. А некоторое время назад, фанатичные жрецы Северного бога даже постановили уничтожать всех одаренных магией детей. Их каждый год собирали по обеим странам специальные команды, состоящие из жрецов, вооруженных определяющими магию амулетами и сильной охраны. Громкий плач стоял над городами и деревушками, а вслед черной команде, увозившей в клетках несчастных младенцев, летели проклятья и камни.
Совету магов пришлось тогда пойти на большой риск. В храм был срочно внедрен сильный маг, обладающий даром очарования и иллюзии. И защищенный самыми надежными заклинаньями и амулетами. Несчастных детей, запертых в одном из подвалов храма, он вывел через телепорт, создав вместо них фантомы. А потом хорошенько заплатил храмовому палачу, чтобы тот признался жрецам, что в порыве ярости побросал колдунят в бездонный колодец. Так и повелось. Маги приходили в подвал через телепорт и забирали детей. В обмен на золото. А палач, приобретший в храме славу ярого истребителя колдунят, со временем отгрохал крепкие подворья всем своим детям, а когда постарел, передал секрет мастерства старшему сыну.
Не все спасенные дети оказались способны учиться магии всерьез, но все нашли тепло и любовь в новых семьях. Иногда иноземные гости, встретив в русоволосой тордизанской семье белокурого голубоглазика, искренне изумляются доверчивости отца семейства. И тогда лукаво улыбающиеся родители охотно рассказывают им о прабабушке по материнской линии, по большой любви сбежавшей темной ночью, с красавцем тордизанцем из родительского ландского дома.
— Все перекусили?! — Ядовито осведомился Хабер, вдоволь насладившись видом жующих коллег. — Тогда давайте выслушаем Каруну.
Магиня прикрыла на миг глаза, припоминая подробности нападения, затем кивнула сама себе и начала рассказ.
Через несколько подзвонков в зале совета не то, что жевать, дышать забывали, слушая про отчаянные атаки ландцев и героическую оборону защитников.
А магиня, чувствуя эмоции слушателей, умело этим пользовалась. Добавляла накала страстей, говоря про кровожадных голунов, и гордости, описывая стойкость осажденных.
К концу ее рассказа на Зака и Танио многие маги, относившиеся до этого к новичкам с осторожным интересом, теперь посматривали с одобрением. Смелых и находчивых в ковене ценили.
Танио даже немного застеснялся, искренне считая, что Каруна преувеличивает его вклад в оборону крепости. Ну, остался он на мосту, ну посбивал несколько мерзких тварей. Ну, лечил потом раненых до тех пор, пока не свалился без сил на чей-то тюфяк. Но разве они сами, увидев такое отличное местечко для воздушных ударов, не поступили бы точно так же? Или смогли отказать в помощи стонущим от боли людям?!
— Теперь я понимаю, почему эльфы выбрали именно тебя, — заметив его недоуменное смущение, загадочно хмыкнул Гистон, хлопнув принца по плечу.
— Какие будут предложения о защите крепости?! — спросил король, когда госпожа комендант замолчала.
— Может, отправим сотни три гвардейцев с тяжелыми арбалетами?! — предложил Кориден.
— Не стоит так много, — сразу откликнулся Сейден, они займут все место на стенах, а в случае, если ландцы привезут башню или катапульту, толку будет мало. Нужны маги.
Хабер вздохнул.
Свободных магов не было. Особенно боевых. Ну, можно, разумеется, снять с наиболее спокойных городков по одному магу, наберется человек шесть. Только толку от них не намного больше, чем от арбалетчиков. Настоящий боевой маг это мощный противник. А в провинции в основном природники, иллюзионисты да лекари.
Чем они будут бросать в Ландских воинов?! Иллюзиями?!
— А если быстренько подучить пришелиц?! — неожиданно предложил Танио. — У них почти у половины способности огня. Например, у Анюси. Я сам видел.
— За несколько дней мы их многому не научим! — Скептически сморщился директор академии, магистр огненной магии Рагдир.
— Так нам и не нужно много! — Задумчиво уставилась на магистра Каруна. — По одному заклинанию вполне достаточно! У меня сейчас четыре принцессы могут научиться огню, и две воде. Да еще в поместьях несколько наберем! Вот вы магистр, вместе с Заком их и научите за пару дней! Зак их вам телепортом приведет! А водных сразу заберем в крепость. Их будет учить Сейден, он не слабее вашего водника.
Ну, это она польстила уважаемому директору, усмехнулся Хабер, его водник намного слабее Сейдена.
Недаром магистр уже давно сманивает Сейдена в академию. И обещает за переход из крепости всяческие блага. Однако невозмутимый великан лишь ухмыляется на эти предложения. Не хочет он работать вдалеке от своей Каруны. Даже если будет возможность каждый день возвращаться телепортом в Кизард. Да ведь, если честно, и он, Хабер, на месте Сейдена нипочем не пошел бы.
— Это хорошая идея, обязательно так и сделаем, а что еще?
— Сейчас осень, работы на полях закончились. — Задумчиво проговорил Гистон.
— Ну и что? — нетерпеливо хмыкнул кто-то.
— Можно нанять крестьян, и быстренько выложить из камня выше по ущелью контрольную стену. Северяне столкнуться с необходимостью ее разобрать или преодолеть. И будут все это время у вас на прицеле.
— Это мы можем! — оживился король, проворно прикинувший в уме, что нанять рабочих в несезонье обойдется весьма недорого. А перебросят их к месту работы маги и вовсе бесплатно.
— Сегодня же в указ! — Махнул он сидящему за его креслом писцу.
После этой рекомендации предложения посыпались чаще, и некоторые из них король тут же утвердил.
Маги заметно расслабились, проблема была взята под контроль, можно было подумать и о своих делах. Не каждый день видишь так много нужных людей в одном месте, и просто грех этим не воспользоваться.
Только воплотиться в жизнь этим планам суждено не было.
Глава 8
И началось все с Сейдена, неожиданно ввалившегося на заседание Совета магов. И с его сообщения, сделавшего напрасными все, только что изобретенные магами планы. Сообщения, перевернувшего все представления о врагах, и повлекшего за собой новые, совершенно неожиданные события.
— Доливер пришел с белым флагом, — лаконично сказал собранию Сейден, останавливаясь около столика с угощением и засовывая руку в вазу со сластями.
В зале стало тихо.
— Что? — переспросил отвлеченный этой тишиной от увлекательно торга с соседом светловолосый маг.
Сейден прошел к креслу, освобожденному для него Заком, сел, тоскливо поглядел на розовую конфетку и начал рассказывать.
— Ползвона назад мне доложили, что по ущелью идет человек с белым флагом в руке. Я немедленно перенесся на стену. На идущем не было ни доспехов, ни оружия, ни амулетов. Только очень легкая, простая одежда. У нас там студено. Моросит холодный мелкий дождь. А он с непокрытыми мокрыми волосами и с мокрым флагом в руке. Губы аж синие от холода. Я телепорт на дорогу открыл, к нему спустился. Он и говорит — мы сдаемся. Я телепорт в дом открыл. Его в теплой комнате запер и сразу пошел сюда. Всё!
— Нужно было привести его сюда. — Сказал король.
— Я схожу! — стоящий около отца Зак открыл телепорт.
— Защиту…
— Уже ставлю! — Кивнула Каруна.
— Стул…
Несколько магов одновременно щелкнули пальцами и на середину комнаты, рядом со столом рухнуло с десяток разномастных стульев. Каких тут только не было! И простые, на которых сидят в харчевне, и плетеные эльфами из прутьев, и даже один, изящно вырезанный из черного дерева, с украшенной дорогим мехом спинкой. Было даже пару мягких кресел.
— Небедно живут наши маги, — разглядывая стул из черного дерева, завидуще протянул король.
— Это мой стул! — Немедля отозвался Гистон, — Мне его хан Аганы за заслуги подарил! Но если вам нравится…
— Ни в коем случае! — Даже руками замахал Его величество, представив ехидную ухмылку хана, если тот прибудет в гости и случайно наткнется на свой стул!
Дверь отворилась и вошел Зак, ведя за собой главнокомандующего Ландии Лорда Доливера.
— Садитесь! — предложил король, жадно разглядывая парламентера.
Усталый осунувшийся северянин с погасшим взглядом сел на первый попавшийся стул и застыл в ожидании вопросов.
— Расскажи, почему вы решили нам сдаться? — Спросил Хабер, получив негласный приказ короля. — Ведь мы не воюем с вами!
Маги были полностью согласны с этим утверждением. Зачем им чужие проблемы, когда своих хватает?!
И когда командующий Ландии лорд Доливер с горечью приступил к описанию творящихся в стране страшных вещей, почти все действительно почувствовали себя втягиваемыми в чужой семейный скандал. Но чем больше вникали в суть проблемы, тем резче менялось их настроение.
Оказывается, два года назад короли братских стран подписали мирный договор. И уверенные в честном слове соседа Ландцы спокойно занимались своими делами, распустив по домам большую часть армии.
Как вдруг в один прекрасный день обнаружили, что отлично вооруженные воины Векридии начали стремительное наступление на их территорию. Пока собрали войска, пока сумели организовать оборону, оказалось, что солдаты противника заняли почти полстраны. И тут появилась еще более страшная новость.
Направив войска в братскую страну, королева Векридии Катресса не просто разрешила, а предписала своим солдатам делать на территории Ландии все, что им вздумается. Объявив, всех ее жителей рабами того, кто первый поставит свое клеймо.
Клеймо разрешалось ставить также на дома, скот и имущество. Каждый солдат получал болванку со своим именем и банку несмываемой краски.
Можно представить, какой ужас испытало население, услышав о творящихся бесчинствах от чудом спасшихся жителей пограничных городков, захваченных первыми. Не рискуя уповать на судьбу, люди спешно собирали самое необходимое, бросали дома и урожай и бежали в глубь страны, тем самым постепенно запирая себя в ловушку в предгорьях Скалистого хребта. Единственное ущелье, по которому можно было уйти в Тордизанию, надежно закрывала крепость магов, а звериные тропки в горах были малоизвестны и очень ненадежны.
Король и совет магов были потрясены и возмущены. Они и не подозревали о таких изуверствах. Да и откуда? У мага, ходившего в подвалы храма за детьми, была привязка только на этот подвал, и то он каждый раз сильно рисковал. А торговцы не появлялись в ущелье больше года.
— Этот проход держали под своим контролем особые войска Катрессы. — объяснил Доливер, когда ему задали этот вопрос.
Однако доведенные до отчаяния, чувствуя, как сжимается смертельное кольцо чужих войск, солдаты Ландии сделали почти невозможное, и, творя чудеса храбрости, выбили войска королевы из этого района.
Потом попытались пробиться мимо крепости в безопасные долины Тордизании. Но потерпели пораженье. А вот в этот самый момент истекающее кровью войско едва сдерживает мощный натиск Векридских солдат. И если они не устоят, произойдет катастрофа. Ландия превратится в Векридию, а ее жители в рабов.
— Он не врет! — Сказали почти в один голос Зак и низенький кудрявый маг из Тумастана.
— Ну, что, я открываю портал? — деловито спросила Каруна, уставясь на Хабера.
— Но нужно же решить… — Засомневался Король.
— Нужно людей спасать, открывай! — устало кивнул Каруне Хабер, мгновенно превращаясь из просто придворного мага в Главу совета магов.
— Солдаты нужны? — Спросил его Кориден, пребывавший главнокомандующим королевства.
— Конечно! Все, что можно собрать!
— Я в портальную! — сообщил Зак
— Тогда я в кабинет! — Кивнул Сейден.
— А я в третью башню, там сейчас пусто. — Деловито кивнула Каруна.
Они с Сейденом и Заком не мешкая, открывали порты.
— Доливера захвати! — скомандовал Хабер Гистону, уже нетерпеливо поглядывающему на сгущающееся облачко портала.
Гистон подхватил парламентера под руку и втащил в портал.
Выстроившись в три очереди, маги с небольшими промежутками шагали друг за другом в серые овалы телепортов.
Через пару подзвонков в зале осталось только три человека, Король, Кориден и вытаращивший от изумления глаза писарь.
— Пойду, отдам распоряжения войскам! — Буркнул Кориден и исчез за дверью.
— А ты чего застыл?! Пиши указ, оказать соседнему государству Ландии… — диктовал король, почему-то чувствуя себя забытой в лесу охотничьей собакой.
Глава 9
Анюся, замотавшись в теплый капюшон, уныло гуляла по двору. Нет, кто бы спорил, только не она, совершенно мерзопакостно бродить в одиночку между голыми деревьями под противной моросью холодного дождя. Но сидеть одной в своей башне еще противнее. Хотя там и тепло и уютно. Ну, так ведь ни телека, ни компа, ни даже завалящего плеера. Вот и топаешь по двору в надежде хоть с кем-то перекинуться парой фраз.
Однако сегодня все как вымерли. Попыталась она, было, сунуться к Светке. Так та глазенки выпучила, и как гадюка зашипела: — Ты что не знаешь, что Азик почти сутки не спал? А вечером ему снова на стену!
— Ну и что? — пренебрежительно хмыкнула Анюся. — Ты-то, тут причем?!
— Как это причем? — Так и взвыла возмущенная принцесса. — А кто ему к вечеру одежду соберет, кто сапоги просушит?! Да и поесть надо приготовить, и не абы что! Мужик ведь опять на всю ночь на холод уйдет, ему мясо нужно! И на ужин и с собой! Да и самой мне поспать не помешает! Мы вон с девчонками вчера всю ночь взвар варили, да на стены таскали! А после, как битва началась, раненых уводили, да и потом за ними ухаживали! Хоть и закрыли им маги раны, а слабость-то никуда не делась!
— Все высказала?! — Враждебно глядя на подружку, ядовито поинтересовалась Анюся.
— Да пошла ты! — совсем озверела Светка и захлопнула дверь.
— Я то пойду, а ты… такая, ко мне больше носа не показывай! — пригрозила закрытой двери Анюся и поплелась прочь.
Они с девчонками! Обида в груди так и кипела. Как будто она, Анюся, не смогла бы этот чертов взвар носить! Так ведь не ее же вина, что этот гоблин, супружник ее несостоявшийся, опять ее усыпил!
Ну, если совсем честно… это было самое правильное, что он в тот момент сделать мог. Потому что жгла ее тогда оскорбленная гордыня, и хотелось только одного, убить на фиг этого кобеля Ветения, вместе с его малохольной супругой.
Способной только укроп целыми днями на чердаке выращивать.
А ведь как он к ней, к Анюсе, подкатывал, каким соловьем разливался! И самая-то она веселая, и самая стройная! Еще и на жену свою все жаловался, мол, не готовит, не убирает! Одной петрушкой кормит! А как вчера выбрать предложили, секунды не думал! К Тайке своей ринулся! У-у, боров раскормленный! А она-то, она, как завывала! ВЕТИЧЕ-Е-ЕК! Тьфу!
Нет, все же правильно ей тогда, весной, Ленка сказала.
— Ох, и дура ты, Анюся, что такого мужика профукала! Теперь не скоро похожего найдешь!
Она тогда, разумеется, Ленку как следует отбрила. И до самого отъезда принцев в поместья так с ней и не помирилась. Только вышло-то все, как Ленка говорила. Приезжали после в крепость и солдаты и офицеры. И даже маги. Только никто из них на Анюсю даже мельком не глянул. А уж как послушают рассказы старожилов про то, какую веселую жизнь она сожителю своему устраивала, так и вовсе шарахаются как от больной СПИДом.
Ну, в то время ее еще подружки поддерживали. Хотя и мало их оставалось. Ну а уж после того, как проводили счастливых принцесс собственные поместья обживать, осталась из всех подружек одна Светка. Остальные быстро уяснили намек комендантши, что поместья выделяются самым примерным семьям. И резко за ум взялись. Целыми днями моют, варят, уют наводят. И вот результат — уже у троих животы на нос полезли. Отблагодарили их, значит, принцы за заботу.
Только ей, Анюсе, такая благодарность на фиг не нужна! Привязать себя навсегда к кастрюлькам, пеленкам и сопливым носам?! Нет уж, это к кому другому!
Нет, любви она, конечно, хочет, очень! Только не такой, обыденной, с супчиками и стиранными носками!
В мечтах Анюсе виделось, как принц, прекрасный как… изменник Танио, везет ее в карете в волшебный замок. И всю дорогу говорит о любви самые распрекрасные слова и нежно целует ей руки! И глядит на нее так восторженно, как… принц смотрел тогда на Рику.
Тьфу! Да сдался он ей, этот Танио!
Анюся свернула к воротам и остолбенела.
Из комендантского дома, из пустующей башни, из странной комнаты у ворот, под названием портальная, вереницами выходили маги.
Совсем молодые и в возрасте, высокие и низкие, стройные и не очень!
Одетые, как один, в парадные мантии разных цветов.
И вдруг… как молния ударила ей в голову. Даже ноги задрожали. В нежно голубой мантии, расшитой золотыми и розовыми узорами среди магов шел Танио.
Что?! Так… он… тоже маг?! Значит… он притворялся все это время? Пока они ехали вместе!
Но зачем?!
Из портальной вышел Зак в ярко оранжевой мантии, украшенной красными, розовыми и фиолетовыми полосками, и машинально оглядел двор. И сразу заметил стоящую в ступоре Анюсю и ее застывший взгляд, направленный на легко взбирающегося по лестнице зятя. Привычно просмотрел ее мысли и недовольно нахмурился. Придется принимать меры, нельзя позволить бывшей подружке нафантазировать себе различных страстей. Так и до выброса недалеко.
— Анюся! — окликнул он девушку, быстрым шагом направляясь к ней.
— Что?! — Заторможено откликнулась она, оглядываясь. — А! Это ты!
— Конечно, я. Как ты себя чувствуешь?!
— Нормально. А это… там… Танио?
— Где?!
— Ну, вон, в голубом балахоне!
— Да, Танио. — Нехотя подтвердил Зак.
— А он что… тоже маг?!
— Нет. Пока только подмастерье. У него весной способности обнаружились. Маги полагают, что пробудились они года два назад. От сильного потрясения.
— Понятно. — Протянула Анюся, прикидывая, кто бы мог вызвать это самое потрясение, она… или та, Рика?!
— Кстати! — с преувеличенным оживлением воскликнул Зак, решив отвлечь внимание девицы от зятя, — а ведь на совете постановили тебя тоже отправить учиться на мага!
— Чё?! — вытаращилась Анюся. — Эй, Зак! Ты не шутишь?!
— Когда я шутил такими вещами? — притворно обиделся Зак.
Действительно, никогда не шутил! Но ведь это же значит… ой, мамочки! Да такая новость лучше любого принца! Она, Анюся, сама будет магом! Ну, держитесь, прекрасные принцы!
— Только, Анюся… — замялся, как бы не решаясь сообщить неприятную новость, маг, — тут такое дело…
— Что? — испугалась девушка.
— Понимаешь, есть две… тонкости. Первая — магия выпивки не любит. Ну… можно нечаянно не туда попасть. И сам пострадаешь, и других покалечишь…
— Что, совсем?! — Приуныла было Анюся, но желание стать магом было настолько велико, что она сразу сделала выбор. — Ну… я… попробую не пить.
— Тебе помогут отвыкнуть! — утешил Зак, уловив ее неуверенность. — Есть такие снадобья. И второе — все ученики дают клятву служить добру и совету магов. И кто изменит этой клятве — тех принудительно лишают магических способностей!
Ну, уж это-то она точно сможет!
Лишь бы стать магом! И завести служанку! Чтобы никогда больше не вспоминать про ненавистные половики и кастрюли!
— Зак! — Окликнула Анюся мага, разворачивающегося в сторону стены. — А голубую мантию мне когда дадут?!
— Почему голубую? — удивился Зак. — Тебе положена такая же, как у меня, оранжевая. Только без полосочек. Ты — маг огня! Будущий!
— А куда вы все идете? — вновь остановил Зака вопрос Анюси, и он внезапно догадался, как от всех этих вопросов отделаться одним махом.
— Пойдем с нами, увидишь!
И, чтобы догнать коллег, решительно открыл телепорт на досконально изученную угловую башню.
— Готова?! Как выйдешь, отступи в сторону! — Подтолкнул маг Анюсю в телепорт и, выждав мгновенье, шагнул следом. Даже не подозревая, что за всей этой сценой из-за зашторенного окна комендантского дома внимательно наблюдают чьи-то печальные глаза.
Выйдя из телепорта и послушно шагнув в сторону, Анюся открыла глаза, зажмуренные ею при входе в телепорт.
Просто так, на всякий случай.
И пронзительно завизжала, увидав здоровенного мужика, сосредоточенно целящегося в нее из лука.
Несчастный караульный, нацеливший, тоже на всякий случай, лук на неизвестно откуда открывающийся портал, от этого сумасшедшего визга нервно дернулся и отпустил пальцы.
Стрела коротко свистнула и вонзилась прямо в живот Зака, выходящего из телепорта.
Он охнул, хватаясь за нее рукой.
Услышав это оханье, Анюся, уже подозревая самое страшное, мгновенно оглянулась. Увидела торчащую из живота мага стрелу, побледнела, качнулась, и рухнула на мокрый настил.
Глава 10
Откуда взялся здесь этот тупица?! — Рявкнул Зак, вытаскивая стрелу из складок мантии.
Часовой виновато покраснел, признав мага, и удрученно опустил голову, стараясь не глядеть, как тот с разочарованным вздохом просовывает палец в свежепродранную дырку.
Ну, вот, испорчена новая вещь! Разумеется, если бы это была стрела противника, она до заговоренной Каруной мантии даже не долетела. Только здесь весь фокус в том, что стрелы защитникам крепости та же Каруна и заговаривает. Вот и столкнулись два заклятья. Хорошо, что на Заке еще и другие защиты висят, а то пришлось бы дырку не только в мантии, а и в собственном теле заделывать!
Безусловно, вражеские стрелы иногда тоже очень опасными бывают! Северяне хотя магов и искоренили, зато травницы у них сильные. Вот и вымачивают оружие в отварах, да настоях!
Но попасть под свою же стрелу!
Сразу ясно, что без содействия Анюси тут не обошлось!
Зак вздохнул и шевельнул пальцами в сторону бывшей подружки. Ох, и глупость он, похоже, сделал, взяв эту бестолковую с собой! Наплачется еще с ней за свою доброту!
— Зак?! — неуверенно подняла голову Анюся. — Ты! Живой?!
— Живой, живой! — ворчливо отозвался Зак, высматривая на вьющейся внизу дороге местечко, куда можно открыть портал. — И уже ухожу. А ты, если немедля не встанешь, можешь идти, куда захочешь!
Что Зак слов на ветер не бросает, Анюся еще два года назад усвоила намертво. И даже на секунду не засомневалась, что он без колебаний уйдет один.
Вот и вскочила мигом и сразу же в портал рванула.
Зак едва успел дурочку за плащ поймать.
— Урок первый, — сказал жестко, — Всегда гляди вот сюда, на края портала. Пока они не стали четкими, и не появилась синеватая полоска, входить нельзя! Иначе к месту назначения прибудет только одна половина!
— Чего? — глупо улыбаясь, спросила Анюся.
— Не чего, а кого! Иди! Да не забудь отступить!
В этот раз Анюся глаза закрывать не стала, вот еще! Перед всякими лучниками с закрытыми глазами как последняя дура стоять!
Потому-то, отскочив в сторону, сумела не врезаться в скалу, а благополучно отклониться.
Обернулась и увидела ошеломительное зрелище. Почти полсотни серых коконов распускались на дороге вокруг нее.
— Зак! — Тревожно охнула, отшатнувшись к вышедшему из портала принцу, — Это что такое?!
— Зак! — Сюда! У нас ползвона на сборы! — Кричала от одного из коконов Каруна.
— Бежим! — Зак схватил Анюсю за руку и припустил к матери.
Ох и не хотела же Анюся туда бежать, да разве с Заком поспоришь?!
Последние шаги к порталу он сделал, уже таща девчонку подмышкой, как коврик.
Мелькнули перед Анюсиными глазами желтые кружева на бордовой мантии госпожи коменданта и ее же огорошенные глаза.
И сразу ударил в лицо яркий солнечный свет, льющийся из высокого окна.
— Ух, ты! — Вырвалось у девицы. — Зак, а где…
Но Зак уже тащил ее за руку в залитый солнцем уютный холл, а следом бежала расстроенная Каруна.
Вот, кажется, все сделаешь для счастья детей, а они нет, нет, да и выкинут какую-нибудь каверзу! Так она и почуяла, нет, не магией, магия-то говорила совсем другое! Материнским своим сердцем почуяла беду, когда вчера увидала, как Зак эту вертихвостку на руках в портал уносит! Прямо все так и оборвалось внутри! Хотелось криком кричать, что ж ты делаешь, зачем губишь свою жизнь, сыночек?!
Ну, вчера все обошлось, хвала богам! Сын вроде твердо объявил, что с этой растяпой у него ничего общего больше нет. Как же она радовалась! А в сердце все равно, скребло что-то, как занозой. И вот, пожалуйста, не успели они с отцом на миг отвернуться, а эта назола уже тут как тут!
— Зак, а почему тут солнце? — Анюсе, наконец, удалось задать свой вопрос.
— Потому что. — Буркнул на ходу Зак и повернулся к Каруне. — Мам, дай ей запасной костюм для верховой езды! И сапожки! Она едет с нами!
— Что?! — обессилено охнула мать, хватаясь за сердце.
Ну, или за то место, где оно должно было быть, по ее мнению.
— Я взял ее в ученицы! — уже исчезая в верхнем повороте лестницы, известил маг.
— Пойдем! — скорбно поджав губы, расстроенная Каруна повела ученицу в свою гардеробную.
Вынырнул из боковой двери Танио, уже скинувший где-то свою роскошную мантию.
— А эта что здесь делает? — поразился, увидев рядом с матерью иномирянку.
— Зак взял ее в ученицы. Веду переодеваться! — Бесцветным голосом пробормотала теща, не осознавшая еще за своими переживаниями перемены Анюсиного статуса.
— Да?! — Удивился Танио, и одобрительно глянул на Анюсю. — Ну, молодец! Нам сейчас каждый лишний человек дорог! Вот по дороге тебя и подучим! Каруна, а ты не забудь защиту на нее поставить!
Девушка вся расцвела от этой неожиданной похвалы, даже слезинки в глазах блеснули от радости, и покраснела и смутилась. И от смущенья не нашла, что ответить.
А внезапно повеселевшая Каруна уже тащила ее в свои комнаты, и проворно раздавала по пути приказы, и оживленно объясняла, почему здесь тепло и еще висят на деревьях яркие листья и поздние яблоки.
Потом заботливо подобрала Анюсе хорошенькую теплую куртку и удобные брюки, и бдительно проследила, чтобы девушка одела под них теплое белье.
Махнула в сторону полок, на которых лежали теплые шапки и шлемы всех фасонов, и быстро переоделась сама.
— Кари, ты готова? — ввалившийся без стука Сейден, застал Анюсю за примериванием пятнадцатой шапки.
На пару мгновений замер недоуменно, оглянулся на жену, невозмутимо завязывающую на боку завязки теплой куртки, хмыкнул, и, шагнув вперед, протянул девушке очередную шапку.
— Когда едешь воевать, шляпа не должна сползать, слетать, мешать, закрывать обзор и звуки! — объявил назидательно.
Так мы едем воевать! Ух, ты, как интересно! Обрадовалась Анюся и взяла предложенную Сейденом шапку. Ну, если бы не воевать… нипочем бы она такое не надела! В ее родном мире точно в таких ходят все, кого разыскивает милиция. И еще теплолюбивые таджики.
Каруна быстро побросала в сумку запасную одежду и обувь, шкатулку с амулетами и прочие мелочи, не строить же потом телепорт из-за всякой ерунды?!
— Успеем по стакану взвара! — открывая дверь, скомандовал Сейден.
В светлой столовой Зак и Танио уже деловито жевали румяные пироги, а Рика, примостившись напротив, с тревогой поглядывала на них.
У нее на руках спал маленький ребенок, месяцев двух, по определению Анюси. И, судя по обилию кружев и оборочек на одежде, девочка.
— Какая хорошенькая! — невольно восхитилась Анюся и получила за это благодарный взгляд Рики и одобрительный Зака.
— Садись, поешь! — подвинул Танио бывшей невесте стул и налил горячий взвар.
Ели быстро и молча и вскоре Сейден поднялся со стула, и открыл прямо в углу комнаты портал.
— Пора!
Зак потянул Анюсю, Каруна спешно складывала в очередную сумку пироги и колбасу.
Анюся, вспомнив серую морось, в которой суждено оказаться, тоскливо вздохнула, шагая в портал. Однако увидала впереди себя залитый солнцем двор и какие-то строения по периметру.
Остолбенев от страшной мысли, что попала не туда, забыла шагнуть в сторону и тут же получила увесистый толчок под пятую точку.
Пролетела несколько локтей и шлепнулась прямо в пыль лицом.
— Я тебя сколько раз должен предупреждать, чтобы отступала в сторону?! — возмущенно зарычал над головой Зак.
— Я думала, что попала не туда! — чуть не плача оправдывалась Анюся, поднимаясь с земли. — Это же не Кизард!
— Второе правило! Сначала отступи, потом думай! И скажи спасибо, что я сразу чуть в сторону шагнул! Иначе мог бы зашибить тебя сильнее! — безжалостно отчеканил Зак.
— Давай, я тебя почищу! — Каруна провела рукой вдоль одежды девушки и пыль осыпалась на землю. — Садитесь на лошадей, я открою портал!
— А почему мы… не в Кизард?! — тихонько спросила Сейдена девушка.
— А что там делать без лошадей?! — рявкнул над ее ухом Зак.
— Если ты собираешься ее учить, — спокойно изрек Сейден, — наберись терпения!
И пришпорив лошадь, одним скачком влетел в открытый Каруной большой портал.
— Вперед! — Подведя обученную лошадку Анюси к порталу, Зак резко стегнул ее кнутом.
Прыжок… и сырая серость охватывает Анюсю со всех сторон.
— Отъезжай! — Крик Сейдена заставил Анюсю стегнуть лошадь.
Едва она успела отъехать, на дорогу из портала выскочил Зак, потом, запыхавшийся, растрепанный Танио, держащий в руках шапку, которую не успел одеть, и последней появилась Каруна.
Маленький отряд немедленно двинулся по дороге в горы, старательно объезжая возникающие то там, то тут, большие порталы.
Из них выскакивали переодевшиеся маги на разномастных лошадях и присоединялись к отряду. Через несколько подзвонков уже больше сотни лошадей мчалось к перевалу на Ландию. А порталы все открывались. Многие маги взяли с собой учеников и помощников. Рядом с Гистоном ехали тепло одетый Доливер, Ишим и еще парочка младших магов.
За Рагдиром тянулась внушительная цепочка преподавателей и учеников, все, кого он смог отловить в Академии. Ученики ехали, оживленно переговариваясь и хихикая. Они считали, что им крайне крупно повезло, участвовать в настоящей войне! И, несмотря на то, что большинство имело способности в самых мирных видах магии, но и они надеялись одолеть уж хотя бы по одному врагу.
Хабер открыл свой портал последним, и держал до тех пор, пока не прошло два полка гвардейских лучников и один полк мечников. И еще несколько спешно собранных по ближайшим городкам магов. Оставив самого сильного из них в столице, открывать портал в крепость, глава совета поспешил догонять умчавшихся в Ландию коллег.
А первые всадники уже неслись под уклон, преодолев самую высокую точку перевала. Сначала узкая дорога шла между почти отвесных скал, затем вырвалась на крутой склон, обвиваясь вокруг него тонкой лентой серпантина. Ехать пришлось по двое, а на самых узких поворотах и по одному. Значительно снизив скорость.
Первыми пробирались Зак и не отстающий от него ни на шаг Танио, затем Сейден, потом Анюся и Каруна. Впритык за ними шли кони Гистона, следом неизвестно как вырвавшаяся вперед Дорисия с тремя учениками.
Хорошенько присмотревшись, уже можно было различить в серой хмари далекие шпили небольшого городка, одного из последних, удерживаемых ландцами. А на подступах к нему и к ущелью шла ожесточенная битва за этот последний путь к спасению.
Отчаянно дерущиеся ландцы еще не знали, что подмога близка, и скоро завоевателям придется очень не сладко!
Первым, как всегда, беду почувствовал Зак. Уловил чуждые мысли и, вскинув голову вверх, мгновенно просчитал смертельную опасность.
Ожидавшую их всех!
И почти сразу прочла и его эмоции, и эмоции убийц, затаившихся на скале, Каруна. И сделала единственное, что успевала, подняла вверх руки, ставя защитную крышу.
— Прочь! — Закричала как можно громче, тратя на этот крик последнюю магию.
Ехавшие за ними немедленно развернули лошадей, один только Гистон успел проскочить следом за принцами под ее защитой. Да никогда не отстающий от мага Ишим.
Зак схватил повод Анюсиной лошади и погнал коней по опасному спуску на пределе их возможностей. Сейден соскочил с лошади и, сунув ее поводья замешкавшемуся Тану, хлестнул его лошадь со всей силы хлыстом. А сам метнулся к жене.
И в тот же миг сверху на них обрушилась лавина.
Глава 11
Почти машинально поставив над собой и лошадьми заученный наизусть воздушный щит, Танио, глотая слезы, гнал животных вниз. Лошади пугливо перепрыгивали отдельные камушки, катящиеся по дороге, но основная лавина сошла именно на то место, где раскинула руки над дорогой Каруна.
Танио оглянулся, но за крутым поворотом того участка не было видно. Но он и так знал, когда закончится запас магии, плотная масса застрявших на защитной крыше камней раздавит людей, заменивших ему родителей. И никто не может их спасти.
Откуда-то сверху раздался пронзительный вой ужаса, и, увлекая за собой камни, вниз пронеслись три тела. Тех самых гадов, что долго и терпеливо сидели в засаде над самым опасным участком дороги, выжидая момент, когда внизу пойдут уходящие в Тордизанию северяне.
Чтобы столкнуть несколько приготовленных камней и погрести беженцев под лавиной.
Спешащих в Ландию верховых они заметили совершенно случайно. Сообразив, что это благосклонная судьба послала им шанс выслужится, засада нетерпеливо ждала, покуда под местом схода вызванной ими лавины окажется как можно больше всадников.
Ментальный удар Зака, обнаружившего засаду, мгновенно уложил в корчах двоих, но на их командире оказался надет защитный амулет. Чувствуя в голове странный гул и тяжесть, он последним осознанным движением успел толкнуть стоящий перед ним камень. И повалился рядом с подчиненными. Чтобы через пару подзвонков лететь вместе с ними в пропасть, сброшенными смерчем, выпушенным пришедшей в ярость Дорисией.
— Зак! — Окрикнул Танио мага, но тот только махнул рукой, продолжая гнать лошадей.
Значит, возвращаться бесполезно! — понял Танио, знавший, как Зак любил родителей.
И никогда бы не оставил их под камнями, если можно было бы спасти!
Да и ему они за эти два с половиной года стали родными. Он пришел в их дом нищим красавчиком, с сомнительным титулом и не очень лестной репутацией бабника. Но ни разу не увидел ни в их глазах, ни в действиях даже намека на недоверие. И ценил эти отношения как самое святое после любви Рики. А теперь…
Теперь остается только как следует отомстить, и, похоже, Зак собирается сделать то же самое. Недаром обогнал Танио почти на виток! Ну, тогда и он не должен отстать!
Танио смахнул слезы и пришпорил лошадь. Дорога становилась все положе и где-то из-за очередного поворота уже доносились крики людей и лязганье оружия. Сзади послышался топот лошадей Гистона и Ишима, и принц сообразил, что они переждали падение последних камней под магическим щитом.
Впереди блеснул отсвет огненного заклинания и Танио погнал коня вскачь. Не хватало еще потерять в этой чужой войне и Зака!
Про Анюсю на тот момент он совершенно забыл.
Поэтому, вылетев из ущелья на пологий холм, был несказанно удивлен, увидев одновременно вылетевшие из-за большого валуна два огненных заклятья разного уровня. Огненный шквал, страшной силы, покатившийся вниз по холму, вызывая жуткие вопли всех попавших в него и огненный шарик, врезавший по шлему торопившего солдат офицера.
— Здорово! — Зло восхитился Танио и разметал воздушной волной солдат, ползком подбирающихся к укрытию Зака с тыла.
Ландские солдаты и ополченцы, увидев, что противника бьют с тыла неизвестные маги, вначале растерялись, не понимая, откуда могла прийти помощь. Затем, вдохновленные видом растерявшихся врагов, бросились в атаку и сами.
А в тыл захватчиков уже катилась широкая волна крупных, противных насекомых, помесь паука и саранчи, тихонько шурша жвалами. Первые крики укушенных обозников, раненых и лекарей, накладывающих им повязки, привлекли внимание вражеских солдат, и они, с опасением поглядывая на живую лавину, начали смещаться влево.
Куда немедленно ударил огненным дождем Зак. И повторила номер с шариком, выглядывающая с другой стороны валуна Анюся.
Танио, приготовившись ударить, поднял руку и услышал приказ Гистона.
— Гони их в реку!
Спрашивать, почему в реку, у Танио уже не оставалось времени, смерч рвался с пальцев. Он слегка развернулся и, рявкнув, для верности, пару ядреных слов в адрес завоевателей, махнул рукой.
Огромный смерч, вместивший в себя всю его боль за погибших родителей и ненависть к бесчеловечным агрессорам, набирая обороты, рванул к Векридским воинам.
Присвистнул, заслышав вой ветра Зак, изумленно хмыкнул Гистон.
— Что это? — не поняв, откуда взялся перед ними огромный крутящийся столб, испуганно пискнула Анюся.
— Это Танио воюет! Он ведь маг воздуха! Видела голубую мантию? Вот. Цвет воздуха голубой. — Осторожно выглядывая из-за валуна, бормотал Зак все подряд, лишь бы успокоить ученицу.
Векридцы, завидев несущееся на них бедствие, пытались спрятаться за камнями, в ложбинках, за трупами. Бесполезно! Вихрь кружил по холму, собирая в себя все, что встречал. Воинов, камни, оружие, трупы, сумки, кусты, насекомых Гистона и прочий мусор.
Крики и стоны неслись с высоты птичьего полета, где все это вращалось на огромной скорости.
Расширяя круг и продолжая собирать обильный урожай, смерч постепенно смещался к реке.
Воины Векридии, бившиеся с защитниками Таргола, завидев, во что превращаются их тылы, спешно отступали от стен города, бросая оружие и раненных.
Танио оглянулся на Гистона, спросить, а зачем к реке, то?! И открыл рот от изумления. Маг спешно открывал портал.
И куда это он собрался? — возник у принца законный вопрос. Неужели уже навоевался?! Да нет, на Гистона вроде не похоже, он боец с опытом, тогда в чем соль? И даже когда Гистон ушел в портал, а Ишим, держа в поводу его лошадь, отъехал в безопасную ложбинку, все равно ничего не понял.
А смерч, словно почуяв потерю интереса со стороны хозяина, теряя скорость, выписал последнюю окружность и угас, вываливая свои трофеи на мелководье.
Какой-то ретивый офицер, яро настегивая кнутом своего коня, носился между отступающих воинов, щедро раздавая удары и громкие обещания. Наказать тупых трусов как следует!
Пока Танио разгадывал тайну телепорта, Зак хмурил брови, решая, чем бы еще припугнуть врагов, так как неписаный этикет магов считал неприглядным убивать тех, кого можно отпугнуть или взять в плен. А Анюся, продолжая лежать на животе за камнем, немного с неодобрением понаблюдала за рьяным воякой, затем сложила пальцы так, как наспех научил ее Зак, и ткнула ручкой в сторону злюки офицера.
Яркий лучик сорвался с руки и врезался в начищенные доспехи офицера. Засветился, раскаляясь, металл, заорал резаным поросенком всадник. Дико заржала лошадь и, сбросив визжащего хозяина, помчалась неизвестно куда как сумасшедшая.
Анюся испугалась и быстро сбросила лучик с пальцев. И тут же уронила голову на холодную землю, чувствуя, что не осталось сил даже встать.
— Анна! Ты что такое сделала?!
Анной он звал ее, только когда хотел показать, как недоволен ее поведением, вяло вспомнила Анюся, устало закрывая глаза. Теперь он два дня будет сердится и холодно молчать, и, возможно, больше вообще не захочет учить ее магии.
Жаль… Ей так понравилось.
— Анюся? — склонился над ученицей Зак, пораженный ее ударом, но она уже потеряла сознание.
Еще бы! Несколько мгновений выбрасывать чистую энергию! У нее же теперь запас магии на нуле. Да и жизненных сил тоже! — сердился Зак, держа ладони над Анюсей и изо всех сил пытаясь поддержать жизнь в худеньком теле.
Хорош из него учитель, едва не потерял ученицу в первом же бою! Как бы после такого позора в глаза коллегам смотрел?!
И ведь знал же, знал, что натерпится от нее горя, но отлично понимал, что никому другому такую пилюлю подкинуть не решится! Просто не вынесет его самолюбие, если коллеги решат, что Зак бросил пришелицу, не сумев сделать из нее ни человека, ни магичку! Вот и придется теперь стиснуть зубы, и неизвестно сколько терпеть все ее капризы, сюрпризы, и нескончаемые вопросы.
Наконец Зак почувствовал, как окрепло дыхание ученицы, ровнее забилось сердце, потеплела кожа, и отнял руки. Пока хватит. Нужно поберечь и свои силы. Источник здесь есть, но он довольно далеко, а противник скоро отойдет от шока неожиданного нападения и им придется туго.
Конечно, он заметил краем глаза, как Гистон открыл портал и очень надеялся, что привязка у мага не слишком далеко от того места…
Зак вспомнил вскинутые руки матери, грохот камней, и скрипнул зубами. Нет, об этом лучше пока не думать. Сейчас нужно думать о врагах, отголоски мыслей которых он слышит из-за дальнего угла стены.
Они с Таном разбили пока только тот отряд, что пытался отвоевать ложбинку, ведущую в ущелье.
Основная армия векридцев расположилась с другой стороны Таргола. Именно там, на холмах, окружающих с севера осажденный город, расположены и палатки векридских полководцев. И они уже знают о проклятых магах, помешавших смешать с грязью маленький пост ландцев, защищавших свою последнюю надежду на спасение. Уже отданы команды и несколько подразделений готово к выступлению в их сторону.
— Зак! — раздался над головой неуверенный голос Тана, — ты как?!
— Нормально. — Буркнул маг, вслушиваясь в приближающиеся мысли врагов и пытаясь навскидку определить, сколько же их там?
— А с ней что? — увидев лежащую без движения Анюсю, встревожился принц.
— Бросила заклинание не по силам! Выкачала себя досуха! И жизненные силы потратила! — раздраженно отмахнулся Зак, однако крутнул пальцем, и одеяло, притороченное к его лошади, рухнуло Танио в руки. — Замотай ее!
— Д… р…! — выразил Танио свое отношение к таким методам. — Предупредить мог?!
И заматывая легкое инертное тельце, с внезапно вспыхнувшей жалостью поинтересовался: — И что с ней… будет?!
— Оклемается. — Буркнул Зак, не переставая следить за противником. — Но не скоро. Пока я ее подлечил. А ты, Тан… я по дружбе говорю… бросай это дело!
— Какое? — искреннее недоумение светилось в глазах Танио.
— Орать свои… словечки… когда воюешь!
— Я бы и рад, — потупился принц, — Но когда азарт… само вырывается!
— Заучи заклятье неслышимости! Оно кстати, ваше, воздушное! Бросил на себя и ори, сколько влезет! А то вокруг женщины, посторонние люди… а ты… д… ж… з… г…!
Танио смутился, представив себе эту картину, и хотел, было, выяснить насчет заклинания, но Зак приложил к губам палец, прислушиваясь к чему-то невидимому.
Глава 12
— Они разделились! — шепнул маг другу, уставившемуся на него с тревогой.
— Кто?!
— Враги. Основные силы векридцев стоят с той стороны города, мы разогнали только тех, кто пробивался к ущелью. Теперь там узнали про нас и сюда идет подкрепление. Хотят напасть с двух сторон!
— Ты слева, я справа! — азартно заблестел глазами принц.
— Силы экономь! Источник далеко! — сурово предупредил Зак.
— Я дотянулся! — беспечно отмахнулся Танио и, сообразив, тревожно оглянулся на друга. — Зак… ты хочешь сказать?
— Уже сказал.
— Так возьми через меня! Как там… в чайхане… Ты же знаешь… нам, воздушникам, легче доставать до источника!
Зак знал. И воздушным. И земным. И водным, особенно если источник рядом с водой, или дождь… Только не огненным. Огненная магия самая мощная, но и энергии она берет больше всего. И издалека дотянуться до источника ей очень трудно.
Поэтому просто взял Танио за руку и прикрыл глаза, нащупывая ручеек энергии. И восхитился, увидев внутренним взором, как ловко собраны в единый поток тонкие ручейки энергии, подпитывающие принца.
Такое умелое обращение с энергией не каждому магу, закончившему академию, доступно, тут нужен особый талант. Талант истинного мага.
Зак пару подзвонков тянул этот мощный поток в себя, не переставая прислушиваться к самоуверенным мыслям понемногу окружающих их воинов.
— Пора! — Шепнул наконец маг, и пододвинув поближе к камню спящую ученицу, поднял над валуном руку.
Десятка три стрел и болтов, выпущенных с разных сторон, свистнули в воздухе.
И вспыхнули факелами, сгорая в пламени огненной волны, помчавшейся на противника.
Однако предусмотрительные враги запаслись крепкими щитами, которые немедленно выставили перед собой.
— Д… ш…! — Рявкнул Танио, выглянув на миг из-за валуна и разглядев этот маневр.
Махнул отчаянно рукой и смел щиты ураганным порывом ветра.
Послышались крики и стоны, вскоре заглушенные отрывистыми, злыми командами. Подгоняемые офицерами, солдаты неохотно поднимались и, заслоняясь щитами, со всех сторон бежали к валуну.
— Р… з…! — Озверел принц и запустил в солдат смерч.
Зак, одновременно с ним швырнул мощное ментальное заклинание под названием блохи в штанах. Его использовали крайне редко, потому что действовало оно на расстоянии полета стрелы на всех окружающих. Разумеется, кроме тех, на ком стояла защита.
Но сейчас был как раз такой удобный случай. Ландские солдаты, не решившись вступить в контакт с загадочными магами, отошли к городским воротам, унося с собой раненных, публики и зевак нигде не наблюдалось.
Стоны и шипение, раздавшиеся со всех сторон, насторожили принца и он осторожно выглянул из-за камня. Векридские солдаты и офицеры, приплясывая как на горячих углях, поспешно срывали с себя шлемы, доспехи и одежду, не обращая никакого внимания на надвигающийся смерч. И, добравшись до тела, раздраженно запускали ногти в зудящую кожу. Не переставая подпрыгивать от нетерпения.
А у смерча, получившегося на этот раз не очень мощным, все же хватило силы собрать одежду, фрагменты доспехов и даже пару небольших щитов. И с грохотом утащить их вдаль.
Отряд векридцев, спешивший на подкрепление, нерешительно замер поодаль, и никакие угрозы и оплеухи, раздаваемые во все стороны офицерами, не могли заставить их сдвинуться с места.
Превратится вот в такое, прыгающее нагишом и озабоченно чешущееся животное, не желал никто.
Даже под страхом порки.
Внезапно внимание принцев, пока не наблюдавших вокруг больше никакой угрозы для себя, привлекли злые ругательства, выкрикиваемые подозрительно знакомым голосом. Они дружно оглянулись и увидели Ишима, прыгающего в том же виде что и солдаты. Но при этом громко поносящего магических придурков, швыряющих заклинаньями в друзей, на чем свет стоит.
Танио согнулся от хохота, а Зак, пытаясь сдержать рвущийся смех, небрежно махнул пальцем в его сторону, отменяя заклинание.
Ишим немедля прекратил чесаться и бросился к разбросанной одежде, не переставая, однако, вовсю костерить магов.
— Если не замолчишь, не получишь контрибуцию! — громко предупредил Зак.
— Сколько? — мгновенно заинтересовался, оборачиваясь к магу, полуодетый проводник.
— Два золотых и обещание никому не рассказывать об картинке, нарисованной у тебя…
— Согласен! — спешно перебил Ишим, натягивая куртку.
И вдруг закричал, показывая в сторону надвигающегося войска — Там! Смотрите!
Зак стремительно обернулся и увидел вражеских солдат, разворачивающих несколько повозок с катапультами так, чтобы принцы оказались под прицелом. Вначале пренебрежительно хмыкнул, затем поймал несколько чужих торжествующих мыслей и нахмурился.
Полководцы Векридии приготовили для них не совсем обычные снаряды. Истыканные остриями шары, называемые ежами, были обильно политы смесью травяных отваров.
Солдаты не знали, что это за зелье, но их убедили, что магам от него конец.
— Танио, готовь отражающий удар! — предупредил Зак, настороженно следя за врагами.
И начал поднимать руку с огненным шквалом наготове.
Странные крики раздались сзади. Танио невольно обернулся и радостно охнул.
Зак облегченно выдохнул и устало опустил руку.
Из большого портала, открывшегося неподалеку от Ишима, споро выскакивали всадники и мчались к ним.
Векридцы тоже заметили выезжающих из ниоткуда магов, и заторопились. Подгоняемые офицерами, не жалеющими ни указаний, ни плеток, солдаты бросились к катапультам. Офицер рявкнул команду, и в сторону магов полетела стая страшных ежиков.
Несколько рук поднялось над выехавшими на холм всадниками и дрожащий напряжением купол накрыл и холм и портал. Маги шуток не любили.
Ежики врезались в невидимую стену, взорвались, сгорая, и сотнями раскаленных игл брызнули в стороны.
Большинство иголок осыпалось бесцельно, но те, что попали в чесоточную компанию, сняли с несчастных заклинание. Очнувшись среди отчаянно чешущихся собратьев, нагишом, с разодранной в кровь кожей, солдаты впадали в такую панику, что бежали от проклятого места сломя голову.
— Блохи?! — поинтересовался Гистон, подъезжая к Заку.
— Да. — Кивнул тот и в свою очередь коротко спросил, — Привязка?
— Ну, да. Я последнюю делал на крепость. А там сейчас дорога войсками забита, еле прорвался. Зато сейчас портал трое держат, скоро здесь будет тесно. А вам… туго пришлось?
— Не очень. — Отмахнулся принц, и попросил, — Присмотри за Таном, я домой схожу.
— Иди, — понимающе кивнул Гистон, ища глазами принца.
Танио уже ехал к валуну, ведя в поводу трех лошадей.
А векридские солдаты бежали. Бежали, бросив катапульты, щиты и несчастных соплеменников, с которых кто-то из магов мимоходом снял заклинание. Их теперь сгоняли в кучу веселящиеся подопечные Рагдира, и снабжали своими запасными штанами.
Маги спокойно продвигались вдоль стен Таргола, снимая меткими ударами магии редких безумцев, пытавшихся сопротивляться неизвестно откуда взявшимся незнакомцам.
— Оставь лошадей Ишиму. — Кивнул Тану на проводника Гистон, — и держись около меня.
— А ты куда? — Танио напряженно смотрел на Зака.
— Отнесу Анюсю в крепость! Ей теперь еще не скоро воевать придется. Да ты не волнуйся! Я скоро вернусь.
Танио печально поглядел, как маг привычно открывает портал и исчезает в нем с ученицей на руках. Все правильно, ему они родные мать с отцом, и делить свое горе Зак не собирается ни с кем. А он, Танио, кто? Просто зять. А что с зятя взять? Так говорит старая пословица. Только… он, Танио, никогда к себе ее не примерял. Считал себя… почти сыном. А они, выходит… Принц еще раз тяжело вздохнул.
Потом подстегнул лошадь и поехал догонять Гистона.
Глава 13
Зак открыл портал в кабинет матери, простодушно предполагая, что сейчас это самое пустынное место во всей крепости.
И едва шагнул в комнату, сразу понял, как глубоко ошибался, оказавшись под пристальными взглядами небольшой группы магов. Что-то обсуждавших, под предводительством Хабера, по-хозяйски рассевшегося за столом Каруны.
— Зак! — обрадованно воскликнул Хабер, едва уяснив, чей телепорт прервал их совещание. — Как там у вас дела?!
— Маги пошли в наступление. Гистон проложил путь, кратко доложил Зак, опуская Анюсю на кресло, — А как… мои?! — осторожно спросил, с трудом скрывая волнение.
— Живы и целы. Но выложились. Сейден поменьше, а мать почти досуха. Они сейчас дома. — Сжато ответил Хабер, понимая состояние мага.
— Тогда и я туда. Ненадолго, только взгляну. — Так долго сдерживаемое беспокойство все-таки прорвалось в его голосе.
Хоть и старался верить, что самого страшного не случилось… но сомненья были. Он говорил себе, если что… мать нашла бы способ попрощаться. Она не носила амулета от его телепатии, как отец, и ей стоило только погромче крикнуть мысленно… он бы услышал. Он и прислушивался, если совсем честно… ругал себя за малодушие, но — прислушивался. И когда ничего не услышал, заставил себя поверить, что они спаслись, а не… не смогли позвать.
Маги деликатно молчали, пока он, отвернувшись, чтоб скрыть предательски заблестевшие глаза, открывал портал, и только когда наклонился к креслу, взять Анюсю, Хабер спохватился:
— А с этой что?!
— Тоже выложилась досуха.
— Но…
— Я взял ее в ученицы. Мы же решили на совете?! — бросил холодный взгляд Зак, и ушел в портал.
— Его право. — Твердо ответил на вопросительные взгляды Хабер, спешно припоминая, что там говорила Каруна на совете про эту девицу. — Он уже три года магистр, а у нее сильные способности именно в магии огня! К тому же она одиночка. После переедет в академию. Как оправится.
Спорить никто не стал, хотя некоторые и слышали что-то про сложные отношения Зака с этой пришелицей. Но раз он берет ее в ученицы, все определяется само собой. Правила насчет отношений с учениками у них очень строгие, были прецеденты. А Зак вовсе не из тех магов, кто пренебрегает правилами. Да и то сказать, магическая династия. Отец Сейдена тоже был магом, не из самых сильных, но и не последний. Погиб лет пятнадцать назад, в Агане, спасая дикую магичку с детьми от озверелых фанатиков. Их в портал забросил, а сам прыгнуть не успел.
Едва выйдя из портальной, Зак столкнулся с заплаканной Суржей.
— Ох, Зак! — увидев его, всхлипнула тетка, и внезапно рассмотрела на руках племянника Анюсю.
Слезы мигом высохли на ее глазах.
— А эту сюда… — она даже запнулась от негодования, — зачем?!
— Значит, нужно! — Рявкнул Зак, озверев от надоевшего вопроса. — Где Тосина?! Пусть срочно приготовит комнату!
И сердито зашагал вверх по лестнице, немного злясь на самого себя, мимоходом обидевшего добрую тетку. Она конечно, же не виновата, что переживает за него. Только ведь и он уже не мальчик. И собственных ошибок повторять вовсе не собирается, так что никому не позволит его на каждом шагу одергивать!
Он сгрузил тихо посапывающую Анюсю на диванчик и направился к комнатам родителей. Еще не дойдя до дверей маленькой гостиной, услышал мысли двух человек и привычно их проверил. Так, самые поверхностные, про родителей, на всякий случай. И открывая дверь, уже знал, они спят, хотя мать и сопротивлялась напору Рики, приготовившей для них зелье. Но когда Рика захочет, то может быть очень настойчивой, это он давно знал. Иногда это его даже бесило, но сегодня сестра все сделала правильно.
Она подняла на него глаза и слабо улыбнулась, поймав эту не скрытую эмоцию.
— Все хорошо! — ответила, упреждая вопрос о родителях, — поспят пару звонов, накормим хорошим обедом и будут здоровы. Вот магию… придется восстанавливать чуть дольше.
— Они не рассказали…
— Немного. Ма сказала, на них что-то посыпалось, она и поставила крышу. А пока держала, па поставил вокруг них ледяной купол, и открыл портал. А потом схватил мать и прыгнул в портал. На них даже ни царапины нет. Только у матери магия… насухо.
— Ясно. — Кивнул облегченно Зак, и вспомнил про Анюсю. — Там, в холле, еще одна валяется. Тоже насухо.
— Кто?! — подхватываясь бежать, охнула Рика.
— Моя ученица. — Со вздохом признался Зак. — но ты не спеши. Я ее подлечил, она спит. Вот как проснется… ну, сама знаешь.
— Тосина! Слышала? — Окрикнула Рика мешавшую зелье служанку. — Иди, устрой все как следует. А вы-то там как?!
Едва заметно дрогнувший голос сестры невольно выдал хорошо скрытую тревогу.
Ведь спрашивая — а вы, она, ясное дело, имела в виду не его, Зака, что про него спрашивать, если стоит тут живой и здоровый, а своего принца. И в который раз Зак позавидовал другу, выхватившему у любви счастливый билет.
— Нормально, — отмахнулся нарочито легко, — там сейчас магов из портала столько набежало, вмиг этих векридцев угомонят. Воюет Тан, конечно с размахом, но источник достает, даже со мной поделился.
Сказал и покаялся. Рика то не дурочка иномирская, сразу суть уловила. Глаза распахнулись, ресницы дрогнули.
— А куда твой запас ушел? — подозрительно спросила. — Ну? И без всяких этих твоих штучек!
— Рика! — обнял сестру за плечи Зак, — Когда на мать лавина пошла, отец к ней прыгнул. А мы впереди всех ехали, я, Тан, Анюся и Гистон со слугой. Остальных лавиной отрезало. Они без дороги остались. А впереди бой идет, люди кричат. Нужно туда магов провести, значит, необходимо врагов разогнать, чтоб место очистить. Вот мы и повоевали. А как стало посвободнее, Гистон в портал ушел. Ну и вскоре привел остальных. А я к вам пошел. Вот и все. Ну что ты так смотришь?!
— Это как нужно было воевать, чтоб ты без магии остался и ученица насухо? И Танио срочно источник потребовался?! — Хмыкнула недоверчиво.
— Я ж тебе сказал, с размахом! Он как состряпал смерч, над головой загудело, даже я за камушек присел! А смерч все и всех вокруг подмел и в речку сбросил. Было очень весело! — Умело увел Рику от расспросов Зак. — Ну, все, мне пора, родителям привет передавай, как проснутся!
Он махнул сестре рукой и мимо окна шагнул в угол, открыть на свободном местечке портал. По привычке мимоходом глянул в окно, пробежал по двору хозяйским глазом. И застыл, как от замораживающего удара. Сердце кольнуло неожиданно резкой болью. Уж очень похожа была фигурка девушки, любезничающей с парнишкой из прислуги, на… Да нет, показалось! Никак не может ее тут быть! И почти прошел дальше, как сообразил, так ведь не должно тут быть вообще никаких девушек! Мать больше двух лет назад всех убрала! Самая молодая из служанок, Тосина, была кормилицей Рики и почти ровесницей матери!
Пристальней взглянул в окно, попробовал проникнуть в мысли болтающей парочки. Мысли незнакомки не читались, укрепляя Зака в возникшем подозрении. Мыслей Наты он тоже не смог прочесть после того, как ее утащил в замок алхимика дикий маг Гасан. Видимо, это он в каких-то своих целях поставил на девушку сильную защиту. Действующую до сих пор. Зато жеребячьи надежды парнишки выявил без труда и презрительно хмыкнул. Все они такие… иномирянки!
Скрипнул зубами и, не оглядываясь, шагнул в портал.
И не успел увидеть ни звонкой затрещины, полученной слишком назойливым ухажером, ни открытого в изумленном озарении рта сестры.
А она-то, глупая, все думала, с чего это мать так носится с иномирянкой? Хабер, доставивший родителей домой, тоже сердито ворчал на упрямую магичку. Сама почти сознание теряет от слабости, но требует, чтоб Тала непременно с ними шла, вроде, больше некому за ней ухаживать!
И Рика была с ним в этот раз полностью согласна. В доме почти десяток слуг, еще и за Суржей мага сгоняли. Неужто без иномирянки не обошлись бы! Конечно, у Талы есть способности к лечению. Сам Хабер признал. Ну так и у нее, Рики, тоже! Пусть всего пятый уровень, учить на лекарей таких не берут. Зато она сколько лет травы изучала, и зелья теперь варит ничуть не хуже Тана.
В тот момент Рика даже слегка обиделась на Каруну за недоверие.
Но только теперь, когда разгадала материнскую уловку, поняла что обижалась зря. И сразу всем сердцем одобрила материнские планы, тайно вступая с магиней в необъявленный союз.
Тотчас позвонила слугам и послала прибежавшего мальчишку за Натой.
Глава 14
Зак вышел из портала, когда короткий осенний день уже угасал.
Махнул солдатам, развернувшим под горой лагерь, и попросил лошадь.
Его собственной лошади, оставленной на сохранение Ишиму, здесь уже давно не было, как и самого проводника.
Мечники, дорожившие своими конями, лошадь магу конечно дали, а попробуй не дать! Но в приложение к ней выделили сопровождающего, молоденького парнишку на резвом жеребце. Который должен был лошадь привести обратно. Парнишка явно спешил побыстрее вернуться в лагерь, поэтому всю дорогу подгонял и так быстрого коня. А Зак и не против, он и сам спешил.
В город их пустили без вопросов, видимо уже понемногу начали разбираться в тордизанской форме. Отдав лошадь нетерпеливому парню, Зак пешком отправился по указанным сторожами адресам.
Прежде чем идти с докладом к обосновавшемуся во дворце градоначальника Хаберу, маг собирался разыскать Танио.
Он чувствовал себя немного виноватым за то, что задержался так надолго. Всему виной был Хабер, заставивший Зака, бывшего в курсе всех материнских дел, налаживать порядок в крепости. Конечно, можно было передать с кем-нибудь весточку, но комендантские дела захлестнули мутным потоком.
Нужно ли принцам по прежнему выходить на дежурства, если ворота все равно открыты, а по ущелью, как по главной улице столицы, свободно гуляют солдаты и маги?!
Следует ли и дальше кормить всех, кто вваливается в крепостную столовую, если повара уже падают с ног, а в кладовой кончаются припасы?!
Пустят ли принцев повоевать, или они тут сидели как дураки для отвода глаз?
Почему на войну взяли только Талу и Анюсю, когда другие принцессы тоже хотят ухаживать за ранеными?
Если ворота открыты для всех, то почему не выпускают погулять принцесс?!
Почему солдатам не разрешают временно занять пустующие башни?!
И еще сотня подобных вопросов.
Когда Зака осадила толпа просителей, одновременно выкрикивающих свои претензии, он понял, что его мать — необыкновенный человек. Она бы разобралась со всеми этими проблемами за несколько подзвонков. У него ушло времени во много раз больше.
Город выделил магам под ночлег два соседних дома, принадлежащих богатым торговцам. Сбежавшим несколько дней назад вместе с семьями в Турейл, маленький рыбачий городок на побережье. Там они надеялись купить или нанять рыбацкую шхуну, и на ней добраться до Аганы. А в домах оставили только несколько слуг, охранять имущество. На случай, если случится чудо, и можно будет вернуться. Ну а если нет… слуг, конечно, жаль, но они же за это деньги получают.
Танио долго искать не пришлось. Едва Зак вошел в холл первого дома, сразу услышал звуки эльфийской свирели, единственного инструмента, на котором умел сносно играть зять, и надрывное пение, выводимое явно нетрезвыми голосами. Свернув на эти звуки, Зак обнаружил в небольшой, уютной когда-то гостиной, тепленькую компанию. Болаф, размахивая кружкой, неплохим басом запевал, а прислонившийся к нему Ишим тоненько подтягивал заунывную балладу. Сидящий напротив Тан извлекал из подаренного ему эльфом инструмента жалостливую мелодию.
На столе стоял большой кувшин из-под медовухи, и деревянная тарелка с полуобглоданными костями.
— Зак! — взревел Болаф, обернувшись на скрип двери с неискоренимой чуткостью раба. — А мы здесь поминаем. Госпожу коменданта!
У Зака подкосились ноги. Как… Не может быть! А почему ему не сообщили?! Ну, Хабер! Сейчас я тебе за такое морду начищу!
— Хорошая была женщина! — со слезой в голосе продолжал северянин. — И отец тоже очень хороший! Выпей с нами! Тебе легче будет!
— Отстань от него! — Неожиданно зло рявкнул на Болафа, переставший играть Танио. — Не будет он с тобой пить! Нужно ему собственную мать с чужими людьми поминать?!
Зак пораженно всмотрелся в закипевшие смертельной обидой глаза зятя и всерьез засомневался в причине, по которой хотел чистить морду Хаберу.
— Давно вы здесь… поминаете? — осторожно поинтересовался у Ишима, как у самого трезвого.
— Да сразу как въехали в город, примерно через звон после обеда, смотрим, Танио идет с кувшином. Ну мы и пошли с ним сюда. Нехорошо оставлять человека в таком горе.
У Зака отлегло от сердца. Именно в то время он вернулся из дома в крепость. Значит, Тан решил, что родители… и конечно расстроился… бедняга! Зак и не подозревал, что Дорисия еще не объясняла принцу, что двух магистров, поднаторевших в способах обходить ловушки и опасные ситуации, не так-то просто убить! Ну, он, Зак, разумеется, тоже очень виноват! Надо было сразу поговорить с другом, поделиться надеждой! Да ведь он даже не подумал… что Танио считает их погибшими! И никто из магов не удосужился принца успокоить!
Так что же теперь ему делать с этими… поминальщиками?!
Зак хмыкнул и провел перед непонимающими лицами рукой. Упала на стол кружка, покатилась по полу свирель.
Маг поправил сползающего Тана, чтоб не упал, сунул в карман подарок эльфов и вышел из комнаты. Почти сразу нашел боязливо перешептывающихся, настороженных слуг, притаившихся на кухне, и объяснил, что от них требуется.
Пару подзвонков наблюдал, как они устраивают на принесенных тюфяках спящую компанию, потом отдал несколько монеток и пошел искать Хабера.
Пока шел по улицам, ловя на себе осторожные взгляды жителей, бросаемые на чужака то с робкой надеждой, то с тревогой, ссориться с Хабером раздумал. В конце концов, это именно он, Зак, обещал сестре присмотреть за зятем. Он и должен был догадаться, что испытывает в душе Танио. Хотя… С тех пор как он наловчился считывать чужие мысли, не было у него такой необходимости, угадывать чьи-то чувства. Вот и не понял, что друг страдает. А ведь Тан наверное, думал… что Зак из высокомерия… не захотел с ним делить свою скорбь?! Вон как сейчас горько сказал… про чужих людей! Это ж, он, глупец, думает, что Зак его до сих пор чужим считает!
Нет, все! Пора просить у Хабера амулет, он как-то предлагал, и читать чужие мысли только в крайних случаях! И только у врагов! Твердо решил Зак, входя в ярко освещенный большой особняк, немного необоснованно носящий гордое звание дворец.
— Лизандр, вставай! Кастанио, вставай! Вас Хабер зовет! — Тщетно взывал ученик мага, служивший Хаберу посыльным.
— Если не отстанешь — убью! — пробормотал любимую угрозу совершенно не свирепым голосом Танио, пытаясь засунуть голову под несуществующую подушку.
Зак приподнялся с тюфяка, который приказал положить для него в той же комнате, где спали усыпленные им собутыльники, и глянул за окно. То ли это погода такая пасмурная, то ли еще очень рано?!
— А что ему понадобилось?
— Не знаю! Но сказал — срочно!
— Хорошо. Иди. Мы сейчас будем!
— Но Хабер…
— Я сказал, иди!
Ученик возмущенно фыркнул на наглого мага, осмелившегося ослушаться приказа главы, и, гордо задрав голову, неспешно вышел из комнаты.
— Тан!
Молчание. Но Зак ведь видит, что принц уже не спит! Значит, не хочет разговаривать. А это уже неправильно! Если считаешь, что друг неправ, скажи в глаза! А если еще он и сам так считает…
— Тан! Прости меня, пожалуйста! Я очень виноват, что не объяснил тебе все вчера! Сначала некогда было, а потом… Ну, вообщем прости! А мама с папой… они живы и здоровы, только магию сожгли… подчистую.
— Что? — Танио резко сел и недоверчиво уставился в виноватое лицо Зака. — Что… ты… повтори!
— Живы они! И здоровы! Отоспятся, поедят и восстановятся полностью! Но если бы что… я бы к тебе первому… ты мне давно как родной брат… я всегда мечтал… братишку… с сестрой не поговоришь про мужское… Так ты простишь?!
Танио расширившимися глазами глядел на искаженные раскаяньем губы мага и начинал понимать, какой же он был дурак! И с чего ему придумалось, что Зак не считает его родным? Ведь всегда… и защищал и помогал! Анюсю эту… из-за него себе на шею повесил!
— Тан?!
— Да! Конечно, да! Извини Зак, что я про тебя подумал… Но как же им удалось?! Я ведь сам видел, накрыло таким слоем… Солдаты, наверное, до сих пор копают!
— Они часто тренировались. Это как игра, ма придумывает разные ловушки, а па — решения. Кто какое заклинание применит, и как спасать друг друга будут. Я все детство эти тренировки наблюдал. А с лавиной — очень просто. Пока ма крышу держала, па накрыл обоих ледяным куполом, потом портал открыл, в крепость. Вот лошадь… погибла. Не втолкнуть ее в такой тесноте в портал. Жаль. Умная была скотинка.
Несколько мгновений помолчали.
— Ну, собираемся? Нас Хабер ждет! — перешел на деловой тон маг.
— Да, — кивнул, поднимаясь принц.
Собрались быстро, а чего там собираться, когда спали одетые. Наскоро умылись, щеткой волосы пригладили, и вперед.
В портал.
Хабер, завидев входящих принцев, спешно засунул в рот последний кусок пирожка и запил взваром. Дожевывая, рукой показал на кресла, садитесь, мол.
Принцы сели и рассмотрев главу совета, понимающе переглянулись. Должно было произойти что-то ужасное, чтобы он так выглядел. Что ночь не спал, это точно, под глазами круги, лицо осунулось.
Хотя, когда Зак уходил отсюда вечером, все шло просто замечательно. Хабер был подтянут и оживлен, и прослушав краткий отчет, сразу отпустил мага отдыхать. И сам вроде собирался на покой.
— Случилось непредвиденное. — Дожевав пирожок и тяжело вздохнув, объявил Хабер. — Вчера после обеда мы отправили несколько объединенных отрядов магов и солдат, проложить пути.
Зак кивнул. Обычная практика. Объединенный отряд добирается до пункта назначения, солдаты встают лагерем. Маги берут привязку и открывают портал назад. А уже тогда могут открыть большой портал, в который пройдут все нужные войска. И так до тех пор, пока путь не проложен. Потом маги могут по этим привязкам в любой момент прийти туда, куда нужно.
— Первый отряд шел к столице Ландии, осажденной пару дней назад векридскими войсками. Ну, вы карту видели, считалось, что она почти неприступна. Мы надеялись перебросить туда утром с десяток магов, и выбить захватчиков. После этого линия фронта выравнивалась, на болота и в Вампирию им лезть вроде было незачем… да. Хороший был план. — Хабер снова тяжко вздохнул. — Но на отряд напали. Недалеко от столицы. Хуже всего, у врагов были маги. По меньшей мере двое. Сильно пострадала одна магичка первого уровня и послабее два мага второго. Но еще хуже то, что один из диких магов применил неизвестное нам заклинание. Наши лекари магиню едва спасли. Вчетвером корпели.
— Откуда они там?! — качнул недоверчиво головой Зак.
— Есть куча предположений… а точнее… сам понимаешь, никто не знает! Но и это не самое плохое! Наши все-таки пробились к воротам. С ними был Доливер, их сразу впустили. Оказалось, в столице свое горе. Векридским шпионам удалось проникнуть во дворец. Подкупили они прислугу или опоили… сейчас разбираются. Только исчезли оба принца. Мальчикам десять и восемь лет. Королева не приходит в себя. Король в бешенстве. Едва не казнил всех слуг без разбора. Советники на коленях просили, чтоб одумался! Мы надеялись, что Векридцы запросят выкуп, или контрибуцию! На худший случай сдать столицу! Но звон назад принесли письмо. Его немедленно передали мне. Такое впечатление, что его писал сумасшедший! Его сейчас изучают. Письмо. Но требования… для начала всех ландцев объявили вампирскими… — Хабер запнулся и заглянул в бумажку, — прихвостнями. Зак, тебе это слово известно?
— Конечно. Иномирянки так называют тех, кто присоединился к более сильному из-за денег, или других интересов. Ты думаешь?!
— Ничего пока не думаю! Голова трещит! Какое отношение имеют ландцы к вампирам?! Еще в приказной форме предложено выдать им всех известных нам вампиров, а также не препятствовать уничтожению этой… — Хабер снова глянул в шпаргалку — нежити! Если мы все это выполним, принцев вернут! Срок десять дней!
— Что вы предприняли? — весь подобрался Зак.
— Вызвали всех магов очарования, эмпатов, советников, специалистов в дипломатии.
— Ясно! Когда нам отправляться? — решительно вставая с кресла, деловито спросил маг.
— Насчет вас особый план, на случай провала основного. Вы сейчас идёте домой, в поместье, и захватите Гистона. Поступаете под его руководство. И никому не слова!
— Понятно. Где Гистон?
— Ищет своего слугу и одного бывшего раба, северянина. Возможно, они вам пригодятся.
— Я знаю, где они! — кивнул Зак, открывая портал.
— Откуда?! — устало удивился Глава.
— Они ночевали с нами, — подтолкнув к порталу Танио, не успевшего сказать ни слова, Зак шагнул следом.
Глава 15
— Что они там так долго обсуждают?! — поинтересовалась Анюся, лениво подтягивая к себе кусок пирога, и задумалась, а влезет он в нее или нет?
— Я не интересуюсь, — пожала плечами Рика, примеряя к крошечному чепчику кусок кружев. — Когда решат, Танио расскажет!
— Всё — всё?! — Усомнилась Анюся.
— Конечно, нет! — С достоинством ответила хозяйка, втягивая в иголку нить. — Про опасности ни за что не скажет! Не захочет меня волновать!
Анюся смотрела на нее, открыв рот от изумления. За один сегодняшний день она узнала столько нового про личную жизнь Танио и Зака, сколько не удалось за все два года!
— Но ты же… спросишь?! — уставилась на новую подругу с надеждой.
— Зачем?! — Теперь уже изумленно глядела Рика.
— Чтобы знать! — уверенно выдала Анюся.
— Я и так знаю. — Пожала плечами хозяйка.
— Чё, магия? — засветились восторгом глазенки гостьи.
— Нет. Не магия.
— А ты говорила…
— Я говорила, что чувствую эмоции. Например, человек говорит, что у него хорошее настроение. А я чувствую, как ему тоскливо. Не знаю отчего, но что тоскливо, чувствую отчетливо.
— А тогда… как же ты знаешь?!
— Я же в магической семье выросла! И точно знаю, совсем безопасных заданий не бывает! Зачем же мне нужно, чтобы муж объяснял возможные опасности своей работы?! Я начну переживать, пропадет молоко, пострадает наша доченька! Мне легче, когда я надеюсь на лучшее! И Тану так проще, никто не портит нервы перед заданием, и он там за нас спокоен! А когда человек уходит на задание со спокойной душой, у него больше шансов с этим заданием справится! И вернуться живым. Разве я неправа?!
— Слушай! — С восхищением объявила Анюся, — какая ты мудрая! Я бы до такого никогда не додумалась!
— Это потому, что ты даже не пробовала думать! — не выдержала Ната.
— Ты хочешь сказать, что я дура?! — немедля полезла в бочку Анюся.
— Она просто хочет сказать, что ты не пыталась устроить свою жизнь так, чтобы было хорошо и тебе и любимому человеку! — миролюбиво объяснила Рика. — Потому ты и сама страдала, и… тот, кто был рядом!
— Главное любовь! А думать, это вовсе не причем!
— Как не причем? Если хочешь иметь счастливую семью, думать нужно обязательно! — твердо заявила Тала.
— Но ведь… когда любовь… никто не думает! — выпалила Анюся свой главный аргумент.
— И что? Долго они счастливы? Те, кто не думает?! — усмехнулась девушка.
— Зато красиво! — Не сдавалась Анюся. — И романтично! Особенно, если цветы, шампанское, яхта!
— Как в Голливуде! Сначала брюлики и вилла у моря! — ехидно хмыкнула Тала. — А потом мордобой и скандал на весь мир. Или из-за денег на суде на потеху зрителям грязью друг друга поливают, или детей воруют! Красота! Только мы сейчас не про это! А про то, как, полюбив, суметь все не испортить!
— А ты умеешь?! — ехидно прищурилась Анюся.
— Я — нет. Потому и учусь у Рики, может, когда-нибудь пригодится. — С неожиданной горечью вздохнула Ната.
Обязательно пригодится! — пообещала про себя Рика, но вслух ничего не сказала.
— Мне не пригодится. Я некрасивая! — вдруг с неожиданной горечью выдала Анюся и отвернулась.
— Ну и что?! — поймав ее эмоции, сочувственно ахнула Рика. — Ты же теперь ученица мага!
— Да какая я ученица! Чёт не то сделала, Зак так прям и рявкнул, Анна! Ты чё такое сделала?! — расстроенно передразнила Анюся. — Вот сижу, жду, когда он меня выгонять начнет!
— Похоже! — еле сдерживая смех, признала Рика. — он и мне раньше так говорил! Латрика, это что такое?!
Она все же не выдержала и рассмеялась. Улыбнулась и Тала. Анюся тоже было хихикнула, да не то у нее было настроение.
— Никуда он тебя не выгонит! — решила порадовать девушку Рика. — Раз взял в ученицы, значит, выучит. Только тебе теперь придется его во всем слушать. По закону он тебе теперь и судья и командир. Имеет право наказывать. А ты ему — вроде воспитанницы.
— Нифигасе! — ошеломленно вытаращилась Анюся. — Вот эт я подписалась! Хуже мужа!
— Конечно, хуже. Кстати, романические отношения между учителем и учеником настрого запрещены магическим кодексом. Потому что мешают обучению. Учителя положено слушать и уважать! Да тебе все это в академии объяснят, Зак говорил, как поправишься, переедешь туда. А Талу, наверное, мать возьмет в ученицы. У нее способности к магии лечения и защиты.
— Рика, ты эт чё… эт правда, да?! — разволновалась Анюся. — Он чё, меня точняк не выгонит?!
— Ну, я же тебе сказала! Я все законы знаю, у меня мать в совете, а теперь еще и Танио! — авторитетно заявила Рика.
А про себя поразилась неподдельному беспокойству иномирянки.
Ну и Зак, сумел же так запугать девчонку! Хотя… возможно с ней только так и нужно.
— Тогда мне на самом деле, красота может и не понадобиться… — вслух задумчиво рассудила Анюся. — Если парень чё вякнет, я как шарахну!
Рика от таких рассуждений чуть со стула не свалилась.
— Забудь и думать! Шарахну! — сердито передразнила она Анюсю. — За «шарахну» тебе так влетит, до старости не очухаешься! Я вовсе не то имела в виду! Когда станешь магиней, сможешь изменить свою внешность! Магам это запросто! И принцам! Думаешь, мой Танио всегда таким красивым был? Ничего подобного! Его таким Хабер сделал! Только это ужасно больно! Тан говорил! А вот я бы хотела его в прежнем виде полюбить, мне душа важнее красоты!
— Чё?! — от изумления Анюся даже пирог уронила. — Танио… был… не такой?! Рика, а ты не гонишь?!
— Она хотела сказать, не обманываешь? — машинально перевела задумавшаяся над полученной информацией Тала.
Безрадостные выводы, сделанные девушкой в последние дни, потеряли после объяснений Рики всю свою горечь. И в ее жизнь сразу вернулся цвет и смысл. И само желание жить.
— Хочешь проверить?! Спроси у него сама! — обиделась Рика.
— Оно мне надо?! — уперлась ученица. — Я тебе верю. А скажи, Зак… тоже… эту… пластику делал?!
— Не знаю, что такое пластика, но Зак такой и родился! Не видишь, он на маму похож? А носом — на папу! — обиделась за брата Рика.
— Эт точно! — Согласилась Анюся и задумалась.
Раз она может выбрать любую внешность, нужно как следует все просчитать. Чтоб потом не переделывать, раз это так больно! И чё, это у них тут такая проблема с обезболивающими, или они при магии не помогают?! Вот она дура-то, сожрала весь свой пенталгин, когда зуб заболел, целая пачка была! А потом пришел Зак, рукой провел и все прошло. Даже дырка исчезла. Жаль конечно… ну, ради такого можно и потерпеть разок! Ух, даже крыша едет от одной только мысли! Неплохо бы это дело обмыть! — Привычно подумала Анюся, и вдруг почувствовала, как зашевелились в желудке съеденные ею пироги.
— Вот же дебилка! Рика ведь предупреждала! Нельзя даже вспоминать! — вскакивая и опрометью бросаясь к двери, вслух проклинала себя ученица.
— Что это с ней? — забеспокоилась Тала.
— Перевоспитывается, — загадочно хихикнула Рика, но, поймав тревогу иномирянки, все же объяснила, — Пить она решила бросить. Ей Зак сказал, что магия выпивки не любит. А она очень хочет магичкой стать. Вот я ей и помогла. Дала свое зелье. Как только про выпивку подумает — так и… Зато быстро отучится!
— Жесткое у тебя снадобье! — поежилась Ната. — Хорошо, что я не пью. А откуда ты знаешь… что Каруна хочет меня учить?
— Она говорила, — слегка слукавила Рика.
На самом деле, это она сама матери, едва та проснулась, идею подбросила. И очень удачно. Магине понравилось. Ей с этой войной даже подумать некогда было, а то и сама бы догадалась, как Талу при себе удержать. Тем более, раз даже Зак ученицу взял, то ей просто положено.
Глава 16
— Нет, нет и НЕТ! — Сорвавшись с кресла, Зак кругами бегал по гостиной Каруны, где они совещались уже третий звон.
— Зря ты споришь, — устало покачал головой Гистон. — Это лучшая кандидатка, какую можно за такое время найти! Наша магичка одна не справится! Ну а если уговорим твою ученицу, можно и ее взять! Пойми, у них способности пока крошечные, скрыть легче!
— Еще и Анюсю?! — остолбенел от возмущения Зак. — Тогда можешь меня сразу тут повесить, все равно мы с ними далеко не дойдем!
— Ну, сколько можно говорить? Ведь уже столько раз обсуждали! Путешествующие по воюющей стране без особой надобности мужики самой тупой охране покажутся слишком подозрительной компанией! Задержат, начнут проверять! А вот как охранники красивых девушек… это совсем другое дело!
— Да мы тогда даже вчетвером не отобьемся от воздыхателей! Тем более без магии!
— Отобьетесь. Возможно, к вам добавится еще один. Но пока не обещаю. Объясняйте, что вас нанял известный аганский делец! И отправил со своим зятем на гастроли. Труппа у вас известная, весной в Агане произвела фурор! А теперь хозяин ради выручки добавил артисток. Никто никакого подвоха не найдет!
— Соглашайся Зак, — попросил, утомленный непонятным упорством друга, Танио. — Времени мало, ничего другого подготовить все равно не успеем! Зря только время тратим! Сейчас пообедаем и в путь! До ночи сколько пройти успеем! Сам знаешь, там на лошадях…
— Лошадей приведет Ишим другим путем! — продолжил уговоры Гистон. — Он уже этим занимается! А нам еще время на подготовку девушек и на амулеты нужно! Успеете не только поесть, но и отдохнуть. И даже потренироваться немного!
— А эта магичка ваша, хоть что-нибудь умеет? — нашел к чему придраться Зак.
— Магия защиты, немного очарование, немного иллюзия. Как раз то, что нужно. Выбирали из двух десятков! — нахваливал уставший от уговоров Гистон.
И с чего этот Зак так раскипятился! В прошлый раз показался ему таким хладнокровным и рассудительным, он даже подивился, какой уравновешенный сын подрос у взрывной Каруны. Да и вчера действовал отлично, спокойно, разумно. А сейчас как подменили! Видимо, устал вчера, за родителей сильно перенервничал. Вот и капризничает.
— Ладно! — Вдруг сдался Зак. — Раз вы все этого хотите, пусть будет по-вашему! Но если что, я предупреждал!
— Вот и замечательно! — откровенно обрадовался Гистон, — Кто позовет Анюсю?
— Я — поднялся Танио, давно мечтавший проведать Рику. — И Нату?
— Ее попозже! Да скажи, пусть взвара принесут, у меня во рту пересохло.
Когда Танио сказал Анюсе, что ее Зак зовет в кабинет, у девицы аж поджилки затряслись. И руки опустились, уже почти впихнувшие в рот очередной кусок пирога.
Одно дело, слушать объяснения Рики, и совсем другое, нотации Зака. А вдруг он все же передумал ее учить?! Рика сказала, что такое бывает очень редко. Но если все же случается — больше никто из магов никогда не возьмет в обучение этого ученика.
И значит у нее, Анюси, это единственный шанс!
Она подошла к двери кабинета и приостановилась на миг, собраться с духом.
— Не стой за дверью, заходи! — Тотчас окликнул строгий голос Зака.
— Иду, — Обреченно буркнула Анюся и открыла дверь.
Зак в кабинете был не один, у стола сидел худощавый старик с пронзительными черными глазами.
— Здравствуйте, — опасливо оглянувшись на Зака, пробормотала девушка.
— Здравствуй, ученица мага! — Кивнул старик. — Садись. Как ты себя чувствуешь?
— Хорошо.
— Меня зовут Гистон, и я хочу тебе кое-что объяснить.
Анюся только кивнула, боясь ляпнуть что-нибудь не то.
— Когда ты согласилась стать ученицей, ты добровольно вступила в ковен магов. Понятно?!
— Да. — Хриплым от волнения голосом выдавила Анюся.
— И с этого момента ковен тебе семья, защитник и учитель. Любой маг теперь должен тебе помогать в случае необходимости. Но и ты должна помогать ковену в меру сил. Это понятно?!
— Угу! — хмыкнула пораженная открывающимися возможностями девица.
— Так, вот, у ковена появилось для тебя задание.
— Чё?! — не поверила своим ушам Анюся.
— Задание!
— Ух, ты! Вот клёво! — восхитилась ученица.
— Хорошо. — Пояснил Зак в ответ на вопросительный взгляд Гистона.
— Я так и подумал, — Кивнул Маг и продолжил, — Ты танцевать умеешь?
— Чё?!
— Ты когда-нибудь танцевала?
— На дискотеке? — Уточнила Анюся.
— Танцевальный вечер. — Перевёл Зак.
— Да. — Кивнул Гистон.
— Еще как! — обрадовалась девица. — А че, надо?!
— НЕТ! — остановил ее Зак. — Не сейчас! Тебе позже покажут, как нужно танцевать!
— Я чё, в артистки… должна?! — засомневалась Анюся.
— Нет. Вы под видом труппы танцоров едете в другую страну. Все подробности операции знают только Зак и Танио. Командир группы Зак. Его слушать беспрекословно. Иначе…
Как будто она не понимает! Да и попробуй его не послушать, Зака этого! Угу! Себе дороже! — Фыркнула Анюся.
— Кроме тебя в труппе будут еще две танцовщицы. — Как бы не заметив ее реакции, спокойно продолжал Гистон. — Советую с ними не ссориться. А теперь — самое главное. Как ты сама понимаешь, внешность у тебя… не очень подходит для танцовщицы.
А вот по больному месту сапогами… Она не потерпит!
Взгляд иномирянки сразу стал колючим.
— Поэтому я тебе предлагаю… немного ее… подправить!
— А почему немного?! — не выдержала Анюся. — Потому, что очень больно?! Так я потерплю, не сомневайся! Я очень терпеливая!
— Откуда ты… про боль?! — удивился Гистон.
— Танио говорил. — Ругая себя за несдержанный язык, буркнула Анюся.
— Ах, Танио! — прищурился на неё с интересом маг. — Так ведь ему делали на всю жизнь! А девушки… насколько я понимаю, все время хотят чего-то нового. Поэтому мы тебя подправим на пару декад, ну а потом… тебе самой решать!
— Идет. — Согласилась Анюся, твердо уверенная, что потом решать ей не придется. Она уже решила!
— Зак, отведи ее! — попросил Гистон, довольный, что все решилось так быстро. — И где там Танио?!
— Пошли! — открывая дверь, позвал девушку Зак, и, обернувшись к Гистону, кивнул на шнурок — позвони!
— Зак, — еле поспевая за несущимся по коридору учителем, окликнула Анюся, — а чё ты на меня не ругаешься за того офицера?!
— За какого еще офицера?! — так резко развернулся занятый своими мыслями маг, что ученица не успела остановиться и врезалась ему в живот.
Зак охнул и схватил ее за плечи.
— Ну, за того, которого я… поджарила?! — поднимая взгляд на лицо мага, залепетала Анюся, даже не пытаясь вырваться из крепких рук.
— Да какое мне дело до этой скотины! — возмущение, копившееся в Заке, наконец, достигло критической точки.
И последовал взрыв.
— Я за тебя теперь отвечаю! А ты даже не поняла, что чуть не погибла! Зачем ты выпустила в него всю энергию?! Досуха! Это хорошо, что я был рядом и немного своей тебе отдал! А если бы меня не было?! — Разъяренно орал Зак, не замечая ни ошеломленного Танио, открывшего от изумленья рот, увидев эту сцену, ни напряженно застывшую за его спиной Нату.
Не сводящую с мага несчастных глаз.
Все-таки правильные она тогда сделала выводы. Когда девушка безразлична, на нее так не орут! И не треплют разъяренно, как собака чужую кошку! Так, что даже голова из стороны в сторону мотается!
— Зак! Я… больше… не буду… никогда! Честное слово! — перепугано лепетала Анюся, уже сто раз пожалевшая, что затеяла этот разговор!
И все ее любопытство проклятое! Убьет ее когда-нибудь Зак за эти расспросы! Сам однажды сказал! А у нее все только в жизни складываться начало! И магия, и задание! И красоту хотели сделать… Неужели так и не придется ей пожить красивой?!
Зак, наконец выдохся и, поймав прямо-таки кричащие Анюсины мысли, враз успокоился. И устыдился. Что с ним такое происходит, что он срывается от какого-то пустяка?! Наверное, прав Гистон, нужно хорошенько выспаться и взять себя в руки! Сейчас, когда он принял командование группой, от его рассудительности и выдержки будут зависеть жизни людей! И этих, что пойдут с ним, и тех несчастных детей, которых какая-то скотина выкрала у родителей!
— Пошли! — Строго скомандовал он и, отвернувшись от ученицы, спокойно пошел дальше.
Растрепанная Анюся безропотно топала следом, еще не до конца поверив, что буря миновала.
— Нам сюда! — открыв дверь лаборатории, подтолкнул внезапно оробевшую Анюсю маг.
Светлая большая комната сильно изменилась с того времени, как Танио стал учеником. Попрятались по шкафам ступки, реторты и весы. Меньше баночек с ингредиентами осталось на полках. Освободились и засияли чистотой огромные столы. За которыми склонились трое магов, творящих что-то неведомое с лежащими перед ними обычными предметами. Поясами, застежками, заколками для волос.
Двоих из них девушка знала очень хорошо, госпожу комендантшу и здоровенного мага с веселыми глазами. Родителей Зака. Третьего, невысокого плотненького мужичка неопределенного возраста с седоватыми волосами, плотно стянутыми на затылке в хвост, и усталым лицом, видела впервые.
— Вот вам Анюся. — Объявил Зак и развернулся, чтобы уйти.
— Подожди, — остановил его Хабер, — проверь пока вот это! А ты иди сюда! Садись в кресло!
Это уже к Анюсе.
— А… нельзя сначала посмотреть?! — решилась ученица.
— Куда? — не понял Хабер, внимательно изучая невзрачное личико.
— Ну… на этот… на макет? — вспомнила девица умное слово.
— На что? — Беспомощно уставился на Зака Глава.
И как он их только понимает?!
— Она имеет в виду, — оторвался от апробации защитных заклинаний Зак, — что ты должен вначале нарисовать то, что собираешься с ней сделать!
— Но я же не художник! — возмутился маг. — Да и зачем тратить время на рисунки, его и так мало!
— А вдруг у тебя получиться еще хуже, чем было! — Заупрямилась девица.
Хабер изумленно на нее уставился. Да что она о себе воображает?! Хуже чем было… чем уже есть, сделать практически невозможно! Ну, если конечно, не слепить откровенного урода.
— Кстати, — небрежно бросил, не отрываясь от своего дела Зак, — именно этот маг переделал Танио.
Анюся вздохнула и опустилась на кресло. Хабер небрежно помахал перед ее носом лоскутком с усыпляющим зельем.
— Хуже чем было! — возмущенно ворчал магистр, начиная поливать бессильно опустившуюся на спинку кресла головку девицы магическим эликсиром. — И как только с тобой Зак справляется?!
Глава 17
— Анюся! Вернись на место! — укоризненно смотрела на прилипшую к зеркалу девицу Ната.
— Щас. — коротко отозвалась та, продолжая рассматривать свое изображение, почти вплотную притиснув носик к зеркалу.
Нет, когда немного привыкнешь… вроде ничего.
А вот сразу… пусть этот юморист еще спасибо скажет, что у нее магия пока не полностью восстановилась, как сказал Зак. Прошлый раз молния получилась намного мощнее! Это же додуматься, такое из нее сделать!
— Так нужно для задания! — Кричал ей мужичок из под переливающегося розоватыми разводами колпака, который возник над ним, едва Анюся запулила первую молнию. — В труппе должны быть разные девушки, для контраста! В этом вся изюминка!
— Старый извращенец! — рычала Анюся, пытаясь вырваться из цепких рук поймавшего ее Зака. — Тебе изюм, а я должна три недели такой ходить!
— Что такое неделя? — бессильно хлопнувшись в кресло, озадаченно спросил маг у ее учителя.
— Семь дней. Они считают свои дни такими периодами. — Осторожно отводя Анюсю подальше от зеркала, туманно объяснил Зак.
А как еще это можно объяснить?!
— Что за глупость! — Фыркнул глава. — Считать десятками намного удобнее!
— Так они и считают десятками. Все остальное. — Уточнил Зак, осторожно поглаживая ученицу по голове успокаивающими движениями рук, в которые незаметно вплел небольшое заклинание.
— Ну, чё ты мне не дал его убить?! — несчастно всхлипнула она, понемногу подчиняясь успокаивающей магии.
— Его даже я не могу убить, он очень сильный маг, — мягко пояснил Зак, отпуская Анюсю, — к тому же в ковене строжайше запрещены убийства и вообще нападения друг на друга. Если хочешь стать магом, запомни это хорошенько!
— Ладно, не буду. — Вытирая слезы, согласилась Анюся, и внезапно заинтересовалась, — А тебе… хотелось?!
— Что?
— Убить его?!
— Было пару раз. — Честно повинился Зак.
Каруна хихикнула, Хабер возмущенно фыркнул.
— И чё?!
— Во-первых, нельзя. По закону. Во-вторых, он, если по большому счету, очень неплохой человек. А в-третьих, он Глава совета магов, и мы все обязаны ему подчиняться!
— У меня тоже так пару раз было, — задумчиво созналась Анюся, — Все говорят — хороший человек, а мне его убить хочется!
— Чё ты сказал?! — встрепенулась она через мгновенье, — Чего он голова?!
— Совета магов. И не голова, а глава!
— А чё ж ты мне сразу не сказал! — расстроенно набросилась она на Зака. — Он же меня теперь турнет!
— Что такое турнет? — несчастно осведомился со своего места Хабер.
— Выгонит. — Кратко перевел Зак.
— Откуда? — удивился Хабер.
— Из магов. — Убито пояснила девушка.
— А! — Понял глава. — Нет, не выгоню!
— Почему? — задумалась Анюся. — Потому, что надо на задание ехать?
— И это тоже. — Кивнул Хабер. — Но в основном потому, что твоя реакция на изменение внешности совершенно стандартна. Все так себя ведут! Вот, например, известный тебе Танио с огромной кочергой на меня бросился.
— Ух, ты! — одобрительно хмыкнула ученица. — И чё?!
— А ничё! — передразнил ее Хабер. — Когда рассмотрел себя в зеркале — только обрадовался!
— Ну, правильно! — вновь расстроилась Анюся, — Он вон какой красавчик получился! А я…
— Ты просто пока не привыкла. — Отрезал посерьезневший Хабер. — Все, уводи ученицу, Зак! Работы еще много! И кстати, начни ее обучение с изучения наших законов! Пока она чего не натворила! Уровень-то у нее уже на подмастерье тянет!
— Анюся! — Голос Наты вернул девушку из задумчивости. — Иди уже сюда!
Ученица еще раз окинула взглядом отражающуюся в зеркале шоколадную фигурку с гривой черных слегка вьющихся волос и точеным личиком с глазами лани, и направилась к установленному посреди комнаты шесту.
— Это ж додуматься, сделать из белой девушки черномазую! — возмущенно бормотала она себе под нос. — Все негры бы со смеху сдохли! Майкл Джексон — наоборот!
— А, по-моему, очень красиво! — откликнулась, отбрасывая волосы со вспотевшего лба, рыжеволосая, зеленоглазая Дайра, одетая в шортики и короткую тунику.
— Ну, да, тебя же не сделали негрой! — немедля вспылила Анюся. — Пошли, скажем, пусть нас поменяют!
— Я такая и родилась, — растерялась Дайра, — меня не переделывали!
— А теперь переделают! — с вожделением разглядывала ученица темно-рыжие брови и рыженькие конопушки на белоснежной коже магички. — Рыжего, конечно многовато… ну да я потерплю!
— Дайра типичная представительница восточных народов, живущих в Менлисе. — Спокойно пояснила Каруна, незаметно вошедшая в комнату, превращенную в танцзал. — Ната вполне сойдет за тордизанку. А тебе дали внешность южной красавицы с Берзийских островов. Эти женщины очень редкие гостьи на нашем континенте и потому ни у кого не вызовут подозренья твои… манеры и вопросы. Твоя новая внешность — лучшая защита для тебя. И потом, это же не навсегда! Неужели тебе не захочется как-нибудь потом, в разговоре, небрежно сказать, а вот когда я была прекрасной берзийкой…
А зачем я к вам шла-то? Вспомнила! Вам пора умыться, переодеться и идти обедать!
Умеет же Каруна уговаривать, отметила про себя Ната, провожая взглядом уходящую хозяйку, не зря именно ее отправили в Кизард командовать капризными принцессами.
Анюся с новым интересом оглянулась на зеркало, надула яркие губки. — А я чё… действительно такая редкость?
— Еще бы! — облегченно заверила Дайра. — Их даже на родине никогда не видят без покрывал! Мужики просто с ума сходят от любопытства!
Похоже, принудительный обмен внешностью откладывался.
— Ну, я же ведь не буду все время в покрывале ходить?! — заволновалась Анюся.
— Конечно, нет. Только на выступлении, — успокоила Ната, — и то, лишь вначале. Для таинственности. А в обычное время ты будешь нашей рекламой. Так сказать, лицом фирмы! Не щиты же нам таскать!
— Какие щиты? — не поняла Дайра.
— Обычные, рекламные, — отмахнулась Ната, наблюдая за движеньями Анюси. — Анна, помедленнее и плавно! Это же тебе не брейк! Смотри, вот так!
— А рекламные… они из чего… делаются… из металла или из дерева?! — попыталась добиться ясности магичка, не сводя глаз со странного танца иномирянок.
— Да хоть из бетона! — Махнула шоколадной ногой Анюся, — Главное, чтоб внимание привлекали! Ната, а около шеста ты умеешь?!
— Умею, — хмуро буркнула танцовщица, — только в этом мире это очень опасно. Ноги поотрывают!
— Все равно покажи! Я, конечно, смотрела по видику, но самой не пришлось. Не, вокруг столбика от футбольных ворот мы на физре пробовали, конечно… когда училка ушла, ух, только перепачкались все.
А пацаны подсмотрели и нас заложили, нам потом дерек такой прочесон устроил… два часа мозги коптил!
Дайра с широко распахнутыми от ужаса глазами слушала эту жуткую историю, от всей души сопереживая несчастным пришелицам, с которыми в их мире творят такие чудовищные вещи!
Глава 18
— Чё это? — Выйдя из портала и памятливо отпрыгнув в сторону, разинула рот Анюся.
— Именно? — Вопросом на вопрос ответил Зак, легонько подталкивая ученицу вперед.
— Вон то! — Вытянула она палец в сторону ровной зеленой стены, высящейся перед ними.
— Великий лес! — с благоговением выдохнула Дайра.
— Он самый, — подтвердил Танио, невольно касаясь висящего на груди грубого мешочка, скрывшего от посторонних глаз приметный амулет.
Расстаться с дорогим подарком он не пожелал даже на короткое время, как не уговаривали старшие маги.
Анюся на миг задержала на нем взгляд, вновь приходя в ступор от нового вида принца. Да и Зак с Крисом производили потрясающее впечатление. Нет, лица им на этот раз не меняли, как она ожидала, когда Рика за обедом сказала что парни на транс… вообщем, на переделке.
Зато фигуры у всех стали… почти такие, как в том журнале, который девчонки приносили. Правда, Рика объясняла, что это не взаправду, а иллюзия, но Анюся на этот раз ей не поверила. Не такая уж она дурочка, чтоб не отличить иллюзию от настоящего тела. Она специально тихонько Зака по мускулистой руке похлопала, когда о чем-то спрашивала. Иллюзия точно не бывает такой… упругой… и теплой! Да и рукава рубашки, вон как натянулись, чуть не трещат!
— Не останавливайтесь, до ночи нужно еще много пройти! — Поторопил свою команду Зак, первым пропуская на вытоптанную тропинку Танио.
— Мы, чё, по лесу попремся? — заскучала Анюся.
Ходить по лесам, да еще ночью, она просто ненавидела. С тех самых пор, как они всем отрядом заблудились в лесу. Это когда ее мать летом в оздоровительный лагерь пристроила, от дома подальше.
Воспитательница им попалась с топографическим кретинизмом. Всего-то и нужно было, пройти по тропке с полкилометра, показать им муравейник-гигант и вернуться назад. Так она решила обратную дорогу для краткости спрямить. Как после оказалось, на свидание спешила. Ну и пошли они напролом. Часа через три, как темнеть начало, младшие девчонки вдруг дружно заревели. Это их пацаны довели, своими веселыми россказнями про волков и медведей. И еще про этих… снежных человеков. Ночь они пересидели, забившись под огромную ель. Было колко, холодно, темно и жутко. Зажигалки у пацанов были, конечно, да и у девчонок некоторых. Но воспиталка зажигать костер запретила настрого, боялась она пожаров.
С тех пор Анюся леса сторонилась. А уж когда два с половиной года назад пробродила одна по лесу четверо суток без еды и нормальной обуви, то и вовсе его возненавидела. Особенно, после встречи с громадным пауком, едва не сожравшим Танио.
Анюся топала следом за Заком и раздраженно кривила губы, стараясь не прислушиваться к восторженным оханьям Дайры и Криса, идущих сзади. Нет, ну чем тут восторгаться? Лес как лес, деревья и кусты, темно и прохладно. Ну, пока не совсем темно, но значительно темнее, чем в том месте, куда они вышли из портала.
А скоро вообще наступит ночь и придется идти в полной темноте. Если конечно, Зак не сделает светящий шар. Такой, как он показывал ей, когда перед уходом давал первый урок магии. Зак тогда наскоро выучил ученицу нескольким простеньким заклинаниям, так, на всякий случай. Только в том, что маг сделает светильник, Анюся сильно сомневалась. Потому что Хабер им настрого запретил магичить.
В той стране, куда они идут, магов не любят и сразу уничтожают. Хотя… хотела бы она посмотреть, чем таким они сразу уничтожат Зака с Танио. Да и она сама теперь в случае чего без боя не сдастся!
Впереди внезапно посветлело и раздался какой-то звон. Любопытная Анюся вытягивала шею и вправо и влево, но мощная фигура Зака никак не давала заглянуть вперед.
И вдруг лес расступился в стороны и ученица увидела их.
Дайра нетерпеливо подтолкнула стоявшую в ступоре Анюсю, но та этого даже не заметила. Широко распахнув изумленные глаза и приоткрыв ротик, она зачарованно смотрела на необычайно хорошеньких хрупких мальчиков, радостно обнимавших присевшего на корточки Танио.
— Это… кто?! — Анюсе, наконец, удалось выдавить волновавший ее вопрос.
— Эльфы! — с благоговением выдохнула Дайра, потерявшая всякую надежду обойти застывшую столбом иномирянку и с умильной улыбкой наблюдавшая за нежной встречей из-за ее плечика.
Из-за второго плечика смотрел вежливый Крис, не решившийся сдвинуть девушек.
А Танио уже стоял на ногах и двое малышей куда-то тащили его за руки. Еще двое так же нежно тащили Нату.
— А вы что встали?! — буркнул, оглянувшись, чем-то недовольный Зак и пошел следом.
И только теперь Анюся поняла, почему в лесу стало светлее. Когда рассмотрела маленькие светящиеся шарики, летевшие над ними.
— Зак! — Не в силах терпеть грызущее ее любопытство взвыла Анюся, — а куда они Танио повели?
— Правило третье! Пока мы не в роли лицедеев, ты должна звать меня учитель! — сердито сверкнул глазами Зак, обернувшись к ученице.
Пожалуй, когда он в таком настроении, лучше ни о чем не спрашивать, сообразила Анюся и опечалилась.
Придется терпеть, пока не остановятся, там можно будет Танио расспросить! Тут Анюся вспомнила Рику и опять ею восхитилась. Это какую ж нужно силу воли иметь, чтобы досконально не допросить мужа про все мелочи!
А вот интересно, когда он отсюда вернется, расскажет ей про эльфов или нет? Может она и не знает, что у него такие знакомства имеются?! А что они знакомы, Анюся не сомневалась, не такая уж дурочка, чтоб не понять! Вот с нею же они не стали обниматься! Да и с Дайрой тоже.
— Знает она про эльфов! — Не оборачиваясь, недовольно пробурчал Зак, сердясь на самого себя за очередной срыв. — Когда мы тут в прошлый раз были, он им одну услугу оказал… они Рике даже подарок передавали. Не показывала?
Нет. Не показывала. Рика вообще старалась особенно мужем не хвастаться, хотя… и так видно, что все у них замечательно. А вот ей, Анюсе, после того как она с Рикой поближе познакомилась, стало понятно, почему Танио ее выбрал. И дело не в том, что она такая красавица. Этому Анюся теперь не завидует. Досадно другое. Как-то постепенно девушка поняла, что никогда бы не сумела сделать принца таким счастливым. Может права Ната… когда любишь, нужно думать?!
Зак едва не спросил, про что надо думать, но спохватился, что и так снова влез в чужие мысли, несмотря на зарок. Вздохнув, достал из кошеля нужный амулет и надел себе на шею. Так будет честнее.
Шли они долго. Или это Анюсе так показалось, от монотонности их движения?! Эльфы, встретившие Танио с такой радостью, далеко не пошли, остались стоять у края тропинки и Анюся, огибая их, опять зашлась от восторга. Теперь ей больше не хотелось, чтобы эльфы этого мира стали высокими как люди. Такими, как есть, они ей понравились намного больше. Их хрупкие фигурки казались выточенными из драгоценного дерева, а волосы струились лучшим шелком. Огромные глаза глядели вслед так лучисто и нежно, что Анюся еще долго оглядывалась, пока они не скрылись за поворотом тропинки.
Зато несколько светящихся шариков сопровождали команду до тех пор, пока Анюся не наткнулась на резко остановившегося Зака.
— Пришли. — Буркнул маг, раздвигая густые ветви, и глазам уставшей Анюси предстало странное помещение.
Нет, это она вначале так подумала. Что помещение. Потом поняла, это просто дерево. Только гибкие ветки такие густые и опускаются так низко, что их концы лежат на земле. Прямо перед вошедшими стоял маленький, плетеный из прутиков столик, на нем какая-то еда. Рядом такие же маленькие скамеечки. По обе стороны от этой игрушечной столовой отгорожены тонкими плетеными циновками проходы к постелям.
Только эльфов не было, ни одного! Анюся успокоилась только тогда, когда ей объяснили, что обычно эльфы рано ложатся спать, зато рано и встают.
— Дайра, вы налево! — скомандовал Зак, ставя магичку этим распоряжением старшей над девичьей половиной команды.
Налево оказались четыре низеньких плетеных лежанки, накрытых пышными белоснежными тюфяками. Поверх лежали такие же одеяла. За лежанками циновкой отгорожено место для умывания.
Девушки уже ушли ужинать, а Анюся, забыв про усталость, восторженно рассматривала эльфийское жилище, ахая над каждым предметом, от грубых циновок на полу до светящегося мха в плошке, подвешенной на ветку.
— Анна! Морской закон! — устав ждать, окликнула ее Ната странной для остальных фразой.
— Чё сразу, морской закон! — обиженно заныла ученица, немедленно выныривая из-под циновки.
Но, заметив, что Крис тоже замешкался и она еще не последняя, ловко шлепнулась на скамеечку.
В этот момент из правой спальни появился умытый Крис и сел на свое место, поправляя ворот свежей рубашки.
— Крис! — ликующе улыбаясь, Анюся уставилась на него черными миндалевидными глазищами и махнула длинными ресницами, — Морской закон!
Парень непонимающе вскинул глаза на шоколадное личико, пару мгновений его сосредоточенно разглядывал и неожиданно начал густо краснеть.
Дайра и Ната удивленно переглянулись и вдруг захихикали. Сначала тихонько, потом все громче. Они давились смехом, пытались запить его соком, зажимали руками рты, все впустую.
Анюся, не обращая на них внимания, заинтересованно совала шоколадный носик во все мисочки и горшочки, расставленные по столу.
— Лицо фирмы! — вскакивая из-за столика, простонала Дайра и метнулась на свою половину, чтобы упасть на лежанку и хохотать до изнеможения.
— Из бетона! — едва не рыдала от смеха, ввалившаяся следом Ната.
— А я предупреждал! — желчно фыркнул Зак, яростно кусая принесенный с собой мясной пирог.
— Чё?! — перестав жевать, озадаченно оглянулась вслед сбежавшим напарницам Анюся и вопросительно уставилась на несчастного Криса, пытающегося что-то съесть, низко опустив пылающее лицо.
— Это… чё… это я?!
Крис вскочил и, раздвинув руками ветви, бросился прочь из-под дерева.
— А чё он сбежал?! Морской же закон! — забеспокоилась Анюся, вовсе не собиравшаяся убирать со стола за этого странного мага.
— Иди спать! — сквозь зубы рыкнул Зак, и она, испуганно махнув крыльями ресниц, резво ретировалась за занавеску, прихватив с собой мисочку с засахаренными орешками.
— Ну, вернусь… я этому Хаберу… за его изюм! — порыкивал Зак, расправляясь с очередным пирогом, как со злейшим врагом.
Танио, увлеченно размышлявший за едой о встрече с эльфами, пропустил начало истории и потому ничего из происшедшего не понял. Но спрашивать разъяренного Зака не захотел, и, решив отложить разговор на утро, пошел спать.
— Ну, и где его теперь искать? — продолжал злиться Зак, оставшись за столом один. — Ох! Великие боги! А ведь это только первый день!
Глава 19
Анюся приснились хрустальные колокольчики, летавшие вокруг ее головы и вызванивающие странные слова. Розовый! Дзинь! Фиолетовый! Дзинь! Золотистый! Дзинь! Оранжевый! Дзинь! Дзинь!
Звон не прекращался, и Анюся поняла, что уже не спит. Сладко потянулась под пушистым одеялом и открыла глаза.
— Проснулась! — звякнул колокольчик.
— Черненькая! — подтвердил второй.
Анюся повернула голову и вытаращила глаза. На свободной лежанке стайкой, как птички, расселись давешние мальчики и рассматривали ее во все глаза.
— Оранжевая! — с осуждением глядя на нее, заявил третий.
— Немного сиреневая, — неуверенно вздохнул первый.
— Кто оранжевый? — Оглядываясь на торчащие из-под одеяла рыжие локоны Дайры, спросила Анюся.
— Ты! — Обвиняюще заявил светловолосый эльф.
— А ты не путаешь?! — усомнилась Анюся, поглядев для проверки на свои руки. — Я черная! Но в душе — белая!
— В душе ты больная, — печально покачал головой эльф с деревянной заколкой на густых волосах. — А вокруг — оранжевая!
— Почему? — не поняла девушка.
— Ты маг?
— Нет. Я только ученица!
— Любишь огонь? — подозрительно уставился эльф.
— Ну да! Я буду маг огня!
— Тебе сюда нельзя! — сердито заключил эльф.
— Почему?! — вытаращила Анюся черные глазищи.
— Ты сделаешь костер!
— Почему обязательно я?! Вон Зак уже магистр огня! — обиделась ученица.
— Он обещал! Не делать!
— Так и я могу пообещать! — Чуть не плакала девушка.
Да что же это такое?! Как только ей кто-то по настоящему понравится, так сразу начинает ее обвинять во всех грехах! И объяснять, какая она глупая и недостойная!
— Пообещать можешь. — Грустно сказал первый эльф.
— Потом забудешь. — Сердито махнул волосами второй.
— Господа эльфы! — садясь на постели, вежливо позвала Ната, уже давно слушавшая этот разговор.
— Розовая! — бросились к ней оживившиеся эльфы.
— Птица! — прозвенел первый, мечтательно подняв глаза вверх.
— Красиво! — подтвердил второй.
— Я хотела попросить… — вежливо, но твердо перебила Наташа.
— Проси! — счастливо заулыбались эльфы. — Тебе сделаем!
У Анюси от такой дискриминации даже слезы в прекрасных глазах закипели. Как ее, так выгоняют, а как Наташе — проси чего желаешь!
— Я за нее, — показала Ната на ученицу, с головой укрывшуюся одеялом. — Ей нужно поверить! И помочь! Она не злая! Просто… немножко упрямая! Она… как глупый ежонок, его из воды достают, а он уколоть норовит!
Зак, уже с подзвонок слушавший эльфов из столовой, скривился, как от зубной боли. Интересно, с чего это иномирянка сегодня добренькой решила прикинуться!
— Надо спросить — неуверенно начал эльф с заколкой.
— Королеву! — подтвердил другой.
— Вы, пожалуйста, сходите и спросите, а мы пока переоденемся, — вежливо выставила эльфов Наташа, и позвала магичку — Дайра! Вставать пора! Анюся! И тебя касается!
— Я злая! — не поднимая одеяло, буркнула ученица.
— Это не страшно! — Хмыкнула Ната, заправляя постель. — Хуже будет если будить тебя придет злой Зак.
Зак, уже почти открывший рот, чтобы рявкнуть из столовой на упрямую ученицу, даже задохнулся от возмущения. Она его еще и злым обзывать осмеливается?!
— А чё это ты меня глупым ежиком обругала? — откинув одеяло, решила выяснить отношения Анюся.
— Это не ругань! — Спокойно пояснила Ната, заплетая волосы.
За те полгода, что она провела в Кизарде, ее прическа из короткой стрижки типа горшок, какую носило в Тордизании большинство мужчин, превратилась в густые локоны ниже плеч. Однако Хаберу они показались коротковаты для той роли, что предстояло сыграть девушке в Векридии, и он уговорил Нату удлинить волосы. Правда, вначале он предлагал еще и сделать их белокурыми, но от этого иномирянка отказалась с такой яростью, что настаивать маг просто не решился.
— А что ж тогда?! — воинственно насупилась Анюся.
Уж ругань-то она за километр опознает!
— Психологический прием для лучшего убеждения! — Сделав умное лицо, важно объяснила Ната и, хихикнув, протянула Анюсе руку — Вставай!
— Встаю! — Согласилась моментально оттаявшая девица и, ухватившись за предложенную руку, вылетела из постели. — А хорошо тут, правда?! Еще лето, цветочки! А у нас в Кизарде… уже снег один раз шел.
— У них в Кизарде! — Усмехнулась Ната. — Не забывай, ты туда больше не вернешься! Ну, все готовы? — Идем завтракать, а то я уже полчаса слышу, как там кто-то усиленно уничтожает продукты.
Зак от такого заявления едва не подавился очередным куском огромного сочного фрукта, принесенного эльфами на завтрак. Да что она себе позволяет! Нет! Придется быть с ними построже! Иначе мы и до границы не дойдем!
Циновка поднялась и девушки весело ворвались в столовую.
— Это не кто-то! — разочарованно протянула Анюся. — Это…
Ната предупреждающе ткнула ее в бок.
… господин учитель! — Сегодня ученица была на редкость сообразительна!
— Доброе утро! — вежливо прощебетали девицы и заняли свои места.
— Доброе утро. — Процедил Зак, вовсе так не считавший.
— Привет, — хмуро буркнул заспанный Танио, с размаху плюхаясь на затрещавшую скамеечку.
Взмахнул руками, пытаясь удержаться, и как-то странно беззвучно захлопал ртом. Скамеечка все же выдержала, но принц предусмотрительно пересел на другую. От греха подальше.
— Ну и мебель здесь! — подтаскивая к себе еду, наконец-то выговорил он.
— Зато заклинание хорошее! — немедля отозвался Зак.
— Угу, — согласился принц, оглядел насторожившихся девушек повеселевшими глазами и заметил отсутствие одного члена команды.
— А Крис, что, спит?
— Уже поел и пошел гулять. Доедайте побыстрее, пора выходить! — Сухо буркнул Зак и отправился собирать вещи.
— А что вчера такое с Крисом было? — вспомнив вечер, поинтересовался у девушек Танио. — Он, что, на кого-то обиделся?!
Все трое так дружно замотали головой и сделали такие невинные глаза, что Танио сразу понял, кто обидел вежливого и спокойного мага воды и превращения. Единственной слабостью которого была любовь к танцам. За что Хабер и выбрал его на это задание.
Спустя несколько подзвонков команда уже дружно шагала по тропинке вглубь леса, наслаждаясь свежим воздухом, запахом поздних роз и птичьим пеньем. Анюся беспрестанно вертела головой и если замечала в глубине ветвей плетеную лесенку или мостик, приходила в такой восторг, что Заку приходилось ее осаживать.
Однако до намеченного для обеденного привала места дошли вовремя. На небольшой полянке уже были накрыты столики и суетились не только эльфы но и эльфийки.
Зак сразу заметил стоящий на пригорке высокий стул и еле заметно поморщился. Королева эльфов была, конечно, замечательной особой, но совершенно не умела ценить время. Да и незачем ей это было, при ее то образе жизни.
Королева появилась, едва они сели обедать, и приветствовала их коротким заявлением, что очень рада видеть представителя племени и его друзей.
— Кто такой представитель племени?! — Немедля задала вопрос Анюся, с восхищением прослушавшая звонкую речь королевы.
— Я, — Просто признался сидевший рядом Танио. — У меня с ними магия одна, вот они и выбрали.
— Воздуха?! — Изумилась Анюся.
Помнится, Зак вроде говорил про что-то другое.
— Нет, очарования. — И посмотрев в ставшие почти круглыми черные глаза, объяснил, — у меня способность к трем видам магии, очарования, воздуха и лечения. Сейчас я учусь воздуху, когда вернемся, Хабер обещал повысить меня до мастера!
— А… почему у меня… только одна способность?! — Немедленно расстроилась ученица, вспомнив, что даже у Наты их оказалось две.
Вот уж если не везет, то во всем!
— Да кто тебе сказал?! — удивился Танио. — Я сам слышал, как Хабер говорил, что у тебя есть сиреневая полоска! Правда, пока тонкая, но нужно же развивать!
— Что такое сиреневая полоска?! — с замиранием сердца прошептала Анюся.
— Иллюзия. — Спокойно заявила Дайра.
— А ты откуда знаешь?
— У меня у самой треть ауры сиреневая! — фыркнула магичка. — Как же мне не знать! Мы же парадные мантии по цвету ауры шьем!
— Через ползвона выходим. Кто не успеет поесть, пусть пеняет на себя. — Не глядя на разговаривающих соратников, холодно объявил Зак.
Что-то он уж слишком крут! Подивился Танио, принимаясь за еду. Мы же все-таки маги, а не солдаты! Да в нашем государстве и солдат без толку не дергают! Когда человек воюет по убеждению, а не по приказу, от него пользы неизмеримо больше!
Королева, что-то обсуждавшая все это время с несколькими старшими эльфами, подняла руку, требуя внимания.
— Тебя зовут! — прозвенело у Анюси за спиной и маленькая ручка требовательно подергала девушку за плечо.
— А?! Куда?! — не поняла ученица.
— К королеве! — шепнул Танио.
— Чё?!
— Да побыстрее! — принц уже выталкивал ее из-за стола.
Анюся поднялась и недоверчиво оглянулась. Все на полянке смотрели на нее. От волнения во рту у девушки все пересохло, ноги слегка дрожали. Сама королева эльфов хочет с ней поговорить!
Не глядя под ноги, девушка осторожно приблизилась к высокому стульчику.
— Садись! — указала королева на маленькую скамеечку, и Анюся покорно села.
Седые эльфы, стоявшие возле королевы, смотрели на нее и молчали. Королева тоже внимательно оглядела девушку и обернулась к старейшинам.
— Дать? — Прозвенел вопрос.
— Дать. — Помедлив, ответил один.
— Не обидит?! — С сомнением протянул второй.
— Не злая, — неуверенно определил третий.
Еще немного подумал и сказал: — дать.
— Не добрая. — Сказал второй.
— Научится. — Постановил четвертый. — Дать.
Королева кивнула, и тотчас из-за кустов принесли ящичек.
— Птица попросила. — Сказала королева, ласково глянув в сторону Наты, — Мы поможем. Это тебе. Не понравится — не бери.
Молодой эльф протянул Анюсе ящичек.
— Это чё?! Это мне?! — недоверчиво взглянула девушка на королеву, пытаясь угадать, не шутят ли над ней.
Но по серьезным лицам очаровательного народца поняла, не шутят! Мигом вскочила со скамеечки и с замирающим сердцем приняла в руки неожиданно легкий подарок.
— Спасибо… — начала было благодарить, но настойчивое подергивание за рукав остановило.
— Посмотри! — с ожиданием взирали на нее прелестные хозяева.
Анюся осторожно открыла крышечку и счастливо охнула. Из ящичка на нее смотрели грустные глаза маленького зверька.
— Какой хорошенький! — Бесстрашно сунула Анюся руку в ящик и погладила малыша.
— Спасибо! — подняла на королеву светящиеся счастьем глаза, — мне очень нравится!
Да и не мог он ей не понравится! Даже если был бы не такой хорошенький! Только за то, что он ее личный, собственный зверек, его стоило любить!
У Анюси никогда в жизни не было своего зверька. Нет, конечно, и она, как все дети, принесла как-то домой беспризорного котенка. Анюся очень хорошо его помнит, черненького с белым воротничком. Что это за гадость?! Спросила мать. Нам только блох и глистов не хватает! Взяла котенка салфеткой и понесла. Анюся вначале надеялась, искупает, у подружки кота купали. Но мать подошла к окну, открыла створку и выбросила котенка на улицу. Не хнычь, ничего с ним не случится! Всего третий этаж! Кошки и с десятого падают, и не убиваются! Иди лучше руки хорошенько вымой! С мылом!
Больше Анюся таких опытов не устраивала.
Она осторожно прошла на свое место, поставила ящичек перед собой и вдруг тревожно оглянулась не королеву.
— А что он ест?
— Все. — Неожиданно светло улыбнулась эльфийка.
Анюся выбрала самый красивый ломтик сочной груши и протянула зверьку.
Он сел на задние лапки и, взяв еду передними, очень похожими на ручки, лапками, начал с аппетитом есть. У девушки от умиления даже слезы выступили.
А я ей все брошки покупал, — с неожиданной досадой вспомнил Зак, следя за растроганным шоколадным личиком.
А нужно было всего-то, щенка! Или котенка!
Глава 20
Стояла глубокая ночь, когда команда, наконец, дошла до места ночевки.
Чем ближе подходили они к западной границе леса, тем ниже и реже становились деревья. И реже встречались эльфийские посты. Этот был последним. Через лигу закончатся и кусты, начнутся земли Тумастана. Холмистая, безлесная степь, лишь весной покрытая густой цветущей растительностью. К середине лета всю ее выедают многочисленные стада, пригоняемые сюда кочевниками, а остатки выжигает безжалостное солнце. Дальше на запад до самого океана лишь бесплодная дикая пустыня.
В этот раз стол для них был накрыт на крошечной полянке среди густых кустов.
— Утром выходим на дорогу. Это нужно сделать затемно, чтоб никто не увидел, откуда мы вышли. — Объявил Зак за ужином. — Поэтому подниму очень рано.
Ответом ему было дружное молчание, нарушаемое лишь хрустом орехов да стуком ложек. Поужинав, все молча разбрелась по спальням.
Эльфы приготовили для команды два шалаша, спрятанных в кустах по обе стороны полянки. Парни по традиции устроились в правом. Танио, рухнув в мягкий тюфяк, почти заснул, когда, не проронивший за день ни слова Крис, вдруг тихонько спросил, — Зак… а что такое… морской закон?!
— Глупая игра иномирян, — зевнув, пробормотал Зак, — Кто последний придет к столу, тому и убирать. Нужно только сказать опоздавшему, морской закон.
Но спустя несколько мгновений вдруг заинтересовался, — А ты что подумал?!
— Вы… смеяться будете. — Вздыхая, несчастно прошептал маг.
— Нет.
— У меня дядя… моряк. Он рассказывал… когда на корабль попадает женщина… по морскому правилу… она сама выбирает… ну… дружка. — Крис снова тяжело вздохнул.
Зак представил себе, что испытал вчера маг, получив при всех такое смелое, как он считал, предложение… и едва не хихикнул. Вовремя спохватился.
— А что ж ты молчал?! — неожиданно подал голос Танио. — надо было спросить, что она имеет в виду.
— Я растерялся. Не поверил. Потом, девушки засмеялись, понял, это шутка. Она такая… необыкновенная… разве она меня выберет?! — еще горше вздохнул Крис и завернулся в одеяло.
Танио только изумленно присвистнул. А их капризная Анюся, похоже, поднимается в цене! Надо же, как много значит для людей яркая оболочка!
— Ну, Хабер! Похоже, мне дорого обойдется твоя тяга к изюму! — Сердито шипел Зак, устраиваясь поудобнее.
Проснулась Ната внезапно, как выброшенная из теплого омута сна на холодный берег. Что-то такое произошло, явно скверное, что помешало ей понежиться несколько лишних минут. Прислушалась и резко села, откинув одеяло. Рядом кто-то горько плакал. Ната потянула за шнурок, поднимая вверх колпачок со светящейся склянки, наполненной особым мхом, и обернулась на плач. Над раскрытым ящичком со зверьком, которого Анюся назвала очень оригинально, Пушком, сидела его хозяйка и безутешно рыдала.
— Анюся! — Бросилась к ней Ната, — что случилось?!
— Пушок… у-у-у… заболел! У-у-у!
Ната заглянула в ящичек. Зверек лежал на боку на пушистой подстилке, не шевелясь и ни на что не реагируя. Его большие глаза были полузакрыты, крошечный ротик приоткрыт. Похоже, он действительно заболел.
— Анюся! Подожди, не плачь! Может, он так спит?!
— Не-ет! Он вчера немножко днем спал, по-другому! У-у-у!
— А может, съел… что-то не то?!
— Она сказала — Все!
— А что она еще сказала?! — на всякий случай спросила Ната, хотя и сама помнила, ничего больше не говорили.
— Что у вас случилось?! — зевая, приплелась Дайра, завернутая в пушистое одеяло.
— Анюсин Пушок заболел. Ты не знаешь, что это за зверек? Как они живут, чем питаются, когда спят?! — попыталась выяснить Наташа.
— Нет, не знаю. У нас такие не живут! — Но судя по глазам… скорее всего, он ночной!
— Что такое ночной? — На миг перестала рыдать Анюся.
— Вы в школе разве не учили? — Удивилась Ната.
— У нас учителка в декрет ушла. А заменяла русичка. Она нам весь год про Маугли читала. — Горестно выдала Анюся и снова зарыдала.
— А может у эльфов спросить? — Предложила Дайра. — Они-то должны знать, как с ним обращаться!
Ната немедленно натянула штаны и курточку и вылетела на полянку.
Эльфы сидели за столом и спокойно завтракали.
— Птица! — обрадовались они, завидев Нату. — Идем кушать!
— Помогите, пожалуйста! — бросилась к ним девушка. — У Анюси Пушок заболел!
Эльфы погрустнели.
— Не добрая. — Вздохнул один.
— Не любит. — Кивнул другой.
— Себя любит! — осуждающе поджал губы третий.
— Не думает! — поддержал его первый.
— Вы это про что?! — растерялась Наташа. — Она его очень любит! Весь вечер только о нем и говорила!
— Не о нем! — покачал головой первый.
— О себе! — сердито подтвердил второй.
— Неужели нельзя ничем помочь?! — расстроилась Ната.
— Нет. — Еще печальнее вздохнул третий.
— Почему?! Может ему дать лекарство, или другую еду?! — Девушка умоляюще смотрела на эльфов.
— Ютона — проверка. — Попытался объяснить эльф.
— Не живет в ящике! — подхватил второй.
— Любишь — отпусти! — кивнул третий.
— Но почему… вы ей не объяснили?! — чувствуя, как на глазах закипают злые слезы, выдавила Ната.
— Добрые спрашивают! — Категорично отрезал эльф.
— Надо учиться! — поддержал его второй.
— Но пока она научится, зверек умрет! — в отчаянии взмахнула руками девушка.
— Да. — Печально кивнули эльфы.
— Неужели действительно нельзя помочь?! — Танио вопросительно посмотрел на друга.
Маг, стоя рядом с ним в кустах, мрачно наблюдал за этой сценой.
— Не знаю, — нехотя буркнул Зак.
Он действительно ничего не знал про этих зверей, да и знать не хотел. Пойти сейчас к Анюсе, и посмотреть, что с ее игрушкой, было бы самым правильным, с точки зрения любого мага. Все же она его ученица, и он должен ей помогать.
Но с другой стороны, это будет выглядеть как одолжение Наташе, а для нее Зак ничего не хотел делать. Кроме того, что обязан по заданию. Она была опасностью, он понял это сразу, едва увидел ее в первый раз, и чем добрее и душевнее были ее поступки, тем опаснее становилась она сама.
Заку всегда нравилось заранее просчитывать все жизненные обстоятельства и делать выбор по своему усмотрению. Он всегда старался во всех ситуациях оставаться хозяином положения. И всегда контролировал свои чувства.
И вдруг в один миг все его привычки и правила затрещали по всем швам. Стоило ему увидеть на сцене эту гибкую танцовщицу — иномирянку. А когда маг внезапно понял, что стоит ей махнуть и он немедля полезет на стол, как самый дикий южанин, то даже растерялся. Но лишь на короткий миг. Сразу же разозлился и взял свои эмоции под контроль. А вернувшись с задания и по привычке проанализировав все свои действия шаг за шагом, твердо решил на всякий случай держаться от иномирянки подальше. Не нужны ему лишние проблемы. Потому-то так и сопротивлялся решению Хабера включить Нату в группу.
— Зак! — Танио укоризненно смотрел другу в глаза.
— Пойдем. — Не выдержав этого взгляда, безнадежно вздохнул маг и шагнул на полянку.
Зять шагнул следом.
— Танио! — Кинулась к принцу мимо Зака иномирянка, — Помоги!
Зак дернулся как от удара. Оглянулся, никто не заметил? Хвала богам, никто. Все на Нату смотрят, как она рыдает в плечо принца. Ну, и почему это так его задело?! Ведь он сам не хотел, чтоб Ната к нему обращалась! Значит должен чувствовать гордость за правильно выбранную тактику. А вместо этого…
— Что-нибудь можно сделать?! — Бережно поддерживая девушку, шагнул к эльфам Тан.
— Нет! — грустно смотрит первый, — Поздно!
— Пойдем! — Зак решительно шагнул в шатер к девушкам.
Танио, посадив Нату к столу, поспешил за ним.
Анюся, обессилевшая от слез, лежала на одеяле и только тоненько поскуливала, прижав к себе обмякшее тельце.
— Дай его мне! — потребовал маг, забирая зверька.
Положил малыша на постель, накрыл руками, опустил веки, прислушался. Крошечное сердечко билось еле-еле, через долгие промежутки.
— Что с ним, Зак? — осторожно спросил, опускаясь рядом, Танио.
— Нет жизненной энергии. — Вздохнул маг, и снял с руки простенький перстень, служивший ему в этот раз амулетом, скрывающим ауру.
Если не снять, сгорит за подзвонок. Танио понимающе хмыкнул и расстегнул на волосах заколку.
Положил руки на плечо другу, кивнул, начали! Зак, закрыв глаза, начал понемногу прокачивать энергию через умирающего зверька. Расправил листочки легких, толкнул сердечко. Погнал по опавшим сосудам кровь. Добавил тепла в мышцы. Тратил энергию не жалея, чувствуя мощный поток, идущий от Тана. И остановился лишь тогда, когда зверек зашевелился, становясь вновь теплым и упругим.
— Зак! — От счастья Анюся не могла говорить, лишь тянула к животному руки.
Маг вздохнул, глядя, как она нежно прижимает к себе зверюшку, и одел кольцо.
— Идем, — Поднимаясь, подал ученице руку, — поговорим с эльфами.
Анюся попыталась подтянуть к себе ящичек, но Танио настойчиво его придержал.
— Не нужно его в ящик.
Девушка вскинула на него удивленные черные миндалины в мокрых стрелках ресниц, но спорить не стала.
На полянке Зак остановился перед эльфами, и дождавшись, пока к нему присоединятся остальные, спросил:
— Скажите, уважаемые, как называется этот зверек?!
— Ютона.
— Где живут такие зверьки?!
— На дереве.
— Их можно держать в ящике?
— Нет.
Зак оглянулся на Анюсю и развел руками.
— Продолжим. Если ютону унести из леса, она будет жить?
— Нет. — Несчастно признался эльф.
Анюся ахнула.
— Королева дала девушке ютону, чтобы унести из леса?
— Нет.
— Значит, для проверки?
— Да. — Совсем смутился эльф.
— В чем заключалась проверка?
— Спросить.
— Прежде чем взять зверька, Анюся должна была спросить, будет ли он жить в неволе?
— Да! — подтвердил эльф.
По лицу девушки потоком потекли слезы.
— А если она его сразу полюбила?
— Любишь — отпусти! — Качнул головой эльф.
— А если не может отпустить?
— Любит себя! — сердито отрезал эльф, махнул рукой друзьям и они исчезли в кустах.
— Вот так. — Развел руки Зак в ответ на просящий взгляд Анюси. — Сейчас мы его вылечили, но это ненадолго! А пользоваться магией за пределами леса нам нельзя. Нам, конечно, и здесь было нельзя, но выплеск энергии в великом лесу можно свалить на загадочных эльфов. Я все сказал. Дальше решай сама.
Анюся умоляюще поглядела поочередно на всех спутников. Потом села прямо на вытоптанную тропинку и горько заплакала.
— Анюся! — опустилась рядом с ней Наташа и прижала девушку к себе. — Не плачь! Пушок ведь живой!
— Они злые! — прорыдала ученица.
— Нет, — вступился за эльфов Танио. — Они не злые. Они мудрые. Они тебе дали урок любви и доброты. Сейчас тебе обидно, но позже ты поймешь.
— Отстань от меня! — ожесточенно крикнула девица и зарыдала еще громче.
Зак с досадой махнул рукой и отправился собирать вещи. Аппетит был испорчен окончательно.
Когда через четверть звона, наспех перекусив и собрав вещи, команда собралась на полянке, Анюси там не было.
— Где? — спросил Танио, и все поняли, про кого он.
— Там, — хмуро махнула рукой в сторону леса Наташа.
— Может, сходить? — шагнул на тропку Крис, но Зак, специально снявший амулет, чтобы проследить за ученицей, придержал мага за руку.
— Сейчас придет.
Анюся появилась на тропе через подзвонок. Шла, опустив голову, шагая тяжело, как после болезни. Танио даже показалось, что девушка ничего вокруг не замечает. Однако когда Анюся направилась к шалашу за вещами и Ната тихо сообщила, что уже все взяла, она подняла на миг припухшие глаза, в которых плескалась тоска, и согласно кивнула.
Танио вопросительно глянул на Зака и получив утвердительный кивок, первым шагнул на тропинку.
Шли в тягостном молчании, и только, встретив патруль, немного оживились. Зак скомандовал передышку. Все столпились возле малышей, высказать прекрасному народу благодарность за гостеприимство. И лишь Анюся, словно не заметив так очаровавших ее эльфов, не поднимая глаз, размеренным шагом прошла мимо.
Глава 21
Присутствие в степи кучки людей и лошадей Зак почувствовал еще из леса, и, остановив команду, вышел вперед. Осторожно раздвинул колючие ветки, вгляделся в расположившихся вокруг подернутых сизым пеплом останков костра. Узнал в сидящей на земле огромной беловолосой фигуре Болафа и рядом с ним Гистона на неизменном стуле и, обернувшись, махнул Тану. Принц понимающе кивнул и поднял команду.
Пока они выбирались из кустов, Зак успел поздороваться с магом, похлопать по плечу еще немного смущающегося после поминок Болафа, и заметить завернутого в плащ человека, мирно спящего на расстеленной попоне.
— Кто это? — спросил Гистона взглядом, но тот лишь хитро усмехнулся.
— Увидишь!
Зак только пожал плечами, не хочешь говорить — не надо. Сам узнаю. И скользнул сознанием в сонные мысли незнакомца. Однако наткнулся на преграду. Мощную такую преграду и что интересно, очень знакомую. Точно такая стоит у Наты и еще у…
— Камил!
— Ната! — уже обнимает иномирянку Тумастанский принц.
Вот только его мне до полного счастья и не хватало! В бессильной ярости скрипнул зубами маг, старательно растягивая губы в приветливой улыбке.
— Танио! — Отпустив девушку, Камил принялся хлопать несостоявшегося рабовладельца по плечам.
— Что здесь делает наследный принц Тумастана? — Когда все наконец наобнимались и уселись перекусить перед дорогой, спросил Зак, уведя Гистона подальше. Погулять без свидетелей.
— Ну, что делает, ты и сам понимаешь. Будет изображать четвертого танцора. И кстати подучит вас, у него опыт в организации этих дел немалый. А насчет принца… У шейха, пока еще правящего Тумастаном, таких сыновей еще пятнадцать человек, от шести законных жен. И несчитано от наложниц. Мы делаем все возможное, чтобы помочь взойти на престол именно Камилу, но это не так то просто. Все жены, кроме матери известного тебе Гасана, у которой больше нет сыновей, а только дочери, плетут интриги и заговоры. В ход идут даже запрещенные методы. Недавно один из претендентов едва не умер от яда. Но с недавних пор во дворце живет под чужой личиной наш маг, он спас этого принца и теперь на трех претендентов стало меньше. Его мать в благодарность отказалась от борьбы за престол для него и еще двоих сыновей в пользу Камила. После того покушения мы поселили во дворце, вместо Камила, человека с его внешностью. И хорошей защитой. Он уединился в дальних покоях, чтобы в тишине изучить написанные древними мудрецами труды о богах, а Камил пока свободен.
— А если его узнают?
— Кто?
— Мало ли, каких только случайностей не бывает, тебе ли не знать!
— На этот случай ему дали амулет. Он его снял, чтобы поздороваться с вами.
— Ну, раз так… А что там в Ландии новенького?!
— Наши маги ведут переговоры. Но противник оказался хитрее, чем можно было предположить по первому письму. Переговоры ведутся только письменно. Наши письма писец векридцев переписывает в домике лесника, куда их может приносить только специально выбранный ими человек. Он держит письмо, а писец, в присутствии наблюдающего офицера и кучи солдат переписывает текст, не дотрагиваясь до послания руками. Потом отдает гонцу, тот относит копию в следующий дом, уже на их стороне, и все повторяется. Пока письмо не дойдет до советника королевы, его перепишут девять раз. А королеве советник пересказывает его по памяти. Мы пробовали вешать сторожку, она потерялась после шестой копии.
— Но что им нужно, уже выяснилось?
— Очень приблизительно. Но маги просчитали варианты и думают, что Векридия желает получить в собственность Вампирию и прилегающие к ней территории. Чтобы посадить там герцогом своего человека. Возможно, последнего фаворита королевы. Но это не окончательное мнение. А с нас они требуют подписания договора о невмешательстве, иначе детям…
— Где они содержатся, установили?!
— Где-то в королевском дворце. Мы через аганских купцов подкупили несколько солдат из охраны, но узнать точнее не смогли. Ты же знаешь историю.
Да, историю Зак знал. Дворец, доставшийся в наследство первому правителю Векридии, был до этого времени главной резиденцией короля Векриландии. Он строился на скале, лет за триста до раздела страны, как неприступная крепость. И имел несколько разветвленных тайных ходов и уйму ловушек. В течении последующих веков дворец перестраивался множество раз, и каждый раз добавлялись башни, тайные комнаты и подземелья.
Поэтому, выяснить, где содержатся дети, без надежного информатора было практически невозможно.
— Что еще нового?
— Король Ландии подписал договор с Ковеном. Если нам удастся спасти его детей, там будет придворный маг и его помощники в крупных городах. Пока же только отменен закон об уничтожении детей со способностями. Наши маги вылечили его от застарелой подагры, и он, от радости, подписал указ. Ну и еще разное, по мелочи. Кстати, а что такое с твоей ученицей? Она даже не поздоровалась. Да и выглядит… как-то болезненно.
— Вот и я о том. Может, тебе ее забрать?
— А что случилось? — Гистон пытливо уставился на Зака.
Зак тяжело вздохнул и начал рассказывать. Когда он договорил, маг молчал несколько подзвонков и наконец решил.
— Забирать я ее не буду. Здесь, рядом с вами, она быстрее придет в себя. А вы ей особенно в душу пока не лезьте. Пусть успокоится. Но и без присмотра не оставляйте. А я постараюсь что-нибудь придумать. Ну, пока все. Тебе и Тану привет от родителей и Рики. Кстати, мать просила тебя присматривать за ее ученицей. Она в суете совсем забыла.
— За кем?! — Свирепо глянул Зак. — За какой еще ученицей?!
— За Талой. Она ее взяла в ученицы, ты не знал?!
Да если бы он знал, разве взялся за это задание? Да он бы вообще костьми лег, но не позволил матери взять эту танцорку в ученицы! И никогда бы не согласился идти с ней на задание! И вообще, заберите ее отсюда, не пойдет он с ней дальше! Рычал от возмущения Зак.
— Понятно. — Задумчиво рассматривая взбешенного мага, усмехнулся Гистон. — А я и гадаю, с чего это Каруна такой забывчивой стала. Вроде, никогда не страдала! Но ты успокойся, не горячись, возвращаться никому из вас нельзя, поздно. Те купцы, что солдат подкупали, уже рассказывают в столице настоящие легенды про вашу труппу.
— Ну, спасибо за поддержку. — Ядовито буркнул Зак.
— Вещи все в повозке, там и потайные ящики, на крайний случай, если не удаться открыть портал. Если сможешь открыть, уходи в Ландию, у тебя есть там надежная привязка?
— В ту комнату, где мы ночевали. А еще возле ущелья, где ты строил портал.
— Идите к ущелью. Там сейчас никого. Портал открыли в городе и в столице. В крайнем случае сюда, тут ближе, меньше энергии потребуется. Или возьми привязку недалеко от границы. Только через великий лес не проводи путь, выкинет неизвестно куда. Все, счастливого возвращенья!
Гистон открыл рядом с собой портал и через несколько мгновений растаял в нем.
Легко тебе говорить, успокойся! — хмыкнул Зак, глядя ему вслед. Привез иномирянке двоих воздыхателей и исчез! Да еще и мать хороший камушек подложила! Одно дело, иномирянка, на нее и рявкнуть можно, совсем другое — чужая ученица! Тем более, родной матери! Он много раз наблюдал, как Каруна вертит людьми в своих целях. Но до сих пор магу не доводилось вот так попадаться самому. Не очень то это приятно, знать, что тобой манипулируют! Она, конечно, отлично понимала, что Зак взбунтуется, потому и притворилась забывчивой! Но эта, Тала-Ната, она то знала, что уже ученица! И ничего ему не сказала!
А как бы она тебе сказала, если ты ее упорно не замечаешь? Возразила совесть.
Зак тяжело вздохнул, и поплелся к своей увеличившейся команде.
Парни уже впрягли лошадей в крытую повозку, с виду точную копию тех, в которых кочуют Тумастанские скотоводы. Только материл, которым обтянут легкий каркас, был поновее и получше качеством. Да внутри встроены обитые Тумастанскими одеялами удобные широкие ящики, на которых уже устроились девушки. На передке, отгороженном от нутра повозки занавесью из тех же теплых одеял уже устраивался Болаф, бывший, согласно легенде, их нанимателем. Точнее, зятем нанимателя.
Танио тоже уже сидел на коне, держа в поводу животное для Зака. Только Камил еще был не в седле, проверяя упряжь у лошадей. Да Крис, бродивший без видимой цели в засохших сорняках.
Пожалуй, пора им рассказать немного о цели задания, для поднятия боевого духа, решил Зак. Эльфов, внезапно вылезающих из любого куста, здесь нет, да и вообще никого из посторонних. А позже такой возможности объясниться без свидетелей, может не представиться.
— Крис, — окликнул он, подходя к повозке и открывая полог. — Иди сюда! И ты, Болаф.
— Я хочу вам сказать, — негромко заявил он, когда все подтянулись поближе, — зачем мы едем в страну, где нам вовсе не рады. Я имею в виду магов и учениц.
Произнося эти слова Зак в упор посмотрел на Талу, но она даже не пошевельнулась. Зак обвел всех остальных таким же внимательным взглядом и продолжил.
— Все вы знаете, что ковен и Тордизания помогают Ландии выгнать из страны Векридских захватчиков. Так вот, когда наши маги уже были готовы нанести решающий удар, враги ухитрились украсть у короля Ландии двух малолетних сыновей.
Все замерли.
— Мальчиков прячут в королевском дворце. У нас осталось восемь дней, считая нынешний, до конца ультиматума. Но поскольку ультиматум писал не совсем… нормальный человек, лучше поторопиться. До столицы три дня езды, и мы должны дать за это время пару концертов. Чтобы вызвать интерес. Нас должны пригласить во дворец, король считает себя покровителем артистов. Во дворце, пока вы работаете, я буду искать детей. Потом их нужно освободить и увести в портал. Но точный план составить невозможно, будем все решать на месте. Есть несколько неприятных моментов. Нельзя пользоваться магией, там у всех охранников амулеты. Пока мы не магичим, на нас действует защита, едва начнем… все бросятся на нас. И самое плохое, у них есть свои маги, но они хорошо скрываются. В Ландии от их заклятий сильно пострадало трое магов. Одну магиню пришлось вытягивать вчетвером. Заклятье оказалось незнакомым. Поэтому предупреждаю, будьте очень осторожны! И постарайтесь, прежде чем действовать, дождаться моей команды! Все понятно?! В путь.
Зак подошел к своему коню и легко вскочил на него. И уже сверху заметил, как Крис быстро сунул Анюсе маленький букетик чахлых осенних цветочков.
Ну, Хабер! — Уже привычно хмыкнул маг и стегнул коня.
Глава 22
— Зак! — Догоняя мага, позвал Камил, когда вдали показались стены пограничного городка.
— Что?
— Девушкам нужно бы переодеться. Не ездят танцовщицы в сапогах и куртках. Да и нам не помешает по-другому выглядеть.
— Ната знает, что делать?
— Да.
— Ну, так скажи ей.
— Хорошо! — Камил развернул коня и поскакал к повозке.
А Зак несколько мгновений хмуро смотрел вдаль, против воли вспоминая, как с крыши навеса скользнула в эти смуглые руки и на несколько мгновений доверчиво замерла гибкая фигурка.
Потом резко отвернулся и, стиснув зубы, огрел коня плеткой, разворачивая следом за тумастанцем.
— Кто такие?! — Наставив на всадников арбалеты, из бойниц подозрительно выглядывали стражники.
— Ясуф дой Рульчи Болаф! — с достоинством ответил на векридском северянин. — С труппой знаменитых Аганских танцоров!
— Какой ты Ясуф! — презрительно скривился толстый стражник. — Ты врожденный северянин! И говоришь по нашему чисто! Наверное, ландийский шпион!
— Я родился в Векридии! — спокойно пробасил Болаф, — но в юности попал в Агану и там женился! И взял имя тестя, Ясуф дой Рульчи Келима! А сейчас по его поручению вожу по столицам труппу танцоров. Лучших в мире! В Тумастане мои козочки танцевали для великого шейха!
— И этот старый развратник их отпустил? — недоверчиво хмыкнул охранник. — Сдается мне, ты нас за дураков принимаешь!
— А как бы он нас задержал, если мой тесть поставляет ему самые лучшие вина Аганы! — Высокомерно бросил Болаф. — Что старый шейх без ума от красавиц, знают все, но что и дня не может прожить без бокала хорошего вина, догадываются тоже многие!
— Ладно, а документ у тебя есть? — желчно поинтересовался стражник, вовсе не желавший зазря слезать со стены, — а то сказать можно все, что захочется!
— Конечно! — Фыркнул Болаф, — Разумеется, есть, а куда сейчас без документа! И печати на нем есть и Аганские и Тумастанские! Мы ведь прямиком из Сайтары!
Он неспешно расстегнул узорную аганскую куртку, отстегнул от пояса медный футлярчик и открутил крышечку. Из футлярчика показался кончик шелкового рулончика, и стражник, тяжело вздыхая, поплелся к лестнице.
Придется проверять, никуда не денешься! Ведь вчера только скандал был! Продержали они полдня под воротами какого-то хлюпика, а он оказался племянником главы торговой гильдии! Тот со злости начальнику и пожаловался! Не мог с ними по-хорошему решить! Хоть и нет у них таких доходов как у него, но люди они вовсе не бедные! Да и когда плохо жилось тем, кто кормится с ворот?! Или с дороги!
Стражник открыл окошко, взял шелковый лоскут и, усердно шевеля губами, начал разбирать написанное.
— Болаф! — Капризно сказал по агански звонкий голосок, — Ну, когда мы, наконец, поедем? Я уже устала тут сидеть!
Стражник поднял глаза на повозку и остолбенел.
Раздвинув за спиной возницы занавес, из повозки выглядывала самая удивительная женщина из всех, что он видел! А уж повидал он их немало, можете поверить! Даже саму Катрессу видел! Ничего особенного, надо сказать! Королева, разумеется, а не эта красотка! О-о-о! Кожа того прекрасного цвета, который приобретает лишь хорошо прокопченный окорок. Или дорогое тумастанское лакомство, шоколад! Глаза как у горной козы, удлиненные и влажные! А губки красны как лепестки мака! И кофточка такая же алая, а по ней широкой волной черные шелковые локоны!
— Ну! — Сказала девушка, и повела плечиком, — Долго нас еще здесь мучить будут?! Вечером выступать, а мы даже отдохнуть не успеваем!
— А где вы выступаете? — отдавая недочитанный документ, засуетился стражник, махая напарнику, чтоб помог побыстрее открыть ворота.
— Или в доме главы торговой гильдии, или в доме градоправителя! Мои артисты не какая-нибудь дешевая труппа, в трактирах не танцуют! — с достоинством бросил Болаф, дергая вожжи.
Четверо всадников в тумастанских вышитых куртках и с белоснежными повязками на головах, молча проследовали за повозкой.
Когда повозка проезжала мимо стражника, дохнуло на него южным терпким ароматом и послышался смех нескольких женщин. Да это ж не он будет, если не сумеет проникнуть на представление этих красавиц!
— А ты сомневалась! — Зажимая платком рот, чтобы не захохотать на всю улицу, еле выговорила Дайра. — Видела, как он рот открыл?!
— И чё я раньше не знала, что это так весело! — задумчиво пробормотала немного ожившая Анюся.
— Подожди, будет веселье, когда мы от поклонников драпать будем! — Саркастически хмыкнула Ната.
— А ты драпала? — С интересом уставилась на нее землячка.
— А как ты думаешь? Каждый раз!
— И как?!
— Что, как?!
— Как драпать нужно?
— Смотря, какое помещение. Если разрешат в потолке люк сделать, и из него шест опустить, то по сигналу слуги на шесте в люк втаскивают. Правда, нужно, чтоб там кто-то из охранников был, слуги тоже люди. В смысле — слабости у всех одинаковы.
— А если люка нет?
— Тогда сцену ставят в углу, а рядом занавеска, вроде фона. И чтобы обязательно за ней дверь.
— А если не успеешь?
— Жить захочешь, обязательно успеешь. Они ведь как звери становятся! Я однажды через трех мужиков Гасану в руки прыгнула. Ну, надеюсь, мы здесь будем поскромнее танцы показывать, да и не в тавернах, а в приличных домах. Но если б не дети, я бы ни за что не согласилась.
— А ты что, знала?! — охнула Анюся.
Ната виновато кивнула.
— И не сказала!
— Я слово дала. Извини.
— Да ладно. Раз слово… а кому? — вдруг прищурилась ученица.
— Каруне. — коротко ответила Ната.
— Ага! Значит, она все же взяла тебя в ученицы! — Торжествующе объявила Анюся. — Скажешь, нет?!
— Не скажу. Взяла. — Кивнула Наташа.
— Я так и знала! Ура! Теперь мы вместе учиться поедем! — обрадовалась Анна.
— Только не нужно об этом кричать, не забывай, где мы! — Прижала палец к губам Ната, не подозревая, что по крайней мере один человек слышал весь этот разговор до последнего слова.
Зак ехал рядом с повозкой и ощущал все растущее желание сесть и спокойно разобраться в происходящем. Слишком много за последние дни случается событий, им не предусмотренных. Люди ведут себя не так, как он предполагал, ему самому приходится делать не то, на что рассчитывал. И чего хотел.
И это ему совсем не нравится. Быть лодкой, плывущей по течению, вовсе не для него. Он привык сам решать, как поступать, и не намерен от этой привычки отказываться. Вот только свободное время выпадет, он сразу сядет и проанализирует свои действия. Проверено не раз, стоит найти и исправить ошибку, как все начинает происходить именно так, как нужно ему.
Правда, с Анюсей это не сработало. Не получилось из них дружной пары, ну, так, наверное, оттого, что он не особенно и хотел. Ему, и когда она в ученицах, проблем хватает, а уж в подружках… хорошо, что все закончилось!
— Зак, — тихонько окликнул Камил, догоняя мага, — Посмотри, кто там?!
Зак повернул голову в указанном направлении и похолодел. Из широкого переулка наперерез повозке ехали не меньше трех десятков солдат, под предводительством двух офицеров.
— Болаф, — мысленно позвал он, — не поворачивай голову и не останавливайся. Это будет выглядеть подозрительно. Ответы я подскажу!
Он уже подсказывал ему, там у ворот! И прошло просто замечательно! Болаф понимал его с полуслова. Еще и от себя кое-что добавлял.
Повозка катила прямо на выехавшего вперед офицера, и тому пришлось пришпорить коня, чтоб избежать столкновения.
— Это еще кто такие? — недовольно рявкнул он, разворачиваясь. — А ну, стоять!
— Извините господин, — вежливо склонил перед ним голову Болаф, — Мы очень спешим! У нас представление в доме градоправителя!
— Мы вчера были в гостях у градоправителя, и он ничего не говорил! — прищурился офицер.
— Может, не хотел портить сюрприз? — почтительно предположил Болаф. — Мы могли не успеть к сегодняшнему вечеру, сами знаете, Тумастанские дороги не так безопасны как ваши!
— Возможно. — Бдительно хмыкнул вояка. — Но… на всякий случай, мои солдаты проводят вас! Эй Мак! Возьми троих… нет, шестерых парней и проводите этих артистов в дом градоправителя. Да проследи… чтоб все в порядке!
Семеро дюжих всадников, увешанных оружием, немедленно окружили команду со всех сторон. Болаф только презрительно пожал могучими плечами и хлопнул кнутом. Повозка споро покатила по мощеной камнем улице.
Зак ехал между повозкой и солдатами и пытался просчитать возможную выгоду от этой встречи. С одной стороны, вроде даже неплохо, солдаты, не обнажившие оружия, со стороны больше похожи на почетный конвой, а не на охрану. Но если удастся сейчас убедить градоправителя, что их выступление просто великая честь для него, значит, офицеры обязательно явятся вечером на представление. И уж точно не вдвоем. А это большая опасность.
Градоправитель и высшие чиновники, окружающие его, волей или неволей, но должны на выступлении вести себя прилично. Нет, они конечно, вовсе не святые, и в определенных местах, хорошо укрытых от глаз простых горожан, ведут себя более чем шаловливо. Но на публичных мероприятиях стараются выглядеть лицемерно скромными, впрочем, так же, как всякий правитель, претендующий на уважение народа.
Однако солдатам, да еще в военное время, не нужно заботиться о своей репутации. Да и кому придет в голову обвинить завтрашнего героя в невинном развлечении?! Правильно. Никому.
Ехавший впереди солдат остановился у крепких ворот и позвонил в колокольчик. Немедленно открылось окошко в маленьком домике, стоящем справа у ворот и густой бас спросил, кого привели к ним боги.
— Знаменитая труппа танцоров господина Ясуф дой Рульчи Келима! — Таким же басом рявкнул Болаф.
— Проезжайте!
Заскрипел механизм, наматывающий веревки, ворота дернулись и медленно разошлись.
— Заезжай! — мысленно скомандовал Зак и Болаф подстегнул лошадей.
Команда молча въехала в ворота.
— Солдаты с вами? — окликнул привратник.
— Нет!
Ворота закрылись перед носом вояк. Похоже, привратник не особый патриот родной армии, хмыкнул Зак, направляя лошадь к крыльцу огромного дома, стоящего на лужайке среди отцветающих клумб.
Стоящий на каменных ступенях широкого крыльца румяный толстяк потрясенно вытаращил глаза, разглядев подъехавшую к дому повозку. И сопровождающих ее мускулистых парней в тумастанских повязках. По его огорошенному виду было ясно, что ожидал он кого-то другого.
— Кто… — начал было он визгливым голосом, как его перебил басовитый рык Болафа, повторивший сообщение про знаменитую труппу.
— Прямо из дворца шейха Тумастана! — по подсказке Зака гордо рявкнул великан.
— Сейчас… я узнаю… — растерянно пробормотал толстяк и укатился в дом.
— Надеюсь, нас не выгонят, пробормотала, выглядывая в щель, Дайра.
— Может, мне снова выглянуть? — предложила Анюся.
— Здесь не нужно! А когда будем выходить, закрой лицо платком! — Шепнула Тала. — Совсем немного оставь открытым, одни глаза! Чтоб интерес подогреть!
— Откуда ты все знаешь! — буркнула ученица, заматываясь в яркий шелковый платок. — Так?!
— Нет, конечно, ты же не бабка на базаре! Зачем уголочком сложила?! Разверни. Так. Накинь свободно. А теперь этот конец сюда и держи рукой. Ясно?
На крыльцо вышел высокий мужчина в строгой одежде. За ним колобком катился толстяк, вытирая платком со лба пот. Следом шел седой человек в добротной купеческой куртке.
— Ваш документ! — одним взглядом оценив и породистых лошадей и добротность повозки, и холодные взгляды охранников, потребовал высокий.
Быстро пробежал взглядом поданный Болафом лоскут, обернулся к купцу.
— Они?
— Они! — утвердительно кивнул купец, получивший, вместе с тугим кошельком, и точное описание труппы.
— Вы очень вовремя! Сегодня у господина градоначальника знатные гости! Вечером будет прием. Будьте наготове. Вас позовут. Об оплате и остальных выступлениях поговорим завтра! — Деловито отчеканил высокий господин, очевидно управляющий и, кивнув толстяку, приказал, — Проводи во флигель, там им будет удобно.
— Я должен заранее посмотреть помещение, в котором будут выступать мои танцоры! — процитировал Болаф мысль Зака. И от себя добавил, — Они не привыкли танцевать в любом углу, как уличные комедианты!
Зак мысленно ругнулся на северянина, не вовремя начавшего задирать нос, но управляющий, на удивление, не рассердился.
— Сам пойдешь, или кого другого пошлешь? — согласился он.
— Могу и сам, — кивнул Болаф, — Но можно и… другого. — Он оглянулся на всадников и махнул Камилу. — Например, его. Иди, осмотри все, потом доложишь.
Камил послушно соскочил с лошади и, передав поводья Заку, легко взлетел на крыльцо.
— Куда идти? — Вежливо склонил он голову.
— За мной. — Одобрительно усмехнулся управляющий и пошел в дом.
— А вы за мной! — важно заявил толстяк и засеменил по дорожке.
— Надеюсь нам недалеко, а то и до вечера не доберемся. — Проворчал Болаф, пуская лошадей.
Но оказалось, что ехать им всего ничего, за угол.
Около флигеля уже крутилось несколько слуг, готовых помочь гостям. Маги соскочили с лошадей и, отдав их слугам, выстроились около повозки.
Начиналась первая, неофициальная часть представления.
Откинулся полог, и на ладонь Зака легла теплая ручка. Он едва не шарахнулся в сторону, поняв, кого ему довелось ссаживать с повозки. Но сцепил зубы, взял себя в руки и ловко подхватил девушку на руки. Великие боги! И как ему теперь после этого жить?!
Стараясь не смотреть на Нату, шагнул вперед и вдруг заметил судорожно стиснутые кулачки. Импульсивно взглянув в замотанное платком лицо, маг рассмотрел плескавшуюся в серых глазах тревогу. И дернулся как от нежданного удара. Значит, ей неприятно его прикосновение?! Так он и не навязывается! Спокойно сделал несколько шагов до невысокого крыльца и поставил девушку на ступеньку. Все, дальше сама!
Следом Танио уже нес Дайру, и ее волосы рыжим пламенем плескались за его спиной. Ну, надо же, а когда они заплетены в косу, свернутую в пышный узел, нипочем не догадаешься, что такие длинные.
Толстяк и слуги уже забывшие, что куда-то собирались идти, стояли истуканами, боясь пропустить хоть одно движенье!
Одетые в яркие шелковые юбки и замотанные до глаз танцовщицы были одна другой лучше!
Но, когда из-под полога показалась шоколадная ручка, и, дождавшийся своей очереди Крис, замирая от волнения, осторожно понес к дверям хрупкую фигурку, махнувшую густыми ресницами из-под алого платка, по толпе пронесся восхищенный вздох.
Это было так прекрасно и необычно.
Теперь слуги работали с лихорадочной быстротой. Мгновенно отвели лошадей, мгновенно занесли в холл несколько сундуков. Хотели даже отогнать повозку, но Болаф ставить повозку в сарай отказался наотрез, заявив, что там у них костюмы.
Глядя вслед мелькавшим среди клумб фигурам, маг довольно ухмыльнулся, через пару подзвонков интерес к их выступлению затмит все остальные новости.
Глава 23
— Шш! — Зашипел Зак, потирая ушибленную ногу.
— Извини! Я нечаянно! — бросил мысль Танио, специально снявший свой эльфийский амулет. — Ну что?!
— Спит. Открывай! Да потише ты!
— Я виноват, что он их не мажет?! Все!
Створки ворот с легким скрипом открылись, и повозка беззвучно выкатилась на улицу. Следом выехали Камил с Крисом, ведя коней магов. Ни один звук не раздавался в предутренней тиши, благодаря предусмотрительному Камилу, обмотавшему копыта тряпками.
Зак прикрыл ворота и вскочил на своего коня. Теперь, дай бог ноги!
Команда темными призраками проскакала по спящим улицам и по бревенчатому мосту, переброшенному через неглубокую речку, выехала из городка.
Мост на дорогу, ведущую вглубь страны, по здравому рассуждению градоначальника, охранять не стоило. И действительно, кто на них может оттуда напасть?! Вот, именно. Никто. Тем более казармы рядом. А там всегда часовой стоит. Да он там и сегодня стоял. В тулупе, чтоб не замерзнуть. И, чтоб не упасть во сне, привязанный к столбику крыльца веревкой. Хитро так завязанной, на один бантик. Если проверяющий гаркнет над ухом — пароль! Дернешь незаметно кончик веревки и все, свободен!
Вокруг дороги рос лес. Но не такой, как у эльфов за горным хребтом, совсем другой. На тот, в котором Анюся в детстве ночевала, похож. Тоже что-то колючее, все в лишайнике и буреломах.
Когда совсем рассвело, встали на привал. Свернули на старую вырубку, наломали сушняка, развели костер. Налили в котел воды, захваченной из встреченного по дороге ручья.
— Давай я сварю, — Дайра отобрала у Танио мешочек со смесью молотых трав и сухофруктов. — Иди, подремли!
— Не стоит! — отмахнулся слегка побледневший от усталости и недосыпания принц.
От такого короткого сна только голова разболится.
— А где Анюся? — оглянулся на Нату, режущую на пеньке окорок.
— Спит. Мы будить не стали. — Подняла она глаза в темных обводах.
Ученице досталось вчера больше других. Хотя танцевала она много хуже Наты, публика вызывала ее множество раз, пока не разглядела досконально.
— Шла бы и ты поспать, — ворчливо буркнул Болаф, с жалостью поглядывая на девушку. — Вот перекуси и иди!
— Мы днем поспим, — отмахнулась она, — а вот как бы вам отдохнуть…
— Отдохнем после задания. — Принимая ломоть хлеба с мясом, устало вздохнул Зак.
Вчерашний вечер заставил его пересмотреть свои суждения о работе танцоров.
Нет, сначала казалось, что все отлично и им везет. Расположившись в удобном флигеле, поели, умылись, и начали тренировку. Вот тогда и возникли первые проблемы.
Камил их подготовку раскритиковал в пух и прах, заявив, что с такой сырой программой выходят на сцену только самоубийцы. И составил новую, хитроумно соединив эффектные короткие выходы новичков и танцы профессионалов. Коих было всего двое, он и Ната.
До самого выступления они отрабатывали команды и движенья, пытаясь попасть в такт музыке. Из парней лучше всех получалось у Криса, потом шел Танио, некоторое время занимавшийся с дворцовым мечником. Он, Зак, оказался самым неуклюжим, и это сильно задело его самолюбие.
— Знаешь, — несмело призналась Ната, наблюдая за тем, как он упорно повторяет не дающееся ему движение, — меня отвели в танцевальную школу в пять лет. И я потом два дня проревела, когда поняла, что танцую хуже всех.
— В пять лет? — Зак был потрясен. — И сколько лет ты училась?
— Двенадцать. — Просто сказала она. — И одновременно занималась музыкой.
Зак даже присвистнул. И успокоился. Если бы он занимался столько лет, несомненно, был бы лучшим. Это его правило. Если чем-то занимаешься, делай так, чтоб стать лучшим. Иначе не стоит и пачкаться.
И когда их позвали в дом, и они начали выступление, он сумел выполнить свой короткий танец почти без ошибок. А потом лишь стоял сзади сцены, помогая девушкам быстро вспорхнуть на нее и так же эффектно исчезнуть.
Публика неистово хлопала и без конца требовала повторить танец. Вот тогда он и увидел, как Ната, ослепительно улыбающаяся зрителям, выскользнув за занавес, буквально рухнула на стул и, ухватив дрожащей рукой кружку, жадно глотала воду. А по лбу и хрупкой шее катились ручейки пота.
В груди мага неожиданно остро трепыхнулась жалость, вечное мужское стремление защищать, и еще что-то… неведомое.
Да еще… темная ненависть к веселым, довольным жизнью людям, сидящим по ту сторону занавески. Так ведь команде еще повезло, что в этот вечер не пригласили никого из офицеров, кроме немолодого командира гарнизона, интересующегося больше содержимым бокалов, чем экзотическими танцовщицами.
Музыка вскоре сменилась, и со сцены свалился мокрый, запыхавшийся Камил. А Ната, наскоро сменившая за ширмой костюм, состроила загадочную улыбку и упорхнула на сцену.
— Все, хватит! — Решительно заявил Зак. — Болаф, объявляй, что выступление окончено!
— Ты что! — Возмутился Камил. — В таких домах принято танцевать, пока публика не устанет!
— А с чего ей уставать? — Озверел Зак. — Сидят в мягких креслах, едят и пьют! Да они вас так и до утра не отпустят! Болаф! Объявляй! Иначе сам пойду!
После объявления Болафа публика разочарованно загудела, а за занавеску прибежал управляющий.
— Извини, уважаемый, но мы и так для вас намного больше обычного выступали! — Не сдавался северянин ни на угрозы, ни на посулы. — Мы даже для шейха меньше работали! Ребята из уважения к вам и так выложились! Но они же не железные! Тем более, мы с дороги! Что говоришь? Завтра? Видно будет. Пока пиши документ, нам еще в Гартоге выступать, рекомендация пригодится. Нет, сейчас пиши, а мы посмотрим, что ты там напишешь! А то, может, и не стоит нам завтра здесь оставаться. Кому скажешь? А, привратнику! Да говори, конечно, твое дело. Нет, я сказал, на сегодня все. И проследи, чтоб к нам в окна никто не лез, мои танцовщицы не девки из веселого дома.
В окна к ним не лезли, высоко все же. А вот в дверь стучали. Болаф даже собирался открыть и душевно поговорить, но Зак запретил. Они и правда, постучали и ушли, но сначала подвыпившим голосом градоначальника долго перечисляли, как накажут наглецов. Не пускающих хозяина в собственный дом. Вслед за тем за дверью закричали голосом его жены, что нахальные актерки своими бесстыжими танцами заманивают к себе чужих мужей, и что им это так не сойдет. А потом еще с ползвона негромко и настойчиво просили подойти того, с длинными волосами, хоть на пару слов.
Зак лежа на кровати в штанах и куртке, на случай, если поклонники предпримут штурм, во все корки костерил Хабера, придумавшего этот гениальный план. Протанцевать почти через полстраны.
Днем будете ехать, вечером выступать. Можно ехать и ночами, если спать в повозке по очереди. — Рассуждал глава.
Вот пусть сам бы и танцевал!
— Знаешь, — серьезно сказал вдруг Танио, лежащий на соседней постели, — А ведь они могут нас и впрямь не отпустить! Надо бежать!
После привала Танио и Камила отправили к девушкам в повозку, поспать. Зак по привычке поехал вперед, проверять дорогу. Магия разума, или телепатия, тем и хороша, что берет очень мало энергии и почти не ловится амулетами. Ну, только если вблизи. Но до тех пор, пока кто-то подойдет поближе с амулетом, любой телепат его уже десять раз вычислит.
Вот и в этот раз, Зак почувствовал засаду едва ли не за пол-лиги. Хорошую засаду, почти тридцать человек. Издали точнее не определишь.
Вернулся назад и остановил повозку. Посоветовавшись с Крисом, решил, что без небольшого телепатического удара не обойтись, и вновь поехал вперед. Повозка следовала за ним на значительном расстоянии, но спящих танцоров пришлось разбудить. На всякий случай.
Подъехав поближе, маг начал незаметно проникать в мысли затаившихся. Телепатия позволяет наносить врагу невидимые, но точные удары. Трусливому почудится на дороге нечто жуткое, у больного резко обострятся старые болячки, у переевшего скрутит желудок. А осторожные, увидев, как с воплями убегают и корчатся от невидимых ран соратники, поспешат отойти сами.
Зак легко прочел мысли самого импульсивного… еще одного… следующего… и остановил коня. Великие боги! Такого он просто не ожидал. Оглянулся в сторону команды и послал мысли Тану, в критических ситуациях снимавшему свой амулет.
Повозка остановилась на достаточном расстоянии, через пару подзвонков оттуда вылез Танио и вскочил на своего коня. Кто-то подал ему пару мешков, он положил груз перед собой и направился к Заку.
— Я с тобой! — решительно заявил, подъехав вплотную.
— Нет.
— Да. Переставай уже геройствовать! Я такой же маг!
— Не в этом дело. Они боятся. Очень. А один человек… даже маг… для несведущих людей всего лишь один человек. Притом безоружный. Но двое уже армия.
— Ладно. Ты же умный! — рассердился Танио. — Ну, хоть мысли брось, если что!
— Непременно.
Зак соскочил с коня и, отдав поводья зятю, забрал мешки.
И неспешно двинулся в сторону затаившихся в кустах людей, не переставая проверять их мысли.
Они сначала насторожились, хотели даже отойти. Уж больно необычно вел себя этот путник. Не как все.
Некоторые ехали беззаботно мимо. Некоторые стреляли по кустам внимательными взглядами, и иногда и из луков. Были и такие, кто, заметив засаду, пришпорив коней, удирали назад. Или пытались проскочить вперед.
А этот слез с коня и идет прямо к ним с непонятными сумками в руках.
Посовещавшись, решили отправить навстречу Михася, как самого хитрого.
Зак спокойно подождал, пока оборванный мужик вылез из кустов и начал обирать со штанов налипшие репьи.
— Как дела, Михась? — Спросил добродушно.
Мужик выронил из рук репейный ком, и изумленно уставился на незнакомца. Откуда он знает…? может…? да нет, не встречал! Такого приметного господина он бы точно запомнил, память у него еще о-го-го!
— Вот — протянул незнакомец мешки, — здесь все продукты, что у нас есть. Немного конечно… Могу дать денег. Если… вы можете… где-нибудь купить продукты.
— Кто нам продаст! — с горечью хмыкнул Михась и опомнился. — Да откуда ты… я ж ничего…
— Я-то скажу… а вот ты… не испугаешься? Не побежишь с воплем в кусты?
— Кто, я? — Возмутился Михась. — Да я… чтоб ты знал… в одиночку…
— Оборотня завалил. — Кивнул незнакомец.
— Откуда?! Нет… я тебя не знаю… — начал паниковать Михась.
— А говорил, не трус! — Укоризненно уставился на него насмешливыми глазами незнакомец. — Давай так, ты отведешь меня к своим, и я вам все объясню?!
Михась посопел, оглядывая незнакомца, подумал, и кивнул. А что ему еще оставалось?
Глава 24
— Зачем ты его привел? — выступил из кустов крепкий мужик с обмотанной тряпкой головой. Лишь для глаз прорваны две дырки. Судя по мыслям, главарь.
— Он… хочет нам что-то сказать. — Виновато опустил голову Михась.
— А он спросил, мы хотим его слушать? Или сразу пристрелим? — Сурово поинтересовался главарь.
— Меня зовут Зак. — Садясь на пенек, спокойно объявил маг. — Я из Тордизании. И я хочу рассказать вам, как главнокомандующий ландскими войсками Доливер пришел с белым флагом в Кизард.
— Ох, Великие Боги! — Вырвалось у кого-то из мужчин, незаметно окруживших Зака.
Ну, это они думали, что незаметно.
— Он рассказал о вероломном нападении королевы Катрессы, о ее приказе клеймить всех пленников и попросил помощи.
На полянке стояла мертвая тишина, даже тревожно скачущие мысли людей притихли.
— И совет магов решил выступить на стороне Ландии. С одобрения короля, разумеется. В тот же день войска векридцев были отброшены от Таргола, и бежали на запад. Сейчас Векридцы стоят на западном берегу Марлы, и ведут переговоры.
— А почему эти маги не выгнали их из Ландии совсем, что, сил не хватило? — язвительно бросил изможденный мужчина в остатках храмового одеяния.
— Случилось горе. Шпионы Катрессы сумели украсть маленьких принцев. Филира и Леонта. И грозятся их убить. Если маги не выполнят их требования.
— И какие у них требования?
— Я не знаю. Сказал же вам, переговоры ведутся.
— А теперь скажи нам, — вынимая меч и приставляя его к груди мага, сузил глаза главарь, — почему мы должны тебе верить?!
— Потому что я хочу вам помочь. — Пожал плечами Зак.
— И ты, конечно, можешь это доказать?! — Взвизгнул священник.
— Так же, как то, что в твоем кармане лежит серебряное изображение одного из пяти богов!
— Какого?
— Главного, бога солнца!
— Ты маг! — Торжествующе выставил на него в обличающем жесте грязный палец священник.
— Магистр! — Надменно глянул на него Зак.
— Убейте его! — Завизжал, бросаясь к магу фанатик, но неожиданно схватился за живот, побледнел, покраснел, и, издав неприличный звук, ринулся в кусты.
— Вы можете сколько угодно не верить мне, но с вами здесь женщины и дети, — старательно не замечая направленного на него оружия, вздохнул Зак.
Это было против полученного им приказа, против правил ковена. Даже против здравого смысла.
За такую глупость маги долго поминали его деда, сумевшего бы принести гораздо больше пользы, спасая себя, а не глупую нищенку, вздумавшую пользоваться магией на базаре, где у каждого второго есть амулет.
Но Зак уже все решил для себя, увидев в тревожных мыслях главаря худых женщин, всю ночь носивших на руках мечущегося в горячке ребенка. И еще нескольких детей, спящих тесной кучкой под рваным тряпьем.
— Скоро упадет снег, сегодня утром уже был иней. Они долго не выдержат в этом лесу. К тому же вас постараются поймать.
— Уж не тебя ли послали нас ловить? И придумали глупую сказку… про принцев…
— Дурак. — Коротко хмыкнул Зак.
Стоящий сзади крепыш, с маленькими глазками, не обремененными особым интеллектом, злобно рявкнул и взмахнул мечом. И отлетел в колючие кусты, получив мощный ментальный удар.
— Что здесь происходит? — спросил усталый женский голос.
Зак давно заметил ее приближение и очень надеялся, что женский инстинкт сохранения рода окажется сильнее извечного мужского стремления к выяснению кто здесь самый?!
— Я принес вам продукты. И предлагаю помощь.
— Какую?
— Я могу отправить всех вас в Таргол. Прямо сейчас! Там вас приютят и вылечат ваших детей. А когда Ландию освободят, сможете вернуться в родные места. — Твердо объявил маг, стараясь не думать, что сделает с ним Хабер, когда узнает об этом своевольстве.
— Он маг, Лиззи! — Предупредил главарь.
— Это правда? — не глядя на главаря, спросила Лиззи.
— Да.
Не уточняя, на какой вопрос дает ответ. Что он маг, или что может помочь.
— Ты знаешь, кто мы? — Откидывая с лица тряпку, поинтересовалась Лиззи.
— Да. — Не глядя на уродливое клеймо, обезобразившее щеку женщины, ответил маг. — Потому и хочу помочь. Я Тордизанец! И ненавижу рабство. У нас нет рабов!
— У нас тоже раньше не было! — Горько усмехнулась женщина. — Что мы должны сделать?
— Собраться в вашем лагере. Мне будут помогать друзья. Я открою портал и вы в него войдете!
— Лиззи! И Ты веришь магу? А если мы окажемся в темнице?! — Взвыл один из мужчин.
— Да, я ему верю. И если есть хоть одна тропка из тысячи, которая приведет к здоровью моего сына, я по ней пойду! И я верю ему намного больше, чем брату Теобовилу! — Заявила она, протянув руку в сторону подкрадывающегося из кустов священника.
С огромным сучком в руках.
Зак усмехнулся, мельком глянув в его сторону, и святой брат с воем выронил сучок на свою ногу.
— Зак, у тебя все в порядке?! — спросил Танио, выходя вместе с Крисом на полянку.
— Я собираюсь открыть для этих людей портал в Таргол. — Объявил маг.
— Что? Ты не шутишь? — Пораженно вскликнул Крис. — Но, Зак! Тебе же попадет! Да и нам тоже!
— Я так решил. — Вставая с пенька, холодно обронил маг.
Танио посмотрел на его лицо и смолчал. Когда Зак говорит таким тоном, спорить бесполезно. Он не передумает. А он, Тан, не бросит друга, потому что точно знает, заставить Зака поступить именно так могли только очень веские причины.
Рабы притихли, что-то поняв для себя, и двинулись вслед за Лиззи и магами к схронам, выкопанным ими в песчаном холме в полу-лиге отсюда.
Прихрамывающий святой брат, и поцарапанный драчун, постанывая, плелись сзади.
— Что-то уж очень они долго! — В который раз нетерпеливо пробурчала Анюся, выглянув в щель между одеялами.
— Посиди спокойно, скоро придут. — Предложила Ната, хотя и у нее было тревожно на душе.
День приближался к вечеру, а до Вандисы еще ехать и ехать. Несмотря на то, что Болаф брал рекомендации в Гартог, от развилки они свернули именно на Вандису. На тот случай, если градоначальник снарядит погоню. Чтобы выиграть время и спутать преследователей. Конечно, ехать через Вандису немного дальше, зато они сэкономили время, выехав ночью. И почти не останавливаясь на привалы.
Хотя давно уже пора было отдохнуть, перекусить и выпить горячего взвара. Но еды больше не было. Танио велел все сложить в мешки и унес с собой.
Девушки понемногу жевали орешки, завалявшиеся в карманах Анюси, Камил с Болафом от угощенья благородно отказались.
— Камил! — Тревожно окликнул Болаф, прислушиваясь.
Его натренированный годами рабства слух уловил вдалеке звуки приближающегося отряда.
— Что? — Вскочил придремавший на сундуке танцор.
— Быстро! Сажай девушек на коней и уводи в лес! Повозку здесь негде спрятать! Я поеду вперед, если не тронут, подожду! — Распоряжался северянин, подсаживая девушек на лошадей и бросая им одеяла и теплую одежду.
— Да быстрей! — Он вскочил на повозку и погнал лошадей, торопясь отъехать подальше от того места, где Камил свернул в лес, уводя вглубь всадниц.
— Я их не слышу. — Остановился Зак и закрыл глаза.
Так ему легче нащупать в пространстве чужие мысли.
— А мы не заблудились? — Осторожно спросил Крис, оглядывая совершенно одинаковые деревья, окружавшие их со всех сторон.
Зак промолчал, но в уме обозвал себя тупицей. Он шел по лесу к схронам, ориентируясь на доносящиеся до него мысли. Впереди были рабыни с детьми, сзади Болаф и Анюся. И конечно, по сторонам не глядел. Не нужно ему это было. Знал, что точно так же будет возвращаться.
А когда отправил рабов и присел на бревно отдохнуть пару подзвонков, внезапно понял, что больше не слышит ни Болафа, ни Анюси.
— Не казнись ты так, — сочувственно вздохнул Тан и Зак вспомнил, что не снял с зятя связывающее их заклинание.
Шевельнул пальцами и отвернулся. Больше Танио его мыслей не слышал. Но по мрачному взгляду друга понимал, ругать себя Зак вовсе не перестал.
— Я попробую найти дорогу.
Танио вернулся к схронам и огляделся. Вспомнил, с какой точки увидел это окруженное буреломом место, через какие ветки перешагивал. И наконец вышел на едва приметную тропу. Как рассказали по пути рабы, они ходили на дорогу как на работу. Но останавливали только крестьянские телеги и брали ровно столько, чтоб крестьянину было проще забыть происшедшее, чем идти подавать жалобу.
Зак, молча следивший за поисками, уже спешил к нему. Чем дальше шел по тропе Танио, тем больше крепла его уверенность. Вот здесь он пригнулся, чтоб не стукнуться головой, а тут полюбовался на хорошенькую елочку. А вон там должен быть ярко желтый куст поздника, он еще подумал, что неплохо бы накопать целебных корней для Рики. Точно. Вот он, на том самом месте.
А вот и полянка, где Зак разговаривал с рабами. Отсюда до дороги совсем недалеко.
Танио обернулся к другу и по мрачному выражению его лица понял, Зак по прежнему никого не слышит.
До дороги они почти бежали, и, выскочив из кустов, сразу повернулись в ту сторону, где оставили повозку.
Потом посмотрели в другую.
Напрасно. В вечерних сумерках было прекрасно видно, что дорога пуста в обе стороны.
Глава 25
— Ну! И куда они делись?! — озвучил Крис вопрос, который интересовал всех троих.
Танио только пожал плечами, откуда ему знать?
— Может мы не на то место вышли? — Волновался Крис.
— На то самое. — Хмуро опроверг его домыслы Зак, рассматривая что-то под ногами. Вот здесь повозка стояла, видишь?
Ничего не видит. А вообще, что именно он должен тут углядеть? А… вот это… так это лошади по всей дороге оставляют! Не так много в одном месте? Да… наверное.
Так куда же они тогда… уехали?
— Значит, случилось что-то непредвиденное. Или их погоня застигла и повезла назад, или они, заметив погоню, удирают в сторону Вандисы. Нужно решить, в какой стороне их искать. — Зак замолчал и задумался.
Попробовал представить себе несколько различных вариантов развития ситуации и помрачнел. Потом, попросил магов постоять в стороне и создал маленький поисковик. Все равно, хуже уже не будет. Если есть поблизости жрец с настроенным на выброс магии амулетом, то он уже засек этот самый выброс в этом районе. И черная команда мчится сюда со всей возможной скоростью. И тогда схватка неизбежна. Так что, крошечный поисковичок, настроенный на Анюсю, ничего испортить уже не сможет!
Только почему он, думая о пропавших девушках видит все время перед собой только лицо Наты?! Не то, сияющее профессиональной улыбкой, а усталое, с капельками пота на лбу?! И почему именно ее пропажа заставляет сжимать кулаки в бессильном гневе?
Зак мотнул головой, отгоняя назойливые мысли. Ему нельзя сейчас отвлекаться. Он подумает об этом потом. Когда найдет их всех. Поисковичок задумчиво побродил между следов лошадиной жизнедеятельности, разматывая временные наслоения следов, нырнул на миг в кусты, заставив Зака напрячься, и тут же вернулся назад. Покружил еще немного над дорогой и вдруг быстро полетел через дорогу в темнеющий между деревьями проход.
— За ним! — скомандовал Зак и первым бросился в лес. Проход, обнаруженный поисковичком, был скорее всего звериной тропой, но по клочку одеяла, найденному Заком через полсотни локтей, стало ясно что именно по ней проехали всадники. Что повозка здесь не прошла бы, ясно было и зайцу.
Кто и зачем увозил по этой тропе замотанных в одеяла девушек, Зак пока не знал, но, едва представив себе закрученную в одеяло Нату, лежащую поперек седла, почувствовал такой гнев, что едва не спалил огненной волной все колючие кусты на пол-лиги вокруг.
— Что такое? Ты что-то слышишь? — тревожно спросил Танио, услышав злобное рычанье Зака.
— Нет, — отмахнулся маг, продираясь сквозь кусты, и Танио тяжело вздохнул.
Как трудно в этот раз с Заком! Наверное не зря Рика предупреждала… да только ему в тот момент не до того было… Так что же она говорила, то? Нет, не про это. И не про это… хотя… это ему вспоминать нравится больше… А, вот, про Зака! Что-то про эмоции… Ну так ведь она их у всех слышит… и специально амулет не носит… чтобы не обманывал никто. А кому ее обманывать? Ему так точно не нужно. А, Зак… его эмоции… что?! Ох, великие боги! И что же теперь… делать? А что сам Зак делал, когда он, Танио, был в таком состоянии? Помог ему. Правда он тогда сердился, не сразу понял, кто настоящий друг… ну так Зак же не такой дурак, каким он был.
— Я их слышу. — Сказал впереди голос Зака. — Анюсю и Дайру. Они в безопасности.
— Хвала богам! — облегченно выдохнул сзади Крис, — а про повозку?
— Они не знают.
— Далеко? — Спросил Тан, не зная, как приступить к выполнению поручения Рики.
— Скоро будем. — Отозвался из очередного куста Зак.
Похоже, разговор по душам придется отложить, вздохнул Танио и полез следом.
— Долго нам еще тут сидеть? Я есть хочу! — Ныла Анюся, лежа рядом с Дайрой на кучке сухих веток, накрытых одеялом.
Еще одним одеялом девушки были укрыты сверху. И все равно ночной холодок проникал под одежду, заставляя с сожалением вспоминать теплое нутро повозки.
— Во-первых, ты не сидишь, а лежишь, а во-вторых, что мы можем сделать? — рассудительно пробормотала Дайра, переставая жевать сухой кусочек смолы, содранный ею по дороге с дикой сливы.
Конечно, лучше бы найти слив, хотя бы подсохших. Но их давно растащили различные зверюшки. В этом лесу с кормом было туговато. Совсем не то, что в эльфийском.
— Кстати, я сейчас очень порадовалась за твоего Пушка, — Вспомнив эльфийский лес, заявила ученице Дайра, изредка замечавшая скорбно застывший взгляд девушки.
Утром Зак, тоже обнаруживший ученицу в таком состоянии, хмуро буркнул, что пора бы и переставать думать про зверей, когда в опасности дети.
— Почему это?! — Враждебно уставилась на нее Анюся, никак не ожидавшая такой жестокости от напарницы.
— Так он же сейчас сидит в тепле, и ест какой-нибудь сладкий фрукт! А у тебя бы голодал!
— И ничего бы не голодал! У меня были орешки! Если бы Пушок был со мной, фиг бы я их вам дала! — Возмутилась Анюся.
— А вода? Ему ведь пить тоже нужно! — Резонно объявила магичка.
— А воду сейчас Камил с Натой принесут, — фыркнула ученица. — Вот и напился бы!
— Ты до сих пор… переживаешь? — помолчав, осторожно спросила Дайра.
— Я не переживаю! Мне обидно! Сначала дали… а потом…
— Знаешь… я тоже про это думала… Танио говорит, они мудрые… А моя мама говорила, что мудрые никогда не дают советов! Советы дают самоуверенные глупцы! А мудрые могут себе позволить лишь намек. На правильное решение! Вот если это принять как намек… знаешь, я никому не рассказывала… когда я пришла учится в академию… со мной вместе пришел один аганец, ну, у него способности воды… но это неважно… мы… подружились…
— Подружились или встречались? — деловито уточнила Анюся.
— Сначала подружились… потом… ну я поняла…
— Что он тебе нравится. А ты ему?
— И я ему. Но у него способности посильнее были, он стал уходить вперед… как бы тебе объяснить… мне было обидно… он старался не показывать… но учителя же все замечают… его повысили… в общем мы поругались. Понимаешь?
— Не! Дайра, его чё, сразу на второй курс взяли?
— На какой курс?
— Ну это, как в институте, первый курс, второй, пятый, лекции, экзамены, это же академия?
— Странные какие-то курсы… нет, все не так! Когда вы придете, то общие заклинания будете учить все вместе, а по своей магии заниматься со своим учителем! А вот общие заклинания бывают простые, сложные, и уровень магистра! Но не многие до него дойдут! Способности у всех разные! Зачем же мучиться?! Я маг защиты, и немного очарования, немного иллюзии. Мне труднее всего даются заклинания огня, огонь самая сильная боевая магия. А Ольдару все давалось легко, он быстро учил простые заклинания. И в своей магии тоже… Когда он стал подмастерьем… его учили уже другие учителя… мы стали реже встречаться… нет, он приходил, а я… сидела надутая… не разговаривала…
— И чё? Он тебя бросил?
— Не сразу. Через два года он ушел из академии.
— Чё, выгнали?
— Да нет, он выучил все до уровня мастера, а на магистра решил учиться только в магии воды. Со своим учителем. Так легче. Когда он уходил… пришел простится… а я… я его выгнала. Сказала, что предатель. Я ведь училась еще год до подмастерья. А потом мне дали мастера в магии защиты, я поняла, что дальше мне не подняться, ну и учитель так же считал.
— Ну а он? — Не выдержала Анюся.
— Я его встретила на собрании магов. Весной. Мы поговорили. Он рассказал… Когда он вернулся домой, родители привели ему невесту. Ну, в общем… весной у него уже был сын.
— Вот гад! — С чувством сказала Анюся. — Все они, мужики, такие кобели!
— Да причем это. Если бы я попросила… он бы ждал… Он думал… я не люблю… А когда поговорили… предложил выйти замуж.
— А жена? У вас чё, тоже можно развод?
— Нет, жена останется. У них же сын! Аганцы детей не бросают. У них можно жениться на трех женщинах. Он мне предложил стать любимой женой.
— Нифигасе! Дайра, он все-таки гад!
— А я… тогда я отказалась. А вчера ехала и вспоминала эльфов… и твоего Пушка… и поняла… когда выполним задание… я поеду к нему. И попрошу взять меня любимой женой.
— Дайра, тебе никто не говорил, что ты дура?
— Нет!
— Так вот, я говорю! Ты видела, как на тебя смотрели, когда мы танцевали? Ты красавица!
— Ну, допустим, на тебя больше смотрели!
— Ну, я и не спорю. Дайра, я конечно, дурочка… но второй женой… Ну уж дудки! Я вот очень любила Танио, когда сюда попала… как первый раз увидела, как громом шарахнуло… но если бы он мне… второй женой… в морду бы плюнула!
— Спасибо, Анюся, ты меня успокоила! — Ехидно сказал из темноты голос Танио.
— Тан! — Завизжала Анюся, выскакивая из-под одеяла. И бросилась ему на шею.
Потом ринулась к следующему, — Крис! Вы вернулись?! Ох, наконец!
— Мы не вернулись, мы вас нашли! — Устало буркнул Зак, шлепаясь на Анюсино место, и поинтересовался, — А почему вы только вдвоем? Где остальные?
— Камил с Натой ушли воду искать. — Ответила Дайра, вызвав этими словами целый ураган в душе мага.
Ну, да! Ну, да! Воду! А он… как дурак, переживает… что ее в одеяле… Нет, нужно взять себя в руки! Он же зарок давал, что никогда больше не посмотрит ни на одну иномирянку! И правильно тогда решил! От них одни проблемы!
— А Болаф… — печально продолжала Дайра — Камил ходил, смотрел, повозки нет!
Глава 26
Болаф гнал лошадей, стараясь не думать, успели надежно спрятаться Камил и девушки, или нет. Вроде должны были успеть. Но мысли сами, то и дело возвращались к оставленным спутникам. Если его сейчас догонят те, чужие — значит, девушки успели спрятаться, и отряд проехал мимо них, не заметив. А если нет… он спрыгнет с повозки и пойдет назад через лес. К тому месту, где нужно ждать Зака.
Хоть маг и груб временами, и не всегда справедлив… но лучше его никто не разберется в обстановке, это Болаф уже усвоил. А с другой стороны… эта девица… ученица его теперешняя, поневоле станешь грубым! Болаф про ее капризы наслушался… уж сколько принцы на скучных ночных дежурствах судачили… не приведи боги такую жену! Так она тогда еще и страшненькая была… теперь правда, другое дело… хоть кожа и черная, но глаза… очень хороши!
Всадник на рыжей лошади легко обошел повозку сбоку и замахал рукой, остановись, пропусти!
Болаф понятливо кивнул головой, чувствуя, как радостно забилось сердце. Ушли! Слава богам!
Придержал лошадей, подводя повозку к самому краю дороги и остановился.
Несколько всадников проскакали мимо, следом промчалась тройка лошадей, запряженных в дорожную карету. И снова всадники.
Сопровождение, кивнул себе Болаф и утер пот со лба, благодаря богов за удачу.
И тут карета начала тормозить. А через подзвонок и вовсе встала. Сопровождающие протрубили в рожок, предупреждая ускакавших вперед, и Болаф, понимая, что не может в этой ситуации повернуть назад, нехотя стегнул лошадей.
От отряда отделился всадник и поскакал ему навстречу.
— Поторопись! — Крикнул, приблизившись на расстояние, достаточное, чтобы его услышали.
Болаф махнул рукой, понял, мол, и с тяжелым сердцем подстегнул лошадей.
Подъехав поближе к карете, слез с сиденья и потопал к приоткрывшемуся окну.
— Кто ты такой? — спросил незнакомый голос из глубины кареты.
— Ясуф дой Рульчи Болаф. — с поклоном ответил северянин.
— Но… ты не аганец?
— Я векридец, господин! Но жил в Агане и там женился. И по аганскому обычаю взял имя тестя.
— А что ты делаешь здесь?
— Устраиваю выступления труппы танцоров. — Ответил Болаф, решивший не отступать от легенды.
— И где же они? — продолжал допрос невидимый господин.
— Поехали вперед, у меня лошадь приболела, вот я и отстал.
— А что с лошадью?
— Видать, зерно плесневелое попало. Но я ей влил бутыль масла, сейчас полегчало. Вот, догоняю своих. Они должны в Вандисе меня ждать.
— Сейчас ты в Вандису уже не попадешь. Там на ночь ворота запирают, никому никаких привилегий. Езжай за нами, переночуешь в доме моих друзей, а утром поедешь искать своих спутников. — Категорично изрек голос, и окно захлопнулось.
Болаф хотел отказаться, но вооруженные всадники молча проводили его до повозки. Там один из них слез с коня и сел на место возницы, а второй, подобрав поводья его лошади, указал Болафу на повозку.
Северянин нехотя влез внутрь, и повозка тотчас тронулась. Через некоторое время Болаф осторожно выглянул наружу через щель полога. Два вооруженных всадника ехали следом, исключая даже попытку побега. Лес вокруг дороги к этому времени заметно поредел, и всаднику ничего не стоило догнать там беглеца.
Тем более ночь, видимо к морозу, выдалась такая звездная, что было видно каждое дерево. Болаф подумал о девушках, выпрыгнувших из повозки в легких куртках, и закручинился.
Ведь мерзнут же они сейчас, хорошо, хоть в штанах и сапогах ехали, а не в своих ярких тряпках.
И все по его вине произошло, чего он сдури тревогу поднял?! Стояли бы мирно у дороги, глядишь, и проехал этот господин мимо! А что стоят, если б спросили, так ведь соврать можно было, что спутники кабана подстрелили и скоро придут. А уж когда бы Зак появился, его мысленно предупредить можно!
Эх, не зря говорят, что вечерние мысли наутро приходят!
Через звон повозка остановилась у какого-то дома, Болаф в щелку смотрел. Зажглись лампы, забегали слуги. Вскоре и его позвали.
Болаф вылез из повозки, размял плечи, огляделся. Вроде обычный дом, не из особо богатых, но и не крестьянский.
Однако долго осматриваться ему не дали, позвали в дом. Слуга провел в кухню, позвал за стол. Налил кружку взвара и предложил выпить, пока ужин греется.
Болаф понюхал взвар, пахло как в детстве, дома. В Векридии взвар готовили по-своему, впрочем, у этого напитка в каждом городе свой вкус. Здесь добавляли листья черноягодника и мед.
Он осушил кружку с удовольствием, потянулся к кувшину, налить еще, и вдруг почувствовал, как все вокруг него поплыло в странном танце. Все вещи в комнате потеряли четкость, подернулись туманом и вдруг пропали.
Голова северянина упала на стол, покатилась пустая кружка.
— Готов. — Выглянув за дверь, сказал человек, которого Болаф принял за слугу.
— Отлично. Погрузите в ящик для багажа, мы выезжаем немедленно! — Скомандовал его собеседник и вышел, хлопнув дверью.
— Смотри, там ручеек! — обрадовалась Ната, заметив наконец блеснувшую в неверном свете гаснущего заката воду. — Набирай быстрее, и пойдем, девчонки уже наверно волнуются!
— Не так уж долго мы ходим, — строптиво отозвался Камил, черпая воду кувшинчиком, случайно оказавшимся в седельной сумке. — Подожди немного, я хотел тебе что-то сказать…
Сердце Наты оборвалось. Вовсе не хотела она, чтобы он ей что-нибудь говорил. Конечно, замечала она странные взгляды, которые он в последние дни все чаще бросал на нее. И догадывалась, что они могут означать, любая девушка на ее месте догадалась бы, но очень надеялась, что этого разговора никогда не будет.
— Что? — сказала нарочито беспечно, может, догадается промолчать?
— Ната… я все это время думал о тебе… а когда Гистон предложил… поехать… я ни мгновенья не сомневался! Я бы и дальше поехал… чтобы с тобой встретиться.
Камил поставил кувшинчик на траву и попытался обнять девушку.
Она выскользнула из его рук и отступила назад.
— Камил, ты мне, конечно, друг…
— НЕ ХОЧУ Я БЫТЬ ДРУГОМ! — Мгновенно вскипев, гневно рявкнул он, — Не бывает дружбы между мужчиной и женщиной! Я тебя люблю! В гареме отца четыреста наложниц, я мог получить любую, а мечтал только о тебе!
Ната хотела, было съязвить, не рано ли он начал пользоваться наследством, но побоялась сильнее разозлить и так разошедшегося принца.
— Очень жаль, — Печально проговорила она, — а я считала по-другому. Ну а насчет того… что ты сказал…, извини, это так неожиданно… я не могу ответить сразу, мне нужно подумать! А сейчас… я тебя прошу… пойдем к девочкам, а то уже темно, здесь могут быть звери!
— Долго ты будешь думать? — скрипнул зубами принц.
— Не знаю. Но я постараюсь… не очень долго.
— Ладно. Я подожду! Но учти, отказ мне не нужен! — С угрозой предупредил Камил и, взяв воду, пошел вперед.
Ната подавила вздох облегчения и двинулась следом.
Глава 27
— Осторожнее, здесь сучок! — предупредил Зак, отодвигая острую ветку.
— Сучок! — повторила шагающая за ним Дайра.
— Сучок! — Анюся.
Следом шла Ната, ведя в поводу первую лошадь. Потом вели лошадей маги и Камил.
Дойдя до дороги, Зак приостановился, мысленно прослушал пространство — никого. Да и не время еще для путников, серая предутренняя пора. Самые ранние путешественники и те спят еще. А вот для них в самый раз. Потому что без поисковика им Болафа нипочем не найти. А без него… да и не в том дело, что без него значительно труднее выполнить задание, просто он член команды и просто друг. И бросить его они не могут. Да и не хотят.
Да. А поисковик, ясное дело, лучше сотворить тогда, когда черная команда еще нежится в постели.
Зак молча взял у Наты повод лошади и пошел к тому месту, откуда можно было взять след северянина.
Стараясь не думать, с кем поедет девушка. Сам он ее взять не мог, поисковик требует внимания, а рядом с ней… какое уж тут внимание!
Так что… пусть едет, с кем хочет. Что с Камилом она не поедет, он был почти уверен. Что-то между ними произошло, понял вчера маг, понаблюдав за вернувшейся с водой парочкой. Ната сразу села к разведенному Заком костру между девушками, заявив, что замерзла. А Камил, обычно хорошо владевший своим лицом, был необычайно мрачен и молчалив. Зато вдруг повеселел Тан. Готовя скромный обед из продуктов, оставшихся в мешке после того, как они немного подкормили перед открытием портала детей и женщин, зять все время шутил и рассказывал смешные истории.
Дойдя до места, где вчера стояла повозка, Зак всё же не выдержал и оглянулся. Ната уже сидела на одеяле перед Таном и была этим, судя по всему, очень довольна. Зато у Зака резко испортилось настроение, особенно после того, как он вдруг некстати припомнил, что до женитьбы зять имел стойкую репутацию бабника.
— Что делает любовь! А ведь ни одной служанки не пропускал! — Удивлялся недавно Хабер, когда они с Заком случайно увидели, как холодно Танио разговаривает с разочарованными ученицами академии, попытавшимися с ним заигрывать.
А вот сегодня Зак так бы уже не сказал!
Маг раздраженно фыркнул и отвернулся. Нужно искать Болафа и выполнять задание, а он тратит время на глупости!
Поисковичок след взял быстро и, покружив пару мгновений над подмороженными конскими яблоками, стрелой помчался в сторону Вандисы. Зак вскочил на коня и поскакал следом.
За ним, держась на расстоянии, как он приказал, ехали остальные.
Довольный Танио, которому удалось еще вечером шепнуть пару слов Нате про поручение жены, вез ученицу матери.
Крис, бережно поддерживавший Анюсю, и слушавший, блаженно улыбаясь, подробный рассказ девушки о том, какие цветы она любит больше всего.
И хмурый Камил, которому, после того, как Танио буквально у него под носом перехватил Нату, досталось везти Дайру.
Идея поговорить с Натой, которую он лелеял с той минуты, как подслушал ее разговор с берзийкой, оказалась не так уж хороша, как чудилось вначале.
Он, естественно, немного ей приврал, почти и не вспоминал он танцовщицу, после того как получил заманчивое предложение Хабера! Что маги ему помогут стать шейхом, в обмен на небольшие услуги! Вроде той, чтоб взять во дворец придворного мага.
Разумеется, он сразу согласился! У него, конечно, и так был шанс, но ведь исход дворцовых интриг всегда очень непредсказуем!
И, конечно, принц вовсю пользовался услугами страстных гаремных красавиц, прекрасно понимавших, что с ними станет после смерти старого шейха! Как обычно, оставят несколько самых юных красоток, да пару крепких старух, знающих тысячи полезных секретов. Начиная с того, как обучить новеньких тумастанскому языку и заканчивая умением принять роды. Остальных раздарят верным воинам и слугам. Вот и старались красавицы обеспечить себе по возможности надежное будущее.
А Ната… она, конечно, танцевала очень выразительно, но он-то видел ее и без этих белых волос, что так сводили с ума горячих южан! И в простой мальчишечьей одежде, без всяких хитростей, делающих… значительно… круглее… некоторые части тела.
Но они действительно подружились тогда, когда он сопровождал ее по поручению Гасана. Особенно после того, как она попросила Зака вылечить его глаза.
В благодарность за это он даже попытался уговорить Гасана, не отдавать девушку колдуну! Колдуном он тогда наивно считал старого алхимика! И немедленно получил нож в спину! Дурак, конечно был, не понимал, что Гасан не потерпит ни малейшего неповиновения! Но только много позднее сообразил, что дикий маг в любом случае не собирался оставлять его в живых. Не нужны ему были ни друзья, ни конкуренты.
А вот когда подслушал, что она тоже будущий маг, решил, что неплохо бы на ней жениться! Иметь всецело преданного мага в полном интриг дворце показалось такой заманчивой возможностью! И неважно, что она не такая яркая, как Анюся или Дайра! Шейх имеет право жениться шесть раз, не говоря о гареме.
В том, что уломать Наташу ему не составит никакого труда, принц даже не сомневался! Такими завидными женихами как он, девушки не бросаются!
И теперь, после ее уклончивого ответа, Камил чувствовал себя почти оскорбленным. Да как она посмела еще и раздумывать?!
— Ну, смотрите, лорд Кардар, это он?! — Спросил невысокий человек с лицом, напоминающим совиную рожицу.
— Похоже, он. — Не очень уверенно заявил долговязый худой господин с нездоровым блеском заядлого игрока в глазах и маской алкоголика на лице. — А как ты его нашел? Помнится, его следы… потерялись?!
— Это мое дело, как я его нашел! Не зря же я профессионал! Вы лучше подумайте, нет ли какой особой приметы, которая поможет точнее его опознать?!
Лорд ненадолго задумался, потом взял со стола колокольчик и позвонил.
— Вы с ума сошли! — Зашипел человек с совиным лицом и спешно накинул покрывало на предмет, лежащий на кушетке.
— Карл, — спросил лорд вошедшего слугу, — Ты не помнишь сына моей мачехи?
— Смутно, — наморщив лоб, признался старый слуга. — А в чем дело?
— Мне нужно знать, не было ли у него на теле… каких-нибудь особых примет… ну… шрамов там… или родинок?!
— Кажется, были! — кивнул слуга. — Я припоминаю, что в детстве он сорвался с яблони и содрал кожу на ноге. Сразу никому не признался, а потом рана загноилась, и хотя лекарь очень старался, остался шрам!
Еще бы он не помнил! Ведь это ему пришлось целых три декады водить мальчишку по дому и развлекать, когда тому делали болезненные перевязки.
— На какой ноге был шрам? — прервал его воспоминания нетерпеливый голос лорда.
— На правой, ниже колена. Поперек кости! — доложил слуга.
— Я смотрю у тебя вовсе не так плохо с памятью, как ты сетуешь! — ехидно объявил лорд, и кивнул соволицему, — покажи ему, Райбин!
Райбин приподнял с одной стороны покрывало, и слуга с ужасом увидел под ним чьи-то ноги.
— Смотри! — приказал лорд.
Слуга дрожащими пальцами отодвинул голенище сапога и потянул вверх штанину.
Поперек мощной незагорелой ноги тянулся застарелый рваный шрам.
— Ох, Боги! — прикрыл Карл руками рот, — Это… он? Что с ним?!
— Посмотри, — жестко приказал Лорд Кардар, откидывая покрывало с лица. — Это он?
— Да. — Вглядевшись в неподвижное лицо, подтвердил слуга.
— Ступай. Я позову, когда будет нужно!
— Давай документ! — Потребовал лорд у Райбина, — и приезжай через два дня! Да оставь мне денег, прошлый раз ты дал слишком мало!
— Хорошо, — согласился человечек, — извольте! Вот документ, а вот расписка. Подпишите, и я выдам вам деньги!
— Всего сто золотых! Да ты обнаглел! Этого мне не хватит и на день!
— Как хотите! — пожал плечами Райбин, — Дам я вам все равно только шестьдесят!
— Что?! А это еще почему?
— Проценты. И накладные расходы. Не забывайте, идет война, все дорожает! — Невозмутимо объявил Райбин.
— Чтоб ты подавился, хитрая морда! Кому война, а тебе мать родна! Ну, дай хоть семьдесят, потом вычтешь! — начал уговаривать лорд.
— Пользуетесь вы моей добротой! — притворно опечалился делец, отсчитывая семьдесят монет.
Потом взял свой чемоданчик, сунул в него расписку и помахав, исчез за дверью.
Лорд начал суетливо собираться. Ссыпал в кошель деньги, подтянул сапоги, и позвонил слуге.
— Карл, моя лошадь готова?
— Да. — Склонил голову слуга.
— Прикажи подать к крыльцу. И вот еще что… прикажи садовнику выкопать за конюшней яму… немедленно! И закопайте… вот этого! А сверху навозом присыпьте, чтоб свежей земли не было! Понятно?!
— Понятно, — сказал Карл.
— Нужно говорить господин лорд, сколько тебя учить! — сердито отчитал его Кардар и отправился одевать куртку.
Карл оглянулся на лежащего человека, вздохнул и вышел, притворив дверь.
Глава 28
Поисковик привел к спящему за высоким забором дому. Зак задержался на пару мгновений у ворот, вслушиваясь в мысли обитателей. Их оказалось немного, всего три человека, и все они спали. Маг привстал в седле, оглянулся — никто не видит?
Вроде, нет.
Дом стоял на отшибе, и к тому же было еще очень рано. Над некоторыми домами только начинали виться тоненькие струйки дыма, это проснулись хозяйки, по обыкновению встающие раньше всех.
Зак ухватился руками за край забора, рывком подтянулся и сел на неудобную, узкую планку. Осмотрелся, и, не заметив никаких собак, соскользнул внутрь двора. Через пару мгновений он уже распахивал ворота и приглашающе махал замерзшей команде.
Что бы их здесь ни ждало, а без горячего завтрака они не уйдут, твердо решил про себя маг.
Звонко цокая по подмерзшим плитам двора, кони уверенно направились к большой конюшне, стоящей сзади дома. Один из них тихонько заржал, и тотчас из конюшни донеслось ответное ржанье.
— Это лошади Болафа! — Уверенно шепнул Камил, — они из одного табуна, чуют друг друга!
Он соскользнул с коня и приоткрыл дверь конюшни. Потянуло теплом, запахло сеном и навозом. Лошади Болафа действительно стояли здесь, рядом с тройкой неплохих лошадок.
— А где повозка? — оглядывая двор, вслух подумал Танио.
— Должна быть вон в том сарае, — Сообразил Зак.
Танио, не слезая с лошади, проехал к сараю и заглянул в полуприкрытую створку широких дверей. Их повозка действительно стояла там, по соседству с удобной дорожной каретой. Похоже, ее хозяину приходится много разъезжать, решил Танио, разглядывая соседку их повозки.
— Вот теперь можно и хозяина разбудить, — зловеще хмыкнул сзади Зак, рассмотрев в полутьме сарая свой транспорт.
— А может Болаф… в доме? Спит себе? — Неуверенно протянул Крис, наблюдая, как Камил, просунув в щель между косяком и дверью тонкий кинжал, понемногу отодвигает защелку.
— Нет. — Коротко качнул головой Зак и, отодвинув тумастанца, первым вошел в дом.
Остальные торопливо проскользнули за ним и закрыли дверь. В доме было так тепло и уютно после скачки по подмороженному лесу, что жалко было это тепло выпускать.
Зак открыл боковую дверь, огляделся, вошел и кивнул остальным.
— Это кухня. Посидим здесь! Сейчас он придет! Только ничего не трогайте, поисковик до этой комнаты был яркий, а тут сразу почти угас! Что-то с ним тут сделали, в этих странах очень сильные травники!
В прихожей зашлепали вялые шаги, и в кухню вошел сонно жмурящийся чахлый человечек в ночном халате.
Он машинально зажег масляную лампу, поставил на стол, прибавил яркости и вдруг застыл в ужасе.
— К-кто в-вы т-такие? — пробормотал он, пятясь к выходу.
Камил молниеносно метнулся к двери и запер ее на защелку. И небрежно прислонился к косяку, похлопывая по ладони кинжалом.
— Вчера вечером в этот дом въехал на повозке человек. — Свирепо глядя в ввалившиеся от страха глазки, ледяным тоном сказал маг, — но сейчас его здесь нет! Куда вы его дели?!
— Я так и думал, что он проходимец! — заламывая руки, трагически вскричал человечек. — Он продал мне коней и повозку, сказал, что нужны деньги для лечения больной жены! О, я доверчивый глупец! Как я мог ему поверить! А всему виной моя доброта, не могу пройти мимо чужого горя!
— Но я готов… все вернуть… если вы докажете… Ах! Да не нужно мне никаких доказательств! Я и так вижу, вы честные люди! Давайте… я вас хоть угощу чем-нибудь, вы выглядите усталыми… Ну хоть по кружке взвара!
Он бросился к полке и снял с нее кувшин. Поставил на стол и так же ловко достал кружки. Улыбаясь как новый медяк, разлил взвар по кружкам.
— Угощайтесь, взвар свежий, на меду!
— Выпей и ты с нами! — нехорошо усмехаясь, предложил высокий темноволосый человек с холодными, глубокими как ночь глазами.
— Да я, с утра… — с притворным сожалением заулыбался хозяин.
И вдруг застыл, с ужасом глядя, как его собственная рука медленно тянется к кружке, берет ее за ручку и начинает поднимать ко рту.
— Нет! НЕТ! Н Е Т! — Визжал он, извиваясь всем телом и стараясь уклониться от собственной руки, которая почему-то перестала его слушаться.
И вдруг рухнул на пол и закрывая другой рукой рот, попытался с воем уползти от своей руки, старавшейся напоить его остатками разлившегося от этого маневра взвара.
Команда с омерзением следила за его уловками, стараясь держать ноги подальше от этого урода.
— Встать! — неожиданно свирепо гаркнул Зак, — Быстро!
Человечек подскочил, словно его подбросила невидимая сила и по солдатски вытянулся, роняя ненавистную кружку.
— Говори, да правду! А я пока подумаю, поить тебя еще этим взваром или нет! — Жестко объявил человечку Зак, и кивнул Танио.
Принц выкинул кружки с подозрительным взваром в мусорную бадейку, оставив на столе только одну. Потом насухо вытер стол и полез в шкаф. Вскоре на столе стояла целая шеренга тарелок с разнообразной едой.
А человечек, путаясь и запинаясь, начал свой рассказ. Зак внимательно следил за его правдивостью и едва человечек принимался лукавить, кружка на столе начинала медленное, но неуклонное движение к нему. Когда человечек впервые заметил это движение, глаза его начали вылезать из орбит, а ноги сделали попытку рвануться к двери. Однако кто-то невидимый крепко держал его на месте, не давая сделать даже малюсенький шажок.
— Я… всю правду… поверьте! Понимаю…, с кем боги свели… Мое имя? Райбин. Нет, не я. Меня наняли. Что? С начала? Как вам угодно! Этот… лорд… с позволения сказать… Кардар… он всегда был… игроком и выпивохой… это он меня… а я честный человек… своим трудом… Каким? Ну найти что-нибудь, человека там… или документ… Так это же не противозаконно, ведь правда? А зла я никому… нет! Остановите! Всю правду! Только пусть она не двигается! Его отец сначала баловал, ну как же, наследник… а потом, когда начали… делишки вскрываться… сначала, конечно… как водится… воспитывал… Потом, когда он проиграл… не знаю точно… но много… старый лорд объявил… что лишает наследства… в пользу младшего… Так младший через три дня в реке утонул… Нет. Ничего не доказали. Старый лорд поседел… да… за одну ночь. Такое горе. А вскоре… помер… но… когда Кардар кинулся получать наследство… оказалось… по его прошению, ну, старого лорда, разумеется… наследницей назначена его жена. Леди Кардар. Что? Ближе к делу? Да, да, уже совсем близко! Кардар… нанимал… стряпчих, прошения писать… ничего не помогло. Поместье было, конечно, разорено… но леди сумела выбраться из долгов. Его она в дом не пускала, но давала на содержание… сколько лорд назначил. Только у него деньги не держались… да. А потом она получила наследство, большое имение… лиг семь отсюда. И переехала туда. А старое поместье продала. Нет… деньги она по честному поделила… святая была женщина. Почему была? Так умерла она. Да. Еще весной. А Кардар приехал… завещание… узнать. У нее ведь никого больше… Ну так все думали. И он так думал.
Нет! Не надо! Он, конечно, знал! И мне сразу сказал! Про что? Так ведь она все завещала сыну! Был… еще сын… ее, не Кардара. Но давно пропал… старый лорд вроде искал… не нашел. Она оставила деньги… ну на поиски… Кардар нанял меня… но этого парня давно след пропал… Нет. Не здесь. В Агане. Я выехал туда… ничего не нашел… и вдруг… еду назад, мне в Завеле… совершенно случайно, про другое разговор был… говорят… человек с таким именем был вечером… я людей нанял… в Гартог отправил, сам домой поехал, нужно же Кардара предупредить… и вдруг… как боги послали… по дороге… повозка едет… точно как описали. Я с ним поговорил, он согласился в гости… Нет! НЕТ! Я сам скажу! Я его обманул! Нечистые попутали! Ведь Кардар такие деньги обещал! Он мне уже почти тысячу должен! Да. Я привез его сюда. Да. Он сам вошел, никто не принуждал. Просто переночевать. Выпил взвар и… Откуда мне знать, это мой повар варит! Что льет? Не знаю. Нет! Я правду говорю! Не знаю! Нет. Не умер. Что? Дня три будет спать, может больше… Нет. Не знаю… Да остановите же вы ее! О великие боги! Я его Кардару отвез, он в поместье живет. Ну да, в мачехином. Не знаю, что сделает. Может, уговорит подписать отказ? Он же теперь вроде человек не бедный, зачем ему это поместье? Что? Дорогу? Да вы и сами найдете! Нет! Я сейчас оденусь! Не надо? Ну ладно, могу и в одеяле. Как скажете! Повар? Он рядом спит. Как выйдете, дверь направо! Что? Попробовать еду? Да, пожалуйста, это я могу.
Пока перепуганный хозяин дегустировал блюда, Дайра сняла с плиты и разлила по новым кружкам сваренный ею взвар.
А Зак, прикрыв глаза, будил и вел в кухню повара, усыпленного им при входе в дом. Одновременно со слугой, спящим в каморке под лестницей.
Камил открыл щеколду, когда услышал в коридоре шаги и впустил в кухню полноватого мужчину в простой одежде.
Этот оказался понятливее своего господина. Едва обвел глазами мирно завтракающих незнакомых людей и трясущегося хозяина в одном халате и ночных туфлях, так сразу с воплем рухнул на колени.
— Я умоляю, не убивайте! Я все скажу, это Райбин, хозяин мой, заставлял зелье во взвар доливать! Все слуги знают, что нельзя из синего кувшина пить! Он всех поил, кто должен исчезнуть, у него работа такая, неугодных потихоньку убирать! А я человек маленький, мне что скажут, то и делаю! Что? Так настойку дурнишника и заманихи пополам смешать и полкружки на кувшин. Что? Нет, не лошадиная доза. Если в течении суток влить противоядие… Что? Так белокорень и метлица, один к трем, настоять на ардизском роме, да, конечно, есть, как не быть, я принесу! С кем? А, с ним! Как скажете!
Танио сунул в рот кусок домашней колбасы и пошел вслед за поваром к двери. Райбин проводил слишком говорливого слугу ненавидящим взглядом, пообещав про себя хорошенько наказать алхимика за предательство.
Зак, только прищурил глаза, слушая эти мысли, и спокойно завернул маринованный огурчик в ломоть ветчины. Через подзвонок в кухню вернулся повар, подталкиваемый Таном, бережно держащим в кулаке флакон с противоядием.
— Сколько он выпил? — бесстрастно спросил маг у алхимика.
— Кто? А, этот, вчерашний! Полную кружку! Одним махом опрокинул.
— Сколько нужно противоядия?
— На кружку — два наперстка.
— Тан, влей ему полкружки! — Показал маг на Райбина. Доверять ему или рисковать Зак не собирался.
Тот попытался возразить, или отскочить. Бесполезно! Ни голос, ни тело его больше не слушались. С диким ужасом негодяй следил, как зеленоглазый красавец, слегка запрокинув его голову, подносит ко рту кружку и начинает вливать взвар.
Влил ровно полкружки и зажал подопытному нос. Не зря же он учился на лекаря. Знал, как заставить упрямого пациента проглотить лекарство. Через несколько мгновений Райбин вытаращил от напряжения глаза, а еще через пару сдался. Проглотил взвар и начал жадно хватать ртом воздух.
Повар, сжавшись в комок, с трепетом взирал на это принудительное угощение. Он очень надеялся, что его поить не будут. Ведь он же сказал всю правду.
Райбин обмяк, голова свесилась, и Танио опустил его на пол.
— Когда нужно давать противоядие? — равнодушно поинтересовался Зак.
— Чем раньше, тем лучше! — Выпалил повар.
— Подождем с подзвонок, — решил маг, — Дайра, пока сложи еду в корзинку! Зря мы не принесли из повозки теплые вещи, пусть бы согрелись!
— А вещи из повозки в доме! — Немедля заложил хозяина повар. — В кладовой!
— Камил, Крис, идите, запрягайте лошадей, надо все забрать. — Скомандовал маг. Танио, заливай.
Принц отмерил лекарство и влил в рот хозяина, смятой тряпкой лежащего на полу.
Прошел подзвонок, второй. Райбин не шевелился.
— Придется поить этого. — Спокойно объявил Зак, кивая на повара.
— Пощадите! — Вновь рухнул он на колени. — Еще рано! Вот увидите, он придет в себя! Правда, спать будет еще с ползвона. Тело не сразу отходит! Пока во все концы противоядие дойдет!
— Концы! — Презрительно хмыкнул Танио. — Тебя где учили алхимии?
— Так бабка, же! А ее тоже бабка! Это у нас семейное!
— Угу! — не выдержала, наконец, Анюся. — Прибыльный семейный бизнес! Народ травить! Слушай, учитель! Если ты ему не врежешь, я сама врежу! Ненавижу таких подонков!
Повар побледнел и прислонился к стенке.
В этот момент тело Райбина вдруг выгнуло дугой, потом еще и еще. Судороги крутили ему все мышцы, сквозь стиснутые зубы рвался крик.
— Так и должно быть? — Холодно сузил глаза Зак.
— Так ведь борьба… — обливаясь холодным потом, простонал алхимик самоучка.
— И ничего нельзя дать, чтоб так не крутило?
— Если только… моренник… — задумался повар.
Зак взглянул на принца, сам он в травах разбирался весьма посредственно.
Тан пожал плечами, можно попробовать.
— Неси! — приказал маг алхимику.
Через подзвонок Зак и Танио, придавив бьющееся в судорогах тело, пытались разжать ему зубы ножом. Ната стояла рядом, держа наготове ложку с лекарством.
Наконец зубы разжались и Ната ловко вылила в рот пациента снадобье. И в этот момент повар, решивший, что за ним никто не следит, рванул к двери. Но сразу же рухнул на пол, взвыв от неожиданной боли.
— И куда же ты бежал?! — Не оглядываясь, почти ласково спросил Зак, кладя руку на грудь подопытного.
Дыхание Райбина стало ровнее, судороги стихли.
— Теперь он просто спит. — Кивнул Зак. — Танио, напои второго!
— Я же все сказал! — пытаясь уползти, скулил алхимик.
— Мы передадим с Райбином для тебя противоядие. — Обездвиживая повара, равнодушно сказал маг. — Должен же ты хоть раз попробовать свое зелье?
Повар, сноровисто напоенный принцем, затих на полу.
— Отнести его в комнату? — Спросил Танио Зака.
— Как хочешь, — пожал плечами маг, и поднял с пола Райбина.
Забросил на спину и понес в повозку, куда Крис и Камил уже таскали сундуки, громко топая по прихожей.
— Оно тебе надо?! — фыркнула Анюся, и, проходя мимо, пнула бесчувственное тело. — У, сволочь!
— Девушки, повозка подана! — Позвал с крыльца голос Криса.
Танио вздохнул и пошел на улицу. Пусть валяется. Не заслужил этот мерзавец человеческого отношения.
Глава 29
— Зак! А как мы дорогу найдем?! — Догоняя скачущего впереди мага, крикнул Танио.
— По поисковику. Держись подальше! — Ответил Зак, подстегивая лошадь.
Плохо конечно, что поисковик совсем блеклый стал, едва заметен внутренним зрением. Ну, так еще память спящего в повозке Райбина Зак просмотрел. Там эта дорога хорошо читается. Не один раз ездил мастер по особым делам к своему клиенту. Ну, да, денег на оплату его работы у лорда не было, он у Райбина сам в долг брал. Зато пообещал, как вступит во владение, в обмен на расписки отдаст подписанный документ на часть имения. Очень неплохую часть.
Вот и старался Райбин, чуть в лепешку не разбился, разыскивая наследника. Нет, не затем, чтоб права его разъяснить. Его работа в том и состояла, настоящего наследника устранить. Еще и свидетельство подписать, что своими глазами видел в Агане могилу Болафа Лангрона. Да, это девичья фамилия леди. Оказывается, лорд Кардар свою фамилию дать пасынку не пожелал, считал, незачем безродных детей знатными фамилиями баловать.
Зак мрачно вздохнул, вспомнив, сколько всяческой грязи пришлось узнать, пока откопал нужные сведения. Этот темный делец занимался одновременно несколькими клиентами. И все они один другого подлее.
Для одного нужно найти свидетеля неверности жены, чтоб иметь законное основание выгнать ее безо всякого содержания. Потому что присмотрел он себе молоденькую кокетку.
Для второго подкупить лекаря, чтоб признал его богатую тетушку, имевшую глупость подписать на племянника наследство, выжившей из ума.
Хотя тут и без лекаря ясно.
А третьему и того хуже. Этот решил продать в Тумастан родную сестрицу, чтобы поправить свои дела. И Райбин согласился это устроить.
Вообще-то Зака сейчас все эти люди волновать не должны, не может он помочь всем несчастным и обманутым. Сами должны думать, кому доверять свои деньги и свои жизни. А ему Хабер и так уши накрутит за отход от плана. Только что-то болит в груди, когда он думает, как уедет отсюда, когда найдет Болафа и сможет выкинуть из своей головы грязные замыслы клиентов Райбина. Но вот неизвестно, сумеет ли потом спокойно спать и есть, зная, что станет с жертвами Райбина. Нет, есть, конечно, один вариант, дать этим двоим того ядовитого взвара, бутылочку которого он прихватил перед уходом. Но ведь клиентов Райбина этим не остановишь?! Они просто найдут за свои деньги других мерзавцев.
Дорога резко свернула к мосту через ручей, за которым виднелся стоящий на холме внушительный дом, обнесенный кованой оградой. С такими же коваными воротами, высокими и вычурными, украшенными вплетенными в черное кружево металла вензелями. Их даже открывать надобности нет, одна половинка открыта нараспашку.
Зак въехал на выложенную камнем дорожку, сплошь заросшую пробившейся между камнями сорной травой. Мысленно поискал кого-нибудь из прислуги или охраны. Пусто. Почти облетевшие деревья над небольшим прудом, вода в котором позеленела и густо заросла рогозом, некошеные пожелтевшие сорняки, кучи преющих листьев — все просто кричало здесь о заброшенности.
Зак даже слегка усомнился, туда ли попал. Проехал к крыльцу, слез с коня, присмотрелся. Почти погасший поисковик ведет в дом. Значит, туда. Оглянулся, махнул рукой остановившейся поодаль команде.
— Зак? — это Танио снял свой амулет.
Нечасто он так делает, только в случае крайней необходимости.
— Никого пока не слышу. Можете входить. — Кинул ему мысль Зак и вошел в дом.
Полутемный холл, с небрежно подметенным полом, чадящие в подставках лампы, в которых почти закончилось масло и тающий след поисковика, ведущий в приоткрытую резную дверь.
Зак ринулся туда. Большая комната с погасшим очагом и большим столом у окна когда-то была, скорее всего, кабинетом.
Теперь… комнатой общего назначения. Поисковик привел к кушетке, на которой лежал накрытый покрывалом человек и погас.
Зак шагнул к нему, сдернул покрывало и отшатнулся.
Человек, лежащий на кушетке и временами издающий перемежаемое храпом пьяное бормотанье, вовсе не был Болафом.
Худой запитой мужчина в дорогой, но сильно потертой одежде, пропахшей ромом и немытым телом, даже близко не походил на неизменно свежего и опрятного великана.
— Ну что? — с надеждой спросила вошедшая Наташа, и Зак с невольной досадой отвернулся.
Могла бы и не показывать так явно, что переживает за своего северянина.
— Не он.
Девушка горестно вздохнула, и отошла к очагу. Почти следом за ней в комнату ввалились остальные члены команды, все, кроме тумастанца, занятого лошадьми.
— Кто это, Зак? — Недоуменно спросил Танио, вглядываясь в незнакомого человека.
— Сейчас посмотрю. Думаешь, приятно копаться в пьяном мозгу?! Я уже как-то пробовал! Такое ощущение, что роешься в помойной яме. Все смешано, расплывчато и ни одной целой мысли. Сплошные клочки! — Сердито пробурчал Зак. — Но, мне кажется, это так называемый лорд Кардар.
— А ты же сказал… что здесь никого?
— Так вот он сейчас и есть никто! Мыслей-то нет! Я же не могу слышать животных! Хотя… была у одного принца собака…
Он еще раз вздохнул, закрыл глаза и с отвращением попытался проникнуть в мысли спящего.
— Да сколько же он выпил! — Зло рявкнул через подзвонок, брезгливо передернув плечами. — Придется будить.
Обычно этим заклинанием Зак не пользовался. Из великодушия. После него мгновенно протрезвевший пациент будет долго мучиться нестерпимой головной болью.
Но сейчас он другого выхода не видел. Только этот, мертвецки пьяный негодяй, мог им сказать, что случилось с Болафом. А что ничего хорошего, сомневаться уже не приходилось.
Зак прищурился, пошевелил пальцами и бросил в Кардара что-то невидимое. Пьяный дернул головой и перестал храпеть. Маг нетерпеливо толкнул его в плечо.
— Ох! — не открывая глаз, трезвым голосом пробормотал лорд. — Не тряси меня так, Карл! Голова… просто раскалывается! Принеси… медовухи!
— А взвару от Райбинского повара не хочешь? — ядовито осведомился Зак.
— Карл! — возмущенно зашипел Кардар и открыл глаза. Ох! А ты кто такой? И что здесь делаешь? Ох, моя голова! Карл! Где Карл?! А вы, все, немедленно убирайтесь из моего дома!
— Тан! — Прочтя его воспоминания, встревожено крикнул Зак, бросаясь к двери, — этот негодяй приказал Карлу закопать Болафа за конюшней!
— Присмотрите за ним! — На ходу скомандовал Танио, устремляясь за ним.
— Я с вами! — ринулась следом Ната.
— И я, — Одновременно закричали Анюся с Дайрой, сталкиваясь в дверях.
— Анюся! — Кинулся за девушкой Крис, старавшийся не отходить от нее ни на минуту.
И остановился в растерянности, поняв, что остался с лордом наедине.
— Куда это они побежали? — В дверях возник тумастанец, привязавший, не долго думая, лошадей около единственного стожка, обнаруженного им на заднем дворе.
— Камил! — Обрадовался Крис. — Последи за этим гадом, Чтоб не сбежал!
И помчался догонять Анюсю.
— Так значит, ты гад?! — задумчиво пробормотал тумастанский принц, пребывавший в паршивом настроении и мечтавший на ком-нибудь сорвать злость. — Ну, тогда, не обижайся!
Зак, прекрасно запомнивший, где находится место за конюшней, о котором думал негодяй Кардар, бежал туда, по пути лихорадочно размышляя, чем быстрее откопать Болафа. У него оставалась очень крошечная надежда, что северянин еще не задохнулся. Уж очень медленно идут в человеческом теле все процессы после приема ядовитого взвара.
Добежав до конюшни, огляделся в поисках лопаты, затем вбежал в открытую дверь. Лопата стояла возле вычищенного станка, но ни одной лошади в конюшне не было. Зак отстраненно этому удивился, пробегая с лопатой в заднюю дверь, если нет лошадей, откуда навоз? А навоз был и в количестве, достаточном, чтобы удобрить не одно поле.
И где здесь искать то место, где неведомый Карл выкопал Болафу могилу?!
Зак наугад копнул там, где навоз был посвежее, и остановился. Такими темпами они прокопаются до следующей осени.
— Зак, ну где он? — Крикнул, подбегая, запыхавшийся Танио.
— Поисковик погас. А этот… лорд… помнит только, что приказал закопать Болафа здесь. Но где точно… могут сказать только те, кто закапывал. А я не слышу вокруг на пол-лиги никого… если только слуги не уподобились хозяину. — Хмуро говорил маг, отвернувшись в сторону.
— Зак… а если поискать магией? У тебя же есть магия земли?
— Только уровень подмастерья. Магия земли и огня не любят друг друга. — Еще тяжелее вздохнул Зак.
— Нашли? — Подбежали запыхавшиеся девушки и почти следом Крис.
— Вот здесь! — скорбно обвел рукой навозную гору Зак. — Точнее я не знаю.
— А можно магией? — С надеждой спросила Анюся, наивно считавшая, что магии доступно все.
— У нас ни одного мага земли. — Отвернувшись, несчастно буркнул Зак.
Он чувствовал себя виноватым в смерти Болафа, если бы все можно была вернуть на сутки назад…
Только… те дети, в песчаной норе… они бы не выдержали таких жутких условий еще несколько дней.
— Но я же маг воды! — возразил Крис. — А человек — это вода. Меня учили искать людей по воде.
— Снимай защиту! — Мгновенно среагировал Зак.
Крис снял простой на вид пояс, и, протянув руки, пошел вокруг кучи. Сначала медленно, потом все быстрее. Обошел один раз, отрицательно качнул головой и пошел во второй. И снова нигде не остановился. Расширил круг и пошел вновь.
— Ну? — С надеждой выдохнула Анюся, вглядываясь в огорченное лицо мага.
— Здесь его нет. И ямы здесь давно никто не копал. Я видел все мельчайшие потоки на десяток локтей вглубь, не потревожен ни один. — Уверенно сказал он.
— Наверное, слуги… не захотели выполнять такой… чудовищный приказ.
Зак и сам уже так решил, мгновенно сопоставив отсутствие слуг и лошади. И то, что этот самый Карл знал Болафа с детства. Вот и не стал брать грех на душу. Похоронил Болафа где-то на местном кладбище и удрал, прихватив лошадку. И садовника, чтоб тому не влетело от разгневанного Кардара.
— Пошли, — с трудом произнося слова, объявил он. — Дальше искать бесполезно.
И первым, тяжело шагая, направился прочь от конюшни.
Сзади горько зарыдали девушки.
Глава 30
К небольшому придорожному трактиру, выгодно построенному на слиянии двух дорог, ведущих к богатому городку Миркелу, команда подъехала уже в темноте.
Для девушек сняли комнату, мужская часть команды устроилась на ночлег в повозке, поставленной так, чтобы загородить чужакам проход от кормушки, возле которой привязали лошадей. Искать утром своих четвероногих помощников не хотелось никому.
Прошлая ночь и последующий за ней день вымотали команду и физически и морально. До самого обеда они ехали в тяжелом молчании, обмениваясь лишь самыми необходимыми замечаниями.
А за обедом внезапно разразилась ссора. И начал ее Камил, во всем заменивший северянина. Теперь он управлял повозкой и считался управляющим труппы.
— По нашему закону… — хмуро сказал он, не поднимая глаз от кружки со взваром, — Надо бы сейчас выпить вина.
— По нашему — тоже! — Поддакнула Анюся и вдруг встревожено вскочила. — Ох, и гад, же ты, Камил!
— Что я ей такого сделал? — всерьез обиделся принц, непонимающе глянув вслед убежавшей берзийке. — Набросилась, как шакал!
Девушки, вначале потихоньку захихикавшие, услышав сравнение подружки с шакалом, вдруг оскорбились.
— Если ты не знаешь, в чем дело, нечего оскорблять невинного человека! — Холодно процедила Дайра. — Мог бы просто спросить!
— А я и спросил!
— А зачем… про шакала?
— А зачем она меня гадом? — Взвился тумастанец, не привыкший выслушивать от девушек такие отповеди.
Женщина должна быть послушной и молчаливой, единственное, что ей можно произносить без разрешения, это — да, господин, и — хорошо, господин!
— Она то сгоряча, ей про вино и медовуху даже думать нельзя! А ты подбил! — Продолжала рьяно защищать напарницу магичка.
— Что такое? — Насторожился Зак, наполнявший кружки взваром. — А почему я ничего не знаю?! Ну-ка, выкладывайте!
— Да что там выкладывать! — засмущалась Дайра. — Ей Рика настой дала.
— От чего? — Не понял Зак, не разбирающийся в секретах травников.
— От выпивки. — Совсем сникла магичка.
— А у меня она спросила, прежде чем мою ученицу снадобьями пичкать?! — вспылил Зак и до того находившийся не в лучшем расположении духа. — Да еще перед заданием! Нет, это уже ни на что не походит! Ну, я с ней поговорю, как вернусь!
— Ни о чем таком ты с ней говорить не будешь. — Спокойно заявил побледневший Танио. — Если есть претензии, скажи мне, я со своей женой сам разберусь!
— Прежде чем стать твоей женой, она восемнадцать лет моей сестрой была, это уже ничего не значит?! Пока ты за служанками гонялся, я ее от всяких проходимцев оберегал! И теперь не имею права с ней разговаривать? — Совсем разъярился маг.
— В таком тоне — нет! — еле сдерживаясь, чтоб не смести родича смерчем, процедил принц и, злобно отбросив брызнувшую взваром кружку, ушел от костра.
— А я еще завидовал вашим дружеским отношениям! — презрительно сплюнул Камил и пошел к повозке.
— А ты вообще помолчи! — Крикнула ему в спину Ната, не выдержав данного Танио обещания.
Не вступать ни с кем, ни в какие споры до конца задания. Как бы ни хотелось.
— Вы с братьями вообще вначале были образцом братской любви и дружбы! А потом друг другу ножи в спину всаживали!
— Между прочим, из-за тебя! — Немедля огрызнулся Камил, ненавидевший любые напоминая про это происшествие. — Я всегда знал, где женщина, там зло!
— Спасибо, что объяснил заранее! — саркастически бросила Ната. — А то я бы сомневалась! Так вот! Я готова дать ответ на твое предложение! Нет, нет и нет!
— На какое еще предложение? — Мгновенно сделал стойку маг. — Камил! Что ты ей предлагал?!
— Уже ничего! — скрипнул зубами тумастанец и начал впрягать лошадей.
— Ната! Что он тебе предлагал?! — Уже выходя из себя, зашипел маг.
— Раз он говорит — ничего, значит — ничего! Мне показалось!
— Так вот! — Выйдя из себя, злобно рявкнул Зак. — Предупреждаю всех! Пока не вернемся домой — никаких шашней! Иначе в один момент отправлю назад! Крис! Тебя это тоже касается!
— А я то тут причем? — Тихонько проворчал парень, но Зак его услышал.
— Ты думаешь, если я молчу, то значит, не вижу, как ты вокруг моей ученицы увиваешься! — Снова озверел маг. — Говорю в последний раз! Едва замечу хоть один взгляд — открываю портал! Мы здесь на работе, а не на прогулке!
— Наконец-то вспомнил! — съехидничал, не собирающийся отступать Камил, он все-таки принц, или кто? — Жаль только, немного поздновато, Болафа уже не вернуть!
Зак открыл было рот… но смолчал. А что скажешь, когда сам кругом виноват?! Не сдержал своих порывов, полез спасать рабов! И неважно, что не мог он по-другому. Важно, что действовал спонтанно, не предприняв всех возможных предосторожностей! А из-за этого погиб хороший человек, надежный и добрый!
Разуметься, Зак отомстил за него.
Обоим. И Кардару и Райбину. Они нашли негодяев в холле, когда вернулись в дом после неудавшихся поисков Болафа.
Хитроумно привязанных Камилом к колонне, около которой подонки сидели прямо на полу.
Зак был в тот момент в такой ярости, что, не раздумывая, снял с пальца кольцо и, махнув команде, чтоб не подходили, начал плести заклинание.
Очень сильное и жестокое. Преображение души.
Оно применялось только к самым закоренелым преступникам. Да и то всего несколько раз за то время, что существует ковен. Потому что не имело возврата.
Его нельзя было отменить ни магией, ни травами. Человек, подвергшийся ему, переставал быть собой. А это очень жестоко.
Потому что означает смерть. Той личности, что жила до этого времени. А кому жить в этом теле дальше, определяют слова мага произнесенные во время преображения души. Меняться в любую сторону этот человек больше не сможет никогда. Нет, он не забудет ничего из своей прошлой жизни, но будет думать о ней так, как прикажет произносящий заклинание маг.
— … и не захотите причинить вред ни людям, ни животным, ни природе. Ни по злобе, ни ради мести. И немедленно пойдете в город и без утайки расскажете начальнику охраны про все свои проступки и преступления, совершенные за всю жизнь. И про всех людей, на кого работали и на кого собирались работать. И про всех тех, кто пострадал по вашей вине. И вернете все деньги, что получили неправедно или за неправедные дела.
И с радостью примете любое наказание. Но если будет вам дарована жизнь, посвятите ее помощи слабым и обездоленным. Но не возьмете за эту помощь ни денег, ни наград, ни благодарности. И не расскажете никому про то, что с вами сегодня произошло. И никогда не вернетесь в этот дом, забудете даже про его существование. Как и про наше.
Зак прошептал заключительные слова заклинания и бросил его в пленников. Они дернулись, застонали и обмякли. Преображение началось.
— Отвяжи их, Камил! — брезгливо махнул в их сторону маг, не в состоянии прикоснуться к бывшим негодяям.
Он лучше других понимал, что те люди сейчас умерли, но даже их живые тела вызывали в маге неистребимую ненависть.
— Зак, — осторожно спросил Крис, — я слышал про это заклинание… его может разрешить только совет магов!
— Можешь им доложить, я готов к наказанию! — Холодно отрезал маг и вышел из дома.
Он знал, что еще сюда вернется. И найдет тех, кто заживо похоронил Болафа. Но только после того, как выполнит задание.
Так он решил.
— Но Зак же не нарочно! Не знал он, что так получится! — неожиданно для всех вступился за мага Крис, только что получивший от того нагоняй. — Иначе принял бы меры. Спрятал вначале повозку и лошадей, потом шел спасать этих людей! Но… когда я увидел… детей… я и сам про все забыл!
— Каких детей? — не поняла Дайра. — А почему мы ничего не знаем?
— Зак велел… не говорить… — виновато оглянувшись на хмурого мага, признался Крис. — За это накажут… в ковене… а он не хотел вас впутывать… вы же ничего не сделали!
— А вы чё сделали? — живо заинтересовалась вернувшаяся из кустов Анюся. — Ну, чё молчите? Эй, Зак! Ох! Извиняюсь, господин учитель!
Не дав магу открыть рот, мгновенно поправилась она, заметив его начинающий леденеть взгляд.
— Крис! — рыкнула на коллегу Дайра. — Раз начал говорить, не увиливай! Мы с девочками сами решим, надо нам впутываться или нет!
— Там беглые рабы были… — тяжко вздохнув, объяснил Крис, — те, кого векридцы захватили в Ландии. И с ними женщины и дети. Их семьями и забирали. А потом сюда перевозили, на полях работать, пока хозяева воюют. Они в лес сбежали, нор накопали. Но еды нет… и теплых вещей тоже… одно тряпье. А ночью мороз… да вы видели. Вот Зак и открыл портал, в Таргол… а мы ему помогали. Энергией. Он же думал… что мы быстро… а они все… так сильно напуганы… никому не доверяют… если бы мы пошли прятать повозку, все разбежались бы и…
— Ладно, — Мрачно буркнул вернувшийся Танио, — поболтали и хватит. Ехать нужно!
И пошел к своей лошади.
Уже подъезжая к трактиру, издали зазывающему путников ярким светом фонарей висящих над воротами, Зак придержал коня и дождался зятя, ехавшего последним.
— Тан… — дрогнувшим голосом пробормотал он — прости, пожалуйста! Я… не знаю… что на меня нашло… на самом деле… я так не думаю!
— Зак, перестань! — Оборвал его принц, которому было больно видеть друга в таком состоянии. — Я не сержусь. Но нам нужно… поговорить. После. Когда все уснут.
— Хорошо, — обреченно кивнул маг, раз нужно, они поговорят.
Тан вправе высказать ему все, что считает нужным! И он заранее примет меры, чтобы не вспылить и не обидеться. Хватит уже портить друг другу настроение.
И теперь, лежа в повозке на сундуке, маг терпеливо ждал, когда уснут его усталые спутники, чтобы потом разбудить Танио и выслушать его отповедь. Совершенно заслуженную, он не спорит!
Только нужно будет отойти в сторонку от повозки, не хватало еще, чтобы их случайно услышали Крис или Камил.
Кстати, а Камил-то каков! Не успел к ним присоединиться, как сразу начал делать девушке предложения! И хорошо, если приличные! Хотя, нет, это наверное, еще хуже! Что приличные! Хорошо другое, она сразу же не согласилась! Догадалась, что нужно подумать! А то все они такие дурочки, как объяснится им в любви какой-нибудь принц, да посулит золотые горы, так и бросаются ему на шею! Ни подзвонка не разбираясь, правды ей наговорили, или нет!
Уж он то знает, не один десяток таких за принцев замуж выдал! А как потом разберут, что там было в красивой подарочной шкатулке… перекресток уже пройден. Назад не свернуть. Раньше думать нужно было.
Всхрапнул Камил, сладко сопит Крис. Пора.
Зак сел, надел сапоги, и, потянувшись к зятю, взял его за плечо.
— Танио!
Но тут почувствовал, как натянулась ниточка маленького охранного заклинания, на всякий случай оставленного у дверей комнаты, где спали девушки.
Когда снимали им спальню, Зак за несколько звонких монет договорился с понятливым хозяином, пройти в гостиницу, расположенную в задней части дома, через дверь для прислуги. И тщательно проследил, чтоб никто не встретил их по дороге от повозки до комнаты. И был уверен, что девушкам там ничего не угрожает. А простенькую сторожку бросил так, на всякий случай.
— Танио! Вставай! — дернул он сильнее,
— Зак… давай утром… — умоляюще промямлил Танио и вновь уснул.
Камил перестал похрапывать. Замер чуткий Крис.
Сторожка дернулась и лопнула.
— Да нельзя утром! — зашипел Зак, бросаясь к выходу. — Вставай быстрее! К девушкам кто-то лезет!
Со своего места сорвался и спешно начал натягивать сапоги тумастанец, сел на сундуке и затряс головой, чтоб побыстрее проснуться, водник.
— Разбуди его, — Камил ткнул пальцем в Танио и выскочил из повозки. — И карауль лошадей!
— Все командуют, кому не лень! — обиженно заворчал Крис, мечтавший спасти Анюсе жизнь, чтоб она, наконец, заметила его внимание, и звонко хлопнул под ухом у Танио в ладоши.
— Что? — подскочил принц, непонимающе оглядываясь.
— На девушек напали! Зак с Камилом туда побежали, велели тебя разбудить!
— А сами не могли?! — Возмутился Тан, вскакивая с сундука.
— Будил он тебя… — проворчал Крис, и уже в спину убегающему принцу крикнул, — да ты не будился!
Глава 31
— Еще одна такая ошибка, и вы у меня не работаете! Впрочем…, думаю, и вообще больше нигде не работаете!
— Почему? — не понял Филин, он всегда был тяжелодумом.
— Заткнись! — Зло толкнул его в бок Братец, — я потом объясню!
— Мне тоже нетрудно, — ласково улыбнулся хорошо одетый господин, сидевший в мягком кресле у горящего очага.
День выдался промозглый.
— Так вот, Филин, вы слишком много знаете моих секретов, чтобы работать на кого-то еще! — ледяным голосом произнес он, и Филин не решился больше задавать вопросы.
Хотя все равно не понял, а где же они тогда будут работать? Деньги-то пока никто не отменял, а ему они сейчас особенно нужны. Он как раз заканчивает строительство трактирчика в очень уютном переулочке. Где и собирается поселиться после того, как накопит достаточно денег. Дабы открыть этот самый трактир. А при нем небольшой… так, человек на пять, собственный веселый дом. Чтобы не относить деньги в чужие.
— Мы постараемся! — Подобострастно заглянул хозяину в глаза Братец. — Мы ведь всегда… старались!
— Верю. В последний раз. Теперь слушайте внимательно…
Как будто они могли слушать его невнимательно! Им что, жизнь надоела?!
— Книга, запиши! — Толкнул Братец второго помощника, он у них самый грамотный.
Книга понятливо кивнул и достал засаленный лоскут.
— Книга! Ничего записывать не нужно! Запомните и так! — Поморщился господин, и Книга ловко сунул лоскут в карман.
Он вообще был понятливей других. Только немного… трусоватый. Иначе именно его господин назначил бы главарем, а не Братца.
— Так вот, мои люди все проверили и утверждают, через Вандису они не проезжали. В Гартоге их тоже не было. Но это ничего не значит. Их пытались задержать в Завеле, теперь они осторожничают. Возможно, специально объезжают стороной большие города. Сейчас они, судя по времени, должны уже подъезжать к Миркелу. Я направил туда своих людей, они не пропустят и мухи! Но взять их должны вы! И запомните, никто не должен знать, на кого вы работаете! Всех не берите! Только девушек! Да не вздумайте их лапать! Я вам плачу не за это! Возьмите вот эти плащи, в них и завернете! Да чтоб ни одного синяка!
— Мы все поняли, — низко склонились четыре головы.
— Камень, забери! — кивнул Братец сообщнику.
Камень у них самый сильный, ему такой тюк поднять, как раз плюнуть.
Пятясь и продолжая кланяться, четверка наконец вывалилась из комнаты.
Господин поднялся из кресла, подошел к столу и начертил на кусочке шелка несколько слов. Вложил в футлярчик, закрутил, капнул воском, запечатал. Потом дернул шнур колокольчика, отдал футляр мгновенно появившемуся в дверях слуге и выразительно ткнул пальцем вверх. Слуга понимающе кивнул и исчез.
Посыльный прискакал на взмыленном коне в харчевню с говорящим названием "Самая лучшая" в тот поздний час, когда в зале остались лишь те, кто намеревался пить до встречи под столом и отчаянно зевающая четверка мрачных господ в полутемном углу. Так же отчаянно, как зевали, они завидовали тем, кто беспрестанно подливал себе из кувшинов и бутылей.
Слуга, тихонько свистнувший от двери, показался им посланцем милосердных богов.
Четверка мгновенно вскочила из-за стола и рванула к коновязи. Кувшин взвара, томящийся на столе, был ими давно оплачен.
— Трактир "Добрый путь", парни спят в повозке, охраняют лошадей, а девки в спальне. Все вместе. Третья дверь от черного входа. — Оглянувшись по сторонам, тихо выпалил неприметный человечек, то ли приказчик, то ли писец, и, вскочив на пыхающего парком коня, ускакал дальше.
— Доносить помчался! — неодобрительно хмыкнул Братец, вскакивая в седло, и пустил коня вскачь.
Пришло их время показать на что способны.
Лошадей оставили, не доезжая до "Доброго пути" локтей двести. Ничего, что далековато груз тащить. Девки худые, один Камень двоих снесет. Зато можно подобраться тишком. Так и вышло. Подобрались. А что удивляться, опыт вещь незаменимая.
Потихоньку вошли с черного входа, тоже понятно, почему не заперт оказался. Деньги и не такие двери открывают. Камень тащил тюк, а зажженную лампу Книга нес, под полой. Он аккуратный. Отсчитали третью дверь. Книга считал, он самый умный. Дверь Братец сам открывал, тут он главный специалист. Что замок, что щеколда, против его ловких ручек ничто не устоит. Быстро заскочили в комнату и дверь за собой прикрыли.
Книга лампу поставил и разматывать тюк принялся, а они на девок навалились. Братец со своей быстро справился, один платок в рот сунул, другим руки скрутил. И за плащом потянулся, обмотать. Камень тоже в это время не спал. Ему руки девкам крутить не разрешалось, потом три декады синяки не сойдут. Он свою просто одеялом обмотал и держит, ждет, пока Книга к нему на помощь придет.
И тут вдруг охнул Филин.
Нехорошо так охнул, не подобает человеку его профессии так восхищенно охать.
Братец обернулся, прицыкнуть на него, да и сам остолбенел. Сидит перед Филином на кровати необычная девка. Черная и глазастая. И глаза эти так масляно блестят, а она ему шепчет, сними с меня рубашечку, красавчик! Он её руки отпустил, как зельем опоенный, и рубашечку, маленькую такую, с кружавчиками, вверх тянет. Тут уж и Камень с Книгой дышать перестали. Мало что там господин говорил, а если она сама?!
Филин рубашечку стянул, и аж взвыл от восторга.
А девица на кровати подскочила и как закричит торжествующе: — Ура! Он ее снял!
— Анюся! — выскочив из повозки, послал ученице вопрос Зак, — Что там у вас?!
— Щас, только руки освобожу… — мелькнула злобная мысль.
— Нет! Анюся! Сожжешь защиту! — взмолился он, прибавляя скорость.
— Не-а! — Радостно ответила Анюся, — Ура! Он ее снял!
Не успел Зак свернуть за угол, как его ослепил каскад огненных вспышек, вырвавшийся из окна. Именно из того, за которым находилась спальня девушек.
А следом оттуда один за другим вылетели четыре огромных факела и начали с воем кататься по земле.
Из соседних окон стали высовываться встревоженные постояльцы. Здесь, в краю деревянных построек, беспризорного огня боялись панически.
Зак одним движением руки содрал с пальца защитное кольцо и погасил огонь. Затем закрыл глаза и усыпил сначала пострадавших, следом тех, кто что-то видел, после этого и тех, кто только слышал непонятный шум. И всем внушал, что они ничего не заметили. Магичить без кольца было настолько же легко и приятно, как купаться летним днем без шубы.
Это ты их?! — Уважительно хмыкнул подбежавший Камил, разглядев обгорелые лохмотья на неподвижных телах.
Зак только головой качнул, заканчивая заклинание.
— Не я. Анюся. Запрягай лошадей, уезжаем! Город рядом! Не может быть, чтоб Черная команда такой выброс пропустила!
— Что с девушками? — Запыхавшийся принц на ходу переодевал надетую вниз воротником куртку. И как только умудрился-то!
— Пойдем, посмотрим, — устремляясь к черному входу, буркнул маг, — Да не в окно! Там дверь открыта!
Усыпляя налетчиков, он мельком просмотрел их мысли и точно знал, никакого вреда они девушкам причинить не успели. Да и запрещено им было его причинять! Но сама мысль о том, что какой-то бандит лапал грязными ручищами Наташу… и остальных… приводила его просто в бешенство.
— Как вы?! — вбежав в комнату, едва успел спросить маг, как на нем с рыданьями повисли три полуодетые фигурки.
— За-ак! — заикалась от слез Анюся, — я их всех попалила, к чертовой матери!
— Ну и молодец, — успокаивающе буркнул он, — что попалила!
Танио осторожно отцепил от друга Дайру и, прислонив к своему плечу, повел успокаивать.
Умоляюще взглянув, нежно перехватил Анюсины шоколадные ручки неизвестно откуда взявшийся Крис.
Зак ласково обнял плечи крепко вцепившейся в него Наты, и, слегка наклонившись, заглянул в заплаканные глаза. И они ответили таким истосковавшимся взглядом, что сразу стало спокойно и просто, словно вправился застарелый вывих.
Именно она и именно тут и должна быть всегда, и дурак он был, что не понял этого сразу. Маг стиснул её покрепче и, склонившись еще ниже, нежно поцеловал в губы. И она отозвалась, потянулась к нему, как одуванчик к солнцу, и засияла счастливыми глазами.
— Придется Заку отправить самого себя, — ехидно пробурчал, завистливо поглядывая на них, Крис, которого Анюся отправила занавесить одеялом разбитое окно.
Потому что стресс понемногу проходил и начинал все сильнее ощущаться льющийся в окно холод.
— Одевайся, — нежно шепнул Зак, — тебе помочь?
— Я сама. — Неожиданно зарделась девушка и он, не выдержав, снова ее поцеловал.
— Хорошо, как хочешь. — И, с сожалением переходя на деловой тон, добавил, — поторопитесь! Сейчас выезжаем. Нам нельзя оставаться, схватка с черной командой для нас провал.
Потом он все же, несмотря на смущенное сопротивление Наташи, помог ей надеть сапожки и куртку и, захватив сумку с вещами, повел в повозку.
Почему-то они оказались последними, и Зак, остановившись на миг в коридоре, поцеловал ее еще раз. Словно хотел убедиться, что это не просто реакция девушки на пережитый страх, а именно то чувство, о котором он втайне мечтал с тех пор, как увидел рядом сияющих Тана и Рику.
— Зак! — ласково шепнула она и так нежно провела горячей ручкой по его щеке, что исчезли последние сомнения.
С неохотой оторвавшись от ее губ, маг распахнул дверь на улицу. Повозка стояла у самого крыльца и он, подхватив Нату на руки, поставил внутрь, с сожалением отнимая от нее руки.
Подал сумку, скомандовал — пошел! И побежал к своему коню, которого держал Танио.
— Извини, Тан, не пришлось нам поговорить! — Вскакивая на коня, маг внезапно вспомнил, отчего не спал так долго.
— А, ерунда, успеем еще, какие наши годы! — Неожиданно захохотал зять и пришпорил коня.
Глава 32
— И где их теперь искать?! — Злобно уставился на стоявшего перед ним навытяжку господина молодой блондин с тонкими губами.
— Мои люди сидят во всех трактирах! — Неудачно оправдался провинившийся.
— Я, что, даю вам деньги для того, чтобы ваши люди грели задницы в трактирах?! — Взорвался блондин.
— Простите Ваше высочество! Я неправильно высказался…
— Как ты думаешь, Бингел, мне нужен тайный советник, который все делает неправильно? Даже выражает собственные мысли?! Или ты уже вообще ничего не думаешь?! Тогда для чего тебе голова?!
— Ваше высочество! — рухнул на колени Бингел, — Простите! Я все исправлю! Я найду их даже под землей! Мои люди сделали ошибку! Видимо у девушек был амулет! Они же из Аганы, там эти амулеты продают на каждом базаре!
— Что ты сделал с этими людьми? — тонкие губы сжались в змеиную усмешку.
— Что с ними можно сделать?! Они и так все в ожогах, на них вся одежда сгорела, да и потом… провалялись на холоде почти два звона… лекарь говорит… раньше, чем через две декады не встанут.
— Ну, ладно, — злопамятно ухмыльнулся его высочество, — Через две декады напомни мне про этих тупиц! А теперь иди, и обижайся на себя, если никого не найдешь!
В щель приоткрытого окна ворвался отзвук удара молотка по металлу. Его высочество подошел к окну, глянул вниз, хмыкнул.
— Подожди! — окликнул уже закрывающего дверь советника. — Не нужно никого искать. Тебе повезло.
— Нужно где-нибудь отдохнуть! — Остановив команду, объявил Зак. — До столицы осталось с десяток лиг, это нам на пару звонов! А вечером придется танцевать. Пока не для короля, к нему артистов без просмотра не допускают!
Легко сказать, где-нибудь! В гостиницах и трактирах, сдающих комнаты, их подстерегают шпионы странного господина, имени которого выловить в памяти налетчиков он не успел. Возможно… если бы поглубже покопать… но тогда на это не было времени и честно говоря… никакого желания. Слишком много грязи он пропустил через себя в последние дни. И слишком большое отвращение чувствовал к тем, в чьих головах поневоле пришлось копаться.
Такое же отвращение он однажды испытал в детстве, обнаружив прямую связь между любимой ветчиной и отвратительным существом, бултыхающимся в канаве с навозной жижей. После того открытия Зак несколько лет не ел ветчину. Только после того, как родители купили поместье и построили по проекту Сейдена свинарник, в котором хрюкающих питомцев ежедневно мыли теплой водой, любимая еда вернулась на его стол.
— У кого есть предложения?
— Слушай, учитель, думай сам, ты у нас начальник, или кто? Только давай побыстрее, а то уже глаза слипаются! — высказалась за всех хмурая Анюся.
И ведь умом прекрасно понимала, что не любил ее Зак никогда, да она и сама… особо не горела! Так почему же такой болью кольнуло ночью в сердце, когда она из-за плеча утешающего ее Криса углядела, как нежно маг целует Наташку?! Наверно права была Ленка, когда над ней смеялась! Та еще змея! Сколько раз ей повторяла, — Заплачешь еще, попомни мое слово! Да поздно будет! Имеем, не жалеем, а потеряем, плачем!
Эх, да что теперь вспоминать! Все равно он ей теперь учитель и ничего такого… так что зазря душу терзать!
Анюся немного повеселела и выглянула из повозки.
Ох, же ты мать честная, это куда ж они заехали? Вокруг только камни, и то, с одной стороны они близко, почти касаются своими шершавыми боками повозки, а с другой круто уходят далеко вниз, и рассыпаются между струями мелкой, прозрачной речушки.
— Камил, — с изумлением выдохнула Анюся, куда мы едем?
— Не мешай! — Отмахнулся тумастанец, бдительно следивший за дорогой.
Если это можно, конечно назвать дорогой. Он бы никогда не назвал! У них в Тумастане, куда повернешь коня, там тебе и дорога! Хоть по три всадника, хоть по три десятка становись, ничто не помешает! А здесь пара лошадок еле помещаются! Того и гляди, станут копытом мимо камня!
Ну он-то, спрыгнет, а девушек жалко, молодые, красивые, и все магички. Хотя… Ната для него уже конечно, потеряна, он даже забыв про свою выдержку, рот от изумления открыл, когда увидел на привале, как Зак вокруг нее вьется. Одеяло стелет, кружку подает… нет, он так низко никогда бы не опустился! Это женщины должны за мужчиной, их выбравшим, ухаживать! Вам это каждый тумастанец скажет! Хоть бедный, хоть богатый! Старый, молодой, красивый, урод, здоровый, больной, косой, кривой, не важно! Если мужчина — значит господин! И какие еще могут быть разговоры!
— Ната! Глянь! — Забыв про свою непонятную ревность, ахнула Анюся, отважно глядевшая на раздражавшую Камила дорогу. — Это чё?
— Я думаю, замок! — с сомнением произнесла появившаяся рядом темноволосая головка. — Смотри, какие башни!
Дорога стала шире, по краям появились каменные бортики и Камил вздохнул посвободнее. И зачем только люди селятся в таких скалах, словно птицы?! Им что, ровного места не хватает?!
Зак подъехал к воротам и стукнул привязанным цепью молотком. Гулкий звук отозвался эхом в горах, посыпались со склона мелкие камешки.
Теперь им остается только надеяться, что этот замок, который указал Хабер как приют на крайний случай, не обманет их ожидания. Правда, пришлось сделать пару лиг крюку, но тут хотя бы не может ждать их засада. Нет, что они с Таном и Крисом не разметают любую засаду, смешно и подумать! Но поможет ли это двум маленьким мальчикам, вот о чем он должен думать в первую очередь.
Ворота открылись, и слуга в простой черной ливрее вопросительно уставился на них.
— Именем черной розы. — Сказал Зак и протянул черный металлический лепесток на тонкой цепочке.
Слуга молча отступил с дороги и приглашающим жестом показал на высокую арку. Команда въехала в ворота и проехала в указанном направлении. За аркой оказался проход под домом, приведший их на задний двор. Молчаливые слуги в одинаковой одежде споро бросились к путникам. Пока одни уводили в конюшню лошадей, другие вели к дому гостей, третьи несли за ними сундуки. Зак собирался отсюда начать рекламную компанию. Через широко распахнутую перед ними дверь, команда попала сначала в широкий холл, затем в светлый коридор, одна стена которого сводчатыми окнами выходила в скудный садик, другая одинаковыми дверьми в небольшие, уютные спальни.
Сухощавый старик, появившийся в конце коридора, вежливым холодным голосом предложил гостям выбрать себе комнаты и освежиться, а затем пожаловать в столовую. Лакей будет ждать их в коридоре, чтобы проводить.
Зак, все время проверяющий мысли слуг, не обнаружил ничего тревожного или интересного. Это были хорошо вышколенные люди очень богатого человека, приученные никогда не интересоваться его гостями. Да они и сами не хотели. Им слишком хорошо платили, чтоб за пустое любопытство рисковать местом. Гости, подобные сегодняшним, бывали здесь не часто. Но бывали. Это единственное, что нашел интересного в их мыслях Зак.
Он указал глазами на первую дверь Камилу и Танио, решив, что селиться по одному они не станут. Во вторую отправил девушек. Ната на миг замешкалась, и Заку, пришлось сделать над собой усилие, чтобы не поселиться с ней вместе. Она понимающе кивнула магу, виновато глянувшему в ее глаза, и скользнула в дверь. Зак разочарованно хмыкнул и отправился вместе с Крисом обживать следующую спальню.
Кровать в комнате оказалась одна, хотя и довольно широкая. Зато в противоположной стене нашлась дверь в небольшую купальню.
Ох, великие боги, наконец-то можно нормально помыться горячей водой! После Завеля путником это не удалось ни разу.
Зак мылся первым, невольно затянув удовольствие. А когда вышел из мыльни, обнаружил, что Крис уже спит, прикорнув у очага на пушистой шкуре горного медведя.
Немного посомневавшись, уж больно сладко парень сопит, маг потрепал водника за плечо.
— Крис, проснись!
— Напали?! — подскочил парень. — На Анюсю?!
— Нападут, если ты не помоешься и не отведешь ее обедать! — весело хмыкнул Зак. — Или она на кого-нибудь нападет с голода!
Иномирянка никогда не страдала отсутствием аппетита. Вначале Зак думал, это от долгой голодовки, но когда Анюся и через полгода совместной жизни продолжала кушать с таким же энтузиазмом, понял, такой ей достался организм. Другая девушка от такой еды давно бы в дверь не пролезала, а Анюся оставалась такой же худенькой. И если и позавидовали ей когда подружки, то в первую очередь именно этому качеству.
Правда теперь могут завидовать еще и экзотической внешности. Которая вчера сослужила Анюсе неплохую службу. Нет, конечно, далеко эти похитители бы не ушли, Зак их готов был взять под контроль, только хотел подобраться поближе, чтоб не навредить девушкам. Ведь если усыпить бандита, когда он держит в руках жертву, он может рухнуть на нее и ушибить, или даже переломать кости.
Но больше всего Зак хвалил ее за то, что не растерялась, а начала думать, как обмануть похитителя. И не забыла при этом о защите. Конечно, Хабер не зря изготовил для девушек по нескольку вещиц, защищающих от просмотра ауры. Хотя, он, Зак, вначале не очень понимал, зачем нужно столько лишней работы. Мать, не успевшая как следует оправиться после лавины, едва не падала от усталости, зачаровывая все эти бусы, заколки, юбки, рубашки, пояски.
Девушки любят переодеваться, объяснял Хабер, заставив мага заподозрить в нем замаскированного бабника. И не могут носить постоянно одну и ту же вещь. Даже самую красивую. А обычные амулеты на танцовщицах выглядят слишком подозрительно! Вот и пусть меняют их, так и защита дольше продержится!
— Зак, я готов! — вытянувшийся перед магом Крис сверкал белизной рубашки. — Идем?
— Идем, — поднял себя Зак из уютного кресла, — а то я усну.
Камил и Танио уже стояли в коридоре у окна, о чем-то тихо переговариваясь. Зак направился к ним, а Крис занял пост у двери в комнату девушек.
— Чей это замок? — тихо спросил Камил, подозрительно оглянувшись на подошедшего мага.
— Не знаю. Один… мой знакомый… оказал услугу… за которую получил приглашение… он передал его мне… на всякий случай!
— Я узнал человека… — оглянувшись, не слышит ли лакей, прошептал Камил, — он сопровождал одного принца, на аудиенции с отцом! Он был его правой рукой!
— Ты имеешь в виду младшего брата…
— Тсс! — показав глазами на лакея, шикнул Камил. — Вот именно!
— А мы уже готовы! — из комнаты выпорхнули сделавшие прически и переодевшиеся в нарядные платья девушки.
Зак внезапно задохнулся от непривычного счастья, когда к нему, слегка стесняясь, направилась высокая гибкая девушка с сияющими серыми глазами. Самая красивая девушка во всех существующих мирах.
Он подал ей руку, на миг утонув в ее глазах, и с сожалением вздохнул. Сейчас не тот момент, чтобы думать о личных делах.
— Камил, иди вперед! — тихо шепнул тумастанцу.
Танцор кивнул, приосанился и надменно кивнул лакею.
— Веди!
Узнает его хозяин замка или нет, его дело, но вести себя Камил собирался согласно титулу.
Зак вел Нату вслед за тумастанцем, за ними шли Танио с Дайрой, замыкали процессию Крис и Анюся.
Слуга распахнул перед ними широкие двери и склонил голову. Все ясно, дальше он не идет!
В парадной столовой, словно специально построенной такой большой и торжественной, чтобы подавить простых гостей, был накрыт роскошный стол. Вернее, один из нескольких столов, имеющихся в этом помещении.
Белоснежная скатерть, цветы, дорогая посуда и приборы, затейливо украшенные закуски, — все просто кричало о богатстве хозяина и его любви к пышной жизни.
Простые танцоры, случайно попавшие в эту столовую, уже сидели бы за столом, разрывая руками жареных птиц и наливая в бокалы вино.
Но Камил, остановленный неприметным жестом Зака, гордо стоял посреди комнаты, впереди застывшей команды.
— А чё… — Хотела поинтересоваться Анюся, мы тут стоим? — как услышала в голове строгий голос Зака, — Молчи!
Не мог заранее сказать! Да она и так не особо болтает! Просто интересно… там еда стынет… а тут они как дураки с намытой шеей торчат!
Глава 33
Блондин оторвался от смотрового глазка и разочарованно вздохнул. Придется идти. Он очень любил появиться подзвонков через пять после начала пиршества и вежливо извиниться за опоздание!
Как приятно было наблюдать краснеющие от стыда за собственную невоспитанность лица! Их после этого можно было брать голыми руками! Правда встречались и такие, кто и после его выхода продолжали жрать и пить, но эти обычно на этом обеде свою карьеру и заканчивали.
Он оправил белую пену кружев над черным камзолом и кивнул лакею. Двери бесшумно открылись и принц, высокомерно задрав подбородок, шагнул в комнату.
Гости одновременно склонили головы в приветственном поклоне и эта неожиданная вежливость приятно порадовала принца.
— Прошу извинить меня за опоздание, — совершенно не кающимся тоном произнес хозяин, — разрешите узнать, кого случай привел в мой дом?!
— Знаменитая труппа танцоров Ясуфа дой Рульчи Келима! — вежливо склонив голову, спокойно представил команду Камил.
Принц с холодным интересом рассматривал девушек, пытаясь представить, на что они способны. И так ли заслужена присвоенная ими приставка — знаменитые.
Ну, тордизанка миленькая конечно, высокая, стройная, но ничего особенного. Менлиска поярче и пофигуристей, но и такие тут не редкость. А вот берзийка хороша, хрупкая, живая, с ланьими глазами.
Охранники тоже подобраны неплохо, все рослые, плечистые. А караулят плохо, спать легли кучей, никого на дежурство не поставили! Еще немного и увели бы люди Бингела их красоток.
— Прошу к столу! — Пригласил Принц гостей и сам пошел впереди них к столу.
Уселся на центральное место, подождал, пока рассядутся гости. И хлопнул в ладоши.
Немедленно вошли слуги и встали за спинами гостей, подавать еду.
Зак прослушал их мысли, еле заметно ухмыльнулся, не удалось принцу их опозорить, попробует напоить. Жаль, что самого его он не слышит, на нем под камзолом куча амулетов и один его собственного изготовления. Кинул мысль Анюсе, Дайре, Крису и Танио. Мысли Наты и Камила были по-прежнему защищены.
Анюся, уже приготовившаяся положить себе на тарелку кусок побольше, выслушала его и задумчиво кивнула, как будто самой себе.
— Предлагаю выпить за знакомство! — бесцветным голосом произнес принц и слуги попытались было налить гостям вино. Но команда разом отставила бокалы. Камил сидевший рядом с Дайрой, предупредившей его толчком локтя, сориентировался мгновенно.
— Прошу прощения ваше высочество, — вежливо, но твердо заявил он, — мои танцоры не пьют!
— Тогда выпейте вы! — нахмурился принц.
— Я такой же танцор, как и они. — Вежливо объяснил Тумастанец.
— Ну, хотя бы охранники! — принц чувствовал раздражение, что приходится так долго уговаривать простых лицедеев.
— У нас нет охранников! — Покачал головой Камил. Здесь все танцоры!
Принц нахмурился. Или тумастанский наглец врет, или это его неправильно информировали! Во всех случаях кто-то заплатит ему за эти минуты унижения!
— Кэм, ну покажи ты ему! — Капризно проворковала Анюся, — Да будем уже кушать! Пока все не остыло!
— Раз ты просишь, Ани! — улыбнулся Камил и махнул Танио.
Тот встал из-за стола, достал эльфийскую свирель и заиграл простенькую мелодию, под которую они тренировались. Камил змеей скользнул со стула и, сбросив куртку, двинулся в медленном танце вокруг стола. Почти обвиваясь вокруг каждого лакея, замершего с вытаращенными глазами. Зак знал, что даже под пыткой бедняги не признаются в том, что он заставил их сделать. Потому что немедленно это забудут. Возле принца Камил приостановился и показал ему веер из восьми длинных кинжалов, который он держал в руках.
Принц вытаращил глаза. А тумастанец, не прекращая танцевать, встал спиной к двери и начал пускать кинжалы себе за спину. Через плечо, под рукой, под ногой, над головой… они летели и впивались в дорогое дерево, как в масло. Когда последний кинжал воткнулся рядом с остальными, Камил одним движением взлетел на пустой стол и исполнил парочку своих трюков.
Так же ловко соскочил и, кивнув Тану, с достоинством прошел на свое место.
— Благодарю, это было потрясающе! — сказал правду хозяин, в душе кипя от ярости.
Тупица Бингел настолько привык считать, что из Аганы привозят лишь танцорок, что не поверил сообщению своих людей о танцующих парнях.
И эта глупость ему дорого обойдется.
Когда гости уже настолько наелись, что могли лишь лениво смаковать южные фрукты, принц начал осторожный разговор.
— Куда вы направляетесь и откуда? — спросил он Камила.
— Куда и откуда могут ехать артисты? — пожал плечами тумастанец. — Мы недавно танцевали для шейха Тумастана, и мечтали станцевать для короля Векридии. Однако… ваша страна встретила нас… весьма странно! Нигде мы больше не встречали такого приема, ни в одном городе!
— Что именно… показалось вам странным? — едва не скрипя от бешенства зубами, вежливо осведомился хозяин.
Это надо же Бингелу быть таким идиотом! Платить его деньги целой армии бездельников, нанимать налетчиков, вместо того чтобы просто узнать, чего хотят эти танцоры!
— Здесь обращаются с артистами как со слугами, и даже хуже!
— Можете привести примеры? — прищурился принц.
— Сколько угодно! Например, приехали мы к градоначальнику Завеля! Объяснили, что с удовольствием станцуем для его гостей, но утром нам нужно отправляться в столицу.
— Дальше.
— Танцевали почти пять звонов, пока девочки уже чуть не падали. Вежливо извинились, объяснили, что нам нужно отдохнуть, время позднее. Так градоначальник полночи под дверьми буянил, кричал, что никуда нас не выпустит, раз мы не пускаем его к девушкам.
— Он же вроде женат?! — недоверчиво покачал головой принц.
— Еще бы! — Захихикала Анюся. — Жена его и прогнала! А потом целый звон орала, что мы приманили ее мужа!
— А после этого еще ползвона делала неприличные предложения нашим парням, — подхватила Дайра.
— Хорошо, идите отдыхать, мы еще встретимся! — Вставая, закончил разговор принц, которому не терпелось получить у советника подробные объяснения.
Анюсе и Дайре краткие инструкции Зак мысленно выдал по пути в спальню, Нате шепнул пару слов, придержав на пороге комнаты для беглого поцелуя. С Танио поговорил, уже лежа на кровати. С этим беловолосым хитроумным принцем нужно быть начеку.
Пока они обедали, в комнате произошла перестановка. Видимо, по его приказу. Ушла куда-то большая кровать и появились две поуже. Исчезли их пропыленные дорожные вещи и брошенные в мыльне грязные рубашки. А остальные сложены аккуратными стопочками на полках у кроватей. И, разумеется, тщательно проверены. Чтобы не пронесли гости оружие, яд, или что другое для покушения на жизнь принца.
У всех правителей, передающих власть по наследству, сильно развита мания преследования. Во всех посторонних они видят прежде всего шпионов, заговорщиков, и отравителей. А последний удар, если внимательно изучать историю, получают именно от тех, кому доверяли больше всех!
Нет, как все-таки мудро поступил Дардиэр, отменив это право в их стране! Особенно радовались этому тордизанцы, когда в одной из соседних государств восходил на трон отпрыск со странностями. Если не сказать грубее. Как, например, предпоследний король Менлиса, не любивший мужскую одежду, и издавший указ носить всем мужчинам женское платье. Через два дня после этого он очень неудачно вышел на ветхий балкон старой башни. До сих пор неизвестно, что ему вообще в этой башне, стоявшей в трех лигах от города, понадобилось, да еще и ночью. Однако народ был так огорчен, что похоронил его вместе с огромной коллекцией нарядов, а в стране вспыхнула мода на очень строгую мужскую одежду. Даже среди женщин.
— Нет.
— Но мне очень нужно!
— НЕТ!
— У меня важные сведения!
— Хорошо, подожди немного. Я узнаю.
— Входи! — Открылась перед ним дверь через подзвонок. Он почти бежал по лаконично украшенному холлу в знакомый кабинет. Обставленный так же строго и аскетично. Осторожно открыл дверь, шагнул внутрь и оказался перед простым столом, за которым сидел маленький седенький старичок.
С молодыми, жутковато горящими фанатичной идеей глазами.
— Зачем ты сюда пришел? — яростно вглядываясь в лицо посетителя, без обиняков спросил он.
— Они пришли к Далмению!
— Мог бы сообщить об этом обычным способом.
— Но… Далмений с ними разговаривает! Он и так обвинял меня в тупости и ошибках! А когда все откроется…
— Ты струсил и сбежал. — Констатировал старик.
— Так у него же методы… все расскажешь!
— Хорошо. Иди в соседнюю комнату, напиши подробный отчет. Постарайся ничего не забыть. Придется тебе немного пожить в своем замке. Там у тебя хорошая охрана?
— Да.
— Иди.
— Спасибо.
Старик только жестко усмехнулся, провожая Бингела острым взглядом. Конечно, засветившийся предатель не особо ценная фигура, но он спешить не будет. Слишком много раз за жизнь убеждался, что избавиться от ненужного в данный момент человека очень легко, а вот гарантировать, что не возникнет ситуация когда он идеально подойдет, невозможно!
Так что пусть живет. Пока.
А ему нужно предпринять свои меры. Нельзя допустить, чтобы Далмений обошел их в этом деле!
Глава 34
Зак проснулся от какой-то назойливой мысли, и, привыкнув доверять своей интуиции, мгновенно вскочил с кровати и потянулся за одеждой, автоматически проверяя, что же его так встревожило?!
— Зак! За-ак! — снова позвал в голове голос Анюси.
— Что случилось? — спешно натягивая сапог, отозвался маг.
— Ага! Я говорила, что могу его позвать! Вот он! "чё случилось" говорит!
Зак сильно подозревал, что мысли, которые он слышит, она еще и повторяет вслух! У нее всегда так, что думает, то и озвучивает!
— Анюся! — Позвал строго, не найдя в ее мыслях никакой грозящей девушкам опасности. — В чем дело?
— Не, Зак, ничё страшного! Ой, я хотела сказать учитель! Мы просто спросить хотели, когда кушать пойдем?
— А… что… уже пора?! — Растерялся Зак, в этих северных спальнях, построенных без окон, всегда ночь!
— Ну, так утро уже! А мы даже не ужинали! — Пожаловалась, не любившая пропускать приемы пищи ученица.
— Как, утро?!
Зак натянул второй сапог и ринулся к двери. И едва распахнув ее, понял, Анюся права! Действительно, утро! И какое солнечное, нечасто здесь осенью бывают такие деньки!
Вот это они поспали! Конечно, после стольких дней недосыпа этого и нужно было ожидать от усталых парней. А вот девушки, ехавшие в повозке, умудрялись выспаться в дороге, поэтому ничего странного нет в том, что они уже встали. Понятно, отчего Анюся нервничать начала, ведь ели они, хоть и очень плотно, но и впрямь, еще вчера в обед!
— Любезный! — Вежливо обратился маг к неизменно торчавшему у выхода в холл то ли слуге, то ли охраннику, — А нельзя ли попросить, чтобы нам завтрак в комнату принесли?!
Тот повернулся и на несколько мгновений исчез.
— Куда принести завтрак? — вчерашний старик, по-видимому, был неподалеку.
— В комнату девушек! — махнул на дверь Зак.
— На всех? — бесстрастно осведомился дворецкий.
— Конечно. — Надменно хмыкнул вышедший из своей комнаты Камил, — и ничего жирного или жареного! У нас утром тренировка!
Зак только хмыкнул довольно, отлично перехватил на себя командование тумастанец, и держится замечательно, а то местному принцу палец в рот не клади!
— Анюся, мы идем к вам в комнату завтракать! — мысленно предупредил он, отправляясь будить Криса.
— А у нас ничего нет!
— Сейчас слуги принесут легкий завтрак, Камил хочет устроить тренировку!
— Как, так, легкий?! — Расстроилась ученица, — и вечером ничё не ели, и щас легкий! У них тут чё, продукты закончились?! Так зачем мы тогда сюда по горам перлись?
— Перестань возмущаться! — прикрикнул вошедший в комнату девушек Камил, — танцевать с полным желудком очень вредно!
Ну, точно, Зак угадал, она все это вслух повторяла!
Почти следом за тумастанцем вошли двое слуг, несших простой столик, а за нами еще четверо с подносами.
Столик втиснули между кроватями, на которых устроилась команда, и начали заставлять едой.
Зак ловко усадил Нату в угол, устроился рядом и, едва вышли слуги, первым делом обнял ее одной рукой за талию и быстро поцеловал в щечку. Второй рукой он накладывал ей еду, наливал взвар, подносил ко рту девушки самые лакомые кусочки, успевая при этом не забывать и себя.
Ната чуть алела от непривычного внимания, но отодвигаться и не думала, наоборот, прислонила головку к плечу любимого и, не споря, ела все, что он ей подсовывал, даже ненавистный местный паштет из гороха.
— Везет же некоторым, — обиженно буркнул Крис, попытавшийся повторить с Анюсей этот маневр и потерпевший поражение.
Кушать Анюся любила сама, и терпеть не могла, когда ей в этом мешали. Поэтому все посягательства Криса на свою тарелку пресекла в корне.
— Не умничай! — тут же шикнул на Криса Танио, с укором глянула Дайра, и даже Анюся пнула под столом.
— Только не стоит… показывать это чужим, — буркнул Камил, шокированный поведением Зака.
Надо же, как испортило мага чувство к девушке! Камил так восхищался весной его самообладанием и смелостью! И холодным пренебрежением к женским прелестям! Да и до вчерашнего дня маг вел себя вполне по-мужски! Хотя и нервный был последнее время, и срывался часто, но это все же легче перенести, чем наблюдать, как он кормит здоровую девицу с ложечки!
— Чужих близко нет. — Холодно информировал его Зак и еще сильнее развернулся к Наташе, почти заслонив ее широкими плечами от друзей.
— Не лезь к нему! — предупредил тумастанца взглядом Танио, больше всех радовавшийся за друга.
И конечно за себя. Что не придется больше выполнять непростое распоряжение Рики. Объяснившей ему, что, хотя брат и не хочет признаваться себе в чувствах к Наташе, но случись с ней что… лучше этого никому не изведать!
— Дворецкий идет. — Объявил Зак, садясь прямо.
Однако руку с Наташиной талии убирать даже не подумал. Слишком трудно ему досталось это счастье, иметь право ее обнимать, чтобы он отказывался от него по каждому ерундовому поводу.
И действительно, через мгновение в распахнувшуюся дверь величественно вошел дворецкий и с холодной вежливостью объявил, что его высочество просит разрешения присутствовать на тренировке.
— Передай его высочеству, что мы будем рады присутствию его высочества. И попроси от нашего имени одолжить нам на время тренировки музыканта, мы своих не возим. — Вежливо кивнул Камил, — И последнее! Если ты еще раз войдешь в эту комнату без стука, мы постараемся научить тебя вежливости.
Дворецкий побледнел и попросил прощения. И только один Зак понял, почему он это сделал, хотя внутри старика все бушевало от возмущения. Лакей, ожидавший ответа за дверью, был соглядатаем хозяина.
— Ты прощен! — махнул тумастанец, отпуская старика.
Команда хмуро молчала. Учить старого слугу с уважением относиться к бродячим танцорам, было вовсе не так уж приятно, однако Зак всем приказал вести себя вежливо, но с достоинством. И требовать того же от слуг. Иначе их тут долго будут мурыжить. А уйти отсюда так же свободно, как вошли, без шума вряд ли получится.
К тренировке Камил готовился тщательно. Решал, какие костюмы надеть, как причесаться, как подкраситься девушкам.
— Слушай, Камил, ты в нашем мире был бы великим стилистом. Или нет… акулой шоу бизнеса! — порадовала его Анюся.
— Зачем мне акулой? — обиделся тумастанец. — Я, может, шейхом стану!
— Не обижайся, — засмеялась Ната, — она тебя похвалить хотела! У нас эти акулы побогаче ваших шейхов будут!
— Все собрались? — Зак окинул команду внимательным взглядом, — ничего не забыли? Платочки, заколки, бусики у всех есть? Тогда пошли!
Далмений выслушал дворецкого, задал пару вопросов и приказал сесть поблизости. На всякий случай. Кроме него по углам уже томились получившие вчера разнос за потерю кинжалов слуги. Принц устроился в кресле поудобнее и приготовился к длительному ожиданию. Актеры люди безалаберные, уж это он хорошо изучил, скоро не придут. Но он все равно не уйдет, не хочет пропустить их приход. Наблюдение за тем как готовятся к тренировке актеры поможет ему их лучше понять.
Что Бингел водил его за нос, он узнал еще вчера вечером. Когда прибыли спешно вызванные соглядатаи. И рассказали ему все то, что писали раньше Бингелу в отчетах. Жаль, конечно, что сам предатель к тому времени успел сбежать. Как выяснилось позже, сбежал он еще во время обеда.
Но пусть не надеется, что это спасло его надолго.
Разъяренный принц хотел немедленно послать людей в его замок, негде ему больше прятаться. Но поразмыслил и решил, что наказать Бингела успеет всегда, сначала нужно довести до конца дело с танцорами. Пока они в его руках, он выигрывает в тайной войне с невесткой.
Но нужно поторопиться, теперь враги в курсе его планов. Кроме одного. Далмений еще раз мысленно похвалил себя, что не доверил советнику эту тайну, спасибо, великие боги остановили.
В дверь постучали и в зал вошли музыканты. Поклонились и прошли на свои места, в нишу рядом со сценой. И почти следом за ними появились танцоры. Все в одинаковых темных тумастанских халатах и мягких туфлях. Поприветствовали принца вежливыми поклонами и прошли к сцене.
Принц напрягся, внимательно следя за их уверенными движениями. Главный без труда вскочил на сцену и отправился проверять, как открывается занавес, остальные парни поставили на сцену сундучки с вещами и свободно вскочили сами. Потом подали руки девушкам и те легко взлетели на высоту двух локтей. Танцоры отнесли девушкам вещи за дальний занавес и сразу вернулись.
О чем-то деловито посовещавшись, трое начали по-своему передвигать обтянутые шелком ширмы, а главный спрыгнул в боковую нишу к музыкантам и несколько подзвонков настойчиво им объяснял, как они должны играть.
Далмений много бы отдал, чтобы прослушать эти наставления и высказать свои пожелания и при другой труппе обязательно так и поступил. Он так долго и упорно занимался этим делом, что считал себя профессионалом, имеющим право учить других.
Но с этой труппой… принц предпочитал переждать.
И дождался.
Вышел из-за ширмы тумастанец, махнул рукой музыкантам, вслушался в музыку, немного постоял, привыкая, и подал команду.
Вначале принцу показалось довольно простым их представление. Ну, прошли в несложном танце круг по сцене одетые в тонкие штаны и легкие, распахнутые на груди туники парни, затем второй, двигаясь быстрее и гибче, и еще один, и вдруг все разом стремительно исчезли за хитро поставленными ширмами. Музыканты сбавили темп, заиграли восточную тягучую мелодию, и выскользнула из-за ширмы девичья фигурка скрытая полупрозрачным платком. Легко заскользила, по тому же кругу, почти полностью повторив танец парней. С той лишь разницей, что после первого круга исчез платок, открыв затянутую в шитый золотом тумастанский костюм белокожую фигурку менлиски. А после второго вдруг размотался тугой узел на ее голове, и вслед за несшейся по кругу фигуркой полетела длинная грива рыжего шелка.
И снова четверо парней вьются по кругу, и после первого прохода внезапно остается лишь один, высокий и темноглазый, с нахальной усмешкой. Он сделал несколько резких, быстрых танцевальных движений, превращаясь в вихрь и резко замер, опустив руки. А через миг взмахнул ими и вверх взвился яркий шелковый платок. Он медленно опадал, окутывая струящимися складками танцора, ставшего неожиданно невысоким и хрупким.
Принц даже за амулет схватился, заподозрив магию. Но магии не было, а музыка вновь сменилась и по кругу поплыла явно женская фигурка.
В этот момент принц одобрительно улыбнулся первый раз.
Девушка, как и предыдущая, потеряла свой платок после первого круга, но зрителям было не до него. Шоколадная фигурка в длинных шароварах и тунике точно такого же цвета как и кожа, с распущенными черными локонами и с алой полумаской на лице.
Ей не нужно было делать особенных па, она привлекала внимание своей необычностью.
И снова летели по кругу парни, оставив на этот раз солировать светловолосого голубоглазого парня.
Он лихо станцевал довольно сложный танец, а когда остановился, выхватил из-за ширмы рыжеволосую и, крутнув в крепких руках, вытолкнул на середину сцены.
Этот танец у нее был совсем не похож на первый, намного быстрее и разнообразнее движения, ярче костюм, четче ритм.
Принц снова одобрительно улыбнулся. Выступление труппы не отпускало ни на мгновение.
И снова пролетели парни, оставив для сольного выступления зеленоглазого красавчика. Его быстрый танец напоминал бой на мечах, и кто-то из невозмутимых слуг ахнул, когда навстречу его выпаду кто-то бросил из-за ширмы завернутую в темный шелк берзийку.
Но красавчик девушку ловко поймал, поднял вверх на вытянутых руках и сделал полный оборот на одной ноге. Поставил аккуратно на ноги, ловким движеньем сдернул покрывало, и вместе с ним исчез за ширмой.
Теперь на ней был алый костюм и алая роза в волосах.
И танец был живой, зажигательный, с совершенно неизвестными принцу движеньями.
А тордизанку они что, для коллекции возят? Принц неожиданно вспомнил, что еще не танцевала самая заурядная на вид девушка.
А по сцене снова кружили парни, на этот раз накрыв головы тумастанскими белоснежными платками и сменив простые туники на полупрозрачные, вышитые шелком.
Принц весь подобрался, когда начал танец их старший, Камил, как шепнул дворецкий.
Его высочество благосклонно кивнул старику, не спуская глаз со сцены, где тумастанец то крался как змея, то летал птицей, то мчался степной пантерой.
И вдруг словно сломался, застыл, отступая за ширму, а по сцене уже плыла под нежную мелодию эльфийской свирели гибкая фигурка в простом белом платье до пола и с невесомым белым шарфом в руках. Длинные темные волосы, заплетенные в косу, перекинуты на грудь, а на голове странный высокий венок с бахромой из белых бусинок.
Так необычайно плавно двигалась девушка по сцене, словно ступала не по вытертым доскам, а плыла на чем-то невидимом по воде. И летел вверх платок, и она становилась то листком на осеннем ветру, то снежинкой в студеный день, то потянувшимся к солнцу первым весенним цветком, робким и чистым.
Музыканты поймали мелодию, вступили сначала осторожно, тихонько, потом, осмелев, добавили громкости.
Подошел к ним поближе красавчик со свирелью, начал рукой задавать темп.
Принц сидел совершенно очарованный танцовщицей, и злой на самого себя. Не сумевшего с первого взгляда угадать, кто в этой труппе прима.
А танцоры словно забыли про него, работали в полную силу, оттачивали движенья, синхронность, считали шаги и такты. И тут принц снова заметил нечто, о чем совершенно не догадался вначале. Танцевали все, и парни и девушки, кроме тордизанки. А она тихонько сидела на поставленном в сторонке сундучке и молча наблюдала. Но когда кто-то делал неправильное движение или не успевал в такт, она вставала рядом и показывала. Столько раз, сколько это было нужно. И когда музыканты не смогли понять, что от них хотят, подошла и наиграла на свирели. И получилось у нее значительно лучше, чем у красавчика.
Значит, именно она и была их истинным главой — с досадой решил принц.
Наконец они закончили тренировку, собрали свои вещи и слезли со сцены. И снова парни заботливо сняли девушек, поразив принца своими манерами.
Камил подошел к принцу и, вежливо склонив голову, спросил, как считает его высочество, могут они в ближайшем времени рассчитывать на выступление в королевском дворце?!
Принц и сам хотел им это предложить, но такая почтительность приятно согрела его сильно пострадавшее за последние сутки самолюбие.
Он покровительственно кивнул тумастанцу и ответил, что после обеда они вместе тронутся в путь. И возможно уже сегодня вечером его величество сможет оценить их мастерство!
Глава 35
Обедать их пригласили в маленькую, уютную столовую и не было сегодня ни слуг с кинжалами, ни принца.
О том, что его высочество не сможет с ними пообедать из-за важных дел, вежливо предупредил дворецкий, едва они вошли в комнату.
Зак только едва заметно хмыкнул. Знал он, что это за важные дела.
Команда, предупрежденная Заком, вела себя так же сдержанно и пристойно, как и при принце. Близкое присутствие которого Зак отлично чувствовал по наличию собственноручно изготовленного амулета, висевшего на высокородной груди.
Ну, это северные принцы себя так называют. Высокородными. Утверждают также, что у них и кровь не такая, как у простого народа. Хотя, доподлинно известно, когда много веков назад пришли сюда их предки, спасаясь бегством от жестокого хана Карая, кровь у всех была одинаковая.
И когда много позднее, один из молодых северян, взял силой власть вначале в своем племени, а потом в беспощадной войне захватил и присоединил соседние, кровь у него тоже была нормальная, по свидетельству лекарей. Не раз зашивавших раны беспощадному захватчику. Да и у его сыновей, крепко держащих в руках власть, и по мере возможности добавлявших к своему владению очередные земли, с кровью все было в порядке.
Когда объявляли свою страну королевством, когда резали в борьбе за власть братьев, даже, когда всходили на трон бастарды, кровь не менялась. И даже, когда произошла смена династии, кровь оставалась такой же, как у всех. И вдруг, пару веков назад, начали вещать об особой крови, издревле данной королю богами, как знак отличия от простолюдинов. И даже легенд на эту тему насочиняли и баллад понаписали. И теперь все принцы своей неземной родословной гордятся, старательно забывая, что один из их дедушек никак не мог быть сыном своему венценосному отцу, ибо был тот телом немощен и духом слаб. А мать его, королева иностранка, отличалась завидной любвеобильностью, и ночевала где угодно, только не в покоях мужа.
И вот теперь носитель этой сиреневой крови стоял за стенкой у специального глазка и внимательно наблюдал за командой. Зак заподозрил вначале, что по его приказу им подмешали в еду некое снадобье, но, тщательно проверив разум слуг и поваров, ничего подобного не заметил. И тогда подбросил парочку мыслей ученице и зятю.
Далмений терпеливо ждал, пока труппа поест, и расслабится. И скажет хоть несколько фраз, по которым принц поймет, можно им доверять или нет. Ему очень хотелось верить, что удача, наконец, свалилась ему в руки, но воспитанная на дворцовых интригах подозрительность вопила во весь голос, что так не бывает!
Чтобы именно тогда, когда он уже почти разуверился в затеянном предприятии, и считал, что эти актеры для него безвозвратно потеряны, они вдруг сами въехали в его ворота.
— Камил, — подкладывая себе на тарелку еще кусок сладкого пирога, спросила берзийка — а мы точно сейчас поедем к королю?!
— Ну… — пожал плечами тумастанец, — принц обещал.
— А ему можно верить?! — хмыкнул красавчик, потягивая холодный сок.
— Тан, а почему мы не должны ему верить? — включился в разговор темноволосый.
— Не знаю, насколько это правда, но купцы говорили, нет у него никакой власти!
Далмений, услышав это заявление, перекосился так, словно откусил неспелого яблока. Уже всякие купцы его жизнь обсуждают!
— Откуда они могут знать! — вступился блондин. — Вон в Тумастане про шейха чего только не болтают, а он каждую декаду новых наложниц покупает!
— Не нужно о шейхе! — рыкнул тумастанец, приятно порадовав подсматривающего принца такой заботой о своем правителе.
— А здесь, говорят, королева всем правит! — хмыкнула рыжая. — Та еще стерва!
— Не хотел бы я с ней поближе знакомиться! — хмыкнул темноволосый, — шепчут, что она… слишком… как бы это сказать…
— Чё, шлюха, да?! — заинтересованно подняла глаза от тарелки берзийка.
— Анюся! — шикнул на нее темноволосый, — не забывай, в чьем доме ты находишься!
— Извини Зак! — подняла она невинные глаза, — я не хотела!
— Все, поели, пора собираться! — поднимаясь из-за стола, скомандовал Камил, — а то нам еще змей знает сколько ехать по этим горам.
Далмений загадочно хмыкнул и пошел переодеваться. Подслушанный разговор если и не помог ему разобраться в странных взаимоотношениях участников этой труппы, зато успокоил насчет их взглядов. Хотя… клятву он с них все-таки возьмет.
— Я хочу помочь вам без волокиты попасть на королевскую сцену! — торжественно объявил принц собравшимся в его кабинете танцорам.
Да нам хотя бы во дворец, и то ладно, хмыкнул про себя Зак, с самым серьезным выражением лица слушая Далмения.
— Но вы должны дать клятву, что не расскажете никому про мои секреты, и когда будете говорить с королем, сообщите ему, что это именно я нашел для него вашу труппу!
Вообще-то мы сами нашлись, снова хмыкнул Зак, не меняя выражения лица.
— Мы готовы поклясться. — Твердо ответил Камил, глядя прямо в глаза принца.
Остальные танцоры склонили в головы, соглашаясь с ним, и Далмений подумал, что, кажется, понял, почему именно тумастанец командует труппой.
Он предложил всем произнести слова клятвы, держась за священное изображение бога, и труппа без колебаний выполнила его требование.
А что они теряли?
И только когда принц повел их по длинному коридору вовсе не в ту сторону замка, где находился выход во двор, маг забеспокоился. Похоже, все обстояло немного не так, как ему представлялось вначале.
Слуги, несшие сундучки с вещами команды, знали о том, куда идут, не очень много, и мысли их по этому поводу были весьма противоречивы.
Дойдя до небольшой комнаты без окон и мебели, с неоштукатуренными кирпичными стенами, слуги составили вещи посредине и, поклонившись, вышли, плотно прикрыв за собой двери.
Принц открыл в стене небольшую дверцу, замаскированную под кирпичную кладку, и что-то там повернул.
— Ох, Зак, а это… чё такое? — оторопело охнула Анюся, когда пол комнаты дрогнул и заскользил вниз.
— Видимо, лифт. — Задумчиво сказала Ната.
— Нифигасе! — успокоенно буркнула Анюся и села на сундучок.
А что зря стоять, если неизвестно, сколько придется ехать, вон, как медленно он ползет!
— Что такое лифт? — подозрительно уставился на нее принц, потрясенный спокойствием девушек.
— Подъемное устройство, используется в Тордизании в шахтах, — сказал Зак чистую правду.
После прибытия первых иномирянок, рассказавших о чудесах техногенного мира, ученые совместно с магами изготовили некоторые простейшие приспособления, не требующие особой энергии. Такие как шахтные лифты, работающие при помощи системы противовесов, водопровод, водяное отопление и прочее.
Им очень помогли в этом учебники, которые изредка встречались в вещах иномирянок.
Лицо принца приняло такое выражение, словно он съел ложку соли.
И только тут до Зака дошло, что Далмений считал себя великим изобретателем, а они его разочаровали. Впрочем, он действительно придумал все сам, маги Тордизании не делились с теми, кто их ненавидел, своими секретами.
После объяснения Зака незаметно расслабил напрягшиеся мышцы Камил, присела рядом с Анюсей Дайра, а потом и Ната. На звание скоростного этот лифт явно не тянул.
Под непрерывное поскрипывание и шорох потолок комнаты не спеша, уплывал вверх, кладка стен из кирпичной перешла в каменную, потом в просто грубо отесанную.
И наконец, почти через ползвона, с ощутимым толчком, лифт остановился. Перед командой распахнулась дверь и уже другие слуги начали разбирать вещи.
Зак привычно прослушал их мысли и порадовался, что не знал подробностей устройства лифта перед спуском. Иначе не любовался бы проплывающими мимо стенами с таким спокойствием.
Принц молча зашагал вперед, и труппа двинулась за ним. Следом слуги несли вещи. Из небольшого помещения перед лифтом они попали в тоннель, наклонно спускающийся в недра горы.
Зак уже выяснил все подробности будущего путешествия, и кратко проинформировал Тана, чувствовавшего себя под землей не лучшим образом.
— Потерплю, — мысленно ответил зять, — но в случае чего, ты же можешь со мной поругаться!
— Спасибо за разрешение, — ехидно ответил Зак, — обязательно воспользуюсь!
Они шли довольно долго, но никто не проронил и слова. Принц снова подивился необычным актерам, ну, ладно парни не подают вида, но не охающие и не задающие вопросов девушки! До сих пор принц считал, что таких просто не существует!
Он бы разумеется, успокоился, если мог услышать мысли Анюси, посылаемые Заку. Маг еще утром мысленно отругал ученицу за повторение вслух своих тайных разговоров, пояснив, что этим она может выдать их всех. И теперь Анюся, зажав зубами воротник куртки, чтоб не раскрывать рот, мысленно объясняла учителю устройство метро. Так, как сама его понимала.
Наконец, тоннель перестал опускаться, зато заметно сузился, на стенах появились сырые пятна а местами и сочащиеся водой трещины.
— Зак, — заметив их, оторвалась от своего рассказа ученица, — эт чё?
— Видимо, старая часть хода. Не волнуйся, она скоро кончится. — Послал мысль Зак и вздохнул.
Успокаивать ему хотелось совсем другую девушку. И не только успокаивать. А они даже парой слов перебросится не успевают. Нет, конечно, удалось ему, там за занавесом, урвать несколько поцелуев, так Камил чуть не убил мага, увидев размазанную помаду на губах Наташи. И настрого запретил к ней прикасаться. И он не спорил, сам ведь сказал тумастанцу, что тот отвечает за все вопросы, связанные с танцами!
— Зак! — позвал мысленно Танио, — долго еще?
— Не очень! — Так же мысленно ответил маг. — Я вот тут, кстати, вспомнил, а как ты перед Рикой оправдываться будешь, когда я расскажу про твои ухаживания за другими девушками?
— Например, за кем? — насторожился Тан.
Зак довольно хмыкнул, вот ты и попался!
— Например, за Натой?! — спросил Зак, и вдруг ясно понял, что хотел задать этот вопрос, независимо от того, нужно отвлекать зятя от мыслей о нависшем над головой каменном своде, или нет.
— Ну, это просто! — почему-то развеселился Тан, — я ей доложу, что выполнил ее задание!
— Какое задание?! — насторожился Зак, — Тан, ты что молчишь?!
— Думаю. И не смей без разрешения в мои мысли лезть, не то надену амулет!
— О чем ты думаешь?
— Стоит тебе рассказывать или нет!
— Тан! Я думал, мы друзья!
— Мы друзья. Но Рика моя жена, и я не собираюсь ее подставлять. А то ты опять вознамеришься с ней разбираться!
— Тан… я даю слово! Не буду разбираться!
— Точно?!
— Точно. Так что она тебе велела?
— Присмотреть за Натой. Защитить. Ты ведь на нее как зверь бросался. А Рика, ну ты знаешь, эмоции чувствует. И мать тоже.
Так. Зак это, конечно знал. Но… как-то… выпустил из виду. Считал, раз он не слышит мысли… ох, змеи, это что же получается!
— Зак! — встревожился зять. — Ты что там замолчал?!
— И что же они чувствовали? — утверждаясь в своих догадках, буркнул Зак. — Впрочем, не нужно. Я уже понял, что я дурак. Что если я не слышу мысли девушки, то и не могу понять ее эмоций.
— Зак! Все не так! Это твои эмоции всех пугали! Ты же сам в себе разобраться не мог! И ревновал ее к каждому столбу! А она… ну да, тоже ревновала. К Анюсе. Рика ей специально про правила рассказывала. Ну, про учениц.
Ну, да, все правильно. Он действительно, дурак. Великие боги, это сколько ж он времени потерял! Сколько нервов зря потратил! И себе. И ей. И матери с Рикой! А мог бы… все это время… нет, про это лучше не думать. Иначе он от злости на свою глупость разом высушит этот тоннель.
Который кстати, закончился. Потянулись пыльные коридоры, лесенки, на которых нужно было помогать девушкам, и Заку удалось, незаметно для идущего впереди принца, виновато поцеловать теплую ладошку.
Прости, любимая. Я постараюсь больше не быть слепым глупцом. — Пообещал ей в этот момент мысленно Зак, надеясь в недалеком будущем повторить свои слова вслух.
— Пришли, — буркнул принц, доставая из кармана ключ и поворачивая его в замке.
Дверь открылась и они вошли в небольшой, высеченный в камне зал с колоннами и арками, ведущими в следующее помещение.
Слуги сложили вещи кучкой и вернулись в тоннель. Принц отдал им ключ, и дверь закрылась.
— Им дальше нельзя, — объяснил принц, — но тут недалеко.
Зак, сопоставив в уме расположение королевской резиденции и замка принца, уже давно понял, где они. Это там, наверху, два замка разделяет горный кряж, и можно добраться из одного в другой не меньше чем за пару звонов. На лошадях, окружной дорогой. А напрямик всего полторы лиги, и принц давно это просчитал. И приказал пробить несколько сотен локтей тоннеля, чтобы попасть в один из потайных ходов.
Парни разобрали сундуки и узлы и потопали вслед за принцем и девушками.
Идти, действительно, пришлось недолго. Едва они дошли до середины пятого по счету зала, как сзади с грохотом опустилась толстая каменная плита, перекрывая выход. И почти одновременно поднялись две боковые, впуская в зал несколько десятков стражников с оружием в руках. А на балкон высыпали кучкой арбалетчики, и наставили на застывшую команду свое смертоносное оружие.
Глава 36
— Не двигаться! — Закричал командир нападавших, и Зак мысленно подтвердил этот приказ.
Он смог прочесть мысли этого человека, защищенного лишь дешевой подделкой, и точно знал, что ему отдали приказ доставить пленников живыми. В подземную, вернее в подкаменную, тюрьму. И рассадить всех по разным камерам.
— Принц Далмений, вы арестованы за попытку совершить покушение на жизнь короля, и будете вместе с соучастниками отконвоированы в тюрьму! — Прокричал офицер и махнул рукой.
Охранники окружили труппу, оставив свободным только проход в ту сторону, куда намеревались гнать пойманных преступников.
— Я?! На жизнь брата?! — потрясенно пробормотал принц и с ненавистью бросил — Ну и сука!
И Зак был с ним полностью согласен.
По дороге в тюрьму он постарался вложить в голову командира твердое убеждение, что они уже обыскали пленников и ничего предосудительного не нашли. И потому можно игнорировать приказ и посадить их всех вместе. Вот в ту, большую, пустую камеру.
На одном из поворотов он поймал встревоженный взгляд Наты и весело ей подмигнул, хотя не был пока уверен в правильности своих действий.
Но его любимая об этом знать не должна. Он сам обо всем позаботится.
Массивная металлическая дверь была открыта настежь, видимо, никто не сомневался, что пленники непременно попадут сюда. Командир, пройдя вперед, немного поспорил с тюремщиками, приготовившими несколько крошечных, как шкаф, камер. И настоял на своем. Зак ему немного помог.
Старший тюремщик, ворча, снял с пояса тяжелую связку и открыл большую камеру. Принц, гордо подняв голову, вошел в нее первым.
За ним труппа. Дверь взвизгнула и закрылась. Загремели засовы, заскрипел ключ в немазаном замке. И как он у них только отпирается, непонятно!
Зак отошел от двери и остановился у стены, прикрыв глаза. Ему нужно было просмотреть десятки разумов, чтобы найти пленных детей.
— Ваше величество, их схватили. И ведут в тюрьму. — Слегка запыхавшийся гонец склонился в поклоне.
— Далмений… был с ними?!
— Да, ваше величество!
— Иди.
Гонец еще раз поклонился и выскользнул за дверь.
— Ну, и что мне теперь с ним делать? — обернулась королева к стоящему у окна молодому человеку.
Он не отвечая, неслышными шагами прошел к двери и резко ее распахнул. Никого. С досадой захлопнул дверь покрепче и повернул в замке ключ.
Прошел к неширокому диванчику, на котором, изящно облокотившись на вышитые золотом подушечки, сидела королева и сел рядом. Притянул женщину к себе, не обращая внимания на вялое сопротивление, и начал уверенно оглаживать.
— Милтон, я тебя о чем спросила? — попыталась вернуться к разговору королева.
— Ммм, и о чем?! — целуя ее, проворковал советник.
— О принце… — вздохнула она, тая под его ловкими руками.
— Моя умная девочка заслужила награду, — коварно шептал Милтон, прекрасно изучивший слабости королевы, незаметно прикрывая щеку женщины ее же кружевным воротником.
И зачем она мажет себе на рожу столько крема и пудры? Думает, это делает ее моложе? Ну, только… если издали. Сильно издали.
— Не переживай… моя кошечка… ничего плохого с принцем не случится. Немножко испугается… ну, иди же сюда…
Еще пару дней он ее как-нибудь потерпит, а потом… потом можно будет выслать в западный гарнизон… под другим именем, разумеется! Офицеры будут рады. Женщины туда едут неохотно.
А что ее никто не узнает без шикарных накладных белокурых локонов и корсета, который затягивают три служанки, советник абсолютно уверен. Он же не узнал, когда в первое совместное утро обнаружил рядом с собой не стройную красавицу с роскошной гривой, а оплывшую морщинистую тетку с жиденькими, наполовину седыми, а наполовину русыми лохмами.
Все-таки отличный план придумал отец. Жаль, конечно, что маги невовремя вмешались, такой кусок придется уступить! Да кто же знал! Столько веков держали стойкий нейтралитет и вдруг как с цепи сорвались! Говорил он отцу, не нужно слишком зверствовать, а он, свое, иначе их не свалить!
Да и боги с ним, с этим востоком! Ничего там особенно ценного и нет!
— Ваше величество! — забарабанили в дверь. — Мне нужно срочно поговорить!
— Ох, змеи, как она не вовремя! Милтон, да отпусти же меня! Взгляни, помада не сильно размазалась?!
— Сейчас поправлю. Не дергайся, я не камеристка!
— Ваше величество!
— Входи, — открыл дверь советник, и на миг задержался за шторой, оправляя камзол.
— Что я услышала, ваше величество! — Возмущенная девушка ворвалась в гостиную, пролетев мимо советника как вихрь. — Мальчиков переводят на тюремный этаж!
— Милтон?! — подняла брови королева, — Это твое распоряжение?!
— Там им будет безопаснее! До конца ультиматума осталось всего два дня, я каждый день получаю известия о готовящемся похищении, поэтому принял меры! — Соврал Милтон.
— Но детям вовсе не место в сыром погребе! И что у вас за мода, строить тюрьмы в подвалах! Да и вообще, им будет там страшно! — Сердито возмущалась девушка.
— Лили! Я бы с удовольствием поселил с ними на эти два дня кого-нибудь, кто бы их успокаивал! Но никого… надежного… не смог найти! — лицемерно скривил сочувствующую мину Милтон.
Девушка на несколько мгновений задумалась, а Милтон даже прикрыл глаза и стиснул зубы, чтоб не расхохотаться. Ну, до чего же они предсказуемы, эти дурочки!
— Я могу посидеть там эти два дня, — наконец решилась Лиля, — а что с ними будет потом?
Ну, все как по расписанию! Даже скучно!
— А что может случиться с детьми, особенно если ты будешь их охранять?! — Притворно возмутился Милтон. — Неужели ты думаешь, что родители променяют своих детей на вонючих вампиров?!
— Не должны бы… — неуверенно буркнула девушка и направилась к дверям, — ну, я пошла! Милтон, передай слугам, пусть принесут одеяла и горячего чаю. Кстати…, она на миг смутилась, — а как там… насчет туалета?
— Все там есть, тюремщики водят заключенных по первому требованию. Но для тебя и принцев приготовлена особая камера, с отдельным туалетом.
— Хорошо. — Не заметив его оговорки, кивнула Лиля и вышла.
— Займемся прерванным делом? — игриво потянулась к советнику королева.
— Прости, любовь моя, немного позже, сейчас мне нужно срочно уладить пару вопросов! — Выскользнул из цепких ручек Милтон.
Ему не терпелось все побыстрее рассказать отцу и наметить подробный план действий. До заветной цели остается всего два дня и он не намерен тратить впустую ни подзвонка!
— Мне перестает нравится эта ситуация, — Задумчиво бормотал старичок, рисуя мелком на полированной плите черного гранита странные крючочки. — Я хочу немного изменить план.
Слишком уж они… неправильно себя ведут. Ну, ладно бы один раз, случайности я не исключаю. Но второй, третий! Нет, они не те, за кого себя выдают.
Пусть Катресса с ними поговорит, как планировали, и сразу ведите к королю. Он примет такой подарок в любое время суток, это знают все. Поставь в нишах вокруг зала арбалетчиков, всех предупреди, в случае чего, никто из труппы не должен остаться в живых!
У тебя есть надежный офицер?! Дай ему амулет от магии. Ни всякий случай! А того человека… что я тебе дал, заранее посади за сценой, там есть будочка, под потолком… из нее обычно снег бросают, оттуда королевское кресло видно, как на тарелочке. И скажи ему, как только они начнут выступать, пусть стреляет.
Но только в короля! Раза три, чтоб наверняка!
Катрессу заставим за тебя замуж выйти. Что значит, не хочешь?! А королем стать хочешь?! Нет, не навсегда, лет на пять. Потом она заболеет… Что?! Ничего, сможешь! Для этого столько разных снадобий придумано… потерпишь! А для души… заведи служаночку помоложе.
А что принц? Принца будем судить. Это же он убийство брата организовал, потайным ходом убийц привел! Там сколько охранников их встречало?! Вот всех в свидетели и запиши! Да не забудь им хорошую премию за поимку выдать, сейчас скупиться не время!
Да не позабудь сам оттуда пораньше уйти! Найди повод. Допустим, мальчишки заболели! Ты их запер, как я велел, с этой сумасшедшей?! Ну вот, на нее и свали, обкормила конфетами! Как это не едят? Все дети едят конфеты! Ну, дай что-нибудь другое, что ты из себя дурака строишь!
Да нечего так расстраиваться, пять лет в твоем возрасте… В конце концов, короли не каждый день… этим занимаются, наш вон уже забыл, где ее спальня.
Все, иди! Я тут еще подумаю. И чуть что, если узнаешь… любую мелочь… Ну и что же, что сто раз! Лучше в сто первый повторить! Все. Иди сынок! Удачи!
Принц с тоской посмотрел на засаленные доски топчанов и не стал садиться. Может, они тут ненадолго?! Вот сейчас доложат брату, он вызовет его к себе… эх, хорошо бы, если так! Нет, скорее всего, доложат этой суке, а она… она только порадуется! И откуда они только узнали… он же всех каменщиков велел вывезти в Тумастан и продать на рынке! Чтоб не проболтались! Неужели нужно было убить?! Нет. Ни за что! На это он неспособен! А что теперь сделают с этими танцорами? Да какое его дело! Ему брат теперь все равно не поверит, после того, как эта гадина распишет, что принц хотел его убить! А зачем его убивать?! Брат всегда был тихим, мечтательным, не от мира сего! И никогда они не ссорились, просто не из-за чего было! Вот он и решил, когда Бингел про этих артистов рассказал… привести ему… Мадентий от таких подарков на несколько дней в прекрасное настроение приходит, а сразу у него можно просить что хочешь! Он все продумал, как расскажет про Милтона, чего попросит… Ну, теперь уж бесполезно об этом думать!
— Ваше высочество! Садитесь! — Вежливо окликнул принца Камил.
Далмений с недоумением поднял брови. Как-никак он принц и обращаться к нему вот так, без разрешения…
И обнаружил, что все артисты уже с возможным удобством расположились на топчанах, застелив их халатами и прочей одеждой. Оставив застеленное халатом местечко и для него.
Он немного потоптался, в надежде, что его примутся уговаривать, но танцоры занялись собой, перестав замечать его присутствие. Повздыхав, Далмений пристроил свой высокородный зад на жесткий топчан и вздохнул. Вот так! Кланяются, лебезят… объясняются в верности и преданности… а как только случились что — и нет никого рядом!
— Зак! — воззвала берзийка, — А нам здесь кушать дадут?!
Темноглазый оторвался от примы, которую он увлеченно целовал в уголке, и посмотрел в потолок.
— Догонят и добавят! — непонятно хмыкнула прима и положила танцору голову на плечо.
— Тсс! — слегка отстранился он, не отпуская, впрочем, талию девушки из своих рук. — Их сейчас приведут сюда. И снова притянул к себе девушку.
— Кого? — Напрягся тумастанец.
— Детей. — Ответил красавчик.
— Каких детей? — не понял Далмений.
И причем здесь дети, если берзийка спрашивала про еду?! Да и как она вообще может думать о еде?! Когда решается вопрос жизни и смерти? Да и обед был не так давно! Нет, он, Далмений, их решительно не понимает!
— Ваших племянников! — на миг оторвавшись от увлекательного занятия, жестко сказал темноглазый Зак.
— Но… у меня нет племянников! — неуверенно возмутился Далмений.
— А разве король Ландии вам не родственник?! — с ухмылкой спросил красавчик, кажется, его зовут Танио.
— Ну… в каком-то смысле… — неуверенно замямлил принц.
— Нифигасе, в каком-то! — возмутилась темнокожая Анюся. — Я и то знаю, что у вас общий дед!
— Не дед, а пра, пра… — попытался сосчитать Далмений.
— Ну вот! — обрадовалась Анюся. — Значит — родственники!
Принц огорченно засопел и задумался. Нет, он, разумеется, и раньше знал, что когда-то король Векридии отдал младшему сыну Ландию. Но как-то не догадывался, что дети того короля являются родными племянниками ему лично. Ну, пусть внучатыми, или пра, пра…
Он оглянулся на притихших танцоров и обнаружил, что все ожидающе поглядывают на Зака, сидящего с прикрытыми глазами и напряженным лицом.
В наступившей тишине послышались шаги, звон ключей и ворчание тюремщика.
— И чего всех в одну камеру, совсем с ума посходили?
Глава 37
— Ты уверен?!
— Да говорю же тебе!
— Столько лет прошло.
— Ну и что, я сразу узнал!
— Тогда пошли, хватит отдыхать!
Они снова взялись за ручки навозной тележки и, кряхтя, покатили ее дальше. Хорошо, хоть ночь ясная, тропку видно. А то бы еще больше намаялись. Хотя, временами казалось, больше уже некуда.
Эх, если б еще спина так не болела! И до чего ж он тяжелый! Весь в папеньку! Тот тоже, помнится, не маленький был! А уж, какой бабник был, второго такого поискать! Да, впрочем… если б не это…
— Осторожнее, Том, здесь корень!
— Где? А! Ой! Нашел! Ох, моя нога! Давай, отдохнем!
— Так уж совсем немного осталось! Вон, за кустами крыша темнеется! Налегли!
— Стучи сильнее! Что, она, не умерла там?!
— Да вы и умереть спокойно не дадите, своим стуком с небес вернете! — распахивая дверь, проворчала старуха, всматриваясь в ночных гостей. — Ну, и чего среди ночи приперлись? До утра не дождались?! И сами не спите, и людям не даете!
— Так умирает же! — Рассердился Карл. — Ты думаешь, нам приятно по ночам с тележкой таскаться!
— Дай-ка посмотрю.
Старуха проворно спустилась с крыльца, сунула руку под одеяло, в которое, как в кокон, был замотан умирающий.
Хмыкнула, нащупав редкий пульс, и скомандовала, — заносите!
— Да сапоги в сенях снимите, у меня чисто!
В первой, большой комнате, служившей травнице рабочим кабинетом, горела на столе у окна лампа, освещая немудреную обстановку. Широкие лавки, прибитые вдоль всех стен, застелены сенниками и домоткаными ряднушками, на полу вязаные полосатые половики. Посреди комнаты манит теплом основательная печь, к ней примыкает дощатая перегородка, за которой с одной стороны маленькая спальня, с другой кухня.
— Одеяло размотайте! И брось на улицу, оно в навозе! Не могли чем-нибудь тележку застелить?! Эх, мужики! На лавку его кладите! Вон, на ту! Да найду я, чем укрыть, его сначала раздеть надо. Как зачем, посмотреть, не от раны ли яд пошел! Что? А ты откуда знаешь? А, подслушивал. Ну, молодец, всегда так делай! Бедные люди должны знать, чего можно ждать от тех, в чьем доме живут! Это у них всяких способов, чтоб спастись, много, а у вас только один, точно знать, в какой момент пора удирать!
— А зачем нам удирать? — Недогадливо уставился на болтливую старуху Том, — Мы немного отдохнем и вернемся!
— Да вы с ума сошли! Зачем вам возвращаться? Ох, и дураки! Идите немедля за вещами, да прихватите чего ни-то в счет жалованья! И мне за лечение! Чего, Улья! Если б я бесплатно лечила, ноги давно с голоду протянула! Нет, постойте. Сначала подержите его, я зелье волью. Да сильнее навалитесь! Биться будет! Готовы?! Ну, помоги нам великие боги!
Через подзвонок, все трое, тяжело дыша и стоная, поднимались с пола, раскиданные в разные стороны страшными судорогами, корежившими мощное тело.
— Улья! — Взмолился Карл, с состраданием глядя на спасенного, — Ничего нельзя ему… чтоб не так корчило?!
— Можно. Но у меня нет. Лето было сырое, не вызрел моренник! А старые запасы я поизвела! А на ярмарке торкнулась, цены против прошлогодних втрое, а то и вчетверо! Война! Ну все, идите, стихает он! Теперь до вечера не проснется! Да еды захватите побольше! Мне такого мужика не прокормить!
— Карл!
— Чего?
— Я вот думаю…
— Ну?
— Надо лошадь свести!
— Ты… ты чего… совсем… он же запорет!
— Тише, Карл, не ори! Ты зачем парня спасал, если ему отсюда и выехать не на чем? У нас ведь глухомань, а он после яда! И Улья права, бежать нам пора! Вдумайся сам, у них сейчас за поместье баталия начнется, нам… лучше в сторонке!
— Постой, не торопись. Давай передохнем. Я ведь тоже… думал… не хотел тебя одного бросать. Ты свои цветочки, кустики… неужто бросишь?!
— Голова дороже. Но я еще… может и вернусь!
— Тогда пошли, пока не рассвело, чтоб никто не увидел.
— Карл! Тележку-то того… может, бросим? Если лошадь решили?
— Ну, бросай. Нет, не в овраг! Вон под кустом листьями присыпь! Хорошая тележка, авось, придется назад возвращаться!
— Вернулись! Ну и правильно. А что лошадь привели, вдвое молодцы! Только, чем вы ее кормить собираетесь? У меня сена нету! А, ему… ну, тогда ладно! Пару дней и в лесу попасется, ничего ей не станет! Пусти вон туда! Да сними ты с нее веревки свои! Никуда не денется! Охраннику скажу, последит! А откуда ты знаешь? А! Да, это так. Что бы я за травница была, своего лешонка не иметь!
Улья беспрерывно болтала, видать, наскучило ей одной. А между разговором сноровисто бегала из кухни к столу, поднося оттуда миски с кашей и кружки с горячим взваром. И масло, и молоко в кувшинчике, и мед в долбленке. И свежие оладьи. А в кухню таскала мешочки и корзинки с продуктами, подчистую выскобленными друзьями из господского буфета и погреба. Только… не так уж густо там и было, по правде говоря! Хозяин денег на продукты не тратил, да и с управляющего имением предпочитал брать наличными. Только тот особо не давал, требовал указ о наследстве предъявить.
— Уф! Все, садитесь, позавтракаем, чем боги послали! Что? Где куры? В мешке? Что, живые? Не задохнутся? Ладно, что-нибудь придумаю. Куры, это хорошо. Ему вечером супчик в самый раз! Да вы ешьте, не стесняйтесь! Вон масло, в кашу-то клади! А потом вот тут на лавках и устраивайтесь! Небось, всю ночь не спали! За ним? Да что ему теперь сделается, яд свернулся, молодцы, что сразу привезли! Чем дольше не дать противоядие, тем труднее лечить!
Болаф проснулся от дружного храпа, и еще не открывая глаз подивился, с чего это они так храпеть-то начали? Простыли, что ли? Раньше-то тихо спали, ну разве Камил когда всхрапнет.
Открыл глаза, удивленно осмотрелся, не понимая, где находится. Спустил с лавки ноги, сел, чувствуя, нехорошую слабость и тошноту. Еще побаливает и кружится голова. Он что, заболел, что ли?! Болаф задумался, пытаясь вспомнить, отчего так плохо себя чувствует. Всплыл в памяти невидимый собеседник, прячущийся в полутьме коляски, круглолицый повар, предложивший взвар…
Так, стало быть, они его украли. Потом усыпили и привезли сюда. Значит, эти люди, спящие на соседних лавках, его охранники! Тогда нужно потихоньку уходить и искать Зака! Или Зак найдет его, он все умеет!
Болаф встал и потихоньку направился к двери. Осторожно распахнул и оказался в темных сенях. Вытянув вперед руки, чтоб не наткнуться на что-нибудь, Болаф потихоньку продвигался к двери. Вот он, косяк, вот щеколда, вот ручка…
И тут кто-то крепко вцепился в его ногу. То ли когтями, то ли зубами, только от неожиданности северянин громко ойкнул. И замотал ногой, пытаясь сбросить с нее агрессора. Тотчас затопали сзади чьи-то ноги, Болаф с силой торкнулся вперед, и вместе с неизвестным зверем и выбитой дверью покатился по крыльцу. Но не растерялся, вскочил и побежал. Со всей силы.
Зверь то ли сам оторвался, то ли пришиб его великан, только куда-то пропал. И уже пробежав с пару сотен локтей, Болаф вдруг понял, что бежит без сапог и куртки, а на улице осень и ночами уже подмораживает. Но возвращаться было поздно, да и не особо запомнил он, петляя по кустам, откуда прибежал.
Только теперь, успокоившись и оглядевшись, северянин понял, что не ночь еще, а поздний вечер, слабо светилась вдали за холмами багровая полоска заката. Он поежился, подумал, развернулся к закату спиной и пошел, решив, что если станет сильно холодно, то наломает еловых веток и устроит из них берлогу.
А через ползвона заметил впереди избушку, приветливо манящую печным дымком и теплыми квадратиками окон. И мужика возле нее, привязывающего около дровяника лошадь, и стоящую на крыльце старуху.
Повезло.
Болаф подошел поближе, стараясь держаться в неяркой полосе света, падающего из окна, чтоб не напугать мирных крестьян.
— Мир вам, люди добрые! — сказал как можно приветливее, стараясь не стучать зубами от пробирающего холода.
— И тебе того же! Не стой на холоде, проходи в дом! — немедленно откликнулась хозяйка.
Северянину очень хотелось заскочить в теплое нутро избы тремя прыжками, но он сдержался, прошел неторопливо, тщательно вытер у порога поцарапанные ноги.
— Проходи, садись! Вот сюда, поближе к печи! Вот тебе бадейка, ставь ноги-то! А вот кувшин с горячей водой, поливай понемногу! Сейчас мои старички придут и будем ужинать!
Старушка принесла ему тряпку и растоптанные обрезки, и Болаф втиснул в них согретые и отмытые ноги.
Тем временем в дом вошел немолодой мужик, и принес охапку дров. Помог старушке отодвинуть от окна стол и они стали накрывать его к ужину. В сенях кто-то завозился и еще один старик внес в дом бадейку с водой. Пронес в кухню, потом забрал воду, в которой Болаф мыл ноги и понес выливать. Великану было немного не по себе, что он причинил столько лишних хлопот этим добрым старикам.
— Иди ужинать! — Позвала его старуха, и Болаф, переборов смущение, присел к столу.
Большая миска горячего куриного супа с широкой домашней лапшой и кружочками овощей показалась изголодавшемуся северянину самой вкусной едой на свете. Да еще с горячей лепешкой! Потом старуха ловко подлила ему добавки, а следом пододвинула миску с кашей, заправленной соусом из жареных грибов, миски с оладьями и маслом и налила горячего взвара.
Болаф с удовольствием смел и кашу и оладьи, макая их в масло и запивая взваром. И почувствовал, как от горячей, сытной еды по телу пошло тепло, с дрожью выгоняя из костей осеннюю стужу. Он допил последний глоток взвара, пахнувший детством и вспомнил тот, ядовитый взвар. Дернул плечами, нахмурился, вновь переживая подлость спутника.
— Как тебя зовут? — мягко спросила старуха.
А действительно, как?! Если назвать свое имя… нужно объяснять, откуда взялся. Если назвать придуманное магами… тогда возникает вопрос, а где твои спутники?
И что на это отвечать? А отвечать нужно, хозяева примолкли, ждут.
— Болаф, — отважился ответить гость, но в подробности решил не вдаваться.
— Хорошее имя! — кивнул один из стариков. — Я вот тоже, знавал когда-то одного Болафа. Хозяйки моей сынишка. Ох, бедовый был, страсть! Как-то на дерево влез, яблок ему захотелось! Ну и сорвался! Ногу распорол, страшно смотреть! Но никому не сказал, зубы сцепил и терпит. А на третий день, когда уже хромать стал, мать его поймала и заставила штанину поднять! Ох и шум начался! Кто к травнице, кто за лекарем! А мне хуже всех пришлось, приставили к непоседе, чтоб по лестнице ходить помогал! Ну, я и придумал, чтоб он много не бегал, книжки ему читал, сказки рассказывал! Ему тогда лет восемь было. А вскоре мать его замуж выдали, за лорда Кардара. И вместе с сынишкой отправили в его поместье. С тех пор я его и не видел.
Болаф сидел, стиснув кулаки и молча смотрел в темное окно. Не желал он вспоминать ни о матери, ни о лорде.
Старик немного помолчал и продолжил.
— Только это ведь не конец истории! Лет через десять отправил Кардар парнишку в Агану, учиться торговому ремеслу, так старый лорд говорил, дед его. Вот в Агане он и пропал! Лорд Кардар вроде искал, не знаю точно, а врать не буду, только не нашел. А мать его, леди Кардар, приезжала в именье, долго о чем-то с отцом говорила. Он сначала спокойно разговаривал, потом кричать начал. Леди из кабинета вся в слезах выскочила, запрягать лошадей велела. Через четверть звона, ни с кем не прощаясь, уехала, и больше старого лорда живым не видела.
А когда приехала на его похороны, мы узнали, что она уже три года как вдова. Да. Умер, значит, ее муж, и сын его младший тоже. В речке утонул. А старый лорд именье ей оставил, ее брат за год до того с каким-то менлисцем в поединок ввязался, вроде, девицу не поделили. Ну и зарезал его менлисец, они же с детства с ножами ходят!
Переехала она в именье, поместье лорда продала, деньги со старшим пасынком поделила, и на всю свою долю наняла людей, сына искать. Только он как в воду канул. Леди за два года в тростинку высохла, кроме поисков ничем не интересовалась. А к весне совсем слегла, и ничего ей не помогало. Вот и Улья ее лечить ходила. Только напрасно. Весной ее и похоронили.
— Карл… — хрипло произнес Болаф, глотая слезы.
— Нет, вы подождите! Это еще не конец рассказа! — настойчиво перебил его старик. — Конец-то вот какой, когда приехал пасынок и стали читать завещанье, оказалось, что она все оставила сыну! Ну, молодому лорду это очень не понравилось, он в именье поселился и людей специальных нанял, брата сводного искать. Живого или мертвого. Ну, зайцу понятно, лучше мертвого! И вот вчера вечером зовет меня в кабинет. И начинает допрашивать, не помню ли я, каких особых примет, шрамов там, или родинок… Я и рассказал ему про ногу-то.
Он и говорит, смотри! И покрывало поднимает. А там человек. Неживой. Ну, задрал я штанину, посмотрел. Вроде он.
А приятель его, скользкий такой, лицо открывает. Тут уж я его точно узнал. Вылитый отец. И лицо и рост. Да говорю, это он.
Отпустили они меня. Этот, скользкий вскоре уехал, а Кардар меня позвал и велел Болафа за конюшней, в навозе закопать. И тоже уехал, в кабак. Ему скользкий денег дал.
Я Тома позвал, все объяснил. Решили мы парня в фамильный склеп отнести, там и похоронить. А Том, едва взялся за него, как заорет! Карл! Он живой! Я тоже потрогал, живой, да не очень! Сердце еле бьется! Завязали мы его в одеяло, на тележку положили и бегом сюда, к Улье. Она все яды знает. Привезли, затащили, на лавку положили, Улья зелье принесла…
— Карл! Хватит! Я уже все понял! Прости… и спасибо вам! И не обижайся… Ну, откуда мне было знать, что вы не сторожа? Я ведь в чужом доме уснул! Только… одно не пойму… я все время прямо бежал…
— А лешонок тебя и привел! — засмеялась Улья. — Им это запросто, человека завести. Только сердит он на тебя, из-под лавки не идет, зашиб ты его маленько, еле уговорила, чтоб долго не водил, ты же раздетый побежал!
— Улья… а нельзя мне его… чем-нибудь угостить? Я ведь думал, собака, когда он мне в ногу вцепился.
— На вот, оладий с медом, сейчас помирим!
Она что-то произнесла по лешачьи, и из под лавки нехотя вылез леший. Совсем молодой еще, шерстка зеленоватая, глазки сердитые. Но оладий у Болафа взял, и тут же съел, и получил добавку. После чего сунул Болафу неизвестно откуда взявшийся орех и потопал в сени.
— А я ведь там дверь сломал! — виновато оглянулся на Улью Болаф.
— Том починил. Он на все руки мастер! — Отмахнулась травница. — Ты давай ложись, поспи еще, у тебя в крови еще яд гуляет.
— Нельзя мне. Меня ждут! — отказался северянин, вставая из-за стола. — Спасибо вам за все! Помогут великие боги, так увидимся!
— Нет, ты постой! — Загородила собой выход старуха. — Куда ты сейчас пойдешь? Здесь лес, дороги нет! Поспи до утра, утром мы тебе лошадь дадим и дорогу покажем! Все быстрее будет!
Глава 38
— Заходите!
— Ты, что, с ума сошел? Куда нас суешь к бандитам?! Для нас приготовили отдельную камеру! — Рявкнул на тюремщика девичий голос.
— Танио! — мысленно позвал Зак. — Включай обаяние! Они должны сюда войти!
— Девушка! — Немедленно подскочил к распахнутой двери Тан. — За что вы нас оскорбляете?
— ЧТО? — Возмущенно обернулась к нему Лиля.
И утонула в ласковом свете бесподобных глаз. И растерялась. И покраснела.
— Когда… я вас… оскорбляла?! — еле выдавила, опуская глаза.
— Так заходите, поболтаем! — широким жестом пригласил Танио.
— Но… я… не могу… У меня дети!
— Я похож на человека, который может обидеть детей? — наигранно обиделся маг.
— Н-нет… но мне сказали…
— А вы посидите с нами, а господин надзиратель сходит, разберется! — чарующе улыбнулся Тан и подал девушке руку.
— Ну, если… так… — Она подтолкнула напряженно вытянувшихся детей — Заходите! А ты иди немедленно к Милтону и все выясни!
Вслед за ними двое слуг занесли кипу одеял и корзинку с едой. Сложили на топчан и вышли.
Лязгнула тяжелая дверь.
— Сейчас, разбежался! — Пробурчал тюремщик, проворачивая скрипучий ключ. — Только мне и делов, по замку бегать!
— Ну, давайте знакомится! — Перед Лилей стоял высокий черноглазый мужчина с насмешливыми глазами. — Я Зак!
— Лиля. — Вежливо отозвалась, оглядывая дружелюбно улыбавшихся людей, Лиля.
Да, действительно, совсем не похожи они на бандитов. Это что же тут у Милтона творится!
— Танио! — Это зеленоглазый красавчик, уговоривший ее здесь посидеть.
— Камил. — Парень, похожий на араба, настороженно смотрит карими глазами.
— Крис! — Голубоглазый блондин.
И все с фигурами мачо из плейбоя. Да она за все время, пока живет здесь, столько симпатичных мужиков не видала! У них худосочный Милтон красавцем считается! Все придворные дамы за ним бегают! А тут, в одной только камере, целый взвод офигительных мужиков!
— Я Дайра! — рыжеволосая зеленоглазая девушка мягко дотронулась до ее плеча.
— А я Наташа. — Внимательно рассматривала Лилю сероглазая девушка с длинной темной косой.
— А я Анюся! А что у вас в корзинке? — Бесцеремонно поинтересовалась худенькая невысокая негритянка.
— Как? — переспросила Лиля, никогда не слышавшая, чтоб негритянок звали Анюсями.
— Анюся! Или Нюся! Или просто Анна.
— Или Нюрка… — ошеломленно буркнула Лиля.
— А вот за Нюрку в глаз дам! Больно! — Воинственно подбоченясь, сообщила негритянка. — И не вздумай еще Анкой-пулеметчицей назвать! Ваще прибью!
— Анечка! — Всхлипнула Лиля, бросаясь к чернокожей Анюсе и вцепляясь в нее как в спасательный круг. — Миленькая! Откуда ты про Анку?!
— Из анекдотов, откуда ж еще… А ты… что… тоже знаешь?
— Ну, да! И про Петьку, и про Чапаева! Я из Мурманска, а ты?
— Подмосковье!
— Питер! — обняла Лилю за плечи подошедшая Наташа.
— Что? И ты?
— И я. Наталия Катлицкая, Санкт-Питербург!
— Лилия Торобова. Девочки! Как я рада, что вас нашла! Я ведь… думала… — Слезы счастья текли по щекам девушки.
— Что одна тут? — Понимающе кивнула Ната. — Я тоже так думала, пока по Тумастану шла! А потом… ну, в общем, нас тут… Зак, сколько?
— Она — сорок пятая. — Коротко сказал черноглазый.
— Что?! Не может быть! И… где они все?
— В Тордизании. Половина в Кизарде, а двадцать со своими принцами весной переехали в поместья. — Сообщила Ната. — А ты давно здесь?
— Почти два года. Меня на берег моря выкинуло. Рыбаки подобрали. А потом сюда привезли. Милтон говорил… других никогда не было.
— Много он знает! — Фыркнула Анюся и хотела что-то еще сказать, но неожиданно задумчиво замолчала.
Прослушивая инструкцию Зака, зазвучавшую в голове.
— Слушай, Лиля! А откуда эти мальчики?
— Что? — Обернулась от Наты новенькая. — Это Принцы. Вот этот Филир. А это Леонт. Устраивайтесь ребята, сейчас я вам одеяло постелю! Вот. Залазь с ногами, сюда можно. Леон, тебя подсадить? Сам? Ну, молодец! Кушать хотите?
Старший мальчик качнул головой. Младший посмотрел на него и вздохнул.
— Я тоже не хочу.
— А я хочу! — Обрадовалась Анюся.
Хоть один раз услышала от Зака нормальное предложение!
Она поставила перед собой корзинку и начала доставать оттуда горшочки, сверточки и вазочки.
— О, конфеты! Обожаю!
Младший принц несчастно вздохнул.
Зак, прекрасно слышавший все мысли детей, поморщился, как от зубной боли. И тут же мысленно объяснил все Анюсе. Он, конечно, и сам бы мог, но во первых, девушки лучше обращаются с детьми, а во вторых он не очень любит конфеты.
— А давай, — азартно предложила она малышу, — Будем есть конфеты вместе?! Ты разворачиваешь, и даешь мне любую половину!
Леон обернулся к Филиру и умоляюще уставился ему в глаза. Вот уже сколько дней конфеты постоянно лежат в вазочке возле его кровати! А старший брат не разрешил съесть ни одной!
— В конфеты обычно кладут яд! — категорично заявлял он.
— Нет! — непримиримо заявил он и теперь.
— Они не едят конфет. — Кивнула Лиля. — Странные дети. Я в их возрасте…
— Почему? — присел перед мальчиком темноволосый мужчина. — Чего ты боишься, Филир?
— Ничего я не боюсь! — Высокомерно отрезал тот.
— Тогда почему не разрешаешь ему съесть конфетку? Боишься, что она отравлена? Тогда не стоит кушать и другую пищу. И пить воду. Есть много таких ядов, что не имеют ни вкуса, ни запаха. Но в этой еде нет яда, можете мне поверить!
— Верить нельзя никому! — Поучительно отрезал Филир и отвернулся.
— Это верно! — тяжело вздохнул, молчавший до этой поры Далмений.
— А это кто? — вытаращилась на принца Лиля.
— А вы не знакомы? Это его высочество принц Далмений!
— Который… хотел убить короля? — Отступила Лиля.
— Да откуда вы взяли эту глупость? — взорвался принц. — Зачем мне его убивать?! Я ему хотел подарок сделать, артистов показать! Он это обожает!
— А почему шли через подземный ход? — Недоверчиво прищурилась Лиля.
— А как мне еще с ним увидеться? Крыльев у меня нет! — закричал Далмений.
— А нормально, через дверь? — закричала в ответ иномирянка.
— А ты спроси, меня пускают через дверь? Я уже почти три года брата не видел! А мы с ним, между прочим, выросли вместе! Вот как они! Только я еще младше был! Он меня на коне катал! И картинки мне рисовал! И собаку побил, которая на меня напала! А эта… сука! Не пускает меня к нему! То он занят, то болеет! А сама все время висит на своем любовничке, Милтоне!
— Что ты врешь! Какой ей Милтон любовник! Он ее советник! — вспыхнула Лиля.
— А ты что краснеешь? Что, и тебя этот бабник зацепил? — Ехидно подколол принц.
— Да нужен он мне! — еще сильнее краснея, отмахнулась Лиля и отвернулась к детям.
И застыла в изумлении. Пока они спорили, Анюся развернула почти все припасы и, соорудив три огромных бутерброда, предложила мальчикам выбирать. В результате ей достался самый неказистый. И теперь они втроем с энтузиазмом жевали, по очереди запивая из одной кружки.
— А что ж вы из одной кружки-то! — Всполошилась Лиля. — Там в корзинке еще две есть!
— Чтоб не отравиться! — прожевав, буркнула Анюся и снова вцепилась зубами в бутерброд.
— Присоединяйтесь! — Вежливо пригласила Лиля остальных, тут на всех хватит!
— Да нечего нам тут особенно рассиживаться! — Весело хмыкнул темноглазый. — Уходить пора!
— Куда? — Вытаращилась Лиля.
— Домой. Хватит, погостили! Дети, хотите к маме?
— Шутник! — Хмыкнула презрительно Лиля. — Пока их отец ультиматум не выполнит, дети тут останутся!
— Так ультиматум… мягко говоря, странный, ты не находишь? — прищурившись на нее, поинтересовался Зак.
— Что там странного? Вампирскую заразу вычистить из города — это странно?
— Ваше высочество, — вздохнув, обратился к принцу Зак, — что вы знаете о вампирах? Только поподробнее!
— Ну, живет такое племя в пещерах в Ландии. Занимаются скотоводством. Что еще? Продают мясо и молоко. Нанимают на зиму работников. Вроде все…
— Не все. Какого они роста, во что одеты, что едят? — нетерпеливо подсказал Зак.
— А, это! Ну, роста они, примерно как Леонт. Взрослые. Одежду не носят, не нужно им это, кроме лица и кистей рук все покрыты волосами. Спереди и сзади длинными. Едят кровь своих коров, каждый день сосут понемножку. Зимой спят в своих пещерах.
— Они живые?
— Что за глупый вопрос! Разумеется!
— Если вампир укусит человека, что будет?
— А… зачем ему кусаться? Он что, взбесился?! — вытаращил глаза принц.
— А все-таки?
— Да ничего не будет! Только след! Но… сколько мой народ здесь живет, не было случая… никогда!
— А Милтон сказал… — начала Лиля.
— Он тебе сказал, что ты здесь единственная иномирянка! — фыркнул Танио.
— Похоже… он не слишком правдивый человек! — Осторожно пробормотала Ната.
Обидно за девчонку! Судя по всему, она неплохой человечек. А этот Милтон… крутил тут ею… как хотел!
— Ладно. Прервал спор Зак. — Нам нужно уходить. Сейчас тюремщик откроет дверь и мы потихоньку выходим. Нужно выбраться из подвала. В какую-нибудь комнату, где есть окно! Крис, Танио! Возьмите детей на руки! Ваше высочество! Вы с нами?
— Куда с вами?
— В Ландию.
— Что мне там делать? В тюрьме сидеть? Нет уж, я лучше здесь!
— А здесь вас попросту казнят. Впрочем, как хотите! Лиля! А ты?!
— Я с девочками!
— Вот и правильно, — Хозяйственно складывая все продукты обратно в корзинку, одобрила Анюся — Нечего тебе тут с этими… оставаться!
Дверь со скрипом открылась. За ней с остекленелыми глазами стоял тюремщик, бесцельно крутя в руках ключи.
Принц тоскливо смотрел в спины уходящим танцорам и понимал, как крупно он ошибался. Во всем. И танцорами эти люди не были, хотя танцевали… дай боги всем! И главарь у них не тумастанец и не девчонка, а этот темноглазый!
И брат его… вовсе не король, и не мужик… нет, братом он был хорошим… только… сильного характера никогда не имел. Да и не думали они, что отец, жизнерадостный, шумный, властный, так скоро… их покинет! Он, наверное, и сам никому бы не поверил, расскажи кто, что уйдет на небеса в расцвете сил, подавившись на охоте костью. Ел он всегда… смачно, с удовольствием… вот и тогда… Хотя и очень подозрительно это все вышло… но ведь на виду у двух десятков подданных, и мясо он сам от туши отрезал…. А кому могло быть выгодно? Только брату. Но он не мог!
Мадентий чуть в обморок не упал, когда объявили, что он стал королем.
А если… кто-то другой? И все просчитано… сначала он… потом Ден…
Принц соскочил с топчана и помчался за танцорами.
Глава 39
Что-то тут не так, поняла Лиля, шагая по дворцу вслед за Танио, тащившим принца. Они шли открыто, спокойно взбираясь по лестницам, проходя мимо стражи, обходя служанок, натиравших полы. И никто не оглянулся и не поинтересовался, что здесь делает целый отряд незнакомцев. Хотя по идее, их должны были, уже, по меньшей мере, раз десять остановить или поднять тревогу.
— Сюда — шепнул Зак, открывая дверь в большую комнату. Скорее всего, свободную гостевую спальню.
Подошел к окну, оглянулся, все вошли?
— Запри дверь! — Кивнул Камилу.
Если что, хоть на подзвонок задержит, а ему больше и не нужно!
— Крис, помогай!
Крис передал мальчика Камилу и встал рядом, положив руку на плечо мага. Танио оглянулся, и, увидав рядом Далмения, сунул ему в руки Леонта.
— Подержите племянника, принц!
И, снимая на ходу заколку с волос, встал с другой стороны от Зака. Чем дальше место, куда открываешь путь, тем больше требуется энергии. Тем более, рядом горы. Он сразу понял, почему Зак не стал открывать портал из тюремной камеры, чтобы пробить путь сквозь немереную толщу скалы, нужна сила не менее пяти магистров.
— Наташа! — тихонько шепнула Лиля, — А это не страшно?
— Держись за меня, и как выйдем, отступи в сторону! — отозвалась Ната, беря ее под руку.
Серый овал начал темнеть, появилась синеватая кромка, девушки быстро шагнули в портал, за ними Камил с ребенком на руках и побелевший принц, крепко прижавший племянника.
— Крис! — кивнул Зак, и водник, отпустив его плечо, шагнул вслед за ними.
И в этот момент что-то сверкнуло рядом. Мазнуло по порталу яркой вспышкой, серая оболочка дернулась, задрожала и портал схлопнулся.
Зак и Танио резко обернулись, поднимая руки в боевом броске.
— Только не нужно торопиться! Иначе вы никогда не узнаете, куда отправили своих друзей! — предупредил холодным голосом человек в мантии лекаря, стоящий возле двери.
Запертой двери.
— А почему ты думаешь, что мы не знаем, куда они ушли? — так же холодно поинтересовался Зак, пытаясь прочесть мысли незнакомца.
Тщетно. Лекаря защищал очень мощный амулет.
— Потому что я поставил с восточной стороны замка мощную искажающую стену. — С презрительной усмешкой пояснил лекарь.
— Ты, что, дикий маг? — Еще презрительнее хмыкнул Зак, пытаясь сообразить, какое заклинание лучше к нему применить.
— Ну, почему сразу дикий! Я учился в академии!
— Тогда зачем ты напал на нас?
— Потому что вы сломали мои планы! Но не сильно! Я вас отпущу, и подробно объясню, в какую сторону стена искривляет путь! Вы же маги, значит, знаете, как рассчитать искривление! Если от начала пути оно составит всего одну сотую часть локтя, то в конце выйдет несколько десятков лиг! Ну, еще мощность искажающей стены, и направление… без меня вы будете их искать не одну декаду! А ведь сейчас осень! Они легко одеты и не имеют запасов еды…
Зак давно все это себе представил, и Танио, судя по сузившимся глазам, тоже.
— Что ты хочешь?
— Всего только одно маленькое представление! Один танец для короля, и больше ничего!
— Но нас всего двое!
— Станцуйте вдвоем! Он и этому будет рад! Бедняга сутками сидит за мольбертом, а он так любит искусство! — Фальшиво хихикнул лекарь. — И без глупостей, пожалуйста! Я предусмотрел все ваши действия! Если вы сейчас на меня нападете, ваши девушки никогда не доставят домой деток, а их отец получит неопровержимые доказательства, что в смерти принцев виновен ковен!
— Зак! — прозвучал в мозгу мага разъяренный голос зятя, — давай, сделаем вид, что поверили? Он что-то плохое затевает!
Зак и сам так думал, но мысль, что там дети и Ната… на холодном ветру… или даже в воде… жгла его нестерпимой болью.
— Когда тебе нужно станцевать? — зло прищурился маг.
— Прямо сейчас! Вы ведь торопитесь? Я все понимаю! — Победно блеснул беспощадным взглядом лекарь и легко открыл портал. — Кстати! Магию замаскируйте, сюда уже бежит черная команда!
Зак привычно сунул палец в кольцо, Танио застегнул на волосах застежку. И шагнули в портал. Лекарь победно потер ручки и закрыл портал. Потом так же легко открыл рядом второй и нырнул туда.
Через подзвонок дверь в спальню затрещала, закачалась, и разлетелась вдребезги, впуская в комнату десяток дюжих жрецов с оружием в руках.
–
— Болаф, ты не прав! Я человек простой, объяснять не умею… но то зло, что тебе причинили… его уже не изменишь! А ты… забудь, и тебе будет легче!
— А разве я сказал, что я не забыл? Я давно все забыл! И людей и эту страну, все забыл, и вспоминать не собираюсь! Никогда раньше я здесь не жил, и никогда не был векридцем! И становится не собираюсь!
— А имение?
— Пока не думал! Возможно, продам!
— Так ты не простил мать?
— Мать я простил! Она сама жертва! У нее не было возможности за меня бороться! А про всех остальных забыл, и вспоминать не собираюсь! Не было их никогда в моей жизни и не будет!
— Но… Болаф! Как же… отец?
— Карл, если ты еще раз назовешь его отцом, поедешь назад! — Болаф стегнул коня и вырвался вперед.
— Послушай… — Когда они через ползвона спустились к речке напоить усталых коней, Карл попытался снова начать этот разговор.
— Нет, это ты послушай! — Рассвирепел северянин. — Я много думал над этим и тебе меня не переубедить! Отец и мать — это не просто слова, это… как бы поточнее сказать… такое звание, которое нужно заслужить! Если кукушка снесла яйцо и улетела, мы же не считаем ее матерью? А ведь она сделала для своих детей больше, чем для меня тот человек! Он в угоду своей похоти соблазнил… а может, даже принудил к близости мою мать и помчался дальше!
А что он вот так, мимолетом сломал ей жизнь, его ни на миг не озаботило! Что она потом много лет несла на себе унизительное клеймо шлюхи, родившей ублюдка вне брака, что вынуждена была жить с нелюбимым мужем? Что терпела его издевательства и оскорбления? Что умерла с горя, не найдя сына?
Он знал, сколько я выслушал за свое детство грязных намеков? Сколько вытерпел побоев и презрительных взглядов сводных братцев и отчима? А потом еще и сидел за старшего год в зиндане! И стоял как преступник в рваных штанах на рабском помосте! Да еще почти одиннадцать лет был рабом у безумного мага?!
Ему не было до нас с матерью никакого дела. Он вторгся в чужую жизнь как вандал, растоптал ее ради своей прихоти и больше никогда не вспоминал о тех, кто за это расплачивается! И ты хочешь, чтобы я назвал этого мужика отцом? Да я его даже человеком назвать не могу! Он монстр! И у меня нет ничего общего с ним.
Карл, я не хочу с тобой ругаться, ты спас меня! Но очень прошу, никогда больше не заводи этот разговор! И никогда не говори мне это слово! Иначе… можешь возвращаться в имение! Я напишу управляющему!
Карл тяжело вздохнул и вскарабкался на лошадку, полученную в обмен на один из амулетов, данных им Ульей.
— Ну? — Ждал Болаф, грозной тучей глядящий со своей лошади.
— Поехали, ни слова больше не скажу, — мрачно буркнул Карл, воспитанный совсем по-другому.
Не тебе отца обсуждать! Какой, никакой, а все же отец! Должен кланяться в ножки, это твой отец, он тебя породил!! Что отец скажет, то и будешь делать! Ты отцу должен ноги мыть и воду пить! Не перечь отцу, он лучше тебя все знает! — по сто раз в день повторяла бабка. Мать-то, правда, хмурилась, это он сейчас припомнил, но молчала. А может, и зря молчала, вздохнул Карл и подхлестнул лошадку.
Глава 40
— Зак, куда мы попали?
— Не знаю, подожди, сейчас осмотрюсь.
Танио прекрасно понял, что осматриваться друг собирается с помощью телепатии, потому что вокруг них была кромешная темнота.
— Д… р… ж… з…! — яростно рявкнул через подзвонок Зак.
— Что? — встревожился Танио. Никогда еще маг так не ругался!
— Он нас поймал. Это ловушка, которая открывается только снаружи! Сейчас сделаю свет! — прорычал маг и сотворил маленький светлячок.
Крошечная каменная коморка без окон и дверей, в которой они находились, была три шага в длину и столько же в ширину. И только вверх уходила на десяток локтей. Такой миленький колодец, накрытый каменной плитой, в которой прорезан небольшой люк, забранный толстой решеткой.
— Зак! Мы можем открыть отсюда портал?
— Думаю, нет!
— Почему?
— Если бы отсюда было так легко уйти, он бы нас сюда не бросил. Опять где-нибудь наставил искажающих стен! — преувеличенно горестно объявил маг, чутко прислушиваясь к своим ощущениям.
Он не слышал мыслей мага, представляющегося лекарем, но слабо чувствовал их энергию. И она была совсем рядом. Ладно, подлец, будем действовать по твоим правилам!
— И что мы будем делать?
— Подождем! Раз мы ему нужны, он обязательно придет! — Авторитетно заявил маг и прислушался к своим ощущениям.
Человек в мантии лекаря тихо хихикнул и, осторожно ступая мягкими туфлями, покинул маленький тупичок в одной из потайных галерей, где когда-то хранился запас воды и продуктов на случай осады.
Зак осторожно отправил ему вслед хитроумную сторожку, и решительно встал с пола, где они успели усесться.
— Вставай! Отдых окончен! — стягивая кольцо, объявил маг.
— Что… ты решил делать?
— Воевать! Принцы не сдаются! А маги — тем более! Отойди к стене, снимай защитную заколку и ставь щит. На двоих! — В бледном свете крошечного огонька трудно было рассмотреть, что делает Зак, но Танио ему не перечил.
Перечить Заку, когда он говорит таким тоном, не решается даже Каруна.
Прижался к стене и закрылся воздушным щитом.
— Ты источник не нашел? — Становясь рядом, буркнул Зак.
— Нашел. Прямо под замком. И колодцем выведен наверх.
— Ну, да! Все правильно! Раньше же они от магов не прыскали, как зайцы от оборотня! — Хмыкнул Зак и положил одну руку на плечо Тану. — Начали!
Он поставил ладонь второй руки лодочкой и прикрыл глаза. Танио ничего не чувствовал, кроме того, что через него, бурля, текла в руку Зака мощная струя энергии. Но постепенно в колодце начало теплеть. Потом появился багровый отсвет. Танио взглянул вверх и обомлел. Толстые прутья светились красноватым светом. Более ярким по краям.
— Усиливай щит! — крикнул Зак.
Танио резко влил в щит новую порцию энергии. Размякший по краям металл потек к просевшей внутрь решетке, еще больше вытягивая ее книзу. И наконец наступил критический момент. Концы прутьев, врезанные в камень, стали настолько тонкими, что не могли больше удерживать тяжелую решетку. Она оторвалась и полетела вниз.
Танио почувствовал, как Зак вжимает его в стену, закрывая своим телом. Горячий переплет с тяжелым шлепающим звуком рухнул на середину камеры, распространяя вокруг такой сильный жар, что воздушный щит едва держал.
А Зак уже бросил в раскаленную решетку подготовленное заклинание и она начала быстро темнеть, отдавая камню свое тепло.
Как они будут отсюда выбираться, Танио не знал, но решил у Зака не спрашивать. Не любит он никаких долгих объяснений. Вон и с девушкой такой же, сгреб и сразу целовать. И ведь прошло! А Крис около Анюси ужом вьется, а она его в упор не видит! И что этим девушкам нужно, пойди, пойми!
— Тан, ты восстановил запас?
— Да. Я все время поток держу!
— Тогда вспомни то заклинание, которым ты эльфа легче делал!
— Ну, помню. Мы его давно изучили. Я уже следующее знаю, еще мощнее!
— Тан, вот ты знаешь, за что я тебя люблю?
— За что? — осторожно спросил принц, опасаясь подвоха.
— За приятные сюрпризы, которые ты мне время от времени преподносишь!
— А, за это. Так я еще и не то могу.
— Не сейчас. Сделай меня полегче!
— На сколько?
— А сколько ты можешь подкинуть к потолку?
— Раз в двадцать хватит?
— Шутишь? Столько никто не может!
— Я могу. У меня все воздушные хорошо получаются!
— Давай!
Танио прочел заклинание и обвел силуэт друга руками.
— Ничего не чувствую! — Недоверчиво буркнул Зак.
Немного постоял, подождал, и вдруг подпрыгнул.
Танио только рот успел открыть, завидев, как маг устремляется вверх. Не так быстро, как брошенный камень, но и далеко не так медленно, как перышко. Достаточно быстро, чтобы не успеть выставить над головой руки. Глухой удар и Зак летит назад. Танио подхватил его и встревожено уставился в лицо.
— Зак! Ты как?!
— Д… Р…Ж… З…!
— И зачем ты около стенки прыгнул! — Расстроился Танио, чувствуя себя виноватым.
— Не думал, что так высоко подлечу! Вроде прошло! — Зак отнял ладонь от темечка.
— А на себя такое можешь?
— Не пробовал. Но очень хотелось! Сейчас попробую! — И Танио обвел себя руками.
— Прыгать нужно отсюда! — оттаскивая в сторону остывшую решетку, объявил Зак.
Потом подумал, снял куртку и намотал на голову. Встал точно под люком, прицелился, поднял руки и прыгнул.
Танио проследил, как Зак пролетает в дыру, оставляя на застывших металлических сосульках клочки рубашки, и исчезает из виду. Потом раздался приглушенный шлепок и рычанье Зака.
— Д…Р…Ж…З…!
После чего ноги мага снова показались у края дыры. Но назад не провалились, задержались. Немного подрыгали и исчезли.
— Зак!
— Сейчас!
Через некоторое время голова Зака появилась в люке.
— Тан, ты свою застежку надел?
— А нужно?
— Да. Там кто-то бежит! Прыгай!
Тан чуть присел и прыгнул. Ох, ты! Вот это ощущение! Он умудрился пролететь сквозь люк, оставив на сосульке только половину рукава. Хорошо, что рубашки. Куртку Танио по примеру друга намотал на голову. Сразу за люком его дернули за ноги в сторону быстрые руки Зака, и Танио вновь полетел, теперь уже в темную галерею. А за ним и Зак, не успевший расцепить руки.
— Все, снимай! — скомандовал Зак, вставая с пола. — Очень трудно двигаться, когда ты такой легкий!
— Зак! — опасливо отодвигаясь от друга, сообщил Тан, — А снимать его я еще не умею!
— Что?!!! Ну, я этой Дорисии объясню, как ученикам давать заклинание без отмены! — Рассердился Зак и попробовал пройти по галерее.
Если не шагать широко, как он привык, а семенить, словно сороконожка, то можно кое-как передвигаться. Не стукаясь головой о низкий потолок. Хорошо, что в остальных помещениях потолки много выше!
— Зак. Не надо Дорисию ругать! Я сам его выучил, в книге нашел! Хотел и отмену выучить, а тут она пришла и отобрала книгу. Сказала, рано мне это учить!
— Все ясно, дисциплины никакой! А ты его до этого пробовал на чем-нибудь?
— Пробовал. — Семеня вслед за магом, признался Танио.
— На чем?
— На всем. — Тяжело вздохнул зять.
Как-то очень подозрительно вздохнул.
— Приведи примеры.
— На бочке с водой. На курице. На телеге. — Коротко ответил Танио и замолчал.
— И что с ними стало? — Заинтересовался Зак.
— Бочку кучер вместе с пустыми повез на ферму за обратом. Больше я ее не видел. Курица полетела через забор, и ее я тоже больше не видел.
— А телега? — даже чуть приостановился Зак. — Тоже не видел?
— Видел. Только сломанную.
— Почему?
— Ну, они на этой телеге камни возили, знаешь, туда, к пруду, где отец коптильню строит.
— Дальше.
— Вот я ее вместе с камнями и… А они же дураки! Легко говорят, лошадь идет! И добавили. Много добавили. Так еще же и не отвезли сразу! Устали и обедать пошли. А когда вернулись, звона через два… телега уже всмятку.
— Нет, Тан, — задумчиво сообщил через несколько шагов Зак, — Можешь обижаться, но Дорисии я все же всыплю!
И вдруг насторожился.
— Бежим!
Хорошо, что к этому времени низкий коридор уже кончился. Они вышли из него в галерею залов, и двигались по пойманному Заком следу сторожки.
И чем дальше они шли, а теперь уже бежали, тем выше и просторнее становились залы. Это был уже первый этаж крепости, где когда-то пережидали осаду простые горожане.
Черная команда тяжело бежала в направлении, куда с ползвона назад дружно показали все до единого амулеты.
Второй раз за день. Первый раз они ворвались в спальню, еще хранящую слабые следы нескольких порталов, но не сберегшую ни одного мага.
После этой сумасшедшей пробежки и лазанья под мебелью они еле приплелись в свою башню и расположились на отдых, справедливо полагая, что стрела в тот же сучок два раза не попадет. Сняли сапоги с натруженных ног, налили по кружке медовухи. И только выпили, как амулеты задрожали снова!
Что, надо было бежать, даже не закусив?! А вдруг, там снова никого?! И будет медовуха одиноко болтаться в животе! Нет, они разумеется, немножко закусили, так, по куску пирога и ломтю ветчины, обули сапоги и побежали. Полегоньку так, амулеты все равно уже молчат. Пробежали несколько полутемных залов, ведомые слабым следом какого-то заклятья.
Внезапно последний из жрецов ощутил у себя на спине чей-то взгляд. Из пустого зала, который они только что пересекли. Оглянулся — никого. Пожал плечами и поспешил дальше.
И в этот момент в спину ударила мягкая волна горячего воздуха. А вслед за ней, как игрушечные кубики, посыпались камни арочных перекрытий, намертво заваливая дорогу назад.
Жрецы не могли видеть, как со старинной громоздкой люстры легко спрыгнули два парня и огромными прыжками понеслись дальше.
Зато они увидели, как дружно повернулись в сторону завала, который им не разобрать и за день, все амулеты. Магам больше не было нужды прятать свои ауры.
— Хорошо, что закусили. — Шлепаясь задом на большой камень, философски заметил старший жрец.
Глава 41
— Зак! За-ак! Заааа-ак! Натаааа! Дайраааа! Крис! Ну где же вы все, сволочи?!
Анюся присела на какой-то сломанный стволик и заплакала от обиды. Нет, ну почему она каждый раз попадает именно в лес и именно ночью? И именно в такой, неприветливый, холодный и колючий, заваленный буреломами? Что, нельзя было хоть разок, для разнообразия попасть в лес к эльфам? Вон Ната рассказала, как они упали прямо к эльфам! Нет, они конечно вредные, Анюсю они очень обидели, даже видеть их тогда не хотелось, но вот сейчас она бы желала оказаться именно там!
— О, прекрасная дева, о чем ты плачешь? — раздался неподалеку приятный голос, и Анюся немедленно повернулась в ту сторону.
Через поваленные стволы пробирался очень симпатичный парень, в светлых штанах и ярко вышитой рубахе.
Слезы высохли сами собой, Анюся невольно заулыбалась. Надо же, как везет! Среди дикого леса, где, кроме зверья, никого не бывает, ей встретился такой обаяшка!
Что-то в этих мыслях задело девушку, в ушах прямо зазвенели сердитые слова Зака.
— Анна! Когда ты начнешь думать?! Если к тебе слишком добр человек, которого ты видишь в первый раз, значит, ему что-то от тебя нужно!
— Эй, ты! — На всякий случай строго остановила парня Анюся, — не подходи!
— Я хочу тебе помочь! — тем же приятным ровным голосом сказал парень, легко перепрыгивая огромный корень.
Но сомнения уже одолели девушку. Она быстро подняла руку и сдернула с шеи красные бусы, так хорошо подходящие к шоколадной коже. А второй создала огненный шарик и нацелилась в парня. И застыла от изумления. Парня-то не было! Только метнулась прочь серая тень, и раздался вдали разочарованный вой. Спину Анюси словно ледяной колой облили, мурашки так и кольнули!
Она сбросила шарик в ближайшую кучу стволов и веток и придвинулась ближе к разгорающемуся костру, настороженно оглядываясь по сторонам. По вспомнившимся ей рассказам о диких зверях, они вроде бы должны бояться огня.
Оборотни съели! — вспомнила она рассказ Зака. Так вот они какие, эти оборотни! Теперь, когда его уже не было, Анюся припомнила целую кучу не замеченных сразу несообразностей. И слишком легкую для этой погоды одежду и свежую белизну штанов, и легкость, с какой он прыгал через бурелом. И слишком ровный голос, и подозрительное отсутствие оружия и сумки. Нет, правильно ее Зак ругал! Если бы не его наставления, жевал бы сейчас оборотень молодое чернокожее мясо!
Ее собственное!
Анюся горько вздохнула и отодвинулась от жара костра, разгоравшегося все сильнее. Огненные языки уже взлетали так высоко, что освещали верхние ветви огромных деревьев. А фонтаны искр уносились в темнеющее небо.
Анюся еще отодвинулась от костра и уселась под толстой сосной, покрепче прижав к себе корзиночку. Очень хотелось достать что-нибудь и начать жевать, в таких ситуациях это очень успокаивает. Но стоило вспомнить холодный взгляд Зака, как в ушах немедленно начинал звучать строгий голос. Анна! Ты что делаешь?! Конечно, если по честному… он прав. С ними дети, и еще неизвестно, сколько придется отсюда выбираться. Но кто бы знал, как ей тут страшно одной!
— Ну, вот и дошли! Эй, кто тут есть? — сказал за кустами голос Криса и на поляну вывалился маг, с Филиром на руках.
— Крис! — завизжала девушка, бросаясь к нему, и вдруг остановилась как вкопанная.
И даже попятилась.
— А ты не оборотень? — подозрительно спросила, создавая огненный шарик.
— Анюся! Ты головой ударилась? — опуская принца на землю, вздохнул Крис. — Лучше скажи, ты тут одна или еще кто есть?!
— Еще был оборотень! Настоящий!
Анюся бросила шарик в костер, села на кочку и заплакала.
— Анюся! — бросился к ней маг.
— Да-аааа! Бросили-иии! А меня оборотень… аааа… чуть не съел! — рыдала ученица, отталкивая пытавшегося утешить ее Криса.
— Анюся! Возьми себя в руки! И последи за ребенком! Оборотень больше не придет! Они трусливые! А мне нужно искать остальных! Что-то случилось с путем, нас сильно раскидало! Может, кому-нибудь сейчас нужна моя помощь, а я тут сижу и уговариваю тебя как маленькую! Ты же ученица мага! Должна понимать! — терпеливо объяснил девушке маг и, погладив ее по голове, ушел в кусты.
— Филир! — вытерев слезы, позвала девушка, — иди, садись поближе к костру!
— А ты, правда, маг? — недоверчиво уставился на нее мальчик.
— Нет, пока только ученица! Но если доставим вас с братом к отцу, мне дадут звание подмастерья!
— Ты все врешь! Мой отец не может знаться с магами! — Запальчиво выкрикнул принц.
— Уу! Как все запущено! — хмыкнула Анюся. — Знаешь, давай ты со своим папочкой сам поговоришь! Да садись ты, мне кажется, нам еще долго тут ждать.
— И кто это додумался такой кострище развести? Что, давно от лесных пожаров не бегали? — рассержено спросила вышедшая из противоположных кустов Дайра, размахивая руками.
Костер притих, как нашкодивший мальчишка, получивший от матери взбучку.
— Сколько вас здесь? — Спросила Дайра, оглядываясь на Анюсю.
— Ты третья. Еще Крис был. И ушел! — Буркнула обиженная ученица.
Вот все они такие, эти маги. Нет бы, похвалить, за то, что она такой хороший костерчик зажгла, что издали видно, и порадоваться встрече! Нет! Один сразу развернулся и убежал, хотя ей казалось… что он… ну вроде как… ухаживает! Вторая принялась нотацию читать!
— Понятно. На костер я защиту поставила, он дальше не пойдет, вы тут сидите, а я тоже пойду других искать. — Скомандовала магичка и исчезла.
Ну вот! Пожалуйста! И эта туда же! И, что Анюсе особенно бросается в глаза, оба тотчас стали… как-то очень похожи на Зака. Как будто они ему родные брат с сестрой. Одинаково говорят, одинаково действуют. И сразу начали… к ней относится… как к глупому ребенку. Как она сама к этому зашуганному пацаненку. И к тому же упертому, как… баран!
— Где мой брат? — усевшись на поваленное дерево неподалеку от Анюси, осведомился инспекторским тоном принц.
— Не знаю. — Коротко ответила Анюся, надеясь, что мальчишка отстанет.
— Зачем вы нас украли у короля Мадентия? — продолжал допрос Филир.
— Эй, принц! — Неожиданно рассердилась Анюся. — Отлипни по хорошему, а?! Пока я не разозлилась! У меня друзья пропали, саму чуть оборотень не сожрал, спать негде, кушать нечего… ну почти! А ты, как дурак, пристаешь с идиотскими вопросами! Я раньше думала, что принцы лучше воспитаны!
Мальчишка надулся и демонстративно отвернулся от Анюси.
Время текло ужасно медленно. Анюся несколько раз вставала и обходила костер вокруг, замечая, как юный принц исподтишка наблюдает за ней, подкинула в огонь несколько веток, хотела даже одно бревнышко подвинуть, но не хватило силы.
И, наконец, услышала невдалеке голоса и хруст веток. Рванулась, было навстречу, но обнаружила, что после света костра совсем ничего не видит в лесу. Или это уже так потемнело?
Первой из леса вышла Дайра, за ней Крис нес Наташу. Потом шли Камил с Леонтом на руках и заплаканная Лиля, несшая через руку мокрый подол длинного платья. Последним хромал Далмений.
— Что с ней? — Бросилась к магу Анюся.
— Позвоночник ушибла. — Коротко ответил он, и скомандовал Дайре, выровняй землю!
Дайра напряглась, поставила над холмиком руки и принялась ими водить. Кустик травы отполз в сторону, темная почва расползлась ровным слоем. Камил, отпустивший принца, снял куртку и аккуратно расстелил.
— Может, сначала подогреть? — спросила Анюся, вспомнив холодок, идущий от земли.
— А сможешь? — Строго оглянулся Крис, и Анюся снова удивилась его схожести с Заком.
Хотя внешне они были как небо и земля.
— Попробую. — Кратко кивнула ученица, вовсе не уверенная, что сумеет это сделать.
— Нужно поберечь магию. — Вдруг сказала магу Дайра, боевиков-то у нас всего двое. А ты почти пустой. И источник далеко. Лучше я положу защиту от холода, она до утра продержится.
— Клади. — Согласился Крис, — Анюся, не трать энергию. Я, конечно, дотянусь до источника, но пополнять тебя не смогу. У нас способности противоположные.
Анюся обиженно пожала плечами и отошла. Ну и пожалуйста, она и не навязывалась!
Дайра помахала над приготовленным ложем руками, и Крис осторожно уложил Нату. Потом стянул куртку и бережно укрыл спящую девушку.
— Далмений, как нога? — обернулся маг к принцу. — Еще немного потерпишь?
— Куда мне деваться, если каждый танцор так со мной обращается? — оскорбленно фыркнул Далмений.
— Ну, вы не очень-то обижайтесь, ваше высочество! — язвительно хмыкнула Дайра, закончившая махать руками вокруг костра. — Во-первых, Крис мастер-маг, и имеет титул лорда, во-вторых, в нашей команде три принца, и один сидит рядом с вами. Причем, имеет реальную возможность сесть на трон после отца! А в-третьих, мы попали в тюрьму по вашей вине, не забыли? И вас же оттуда вывели!
Закончив отповедь, магичка присела возле мальчиков, сидевших, обнявшись, рядом с заплаканной Лилей.
Девушка пережила настоящий шок, когда почувствовала, как они с Наташей летят сквозь колючие ветки. Потом удар, болезненный вскрик и безжизненно обвисшее на бревне тело землячки. И показавшееся бесконечным ожидание. Когда из кустов вылез Крис и бросился к лежащей без сознания Наташе, с Лилей случилась настоящая истерика. Она сначала обрадованно засмеялась, увидев мага, потом вспомнила пережитый ужас и разрыдалась так, что пришедшему на шум их голосов Камилу пришлось полить ее водой из протекающего рядом ручейка.
— Кушать хотите? — ласково глядя на мальчиков, поинтересовалась магичка.
— А ты конфету обещала! — не оглядываясь на брата, выпалил Леонт.
— Анюся, где там конфеты? — обернулась Дайра.
— Уже несу!
Ученица поставила перед принцами вазочку, и присела с ними рядом. Криса она теперь обходила с высоко задранным носиком.
Леонт смело взял конфету и зашуршал оберткой.
Филир укоризненно на него посмотрел, но младший, не оглядываясь, грыз долгожданное лакомство. Немного посопев, старший тяжело вздохнул и тоже потянулся за конфеткой.
— Ну, что, немного перекусим, и будем устраиваться на ночлег? — устало предложил, отвлекаясь от своих мыслей Крис, старавшийся не замечать Анюсину сухость.
— Что? — вскочила сразу забывшая про обиду Анюся. — А Зака с Таном вы что, искать не собираетесь? Может, они тоже… где-нибудь упали?
— Анюся, — тяжело вздохнув, поморщился Крис, — мы их искали! Их нет поблизости! Если бы они были не очень далеко, Зак бы нас нашел! У него с тобой прямая связь!
А у меня… сейчас нет энергии, чтобы уйти дальше! Но… я думаю…, там что-то произошло! Когда я уходил, сзади ударил всплеск энергии. Вроде как взорвалась зашита.
Девушка ошеломленно оглянулась на Дайру и та виновато кивнула.
Как же так?! Все было… так хорошо… они шли домой… а что теперь будет?! И сейчас… Зак… и Танио… Анюся сделала шаг, другой, потом села прямо на землю, и горько заплакала, уткнувшись лицом в колени.
Крис смотрел на нее и молчал, не решаясь подойти. Интересно, билась в его мозгу настойчивая мысль, а если бы это он не нашелся… плакала бы она так же горестно?!
Дайра потихоньку подошла сзади и подтолкнула мага, указав глазами на Анюсю. Но он упрямо качнул головой. Она уже давно не ребенок, пусть сначала разберется в себе сама.
К тому же он только что подтянул к себе по водным путям поток энергии. Слабоватый, но за несколько звонов энергию восстановит. Не очень-то легко, без доминирующей магии лечения восстановить пострадавший позвоночник. Он и так выложился полностью, разделив в своем сознании потоки внутри девушки на самые мельчайшие и восстановив все обрывы.
Глава 42
— Каким движеньям звезд обязаны мы чуду явления в наш край таких прекрасных дев? И спутников их верных и надежных? — сказал вдруг глубокий голос, и Анюся так и подскочила.
Опять оборотень! А Зак говорил, они только на одиночек…
И застыла с открытым ртом и поднятой для броска рукою, разглядев вышедших из леса существ. Три стройные фигурки, ростом с младшего принца, смотрели на вскочивших людей красивыми кошачьими глазами с поперечными зрачками.
— Здравствуйте! — первым опомнился Далмений, и, обернувшись к Лиле, ехидно представил: — Ну, вот тебе и вампиры!
— Могли бы мы к вам ближе подойти, чтоб поднести с почтением дары, какими награждает нас природа, но не хотим разрушить ту преграду, что создала искуснейшая дева! — мелодичным голосом сообщил ближайший из вампиров, одетый, как в тунику, в роскошные волны собственных золотистых волос.
— Я могу снять! — ринулась вперед Дайра.
— Не утруждай себя, уставшая магиня, коль ты позволишь, мы откроем сами невидимую крепкую стену! — заявил второй, импозантно одетый пышными черными вьющимися прядями.
— Ох, мамочки! — восторженно выдохнула Анюся, — Эт, чё, они все время так говорят?!
— Ну, как хотите… — неуверенно пробормотала Дайра, не уверенная, что мощную защиту, поставленную ею, сможет снять даже маг.
Но вампир легко, как занавеску, отодвинул что-то невидимое, и троица свободно прошла к костру. Здесь они сняли с плеч торбочки из отлично выделанной кожи и, поставив на землю, начали доставать продукты. Кувшин с молоком, туесок с жареным мясом, свежий хлеб, завернутый в холстинку, сыр, масло.
— Но… откуда у вас все это? Ведь… вы не едите… — замялась ученица.
— Узнай же, темнокожая магиня, что белой рождена была на свет, услышав твои горькие стенанья, просили тех мы, кто живет в домах, построенных из умерших деревьев, собрать для вас все эти вещи в дар! — склонив почтительно голову, сообщил третий, русый с проседью вампир.
— А далеко отсюда деревня? — Встрепенулся Крис.
— То, что зовете люди, вы деревней, находится не так уж далеко, но не пройти вам этою дорогой, огромное болото стережет, как зверь, свои непознанные тайны. А мы прошли окольными путями, проторенными нами в толще скал. — Объяснил вампир.
— Понятно. — Разочарованно хмыкнул Крис.
Болото для него не преграда, когда есть запас энергии. Но его нет, значит, придется ждать здесь, другого выхода он не видел. Не ползти же по узеньким расщелинам, по которым с такой легкостью ходят вампиры.
— Ну, что, тогда давайте ужинать, — тяжко вздохнул маг, и Дайра с Анюсей засуетились, доставая свои запасы и выкладывая все на расстеленную на бугорке холстину.
Глава 43
Сторожка привела магов к высоким дверям, возле которых важно стояли два вооруженных охранника. Однако, увидев скачущих огромными прыжками людей, они от потрясения не сразу схватились за оружие. А потом было уже поздно. Кольнула в виски острая боль, и потемнело в глазах. Здоровенные воины, цепляясь за стены, как пьяные, свалились на пол и затихли в зачарованном сне.
Танио легким взмахом руки вызвал резкий порыв ветра, вынесший дубовую дверь как песчинку.
Стараясь не удариться головой о притолоку, Зак первым ворвался в комнату и увидел худого высокого блондина в перепачканной краской свободной рубахе, испуганно жмущегося к заставленному банками с красками шкафу.
И тут же почувствовал те самые слабые всплески неразличимых мыслей, что означали присутствие неподалеку мнимого лекаря. Повернувшись к дальней стене увидел торжествующую усмешку предателя, поднимающего для заклятья руки, и понял, сейчас совершится непоправимое.
— Танио, — мысленно крикнул Зак другу, — прикрой щитом короля!
Тан, лишь только проскользнувший в дверь и даже не успевший еще оглядеться, обернулся и машинально бросил в ту сторону, куда смотрел маг, сильный воздушный купол.
И тут лекарь резко опустил руки.
Раздавшийся вслед за этим страшный вопль заставил всех, кто его услышал, поневоле содрогнуться.
Такая боль, ярость и отчаяние звучали в нем.
Ничего не понимая, Танио оцепенело глядел, как его невидимый купол помутнел, как мыльный пузырь, надутый дымом, потом стал плотным и блестящим и, наконец, пошел трещинами и осыпался, как разбитый бокал. А на его месте осталась стоять застывшая фигура лекаря, вся истыканная острыми ледяными сосульками.
— Ну, Тан! — Потрясенно выдохнул маг, — Вот это ты врезал!
— Да это не я! Откуда у меня водное заклинание? — Возмутился испуганный принц.
— Знаю. Занимай оборону, сюда бегут! — Скомандовал Зак, оглядывая доставшиеся им позиции. — Да постарайся никого больше не убивать! А вы там как, ваше величество?
— Вы его… точно убили? — Дрожащий король налил в бокал воды из кувшина и залпом выпил.
— Боюсь, что да! — Виновато кивнул Зак. — А он вам что, был очень дорог?
— Кто?! Этот негодяй, что держит меня взаперти уже три года? — Истерично хихикнул король и обессилено опустился на перепачканное краской кресло. — И каждый день рассказывает мне, как они расправятся со мной и братом!
Они? Так значит… Ох, и змеиное же племя!
— Ваше величество, быстро оденьте вот этот амулет и скажите, здесь есть еще выход?
— Только в угловую башню, я в ней сплю, а на верхней площадке гуляю.
— Тан, ставь здесь щит и за нами! — увлекая короля к двери в башню, скомандовал Зак.
— Сейчас! — Откликнулся Танио, уже завидевший в конце коридора плотную толпу бегущих солдат.
Размахнулся и швырнул им навстречу заклинанье малого урагана. Полетели навстречу воинам сорванные со стен гобелены и картины, скамеечки и прятавшаяся в укромных уголках пыль. А потом, полетели, гремя оружием и доспехами, и сами солдаты.
— Ух, как весело! — Хмыкнул Танио, поднял руки, перекрывая вход щитом, и помчался за другом.
Ох! Бедная голова! Зря он так сделал! Потирая шишку, ругал себя принц, семеня по винтовой лестнице.
Вот и второй этаж. Что там говорил король, он здесь спит?! А обстановочка-то довольно скромненькая. Не балуют короля роскошью!
А это еще что за заросли?
Тяжелая толстая зеленая змея, покрытая листочками, метнулась к принцу и вмиг спеленала его. Только голова осталась на свободе.
— Ну, вот и все в сборе! Злобные маги задушили своим мерзким колдовством нашего несчастного короля, оставив вдовой его глупую жену! И сами попали в свои же сети! Какое горе! Наш народ никогда не простит ковену этого преступления! — со злобной насмешкой сообщил магам хрупкий молодой человек в богато расшитом черном камзоле.
— Зак! — мысленно позвал Танио друга, — Ты жив?!
— Отвлеки его на подзвонок! — отозвался, как будто издалека маг.
— Прости, за смелость, а не мог бы ты рассказать мне… ну просто… хочется понять… за что ты так ненавидишь магов? — включил все доступное ему обаяние Тан. — Ведь ты же и сам… маг!
— Ты, глупый красавчик! — Сильнее разозлился нервный собеседник. — Я не ненавижу магов! Я ненавижу Короля! А вы пришли его спасать! Значит должны быть наказаны!
— Ну, извини, я не так понял! — лучисто улыбнулся Танио. — И… объясни, пожалуйста, если не трудно!
— Не трать на меня свою магию, танцор! Я не поддаюсь на такие штучки! — с ненавистью уставясь на мага, прошипел убийца.
— Какие штучки? — Широко раскрыл невинные глаза принц. — Поверь, ты ошибаешься!
— Сейчас ты почувствуешь всю тяжесть моей ошибки! — разъяренно хмыкнул маг и сжал в кулак руку.
Лиана крепче стиснула Тана, стало труднее дышать. Но не намного, защита, наложенная на магов Каруной, под действием враждебной магии тотчас активировалась. Танио попробовал подтянуть руку к поясу, и это ему удалось. Хотя и с большим трудом. Но вот одеть на шею амулет, подаренный королевой оказалось очень трудно. Практически невозможно!
Что делать? Как там говорит Зак?! Кто не сдается, тот побеждает?! Принц кое-как намотал цепочку на запястье и стиснул теплый камень в ладони. Прикрыл глаза, нашел внутри себя поток энергии и направил его в амулет. Через несколько мгновений камень нагрелся почти до той степени, как когда-то эльфийская корона.
Танио открыл глаза и уставился в торжествующее лицо врага.
— Что же ты не умираешь?! — встревожился тот.
— А ты любишь наблюдать за тем, как умирают твои жертвы?! — Не своим, хрустально звонким и мелодичным голосом обворожительно спросил принц. — Это плохо. Отпусти меня!
— Как ты это сделал?! — Хватаясь за амулеты, висящие под камзолом, испуганно охнул убийца.
И спешно замахал руками, открывая телепорт.
— Подожди, остановись! — звонко окликнул Танио, — Мы же хотели поговорить!
— Поговори с черной командой! — Зажимая уши, взвыл маг и прыгнул в портал.
И почти в тот же миг грозная лиана задымилась и задергалась как живая в пламени заклятья, вызванного Заком.
— Тан! Волосы! — услышал Танио, сдирая с себя горящие плети.
Схватился руками за голову, сбивая пламя, но поздно, вьющаяся грива, предмет черной зависти некоторых учениц академии, осыпалась хрусткими комочками. Ох, и расстроится же Рика!
А по лестнице уже топали, освобожденные слугами, присланными Милтоном, жрецы черной команды.
Обозленный потерей прически Танио, недолго думая, швырнул в них мощный вихрь и побежал к Заку. Маг сидел на корточках перед распростертым на полу королем и держал руки на его груди.
— Как он?
— Будет жить. Амулет помог, иначе бы задохнулся. Этот гад на него первого напал. А кто там топал?
— Черная команда!
— Вот гадство, откопались! Идем наверх!
Зак замотал короля в одеяло и попытался поднять. Как вдруг вспомнил!
— Сделай его полегче!
Танио с готовностью скинул на короля привязанное к руке заклинание и обвел его руками. Зак легко подхватил долговязое тело и направился к лестнице.
Принц задержался на пару мгновений, чтобы повесить на дверь воздушный щит. Конечно, заряженные противомагичными заклинаниями амулеты жрецов сожгут его, но зато сгорит еще один амулет. А без них жрецы просто крепкие дяди с плохим умением ближнего боя.
Взбираться в спешке по крутой лестнице не самое легкое дело. Особенно, если ты весишь так мало, что нужно рассчитывать каждый шаг. Разумеется, если хочешь, чтобы на голове не было столько шишек, как на елке в урожайный год.
Но они все же выбрались, захлопнули дверь, придавили тяжелыми ящиками с какими-то растениями.
— Последи за входом, — буркнул Зак, — я открою порт…
Внезапно он вытаращил глаза, подскочил к решетке и, перегнувшись, вгляделся вниз, в вечернюю темноту двора, освещенного лишь несколькими факелами.
— Прыгаем вниз! — скомандовал, оборачиваясь и подхватывая на руки короля.
И полез через решетку. Танио пожал плечами и полез за ним.
— Может, поедем в харчевню? А утречком и отправимся…
— Нет. Сначала узнаем!
— А вдруг его нет? Он иногда берет выходной!
— Вот сразу и спросишь!
— Ну… раз так срочно…
— Поверь мне, очень срочно!
Дежурный охранник поежился от налетевшего холодного ветра и хотел было уйти в будку, как заметил двух всадников, спешно направляющихся к воротам.
— Кто такие? По какому делу?
— Мы с важным поручением к помощнику главного повара. Господину Грагосу! — почтительно склонился пожилой путник.
Караульный презрительно хмыкнул. Это для деревенской родни помощник главного повара важная фигура и господин, а для такого как он, солдата, мимо которого каждый день толпами ездят принцы и лорды, просто мелкая сошка, не стоящая внимания.
— Придете завтра, пошлю служанку, она его позовет! — Равнодушно буркнул и отвернулся от ворот.
— Господин офицер, нам бы сегодня! — просительно заканючил всадник.
Солдат даже не обернулся.
— Чего они хотят? — спросил сержант, когда парень вошел в караулку.
— Деревенщина! Господина помощника главного повара! — пренебрежительно передразнил просителя охранник.
Сержант хмыкнул и направился к двери. Парень еще молодой, в охране недавно и в жизни совсем не разбирается! Солдатам от тех лордов, что через ворота целый день туда-сюда снуют, никакого толку, одна забота. А помощник главного повара, хоть на их фоне фигура и незаметная, а пользы от него может быть намного больше. Если ты к нему с почтением, то и он никогда не обидит. И на ночное дежурство всегда сунет в котелок побольше кусок мяса, и медовухи кувшинчик налить не пожалеет. А это в их нелегкой жизни великое дело.
— Кого вам нужно?! — окликнул сержант о чем-то спорящих всадников.
— Помощника главного повара, Грагоса. — безнадежно ответил путник.
Уж если солдат не пустил, то этот тем более не пустит.
— Оружие есть?
— Какое у нас оружие? Вот дубинка от разбойников, да ножик, хлеба отрезать!
— Проезжайте! Вон туда, направо по дорожке, до конца, постучите в дверь, где низкое крылечко! Скажете, сержант Торим пропустил!
Всадники от души поблагодарили и въехали во двор. Проехали до конца дорожки и только собрались слезать с коней, как в замке что-то грохнуло и впереди них из нескольких окон второго этажа вылетели стекла.
— Туда! — Махнул рукой младший из путников и подстегнул усталую лошадь. Из окон вместе с мусором и какими-то тряпками вылетели и со звоном покатились по плитам двора какие-то железки.
Соскочив с коня путник поднял одну, осмотрел, отбросил, взял другую, взвесил на руке и прицепил к поясу.
— Это точно, они! — буркнул под нос и направился вдоль стены, внимательно всматриваясь во все окна, чтобы не пропустить то, в которое проще забраться.
И в этот момент наверху грохнуло вновь. На этот раз в угловой башне. Парень вскочил на лошадь и поскакал туда. А в замке началась паника. Суматошно замелькали в окнах огоньки ламп, закричали люди. Двери замка начали распахиваться, выпуская наружу растерянных, перепуганных слуг. Промчался мимо с факелами конный дозор, однако, заметив чужих людей на лошадях, вернулся.
— Вы арестованы! — Закричал молоденький офицер.
Путник выхватил из ножен длинный меч, его старший товарищ со вздохом отцепил от седла дубинку.
Видать, придется погибнуть в бою.
— А! Сопротивление! — Офицер махнул своим подопечным и они размахивая мечами и факелами, ринулись на нарушителей.
— Ну, держитесь! — Откидывая капюшон походного плаща, взревел басом путник и взмахнул мечом.
Бывалые солдаты, рассмотрев его в свете факелов, побелели и опустили мечи.
— Что, трусы! Испугались! — еще громче рявкнул нарушитель.
И тогда солдаты вдруг начали спрыгивать с коней и падать на колени. Свое оружие они бросали перед собой. Слуги, подошедшие поближе, посмотреть на бой, едва взглянув на всадника, опускались на колени рядом с воинами.
Опешивший офицер попытался было крикнуть этим предателям, что их всех завтра казнят, но старый солдат, подобравшись к нему, шепнул одно слово, и парнишка вытаращил от изумления глаза. А потом неуклюже слез с лошади и присоединился к своим подчиненным.
Во дворе неожиданно стало тихо.
Люди стояли на коленях и, молча глядели на человека с мечом, чего-то ожидая.
И вдруг прямо из темноты ночного неба выпали два парня в обгорелой одежде. Первый держал в руках кого-то, замотанного в одеяло, второй был налегке.
Слуги охнули, ожидая услышать звук удара и хруст ломающихся костей, но парни легко приземлились на ноги и одним невесомым прыжком оказались около здоровенного путника с откинутым капюшоном.
— Зак! — Басом вскричал он и замолчал.
Слушая мысленные указания мага.
Потом повернулся к солдатам и приказал: — Подведите двух лошадей!
Солдаты толпой ринулись исполнять приказ, в результате чего перед ним оказалось не две, а пять лошадей. Маги свободно вскочили на лошадей вместе с грузом и подобрали поводья.
— Ваш Король вернется к вам завтра! — Уверенно объявил темноволосый парень, упавший с неба и, ударив лошадь пятками, поскакал к воротам.
Странная компания направила лошадей следом за ним и через подзвонок уже выезжала из двора.
— Скажи офицеру, что король назначил тебя начальником стражи! — крикнул сержанту человек, ехавший на первой лошади со свертком в руках.
Очень подозрительным свертком. Сержант немного поразмыслил и благоразумно решил пока не торопиться с новой должностью.
Глава 44
— Давай еще по кружечке взвара, — дежурный маг подвинул кружку повару. — Уж очень он у тебя сегодня духовитый получился. А после сыграем в кости, вечер впереди долгий!
— Не буду я больше с магами играть, вы жульничаете! — сердито отмахнулся повар, наливая взвар.
И вдруг застыл с открытым ртом. Из малой гостиной, которую днем и ночью стерегли маги, вдруг вышел обгорелый парень. Только дело-то все в том, что не было его там! Там вообще никого не было! Из всей мебели осталось несколько кресел и пара диванчиков вдоль стен и все! Он сам заглядывал! Как маг по нужде отлучился, так и заглянул! И кухарке потом объяснил, делать нечего этим магам, раз пустую комнату стерегут!
А парень подошел к столу, ухватил кружку и махом выпил взвар.
— Лекаря и Хабера! — сказал вскочившему дежурному.
Захватил кружку и кувшин и, не глядя на повара, ушел назад в гостиную!
А маг метнулся в свою комнату. И через подзвонок из нее выскочило несколько магов, и с ними самый главный, этот самый Хабер. И все побежали в гостиную. Повар сразу сообразил, что они с него потребуют, и опрометью бросился в кухню, варить взвар и разогревать ужин.
— Кто ранен? — едва ворвавшись в комнату, спросил Хабер.
И замер, чувствуя, как холодеет спина и падает вниз сердце. Слишком мало было в гостиной людей и не было среди них детей, а из пятерых присутствующих ему были знакомы только трое.
— Король Мадентий, только не ранен, а придушен! У меня энергии мало, если б я его поднял, то на портал бы не хватило! — отставляя кружку, объяснил Зак.
— Вы его, что… в плен взяли? — наблюдая, как маги кладут на грудь короля руки, осторожно поинтересовался глава, непроизвольно стараясь как можно дольше отодвинуть тот миг, когда нужно будет спросить о судьбе остальных членов команды и маленьких принцев.
— Наоборот, спасли из плена. Во дворце обнаружили заговор двух диких магов. Танио одного убил, второй сбежал. Очень сильный природник, спеленал нас с Таном и королем растениями намертво, повезло, что я королю амулет загодя дал.
— А как освободились? — не переставая думать о судьбе остальных, спросил Хабер.
— Пока Танио его очаровывал, я потихоньку огненной змейкой до корня лианы достать пытался. Потом он чего-то испугался и удрал, а я лиану сжег.
Ты скажи, пусть нам дадут помыться и одежду чистую. Я сейчас магию пополню и мы назад пойдем. Дикий, сволочь, искажающую стену поставил, я всех отправил, думал, сюда… а теперь он мертв… есть только один способ найти… идти с того же места.
— А… принцы? — затаил дыхание Хабер.
— С ними. И младший брат короля, Далмений.
— Так. Идите, мойтесь, — Хабер махнул сопровождающему магу — Проводи! А я пока подумаю!
— Кстати, Болафа и его друга покормите, и устройте ночевать, они скакали почти без отдыха! — Зак сделал условный знак.
— Организуй! — Отправил Хабер второго мага.
Когда Зак и Танио вернулись в комнату, там, кроме Хабера сидели только несколько членов совета. И среди них Каруна и Сейден.
— Зак! Танио! — Каруна вскочила с кресла, бросаясь к парням.
— Мама! — четыре руки с одинаковой нежностью обхватили магиню.
— Хвала богам, целые! — счастливые слезы блестели на ее ресницах. — Ох! Тан! А что с твоими волосами?
— Да это Зак, он уже давно завидовал! Вот и подобрал момент! — Жмурясь от счастья, поведал Танио.
— Еще одно слово и настанет момент делать тебя лысым! — шутливо огрызнулся Зак и усадил мать в кресло. — Давай, доставай уже!
— Сейчас. — Серьезно кивнул Тан, усаживаясь на диванчик и прикрыл на миг глаза, — Нашел.
Зак сел рядом, положил ему руку на плечо, вгляделся в никуда и довольно кивнул. Поток энергии ринулся пополнять почти опустевший запас.
— Можете спрашивать, — кивнул, повернувшись к примолкшим магам, — только сначала расскажу про Болафа. Он королевский бастард. И похож на отца, как две капли. Перед ним вчера все слуги и солдаты на колени упали. Мадентия маги три года из башни не выпускали, вот его никто и не видел. А переговоры от его имени вела Катресса. Один из магов ее советник и фаворит.
— Который?
— Тот, что сбежал. Да, когда мы уезжали, я народу сказал, что король вернется завтра.
— Ладно. Это потом. Как дети?
— Здоровые. Но запуганы. Не ели, боялись яда. Ну, Анюся их накормила.
— Они шли в портал по одному?
— Нет. Одного нес Камил, второго Далмений. Мы втроем портал держали. Потом Крис пошел. Тут портал и схлопнулся. Тан?! А… Это… откуда?!
— Я второй источник нашел. Он немного подальше на север. Но мощный. — Скромно объяснил принц.
Хабер только изумленно покачал головой. Этот парень каждый раз умудряется его удивить! Тянуть энергию из двух источников пока еще не додумывался ни один из магов!
— А как ты мага убил? — вспомнил рассказ Зака, глава.
— Не знаю. — Честно признался Тан. — Я не хотел!
— Он, правда, не понял, лучше я расскажу. — Вмешался Зак. — Мы по сторожке за магом шли, Танио дверь вышиб, я первый заскочил. Вижу, король испуганный, а сбоку слабые чужие мысли, дикаря. Он в амулете был. Поворачиваюсь, а дикарь уже заклинание на короля нацеливает. Он нас подставить хотел, убийство короля свалить. Я и крикнул, Тан, поставь на короля щит. У него к руке заклинание привязано. А он впопыхах не понял, кто король и бросил купол на мага. Ну… а тот в этот момент швырнул в короля ледяными стрелами. Так купол устоял, только льдом изнутри покрылся, а все стрелы вернулись в мага.
— Воздушный купол такой силы, что не выпустил боевое заклятье? — Недоверчиво покачал головой один из магов.
— Вот и я собираюсь Дорисию пропесочить! — кровожадно буркнул Зак, — Ученик выучил уже половину заклятий для магистра, а она его все тренирует на перышках! Он, когда нас дикарь в колодец сунул, легко сотворил уменьшение веса в двадцать раз! А она ему не дала отмену выучить! Вот и прыгали в кошачьем весе почти два звона! У меня вся голова в шишках!
— Но… такого не бывает! Я никогда не слышал…
— Да?! А ты слышал, чтобы кто-то прыгнул с башни с королем в руках и тут же попрыгал дальше? А это сегодня вечером все обитатели векридского замка видели!
— Ох, Великие боги! — Схватилась за сердце Каруна.
— Мам, ну не переживай ты так!
— Да как же мне не переживать? Он же срок действия заклинания не знает, а оно могло прекратиться в любой момент!
— Почему не знает? Он в поместье тренировался! У вас там не было никакой неразберихи с бочками или телегами?
— Так. — Весело хмыкнул Сейден. — Похоже, зря я возчиков ругал.
— Ой, ты так страшно ругаешься, что все боятся! — Фыркнул Тан. — А им нужно было сразу камни везти, а не обедать целых два звона!
— Прекращайте семейные разборки! — С притворной строгостью приказал Хабер. — Лучше объясните, откуда взяли Далмения. По нашим сведениям он в замке не бывает.
— А кто мне дал вот это? — Зак вытащил из-за ворота черный лепесток.
— Так… это…
— Пропуск в замок Далмения. Он нас и провел к королю, хотел брата порадовать, а заодно и предупредить. Его три года к королю не пускали. Вот он и искал что-нибудь необычное, чтоб отказать не смогли. По всей стране людей разослал. Только его советник, что ими руководил, еще и на магов работал. И когда про нас слухи пошли, перехватить пытался. Ну, короче, привел нас Далмений в замок, а там встретила охрана, обвинили его в покушении на брата и отправили нас в тюрьму. А вскоре и принцев привели, вместе с Лилей.
— Кто такая Лилей?
— Лиля. Иномирянка. Живет у них уже два года. Магия точно есть, но я же не природник, ауру не вижу. Ее, похоже, маги себе в помощницы готовили, обращалась она с Милтоном свободно.
— Почему же он ее в тюрьму отправил?
— В тюрьму она сама пошла, ради принцев. Она детей как нянька опекает. И с нами ушла добровольно.
— Этот Милтон и есть природник?
— Ну да. Слушай Тан, похоже, хватит.
— Посиди еще с ползвона! — Прикрикнул Хабер. — Нечего полупустому на выручку бросаться!
— Хабер! Пока я сижу здесь… там… может… — голос Зака сорвался.
— Зак! — Вскинулась мать, почувствовав такой всплеск горя и отчаяния, что у нее дыханье перехватило.
— Каруна! Да не волнуйся же ты так! — Прикрикнул на магичку Хабер, — все будет хорошо! А ты Зак, все же сядь, не торопись! Я послал учеников, сейчас начнут подходить маги! Мы тоже идем! Чем больше людей займутся поисками, тем быстрее найдем твою команду! Да и во дворце нужно все брать под контроль. Пока этот Милтон еще чего не натворил! Сейчас принесут теплые вещи и сумки с едой, возможно, дети голодны. Жаль, конечно, что у Криса нет сюда привязки, но в тех условиях мы просто не успевали подготовиться! Все же отправить за три дня три группы, не так просто!
— Какие… три?! — прищурился Зак.
— А ты думал, на вас одних все повесили? Шло еще две группы, через Ландию. Разными дорогами. Одна вернулась порталом из камеры, куда их посадила черная команда. Вторая сидит у переправы через залив, там сейчас шторм, никто не соглашается перевезти.
В комнате внезапно стало тесно от вошедших магов, курток, сумок, мешков и одеял.
Зак встал в свободном углу комнаты, сосредоточился. Танио хотел стать рядом, но его мягко отстранил Сейден, положивший руку на плечо сына.
— Пойдешь с первыми, объяснишь, что к чему.
Мягко засветился, набирая силу, портал. Танио двинулся к нему, но Каруна взяла принца под руку. Первым в серый туман шагнул Хабер, только потом Танио с Каруной. Следом быстрой вереницей пошли, сразу став очень серьезными, магистры.
Спасательная операция началась.
Глава 45
Никому нельзя верить! — Тяжело вздохнула Анюся, вытаскивая из-под бока очередной острый сучок. Это ей еще там, на родине, одна подруга хвасталась, как хорошо ночевали на природе. Парни лапника нарубили, мягко, удобно! А запах! От костра тепло идет, воздух свежий! Она тогда, помнится, вся обзавидовалась! Вот дурочка-то была!
Когда вампиры, наговорив на прощанье кучу пожеланий, ушли, и они начали устраиваться на ночлег, оказалось, что с этим столько проблем! Земля холодная, постелить нечего. Она им и сообщила с умным видом про лапник. Крис как-то кисло посмотрел, и рядом с ними сверху упала огромная куча веток. Анюся попробовала соорудить из них постель. Вроде получилось. Прилегла. Испытать. И чуть не взвыла. Везде давили ветки, сучки и вообще было жутко неудобно. И снизу все равно тянуло холодом.
Дайра посоветовалась с Крисом и Камилом и отодвинула горящие стволы на другое место. Ближе к кустам. А обожженную огнем почву старательно выровняла. После этой работы ее лоб усыпали капельки пота, а руки дрожали. Анюся даже начала всерьез подозревать, что быть магом не так-то весело, как ей казалось вначале.
Крис с Камилом тем временем кинжалом и ножом обрезали с веток самые мелкие и бросали на место будущей лежанки. А голые сучковатые скелеты кидали в костер.
И все равно, когда они, наконец, устроились на ночлег, Анюся поняла, что не настолько устала, чтобы заснуть на этом экстремальном ложе.
— Давайте я буду первая дежурить. — Объявила она, вылезая со своего места.
— Я с тобой! — вызвалась Лиля.
Никто не возразил. Дети давно спали между Дайрой и принцем. Крис и Камил молчали, тоже вроде уснули.
Они уселись на ствол между костром и лежанкой Наташи, которую вампиры, по просьбе Дайры, окутали дополнительной защитой от холода. Посидели, помолчали.
— Ты как сюда попала? — спросила Лиля, ковыряя палочкой землю.
— По дурости.
Анюся никому не рассказывала, почему очутилась здесь. Даже Заку. Впрочем, он-то как раз и не интересовался. Подозревала она, что маг давно все выудил в ее голове, но говорить на эту тему не хотела.
— Я тоже. — Вздохнула Лиля. — Из-за любви топиться побежала!
— И чё?!
— И очутилась здесь. На берегу. Только топилась я ночью, а тут день, солнечный такой, осень только начиналась. И море… другое. Я так испугалась, что сразу топиться расхотелось! А потом шла по берегу и думала, а вдруг это необитаемый мир?! А я ничего такого… хозяйственного, делать и не умею! Я в садике работала. В частном. Меня тетка по знакомству устроила. Сразу после выпускного.
И вдруг вижу, лодка! А возле нее куча мужиков. Вот тут я еще сильнее испугалась.
— А потом?!
— Потом… все нормально было… — как-то сникла Лиля. — А ты?
— Я в лесу оказалась. Ночью. Лес еще хуже этого. Деревья сухие, под ногами мох до колен. А на мне шпильки. Хорошо, хоть с джинсами. И в сумке никакой еды! Вот я четыре дня по этому лесу и шла. Там ягоды были, их и ела. А потом… просыпаюсь утром… пахнет жареной колбасой… думала все, галюли начались! Встала, смотрю… сидят… красавчики эти, Танио с Заком! Ну, потом много чего было…, я в Танио влюбилась, а он в Рику, сестру Зака. Потом мы с Заком в Кизард пошли, мне там башню дали, очень классная квартирка! А потом… ну, неважно. А теперь Зак мой учитель, учит меня магии. Мы, иномирянки, так они нас называют, все обладаем способностями. Только нужно выбрать, хочешь стать магом, или нет.
— А мне Милтон говорил, что здесь магов… убивают! — оглянувшись, прошептала Лиля.
— А вот это он не соврал. — Вздохнула Анюся. — В этой стране действительно магов не любят. Мы все специальную защиту носим!
— Вы все маги? И Наташа?
— Она тоже ученица. Я ж тебе говорю, тот, у кого способностей нет, сюда не попадает! И у тебя должна быть магия. Кто-нибудь посмотрит и скажет, какая. У меня огонь и иллюзия. У Наты лечения и защиты. У Зака огонь, лечение…
— Перестань болтать и подвесь повыше световой шар! — сказал в Анюсиной голове далекий голос Зака. — Помнишь, как я учил?
— Сейчас, сейчас! Ты… только не уходи… так, так, палец сюда, теперь энергию, представить… пошел!
Лиля, широко открытыми глазами следила за землячкой.
С чего это она вдруг заговорила невпопад, да еще делает руками какие-то странные знаки… Ох!
С пальцев Анюси сорвался и полетел над поляной огненный шар. Выше, выше. Вот он уже завис над верхушками деревьев.
— Не слишком он маленький, как считаешь? — Оглянувшись, озабоченно спросила ученица у Лили. — Нужно, чтоб его было издалека видно!
Лиля оглянулась на спящих, вздохнула и ткнула пальцем в шар. Он начал понемногу раздуваться. Да и вообще стал заметно ярче. И вдруг с громким треском взорвался, брызнув во все стороны яркими искрами.
— Спасибо Анна, было отлично видно! — ядовито сообщил Зак.
— Анюся! Ты что это творишь? — Сердито закричала Дайра, отряхивая с испуганных принцев тлеющие еловые иголки.
— Да это не я! Это Лиля! — Чуть не разрыдалась от такого наговора Анюся, и с возмущением оглянулась на собеседницу. Та недвижно лежала рядом.
— Дайра! Она не дышит! — Потрогав щеку девушки, не своим голосом заорала ученица.
Маги вскочили с лежанки и бросились к ним.
— Ох, боги, и сколько же с вами проблем! — с досадой хмыкнула менлиска, убедившись, что Лиля жива. Только в глубоком обмороке.
Анюся, обидевшись, отодвинулась от нее. Вот всегда так, как выручить нужно, так Анюся хорошая, а чуть что, сразу, проблемы!
— А с чего это ты вздумала шарами баловаться? — склоняясь над Лилей, недовольно поинтересовался Крис.
— Я не баловалась! — Агрессивно прищурилась девушка, мгновенно ставя мага врагом номер один. — Мне Зак сказал, повесь повыше шар!
— Ты говорила с Заком? — недоверчиво оглянулся Крис.
Анюся смерила его презрительным взглядом и ушла на другой конец поляны.
— Анна! Ты куда пошла? — Немедленно окликнул голос Зака. — Я на тебя ориентируюсь!
— Ориентируйся на шарик! — обиженно буркнула Анюся, и бросила вверх светящийся комок.
Он взмыл над поляной и завис в вышине, сияя чистым светом.
Принцы испуганно прикрыли руками головы.
— Отличный светильник. — Довольно похвалил голос. — Умеешь, когда захочешь!
— Зря ты ее обидел. — Шепнула Дайра магу, склоняясь к Лиле.
— Я не хотел. — Тихо буркнул он, незаметно оглядываясь на независимо стоящую под дальней сосной шоколадную фигурку. — А что у них было с Заком, ты не знаешь?
Ну и как ему отвечать на такой вопрос? Ведь сразу видно, ревнует парень. И мучается. А не ответишь… еще больше себе всяких страстей напридумывает.
— Пытались построить семью… — неохотно буркнула магичка. — Потом поняли, что не любят друг друга. И разошлись. Теперь он ее учитель. Все.
— Понятно. — Кисло хмыкнул Крис, убирая руки.
Запаса магии снова не было.
— А как ты думаешь… насчет того, что она его слышит… — поглядывая на ровный свет висящего в вышине шара, спросил Крис, — это правда?
— Анюся такими вещами шутить не будет. — Вздохнула Дайра, — Зака она боится.
— Значит, он скоро придет. — Подытожил маг. — Ну, хорошо. Может, у него осталась энергия на портал.
А он так надеялся дождаться, пока все уснут, и поговорить с Анюсей. Ведь скоро их путешествие закончится, и нужно будет возвращаться по домам. Крис так и не выяснил, как же она к нему относится. Только теперь все эти планы рухнули. Анюся на него разозлилась и не станет ни о чем таком говорить. Если вообще будет разговаривать.
А потом неожиданно с трех сторон затрещали кусты и на поляну начали выходить маги.
— Раненые есть?! — деловито спросил первый, и, проследив за жестом Криса, направился к Наташе.
Но был бесцеремонно отодвинут бросившимся к девушке Заком.
— Что с ней? — на секунду поднял он горестный взгляд на подоспевшего Криса и внимательно выслушал его объяснения.
К этому времени вокруг Наташи уже стояли Каруна, Сейден и еще двое магов.
Зак поморщившись, сорвал, как тонкую паутину, вампирскую защиту и положил ладони на неподвижную фигурку.
Каруна тотчас присоединилась к нему. Прислушалась, к чему-то слышимому только ей и позвала взглядом одного из магистров. Он немедленно присоединил свои ладони к рукам коллег.
— Молодец, парень! — Через несколько подзвонков похвалил Криса магистр, — сделано все отлично. — Тебе необходимо всерьез заняться лечением. А ей теперь нужно только немного покоя и побольше яблок.
А на поляне уже открыли телепорт и двое магов уносили в него на руках маленьких принцев. Через несколько мгновений их встретят объятья любящих родителей.
— Зак, ты в Таргол или в столицу? — осторожно спросила сына Каруна.
— А зачем мне в столицу?
— Король захочет поблагодарить спасателей принцев. — Объяснил Хабер.
— Нет, я лучше в Таргол. А еще лучше, домой. — Отказался от почестей Зак.
— Я тоже. — Присоединился Танио.
— Значит, мы через Кизард! — постановила Каруна.
— Тогда вы со мной в столицу, — Кивнул Хабер Дайре и Крису. — Принца Далмения заберите в Таргол, там его ждет брат!
— А я? — не выдержала Анюся.
— Ты с нами, тебя без надзора нельзя отпускать! — жестко объявил Зак, взяв на руки спящую Наташу.
— Ну, За-ак!
— Правило третье, когда задание закончено…
— Господин учитель!
— А если я за ней присмотрю? — Осторожно предложила Дайра, видевшая, как ученице хочется побывать во дворце.
И желавшая загладить свою вину перед Анюсей за невольную обиду.
— В самом деле, Зак! Ты все равно должен быть утром на совете. Тогда и заберешь ученицу! — Попробовала смягчить сына Каруна.
— Вот утром и посмотрит дворец. — Не повелся на уговоры маг.
— А тебя куда отправить? — спросил Хабер у Камила.
— Пожалуй, это хороший повод познакомиться с королем. — Решил тумастанец.
— Правильно, — одобрил глава, — тогда пойдем! Сейден, захватите в Кизард Лилю!
Магистр кивнул и подхватил девушку.
На поляне раскрылось еще два телепорта. Один в Таргол, второй в Кизард. Через подзвонок на поляне остался только погашенный магами костер, да забытая корзинка с остатками еды. Тощий оборотень осторожно вылез из кустов, обошел поляну, поднял корзину. Брезгливо поковырялся в ней, нашел недоеденный кусок мяса и с видимым отвращением сунул в рот. Прожевал, тяжело вздохнул и сунул лапу за следующим. Голод не тетка.
Глава 46
Что-то разбудило девушку, что-то легкое, но очень важное, как невысказанный вопрос.
— Что? — Спросонья спросила Наташа и потерла кулачком не желавшие открываться глаза.
— Где я? — Насторожилась она, увидев над собой шелковый полог незнакомой кровати.
— Извини, я не хотел тебя будить! — виновато шепнул, сидящий на краешке ее постели Зак, целуя Наташину ладошку.
Теперь Ната вспомнила, вот такой легкий поцелуй ее и разбудил! А вот как она оказалась в этой комнате, почему-то не помнила совершенно. В памяти остались только ощущение падения сквозь колючие ветки, страшный удар и резкая боль.
— Все хорошо, мы дома. Ты здорова. Просто нужно несколько дней поберечь спину, и все будет хорошо. — Успокаивал Зак, нежно глядя на девушку. — Мне пора уходить на совет. Я скоро вернусь, не скучай!
Не скучать?! Да она уже скучает! И вообще не хочет, чтобы он куда-то уходил! Она так долго его ждала, терпела холодные взгляды и насмешки, и даже грубость. И все время робко надеялась, что однажды он поймет, как она его любит. А теперь, когда они, наконец, могут без помех поговорить… о своих чувствах… он снова уходит.
— Наточка! — Потрясенно шепнул маг, осторожно сжимая ее плечи, — Не нужно ничего говорить! Я слышу твои мысли, родная моя! Я тебя тоже очень люблю! Вот закончу сегодня дела, и мы с тобой убежим от всех куда-нибудь подальше! Я обещаю! Поверь мне, любимая!
Зак нежно поцеловал девушку и решительно встал с кровати. Если он посидит здесь еще пару мгновений, то пошлет к змеям и Хабера и всех королей на свете.
— Зак, ты идешь? — робко произнес в коридоре голос Танио.
— Иду, — Виновато глянув на любимую, ответил маг и, тяжело вздохнув, вышел из комнаты.
Нет, это не сон! Зак и вправду сказал ей эти слова! Он ее любит! Как ей все-таки несказанно повезло, найти среди тысяч миров своего самого единственного, самого любимого мужчину! — счастливо улыбалась, осторожно вставая с постели Ната. Нет, и вправду ничего не болит! Только чуть тянет в том месте позвоночника, куда ночью пришелся страшный удар.
— Ната! — Ворвалась в комнату Рика, — Ты… что… уже ходишь?
— Зак сказал, что я здорова. Только нужно быть осторожной! — Светло улыбнулась Наташа.
— Судя по тому, какое счастье ты излучаешь… Мой брат наконец-то разобрался в своих чувствах?!
— Он сказал, что любит меня! — краснея, призналась Наташа.
— Ох, как хорошо! — захлопала в ладоши Рика — Да мы это давно знали! И что ты его тоже любишь! Только Зак такой упрямый, все должен решить сам!
— Это не упрямство. Это самостоятельность. И ответственность. Теперь я понимаю, только таким и мог быть мой любимый мужчина! — Немедля встала на защиту Ната.
— Мой Танио тоже самый лучший! — Понимающе улыбнулась Рика.
— Пойдем, позавтракаем?!
— Пойдем, — легко согласилась Рика, думая, какое это счастье, иметь такую дружную, любящую семью!
А ее любимый мужчина, недовольно хмурясь, выходил в этот момент из портальной комнаты королевского дворца. Родного, Тордизанского. Это Хабер в последний момент принял такое решение. Следом за ним топала Анюся в новенькой оранжевой ученической мантии с сиреневым воротничком и манжетами. Потом шли родители и Танио. Зал совета был открыт, и большинство магистров уже сидело на своих местах. Заметив сидящих рядком Камила, Дайру и Криса, Анюся оживилась и помахала рукой. Они как-то вяло махнули в ответ.
— Чё, зазнались, что ли? — Обиделась ученица.
— Я тебе потом объясню, — шлепаясь в кресло, буркнул мрачный Зак.
Неизвестно, как отреагирует организм ученицы на сообщение о том, что этой ночью все придворные короля Ортиния считали за честь выпить со спасателями маленьких принцев.
Анюся оглянулась на него и тихонько хихикнула. Понятно, почему господин учитель такой злой. Наверное, от важного дела, то есть тела, оторвали.
— А вот за грязные мысли я тебе придумаю такое наказание, что мало не покажется. — Раздался в ее голове мстительный голос Зака.
— Начнем заседание, — Внимательно оглядев сидящих, объявил Хабер — У меня важное сообщение. В результате секретного задания, успешно выполненного группой магов, учеников и добровольцев под командованием магистра Лизандра, раскрыта преступная группа магов-дикарей, захватившая власть в королевстве Векридия. Освобожден король Мадентий, содержавшийся взаперти в башне, освобожден принц Далмений, по ложному обвинению заключенный в тюрьму…
Великие боги, с тоской думал Зак, и где он только научился так разговаривать?! Нет бы объяснить все по быстрому и распустить всех по домам! Он, Зак, прямо тут открыл бы портал. А интересно, чем сейчас его Ната занимается?! Наверное, завтракает с Рикой, та как раз завтракать собиралась. Эх, куда бы им уехать, декады на две, так хочется сбежать от всех дел и проблем! Да, нужно, кстати, Анюсю на это время пристроить в надежное место. Зак так задумался о своих делах, что очнулся, лишь заслышав собственное имя.
…магистра Лизандра принять в состав совета магов, подмастерье мага Кастанио повысить до мастера-мага магии воздуха, Анну, ученицу магистра Лизандра, повысить до подмастерья мага в магии огня, Эдакриса, мастера-мага повысить до магистра воды, Дайралию, мастера-мага защиты наградить домом в городе Тангосе, Наталию, ученицу магистра Каруны, наградить домом на озере Невар, принцу Тумастана Камилхану и принцу-бастарду Векридии Болафию объявить благодарность и гарантировать помощь ковена.
Всем магам и ученикам, принявшим участие в этом задании, дать отпуск три декады, в любое удобное для них время с предоставлением бесплатного проживания в любом из королевских поместий и замков.
— Нифигасе! — тихонько охнула Анюся, заработав сердитый взгляд Зака.
На этом общее собрание закончилось, маги, довольные успешным окончанием войны, неспешно расходились по своим порталам. Освободительная война дело конечно нужное, и благородное, но свои-то дела за это время никуда не ушли?!
Зак, схватив Анюсю за руку, тащил ее за собой как сумку, раздвигая плечом магистров. И как раз успел.
— Магистр Рагдир, — окликнул открывающего портал директора, — не последишь несколько декад за подмастерьем Анной?
— А отпуск?! — Взвыла разочарованная Анюся.
— Выучишь назубок кодекс магов, и все огненные заклинания до второго уровня, тогда получишь свой отпуск. — Непреклонно заявил Зак.
Анюся сникла. Разве с ним поспоришь, с этим Заком?! Себе дороже!
— Хорошо, Зак, я ее забираю.
— Выдай ей часть жалованья, на теплую одежду, и комнату в одном из свободных домов для магистров. Мы с женой займем этот дом попозже. Моя жена — ученица Каруны.
— Вот это новость! Поздравляю! А Сейден ничего не сказал!
— Ты первый, кому я говорю! — Кивнул Зак.
Рагдир подхватил под руку хмурую Анюсю и ушел в портал.
Зак развернулся и отправился к матери.
Каруна уже сама бежала навстречу.
— Хабер просит нас с тобой остаться на ползвона. А где Анюся?!
— В академии! А отец?
— Ушли с Таном домой, что-то Нолочка полночи капризничала. Идем, нас ждут!
В уютной гостиной уже тихо беседовали несколько человек. Ничего себе компания подобралась, оглядывая присутствующих, хмыкнул Зак. Король Элтинор, принц Кориден, король Мадентий, принц Далмений, Болаф, ставший за одну ночь принцем-бастардом Болафием, король Ландии Ортиний, его советник лорд Тартокс и главнокомандующий ландскими войсками лорд Доливер.
— Член совета магов ненаследный принц Тордизанский Лизандр, и комендант крепости Кизард магистр Каруна, — представил королям вошедших Хабер. — Все в сборе, можно начинать.
— Мы все здесь собрались, чтобы решить несколько важных вопросов! — начал свою речь Хабер. — Вы все уже в курсе тех событий, что произошли в королевском замке Векридии прошедшей ночью…
— Болаф, ну почему именно я?! В ковене немало более опытных и умных магов, чем я! Выбери другого!
— Нет! Тебе я доверяю. И ты можешь незаметно подсказывать, что говорить! Не забывай, что я не получил никакого образования! И, вообще, никогда не собирался кем-нибудь править! Меня Хабер полночи уговаривал, на совесть давил! Если б… не эти… кровные братцы… что смотрели с такой надеждой… я б никогда не согласился! Но без тебя я там не смогу! Зак! Ну, пожалуйста, соглашайся, а?!
— Ты не понимаешь. Я женюсь. Еще никому не говорил. И хочу хоть несколько дней отдохнуть. Побыть с женой. А ваше разваленное королевство… там нужно работать с утра до ночи!
— Зак, я желаю вам счастья! Поздравь от меня Наташу! И отдыхайте, сколько хотите! Только не бросай меня! Хоть по паре звонов в день, а, Зак?!
— Ну почему ты не хочешь взять себе советника из Ландии? Вы ведь теперь одно государство! То, что Векридия только герцогство, намного упрощает управлением ею!
— Ты видел, как горели глаза у Ортиния? Он готов даже королевский дворец по камушку разобрать, чтобы и памяти о соперниках не оставить!
— А ты думаешь, ковен ему позволит своевольничать?! Не зря столько магов туда отправили! Поэтому не волнуйся, никто тебя в обиду не даст! Ковен своих не бросает!
— Что хочешь, говори, а без тебя мне это ярмо не утянуть. Или ты со мной, или я отказываюсь! Решай.
— Ох, ты и упрямый! А что я скажу Наташе?!
— Правду. Таким женщинам нужно всегда говорить правду. Она поймет! Поверь мне. Я ее знаю.
— Болаф… ты ее любишь?
— Нет. Я ее уважаю. — Твердо ответил герцог Векридский Болафий и Зак предпочел не заметить легкой горечи в его ответе.
— Ладно. Как она решит.
— Тогда я вас жду! — Просиял Болаф, твердо уверенный, что Ната не бросит друга в трудный момент. — Идем, сообщим им, что можно подписывать указы.
— Ох, же ты и жук! — С веселым удивлением хмыкнул маг и пошел следом.
— Зак, а про то, откуда они вообще взялись… эти, дикие, Хабер уже узнал? — подливая другу холодного взвара, поинтересовался Танио.
Жаль, конечно, что поздний семейный обед, посвященный женитьбе Зака, так быстро закончился. Но Зак хочет засветло попасть в дом, где они собираются провести свадебный отпуск. Однако все равно скромное празднество было веселым и очень задушевным. Родственники сказали молодым немало добрых слов и пожеланий, все вместе съели кучу пирогов и разнообразных деликатесов и даже распили кувшинчик медовухи.
И пока женщины с энтузиазмом собирают в сундуки вещи, необходимые, по их представлению, молодой паре а Сейден ушел укачивать внучку, друзья ненадолго оказались одни.
— Да! — Кивнул Зак. — Оба мага — братья по матери, дети старого королевского советника, уступившего пост родному сыну.
— И что им не жилось спокойно, ведь должности-то были непыльные?
— Это грустная история. Лет тридцать назад, молодой советник короля случайно узнал, что у ребенка одной очень хорошенькой вдовушки амулеты показали ауру мага. Дама была ему очень не безразлична, а путь к ее сердцу лежал через спасение мальчика. Советник тайно вывез малыша в Агану, купил домик, нанял прислугу. Мальчик рос очень смышленым и вскоре поступил в академию магов. Через год любовница родила советнику ребенка, и тоже со способностями.
Красавица вскоре умерла а советник остался с маленьким магом на руках. Он много раз пытался склонить короля к отмене указа о черных командах, но разгульный папочка Болафа не имел никакого желания заниматься подобной ерундой.
Тогда отец купил для сына хороший защитный амулет, но способности малыша развивались так быстро, что их начали замечать слуги. Советник нашел только один способ, как скрыть способности сына, не расставаясь с ним. Он обманом забрал пасынка из академии и увез домой.
Ему удалось хорошо запутать следы, маги ребенка не нашли. Считалось, что он погиб. Вот этот недоучка и занимался с братом. И нужно сказать, достиг в его обучении определенных успехов.
Да, у них были неплохие должности и обеспеченное будущее. Но слишком большие амбиции. Вот и строили планы, как занять оба трона, и Векридский, и Ландский! Уже даже распределили, кто, где править будет. А победить собирались с помощью магии. Но нужно было соблюдать осторожность, черные команды не дремали. Тут как раз Лиля и появилась. Милтон быстро понял, что из нее в любом случае можно сделать козла отпущения. Вот и внушал глупышке, что она сильная магичка. А сам усиливал ее заклинания, подбрасывая ей в нужный момент свою энергию!
— А его так и не поймали?
— Не смогли отследить. Он хитер, подготовил заранее несколько привязок. Теперь может быть где угодно!
— Зак! У нас все готово!
Сияющие Наташа и Рика стояли перед магом, держа в руках по небольшому саквояжу.
А сзади них несколько слуг под присмотром Каруны тащили четыре огромных сундука.
— Вы… уверены… что там все это пригодится? — осторожно осведомился маг.
— Знаешь же поговорку, — авторитетно объявила Рика, — лучше взять лишнее…
— Чем не брать ничего. — Вздохнул Зак и несколькими щелчками отправил сундуки по назначению.
Он специально перед уходом из дворца потребовал у Хабера вызвать мага, имеющего привязку к домику на озере Невар, принадлежащему его жене. Хитро хихикнув, Хабер немедленно открыл портал, и через пару мгновений Зак уже стоял на широкой террасе, любуясь синевой раскинувшегося перед ним озера.
— Мы не прощаемся, — Махнув родичам рукой, Зак открыл портал и подхватил жену на руки.
— А Крис так Анюсе и не признался в своих чувствах! — вздохнул Танио, следя, как друг шагает в портал.
— Если захочет, найдет ее в академии… — донеслось издали.
КОНЕЦ.










Вера Андреевна Чиркова


Не сердите добрых принцев!!!


Продолжение книги "Мир Принцев"
Наивные простолюдины с завистью полагают, что жизнь принца — это сплошное удовольствие.
Возможно, это и правда… но только не в том случае, когда титул достался не по наследству, а добыт потом и кровью и не принес с собой никаких привилегий или благ, кроме рискованной чести участвовать в тяжелых испытаниях.




Глава 1
— Великие Боги! Хабер! Ну, мы же договорились! Больше я не имею никакого отношения к вашим иномирянкам! И казначей уже в курсе, выдаст столько денег, сколько нужно! У него и отчет оставишь! Ты же был на совете, когда мы это решали! Целых три звона потратили на обсуждение!
Хабер невозмутимо слушал высказываемую недовольным голосом отповедь короля, согласно кивая головой. И не пытался ни слова вставить в свою защиту. Предпочитая выждать, пока правитель выплеснет накопившееся раздражение, чтобы потом, когда король узнает о приготовленном ему сюрпризе, у него уже не осталось на сопротивление ни запала, ни сил.
К тому же, если подойти по человечески, можно понять и правителя. Сидеть каждый месяц над государственным балансом вовсе не мед. У любого характер испортится! Ведь каждый градоначальник считает, что именно ему нужно построить самый красивый фонтан, и устроить самое пышное празднество в честь дня урожая. И все надеются на свои прожекты урвать побольше денег из государственной казны.
А король пытается так дипломатично урезать их аппетиты, чтобы никого не обидеть.
Однако, с другой стороны, ведь давно уже советовал ему Хабер выучить пару-тройку смышленых принцев и посадить за эту работу. И проверять только их. Совет не прошел, и Хабер даже догадывается, почему. На самом деле Элтинор боится остаться без дела, не любит он ни охоту, так модную у других правителей, ни балы. Вот и прикрывается от всех этих великосветских развлечений страшной занятостью государственными делами.
— Хабер! Ты меня слушаешь? — Едко поинтересовался король у придворного мага, пару подзвонков понаблюдав за его отсутствующим взглядом.
— Разумеется. — Вежливо оторвался маг от своих размышлений.
— Зачем ты пришел?
С этого и нужно было начинать, а не нотации читать, фыркнул про себя Хабер, но вслух произнес совсем другое.
— Чтобы заранее сообщить о том, что через три дня ухожу в отпуск.
— Куда? — Опешил король.
— В отпуск. — Невинно опуская глазки, повторил маг.
— Хабер… что я тебе плохого сделал?! Может, расскажешь? Или работой перегружаю, или плачу мало? Почему ты решил идти в отпуск именно сейчас?
— А что сейчас за время такое, что без меня нельзя обойтись?! — Непонимающе честным взглядом уставился на короля Хабер.
— Ты же знаешь! Подготовка к выборам короля! — Трагически всхлипнул Элтинор, возмущенно взмахнув руками.
— Выборы через десять декад. — Спокойно пожал плечами глава совета. — Я вернусь намного раньше.
— Хабер! Ты это плохо придумал! — Занервничал король. — Может, отложишь отпуск на полгодика?!
— Нет! — Категорично отказал маг, твердо глядя в глаза Элтинора. — Как я смогу просить отпуск, который мне должен ты, у нового короля?! Я тебе и так каждый год уступаю! То проблемы с иномирянками, то неприятности с Аганским шахом, то война в Ландии! Но на этот раз ничего экстраординарного не происходит, поэтому в отпуск я уйду всенепременно!
— А я думал, мы друзья! — Обиженно поджал губы король.
На друзей так не набрасываются, едва они войдут в комнату, хотел, было съязвить маг, да вовремя передумал. И ответил по-другому.
— Я тоже так думал! Но, оказывается, по-твоему, быть другом, значит отказаться и от отдыха и от личной жизни! Хорошо же ты понимаешь дружбу!
Элтинор долго возмущенно пыхтел, испытующе-укоризненно рассматривая невозмутимого Хабера, пока не догадался, что в этот раз маг ему уступать не намерен.
— Кто остается за тебя? — Наконец выдавил он несчастным голосом.
— Рагдир. — Не повелся на эту уловку Хабер.
— А как же академия?
— Его там заменит Дориссия. Если у нее будут вопросы, она всегда сможет сюда прийти.
— Я вижу, ты основательно подготовился! — Недовольно буркнул король.
— Разумеется, — С достоинством выпрямился маг, — Я же собираюсь отдыхать, а на отдыхе лишние переживания вовсе ни к чему!
— Хорошо. — Скрепя сердце примирился король с неизбежным, — Но если за эти три дня что-нибудь случится…
— То я, конечно же, останусь! — Кивнул согласно Хабер, думая о том, что предпримет все возможные меры, чтобы короля никто не известил, если на самом деле случится какая-нибудь неприятность.
— Ольдер…
— Да, милая.
— Нам нужно поговорить.
— Обязательно сейчас?!
— Да.
— Ну, хорошо, говори. — Маг отложил амулет, над которым работал и повернулся к жене.
— Помнишь… когда я к тебе пришла…
— Как же я могу забыть… — Ольдер постарался подавить тяжелый вздох.
— У меня было условие… если я решу уйти… ты сам скажешь… это слово.
— Ты… решила уйти?! — Ольдер, боясь поверить в услышанное, поднял изумленный взгляд.
— Да. Скажи слово. — Наклонив голову, чтобы муж не увидел горечь и боль в ее глазах, женщина ждала ответ.
— Дайра… — Замялся Ольдер. — Ты хорошо подумала?
Нет, магу вовсе не хотелось ее отговаривать. Он и сам давно понял, какую несусветную глупость сделал, взяв второй женой девушку, в которую был когда-то влюблен. После того как маг объявил об этом событии Зайнире, его уютный тихий домик превратился в ад. Раньше, Ольдер, справившись с делами, как на крыльях летел к семейному очагу. И, едва войдя в огороженный высоким забором тенистый садик, в глубине которого мягко светились окна, за которыми его ждал вкусный обед, заботливое внимание жены и лепет крошки сына, чувствовал, как в душе разливается тихая отрада.
Каким же болваном он был, вообразив, что две любящие женщины лучше, чем одна! Когда в доме была только одна жена, маг даже представить не мог, что вернувшись с работы, может не получить горячей еды или чистой рубашки. Все всегда было готово к его возвращению, все ждало хозяина на своих местах, и мягкие подушки на ковре под деревом, и охлажденный взвар с листиками мяты.
Однако в первое же утро после свадьбы с Дайрой, Ольдер не получил ни горячего взвара, ни сытного завтрака. Ошеломленно постояв на кухне возле холодного очага, маг отправился в комнату Зайниры. Выяснять, в чем дело. И получил вежливое сообщение, что у нее ночью капризничал ребенок, она не выспалась, а потому не может приготовить завтрак. Лишь едва уловимое ехидство скользило в широко раскрытых невинных глазах, когда Зайнира задала ему законный вопрос, а почему бы завтрак не приготовить молодой жене? Ведь ей не приходится возиться по ночам с малышом!
Ольдер прекрасно сообразил, что это саботаж, однако попытка уличить жену привела к потоку слез и предложению потрогать ручки ребенка. Ольдер потрогал и убедился, женщина права, малыш немного горячеват. Он немедленно бросился за снадобьем и попал в облако ядовитого черно-сизого дыма, валящего из кухни. А выскочив на террасу, обнаружил кашляющую Дайру с ведром воды в руках. Оказалось, она растопила очаг, чтобы сварить взвар, и пошла за водой. А когда вернулась, не смогла войти в кухню, полную дыма.
Целых два звона ему понадобилось, чтобы обнаружить в дымоходе обугленную дохлую ворону, проветрить дом и снова растопить очаг. На работу в тот день Ольдер не попал. Пришлось вначале намагичить несколько бочек воды, а потом колоть дрова, так как неожиданно оказалось, что колотые закончились. А потом помогать Дайре, греть воду и отмывать въевшуюся в стены и мебель копоть и запах гари. Затем пришлось отмываться самим и стирать одежду. Обед, разумеется, тоже опоздал, а уж на то, чтобы сготовить ужин ни у кого из молодоженов просто не осталось сил. Как и на брачные игры.
На следующее утро Ольдер встал пораньше и провел с Зайнирой разъяснительную беседу. Надеясь, что к вечеру мир в доме восстановится.
Как бы не так! Вот уже больше полугода они живут вместе, и за все это время Ольдер не припомнит ни единого дня без неприятного сюрприза. Кашу ему пришлось отведать и недоваренной, и подгорелой. И пересоленной, и переперченной, и заправленной таким количеством масла, что невозможно в рот взять. Про приторно сладкий мясной суп и кусочки соленой рыбы и чеснока в ягодных пирожках маг и вспомнить без содрогания не может. Бельевые веревки, на которые Дайра развешивала выстиранное белье, неожиданно рвались, новая кастрюля начинала течь, а в постели магички обнаруживался то уж, то паук, то куча муравьев. Или и того хуже, то мирный домашний кот ни с того, ни с сего, изодрал лучшее платье молодой жены, то на ее гребень неизвестно откуда попала смола и она не может разодрать свои густые рыжие локоны.
Зайнира категорически отвергала все обвинения магички, и в отместку упрекала Дайру в привороте мужа. Шумные скандалы каждый день сотрясали их домик, еще недавно бывший таким уютным. Ребенок, завидев отца, больше не тянул к нему ручки, а начинил испуганно хныкать.
Ольдер попытался разговаривать с Зайнирой по-хорошему, ничего не вышло. Женщина упрямо твердила, что ни в чем не виновата. Тогда он, сдури, конечно, решил ее наказать. До сих пор по спине мурашки бегут от того воя, который она подняла, получив приказ не выходить из своей комнаты! Все соседи переполошились!
Нынче они на мага, встречая на улице, смотрят с нескрываемым осуждением, а ведь еще полгода назад относились очень уважительно!
И вот теперь Дайра сама просит его выгнать ее из дома. По аганским законам достаточно сказать жене одно слово, чтобы она собрала вещи и ушла. И считала себя с этого момента совершенно свободной от всех обязательств. Ольдер прекрасно понимал, то, что она предлагает, единственный выход для них. Но природная порядочность и чувство вины перед девушкой за недостаточную твердость в налаживании порядка в доме, мешали ему сказать знаковое слово.
— Ольдер! Я решила. Говори!
— Ну что ты мнешься, скажи ей уже, да пусть идет отсюда! — Победно уперев руки в бедра, в дверях стояла Зайнира.
— А ты не боишься, что я скажу его тебе? — Внезапно взбесился Ольдер. — Ведь ребенок уже ходит, значит, останется со мной!
— Оль… — Женщина побелела, ее губы затряслись. — Неужели… ты сможешь…
— Смогу! — Остывая, буркнул Ольдер, — Довела!
— Не нужно! — Положила ему ладонь на плечо Дайра, — Скажи мне. Нехорошо ребенка от матери отрывать!
— Ладно. — Устало согласился Ольдер. — Тайдар.
— Спасибо. — Дайра поднялась, легко коснулась его щеки сухими губами и выскользнула из дома.
На душе было пусто и холодно.
Она подхватила заранее приготовленный сундучок с немногочисленными вещичками, прямо во дворе открыла портал и шагнула в него.
Хорошо, что Хабер предложил новое задание, раньше ей просто некуда было идти. Домик, что подарил магине за работу ковен, она сдала на три года постояльцам, не догадываясь, что он так скоро может понадобится самой.
Не в родительский же дом возвращаться?! Нет, ей не станут напоминать, как всей родней рьяно отговаривали от этого шага, сделают вид, что ничего не случилось! Просто она сама не сможет сейчас посмотреть им в глаза. Только не сейчас. Может, немного позже.
— Господин! Придворный маг просит уделить ему пару подзвонков! — Склонился в почтительнейшем поклоне советник.
— А… он не сказал… что ему нужно? — Лениво пробормотал шах Техрияр, и дунул на душистый лепесток, подплывший слишком близко к его бороде.
— Прости, великий, не сказал! — Советник согнулся еще ниже, так что тяжелый, расшитый камнями и бисером тебетей едва не свалился с его головы.
— Ну, хорошо, зови… — подумав несколько мгновений, изнеженно согласился шах, решив, что визит придворного мага, какое ни какое, но все же развлечение!
А интересно было бы глянуть, есть у советника лысина или нет, хмыкнул он игриво, если б тебетей все же свалился!
Гистон вошел почти сразу, как исчез за бархатной занавесью советник, видимо, ждал там ответа, и шаху это понравилось. Значит, хочет о чем-то просить, и, стало быть, можно будет выторговать что-нибудь взамен. Маг, в отличие от всех остальных, редко обращался к шаху с просьбами, значительно чаще приходилось просить об одолжении его самого. А это Техрияра очень раздражало. Не к лицу великому повелителю Аганы кого-либо о чем-либо просить!
— Долгих лет, тебе, великий! — Вежливо поклонился Гистон.
Шах едва кивнул ему, макнув бороду в душистую воду.
— Что ты хотел? — снисходительно спросил он, понаблюдав несколько мгновений, как ловкие руки придворного цирюльника, окончив полировать один ноготь на его ноге, принялись за другой.
Гистон неспешно обошел вокруг круглой серебряной вазы, отлитой в виде огромного цветка с причудливым узором на изогнутых лепестках, используемой шахом для целебных ванн, и остановился за спиной цирюльника. Небрежно положил тому пальцы на темя, и сосредоточенный взгляд пухленького ухоженного человечка застыл как замороженный. Застыли и руки, неприятно крепко зажав оттопыренный палец шаха. У Техрияра в неожиданной панике дернулась нога, пытаясь, освободится от бережного, но цепкого захвата неживых пальцев.
— Что… ты с ним сделал?! — Пытаясь скрыть охватившее его смятение, нервно проворчал шах.
— Просто отключил на время, не нужно, чтоб он слышал наш разговор! — Любезно ухмыльнулся маг, скользнув по шаху беглым взглядом.
И легко махнул рукой в сторону занавески. Раздавшийся оттуда шум падения нескольких тел, приглушенный мягкими коврами, поведал шаху, что ни на советника, ни на телохранителей ему рассчитывать больше не стоит.
Он попытался представить себе ситуацию со стороны, как делал всегда, когда нужно было что-либо срочно обдумать, и запаниковал еще сильнее. Действительно, ну что может противопоставить сидящий нагишом в теплой, насыщенной благовониями воде, человек с намертво зажатой застывшим цирюльником ногой, всесильному магу, с холодной усмешкой наблюдающему его бесполезное паническое барахтанье?! Правильно, ничего!
— Какой… разговор? — Срываясь на истеричные нотки, пролепетал насмерть перепуганный шах.
— Тайный. — Спокойно объявил Гистон и сел на диванчик, откинув приготовленные для шаха простыни. — Я пришел сообщить, что меня не будет в Агане три декады. Новое знание, которое я намерен изучить на пользу твоему государству, требует всех моих сил и времени. Но не волнуйся! Ты не останешься без магической помощи! Один из моих братьев согласен заменить меня! А чтобы во дворце не пошли ненужные слухи, он примет мой вид и голос! О том, что здесь живу не я, не должен знать никто! А ты постарайся в этот период не просить у него никаких чудес для своих фаворитов! Его умения отличаются от моих, и шпионы врагов смогут разоблачить нас! Понятно?
— Да, конечно! — Пытаясь скрыть вздох облегчения, с энтузиазмом закивал шах. — А ты… разбудишь моих слуг?!
— Сами проснутся, едва я тебя покину! — Еще раз насмешливо хмыкнул Гистон, вставая с дивана.
И направился к выходу, мимоходом сунув палец в вазу.
— Вода не холодновата?
Едва занавесь сомкнулась за ним, ожила пилочка в ловких ручках цирюльника, поднимаясь с ковра, заворчал за занавесью на невиновных телохранителей советник, обвиняя в неуклюжести. А шах, пытаясь унять неожиданно тряхнувшую его нервную дрожь, вдруг почувствовал, что вода в вазе стала намного теплее.
— Зак! Ты ведь шутишь? Ты же не можешь так со мной поступить!
— Ничего я не шучу. Мне положен отпуск, и я его беру. И не нужно на меня смотреть такими несчастными глазами! Ничего страшного за пару декад не случиться! К тому же я оставляю за себя Дайру. Она магистр защиты и прекрасно справится!
— Да не нужна мне никакая защита! Мне же посоветоваться не с кем!
— Болаф! Не прибедняйся! И Карл с тобой и Улья рядом! У них и жизненного опыта, и мудрости побольше, чем у меня будет! Да и налажено уже все, и в герцогстве и в крепости! Я всю зиму здесь безвылазно сидел! А ведь как ты меня уговаривал! Не помнишь?! По паре звонов! А теперь даже в отпуск не пускаешь!
— Ну, что ж… — тяжело вздохнул герцог, поняв, что на этот раз мага не переупрямишь, — Только пообещай, что вернешься!
— Могу только пообещать, что постараюсь вернуться. — Не поддался на уловку Зак. — А то ты не знаешь, что нами ковен распоряжается!
— Не ковен, а Хабер, — сердито фыркнул Болаф и поднялся с кресла. — Но хоть на прощальный ужин я могу рассчитывать?
— Извини, Болаф, меня уже ждут!
— Так я и думал, что это не отпуск, а какое-то задание! — Проницательно хмыкнул герцог и безнадежно махнул рукой. — Иди уже!
Зак усмехнулся и открыл портал. Он и не сомневался, что все получится, как ему нужно, когда начинал этот разговор. Потому и вещи заранее отправил, потому и Тале велел вечером в крепость не возвращаться.
Хотя вовсе не сам решил взять сейчас отпуск. Правильно Болаф догадался, из-под этой лежанки торчат ноги именно Хабера.
Но точно даже ему пока ничего не известно. Получив вчера вечером от Хабера послание, он немедленно метнулся телепортом во дворец. Но успел перекинуться со спешащим к королю главой только несколькими фразами. Вернее, это собирающий свитки и амулеты Хабер выдавал ему поручения, а он только кивал.
И первым заданием была спешная необходимость разобраться во вчерашнем происшествии в академии. С самым активным участием его, Зака, ученицы.
Вот туда-то сейчас и направлялся Зак, через недавно построенную на высоком утесе портальную будку. Выйдя в неё из портала, маг едва не споткнулся о собственные сундуки. Даже ругнулся от неожиданности. Да еще от количества багажа. Раньше ему вполне хватало пары сундуков, один с одеждой и обувью, второй с оружием и снадобьями. А после работы герцогским придворным магом сундуки расплодились, как мыши в подвале. И ладно бы это были платья Талы, женщинам положено наряжаться. Он и сам не может пройти мимо лавок, чтобы не купить ей обновку!
Так ведь маг и собственные вещи едва сумел уместить в четыре сундука! Заталкивая их туда так плотно, что крышки еле закрыл! Да еще и не все вместилось!
Зак тяжело вздохнул и переправил сундуки в домик Талы, что стал их первым семейным гнездом. Впрочем, он и до сих пор им оставался, хотя Каруна и усиленно присматривала для Зака замок поблизости от своего поместья. Но все время что-то мешало, то замок великоват, то далеко от воды, то местность не по душе, то архитектура мрачновата.
Правда, тут еще и Тан вмешался, объявив, что в новый дом должны уйти они с Рикой. А вот уж этого мать и слышать не захотела. Не сумев представить свою жизнь без звонкого голоска делающей первые шаги Нолочки.
Впрочем, им и во дворце Болафа, доставшемся ему после того, как король отказался от престола в пользу бастарда, жилось очень неплохо. Герцог выделил молодой семье огромные палаты, и ни разу не позволил себе нарушить их покой. Да он и правителем оказался очень достойным. Во всех делах всегда сам докапывается до сути, невзирая на общественный статус тех, кого эти дела касалось. Может, оттого он так опасался оказаться несправедливым, что когда-то сам хлебнул этой несправедливости выше крыши. Зак даже шутил, что неплохо бы всех претендентов на престол отправлять на пару лет в рабство, чтоб полнее прониклись чужими бедами.
Маг оглянулся на темнеющий вдалеке лес, скрывающий Векридское герцогство, и с сожалением вздохнув, открыл портал в академию. Что-то ему подсказывало, что в этот замок он больше уже не вернется.
— Анюся! Я твой учитель, и ты должна мне объяснить, за что сожгла косу ученице Марине.
— Да не было там никакой косы! Так, мышиный хвостик! — возмущенно хмыкнула девица и строптиво отвернулась к окну.
— Неважно, коса или хвостик! Бросать в нее огненное облако ты не имела никакого права. Ты же наизусть знаешь правила ковена! Избавить тебя от серьезного наказания сможет лишь чудо! Хоть это ты понимаешь?! — Зак тяжело вздохнул, и, перестав метаться по небольшой комнатке, присел на жесткий стул.
Удобной мебели провинившимся не полагалось. Простая еда и минимум удобств, вот всё, чем располагали узники башни.
Еще зарешеченное окно, из которого, с высоты птичьего полета, открывался мрачный вид на голые скалы Кризайского хребта.
Здесь, в камере, защищенной от возможности магичить, ученики, преступившие правила ковена, проводили все время, пока велось следствие. И только после определения степени их виновности или правоты, могли вернуться на территорию академии. Раскинувшуюся под башней на несколько десятков квадратных лиг.
— Анюся! — Проникновенно произнес Зак, подойдя к ученице и заглядывая ей в глаза. — Если ты мне всё расскажешь, я смогу что-нибудь придумать! Неужели ты не понимаешь, что тебе могут заблокировать магические способности и выгнать из ковена?!
Девушка только несчастно шмыгнула носом и упрямо отвернулась.
Ну и как прикажете с ней разговаривать? Если она за два звона всего насколько слов сказала! И все они выражали её крайне враждебные намерения в отношении пострадавшей Марины! Разозлившись не на шутку, Зак снова забегал по комнатке. Изредка возмущенно оглядываясь на застывшую у окна худенькую фигурку.
Нет, он, разумеется, сильно преувеличил угрозу насчет лишения её магических способностей. Не будет никто этого делать. Не так уж много у них боевых магов, чтоб за элементарную драку магии лишать. А Анюся за эту зиму уже почти достигла уровня мастера-мага. И брошенное ею на противницу огненное облако как нельзя лучше это доказывает. Сжечь врагине волосы и брови, не повредив при этом кожу, можно лишь в том случае, если прекрасно управляешь силой огня. А Анюсе это отлично удалось.
Потому-то, второй день беспрерывно рыдает, запершись в своей комнате, лысая и безбровая Марина, а её учитель требует у Хабера принять строгие меры к обидчице.
Вот только ни Зак, ни Хабер, не верят, что могла Анюся ни за что напасть на соотечественницу. Изучили уже её характер. И если с любовью девушке пока не везло, то друзей у нее пол-академии. И все как сговорились, стоит только поинтересоваться причиной ссоры, отводят глаза и мямлят что-то невразумительное. Типа, их там и близко не стояло. Что само по себе тоже очень подозрительно.
Ну… есть конечно, у Зака один метод… правда, настрого запрещенный Хабером полгода назад, но уж этот-то запрет маг бы как-нибудь обошел. Прослушать мысли виновницы магией. Но для этого её нужно отсюда как минимум вывести.
Что строжайше запрещено правилами. До вынесения решения нарушитель закона должен сидеть в башне.
Получается замкнутый круг. Вывести, чтобы прослушать нельзя, а объяснять добровольно она ничего не намерена.
— Господин маг! — Прокричал за дверью сторож, один из немногих наемных работников академии. — Тебя зовут!
— Иду! — Откликнулся Зак, распахивая дверь.
И чуть не сшиб ею стоящего на площадке крепкого селянина, зарабатывающего в академии весомую добавку в семейный кошелек.
— Кто? — Сухо спросил у плутовато стрельнувшего по нему глазами мужичка, едва сдерживаясь, чтобы не снять с шеи ограничивающий магию разума амулет.
Подаренный Хабером.
— Мне легче подарить один амулет тебе, — признался глава совета, — чем обеспечивать защиту всему ковену!
И это была чистая правда. Магия разума почти сравнялась в ауре мага, видимой природником, с магией огня. И если возникали у королевских дознавателей сомнения в правдивости обвиняемых, они немедленно вызывали Зака.
Каруне это не очень нравилось, она постоянно твердила, что те, кто обожает нарушать закон, жутко не любят, когда их разоблачают.
Потому что считают себя намного умнее остальных и тех, кто доказал обратное, немедля заносят в список кровных врагов.
— Девушки. — Заговорщицки подмигнул сторож, и поганенько ухмыляясь, потопал вниз.
— Какие еще девушки?! — Недовольно фыркнул Зак, но, решив, что могли прийти подружки Анюси, которых он убедительно просил, если что-то узнают о причине ссоры, сообщить ему, направился вслед за охранником.
Девушками, к его несказанному изумлению, оказались Тала и Рика.
Поймав краем глаза понимающую кривую ухмылку сторожа, когда они обе одновременно бросились в его раскрытые объятья, Зак мгновенно рассвирепел.
На Рагдира, нанимающего в сторожа вот таких циничных мужичков, которые потом пойдут всюду трепать грязными языками, про царящие в академии слишком свободные нравы. И на Хабера, не часто утруждающего себя проверками академии! Да и на самого себя, не заметившего этого пронырливого сторожа намного раньше!
— Откуда вы здесь? — Словно не замечая, что сторож жадно ловит каждое слово, громко спросил Зак, любуясь разрумянившимися подружками.
— Из дома! — Доложила Рика. — Мама велела тебя найти, у нее появился новый план!
— Узнаю родную матушку! — Специально для торчащего из-за плохо прикрытой двери уха, хмыкнул Зак. — А почему вдвоем?
— У нас просьба. — Смущенно подняла на мужа взгляд Тала.
Зак с интересом уставился на нее и мгновенно утонул в ласковом сером омуте любимых глаз. Вот уже больше полгода, как они женаты, а ее взгляд действует на мага с неубывающей силой.
— За-ак! Еще насмотритесь друг на друга, — вырвал его из транса голос Рики, — лучше помоги нам!
— Ну, что мне за сестра досталась, — Вспомнив про сторожа, громко пожаловался маг, — На родную жену посмотреть не дает!
— Домой придешь, братец, и смотри, сколько влезет! — Поймала, наконец, разочарование любопытного сторожа Рика и подыграла брату. — А сюда мы пришли подругу проведать, ученицу твою! И так удачно на тебя попали!
Зак почему-то ни на миг не поверил, что попали на него они совершенно случайно, но спорить не стал. И так ясно, что информацию дочерям выдала всезнающая Каруна.
— Ладно, свидание я вам устрою, — кивнул Зак, и тихо шепнул, — но не бесплатно. Попробуйте узнать, за что она Марину опалила, как курицу!
— Договорились. — Кивнула Рика, и Зак резко распахнул дверь башни.
Сторож едва удержался на ногах, не успев вовремя отпустить ручку двери.
— Проведи дам к нарушительнице и открой им дверь! — Приказал сторожу Зак, однако тот и не подумал двинуться с места.
— НУ?! — Нахмурился маг.
— Хоть сердитесь, хоть нет, а я их не впущу! — Нагло уставился на Зака мужик, — Мне господин Дугис четко сказал, никаких подружек!
— А с каких пор тут Дугис командует? — Едва сдерживаясь, чтоб не сделать из сторожа пару Марине, удивился маг.
— Потому, как его ученица пострадала. Вот и не хочет, чтоб к преступнице советчики ходили. — С превосходством объяснил сторож.
— Она не преступница! — Разозлилась Рика, ясно чувствующая злорадное торжество сторожа, что сумел уесть самого взыскательного мага.
— Раз тут сидит… — хмыкнул презрительно мужик.
— А кто тебе дал право судить магов? — Ледяным тоном осведомился успевший взять себя в руки Зак. — Иди, сообщи директору, что ты уволен!
— Да никуда я не пойду! — Заерепенился сторож, плохо знакомый с законами ковена. — Ишь, чего удумал! Много вас тут таких ходить будет! Не ты меня нанимал, не тебе и выгонять!
Но Зак его уже не слушал. Достав из воздуха лоскут шёлка, маг что-то черкнул на нем и щелчком отправил в неизвестность.
Мужичек вначале слегка заволновался, завидев эти непонятные действия, но почти сразу, решив, что маг его просто пугает, успокоился. Нагло ухмыляясь, запер дверь и, сунув ключи в карман, демонстративно привалился к ней спиной.
Юные женщины, тотчас сообразившие, что Зак кому-то отправил письмо, молча стояли рядом с магом.
Ждать пришлось недолго.
Вспыхнул серый кокон портала и из него вышел встревоженный Рагдир.
— Зак! Что случилось?! — приветственно кивнув дамам, сразу перешел к делу директор.
— Я уволил этого сторожа. — Бесстрастно объявил маг. — Он не годится для работы в академии.
— Но господин директор! — Возмущенно встрял в чужой разговор мужик. — Я выполнял приказ! А он требует пропустить его девок!
— Слышишь? — Не оборачиваясь, кивнул в сторону сторожа Зак.
— Вот же напасть! — Тяжело вздохнул Рагдир. — У меня и без того дел по горло.
— Что еще? — Поднял брови Зак.
— Хабер через три дня уходит в отпуск. Я его замещаю. Нужно передать дела Дорисии. — Кратко объяснил директор.
— Вот как! — хмыкнул Зак, и в его глазах появилась искорка понимания. — Ну, Дорисии я, пожалуй, помогу.
— Да, уж, сам уволил, сам и помоги! — Кивнул Рагдир и повернулся к прислушивающемуся сторожу. — Буф, давай сюда ключи. За расчетом придешь через звон.
— Господин директор, да за что? — Расстроено взвыл Буф. — Я только приказ господина Дугиса выполнял!
— Прежде чем выполнять чьи-то приказы, нужно было меня спросить! — С усталым раздражением отмахнулся Рагдир. — Но ты даже объясняться с людьми уважительно не умеешь, правильно Зак заметил, ты не годишься для работы в академии. Грубияны и наглецы нам не нужны. Все. Иди. Стой! Ключи давай!
Буф сердито швырнул ему ключи и, бубня себе под нос что-то злобное про магов, поплелся прочь.
— Я бы еще с него за грубость из расчета половину удержал, чтоб другим неповадно было! — Жестко кинул вслед мужику Зак и протянул руку. — Ключи дай, Рика с Талой хотят мою ученицу проведать. А заодно и расспросить, что она с Мариной не поделила!
— Держи. — Отдал ключи Рагдир, — И не забудь, что обещал работника найти!
— Не забуду. — Буркнул Зак, отпирая двери и пропуская девушек в башню. — Вот ключи, камеру сами отопрёте. Да не забудьте запереть, когда возвращаться будете, я здесь теперь еще и за сторожа!
Оглянулся на тающий за ушедшим директором портал, потом бдительно по сторонам, и, украдкой стянув с шеи амулет, сунул его в специальный кошелек.
— Никто ничего не знает?! Сейчас проверим. — Буркнул себе под нос и решительно направился в сторону столовой.
В академии столовая всегда была самым оживленным местом. Именно здесь встречались за одним столом ученики разных возрастов и специализаций. Сюда приходили с полигона пахнущие дымом огневики, и веселые легкомысленные воздушники. Тут демонстрировали новые иллюзии и нехитрые бытовые заклинания. Здесь рассказывали малышам, которых в академии было принято опекать, увлекательные истории про находчивых и непобедимых магов. И именно сюда стекались всевозможные сплетни самых различных уровней. От рассказа про отобранную одним малышом у другого конфету, до полного перечня достоинств новой фаворитки правителя Менлиса.
А уж про причины неадекватного поступка единственной на данный момент узницы башни, должны были знать все. И именно его, Зака, присутствие пробудит в их головах воспоминания об этом происшествии.
Войдя в широко распахнутые по случаю почти летнего тепла двери, маг направился к расставленным на стойке блюдам. Взял кружку с холодным взваром и сел за стол неподалеку, специально выбрав место, где каждый подходящий за едой непременно натыкался на него взглядом.
И потягивая напиток, прикрыв, как от усталости глаза, потянулся осторожным щупальцем сознания в чужие мысли.
Великие Боги! Всё, что угодно, ожидал он услышать… но не такое. Проверил, мрачнея, еще нескольких учеников и убедился, да, действительно, все всё знали. Но никто и никогда не решился бы рассказать, тем более ему. Жить-то всем хочется!
Зак оттолкнул кружку, и резко вскочив со стула, опрометью бросился из зала. В его душе кипел вулкан. Если бы сейчас на его пути попалась несчастная Марина, от нее б осталась только кучка пепла.
Нарезая круги возле башни в ожидании сестры и жены, Зак немного успокоился и вспомнил про амулет. Вернул его на место, поправил воротник. И снова побежал по кругу, обдумывая, как скажет о своем открытии девушкам. От родителей придется скрывать еще два дня, иначе все затраченные усилия пропадут даром.
Наверное, придется рассказать Хаберу. Не всё, конечно, из него Каруна веревки вьет в память о юношеской любви, но хоть намекнуть. И решить заодно, что делать с Анюсей.
Кстати, об Анюсе! От нее в таком состоянии чего угодно ждать можно, да еще и он, Зак, сглупил, когда ученицу лишением способностей припугнул! Как бы она чего плохого не удумала, в таком оскорбленном состоянии импульсивная девица на многое способна!
Зак забежал в башню и скачками понесся вверх по лестнице. А пока, рыча от нетерпения, прыгал через ступеньку, необходимое решение само пришло в голову. И на верхнюю площадку перед камерой маг всходил уже успокоившимся и уверенным в своих поступках. Хладнокровно просчитывая варианты и очередность всех последующих действий.
На всякий случай стукнул предупреждающе в дверь, и, услышав Рикино, — Кто там? — Ответил:
— Это я. К вам можно?!
— Конечно. — Невесело хмыкнула сестра, — мы еще не раздевались.
— А это и не нужно. — Поддержал шутку маг, — Мы её и без переодевания умыкнем.
— Куда умыкнете?! — Вытаращилась, обернувшись от любимого окна, Анюся.
— Куда надо, туда и умыкнем! — Непоколебимо хмыкнул маг, — Выходите все, я камеру запру!
— И я?! — Не поверила ученица.
— И ты.
— А наказание?!
— Сам выпорю. — Пренебрежительно дернул плечом Зак.
— Ты чё… издеваешься?!
— Когда я над тобой издевался? — Притворно оскорбился маг. — А тебе, что, приятнее будет, если тебя выпорет кто-нибудь другой?!
— Тогда я не пойду! — Встала у порога Анюся.
— Да иди уже, пока он не передумал! — Дернула ее со всей силы за руку Рика, — Не видишь, шутки у братца такие!
— Ага, ты говоришь шутки, а у него глаза злые! — Недоверчиво ворчала, топая вниз по ступенькам Анюся.
При выходе из башни Зак придержал девушек и портал открыл прямо за дверью. А потом кивнул понятливой Рике и она, вцепившись в руку Анюси, утащила узницу в серое марево. Следующей ушла, вопросительно глянув на мужа и получив полный любви взгляд, Тала. А потом и сам Зак, успевший, пока уходили девушки, запереть дверь, шагнул в портал.
Чтобы выйти уже на широкой веранде своего жилища. Рика с Анюсей, бывшие первыми гостями этого дома, не считая приходившего по делам Хабера и вездесущей Каруны, проверившей все ли необходимое есть у молодых и поставившей мощную защиту, уже восхищенно охали, разглядывая открывавшийся отсюда чудесный вид. А Тала чем-то гремела на кухне, собирая угощение.
Зак сразу прошел к ней, отодвинув ногой стоящий на дороге сундук и, вынув из рук жены нож, привлек ее к себе.
— Ты самая лучшая. — Нежно целуя вспыхнувшие счастливым светом глаза, сообщил он, — и я ужасно соскучился!
— Я тоже… — шепнула, заливаясь румянцем, Тала, подставляя ему губы.
— Но мне ещё нужно к Хаберу. — С неохотой отрываясь от них, тяжело вздохнул через несколько подзвонков маг.
— Без обеда не пущу. — Качнула головой жена.
— И сам не уйду! — Засмеялся Зак, и крикнул в сторону веранды: — Рика, помогите Тале с обедом!
— А разве вы уже нацеловались?! — Появляясь в дверях, невинно осведомилась сестра.
— Вообще-то нет, но вас же угощать нужно?! — С непритворным сожалением протянул маг, отправляясь на веранду.
Пока женщины занимаются едой, можно отправить на место сундуки и сбегать искупнуться на озеро. А они пусть купаются после обеда, когда он уйдет.
Глава 2
— Где Хабер?! — Спросил Зак у пробегающей мимо служанки, едва выйдя из портальной комнаты королевского дворца.
И узнав, что чародей недавно был в библиотеке, уверенно направился в сторону коридора. План королевского дворца он подробно изучил еще пять лет назад, когда тайный осведомитель сообщил Хаберу о планах одного из лордов. По захвату власти. Принц Кориден тогда еще не командовал войсками, а старый командующий оказался лучшим другом заговорщика. Который и затеял этот переворот в надежде на поддержку войск. Непонятно, почему он не счел нужным опасаться магов, то ли потому, что воспитывался у дяди в Агане, то ли потому, что не блистал особым умом. Но в решительный день во дворце и на улицах столицы собрались все маги, которых Хабер успел призвать. Заговорщики, ворвавшиеся во дворец, были без единой капли крови захвачены, а те воинские части, что поддержали самозванца, внезапно пробрало такое расстройство желудка, что ни один воин не мог на ноги подняться, не то, что воевать!
Потому так и доверяет теперь Хаберу король, и не может без него обойтись даже дня. И то, что глава совета незадолго до выборов нового короля, которым Элтинор мечтает увидеть принца Коридена, отправляется в отпуск, почему-то кажется Заку немного… странным. Нет, это еще даже не подозрение, это какое-то едва заметное чувство неудобства… вроде пришитой черной ниткой пуговицы на белой рубашке.
Дверь в библиотеку была приоткрыта, и Зак без лишних церемоний вошел внутрь. Круглые бочки из тонких душистых досок дорогого тайшитового дерева стояли на прочных полках и висели под потолком на разноцветных шелковых шнурах. От этого библиотека была похожа на весело сошедшую с ума кладовую.
У высоких окон стояли широкие столы и удобные кресла.
Из-за спинки одного из них виднелась седоватая макушка Хабера. Рядом на полу стояла открытая бочка, сплошь заставленная старинными свитками и шелковыми рулончиками. Зак неслышно подошел сзади, намереваясь заглянуть в так заинтересовавший Хабера текст, но когда ему оставалось всего пару шагов, маг сложил свиток и, не оборачиваясь, спросил:
— Ну, узнал, в чем причина драки?
— Узнал. — Шлепаясь на соседнее кресло, буркнул принц.
Так он и думал, прежде чем читать, глава окружил себя неприметной защитой!
— НУ?
— Не от Анюси. Она молчит. Пришлось снимать амулет. — Честно признался Зак.
— Хоть стоило?
— Решай сам! — Пожал плечами принц. — Но в академии это знают все. В общем, Марина при других учениках объявила Анюсе, что та сводничает. В корыстных целях.
— И… какое именно сводничество она имела в виду? — помолчав, хмуро поинтересовался Хабер.
— Марина прямо так и заявила, что Анюся устраивает свидания моей жены и Тана, чтобы вернуть меня.
— А это… неправда? — еще немного помолчав, буркнул Хабер, пряча глаза.
— Я так и знал, что ты в курсе. — Язвительно хмыкнул Зак. — И не мог у меня прямо спросить, зачем было в академию гонять?
— Зак! Как ты себе это представляешь? — Хабер, наконец, впервые за время разговора, открыто взглянул в насмешливые глаза мага. — Просто взять и спросить, Зак, а ты знаешь, что твоя жена встречается с твоим зятем?
— Да! — рявкнул Зак.
— Что, да? — не понял глава.
— Так и спросить!
— Ну, спросил.
— Да!
— Зак! Можно без шуток?!
— Какие уж тут шутки! Да — это значит, я знаю, что каждый день, после обеда, они встречаются в ангаре для испытания боевых заклинаний и проводят вместе около двух звонов! Выгоняя всех посторонних и запирая за собой двери.
— И что? — заинтересовался Хабер.
— И всё! Остальное — секрет!
— А-а! — Задумчиво протянул глава, начиная что-то понимать.
— В общем, Анюсю мы забрали. — Понаблюдав несколько подзвонков за усиленно размышляющим Хабером, безразлично сообщил Зак.
— Кто? Куда забрали? — Вытаращился глава.
— Мы с Талой и Рикой. В наш дом на озере. — Обстоятельно ответил на все вопросы принц.
— Но… это не по правилам! И как ее выпустил сторож?
— Сторожа я уволил. Нельзя таким людям находится около магов! А поскольку посадили ее не по правилам, значит, освободив, мы восстановили справедливость!
— То есть… — засомневался Хабер.
— Да. Поскольку Марина совершила два оскорбительных намека в отношении Анюси и один в отношении ее учителя, Анюся имела право вызвать ее на поединок. А поскольку опалила она ее при всех учениках, этот выпад можно назвать ответным. Теперь Марина может потребовать право на первый выпад, а Анюся на два, поскольку оскорблений было три. Но один ее выпад я перевожу на себя, негоже учителю ждать, пока ученица начнет защищать его честь.
— СТОП! — Взмолился Хабер. — Я всё понял, ты уже просчитал законную возможность убить ученицу Дугиса. А если он переведет на себя выпад?!
— Поскольку оскорбили меня, я выбираю бой без амулетов. — С ледяным спокойствием сообщил Зак.
— А если он заявит, что это правда, а не оскорбление?! — попробовал спровоцировать принца Хабер.
— Ну, я же не единственный телепат в ковене. Проверяйте! — Уверенно хмыкнул Зак.
— Ты знаешь, сколько мужчин позавидовали бы сейчас твоей уверенности?! Или посмеялись над ней! — Со вздохом произнес глава, отодвигая свиток.
— Если б я им объяснил, что дома снимаю твой амулет, никто бы не смеялся! — С превосходством хмыкнул принц.
— Счастливчик! — Позавидовал Хабер. — Ну, раз всё так отлично, у меня есть для тебя задание. Через два дня Гистон уходит в отпуск, и ты должен его заменить!
— Один? — Спросил Зак, чувствуя себя гусём, попавший в рыболовные сети.
Плавал, кувыркался, радовался жизни и вдруг — оп! Не можешь пошевелить ни одним перышком.
— А с кем бы ты хотел? — не понял маг.
— Жену взять можно?
— Извини. В доме Гистона нет женщин. Его жена умерла несколько лет назад и с тех пор он живет один. Даже слуги все мужчины. Но ты сможешь уходить по ночам порталом, правда, не каждый день. В Агане сейчас не совсем спокойно!
Зак, прищурившись, уставился на Хабера, чувствуя, что его подозрения понемногу начинают приобретать четкость, как дерево в тумане. Чем ближе подходишь, тем больше видно.
— Но причем тут Я? — Задал он законный вопрос.
— При том. К Гистону аганцы привыкли, ему доверяют. Но чтоб это доверие заслужить, у него ушло несколько лет! Поэтому тебе придется взять его внешность. В курсе будет только хан, для остальных ты — Гистон!
— А нельзя было… кого другого?
— Зак, ты быстро соображаешь, умеешь выкручиваться из неожиданных неприятностей… Твоя кандидатура была единственной! И роста вы почти одинакового! И фигура подходит. Ну не могу же я туда послать Рагдира!
— Я могу подумать?
— До завтрашнего утра. И еще. Отведи Дайру к Болафу, объясни ей, что делать. Она здесь, во дворце. Тебя проводят. Только не говори с ней о личном, она ушла от мужа.
— Хорошо. До завтра! — Кивнул Зак и вышел из библиотеки.
Девушку, открывшую дверь в ответ на вежливый стук Зака, маг узнал с трудом. Исхудавшая почти до прозрачности, с синими тенями, залегшими вокруг потухших глаз, Дайра казалась пришедшей с больничной койки, а не из мужниного дома.
Зак еле удержался от грубого высказывания в адрес этого засранца. Доведшего любимую женщину до такого состояния.
— Мне сказали, что ты во дворце, вот и забежал проведать! — Бодро сообщил принц магине, проходя мимо нее в комнату.
— А Хабер сказал… что ты проводишь меня в герцогство. — Неуверенно пробормотала менлиска.
— Так это же не сегодня! — Удивленно вытаращил глаза пойманный на горячем маг. — Сегодня я хотел пригласить тебя в гости! Мы освободили из башни Анюсю, они все сейчас у нас. Возьми самое необходимое, я открываю портал!
— А что с Анюсей? — Забыв про свои печали, забеспокоилась Дайра.
— Вот встретитесь, и они тебе все расскажут! — Уверенно заявил Зак, подталкивая магиню к порталу.
— А у Хабера спросить… — еще сомневалась она.
— Я теперь за тебя отвечаю, а не Хабер! Входи, а не то на руках понесу!
Тень былой улыбки мелькнула на губах девушки, и она шагнула в туман.
— Так ты подозреваешь, что они…
— Всех обманывают. И на самом деле собрались вовсе не отдыхать! Представь себе, у Гистона нет ни жены, ни детей, ни любовницы. Он живет только делами ковена. А в Агане сейчас неспокойно. Младший брат шаха, наместник одной из южных провинций, собрал вокруг себя нойонов, недовольных правителем и сеет смуту. Причем, с каждым днем все активнее. Ну, и разумеется, разные темные личности, что всегда наживаются во времена беспорядков и переворотов, роем крутятся возле него. Уверяя в своей любви и преданности. На самом деле такие люди преданы только одному — деньгам.
Но хан их пока не трогает, хотя его воины и наемники усиленно тренируются по девять звонов в день.
И в этот момент Гистон вдруг едет отдыхать! Вместе с Хабером! Тебе еще не смешно?! Мне тоже! А старейшины совета магов так дружно этого не замечают, что становится ясно, все они в курсе дела.
— Да, похоже, ты прав. И что собираешься делать?
— Для начала, сломать все их планы. Я откажусь от заманчивого предложения заменить Гистона, и прослежу за ними.
— Мне кажется, ты плохо подумал. Тебе приоткрыли край картины и ты пытаешься по нему угадать, что на ней нарисовано. А если ты откажешься, то и эта малость закроется.
— Ты думаешь… надо согласиться?
— Думаю, да. И срочно искать мага себе на подмену. Есть же у тебя надежные друзья? Тогда тебе будет больше известно, да и подозревать не будут. А мы двинемся за ними следом.
— Кто, мы?
— Ты и я. Ведь не собирался же ты уйти без меня? — Подозрительно уставился на друга Танио.
— Подлей-ка мне взвара. У-у! Хорош.
— Зак! Не устраивай мне тут театр одного актера!
— У Талы научился?!
— Я и с другими иномирянками в академии сталкиваюсь. Но мы не об этом.
— А я об этом. Женщин на кого оставим?
— Я вот сейчас пойду и расскажу Каруне, как ты ее тут обозвал!
— Знаешь… а у меня мелькнула мысль… что если и она все знает?
— Я все ждал, когда ты это скажешь!
— Ох ты и шустрый становишься, скоро не догнать будет! — Восхитился Зак.
— Есть у кого учиться. Кстати… если знает она… — Вздохнул Танио.
— То и отец в курсе. — Кивнул уверенно маг.
— А его можно… подловить?
— Можно. Но не нужно. Не будем им выдавать, какие мы у них умные! Все, пошли домой, а то я здесь совсем замерз!
— Нужно будет девочек сюда привести как-нибудь ночью, красота-то какая!
— Рику приведи, а Тала уже видела, мы не раз ночью из академии возвращались!
С этими словами Зак открыл портал и пропустил вперед зятя, прихватившего кружки и кувшин со взваром. Потом оглянулся и шагнул следом. Портальная будка на вершине скалы опустела.
— Я рад, что ты не обманул моих ожиданий. — Пристально вглядываясь в невозмутимое лицо Зака, произнес Хабер. — Своим сказал?
— Только Тале, и то не всё. — Темные глаза мага смотрели честно и преданно.
— А матери?
— А что, можно?
— Нет… лучше не говори. — Замялся глава и Зак понял, что они с Таном вчера не ошиблись в своих выводах.
— Менять сегодня внешность ты, конечно, не захочешь? — Со слабой надеждой спросил Хабер.
— А что, Гистона не будет на обеде? — Вопросом на вопрос ответил Зак.
— Я же говорю, что ты быстро соображаешь. — Вздохнул глава. — Конечно, будет. Скажу по секрету, и король с Кориденом будут. Только инкогнито.
— Под иллюзиями?
— Нет. Я их немного изменю на несколько звонов.
— Ясно. Дугис еще не появлялся?
— А про Дугиса… такое дело… Он просит извинения за свою ученицу и надеется решить дело миром.
— Хабер, если бы Дугис был на моем месте, он бы согласился? — Жестко ухмыльнулся принц.
— Не знаю. Не уверен. — Поправился глава, глядя в насмешливые темные глаза. — А ты, что, не хочешь её простить?
— Хочу. Но не могу. Это решать Анюсе! Спрошу у неё.
— Кстати, я бы хотел с ней повидаться, можно? — Немедленно откликнулся глава, и у Зака вновь возникло ощущение, что его провели.
— Конечно. Прямо сейчас?! — Снова вопросом на вопрос ответил принц, не давая Хаберу возможности для отступления.
Чтобы проверить, действительно ли он собирался проведать бывшую узницу.
— Отлично! — Обрадовался придворный маг и дернул шнур звонка.
— Пойдем прямо отсюда? — Оглянулся Зак, ища в кабинете чародея свободное место, на котором можно открыть портал.
— Подожди подзвонок! — Попросил маг, давая какое-то указание появившемуся в дверях ученику.
Академия каждый день посылала во дворец несколько старших учеников, для поддержания срочной связи в экстренных случаях.
Ученики обожали эти дежурства, можно было пошляться по дворцу, завести приятные знакомства и отведать стряпни королевских поваров. Единственным неудобством в их среде слыл Хабер, считающий своим долгом нагружать юных магов различными поручениями. Для выполнения коих они должны были по очереди сидеть в приемной около его кабинета.
Наконец, ученик появился в дверях кабинета, осторожно неся круглую корзиночку с запертой крышкой. Хабер немедленно взял ее у посыльного и бережно прижал к груди.
Стараясь не показать своего жгучего интереса, Зак вопросительно глянул на главу и, поймав довольный кивок, открыл портал.
Когда через мгновенье маги вышли на веранду, обрамляющую дом с трех сторон, на них обрушился взрыв веселого хохота, доносившийся из-за угла.
— А у тебя тут не скучно. — Завистливо хмыкнул глава, безошибочно направляясь в ту сторону, откуда слышался смех.
Повернул за угол и застыл.
Зак заглянул за его плечо и тихонько удовлетворенно хмыкнул.
На веранде вовсю шло веселье. За отодвинутым в сторону столом, на котором стояли остатки недоеденного завтрака, сидел Танио, держа у губ свою эльфийскую свирель. А посреди веранды, веселясь и дурачась, танцевали четыре девушки. Одетые в яркие кофточки и куски разноцветного шелка, обмотанные вокруг бедер. Концы ткани, переброшенные через плечо, развевались за спиной. Шеи и головы танцовщиц были щедро украшены бусами, в ушах качались серьги.
— Тала, а помнишь эту… та, та, та, — я готов целовать песок, по которому ты ходила… — спросила Анюся, и ученица Каруны немедленно напела мотив.
— Это будет моя песня! — Гордо сообщил Тан, влюблено глядя на Рику, и подхватил мелодию.
Темноволосая красавица в алом струящемся коконе польщено улыбнулась и послала мужу воздушный поцелуй.
Рыжеволосая бледная девушка, замотанная в зеленую переливающуюся ткань, слегка запечалилась, но чуткие подружки подхватили ее и весело закружили под зажигательный, незнакомый этому миру, ритм.
И магиня оттаяла, заулыбалась, на похудевших щеках расцвел слабый румянец.
Хабер, открывший было рот, высказать Заку претензии, что не отправил вчера Дайру в Векридское герцогство, прикусил язык. И еще раз подивился мудрости и чуткости молодого мага. Не исполнившего в точности его приказ, как сделали бы девяносто девять из сотни знакомых главе магов. А забравшего магиню домой, в компанию проверенных друзей, чтобы отогреть её разобиженную душу.
Чуткая Рика услышала чужие эмоции и резко обернулась. Следом глянул в ту же сторону Тан, не спускавший с жены взгляда. И сразу прекратил играть, опуская от губ свирель.
— Эй, Тан, ты что, заснул? — Немедленно возмутилась Анюся.
— У нас гости. — Ровно проговорила Рика и все остальные повернулись в сторону пришедших.
— Мир вам! — Вежливо склонил голову глава совета, искренне сожалея, что их так рано обнаружили.
Анюся ахнула и спряталась за Дайру.
— Не прячься, ученица, господин Хабер пришел именно к тебе. — Насмешливо объявил Зак.
— Чё, опять в башню?! — Обреченно вздохнула, выглядывая из-за подруги, девушка.
— Да кто ж тебя отдаст! — Хмыкнула Тала, по лицу мужа уже догадавшаяся, что ничего такого Анюсе не грозит.
— А чё тогда глава приперся? — недоверчиво буркнула, осторожно поглядывая на Хабера, ученица.
Придворный маг невольно улыбнулся. Каждый раз эта иномирянка умудрялась его развеселить. И в первую встречу, когда, едва разглядев в зеркале матовый шоколад кожи, с разворота влепила в него ветвистую молнию. Хорошо, еще, что Хабер, наученный предыдущими клиентами, заранее поставил защиту.
И во вторую, на поляне в ночном лесу, когда глава еле удерживался от улыбки, поглядывая на разобиженную черную мордашку незаслуженно лишенной праздника ученицы. Только много позже, Зак объяснил ему про действие снадобья Рики, и глава понял, что учитель в тот раз не вредничал, а просто пожалел девчонку. Во дворце ландского короля не принято было отказываться от праздничного бокала.
И в третий раз, когда на Хабера, пришедшего по делам к Рагдиру, в коридоре вдруг набросилась незнакомая девушка и чуть ли не рыдая, сообщила, что она бледнеет. Побледнел в тот раз сам глава, хорошо знавший про случаи внезапного помешательства магов. Не у каждого человека выдерживает сознание, когда он вдруг начинает творить чудеса. Потому-то ковен и старается определить магические способности как можно раньше, проверяя в королевстве всех детей.
И потому маг потом долго с облегчением хохотал, когда все разъяснилось. Оказывается, Анюся обнаружила, что ее кожа начала светлеть и очень испугалась.
Что к ней вернется прежняя внешность.
Нет, против того, чтобы стать посветлее, девушка не возражала, ей лишь не хотелось терять внезапно обретенную привлекательность.
В тот раз они сошлись на том, что Анюся обратится к главе через Зака, если в ее внешности начнут происходить нежелательные изменения.
Но она так и обратилась, и теперь Хабер с удовольствием разглядывал слегка смугловатое личико с огромными ланьими глазами. Из красавицы берзийки Анюся за полгода превратилась в красавицу аганку, и это ей очень шло. Хотя и было уже не столь экзотично, как осенью.
— Маг Дугис просил меня узнать, примет ли ученица мага Лизандра его извинения за поступок ученицы Марины. — Церемонно склонил голову Хабер, заметив, что все молча ждут его объяснений.
— О-о! — Порозовели от удовольствия щечки Анюси.
Но сказать она ничего не успела, резко перебитая Рикой.
— А, что, Марина сама не может за себя извиниться?
— Она пока не хочет… ни с кем встречаться. — Дипломатично объяснил придворный маг.
— Анюся может и подождать, пока у нее шерсть пробьется. — Зло хмыкнул Танио.
— И тогда Марина извинится при всех. — Ледяным голосом поддержала его Наташа, и Хабер понял, что здесь все в курсе, за что именно Анюся наказала обидчицу, и полностью поддерживают подругу.
— Но не только перед ней, а и передо мной, Талой, и Таном! — Жестко подвел итог переговоров Зак, — А мы еще подумаем, прощать или нет!
— Посмотрим на ее поведение. — Кивнула Тала.
— Согласен с вашим предложением! — Миролюбиво кивнул Хабер, — Так Дугису и передам. А теперь… у меня есть небольшое дело к Анюсе. Я еще осенью собирался сделать ей подарок, в компенсацию за то, что она не попала на празднество к королю Ландии.
Анюся польщено хмыкнула и только сейчас заметила корзинку в руках главы. И уставилась на нее с таким вожделением, что наблюдавший за ученицей из-за спины Хабера Зак насмешливо фыркнул.
— Но! — Интригующе продолжил маг, — Дело в том, что зимой… того, что я хотел подарить, не бывает. И ранней весной тоже. Поэтому подарок мне доставили только позавчера. Как назло, уже после того, как Анюсю посадили в башню. А узникам… сами понимаете… дарить подарки не принято. Поэтому он ждет тебя уже третий день. И больше терпеть не может. Анюся! Ты готова принять подарок, чем бы он не оказался?!
— Да. — Севшим от волнения голосом выдавила девушка.
— Анюся! — Предупреждающе уставился на нее Зак. — Там может оказаться совсем не то, на что ты надеешься!
— Ну и чё?! — Упрямо тряхнула головой ученица. — Я все равно беру!
— Приз в студию! — торжественно объявила Тала, и Анюся весело хихикнула.
— Точно!
— Тогда попрошу за мной. — Согласно кивнул ей глава, и обернулся к Заку, — Мы можем пройти в дом?!
— Конечно. — Широко махнул рукой принц, направляясь к столу и наливая себе остывшего взвару.
— Если это то, о чем я подумал, — задумчиво протянул Танио, — она будет счастлива.
— Если это то, о чем подумал ты, была бы счастлива любая принцесса. — Согласно кивнул Зак.
— Ты… что… опять слушаешь мои мысли? — Возмущенно оглянулся Тан.
— Нет, просто я такой же умный! — ехидно хмыкнул Зак.
— Ну?! Что? — Уставился он через мгновенье на вернувшегося главу.
Тот только развел руками.
— Не решается открыть. — Объяснила, чутко прислушивающаяся к эмоциям, Рика. — О-ох!
— Что такое?
Одновременно вскрикнули Тала с Дайрой.
— Она… плачет… нет… ох! Ну, Хабер, ты… изверг! — Всхлипнула Рика.
— Значит, я все-таки угадал, — буркнул Танио, немедленно заключая жену в крепкие объятья, и успокаивая нежными поцелуями.
— Мы. — Поправил Зак, сажая на колени Талу. — Интересно, и как только достал?!
— А Что он такое достал, нам скажут, наконец, или нет?! — Возмущенно подперев руками бока, рыкнула Дайра.
— О! Узнаю боевую подругу! — Восхищенно обернулась к ней Тала.
— Давно пора. — Поддержала Рика.
— НУ? — Уставилась Дайра на Зака.
— А что я?! Пусть вон он скажет, там хайти или нет! — Кивнув в сторону главы, пожал плечами принц.
— Что? — Оторопела магичка. — Да ты знаешь, сколько он стоит?!
— Причем здесь стоимость! — Обиделся Хабер. — Мне по дружбе достали. За старую услугу.
— Значит, точно, хайти. — Вздохнул Танио. — Все, прощайтесь с прежней Анюсей. Больше мы её не увидим.
— А жаль. — Протянула Дайра. — Я к ней как-то привыкла.
— И даже полюбила. — Поддакнула Тала.
— Все полюбили. — Буркнул Тан.
— Но-но! — шутливо нахмурилась Рика.
— Как друга! — немедленно оправдался принц, подтверждая свои слова крепким поцелуем.
— Тс-сс! — Прижала палец к его губам жена. — Она идет!
Анюся тихо вышла из-за угла, бережно прижав к груди что-то маленькое и, подойдя к Хаберу, подняла на главу глаза. И в них была такая яростная смесь надежды, боли и счастья, что маг, повидавший в жизни много различных взглядов, растерялся и засмущался как парнишка, впервые увидавший раздетую женщину.
— Он живет в неволе? — затаив дыхание, тихо спросила Анюся.
— Да. — Кивнул глава, вспомнив рассказ Гистона про неоднозначный подарок эльфов.
— Анюся, это хайти. — Не выдержав напряжения, мягко сообщила Рика. — Про них знают все. Но найти их очень трудно. Чтобы хайти жил у человека, его нужно забрать у матери сразу после рождения. И кормить в полной темноте. Первый, кого он увидит, навсегда становится его хозяином и другом. Этот хайти увидел тебя.
— А чем его кормить? — Из глаз девушки стремительно уходила боль.
— Хайти ест все. Сейчас можно давать молоко и творог, позже добавишь фрукты, а как повзрослеет и начнет летать, будет есть и мясо!
— Ку…д…да летать? — Ошеломленно вытаращила необыкновенные глазищи Анюся.
— Хайти — крылатая обезьянка. — Терпеливо пояснил Хабер. — Очень преданная и верная. Когда подрастет, будет всюду летать за тобой! Туземцы с южных островов учат их срывать и приносить спелые фрукты с самых высоких деревьев!
— И носить сообщения домой, когда охотники уходят далеко! — Добавил Зак.
— Обалдеть! — Счастливо сверкнув лучистыми глазами, выдохнула Анюся, а потом вдруг быстро шагнула к главе совета, и, поднявшись на цыпочки, признательно чмокнула в щеку. — Спасибо!
— Будь счастлива… — машинально откликнулся Хабер, ошарашенно схватившись рукой за то место, которого коснулись нежные губки.
Принцы незаметно хихикнули. Девушки растроганно вытирали глаза.
— Мне пора! — заторопился смущенный маг, открывая портал. — Зак, Дайру можешь пока не отводить, завтра Болафа на праздник приведешь, а потом вместе и уйдут!
— Может, хоть взвару выпьешь? — спохватилась Тала.
— Некогда! — Донеслось из портала.
— Неужели мама нас выдаст? Никогда не поверю! — Сердито тряхнула головой Рика, и обиженно отвернулась от мужа.
Зак нахмурился. Похоже, в молодой семье назревала первая серьезная ссора.
— Рика! — Спокойно объявил он, но было в этом спокойствии и в самой интонации мага нечто такое, что заставило сестру сдержать эмоции и постараться успокоиться. — Не заставляй меня жалеть, что мы поделились с вами своими подозреньями! И то, заметь, не я это предложил, а твой муж! Наша мать всегда встанет за нас, это я твердо уверен! Но ведь ты предлагаешь поставить ее перед выбором! Между тайными планами главы совета и нашими самовольными действиями! Что она выберет, догадайся сама! И заметь, в наших же интересах, как мать их понимает!
— Ладно, Зак, — сникла девушка, — я все поняла. Но ведь обидно!
— А чтобы не было еще обиднее, молчи как партизан и получше прячь эмоции! — Уже мягче посоветовал маг и толкнул сестру к зятю. — Да поцелуй мужа, смотри, какой он несчастный!
— Тан… — виновато глянула на принца Рика и немедленно попала в крепкие объятья.
— А что такое партизан? — вспомнила через подзвонок.
— Я тебе потом расскажу. — Пообещал брат.
— Знаете что… — вздохнула, задумавшаяся о чем-то серьезном Анюся, поднимая на друзей свои необыкновенные глаза, — я пойду с вами.
— Я тебя предупреждал? — Ехидно взглянув на опешившего Танио, хмыкнул Зак.
— Анюся! — Возмутился Танио. — Мы что, в игрушки играем?!
— А когда осенью по вражеской территории как диверсанты пробирались, мы значит, в игрушки играли?! — Ехидно фыркнула в ответ Анюся.
— Что такое диверсанты? — осторожно спросила Рика.
— Почти то же самое, что и партизаны! — отмахнулась внимательно следящая за перепалкой Тала.
— Пойми, если мы возьмем тебя, то и Рика с Талой захотят! — Привел, с его точки зрения, веский, но, как тотчас оказалось, неудачный довод Танио.
— Я не захочу. У меня Нолочка! — оглянувшись на дверь комнаты, где спал ребенок, вздохнула Рика.
— Я тоже. — Опустила глаза Наташа. — Мне сейчас нельзя рисковать.
— Что?! — Обернулся Зак. — Тала! Ты про что?!
— Поздравляю! — Обрадовалась Рика.
— Тала… — Взгляд мага похолодел. — Почему я узнаю только сейчас?!
— Зак! — Мгновенно встав перед братом, сердито прищурилась Рика. — У тебя неправильная реакция на эту новость!
— Он прав. — Тихо всхлипнула Тала. — Но если бы я сказала вчера, он бы не разрешил… а мы столько тренировались…
— Тала! — Мгновенно раскаявшись, бросился к жене Зак, подхватил на руки и, открыв пинком дверь, унес на веранду.
— Пока они мирятся, пойду, сварю свежего взвара! — Рика ласково провела ладошкой по щеке мужа.
Танио кивнул ей и вздохнул. Нужно столько всего продумать, а они весь вечер ссорятся как дети. Хотя… денек действительно выдался трудный.
Когда четыре декады назад мать с отцом объявили, что собираются устроить званый обед на юбилей своей свадьбы, никто из детей не представлял, сколько им предстоит хлопот. Да и какие могли быть сомнения, если уберут в доме и приготовят еду слуги, а им остается только праздновать?! А потом навалилось… Во-первых, подарок. Он должен быть необычным, на этом сошлись все. И несколько дней спорили, пока в его, Танио, голову не пришла гениальная идея. Ну, по крайней мере, ему самому так казалось. Потом решали, как скрыть подготовку от бдительной Каруны. И под конец едва не попались, когда спесивая Марина, неправильно истолковав факты, начала оскорблять Анюсю. Казалось, все пропало, стоит только ученице начать оправдываться. Но она молчала как… этот… партизан, и все обошлось.
Их сюрприз затмил все остальные подарки! Сделанные, надо заметить, не последними магами ковена!
Уже было все, летающие звезды и распускающиеся под ногами юбиляров прекрасные цветы, облако душистых ярких птичек и пенье призрачных русалок в фонтане. Казалось, все уже утомились от зрелищ, когда на край фонтана, вокруг которого за накрытыми столами сидели гости, откуда-то сверху легко спрыгнул Танио.
Сел на бортик, достал эльфийскую свирель и заиграл незнакомую, щемящую мелодию. Слегка пренебрежительные ухмылки, мелькнувшие на губах знатоков музыки при первых звуках, растаяли без следа, когда вместо воды в широкой чаше заплескался синеватый огонь. И слетела на него белоснежной бабочкой Тала, легкая как пушинка. Рванулась к манящим, обжигающим всплескам, обожглась, отскочила и закружилась в прекрасном своей безнадежностью, вечном стремлении бабочек. К губительному огню.
Замирали на вздохе сердца, когда она почти скрывалась в торжествующих синих языках, и вновь наполнялись надеждой, едва белоснежный силуэт взмывал над чашей. И вилась всепобеждающей надеждой тревожная мелодия и наконец сникли, опали грозные блики и застыла, гордо расправив крылья, первая бабочка, победившая огонь.
Потом легко прыгнула к вставшему со стула Заку, украдкой отиравшему со лба пот, создание огненной иллюзии было полностью его заслугой. Тогда как Рике досталось шитье костюма.
Не скрывая гордых слез, навстречу дружной четверке уже спешила растроганная Каруна. И только тогда гости опомнились и зааплодировали.
— Да, это стоило посмотреть! — Восхищенно вздохнул потом Хабер, протиснувшийся поздравить Каруну с прекрасным подарком. И не менее прекрасными детьми.
— И стоило вашей башни! — Гордо хмыкнула, задрав носик, вездесущая Анюся, прижимая к груди, на зависть многим магиням, свое пушистое чудо.
— Пожалуй. — Оглянувшись на нее, растерянно улыбнулся Хабер, пытаясь понять, действительно была ученица посвящена в тайну тренировок, или пускает ему дым в глаза.
— Теперь понятно, почему я должна идти с вами?! — Снисходительно посмотрела на учителя Анюся, едва Тала с Заком вернулись в комнату.
— Мне непонятно. — Мотнул головой Танио, — Но спорить я не буду! Ты уже почти готовый мастер-маг, и я в тебе уверен. Только… как твой хайти?
— Он же не ребенок! — Фыркнула Анюся. — Весит мало, кушает все. И потом, почему он? Может… это девочка?
— Из гнезда берут только мальчиков! — Категорично объявил Зак, отрываясь на миг от жены, которую он теперь не отпускал с рук. — А против Анюси я тоже ничего не имею, когда она на глазах, значительно меньше проблем!
— Значит, остается решить, кого оставить вместо тебя.
— И как избежать переделки в Гистона!
— А я не против, чтоб ты стал похож на Гистона. — Задумчиво протянула Тала, лукаво глянув на мужа. — Мне это даже нравится.
— Я бы тоже не против, — пожал плечами Зак, — Но если столкнутся два Гистона… боюсь у окружающих возникнут ненужные подозренья!
— А разве у вас не бывает близнецов? — Подняла голову от пирога, успокоившаяся за свою судьбу ученица.
— Бывают. — Кивнул Танио, — Но нечасто.
— Вот это и будет такой случай! — Вставила слово Наташа, сверкнув невероятно счастливыми глазами. — А взять на место Зака предлагаю Криса, и не подведет и маг сильный! Да и осторожный, на рожон не полезет!
— Что такое рожон? — Безнадежно осведомилась Рика.
— Как тебе объяснить… — задумалась Анюся, — вообщем… неприятность.
— Все, раз основное решили, давайте по спальням, утром рано вставать! Все равно придется потом на месте разбираться! — Скомандовал Зак и поднялся с кресла, радуясь про себя, что догадался пригласить Тана с Рикой на ночлег.
Тан сумел взять привязку и завтра сам заберет отсюда женщин. А ему еще нужно успеть перед визитом к главе сходить в несколько мест. Чтобы обеспечить успех задуманной операции.
Глава 3
— Удивил он меня… — задумчиво бормотал Хабер, водя руками вокруг политой зельем головы спящего на кресле Зака.
— В хорошую сторону или в плохую? — складывая в сумку пузырьки, откликнулся Гистон.
— Сам не знаю! Я ждал, что он начнет нас подозревать, приготовил целую схему доказательств, подстроил встречи со свидетелями… а он сразу согласился! Даже обидно.
— Я думаю, это хорошо! Женился парень, повзрослел, стал более спокойным, обстоятельным…
— И перестал думать?! Нет, тут что-то другое.
— Может он такой оттого, что его жена ждет ребенка?!
— А ты откуда знаешь?!
— Стыдись, ученик! Мы, природники, это сразу видим, по ауре!
— Ты забываешь, что я природник только на треть!
— Да вроде, пока на память не жалуюсь! Это ты, забыв про всё, разинул рот на ее танцы, и не проверил ауру! Вот я это делаю, не задумываясь! А вчера, помню, даже удивился, как это парень разрешил ей скакать в таком положении! Вроде, он с нее раньше пылинки сдувал!
— И сейчас сдувает. М-да. Похоже, ты прав, из-за жены он и не стал вникать в наши дела.
— Вот и радуйся, зачем тебе лишние проблемы!
— Кстати, об этом, "скакать". Это его зять, Танио, так воздух подчинил, что может человека сделать легче в два десятка раз! Так что в ней весу было как в кошке, да он её еще и потоками поддерживал! И ведь никто не заметил, сидит красавчик, на свирельке играет! А танец почти весь на нем, и даже энергию не всю потратил! Я потом смотрел, почти полный резерв!
— И его ты почти прозевал, я же говорю, нужно всегда ауру смотреть! — злопамятно припомнил маг.
— Тсс! Молчи, просыпается!
Зак открыл глаза, осмотрелся, и припомнил, зачем сидит в этом кресле.
Поднялся на ноги, отряхнул с плеч капли зелья, подошел к зеркалу. Спокойно осмотрел полученное в наследство лицо, и обернулся к следящим за ним магам. Совершенно как Гистон приподнял бровь, и, указав на хозяина дома пальцем, сурово произнес:
— А этот самозванец, что здесь делает?!
— Здорово! — Восхитился глава, — Прямо копия!
— Неужели я действительно так желчно разговариваю?! — Расстроился хозяин.
— Один в один! — Подтвердил глава.
— Всё, вернусь… из отпуска, возьмусь за свое воспитание! — Пообещал Гистон, открывая портал. — А ты постарайся за это время не разрушить мой дом!
— Попробую. — Уклончиво хмыкнул Зак.
— Слуг ты видел, дом осмотрел, к хану без вызова не ходи! — Скороговоркой в пятый раз повторил инструкции Хабер и вслед за другом ушел в портал.
— Все понял, господин глава совета! — С иронией отрапортовал Зак и вышел из лаборатории.
Спустился по лестнице на первый этаж, нашел кухню. Дома он сегодня позавтракать не успел.
Зато успел найти всех, кто ему был нужен и уже сегодня ночью уйдет порталом в замок, где его ждут Крис и еще один знакомый маг, задолжавший Заку личную услугу.
Разумеется, Хабер с Гистоном за это время успеют уйти очень далеко, принц в этом даже не сомневался.
Но очень надеялся, что легко найдет их по хитроумной сторожке, придуманной еще зимой. И повешенной утром на Гистона. Конечно, проще бы на Хабера, да на нем стоит защита матери. А с ней даже самые сильные сторожки Зака не уживаются. Тогда как Гистон, по старинке, строит защиту сам. Вот принц и нашел в его обороне небольшую зацепочку. Которой не преминул воспользоваться.
Можно, конечно уйти отсюда и до ночи, но что-то подсказывает, что Хабер вполне может вернуться. Вроде, забыл какое указание дать. А на самом деле проверить, как маг тут обживается, не переживает ли, что разом стал почти на полсотни лет старше. И не собирается ли проводить расследование, куда это вместе отправились два сильнейших природника ковена.
Зак вспомнил подслушанный разговор, когда маги считали, что он спит, и ехидно хихикнул. А про то, что магистру разума заснуть и не отключить сознание, это раз плюнуть, заговорщики позабыли. Видно, очень уж мысли предстоящим делом заняты, обычно Хабер не так беспечен.
Надо же, и свидетелей он приготовил! Тот еще фокусник!
— Ваш завтрак, господин маг! — Ишим поставил на стол поднос и повернулся к выходу.
— Новостей нет?! — сухо поинтересовался Зак, рассматривая содержимое многочисленных мисочек.
А неплохо, однако, завтракает придворный маг Аганы!
— Сирит уже пришел и ждет в кабинете! — По-своему понял вопрос слуга.
Зак мысленно стукнул себя по лбу. Говорил же ему хозяин, что за новости и письма отвечает секретарь!
А потом стукнул еще раз.
Вспомнив, что уже не в Тордизании, где каждый день приходится встречаться с кучей магов, а в чужой стране. Довольно неприветливо настроенной к магам различных уровней.
И, кроме того, он вообще на задании! Уже целых десять подзвонков! И ровно столько же времени имеет полное право снять с шеи амулет Хабера! Маг немедленно произвел эту процедуру и сразу почувствовал, как начинает подниматься настроение! Значительно проще обживаться в чужой стране, чужом доме, и чужом облике, когда знаешь, о чем думают окружающие!
Зак немедленно выяснил, что именно из представленных на подносе блюд ел обычно на завтрак Гистон, и, вполне согласившись с выбором хозяина, немедленно наполнил свою тарелку. Не стоит особо настораживать повара, съедая то, чего не любил раньше. Хотя аганское правило ставить на стол все имеющиеся блюда ему понравилось.
Мало ли чего вдруг может человеку пожелаться с утра!
Потом Зак прошел в кабинет, именно потому, что этого и ждал уже пришедший Сирит, напряженно думающий о том, забыл или нет хозяин о своем недавнем поручении.
Достать костюм ружанского купца.
Зак даже замер от предчувствия удачи. И, разумеется, ничего про костюм спрашивать не стал. Откуда ему про это знать?! А секретарь пусть думает, что у хозяина сменились планы!
Хотя маг и допускал, что это может быть ложный след. Заготовленный Хабером именно для него, как те самые подставные свидетели.
Но на заметку взял. И сел читать доклад секретаря и подготовленные им письма. Пару звонов усердно занимался делами, быстро просматривая письма и отправляя Сириту на стол с пометкой, как следует на них ответить. Затем, когда полностью выудил из головы помощника представление о том, как вести себя дальше, отправился в сад, прихватив несколько подготовленных секретарем ответов.
Именно там, в тени раскидистой яблони, Гистон предпочитал пить предобеденный взвар, просматривая ответы и ставя подпись.
— Зря ты так плохо про него подумал. — Сосредоточенно рассматривая раскинувшийся за окном пыльный южный городок, буркнул Гистон.
— Про кого? — Не понял глава.
— Про Зака.
— А в чем дело?! — Насторожился Хабер.
— Сторожку не видишь?
— Нет.
— Я тоже только недавно заметил! После четвертого портала! И так хитро поставлена, не знаю, как и снять, чтоб не спугнуть мальчишку!
— Хорош мальчишка, если его сторожка после четырех порталов тебе не по зубам! — Довольно хохотнул спутник.
— Ну и чему ты радуешься? — Разозлился Гистон. — Это хорошо, что мы в Менлис сначала сходили за картами! А то он бы уже знал, где нас искать!
— А что бы такого произошло? Ну и пусть себе знает! Он же не единственный! Еще четверо членов совета, да и Рагдиру пришлось сказать! Иначе нипочем не желал свою академию оставлять!
— Хабер! Не строй из себя дурака! И из меня не делай! Зачем ему знать, куда мы пошли?! Что, думаешь, из простого любопытства?! Этот парень что-то задумал! Не рановато ему главу совета проверять?!
— Вот сходим вечером к тебе и спросишь! — Рассердился глава. — Все равно ведь собирались! Если возникнут сомнения, сходить и проверить!
— И сразу дать ему понять, откуда портал! Ведь он по следу моментально поисковика бросит! Нет уж! Сейчас мы с тобой сходим в одно местечко, там я его сторожку и отцеплю. Появилась идея, как это можно сделать. А потом… еще посмотрим, кто над кем посмеется!
Гистон вытянул руку, открывая портал, и Хабер не стал с ним спорить. Возможно, старик и прав. Хотя… какой он старик! Хабер давно знает, что бывший учитель специально, для аганцев седины в волосы подпускает.
Впрочем, как и он сам. Как-то увереннее себя чувствуешь, когда выглядишь намного старше!
Да и придворные дамочки не так рьяно осаждают.
— Талочка! — Обрадовалась Каруна, когда увидела входящую вслед за Рикой и Танио сноху. — Молодец, что пришла! А у меня как раз твой любимый пирог с клубникой готов.
— Она будет жить у нас. — Словно мимоходом заявила Рика, подвигая подруге стул.
— Замечательно! — обрадовалась магиня.
И вдруг насторожилась, поймав бурю противоречивых эмоций дочери.
— А… что случилось?!
— Тебе с хорошей новости начать, или с плохой?! — Заинтересованно прищурилась дочь, следя краем глаза, как Танио наливает подруге взвар. — И мне налей!
— С какой плохой?! — Прислушалась к эмоциям детей Каруна, и успокоенно выдохнула.
Особой боли в их чувствах она не заметила, значит, все не так плохо, как пытается представить Рика.
— С такой! Твой сын опять ушел на задание! — Объявила дочь.
— Фу! Задание! Он маг, ему положено! А я уж было испугалась! — засмеялась Каруна.
— Вовсе не фу! А оставил молодую жену одну! В трудный момент! Что здесь хорошего?! — Продолжала нагнетать обстановку Рика.
Тала тихонько фыркнула в кружку. Скажет, тоже, трудный момент! Длиной в девять месяцев!
— В какой момент? — не поняла Каруна. — Талочка, что с тобой?!
— Трудный момент. — Не выдержал шуток над Каруной, которую он считал матерью, Танио. — В результате которого ты станешь бабушкой!
— Я и так… ЧТО?! Талочка, девочка моя, это правда? Эти шутники меня не обманывают? — Бросилась к девушке магиня.
— Нет! — Состроив несчастное лицо, вздохнула Наташа. — Я собираюсь стать толстой и некрасивой!
— Ох, великие боги! Вот это подарочек! — обнимая сноху, причитала Каруна. — А что ж ты ничего не ешь? Тебе нужно хорошо кушать! Тосина! Приготовь комнату Зака! Постели свежее белье! Это ты правильно, дочка, решила, здесь жить. Нечего там одной, в таком положении сидеть.
— Да я не одна, со мной Анюся была!
— А куда делась?
— Пока еще там, а завтра утром я ее отправлю в академию. — Объяснил Танио.
— Ну и ладно. А если хотите, можно и её сюда, пока Зак не вернется! Веселее будет!
— Нет уж, пусть в академии живет, нечего её баловать! — Отказала, мрачнея, Рика, вспоминая слова брата.
Значит точно, знала мать про его задание, раз даже не спросила, куда ушел! Ну, вот как после этого доверять родителям?! Как Тала говорит… партизаны еще те.
До обеда Зак кое-как дотянул, разгребая переписку Гистона. И даже заслужил мысленное одобрение Сирита, привыкшего в последние декады работать в одиночку. Хозяину всё время было некогда, он, то копался в книгах, то уходил неизвестно куда через портал, то в потайных подвальных комнатах возился с новыми амулетами.
Еще бы, хмыкнул, поймав эту мысль, маг, не так-то легко в секрете от всего ковена организовать такую операцию. Тут не только переписку запустишь, но и про обед не всегда вспомнишь.
А вот ему уже можно бы и покушать! Повар, польщенный комплиментами, полученными утром от хозяина, готовил нечто такое, от чего аппетитный запах расползался по всему дому.
— Пора обедать! — Решительно отложил в сторону несколько оставшихся жалоб маг и поднялся с кресла. — Ты идешь?!
— Я? — Изумленно поднял глаза секретарь. — Разве господин забыл, я обедаю дома.
— Я не забыл, просто мне непонятно, почему?! — Уже зная ответ, настаивал маг.
— Господин Ишим сказал, — слегка смущаясь, объяснил парень, — когда принимал меня на работу… если я буду обедать дома, то буду получать три серебряные монеты, а если здесь… то две.
— С сегодняшнего дня, за хорошую работу, ты получаешь шесть монет, и бесплатный обед. — Объявил с чистой совестью Зак, возмущенный прижимистостью доверенного слуги.
И Гистона заодно.
В Тордизании столько за декаду платили простым слугам, а грамотным помощникам вдвое больше. Да и монета в их королевстве была на добрую треть повесомее аганской соседки.
— Всё! Пошли побыстрее обедать, — отмахнулся он от благодарностей, — что-то я сегодня проголодался!
Ишим, услышав про прибавку жалованья секретарю, так подозрительно уставился на Зака, словно начал догадываться, что это не настоящий хозяин. Зато маленький повар, тумастанец, остался очень доволен аппетитом и похвалами хозяина и его помощника. И пообещал завтра приготовить еще более вкусное блюдо.
После обеда секретарь, видимо, от нежданной удачи, внезапно расслабился и разговорился. Зак узнал от него много нового о положении в Агане. Сирит увлеченно пересказывал разговоры, ходящие в народе о воинственном ханском братце и дворцовые сплетни про новую обитательницу гарема. Купленную ханом у какого-то купца за бешеную сумму.
Зак, притворившись, что ему очень интересны гаремные новости, осторожно проверял память секретаря, надеясь найти хоть какую-то зацепку, способную подсказать, где следует искать заговорщиков. И одновременно подбадривал разговорчивого помощника, наводящими вопросами.
Вот тогда-то, заболтавшись, секретарь совершенно случайно сделал Заку нежданный подарок. Вспомнив про письмо, на которое Гистон собирался ответить сам. Принц слегка нахмурился и состроил задумчивый взгляд, всем своим видом выражая стремление вспомнить, о чем идет речь. А сам мгновенно просмотрел соответствующие воспоминания секретаря и, изо всех сил скрывая рвущуюся наружу радость, объявил, что эти сведения не подтвердились.
И тут же с воодушевлением снова перевел разговор на обитательниц гарема, которые на самом деле ему были абсолютно безразличны.
Впрочем, так же как и Гистону. Но уж эту маленькую месть магу придется проглотить, не будет впредь обманывать доверчивых принцев.
Затем Зак с важным видом отправился немного поработать в своей комнате, как он объяснил секретарю. Разумеется, под работой он подразумевал пару звонов спокойного сна на мягкой постели придворного мага. Встать сегодня пришлось далеко до рассвета. И, уже сняв сапоги и вытянувшись под пышным пологом из темно синего тюля, принц почувствовал, как оборвалась невидимая нить сторожки.
Вот старый пройдоха! — Восхитился Зак, закрывая глаза. Нашел все-таки!
— Все, уходим. — Разочарованно вздохнул усталый и сонный Хабер. — Не придет он. А жаль.
Гистону тоже было очень жаль потраченных времени и сил на неудавшуюся ловушку. А ведь как они все хитро задумали!
Почти два звона мостили магией себе тропку в самое сердце зловонного болотца, густо заросшего ярко-зеленым тростником. Потом еще полночи выращивали гибкую, многорукую лиану, такой силы, чтоб могла звонов шесть продержать сунувшегося в ловушку мага. А если повезет, то и нескольких. Болотце здесь неглубокое, локтя два, так что погибнуть нельзя. Зато можно получить хороший урок на будущее.
Чтобы неповадно было молодым магам устраивать слежку за главой совета. И то, что Зак сам с осени входит в состав совета, вовсе не означает, что ему позволительно совать любопытный нос в чужие дела!
Они почти выложились, устраивая ловушку и выращивая неподалеку развесистое деревце под свой наблюдательный пост. С удобно переплетенными ветвями в виде кресел. Зато полностью восстановили энергию, отсидев на нем почти до обеда. Второго отпускного дня.
Пока не поняли с обидной ясностью, что старались напрасно. Приходить сюда никто не собирался. Зак опять оказался хитрее. Пыхая раздражением, магистры построили портал прямо на ветке и по одному спрыгнули в него.
— Жуни, чем это так запахло? — Громко сказал презрительный голос и в холл, посреди которого неизвестно как очутились двое мужчин в походной одежде, запачканной чем-то грязно-зелёным, вошла надменная дама средних лет.
— Ох, Великие боги! — С отвращением сморщила она носик, — Я думала, это Жуни снова свои опыты делает! Жуни! К тебе пришли! Иди скорее, похоже, у твоих пациентов проблемы с желудком!
— Кто такие? — Вошедший, не глядя на руку Гистона, делающую условный знак, зажал пальцами нос.
Хабер скрипнул зубами, что-то бормотнул, и по комнате поплыл густой запах ночных фиалок.
Хозяин неверяще принюхался и только теперь рассмотрел сложенные в особую фигуру пальцы и злой взгляд мужчины, сующего ему эти пальцы почти в лицо.
— Великие боги… простите, не сразу понял. — Засуетился он и побежал впереди, показывая дорогу к приготовленным комнатам.
— Все устроил, как просили. Судно зафрахтовано купцами, идет прямо до места. Для вас, как приказали, выкупил отдельную каюту, отправление рано утром. Они очень рады, что берут крепких мужчин, в случае чего… вам придется помочь команде защищаться. — Показывая помещение, деловито отчитался лекарь.
— Обязательно поможем! — пообещал Гистон, вежливо выпроваживая хозяина.
После бессонной ночи и безуспешного сиденья на дереве нестерпимо хотелось помыться и рухнуть в постель.
Однако маг не позволил себе расслабиться, пока не обвел все комнаты защитным контуром и не поставил сигналки против магических поисковичков. И только после всего этого помылся и надел чистую одежду. А грязную, недолго думая, движением пальца отправил в прачечную. Собственного дома. И только рухнув на постель, сообразил, что наделал. Ведь стоит только дотошному Заку отследить ниточку малого портала, как он будет точно знать их местонахождение.
Не обращая внимания на сладко спящего на соседней кровати Хабера, Гистон пару подзвонков доходчиво объяснял себе, что бывает с такими рассеянными магами.
Пока усталость, наконец, не взяла свое.
Уходили они в самую глухую предутреннюю пору, когда засечь их могли только защитные контуры и сторожки. Танио, любившего поспать, по договоренности с Заком, разбудила Рика, на ползвона раньше, чем нужно, потому что вставать ночью он ненавидел. И ему нужно было время, чтоб проснуться и поворчать. Но уже стоял на столе горячий взвар и неизвестно как подогретые пироги. Есть принцу не хотелось, он выпил полкружки взвара, поцеловал жену и вылез в окно. Открывать ночью портал под носом у тещи было по меньшей мере неразумно.
Спотыкаясь в темноте о неизвестно откуда взявшиеся бугорки и ветки, Танио пробрался в дальний угол сада. Стараясь не задеть защитную сетку, пролез в давно замеченный лаз под стеной, через который убегали погулять дворовые собаки. Лаз был тесноват, но простенькое земляное заклинание на подзвонок расширило его, и принц даже не запачкал одежды.
Разумеется, таких предосторожностей можно было не организовывать, если б мать ушла в Кизард вечером, вместе с Сейденом. Однако, воодушевленная известием о скором прибавлении в семье, магиня решила остаться дома еще на денек.
Вот и пришлось Тану ползать собачьими ходами. Сбежав с откоса к реке, принц прошел по берегу с пол-лиги пока решился наконец, открыть портал. Это искусство давалось ему с каждым днем все легче, благодаря магии воздуха и отличной памяти.
В доме Талы уже горели лампы и закипал взвар. Анюся, больше всего боявшаяся, что ее обманут и не возьмут с собой, выспалась с вечера, а потом всю ночь пила взвар и ела оставленные Талой припасы. Она и в спокойном то состоянии любила покушать, а уж когда нервничала, ела вдвое больше. Поэтому, едва завидев распускающийся на веранде портал, вздохнула с облегчением и отпихнула подальше кусок пряника. Теперь ученица даже видеть его не могла.
А у Танио, после ночной прогулки пробудился аппетит и он немедленно сел к столу и придвинул к себе тарелку с пирогами. Однако хорошо позавтракать ему не дали.
Раскрылся еще портал и на веранду ступили Зак и Крис.
— У вас все собрано? — Бодрым голосом спросил магистр, — Тогда берите вещи и пошли!
Танио подхватил свой мешок и баул Анюси и шагнул в открывшийся портал. Анюся, держа в руках маленькую корзинку и куртку, пошла следом. Затем ушел Крис. Зак по хозяйски оглянулся, махнул рукой, запирая магическую защиту, и исчез в тающем тумане портала.
В доме Гистона, Зак и Танио сразу принялись за создание иллюзии для Криса. Изменяться полностью маг отказался категорически. И не только потому, что не очень доверял умению Зака. Не его это стихия, еще останешься таким навсегда, удовольствие небольшое. А Хабер и Гистон, вполне возможно в отместку за своеволие и не захотят восстанавливать родной облик. Но еще и надеялся, что друзья скоро вернутся. Дня через два, три. А зачем на три дня менять внешность, если вполне можно обойтись иллюзией. Тем более, подкрепленной амулетом, полученным от Зака.
Гистон получился как вылитый, Танио восхищенно крутил друзей и не мог отличить друг от друга. Особенно после того, как Крис переоделся в домашний костюм хозяина.
Потом Зак быстренько наложил иллюзию на Танио и хайти. Оба были слишком хороши для той роли, которую им предстояло играть. Анюсе решили долгосрочную иллюзию не наводить, а просто выдали амулет. Стоило его одеть, как на руках и шее появлялись иллюзорные язвочки болотной лихорадки. Заболевания заразного и почти неизлечимого. Отличная защита от горячих южных ухажеров.
И вот они уже стоят перед открытым порталом в снятый Заком вечером номер. В пригородной харчевне, рядом с которой, на пустыре, останавливаются на постой обозы и караваны.
Крис с напряженным лицом произнес прощальные слова, не решаясь отвести Анюсю в сторону, чтобы сказать ей хоть пару слов наедине.
Впрочем, парень уже давно понял, что эти отношения ведут в никуда. Они говорили с девушкой на разных языках, и желанья их никогда не совпадали. А одной симпатии для развития отношений оказалось маловато. Хотя маг всегда старался делать то, чего хотела она, только почему-то всегда оказывалось или не вовремя, или не так. Вот и сейчас, он согласился на грубейшее нарушение правил ковена, только узнав, что Анюся тоже участвует в этой авантюре. А она даже не заметила его подвига.
Портал растаял и Крис, тяжело вздыхая и шаркая великоватыми домашними туфлями Гистона, поплелся в спальню. Вполне можно было подремать еще с пару звонов.
Зак, удобно полулежа на мягкой куче свежего сена, накрытой старым ковром, неспешно поглощал еще теплые мясные пирожки, и запивал взваром из маленького кувшина.
И двигался вместе с этим сеном, лежащим на высокой повозке, и тремя спутниками по дороге к южным провинциям Аганы.
Повозка, в которую были впряжены два мощных тяжеловоза, входила в состав небольшого обоза, возвращающегося в горный городок Ай-Берек из столицы.
Хозяин мраморного карьера отправлял этим обозом плитки и блоки из дорогого камня богатым клиентам. Обратно повозки возвращались почти пустыми, поэтому караванщик был рад любому попутному грузу или пассажиру.
Зак, вынужденный встать с постели в самую глухую ночную пору, чтобы успеть переделать все дела, еле успел привести своих друзей к отправлению обоза. И потому, первую половину дня честно проспал, прикрыв лицо от мух тонким платком. Его спутники дружно последовали его примеру, и погонщик, надеявшийся развлечься в дороге разговором с пассажирами, был чрезвычайно огорчен.
Но очень надеялся, что наверстает свое после остановки на обед, которую они по традиции делали в большом селе, расположенном на пологом берегу довольно широкой речушки. Сразу за мостом караван свернул к огороженной глинобитным забором чайхане, и остановился на вытоптанном пустыре у наполненных водой деревянных поилок. Пассажиры и погонщики, пустив лошадей к воде, нетерпеливо устремились к воротам, за которыми вился дым очагов, и соблазнительно пахло жареным мясом.
И только трое путников сладко спали на одной из повозок. И вовсе не торопились вставать.
— Эх, останутся без обеда, начнут потом канючить, когда привал, когда чайхана! А чайханы больше не будет до самого Ай-Берека! — сочувственно размышлял погонщик, рассматривая спящих.
Старик, словно почуяв его взгляд, тряхнул головой, вздохнул, потом отбросил с лица тряпку и сел. Оглянулся вокруг острым взором, и легко спрыгнул с повозки.
— Долго стоять будем? — обернулся к погонщику, уже привязавшему лошадей, и задавшему им корм.
— Один звон. Лошади два дня отдыхали, а повозки сейчас легкие, потому им только напиться и немного поесть. — Начал было рассказывать, любивший поговорить аганец, но пассажир уже понятливо кивнул и отвернулся к повозке.
Его спутники тоже проснулись, парень потряс кудрявой головой и спрыгнул наземь, потом снял худенькую девушку, прижимающую к груди тощего пятнистого котенка. И зачем только тащит этого заморыша из столицы, таких полно в каждом аганском селе, осуждающе хмыкнул возница.
Хозяин говорил, что старик везет к себе племянников, брата и сестру. Родители у них вроде погибли в свалке, что бывает каждую весну при раздаче бесплатных благословений.
Погонщик вздохнул, искренне сочувствуя сиротам. Каждый год не один десяток гибнет, когда выносят из храма святой кубок. Из которого, по поверью, пили сами великие боги. Говорят, что выпивший из него исцеляется от всех болезней, находились и свидетели, видевшие, как встают безногие и открывают глаза слепые. Но уж очень дорого берут храмовники за возможность сделать чудодейственный глоток. И только раз в году испить из кубка можно бесплатно. Ровно десяти десяткам. Только народу в этот день собирается не в разы, а в тысячи раз больше. И гибнет под чужими ногами иногда почти столько же, сколько исцелилось.
Путники направились к чайхане и погонщик, вздохнув, неторопливо поплелся следом. Ему все равно нельзя кушать жареное мясо, а взвар и лепешку он всегда успеет купить.
Да и они не стали есть в чайхане, погуляли по двору, купили пирожков, взвару и снова залезли в повозку. Чтоб не задерживать обоз. Про пустынный переход, что предстоял им после обеда, шла дурная молва. Здесь, в южных провинциях, куда в последнее время стекались преступники и авантюристы не только со всей Аганы, но и из Менлиса, Тумастана и Ружана, дороги становились все опаснее. Да и то подумать, зарабатывать любители драк и гулянок умели лишь одним способом, отнять или обмануть.
— Зак, — Зазвучал в голове мага голос Анюси, — А как мне тебя называть?
— Дядя! — Тоже мысленно буркнул Зак, подключив к общению и Тана.
— Понятно, дядя. — Немедленно отозвался тот ехидной мыслью.
— Ага. — Подтвердила ученица. — И еще, я тут подумала… а вдруг… они действительно отдыхают?! А мы припремся?
— Последим за ними немного. — Откликнулся Танио. — Если отдыхают, уйдем. Да, Зак?!
— Само собой.
— А если пошли на задание, но справятся без нас? — Не успокоилась девушка.
— А и впрямь?! — провокационно поддакнул принц.
— Сам знаешь, чем больше магов, тем лучше. — Вздохнул Зак. — А они уже давно сами не выходили простыми исполнителями. Может… всякое случится. Я раньше никому не говорил… бывает у меня иногда… тревога. Вроде все хорошо, а я не нахожу себе места. И всегда потом оказывается, что волновался не зря. Какая-нибудь пакость, да приключится. Вот в этот раз тоже. Пока не решил за ними идти, не мог успокоиться. Думаешь, мне сейчас очень хотелось… из дома?
Танио с Анюсей примолкли, задумались. И молчали, не обращая внимания на попытки возницы завести разговор, до тех пор, пока обоз внезапно не остановился.
— Что случилось? — Приподнялась с ковра Анюся.
Но, оглянувшись на Зака, заметила, как маг напрягся, прикрыв глаза, и поняла, он проверяет обстановку. И сразу успокоилась. Их врасплох не поймаешь.
— Сейчас скажут! — Обрадованный возможностью завести разговор ответил девушке возница. — У нас каждый раз на обратном пути что-нибудь ломается. То подкова у лошади отлетит, то от телеги колесо отвалится.
— Как интересно. — Мысленно хмыкнул Зак. — А сегодня ось у третьей повозки сломалась. Старшина обоза рвет и мечет. Он сам все вчера вечером проверил, не должно было ничего случиться.
— А если мы тут задержимся, — вслух спросил он у возницы, — Это нам как-то может навредить?!
Конечно, маг уже прочел все мелькнувшие в мозгу кучера тревожные опасения, но предпочел, чтобы тот сам рассказал о них пассажирам.
— Нужно пораньше проскочить черное ущелье. Плохое там место. Всего несколько человек могут весь обоз перебить. Но пока нас боги миловали, всегда засветло выбирались!
— На третьей телеге ось лопнула! — Крикнул возчик с предыдущей повозки и спрыгнул на землю.
— Нужно помочь. — Вздохнул возница и, морщась, начал спускаться со своего места.
— Постой! — Придержал его за руку Зак, — Пусть лучше мой племяш сходит. А ты придвинься поближе, я тебе снадобье дам, как раз от твоей хвори.
Танио, ухмыльнувшись, выслушал мысленное указание друга и выпрыгнул из повозки.
Возница с сомнением и надеждой уставился на старика.
— Да я уж… это… чего только не пил! Даже к лекарю ходил. Не помогает.
— Ну, попробовать-то можно. — Уверенно заявил Зак, капая в кружку несколько капель какого-то зелья.
Добавил взвару и сунул в руки пациенту. Пей!
Тот стеснительно пожал плечами и выпил. Не часто бывает, что задаром дают лекарство. Само собой, сильно хорошее не дадут. Значит, не поможет, он уже и по три золотых пузырек покупал. Все понапрасну!
— Теперь ложись вот здесь на спину, согреть болячку нужно, чтоб помогло. — Непреклонно объявил пассажир и помог мужчине лечь.
А потом положил руки точно на больное место и прикрыл глаза. Вознице сразу стало тепло, там, где сидел клубок острых иголок. А потом и боль начала отступать. Так мягко и обволакивающе, что он облегченно вздохнул и закрыл глаза. И не заметил, как плавно и невесомо соскользнул в целительный сон.
Когда возчик проснулся, не сразу понял, что происходит. Над головой плавно плыли освещенные вечерним солнцем облака, под спиной покачивалась повозка.
Неверяще поднял голову, оглядываясь. На его месте сидел кудрявый парень, рядом, развернув полотенце с едой, жевали остывшие пирожки старик и девчонка. И так вкусно пахнуло от их немудреной трапезы, что возница невольно проглотил голодную слюну.
— Возьми, подкрепись! — Немедленно протянул старик увесистый пирог.
— Нельзя мне. — По привычке отказался кучер.
— Можно. — Уверенно объявил старик, — Нет у тебя больше никакой болячки.
Возница прислушался к себе, крутнул туда-сюда тощим торсом. Иголки, раньше впивавшиеся в него при малейшем движении, молчали, словно действительно пропали.
— НУ?! — Насмешливо прищурился старик. — Экий ты, недоверчивый! На, поешь, тебе теперь хорошо кушать нужно, чтоб силу вернуть. Но про медовуху не вспоминай, и про аганские вина тоже!
— Спасибо господин! — Еще не веря, что ощущение боли пропало навсегда, растерянно пробормотал возчик и взял пирог.
Хоть раз поесть нормально, пока не болит.
Зак только головой качнул, вот же упрямый! И растянулся на сене, старательно подпитывая из проплывающего мимо источника потраченную энергию. Повезло мужику, что на них попал, через несколько декад было бы поздно.
— Меня Хамид зовут, скажи господин, свое имя, молиться за тебя буду! — поев и не почувствовав привычной боли, благодарно сложил на груди руки возчик.
Зак дернул было плечом, не стоит, затем что-то вспомнил, лукаво усмехнулся и важно сказал:
— Гистон!
Проехать без неприятностей опасное ущелье не удалось. Хоть и было еще совсем не темно, быстро с починкой телеги справились, и лошадей не щадя нахлестывали, а от беды не ушли.
Все началось внезапно.
Посыпались с откосов камешки, испуганно взвизгнул где-то впереди женский голос.
Сорвалось злое словечко с губ занявшего свое место кучера.
Напрягся Зак, приподнял руки Танио. Сунула, замаскированного под котенка, хайти в корзинку Анюся.
А к повозкам уже бежали с кручи и из-за каменных груд почитатели богини удачи. Со всевозможным холодным оружием в руках.
— Спрячьте девчонку под ковер! — Горячо шепнул Хамид, нашаривая под сиденьем оружие.
— Щас! — азартно поблескивая зло прищуренными глазами, отмахнулась Анюся, для чего-то закатывая рукава.
— Ы, ы, ы! — прорычал Танио неслышные ругательства.
— Отставить! — Рявкнул у него в голове голос Зака.
Возмущенно оглянулась Анюся, и Танио понял, она тоже слышала приказ. Придержал почти выпущенный смерч, наблюдая, как здоровенный бандит тянет руки, чтоб схватиться за борт их повозки. Встревожено оглянулся на Зака, проверить, на самом деле другу не нужна помощь и не сразу понял, что вдруг случилось.
Взвыл и покатился по дороге, теряя оружие, здоровяк, полетел эхом от повозки к повозке несмолкаемый вопль. А потом заревело где-то вверху, под кручей, и посыпались из-за камней стянутые болью тела лучников.
— Свяжите их, сдадим коменданту. — Глухо приказал Зак и Танио прыгнул с повозки.
— Не слышишь, что ли! — Рявкнула на Хамида Анюся. — Беги, скажи, чтоб вязали, пока дядя их держит. Да побыстрее!
Возница, начавший понимать, что произошло, птицей слетел с сиденья и, крикнув распоряжение Зака ближнему кучеру, помчался вдоль дороги, громко объясняя всем, что бандиты пока не опасны. Через четверть звона налетчики были переловлены и хорошенько увязаны в тугие коконы. Тех, что прятались за камнями, нашли по беспрестанным стонам. К сожаленью не обошлось без кровопролития, пока возницы не поняли, что бандитов можно безнаказанно вязать, нескольких злодеев порубили.
Один еще был жив, когда прибежал Танио. Взглянул на быстро белеющее лицо совсем молодого парнишки и решительно опустился рядом на колени. Положил на раны руки, прикрыл глаза.
— Там, в пещере, захваченные раньше путники и лошади, махнув в сторону темнеющей скалы, — глухо сказал подошедший старик, и устало сел на камень.
— Откуда ты знаешь? — Высокомерно и недоверчиво буркнул старшина.
И вдруг вытаращил глаза, и потрясенно раскрыл рот.
— Понял, господин… — только и сумел пролепетать и немедленно отправил к пещере самых крепких возниц.
— Вот так-то лучше, — язвительно буркнул Зак и мысленно спросил Танио, нужна ли помощь.
— Нет. — Решительно отозвался принц, всю зиму старательно развивавший свои способности. — Рана не тяжелая. Просто перерублен сосуд, крови он потерял целое море.
— А источник ты нашел?
— Бери. — Предложил Танио, сразу понявший, что Зак на пределе.
Не успел еще восстановить энергию после лечения смертельной болезни, как пришлось расправляться с бандитами. Не так-то просто одновременно скрутить болевыми спазмами почти три десятка налетчиков.
Под внимательными взглядами окруживших их обозников старик встал возле парня и взялся за его плечо, изредка поглядывая на раненого.
— Помогает! — Со знанием дела шепнул Хамид, — Сильный лекарь! Меня за пару подзвонков вылечил! Все теперь кушать могу!
— Жаль только, что бандита лечат. — Вздохнул его сосед. — Зачем он им нужен!
— Лишний раб никогда не помешает! — Надменно хмыкнул Зак, и спутники притихли.
Немалую плату положил маг за возвращение парня к жизни. И не поспоришь, закон есть закон. Вот только количество желающих обратиться к лекарю за помощью стало быстро таять.
А маг только тяжело вздохнул про себя. Если б не энергия, которую он тянул через Тана, у него утром не хватило бы сил на портал, не то, что на чье-то лечение.
Глава 4
— Зачем он нам? — Рассматривая по-звериному настороженного парня, проворчала Анюся.
— Может, пригодится. — Невозмутимо пожал плечами Зак, доливая себе взвар.
— А не лучше… оставить его здесь?! — Осторожно поинтересовался Танио.
— Лучше заберите в Ургал и там продайте! Здесь оставлять не стоит. — Не замечая заледеневших глаз Зака, живо встрял в разговор Руфим.
— Как это, продайте? — Немедленно возмутилась Анюся. — Ты что…
Предупрежденная мысленным окриком Зака, ученица резко прервала свою отповедь и сердито пододвинула к себе пирог.
— А ты чё сидишь?! Ждешь, пока с ложечки покормят?! — Заметив, что пленник ничего не ест, сорвала на нем досаду ученица.
Парень скрипнул от оскорбления зубами, но пирожок со стола взял и начал аккуратно есть. Он был еще очень бледен, но вместо страшной раны на ключице розовела чистая полоска молодой кожи.
— Здесь его прибьют. — Заметив, наконец, недовольство Зака, начал поспешно объяснять Руфим. — Не сразу, так погодя. На них все люди сильно сердиты. Так и поделом! Сначала только деньги отнимали. И то не все, пополам делили. У бедняков вообще не забирали. А вчера в пещере и жителей пленных нашли и скотину! Тех, кто на продажу в столицу табун погнал полдекады назад! И еще женщин! В гости к родичам семь дней как уехали! Их родные и не искали, думали, они в столице загостились! Так ведь еще и двух мужчин, что родственниц провожали, найти не могут! Значит, убили! Сегодня весь город уже на площади, будут судить бандитов! Только суд, это лишь название, у всех одно на уме — повесить!
— Если ты поспешишь на площадь, и скажешь, что я помогу найти ваших мужчин, в обмен на жизни бандитов, судьи согласятся? — Невозмутимо отрезая кусок ветчины, спросил Зак.
— Да зачем тебе их жизни? — Искренне удивился Руфим. — Они даже в рабы не годятся, делать ничего не умеют, только кормить зря будешь!
— Ты так рассуждаешь, словно жизнь человеческая для тебя ничего не стоит! — с досадой вздохнул маг и от души посочувствовал Гистону, вынужденному работать с такими дремучими помощниками.
Агана слишком велика, и сильных магов на все города не хватает. Вот и приходится держать в маленьких городишках таких недоучек — подмастерьев. Только на то и способных, залечить пустяковую болезнь, да построить слабенький портал в соседний городок.
Руфим смешался и поторопился выйти за дверь. Анюся не поняла, действительно он пошел на площадь, или решил отсидеться на кухне, и мысленно спросила об этом Зака. Зак, следивший за возмущенными мыслями подчиненного и его передвижениями, ответил утвердительно.
— А действительно, куда мы их девать будем? — Заинтересовался непонятными действиями друга, Тан. — У нас и так времени мало, а мы с ними сколько провозимся!
— Вот от тебя я такого не ожидал. — Мрачно буркнул маг.
— Ты меня не так понял! — Возмутился принц, прекрасно знавший, что Зак слышит его мысли.
И прекрасно знает, он вовсе не предлагает оставить бандитов на расправу разъяренным жителям. Да и не все в этой шайке одинаково виновны, чтоб принять позорную смерть. Просто, можно ж было приказать посадить пленных в какой-нибудь сарай, до их возвращения.
— Правильно я тебя понял. — Зазвучал в голове примирительный голос друга. — А бандитов сейчас Крису порталом отправим, а он их шаху сдаст. Пусть его дознаватели с ними разбираются. Помнишь, тех, что мы год назад поймали? Многие сейчас законопослушными гражданами стали. А некоторые даже в войске хана служат!
— Понятно. — Расслабился Тан и довольно ухмыльнулся, — Не ждут они от тебя такого сюрприза!
Заметил брошенный исподлобья заинтересованный взгляд пленника и вспомнил мелькнувшую мысль.
— Тогда давай и этого отправим, чтоб под ногами не мешался!
— Про него потом поговорим! — отрезал Зак, оборвав беззвучный разговор.
Заслышав во дворе крики и гомон огромной толпы, маг весь подобрался, мгновенно став серьезнее и строже. Чтобы разговаривать с изменчивой толпой горячих южан нужно огромное умение и терпение. И при этом совершенно неважно, сколько ты им сделал добра. Здесь привыкли слушать только тех, кого боятся. Так уж сложилось многовековое мировоззрение, кто не имеет силы припугнуть, уваженья не заслуживает!
— Эй, старик! — Развязно выкрикнул один из горожан, уставясь на Зака хамским взглядом. — А что, если мы отдадим тебе банду, а своих людей не найдем?
Внешность наглеца показалась Танио смутно знакомой, но вспомнить точнее он не успел.
Маг, мрачно усмехнулся и спокойно щелкнул пальцем. Кляп, какими были украшены все налетчики, внезапно выпал изо рта того, что был одет получше и побогаче остальных.
— Ты главарь этих разбойников? — Холодно осведомился Зак.
— Да господин. — Хрипло просипел тот, похоже, им за всю ночь не дали даже по глотку воды.
— Если скажешь правду, то вас сейчас развяжут, и я дам шанс предстать перед настоящим судом.
— Я согласен!
В народе раздались недовольные выкрики и едкие смешки. Бандит, говорящий правду? А разве такое бывает?!
— А как ты проверишь, он правду сказал, или соврал? — опять выкрикнул смутьян.
— Очень просто. — Снисходительно пожал плечами Зак. — Я правду уже знаю. НО!
Он поднял руку, усмиряя загомонивших горожан.
— Вначале я вам это докажу! Вот ты, — Маг указал на баламута, — Сегодня утром дал в долг одному человеку, что стоит здесь, пятьдесят золотых.
Кто-то недоверчиво загудел, остальные притихли.
— Если твой должник сейчас не отзовется, я расскажу всем, где он был два дня назад. И что делал. — Так же холодно продолжал Зак.
Во дворе стало так тихо, что слышны были хрипы одного из бандитов. Видимо, у мужика были проблемы с дыхательными путями. Маг, не глядя на него, дернул пальцем и кляпы повылетали из разбойничьих глоток.
— Я скажу. Это точно. Он утром мне занял. Под две доли с десятки. Я у него и раньше брал! — Затараторил пухленький мужичок, с плутоватыми глазами и шустрыми пальцами торговца.
— Кто еще хочет меня проверить? — Едко осведомился Зак, движением руки останавливая пытавшегося скрыться в толпе крикуна. — Не так быстро, парень! Мы с тобой еще не договорили!
Народ отшатнулся, глядя как наглец, со все усиливающимся выражением ужаса на лице, пытается сдвинуться с места. Безуспешно. Он словно прилип, как прилипает к меду мошка.
Танио, только хмыкнул, наблюдая за действием простенького заклинания, и продолжил тоненьким воздушным щупальцем распутывать стягивающие разбойников веревки. Служанка Руфима тем временем принесла ведро с водой и кружку.
— Скажи, — вновь обратился Зак к главарю, дождавшись, пока тот осушит большими глотками пару кружек воды. — У вас был в обозе наводчик?!
— Да. — Еще хриплым басом подтвердил главарь.
— Это он подстраивал поломки, чтобы задержать обоз?!
— Да.
В толпе охнули, и вперед, раздвинув соседей, вышел старшина обоза.
— Кто?! — Спросил, грозно уставясь в глаза пленнику.
— Вот он. — Указав на смутьяна, открыто признался бандит.
— Врет он все, не знаю я их! — Взвыл, теряя последнюю надежду, баламут, — Оговаривают!
И тут Танио его вспомнил! Действительно, был этот гад в том обозе! И когда принц взялся раненого лечить, смотрел на него с такой жгучей ненавистью! Он еще решил, что за бандита злится, там этот поступок мага многим не понравился.
— Тебя оговоришь, как же! — Зло сплюнул еще один из бандитов. — А вы проверьте, у него денег много должно быть! Он помалу не брал! И женщины эти… он же нас и предупредил! Бегом прибежал! А парней он увел, мы не душегубы!
Одна из женщин, стоявшая в первом ряду, и во время разговора с надеждой переводившая глаза с мага на главаря, тонко вскликнула и повалилась на траву. Ее бросились поднимать, обливать водой.
Танио пробился сквозь толпу, положил руку на голову несчастной.
— Это ее сыновья! — Шепнула, оглянувшись, худенькая девушка с жалостливыми глазами.
— Все в порядке, пусть поспит. — Через долгий подзвонок вздохнул принц, не зная больше, чем помочь несчастной матери.
Однако это средство нашлось у Зака.
— Если ты сейчас сам расскажешь, где прячешь своих пленников, я отправлю тебя вместе с остальными! — обратился он к предателю.
— Нет! — взвизгнул негодяй.
— А если нет, то твою судьбу решат эти люди!
— А тогда они ничего не узнают… — начал торговаться подлец, так еще и не понявший, что это уже абсолютно бесполезно.
— Всё. Забирайте! — Презрительно отвернувшись от него, объявил маг, — Он свой шанс упустил. Мужчин он держит в горах, в старой выработке. Там еще поваленное дерево у входа. Через несколько дней должны прийти торговцы людьми, он им обещал товар.
Старшина, зло ругнувшись, приподнял негодяя за шиворот и показал горожанам.
— Ну что, будем судить?!
Толпа зашумела, сомкнулась вокруг него и выплеснулась из двора. В их яростных криках утонул тонкий визг предателя.
Через подзвонок во дворе остались только маги и бандиты.
— Слышь, старик! Отпустил бы ты нас! Мы тебе хорошо заплатим! — Осторожно попытался договориться с Заком главарь.
Маг, открывающий портал, только мотнул головой.
— Тан, иди первым, предупреди Криса.
Принц понятливо кивнул и, схватив главаря за руку, утащил в серый овал.
Зак строго глянул на остальных, и они послушно зашагали следом. Дернулся, было, пытаясь сбежать, один из бандитов, но его скрутило такой болью, что через пару мгновений, очухавшись, он безропотно шагнул в портал.
— Мы скоро вернемся! — Оглянувшись на Анюсю, буркнул маг, — присмотри тут за этим!
Он кивнул в сторону стоящего в дверях парня и ушел.
— Пошли в дом! — Приказала девушка, поднимаясь на низкое крыльцо, — Я пирог не доела.
— А если не пойду? — хмуро осведомился пленник.
— Тогда пеняй на себя. Так шарахну, что мало не покажется! — Зло фыркнула Анюся, раздосадованная, что ее не взяли с собой.
Пока они сдают, куда следует, бандитов, она могла бы пробежаться по столичному базару. Говорят, там можно купить всё, что взбредет в голову. А ей многое может взбрести, она точно знает! С тех пор, как она начала получать жалованье в ковене, у девушки завелись приличные деньги. А когда ей еще выплатили премию за задание, Анюся вообще почувствовала себя богачкой. Она даже начала интересоваться ценами на недвижимость, иметь собственный дом всегда было в числе ее заветных, но неосуществимых желаний.
Потом посоветовалась с Заком и Каруной и вложила все деньги в казну ковена. Оказывается, они все там держат свои капиталы. А хитроватый ментал Бурент занимается выгодными сделками и выплачивает на каждый вклад увесистые доли. Светка, учившаяся в своем мире на экономиста, ходит сейчас у него в помощницах. Дар у нее, как у половины иномирянок, не сильный, но в ковен ее взяли. Вот новенькая ученица и разъясняет теперь своему начальнику, что такое проценты и кредитные ставки. Она пообещала подруге, с которой давно помирилась, что капиталы Анюси через три года удвоятся!
Завозившийся на своем диванчике раб, оторвал девушку от неприятных мыслей.
Она встала и подошла к окошку. Смутное беспокойство начинало мучить магиню. Они уже давно пообедали, солнце покатилось к закату, а магов всё нет. Несколько раз приходил Руфим, рассказывал новости. Отряд добровольцев, сходивший в заброшенные выработки, принес не только сыновей той горожанки, а еще и двух пастухов, и одного стражника. Все изможденные, еды им захватчик почти не приносил, воду пили из лужи. Горожане, увидев людей, давно считавшихся погибшими, сильно пожалели, что уже успели повесить негодяя. Он заслуживал более жестокой казни.
Анюся только хмыкнула про себя. Она так и подозревала, что не зря учитель не стал уговаривать предателя идти в столицу. Небось, прочел в его голове про все сотворенные мерзости и не захотел спасать. Не заслужил, по мнению Зака, этот человек спасения.
— Ну и где твои родственники? — Ехидно поинтересовался за спиной голос пленника.
Ожил, бандит, вздохнула Анюся и вспомнила, о чем хотела у него спросить, когда он спал.
— Тебя как зовут?
— Дик. — Неохотно буркнул он.
— А полное имя?
— Зачем тебе? И так сойдет!
— Как хочешь. — Дернула плечом ученица. — А меня зовут Анюся. Полное имя Анна. Но так меня зовет только учитель, когда рассердится.
— А ты, что, учишься? — поразился парень.
— Конечно. — Гордо подняла голову ученица. — А чё ты так удивляешься?
— Так… у вас вроде женщины не учатся.
— У нас все учатся! Вон даже Тан еще учится!
— Это, который меня вылечил?
— Ну да.
— А… чему он учится?
Анюся немного подумала, стоит ли это рассказывать незнакомому парню, потом успокоила себя, что особого секрета здесь нет. А раз Зак решил его взять с собой, он и так скоро поймет, кто они такие. Если уже не понял, магичил-то учитель сегодня не таясь. Да и вчера, когда бандитов ловил, тоже открылся по полной.
— Лечить и учится. А ты в бандиты, зачем пошел?!
— Так получилось. — Мрачнея, буркнул Дик.
— Не хочешь, не говори. — Равнодушно хмыкнула Анюся. — Зак вернется, расскажет. Он в мозгах, как в книге читает, ничего не спрячешь!
Дик напрягся, стиснул кулаки. Чёрт! Вот такой подлости он не ожидал! И ведь расспрашивал же разбойников, что умеют делать маги, выслушал кучу баек, а про то, что про любого в один момент всю подноготную узнать можно, никто не сказал! Да они, судя по тому, как глупо попались, и сами не знали! И сегодняшнее разоблачение наводчика целиком и полностью подтверждает слова девчонки. Следовательно, нужно бежать. Ничего хорошего от этого старика с пронзительными глазами ждать не приходится. Иначе бы он его в тюрьму вместе с остальными отправил. А он зачем-то оставил себе. Значит, имеет свои планы. И эти планы Дику загодя не нравятся! Только как отсюда сбежать, если Анюся эта, следит как тюремщик! Ну да, ей же дядя приказал! Которого она зовет Зак, а хозяин — господин Гистон! Ну, неужели девчонку совсем нельзя обмануть? Или хотя бы попытаться?!
— Эй, ты куда?
— Мне… нужно.
Его глаза уставились на Анюсю с таким простодушным укором, что девушка смутилась и отступила с дороги.
И действительно, что она спрашивает?! Ведь Зак еще зимой научил ее вешать на людей и предметы простые маячки и отслеживать их передвижение. Ученица прищурилась, вызывая в памяти заученную ассоциацию, и подкрепляющее ее слово и бросила вслед Дику огненный маячок. А потом зажмурила глаза и начала мысленно обшаривать пространство, полюбоваться на свою работу. И очень быстро увидела два удаляющихся от нее маячка, один яркий, ровный и второй, бледный и трепещущий.
Все ясно, она снова лопухнулась. Предупреждал же Зак, сначала проверь, нет ли чужого маячка, и только потом ставь свой! Яркий маячок видимо поставил на всякий случай Зак, а бледный — это она сама сейчас постаралась! Анюся от злости плюхнулась к столу и схватила с блюда пирожок. Когда девушка нервничала, аппетит у нее повышался втрое против обычного. Задумчиво сжевав несколько пирожков и выпив пару кружек взвара, Анюся снова оказалась у окна. Солнца уже не было видно за домами, облака, закрывающие полнеба, окрасились в розоватый цвет. По улице, поднимая клубы пыли, пастухи гнали стадо местных животных, заменяющих туземцам коров. А Зак с Таном все не возвращались.
Ну и где они могут шляться так долго?! Да еще и этот… Дик, где-то застрял. Анюся закрыла глаза, и заученно начала проверять пространство. Раз, другой. Холодный ком встал где-то в районе желудка. Раба нигде не было. Анюся выскочила во двор, метнулась за угол дома, пробежала за сарай, туда, где стыдливо спряталась примитивная будочка. Распахнула хлипкую дверь, не доверяя своему чутью и магии. Никого.
Она растерянно оглянулась, не решаясь поверить, что ее, подмастерье, почти мастера мага, обвел как лохушку мальчишка бандит!
И что ж ей теперь делать? Как его искать? И надо ли искать, вот главный вопрос!
Так. Нужно вспомнить, что там говорил по этому поводу Зак.
Остановись и подумай.
Ну, стоит она и думает, дальше что?
Вспомни все проблемы.
Вспомнила. Ждать магов и следить за рабом.
Выдели первоочередную задачу.
А это как?
Ждать магов? Она и так ждет.
Следить за рабом? А чё следить, если он сбежал?!
Значит, нужно найти.
Вот ведь как просто такие задачки решаются, когда рядом Зак! Почему же сейчас ей всё кажется, что она упускает в своих размышлениях что-то очень важное?! Пыталась понять Анюся, пробираясь по крутым склонам оврага, встретившего ее за огородами. Хорошо еще, что местное платье она утром, собираясь в дорогу, надела прямо на походные штаны. Теперь ей это очень пригодилось. Подняла подол, скатала в жгуты и завязала на поясе узлом.
Иначе по колючим кустам и высоким сорнякам давно бы висели цветные лоскутки.
Девушка уже несколько раз останавливалась, закрывала глаза и обводила внутренним взглядом окрестности. Безрезультатно. Маячка поблизости не было. Первый порыв уже давно прошел, и теперь Анюсю не отпускала мысль, что она, вполне возможно, идет вообще не туда, куда нужно.
Ведь беглец, выйдя из огорода, мог повернуть в любую сторону. Сама она пошла сюда только потому, что заметила между кустов почти заросшую тропку. Тогда ей казалось, что парень где-то недалеко и лезть в густые кусты совершенно не хотелось.
Неподалеку громко хрустнула ветка и Анюся испуганно замерла на месте. Сердце тревожно заколотилось. Почему-то сразу вспомнился оборотень, его ловкие неслышные прыжки. Только теперь она внезапно обратила внимание на быстро сгущающиеся сумерки, на прохладу, потянувшую со дна оврага. В панике вытянула руку и создала световой шар. От испуга он получился слишком ярким, и тьма вокруг сразу сгустилась. Теперь Анюсе было уже не до сбежавшего раба, она не вовремя вспомнила следующую заповедь Зака.
Определив первоочередную задачу, тщательно оцени свои возможности. Никогда не делай того, на что у тебя заведомо не хватит сил. Лучше дождись помощи.
Ну почему все это не вспомнилось ей там, возле сарая?! Сидела бы сейчас в теплой кухне и ела пирожок. Их на блюде еще штук пять осталось! Анюся тонко всхлипнула и повернула назад.
Идти в темноте было вовсе не так просто, как раньше. Кусты стали выше и гуще, тропка куда-то исчезла. Противоположный склон оврага, по которому раньше ориентировалась ученица, утонул во тьме, из которой светлячок вырывал небольшой круг. И за пределами его девушку поджидала опасность. Это Анюся поняла, когда натолкнулась на толстую змею, внезапно поднявшую маленькую головку с тонким, трепещущим язычком.
Как хорошо, что правила встречи со змеями и хищниками Зак намертво вбил в ее голову.
Все дикие звери и существа боятся огня! Ты маг огня, значит бояться должны тебя, а не ты!
Дрожащей рукой Анюся зажгла перед собой невысокую огненную стенку и змея немедленно ретировалась. Хотя возможно она и не думала нападать, а, может статься, вообще была неядовитой. Выучить все эти полоски и пятнышки у ученицы никогда не хватало терпения. К тому же она всегда не могла понять, как уговорить змею показать ей, какого цвета полоски на спине и пятна за ушами, если змея стоит к ней лицом в боевой стойке. Или это у нее называется не лицо?!
А тропка, по которой Анюся пришла в этот овраг, всё не находилась. Она правильно рассудила, что нужно все время идти наверх, но совершенно растерялась, когда, поднявшись, обнаружила не зады огородов, а заросший диким малинником лес. Что малинником девушка поняла сразу, точно такие кусты росли возле скал, окружавших с трёх сторон академию.
С четвертой было море.
Академия была спрятана в неведомой бухточке много лет назад, когда магам еще везде угрожала опасность. Сначала они там просто прятались, позже жили постоянно, а в последние триста лет учили детей со способностями. Анюся сильно подозревала, что никто из нынешних магистров и сам не сможет показать на карте, где расположена академия. Переправлялись туда только порталом. А вычислить место по карте не представлялось никакой возможности. Слишком много было на местных картах белых пятен. Точно известно было только одно, солнце летом вставало из-за моря. Точно известно только одно, что это море было не внутренним. Все западные берега двух внутренних морей были густо заселены. И не было на них таких высоких скал. Значит, это берег океана. И это все, что было известно рядовым магам и ученикам про местоположение академии.
Анюся тяжело вздохнула, и встала с камня, на котором отдыхала. Нужно идти. Вот только куда? Вокруг темно и неприветливо. А в академии сейчас ужин. Веселые ученики собираются в уютных столовых за столами, неспешно едят, обсуждают свои проблемы, договариваются, играют в разные игры. Большинство из которых принесено из её мира. А она умчалась искать беглеца и даже Лео не покормила. При мысли о маленьком пушистом комке, цепляющемся за ее плечо тонкими ручками, на глазах Анюси снова выступили слезы. Когда Рагдир осенью привел девушку учиться, молодые люди окружили экзотическую красавицу назойливым вниманием. А узнав про неоднозначный подарок эльфов, многочисленные кавалеры начали приносить в академию разнообразных щенков и котят. Однако Анюся от них отказывалась наотрез. Не могли глупые глазки обвязанных яркими бантами мохнатых красавцев заменить девушке тот пронзительно доверчивый взгляд ее Пушка.
Обиженные парни дарили своих питомцев другим магиням, и скоро почти в каждом доме тявкал или мяукал пушистый жилец. Когда Рагдира чуть не укусил чей-то ретивый питомец, директор строжайше запретил приносить в академию домашних животных, грозя исключить ослушника из ковена. После этого стало поспокойнее, хотя желающие добиться внимания чернокожей красотки не оставляли попыток выяснить, какого цвета щенка хотелось бы иметь девушке.
И только в тот миг, когда она открыла корзинку и на нее с надеждой глянули совершенно человечьи глаза маленького пушистого существа и робко протянулась тонкая ручка, сердце магини дрогнуло. Впервые за несколько месяцев. Она влюбилась сразу и бесповоротно, и могла возится и разговаривать с хайти целыми днями. А когда разглядела его леопардовую раскраску, немедленно назвала питомца Лео. Зак, услышав ее разъяснения по поводу такого необычного имени, ехидно усмехнулся и пояснил, что после первой линьки хайти станет другого цвета.
Но Анюсю это не волновало. Непостижимым путем образы двух зверьков, которых она любила, слились в один, и ей временами казалось, что Лео это подросший Пушок, наконец-то вернувшийся к ней.
Задумавшись, девушка перестала обращать внимание на окружающее, сосредоточившись только на одном, идти вверх. Поэтому раздавшийся неподалеку оклик напугал ее до дрожи. Она рефлекторно бросила в сторону кричащего свой светлячок, чтобы его разглядеть. Маг Ай-Берека прикрыл глаза от яркого света и нерешительно позвал:
— Госпожа Анюся! Это Я! Маг Руфим. Я за вас беспокоюсь, куда вы ушли?
— Руфим! — Обрадовалась Анюся. — Я заблудилась! Этот дурак, Дик, сбежал куда-то, я его искала!
— А я его уже нашел! Он дома сидит! Идемте, я вас провожу! А… может, откроем портал?
— Я не умею. — Тяжко вздохнув, призналась Анюся.
Показывал ей Зак. И не раз. Потом она сама пробовала. На полигоне. Нужно было сделать портал из одной будки в другую. Вроде получилось. Повис серый круг, по краю синяя каемка. Она уже было собралась шагнуть, да Зак не дал. Бросил в портал мешок с опилками. Потом портал закрыл и пошли смотреть. Все вокруг облазили, и даже на соседний полигон, к воздушникам сходили. Ничего. Через три дня она утром встала, смотрит, вокруг дома опилки. Вскоре после этого Зак на крыше прорванный мешок нашел. Он за гвоздь зацепился и с задней стороны дома висел. Потом прорвался, а ветер опилки по двору разнес.
Когда разбираться начали, Анюся честно припомнила, как Зак сказал, открой портал вон в тот домик! Она и начала открывать, но тут нечаянно мелькнула мысль о домике, где она жила с того дня, как приехала в академию. Вообще-то домик был преподавательский, но Зак с Талой там ночевали очень редко. Раза три всего, у них были в Векридии комнаты и на озере дом. Вот она и не переезжала в ученический. Как сказала Тала, сохраняла для них домашнее тепло.
— Госпожа Анюся! — Оторвал ученицу от дум настойчивый голос мага, — я сам могу открыть! Хотите?
Конечно хочет, о чем тут спрашивать! Значительно приятнее оказаться в доме немедленно, чем топать через кусты и овраги!
Руфим правильно понял довольный кивок и начал открывать портал. Делал он это так медленно и обстоятельно, что у Анюси даже закралось подозренье, что маг не намного умелее ее самой.
Однако портал открылся, заледенела по краю полоса, девушка оглянулась на мага, поймала в его взгляде одобрение и еще что-то, непонятное, и спокойно шагнула в портал.
И сразу же попыталась отступить, чтоб освободить место магу, но зацепилась за что-то ногой и полетела на пол, больно ударившись коленкой. Взвыла так, что крик заметался по помещению, отдаваясь от стен эхом. От этого странного эха Анюся испуганно притихла и только теперь заподозрила, что попала явно не туда.
Не горел в лампе свет, не пружинил под ногами ковер. Да и вообще, то, во что упирались ее пальцы, вовсе не походило ни на какой ковер. Скорее на мусор, или гнилую солому. И холодновато здесь было, вовсе не как в доме мага. Вот не зря ей не понравилось, как он долго копался с этим порталом!
Анюся осторожно села и, вытянув руку, дрожащим от страха голоском вызвала светляка. И хотя уже была готова к чему-то непредвиденному, действительность превзошла все ее опасения.
Она сидела на полу большой тюремной камеры.
Пустой и заброшенной. Судя по сгнившей соломе — уже не первый год. Но решетки на окнах и двери, ржавые и пыльные, вовсе не казались ветхими. Потому, что нужна не одна тысяча лет, пока рассыплются от ржавчины прутья, толщиной с ее запястье.
Анюся даже дыханье затаила, разглядывая место, куда ее отправил Руфим, но кричать все же не стала. Заку спасибо, отучил. Так и сказал, когда у них была тренировка на местности, угадай, кто первый прибежит на твой дикий вопль, хищник или бандит?
— Почему бандит или хищник? — обиделась тогда Анюся.
— Потому что благородному принцу в этом месте совершенно нечего делать. — Ухмыльнулся Зак. — Даже если бы он в одиночку путешествовал по стране, чего на самом деле благородные принцы не делают никогда, потому, что благородство и ответственность это качества, идущие рядом! А ответственный принц никогда не поедет по такой дороге без охраны, да и с охраной не поедет, нечего ему тут делать. Значит, встретить тут принца у тебя шанса нет, следовательно, своим криком ты зовешь разбойников. Но поскольку и разбойники по заброшенным дорогам редко ездят, стало быть, орешь ты исключительно для хищников!
Анюсе тогда сильно не понравились его рассуждения, и она попыталась пересказать сюжеты прочитанных когда-то книг. До слез насмешив Зака.
— Припомни, — заявил напоследок маг, — Сколько дней ты брела, пока не встретила нас?! А теперь скажи, сколько там пробежало за это время принцев?! Да и мы, если бы не специально тебя искали, никогда б не встретились!
Ученица несколько часов дулась на мага за этот пример, но кричать в незнакомом месте с первой же секунды постаралась отучиться.
Потому и теперь смолчала, решив сначала хорошенько все обдумать. Поднялась с пола, осторожно обошла камеру. На всякий случай подергала решетки. Но, заметив с другой стороны двери массивный засов и огромный ржавый замок, с горькой ясностью поняла, дергать бесполезно.
Еще раз обошла камеру, выбирая местечко посуше и уселась в углу, где солома показалась ей немного почище, чем везде.
Отправила светляк в другой угол, чтоб не сидеть на виду и попыталась оценить свое положение так, как учил Зак. А когда оценила, закусила уголок воротника и тихонько заплакала. Не было, по ее мнению, тут ни одного из тех выходов, что всегда так блистательно находил учитель.
Глава 5
— Ну, куда вы пойдете среди ночи? Только испугаете там всех! — уговаривал друзей Крис. — Поспите до рассвета, потом отправитесь!
— Не уговаривай. Анюсю нельзя так надолго оставлять без присмотра, в чужом месте! — Категорично отказался Зак, еще сердитый на мага за непредвиденную задержку.
Вот сколько раз он замечал, как только начинаешь действовать не по продуманному и подготовленному плану, а по спонтанному порыву, так обязательно начинают возникать различные препятствия. И это правило очень ярко подтвердилось сегодня.
Выйдя, вслед за бандой, в холл особняка Гистона, Зак даже немного растерялся, столкнувшись с изумленным взглядом секретаря Сирита.
А прочтя мысли секретаря, всего несколько подзвонков назад проводившего хозяина во дворец хана, приславшего за магом специальный экипаж, еще и разозлился. Однако немедленно спрятал свои чувства, решительно прошел в кабинет и, вызвав Ишима, выдал ему указания насчет временного устройства бандитов. По просмотренным воспоминаниям секретаря он уже знал, что визит к хану может растянуться на несколько звонов.
Но даже предположить не мог, что Крис вернется, лишь когда за окнами уже почти стемнеет. Немедленно отправив Ишима за стражниками, он переговорил со смущенным магом и выяснил, что впустую потратил почти полдня. Оказывается, Крис, выйдя из ханского дворца, открыл портал не в дом Гистона, а в свой собственный. Решив забрать несколько нужных ему амулетов и завершить кое-какие, брошенные в спешке, личные дела.
Потом ушло еще почти полтора звона, пока они передавали пленников в руки прибывшего офицера. Желавшего получить максимум пояснений по поводу так неожиданно свалившейся на него головной боли. Пока Зак не рявкнул на зануду, что объяснит все утром, а сейчас желает, наконец, отдохнуть.
— Может… — замялся маг, — тогда и я с вами?
— Только на один подзвонок! Привязку взять! — Нехотя разрешил Зак.
И то только потому, что очень сочувствовал другу, безнадежно пытающемуся добиться внимания ученицы. Хотя всем вокруг было ясно, что делает он это уже из простого упорства. Обидно парню, что ему, отпрыску благородного семейства, отказала во взаимности простая иномирянка. Впрочем, когда у Зака появилась возможность просмотреть Анюсины мысли, он выяснил, что во многом виноват сам Крис. Если любишь девушку, не начинай ей высказывать нудным голосом претензии, когда она в чем-то неправа. Не всем благородные учителя вырабатывали с детства чувство ответственности и правила хорошего поведения. И уж тем более не нужно было, пригласив Анюсю познакомиться с родителями, просить ее восстановить светлый цвет лица и волос. Она немедля озверела, обозвала Криса недобитым фашистом и расистом, и ехать в его замок категорически отказалась. Как и продолжать романтические отношения.
Шагнув в портал последним, Зак рассчитывал очутиться в свободной гостиной уютного дома мага Ай-Берека.
Однако, то место, куда он вышел, назвать уютным было трудно. Со всех сторон шипели и стреляли угольками раскаленные бревна, над головой качались обломки прогоревших балок. Под ногами ядовитым дымком сочился покрытый сажей и головешками ковер. А по голове и груди хлестал сильнейший тропический ливень, мгновенно превративший в противную кашу принесенный Анюсе тортик. Отбросив в сторону блюдо с испорченным лакомством, Зак одним заклинанием поставил щит, вторым уничтожил огонь. И только тогда заметил кучку местных жителей, сгрудившихся недалеко от крыльца под воздушным щитом, поднятым Танио и мрачного Криса, яростно разгребающего в углу комнаты обгорелые обломки мебели.
— Крис, — взяв парня за плечи, маг насильно вывел его через дыру от выбитых дверей на крыльцо. — Там ничего нет. Останови дождь.
— Угу. — Потерянно буркнул тот, щелкнул пальцами, и, вырвавшись из рук Зака, повернул назад.
Ливень резко прекратился.
Зак снова поймал водника, и, насильно отведя в сторону, посадил на скамейку. Тихо шепнул что-то, глаза парня потускнели и он, обмякнув, застыл в одной позе.
— Вот. — Протянул маленькую корзинку подошедший Танио. — Местные парни спасли. Пришли приглашать нас на праздничный ужин, смотрят, из-под двери дым. Дверь выбили, заскочили, думали, там люди есть. А он пищит. Вот и вынесли. Еще кой-какие вещи успели повыбрасывать, но огонь слишком быстро разгорался. Они едва поспели выскочить, как пламя весь дом охватило.
— Так. — Ненадолго задумался Зак, — я сейчас вокруг похожу, поисковичков пущу. А ты с ним посиди, уговори, если нужно, очарование в ход пусти. Нет её здесь, увели куда-то. А дом специально магией подожгли, след портала перебить. Если бы мы раньше пришли да магичить сразу не начинали, я, может, и поймал бы. А теперь не смогу. Моей, твоей и Криса магии столько намешано, что портал этого Руфима никто не почувствует.
— А ты уверен, что это он? — с сомнением протянул Танио. — Может… нас на эту мысль кто-то натолкнуть хочет?!
— Хотеть, конечно, могут, но я хорошо знаю Анюсю. Ее можно только на доверие поймать. Если бы это были чужие, тут бы полгорода сейчас горело! Кроме того, мага нигде нет. Bashka__7 для Spaces.ru И кухарки тоже. У него с ней связь, заметил?
— Откуда?! Я мысли не читаю!
— Причем тут… Все, я пошел! — Что-то шепнув над Крисом, Зак метнулся за дом.
Крис попытался, было встать, но успокаивающее заклинание друга уже работало, снимая напряжение и отчаянье. Танио заглянул ему в глаза и пробормотал стандартную фразу для наложенья легкого очарования. И стал ласковым голосом объяснять другу дальнейшие планы Зака.
— Я домой не пойду. — Выслушав его, спокойно произнес Крис, глядя на обгорелый остов дома. — Я с вами.
— Это не я решаю. Спросим у Зака. — Мягко ответил Тан, оглядываясь на увеличившуюся толпу. — Посиди здесь, я схожу, народ по домам отправлю!
— Я все равно пойду с вами, — невозмутимым, ровным голосом упрямо отрезал Крис, и Танио понял, не взять его с собой будет очень непросто.
Когда Анюся выплакалась и слегка успокоилась, то почувствовала, что начинает замерзать. Ей нечем было прикрыться от холода, сочащегося от каменных стен и пола. По камере гуляли сквозняки, вытягивающие из нее тепло, и не из чего было сделать костер. Хотя… как она забыла? Маг огня не может замерзнуть даже на леднике! Не раз с насмешкой говорил учитель. Пока у тебя есть энергия, ты можешь согреться. Но прежде чем ее истратить, попробуй найти источник!
Легко сказать!
Всякие нудные вещи, вроде поиска источника, ученице давались нелегко. Хотя кое-что она выучивала слету.
Например, Анюсе всегда нравились грозные боевые заклинанья, хотя заклинаньями в том смысле, как она понимала раньше, после просмотра некоторых фильмов, они вовсе не были. Не нужно было ничего рисовать на полу кровью девственницы, убитой в час противостояния планет, и не надо было, задирая кверху руки, долго завывать головоломные тексты. Все, что необходимо было, это просто отчетливо представить, чего именно ты хочешь. Потом ощутить свою энергию, собрать ее в поток и произнести ключевое слово. Для удобства обучения составлялись звонкие сочетанья слогов или букв и назывались заклинаньями. Но на самом деле ими не были. Просто будили в мозгу хорошо заученный ассоциативный ряд. Вот с этим-то у Анюси и возникали проблемы. Через несколько десятков повторений слово начинало неуловимо меняться. Теряло смысл, становилось чужим и странным. А к желанию раскалить, например, сковороду, прибавлялось неодолимое желанье добавить к этой сковороде сочную отбивную.
— Анна! — Что это такое? — Грозно спросил Зак, когда в первый раз увидел, как на сковороде, взятой с кухни для тренировок, внезапно материализовался воняющий гарью, расплющенный кусок мяса. Совершенно неаппетитный на вид.
— Отбивная. — Честно призналась Анюся, изумленно разглядывая испорченный продукт.
— Где ты ее взяла? — Устало разглядывая ученицу, с безнадежность в голосе буркнул маг.
— Не знаю… — Растерянно призналась она.
— Не знаешь, не делай! — Внезапно рассвирепев, рявкнул учитель. — Какое мясо ты себе представляла?
— Баранину. — Уверенно выдала Анюся, непонятно почему решившая, что жареная баранина самая вкусная!
— В нашем мире нет баранов! Есть похожие животные, дикие. Но сейчас не сезон охоты на них. Значит, где-то в лесу сегодня появился зверь с раной на спине. Или боку. Потому, что делать предметы из чистой энергии могут только магистры. А органические предметы — только магистры — природники! К которым относится, к примеру, наш глава Хабер! — Прорычал Зак и убежал на кухню.
Чтобы проверить, не пропадал ли кусок мяса.
Пропажа вскоре обнаружилась у соседей, маг воды Энжис громко ругал за воровство своего кота.
Анюся оторвалась от воспоминаний, тяжело вздохнула и начала искать источник.
Закрыла глаза, поискала внутренним зрением свою энергию. Потом проследила, откуда она подпитывается. И неожиданно обнаружила довольно толстую нить, идущую из стены. И разделяющуюся на несколько тонких, уходящих к рукам, ногам и туловищу. Она даже растерялась, широко распахнула глаза, и нить исчезла. Немного погодя девушка снова зажмурилась. Теперь нить нашлась быстрее, и Анюся вспомнила следующее правило. Чтобы проверить источник на мощность, следовало направить энергию от него в простое заклинание. Анюся немедленно представила магический костер посреди камеры и направила туда нить энергии. И сразу почувствовала, как по коже прошла теплая волна.
Она распахнула глаза и потрясенно уставилась на дело своих рук. Сжирая гнилую солому и старый мусор, посреди камеры весело плясал очень неплохой костер. Анюся мигом вскочила и куском найденной доски расчистила место вокруг костра, чтобы не сгорела вся подстилка.
Хоть и грязная и истлевшая, но другой то нет. Она же не магистр природник, чтоб создать пучок соломы. Пожалуй, в этот момент Анюся впервые пожалела, что огонь главный в ее ауре. Хотя обычно огненные маги с некоторым превосходством относились к природникам, в шутку называя их крестьянскими магами.
Она подтащила свою подстилку поближе к костру и начала устраиваться на ночлег, решив, что ночью-то уж точно никому не понадобится.
Как вдруг заметила, что с другой стороны костра, на том самом месте, где она рухнула в камеру, заструилось серое марево входящего портала. Анюся опрометью бросилась к нему, и почти успела, но тут из овала кто-то вывалился. И сбил её с ног. Они вместе покатились по полу, и пока, ругаясь и толкаясь, смогли подняться на ноги, портал начал таять и терять четкость. А через пару мгновений исчез.
— И кого сюда черти принесли?! — Злобно рыкнула ученица, создавая боевой пульсар.
— Ты, дура, брось сейчас же! — Испуганно закричал знакомый голос, и Анюся узнала в грязном, исцарапанном человеке, злосчастного Дика.
— В тебя?! — Кровожадно поинтересовалась магиня, вспоминая, что все ее сегодняшние неприятности начались именно из-за этого парня.
— Чё, больная?! — Отступая к стене и нервно оглядываясь, примирительно буркнул Дик.
— По тебе самому дурка плачет! — Немедля отозвалась Анюся. — Какого… ты из дома побежал?
— Это тебе дом, а мне тюрьма! — Огрызнулся парень, бдительно следя за ее движеньями. — Скажи еще, что сама на моем месте не побежала бы!
Анюся на миг задумалась.
Разумеется, если бы она попала в рабыни, тоже использовала любой удобный момент, чтоб сбежать.
Девушка разочарованно вздохнула, сбросила огненный шарик на запертую дверь, раздражавшую ее гораздо сильнее испуганного Дика, и направилась к своей подстилке.
Дик облегченно перевел дух, и огляделся попристальнее. А рассмотрев досконально, куда попал, озадаченно присвистнул.
— Эй, — позвал примирительно, — Анюся! А тебя сюда за что?
Она только фыркнула. Как будто ей об этом сказали!
— А пожрать… ничё нет? — Тоскливо спросил он немного погодя, обходя камеру и простукивая стены.
Анюся с любопытством следившая за его действиями, только вздохнула.
— Но ты же маг? — Уловив этот вздох, осторожно осведомился сокамерник.
— Сделать из чистой энергии предмет может только магистр, а органический предмет только магистр природник! — заученно оттарабанила ученица.
— Понятно. А ты еще не магистр?
— Я подмастерье. Огня. — Призналась Анюся, не видя причин это скрывать.
Сунувший ее сюда Руфим это знает, а Дику такая информация не пригодится, поскольку он и сам пленник.
— Эй, Анюся! — снова позвал парень. — А сразу эта дверь шаталась?
Признаваться, что она и не пробовала пошатать тяжеленную дверь, Анюся, разумеется, не собиралась. Поэтому неохотно поднялась и пошла к нему.
А рассмотрев, с помощью подтянутого светляка, массивный засов, на котором остался след ее пульсара, задумалась.
— Похоже, ты его немного выбила, — разглядывая ржавые заклепки, объявил Дик. — Ты не можешь еще разок вот сюда врезать?
Анюся кивнула, и, отступив на шаг, приготовилась сотворить файербол. Потом, что-то вспомнив, оглянулась, прикрыла глаза, и подтянула к себе питающую костер нитку энергии.
Врезать пришлось не один разок, пока не раскалились проржавевшие заклепки. И Дик, все время дергавший дверь, не оторвал от нее засов.
Правда, щель получилась не очень широкой, мешали валявшиеся на полу коридора камни, но они все же протиснулись. И пустив, по совету Дика, впереди себя светляка, осторожно двинулись за ним.
Зак вернулся через два звона, когда на улице стояла прохладная предутренняя пора, а перед воротами давно не было ни одного зрителя. Маги хмуро сидели на лавках в маленьком сарайчике, который в жаркое время использовался как летняя кухня. Под потолком горел яркий светляк, на столе стоял принесенный соседями кувшин с молоком, которое никто из них и не думал пить. В корзинке тихо постанывал хайти.
Взглянув на упрямо сдвинутые губы Криса, маг едва заметно усмехнулся. Как эти мальчики из благородных семей все-таки предсказуемы! Он ведь не столько об Анюсе сейчас беспокоится, сколько о том, что скажут в ковене, если с девушкой что случится. А он Крис, не пошел ее спасать, а вернулся в теплую кроватку!
Но это и к лучшему, Зак все равно не собирался его отпускать, ситуация настолько непредсказуема, что возможно помощь Криса вовсе не будет лишней.
— Там, в овраге, следы двух порталов. В один ушла Анюся, в другой наш раб. Оба портала открывал один человек. И оба они, судя по остаточной энергии, ведут в одно место. Но мы пока туда не пойдем. Здесь, за домом, есть следы от старых порталов, почему-то маг не хотел открывать их домой. Предлагаю пойти туда. Если я ошибся, вернемся!
— А я предлагаю другое. — Тихо, но твердо сказал Танио, подняв на друга честный взгляд. — Наша операция пошла не по плану. Тебе нужно немедленно сходить домой и все рассказать матери с отцом. Заодно отдашь Рике хайти. Она сумеет его накормить.
— А я предлагаю сразу пойти туда, где Анюся. — Нахмурившись, решительно объявил Крис. — Девочка уже несколько часов в руках сумасшедших магов, а вы сидите тут, рассуждаете! Нас трое, и мы владеем пятью самыми сильными навыками! Тан нашел источник, он почти под домом. Энергии у нас хватает, чтоб разнести небольшой город! А вот времени лишнего нет!
Заку все эти доводы были знакомы, он сам, пробираясь вслед за поисковичком, не раз просчитал варианты. И выбрал решение, лишь после того, как сопоставив все известные ему сведения о положении в Агане.
Анюсю явно не собирались пытать или убивать. Она была заложницей, ясно как день. А парня маг взял за компанию, чтоб не выдал его. А потом что-то вспомнил, или соотнес, и решил бежать. Что-то такое, на что раньше, в спешке, не обратил никакого внимания. И разглядел слишком поздно. Потому и сжег дом и забрал свою женщину, отрезая себе все пути для отступления.
Но не так-то просто объяснить это, почти подсознательное знание, друзьям. Значит, нужно просто поставить их перед фактом.
— Вы можете делать, все, что хотите. — Спокойно и холодно объявил Зак и глаза его чуть презрительно прищурились. — А я свой путь выбрал.
Развернулся и неспешно вышел в ночь.
Танио даже рот открыл от такой наглости. Как это, что хотите? Они, что, уже не друзья? Как он себе это представляет, Танио спокойно отправится домой, собирать семейный совет, объясняться с родителями, а Зак в это время будет бороться с кем-то неизвестным?! А вдруг с ним там что-нибудь случиться? Как тогда принц посмотрит в глаза жены?! Или, того хуже, Талы?! Про мать с отцом и говорить не приходится, они, если что с Заком, всем ушки пооткручивают. Своих детей они любят одинаково, но сыном до умопомраченья гордятся. Хотя ему никогда этого не показывают.
Вроде он сам все это не знает, с его-то способностями! Так недавно еще и про предвиденье что-то заикнулся…
Что…
Танио рывком вскочил с места и столкнулся в дверях с Крисом. Бурча себе под нос что-то злобное про вредного мага, не пожелавшего по- хорошему все объяснить друзьям, парни наперегонки ринулись за останки дома.
— Ну и куда ты бежишь с хайти? — Насмешливо поинтересовался маг, глядя на зятя, обнявшего корзинку.
— А куда его? — Не глядя на друга, сердито буркнул обиженный Тан.
— В том сарайчике оставь.
— А если с ним что… ты с Анюсей объясняться будешь?! — Развредничался принц.
— Как хочешь. — Открывая портал, невозмутимо хмыкнул Зак. — В конце концов, нужно же тебе когда-то отрабатывать на практике приемы защиты детей во время боевых действий! — и уже жестко добавил, — Крис, иди сюда! Входим вместе! Тан, прыгай!
И подхватив послушно приблизившегося Криса под руку, вместе с ним ринулся следом за Танио в портал.
Глава 6
Узкий коридор, засыпанный мусором, камнями, выпавшими из стен, и пылью, пах затхлостью и забвением. Похоже, уже много лет по нему не ступала ничья нога. Беглецы осторожно пробирались мимо запертых камер, за решетчатыми дверьми которых притаилась зловещая темнота.
Темноту, особенно такую, незнакомую, таинственную, недобрую, Анюся просто ненавидела. И потому покорно топала след в след за Диком, сдерживаясь изо всех сил, чтоб не схватиться за его руку. Только воспоминание об иронично поднятых бровях учителя, когда он узнает об этой ее слабости, останавливало девушку.
Анна! Скажет насмешливо и холодно, как в прошлый раз. Интересно, кто у нас боевой маг? Как может маг огня испугаться простой лягушки?! Это не ты ее, а она тебя бояться должна! И ничего она не противная, тебя же с ней целоваться никто не заставляет!
Нет, не может она оказаться заколдованным принцем! Нет у нас такой глупой сказки! Тебе любой ученик скажет, что магия превращения не позволяет делать из крупного животного маленькое. Наоборот, пожалуйста. За счет вливания большого количества энергии! И то, ненадолго. Такие превращения нежизнеспособны.
А боевой маг, тем более маг огня, всегда должен помнить о своей силе и вести себя соответственно!
Припомнив это наставление, Анюся немного приободрилась и приготовила заклинанье боевого огненного шара. Просто так, на всякий случай. Не так это и трудно. Представила его себе и мысленно повесила, как учил Зак, на руку. Теперь в случае опасности достаточно махнуть именно этой рукой и…
Думать, что будет дальше, Анюся не стала. Нет, иногда с руки действительно срывалось то, что она вешала. А иногда — нечто невообразимое. И совершенно неизвестное в этом мире. Как в тот раз, когда она проплавила насквозь доспехи на злобном офицере. Только много позже, когда Зак начал с ней заниматься постоянно, он припомнил этот случай и долго выяснял, какое смертоносное средство своего мира она вспомнила в ту секунду. И, в конце концов, сумел определить, что сражалась Анюся оружием, которого в её мире еще даже не изобрели. Существовало оно только в книжках, рожденных слишком буйной фантазией писателей очень специфической категории.
К тому времени, как коридор привел беглецов к винтовой лестнице, ведущей наверх, ученице казалось, что они бредут уже несколько часов. Она бы очень удивилась, узнав, что по здешнему измерению прошло всего четверть звона.
Всем иномирянкам поначалу трудно давались местные расчеты времени. И только прожив в этом мире порядочный срок, пришелицы начинали соглашаться, что здешняя система намного проще привычной. Всего четыре поры в сутках, утренняя, дневная, вечерняя и ночная. Каждая по пять звонов. В каждом звоне сто подзвонков. В каждом подзвонке — пять десятков капель, но эти крошечные отрезки времени нужны только магам при варке особых зелий да некоторым ремесленникам. Простой народ ими не пользуется.
Дик недоверчиво исследовал камни ступенек и задумчиво сказал:
— Непонятно.
— Чё тебе непонятно? — Встревожилась, испуганно оглянувшись назад, Анюся.
Ей давно чудился за спиной какой-то шорох.
— По этой лестнице давно никто не ходил. Посмотри, как ровно лежит пыль.
Бандит наклонился и дотронулся до ступеньки рукой. В толстом мягком слое пыли остался четкий отпечаток.
— Видишь?
— Ну, вижу, и что?! — Не поняла девушка, на всякий случай протискиваясь между Диком и стеной.
— М-да. И вроде бы не блондинка. — Хмыкнул с досадой Дик. — Если тут давно никто не ходил, как собирались прийти за нами? Не для того же нас сюда забросили, чтоб оставить навсегда?! Эй, Анюся! А ты чего это ко мне прижимаешься? Ну-ка отойди!
— Там кто-то есть! — испуганно пискнула девушка.
— Где?! — Обернулся Дик. — А ну, посвети!
— Щас. — Бессознательно подчинившись его повелительному тону, махнула рукой магиня.
Огненный шар сорвался с пальцев и метнулся в темноту коридора. Полный боли и отчаянья визг раздался в тишине, и сразу же, ослепив яркой вспышкой, взорвался файербол.
— Ч-ч-что эт-то т-т-такое?! — вцепившись в Дика мертвой хваткой, ошалело пробормотала Анюся.
— По-моему, ты кого-то убила. — Пытаясь оторвать от куртки судорожно сцепленные пальцы, — встревоженно ответил Дик. — Да отпусти же меня, и подтяни сюда светильник. Нужно пойти, посмотреть!
— Щас. — Даже не пытаясь оторваться от самого надежного, в ее понимании, места в этом каземате, буркнула девушка и мысленно направила светляка в коридор.
— Анюся! — Начиная постигать, что взял неверный тон, сердито прикрикнул парень. — Отцепись от меня! Иначе я рассержусь!
— И чё сделаешь?! — Заинтересовалась она.
— Стукну тебя! Бандит я или не бандит?!
— Давай, попробуй! — Ехидно хмыкнула Анюся, но куртку отпустила.
Дик, не обращая внимания на ее слова, наклонился и пошарил под ногами. Нашел увесистый обломок камня, подкинул в руке и осторожно двинулся по коридору в ту сторону, где затаился неведомый враг. А что это именно враг, парень не сомневался ни на миг.
Иначе, зачем бы он тайком крался за ними?!
Анюся, тихонько вздыхая, плелась за сокамерником, не отставая ни на шаг. Ей очень не хотелось идти смотреть, кого она там убила, но оставаться одной в темноте было еще страшнее.
Дик, бывший выше Анюси и много шире в плечах, загораживал своей спиной светлячка и девушка начала паниковать, чувствуя себя беззащитной перед подступившей к ней темнотой. Она попыталась, было, обойти парня, но тот придержал ее рукой.
— Куда лезешь? — Злобно шикнул, наклоняясь, чтобы рассмотреть что-то лежащее на полу. — Может тут целая свора такой дряни?!
— Зачем… ты… маг… пришедший издалёка… пытаешься… несчастного обидеть… — хрипло пробормотал из-под ног слабый голос.
— Что?… — Анюся рванулась из руки Дика и, мгновенно подтянув светильник поближе, рухнула на колени возле грязной кучки обожженного меха, валяющейся в пыли.
— Ты что творишь, дура? — С досадой рявкнул парень, хватая её за шиворот.
— Сам идиот. Отпусти! Не видишь, это вампир!
— ЧЕГО?! — Охнул Дик и еще раз попытался оттащить ее.
— Да отцепись ты от меня, посмотри, ему помощь нужна!
— Ага, еще предложи ему крови пососать! Совсем сбрендила! Или… Анюся! Вставай немедленно! Он тебя очаровал!
Дик схватил Анюсю под мышки и, рывком подняв с пола, поволок к лестнице, несмотря на её отчаянное сопротивление.
— Ну же, Анюся! Ты же ведь не хочешь стать вампиром?! — пыхтя, уговаривал он.
Однако упрямая девица совершенно не слушала его увещеваний. Мохнатые, изысканно выражающиеся малыши, просто очаровали ее осенью и девушка горела желаньем загладить перед несчастным созданьем свою вину.
Выбрав момент, когда ее ноги, наконец, устойчиво уперлись в пол, девушка рванулась со всех сил. Тонкий шелк платья, накинутого поверх дорожного костюма, треснул и оно осталось в руках бандита. А сама Анюся отлетела на несколько шагов и больно ударилась о стену.
— Чертов дурак! — Потирая ушибленное плечо, взвыла она. — Каким еще вампиром?
И только теперь до нее дошел смысл сказанного Диком.
— ЧЁ? — Забыв про странное существо, замершее грязным, опаленным клубком в двух шагах от ее ноги, Анюся, обернувшись, потрясенно смотрела на парня. — А откуда ты взял, что я… могу стать вампиром?!
— Ну… — занервничал Дик, ясно понимая, что ляпнул какую-то глупость и сейчас произойдет нечто непредвиденное. — Слышал.
— Где? — Делая шаг в его сторону, едко поинтересовалась магиня.
— Не помню… Говорил кто-то! — Соврал Дик, покрепче стискивая так и не выброшенный камень.
— Дик… — На миг задумалась Анюся, припоминая придуманный Заком именно для такого случая список провокационных вопросов. Которые нужно было задать подозрительному человеку, если таковой случайно встретится.
— Что? — незаметно меняя положение тела на более удобное для внезапного нападения, безмятежно отозвался бандит.
— Сколько у человека пальцев на руке? — в упор уставилась на него магиня.
— Пять… — Недоумевающе протянул парень, спешно припоминая, по сколько там пальцев было у его подельников.
— А на двух? Отвечай быстрее!
— Десять.
— На трех?
— Пятнадцать.
— Секунд в минуте?
— Шестьдесят! — Выпалил Дик и вдруг вытаращил глаза. — Что?! Анюся?! ТЫ… Откуда?
— Из Подмосковья. — Весело захихикала ученица. — А ты?
— Как… это… из Подмосковья? — Все еще не выпуская камень, засомневался Дик.
— Очень просто. Раз и тут. Уже три года здесь живу. А что ты так странно смотришь? Нас тут уже почти пятьдесят человек. С тобой сорок девять будет. Это те, кого разыскали. Тебя же вот еще не нашли… Хотя… — Начиная что-то понимать, задумчиво протянула она и вдруг обозлилась. — Вот гад, а! Ну Зак, встретимся, прибью!
— За что ты его? — Незаметно опуская в мягкую пыль ступеньки камень, поинтересовался Дик, пытаясь унять неожиданно возникшую в руках нервную дрожь.
— За то, что не сказал сразу! Он же тебя еще там, в ущелье, определил! Теперь я понимаю, зачем он тебя рабом назвал!
— Зачем? — осторожно поинтересовался Дик, пытаясь не выдать вспыхнувшую надежду.
Слабый стон, раздавшийся из-под ног Анюси, помешал ей ответить на вопрос.
Охнув, девушка бросилась к пострадавшему. Опустившись на колени перед вампиром, она осторожно перевернула необычайно легкое тельце.
Дик, шагнув поближе, с невольной брезгливостью наблюдал, как магиня осторожно ощупывает грязный, съежившийся от огня мех.
Нет. Хмыкнул недоверчиво Дик. Совершенно не походило это существо, на вампира. Такого, каким он представлял себе вампиров по фильмам. И если бы парень сам не слышал странных слов, ни за что бы не поверил, что эта тварь умеет разговаривать.
У-у-ую… — Застонал вампир, когда грязные пальцы девушки коснулись его лица и, приоткрыв рот, шевельнул сухим, потрескавшимся язычком.
— Наверное… надо его покормить… — неуверенно вздохнула Анюся.
— Ты точно чокнутая! — Изумленно качнул головой Дик.
— Я маг. А маги отвечают за жизнь всех разумных существ. — Заученно пробормотала Анюся и судорожно передернула плечами.
Давать свою кровь вампиру ей не хотелось до ужаса. Но это изможденное существо без питания может не оправиться от удара огнем. И тогда она будет вновь и вновь вспоминать его сморщенное личико и жалобный стон.
Анюся вздохнула еще тяжелее и, подхватив вампира с пола, направилась к ступенькам. Нужно было хоть на что-нибудь сесть.
Дик с содроганием наблюдал, как девица кладет на пыльную ступеньку страшного мохнатика и садится рядом. Потом, поплевав на палец и обтерев об рубашку, с явно различимым ужасом в огромных черных глазах, сует его вампиру. Прямо в рот.
И, если до этого момента парень еще сомневался, что Анюся решится на такое, то теперь убедился в обратном. И ринулся к ней, намереваясь отобрать это жуткое существо и забросить куда подальше!
Он только успел ощутить, нет, еще даже не уверенность, а лишь слабую надежду, что в его жизни все может измениться к лучшему, как эта дура своим нелогичным поступком собирается все разрушить! Ведь если вампир ее выпьет, никто не поверит Дику, что он не мог спасти эту сумасшедшую!
— И совсем не больно! — Довольно оглянулись на него доверчивые глаза. — Ай! Ты чего кусаешься? — Дернула она палец.
Но создание крепко держало ее руку, намертво обхватив детскими иссохшими пальчиками. И исступленно сосало долгожданную кровь.
— Анюся! Ему много нельзя! — Встревожено предупредил Дик, но девушка его как будто не слышала, со странным умилением наблюдая за сосущим вампиром.
И тогда парень решился на крайнюю меру. С омерзением сунул руку в грязный мех и крепко стиснул тощую шейку.
— Если ты ее сейчас не отпустишь, я тебя задушу! — Грозно рыкнул он вытаращившему глаза кровососу.
Тот нехотя расцепил зубы на таком сладком пальце и медленно опустил лапы. Дик немедленно подтянул второй рукой сочащуюся кровью руку девушки к себе и сдернул Анюсю со ступеньки.
Она подчинилась со странным безучастием.
— Все-таки околдовал, сволочь мохнатая! — Сквозь зубы ругался парень, бинтуя оторванным от платья лоскутом покусанный палец. Чтобы кровь бежала быстрее, вампир сделал на нем несколько ранок.
И когда он уже завязывал последний бантик, девушка вдруг обмякла и начала медленно сползать по стене на пол.
Дик подхватил ее и выматерился. Нет, ну не дура? Им самим тут сидеть без еды и воды еще фиг знает сколько, а она кровь вампирам сдает! Почетный донор России, блин! И вот куда, интересно, теперь её такую? Обратно в камеру? Что-то ему подсказывает, что он будет последним идиотом, если туда вернётся! Не затем их туда запихнули, чтоб что-то доброе сделать!
Значит нужно идти как можно дальше от той камеры и от проклятого вампира, кстати, тоже!
Парень подхватил поудобнее магичку и направился к лестнице. Оглянулся с тоской на повисший посреди коридора светляк, тяжело вздохнул и зашагал по ступенькам в темноту.
Анюся очнулась, когда он во второй раз присел отдохнуть. Протяжно всхлипнула, напряглась в усталых руках Дика, и через мгновение резко села, едва не выбив парню челюсть своим лбом.
— Чё случилось?
— Обморок с тобой случился! — Сердито буркнул Дик, ссаживая ее с колен.
Нечего баловать, раз сама сидеть может!
— А-а! — Протянула она. — А где вампир?!
— Ну, извини, вот его я и не взял! Нечем было к спине привязать! Ты сама-то как? Может… свет сделаешь?!
Анюся немедля сделала светильник, но получился он маленьким и блеклым. Девушка попробовала определить запас магии и очень удивилась, обнаружив, что недавно пополненная энергия исчезла больше чем наполовину. Прикрыла глаза, поискала источник. Нить была, но явно тоньше, чем в той камере. Анюся собрала ее, как учил Зак, в один жгут и направила в район солнечного сплетения. Именно так энергия накапливалась быстрее и полнее.
— Идти сможешь? — Осторожно поинтересовался Дик, искоса наблюдавший, как девушка хмуро и сосредоточенно закрывает глаза и вертит пальцами.
— Да. — Через минуту ответила Анюся, предварительно пробормотав слово-ключ общеукрепляющего заклинания.
Несмотря на некоторую неуверенность девушки в своих лекарских способностях, оно подействовало.
Хотя, по всем прочим разделам магии, кроме огненной, Анюся пока не дотягивала и до подмастерья. Зак, проверяя ее успехи в разделе лечебной магии обычно сердился так, что у Анюси начинали трястись все конечности.
Анна! Говорил он замерзшим до арктического холода голосом, у ковена нет возможности в случае военных действий приставлять к каждому боевому магу лекаря! Все боевые маги обычно успешно лечатся сами! Кроме тебя! Ну что ты смотришь на меня несчастными глазами каждый раз, как разобьешь коленку? Кто у вас преподает лечение? Каудис?! Нужно ему сказать, чтоб побольше внимания уделял практике!
Лестница на следующий, четвертый этаж, оказалась завалена камнями, часть которых встретилась им на ступенях при подходе к коридору третьего этажа. Если учесть, что тюремные камеры находились в полуподвале, ушли беглецы не слишком-то далеко. Коридор, в который первым впустили светляка, оказался еще короче, чем на втором этаже. Значит, это строение было когда-то большой башней. А если учесть, что вблизи Ай-Берека никаких башен видно не было, Руфим был не таким уж неумелым магом.
Но это пришло Анюсе в голову немного позже, когда они наконец расположились на отдых в единственной из комнат, в которой были целы ставни. Хотя оконные решетки сохранились везде. Это заметил Дик, искавший пригодное для отдыха помещение. Анюся просто ходила следом, по привычке передоверив более сильному решение проблем.
Бросив посреди комнаты несколько обломков мебели, бывший бандит осторожно поинтересовался, сумеет ли Анюся их поджечь.
Устало вздохнув, магичка привычно швырнула в кучку огненный сгусток и костер родился.
— А сделать так, чтоб твой свет летал за мной, сможешь? — Дик с интересом и надеждой смотрел на землячку.
Анюся утомленно шлепнулась прямо в пыль и утвердительно кивнула, мысленно прикрепляя светлячка над головой Дика.
И пока парень бродил по комнатам, собирая все, что могло бы пригодиться для устройства лежанок, прислонилась к стене и вновь проверила источник. Нить стала еще слабее, но окончательно не исчезла, и это Анюсю очень порадовало. Уже привыкшей к своей магической силе девушке было страшно остаться в этом жутком месте без запаса энергии.
Дик тем временем развил бурную хозяйственную деятельность. Притащил какие-то доски, устроил в дальнем углу пару лежанок, застелил их ветхим тряпьем. И помог Анюсе туда перебраться.
Затем забаррикадировал дверь притащенными с лестницы камнями и неизвестно где взятой металлической стойкой для оружия. И, наконец, сочтя баррикаду законченной, обессилено рухнул на свое место.
Костер потихоньку догорал, струйка дыма утягивалась в дыру под потолком, видимо, здесь когда-то была печь.
Анюся начала понемногу согреваться и ее неудержимо потянуло в сон. Она сладко зевнула и завозилась, устраиваясь поудобнее.
— Анюся… — нерешительный голос Дика прервал намеренье девушки немедленно заснуть. — А ты не знаешь… что собирается со мной делать этот старик?!
— Какой старик? — Сначала не поняла магиня.
— Ну, твой дядя.
— Да что он может с тобой сделать? — Еще раз зевнув, удивилась она. — Отправит в Тордизанию. Там проверят, маг ты или нет. Ну, то есть, твои способности. Если маг — пойдешь в академию, если нет — не знаю. Не было у нас еще парней. Может, в Кизард.
— А если я… не хочу… в Тордизанию?!
— Почему? — Анюся даже приподнялась с лежанки от изумления. — Тордизания лучшая здесь страна.
— А ты, что, везде была?
— Ну, не везде. В Векридии была, в Ландии немного. Немного в Тумастане. Еще в Великом лесу и возле Вампирии.
— И что ты там делала?
— Выполняла задание ковена. — Бесхитростно призналась Анюся, считавшая земляка человеком, полностью заслуживающим доверия.
— Какого ковена? — с недоверием вскинул глаза Дик.
— Магов. Все маги входят в ковен. А правит Ковеном совет. А советом Хабер. Он такой замечательный! Сначала сделал мне… ну… вроде пластики, а недавно подарил хайти! Ты видел, это тот котенок!
Видел ли он? Конечно, видел. Когда очнулся в повозке, обмотанный повязками и с туманом в голове. Первое, что он тогда увидел, была эта девушка, нежно обнимающая тощего котенка. Затем Дик встретился взглядом с насмешливыми, пронзительными глазами старика, сидевшего напротив, а потом… потом его неудержимо потащило в омут сна.
Снова проснулся он уже на следующее утро, еще со слабостью в руках и ногах, но с ясной головой и четкими воспоминаньями. О том, как главарь приказал ему в этот раз участвовать в налете на обоз наравне с другими. Как они бежали, перепрыгивая камни к остановившимся повозкам, как бился в ушах испуганный женский крик. И как его неожиданно скрутила возникшая в груди яростная боль, не давая ступить даже шагу. Еще он смутно помнил, как катился под ноги лошадям, как рассек плечо страшный удар, и мелькнувшую горькую мысль, что все закончено.
— Анюся… а почему… тот парень только меня вылечил?
— Остальных… было поздно. — Почему-то печально вздохнула девушка. — Зак кричал… чтоб вас не убивали… но они… такие злые были, не сразу успокоились.
— Тебе что… жалко бандитов? — Не поверил Дик.
— Ну… они же не все… одинаковые. Вот ты например… А ты как вообще-то в банду попал?
— Это долгая история. — Замкнулся парень. — Давай спать.
— Дик! — Не повелась на эту уловку Анюся, отлично знавшая, как трудно бывает рассказать чужим людям про свои злоключения.
Она сама до сих пор не может никому рассказать свою историю. Но… ведь Зак все равно знает. От него ничего не скроешь! Вон, даже когда она сидела в башне, где нельзя магичить, он все равно нашел способ все разузнать!
— Что? — Помолчав, тяжело вздохнул он.
— Ты можешь мне ничего не говорить, но Зак все равно уже все про тебя знает! Это его работа, следить за иномирянами! Он нас уже лет восемь встречает!
— Ты хочешь сказать, что вы специально искали меня? — Недоверчиво хмыкнул Дик.
— Нет. Мы про тебя не знали. У нас… другое дело. Но теперь тебя Зак никуда не отпустит. Я еще думала, зачем ему раб? В Тордизании нет рабов, и ковен ведет борьбу с рабством! А он просто хотел, чтобы тебя не отправили в тюрьму! Теперь-то я поняла!
— Анюся! Твой Зак неизвестно где! А мы в плену! Этот маг… Руфим кажется… он разве не из ковена?!
— Из ковена. — Вынуждена была признать Анюся. — Но… я не знаю… почему он меня обманул… только Зак меня не бросит! Я его ученица, он за меня отвечает! И… он может по следу портала путь провести. Только они почему-то в Хадиркане задержались. Может, у Криса что-то случилось?!
— Кто такой Крис?
— Маг воды. Он сейчас за Гистона придворным магом остался.
— Ты что, всех магов знаешь?
— Нет. Только тех, с кем сталкивалась. А в академии почти всех. Я там с осени живу.
— Сейчас ты уже живешь в тюрьме! — колко осадил расхваставшуюся магиню Дик.
— Я тебе уже сказала, Зак за мной скоро придет! Вот увидишь! — вспылила девушка.
— С удовольствием посмотрю! А пока давай все же поспим, а то кушать хочется! — Мрачно отшутился земляк, пытаясь прикрыть чужой курткой, прихваченной, когда удирал, чувствительный к холоду шрам.
Разбудило Дика тихое царапанье за порогом. Кто-то пытался осторожно отодвинуть забаррикадированную дверь. Парень ехидно ухмыльнулся. Не так-то это просто! Зря, что ли он надрывался, таская эти камни!
С сожалением поднялся с пригретого места, неслышно прошел к двери. Прислушался.
— Кто?
— Открой мне дверь, спасительницы друг! Там зло проникло в запертую башню! Помочь хочу спастись магине доброй, за то, что жизнь вампиру возвратила! — Зашептал в щель узнаваемый голосок.
— Размечтался! — Ехидно фыркнул Дик. — Только тебя здесь и не хватало!
— Кто там, Дик? — сонно окликнула проснувшаяся Анюся.
— Твой вампир проголодался. — Зло буркнул он, с досадой понимая, отвертеться от общества грязного мохнатика уже не получится.
— Неправда это, острая, как нож. Не нужно мне и капли вашей крови, когда б, не волновался я за вас, не стал бы понапрасну беспокоить!
— Пусти. — Скомандовала Анюся.
— А если не пущу? — Упрямо прищурился он.
С чего это она решила, что может им распоряжаться?!
— Дик! Ну, пожалуйста! Что ты как маленький? У него магия защиты есть! Он нам поможет дверь защитить! — Поднимаясь с лежанки, и вешая под потолком светлячок, жалобно попросила девушка.
С тех пор, как ее внешность претерпела изменения, Анюся сделала несколько важных открытий. Например, обнаружила, что получить от мужчин желаемое значительно проще, если просить, а не требовать. Но просить нужно обязательно ласковым голоском, уставясь на парня невинным взглядом блондинки. И она очень быстро освоила это немаловажное для девушки уменье. Только Зак, да еще Танио никогда не поддавались на эту уловку.
Зак даже расхохотался, когда она попробовала таким методом выпросить у него подаренный ковеном отпуск. Анна! Едко сказал, отсмеявшись, учитель, после того, как я видел, что ты творила с мужиками в Векридии, меня таким взглядом не проймешь!
Ну, она вообще-то и не очень надеялась. Но ведь попробовать можно было?!
Дик тяжело вздохнул и немного разобрал баррикаду. Ровно настолько, чтоб в щель смог протиснуться вампир. Анюся, наблюдая, как парень ворочает камни, довольно прижмурилась. Закон жалобного взгляда действовал безукоризненно!
Рассмотрела вылезшего из под ног Дика вампира и охнула от изумления. За несколько часов его облик претерпел существенные перемены. Опаленная шерсть отросла, правда, пока неровно, но грязные клочья исчезли совсем. Выправилось личико, заблестели глазки. Вампир оказался вовсе не серого, а рыжеватого цвета, с белой манишкой на груди.
— Анюся, а ты уверена, что это тот самый вампир? — Обернувшись, подозрительно поинтересовался Дик, закончивший возиться с баррикадой.
— Уверена. — Внимательно наблюдая за вампиром, который, стоя к ней спиной, сосредоточенно водил руками, словно размазывал что-то по воздуху.
— Что он делает? — Отойдя к окну и выглядывая в щель, спросил Дик. — Черт, еще только начинает светать!
— Защиту ставит. Как тебя зовут? — Присев возле вампира, спросила магиня.
— Традиций нет у нашего народа, давать живущим кровью имена, понятные другим соседним расам. Но те, кто знал меня, когда я жил, беспечно среди скал своей отчизны, прозвали меня рыжим болтуном.
— Очень подходящее имя! — Ехидно фыркнул Дик.
— Я могу звать тебя Рыжиком? — Вежливо поинтересовалась Анюся.
— А я могу попросить отвечать только да и нет, когда мы спрашиваем? — Перебил Дик, открывшего было рот вампира.
— Да… — Нехотя произнес тот и обиженно сжал губы.
— Отлично! — обрадовался парень. — А теперь скажи, кто там пришел?! Только коротко!
— Злые маги… и воины.
— Сколько?
— Не знаю, я быстрей бежал сюда, предупредить прекрасную магиню…
— Стоп! Мы же договорились! Коротко!
Вампир оскорбленно смолк.
Дик мрачно задумался, с сомнением поглядывая то на дверь, то на сокамерницу.
— Анюся… а ты не могла бы… научить меня хоть самому простому заклинанию… — Внезапно попросил он смущаясь.
— Но я же… не знаю, есть у тебя способности или нет… и какие. Только маги природы хорошо ауру видят… и по цвету различают, кто к чему больше расположен… — Растерянно пробормотала Анюся.
— Вампиры тоже видят этот свет, могущество умеющим дающий… — тихонько пробормотал мохнатик, прячась за спину магички.
— Рыжик! — Обрадовалась девушка. — Как здорово! Быстренько глянь, есть у него аура?
— Как неба в день весенний, яркий свет, в ручье средь трав зеленых отразился…
— А попроще? — Остановил вампира Дик, услышавший вдалеке тяжелый топот.
— И так понятно! — Фыркнула Анюся. — Зеленое природа, голубое — воздух. Вот здорово! Хабер обрадуется, у нас воздушников мало!
— Так учи быстрее!
— Но я же огневик! Воздушник у нас Тан! — Растерялась девушка.
— Хоть что-нибудь! — Умоляюще уставился на нее земляк.
Сейчас их придут убивать, а у него всего оружия — гнилая доска, да обломок камня.
— Ну, попробуй… вот, нас учили, подними магией вон ту щепку.
— КАК?!
— Представь, что ты очень хочешь ее поднять. Потом собери в себе энергию, брось ее и резко скажи слово вей.
Дик немедленно прищурился, махнул рукой и рявкнул — вей!
Щепка взвилась кверху, ударилась о потолок, метнулась в сторону, врезалась в стену и развалилась на кусочки.
— Дик! — Потрясенно охнула Анюся. — Вот это здорово! Только… Тут есть одна деталь… надо долго тренироваться, чтобы бросать энергии не больше и не меньше чем требуется.
— Понял. — Тяжело вздохнул Дик.
Он искренне надеялся, что научиться магичить будет намного проще.
В дверь ударили чем-то тяжелым.
— Приготовились. — Проверяя подпитку, буркнула Анюся.
— Мне силы не хватает, чтоб защиту надежную как камень наплести… — Несчастно вздохнул Рыжик. — А ты ее в себя ручьем вливаешь, наполнившись, как речка до краев.
— Дик… — Внезапно сообразила Анюся, — Здесь источник рядом! Если хочешь мне помочь… дай ему энергии. Только… Они могут ее получать лишь с кровью.
В этот момент дверь снова содрогнулась и из досок полезли острые сосульки.
— Значит один из них водник. Видишь, ледяные стрелы врезались! — Азартно поблескивая злыми глазами, объяснила Анюся.
Дик уныло рассмотрел ощетинившуюся острыми льдинками дверь и нехотя протянул Рыжику руку. Тот немедленно обхватил ее цепкими ручками и сцапал ртом палец. Дик невольно напрягся в ожидании боли. Однако укол был таким легким, что почти не чувствовался.
Мрачно поглядывая на вампира, прикрывшего от удовольствия глаза и жадно глотающего кровь, парень зло ухмыльнулся. Ну, если только окажется, что этот жулик обманул, чтобы пожрать на халяву, то он лично открутит ему голову!
Анюся, прикрыв глаза, стояла рядом с напряженным лицом.
В дверь с грохотом врезался еще один ледяной заряд.
— Хватит! — проговорила наконец, девушка и Дик немедля бесцеремонно вырвал у вампира свою руку.
Но тот и не протестовал. Блаженно улыбаясь, Рыжик направился к баррикаде и вновь принялся творить свои пассы.
Анюся заинтересованно понаблюдала, как Дик шарит по карманам в поисках лоскутка, потом подошла поближе.
— Дик! Все природники хорошие лекари. Так Зак говорит. Попробуй залечить! Прикрой глаза, представь, как рана затягивается и брось туда энергию. Немного. Слово — тиам.
Лечить себя показалось Дику намного страшнее, чем поднимать щепку. Что будет, если бросишь слишком много энергии? А мало?! И как ее вообще измеряют?
— Анюся… — Прикрыв, как его научили, глаза, и пытаясь направить энергию в палец, начал озвучивать свой вопрос Дик, и в этот момент в дверь врезался новый ледяной залп.
А следом что-то с грохотом обрушилось.
Парень оглянулся и широко распахнул глаза. Дверь сдалась.
Груда льда выдавила обломки разбитых досок и всей массой рухнула вниз. Но в комнату не попало ни кусочка. Возведенная вампиром невидимая защита как бронебойным стеклом перегородила подход к двери. Небольшая часть досок и льда осталась грудой лежать на возведенной Диком баррикаде, остальное хлынуло в коридор, вызвав пронзительные вскрики и стоны нападавших. Кому-то из них обломком доски порвало ногу.
Сквозь прозрачную преграду Дик успел заметить за дверью четверых. Двоих воинов с пиками в руках и двоих магов, один из которых, был пленникам хорошо знаком. Бывший маг Ай-Берека Руфим. Заметив пристальный взгляд Дика, маг мгновенно погасил слабенький светильник, висевший над его головой.
— Анюся! Гаси свет! — Немедля среагировал на это действие иномирянин.
Светлячок сразу погас, уронив на помещенье непроглядную темень.
— Руфим! — Злобно взвыл по агански его напарник, — Где твой свет, собака шелудивая?!
— Так они же нас увидят… — трусливо зашептал предатель.
— Пусть видят! Скоро будут мои сапоги лизать, умоляя о пощаде! — Заносчиво рявкнул маг. — Зажигай свет, пока я не проткнул тебе пузо ледяным копьем!
— Дикарь. — Разочарованно фыркнула девушка.
— Кто такой дикарь?
— Самоучка. — Коротко объяснила она. — Тан такого осенью воздушным щитом убил.
— Понятно. — Мрачно констатировал Дик.
Картинка вырисовывалась совершенно безрадостная. Если вступишь в ковен, запрут в академию. Если не захочешь, окрестят дикарем и прибьют. А до его проблем и желаний никому нет дела.
Дикарь со злой ухмылкой швырнул в вампирскую защиту еще один залп ледяных стрел, и коридор огласился новыми воплями. Это ледяные осколки, разбившись о защиту, вернулись к нападавшим.
На какое-то время они отступили вглубь коридора и начали совещаться.
— Ты ничего не слышишь? — Безуспешно попытавшись разобрать невнятное бурчание, обернулась к Дику девушка.
Мрачный иномирец только отрицательно кивнул головой. Он уже начал сомневаться, правильно ли выбрал сторону, за которую стоит воевать. Может быть, дикарь предоставил бы ему больше свободы для выбора.
Анюся разочарованно отвернулась от развороченной двери и испуганно охнула. Посреди комнаты начинал дымиться серым туманом овал.
— Что случилось? — вскинул глаза Дик.
— Портал. — Закусив от напряжения губу, магиня отступала к стене, поднимая руку.
— Что такое портал? — Начал было он, глядя на быстро уплотняющееся облако, как всё понял.
Вампир стремительно побежал вокруг открывающегося портала, замыкая круг, и быстро замахал руками.
Мускулистая фигура воина выпрыгнула из тумана и шарахнулась в сторону, уступая дорогу второму. Но невидимая преграда не пустила. От удара об нее воин отпрянул и сбил шагнувшего в ту же сторону товарища с ног. И тут же на эту кучу вывалился разъяренный водник. Он немедленно швырнул приготовленное заклинанье и только по чистой случайности большая часть льда врезалась в пол. Хотя и пытающимся встать охранникам неплохо досталось. На невидимые стены брызнули кровавые ручейки, и Анюся, немедленно позеленев, зажала рукой рот.
Портал начал бледнеть, но больше никто из него так и не вышел.
— Руфим! — Оглянулся, сидя на раненом, дикарь и обнаружил исчезающий туман.
Он взревел как дикий зверь, и, вскочив на ноги, начал метаться по невидимой клетке, топча раненных.
Затем случайно рассмотрел энергично водящего ручками вампира, стоящего у круга и потрясенно замер, а глаза его ввалились от ужаса.
Именно в этот момент у Дика возникло чувство безысходности, затмившее гордость за свою сообразительность. Оставалось только радоваться, что не поддался соблазну переметнуться на сторону дикаря. Это явно была не самая лучшая идея. Жаль только, радоваться совершенно не хотелось.
— Куда же все-таки делся Руфим? — озабоченно буркнула Анюся, садясь на свою лежанку.
Дик безразлично пожал плечами и пошел открывать ставни. За забранным решеткой окном вставало солнце.
— Ну, и где мы? — Снимая амулет, мысленно спросил Танио, оглядываясь на Зака.
Но тот не ответил, напряженно вслушиваясь во что-то слышимое только ему одному. И лицо его мрачнело с каждой каплей уходящего времени.
— Похоже, хозяева этого дома вовсе не бедняки. — Осмотревшись, шепнул Крис, и повесил на обе руки боевые заклинания.
Если придется драться, нужно сделать все, чтобы бой был как можно короче. Таково основное правило ковена. Второе правило — не убивать, если есть хоть малейшая возможность разоружить или взять в плен, было непреложным. Ведь обычно в бой идут вовсе не те, кому это нужно, а те, кого гонит долг, обязательства или нужда. Те, кто затевает кровавые битвы, крайне редко выходят на поле боя, предпочитая платить за свои прихоти чужими жизнями.
— Здесь куча диких магов с Берзийских островов и из Ружана. — Тихо прошептал Зак. — Тан, ищи источник. Боевыми нам не победить.
Танио привычно оглянулся вокруг мысленным взором. Источник был. Где-то в северном крыле дома, стены которого, пропитанные магической защитой, выглядели отсюда призрачным миражем. Теперь принц знал, где они находятся. Таким огромным мог быть лишь дворец младшего брата шаха Аганы. Наместника Раймихона.
С предосторожностями выбравшись из портальной, маги отошли в темный уголок и Зак, взявшись за руку Танио, потянул в себя мощные жгуты энергии, которые Тан забирал из источника. Зимой они не раз тренировались, отрабатывая эту схему передачи энергии напрямую.
Крис стоял рядом, готовый заморозить любого, кто сунет сюда нос.
Едва пополнив резерв, Зак начал действовать. Им повезло, что они попали во дворец ночью, чтобы укрепить сон уже спящих людей нужно намного меньше энергии, чем для усыпления бодрствующих. Хотя во дворце было немало и таких. Многочисленная стража, часовые на всех выходах, повара, начинающие готовить завтрак. Их Зак пока не трогал, повара не те люди, которые сломя голову бросятся воевать за хозяина.
Он прошел мысленным обходом уже большую часть покоев центрального здания, когда наткнулся на защищенное от просматривания сознание мощного мага. И это сознанье его засекло. И немедленно ударило ментальной стрелой в ответ на осторожное прикосновение.
Зак даже пошатнулся от пронзившей мозг боли, и Танио встревоженно подхватил друга, не давая упасть.
Но маг уже заученно выставил над собой ментальный щит, полностью скрывавший не только его мысли но и уровень магического могущества. Не стоило заранее раскрывать перед врагом все свои способности.
Дикари, жившие обычно уединенно, свои заклинания и методы колдовства придумывали сами. Разумеется, не каждому колдуну под силу придумать что-то еще неизвестное ковену. Но иногда встречаются очень сильные и талантливые маги. И тот, что сумел так быстро и резко среагировать на осторожное прощупывание, несомненно, был талантлив. Потому что Зак, считавшийся сильнейшим менталом ковена, этого заклинания раньше не знал.
И еще дикарь был очень силен. Зак почувствовал это по отголоску бурлившей в нем энергии.
— Тан, Крис! — Хрипловато прошептал маг, — У вас с собой амулеты, скрывающие ауру? Оденьте. И еще вот это. — Он достал из специального кошеля два завернутых в мифриловую парчу медальона.
Последние, самые сильные из изготовленных им амулетов. Способные противостоять воздействию менталов самого высшего класса.
Через несколько подзвонков трое магов, уже не таясь, быстро шли через анфиладу дворцовых залов. По южному яркая, броская роскошь убранства заставляла магов слегка саркастически кривить губы. Ни один из них не согласился бы хоть день прожить в окружении всех этих ваз, подушек, ковров и драпировок.
Спящие у дверей в нелепых позах охранники попадались все чаще. Танио, не останавливаясь, отбрасывал их в сторону легким движением пальца. Амулеты Зак предусмотрительно настроил так, чтоб реагировали только на более энергоемкие заклинания.
Зак шел впереди, ловя поверхностным поиском неохваченные его воздействием сознания. То помещение, где его встретил столь недружелюбный прием, маг старательно избегал. Нет, насчет того, что дикарь будет спокойно ждать его в своей комнате, он не питал никаких иллюзий. Но показывать врагу свое приближение не торопился.
Уверенный, что тот сейчас суматошно готовит ему ловушку. А возможно, и не одну. Ну и что ж. На то он и дикарь. Чтобы всегда действовать по своим, гнусным дикарским законам. Зак перевидал их немало, а еще больше прочел свитков с описанием операций ковена по обнаружению и обезвреживанию таких магов. Дикари делились на две основные группы. Первая, большая, состояла из тех, что жили в удаленных местах и маленьких деревушках. Ковен, устраивающий каждую весну анонимные поездки по неподвластным ему странам, старался выявить всех, кто обладал достаточными способностями. И отправить в академию. Однако каждый крошечный аул и каждого ребенка проверить было невозможно. Вот и обнаруживались время от времени по глухим углам довольно сильные дикари. Мирно живущие в своих семьях и применяющие магию в основном в лечебных и бытовых целях.
С такими было проще. С ними заключали мирные соглашения, по которым ковен помогал им, а они ковену.
Хуже была вторая, малочисленная часть. Те, кто ушли из родных мест в большие города или наоборот, спрятались от мира. Это были маги, которых смертельно обидели родичи, соседи, или храмовые фанатики. И еще те, в ком с детства развились в силу разных причин непомерные амбиции. Эти дикари стремились к магическому могуществу только с одной целью. Захватить побольше денег, власти, влияния. Чтобы приобрести неограниченное право наказывать и прощать, и тем самым доказать обидчикам их неправоту.
Самое страшное, что получалось у них только одно, наказывать. Не выходит у таких людей научиться прощать.
Точно так же, не могут они и остановиться на этом пути. Ведущему, по их мнению, наверх, к мировому господству. А по незыблемым законам мирозданья — к гибели. Ибо ни в одном мире, ни один тиран ещё не умер от глубокой старости в собственной постели, окруженный искренней скорбью любящих сердец.
Смертельная тревога и панический страх бились натянутыми струнами в просторном помещении возле самого источника.
Маги подобрались к нему так близко, что Зак уже сам свободно дотянулся до энергии.
— Гадское змейство! — Выругался маг, прочитав несколько перепуганных сознаний. — Этот гад собрал возле себя почти весь гарем и строит какую-то пакость!
— Где?! — Вскинулся Танио.
— Прямо над источником. Что будем делать?
— Неужели мы оставим женщин без помощи?! — Непонимающе взглянул на мага Крис.
— Конечно, нет. Плохо только, что именно этого он от нас и ждет! — Сердито хмыкнул Зак. — Чтоб безрассудно ринулись прямо в его ловушку!
— Зак. Но он же не знает, что нас трое?! Давай, мы его отвлечем, а ты обойдешь с другой стороны. — Хитро прищурившись, шепнул Тан.
— Как я туда попаду? Здесь третий этаж!
— Я уменьшу твой вес. Пройдешь через крышу. Потом в окно. У них здесь окна на всю стену!
— А если там решетки?! — Засомневался Крис.
— Ну и пусть! Что менталу какая-то решетка?! Врежешь через неё каким-нибудь мозголомным заклятьем…
— Погоди. Сейчас я попытаюсь взглянуть на его действия чьими-нибудь глазами… — пробормотал маг, прислоняясь к стене. — Ох! Великие боги! Он выращивает живую лиану и опутывает ею всех заложниц! Оказывается, он не только ментал, но и природник. И, скорее всего, есть еще и третья способность. А судя по его мощи, возможна и четвертая.
— Послушайте, — неуверенно предложил Крис, — А перекрыть источник не получится?! Нас Сейден учил такое делать!
— То, что делает отец, не каждый повторить может! Только… чтобы сходить за ним, у нас слишком мало времени. И энергии нужно на три портала. Хотя… Крис, ты дотянешь портал до Хадиркана?!
— Да.
— А ты оттуда до дома?
— Да. — Уверенно кивнул Тан.
Портал домой у него, на зависть многим магам, получался на расстояния, доступные только очень опытным магистрам.
— Тогда не мешкайте.
— Нет! — Строптиво заявил Танио. — Я тебя не оставлю.
— Тан! Это приказ!
— Много ты чьих-то приказов слушаешь!
— Кастанио!
— Поздно! — Перебил их Крис.
Маги оглянулись. Из открывшейся двери в большую комнату вышла бледная женщина с перекошенным от страха лицом. Ее стан был в несколько рядов обмотан зеленой шевелящейся лианой.
— Господин приказал вам немедленно войти в эту комнату! — Дрожащим голосом пролепетала она и лиана немедленно сжала потуже ее тело. Женщина охнула и начала падать.
— Война, так война! — Зарычал Танио, и маги рванулись вперед.
Глава 7
— Будет шторм. — Хмуро оглядывая небо, буркнул Гистон.
— А сколько нам осталось плыть?
— Еще почти двое суток.
— Скажем капитану? — Предложил Хабер.
— А что это изменит?
— Не знаю. Может он что-нибудь придумает?
— Что он может придумать? Я здесь три года корабельным магом плавал! Лет сорок назад. Вернуться назад мы не успеваем, дойти до островов — тоже. Переждать шторм негде. Есть несколько пустынных островков, немного западнее, но возле них ни одной закрытой бухты. Попробуем немного поддержать судно, если случится худшее. — Спокойно объяснил Гистон.
Хабер только вздохнул. Вот потому он так не любил никакие морские путешествия. Что нет в них ни стабильности, ни гарантии, попасть туда, куда направляешься.
До самого обеда он сидел на палубе в плетеном кресле эльфийской работы и мрачно наблюдал за клубящимися на горизонте тучами. Гистон, всё же предупредивший капитана, с чистой совестью ушел спать. Когда выдавались редкие свободные от дел часы, магистр предпочитал отсыпаться за прошлое и на будущее.
Крик матроса, осматривающего морские просторы в увеличительную трубу, привлек внимание Хабера, почти в тот момент, когда он решил пойти разбудить друга, чтоб вместе пообедать.
— Что там такое? — Равнодушно поинтересовался глава у пробегавшего мимо матроса.
— Не знаю. — Суеверно сплюнул он, — Наверное, торговый корабль.
Однако время шло, а суета на корабле не прекращалась. Хабер не выдержал и отправился наверх, на капитанский мостик.
— Что тут происходит?! — Поинтересовался он, наконец, с кислой миной пару подзвонков послушав разговор на непонятном морском лексиконе.
— Те корабли. — Показал вдаль капитан, — Мы думаем, это могут быть пираты.
— А что, точнее определить нельзя? — удивился Глава совета.
— Они хитрые. Вывешивают торговые флаги и спокойно идут навстречу. А потом внезапно нападают. — Объяснил помощник капитана.
— Так это называется подлостью, а не хитростью, — хмыкнул Хабер и послал матроса за Гистоном.
Его мореходный опыт был сейчас как нельзя кстати.
Гистон пришел немедленно, взял трубу, присмотрелся, мрачно хмыкнул.
— Похоже, они.
Так. Мало нам было шторма, так теперь еще и пираты, простонал про себя Хабер. И зачем он согласился на это путешествие? Нужно было послать кого-нибудь из сильных водников, им никакой шторм не страшен. А прибыв на остров, они открыли бы портал на берег, морские пути можно делать в несколько раз длиннее обычных. Если, конечно, на линии не попадаются небольшие островки. Тогда на них приходится делать портальные площадки. Ну да, пришлось бы привлечь еще магов. Так и что? Среди старших магистров нет болтунов, которые побегут докладывать королю, что ковен помогает правителям стран, состоящих с королевством в натянутых отношениях. Конечно, массовый уход магов в отпуска выглядел бы довольно подозрительно, так он и сейчас не лучше смотрится. Зато они с Гистоном добрались бы намного быстрее и безопаснее. Порталом.
Он еще раз тяжко вздохнул, и огляделся. На корабле спешно готовились к бою. Укрепляли на стойках большие арбалеты, расставляли возле них ящики с зажигательными болтами. Одни матросы торопливо мазали противопожарным снадобьем деревянные надстройки. Другие развешивали над бортами заговоренные сети. Третьи возились с канатами и парусами, но что именно они там делали, Хабер так понять не смог.
— Уже придумал, чем отбиваться будем? — Спросил незаметно подошедший Гистон, — здесь не каждое заклинание пойдет.
— У них могут быть дикари? — Вопросом ответил Глава.
— Чаще всего бывают. Особенно ценятся у пиратов водники. Если они будут… Тогда все эти арбалеты окажутся бесполезными.
— И чем лучше по ним ударить?
— Заклинаньем быстрого роста. Еще древоточцы. А из магии превращения — можно натравить крыс. Но это только когда будем совсем рядом. Лучше всего было бы иметь хорошего огневика. Да и сильный ментал нам не помешал бы. Все-таки большую глупость я сделал, что сторожку Зака оборвал!
Хабер изумленно оглянулся на бывшего учителя. Не часто ему приходилось слышать, чтоб тот вот так, в открытую, признавался в своих ошибках.
Только наивные простолюдины, совершенно неискушенные в магии, могут поверить языкастым сказителям, что смертельная битва магов может длиться дольше одного подзвонка.
Те же, кто хоть немного разбирается в магических сраженьях, или просто не лишен элементарной логики, отлично знают, у мага, противостоящего серьезному дикому колдуну, есть время только на один удар. Смертельный.
Именно для него маг заранее готовит свое самое сильное заклинание. И именно в него вкладывает всю свою силу и умение.
Ворвавшиеся в просторный круглый зал маги действовали именно по этому правилу.
Приготовили свои самые сильные и действенные в этом случае заклинания.
Конечно, если бы не стянутые в кучу посреди зала заложницы, заклинанья были бы на порядок суровее. Но ковен твердо стоял на позиции всеми возможными средствами сохранения жизни невиновным и случайным жертвам. Потому и получал с каждым годом все большую симпатию простолюдинов и среднего класса. Именно тех, кого в государствах было большинство. То самое большинство, чьи жизни никогда особенно не волновали амбициозных политиков и военачальников. В тех войнах, где не участвовали маги, количество погибших и раненых всегда было в разы больше. Не говоря уже о мирном населении. Мародерство и насилие на захваченных территориях ковен категорически запрещал. Как и убийство мирного населения.
Пытались некоторые военачальники первое время отстаивать привычные порядки, но как-то так получилось, что одни из них срочно ушли в отставку, у других нашлись серьезные нарушения финансового порядка и им пришлось переехать на постоянное местожительство в глубокие подвалы королевской тюрьмы. А самые смекалистые немедленно осознали свои заблуждения и стали рьяными поборниками гуманного отношения к пленным и мирному населению в захваченных городках и селах.
Вот потому и пришлось ворвавшимся в зал магам оставить на будущее такие мощные заклинания, как стена огня, ледяной шквал и плеть урагана. Хотя и то, что у магов висело про запас именно на такой случай, ничего хорошего врагам не обещало.
Однако и главарь дикарей не дремал. Едва распахнулась дверь, он швырнул в магов мощное ментальное болевое заклинание. Совершенно неизвестное Заку.
Боль пронзила головы с такой силой, что маги даже на миг приостановились. Мгновенно раскалились амулеты, собирая на себя чужую силу. Только это и спасло друзей от болевого шока, и последующей гибели. А в следующий момент они нанесли ответный удар.
Зак, даже не пытаясь рассмотреть диспозицию, сходу швырнул в присутствующих одно из сильнейших ментальных заклинаний. Оцепенение.
В которое вложил большую часть оставшейся энергии.
И почти одновременно, захватив пучок энергетических нитей из источника и притянув к себе толстый жгут, поставил над собой и друзьями мощный щит.
Крис, впечатленный изуверскими действиями хищной лианы, прямо от двери метнул в маслянисто подергивающийся зеленый клубок самое мощное обезвоживающее заклятье. Вода, подчиняясь своему магистру, мгновенно покинула колдовское растение, и, иссушая его ткани, разрывая клетки и каналы, туманным облаком прыснула во все стороны.
А Танио применил многократное уменьшение веса, ставшее у него в последнее время самым любимым. И следом запустил в зал мощный вихрь.
Ломая своими телами высохшие стебли мгновенно сдохшей лианы, заложницы разлетелись под своды зала. Вместе с ними летали и маги дикари, стоявшие до этого под прикрытием двух десятков пленниц, опутанных страшными побегами. Удар Зака на каплю опередил их, не позволив бросить приготовленные заклинания, а это очень опасно для магов. У одного рука покрылась до локтя льдом, другой с ужасом глядел на расползающийся жуткий ожог, оставшийся от несброшенного файербола. Поболтавшись пару капель под высокими сводами, люди, еще не отошедшие от оцепенения, начинали плавно опускаться вниз, перепуганно тараща на нападающих глаза.
От этого всеобщего безмолвного безнадежного ужаса у Танио по спине пробежала холодная дрожь.
И лишь главарь дикарей, сумевший, благодаря гирлянде амулетов, висевших на шее, устоять перед ментальным заклятьем, срочно спасал свою шкуру. Открывая под собой, прямо в воздухе, небольшой зеленоватый портал.
Тан, опомнившись, метнул в него еще один вихрь, пытаясь отбросить от раскрывшегося портала, но, то ли вихрь оказался слабоват, то ли дикарь слишком проворен. Он рыбкой нырнул в портал и овал немедленно погас.
Оставшиеся в зале дикие маги с тоской проводили глазами уход главаря, совершенно четко понимая, что спасать их он вовсе не собирается.
Закон войны. Победители делят трофеи, а побежденные беды.
Они медленно опускались на пол, и, не двигаясь, обреченно смотрели на магов в ожидании последнего удара. Который, по их мнению, должен был последовать со стороны пришельцев и немедленно прервать их обесценившиеся жизни.
Только Зак думал на этот счет абсолютно по-другому.
С облегчением перекрыв энергию, питающую щиты, маг с подзвонок проверял сознания стоящих перед ним людей, затем движением брови погрузил всех в глубокий сон. И, оставшись почти без энергии, обессиленно рухнул на стоящий у стены низкий диванчик.
Крис последним усилием высушил осевшую воду и шлепнулся рядом. Руки водника подозрительно дрожали. Устойчивее всех оказался Тан. Он первым делом бросился за дверь и принес оттуда лежащую без сознания женщину. Устроив её на подушках, проверил здоровье, немного подлечил и удовлетворенно хмыкнул. Теперь она была в полной безопасности. Затем растащил легкие спящие тела по диванам и коврам, складывая диких магов отдельной кучкой. Подлечив дикарям попутно пару самых тяжелых травм, причиненных самими себе.
Дикарей набралось семь человек.
Хабер, когда вернется, будет в восторге от этой победы, с гордостью хмыкнул принц, оглядывая поле боя. Затем встал в центр комнаты, куда снизу устремлялась энергия магического источника и, скрутив несколько мощных жгутов, притянул к себе.
— Танио, осторожнее! — Обессилено буркнул Зак, из-под полуприкрытых ресниц наблюдавший за зятем. — Не переусердствуй!
— Ничего не случится, — легкомысленно отмахнулся тот, — я уже не раз так делал. Нужно только с каждым разом понемногу увеличивать поток. Теперь я могу наполнить резерв за несколько подзвонков. И вмещается намного больше.
— Ох, доиграешься ты когда-нибудь, — беззлобно фыркнул маг, — со своими экспериментами!
— А я бы сейчас что-нибудь съел. — Тихо пробормотал Крис, — Только идти на кухню нет сил.
— Я схожу. — Немедля предложил Тан.
— Не стоит. Лучше иди сюда, подбрось мне энергии. — Устало качнул головой Зак, — А еду повара сами принесут.
— А этого… догонять не будем?! — Подпитывая Зака, дернул плечом принц и все поняли, о ком он.
— Не получится. Портал у него… собственного изобретения. И ведет, скорее всего, в какую-нибудь, заранее подготовленную, особо гадостную ловушку. Типа этой лианы. Или что еще похуже. Воображение у него на редкость пакостное. А у нас силы на пределе. — Вновь прикрывая глаза, тихо объяснил маг.
— Тан, там повара на подходе, смотри не прибей! — буркнул он через пару подзвонков.
И действительно, вскоре в дверь робко постучали.
Танио немедленно её открыл и впустил двоих солидных аганцев, с внушительными подносами в руках. Опустив глаза, мужчины прошмыгнули в комнату и, поставив еду на столик, принесенный откуда-то шустрым Таном, так же, не поднимая голов, удалились. Однако и из такого положения они умудрились рассмотреть нечто потрясшее их, уловил мысли прислуги Зак, по привычке контролирующий всех, кого относил к категории "чужие".
— Солнце всходит. — Разливая по вычурным серебряным кружкам взвар, сообщил Тан, оглянувшись на высокие, застекленные дорогим хрустальным стеклом двери, выходящие на широкий балкон, огибающий снаружи зал.
— А Анюся неизвестно где. — Горестно вздохнул Крис, на мгновенье переставая жевать маринованное с острыми приправами мясо.
— Известно где. И даже что делает. — Неожиданно ответил Зак, до этого в мрачном молчании усердно поглощавший изысканный завтрак.
— Откуда? — уставился на него Танио, точно знавший, родич пустыми словами не бросается.
— Дайте слово, что не встанете с дивана без моего разрешения, тогда скажу. — Серьезно потребовал маг.
— Я не дам. — Подозрительно уставился Крис. — Я тебя знаю, потом сто раз сам себя за это слово проклянешь.
— А я даю. — Бесшабашно мотнул головой Танио.
Потому что тоже очень неплохо изучил напарника. Все равно сделает по своему, так что зря дергаться? А так хоть будешь заранее знать, к чему готовиться.
— Недавно в портальную пришел Руфим. Здесь его женщина. Он ходил за Анюсей с каким-то магом. Хотели привести ее сюда. Она заперта в старой башне, на границе Аганы и Тумастана. Я знаю это место. У нее все в порядке, Дик тоже с ней и они сумели отбиться от мага и воинов, так что волноваться не о чем. — Зазвучал в голове Тана голос друга. — Но без меня вам туда не открыть портал, а у меня еще маловато сил. Сейчас немного отдохну и схожу за ними.
— Так нечестно! — Наблюдая за отстраненным лицом Танио, обиженно буркнул водник. — И жестоко. Я же за ней ухаживаю!
— А просить ее высветлить лицо, было не жестоко? — Сердито фыркнул Зак.
И ведь не хотел он этого говорить, вон как вытянулось от оскорбления лицо блондина. Просто слишком перенервничал за сегодняшнюю ночь, устал, да и резерв почти насухо истратил. Вот и сорвался.
— Ты… что… — Ошеломленно уставился на водника Тан, — Действительно… попросил?
— Так я же хотел её родителям… показать! — Убито буркнул Крис. — Мне-то она с черным личиком даже больше нравилась! Но они… старых взглядов… не поймут… заставят никогда даже имени не произносить!
— Крис! — Жестко рявкнул разозленный маг. — Мне Тала рассказала одно правило… в их мире какой-то мудрец придумал. Оно звучит так — Жениться нужно не тогда, когда хочешь, а тогда, когда НЕ можешь НЕ жениться! В противном случае не стоит и затевать канитель! А у тебя так вопрос не стоит! Иначе тебе было бы все равно, что скажут родители и все остальные! Потому я и против ваших отношений! Не хочу, чтобы ты повторил мою ошибку! И ее… пора пожалеть. На девушках такие неудачные попытки больнее отражаются. Поэтому… пока не поздно… оставь ее в покое!
— Я тебе не верю. — Замкнулся блондин. — Пусть она мне сама скажет. А я за ней все равно пойду, и ты не имеешь права… меня не пустить.
— Ладно. — Неожиданно сдался Зак, — еще немного отдохну и пойдем. — Тан! Давай-ка подбрось еще немного магии. Надо же, у тебя уже резерв полон! Как только вернёмся с задания, покажешь, как ты это делаешь!
Услышав, как мохнатый рыжий карлик, по какому-то недоразумению зовущийся в этом мире вампиром, что-то тихо шепчет девчонке, чуткий Дик нехотя открыл глаза и приподнялся на локте.
Анюся уже была на ногах и тихо кралась в сторону коридора, мимо сидящих в невидимой ловушке врагов.
Маг, следивший за ней горящими ненавистью глазами, немедленно поднялся и прислушался. Ежу понятно, чего он ждет. Надеется, что предатель Руфим вернется с подкреплением.
Хотя, насколько Дик успел за свою короткую жизнь узнать человеческую породу, предательство — это свойство души. И если человек предал раз, то за очень редким исключением он предаст и во второй и в десятый. Вот как его сосед Антон. Сколько Дик себя помнит, все время его кто-то из дружков колошматит. За предательство. А он предает вновь и вновь. И в личной жизни то же самое. Уже от четвертой жены ушел по большой и светлой любви. Нет, сначала он уходит к маме. Это ее квартира по соседству. Но уже через пару дней, отоспавшись и отъевшись бесконечными блинами, дает обет любить очередную невесту пока смерть не разлучит.
— За-ак! — Раздался в коридоре счастливый Анюсин вопль и Дик тяжело вздохнул.
Всё. Вот и кончилась его свободная жизнь. Теперь начнется муштра. И отказаться никак нельзя, вон как они здорово с дикарями расправляются!
Пленный маг, тоже правильно понявший причину радостного крика магички, презрительно выпрямился в своей прозрачной клетке. Наверное, представляет себя партизаном на допросе, ехидно хмыкнул Дик, и изумленно вытаращился на влетевшего в комнату вампира.
На рыжего болтуна было жалко смотреть. Незагорелое личико и раньше-то отличалось прозрачной белизной а теперь настолько побледнело, что казалось голубоватым. Губы тряслись, шерсть торчала дыбом. Он в панике мгновенно метнулся из угла в угол и наконец, заскочив за спину сидящего на лежанке Дика, съежился и затаился.
— Привет. — Кивнул Дику вошедший старик и с холодным любопытством уставился на запертых вампиром врагов.
Дикий колдун злобно смотрел на него, не опуская глаз, и что-то тихо шипел от ненависти. А воины не обратили никакого внимания. Один — потому что был без сознания, от раны, полученной ледяной сосулькой, он потерял много крови. Второй сидел на полу, опершись спиной о преграду и держал голову умирающего на коленях, с выражением тоскливой отрешенности на лице. Он долго умолял колдуна вылечить друга, но так и не дождался от союзника никакой помощи. Ну а уж от врагов-то не ждал ее и подавно.
— Крис! — Рассмотрев пленников, властно позвал старик и Дик, оглянувшись на дыру, зиявшую на месте двери, разинул от изумленья рот.
В комнату входил двойник старика, нежно держа за плечи веселую Анюсю.
А первый, которого звали Зак, уже повернулся к Дику и насмешливо сказал:
— Вылезай рыжий, я тебя видел.
Вампир простонал что-то невразумительное и, трясясь, выполз из-за иномирянина. Таким жалким как сейчас, он не был даже в тот момент, когда Дик его увидел впервые. Пройдя на дрожащих ножках несколько шажков, вампир вдруг рухнул на коленки и, закрыв личико ручками, тихо заскулил.
— Зак! — Бросилась к вампиру сердобольная Анюся, — Что ты с ним сделал?!
— Пока ничего. — Хмыкнул старик, — Ну а что потом сделаю… посмотрим на его поведение. Снимай свою защиту, рыжий!
И снова отвернулся к пленникам.
Колдун, услышав про защиту, пытался было поднять руку, но старик только покачал головой и он передумал.
А потом, после того как вампир одним движеньем рук сдернул невидимое покрывало, дикарь вообще закрыл глаза и начал оседать на пол, теряя сознание. Это Дику так показалось. А старик сказал:
— Спит.
И повернулся к двойнику.
— Крис посмотри того парня, сможешь здесь помочь, или к Тану понесем?
Двойник немедленно присел возле раненого и провел над ним руками. Немного погодя распахнул глаза и что-то зло бормотнул, глянув в сторону спящего мага.
— Крови он много потерял. Видишь, какая лужа. Хорошо еще лед в ране был, кровь свернулась, а то бы совсем истек. Я сосуды перекрыл, немного рану стянул. Остальное потом. Ему бы жизненной энергии добавить да снадобье дать. Потом можно и долечивать.
— Тогда бери его на руки и пошли. А ты, — он взглянул на ошеломленного воина, не ожидавшего, что маги сразу бросятся заботиться о раненом, — Потащишь вон его.
Старик указал на мага, и открыл портал.
Дик нехотя встал с лежанки, и вяло поплелся к ним. Ясно же, что его старик здесь не оставит.
— Сам не захочешь. — Насмешливо хмыкнул тот, подтверждая рассказы магички о том, что ее учитель слышит все мысли, и подтолкнул к порталу Анюсю. — Здесь все выходы завалены.
После Анюси пошел воин с магом на плече, затем двойник с раненым. После него, вопросительно глянув на старика, шустро засеменил вампир, а следом, уныло хмыкнув, шагнул Дик. И не успел еще понять, где оказался, как его кто-то сильно дернул за руку, убирая с дороги. Из портала тут же вышел маг и серый овал тихо растаял.
Двойник с раненым на руках шел впереди, через анфиладу безвкусно роскошных залов. А они все молча топали следом. Странное чувство пустоты и неправильности холодило где-то в районе солнечного сплетения. Не должны были все эти вычурно пышные залы быть такими пустынными.
Где-то посредине пути навстречу им выскочил тот кудрявый парень, что вылечил Дика. Анюся с радостным визгом бросилась к нему, и он на миг прижал к себе сестренку. Провел рукой по спутанным волосам и, отстранив, шагнул к старику, держащему в руках своего пациента. Махнул странным жестом в сторону раненого, затем этот жест воспроизвел и над магом.
Но ведь его-то лечить не нужно? Удивился Дик. Поймал изумленный взгляд воина, безропотно тащившего на горбу тучное тело спящего мага, и осознал, дело вовсе не в лечении. А в чем-то совершенно ином, но пока непонятном. Разумеется, объяснять ему никто ничего не торопился. И действительно, кто он для них? Очередной чужак, которого нужно со всей возможной выгодой использовать себе на пользу.
— Не стой, садись куда-нибудь, сейчас еду принесут. — Насмешливо фыркнув, предложил Дику старик и, пройдя в центр комнаты, застыл с прикрытыми глазами.
Дик огляделся. Ничего себе была комната, не бедная. Если все маги так живут, можно только позавидовать. Огромная, как половина школьного спортзала. Только круглая. Стройные колонны поддерживают высокий купол потолка, а между ними, под округлыми арками, блестят гранями толстого стекла широкие двери. Между дверями в нишах расставлены низкие диваны, заваленные подушками, а паркетный пол инкрустирован разноцветными кусочками дерева. И застлан яркими коврами, густо усыпанными зеленоватым мелким мусором, вроде сушеного укропа.
В углу, прямо на коврах, спят несколько мужчин различного возраста и комплекции. Среди них Дик сразу узнал поймавшего его Руфима. Он с краю лежал.
Воин небрежно свалил рядом с ними спящего мага и остановился в ожидании приказа.
— Посиди немного. Скоро твоему другу будет лучше, сможешь его забрать.
— Куда? — Помолчав несколько мгновений, покорно спросил воин, признавая себя побежденным.
И готовый, по существующей традиции, выполнить любую волю победителя. А как же иначе? Если не смог победить врага силой и ловкостью, значит, должен ему подчиниться. Такова участь наемника. Даже если прикажут встать в строй рядом с теми, против кого бился еще вчера, отказаться нельзя. За время войны, бывает, некоторые раз по десять из войска в войско перейдут, и везде друзей завести успеют.
Вот только о продвижении по службе такие вояки могут и не мечтать, это привилегия тех, кто бьётся до последнего.
И Зак это прекрасно знал. Потому и сказал вовсе не то, чего ожидал от него стиснувший губы боец.
— Ну, поскольку старшим у вас был маг, и это он завел вас в ловушку, ты себя предателем можешь не считать. Что ты задание не выполнил, не твоя вина. А я тебя отпускаю, иди куда хочешь. Где вы обосновались? В казармах? Вот туда и иди.
Воин пристально поглядел на вновь прикрывшего глаза старика и, постояв с подзвонок, отошел к дивану, на котором уже лежал его напарник. А рядом сидел кудрявый Тан и, сняв с раненого доспехи и рубаху, задумчиво водил руками над его покрытыми засохшей кровью ребрами.
Дик шлепнулся на ближайший диван и, подтащив под спину несколько подушек, облокотился на них. Хорошо! Но еще лучше было бы, если б нашлось место, где можно умыться. Ну и прочее.
— Комната гигиены направо от входа в этот зал. — Прозвучал в его мозгу насмешливый голос старика, и Дик даже вздрогнул от неожиданности.
А потом снова вспомнил Анюсины рассказы и разозлился. Вразвалку поднялся с дивана и, проходя мимо Зака, ехидно бросил:
— Спасибо!
— Пожалуйста! — Так же насмешливо хмыкнул тот, так и не открыв глаз.
Глава 8
Когда Дик вернулся в зал, Анюся сидела на диване, придвинув к себе заставленный едой столик и держала в руках огромную жареную ногу. Неизвестно чью. И сладострастно вгрызалась в румяное мясо.
Она приглашающе махнула земляку рукой, не в силах оторваться от завтрака.
Такое впечатление, что не ела неделю. Насмешливо подумал Дик, садясь к столу. И только теперь заметил, что их стало значительно меньше.
Куда-то исчез двойник, по имени Крис, да и лекаря тоже не видно. Нет и воинов.
Остался только Зак, который, выдвинув в центр зала диван, лежит на нем, подложив под голову кучу разномастных подушечек.
Да вампир Рыжик, скромно притулившийся в уголке дивана за спиной Анюси.
Дик сначала хотел спросить, куда это все подевались, но потом передумал. А какое ему, собственно, до этого дело?! Им же нет дела до его проблем! Парень передернул плечами и пододвинул к себе блюдо с едой. Есть хотелось еще с вечера, наверное, это признак выздоравливания. А спрашивать он их ни о чем не станет. Если нужно — сами все объяснят!
Анюся, наконец, наелась и откинулась на подушки. Чуть не придавив Рыжика. Он недовольно забурчал, отодвигаясь в сторону, девушка оглянулась, и начала было виновато извиняться. Как вдруг вскочила как ужаленная, и заорала на весь зал:
— ЗАК! Где мой хайти?
Дик так и подпрыгнул на месте. Вот же сумасшедшая!
— А я все жду, когда ты о нем вспомнишь! — Ядовито сообщил старик, не открывая глаз. — Вон, у окна корзинка. Тану скажи спасибо, он таскал! Я предлагал оставить в сарае!
— Лео! — Уже обнималась с котенком магиня. — Нехороший дядя Зак, хотел оставить малыша в сарае!
— В КАКОМ ЕЩЁ САРАЕ?! — Вникнув, наконец, в сказанное учителем, громко возмутилась она.
— Который у Руфима во дворе. Дом-то он сжег. Хорошо, хайти есть хотел, пищал, парни соседские успели коробку из огня вынести. А мы пришли прямо в костер.
Ни фига себе! Охнул Дик, представив себе эту картину.
— И как вы выбрались? — не выдержал он, поняв, что девицу, увлеченную кормлением прижатого к груди котенка, подробности пожара не интересуют.
— Я маг огня. — Старик встал с диванчика, подошел к столику и налил себе местный напиток. — Меня огонь не трогает. Но первым шел Крис, он маг воды. Сразу вызвал мощный ливень. А потом прибыл Тан, Он маг воздуха. Когда я вышел из портала, он уже держал над прибежавшими горожанами воздушный щит. Анюся! Иди, наконец, умойся, и найди себе местную одежду. Тут гарем за углом. Без женского платья я тебя дальше не возьму.
Так это все-таки не жилье магов, фыркнул про себя Дик. А какой-то дворец, к тому же с гаремом. Наверное, хана, или кого-то из его родственников. Главарь, помнится, говорил, что ему одного звона в ханском дворце хватит на безбедную жизнь себе и внукам. Хотя… врал, наверное. Не доживают обычно бандиты до внуков.
— А из гарема… меня потом выпустят? — Подозрительно прищурилась магиня.
— А какой ты маг огня, если тебя смогут не выпустить из гарема! — Ехидно фыркнул старик.
— Так ведь их же нельзя… — Засомневалась она.
— Разумеется, жечь людей нельзя! Но разве просто немного припугнуть ты не можешь? — Рассердился старик. — К тому же они всё равно все спят.
— Так бы сразу и сказал! — Обиделась Анюся и ушла, не выпуская из рук котенка.
— А откуда… вы знаете… что они все спят? — снова не выдержал Дик.
— Я их сам усыпил, чтоб не путались под ногами. Бой магов совсем не место для посторонних. А почему ты говоришь обо мне во множественном числе? — Присаживаясь на Анюсино место и, насмешливо поглядывая на парня, спросил маг.
— У нас так всегда говорят уважаемым людям. Или чужим. — Объяснил Дик.
— А у нас так не говорят. Посуди сам, если уважаешь человека, сказать ему, что он не один! Что, у него, раздвоение личности от твоего уважения началось? А уж сказать чужому человеку, что его много, это все равно, что загодя признаться в собственной слабости.
— Почему? — Не понял Дик.
— Ну как же? — Пояснил старик, — Ты первый раз видишь человека и говоришь ему, что по сравнению с тем, как ты осознаешь себя, его больше. Ты говоришь я, и вы. То есть ты один, а его несколько! Разве это не признание того, что он сильнее и значительнее тебя?!
— Я не задумывался. — Буркнул Дик. — Но могу и на ты.
— Постарайся. — Спокойно кивнул маг. — Тем более, что, по-моему, тебе с нами по пути.
— То есть… как это? Разве вы… ты не отправишь меня в академию?
— Академия это место, куда взрослые члены ковена поступают только осознанно и по желанию. Лишь одаренных детей мы забираем в обязательном порядке. Чтобы из них не получились дикие маги. Потому, что дикие — это угроза для мира. Заклинанья они изобретают сами, и иногда, не зная правильного пути, начинают пробовать методы, о которых услышали в страшных байках. Например, жертвоприношение, или кровь девочки, или еще что-то подобное. Да и в различных беспорядках всегда становятся на сторону авантюристов и заговорщиков.
Но детей ковен вовсе не отлучает от семей. Мы разрешаем родителям их навещать, или даже жить в деревеньке, что расположена неподалёку.
Единственное, что требуется от ученика мага — это не нарушать законы ковена. Каждый, кто вступил в ковен, с этого момента считается членом семьи и может попросить у ковена любую помощь. Но… не каждого в ковен берут. Если у человека есть способности, но плохие наклонности, ему перекрывают дар. Есть специальные методы. И тогда выше травника или гадалки ему не подняться.
Дик молча выслушал его и задумался. Ну да, этот маг просмотрел его мысли и прекрасно понимает, ему сейчас помощь ковена как нельзя кстати. Ежу понятно, что Тимку много лучше искать с таким магом, который легко в чужих головах роется. Соврать-то ему нельзя! Но вот после, если они Тимку найдут, как ему выкручиваться? Вдруг у Тимки способности к магии нет? И куда он тогда один пойдет?
— Дик, можно я тебе совет дам? — Сочувственно поглядев на парня, мягко спросил Зак.
— Какой? — Напрягся тот. Потом вздохнул и махнул рукой. — А! Все равно. Давай.
— Присоединяйся к нам, на это задание. Я за тебя поручусь. А мы по пути поможем отыскать твоего друга. А после, когда вернемся в Тордизанию, сами все решите. Поверь, в Агане или Тумастане вам не выжить. У тебя способности быстро развиваются, а здесь магов еле терпят. Только в Хадиркане с этим чуть получше и то, если какой неуч с амулетом на базаре пристанет, могут и прибить. Поверь мне, у меня здесь дед в такой ситуации погиб. Дикую магичку с детьми спасал. Она была слабым магом иллюзии и обманом детям на еду зарабатывала. Вот её и поймали. И потащили на костер. Дед портал открыл, их забросил, а сам не успел. Его в этот момент по голове ударили.
Дик отвел глаза от горькой складки, дернувшейся в уголке рта собеседника и тяжело вздохнул. Нужно было решаться, он это хорошо понимал. Все, чем он занимался в последний месяц, было ему сильно не по душе, и только мысль о том, что это нужно для спасения друга, поддерживала парня.
А то, что предлагает старик, намного правильнее, даже если он и обманет и за помощь придется заплатить свободой.
— Ладно. — Буркнул он, наконец. — Я согласен идти с вами. Что-то нужно еще, кроме согласия?! Клятву… или еще что?
— Ничего не нужно. — Пытаясь сдержать ухмылку, серьезно сказал Зак, поймавший четкую мысль парня о способе предоставления такой клятвы.
Что-то жуткое, типа разрезанных рук и алтаря с черными свечами. Нет, нужно срочно показать парню, что на самом деле из себя представляют маги ковена, иначе он точно попадет к дикарям, с таким-то представлением о магии.
— Совсем ничего? — Прищурился Дик. — А если я обману?
— Ну и обманывай. Это же твой выбор и твоя жизнь. Ну, и жизнь твоего друга. — Равнодушно хмыкнул Зак, наливая в бокал сок.
— Извини. — Сообразив, что ляпнул глупость, повинился Дик. — А как… ты думаешь… его можно найти?
— Кого? — Вихрем подлетевшая Анюся услышала окончание фразы.
— Похоже, ты ограбила не один сундук! — Глядя на ворох вещей в ее руках, саркастически хмыкнул Зак.
— Как смешно! — Дернула плечиком девица. — Ты думаешь, там есть, что грабить?
— В сундуках ханского гарема нечего взять? — Поразился старик. — Ну, Анюся, это уж ты совсем обнаглела!
— Смотри сам. — Магиня начала трясти перед ним яркими полупрозрачными тряпками, поблескивающими золотой вышивкой и драгоценными камушками. — И это самое скромное! Мне что, прикажешь, все время с файерболом в руке ходить?
— Да, — рассмотрев несколько платьев, согласился Зак. — Ты права. Ну, я рад, что моя ученица наконец-то начинает думать как маг, а не как взбалмошная девчонка.
— Спасибо за комплимент. Но его я к сожаленью, надеть не смогу!
— Если это и комплимент, то не тебе, а мне, за правильное воспитание! — Немедленно отбрил маг, — А вещи, наверное, и, правда, лучше искать в сундуках служанок. Но туда я сейчас повара пошлю. Ты из тех коридорчиков со своим умением запутываться в трех деревьях и до завтра не вернешься.
— Я и не собиралась туда идти! — Оскорбленно фыркнула Анюся и тут же вспомнила про случайно подслушанную фразу. — Так кого мы ищем?
— Друга Дика. — Спокойно ответил Зак. Они сюда вместе попали.
— Чё?! А разве так бывает? — Огромные черные глаза заметно округлились.
— До сих пор ни разу не было. — Качнул головой маг. — Но все когда-то случается впервые.
— А куда он делся? — Глаза девушки горели любопытством.
Дик промолчал. Если бы ему пришлось вернуться в тот день, он бы все сделал по-другому. И тогда, возможно, беды бы и не произошло.
Хотя… всё могло повернуться по-другому и много позднее. Это когда он уже шел искать Тимку в Ружан. Ему сильно не повезло, оказаться возле той забегаловки как раз в момент, когда десяток обозленных местных парней собирались проучить четверку наглых чужаков, соривших деньгами перед их девушками. Дик просто предупредил вожака шумной компании, что за оградой сидит засада. Не мог не предупредить, потому что считал нечестным нападать из-за угла, да еще и вдесятером на четверых. Самая подлюшная тактика.
Ну не мог же он знать, что все вовсе не так, как видится со стороны. Что девушки эти работают на хозяина заведения, и это он нанял парней отвадить наглых чужаков. Которые втихомолку подбивали красавиц уйти с ними. И что чужаки не такие уж безобидные богатенькие буратинки, а под одеждой увешаны кинжалами и кастетами. И вообще они даже не мирные путешественники, а бандиты на отдыхе.
Вот они и всыпали засадникам по первое число, выйдя из переулка им в тыл. Для чего четверке потребовалось лишь обманом ворваться в дом, оглушить хозяина и охранника и выйти через черный вход. А Дику еще повезло, что вовремя сбежал оттуда. Сидящий за узким окошком кассы хозяин видел, как он подходил к бандитам.
Через день Дик встретил их на дороге, и ему предложили присоединиться. Очень настойчиво предложили, отказаться было абсолютно невозможно. И они честно об этом сказали. Вовсе не нужно было рыцарям удачи, чтобы человек, хорошо запомнивший их физиономии, свободно разгуливал по городку.
А еще через несколько дней произошла стычка между двумя бандами, за удобный кусок дороги. И снова Дику то ли повезло, что не было у него еще права на оружие, то ли наоборот, не посчастливилось, оказаться в группе бандитов, вырвавшихся из окружения и ушедших в сторону перевала на Ай-Берек. Там они и остались, всей компанией присягнув местному главарю. Почти месяц новичка не брали с собой на дело, обучая сносно обращаться с холодным оружием. И только два дня назад главарь назначил его в так печально закончившуюся вылазку. Для бандитов печально. Со своим везеньем Дик пока не определился.
— Эй, Дик! Ну, чё ты молчишь-то?! — Вновь потеребила земляка магичка.
— Оставь его, не видишь, неприятно человеку про это говорить. — С мягкой укоризной остановил любопытную девицу маг.
— Ага, ты сам-то небось уже всё знаешь! — Тихонько и обиженно пробурчала его ученица, вновь подтягивая к себе вазу с засахаренными ломтиками неизвестных Дику фруктов.
А и действительно, обреченно вздохнул парень, что я теряю? Этот Зак все давно прочел в его голове, а с Анюсей мы земляки и вообще вместе в плену были. А, как известно, пережитые бедствия сближают людей значительно сильнее, чем праздники. И во много раз быстрее. Потому что именно в таких условиях сразу становится понятно, на что человек способен на самом деле, а не на словах.
— Да что рассказывать, все просто. Тимка мой старый друг. — Хмуро глядя в сторону, негромко начал рассказывать Дик. И жили мы в соседних домах и учились в одном классе. Даже за одной партой сидели. А потом я ушел в армию, а он в институт поступил. Ну и не встречались пару лет. И вдруг сталкиваюсь с ним на дискотеке. Он с девчонкой. Ничего так девочка, вроде нормальная. Пошутили, номера в телефоны забросили и разошлись.
Только через пару дней она звонить мне начала. Наверное, у Тимки номер выудила. А через неделю вечером, пришел он сам, злой, как тигр, поговорить зовет. Я на девятом живу, ближе всего на крышу, там лестница рядом с дверью.
Ну, мы и полезли. Я даже слово сказать не успел, как он меня по морде — хрясть! И гадом обзывает! Ну, я от обиды и врезал, как в армии научили! Он и покатился. Я следом бросился, успел за руку схватить. Только крыша была скользкая, после дождя, не удержал я его. Так вместе и полетели с высоты десятого. Помню, лишь одна мысль мелькнула, ну что нам стоило пойти на газончик разбираться!
Дик судорожно вздохнул, вновь переживая события того далекого дня. Схватил бокал с соком, выпил несколько жадных глотков. И так же тихо, не глядя на слушателей, продолжил рассказ.
— Что мы с крыши прямо на асфальт летим, я тогда и не думал. Наверное, даже не понял. Как вдруг вспыхнул вокруг нас такой яркий солнечный день, и мы шлепаемся на травку посреди какого-то поля. Невысоко так шлепнулись, как со стола.
Я, когда там оказался, подумал сначала, это рай. Потом понял, нет, что-то не так. Дома невдалеке, какие-то… непривычные, но не райские, это точно. И народ в странной одежде ходит. Я и говорю, давай Тим, уйдем подальше, а потом, как осмотримся, решим, что делать.
Только ему вдруг всё резко пофиг стало. Наверное, уразумел, что в этом мире, скорее всего его Маринки может вообще не быть. Обозлился он и потопал прямо к домам. А нас уже заметили, бегут.
Я и подумал, что лучше всего мне смыться. Чтобы, если с ним что плохое случится, было, кому дурака спасать. И рванул в лес. Полдня то бежал, то шел, пока не обогнул городок. Потом потихоньку, огородами, пробрался поближе. Одежду местную в каком-то дворе стащил, стираную. Натянул на себя прямо сырое, и пошел в город. Народ вокруг толпится, тарахтит. А что говорят — непонятно. Пришлось глухонемым прикинуться. Почти до вечера я потихоньку по улицам бродил, осматривался. Потом возле одного домика увидел бабку, огород копает. Весна у них как раз в разгаре была.
— Ты помнишь, какой это был город? — Не выдержала Анюся.
— Кахна. Самый юг Аганы. — Кивнул Дик и продолжил рассказ. — В общем, помог я ей. Бабка меня накормила и в сарайчик спать пустила. Я после этого у нее еще два дня жил. Пока весь огород не обработал. А потом она меня соседке передала. И еще подарила бутылочку с зельем. Я его вечером выпил, а утром уже начал понемногу язык понимать. Через неделю и говорить смог. Ну и расспросил осторожно про Тимку. Оказалось, его местный купец у того горожанина, на чьем поле поймали, выкупил. В работники. Только какой из Тимки работник, с ним дома как с цыпленком носились, даже пылесосить не заставляли. От силы мусор до мусоропровода донести. Я надеялся денег заработать и друга выкупить, но когда пришел к купцу, про цену договориться, узнал, что он Тимку уже в Ружан продал. Вот я и отправился в Ружан. Только не дошел, в банду попал.
Парень снова горько вздохнул и отвернулся к окну. Анюся немедленно присела рядом и тихонько погладила его по плечу.
— Не переживай ты так, Дик! Теперь все хорошо будет. Зак твоего друга найдет. Обязательно. Знаешь… из нашего мира все сюда так же попали. В последнюю секунду. И я… тоже. — Она тяжело вздохнула и замолчала.
Надежда на скорую встречу с другом робко шевельнулась в груди парня, но он постарался ей не поддаваться. Всем известно, бесплатный сыр до добра не доводит.
— Ну, ладно, — перебил его мысли спокойный голос старика, — С Диком мы решили. Отсюда заскочим в Кахну, посмотрим на того купца. А вот что с тобой, рыжий болтун, делать?
— А что, его разве нельзя в Ландию отправить? — удивленно вытаращилась Анюся.
— Спроси у него. — Насмешливо предложил Зак.
— Рыжик? — Оглянулась ученица на вжавшегося в уголок дивана вампира, — Хочешь в Ландию? В пещеры, к родичам?
— Господин! — Рыжий клубок молнией метнулся к магу и распластался у его ног. — Ты знаешь, что вампир, нарушивший закон, не может…
— Стоп! — Резко оборвал его Зак. — Или ты говоришь как человек, или немедленно отправляешься в пещеры. — Кстати, Анюся! Он не из Ландских вампиров. Ты же учила географию! Вспомни, где еще живут вампиры?
— У нас на севере. — Не задумываясь, сообщила девица.
Все что ее интересовало, она запоминала мгновенно. Вот и про вампиров, едва увидала в свитке знакомое изображение, немедля прочла все объяснения.
— Где, у нас?
— У нас, в Тордизании. В горах на северо-востоке. Почти у побережья.
— Вот оттуда и рыжий болтун. Его любовь к болтовне и подвела. Заговорился и не заметил, как попался в ловушку. Дикие маги очень неплохие деньги дают за вампиров. И, разумеется, находятся и охотники за этими деньгами. Или за вампирами, это одно и то же.
— А зачем они магам? — Не поняла Анюся.
— Из них лучшие тюремщики. Особенно для охраны узников, обладающих способностями. На них вампиры и кормятся.
— Но Зак… Они же не пьют человечью кровь?!
— Да-а?! А у тебя что, коровья? — Издевательски протянул маг, насмешливо рассматривая ученицу.
Вампир, сидевший у его ног, втянул голову в плечи и прикрыл кошачьи глазки.
— Но я ведь… Он же… умирал?!
— Вот и дикарь не кормил его до тех пор, пока рыжий не ослабел. — Кивнул Маг. — А потом насильно влил в рот немного крови своего пленника. Потом снова не кормил. И снова кровь слабого мага. И так много раз. Обычные вампиры свою магию собирают из крови животных, там она находится в очень малых дозах. А этого постепенно приучили к более насыщенной крови. Он стал… как это в вашем мире называется…
— Наркоманом? — Презрительно поглядывая на вампира, подсказал Дик.
— Вот именно. И когда мы с Тарином полтора года назад выследили башню дикого мага, то нашли в ней и этого вампира.
— А ты не рассказывал! — Обиженно буркнула Анюся.
— Тогда ты еще не была ученицей. — Едва заметно усмехнулся Зак и девушка слегка покраснела.
Ну да, тогда она еще была его сожительницей. И на задания мага смотрела только как на источник заработка. А уходил он на них по два-три раза за декаду. И иногда, едва отоспавшись после одного, уходил на другое. Впрочем, она тогда была и не против. Наоборот. Веселые посиделки с подружками были намного приятнее, чем насмешливая строгость сожителя.
Это теперь ей понятно, как неинтересно она тогда жила. Вместо настоящих увлекательных приключений был бессмысленный треп под медовуху, который и вспомнить-то поутру не удается.
— Так вот, — Невозмутимо продолжил Зак, — Дикаря мы тогда поймали, пленников освободили. А вампира заперли в башне и завалили входы. Убивать не за что, а жить с родичами он уже не сможет. Да и они не примут. По запаху и ауре поймут, что он нарушил главную заповедь.
— А как же Руфим узнал про эту башню? — Подозрительно уставился на старика сообразительный Дик.
— Наверное, он был в числе пленников. — Пожал плечами Зак. — Несколько способных дикарей вступили тогда в ковен. А построить портал в камеру, в которой провел несколько декад, даже для слабого мага не проблема.
— А почему… он тогда не узнал тебя? — засомневался иномирянин.
— А! — Хихикнула Анюся. — Ты думаешь, сейчас Зак похож на себя? Он теперь похож на Гистона!
— Это в настоящее время не важно! — Остановил маг уже готовый слететь с языка иномирца вопрос. — Нужно решить, что делать с рыжим болтуном.
— Вообще-то… — упрямо поджала губы Анюся, — Он нас выручил. Можно сказать — спас. И не нужно обзывать его рыжим болтуном. Он откликается на Рыжика.
— Да если б я не видел клетку, в которую рыжий запер дикого водника, он умер бы еще в той комнате! — Резко оборвал ее Зак. — За обман! Он ведь не знал еще, что придется вас спасать, когда выклянчивал кровь! Да и от водника не столько вас спасал, сколько себя. Знал, что дикий маг его либо сам использует как тюремщика, либо перепродаст коллеге!
Рыжий сжался в тугой комок, обхватил голову ручками и тонко всхлипнул.
— Зак… — Несчастно смотрели на мага огромные черные глаза, полные слез. — Ну, зачем ты так?! Ты не стал бы его убивать, я же тебя знаю! Ну, придумай ему наказание, такое, чтоб он мог питаться нормальной коровьей кровью, а мучить не нужно! Он и так там полтора года один сидел! Я-то уже на своей шкуре попробовала, каково это, хоть один день в камере просидеть!
— Ты сидела в тюрьме? Давно? — не выдержал Дик.
— Недавно. — Отмахнулась Анюся, не сводя с учителя умоляющего взгляда.
— Анна! — Поморщился он. — Я тебе уже говорил, не испытывай на мне эти методы! Ведь знаешь, что я не Крис, на меня не действует! А вот идею ты подала замечательную! Я ведь так и не отправил в академию сторожа. Эй, Рыжик! Будешь работать сторожем. В академии магов. Правила я тебе объясню, ключи дам. По утрам будешь ходить в деревню, кормиться на коровах. Там недалеко. Языком много не болтать, подчиняешься только директору и мне. Согласен?!
— О, господин! — Поднимаясь и распахивая желтые глаза, начал было патетичную речь Рыжий, но натолкнулся на острый насмешливый взгляд Зака и быстро кивнул — Согласен!
— Тогда посиди в уголке, скоро тут будет тесно. — Потерял к нему интерес маг.
— А за что тебя… в тюрьму сажали? — Не отставал от магички Дик.
— Не в тюрьму, а в башню! — Вздохнула она, услышав мысленный приказ Зака рассказать земляку правду. — Там комнатки такие же, как и в общаге, кровать, стол, санузел. Только магичить нельзя, башня от этого защищена. А за что… Ну… вообщем я одной дуре прическу спалила. Налысо. А законом запрещено… выяснять отношения с помощью магии. Вот и сидела, пока расследование шло.
— Ну и что, наказали? — В карих глазах парнишки светилось живое любопытство.
— Кого, меня? Прям! Зак разобрался! — Гордо фыркнула Анюся. — Она первая оскорблять начала! Теперь еще извиняться будет, как волосы отрастут! Сейчас она никуда из комнаты не выходит, ей подружки еду из столовой носят.
— Знаете, что? — Задумчиво спросил Зак, наблюдая, как в том месте, с которого ушли Крис с Таном, раскрывается овал портала, — ложитесь-ка поспать. А то к вечеру нам снова в путь.
— Мы здесь мешаем? — Догадался Дик, вставая с дивана. — Куда идти?
— Нет, не мешаете. — Качнул головой маг. — Просто вам будет неинтересно.
— Мне — интересно. — Демонстративно облокотилась на подушки Анюся. — Я спать не хочу!
— Можно и мне остаться? — Вежливо спросил иномирянин, с жадным любопытством рассматривая выходящих из портала людей.
— Как хочешь! — Безразлично хмыкнул Зак, уже направляясь навстречу пришедшим.
— Только другой диван займи! — Махнула рукой девушка, — Тут нас и так трое!
Дик кинул иронический взгляд на устроившегося поближе к защитнице вампира и спящего у нее под боком котенка и, прихватив со столика вазу с фруктами, ушел на соседний диван. Можно подумать, он собирался сидеть рядом с ними! Очень нужно!
— Дик! Вставай! Мы уходим! — Пробивался в сонное сознание чей-то настойчивый голос.
Черт, и кого еще принесло в такую рань! Чуть приоткрыв глаза и разглядев полусумрачное небо за огромным, до пола окном, вздохнул Дик. И вдруг вспомнил, у него в комнате такого окна никогда не было, значит, он не дома, и чужой мир вовсе не сон, а жестокая реальность. С бандитами, работорговцами, и магами всех мастей. От злобных диких, до организованных в загадочный ковен.
Мотнул головой, прогоняя сон, и сел, оглядываясь. Всё тот же огромный круглый зал, только окна теперь заливает закатный мягкий свет, а не жаркие солнечные лучи, запомнившиеся ему. И никого, кроме троицы, привезшей его в Ай-Берек, уже нет. Видимо, всё уже закончилось.
В работе прибывших сюда магов и в самом деле было мало интересного. Дикарей пробуждали по одному, и Зак читал их сознанье, вынося безоговорочный вердикт. А потом их куда-то отправляли порталом. Затем начали приводить местных боссов и процедура повторилась. Один из пришедших порталом, немолодой мужчина с глазами мудрой кобры, оказался начальником службы безопасности шаха Аганы. И многие допрашиваемые, завидев его, сразу бледнели и впадали в панику. Похоже, его репутация была на должной высоте.
— Иди, умойся, да выпей горячего взвару! Сразу проснешься! — Дружески предложил кудрявый парень, спасший Дика.
Откуда он взялся, иномирец так и не понял, с пришедшими через портал магами его вроде не было. Но совету внял, и вскоре, вполне проснувшийся, сидел рядом с Анюсей, уже переодетой в простое аганское платье и с удовольствием запивал горячим взваром сочные мясные пирожки.
— Оденешь вот это! — Старик положил рядом с Диком простой с виду, невзрачный камушек на крепкой бечевке. — Этот амулет поможет тебе скрыть ауру. И понимать другие языки. Защиту от магии и оружия на тебя поставили, но всё же, вперед меня никуда не суйся. Павшие герои нам не нужны! Ну, все готовы?
Зак отошел в сторону и махнул рукой, открывая портал.
— Идешь за мной. Как выйдешь, быстро отходи в сторону! — Кудрявый Тан подхватил пару плотно набитых дорожных сумок и, сунув одну из них Дику, направился к начавшему темнеть серому овалу.
Анюся, крепко прижимая к груди корзинку с котенком, уже стояла наготове.
Подойдя ближе, встречные корабли внезапно разделились. Первый продолжал быстро идти вперед, по морскому закону намереваясь оставить встречное судно за левым бортом, а второй внезапно свернул наперерез торговцу. И сразу стало ясно, что этот маневр отлично отработан и имеет целый ряд тактических преимуществ. Торговец не мог теперь безнаказанно свернуть ни вправо, ни влево, в любом случае сталкиваясь с пиратом. Можно было развернуться назад, но на этот разворот не хватало времени. И места. Можно было попробовать проскользнуть между врагами, но скорости торговца явно не хватало. Хотя он уже прибавил парусов и летел в усиливающихся порывах ветра на максимально доступной ему скорости.
И тут первый пират тоже повернул влево, идя почти навстречу торговцу. Клещи сжимались. Капитан торговца побледнел и затравлено оглянулся на стоящего сзади мага. Но тот только внимательно следил за противником, не предпринимая никаких ответных действий. И только когда над пиратским кораблем взвилась алая полоска, означающая приказ остановиться, а по палубе забегали вооруженные матросы, занимая свои места, свирепо рявкнул на рулевого:
— Лево руля!
И тот, даже не поняв, кто отдал команду, резко крутнул руль. Парусник легко повернул и понесся прямо на сворачивающее к нему пиратское судно. С палубы раздался хор испуганных голосов. Некоторые особо трусливые матросы ринулись к шлюпке.
— Еще Лево! — Скомандовал Гистон и капитан, увидавший вдруг слабую возможность спасения, подтвердил эту команду.
Но на самом деле, до настоящего спасения было пока далеко. Пират, до этого маневра торговца забиравший влево, резко сменил курс, пытаясь догнать ускользающую добычу. И тогда второй маг, стоящий на корме у левого борта, что-то резко бросил из пустых рук в корабль захватчиков.
Несколько долгих подзвонков казалось, что у него ничего не вышло. Однако, вскоре стало видно, что пират начинает отставать, а на борту у него творится что-то невообразимое. Капитан, не отводивший глаз от увеличительной трубки, внезапно побледнел и сделал оберегающий знак великих богов.
Гистон отобрал у него трубу, посмотрел и довольно хмыкнул. Теперь пиратам долго будет не до них. Брошенное магистром — природником заклинание быстрого роста пробудило во всех деревянных частях судна давно высохшие сучки и почки. И теперь пиратское судно быстро превращалось в густое сплетение ветвей, а подводная часть обзавелась пышными корнями. Хорошо, что у пиратов есть второе судно, которое уже мчится на выброшенный бандитами призыв о помощи. Иначе им вскоре будет негде сидеть, кроме как на ветвях, поблескивающих свежей зеленью молодых листочков. А торговец, выправив курс, спешно удалялся от места своей несостоявшейся гибели.
Впрочем, все более свирепые порывы урагана, сорвавшие один из малых парусов и утащившие его в серый водоворот, к особой эйфории не располагали. Похоже, самое серьезное испытание было у корабля впереди.
Глава 9
— Десять корзин рыбы! — С горечью бормотал Дик, шагая почти в полной темноте по узкой улочке Кахны.
Если учесть, что на местном базарчике десять корзин можно было сторговать за полсотни медных монет, то на Ружанском побережье они стоили раза в три дешевле. То-есть, чертов обманщик обменял Тимку не на десять корзин рыбы, а на семнадцать медяков! А ему, Дику, сказал, что продал за десять серебряных! И еще смотрел так мерзко, свысока!
Вовсе не так, как сегодня, когда с ним разговаривал Зак. Если честно, после этого разговора Дик был даже не против вступить в ковен!
Когда вечером, почти перед закрытием лавки, Зак настежь распахнул ногой дверь, купчишка сразу понял, что пришел не простой покупатель. Глаза торговца засветились почтением, рот растянулся в угодливую улыбочку, пухлые ручки быстро зашаркали по прилавку пропахшей рыбой тряпкой.
А Зак хмуро посмотрел на него и ледяным голосом сказал:
— Как расплачиваться будешь за продажу свободного тордизанского гражданина?!
И вот тут-то Дик и увидел, как купец испугался! Не просто испугался, а просто до смерти испугался. Так, будто уже видал у горла нож. Побелел до синевы, глаза ввалились, а руки вцепились в тряпку столь судорожно, что под ногтями затрещала просоленная ткань. И вдруг рухнул на колени и, стуча зубами, попытался что-то пролепетать.
— Десять золотых, немедленно! — С отвращением поджав губы, процедил маг.
Дик думал, что купец начнет спорить, торговаться. Ничуть не бывало. С выражением чрезвычайного счастья на лице, мужик метнулся куда-то вглубь дома.
Только мы его и видели! Скептически фыркнул иномирянин, твердо уверенный, что купец уже удирает от них через огороды.
Зак, пообещавший читать мысли попутчиков только в экстремальных ситуациях, лишь покрепче стиснул зубы, чтоб не захихикать. Никуда купец не побежит. От счастья, что у него есть деньги на требуемый выкуп, чуть не на крыльях несётся к сараю, под стенкой которого закопал свой золотой запас. Кстати, там еще останется в три раза больше чем Зак потребовал, маги даже у нарушителей закона последнего не отбирают. Если, разумеется, те не совсем негодяи.
И действительно, минут через пятнадцать по земному времени, Дик увидел вбегающего в лавку хозяина с тяжелым шелковым мешочком в руках. Каковой и был с почтительнейшим поклоном вручен суровому магу.
— Второе. — Так же холодно заявил тот, небрежно сунув деньги в карман.
— Слушаю, господин. — Покорно склонился торговец.
— Рыбу с завтрашнего дня ты берешь у другого торговца.
— Понятно, господин.
— Третье. Каждое утро твой слуга будет носить свежие продукты старой Файруле. Она живет неподалеку от дома стражника Абдалабека. И учти, женщина ест не одну рыбу!
— Понял господин! У нее будет все лучшее!
— И у тебя было бы все лучшее, если б ты догадался несколько дней хорошо заботиться о парнишке! — Подковырнул его маг и, не прощаясь, вышел из магазина.
Дик выходил последним, и видел, что хозяин так и не отважился поднять смиренно опущенную голову.
Зато теперь на всю жизнь запомнит, как невыгодно наживаться на чужих страданиях.
— Вот её домик. — Указав на маленькую мазанку, сообщил парень Заку.
— Пойдем, она не спит. — Маг вежливо постучал в потрескавшуюся от времени ставню.
— Кто такие? — Прикрывая рот концом обмотанного вокруг головы старенького платка, испуганно спросила пожилая женщина.
— Путники из Тордизании. Можно войти на пару подзвонков?
— Ох, деточки, да заходите. Только у меня даже стульев нет!
— Мы можем по агански. — Успокоил ее Зак и, пригнувшись, шагнул в низкую комнатку. Легко щелкнул пальцами и на его легких туфлях возникли толстые белоснежные носки. Вызывающе высвечивая в полутьме комнатушки этой белизной, прошел к постеленному в переднем углу старенькому ковру и сел на него, поджав под себя ноги.
— А нам? — Возмущенно протянула Анюся и вдруг заметила, что носки появились на всех.
Довольно хмыкнула и следом за Таном плюхнулась на ковер. Последним возле магов осторожно притулился Дик.
Женщина вынесла из-за занавески знакомый Дику кувшин с взваром и три старенькие пиалы.
— Девушка после попьет. — Виновато развела руками. — У меня гостей не бывает!
Дик следил, как маг медленно, со вкусом пьет водянистый взвар, и недоумевал. Ну что не сказать сразу, зачем пришли, нет, тянут время, чаи гоняют!
Но вслух произнести ничего не решился, по довольному виду Файруле-апы было понятно, что такое знание аганского этикета старухе очень приятно.
— Прости нас, апа, за беспокойство, но мы очень торопимся, потому и пришли в неурочное время. — Вежливо склонил голову Зак. — Весной ты помогла вот этому парню, и мы принесли свою благодарность. Будут ли у тебя пожелания? Я могу исполнить любое. Хочешь новый дом? Служанку? Ковры? Посуду? Продукты тебе с завтрашнего дня будут приносить, мы уже договорились. Что еще? Не стесняйся, говори.
— Сыночек, так он же всё отработал! — Растерялась старушка. — Весь огород мне вскопал! И рядки сделал, и семена посадил! Ничего не нужно! И продукты не надо, у меня все свое растет!
— Продуктами купец свой черный долг отдавать будет, поэтому бери все лучшее, не отказывайся! — Предупредил маг, и женщина потрясенно охнула.
— А тебя мы подлечим. — Он подал женщине подушку и она легко села на неё, ловко подвернув под себя ноги.
Анюсе даже позавидовала, глядя, как удобно сидит старуха. Она-то уже успела ногу отсидеть, хотя и подвернула только одну.
Через несколько подзвонков, удобно уложив спящую женщину на подушки и плотно закрыв за собой дверь, компания топала на другой конец города.
— Теперь куда? — закинув за спину странно легкую суму, поинтересовался Дик.
— Этого парня тут два раза продали. — Коротко объяснил Зак.
— Совсем аганцы обнаглели! Надо с ними построже! — возмутился Танио.
— Так сейчас и сделаем. Этот его поймал и купцу за долг в двадцать медяков отдал.
— Скотина. — Вынесла вердикт Анюся. — Можно, я по нему жахну?
— Ну а что толку? Вон учись лучше у Зака, как наказывать надо! — Наставительно поднял палец кудрявый лекарь.
— Пришли. — Объявил Зак и решительно врезал кулаком по двери.
Этот аганец понял всё сразу. Едва приоткрыл дверь. Видно, скребла его нечистая совесть, раз рухнул ничком, лишь только увидав лица спокойно стоящих во дворе людей.
И жена его, выкатившая круглый живот из двери, ведущей на женскую половину, тоже всё сразу поняла. Побелела, закатила глаза и начала валиться в обморок.
Дик даже охнуть не успел, как кудрявый Тан оттолкнул Зака и махнул рукой в ее сторону. А потом поднял руки, словно бережно держал на них что-то невидимое.
И женщина, замедлив падение, мягко повисла в полуметре от пола на невидимом гамаке.
— Вставай, подними свою жену! — Приказал Зак хозяину и тот, неуверенно приподняв голову, непонимающе уставился на мага.
— Долго ты тут лежать будешь? — Прикрикнул тот. — Иди, отнеси женщину в дом, твое счастье, что она ребенка ждет!
Аганец, еще не веря, что остался жив, шустро вскочил и, подхватив с невидимого ложа почти невесомое тело, бегом унес в распахнутую дверь, из которой с любопытством и ужасом выглядывали черные глазенки двоих детей.
— Иди сюда! — Поманил того, что постарше, Зак, входя в комнату.
Дик невольно отметил про себя, что белых носок на их обуви в этот раз не появилось, и садится никто тоже не стал.
Маг достал из кармана две неизвестно откуда взявшиеся конфеты, отдал малышу, наказав поделиться с братом, и отправил детей в спальню.
Вернувшийся хозяин, виновато опустив голову, безропотно ждал приговора.
Зак, читавший в его сознании, как в раскрытой книге, досадливо поморщился. Ну что можно сделать с людьми, которых жизнь сунула в такую отчаянную бедность, что за возможность получить несколько медяков они готовы походя лишить свободы незнакомого человека. Причем, отлично зная, что за это придется отвечать, что есть закон, не дающий в обиду тордизанцев.
И все равно наивно надеются, что маги про их проступок не проведают.
А у Зака сурово наказать этого дурака даже рука не поднимается, живет честным трудом, еле концы с концами сводит, и детей трое, старший, мальчишка десяти лет, уже в учениках у гончара ходит. Так еще и четвертый на подходе! Как только Тан успел её поймать, пришлось бы сейчас лечить!
— Вот тебе деньги. — Доставая две золотые монеты, решил, наконец, проблему маг. — На одну купишь новые вещи бабушке Файруле, ты её знаешь. Ковры, одеяла, посуду, одежду. Всё лучшее! На вторую купишь доски, черепицу, стекло и все прочее, что нужно для хорошего ремонта. Остальное возьмешь за работу. Пока ты приводишь в порядок ее дом, старушка будет жить у вас. И учти, я проверю, как ты исполнишь этот долг. Если хоть медяк лишний возьмешь, пеняй на себя.
Аганец снова рухнул на пол и попытался облизать Заку обувь. Но тот лишь брезгливо шевельнул пальцем и невидимая стена не подпустила к нему обезумевшего от радости мужика.
— Да не забудь спросить, за что она все это получает! — Насмешливо бросил маг, открывая портал прямо в углу комнаты.
Через несколько мгновений вся компания стояла в чистеньком холле, слабо освещенном масляным светильником, прислушиваясь к порывистым завываниям ветра за окнами.
— Ничего себе тут погодка! — Передернул плечами Тан. — Ну, что теперь делать будем?
— Отдыхать. В рыбацкий поселок, куда продали Тима, у меня привязки нет. Придется утром на повозке ехать. — Лаконично пояснил Зак, устало потирая лоб.
Выспаться днем не удалось, а ночка была еще та.
— Добрый вечер, господа! — Затараторил, показавшись на верхней площадке лестницы, круглолицый человек в ночных шлепанцах. — Поднимайтесь сюда, комнаты вам готовы! Ужинать будете?
— Зак. — Тихонько прошипела Анюся. — Не вздумай отказаться! У меня в животе только бабкина водичка булькает!
— Немного перекусим. — Кивнул хозяину маг.
Лучше не лишать Анюсю ужина, неизвестно, сколько еще вместе путешествовать. Она же потом долго не упустит случая попрекнуть за недополученное питание.
— Тогда располагайтесь и умывайтесь, а я пойду, распоряжусь. Вам прямо в комнату принесут. — Засуетился круглолицый и умчался вниз.
— Это, что, гостиница? Как селимся? — Рассматривая комнаты, буркнула Анюся.
Им выделили три комнаты, две небольших, и одну просторную, с двумя низкими широкими диванами в местном стиле и круглым столом посредине.
— Мы с Таном тут, — Заходя в большую комнату, объявил старик, — А вы занимайте вон те.
Магичка быстро оббежала предложенные спальни и выбрала ту, где на стене висело большое зеркало в резной раме.
Кто бы сомневался! Хмыкнул Дик, входя во вторую комнатку и осматриваясь. Низкая кровать с цветным покрывалом и кучей подушек, сундук в углу и маленький столик. Да дверка в крошечную умывальную. Чистое полотенце на крюке, отлично. Жаль, свежей рубашки не хватает.
— Дик! — Заглянул в комнату Тан, — Возьми там в сундуке чистые вещи!
Что, тоже мысли подслушивает? Сердито засопел парень, открывая крышку. Выбрал тонкую светлую аганскую одежду, похожую на костюм каратеиста, и пошел умываться.
Ужинали в спальне Зака. Подвинули стол к дивану, и удобно разместились. Первые куски жевали молча, не до разговоров, все устали и проголодались.
Но потом всё же не выдержал Танио.
— Не понял я, с чего ты начал ему деньги давать. Нет, что там нищета, я заметил, ну так в Агане таких много.
— Знаешь, — допив взвар, пробормотал сконфужено Зак, — я сам от себя не ожидал. Просто… когда копался в его голове… приятного, надо сказать, мало… он ведь думал, что я его убивать буду… и был к этому готов. Только детей жалел… особенно того… не родившегося. А потом я вспомнил… Тала рассказывала одну книжку… священник накормил бродягу… а тот его обокрал… и сбежал… и вот этот священник его догоняет и бродяга ждет… что все, тюрьма… палач… а старик ему ложки протягивает… — ты, говорит, это взять забыл. Я тогда с Талой спорил… что так неправильно… а сегодня подумал… может это единственный путь… из него человека сделать. И еще старушка… она ведь очень одинока… а там дети…
Ну, скажите, что я дурак! Я сам так думаю! Только… ничего лучше… в тот момент в голову не пришло.
Шторм усиливался с каждым звоном. Давно было непонятно, утро сейчас или вечер, такие низкие черные тучи неистово неслись по небу. И вода была такая же темная и буйная, огромными волнами нависавшая над летевшим в неизвестность корабликом. На нем давно не было парусов и половины мачт, все выиграл в нечестной игре шторм. И жадно утащил в исполинских лапах.
Борта почти потерявшего управление судна беспрестанно трещали под тяжелыми ударами волн, матросы выбивались из сил, выполняя бесполезные приказы капитана. Маги, спустившись в трюм, пытались зарастить открывшуюся старую пробоину. Хозяин судна пожалел денег на хороший ремонт, понадеявшись на везение и опыт капитана, а жидкая заплатка в решительный момент подвела, развалившись от мощных ударов волн. Несколько матросов лихорадочно работали рядом с пассажирами, откачивая воду и перетаскивая подальше от дыры наиболее ценные товары.
Здесь, в мокрой тесноте, освещенной лишь подвешенным Хабером светлячком, было еще страшнее, чем наверху. Борта так сильно накренялись, что каждый раз казался последним. Вот, еще чуть-чуть, и дно станет потолком, и уже никто не сможет им помочь выбраться из этого трюма. Потом на миг судно выравнивалось, сердце делало удар, и дно начинало стремительно уходить в другую сторону.
Пробоина медленно затягивалась, тугие побеги сплетались так тесно, что не оставляли воде ни малейшей щелки, и казалось, победа уже близка, когда раздался страшный удар и треск ломающихся досок. Матросы, старавшиеся держаться поближе к трапу, ринулись наверх, пиная и отталкивая друг друга.
Когда магам, с трудом прорвавшимся сквозь тугие струи хлеставшей навстречу воды, удалось выбраться из трюма, судно тонуло. Ударами волн разбило один из бортов и корабль так наклонился, глотая воду, что даже несведущему в морском деле Хаберу стало ясно, долго он не продержится. А Гистон, мгновенно оглядевший цепким взглядом палубу, заметил другую, не менее печальную новость. Никого из команды на судне не было. Как и спасательных шлюпок.
Глуп тот, кто полагает, что хотя бы в шторм рабам Джусуфа, хозяина пяти больших рыбачьих шлюпок и большого куска побережья возле тихой бухточки, разрешат отдохнуть.
А кто тогда будет развешивать под навесом тяжелые, пахнущие водорослями и рыбой сети?! Кто, сидя на корточках в продуваемом темном углу хлипкого сарая станет чинить многочисленные дыры в древних сетях? Кто пойдет копать новую яму для рыбы?! Старая совсем оплыла и завонялась. Все знают, без ямы, наполненной свежей водой, рыба на жаре портится за пару звонов.
И неважно, что порывы ветра вырывают из рук сети и сдирают с тощих тел рваные лохмотья.
Рабы не люди, им жаловаться не положено.
Но когда шторм разбушевался не на шутку, работа нашлась и наемным рыбакам. Всех пригнал хозяин на берег, когда волны стали доставать до вытащенных на песок лодок. Еще немного и подхватит взбешённая вода хлипкие посудины и либо разобьет о берег, либо унесет в море. Во всех случаях убыток. А убытков Джусуф очень не любил.
Конечно, следовало еще два дня назад, когда шторм только намечался, приказать завести лодки в выкопанную в трехстах локтях от берега стоянку, соединенную с морем узким каналом. Но рыбаки вернулись в тот день с ловли поздно, и нужно было срочно переработать и отправить всю добычу. А разбушуется шторм или пройдет стороной… разве угадаешь?!
Тяжелая, уже до половины залитая водой шлюпка никак не хотела входить в тесный канал. Казалось, вот, еще немного и худые руки стоящих по пояс в воде людей, втолкнут ее в наполненное взбаламученной, пенной водой русло. Но едва отступала буйная волна, как вода, насильно загнанная в канал, бросалась за ней, подхватывая и лодку. А потом снова налетал сзади соленый холодный вал и разворачивал лодку боком, заставляя людей спешно отскакивать в стороны. Джусуф сорвал голос, пытаясь перекричать рев моря, и окончательно озверел, наблюдая бесполезные попытки работников спасти ценное имущество. Он раздавал удары плетью не жалея ни собственных рук, ни чужих спин, но делу это помогало мало.
Все довершила огромная волна, подхватившая лодку вместе с облепившими её людишками и бросившая на пару десятков локтей вперед. Ломая доски бортов и человечьи кости.
Оставшиеся в живых, услышав приглушенные воем урагана крики и стоны потерпевших, на миг потрясенно застыли, забыв про струящиеся по ним потоки соленой воды. А затем, с неизвестно откуда взявшимся проворством, не обращая внимания на усталость и холодную мокрую одежду, бросились вытаскивать искалеченных товарищей.
Несколько поломанных рук и ног, помятые ребра и рваные раны — могло быть и хуже.
Старшина артели, не обращая больше внимания на визг хозяина, хмуро приказал быстрее нести раненых под навес, туда, где обычно спали на рваных сетях рабы. А когда рассвирепевший Джусуф замахнулся на него плетью, легко вырвал из его руки символ власти и сломал о колено.
Самого быстроногого парнишку отправили к рыбацким баракам, стоящим в ложбинке за густыми кустами, и вскоре оттуда прибежали женщины во главе с Мизой, женой старосты. Она принесла корзинку с травами и снадобьями, и немедленно начала промывать, шить, вправлять. Женщины развели огонь в крошечной печурке, варили по ее указаниям целебный отвар, помогали поить и перевязывать раненых.
Сначала, по традиции, травница занималась тяжелыми, выделяя при этом своих. За то ей и доля от артели идет, чтоб не дала рыбакам погибнуть раньше положенного богами срока.
Потому и взялась за покрытого синяками и шрамами светловолосого парнишку-раба лишь после того, как подлатала двоих артельных. И тихо охнула, разглядев разливающуюся по лицу синеватую бледность и тяжелое, с посвистом дыханье.
Ох, великие боги, ну за что его-то? Ведь совсем еще мальчик! Тяжело вздохнула, прося у великих богов прощение за вмешательство в их замыслы. Затем устроила парня поудобнее, спрятала под низко надвинутым платком сосредоточенный взор, положила на худые ребра мозолистые руки. И затихла, уйдя в видимый только ей мир призрачных цветных волн и потоков.
Джусуф, притопавший под навес, чтобы выдать бездельникам работу, сразу заметил отрешенно застывшую над самым никчемным рабом травницу, и злорадно прищурился.
Так-так!
Теперь ему есть чем прижать хвост слишком дерзкому старосте.
Больше не посмеет ломать хозяйские плети! Да и оплату можно им убавить, ему же теперь придется потратиться на починку лодок. Или выгоднее сразу новые купить?
— Эй, вы, чего расселись, отродье дьявола! — Зло заорал он, махнув обломком плети. — Быстро начинайте сети чинить, бездельники прожорливые!
— А кто ты такой, чтобы тут командовать? — Холодный как лед, презрительный голос неожиданно раздался в его голове и Джусуф изумленно оглянулся, поглядеть на смельчака.
Но рядом никого не было, да и не осмелились бы работники так разговаривать с хозяином.
— Так ведь ты тут больше не хозяин. — Насмешливо сообщил презрительный голос.
Теперь Джусуф точно знал, голос раздается прямо в голове. Неизвестный демон, поселившийся в его мозгу, поначалу так напугал торгаша, что он даже покачнулся. И только всепоглощающая жадность привела Джусуфа в чувство. Заявление незнакомца о том, что он теперь тут не хозяин, вызвало просто звериное бешенство.
Это он-то, работавший как проклятый, чтобы купить вначале одну лодку, и крошечный кусок каменистого пляжа под причал, а потом столько сил и времени потративший, чтобы расширить дело, больше здесь не хозяин? Да кто осмелится сказать ему это в лицо? Наверное, только тот, кому надоела данная великими богами жизнь!
— Я. Я это сказал, и еще повторю. — Насмешливо и уверенно произнес невидимый демон, заставив торговца в ярости хлестнуть плеткой по тому месту, где водворился наглец.
Уй-о-уу! — взвыл от резкой боли Джусуф, и, не обращая внимания на потрясенно вытаращившихся на него рыбаков, рухнул коленями прямо в грязь, хватаясь руками за опалившую огнем полоску на затылке.
И как только эти дети шайтана умудряются молча терпеть его удары? — С ненавистью подумал он, подняв взгляд, и обнаружил, что никто из работников уже не интересуется его бесценной персоной.
Все изумленно наблюдают за бешено влетевшими на свободное от сетей место лошадьми, запряженными в аганскую повозку. Да за выскочившими из неё незнакомыми людьми, которые, не обращая ни на рыбаков, ни на хозяина никакого внимания, дружно ринулись в тот угол, где лежал белобрысый раб.
Двое, старик и кудрявый парень сразу рухнули перед ним на колени, протянули руки к покрытому синяками худому телу. Еще двое, крепыш тордизанец, и худенькая глазастая аганка с корзинкой в руках, застыли рядом, с болью и состраданием рассматривая просвечивающие сквозь рванье вспухшие и почерневшие следы плетки.
Начиная смутно подозревать, что его ждут большие неприятности, Джусуф попытался незаметно отползти за навес.
— Сиди смирно! — Зло рявкнул в голове уже знакомый голос и торгаша пронзила нестерпимая боль.
Она длилась всего мгновенье, но нарушать приказ он больше не посмел.
Старшина рыбаков, заметивший паскудный взгляд хозяина, когда Миза начала лечить парнишку, наконец, расслабился и облегченно вздохнул. Похоже, эта гадина теперь уже не сможет причинить им с женой особых неприятностей.
— Зак, — шептал Дик, глотая слезы, невольно брызнувшие при виде того, что стало с Тимкой. — Вы же его вылечите, правда?
— Анюся, уведи его. — Тихо рыкнул Тан, бережно отстраняя дикую магичку, успешно маскирующуюся под травницу. — Не нужно Заку мешать.
— Дик. — Мягко потянула парня за рукав сочувствующе вздохнувшая магиня. — Идем, посидим в повозке! Все равно его Тан сейчас туда принесет.
— Сволочи. Фашисты! — С ненавистью рычал Дик, неохотно топая за ней. — Кто его так? Убью гада!
— Наверное, вон тот! — Не вовремя догадалась девица, кивнув на сидящего в луже испуганного мужика в дорогой промокшей одежде.
Рядом с ним валялась плеть со сломанной рукоятью.
В три прыжка Дик оказался возле этого интернационального оружия негодяев.
А в следующее мгновенье несколько резких, обжигающих ударов обрушилось на голову и плечи торгаша.
Зак сердито скосил глаза на пронзительный визг, перекрывший вой ветра, и рука Дика, поднятая для очередного удара, застыла на взлете.
— Выбрось плетку и больше так никогда не делай! — Рявкнул в голове Дика голос старика.
Парень c досадой выпустил из руки обломок рукоятки, и в мышцы медленно вернулась гибкость. Смачно плюнув в перекошенную от боли и страха упитанную рожу, Дик отвернулся и решительно зашагал к повозке. Его колотило как от простуды, даже зубы застучали.
— Выпей. — Анюся поднесла к его губам крошечную стопку.
— Это что?
— Снадобье. Зак велел. Да не бойся, оно безобидное, хочешь, лизну?
Почему-то Дику не захотелось, чтобы она лизала из его стопки и он одним махом влил в себя кисловатый настой, приятно пахнущий незнакомой травой.
— А покрепче… ничего нет?
— Маги редко пьют что покрепче, а уж на задание такого точно не берут. — Авторитетно заявила девица. — Небольшое изменение точности при постановке задачи и оценки потребной силы может привести к масштабному неконтролируемому последствию.
— Ты сама хоть поняла, что сказала? — Вытаращился Дик.
— Если по-русски, — вздохнула Анюся, — Магия с выпивкой не сочетаются. Я, когда в ученицы поступила, даже зелье пила. Против алкоголя. Теперь и не вспоминаю.
— Пойдем, нас Зак зовет. — Вдруг решительно подхватила она корзинку. — Порталом уходим.
Зак действительно уже открывал портал, а Танио держал на руках завернутого в его куртку Тимку.
— Входите. — Кивнул старик, и они быстро шагнули в серый овал, выходя уже в уютную чистоту вчерашней гостиницы.
Глава 10
Тан объяснил еще за завтраком, что эта гостиница не для всех, а только для магов. Несколько лет назад ковен купил в Харшаде просторный двухэтажный дом и отдал лекарю Жуниму первый этаж под жилье и лечебницу, а за это тот обязался поддерживать в порядке комнаты для магов. И исполнять различные мелкие поручения.
— О Боги, кто его так?! — Одетая в тордизанское платье дама взволнованно поднесла к губам платочек. — Жуни! Быстрее!
— Нет, нет, все уже в порядке. Мы сами залечили поврежденья. Ему просто нужна ванна. У вас есть опытные помощники, осторожно помыть его? — угомонил выскочившего круглолицего лекаря Тан.
Дик, уже привыкший, что всем распоряжается старик, оглянулся, и к своему удивлению обнаружил, что Зака с ними нет.
— А где твой учитель? — Пихнул он локтем Анюсю.
— Придет. — Беззаботно отмахнулась та. — Наведет порядок и явится.
Ну, про это Дик и без нее бы догадался. Жаль, раньше не знал про возможность такого варианта событий. Остался бы там. Посмотрел, как маг будет наказывать рабовладельца, а то тут от него все равно никакой пользы. Тимка спит, и, судя по ровному дыханию, проснется здоровым. Сердце еще сжимает ярость при взгляде на исхудалое лицо и выпирающие ребра друга, но разум подсказывает, что это ненадолго. Кормят маги хорошо, уж это Дик успел понять.
Он-то сам порядком наголодался, пока не попал к бандитам, но и у них нормального питания не отметил. Разве что у главаря. Его телохранитель умудрялся набить свою суму лучшими продуктами и выдавал их только боссу. А остальные бандиты пару дней после вылазок пировали, напиваясь и обжираясь до нехорошего, а после обшаривали углы в поисках завалявшегося сухаря.
— Дик, принеси ему чистую одежду из сундука! — Обратился к хмурому парню Танио, чтоб отвлечь того от мрачных мыслей.
Зак конечно прав был, что остановил парнишку, готового убить рабовладельца, нельзя тем, кто еще не вступил в ковен, вершить суд над гражданами чужой страны. Хотя… этим парням все страны пока чужие. Нужно подсказать, чтоб побыстрей определялись с выбором. Иначе могут найтись неприятности.
А с другой стороны… если б кто-нибудь такое сотворил с его другом… он, Танио, убил бы гада не задумываясь.
Яркая зелень облитого солнцем сада за распахнутым настежь окном, бездонная синева безоблачного неба, совершенно европейская меблировка комнат, доносящийся с кухни аппетитный запах пирогов, всё это показалось Дику слегка нереальным.
Всего полчаса назад они с Анюсей стояли у харчевни, укрываясь от бешеных порывов ветра за углом дома.
В Харшаде, как и в других портовых городах Ружана, харчевни строили по тому же принципу, что и в пограничных аганских поселках. Соответственно земному правилу, мой дом — моя крепость. За крепкими воротами вдоль саманного забора построен камышовый навес, по периметру которого тянется широкой, низенькой полосой глинобитная лежанка. Застеленная камышовыми матами, а сверху старыми кошмами или коврами. Здесь обедают, а случись задержаться, и ночуют за медяк небогатые путники. Для лошадей и телег глинобитной же стеной отгорожена площадка в глубине двора.
А напротив навеса пространство замыкает двухэтажный дом хозяина, не имеющий с этой стороны ни одного окна. Кроме узкого, похожего больше на бойницу, оконца кассы, за которым обычно сидит бдительный хозяин. Готовый в любой момент захлопнуть окошко тяжелой, обитой железом дверкой. Чтобы уберечь от любителей наживы разложенные перед ним в глиняных мисочках медные и серебряные монеты.
Еду посетителям выносит мальчишка подавальщик из крепкой калитки, ведущей в огороженный высокой оградой дворик. В нём её обычно и готовят, в огромных закопченных казанах, вмазанных в маленькие примитивные печурки.
— Скоро они там? — Буркнул Дик, недовольный местными порядками.
Что, разве не хватает у магов денег, дать служанке за доставку еды?! Мало того, что одну Анюсю, решившую, пока нет Зака, принести лепешек и жареного на углях мяса, Танио отпустить в харчевню категорически отказался. Хотя она и утверждала, что если кто её тронет, то пусть пеняет на себя!
— Или ты идешь с Диком, или остаешься здесь, — Категорически заявил кудрявый, — Нам и так надоело тебя спасать.
— Когда это вы меня спасали? — С пол-оборота завелась девица. — Может, когда я в гостинице четырех бандитов поджарила, а вы на готовенькое прибежали? Или когда меня Зак в лес запулил, прямо в пасть к оборотню? Так я его тоже сама прогнала! Еще и вам знак подала! А что меня этот Руфим обманул, так нужно было хорошенько его голову проверить, прежде чем нас там оставлять!
— Все, Анюся, сдаюсь! — Шутливо поднял руки кудрявый. — Но в харчевню одну не пущу. Зак запретил.
Так она еще и котенка с собой зачем-то потащила! Вот и пришлось Дику с ней идти, а потом еще и корзинку с котенком тащить. У Анюси ее ветер буквально вырывал из рук.
— Поняла. — Вдруг ни с того ни с сего четко сказала прижавшаяся к стене девушка и дернула за рукав Дика. — Пошли назад, Зак зовет.
— А еда? Мы же заплатили! — Не понял парнишка.
— Какая еда, — отмахнулась она, пытаясь удержать раздуваемый ветром подол платья. — В другом месте поедим!
— Какое другое место? У вас же здесь была работа? — поразился ее беспечности Дик.
— Работа не здесь, а на островах! А шторм не на один день разошелся! Ни один корабль не выйдет! Значит, можно отдохнуть! — Авторитетно выдала Анюся только что услышанную новость.
В холле гостиницы их уже ждал Танио, держащий на руках завернутого в покрывало спящего Тимку, и старик, начинавший открывать портал.
Переход в пустую комнату без окон, и маги меняются ролями. Зак подхватывает спасенного иномирянина, а Тан творит портал. Еще пара шагов и они оказываются в точно такой же комнате, отличающейся от предыдущей лишь отделкой стен.
А за дверью из нее открылся совершенно другой мир. В нем не было ни грозного урагана, ни мечущихся по небу темных, тяжелых туч. А был освещенный ярким солнцем, струящимся в высокие окна, просторный холл с широкой резной деревянной лестницей на второй этаж.
— Где это мы? — не сдержался Дик и получил ошеломляющий ответ.
— Дома. В Тордизании. — Счастливая Анюся жмурилась как кошка, получившая свежую сметану.
А вокруг прибывших уже крутился водоворот оживленных домочадцев. Молодой прислужник, дежуривший возле дверей, принял у Зака спящего Тимку и бережно понес наверх. Дика отправили следом, но он все же успел заметить повисшую на счастливом Тане хорошенькую юную темноволосую женщину, с черными живыми глазами, и другую, с длинной русой косой, смущенно разглядывающую крепко обнявшего ее старика.
Хоть и объясняла Анюся, что это чужая внешность, а на самом деле Заку всего двадцать восьмой год, однако в голове иномирянина это как-то не укладывалось.
Что богатые старушки, да и некоторые старики в его мире делают себе молодые, кукольные лица, он знал. И даже понимал, для чего. Одним это добавит уверенности в себе, другим позволит дольше зарабатывать неплохие деньги, третьим даст возможность завести молодого партнера по любовным играм.
Но чтобы добровольно стать седым стариком — как же нужно верить в важность своего дела! И в своих друзей!
— Дик, пошли обедать! — Без стука распахнула дверь Анюся. — А чё это ты не переоделся?
— Во что? — Ядовито спросил парень, сердито уставясь на нее.
Та одежда, в которой он ходил в банде, куда-то исчезла. Да и была она сильно испорчена прорехой от меча и кровью.
— Вот, выбирай! — Заскочив в комнату, девушка распахнула дверки добротного шкафа.
— А ты уверена, что это можно брать?! — Подозрительно спросил Дик, не трогаясь с места. — Ты что, здесь хозяйка?
Лазать по чужим шкафам он считал верхом неприличия. Лично ему очень бы не понравилось, если б почти неизвестный парень вырядился в его штаны!
— Это дом Каруны, матери Зака! А он мой учитель. Я тут всё знаю. Это гостевые комнаты, и вещи специально для тех, кто не взял багаж. Тут такое часто случается. Возьми простые штаны и тунику, на улице жара! А на ноги или легкие ботинки или сапожки. Вот здесь стоят. Да не копайся, я в коридоре подожду. — Одним махом выпалила Анюся и хлопнула дверью.
— И как они ее, такую суматошную, только терпят! — Хмыкнул Дик, быстро натягивая подходящие по размеру вещи.
Наверное, и правда, это одежда для гостей. Потому, что вся разного размера и половина шкафа завешана женскими платьями. А что, удобно. Вешаешь ненужное сюда, а путешественникам не приходится таскать тяжелые сумки. Хотя… вон у Танио они почему-то подозрительно легкие.
Из сидящих за столом в уютной трапезной на первом этаже, куда Анюся привела его чуть не бегом, знаком Дику был лишь Зак. Оставшийся по-прежнему в облике старика. Рядом с ним сидела девушка с косой, такая вся… тургеневская. Напротив темноволосая молодая женщина, что недавно так жарко обнимала Тана, а рядом с ней какой-то красавчик. Словно прибывший прямиком из плейбоя. Дик к таким относился с холодком, самомнения воз, а на деле один пшик. На коленях у красавчика махала ручками хорошенькая девчушка, совсем кроха.
— Что такое тургеневская девушка? — Поддевая серебряной лопаткой целый пласт румяной ветчины с яичницей, невозмутимо осведомился Зак, следя краем глаза за Диком.
Тот вспыхнул и чуть не выронил пышную оладью, которую осторожно нёс непривычными щипчиками на свою тарелку. Нет, ну, сколько можно лазить в его голове!
— Это писатель, Тургенев. — Начала охотно объяснять девушка с косой, — Описывал таких скромных, цельных… а где ты это услышал? Неужели Анюся?
— Да причем тут я! — непонятно на что обиделась сидящая рядом с Диком девица. — Это наверно, Дик что-нибудь ляпнул.
— Не ляпнул, а подумал! И я не виноват, что у вас здесь все чужие мысли читают! — Недовольно фыркнул парень.
Да и что он такого подумал-то? Нет, если так будет продолжаться, то драпать отсюда нужно. Нафиг эти магические заморочки, вся жизнь как под рентгеном!
— А откуда Дик может знать… — Обличающе уставилась на Анюсю серыми глазами девушка и вдруг до неё дошло. — ДИК! ТЫ ОТКУДА?!
— А что, никто еще не сказал? Оттуда, откуда и Анюся! — Хмуро бросил расстроенный Дик.
Ему все больше тут нравилось, и раз нет пути назад, домой… то он выбрал бы именно эту жизнь. Она была… намного правильнее, чем та, которой он жил последние два с половиной месяца. Если, конечно, можно будет не расставаться с Тимкой. Все же друг детства, да и других парней из их мира, тут, как объясняли, больше нету. А вместе на чужбине легче пробиваться.
— Вы меня разыгрываете?! — Серые глаза недоверчиво прищурились. — Парни сюда не попадают!
— А он попал. — На миг оторвавшись от куска сладкого пирога, сообщила выпачканным в повидле ротиком Анюся. — И не один! Вон, друга еще принесли!
— А Зак ничего не сказал! — Обернулась к хихикающему старику девушка. — ЗАК!
— Прости! — Немедленно потянул он к губам ее руку, но девушка тут же её вырвала. — Не смей меня целовать с таким лицом! А то я после не смогу с Гистоном разговаривать!
— Вот за это он тебе и мстит. — Догадалась Анюся. — Ведь, правда, Зак?!
— Анна! — сказал маг, делая строгое лицо. — Правило третье…
— Фигушки. — Ехидно фыркнула девица, — Ты сейчас не похож на моего учителя! Могу звать только господин Гистон.
— Дик! — Отмахнулась от них сероглазая девушка. — Давай знакомиться. Меня зовут Наташа. Или Ната. А ты, правда, из нашего мира?
— Я из своего, но если и ты оттуда… — Оглянулся на жующую Анюсю Дик, и поймал подтверждающий кивок. — Меня зовут Эдуард. Или Эдик. А в армии была кличка… Дикий… коротко Дик.
— Что это за армия, в которой дают клички? — Знакомым голосом проворчал плейбой.
— Особое подразделение… — буркнул Дик, осторожно присматриваясь к красавчику.
Как-то слишком знакомы его руки, да и фигура. А вот лицо другое, слишком красивое. И волосы другие. Каштановые и слегка волнистые. Нет, не может он быть кудрявым лекарем!
— Нифигасе! — Перемазанная повидлом Анюся оглянулась на земляка с неподдельным восторгом.
— А город? — С надеждой смотрела Ната.
— Ростов. Который на Дону. — Коротко отрапортовал Дик. — А ты?
— Санкт-Петербург. — Вздохнула она.
— А я из Подмосковья. Такой город — Ожерелье — никто не слышал? — не надеясь на ответ, сообщила Анюся, затаскивая на тарелку очередной кусок пирога. — Ох, и пироги! Рика, это ты пекла?
— Суржа вчера приходила. — Качнула головой темноглазая брюнетка.
— Тогда значит неизвестно, кто из вас двоих маг? — Разочарованно вздохнула Ната.
— Ижвешна. Он. — С набитым ртом прочавкала Анюся. И, запив еду взваром, объяснила уставившейся на нее подруге, — Рыжик сказал… как же это… а! Неба в день весенний… свет… в ручье средь трав зеленых отразился. Вроде так.
— И как это понять? — оглянулась Ната на Зака, опасливо положившего руку ей на талию.
— Видимо, голубой и зеленый. Нужно проверить. Мать приведет природника. — Словно невзначай обнимая жену покрепче, задумчиво пробормотал он.
— Зак! Я же просила! — Отодвинулась Тала.
Маг обиженно фыркнул и отвернулся к столу. Нет, приятно конечно, что любимая женщина столь верна ему, но он же так соскучился! А она даже один разочек поцеловать не разрешила! Извини, говорит, не могу. Умом понимаю, что это ты, но душа не верит.
Ну, ничего, скоро родители придут. Отец ему иллюзию собственной внешности быстренько наведет и все будет хорошо. Интересно, а он сам смог бы поцеловать Нату, если б она стала похожа… ну скажем… на Дориссию? М-да. Пожалуй, нет, решил маг и тяжело вздохнул.
Кстати, не забыть бы, предупредить всех, чтоб не проговорились родителям. Что они попали в Ай-Берек совершенно случайно. Лучше пусть думают, что он проверял агентурные сведения. А что? Это его обязанность. В смысле, как Гистона. И Тана привлек. Ну, не одному же идти? А Анюся сама навязалась.
Огромная волна обрушилась на корабль и едва не смыла растерявшегося Хабера с наклонной палубы. Лишь Великие Боги знают, как успел Гистон поймать уносящегося с водой ученика за руку. В тот же момент вырастил гибкую живую лиану, которая, проклюнувшись из стойки, метнулась к главе, и обвила его вокруг торса. Затем сжалась, подтаскивая мага к своему создателю, обхватила того и вмиг примотала друзей к крепкому брусу.
— Что ты делаешь? — рванулся из плена Хабер, — Спасаться надо!
Очередная волна хлестнула по ним соленой холодной плетью, выбивая из-под ног накренившийся пол. Едва отдышавшись от попавшей в рот и нос воды, Хабер сумел развернуться лицом к бывшему учителю, чтобы убедиться, действительно ли тот сошел с ума, и не пора ли его усыпить.
— Давай, помогай! — Рявкнул бывший учитель и глава понял, Гистон творит заклинание, только не разгадал, какое.
И лишь когда после очередного принудительного морского омовения взглянул вниз, заметил быстро растущую из разбитого борта густую щеточку зеленых веток.
— Корни попышнее… — крикнул сквозь вой урагана голос старого мага прямо в ухо и Хабер кивнул, вовсе не надеясь, что этот кивок будет замечен.
Только отрастив густой рядок гибких стеблей, уходящих вниз упругой метелкой корней, Хабер сообразил, что задумал этот хитрец. Когда ветки перестали расти вверх, а начали раздуваться в ширину. Есть такое растение на юге Симана, когда оно созревает, стебли начинают изнутри пустеть. Однако очень прочная, узловатая оболочка не дает им съежиться, делая высохшие растения очень легкими. При высокой прочности пустотелый тандук самый лучший материал для легких плотов и лодок.
Теперь волны уже не могли унести магов с покинутого командой судна, высокие живые борта надежно защищали от коварных потоков. Высыхающий тандук понемногу выровнял судно. Из-за набравшейся в трюм воды осадка значительно увеличилась, но пышная бахрома, за несколько подзвонков окаймившая весь корабль придала ему большую устойчивость.
А маги все продолжали укреплять свой единственный шанс на спасение. Гистон вырастил новую лиану, которая нырнула корнями в трюм и начала усердно сосать оттуда воду, взамен выбрасывая все новые побеги, оплетающие для крепости тандук. Хабер всё добавлял в частокол новых растений, пока, абсолютно опустошенный, не обвис на держащей его плети Гистону под ноги.
Ослабленный маг оглянулся на бесчувственного ученика и перестал магичить. Приказал лиане отпустить их и утомленно рухнул рядом. Но через подзвонок все же упрямо поднялся на дрожащие от слабости ноги и, уцепив за руку, поволок Хабера в ближайшую каюту. Его последних сил хватило лишь на то чтобы затащить друга в болтающийся гамак и рухнуть в соседний.
Он вынырнул из тяжелого сна через несколько звонов от страшного грохота и мощного рывка. Пол каюты стоял дыбом, стена возле его руки стала почти потолком. Гистон осторожно сунул руку за ворот и, нащупав тонкую палочку амулета, переломил в пальцах. Это был его самый последний, самый неприкосновенный запас энергии.
Почувствовав, как влилась в тело теплая струйка, протянул тонкую нить поисковика к стеблям тандука, чтобы понять, что стряслось. Выращенные магией растения откликнулись своему создателю, да иначе и быть не могло. Ведь в них была его воля, его энергия. Через подзвонок Гистон уже понимал, произошло нечто очень неприятное.
Их корабль-роща напоролся на острую верхушку подводной скалы и теперь имеет в днище огромную пробоину. Которую всё увеличивают резкие рывки волн. Значит, конец может наступить в любой момент. Едва шторм сдернет корабль со скалы, он либо начнет тонуть, либо немедленно развалится.
И есть только один путь к спасению, выжать себя досуха, но удержать корабль на этом камне. Гистон покрепче вцепился в гамак и отправил своим питомцам новый приказ. Впиться корнями в скалу, оплести ее крепчайшим коконом, просочиться в самые маленькие расщелины. И намертво зацепиться за них.
Первыми это должны были сделать те корни, что оказались выше всех, чтобы хоть немного выровнять судно. Потом остальные. Маг выдавал им энергию очень экономно, запас амулета был невелик. И если бы пришлось иметь дело с обычными растеньями, вряд ли ему всё удалось. Но выращенные магией корни тандука были гораздо отзывчивее. Подпитываемые растворенными в воде минералами и направляемые магией, они с таким рвением устремились выполнять приказ, что результат стал заметен через несколько подзвонков. Судно, скрипя и потрескивая начало заметно выравниваться и постепенно перестало качаться. Полностью оплетенный снаружи стеблями и корнями корабль перестал быть транспортным средством.
Отныне он был островом.
Расположенным где-то далеко в океане, среди безымянных скал, в стороне от торговых путей.
— Как давно ты это заметил?
— Осенью. Когда… Ната… упала.
— И… много было… таких случаев?
— Достаточно, чтобы убедиться. Только… не хотел я это никому говорить. Сами знаете… со всякой ерундой будут идти. А я только тех чувствую, кто как-то со мной связан. Вот перед этим… Анюся целый день из головы не шла. Прихожу к Хаберу, оказывается, она в башне. А когда он сказал… за Гистона побыть… у меня прямо кошки на сердце заскребли. Сначала… я полагал, из-за того, что с Натой реже видеться буду… а потом понял, пока про неё думаю — на душе спокойно. А вспомню про Хабера — тянуть начинает.
Мы в Харшад случайно попали, Тимку искали. Там, в доме Жунима я их след и почувствовал. Три дня назад они на торговом корабле на Берзийские острова уплыли. Только в море сейчас сильнейший шторм, уже второй день бушует. Рыбаки говорят, лет десять такого не было. Их должен был на полпути застать. — Зак тяжело вздохнул и отвернулся к окну.
— А когда шторм закончится? — Осторожно спросила Каруна.
— Никто не знает. Но не раньше, чем через пару дней. Я Жуниму сигналку на амулет поставил. Как начнет стихать, он даст знать.
— Понятно. — Кивнул непривычно серьезный Сейден. — Значит, ты сейчас в Хадиркан?!
— Нет. Там меня Крис заменяет. — Решительно мотнул головой маг. — Тем более, сейчас туда целая команда магов отправилась, с заговором разбираться. Нити-то ведут очень далеко. Я пока приготовлю несколько амулетов, и как только стихнет шторм, отправлюсь в Харшад. Этот ментальщик природникам не по зубам. У меня были новые амулеты… опробовать взял… выгорели начисто, и то едва выдержали. Болевого заклятья такой силы я раньше не знал. Так он после этого еще портал собственного изобретения смог открыть. И мое оцепенение его не взяло. Амулеты, как гроздь ягод на груди висели.
— Ладно. — Кивнула Каруна, — Иди, отдыхай! Мы с отцом немного подумаем, может, что и решим. Поговорим завтра утром.
Зак кивнул и молча поднялся с кресла. Проходя мимо зеркала, на миг приостановился, разглядывая сотворенную отцом иллюзию. Вроде похож.
Незаметно подмигнул себе и вышел из комнаты. Хитрую сторожку он поставил на этот кабинет еще перед обедом, сразу как пришел домой. Теперь осталось только дойти до какого-нибудь кресла и снять амулет, закрывающий чужие мысли. Эти… как говорит Тала, партизаны, явно что-то знают. И почему-то скрывают от него.
— Нужно ему все рассказать. — Мрачно буркнул Сейден.
— И что это нам даст? Если Зак решил, что должен туда идти, он пойдет в любом случае. Его тайными замыслами Хабера не остановить. Только после твоих откровений еще и нам доверять перестанет. — Резонно возразила Каруна, садясь на диван поближе к мужу.
— Кари, — Начал трудное объяснение маг, привычно притянул её к себе и стараясь говорить помягче, — Он все равно узнает. Хабер сам ему скажет, когда придет время. Но Зак сразу поймет, что мы всё знали с самого начала. И очень обидится. Я своего сына хорошо знаю. Мы с детства учили его быть магом. Даже когда способности были еще совсем слабенькие. Учили отвечать за свои действия, быть внимательным и осторожным, продумывать и взвешивать каждое слово и каждый шаг. Он давно поступает как взрослый человек. Вспомни, как ты осенью плакала, когда он ослушался твоего приказа. Только… он ведь не мог иначе. Потому, как считал, что прав. А раз прав, значит должен поступать в соответствии со своими принципами, а не с твоими указаньями. Он не стал любить тебя меньше, просто вырос и стал настоящим мужчиной. Имеющим право самому принимать решения и самому же за них отвечать. Это нужно просто принять. И никогда больше ничего не решать за него. Он не такой как Танио, молчать и улыбаться не будет. Хотя… думаю, что и Танио очень скоро не позволит ничего за себя решать. Он во всем берет пример с Зака. И можешь сейчас рассердиться на меня, я это стерплю, потому что люблю тебя. Но сына я тоже люблю и терять вовсе не хочу. Поэтому, утром я ему все честно расскажу.
— А то… что мы дали клятву Хаберу… — дрожащим от слез голосом прошептала Каруна, — Для тебя ничего не значит?
Даже припомнить трудно, когда ещё Сейден разговаривал с ней таким тоном. Она почти забыла, что он может быть очень непреклонным, когда дело касается интересов семьи и вопросов чести. Но, что хуже всего, в глубине души Каруна понимала, что Сейден абсолютно прав. Конечно, Хабер попросил никому не разглашать те сведения, что он собирался сообщить, но забыл предупредить, что речь идет о планах ковена в отношении их собственного сына.
— Лучше я нарушу клятву, данную главе, чем потеряю уважение собственного сына. — Непререкаемым тоном заявил Сейден, и Каруна поняла, дальше спорить бесполезно.
Да и не хотелось ей этого делать, по правде говоря. Слишком живо представлялось магине, как застынут презрительные льдинки в глазах сына, когда он узнает о заговоре родителей с главой ковена. Нет, испытать на себе его насмешливую ярость ей пока не довелось, так ведь и того, что со стороны наблюдала, хватило за глаза.
— Ну, тогда и говорить больше не о чем. Утром ему и расскажем. — Вздохнула она, с облегчением принимая сторону мужа.
Все-таки, как приятно, когда рядом с тобой человек, который может в трудной ситуации взять решение спорного вопроса на свои крепкие плечи. И не придется мучиться сомненьями, правильный ли выбор ты сделала, не надо ломать голову над объясненьями и доказательствами. Нужно просто довериться и знать, что даже если позже окажется, что решение было неверным, никто не произнесет ни слова в упрек, и даже не бросит укоризненного взгляда.
Зак, усмехнувшись, вернул на шею амулет, и встал с кресла. Подслушанный с помощью сторожки разговор его немного успокоил и даже чуть повеселил. Значит, правильно он почувствовал, была у Хабера причина заметать свои следы. Не зря столько времени на подставных свидетелей потратил. Наверняка и объяснений достоверных кучу заготовил. Тот еще интриган. Только недооценил честность отца и родительскую любовь. Думал, хватит взятой с них клятвы. Или надеялся, что придуманный им вариант окажется ненужным. Следовательно, подозревал что-то очень нехорошее. И был заранее уверен, что Заку отведенное в этой истории место очень не понравится. Или его ждет не место, а жертва? Чем же он должен пожертвовать ради блага ковена? Натой? Ну, от Наты он ни за что не откажется. Страной? Так ведь для него благо ковена и заключается в пользе для страны.
Он для себя давно все продумал и решил. Пока ковен делает всё, чтобы люди родного ему королевства жили спокойно и безбедно, он, Зак готов на любую работу. Нужно ловить дикарей, будет ловить. Нужно танцевать, будет танцевать. Нужно провожать в Кизард иномирянок, сделает и это. Как и любое другое. Так что же еще заготовил ему Глава совета? Впрочем, что бесполезно гадать. Уже утром узнает.
Зак открыл дверь в свою комнату и сразу наткнулся на встречающий его встревоженный взгляд жены. Кинулся к ней, сжал в объятьях. Как он мог забыть, что она тоже переживает за последствия его переговоров с родителями?!
— Все хорошо, успокойся, родная! Тебе нельзя так волноваться! — изредка отрываясь от таких долгожданных губ, бормотал он.
Утро было таким ясным и солнечным, что Заку никак не хотелось верить в то, что где-то бушует шторм, бросая на хрупкий кораблик озверевшие волны. Однако Жуним никакой весточки о смене погоды пока не прислал, следовательно, нужно заняться неотложными делами.
Осторожно прикрыв дверь комнаты чтобы не разбудить сладко спящую Нату, маг направился, прежде всего, в комнату спасенного иномирянина. Оказалось, что Дик уже сидит у постели друга, хотя Зак сам с вечера отправил его отдыхать. И даже послал вдогонку легкое сонное заклятье. Чтоб не шастал по дому среди ночи.
— Ну и что ты делаешь тут в такую рань? — Недовольно хмыкнул маг, проходя к кровати и привычным жестом кладя руку на грудь спящего.
Все хорошо, даже внутренние рубцы на сращенных ребрах уже рассосались, осталось добавить немного энергии и через пару звонов проснется совершенно здоровым.
— У вас сутки длиннее наших. Я выспался. — Спокойно отозвался Дик. — А вставать рано меня в армии приучили. Вот и пришел сюда. Чтоб он не испугался, если один очнется.
— Я добавил ему пару звонов сна, поэтому можешь не волноваться. Пойдем, позавтракаем, потом можешь снова сюда прийти. Только не забудь меня позвать, когда проснется. — Объяснил маг, распахивая дверь в коридор.
Спорить Дик не стал. Чего спорить, когда кушать приглашают. Еще в армии приобретенное умение наедаться впрок, не подводило и в этом мире. Хотя, пожалуй, именно в этом доме могло и не понадобится. На кухне постоянно что-то готовили две немолодые женщины, это Дик еще вчера заметил, когда зашел перед сном попросить кружку взвара. Нет, взвар ему налили мгновенно, однако так же быстро выставили на стол такое количество тарелок с пирогами, ветчиной и разными закусками, что не сесть за стол было бы просто невежливо. А потом, буквально следом за ним, на кухню заявилась Анюся и поварихи, едва завидев, кто стоит в дверях, без слов поставили на стол еще кружку взвара. Дик даже хихикнул потихоньку, видимо любовь землячки к еде ни для кого не была секретом.
После завтрака Зак отправился в лабораторию, делать новые амулеты, раздумывая по пути, на ком бы попробовать изученное заклинание ментальной боли, которое он смоделировал по подобию так болезненно обрушившегося удара дикаря. В королевстве давно не было ни одного заключенного, которого можно было бы подвергнуть такому испытанию. Приезжающие из соседних стран послы, не верившие утверждению, что в огромном королевстве могут пустовать тюрьмы, всеми путями пытались это опровергнуть. И лишь когда их приводили на допросы преступников, с изумлением осознавали, что тюрьма действительно, ненужная в Тордизании статья расхода. Потому что совершившие проступок граждане королевства под присягой о правдивости, принесённой магу, рассказывали все честно, как на исповеди. И немедленно получали приговор. В котором никогда не было сиденья в камере. Да и что толку преступнику там сидеть? Четыре мрачные стены и зарешеченное окно могут лишь озлобить или унизить. Стать лучше и честнее такой метод за всю историю королевства еще не помог никому. Наоборот, время, проведенное в компании бывалых сокамерников лишь пособляло научиться от них новым хитрым уловкам грязных делишек и подленьким приемам обмана и околпачивания честных граждан.
Нет, наказывать преступников, конечно, наказывали. Для этого держали специальных палачей. Которые, принародно осуществляли назначенное приговором, и сразу отпускали наказанных, на все четыре стороны. Но далеко не всегда эти наказания были физического свойства. Например, последнее разбирательство, на котором присутствовал Зак, судило брачного афериста. Судья постановил обрить красавчика налысо и на два года сделать на его лбу предупредительную надпись магической краской. Проявляющейся, едва гулеван начинал слишком близко подбираться к особе противоположного пола. А вот тех, кто совершил слишком тяжелое или подлое преступление либо отправляли поработать на благо королевства, либо лишали личности. И потому каждый, кому приходила в голову не лучшая идея легкой наживы, долго решал, стоит ли задуманное грядущей расплаты.
Такого хорошего пробуждения у него не было уже давно. Настолько славного, что было страшно открывать глаза, а вдруг картинка не совпадет с ощущениями. Потому он и продолжал лежать, не поднимая ресниц, пытаясь, пока не сдернул с места обжигающий удар плетью, разобраться в своих чувствах.
Мягкая постель, пахнущая высушенным на солнце бельем, теплое легкое одеяло. Но главное — отсутствие боли. Ставшей почти привычной, но от этого не менее ненавистной. Его никогда не били до тех пор, пока они не провалились в этот проклятый мир. Он много раз обдумал все, что произошло, пока поверил, наконец, этот мир не глюк, и не выдумка. Не бывают выдумки такими реальными и жестокими.
Обиднее всего, Эдька первым понял, куда они попали и что нужно делать. А он, как последний лох, из тупого упрямства попёрся прямо навстречу неприятностям. Даже не догадавшись, что лучше ему было тогда разбиться в лепешку, чем получить такое спасение.
Позднее, он конечно допер, насколько глупо вел себя с самого начала во всей этой истории. Как будто была его Маринка последней девушкой на земле!
Ха! Да на той же дискотеке было немало хорошеньких девчонок, исподтишка стреляющих в него глазами. Что он так на Маринке зациклился? Ведь видел, что она сразу положила на Эдьку глаз, но не хотел этому верить.
Приятнее было думать, что виноват старый приятель, и достаточно с ним разобраться, чтоб девчонка снова вернулась к нему. Хотя вроде не дурак, мог бы понять, если она, после того как целый год встречалась с ним, смогла так легко переметнуться к другу, значит, нужно ее немедленно бросать самому. Проблем в будущем меньше. А девчонок в их мире всегда было больше чем парней, к тому же, если отнять тех, кто в армии, в спорте, в тюрьмах, в плаваньях и во всяких меньшинствах, то на настоящего парня никак не меньше, чем по две штуки приходится.
От этой приятной мысли Тимка довольно потянулся, и невольно распахнул глаза от прозвучавшего рядом знакомого голоса.
— Иди, скажи Заку, он проснулся!
Комната оказалась еще лучше, чем рисовалась в воображении. С высоким окном, за которым сияло солнечное утро, добротной деревянной мебелью и букетом ярких цветов на резном столике.
Но самым главным сюрпризом был сидящий в кресле у кровати кареглазый шатен, который не мог быть больше никем, кроме как его бесследно пропавшим другом.
— Эдька? — Хрипло спросил Тима и тот немедленно протянул ему серебряную кружку.
— Выпей, это целебный отвар.
Тимка осторожно сел, невольно вспоминая про страшную боль, вместе с хрустом ребер унесшую его в черноту забытья. Но тело никаких сигналов о неудобстве не подавало, и он уже смелее шевельнул рукой, принимая напиток. Сделал осторожный глоток, ничего, приятное. Не спеша допил и оглянулся, куда поставить кружку.
Эдик, следивший за ним не отрывая взгляда, забрал посудину и поставил на стол.
— Как я… здесь… — Неуверенно начал Тимка, судорожно ища необходимые слова и никак не находя.
— Тим… Ты не переживай. — Мягко сказал Эдик. — Теперь все будет хорошо. Главное… я тебя нашел. Не сам, конечно… маги помогли. Из ковена. Но и у нас тоже есть способности. Иначе бы разбились. Я теперь буду просить… чтобы меня приняли в ковен. Только… хотелось бы вместе, тут парней из нашего мира больше нет. Девчонок много, почти пятьдесят за последние годы попало. А из парней… только мы двое.
— Эдька… а ты на меня… совсем не злишься? — тихо спросил Тима, сердясь на самого себя за глупое упрямство.
Только лучше все сразу выяснить. Чтоб потом не хлопать глазами, когда тебе выкатят кучу претензий. Был у него один такой дружок… уже в институте. Все высказал сокурсничек, когда он отказался делать за него подсунутую под столом контрольную. Каждый стакан пива в счет поставил. А он-то думал, его по дружбе угощают.
— А ты? — Виновато глянул Эдик. — Я ведь тебя сдури по полной приложил. Не подумал… про разницу в весе. И подготовке. Надо было не горячиться, руки тебе скрутить и все выяснить. Может… дома бы остались. Не клеил я твою Маринку, честно, сама звонить начала. Наверное, у тебя номер стащила.
— Эдь… это я виноват, дурак был. Давно понял.
— Ну и давай всё забудем. — Грубовато оборвал расшаркивания Дик. — Иди, умойся, вон та дверь, да оденься, там все приготовлено, а то сейчас маги придут!
Не хватало им ещё как девчонкам нюни распустить! И без того проблем в жизни хватает.
Тимка почувствовал, как где-то в глубине груди тает тянущее ощущение вины, и лихо ухмыльнулся. Решительно слез с постели и, слегка покачиваясь на слабых еще ногах, двинулся к указанной двери.
Дик, закусив губу, морщась как от боли, глядел, как свободно болтается вокруг его тощего скелета странная, длиной почти по лодыжек, рубашка. Тимка никогда не был толстым, но за эти два месяца превратиться в голимый скелет… Эх, жаль, он вчера магов спросить не успел, что Зак сделал тому хряку, который сидел в луже.
Глава 11
Какой это был по счету день, Гистон не знал. Но точно знал, впервые за долгое время, что это действительно день. Ещё когда удары волн стали чуть слабее и в темной пелене безумно несущихся туч появились редкие бледные просветы, он понял, шторм идет на убыль. Но только теперь, наблюдая за понемногу светлеющим небом и слушая грозный рокот волн, уже не перекатывающихся через стену тандука, действительно поверил, что этот катаклизм они пережили.
Не стоит вспоминать, с каким трудом и с какими потерями. Хабер до сих пор до того слаб, что не может поднять головы. И энергия у него почти на нуле. А сам Гистон ничем не может поделиться с другом. Все собираемые им крохи уходят на бытовые нужды. Едва собравшись с силами, он обшарил все помещения и выбрал самую сухую и удобную каюту. Разумеется, относительно сухую. Ей оказалась каюта капитана.
Потом создал простейшее существо, похожее внешне на круглую губку и отправил высушивать залитый водой пол и мебель. Вырастая на потребленной воде, губка, достигнув максимального размера, делилась пополам, и когда дело дошло до соседней каюты, у Гистона было уже пять зеленых мохнатых шаров. А в приведенную в порядок капитанскую каюту маг перенес Хабера и уложил в намертво прикрученный к стене и полу удобный длинный сундук на ножках, служивший хитроумному капитану кроватью. Почти сразу после отплытия Гистон заметил за бывалым мореходом тягу к ежедневному потреблению медовухи и более крепких аганских вин. Он все пытался догадаться, как же капитан удерживается на ногах при сильных волнениях, если его и в спокойную погоду слегка заносит?! Теперь, наконец, понял, любитель медовухи отлеживался в этом сундуке.
В соседней каюте Гистон поселился сам, чтобы присматривать за изредка просыпающимся Главой. Накормить и напоить его вышло далеко не сразу, первые дни удавалось лишь влить в рот Хабера несколько ложек воды смешанной с укрепляющим зельем. Такова обычная плата магов, досуха истративших свою энергию. Организм, привыкший получать силу и бодрость от магии, потеряв ее, впадает в настоящий шок. И чем сильнее маг, тем тяжелее ему приходится восстанавливаться после полной потери магической энергии. Конечно, магия постепенно возвращается в организм, но обычно ее дополняют лекари и маги. Однако сейчас Хаберу не мог помочь никто. Поблизости не нашлось ни одного источника, а растворенные в воде запасы так основательно переболтал шторм, что туго приходилось даже не выложившемуся до последней капли Гистону. Хотя он и старался тратить энергию очень экономно.
Например, не стал выращивать лиану, очищающую морскую воду, а с превеликими трудностями достал из трюма бочонок с запасенной в Харшаде пресной водой. Пыхтя и отдуваясь, вытолкнул сырой и тяжелый предмет на палубу и осторожно поднялся по ступеням. За несколько дней непогоды все промокшие доски набухли и стали скользкими, а местами даже заплесневели, и ходить по ним надлежало с большой осторожностью. Маг плюхнулся передохнуть на вытащенный бочонок, раздумывая попутно, где бы его лучше поставить, чтобы было ближе ходить за водой, и вдруг с досадой хлопнул себя по лбу. Ну что стоило ему подумать об этом раньше? Тогда возможно не тащил бы сразу весь бочонок, а налил одно ведерко или даже только кувшин. А в трюм давно пора бросить несколько губок, в последней каюте, их помнится, ползало уже десятка два.
О том, как они будут добираться до заселенных людьми берегов, маг пока старался вообще не думать. А что зря голову напрягать? Вот выздоровеет Хабер, вдвоем и рассудят. Все знают, две головы значительно лучше, чем одна. Даже если она такая умная, как у него. Лишь бы океан утихомирился. Тогда можно будет источник поискать. А уж с магией… много чего может сделать сильный природник, если у него достаточно энергии.
Жаль только, пока магии нет, приходится самому делать такие вещи, которых он никогда не умел. В детстве все хозяйство вела мать и сестра, ну а позже у него всегда были умелые спутники, потом жена, потом слуги. Например, попытавшись испечь из муки, найденной в обитом жестью ларе, пресные лепешки, первую партию он вынужден был выкинуть полностью. Хотя работал почти целый день. И вроде представлял себе весь процесс, не раз приходилось видеть, выезжая в дальние поселки по делам, как Ишим прямо на костре быстро и ловко готовил вкуснейшие печеные кружки. В которые так удобно было завернуть настроганного вяленого мяса, сыра, и помятой со специями мелко рубленой зелени.
Однако в то, что получилось у него, никто не смог бы завернуть даже камень. Твердые как жесть, черные, несгибаемые уродливые куски не вызывали никакого желания их даже попробовать.
Тяжело вздохнув, маг поднялся с бочонка и поплелся в каюту за кувшином. В конце концов, один день вода может спокойно постоять и здесь. А потом он придумает, куда ее определить. Возможно на кухню, скоро Хаберу станет получше и нужно будет сварить ему суп. Мысль о предстоящем кулинарном подвиге заставила магистра с отвращением передернуть плечами. Он предпочитал думать, что к тому времени, как Хабер сможет вставать, появится кто-нибудь, умеющий это делать лучше него. Ну, не допустят же Великие Боги, чтоб лучший природник ковена погиб в борьбе с обычным супом?
Гистон еще раз вздохнул и внимательно присмотрелся к рвущимся под ветром листьям тандука. Шторм постепенно стихает, небо все светлее, и, похоже, скоро можно будет взобраться повыше на единственную оставшуюся мачту, чтобы оглядеться. Пора попытаться определить, куда же их забросила судьба.
— Вы что, с ума все сошли? Никого я никуда не возьму! Представляете, завалиться в Харшад такой кучей! Да и не нужны вы мне там! — По привычке бегая вокруг широкого стола, возмущенно рычал Зак.
Нет, вот только вчера весь вечер доказывал упрямым родителям, что им лучше сидеть в своем Кизарде, и спокойно ждать его возвращения. С чего уважаемые па и ма взяли, что они с Таном вдвоем не справятся?
Ну и что же, что в донесениях сотрудничающих с ковеном магов-дикарей, говорилось о сильном природнике, а он столкнулся с ментальщиком! Вполне возможно, это совершенно разные люди. А ту лиану вообще выращивал для ментальщика подчиненный им дикарь природник. Она только потому получилась такая мощная, что в нее качали энергию четверо из находившихся в зале магов.
Тем более, достоверно известно, сильные дикари никогда ни с кем не объединяются, особенно, если вступают в борьбу за власть. Потому, что не собираются делить даже планы на могущество с каким-либо другим магом. Им кажется, что власть над людьми это самое лучшее, что может быть на свете.
Обычное заблуждение слабых волей и характером личностей. Получив власть, такие особи начинают воспринимать себя абсолютно не теми, кем являются в реальности. Мнят себя сильнее и значительнее других, кажутся сами себе непогрешимыми и неординарными. И потому становятся невыносимыми в общении тиранами и жестокими деспотами.
По-настоящему сильным людям, особенно сильным магам, никакая власть абсолютно не нужна. От нее только лишние хлопоты и головная боль. Они и так могут иметь все желаемые блага, не отвечая при этом ни за чьи жизни, благополучие и глупые поступки.
— Ну, я-то пойду все равно. — Упрямо объявила, молчавшая до сих пор Анюся. — Потому что сюда меня привели только переждать шторм. Нет такого правила, без причины снимать мага с задания, я точно знаю!
Зак только взрыкнул про себя. А что делать, она права! Действительно, пока ни в чем не провинилась и не нарушила ни одного приказа, да и травм, несовместимых с выполнением задания, не имеет. Значит, ее придется взять.
— А я пойду потому, что появилась угроза жизни двум членам ковена, и принять меры к их спасению мой долг и обязанность. — Спокойно объявил вставший в дверях лаборатории Сейден, уверенно глядя на присутствующих.
Зак только стиснул покрепче зубы, чтоб не взвыть от отчаяния.
Всего ползвона назад, получив от Жунима известие об улучшении погоды, он попросил парнишку из прислуги позвать к нему Танио. Куда, знали все, маг эти три дня безвылазно сидел в лаборатории, готовя новые амулеты. Лишь Танио допускался сюда по нескольку раз в день, пополнить энергией растраченный резерв. Да Наташа, приходившая вместе со служанкой, доставлявшей обед и кувшин с холодным взваром. Чтобы пообедать вместе с мужем, твердо заявила она, когда пришла впервые, и Зак не осмелился спорить. Хотя… вполне вероятно, если б не она, про еду и не вспомнил.
А вот теперь вместе с Танио заявилась вся веселая компания и твердо заявила, что они пойдут вместе с ним. Все. Кроме несчастно глядевшей Рики, которую держит железной цепью материнская ответственность.
— Я, конечно, пока не много чего умею в магии, — Серьезно глядя в глаза Заку, произнес Дик, которого только позавчера утром Сейден и Танио взяли учеником, — Но у меня есть неплохие навыки в других областях. И думаю, что они вам не помешают.
— А я… — Начала было Наташа, но маг так резко выкрикнул категоричное: — НЕТ! — что она обиженно поджала губы и отвернулась к окну.
— Тала! — Опомнившись, ринулся к ней Зак, и все поспешили покинуть лабораторию.
— Значит, моя кандидатура прошла без возражений. — Деликатно провозгласил Дик, исчезая за дверью.
Маг на это заявление только раздраженно махнул рукой. Да идите вы все… на задание… только оставьте меня сейчас, говорил его жест.
— Получилось! — Восторженно хлопнула в ладоши Анюся, — Попался, как муха в мед!
— Узнает, убьет! — Мрачно пообещал недовольный Танио.
Это они провернули свою интригу и спокойно отправились собираться. А ему теперь неизвестно, сколько ждать у дверей, пока Зак вымолит у Наташи прощение. Хотя… она не вредная и прекрасно понимает, что им нужно все предусмотреть и успеть собрать… однако… мириться… он по себе знает, порой бывает так приятно, что совершенно забываешь про время.
И что этому Дику так приспичило с ними идти? Хотя и его друг, Тимка, тоже вначале было рыпнулся. Но тут уж мгновенно восстали все, особенно девушки.
— Мы, конечно, понимаем, что твоим освенцимским скелетом свободно можно всех дикарей распугать, — Насмешливо хмыкнула Тала, — Но нельзя же быть таким извращенцем. Наши мужья рядом с тобой будут себя чувствовать неприлично толстыми, еще комплексов нахватаются. Оно нам надо?!
Тимка начал было надувать губы, готовясь возмутиться, но бросил взгляд на подсунутый Анюсей огромный кусок мясного пирога и передумал. Он и вправду не мог еще нормально двигаться, а думать пока хотелось только о еде. Хотя и учила его Тала понемногу начаткам лечебной магии, способности к которой обнаружил у иномирянина приведенный Каруной природник, однако в походе на дикаря от него будет больше проблем, чем помощи. Он с самого начала это прекрасно понимал, но остаться без Эдьки в чужом доме, даже таком приветливом и гостеприимном как этот, было немного страшновато.
— Конечно, это ужасно, что его спину так изуродовали плетью, — тяжело вздохнул Зак, придя в столовую в то утро, когда Тимка впервые проснулся в этом доме. — Но много хуже то, что этот гад Джусуф сделал с его психикой. Иногда мне даже кажется, что я слишком мягко его наказал. Очень непросто будет Тимке справиться со своим страхом. Пусть поживет пока тут, я подумаю, как ему помочь.
Хотя наказал он рабовладельца вовсе не слабо, сам Тану рассказал. Заставил переписать все лодки и участок побережья на старосту рыбаков. А тому велел делить прибыль честно между всеми артельщиками, включив в артель на равных и бывших рабов аганцев. На них вольную Джусуф тоже подписал, прежде чем отправился жить в тот домик, что на рыбные деньги построил под Харшадом. Велел ему Зак выращивать там овощи и излишки раздавать беднякам. Всю оставшуюся жизнь.
— Танио, тебя Зак зовет. — Выскользнула из лаборатории разрумянившаяся Наташа, и быстро убежала в сторону кухни.
Вот это правильно, кивнул себе Тан, заходя в комнату, сейчас там самое оживленное место, собирают провизию им в дорогу.
— И путь обязательно проложите, — напутствовала собравшуюся в холле команду Каруна, следя краем глаза за сосредоточенным Таном, открывающим портал в дом Гистона в Хадиркане.
Надо, же, совсем недавно от простейших заклинаний в щенячий восторг приходил, а теперь такой путь открывает и ни капли не волнуется. Настоящим магом за один год стал, а главное, за что его Зак ценит, нерушимо предан друзьям и никогда не трусит. После того, как пару раз сходил с ним на задания, сын ни про кого из бывших напарников и не вспоминает.
А Тан, пропустив в портал спутников, весело махнул ей рукой, послал воздушный поцелуй Рике и исчез в сером тумане.
— Пойдем, взвару попьем. — Сбрасывая с побледневшего лица беспечную улыбку, буркнула Рика.
Ох, не нравилось ей это задание, до отвращения не нравилось! Но показывать свои чувства Тану она не собиралась. Остановить его все равно невозможно, зачем же настроение портить? Зато теперь, когда он ушел, можно и ослабить контроль за своим обликом.
— А что… с ними может случиться? — Внимательно всматриваясь в побледневшее лицо юной хозяйки, осторожно спросил Тимка.
— Не знаю. — Безучастно буркнула она, разливая взвар. — Но дикари способны на все.
— А… почему… тогда не собраться большой командой? Или вас очень мало?
— Нас, Тима! Забыл, что уже ученик? — Мягко поправила Каруна. — Нет, нас не очень мало, но не все могут бороться с дикарями. Из представителей основных двенадцати областей магии противостоять необученным могут лишь те, кто относится к боевым. Таким как огонь, вода, земля, воздух и телепатия. Относительно сильные боевые заклинания могут быть у природников и магов очарования. А те маги, что имеют выраженные способности к лечению, иллюзии, превращению, защите, перемещению, обычно сразу проигрывают. Ведь на борьбу за власть решаются только самые сильные дикие маги, обладающие несколькими способностями. И нетрадиционными, очень жесткими, заклинаньями.
А всем собираться нет смысла, пока неизвестно, где прячется дикарь. Вот когда его найдут, тогда и пойдем на подмогу, если команда не сможет справиться. Но… ведь они все одни из лучших магов ковена. Зак, так точно лучший телепат и сильный огневик, Сейден очень мощный водник. Танио тоже далеко не последний воздушник. И Анюся не слабая огневичка. А твой друг со временем станет мастером сразу в трех областях, воды, воздуха и природы. Думаешь, они бы смогли меня удержать, если я решила пойти? Просто считаю, что и без меня справятся.
— Ладно. — Успокоенный этой лекцией, согласился Тимка. — Тогда… я пойду… погуляю в саду?
— Конечно, иди! Я сейчас прислужника пошлю, пусть тебе кресло вынесет! — добродушно кивнула Каруна, глядя вслед худой фигуре.
Нужно будет через ползвона сходить, поговорить с ним о чем-нибудь. Зак особо наказал, не оставлять парня надолго одного. Это пока он в рабстве был, у него другой цели не было, кроме как выжить, а теперь начинают оживать сомнения и тревоги. Единственным и любимым сыночком был у немолодых родителей, задумываться начинает, каково им теперь. Ната говорит, только в их стране каждый год неизвестно куда пропадает столько людей, что хватило бы на целый город. А в наш мир попадают считанные единицы. Значит, разносит их по разным мирам, и возможно, не всем везет попасть туда, где есть вероятность выжить.
Нет, Жуним не обманул, сообщив, что погода переменилась в лучшую сторону. Только не уточнил, что до нормальной, когда можно будет без опаски выходить в море, ей еще очень далеко.
Но самым худшим оказалось не это. Не осталось в Харшаде ни одного мало-мальски пригодного для морских путешествий суденышка, которое бы не нуждалось в ремонте. Даже самых предусмотрительных хозяев не пощадила в этот раз судьба. Не оказалось в бухте ни одного безопасного для кораблей места. Огромные волны снесли даже несколько складов и лавок, которые пронырливые ружанские купцы, понадеявшись на авось, выстроили слишком близко к набережной. Да и то вдуматься, бывали за эти годы очень неслабые шторма, но до построек долетали только брызги. Вот и уверились торговцы в своей удаче. Столько свободного места и так близко для погрузки зря пустовало. А ну как сильного шторма еще лет десять не будет? Все затраты на постройку сторицей окупятся. Не вышло. Не прокатило. Повезло бродягам и вездесущим мальчишкам, выискивающим в оставленных штормом лужах рулоны дорогих Менлисских тканей и бутыли с лучшими Ромадийскими винами, приготовленными для отправки в Тумастан.
— Не меньше семи дней уйдет на ремонт, господин, слишком большие повреждения! — Почтительно убеждал Зака, скинувшего иллюзию, наведенную отцом, капитан наименее пострадавшего суденышка.
И маг ему верил. Так как, едва выйдя из портала, первым делом снял с шеи ограничивающий ментальные способности амулет. Незачем ему в чужой стране, да еще на задании лишнее время на уговоры тратить. Вот и теперь, четко слыша мысли капитана, знал, что за положенную им цену тот собирался переманить у хозяина верфи несколько хороших мастеров, и заставить работать за двойную оплату с раннего утра до поздней ночи.
Только мага это не устраивало, ни с какой стороны. Он собирался выйти в море не позднее завтрашнего дня. Тревога, поселившаяся где-то в груди, при вспоминании о Хабере и Гистоне начинала тянуть противным холодком.
— Если не найду ничего получше, к вечеру приду и мы заключим соглашение. — Важно кивнул Зак капитану и вышел из комнатки, которую тот снимал в самой лучшей местной гостинице.
После того, как стало понятно, какие грозные разрушения произвел шторм, свободных мест в этом заведении резко прибавилось. Многие из тех, кто постоянно жил тут во время стоянок судов, подсчитав свои резко уменьшившиеся возможности, перебрались под навес в харчевню. Лишь те, чьи суда пострадали меньше всего, в надежде, что сумеют быстро возместить свои убытки, не спешили покидать удобные номера.
— Это слишком долго. — Вздохнул Танио. — Пока мы выйдем в море… пока доберемся до Берзийских островов… ну, я конечно подгоню, а если их там не окажется… потеряем кучу времени.
— А мы сами не можем помочь в ремонте? — Встряла в разговор Анюся, сидевшая в уголке дивана с Лео на руках.
Наложенная на хайти недолговременная иллюзия недавно начала таять, сильно испугав неподготовленного к этому Дика.
Да и любой бы напугался, если увидал, как лапка обычного котенка вдруг трансформировалась в почти человечью крошечную ручку и ловко стащила со стола ломтик сладкого фрукта, напоминающего по виду грушу, а по вкусу ананас.
Конечно, растерялся Дик всего на миг. Потом сообразил, что это действует какая-то магия, а раз Анюся ничего не замечает, значит, враждебная. И то подумать, в каких перипетиях этот котенок с ними был, вполне мог на него любой дикий маг заклятье наложить. Значит, нужно его осторожно устранить подальше от девушки, а потом пусть маги разбираются, мгновенно принял решение парень. И лучше, если молча, вдруг этот маленький монстр понимает, о чем они тут говорят?!
Хорошо, что в тот момент, когда Эдик Анюсе разные морды корчил, пытаясь вызвать девицу в коридор, явился Зак. И быстро все разъяснил. Иначе у магички могли бы появиться абсолютно необоснованные подозрения, что Дик её клеит.
— Помочь-то можно, но придется сходить за природником. — Кивнул девушке Сейден. — Я могу лишь на время защитить дыры от протекания. И то это будет постоянно тянуть энергию.
— А что ты там говорил про мастеров с верфи? — Прищурился Тан. — Может нам самим их всех перекупить? Или вообще купить всю верфь.
— Проще заставить хозяина отправить всех работников на это судно. — Поднял брови с истинно Гистоновским высокомерием маг. — Это производство за последние дни подорожало в несколько раз.
— А они там… только чинят… суда? — Осторожно поинтересовался Дик, до этого не решавшийся влезать со своими предложеньями к таким опытным магам.
— Почему? — Пожал плечами Зак. — На любой верфи обычно строится от одного до трех кораблей. Стоп! Дик, ты молодец! Теперь я точно знаю, мы тебя не зря взяли!
Анюся широко распахнутыми глазами глядела как учитель, одним прыжком вылетев из-за стола, срочно творит на свободном местечке портал. Интересно, она одна не поняла, что такого сказал Дик, или есть еще сомневающиеся? И почему Сейден с Таном тоже рванули как сумасшедшие к этому порталу?
— Похоже, мы все-таки выйдем завтра в море. — Довольно хмыкнул Дик, глядя на тающий туман портала, и пододвинул поближе к себе блюдо со знаменитым мясом из харчевни.
Послушались всё же сегодня маги его совета, когда встал вопрос, кому идти за едой. Лекарь Жуним охотно разрешил воспользоваться своим прислужником, и через ползвона огромная корзина была доставлена в комнату Зака, в которой они по старой традиции устроили столовую. А довольный парнишка стал богаче на пару медяков.
— Не знаю, откуда ты это взял, но я рада. — Вздохнула Анюся. — Иначе бы нам от Зака скоро под кроватями прятаться пришлось. Он очень не любит, когда его планы нарушаются.
А кто это любит, хмыкнул про себя Дик. Ни один человек небось, не любит. А тем более маг, да еще и принц! Он такой шок испытал, когда узнал, что оба мага, с которыми он запросто спорил за столом, имеют титул принцев!
— Да не переживай ты так, — Заметив его ошеломленное лицо, успокоил Танио. — Нам этот титул за заслуги перед ковеном присвоили и никаких особых благ он не дает! Кроме очень сомнительной чести подать заявку на выборы в короли!
— Ничего себе, сомнительная! — Окончательно ошалел Эдик. — Захотел и пошел выбираться в короли! А разве у вас королевская корона не наследуется его сыновьями?
— Нет. Уже больше трехсот лет. А насчет сомнительная… вот ты хотел бы стать королем?
— Ну… не знаю. Сначала выяснить нужно… что ваш король делать должен. — Осторожно пробормотал Дик, почувствовавший в этом вопросе подвох.
— Первым делом пройти испытание. Сначала на турнире, на силу, выносливость, владение различным оружием. Потом проверку перед профессорами академии на знание различных наук, умение логически и хладнокровно мыслить, быстро решать каверзные задачки на сметливость и гуманность. А последняя проверка магом ментальщиком, на чистоту помыслов и верность законам страны.
— И что… кто-нибудь проходит?
— Двадцать пять лет назад прошло трое. Потом был общий совет, он и выбрал нынешнего короля. Скоро будут новые выборы, срок правления Элтинора заканчивается.
Зак саркастически хмыкнул и забрав кувшин со взваром, ушел в лабораторию, пинком открыв себе дверь.
— А его сын… не собирается подавать заявку? — Заинтересовался Дик.
— Возможно и собирается. Но не он один. А вот кого выберут, узнаем к осени. — Равнодушно пожал плечами Танио.
Каруна бросила быстрый взгляд на мужа, но тот ответил ей твердой усмешкой, заставившей магиню незаметно вздохнуть.
А Эдик подумал, ну, возможно это и хорошо, что жителям все равно, кто будет королем, раз они уверены, что выберут самого достойного! Ведь на самом деле, вовсе неважно, кто там правит, лишь бы люди могли спокойно растить детей, не переживая за их будущее.
Небольшой быстроходный шлюп, построенный по специальному заказу богатого берзийского купца, торгующего дорогими скоропортящимися редкими фруктами, приглянулся Заку сразу. Потому, что был практически готов. Доказать, что хозяин верфи должен немедленно продать его тордизанцам, магу удалось довольно быстро. Дело решил крутобокий мешочек наличности, выложенный на стол. Купить этот шлюп желали многие, но почти ни у кого не было той суммы, какую запросил предприимчивый делец. Что можно уплатить заказчику оговоренный неустойкой двойной задаток и сорвать на продаже шлюпа большой куш, судостроитель понял, едва бешеные волны начали с грохотом один за другим выбрасывать на берег стоящие в бухте корабли.
Правда и покупатели, обозленные безбожной ценой, объединившись, начали свою игру, стараясь совместными усильями сбить стоимость до разумной. Только Зака их крысиная возня нисколько не волновала. Выложив разом все запрошенное золото, он вызвал у владельца верфи искреннее сожаление, что не догадался запросить больше. Видимо этому остроглазому тордизанцу позарез нужно попасть в море, раз он не стоит за ценой, сообразил делец.
— Нанять капитана сможете в харчевне, а матросов он сам наберет, — пряча мешок в металлический сундук, прикрученный к полу, посоветовал довольный торговец, но маг только вежливо кивнул в ответ.
Насчет капитана у него родилась собственная идея, и ее стоило немедленно проверить.
— Танио, ты не посидишь на нашей покупке, пока я смотаюсь в одно место? — Задумчиво предложил маг, мучительно прикидывая, как ему обращаться с отцом.
С одной стороны, вроде Сейден не против того, что он командует этой операцией. А с другой… распоряжаться собственным отцом как-то… анормально.
— Мне пойти с тобой или остаться с Таном? — Обыденным голосом спросил Сейден, вызвав у сына благодарный вздох.
— Лучше здесь, — мгновенно прикинув все обстоятельства, кивнул Зак, — Там я справлюсь и один.
И начал создавать портал, не оглядываясь на отца, спокойно зашагавшего к стоящему на стапелях судну.
Диршан впрягся в веревочную петлю и приготовился тянуть. Хотя ветер еще рвет с тела рубашку, однако волны уже не достают до выброшенных на песок лодок и можно заняться их починкой. Но для этого разбитые посудины нужно перевернуть и просушить. А после ремонта еще смолить и красить, так что первая рыба забьется в сетях очень не скоро. Вместе с куском берега и пятком разбитых лодок прибавилось у старшины рыбаков и головной боли. Раньше, конечно, было труднее, жуликоватый и жестокий хозяин так и норовил провести, и приходилось следить за ним в оба. Зато его не волновало, на какие деньги владелец отремонтирует лодки, в дни, когда рыбаки не выходили на работу по вине непогоды или хозяйских неурядиц, он по договору давал наймитам пятую часть обычного заработка. Негусто, но на похлебку хватало.
— Навались! — крикнул следящий со стороны парнишка и самые крепкие рыбаки дружно навалились на лямки, а остальные подталкивали разбитую посудину кольями и веслами. Освобожденная от воды и песка лодка затрещала, сдвинулась и, нехотя перевернувшись, рухнула на песок вверх дном. Мужики сбросили лямки и устало повалились на песок, привалясь спинами к борту.
Все дни, пока бушевал шторм, рыбаки хмуро обсуждали неожиданную перемену своего статуса. И не всем она нравилась. Самые прижимистые сразу подсчитали, что на починку лодок придется достать монеты из тщательно запрятанных загашников. Копили все. Но на разное. Кто собирался купить сыну невесту, кто поправить развалившийся дом. Некоторые мечтали и о собственной лодке. И отдать так тщательно собираемые деньги не хотелось никому. Отдашь кровные на починку лодки, а она возьми да затони. И такое бывало. С кого потом возврата требовать?
Незаметно выйдя под навес из портала, Зак постоял несколько подзвонков, прислушиваясь к безрадостным мыслям сидящих у лодок рыбаков и едко усмехнулся. Оказывается, мало дать людям свободу и возможность работать на себя, нужно еще и научить, как эту возможность можно использовать.
Решительно вышел навстречу рвущему одежду ветру и зашагал к рыбакам. Сегодня им повезло. Их помощь понадобилась ему, значит, он поможет им.
Диршан заметил, как округляются от изумления глаза парнишки, сидящего к нему лицом и быстро оглянулся.
Стараясь ступать по камням, выглядывающим из мокрого песка, в их сторону беззаботно шествовал старый маг, так круто изменивший четыре дня назад их жизнь.
— Па? — Обернувшись, вопросительно уставился на Сейдена Тан, услышав поскрипывание трапа под крупным телом.
— Зак сказал, что там справится и один. — Преувеличенно легкомысленно махнул рукой водник и прошел вперед.
Танио еле сдержал возмущенный хмык. Ну, вот чем он думает, этот Зак? Мало того, что последние дни рычал на всех, кроме Наташи, так почти перестал нормально общаться с родителями. И они почему-то воспринимали это как должное! Пусть бы попробовал пожить, так, как он, сиротой! Когда никому нельзя ни довериться, ни пожаловаться. Да он, Танио только и понял, что такое жизнь в нормальной семье, когда к ним в дом попал! Как это прекрасно, знать, что кому-то по настоящему не безразличны ни твои радости, ни беды!
— А ты случайно не знаешь… куда он пошел? — безучастно спросил Сейден, заглядывая в крохотную каютку. — Кого они здесь размещать собрались? Тут же нормальный человек не поместится!
— Анюся поместится. — Заглянув, определил Танио. — А Зак… я думаю, решил нанять тех рыбаков. Их староста вроде помощником капитана был, пока не женился. Он от своей жены далеко не уходит, боится, что её обнаружат. Она дикая магиня, а выдает себя за травницу. Лечит рыбаков втихомолку, очень добрая женщина.
— А что ж… он… не предложил ей… к нам? — почти не дыша, ждал ответ незнакомый с такими подробностями магистр.
— Предложил. — Хмыкнул Тан. — Как не предложить. Только Диршан этот, потомственный моряк, без моря ничего не умеет делать. Ну, это он сам так думает. Наверняка, просто больше ничего и не пробовал.
— Тсс! — Напрягся вдруг Сейден, почувствовавший как кто-то нарушил поставленную им по привычке сторожку.
Танио мгновенно пустил воздушное щупальце и ответ, принесенный им, воздушнику сильно не понравился. Вокруг их покупки собирались какие-то люди. И как он сразу понял, не с самыми лучшими намереньями.
— Па, ты на нос, я на корму! — Забыв, что недавно осуждал друга за слишком вольное обращение с родителями, скомандовал Тан и метнулся к корме, по отработанной схеме вешая на себя все доступные щиты.
Потянуло легким запахом дыма, и принц, перегнувшись через борт, заметил бьющийся от ветра язычок огня, показавшийся из сложенного под шлюпом вороха щепы и стружек. Злобно рявкнул неслышное ругательство, и одним движением руки разметал щепу в разные стороны.
В несколько мгновений пересек палубу и обнаружил другой костерок. Сжал вокруг огня плотный купол защитной сферы и отозвал из нее воздух. Огонь, оставшийся без питания, тут же угас. Темная фигура, держащая в руках плошку с маслом, метнулась к куче стружек, намереваясь реанимировать огонь. Ехидно хихикнув, Тан приоткрыл на миг защиту, а едва поджигатель попал в ловушку, снова захлопнул. Тот, не замечая подвоха, выплеснул масло, поднес запасенный уголек и вдруг, схватившись за горло, рухнул ничком. Другая фигура, вынырнув из ближних кустов, осторожно оглядываясь, двинулась к поджигателю, не понимая, что могло уложить неподвижно рослого моряка.
С носа судна, тонко звякнув, метнулась к очередной куче досок и мусора, озарившейся огнем, ледяная молния и пламя, зашипев, сдохло, погребенное кучей льда.
— Маги! Отходим! — Крикнул чей-то испуганный голос и в кустах захрустели под торопливыми ногами ломаемые ветви.
— Куда?! Мы еще как следует не повеселились! — Объявил Тан, и сложным жестом послал в убегавших любимое заклинание.
Тотчас над кустами показались фигуры поджигателей, неторопливо поднимающиеся вверх в противоестественно высоком и медлительном прыжке. А принц уже поворачивал рукой невидимую ручку и быстрый смерч, срываясь с его пальцев, собирал в вечереющем воздухе в одну кучу необычайно легкие фигуры.
Крик ужаса, раздавшийся одновременно почти из десятка глоток, привел на корму Сейдена, застывшего в изумлении при виде зятя, дирижерскими движеньями опускающего на палубу груду перепуганных мужиков.
— На ползвона оставить одних нельзя. — Рассматривая кучу связанных пленников, изумленно пошутил Зак, выйдя из портала в сопровождении Диршана, Мизы и еще пятерки крепких рыбаков.
— Так мы их не звали! — Дернул плечом Танио. — Привет Миза! Здравствуй, Диршан!
— Мы знакомы? — С сомнением рассматривала необыкновенно красивого парня травница.
— Знакомы. — Кивнул Зак. — Только выглядел он тогда по-другому, потемнее и покучерявее. Не удивляйся, у нас такое случается часто.
— Я слышала. — Кивнула женщина, оглядываясь на пленников. — А это что за люди?
— Пытались сжечь наш корабль. — Коротко объяснил Сейден, внимательно разглядывая приведенных Заком людей.
Открытые взгляды, честные лица, мозолистые руки. Да, с такой командой не страшно путешествовать без дополнительной защиты. И снова Заку дополнительный балл, умеет разбираться в людях. Да и как иначе, с его-то способностями!
— Значит так. Мы ночуем тут, а вы идёте в гостиницу и по пути оставляете у градоначальника заявление о поджоге. А утром явитесь с вещами. Не забудьте закупить запас продуктов, утвари и воды. — Решительно объявил отцу с Таном Зак, легким движеньем руки отправляя поджигателей в крепкий сон.
— Может, мне к ним утром тоже присоединиться, чтоб чего не забыли? — Осторожно спросил новоиспеченный капитан, сильно переживавший за успех предстоящего путешествия.
— Посмотрим. — Отмахнулся старик. — Ты пока вспоминай, без чего не обойтись. Потом отдашь мне список. Я его Анюсе передам. — Это он крикнул вслед уже ступившему на трап красавчику.
При чем тут какая-то Анюся? Тяжело вздохнул капитан и отправился осматривать свои новые владения.
Глава 12
— Двенадцать стульев. Двадцать гамаков. Тридцать одеял. Четыре котла. Пятнадцать комплектов теплой одежды и обуви… — Удобно устроившись в мягком кресле возле маленького столика, Анюся размеренно читала длинный свиток, не забывая бросать в рот засахаренные орешки, выставленные хозяином оптового склада для выгодных покупателей.
Сидевший в таком же кресле у дверей Танио считал загружаемый товар, не забывая каждый раз легонько взмахивать рукой, когда очередная телега отъезжала от дверей. На шлюпе разгружать и растаскивать по местам мебель и припасы будут ставшие матросами рыбаки, а у них сегодня еще столько работы, что силы лучше приберечь.
Диршан, осмотревший вечером шлюп, остался им очень доволен, но заметил то, что ускользнуло от неискушенных покупателей. Внутреннее пространство было хорошо подготовлено для перевозки деликатного груза, а вот для команды отводился лишь небольшой закуток с висящими в два яруса гамаками. Причем спать в них предполагалось в две смены.
Зак немедленно вызвал хозяина верфи и договорился о срочной переделке. А заодно и просмотрел в его памяти имена капитанов, так рьяно сбивавших в эти дни цену на шлюп. И к прибытию вызванной Сейденом городской охраны во главе с самим начальником, приготовил кучу доказательств их вины. Хотя неудачливые конкуренты действовали достаточно осторожно. Болтающихся без дела матросов для сурового наказания нагло вмешавшегося в их торг чужака, нанимали не сами, а через посредника, довольно скользкого типа из местных закулисных воротил. Таких обычно много в тех местах, где совершаются сделки и ходят большие деньги.
Капитан охраны, давно мечтавший прижать всю эту братию, с удовольствием ухватился за подвернувшуюся возможность. А признав Зака за Гистона, которого однажды видел в Хадиркане, вообще твердо уверовал в свою счастливую звезду. Потому и сидел сейчас Зак не на готовящемся к отплытию шлюпе, на котором с вечера стучало молотками почти два десятка плотников, а в штабе городской охраны. Помогая допрашивать приведенных туда подозреваемых.
— Тан! — Отвлек мага от подсчета стульев крик Анюси, — А зачем нам столько мешков с зерном?
— Десять, одиннадцать, двенадцать. Стулья все. Каким еще зерном?!
— Иди, посмотри!
— Сама принеси, я не могу, пока телега не догружена!
Ладно, сама так сама, пробурчала Анюся и, зачерпнув меркой из раскрытого мешка немного странного зерна, прихватила Лео и отправилась в сторону выхода, разглядывая попутно полки с выставленным товаром. Заинтересованный донельзя торговец заторопился следом.
— Ну и чем тебе не нравится гаш? — Едва взглянув в мерку, пожал плечами Танио.
— А что это такое? — Упрямо прищурилась девушка.
— Крупа такая. Кашу из нее матросам варят. — Не выдержал торговец. — Очень выгодная каша, из одной мерки пять мисок получается!
— А почему я никогда такую не ела? — И не думая сдвинуться с места, въедливо спросила девица.
— Ну, её в основном матросам варят. И работникам на рудниках. — Считая котлы, небрежно отмахнулся Тан.
— Значит, мы теперь матросы? Или работники рудников? — Еще ядовитее поинтересовалась Анюся.
Танио, поперхнувшись, ошеломленно уставился на нее.
— Да что госпожа такое говорит! — Всплеснул ручками изумленный хозяин. — Для вас пойдут совершенно другие крупы и мясо!
— Ага, тогда значит, мы свой обед будем жрать под одеялом. — Саркастически съязвила магиня. — А как я буду смотреть в глаза Мизы?
— Анюся, ты умница, а я дурак. Кто писал этот список? — с раскаяньем выдохнул Тан.
— Диршан. С утра пораньше прибежал, принес. — Довольная похвалой, расцвела магиня.
— Дай сюда. Так, гаш вычеркиваем, вместо пяти мешков гаша пять риса, и еще по два мешка гречи, лапши и фасоли. А это что за солонина? — Поднял он глаза на торговца.
— Все такую берут. — Начиная постигать нежданно засветившую прибыль, скорчил кислую мину хозяин.
— Вычеркиваем. Какое мясо самое лучшее?
— Окорока, долго хранятся и вкусные. Копченая птица, сухие колбасы… — начал перечислять торговец и у Анюси потекли слюнки.
— Вот нам этого всего и побольше. — Кивнул Тан хозяину и приказал блеснувшей довольными глазами девице. — А ты все пробуй, что не понравится, не бери.
— Вот это правильно, а то — гаш! — Самодовольно бурчала Анюся, величественно возвращаясь на свое место.
Торговец суетливо побежал вдоль полок, счастливо потирая ручки. Это ж надо, какой удачный день! А он уже вчера убытки подсчитывал! Ну а как иначе, когда во всем порту не одного готового к выходу в море корабля! Да и с деньгами у тех, кто уже начал чинить свои суда, очень негусто. Значит, брать продукты и инвентарь будут по минимуму, и гаш разойдется в два счета. А вот продать дорогие колбасы и различные деликатесы он уже и не надеялся!
— А госпожу интересуют сладости? — Осторожно поинтересовался торговец у магички, чья значимость за последний подзвонок многократно возросла в его глазах.
— Госпожу интересует всё, особенно вкусное. — Твердо ответила Анюся.
Ей никогда раньше не приходилось путешествовать на парусных судах, но она справедливо подозревала, что заняться, кроме еды, там будет особенно нечем. Да и действительно, что еще делать на крошечном пятачке тверди, плывущей по необозримому океану? Правильно, сидеть в кресле и грызть орешки, или пить взвар с пирожными, или смаковать фрукты.
— Кстати! — Подняла от списка глаза магиня, — А фрукты у тебя есть?
— Доставим самые лучшие прямо на судно! — Радостно кивнул хозяин, лихорадочно подсчитывая про себя, сколько долей от прибыли запросить со знакомого торговца фруктами за поставку выгодного клиента.
— Смотри. — Заподозрив по блеску в его глазах какую-то аферу, предупредила Анюся. — Мой дядя очень не любит, когда его обманывают! Хоть один гнилой персик попадет… пеняй на себя!
Торговец не очень понял, что такое персик, но переспрашивать не стал, убежденный, что все редкие фрукты его коллега сегодня продаст очень выгодно.
Когда они приехали к сходням уже спущенного на воду шлюпа на телеге, загруженной остатками закупленных товаров, там почти все было готово к отплытию.
Бригада плотников уже закончила работу и отправилась отсыпаться, оставив после себя отлично сделанные двухместные каюты для экипажа и одноместные для пассажиров. А также просторную столовую и даже умывальню со всеми удобствами, которую Сейден пообещал бесперебойно снабжать пресной водой. Он этой самой водой уже залил почти полсотни больших бочек, которые утром опустили в трюм. Иначе, по словам Диршана, без надлежащей осадки, шлюп был бы очень неустойчив. Хотя другие капитаны в целях экономии предпочитали вместо балласта загружать мешки с песком, Сейден на это предложение только презрительно фыркнул. Воды, особенно в этом месте, он мог призвать сколько угодно, а песок надо было нагребать и таскать матросам.
Едва успели занести на шлюп последние припасы и перетаскать корзины с фруктами, как в сопровождении охранников, тащивших еще несколько накрытых полотном корзин, из портала, открывшегося прямо на причал, вышел Зак. Легко вбежал на шлюп, привычно прочел мысли ученицы о всех событиях, случившихся без него и, одобрительно ей кивнув, предложил всем занимать каюты и готовиться к отплытию.
Охранники втащили свои корзины, их капитан еще раз поблагодарил на прощанье господина Гистона, и матросы убрали за ними сходни. Пассажиры тем временем начали осваивать новое временное жилье.
Анюсе Танио предложил занять маленькую каюту, которую первоначально предназначали для повара. Потому она и находилась рядом с камбузом. Это соседство так вдохновило девушку, что она немедля согласилась, хотя другие каюты были заметно просторнее. Зато они находились или внизу, или дальше от кухни. Следом шли еще три каюты, две из них, чуть побольше, что готовились для капитана и помощника, заняли Зак и Танио. Сейдена определили в самую большую каюту, предназначавшуюся раньше для хозяина шлюпа. Дику тоже предложили диванчик в этой, самой комфортабельной из всех, каюте, но он немедля отказался.
— Что мне трудно, что ли, несколько шагов по лестнице сделать? — Фыркнул парень насмешливо, и занял первую из свежепостроенных одноместных кают.
Диршан еще раньше занял вместе с женой находящуюся напротив двухместную каюту, исподволь радуясь, что она намного просторней капитанской.
Радовались и матросы, вовсе не ожидавшие, что маг потратит столько денег на переустройство трюма. Лучшее, на что они надеялись, это разрешение повесить несколько дополнительных гамаков в свободных от товара местах.
Собравшаяся на пристани толпа любопытствующих горожан и безработных матросов с интересом и завистью наблюдала за подготовкой судна к отходу. Для зрителей не прошло незамеченным ни количество первосортных товаров, которые с завидной легкостью таскали в трюм загорелые мускулистые парни, ни необычное прибытие начальника стражи.
Все это говорило о том, что люди, собирающиеся выйти в море при такой погоде вовсе не обычные купцы или путешественники. Потому-то публика и ждала чего-то неординарного. И лишь закоренелые скептики ехидно предрекали предстоящему отходу судна абсолютную неудачу. Да и как может быть иначе? Хотя шторм и утих, но тяжелые серые волны с неутомимой силой размеренно врываются на мокрый, плотно утрамбованный песок побережья. И ветер совершенно не попутный, а как раз наоборот. Весел у шлюпа нет, он для них слишком тяжел и велик. А на парусах идти против ветра не додумается даже безумец. Так что зря они убирали сходни и так торопились все утро. Придется ничего не понимающим в морском деле чужакам посидеть на берегу еще некоторое время. Именно столько, сколько потребуется ветру, чтобы переменить направление.
— Ты уверен, что у тебя получится? — Деликатно осведомился у зятя Сейден, — Может, я попробую… своими методами?!
— Ну, если не получится, попробуешь. — Со своей обычной легкостью согласился Танио, стоя на корме готового к отплытию судна, и обернулся к Диршану. — Все готово?
— Да. — Ответил капитан, с тревогой поглядывая на красавчика.
Не выглядел он, с точки зрения умудренного опытом моряка, человеком, способным сдвинуть с места этот корабль. Против ветра, против волн? Скажи кому, засмеют. Да вон уже и хихикают, причем в открытую, некоторые из стоящих на причале.
А Танио, прищурив глаза, прикидывал, каким образом заставить воздух работать так, чтобы ему не пришлось стоять тут весь день. Ведь можно создать ветер любой силы, но он будет всегда дуть только оттуда, где находится его создатель. Однако долго стоять или даже сидеть под встречным ветром на открытой палубе принцу вовсе не хотелось. Ну, разве что в крайнем случае. Вот если б развернуть ветер… Тан хмыкнул, прикидывая возможность этого действия, и бесшабашно тряхнул головой. Во всяком случае, можно попробовать.
Он закрыл шлюп спереди и с боков воздушным щитом и на палубе немедленно стих ветер, а рвущиеся назад паруса безвольно обвисли. Затем собрал потоки ветра, стекавшие с щита, в вихревые жгуты, и направил их так, чтоб они били в середину развернутого паруса. Прикрепил воздушными канатами и подпитал струйкой магии. Парус дрогнул, заколыхался и начал стремительно выгибаться в сторону, противоположную направлению ветра.
Толпа на пристани ахнула и затаила дыханье. Сейден довольно хмыкнул и прошел на нос судна, уже начавшего медленное движение против ветра и волн. Маг пристально вгляделся в тяжелые волны, заставляя их расступиться перед маленьким судном и дать ему ровную полоску спокойной воды. Ему было легко управлять этой массой, вся затраченная энергия немедленно возвращалась, по крупице собираясь из перебаламученной штормом воды и скручиваясь в тонкие живительные нити.
Стоявший за рулем матрос потрясенно охнул и Диршан немедленно перехватил у него штурвал. К таким демонстрациям магической мощи неподготовленных лучше подпускать не сразу, а давать им немного привыкнуть. Подхваченный несуществующим для зрителей ветром шлюп рванул от берега с такой скоростью, что через подзвонок уже трудно было разглядеть лица стоящих на пристани зевак.
С открытыми ртами провожающих остекленевшими взглядами судно, вихрем умчавшееся в море против всех известных им законов мореплаванья.
— Тан? — Изумленно поднял глаза Зак и оглянулся через распахнутую дверь на наполненный ветром парус. — Ну, ты умник! Как это тебе удалось?
— Очень кушать захотел, как говорит твоя ученица! — Довольно хмыкнул принц, заглядывая через плечо друга.
Развернутая на столе карта, закрашенная в центре синью океана, обрамлялась с одной стороны изрезанной бухтами линией Ружанского побережья, а с другой кляксами Берзийских островов. И проложенная по ней тонкая линия, соединявшая две точки на суше, разбивалась, не дойдя до середины, на пучок направлений заканчивающихся вопросиками.
— Ладно, пойдемте обедать. — Вздохнув, отодвинул карту Зак. — Там охрана принесла в подарок за мою помощь какие-то местные блюда, приготовленные их поваром. Они очень хвалили его стряпню.
— О! Зак! Ну, скажи ты ей! — Бросилась навстречу учителю магиня, возмущенно посверкивая темными глазами на покрасневшую от спора Мизу.
— Господин… — укоризненно глядя на упрямую девчонку, начала было повариха, но маг ее перебил.
— Она права. — Категорично мотнул он головой. — Мы будем обедать за одним столом с вами. Подавай всё, что там притащили стражи порядка и зови всех, кто не занят. А ты Анюся, молодец, что не купила сегодня этот гаш. Я его терпеть не могу. Как и запах дешевой солонины.
— Я так и подумала. — Польщено хмыкнула магиня, плюхаясь на сиденье. — Только стульев мы мало купили. На всех не хватит.
— На корабле никогда все за стол одновременно не садятся. Кто-то же должен стоять у руля. — Успокоил её Зак. — Но на всякий случай…
Маг прикрыл глаза и щелкнул пальцами. Несколько стульев, показавшихся Анюсе смутно знакомыми, возникли в свободном углу столовой.
А немолодая служанка, убиравшая в гостевых комнатах лекаря Жунима, долго еще спрашивала домочадцев, кто и куда забрал стулья из большой комнаты, составленные ею на стол, чтобы не мешали мыть полы. Однако больше всего ее интересовало, как их смогли пронести мимо нее, ведь женщина отлучалась выпить горячего взвару всего-то на пару подзвонков.
Путешествие по океану Анюсе понравилось. Их корабль мчался как моторная лодка, особенно после того, как Дик что-то долго чертил и объяснял пришедшему перекусить и отдохнуть Сейдену. В результате корабль обзавелся странными ледяными полосами по бокам, похожими на короткие крылья. И немного задрал нос, так что ходить по палубе стало не очень-то и удобно. Зато Сейден больше не должен был все время стоять на носу шлюпа, выравнивая для судна водную дорожку. Он сидел теперь в столовой, наложив на подводные крылья заклятье постепенного нарастания льда, взамен таявшего и подпитав его достаточным потоком магии. Пользуясь освободившимся временем, маг рьяно учил Дика простейшим водным заклинаниям. В очередь с Танио, который понемногу натаскивал иномирянина в магии воздуха.
Миза сначала попричитала было, как же ей готовить обед, если котел стоит наискосок? Но ушлые рыбаки быстро нашли простое решение, притащили несколько обрезков досок и подсунули под боковые ножки металлической печи.
Самой же Анюсе за время пути не пришлось делать почти ничего, только кормить Лео, да изредка помогать Мизе подавать на стол. Стол моряки тоже выровняли, хотя Дик и предупреждал, что такое положение их корабль занял вовсе не навсегда.
Хотя после того первого раза, когда рыбаки так жутко стеснялись садиться за стол вместе с магами, прошло всего пару дней, все уже успели совершенно освоиться. И теперь запросто играли по вечерам с Танио и Диком в самодельные шашки и домино, которое иномирец для пробы нарисовал на кусочках толстой, грубой кожи, нарезанных из пожертвованного капитаном ремня. Конечно, звонко стукнуть по столу ими было невозможно, но игра всем очень понравилась. К вечеру второго дня один из рыбаков, Туиз, скромно положил перед иномирянином маленькую коробочку с аккуратно вырезанными одинаковыми брусочками темного дерева, и, робея, спросил, можно ли сделать домино из этих кусочков. Оказывается, умелец сам их вырезал, тратя на новое увлечение все отпущенное для отдыха время. Не решившись испортить аккуратные заготовки, Дик подробно объяснил Туазу, как должны быть оформлены костяшки домино, и уже утром третьего дня мозолистые пальцы рыбаков бережно раскладывали на широких ладонях изящные кирпичики.
Один только Зак не принимал в играх и общении с командой никакого участия. Безвылазно сидел в своей каюте над амулетами, и Миза жутко робела, относя ему туда еду. И если во время игры Танио вдруг вскакивал из-за стола и просил Анюсю посидеть за него, все понимали, это маг срочно позвал друга на помощь. Рыбаки в такие моменты старались говорить потише, словно боясь помешать магам, а Сейден досадливо хмурился. Магу огня трудно получать подпитку от водника, слишком уж противоположны подвластные им стихии. Зато магия воздуха отлично дружит с остальными, и отец щедро делился своей энергией с возвращавшимся без резерва Таном.
Уже через несколько звонов после начала путешествия Сейден с удовольствием отметил, что капитан и команда просто боготворят Зака, хотя усталый маг, выходя вечерами подышать свежим воздухом, сам ни с кем не заговаривал и не шутил. Да и спутники слушали его беспрекословно, и если в академии и у них дома ученица сына иногда капризничала и даже спорила с ним, то здесь слова — Зак так сказал, были для нее незыблемым законом. Даже если дело касалось просто кувшина со взваром. Неожиданно застыв посреди какой-либо фразы с устремленным в никуда взглядом, девица четко отвечала вслух — ясно, и бегом тащила в капитанскую каюту то, что в настоящий момент потребовалось учителю. И никогда потом не ныла и не жаловалась, а наоборот, высоко поднимала носик, явно гордясь положением доверенного лица.
А когда Танио, смеясь, рассказал отцу, как Анюся разоблачила попытку капитана кормить команду дешевым гашем, Сейден неожиданно почувствовал к ней невольное уважение. Большинство из знакомых ему учеников даже на миг не решились бы сомневаться в списке, одобренном учителем. И уж тем более не стали думать, почему матросы едят жесткую застарелую солонину, а сами они — копченых гусей. Таков был порядок и этим все сказано. Но Зак очень не любил следовать таким привычным, но на поверку весьма несправедливым правилам, и Сейден за это очень гордился сыном. И хотя в свое время вовсе не обрадовался решению мага взять бестолковую иномирянку в ученицы, теперь осознал, что Зак, как всегда, оказался прав. Из никчемной капризной пустозвонки постепенно начинал получаться очень неплохой человечек и сильный маг.
Третий день путешествия порадовал просто прекрасной погодой, небо полностью очистилось от облаков, волны улеглись. Блестя под ярким солнцем ледяными крыльями, шлюп весело мчался по лазурной глади океана.
А к вечеру рулевой взволнованно закричал, что видит на горизонте верхушку горы Арбен, знаменующую собой ближайший из Берзийских островов, и все высыпали на палубу, посмотреть на малозаметную точку, темнеющую на горизонте.
Вышел и Зак, постоял, о чем-то сосредоточенно размышляя, а потом, отозвав Сейдена в сторонку, попросил убрать ледяные крылья, и проследить, чтобы на шлюпе навели первоначальный порядок.
Потом мысленно окликнул Танио и велел ему сделать то же самое.
— Зак, а может, еще немного пройдем… — Тану очень не хотелось снимать так удачно работающее заклинание.
— Нет. Погода хорошая, берег уже недалеко, можем налететь на встречные корабли. Я пока не хочу никому демонстрировать наши возможности. Ведь мы пока не знаем, кого собирался искать Хабер на Берзийских островах.
Танио, понимающе вздохнул и отправился снимать воздушный щит. А через несколько подзвонков всем внезапно показалось, что их корабль, до этого летевший стрелой, теперь ползет как черепаха. Хотя Диршан, сверясь с каким-то прибором, кисловато объявил, что скорость очень неплоха для такого судна и такой погоды.
Однако разницу между очень хорошей и неплохой все заметили мгновенно. Сразу исчез обдувающий шлюп прохладный ветерок, и стало нестерпимо жарко в плотных непромокаемых штанах и куртках, в которых до этого щеголяло всё без исключения население судна.
Поэтому буквально через пару подзвонков все разбрелись переодеваться к ужину, только сбросивший куртку Зак стоял, прикрыв глаза, на носу шлюпа и пытался ментально дотянуться до невидимого берега. В поисках пропавших магов и той неведомой опасности, навстречу которой они ушли.
Однако расстояние было пока слишком велико и маг, разочарованно вздохнув, не спеша отправился в столовую. Сегодня он закончил всю намеченную работу и намеревался хорошенько отдохнуть и сыграть, наконец, с парнями в ту игру, о которой рыбаки так громко думают все эти дни. Заку даже приходилось одевать амулет, чтобы громкие мысленные просьбы ко всем богам срочно послать четверку или единицу, не отвлекали его внимание.
Дик, проснувшись, по въевшейся армейской привычке, раньше всех, с удовольствием принял прохладный душ, устроенный в умывальне по его подсказке. Придя в умывальню в первый раз, иномирянин скептически оглядел несколько стоящих на подставках бочек, из которых предполагалось черпать ковшом воду, чтобы помыться.
— Как жаль, что понятие — душ, в этом мире пока отсутствует. — С иронией фыркнул парень, вовсе не предполагая, что будет услышан пришедшим умыться Сейденом.
Выяснив, что такое душ и как его на скорую руку устраивали в походных условиях гораздые на выдумку солдаты, Сейден немедленно принялся за осуществление идеи. Вскоре к нам присоединился и Танио, искавший Дика, чтоб предложить позаниматься.
— О, душик! Вот здорово! — Восторженно охнула Анюся, пришедшая как раз во время опробования новинки.
— Так ты что, знала, что такое душ? — Подозрительно уставился на девицу возмущенный ее скрытностью принц, теплым потоком воздуха осушая вымокшую до нитки одежду.
— А кто этого в нашем мире не знает? Может, думаешь, Тала или Светка не в курсе?
— Так почему же вы все столько лет молчали?
— А что нужно было вам говорить? — Оскорбилась Анюся. — Что у нас в каждом доме есть трубочка с дырками, из которых идет горячая и холодная вода? Ты же начнешь спрашивать, откуда, как, почему?! А откуда мне знать, как и почему!
— Типичная блондинка. — Хмыкнул себе под нос Дик, закрепляя на стене перекладину с плотной занавеской.
Не пленка, конечно, но вода брызгать по всему помещению не будет.
— Когда вернемся домой, отведу тебя к нашим мастерам. — Твердо объявил иномирянину Сейден. — Думаю, им будет очень интересно и полезно с тобой поговорить!
Выходя на палубу, сделать несколько привычных упражнений, парень вовсе не ожидал встретить там в такую рань Зака и Сейдена.
Всмотревшись, по пути к ним, в очертания выросшего за ночь на горизонте острова, Дик с изумленьем обнаружил, что шлюп движется не к нему, а параллельно, постепенно уходя с того направленья, которое вело к суше.
— Нет их на этом острове. — Вздохнув, ответил Зак на незаданный вопрос, и Дик не стал обижаться на то, что его мысли снова прочли. — Зато рыбаки видели свет костров на пустынных восточных островах. Они думают, что туда выбросило потерпевшее крушение судно. Только сами идти боятся, возможно, это пираты. Губернатор острова отдал приказ починить разбитые корабли и собирается отправить туда вооруженных людей.
— Значит, мы идем туда? — Догадался Дик.
— Да. Пройдем вдоль берегов. Возможно, это именно то судно, на котором плыли маги.
Глава 13
Кучка спящих под сенью примитивного шалаша людей зашевелилась и откуда-то из середины вылезла заросшая и оборванная личность. Почесываясь и зевая, перелезла через разбросанные во сне чужие конечности и выползла из-под низкого входа.
Нетвердыми со сна ногами протопала несколько шагов по направлению к ближайшим кустикам, постояла, потянулась, лениво оглянулась на розовеющий в первых лучах восходящего солнца океанский простор и от изумления широко открыла заспанные глаза. А в следующий момент разинула несвежую пасть и дурниной заорала:
— Корабль! Корабль! Да вставайте же, идиоты, а то уйдет!
Шалаш заколыхался, послышался треск, вскрики, стоны и яростная ругань. Из душноватой темноты кубарем выкатилось чье-то тело, за ним с шумом выломилось еще несколько.
— Что стоите, разводите костер! — Грозно рявкнул злобный голос главного и все суетливо заметались, пытаясь отыскать припрятанное вечером огниво.
Потом оказалось, что в запасе нет ни одной сухой щепки, и несколько человек бросились в сторону поваленных ураганом деревьев. Остальные прыгали на кромке прибоя и махали со всех сил руками и обломками лодки, пытаясь привлечь внимание проходящего мимо парусника.
Наконец, бегавшие за дровами притащили кучу сухих сучьев, и старший, нервно чиркая в спешке кресалом попытался выбить спасительную искру. Вовсе не сразу, но это удалось, и робкий язычок пламени, ревностно оберегаемый оборванными телами от случайного порыва ветра, получил первую горсть сухих веточек. Потом новую, побольше. Один из поджигателей, лежа впалым животом на сыром песке, осторожно дул в середину разгорающегося костра, торопя прожорливое пламя. А оно, весело трепеща, охватило, наконец, внушительную охапку сухих веток и, наконец, кто-то осторожно положил сверху немного широких зеленых листьев. Несколько мгновений они лежали на разгорающихся дровах без изменения, потом края начали темнеть и скручиваться, а кверху рванула струйка густого дыма. Вначале тонкая, она постепенно крепла, становилась заметнее, пока не превратилась в густой светло серый столб, понятного всем мореплавателям сигнала. Призыва о помощи.
Однако парусник, миновав точку пересечения своего курса с местом на берегу, где толпились жертвы крушения, спокойно уходил прочь.
— Да что они там, слепые все, что ли?! — Взвыл старший, с отчаяньем сжимая кулаки.
— Нет, не слепые. Мы давно вас видим. — Раздался в его голове чужой холодный голос.
— Что?! — неверяще переспросил, поднимая руку к виску, мужик.
— Мы вас заметили давно. Могли так не стараться разжигать свой костер. — Звеневшим ледяным ядом голосом объявил поселившийся в голове чужак.
— Но если видите, почему… не свернули в нашу сторону?
— Зачем?! — Голос собеседника зазвенел злым презрением.
— По морским правилам потерпевшим бедствие положено оказывать помощь! — Укоризненно рявкнул старший, не обращая внимания на изумленные взгляды обступивших его товарищей.
— По морским правилам капитан должен покидать тонущий корабль последним, проследив, чтобы спаслись все пассажиры! — Еще холоднее и презрительнее отчеканил голос. — А ты этого не сделал и теперь не имеешь никакого права требовать сочувствия от других! Пора испытать на своей шкуре, каково это, быть брошенным в тяжелый момент! Прощай!
По звякнувшей в голове оборванной нити капитан понял, разговор окончен. Тяжело шлепнулся на песок, невидяще уставясь на тающие вдали паруса. Неважно, как маги узнали, что он забыл в тот, сумасшедший миг про двух пассажиров, помогавших в трюме зачинить пробоину. Абсолютно ясно другое, даже если они сумеют отсюда спастись, ему все равно больше никогда не быть капитаном. Маги этого не допустят. Он мог бросить сотню своих соотечественников, и ему никто не сказал бы и слова. Но тордизанцы, особенно маги, были под неусыпной защитой ковена и тем, кто об этом забывал, приходилось после очень горько пожалеть.
— Мы так их и бросим? — Опасливо спросил Дик, с жалостью оглядываясь на столб дыма, взвивающийся в небо отчаянным криком о помощи.
— Им ничего смертельного не грозит. Вода недалеко, рыбу ловить они умеют. Через пару дней прибудут корабли с Арбена, и заберут их отсюда. — Сухо объяснил Зак, и, уже развернувшись в сторону столовой, горько бросил через плечо. — А вот они Гистона и Хабера бросили одних в трюме тонущего судна, хотя маги в тот момент помогали им, заращивая дыру в днище. А перед этим выложились, спасая от пиратов.
— Зак, — Уже наливая сыну взвар, — осторожно спросил Сейден, — А как… твое чувство… ну, то… оно… ничего не говорит?!
— Нет. Тревога прошла. И я не знаю… отчего. Или они спаслись и сейчас в безопасности… или… — Он скрипнул зубами и отвернулся.
За свою жизнь молодому магу уже приходилось терять друзей. Это было очень больно. И многократно больнее от несправедливости этих потерь. Почему за неправомерные амбиции и дикие фантазии психически неуравновешенных личностей должны платить жизнями отличные люди, Зак не мог понять с самого детства. С тех самых пор, как услышал рассказ о погибшем в Агане деде.
Воспитанная отцом привычка обдумывать и просчитывать последствия своих и чужих поступков привела мага к пониманию несовершенства некоторых законов ковена. Да, они предусматривали всё, чтобы защитить магов и граждан королевства. Но этого было мало. Простые жители, не постигающие мотивов действий магов, зачастую придавали им в своих пересказах и домыслах совершенно другую окраску. Более понятную их представлениям о сильных и всемогущих соотечественниках. Но абсолютно не соответствующую действительности. Магов уважали и боялись. А нужно было повернуть свою деятельность так, чтобы уважали и любили. Чтобы точно знали, что единственные, кто может по настоящему защитить и помочь — это не армия и не добрые господа во главе с королем, а ковен магов. Те столетия, что ковен провел в интригах и подполье, приучили магов скрывать следы своей деятельности, отдавая славу королю и генералам. И народ честно гордился и королем и армией. Ну а что мы хотели?! Что посеешь, то и соберешь!
— Так что… мы не будем их искать? — Неверяще уставился на магов Дик.
Да, нет, не может такого быть! Зак столько усилий приложил, чтобы отыскать совершенно чужого ему Тимку, а теперь бросит своих друзей? Нет, это точно из области фантастики!
— Что такое фантастика? — Невозмутимо осведомился Зак.
— Это весь ваш мир! В него у нас никто не верит, а те, кто рассказывает, что другие миры существуют, называются фантастами. — Иронично фыркнул Дик.
Он и сам так всегда считал! Пока не свалился с крыши высотки прямо на зеленое поле чужого мира.
— Тогда ты правильно соображаешь! — Мрачно похвалил маг. — Мы будем их искать до тех пор, пока не останется ни одного не обшаренного нами островка в этом океане или пока… я не увижу их мертвыми!
Но ни на одном из многочисленных островков и скал, входящих в Берзийский архипелаг, магов не нашлось. Ну, по крайней мере, на тех, мимо которых они успели проплыть за эти сутки. Все маги ходили мрачные, и даже матросы прекратили шутить и громко переговариваться. А в так понравившееся домино играли в самой дальней каюте, постелив на стол одеяло. Пока Зак все-таки не отобрал резную коробочку, объяснив, что их азартные мысли мешают ему слушать.
Заросший густой зеленью островок едва успел показаться из-за более высокого скалистого соседа, как маг напрягся и поднял в нетерпеливом жесте руку. Сейден и Танио, до того момента тихо переговаривавшиеся неподалеку, застыли на полуслове.
Островок быстро приближался, а Зак, прикрывший глаза и хмуро вслушивавшийся в только ему слышные мысли, становился все мрачнее.
— Тан, сделай нас легкими, нужно сходить за одной вещью! — Резко приказал маг, и, оглянувшись на Сейдена, мягче добавил, — Па, ты тут присмотришь… за порядком?
— Хорошо. — Коротко кивнул водник, стараясь никак не выдать своего волнения. — Дорожку вам сделать?
— Не надо, па, так пробежим. Тан?
— Готово. — Кивнул Танио.
Матросы в ужасе ахнули, увидав, как старик, нанявший их на это судно, махнул рукой и прыгнул за борт. Капитан метнулся за ним, стягивая по пути сапоги, но красавчик-маг опередив его, легко прыгнул следом.
Команда, бросилась к бортам, готовясь прыгать на помощь Танио, спасать мага, сошедшего от горя с ума, все ж видели, как он переживает за пропавших коллег.
И ошарашенно замерли, не веря своим глазам. Старик легко прыгал с волны на волну, удаляясь в сторону берега, а красавчик, помахивая руками, прыгал рядом.
— Ох, Великие Боги! — Ахнула, прибежавшая из кухни, где они пили с Анюсей взвар, Миза. — Это что ж такое?
— Ничего особенного, — Фыркнула, протиснувшись к борту, Анюся, раздосадованная перерывом в увлекательном процессе поедания изысканных Ружанских сладостей. — Наверное, Зак кого-то на берегу обнаружил. Сейчас вернутся и расскажут.
— А тебя как будто даже не удивило, что твой учитель прыгает по воде, как кузнечик! — Ехидно буркнул Дик, отчаянно завидуя водоходам, и дал себе слово, что теперь воздушным заклинаниям посвятит всё свободное время.
— Конечно, нет. — Пренебрежительно махнула рукой магиня, направляясь обратно в камбуз. — Они на озере тренировались, когда я в гостях у Талы была. Вот тогда было очень смешно!
Сейден только саркастически качнул головой. Надо же, сколько нового узнаешь о собственных детях от посторонних людей!
Этой шлюпке повезло намного меньше, чем первой. Ее разбило не о берег, а о торчащие в полу-лиге от острова камни. И потому добраться до суши смогли не все. Да и среди тех, кто выплыл, трое пока не могли еще даже вставать. Особенно не повезло первому помощнику, он ни за что не хотел расставаться с захваченной с корабля непромокаемой сумкой с судовым журналом и картой и потерял слишком много сил. Захлебывающегося моряка с риском для себя вытащили матросы и уже несколько дней пытались поддерживать в нем угасающую жизнь. Почти безуспешно, пострадавший так и не пришел до сих пор в сознание.
Самый грамотный из выживших уже несколько раз пытался понять по карте, с таким трудом спасенной помощником капитана, где именно они находятся, но отсутствие опыта и хотя бы малейшей подсказки сводило все его усилия на нет.
За все дни, что прошли после того, как стих ураган, мимо островка не прошло ни одного судна. Даже рыбачьих лодок берзийцев, для которых рыба была основным блюдом, потерпевшие не видели ни разу. Потому и перестали тратить время на бесполезное разглядывание пустынных океанских просторов.
Занявшись более полезными и насущными делами. Добычей еды, воды и строительством укрытия. Что-то подсказывало выбравшимся на остров морякам, что ждать окончательного спасения придется довольно долго.
Лежащий лицом к океану раненый решил вначале, что у него снова начались видения. Подтащил к разбитой голове непослушную руку и поправил на лбу повязку из сочных листьев каувы, считающейся лекарственным растением. Потом вновь взглянул на океан и застонал от отчаянья. Видение не рассеялось, а стало намного яснее и ближе. От парусника, застывшего за окруженным кружевным пенным ореолом скалистым рифом, прямо по воде легко прыгали в сторону берега две человеческие фигурки.
— Ступ, ты что? — Встревоженно спросил над головой голос оставленного ухаживать за ранеными кока. — Вот выпей настою!
— У-у! — Мотнул головой Ступ. — Там…
Он вытянул дрожащую от слабости руку в сторону океана.
— Что? — Повар нехотя оглянулся, и тут же вскочил на ноги. — Великие боги! Да что ж это такое творится!
Выскобленная до кожуры половинка зеленого ореха, служившая стаканом, выпала из его рук и сделанный с необычайными трудностями настой брызнул на Ступа.
— Турсон, Ориф! — Неожиданно пронзительным голосом заорал кок, метнувшись в кусты. — Быстрее идите все сюда! Тут люди… бегут!
Через подзвонок из кустов выломилось четверо запыхавшихся мужиков. Они сразу увидали чужаков, приближающихся к ним совершенно неестественным способом. Настолько необычным, что матросы даже не могли некоторое время выговорить ничего внятнее нечленораздельных вскриков и непечатных словосочетаний.
А незнакомцы тем временем выпрыгнули на берег, и такими же, нечеловечьи высокими прыжками, двинулись к раненым. Встречающие нервно отступили, выхватывая оба уцелевших в битве с волнами ножа.
— Спрячьте свои железки, — презрительно обронил худощавый старик с пронзительными черными глазами.
Кого-то до нереальности знакомого напомнило матросам его лицо, и один из них, наиболее догадливый, тихо шепнул друзьям, что это, видимо, отец того мага, что плыл на их корабле.
Второй маг, поразительно красивый молодой мужчина махнул в сторону спутника замысловатым жестом и они оба перешли на обычный шаг.
Затем очаровательно улыбнулся заросшим и оборванным мужчинам и мягко сказал:
— Не нужно волноваться, мы лекари.
Немедленно опустился возле одного из пострадавших на колени и вдумчиво прищурился, сосредоточенно ведя вдоль израненного тела чуткими руками. Старик уже делал то же самое возле помощника капитана, и матросы понемногу расслабились, оттаяли, слабые надежды на спасение робко проклюнулись в их душах.
Через несколько подзвонков молодой маг удовлетворенно кивнул сам себе и, легко поднявшись с колен, перешел к последнему раненому.
— Где его сумка? — Сурово спросил старик, не оборачиваясь от пациента, и один из матросов немедленно бросился снимать с дерева висевшую на сучке непромокаемую тубу для карт.
Старик встал с колен, повесил сумку на свое плечо и пристально уставился на замерших перед ним людей.
— Вместе с вами на корабле плыло двое магов. — Строго сказал он, с презрительной насмешкой следя за реакцией матросов. — Почему их нет среди вас? Разве вы не должны были помогать пассажирам сесть в лодку?
— Мы были на другой стороне судна. — Качнул головой боцман Турсон. — Нам пришлось спускать на воду шлюпку, повисшую на самом верху поднявшегося вверх борта. Потому мы и отходили с той стороны, где никак не могли взять пассажиров. Но думаю, капитан о них позаботился, когда мы отплывали, я заметил, как он бежал из своей каюты с судовой казной.
Зак и сам знал, что это правда. Ту же картинку крушения видели и остальные матросы. И на этом острове и на том, мимо которого они прошли вчера. Но злость на этих людей, спасавших только свои шкуры, переполняла его душу, и потому он стоял сейчас, щуря жесткие глаза Гистона в тяжелом раздумье.
Очень не хотелось их спасать, вряд ли они сделают то же самое в подобной ситуации. Но и бросить здесь тоже будет неправильно. Потому что он знает о этом острове кое-что, пока не известное им. И это неведомое вполне может стоить морякам их, с таким трудом спасенных, жизней.
— Как мы их переправим на корабль? — Раздался в голове Зака неслышный вопрос Танио и маг с досадой хмыкнул.
Совсем выпустил из головы, что в таких ситуациях достаточно зятю повернуть камень в своем амулете и между ними устанавливается ментальная связь.
— А нужно?! — Язвительно спросил он так же мысленно.
— Зак… Не стоит так… делать. Ты не такой, я знаю. Мне тоже больно… но это не повод становиться хуже, чем ты есть. Открывай портал, я пойду вперед, проверю точность. Раненых легче я уже сделал.
Старик повел руками и под ними сгустилось темное облачко портала. Приняло форму овала, засинело ровной каймой.
Моряки, затаив дыхание, следили за его действиями. От них не укрылись многозначительные переглядывания магов, да и злость старика была совершенно однозначной. Не прощают маги ковена преступной небрежности и предательства по отношению к своим коллегам. А значит, не стоит и надеяться на подмогу. Да и то сказать, вон раненых подлечили и то уже полбеды с плеч.
— Спасибо вам. — Шагнув вперед, поклонился магам в пояс Турсон.
— За что? — Поднял изумленные очи шагнувший к овалу красавчик.
— За раненых. — Твердо смотрел в глаза гостям боцман. — Нам бы их нипочем не поднять. Особенно помощника капитана. А он… очень хороший человек.
— Понятно. — Весело взглянув на старика, красавчик шагнул в портал.
Чтобы через несколько мгновений появиться на палубе шлюпа у самого борта.
— Па, ты не можешь придержать корабль на месте?! — Крикнул Сейдену, чуть подгоняя легким воздушным потоком судно так, чтобы выход портала сместился к надстройкам.
Водник понимающе кивнул и с силой повел вокруг себя руками. Волны сразу замедлили свой непрерывный бег, создавая вокруг шлюпа мертвую зону.
— Зак, давай! — крикнул в голове мага голос родича и он, в свою очередь, приглашающе махнул рукой неверяще уставившимся на него матросам.
— Берите раненых и быстро вперед! — Сердито рявкнул, подгоняя растерявшихся мужчин, и они нервно засуетились, подхватывая по пути и те немногие пожитки, которые имели такую великую ценность на этом пустынном берегу.
Едва Зак ступил на палубу, Сейден с облегчением снял свое заклинание, непрерывно тянувшее из него энергию, и с любопытством уставился на прибывших порталом моряков. Вокруг которых уже развили бурную деятельность Дик с Танио и Миза с Анюсей. Вели мыться, собирали с желающих поделиться одеждой штаны и рубахи, подтаскивали на стол котлы с едой и миски.
— Они… что-нибудь знают про Хабера? — Осторожно спросил Сейден хмуро наблюдающего за этой суетой сына.
— У помощника капитана сохранилась карта. Он до последнего отмечал на ней примерные координаты. Судя по тому, куда их несло, мы забрали сильно влево. Я уже послал Анюсю за Диршаном, пойдем в твою каюту, вместе решим, куда идти теперь в поисках остатков судна. — Устало ответил Зак и, повернувшись, тяжело зашагал в сторону самой большой каюты.
Надежда на спасение коллег таяла в его душе с каждым звоном.
— Хозяин… — Диршан застыл в нерешительности, едва перешагнул порог.
— Что остановился, проходи, садись. — Приветливо кивнул Сейден. — Мы документы нашли, карты и журнал с пропавшего корабля. Хотим просчитать, куда его могло выбросить.
— Так я… потому и хочу сказать… Знаю я этого Бариза, он из капитанов был самым умелым на всем Ружанском побережье. Сайж за ним как за каменной стеной жил. Целыми днями медовуху цедил, а всю работу Бариз делал.
— А почему он тогда сам не ходил капитаном? — Не выдержал Танио.
— Все удивлялись. — Тяжело вздохнул Диршан. Вот уже три лета, как он под Сайжем ходит. Говорили… в харчевнях, что Сайж про него разнюхал… что-то такое… Только… точно никто не знал, что именно.
— Так ты предлагаешь… — Пристально уставился в его глаза Зак.
— Подождать… немного… пока Бариз придет в себя. А если… захотите, чтоб у вас был лучший капитан… он должен согласиться, ну… я так думаю. — Несчастно уставился на них рыбак.
— А вот про это ты лучше и не думай! — Категорично качнул головой, вставая с кресла, Зак. — Менять капитана посреди океана я не собираюсь! Да и Бариз этот, еще не скоро из гамака выпрыгивать начнет. Весь избит, несколько переломов, ребра, нога. И к тому же столько дней совершенно без еды. Как только выжил-то, на одном лишь настое. Но спросить его нужно, в этом ты прав. И я сейчас же пойду, посмотрю, что там можно еще сделать.
— Нет. — Решительно придержав сына, объявил Сейден. — Ты отдохнешь и поешь. К больному схожу я. А ты, Диршан, разворачивай шлюп. Думаю, вскоре у нас будет новое направление.
— Господин… — Растерянно поглядев вслед решительно вышедшему из каюты магу, вопросительно уставился на Зака капитан.
— Исполняй, Диршан. — вздохнул тот, спорить с отцом было не о чем.
Водники в медицине действительно лучшие после профессиональных лекарей и природников. И у Сейдена больше опыта и сил, ему не приходится качать энергию у других. Вокруг подвластная воднику среда, которая щедро отдает магу свои запасы.
— Ну! Что там?! — Нетерпеливо постукивала ножкой Рика, вглядываясь в лицо матери, читавшей недавно полученное от мужа письмо.
Шелковые лоскутки с текстом, написанным магическим стилом, появлялись на столике Каруны с завидным постоянством. Юные магини только вздыхали украдкой, упрекать своих избранников им и в голову не приходило. Из тех же писем Сейдена они знали, что у Зака нет лишней энергии из-за отсутствия источника, а Танио всю свою тратит на поддержку друга. Только Сейден, окруженный послушной ему водой, мог так расточительно тратить магию на крошечные порталы для писем.
— Пока ничего. — Тяжело вздохнула Каруна, сворачивая лоскут в рулончик. — Они нашли на каком-то островке матросов, спасшихся с того корабля, у них была карта, где отмечен путь, которым их корабль уносил ураган. Примерный конечно, и прочерчен не до последней точки, но точнее может сказать лишь человек, который в настоящее время лежит без сознания. Вот они и идут сейчас в то место, где всё это происходило. А по пути хотят высадить в каком-нибудь удобном порту спасенных моряков.
— А Зак… разве не может… прочесть сознание этого моряка? — Напряженно поинтересовалась Суржа, свято верившая в непреложное магическое могущество племянника.
Узнав о предстоящем прибавлении в его семье, женщина немедленно отказалась от должности домоправительницы в одном из отдаленных замков короля и перебралась в дом брата. И окружила пришедшую от этого в смятение Нату такой неусыпной заботой, что Рика временами давилась от хохота, ловя панические эмоции подруги.
— Если сознание отключено, его не может прочесть даже Зак. — Каруне было не очень приятно развеивать убеждение золовки во всемогуществе своего сына.
Хотя она и подозревала, что это не так-то и легко сделать. После того, как маг вывел на чистую воду одного из слуг, рьяно ухаживавшего за доброй домоправительницей, Суржа беспрекословно верила каждому его слову. Да и как ей было не верить? Ведь признался же негодяй, что нравились ему вовсе не нежные глаза женщины, как он нашептывал ей на ушко, а ее пироги, а пуще того, обеспеченное положение и родство со всемогущими магами. Заку и признался, не обращая никакого внимания на то, что присутствовала при этом разговоре его несостоявшаяся возлюбленная. Утиравшая злые слезы вышитым ромашками фартуком.
Слугу, разумеется, немедля уволили, а Суржа с тех пор водила всех пытавшихся за ней ухаживать на обязательное собеседование к племяннику. И с каждым разом все больше убеждалась, что, несмотря на устойчивое общественное мнение, меркантильных мужчин ничуть не меньше чем женщин. Если не больше!
— Госпожа! — Без стука ворвался в комнату молоденький прислужник. — Там в портальной… что-то происходит!
Но Каруна и сама уже почувствовала неладное. Трещала от напряжения поставленная ею защита, допускающая в дом лишь несколько особо надежных друзей. Магиня ринулась к портальной, и на лестнице столкнулась с двумя прислужниками, почти на руках несущими ее помощника Каска.
— Измена… — спекшимися в кровавую корку губами прошептал побледневший от потери сил маг. — Срочно… в Кизард… там все… кто смог уйти.
Каруна сорвала с пояса кошелек для амулетов и трясущимися пальцами достала давно припасенный именно для таких случаев кулон. Изготовленный и все время подзаряжавшийся Заком. Надела его себе на шею, затем с хрустом вывернула невзрачный красненький камушек и положила на лоб Каска.
И замерла, погрузившись в мир чужих мыслей. Самая яркая, бившаяся на поверхности, была о том собрании магов, на которое второго помощника коменданта пригласили сегодня утром в спешном порядке. И о невыносимой тяжести и боли, внезапно резко навалившихся на беспечно рассевшихся по креслам магистров. О пронзительных криках извивавшихся коллег и о вспыхнувших вдруг заранее заготовленных защитных щитах, о существовании которых в зале совета не подозревал никто из присутствующих. В этом месте Каруна только гордо усмехнулась, прав был Хабер, заставивший их с сыном дать клятву о молчании, после того как они закончили ставить защиту.
Бегло просмотрела, как спешно строили порталы и как несколько старейших магов исподтишка показав друг другу тайный знак, отправляли всех, кто находился поблизости, в Кизард. Лишь Дорисия и Рагдир уводили магов в Академию.
Сняв камень со лба потерявшего сознание помощника, магиня замерла лишь на миг.
— Мы все немедленно уходим, берите Нолочку, и сложите в суму магические вещицы и амулеты. — Скомандовала ровным голосом и бросилась к шкафу, где хранила наиболее ценные для магини вещи.
Рика и Тала опрометью метнулись прочь, Суржа рванулась было следом, но остановилась, одернутая непривычно резким голосом снохи.
— А ты куда?!
— Так… хоть пирожков… и платье… — Но наткнувшись глазами на ледяной насмешливый взгляд магини обессиленно опустила руки.
И действительно… какие уж тут пирожки.
Глава 14
— Я согласен простым матросом. И денег не нужно. Только миску гаша. — На крепких плечах туго натянута чужая рубашка, глаза смотрят открыто и встревоженно.
Да что ж они молчат-то? Неужели он так многого просит? Эх, если бы они согласились поверить в долг до Харшада, он мог попроситься и пассажиром. В городе у него остались друзья, которые всегда займут любую сумму. А остаться здесь, на Арбене, когда друга увозят неизвестно куда… как потом смотреть ему в глаза? Это если еще найдешь.
— Откуда ты знаешь его тайну? — Старик поднял голову и внимательно глянул в глаза Турсона.
— Какую тайну? — Состроил невинное лицо моряк.
В его исполнении это выглядело так, словно матерый тигр попытался притвориться маленьким котенком. Танио не выдержал и хихикнул. Нет, ну вот зачем Заку это нужно, так мучить мужика?! Ведь возьмет же его на шлюп, и оплату даст и каюту выделит на двоих с его другом Баризом. Так и сказал бы всё прямо. Иди мол, не волнуйся. Нет, крутит чего-то.
— Потому, что он должен сам понять, от меня никаких тайн у него просто не может быть. Иначе ведь будет пытаться как-нибудь обмануть. А мне это уже до змейства надоело. Они все тут потихоньку надеются, что когда я сплю, то их мыслей не слышу. А когда видят меня поблизости, начинают или молитву в уме читать или детские считалочки. — Отправил зятю мысленную отповедь маг.
— А о чем на самом деле думают? — Живо заинтересовался Танио.
— Тебе это не понравится.
— Почему?
— Потому что большая часть думает, как бы вроде невзначай прижать Анюсю в темном уголке, и чтоб она при этом не сопротивлялась.
— Вот же гады! — Действительно возмутился Тан. — А вторая часть… они-то хоть порядочные?
— Нет. Мечты тех тебе бы не понравились еще больше. — Мысленно усмехнулся Зак, а вслух объявил Турсону, — Ладно, про это мы поговорим позже, а пока можешь остаться. Поселишься с ним в одной каюте.
Боцман понятливо кивнул и быстренько испарился из каюты, пока вредный старик не передумал.
Остановился возле борта, хмуро наблюдая, как на причал по трапу сходят те, кто был его семьей и командой долгих три года. Всё то время, пока они с Баризом работали на Сайжа. Наглый ружанец лишь ему одному, из всей, тщательно отобранной команды, разрешил тогда присоединиться к своему капитану. Первые полтора года он честно гнул спину простым матросом, потом, убедившись в его мастерстве, Сайж поставил его старшим. И только зимой, после тяжелого и неудачного плаванья в Менлис назначил боцманом. Со временем Турсон сумел привыкнуть к этим людям, а с тремя даже подружился. Теперь в живых из этой тройки осталось лишь двое, один не выплыл в тот день, когда они с Орифом тянули сквозь бешеный водоворот волн теряющего сознание Бариза.
Ориф и Ступ сошли с корабля и остановились на краю причала, мрачно наблюдая за шустрыми грузчиками, торопящимися доставить на первый пришедший после шторма из Ружана корабль, корзины с яркими фруктами. Старик закупил их по дешевке целую кучу, этот товар долго не лежит, а наплыва покупателей пока не видно. Вот и перебивали друг другу цену ошалевшие от радости торговцы, чтоб хоть немного перекрыть убытки.
— А ты уверен, что друзья захотят остаться с тобой на корабле, которым командуют маги? — Безразличным голосом спросил, незаметно подошедший со спины старик.
— Но… можно ведь спросить? — Осторожно пожал плечами Турсон, стараясь сдержать радостный стук сердца.
— Спроси. — Величественно кивнул маг.
— А откуда… ты? — уже рванувшись к трапу, сообразил боцман.
— Слишком громко думаешь. — Скорчил страдальческую рожу Зак, от души потешаясь над растерянностью, затопившей загорелое лицо моряка.
— Вот сюда. Потому Сайж и отдал команду… спускать шлюпки. Неуправляемый корабль с точностью до полулиги должно было через пару звонов принести на эти скалы. — Ещё бледный Бариз ткнул слабым пальцем в точку на карте, отмеченную светло-голубым цветом и россыпью крохотных песчинок.
— Туда и в хорошую погоду ни одно судно не суётся. Мель и скалы. Отвратительное место. Только птицы его и любят. Им там приволье. — Виновато поглядывая на магов, объяснял бывший помощник капитана.
Невозмутимый великан добродушно усмехнулся, кивнул старику и вышел из своей каюты, в которой они с удобством устроились за стоящим посредине круглым столом. Следом за ним ушел капитан и легко выскользнул невероятно красивый парень, всё время пристально вглядывавшийся в старика, словно вел с ним незримую беседу. Чудится, насмешливо одернул себя Бариз и ожидающе взглянул на хозяина судна. Это матросы рассказали пострадавшему, что именно он купил шлюп и нанял команду. Довольно необычную, надо сказать! Хотя справляются они неплохо и магов слушают вовсе не так, как это делается по обязанности. А старика так вообще обожают, особенно капитан и его жена. Кстати, у нее тоже… светится бледно розовая кайма вокруг тела. Интересно, кому и сколько про это известно?!
— Известно всем, кто здесь находился с самого начала. — Не отрывая взгляда от карты, небрежно дернул плечом старик.
— Про что? — осторожно осведомился Бариз, точно знающий, что вслух никакого вопроса не задавал.
— Что Миза дикая магиня. С даром лекаря. Но поскольку она своими действиями никому не причиняла никакого вреда, ковен взял ее под защиту. Если она пожелает, может получить знак ковена и поселиться в любом месте, чтоб заниматься лечением нуждающихся.
Бариз настороженно молчал. Много разных слухов ходило про магов ковена, кто-то их хвалил и готов был защищать, кто-то панически боялся, некоторые исподтишка рассказывали откровенные гадости. И детей они силой увозят и девушек ловят, да и наказывают за прегрешения против своих, чуждых аборигенам законов, слишком уж сурово.
— Мало знают, вот и придумывают разные страсти! Ты никогда не замечал, как любят некоторые заурядные личности припугнуть или удивить окружающих россказнями о чем-либо, известном, якобы, только им? Всё это таким людям нужно, чтоб почувствовать себя значительнее и увереннее, вот и лгут напропалую, без стыда и совести. А простодушные жители им верят, потому что всегда проще поверить в плохое, чем в хорошее. Меньше риска при ошибке. Для себя разумеется! — Насмешливо глянув на нового члена команды, спокойно объяснил Зак.
— Ты… про что? — Прикидываясь непонимающим, сделал невинные глаза Бариз.
— Про то, что тебе нет никакого смысла устраивать передо мной театр одного актера, как говорит моя жена. — Раздался где-то под черепом бывшего капитана голос Мага, хотя насмешливо сомкнутых губ тот не разжал. — Я точно знаю, чем тебе пригрозил капитан Сайж ясным весенним утром в харчевне старого Джумы три года назад. И чем ты должен был с ним расплачиваться еще двенадцать лет. Не считая тех, что уже отработал.
— Это… тебе Турсон… сказал?! — Безучастно выдавил из дрогнувших губ Бариз, отводя в сторону неприязненный взгляд.
И только побелевшие костяшки пальцев, вцепившихся в спинку стула, показывали силу его смятения.
— А вот думать так плохо про преданного друга нехорошо. — Вслух сказал Зак, уставившись на капитана укоризненным взглядом. — Он, между прочим, предлагал работать на меня за одну миску гаша в день, лишь бы его не ссадили в Арбене. Боялся, что потом не найдет тебя. Но если ты мне не веришь, я могу рассказать что-нибудь, чего Турсон не мог знать. Например… какой-нибудь случай из детства… или юности.
— Я… бредил… пока болел?
— Нет. Не бредил. Просто не хочешь поверить, что я все знаю о тебе, а ты до сих пор жив и здоров. И не привязан к какому-нибудь алтарю для выкачки магических сил. Совершенно кстати, ошибочный метод и неоправданная жестокость. Чужие способности таким путем не приобретешь, а энергию лучше брать из источников. Ну, же, испробуй, загадай любое число. Или слово. Семь. Ну, еще. Шесть тысяч сто пять. Это количество дней, на которые ты подписал кабальные условия с Сайжем?! Кстати, ты ему больше ничего не должен. А то, что должен тебе он, получишь непременно, я за этим прослежу.
— Зачем… тебе это нужно? — Почти выкрикнул сломанным голосом побледневший еще больше Бариз, отирая рукавом взмокший лоб.
— А вот волноваться так не стоит.
Зак вскочил со своего места и почти силой усадил капитана на стул. Налил из кувшина взвару и подал ему кружку.
— Я хочу только одного. Чтобы ты перестал считать себя уродом, а нас врагами. Судьба сделала тебе королевский подарок, а ты прячешь его от себя и других. Не хочешь сейчас отвечать, не надо. Иди, подумай, я всегда готов с тобой поговорить!
Бариз обессиленно поднялся со стула и чуть пошатываясь, вышел из каюты. Жизнь, как норовистый корабль в шторм, снова делала неожиданный поворот, просчитать последствия которого казалось абсолютно невозможным.
— Па… — С тоской сказал Зак вошедшему в каюту отцу, — Я не хотел тебе говорить… но и молчать больше не могу. Дома что-то случилось. Мне еще вчера днем так тревожно стало… но надеялся, пройдет. Вы прибавили ходу?
— Летим как стрела. — Хмуро вглядываясь в осунувшееся лицо сына, ответил Сейден. — А с кем… не чувствуешь?
— Про кого ни подумаю… такая тревога… как будто там война. Не считали, когда примерно, у скал будем?
— Звона через три. Приблизительно к обеду. Ты хочешь пойти?
— Да. Я сегодня спать не мог. Пока не увижу своими глазами, не успокоюсь. Тан мне энергии подбросит, так что я быстро, туда и обратно.
— Я тоже пойду. Да и Танио… если узнает… не захочет оставаться здесь. — Сурово кивнул отец.
— А может… не говорить?
— Нельзя. Обидится. И так еле оттаял, всё боялся, что мы его за чужого считаем. Если опять… закроется… Нет. Я скажу сам, если тебе трудно.
— Тогда уж лучше я. — Тяжело вздохнул Зак и невольно отпрянул от размашисто распахнувшейся двери.
— Зак, иди, посмотри, как здорово получилось! — Вихрем ворвавшийся Танио светился от гордости. — Па, ты видел?!
И вдруг заметил хмурые лица родичей. Запнулся как о камень, растерянно застыл на половине шага.
— Знаешь Тан… — Опередил его вопрос Зак, — Что-то мне сегодня… тревожно… за дом. Вот думаю… сходить бы… как скал достигнем… чтоб портал стабильнее был.
— А с кем… не знаешь? — Мгновенно нахмурился принц.
— Не пойму. Отец говорит… лучше всем вместе… только не знаю, на кого судно оставить.
— А Анюся зачем? Да и Дик ей поможет. — Немедленно решил Танио. — Надеюсь… мы ненадолго?!
— Я тоже так полагаю. — Кивнул Сейден, — Пойду, энергию пополню. Танио, Заку резерв до полного добавишь. Возможно, и не понадобится… но на всякий случай…
— Что за змейство? — Бариз растерянно опустил подзорную трубу. — Не было здесь никогда… никаких деревьев. Не за что им там зацепиться, в шторма как через частый гребень все прочесывает! Может… мы не туда вышли? Да, нет, все измеренья совпадают.
— Я верил. — Оглянувшись на отца, счастливо ухмыльнулся Зак, — как тревога исчезла… так и подумал… ну неужели они не выдумают… какой-нибудь трюк?
— Тан… — Осторожно потеребила принца за рукав Анюся, — Он чё… думает… это Хабер?
— Ну почему обязательно Хабер… Гистон у него учителем раньше был… в магии природы. Надеюсь… там… они оба. — Ответил за зятя Сейден, с удовольствием поглядывая на взволнованное личико магини.
Пожалуй, прав Танио, вполне можно ее оставить здесь, пока они сходят в поместье, проверить, что случилось. Хотя лично он, Сейден, предпочитает думать, что Зак просто соскучился по любимой жене, а поскольку в последние дни слишком много нервничал, вот и чудится ему… всякая дрянь.
— Зак, а ты их еще не слышишь? — Волновался Танио, бдительно следя, как на горизонте быстро растет пышный, ярко-зеленый шарик.
— Не совсем точно. Боюсь ошибиться. Они оба носят амулеты… чтоб я не подслушивал их секреты… мирового уровня. — Ехидно хмыкнул немного повеселевший маг. — Тан, ты давай, снимай свои заклинания, а то через пяток подзвонков врежемся во что-нибудь. Бариз уже волнуется, только сказать мне боится.
— Как скажешь. — Кивнул принц и убежал на корму.
— За-ак… ну что? — В который раз нетерпеливо дернула учителя Анюся.
— Сейчас увидим. — Непреклонно качнул головой маг.
Шлюп аккуратно причаливал к выплетенным из гибких стволиков мосткам, наподобие тех, с которых он так любил рыбачить в детстве. Да и нырять с них интереснее, разбежишься, прыгнешь с визгом… брызги до берега, мать укоризненно уши затыкает…
Да что же там у них такое произошло, если от невинного воспоминания у него горло перехватывает?! Что маги живы оба, он уже понял, сохранился на Гистоне след от его сторожки. А Хабера он всегда по отзвуку материнской защиты опознаёт. Не из вредности не стал говорить друзьям и отцу, а чтобы не портить приятный сюрприз.
Мягко легли на мостки простые сходни, и прыгнул туда же прямо через борт легкий, как ветерок, Танио.
Пронесся в оплетенную цветущей лианой арку из тандука и исчез где-то в глубине островка. А следом уже летела Анюся, умудрившаяся первой заскочить на сходни. Затем уверенно зашагал отец. Зак хмыкнул и, мгновенно соорудив портал, вошел в него. Перемещение на ближние расстояния всегда было его коронным трюком. Вышел на чисто вымытую палубу и на миг засомневался, а туда ли попал. Однако почти сразу увидал отца, обнимавшего высокого человека, похожего на него теперешнего, но лет на тридцать моложе и саркастически хмыкнул, вспомнив, как матросы считали его отцом Гистона. Оказывается, маг сбросил ради путешествия свою обычную иллюзию и гуляет в натуральном облике.
Заметил мелькнувший в дверях каюты край легкой цветастой юбки, в которой щеголяла на корабле его ученица и шагнул вслед за Анюсей.
И натолкнулся в полутьме на остолбенело замершую магиню, недоверчиво разглядывающую худощавого человека, спящего в странной кровати с высокими бортиками.
— Ну, и что ты тут застряла? — Подтолкнул её учитель.
— Зак… а это… кто? — Испуганно шепнула ученица.
— А это и есть наш Хабер! — Разглядывая впалые щеки и бледную кожу моложавого темноволосого мужчины, слегка похожего на аганца, язвительно хмыкнул маг.
Ну да, вроде мать говорила, что кто-то из его родителей был родом с юга.
И, похоже, магу очень неслабо досталось, раз он до сих пор не поднимается с постели. Как жаль, что нельзя снять с него амулет и просмотреть воспоминания. Чтоб иметь представление, что же такое нелегкое выпало на долю их рассудительного главы.
— Зак… — Недоверчиво тянула Анюся, — Но он же… совсем не похож!
— А я на себя похож? — Насмешливо хмыкнул учитель. — Только тут всё наоборот. Это и есть его настоящий вид. А во дворце он для солидности носит иллюзию. Ты давай, выходи отсюда потихоньку, пусть он отдыхает. Я скоро приду, мне нужно тебе кое-что важное сказать.
Посмотрев вслед вышедшей из каюты ученице, маг легким движением пальцев набросил на спящего заклинание целебного сна и простер над его головой чуткие руки. Нет, лечить Хабера и питать магической силой будут отец с Танио. А Зак давно хотел немного стереть ту непонятную темную дымку над сознанием мага, что ощущал только он один. Какой-то почти незаметный след сильной обиды или разочарования, быть может, безответной любви или невосполнимой потери. Что-то, что не уходит само и не дает свободно жить дальше, мучая и мешая чувствовать счастливым себя и делать счастливыми других. Убрать это мог только Зак, но никогда бы открыто не решился предложить такую операцию главе. Зная из собственного опыта и наблюдений за другими, что именно воспоминания о своих промахах и неудачах некоторые люди берегут особенно крепко. Одни для того, чтоб не повторить прошлых ошибок, а кое-кто любит иногда припомнить прошлую боль, чтобы иметь повод пожалеть себя под настроение. И лишь немногие, такие как Хабер, тщательно прячут эти воспоминания как свидетельство мимолетной, недостойной слабости и никогда не признаются в их наличии.
Зак прикрыл глаза, концентрируясь на своих ощущениях, неосязаемыми продолжениями пальцев скользнул но краю чужого сознания нежно и осторожно собирая с него темный налет. Хабер чуть сморщился, тоненько всхлипнул, тяжело выдохнул.
— Сейчас, сейчас. Еще немного, и все будет хорошо. — Бормотал Зак, стирая последние капли, и видел, как облегченно разглаживается, успокаивается, напряженное лицо спящего.
— Ну, вот и все! — Довольно хмыкнул, стряхивая в сторону старинные негативные воспоминания и переживания пациента.
И как раз вовремя, в каюту на цыпочках вошли Сейден и Танио.
— Подлечите и добавьте энергии, плохие эмоции я снял и накинул целительный сон. — Вставая со стула, сказал родственникам полуправду Зак и вышел из каюты.
— Еще ложечку! — Темные глаза непреклонно смотрели из-под густых ресниц. — Тебе нужно хорошо кушать, Зак сказал, жизненная энергия почти на нуле!
— Во-первых, что такое на нуле, а во-вторых, ты всегда так послушно исполняешь все приказы Зака?! — Слегка ворчливо пробурчал Хабер, насмешливо посматривая на упрямую магиню.
Пока не совсем веря в то, что все плохое уже закончилось. Их нашли, приплыли на небольшом, но крепком шлюпе его друзья и вся жизнь на заброшенном на скалу корабле сразу поменяла смысл и темп. Из заунывного, полусонного существования превратившись в бурный поток новостей и дел. Его немедленно подпитали энергией, завернули в одеяло и потащили на шлюп, где Зак с Сейденом споро совершили над громко возмущавшимся главой помывочную процедуру. Оставив, для сохранения авторитета, на теле начальника лишь подштанники. А потом выдали чистую одежду и едва дождавшись, пока он натянет её на влажное тело, потащили обратно. Хотя он чувствовал себя вполне в состоянии ходить самостоятельно. Да и вообще, делать все, что угодно. Особенно после кружки снадобья, приготовленного Сейденом. Очень знакомого снадобья, он и сам такое готовил. Быстро восстанавливает силы и разжигает аппетит. Он и съел после него уже мисочку крепкого бульона с сухариками. И поспал звона три. Так вот теперь настырная Анюся принесла еще миску и почти докормила ему с ложечки. Хотя Хабер и упорствовал поначалу, утверждая, что может есть сам, переспорить девицу ему не удалось.
— Ну, во-первых, ноль он и есть ноль. То есть ничего. А во-вторых, когда мы на задании, Зака я обязательно слушаюсь. Даже если не хочется. — Со вздохом призналась девица, исподтишка окидывая заинтересованным взором симпатичного подопечного. — Это же задание! Зак сказал… если по глупости сдохнешь, жаловаться не приходи!
— Здорово он выражается. — Саркастически заметил глава, проглотив влитый в рот бульон.
— Грубовато, но правильно. — Скромно опустив загадочные глаза, признала Анюся. — Я уже сколько раз на своей шкуре проверила, если не послушаешь, будет хуже. Давай, я тебя немножко оботру, вот так. Теперь взвар и фрукты. Ты чего больше хочешь?
— Немножко отдохнуть, — Схитрил Хабер, чувствуя приятную теплую истому от наполненного желудка и разливающейся по телу энергии.
Он снова ощущал себя здоровым и сильным, уже нашел неподалеку слабенький источник и привычно притянул к себе невидимую простыми людьми нить.
— А где все? — Разглядывая принявшуюся за кормление хайти магиню, небрежно спросил глава.
А ничего она получилась, очень хорошенькая! Особенно глаза… Хаберу всегда нравились именно такие, темные, таинственные. И выражение такое нежное, проникновенное, когда гладит своего зверька…
— Маги ушли в поместье… сказать, чтоб не волновались за вас… а остальные на рыбалку… хотят ухи из свежей рыбы. — Осторожно укладывая задремавшего питомца в корзинку, пояснила магиня.
— А какое у вас задание… — Опасливо, чтоб не спугнуть доверие девушки, тем же ровным тоном спросил глава.
— Это у Зака спрашивать нужно. — Не повелась она на уловку и Хабер слегка разочарованно вздохнул.
Действительно, хорошо выучил Зак ученицу, если она даже главе не выдает его секретов.
— Давай, я тебе подушку поправлю… — Склонилась над лицом мага стройная фигурка и вдруг резко хлынул в его ноздри, снося все собственные, давно заученные наизусть запреты, манящий теплом и свежестью полузабытый запах женского тела.
Так давно и прочно гонимое чувство неудержимой волной рванулось из глубин подсознания, давя и гася все вопли и доводы разума. Руки сами оказались на тонкой талии, нежно, но настойчиво поглаживая и притягивая к себе, губы потянулись туда, куда достали, робко пробуя на вкус и отзывчивость смугловатую кожу.
Анюся на миг замерла, с изумлением вглядываясь в горящее страстью лицо мужчины, затем, бесшабашно хмыкнув, обвила руками крепкие плечи и подставила жадным губам нежные губки.
Да гори оно всё синим огнем! Что она, не живая, что ли? Все учеба да задания, а от мужиков, после предателя Ветения, девушка шарахалась как от чумы. Не хотела больше испытывать такую боль, какую нанес его гнусный обман. Но ведь у Хабера-то нет жены? И вообще… если ей не понравится… прекратить отношения можно в любой момент… Только не сейчас… Нет… не сейчас…
— Гады! Фашисты! — От души врезав ногой по двери, яростно выкрикнул Дик, и с отчаяньем обернулся к столу.
Притихшие матросы с состраданием смотрели на расстроенного парня. Конечно, можно было попытаться выломать дверь, и перебить захватчиков. Четверо против четверых — не самый плохой расклад. Но вполне возможно, что те не блефуют и действительно успеют утопить Диршана, как пообещали. А тогда им ни за что не найти дорогу назад, к густо заросшему тандуком кораблю. И зачем только капитан соблазнился на предложение этого Бариза наловить свежей рыбы и молодых жирных птенцов улошей? Супчику из свеженького мясца им захотелось! Вроде и так питались, как не всякие господа! Мясо копченое и колбаса каждый день на столе, фрукты в корзинах прямо в столовой стоят, бери, сколько хочешь!
— Дик… — С состраданием смотрел на ученика мага Туиз. — Ну не переживай ты так! Мы про него и раньше слышали… может, не обманет?! Сойдут на берег и отпустят Диршана. Мы тогда быстро назад вернемся, наш старшина эти воды как свои пять пальцев знает. Давай лучше… сыграем пока… чтоб время быстрее прошло!
— Да неужели я смогу сейчас играть! — С отчаяньем рявкнул Дик. — Когда эти фашисты над нашим капитаном издеваются! Когда Анюся одна, без защиты, с больным магом на островке осталась! Когда неизвестно, что они с остальными, и с Мизой сделали! Черт, какой же я лопух! За каким фигом мне понадобилась эта проклятая рыбалка!
— Дик… а кто такие фашисы? — робко поинтересовался один из рыбаков.
— Да не фашисы… Фашисты! Вот такие же гады, как этот Бариз и его дружки! Нелюди! Не понимающие никаких человеческих чувств! А мы-то их жалели, лечили, кормили! Штаны свои отдали! Не нужно было их с того острова забирать, зря Зак гадов пожалел! Гнездо ковиксов видите ли, почувствовал! Вот среди ковиксов им самое место! А эта скотина, Турсон! Таким добряком перед Заком прикинулся! За миску еды работать собирался! А потом ещё и дружков своих на корабль протащил! И как его только Зак не раскусил, гадину ядовитую! Он, небось, еще тогда это все задумал! — Не переставая пинать дверь, разорялся парень.
Обидно было до слез, что едва выпала возможность хоть как-то отплатить магам за свое и Тимкино спасение, как он тут же лопухнулся, словно последний гастарбайтер.
Турсон стиснул побледневшие губы и на цыпочках отошел от двери. Четверо других пленников спокойно сидят, запертые по двое в своих каютах, а этот парень ещё ни подзвонка не молчал. И что противнее всего… всё, что он кричит… святая правда. А раз так… значит и про ковиксов не соврал. Он, Турсон отлично помнит, как мрачно хмурилось лицо старика, когда он недовольно рассматривал их там, на песке пустынного острова. Значит, решал в тот момент, жить им или нет. Потому что ковиксы все равно на них бы набрели. Вот потому-то и не видно было поблизости ни одной рыбачьей лодки. Берзийские аборигены боятся этих тварей больше чем пиратов.
— Что… шумит? — Виновато оглянулся стоящий у руля Бариз.
— Там ковиксы были. — Горько глядя вдаль, тяжко выдавил из себя боцман. — А я-то всё думал… почему ни одной лодки… уже третий день как шторм стих. Зак этот… сильно тогда за своих друзей зол был… за то что их Сайж на корабле, в трюме оставил… я бы их сам вытащил… да думал, что он уже забрал… забыл в спешке, какая это падаль. Казну-то он не забыл. Ты этого не видел, за картой бегал, последним в лодку прыгал. Да. Очень не хотелось… магу с острова нас брать… Сайжа он не взял. Даже не остановился, матросы рассказали. А к нам пришли… ну, мы тебе говорили уже… и вылечили… вас всех. А потом… решился… портал открыл… берите, говорит, раненых и быстрее. Я тогда думал… всё, что скажет… за это сделаю! Вот и отплатил… за всё добро… не знаю, как теперь буду людям в глаза глядеть…
Турсон стер мускулистым кулаком скупую горькую слезинку и внезапно изумленно вытаращил глаза. Упрямо закусив губу, побледневший Бариз резко крутил руль, поворачивая шлюп.
Боцман ошеломленно тряхнул волосами и бросился помогать Орифу со Ступом переставлять паруса. Но даже втроем им нелегко пришлось, пока справились с этим тяжелым, хотя и привычным делом.
— А команду… можно уже выпустить? — Помявшись, подошел он к другу, когда работу наконец закончили.
— Не стоит. — Тяжело вздохнул тот, упорно не отводя глаз от горизонта. — Они ведь нас сейчас убить готовы. Так что, давай сначала причалим. К утру должны до места добраться.
Глава 15
Портал из холла Харшадской гостиницы лекаря Жунима в Хадирканский дворец придворного мага Гистон открывал сам. Изящно провел левой рукой законченную линию, а другой бросил в нее силу и ключ-слово. Серый туман заклубился подозрительно медленно, неохотно засинела кайма и вдруг предупреждающе пробежала по ней алая искра. Маги встревоженно переглянулись. Путь был заблокирован. Разумеется, новичок или самонадеянный глупец может попробовать… только ничем хорошим это не кончится. Самое лучшее и гуманное завершение такого бездумного шага, это, если наглеца просто выбросит обратно. Но не все закрывшие к себе дорогу так добры. Те, кто позлее, не станут тратить драгоценную энергию на установку возвратного заклинания. Легче поставить искажающую стену. Нежеланный гость может оказаться в подвале, в болоте, или на крыше ханского дворца. Как повезет. У этого заклинанья крайне нестабильная доминанта.
— Ну и куда мы теперь? — Не выдержал переглядыванья коллег Танио.
— Может в тот постоялый двор… из которого мы уходили в Ай-Берек? — Задумчиво предложил Зак.
— У меня есть еще несколько домов… про которые никто не знает. — Нехотя пробурчал Гистон, исподлобья поглядывая на магов.
Надо, же! — Хмыкнул про себя Тан, — Сколько спрятано скелетов в шкафах у этих старых магов!
— Ну, пробуй открыть в один из них. — Совершенно спокойно кивнул природнику Сейден, хотя черты его лица за последний подзвонок как-то неуловимо изменились.
Вот это и есть его истинное лицо, понял, оглянувшись на тестя, Танио.
Не было больше веселого, невозмутимого добряка отца. Был опытный, осторожный и умный маг. Готовый к любым неожиданностям и ловушкам.
Наверняка уже активировал все защитные амулеты и повесил на руку боевое заклинание. Которое сорвется во врага, едва прозвучит короткое ключ-слово.
— Ладно. — Нехотя согласился Гистон и вновь сотворил портал.
На этот раз ничего подозрительного не произошло, однако все маги входили в привычный овал с тройными предосторожностями. Как оказалось, необоснованными. В крошечной портальной комнатке простенького домика на окраине Хадиркана поджидать придворного мага Аганы никто не додумался.
Зато ждали за её дверью.
— Дядя Тони, это ты? — спросил звонкий голосок и Зак изумленно поднял одну бровь.
— Не смей подслушивать их мысли! — Злобно зашипел Гистон, ставя вокруг коллег щит неслышимости.
— Извини. Нужно было предупреждать заранее. — Обезоруживающе развел руки принц. — Я когда вхожу в незнакомое место, по привычке сразу всех просматриваю!
— Ну и держи это теперь при себе. — Сердито фыркнул Гистон. — Кто следующий портал откроет?
— Я. — Коротко ответил Сейден, сосредоточенно начиная творить заклинание.
— Куда, в поместье? — Осторожно поинтересовался Зак, понимающе поглядывая на отца.
Его, ставшую семейной шуткой, привычку никогда не расставаться с матерью, молодой маг в полной мере осмыслил лишь полгода назад. После того, как женился на Тале. Если, даже ненадолго уходя от дорогого тебе существа, чувствуешь, как рвется от боли на две половинки сердце, такие вещи начинаешь понимать очень быстро.
Серый овал почти сформировался, когда водник, издав злобное рычание, вдруг резко схлопнул почти готовый переход.
— Что такое? — Только и успел вскрикнуть стоящий позади Зака Гистон, а Танио уже ожесточенно крутил пальцами, заворачивая в непроницаемый воздушный кокон успевшее вырваться из полураскрытого портала зеленоватое облачко.
— В поместье чужие. — Мертвым голосом пояснил Сейден, потирая рукой висок.
— Я открою в Кизард. Тан, можешь зашвырнуть эту гадость куда-нибудь подальше? В болото, например. — Решительно взял командование в свои руки Зак.
— Я заброшу. Есть у меня… знакомое болотце, вспомнил Гистон про ловушку, заготовленную для этих нахальных принцев.
Не забыть бы… спасибо им сказать… за то, что оказались такими недоверчивыми и настойчивыми. Иначе пришлось бы им с Хабером еще не одну декаду загорать на вновь образовавшемся островке среди скал и пронзительных птичьих криков. Пока бы Хабер восстановился, пока энергии накопили, плот вырастили… Не так-то это быстро получается, как у ушлых сказочников, что бродят по стране от харчевни к харчевне. И плетут свои разудалые истории порой всего за пару кружек медовухи.
Портал в Кизард открылся без проволочек, но Зак вначале бдительно бросил в него вынутый из воздуха шелковый лоскут, написав на нём лишь одно слово. Через несколько нестерпимо тягостных мгновений лоскут вылетел из портала назад и маг, ловко поймав его, быстро рассмотрел появившиеся на письме знаки. И успокоенно выдохнув, уверенно кивнул спутникам на портал, путь был безопасен.
А уходя последним и закрывая за собой путь, украдкой огорченно вздохнул, поймав напоследок робкую надежду сидящих за дверью детей. Что пришел с гостинцами добрый дядя Тони. Единственный человек, который приносит радость в их обездоленные сиротские жизни. В стране, где у богатых правителей годами пустуют огромные роскошные дворцы и замки, судьбы безродных сирот интересовали только работорговцев. И только с одной, далеко не благородной целью.
Выйдя в знакомую до последней царапины портальную Кизарда, Зак был несказанно удивлен оказанным им приемом. Маги, прошедшие в портал перед ним, стояли вдоль стены, распятые защитным щитом, который удерживал ни кто иной, как сама Каруна. А рядом с ней стояло с десяток магов всех мастей, держа наготове самые мощные боевые заклинания.
— Можно узнать, — Издевательски подняв одну бровь, насмешливо спросил Зак, — Вы сами с ума сошли… или вам помогали?!
— Зак… — Тяжело проговорила Каруна, — Как нам проверить… ты действуешь сейчас… по собственному желанию, или под контролем дикого ментала?
— А никак. — Пожав плечами, нежно улыбнулся ей сын. — Командуй отбой, ма. Мы и так переволновались, пока сюда добрались.
— Каруна! Не верь ему! — Истерически выкрикнул один из магов, поднимая выше руку с поблескивающим на кончиках пальцев ледяным копьем.
— Убери свою льдяшку, Кравдис, и подумай немного своей головой. Если, конечно, там от страха осталось, чем думать. — Укоризненно качнул головой Зак. — И ты ма, тоже хороша! Как вы думаете, если бы ему удалось подчинить мое сознание, за какими змеями я приперся бы сюда? Мы бы вместе с ним уже захватили власть во дворце и во всей стране, и объявили вас врагами королевства.
— Великие боги! — Потрясенно пробормотала магиня, отчетливо поняв, что поддавшись необходимости проверять всех приходящих, излишне перестраховалась, выпустив из виду такое простое рассужденье. — Я знала, что ты все поставишь на свои места, у меня от таких размышлений и переживаний совсем голова не работает.
Сейден, пользуясь тем, что Каруна убрала, наконец, неудобный, но абсолютно безвредный для него щит, парой широких шагов преодолел разделяющее их расстояние и подхватил жену на руки.
— Все в порядке, не переживай. Тут любой бы свихнулся. Сейчас все обсудим, и, я уверен, найдем выход. — Ласково ворчал он, быстро шагая через двор к дому.
— Когда вы тут, мне ничего не страшно. — Склонив голову на его плечо, чтобы никто не увидел слез непоколебимой госпожи комендантши, всхлипнула Каруна. — А то… к нам уже трое… и все члены совета, кроме Асунты. Вначале разговаривают как обычно… а потом… то сон на всех… то замораживать… Вот мы и поставили команду. Меня каждый раз вызывают. А по эмоциям ведь сразу не поймешь. Все напуганы, все настороже.
— Здесь мы сами ловушку поставим, можете идти отдыхать. — Сочувствующе поглядев на затюканных магов, скомандовал Зак. — Тан, попробуй неактивированный воздушный кокон расстелить, а я на него быстрый сон и сигналку брошу. И дверь запрем, чтоб никто не вошел.
Танио, потрясенный откровенно враждебной встречей, только хмуро кивнул. И тут его слух уловил сзади знакомые голоса. Мгновенно обернулся на них и Зак, и, завидев две несущиеся через двор фигурки, сердито взмахнул руками.
— Тала! Остановись! Куда это ты как сумасшедшая мчишься?! Рика! Ты почему за ней не следишь?!
И те из магов, что бдительно оглядывались, нарочито медлительно топая по направлению к дому, облегченно вздохнули и измученно заулыбались.
Почему-то им казалось, что подчиненный чужому сознанию маг не будет так же бережно следить за своей любимой, как обычно.
— Нет. Так мы делать не будем. Это очень опасно, могут пострадать все, кто находится в здании. — Выслушав предложенные планы освобождения королевского дворца, твердо заявил Зак. — У меня есть предложения, но сначала пусть выскажется Тима.
— А что может нам сказать ученик! — ехидно фыркнул кто-то себе под нос, но Зак все равно услышал.
Вопреки всем правилам, он не надел сдерживающий его способности амулет, когда шел на заседание магов. Рассудив, что если у кого-то вдруг шевельнутся в подсознании глубоко заложенные дикарем приказы, то лучше узнать о них в первый же момент. Что дикарь жесток, хитер и предусмотрителен, он понял еще во дворце Раймихона. Но то, что он безмерно нагл, и не остановится ни перед чем в стремлении к задуманному — стало предельно ясно после нападения на ковен.
— В их мире непрестанно воюет между собой несколько десятков стран. — Обстоятельно пояснил коллегам Зак. — И очень часто ненормальные личности, типа нашего дикаря пытаются что-нибудь захватить. Поэтому и методы борьбы уже отработаны. Возможно, что-то пригодится и нам. Говори Тима.
— Вот, я тут записал. — Держа перед собой свиток, худенький светловолосый иномирец встал с кресла. — В таких случаях все решает информация. Чем больше мы про него будем знать, тем быстрее поймем, как его победить. И еще. Пока информация копится, нужно протянуть время. У нас в таких случаях посылают опытного переговорщика, и он начинает выяснять требования захватчика, стараясь доказать ему, что всё требуемое сразу выдать невозможно. А пока переговорщик отвлекает террориста, со всех сторон скрытно подбираются специально обученные бойцы. Жаль… что у вас нет техники… у нас в некоторых зданиях есть крошечные камеры, с помощью которых можно увидеть и услышать все действия захватчика.
— Да нам такие и не нужны! — Свысока хмыкнул один из магов. — Мы можем заставить работать на себя любую стихию. И она будет и показывать и рассказывать. Только для этого нужно быть поближе к дворцу.
— А ведь мы можем это устроить. — Задумчиво разглядывая говорившего, буркнул Зак. — Вот теперь план у меня сложился целиком. Спасибо, Тима, ты можешь идти отдыхать! Так вот, всем этот план я объяснять не буду. Из соображений засекреченности. Кто не знает, тот не выдаст. Поэтому расскажу, хотя и не полностью, только тем, кто войдет в ударную группу. Остальные будут ждать здесь. Назначим группу управления крепостью из трех человек. Я дам им новые защитные амулеты, противостоящие сильным ударам магии разума, изготовленные мною специально после удара этого дикаря. Я уже рассказывал, как мы с ним встретились.
— А почему только трех? — Строптиво поинтересовался один из старших магов, мгновенно просчитавший, что он в это количество вряд ли войдет. А, следовательно, желанного защитного амулета не получит.
— Амулетов на большее количество не хватает. — Лаконично оборвал возражения Зак. — Если почувствуете, что камень в амулете греется, быстро беритесь за руки с другими магами и вливайте в него энергию. Тогда ментал получит возвратный удар и он ему должен очень не понравиться. Теперь о тех, кто войдёт в основную группу. Я, Танио, отец и мама, Гистон, Дрибен, и Гальдир.
— Может… сходить за Хабером? — Мигом сообразив, что трое среди перечисленных магов природники, спросила Каруна.
— Он еще очень слаб. — Опередив Зака, качнул головой Гистон. — Когда мы спасались, выложился насухо. А у меня тоже… не было сил его сразу поднять.
— А куда вы вообще направлялись? — С интересом уставилось на придворного мага Аганы сразу несколько пар глаз.
— В отпуск. На Берзийские острова. Хотели поймать несколько ковиксов для экспериментов. — Хитро подмигнув Заку, с невинным видом солгал старый хитрец.
Ставший, едва очутившись в портальной комнате Кизарда, как две капли воды похожим на своего двойника. Тот даже заинтересовался, по каким же таким признакам отличает его самого родная мать.
— Кстати! — Словно угадав его мысли, предложил старый пройдоха, — Я могу быстро вернуть тебе собственную внешность. Что-то мне не очень нравится, когда всякие молокососы лупят сзади по плечу и орут в ухо: — Эй, Зак!
— Пошли. — Не раздумывая, повернулся к двери принц, но вспомнив про амулеты, остановился на полдороге и выдал матери кошелек с тщательно упакованными сверточками. Предварительно выудив два из них, для себя и Гистона. Он тоже мечтал поскорее избавится от маски природника. Только по абсолютно иным причинам.
Попытавшись повернуться, чтоб устроиться поудобнее, Хабер снова больно стукнулся локтем о бортик и неслышно выругался сквозь зубы. Идиотский ящик за этот вечер достал его хуже самого неудачного заклинания. Как тот змеев капитан тут только спал? Хотя… поскольку спать ему приходилось одному… и в хорошо подогретом состоянии… то и особых проблем, скорее всего, не возникало.
Глава решительно вылез из ящика, изо всех сил стараясь не разбудить сладко сопящую Анюсю, натянул штаны, сел на жесткое креслице и задумался. Да если честно признаться, и было о чем. Романтическое приключение свалилось на его ещё не совсем здоровую голову слишком уж резко… слишком неожиданно. Нет, недостатка в воздыхательницах он никогда не испытывал, его хорошо обеспеченное положение многим высокородным и не очень дамам казалось надежной гарантией крепкого семейного счастья. Но всё, что позволял себе изредка маг, это одна — две встречи на нейтральной территории. Безо всяких клятв и обязательств. Затем он переставал даже при встрече лоб в лоб узнавать краткосрочную любовницу. Совершенно преднамеренно, чтобы вызвать в ней стойкую ненависть. И эта тактика работала. Да еще как!
Через некоторое время взбешенные пренебрежением главы поклонницы назло Хаберу выходили замуж, причем довольно успешно. Вот уж за этим он следил.
В корзинке пискнул и заворочался хайти и Анюся немедленно подняла растрепанную голову с капитанской подушки. Сонно помотала волосами, на ощупь перелезла через бортик и выудила из корзинки зверька. Тот сразу вцепился ручками в её рубашку и магиня, пробормотав ему что-то ласково-невнятное, босиком прошлёпала мимо ошеломленно затаившего дыхание Хабера к двери.
Да уж, возмущенно хмыкнул маг, приходя в себя, еще ни одна из тех, с кем ему довелось делить постель, не ушла из его комнаты с таким вот безразличием. Обиженно нахмурившись, глава оглянулся на треклятый ящик и вдруг решился. Прислушавшись к себе, удовлетворенно кивнул, энергия пополнилась уже больше чем наполовину и все прибывала. Значит, не страшно, если он немного потратит на собственное благоустройство.
Маг отбросил в сторону одеяло и подушку и создал сотню зеленых термитов. За несколько мгновений неуклюжий ящик превратился в жалкую кучку опилок, а термиты в раздутые шарики на тонких ножках. Доели дочиста опилки и скопившийся под кроватью мусор, окуклились, а в следующее мгновенье, ровно раскатившись по квадрату пола, над которым предполагалось возникновение просторного ложа, проросли тонкими гибкими побегами. Набирая силу и крепость, ростки рьяно рванули вверх, становясь толщиной примерно с мизинец и постепенно одревесневая. На высоте в локоть ровные стволики закурчавились множеством прочных усиков, которые, переплетаясь между собой во всех горизонтальных направлениях, через подзвонок образовали замысловатое кружево ровной поверхности широкой кровати. С почти неприметно загнутыми вверх краями. Хабер скептически похлопал по получившейся мебели ладонью, недовольно цвыркнул зубом и пробормотал краткое слово. Из поверхности застывших усиков быстро полезла вверх зеленая густая щетина побегов и застыла ровным, пышным ковром.
Другое дело! — Довольно хмыкнул маг, хлопаясь на мягкое и упругое ложе. Даже тюфяка не надо! Теперь можно с удобствами решать, какую же тактику выбрать в отношении Анюси.
— Хабер! — Дверь каюты с грохотом врезалась в стенку.
— Что такое? — В смятении вскочил глава с кровати, панические нотки в голосе девушки означали, что произошло нечто ужасное.
— Их нет! Понимаешь? Ни-ко-го! И корабля нет! И даже близко нигде не видно, я уже на мостик сбегала!
Мостиком она, разумеется, называла причал, выращенный Гистоном. Возле него бывший учитель Хабера намеревался выращивать плот для путешествия к островам.
— Как нет? — Поглощенный размышлениями личного характера, Хабер совсем забыл, что на их необычном острове сейчас должно было ночевать больше десятка людей.
— С ними что-то случилось! — Рухнув в кресло, с которого недавно встал маг, Анюся закрыла ладошками лицо и горько зарыдала, невнятно бормоча сквозь слезы: — Зак сказал… я остаюсь за старшую… следить за порядком… чтобы все живы и здоровы… а я… ох, господи, да если они пропали… он же меня убьет! Из ковена выгонит!
— Ну Ани…, ну не плачь! Может, ничего с ними и не случилось! Море спокойное… матросы опытные… капитаны тоже… один даже маг… — Растерянно пытался успокоить девушку Хабер.
— А ты откуда знаешь? — Ревниво всхлипнула магиня.
— Что знаю?!
— Что Бариз дикий маг?
— Сам видел! Мы же с ними три дня плыли! А я все-таки природник, мы даже слабых магов сразу различаем! Кстати… у него тоже способности в магии природы. И воды.
— Зак сказал… за этим особо приглядеть. А то он очень боится… что его насильно в ковен… А я… я… о-о-о! — Анюся снова зарыдала.
— Ани! — Хабер не выдержал, поднял девушку с кресла и, усадив себе на колени, принялся, успокаивая, нежно поглаживать рассыпавшиеся по плечам шелковистые локоны.
Хотя обычно стремился как можно скорее избавиться от барышень, пытавшихся разжалобить его слезами.
Но ведь она же, не в пример прочим особам, немедленной женитьбы с него не требовала! И оплакивала вовсе не девичью честь, неизвестно где потерянную, как другие! А переживала за людей, следить за которыми её оставил учитель!
— Хабер… — К явному неудовольствию мага внезапно начала вырываться из его рук Анюся. — Я придумала. Зак говорит… всегда можно что-нибудь сделать. Отпусти… мне нужно одеться…
Схватив на ходу валявшуюся на столике цветастую юбку и корзинку с хайти, магиня опрометью бросилась из капитанской каюты. Только мелькнули стройные ножки, едва прикрытые коротковатой матросской рубашкой.
Глава разочарованно хмыкнул и горько усмехнулся. Вот и наступил в его жизни момент, когда переспавшая с ним девушка ушла, даже не спросив, встретятся ли они ещё! Хотя… здесь конечно, встретятся. Только непонятно теперь… в качестве кого. А интересно… он сам-то, чего бы хотел?
Хабер внезапно вспомнил… и как только сохранилось… при его-то занятости, такое мимолётное воспоминание! Хрупкая фигурка… затянутая ярким шелком… пряный запах аганских благовоний… широко распахнутые изумленные и счастливые черные ланьи глаза… Тогда она его внезапно поцеловала… и он потом весь вечер, просматривая кучу деловых свитков, коснувшись случайно… а затем и нарочно щеки, вспоминал этот запах и эти глаза.
А куда это, она, собственно, идти надумала? Заслышав топот легких шагов за открытой дверью, всполошился маг. Кого бы там ни оставлял главным Зак, но глава ковена все-таки он, Хабер! И только он должен принимать в критической ситуации любое важное решение. Каковое именно ему и положено принимать по опыту, возрасту и статусу. И, разумеется, как настоящему мужчине! Хабер проворно натянул сапоги и рубашку и выскочил на палубу.
Неподалеку раздался голос Анюси, произносящий короткое ключ-слово и над кораблем взмыл высоко в небо яркий, ровный светляк. Да, похоже, Зак, несмотря на женитьбу, от занятий с ученицей не отлынивал! Светляк получился на порядок ярче и стабильнее того, что она создала осенью в ландском лесу.
А Анюся, споро поднявшись на надстройку, уже пробралась к слегка покосившейся мачте. Для чего-то деловито поплевала на маленькие ладошки и решительно полезла вверх. У Хабера при виде этого действия даже дар речи от неожиданности пропал. Теперь ему стали понятны её слова про одежду. Магиня была в походных брюках, короткой тунике и сапожках.
— Ани! Ты куда?! Слезай немедленно! Ани!
— Хабер… ты только не волнуйся, тебе нельзя. — Сдавленно пробормотала сверху магиня, продолжая взбираться на мачту. — Иди пожалуйста в каюту, ты же больной! Не хватало еще… чтоб мне за тебя от Зака попало.
— Это Заку от меня попадет! — Пробираясь ближе к мачте, рычал глава. — За то, что не научил тебя осторожности!
— Ничего ты не знаешь! — С превосходством сообщила сверху Анюся. — Всему он меня научил! Я с собой ремень взяла, чтобы пристегнуться! Вот он! АЙ!
Кожаный матросский ремень с тяжелой кованной пряжкой пролетел рядом с головой мага и тяжело шлёпнулся на пол.
— Это всё из-за тебя. — Расстроено оповестил с высоты растерянный голос девушки. — Ну, вот чем я теперь привяжусь?!
— Да зачем тебе там привязываться! Слезай немедленно обратно! — С отчаяньем призывал глава, спешно выращивая вокруг мачты упругий широкий гамак.
Заученные назубок, природные заклинания всегда выходили у него самыми эффективными и брали минимум энергии.
— Как ты не понимаешь, зачем! — Разочарованно буркнула она, настырно поднимаясь всё выше. — Я хочу сверху посмотреть, где наш корабль!
— Ну и что ты там сможешь увидеть, в такой-то темноте! — с досадой фыркнул глава, надеясь, что этих слов Анюся не услышит.
Однако она услышала.
— Всё увижу! Мы на нем всегда вечером фонари вешали! Я и трубу взяла, капитанскую! Но тебе не покажу, а то опять выроню! — Авторитетно провещал сверху звонкий голос юной магини.
Живо представив себе, как она там, в вышине, ничем не привязанная, вертит во все стороны любопытной головкой, удерживая в тонких руках тяжелую трубу, Хабер содрогнулся и с отчаянием застонал.
— Хаб… тебе что… плохо? — Тут же раздался сверху встревоженный вопрос. — Иди, немедленно ложись в постель, я скоро слезу и принесу отвар! Мне Гистон специально для тебя оставил!
И такая искренняя тревога прозвучала в ее голосе, столько участия и тепла обрушилось на стоящего под мачтой мага, что в его голове что-то щелкнуло и прояснилось.
Истерически хихикнув, глава присел на низкие перильца, в отчаяньи обхватив руками голову.
Великие боги! Девушка где-то там, в темной ненадежной вышине абсолютно одна, непонятно за что и как держится, и вместо того, чтоб визжать и ахать, ещё и умудряется беспокоиться о нем! Об дураке, который не сумел сразу распознать в ней единственную нужную ему, из всех встреченных за последние двадцать лет, женщину! И вот сейчас она рухнет оттуда и переломает себе все кости, а у него даже от одной мысли об этом начинают скрипеть зубы и болеть в груди. Если он не придумает сейчас же, немедленно, как вернуть её на палубу, то вся его слава хитрого интригана не стоит и сухой коровьей лепешки.
— Анюся, ты можешь спускаться. — Официально и слегка насмешливо объявил магине Хабер, изо всех душевных сил стараясь говорить непринужденно.
— Почему это?! — Недоверчиво спросил сверху её милый голосок.
— Они уже возвращаются. Только судно пока ещё очень далеко! Ты всё равно не увидишь! Понимаешь, в море всё видно не так… как на суше!
— Знаю. Не такая уж дура. В пятом классе проходили. Линия горизонта называется. — Недовольно пробурчала девица, осторожно начиная спускаться вниз.
Вот же пакость! Оказывается, вовсе не врут те, кто утверждает, что подниматься вверх намного легче, чем спускаться. А она-то, ещё всегда сомневалась! Хотя… возможно днем было бы легче. Можно было заглянуть вниз и определить, где же она потерялась, эта проклятая ступенька! К тому же руки уже устали держаться за слишком толстые для её пальчиков перекладины. Так устали… что дрожащие пальцы еле держат, и разжимать их с каждым разом все труднее.
— Ани… ты как? — Напряженно глядя вверх, и замирая от непривычного страха, с надеждой спросил глава.
И как только у него ума хватило, пустить её туда! Не мог сразу вырастить лиану и примотать глупышку к мачте, надежно и крепко! Или… еще лучше… сразу к себе.
— Хорошо! — Преувеличенно бодро отозвался ее голосок, а уже через пару мгновений обреченно сообщил: — Только падаю!
— Как, пада… — Глава опрометью бросился к гамаку, и в этот момент на его голову свалилась медная труба, а следом и взвизгнувшая напоследок Анюся.
— Хабер…?! Тебе плохо?! — С опаской потеребив неподвижно обвисшего на неизвестно откуда взявшихся сетях главу, с опаской спросила магиня.
Хорошо! Очень хорошо. Так замечательно… как не чувствовал себя уже много лет. Даже наливающаяся над ухом шишка от капитанской трубы не в счет. Потому что залечить её для природника с его стажем пара пустяков. Особенно, когда резерв пополняется с каждым звоном.
А вот стройная фигурка… что так волнующе лежит на нем… и с беспокойством ощупывает его замирающее от этих прикосновений тело… да только ради этого маг готов снести ещё не одну шишку.
— Хаб! Ну, очнись же ты! — В голосе Анюси начали звенеть слезы, и глава тяжело вздохнул, понимая, что пора уже прекращать изображать из себя собственные останки.
— Ты понимаешь, что чуть не убила… главу совета магов? — слабым голосом вопросил хитрец, приоткрывая глаза.
— Но я же не нарочно! Я тебе кричала, иди в каюту! А ты… — Немедленно возмутилась магиня.
— А я плёл этот гамак, чтоб ты не разбилась… если упадешь! И, как видишь, не зря! — Оскорбленным тоном перебил её Хабер, словно невзначай обнимая за талию.
— Так это… ты?! Ой, Хаб… спасибо! — Сразу прониклась пониманием девушка.
— Если хочешь называть меня коротким именем, зови Риль. Мое полное имя Рихабриль. — Доверительно сообщил маг, мягко, но настойчиво притягивая её к себе.
— Но может… не нужно? — Неожиданно заупрямилась она.
— Как это не нужно? — Когда глава хотел, то умел быть очень убедительным. — Жена имеет право называть мужа уменьшительным именем.
— Но я тебе вовсе не жена! — Бдительно отдвигаясь, строптиво возразила Анюся.
— Смотря с какой стороны посмотреть. — С загадочной усмешкой пожал плечами маг.
Уж эту, казуистскую уловку он придумал мгновенно. А девица-то… как блестяще прошла главную проверку. Из трех сотен его знакомых дам все три сейчас бросились бы ему на шею и, осыпая поцелуями, пылко уверяли в вечной любви. Нет… отказываться от своего внезапного решения он вовсе не собирается… но и маленькое невинное испытание … для выяснения истины… никому не повредит.
— Как это… смотря с какой стороны? — Недоверчиво фыркнула Анюся.
— Очень просто. — Любезно начал объяснять глава. — Есть аганский и тордизанский закон, по которому люди считаются мужем и женой. Мой отец был аганцем. Значит, я могу жениться по аганскому обычаю. А по нему всё очень просто, если девушка дала мужчине достаточные доказательства своего расположения, он имеет право сказать ей ритуальные слова.
— Какие? — Любознательно распахнула глазищи Анюся.
Вот ты и попалась, едва не захихикал хитрец.
— Беру тебя в жены! — С важным видом произнес Хабер по-агански, торжественно кладя левую руку на её голову.
— И что? — немного подождав, разочарованно спросила магиня.
— Все. — Пряча прыгающих в глазах чертиков, обыденно заключил глава. — С этого момента ты моя жена.
— ЧЁ? — Немедленно возмутилась Анюся. — Нифигасе! А где у тебя эти… доказательства… расположения?
— А в моей каюте что было? — Искренне наслаждаясь её реакцией, невинно осведомился маг.
— ЧЁ? Нет, это нечестно! Крути всё назад! Я так не хочу!
— Почему? Я что… недостаточно молод для тебя? — С почти неподдельным огорчением лицемерно оскорбился глава.
— Да при чём тут это! — Вспылила Анюся. — Ты как раз вполне… нормальный мужик. Дело не в этом! Во-первых, я тебе не подхожу. Ну… вы же все мечтаете… уют… пирожки… а я терпеть не могу готовить и стирать!
— Если б мне нужна была прачка… или кухарка… я б к тебе точно не обратился. — Серьезно подтвердил Хабер, стараясь не дать прорваться ликующим ноткам. — Но они у меня уже есть, и менять преданную прислугу я вовсе не собираюсь!
— Да это и не главное… — Печально согласилась девушка. — Важно другое. Я хочу, чтоб муж меня любил. И я его. Как Танио и Рика. Как Зак и Тала. Ну… ты понимаешь?!
— Значит, у меня нет никаких шансов. — Горько заключил Хабер и, отпустив Анюсю, сел, уставясь скорбным взглядом в полную подмигивающих искр темную чашу неба.
— Хаб… — Встревожилась сердобольная девица. — Но… разве… ты…?!
— Сам не сразу понял. Помнишь… ты меня поцеловала? Когда я хайти принес…
— Помню… Хаб…
— Риль.
— Ладно. Риль. — Анюся пару подзвонков задумчиво сопела, заставляя сердце главы замирать от волнения, потом примирительно сказала. — Дайра говорила… есть слово… если хочешь уйти…
— На самом деле, магам достаточно просто объяснить, почему уходишь. — Честно признался Хабер, сообразив, наконец, что его лукавые маневры причиняют боль девушке, без которой он теперь не представляет своей жизни.
— Тогда я согласна.
— На что? — Не сразу понял он путь ее рассуждений.
— Что я твоя жена. Ты правда… лучше всех ко мне относился… да и сегодня… в каюте… Но… а ты не шутишь? — Вдруг спохватилась Анюся.
— Ани, разве я бы на такое решился? — крепко прижимая к груди новобрачную, блаженно выдохнул в её ушко Хабер.
— Только… давай сразу договоримся. Учится я не брошу. И… ходить на задания ты запрещать не будешь.
— Ани… я согласен. — Маг от внезапно нахлынувшего счастья мог пообещать ей звезду с неба.
— И… давай… подождем их тут. Я все равно ни о чем другом сегодня думать не могу. — Застенчиво попросила Анюся.
— Конечно. Именно это я и хотел тебе предложить. — Устраивая её поудобнее в своих объятьях, солгал маг. — Если станет прохладно… скажи. Я выращу тебе одеяло.
Глава 16
— Пойдем утром, после завтрака. — Поглядев в ночную тьму за окном, определился Зак.
— А не лучше… ночью, когда все спят? — С сомнением протянул Сейден.
— Лучше. — Кивнул принц, — Но прошлый раз мы сделали именно так. Он же не дурак, наверняка теперь на ночь усиливает охрану. А может, и того хитрее, уходит куда-нибудь порталом. Поэтому пойдем в самое неподходящее для этого время. Ма, ты закончила?
— Да, вот последний. — Аккуратно пряча в кошелек сверточек с амулетом, кивнула магиня.
— Тогда все спать. Встаем как обычно. Легкий завтрак, походная одежда… ну мы про это уже говорили. — Перечислял Зак скорее для контроля самого себя.
Хотя уже все продумал и перепроверил не один раз. И всё же втайне оставался собой недоволен. Где-то глубоко в голове притаилось то ли сомнение, то ли предчувствие. Что-то было неправильно в поведении этого дикаря. Нелогично, неоправданно, необоснованно. Словно Заку показали одну половину свитка, разрезанного вдоль и предложили по ней воспроизвести весь текст. И текст получился нескладный, уродливый, явно не хватало чего-то важного, что осталось на другой, отрезанной стороне.
Зак огорченно вздохнул, изменить что-либо еще не поздно, но бесполезно. Пока не дойдешь до конца, суть всех тайн и непонятностей так и не станет ясней.
Решительно поднялся из-за стола и, пожелав родителям спокойной ночи отправился в свою комнату. Танио, подтянув к ним три сильные нити энергии из Кизардского источника, ушел еще звон назад. А чуть позднее ушел и Гистон, закончив свою часть подготовительной работы. Всем нужно было как следует отдохнуть и набраться сил перед полным неизвестностей и мрачных сюрпризов сражением.
— Да что за чёрт! Где же они?! — Хлопая всеми подряд дверьми кают, возмущенно рычал Дик.
— Посмотри возле мачты. — Вытирая о плечо текущую из угла разбитого рта кровавую струйку, насмешливо посоветовал Бариз.
Руки капитана были профессионально скручены за спиной и привязаны к спасательному плотику из тандука.
— Чтоб не вздумал скрыться от справедливого правосудия. — Объяснил эту меру озадаченным рыбакам связывающий захватчиков Дик.
Турсон проводил глазами прыгающего вверх по лестнице парня и тяжко вздохнул. Всё было просто отвратительно. Вот если бы… им удалось вернуться на этот островок так, как они задумали… еще можно было как-то объяснить… и повиниться. Но кто же знал… что этот парень так умеет драться! Пленных рыбаков уже понемногу рассадили к тому времени по разным каютам, пользуясь их прогулками по естественным потребностям. На которые пленников выпускали, разумеется, по одному. И водили под конвоем. Из него, Турсона и состоящего. Как самого внушительного.
Дик был последним. Теперь понятно… что, скорее всего, он нарочно так подстроил. Чтоб не мешались под ногами неловкие во всем, что не касалось сетей и рыбы, парни. Турсон по обыкновению отпер дверь и посторонился, пропуская пленника вперед. Тот почти прошел, но вдруг приостановился, зло глянул в глаза боцмана и внезапно молниеносно врезал ему кулаком под дых. Да так сильно, что в глазах на миг померкло. А об остальном Турсон мог судить только по топоту на палубе и коротким вскрикам. Потому, что лежа носом в пол со связанными за спиной руками много не увидишь.
Потом его небрежно затащили в каюту выпущенные Диком рыбаки и заперли дверь. И только недавно вывели на палубу и неугомонный Дик привязал к его скрученным веревкой рукам спасательный плотик. Турсон хотел было сообщить переловившему их как мышей парню, что с плотиком за спиной он утонет значительно скорее, чем вовсе без оного, но взглянув в презрительно-гневные глаза победителя, сообразил, в этот раз лучше промолчать.
— Интересно, и что здесь такое происходит?! — Прокурорским тоном осведомился Дик, пристально разглядывая замотанную в кусок искусственного газона Анюсю. Доверчиво прижавшуюся во сне к хозяйски облапившему её смуглому мужику, которого Зак представил как главу ковена.
Едкий голос нового ученика Сейдена громом прозвучал над головой Хабера, и глава нехотя разомкнул веки.
Великие Боги! Как рано-то! Еще даже солнце не встало. Лишь побледневшее небо зарозовело на востоке.
— Дик? — Сонно буркнула, выбираясь из зеленого мохнатого одеяла Анюся, и Хабер непроизвольно напрягся, заметив, как оттаял сердитый взгляд иномирянина, едва тот обнаружил, что землячка спала в штанах и сапогах.
— ДИК! — Сообразив, наконец, кого видит перед собой, магиня ринулась обнимать парня.
Ох, же змейство! Свирепо ругнулся про себя глава, поднимаясь с гамака и разминая затекшие мышцы. Это, что же, каждый раз теперь будет впиваться в его грудь такая заноза, когда ей вздумается обнять кого-то из друзей?
— А где остальные? Где Бариз?! — Уже вспомнив про наказ учителя, мчалась вниз магиня.
И тотчас оттуда разнесся ее возмущенный вопль, видимо обнаружила нечто, вовсе не сочетающееся в её представлении с данными Заком инструкциями.
— Кто до этого додумался?! Немедленно развязывайте! А что это у него такое с лицом? Риль! Где ты там, иди сюда!
Взглянув на Дика с превосходством льва, победившего противника в схватке за львицу, Хабер немедля направился на нижнюю палубу.
— Что случилось?
— Вот… кровь! — Усадив застыдившегося капитана на скамью, магиня хлопотала над ним, как над умирающим.
— И этого ему ещё мало! — Мстительно рявкнул сзади мага голос Дика. — Они нас обманом в столовой заперли. А Диршана с Мизой в их каюте. И остальных по каютам. А сами корабль развернули и направились неизвестно куда! Не знаю, как здесь, а у нас это называется терроризмом и карается по максимуму!
— Как же тогда … вы здесь оказались? — Осторожно прикладывая в исцеляющем заклятии пальцы к разбитым губам дикаря, поинтересовался Хабер.
— Они думали, на лохов попали. — Довольно хмыкнул Дик. — Я их на раз скрутил, только момент выждал!
— Он в спецназе служил. — Мимолетно оглянувшись на Главу, пояснила Анюся, словно это слово что-то ему говорило.
— Не так всё было! — Упрямо наклонив голову, мрачно пробурчал Турсон. — Мы уже решили вернуться. Почти полпути назад прошли… когда он на меня напал.
— Теперь можно что угодно наплести в свое оправдание. — Едко фыркнул Дик. — Раз попались!
— Он правду говорит. — Внезапно вступился за боцмана Диршан. — Судно сюда, к скалам направлялось, когда Дик их связал.
— Так может они хотели вас тут бросить, чтоб никто подольше не нашел! А шлюп угнать, он ведь новенький, кораблик-то! А зачем ещё им от нас бежать?
— Да что ты выдумываешь, Дик! — Разглядев затравленный взгляд Бариза, рассердилась Анюся. — Ты сам, когда из Ай-Берека сбежал, не помнишь, зачем это сделал? А сколько я потом из-за тебя всего вынесла! И в камере голодная сидела, и вампира своей кровью кормила!
— Всё припомнила? — Обиделся Дик. — А того, что я про этот ваш ковен, до того дня только разные страсти слышал, ты не забыла?
— Про Наш ковен. — С нажимом поправил его Хабер. — Не забывай, что ты теперь ученик.
— Ну да, про наш. — Небрежно отмахнулся от него Дик, продолжая наступать на Анюсю. — Откуда мне было знать… где правда… а где страшные сказки!
— А ему откуда?! — Расстроено взмахнула руками магиня. — Он тоже правды не знает, вот и боится, что мы его силком потащим!
— Куда потащим? — Озадаченно уставился на нее Дик.
— Да в ковен, куда же еще! — с досадой отмахнулась Анюся.
— А… зачем он нам? — Непонимающе уставился на землячку парень.
— Ну а как же! Ведь у него тоже способности есть! Что ж ему, теперь всю жизнь шифроваться?
— Что такое шиф… как там дальше? — Обреченно поинтересовался глава, давно с удобством устроившийся на скамье рядом с Баризом и заинтересованно наблюдавший эту перепалку.
Уж в чем, в чем, но в том, что его семейная жизнь скучной не будет, глава даже не сомневался.
— Это значит скрываться… — Недоверчиво вглядываясь в бывшего пленника, машинально перевел Дик. — А… ты уверена?
— Я уверен. — Твердо объявил Хабер. — Я это с первого мгновения, как его увидел, знал.
— А почему…
— Ты хочешь спросить, почему я ему не предложил вступить в ковен? Отвечаю, по двум причинам. Первая — он нас боялся. До дрожи. Думаю, ты понимаешь, отчего. Вторая — у нас с Гистоном было очень важное дело, требующее всех сил и внимания. Всё понятно?
— Ну да… — С интересом разглядывая главу, кивнул Дик. — Кроме одного. Что теперь с ним делать?
— Ничего. — Категорично качнул головой Хабер. — Ему и так несладко. Пусть поест и идет отдыхать. Да и вы все идите, ведь всю ночь, наверное, не спали?!
— А корабль… — Не сдавался бдительный Дик.
— На шлюп я сам защиту поставлю. — Поднялся со скамьи Глава.
— Но Риль! У тебя еще резерв не полон! — Встревожилась Анюся.
— Ничего, на небольшое защитное заклинание вполне хватит. — Успокаивающе улыбнулся ей маг, в душе донельзя тронутый такой заботой.
— Тогда я пойду, Лео покормлю. — Нерешительно сообщила ему в спину девушка, и Хабер вдруг почувствовал, как почти ощутимо повис в воздухе невысказанный вопрос, поддержанный заинтересованным молчанием окружающих.
Бывают в жизни каждого человека такие мгновенья, когда от нескольких правильно и вовремя сказанных слов зависит едва ли не вся дальнейшая жизнь. Для него этот момент наступил именно теперь. И стиснуло виски понимание, что сейчас нельзя сказать ни одного неправильного или шутливого слова. Потому, что этот миг — решающий. Хабер собрал всю выдержку и сообразительность и спокойно обернулся.
— Да не забудь забрать его в мою каюту. И свои вещи перенести! — Нежно улыбнулся он Анюсе, и перевел на остальных сразу ставший строгим взгляд. — А чтобы не было ненужных домыслов и разговоров, официально объявляю, что Анна теперь моя жена.
— С чего это вдруг? — Подозрительно оглянувшись на землячку, возмущенно фыркнул Дик.
— И ничего не вдруг! — Внезапно рассердилась Анюся. — Он мне ещё когда хайти подарил! А осенью вообще… пластику сделал!
— Поздравляем! Вот радость-то! — Бросилась к магине Миза. — Сделаем к обеду праздничный стол! Нужно же отметить!
— Отметить обязательно. — Поощрительно кивнул женщине Хабер. — Но главное торжество мы всё же устроим дома, когда вернемся. Думаю, Ани, твои подруги и друзья очень обидятся, если мы не пригласим хоть кого-нибудь из них. Тала, Рика, Дайра… Зак, Танио, принцессы из Кизарда, ученики из Академии… герцог Векридии Болафий. Да и наследный принц Тумастана Камил не простит, если подруга не позовет. А уж про маленьких принцев Ландии Филира и Леонта и не говорю. Они все время вспоминают тетю, что кормила их конфетами. А если пригласить их всех… и не пригласить короля с принцем… может получиться большой скандал. Вообщем, над этим вопросом мы будем думать очень серьезно.
C этими словами глава спокойно развернулся и невозмутимо потопал к шлюпу, пришвартованному возле причала. Оставив слушателей с широко распахнутыми от потрясения ртами и глазами. Даже Анюся, и не предполагавшая, что Хабер намерен затеять ради нее такое грандиозное мероприятие, застыла как изваяние. Одним-единственным монологом хитрый интриган сделал то, чего не добился бы целой кучей комплиментов и подарков.
Картина фантастического праздника, которым станет ее свадьба, так покорила девушку, что последние сомнения растаяли в её душе без следа.
— Зак… тебе пора. — Разбудил мага виноватый голос Наты.
Едва открыв глаза и обнаружив, что комната залита ярким солнечным светом, принц с досадой бормотнул что-то нелицеприятное насчет собственной безалаберности и спрыгнул с постели.
Дальнейшие его действия до самого входа в портал напоминали сборы воина по тревоге. Заранее приготовленная одежда мгновенно оказалась на хозяине, амулеты и пузырьки со снадобьями в карманах, завтрак в желудке. Суржа только голову успевала поворачивать, следя за любимцем. Прощальный поцелуй Тале и принц, как вихрь, исчез в сером тумане портала.
Выход из портала Зак специально сделал в подземные казематы королевского дворца. Отследить сверху легкую волну магического возмущения будет практически невозможно. Вот только идти по давно заброшенным переходам и тоннелям придется долго. Много лет назад тут не только заключенных содержали, но и укрывались горожане в случае вражеского нападения. А вот не чистили и не чинили уже лет сто, если не больше.
Маги проворно выскочили из портала и Зак мгновенно схлопнул тянущий энергию овал. Конечно, открывать портал самому было не лучшим решением, но, как оказалось, он один из всей команды имел самое свежее воспоминание о расположении казематов. Ведь именно ему досталось года четыре назад искать здесь ушедших на поиски приключений трёх бойких мальчишек, сыновей прислуги.
Парнишки готовились заранее и имели с собой солидный запас свечей и еды. Кто-то из слуг пустил байку про забытые сокровища, вот и решили мальчуганы разбогатеть одним махом. А что с них взять, про магов и их методы детям же никто не рассказывал. Если и был где прихоронен на черный день сундучок с монетами, ученики академии давно бы на тренировках выискали. Водники по нарушенному контуру водных путей, природники по порванным лопатами корням. Магам земли было легче всего, послушная стихия сама выталкивала на поверхность чужеродное тело.
А вот искателей сокровищ Зак нашел по еле заметному следу огня. Нашел без труда, а доставать пришлось с большими сложностями. Они умудрились забрести в старинную канализационную систему, давно заброшенную из-за нерациональности. И там, где худенькие парнишки проползали без проблем, Заку приходилось проявлять чудеса ловкости. А остановиться и подождать идущих на помощь магов он не мог. Потому что уже уловил всплеск заполненных отчаяньем и ужасом детских мыслей. Нет, тогда все закончилось, хвала великим богам, благополучно. Парнишка, сорвавшийся в старый отстойник, не расшибся насмерть только благодаря перепревшей за долгие годы в мягкую труху куче нечистот.
Маги глотнули по глотку из протянутой Каруной маленькой фляжки, и подзвонок постояли, прикрыв глаза. А когда открыли, уже смогли разглядеть в полной темноте туманно серые стены и пол длинного коридора. Снадобье ночного зрения постепенно вступало в силу, и маги, не зажигая вытягивающих энергию светлячков, двинулись вперед.
Через ползвона коридор прервался запертой на заржавелый замок старой решеткой и вперед выступил, пододвинутый рукой Гистона, природник Дрибен. Мазнул небрежно пальцем по дужке замка и ожидающе уставился на преградивший дорогу кусок металла.
Маги терпеливо молчали. Природная магия не быстрая, Зак огненным заклинанием сорвал бы замок в одно мгновение. Зато вспышки и грохота избежать бы не удалось. И резкий всплеск энергии вполне мог насторожить кого не нужно. А так — энергии минимум, почти невидимые крошки, питающиеся железом, мирно съедят дужку за пару подзвонков.
Замок мягко отвалился в подставленную сквозь прутья руку природника, щеколду осторожно подняли и продолжили почти бесшумное продвижение по давно заброшенным пыльным коридорам. Шаги магов успешно заглушали натянутые прямо на обувь толстые носки. Двойная выгода от их использования была ясна всем. Если придется идти по дворцу в открытую, то сняв носки после подземелья, маги сэкономят время и энергию на чистке обуви. Ведь любой слуга, заприметив идущего по дворцу человека в пыльных сапогах, немедленно заподозрит неладное. Ну а если случится так, что пробираться они будут, прикрывшись иллюзией, бесшумность окажется вовсе не лишней.
— Пора раздать амулеты. — Прислушавшись к далеким отголоскам чужих мыслей, сообщил матери Зак.
Конечно, это очень неудобно, не слышать в такой опасный момент чужих мыслей. Но зато никто не поймает и твоих. Каруна сняла с пояса два кошеля и раздала магам по одному амулету из каждого. Один будет искажать мысли и защищать от чужого вмешательства, второй нужен только на то время, пока они идут по подземелью. Чтобы абсолютно скрыть мысленный фон. Если кому-нибудь из менталов вздумается пройтись мысленным поисковиком по подземелью, он засечет только небольшую стайку мышей. Целенаправленно и дружно движущуюся в сторону погреба с припасами.
Из которого есть проход к кухне.
— Я один это чую, или еще кто-нибудь? — Через ползвона недовольно шепнул Гистон, зажимая пальцами нос.
— Все чуют. — Сердито фыркнула Каруна. — У нашего короля новый управляющий.
— А при чем тут… это?! — Вытаращил глаза природник.
— При том. Король его прямо-таки захвалил за экономию. Затраты на содержание дворца снизились на три десятые. Я все думала, где собака зарыта?! Оказывается, здесь.
— Какая собака? — Заволновался, не понимающий шуток начальницы, Гальдир. — Он что… собаками гостей кормит?
— Чш! — Шикнул на захихикавших магов Сейден. — Нашли время веселиться! А собака — в переносном смысле. Управляющий, оказывается, экономит на вывозе мусора. Сваливает его в подвалы.
— Ну, скоро его экономия станет еще ощутимее. Во всех смыслах. — Не удержался от ехидного шепота Гистон.
— Тсс! — Останавливаясь, шикнул Зак и маги мгновенно замерли, прислушиваясь.
Какие-то размеренные постукивания и пошаркивания раздавались как раз с той стороны, в которую они направлялись.
И что они обозначали, можно было понять, только приблизившись к источнику звука вплотную.
Зак два раза хлопнул по плечу отца, что означало, стойте тут, я схожу, посмотрю. Потом дернул за палец Гистона. Природник молча кивнул, и они вдвоем неслышно направились в сторону тревожных звуков.
Через сотню локтей коридор, несколько раз поднимавшийся в этом месте на несколько ступеней, уперся в сплошной щит из свежих брусьев. А за брусьями шла какая-то возня, явно строительного характера. Можно было предположить, что новый управляющий выгораживает отсек для хранения овощей. Или мусора. Но Заку почему-то первым делом пришло на ум совершенно другое объяснение. Он взял руку природника и нажал пальцем условное количество раз. Гистон выдвинулся к самому щиту и, распластавшись возле него, надолго застыл. Зак терпеливо ждал, стараясь попусту не нервничать. Все равно ничего сделать он сейчас не может, пока природник не выяснит, что происходит с той стороны щита. Если бы можно было снять амулет… он выяснил это за пару капель. Но возможность провала всей тайной операции тут же возрастет неизмеримо. Вот и приходится смирять рвущее душу нетерпение, так и подстрекающее к опрометчивому поступку.
Природник тем временем вырастил себе начинающееся между глаз тонкое щупальце, и бережно просунул его в тонкую щель между щитом и неровным потолком. Осторожно вывел за край бруска и открыл на конце крошечный глазик. Потом закрыл веки на обоих данных от рождения окнах в мир и сосредоточил все чувства на вновь приобретенном органе. Свет факелов, освещавший проход по ту сторону щита вначале на миг ослепил крошку, но уже через несколько мгновений позволил понять суть происходящего. Очень неприятного для магов действа, трое каменщиков спешно закладывали проход массивными каменными блоками. Скрепляя их между собой замешанным на укрепляющем настое известковым тестом. Такую преграду можно одолеть лишь через портал, но всплеск магии, вызволенной при этом, сразу точно укажет дикарю на место проникновения. Особенно если он бросит на замурованную стену заклятие защиты или хотя бы простую сторожку.
Зак нетерпеливо дернул природника за рукав, но тот только отмахнулся, не мешай думать. Не так уж и плохо быть немолодым человеком, особенно если ты маг. Тысячи прожитых дней, как и тысячи различных проблем, когда приходилось изобретать всевозможные способы их решения, определенно дают в экстремальных условиях дополнительное преимущество. Всегда можно вытащить из памяти то или иное событие, подправить исходные данные, скорректировать уровень допустимого и добавить новые нюансы. Вот и готово оригинальное, но не особо сложное решение проблемы.
Гистон успокаивающе хлопнул Зака по плечу и приступил к исполнению своего плана. Необходимо было спешить, каменщики заложили уже почти четверть высоты проема.
Успокоенный спутником принц присел в сторонке на корточки, чтобы не отвлекать мага от работы. Задумчиво уставившись в пол, прогонял в уме все возможные осложнения их выхода из подземелья и некоторое время не обращал на происходящее вокруг никакого внимания. Пока тренированное подсознание не зафиксировало какое-то подозрительное движение. Мгновенно переключился со своих мыслей на происходящее и чуть не вскрикнул от неожиданности. Весь пол вокруг него мягко шевелился. Полчища неизвестно откуда взявшихся мышей тихонько перебирали лапками, ожидая своей очереди. Просочиться тонким листком в осторожно расширенную природником трещину. Попав на другую сторону, сливающиеся по цвету с камнем листки ждали только момента, когда каменщик отвернется за очередным блоком. И едва это происходило, тонкая пачка листков мигом занимала место следующего камня и разбухала в высоту и ширину, принимая точное подобие каменного блока.
Каменщик, выкладывал тяжелый блок рядом с эрзацем, мазал все известью и снова отворачивался за камнем.
— Скоро вы там? — Прикрикнул на строителей чей-то сердитый знакомый голос, — Пора уже заканчивать, чего возитесь!
— Дак, всего три рядка осталось! — подобострастно доложил старший каменщик, — через ползвона закончим!
— Смотрите, сам приду проверять! — тяжелые шаги и бряцанье оружия завершили неясный до этого времени портрет хозяина знакомого голоса.
Зак помрачнел и скрипнул зубами. Не один день придется ему проверять обитателей дворца, пока не станет ясно, кто присоединился к дикарю по собственной воле, а кто по принуждению.
Через несколько подзвонков Гистон тронул его за плечо и показал рукой в ту сторону, где остались маги. Зак понимающе кивнул и неслышно поднялся на ноги. Можно идти за командой, работа за щитом близится к завершению.
— Что там? — Встревоженный шепот Каруны рванулся навстречу.
Ждать ушедших в неизвестность друзей всегда более тягостное и невыносимое занятие, чем уходить самому. Уж это Заку было известно не понаслышке.
— Ничего страшного. Дикарь приказал замуровать проходы. Гистон что-то придумал, пока он там действует, меня послал за вами. Скоро каменщики закончат работу, и можно будет идти дальше.
— Что-то… еще? — проницательно глянул на сына Сейден.
— Да. Строителями руководит Кориден. Я узнал голос. — Нехотя буркнул Зак.
— Что? — Ахнула Каруна.
— Возможно… он находится под ментальным воздействием дикаря. — С тяжелым вздохом признал принц. — Но мы, во всяком случае, доверять ему пока не должны.
Глава 17
Урсен внимательно прислушивался к перепуганным мыслям служанки, с мученическим видом жующей проверочную дозу очередного изысканного блюда, и брезгливо хмурился. Ну вот что ей-то бояться яда? Среди толпы послушных ему магов еще осталась пара природников. И если ей не повезет проглотить приготовленный ему яд, он прикажет им немедленно вылечить дурочку. Если, конечно, захочет.
Это его, Урсена, вряд ли станут спасать. Едва отпустишь контроль, как сразу найдется предатель. Лишь пока он в силах держать эту толпу в повиновении, они такие верные и послушные. А случись что… ближайший и добьет, вместо того, чтобы яд выводить. Потому и приходится четыре раза в день бдительно смотреть, как эта девица жует его еду.
О, как он устал от них всех, от их громких испуганных мыслей. Вначале были среди них храбрецы, пытавшиеся думать о спасении и даже! Вот Смех! О сопротивлении! Ему! Ну, куда им против него? Против его магии?! Жалкие, глупые людишки. Как их много в этом дворце. Зачем этот дурак король держал в своем доме такую кучу дармоедов?
Сейчас их стало значительно меньше, он разогнал. Но всё равно, со всех сторон несутся их гадкие низменные мысли. Мешающие думать о серьезных вещах.
О главном. О том справедливом и великом времени, когда он, великий Урсен, наконец-то переловит этих самозваных магов и объявит о своем приходе всему народу.
Да, он сразу понял, какую выгоду можно извлечь из наивного предложения этого тупицы. Что судьба дает ему шанс одним махом осуществить все свои величественные планы. Жаль, времени было очень мало. Он привык обдумывать свои планы не спеша, с перерывами на обед и отдых.
А сейчас он очень устал. Нет ни одного спокойного подзвонка, не приносят наслаждения ни изысканные блюда королевской кухни, ни захваченные из Дергиза знойные красотки. Да и не до них ему теперь. Уже три ночи не спал нормально, да и днем отдыхает лишь урывками. Ведь никому нельзя верить. Ну да, заложил он в головы этим наивным глупцам, что именуют себя магами, приказ охранять себя во время сна, как самое дорогое в жизни. Только вовсе не уверен в том, что заклинанье будет действовать так же эффективно, когда он крепко уснет.
Проверить-то не было никакой возможности. Доверять свою жизнь во время такой проверки он не мог никому. Все вокруг только и ждут его промаха. Чтобы быстренько занять вожделенный трон. Пока только Тордизании. Но вскоре и другие страны сложат свои короны к его ногам. А куда им деваться?! И вот тогда… Он объявит глупцам свои законы и они все будут плакать от счастья. И имя его будет учить каждый ребенок в этой половине света раньше чем выучит слово мама.
А потом… Потом настанет время великих свершений! Он соберет грандиозную армию из подчиненных магов и отправится завоевывать мир за барьером. Разоблачать старинные легенды и раскрывать великие тайны. Чтоб все жители этого мира с благоговением и восторгом говорили о его деяниях.
А пока… немножко… совсем чуть-чуть… хоть пару подзвонков… поспать…
— Ваше Величество! — Бравый Кориден вытянулся у двери.
— Ну? — Устало потирая воспаленные глаза, недовольно буркнул самозванец.
— Приказ выполнен. Все проходы забиты и заложены камнем!
— Не понял, — Устало нахмурился Урсен, — Что значит — забиты и заложены?
Лезть в путаницу посторонних мыслей не хотелось абсолютно. Они так похожи… эти чужие мысли. Ничего величественного, ничего значимого. Желание есть, спать, выпить… опорожниться… иметь женщин… или мужчин… мыться, почесаться, отомстить… обмануть… украсть или хитростью добыть денег, изредка заботы о детях или родственниках, чаще думы о собственных болячках или ближайшем празднике. О, как он уже ненавидел обыденность этого бескрайнего потока примитивных желаний, безостановочно льющегося на него!
— Ну, ты же сказал… забить и заложить. — Недоуменно вытаращился принц.
— Правильно. А вы что сделали? — Начал звереть самозванец.
— Так и сделали. Сначала забили брусом, потом заложили камнями! — Браво отчеканил, глядя на дикаря стеклянными глазами Кориден.
— О-оо! — В ярости воздел вверх руки дикий маг.
Вот в этом и кроется самая главная проблема. Едва он берёт этих людишек под контроль, как они становятся послушными, но тупыми куклами! Не способными даже на малейшее самостоятельное рассуждение!
Кориден испуганно отшатнулся к двери, прикрывая руками голову.
Урсен презрительно махнул ему, разрешая выйти из комнаты, и отодвинув свитки, подтянул ближе блюдо с красиво выложенными ломтями тушеного мяса залитыми замысловатыми кольцами густого соуса. Нехотя ковырнул пальцем плотный завиток, лизнул.
Ах, как всё же хочется спать…
Каменщики уже с ползвона как закончили работу, собрали инструмент и ушли, а принц Кориден всё не появлялся.
— Значит, просто припугнул. — Решительно придвигаясь к брусчатому щиту, буркнул Гистон.
— Погоди. — Остановил его еле слышным шепотом Зак, прислушиваясь.
Что-то острое заскребло по свежей каменной кладке с другой стороны перегородки.
Теперь это слышали все маги и напряженно замерли, боясь пошевелиться. Скрежет повторился, затем раздалось раздраженное мяуканье.
— Фу! Это просто кошка. — Расслабился Зак.
— Мышей чует. — Напряженно шепнул Гистон, хранивший в руках сотни невидимых нитей сотворенного заклятья. — Ох, великие боги, да мне же их не удержать!
Инстинкт самосохранения, диктующий правила мышиного поведения при приближении представителя племени охотников, снес результат магического воздействия в один миг.
Мыши приняли свой обычный облик и густыми струями прыснули во все стороны. Ошалевший от такой удачи кот взвыл и бросился на мышиный водопад, стремясь захватить зубами и когтями как можно больше добычи.
Середина свежеуложенной каменной кладки в один миг перестала существовать, о чем Гистон немедленно уведомил коллег.
Нужно было торопиться, пока этого никто не заметил.
Природник деловито запустил на новенькие брусья щита заранее приготовленных магических древоточцев. Команда замерла в тревожном ожидании.
И, едва щит осыпался тихо шуршащей порошей, Зак первым решительно шагнул через выложенные из камня нижние ряды.
Кухня оказалась совсем близко, уже спустя несколько поворотов и арок в воздухе вкусно запахло жареным мясом и луком.
Пора было подумать о маскировке. Вчера вечером этот вопрос вызвал в команде самые бурные споры. Предлагалось и отвергалось множество решений. Например, придать себе вид слуг. Иллюзорный разумеется. Но тут же возникал законный вопрос, как толпа слуг объяснит охране, куда и зачем так дружно топает через весь дворец. Тогда предложили преобразиться в охранников. Но тут возникла другая проблема. Никто не знал, как захватчик организовал свою охрану. Но в том, что не оставил прежней, не сомневался ни один маг. И тогда остался единственный, но очень уж ненадежный вариант. Маски невидимости. Очень трудоемкое заклинание магии иллюзии, которое можно наложить заранее, практически на любую часть одежды.
Ну, разумеется, чем она будет больше, тем лучше. Вот и выбрали маги собственные, не очень удобные, зато просторные мантии. Причем каждый пожелал одеть самую красивую, парадную. Наверное, по принципу, погибать, так с шиком.
И был еще один неприятный нюанс. Иллюзия неживых вещей — штука хрупкая, ненадежная. Ни воздействий магии, ни резких перепадов в пространстве не переносит. Да и время действия у таких заклятий крайне ограниченное.
Потому и напялили их в самый последний момент, перед черным входом на кухню. Рисковали, конечно, ну так как в таком серьезном мероприятии без риска. Но обошлось. Вошли в кухню через осторожно приоткрытую дверь и никто из поваров на этот непорядок даже внимания не обратил. Пока кухарка, возившаяся у стола с украшением блюда, не потянула носом и не оглянулась в сторону источника насторожившего её запаха.
— Муси, бездельник! Это ты опять забыл дверь поплотнее прикрыть? А я-то думаю, откуда снова королевской жадностью запахло!
Маги даже поперхнулись от такой откровенной критики, и кое-то не сдержал смешок. Хорошо еще, что в помещении было не меньше десятка поваров и поварят, поэтому никто не понял, откуда именно донеслось хихиканье.
— Да почему, как что, так сразу я! — Возмущенно заныл парнишка, чистящий овощи в уголке кухни.
Но покосившись на сердитое лицо начальницы, тяжело вздохнул, и нехотя поплелся закрывать дверь. Едва не столкнувшись при этом с шагавшей сзади всех Каруной. Однако она вовремя успела вплотную втиснуться в узкий уголок между двумя шкафчиками. Так что все обошлось.
А вот выйти из кухни, оказалось, вопреки предварительным расчетам, значительно труднее, чем войти. Приходилось по одному пристраиваться сзади выносивших блюда слуг, и при этом тщательно следить, чтоб не попало по спине тяжелой дверью. Которую каждый раз тщательно прикрывал специальный стражник, следивший, чтоб не проникли в стратегически важный объект различные маги и отравители. Да и дальше, до самых дверей королевских покоев, которые бесстыдно занял самозванец, предназначенные для него блюда доставляли под неусыпной охраной.
Зато магам не пришлось искать убежище дикаря. Добрались с оказией прямиком к его логову. И похлопав друг друга по невидимым рукам, ненадолго остановились у двери, добавить к грозди амулетов, висевших на шее, по самому последнему, припасенному для этой операции. Предназначенному для охраны против самых каверзных и непредвиденных телепатических заклинаний.
После чего быстро устранили охранника и осторожно проскользнули в королевскую гостиную. Устраняли, само собой, не магией, Сейден, в целях конспирации, стукнул легонько ребром ладони по шее. Потом подержал в руке запястье отключившегося мужика, чтоб убедиться, что не перестарался и скользнул в апартаменты вслед за другими. Только дверь для него пришлось открыть значительно шире, чем для остальных.
Впрочем, в гостиной никого особо опасного не было, если не считать двух тупо уставившихся друг на друга охранников у двери в кабинет да нескольких сонных магов, приткнувшихся тесной кучкой на диванчике для посетителей.
Но для семерки сильнейших магов ковена устранение этого препятствия было детской задачкой. К решению которой Зака даже не допустили. Каруна побрызгала на невидимый платок одним из своих снадобий и помахала им перед сонными лицами бывших коллег. Хотя, нет, не только коллег. Сидело среди них двое незнакомых магине мужчин, худых и сильно загорелых. Им снадобья досталось намного больше. Потому как определять степень способностей незнакомцев было некогда.
Дверь, ведущая из кабинета, резко распахнулась и оттуда вывалился перепуганный Кориден. Не глядя на спящих магов и охранников, торопливо пробежал к входной двери, едва не уронив по пути Гальдира. Однако даже не остановился и, судя по всему, и сам не заметил этого столкновения.
Зак только качнул укоризненно головой, давно знакомые люди неожиданно перестали таковыми казаться. И это ему очень не нравилось. До отвращения не нравилось. Потому что он уже предчувствовал, что после победы над дикарем разбираться в их переболтанных мозгах придется ему. В том же, что такая победа состоится, маг даже не сомневался. Не может один дикарь быть сильнее семерки хорошо обученных магов.
С величайшими предосторожностями приоткрыв дверь, неслышными тенями маги прокрались в королевский кабинет и замерли, разглядывая спящего в мягком кресле человека. Его голова покоилась на кучке свитков, лежащих возле него на вычурном рабочем столе, одна рука судорожно сжимала ложку, другая подпирала щеку. Вся остальная поверхность стола была заставлена дорогими тарелками с различными кушаньями.
Зак сразу узнал удравшего из дворца Раймихона дикого мага и немедленно бросил на него самое сильное заклинание сна из своего арсенала. Его мантия тут же перестала скрывать иллюзией невидимости своего хозяина, но это было уже и не важно. Враг был побежден безо всякого сопротивления.
Маги, не таясь, начали снимать неудобные мантии и вдруг произошло нечто необъяснимое и неожиданное. Из гостиной в кабинет тихо, как тени, начали входить усыпленные Каруной маги. На вошедших не сразу обратили внимание, и двое из них успели сбросить в освободителей заранее приготовленные заклинания. Гроздь ледяных стрел, летевшую прямо в Каруну, успел отвернуть в сторону Сейден, и она с грохотом врезалась в стену.
Зак заученным движением руки остановил бесцельно летящий огненный шар и привычно впитал его в руку. Когда обучаешь такую безалаберную ученицу как Анюся, подобные вещи непроизвольно начинаешь делать уже к концу первой декады.
Взглянул повнимательнее на нападавших и замер в изумлении. Они бросались в бой с закрытыми глазами. Потому-то и метали боевые заклятья не прицельно, а наобум.
— Великие боги! — Пораженно буркнул Гистон. — Никогда такого не видел! Парни, давайте на них сетью!
Природники дружно рявкнули ключ-слово и в защитников самозванца полетело несколько сетей. Но туго спеленатые живыми плетями маги все равно не оставили попыток атаки. Уже лежа на полу, они пускали со стянутых пальцев боевые заклинанья, причудливо разлетающиеся в разные стороны. И ранящие самих нападавших чаще, чем хорошо защищенную команду. Встревоженная Каруна спешно ставила вокруг своей команды защитный кокон, когда взволнованный вскрик Сейдена заставил всех оглянуться на самозванца.
Зак обернулся одним из первых и успел заметить только растянутый в торжествующей ухмылке злобный рот, непонятно как умудрившегося проснуться дикаря.
В следующее мгновенье знакомое заклинанье ментальной боли со страшной силой отбросило магов к стенам. Все амулеты раскалились и нестерпимо жгли кожу, разум туманился от невыносимого страданья. С болезненным стоном рухнули на пол молодые природники и Каруна. Зак где-то в глубине воющего от нестерпимой боли сознанья представил, что ту же муку, что терзает сейчас его тело и мозг, испытала и хрупкая мать и его охватил яростный гнев. Маг стиснул зубы и, собрав весь оставшийся резерв, швырнул в дикаря модифицированную копию его же заклинания. Тот пронзительно взвизгнул и пошатнулся, но почти сразу вновь выпрямился и усилил своё давление на принца. Уже теряя от боли сознание, Зак сквозь кровавый туман с отчаяньем увидал, как зашатались и Сейден с Гистоном.
И уже ослабленным мукой взглядом, последним проблеском угасающего сознания заметил, как тяжелая серебряная статуя горного козла, стоявшая у окна на подставке, внезапно резко взмыла в воздух и с силой опустилась на незащищенный череп самозванца.
С омерзительным хрустом проламывая кость, металл погрузился в кровавое месиво преступного мозга и в тот же миг мучительные корчи, сотрясающие тела проваливающихся в беспамятство магов, исчезли.
Но еще раньше исчез последний проблеск света в разуме насухо выложившегося принца.
— Тан… выпей вот это. — Кроткий голос матери влился в измученное сознание успокаивающим бальзамом.
Однако не привыкший бездельничать мозг, едва осознав свое пробуждение, немедленно принялся анализировать происходящее. Так, мать нормально разговаривает и, судя по всему, ухаживает за Таном. Значит, они оба живы, и это само по себе уже замечательно. Хотя Тан явно в более плачевном состоянии, чем Каруна.
А он сам? Боли нет, хотя отголоски ее еще сохранились в памяти невыносимым кошмаром. Резерв… хм, странно. Он же вроде его весь выбросил. Откуда тогда… А что это течет щедрым ручьем в его руку? И кто в нее так крепко вцепился? М-да, похоже, у него намного лучше дела, чем запомнилось в тот миг, когда мир провалился в кромешный мрак. А значит, пора открывать глаза и проверять, насколько действительность соответствует сделанным им выводам.
Как ни странно, действительность оказалась еще лучше домыслов.
Зак лежал не на полу, как предполагал, а на широченной, по-видимому, королевской кровати. За руку его крепко держал лежащий рядом Танио. Вот его вид Заку не понравился. Очень. Лицо бледное, даже с прозеленью, губы стиснуты. Прямо умирающий. Хотя энергию вливает в руку друга на удивление сильным потоком. Никогда раньше у него такой не получался. Такое впечатление, что Зак сидит на мощнейшем источнике и тянет магию напрямую. Резерв пополняется просто с невероятной скоростью.
— Тан. — Мать снова стоит над зятем с бокалом.
— Ма… не могу. — С отвращением мотнул головой тот и вдруг, перегнувшись куда-то вбок, забился в судорогах.
— Тан! — Мгновенно забыв про свои изыскания, маг ринулся к принцу и крепко стиснул его плечи. — Что с ним, ма?
— Ты можешь его усыпить? — Неуверенно спросила магиня, и Зак немедленно исполнил ее просьбу.
Хотя Танио и успел промычать что-то протестующее, но в сон провалился мгновенно.
— Так что с ним такое? И где все?
— С ним ничего особенного. Первый раз своими руками человека убил. Вот и тошнит его уже целый звон. — Со вздохом пояснила мать, присаживаясь ближе к сыну и обнимая его голову. — Никакие снадобья не помогают. Ты бы ему это воспоминанье… немного приглушил, что ли, а то оно у парня в глазах стоит.
— Как первый раз? — не понял Зак. — А в Ландии, а разбойников, а того дикаря, в башне?
— То было магией. И издалека. А сегодня он своими руками… то есть статуэткой… голову дикарю размозжил. Вся мантия… ну… вообщем выбросить придется. Но зато нас всех спас. Сейден говорит… — магиня всхлипнула, — думал, больше никогда не увидим свободной жизни.
— Ма… — Тряхнул головой Зак, — Я не понял… почему Тан смог к нему подойти? Ведь нас всех… болью… я руки поднять не мог!
— Мы уже всё разгадали. — Виновато подняв на сына глаза, вздохнула магиня. — Не был он, Урсен этот, особенно сильным магом. Зато был очень хорошим экспериментатором. Он мог действовать болью только на тех, кого держал взглядом в прямом контакте. Нет, потом, он нас, конечно, подчинил бы, и мы его приказов слушались точно как те, что на нас во сне бросались. Но вначале нужно было победить. Сломать. Вот он и давил. А Танио мантию снять не успел, и оставался невидимым. Оттого на него дикарь и не напал. Просто не видел. А Тан вначале ничего не понял, и только когда мы падать начали, сообразил, что дело нечисто. Но побоялся магией бить, видел, что наши удары не прошли. Вот и сообразил насчет статуэтки.
— Ма… ты говоришь… не сильный. А моего удара почти не почувствовал! — Горько вздохнул принц.
— Я же тебе говорю, экспериментатор! Вот держи!
— Что это такое? — Подозрительно разглядывал Зак подрагивающий бурый стебель.
— Его изобретение. Он им весь опутан был. Работало как щит, еще и нашу магию поглощало. Но оно живое и растет из какого-то источника. Очень мощного, но неблизкого. Гистон попробовал мысленной сторожкой отследить, чуть не потерял себя. Сейчас тоже спит. Так вот, из того источника этот росток и тянет энергию. Никто не может понять как. Гистон, когда вернулся, сказал… очень неприятные ощущения. Но можно отследить, куда это ведет. Он дошел почти до границы с Аганой.
— Ма… так вы думаете, — Нахмурился Зак.
— Почти уверены. — Вздохнула она. — Кстати, потому он и смог тебя одолеть. У него энергия была неограниченна. А когда мы начали отключаться… он всё направил на тебя. Потому… ты и приходил в себя так долго. Хотя Тан и подпитал тебя от этой лианы. Он-то лучше всех себя чувствовал… если бы не это потрясение.
— А где отец?
— Уже два раза сходил за поддержкой. В Кизард и в Академию. Правда, в академии пришлось доказывать… что он не лазутчик. Они там от испуга так здорово защиту замкнули… что никто пробиться не смог. Но отец сумел их убедить. Сейчас собирают менталов, нужно всех кто на дикаря работал, проверить.
— Так что ж я тут сижу? — Осторожно освободился из материнских объятий маг.
Но прежде чем бежать на помощь коллегам, снял с шеи друга все амулеты и осторожно погрузился в его воспоминания.
Да. Приятного мало. Бедный Тан, как же он за них переволновался! И как жутко разозлился на дикаря! Прямо не добрый принц, а Сайшимский кошмар, кровожадный лев-людоед! Вот уж не повезло самозванцу! Все продумал, все учел, не понял только, как опасно сердить добрых принцев!
Зак нежными разглаживающими движеньями последний раз провел руками над головой зятя, и, заботливо прикрыв его покрывалом, встал с кровати. Через пару звонов Тан проснется абсолютно здоровым. Нет, ни одно из воспоминаний не исчезнет из его сознанья, они лишь поблекнут, отступят перед новыми заботами и повседневными делами.
— С ними что-то случилось. — Безнадежно вглядываясь в нежные всполохи закатного неба, в который раз пробормотала Анюся.
— Что может с ними случиться? — Покрепче обняв девушку за плечи, бодро сказал Хабер.
Тоже не в первый раз. И она каждый раз молчаливо соглашалась. Только не в этот.
— Помнишь… Дик, — задумчиво спросила сидящего на капитанском мостике спиной к ним земляка, — Когда ты сбежал…
— Ты мне это теперь сто лет припоминать будешь, как же я забуду?! — Едко отозвался он.
— Извини. Я не про то. Мне тогда тоже так тоскливо было. Я все обижалась… почему они меня в Хадиркан не взяли. А потом меня Руфим обманул. В ту башню отправил. И маги напали. В общем, неприятности вышли. Зак сказал… он такое чувствует… может… и я?
— Когда Зак такое говорил? — Мгновенно напрягся Хабер.
Странное упорство принца вдруг нашло неожиданное объяснение.
— Ой! — Прижала руки к губам магиня. — Он же меня убьет!
— Да уж, подруга, влипла ты по крупному! — ехидно подтвердил Эдик. — Убить не убьет, а из учеников вышвырнет.
— Из учеников, пока у неё есть резерв обучаемости, учитель выгнать не может. — Серьезно качнул головой Глава.
— Что такое резерв? — Заинтересовался Дик. — И кто его определяет?
— Резерв обучаемости это то, чему может научится маг в своей специальности. Когда у него перестают получаться всё более сложные заклинания, учитель его отпускает.
— А если учитель разозлится… ну из-за какой-нибудь ерунды… и скажет… что ученик не способен дальше учится… — Даже развернулся к магу лицом парень.
— Наверное, я чего-то не понимаю. — Огорченно признался Хабер. — Разве такое может быть?
— У нас бывает сплошь и рядом. Иногда даже хуже. Чтоб не мучиться с большими группами, студентов специально заваливают. — Авторитетно хмыкнул Дик.
— Но это же… преступление! Ученик для учителя это как изделие для ювелира. Если получилось отличное, значит, ты мастер высшего класса! Учителя в своих учеников стараются все лучшее, что знают, вложить. Чтоб было, чем гордится!
— Нет, мы до такого никогда не доживем. — Мрачно подвел итог Дик, и перевел разговор на волнующую его тему. — А сколько лет надо учиться… до магистра?
— Не знаю. — Честно ответил глава.
— Как это? Ты что, шутишь так?
— Почему шучу? Все обладают разными способностями и учатся по-разному. Вот, например Ани. Ее Зак взял в ученицы осенью. И сразу пустил в бой. Она, конечно, выложилась с непривычки, зато выдала заклинание, силой претендующее на мастера. Ну, мастера ей не дали, подготовка была слабовата. Зато дали заданье, а после него звание подмастерья. А вот после этого заданья, возможно, дадим мастера. Ну а уж когда она сможет свободно творить заклинания соответствующие уровню магистра, не знает никто. Все зависит от нее самой и способностей.
— А если она не захочет учиться дальше?! Вот сядет сейчас в твоем доме… или замке, что у тебя там и будет целыми днями плюшки жевать… тогда что?
— Да с чего ты такое взял? — Возмутилась Анюся. — Мне Зак обещал показать, как командовать вещами, когда-то побывавшими в огне! А я буду плюшки есть?
— И почему-то в замке Хабера. — Насмешливо произнес знакомый голос.
— Зак! — Так и подскочила с места Анюся. — А мы не слышали, как вы пришли!
— А я почему-то не слышу тебя. — Сердито буркнул маг. — Ну-ка, покажи!
Он потянулся к новенькому амулету, болтавшемуся на шее ученицы, но она резво отскочила прочь и спряталась за спину мужа.
— Риль! Скажи ему…
Зак удивленно поднял вверх одну бровь. Это еще что за новости?
— Зак! — Немедленно вступил в переговоры глава, — Без особой надобности моя жена этот амулет снимать не будет!
— Что?! — Остолбенел от этой фразы принц. — Чья жена? Кто? Анюся?!
— Да. Ани моя жена. И она не хочет, чтоб ты постоянно читал ее мысли.
Ох, великие боги! Это что же он такое натворил?! Выходит, сняв то, старое негативное воспоминание, он открыл вход в сознанье мага новым эмоциям?! И первая же встреченная им женщина стала объектом этих чувств! А то, что это оказалась Анюся, просто роковая случайность! На ее месте мог оказаться кто угодно! И Хабер про эту неизбежность даже не догадывается! Так. А что в этой ситуации ему, Заку теперь делать? Эти двое ведь сейчас совершают, возможно, самую страшную ошибку в своей жизни! Хабер с вновь обретенной способностью влюбляться, радуется, что нашел, наконец, женщину своей мечты, даже не подозревая, что считал бы ею любую, встреченную после пробуждения. А Анюся, разумеется, просто польщена внезапным интересом такого значительного человека.
— Хабер… — Морщась от ясного понимания необходимости разбить их бесплодные романтические иллюзии, проникновенно начал Зак, — Мне нужно с тобой очень серьезно поговорить!
Глава 18
— А может, вы наконец перейдете на шлюп, а уже потом будете серьезно разговаривать?! — Решительно перебила сына появившаяся на лесенке Каруна. — А то мы уже заждались!
Магиня непроизвольно поймала целую гамму непривычных эмоций, исходящих от стоящих напротив магов и даже на миг зажмурилась, пытаясь понять, что тут происходит. Ох, какой непривычный поток счастья исходит от хитреца Хабера! А вот сын, похоже, очень сердит и встревожен. Зато Анюся… какая сумасшедшая смесь надежды, смущенья и тревоги! Да что же с тобой такое происходит, девочка?!
— Хабер, ты где? — Поинтересовался откуда-то снизу голос Гистона, и над палубой показалась его голова. — Поторопись, я там для нас каюту занял!
— Извини. — Твердо качнул головой глава, уже понявший, что нужно решительней брать управление ситуацией в свои руки. — Я теперь женат.
— Что за глупые шутки… — Разглядев, наконец, серьезное лицо друга, крепко прижимающего к себе смущенную Анюсю, природник растерянно смолк.
Он еще подзвонок назад мог с кем угодно поспорить на сотню золотых монет, что в ближайшее десятилетие его бывший ученик никакую жену заводить не собирается!
— Поздравляю! — Первой сориентировалась Каруна и бросилась обнимать друга и Анюсю. — Очень рада за вас! Но давайте всё же быстро перейдем на шлюп, там только нас ждут, а потом будем праздновать это событие!
— Где же мне теперь жить… — с досадой бурчал Гистон, уже решивший, что занятую каюту уступит молодоженам.
— Занимайте мою. Я вполне могу в Анюсину перейти. — Предложил топающий за ним Дик.
— Да и мы можем перейти в твою. — Не выдержала Анюся. — Правда, Риль?
— Конечно. — Нежно поцеловал её в висок глава, вызвав этим естественным жестом возмущенное сопение Зака и понимающую улыбку Каруны.
— А почему мы вообще так спешим? — Спускаясь по лесенке следом за мужем, робко поинтересовалась Анюся.
— Нужно немедленно отплывать. На шлюпе все расскажем. — Откликнулась Каруна, пытавшаяся на ходу сообразить, что такое творится с Заком.
Неужели он ревнует свою ученицу к ее мужу? Привык, что она следует за ним как собачонка, исполняя самые мелкие капризы. Ей Сейден про это рассказал, сама она даже не подозревала, что Анюся в их поместье и Анюся на задании — это две совершенно разные девушки. Ох, великие, боги, а что же делать, если это так? Ей необходимо немедленно все выяснить! Остается только придумать, как.
— А вы с Диком можете остаться здесь. — Неожиданно нашел способ, как оторвать Хабера от так называемой "жены", Зак. — Мы вернемся быстро, магов у нас теперь целая команда, а лишних мест на шлюпе нет. Отдохнете пока… позагораете.
— Я не останусь. — Немедленно выпалила Анюся. — Риль… ну скажи!
— Она пойдет с нами. Много места не займет, нам хватит одноместной каюты. — На миг задержался с ответом Хабер, но вовсе не потому, что не хотел брать с собой жену.
Наоборот. Очень хотел. Даже на миг не желал выпускать из руки маленькую ладошку. Но по привычке вначале просчитал степень опасности и решил что на шлюпе, битком набитом магами, девушке будет ничуть не опаснее, чем на этом свежевыращенном островке. В компании Дика и спасенных матросов, которым Сейден уже что-то объяснял насчет осмотрительности.
— Я бы тоже лучше пошел. — Оглянувшись на Бариза, остающегося на острове со своими людьми, тяжело вздохнул Дик.
Ну, вот что ему тут делать с мужиками, которым только прошлой ночью с удовольствием начистил морды? Нет, мстить они не будут, да и не удастся им это. Но ведь даже словом перекинуться будет не с кем.
— Дик тоже пойдет с нами. — Поймав умоляющий взгляд, который украдкой бросила ему жена, постановил глава. — Он этих парней ночью хорошенько отделал, негоже оставлять ученика с ними наедине.
— За что отделал? — Забыв на миг про свои планы расстройства скоропалительного брака главы, резко остановился принц.
— Они шлюп обманом увели. Бариз команду свежей рыбкой сманил, вот и отправились… порыбачить. А потом их спасенные по каютам заперли и взяли курс на Берзийские острова. Но по пути одумались… или испугались… решили вернуться… — Хабер замолк, сообразив, что рассказывает все это только Каруне и Гистону.
Зак, стащив с шеи амулет, уже стоял напротив побледневших моряков.
— Я один во всем виноват. — Закусив губу, дикарь шагнул вперед. — Наказывай меня. Они не при чем.
— Ты сам себя наказываешь, как тебе ещё объяснять? — С досадой хмыкнул Зак. — Дождись нашего возвращения, я тебе обещаю, что отправлю туда, куда ты захочешь. И никогда больше не вспомню о твоем существовании. Живи как знаешь. Только… до моего возвращения… постарайся не наделать от страха еще каких-нибудь глупостей!
— Хабер… мне нужно с тобой серьезно поговорить…
Выбрав момент, пока Анюся отправилась за своими вещами в сопровождении Дика, прекрасно понявшего, кто заступился за него в решающий момент, Зак приступил к намеченному разговору.
— Мне тоже. — Голосом, не предвещавшим ничего хорошего, откликнулся глава. — С какого времени ты начал предугадывать грядущие неприятности?
Зак даже опешил от неожиданности. Откуда? Никто же еще не успел… а, понятно! Анюся! У Талы от нее секретов нет. Значит… теперь придется с собственной ученицей, как со вражеским лазутчиком общаться. Нет, нужно разбить этот неестественный союз и как можно быстрее. Пока не все маги знают. Иначе… и ему попадет за самовольное вмешательство… и к Хаберу будут относится с подозрением… или жалостью… непонятно, что хуже.
— Зак! Ты мне срочно нужен! Идем! — Решительная Каруна стояла на пороге каюты.
— Хорошо. — Согласился Зак, гадая, что могло так встревожить мать.
— Но не забудь, что мы еще не договорили! — Бросил ему вслед глава, и повернулся спиной к двери.
Необходимо успеть до возвращения Ани вырастить новую кровать.
— Ма… что случилось? — встревожился Зак, наблюдая за приготовлениями матери к разговору.
Мало того что выставила отца из его личной каюты, которая, впрочем, теперь по праву была и ее, так еще и дверь заперла. И защиту такой сложности повесила, что ни один из магов, ни подсмотреть, ни подслушать не сможет.
— Я хочу знать… почему ты ревнуешь Анюсю к её мужу? — Внимательно следя за эмоциями сына, напрямик спросила магиня.
Странно! Всплеск эмоций, конечно, есть… но вовсе не тех, что она ожидала. Возмущение, досада… это понятно… а вот веселится он зря! И причем здесь любовь к ней и чувство вины? Ох! Совсем запутал!
— Ма… я тебе все расскажу. — Тяжело опустился на стул Зак. — Все равно не могу… сам… решить… как лучше. То думаю так… то начинаю сомневаться.
— Я слушаю. — Участливо кладя ладонь на его плечо, мягко отозвалась Каруна.
Это для других он — принц и маг, сильный и решительный мужчина, любящий муж и надежный друг. А для некоторых — непримиримый враг.
Но для нее он в первую очередь ее мальчик, родная кровиночка, чьи боль и неудачи воспринимаются многократно больнее, чем свои. И чьим победам она рада намного больше, чем собственным.
— Понимаешь… я давно замечал… у Хабера в сознании есть темное пятно… какая-то старая незажившая боль… Возможно… неразделенная любовь. Я не знаю, что именно, он амулет не снимал. Когда мы их нашли… он спал. И я решился… убрал это пятно. Без его согласия. А он… когда проснулся… увидел Анюсю. И сразу влюбился. Но это же не настоящая любовь! Он влюбился бы в любую, кого встретил в тот миг! Это я его наградил этой способностью. И он… потом это поймет. И ему будет больно. А виноват один я. Но ведь хотел же, как лучше! Теперь нужно ему сказать… пока не поздно…
— Поздно. И ничего говорить ему не нужно.
— Но ма!
— Подожди. Я все объясню. Во-первых, совершенно неважно, правильная любовь или нет, и не имеет никакого значения, что её вызвало. Любовь это дар, это счастье и те, кто этого никогда не испытал, даже представить не могут, чего лишены. Ты правильно сделал, что снял с него эту старую боль. От потери. Эта история случилась еще до твоего рождения. Тогда он был худеньким учеником мага с непослушными черными кудрями и живыми угольками глаз. Его отец был аганцем. Однажды Хабер поехал навестить бабушку, жившую в селе под Хадирканом и встретил там девушку. Очень юную и хорошенькую. И сразу влюбился. Нет, он не стеснялся и не прятался за забором, чтобы увидеть краешек платка Лаини. Он уже знал к тому времени возможности ковена и свои способности. Поэтому сразу направился к отцу девушки и предложил заплатить любой калым, какой тот потребует. Они договорились и счастливый Хабер помчался в Гистону за деньгами. Разумеется, Гистон не отказал, наоборот, чтобы помочь, провел ученика порталом. И всё же они опоздали. Глупый крестьянин, чтобы не отдавать дочь магу, спешно продал ее в гарем местного богача. А девочка… неизвестно, где она взяла яд. Только… когда повозка прибыла в дом нойона… его новая игрушка уже была мертва.
— Почему… ты никогда не рассказывала это раньше?
— Раньше ты бы не понял… в полной мере… как ему было больно. Понять… как тяжело потерять любимого… может лишь тот, кто хоть раз любил по настоящему. — Горько качнула головой Каруна.
— Ну а потом… вроде он был влюблен в тебя? — Испытующе смотрел на мать Зак.
— После ее смерти я пыталась… вместе с остальными друзьями, помочь ему… развеселить, отвлечь от горя. И через некоторое время он решил, что влюблен в меня. Но я-то уже чувствовала эмоции… это была благодарность, привязанность… но не любовь. К тому же в академию как раз в это время пришел новый ученик… рослый, немного неуклюжий… но очень жизнерадостный парень… догадываешься, кто?
— Ну конечно. — Понимающе улыбнулся ей сын. — Ты сделала правильный выбор. Так значит… ты считаешь… я должен все оставить как есть?
— Конечно. Кроме того… я не хотела никому говорить… я и сама не сразу поняла… поклянись, что никто не узнает.
— Конечно. А что именно?
— Когда он сделал Анюсе новое лицо… я все думала, кого она мне напоминает. И только потом, когда эта чернота сошла… понимаешь, у него раньше был портрет… на лоскутке дешевого шелка… он потом случайно сгорел. Хабер очень переживал.
— Ма… Я правильно понял?
— Ну да. Он сделал Анюсю очень похожей… на Лаини. Поэтому… вряд ли влюбился бы в первую встреченную женщину, как ты опасался.
— Ладно. — Задумчиво кивнул Зак. — Наверное, действительно не нужно ему ничего говорить. Как говорят, цыпленка обратно в скорлупу не засунешь. А вот Анюся… с ней я точно поговорю.
— Нет! — Твердо воспротивилась магиня. — Не смей! Она не сделала ничего плохого. Просто ответила на любовь. Для одинокой девушки это так естественно. А за то, что Хабер излучает сейчас такой поток счастья… я готова сделать для этой девочки все, что она попросит. Пойми, сынок, если ей сейчас станет плохо… или больно… это немедленно отразится на нем. А он… за столько лет… одиночества и холода… неужели не заслужил право быть счастливым? Хотя бы ненадолго?!
— Ма… ты как всегда права. Как хорошо иметь в матерях мудрую женщину! Хотя… это, конечно, моя заслуга… что не ошибся с выбором родителей!
— Ах ты, наглец! — Развеселилась Каруна, донельзя довольная, что ее предположения не подтвердились. — Я вот отцу пожалуюсь, он тебе объяснит, кто кого выбрал!
— Как они могли! Ведь… знали же… все наши секреты! — Стиснув ладонями виски, Хабер горько смотрел на лежащий перед ним свиток.
Наглядное доказательство измены двух людей, в каждом из которых еще вчера он был уверен.
— Ну, Каузинуса я бы еще понял. Он вечно на ковен обиженный ходил, что не воспринимали всерьез его прожекты. И то… обида это одно, а предательство другое. Но Элтинор… для него же ковен столько добра сделал! — Глава никак не мог успокоится.
— А хотелось добра не только себе, но и сыну. Король прекрасно понимал, что в стране полно серьезных конкурентов Коридену. И что вероятность выиграть на выборах у него невелика. — Сердито буркнул Гистон. — Ты как будто не знаешь, на какие нарушения способны люди ради родительской любви. Ну, именно так они называют это чувство. Я это называю синдромом белой туйки. Кто не знает, есть такая птичка… в горных северных районах живет. Она так волнуется за своего детеныша… чтоб не сожрали, не замерз… что засовывает его в самую глубокую расщелину в скалах. И кормит с утра до вечера. А когда приходит пора птенцам учиться летать… оказывается, что выбраться из западни могут далеко не все. Выход узковат для разжиревшей тушки. Вот ваш Элтинор как эта туйка… хотел обеспечить будущее сына. Об интересах королевства, разумеется, речь не шла.
— Кто там теперь… за него? — Тяжело поднял голову глава.
— Сам и правит. Под присмотром разумеется. Зак ему в мозгах щитов наставил. И не смотри на нас так! Там уже этот Урсен до него столько наковырял… от прежнего Элтинора мало что осталось. После выборов только цветочки выращивать захочет. Вернемся, полюбуешься. Только никто не виноват, он сам свой путь выбрал!
— Давайте-ка отдыхать, ночь давно. — Пожалела старого друга Каруна.
У него сегодня такой день… радоваться нужно, а ему впору завыть от обиды. Он короля почти другом считал, все заслуги ковена ему приписывал, чтоб авторитет в народе поддерживать. А тот через Каузинуса дикаря ментальщика нашел, на выборах сознание членам совета незаметно подправить. Неужели не понял за столько лет, что всё это маги многократно просчитали и любые попытки вмешательства предусмотрели? И в первую очередь магические.
Конечно, тут Каузинус свою роль сыграл. Так расписал таланты нового знакомого… впрочем, он и сам в них искренне верил. Просмотрел у него Зак в памяти… демонстрации возможностей дикаря, которые тот устраивал для Каузинуса. На самом деле ему нужно было только попасть во дворец. А когда попал, немедленно взял под контроль всех, кто попался на глаза. Только с советом магов промашка вышла. Не мог ему Каузинус про щиты рассказать, он сам этого не знал. Как и все остальные маги. Сработала-таки хваленая хитрость Хабера, иначе сегодня проблем было намного больше. И раненых при освобождении дворца. Те маги, что спящие на команду напали… они ведь сами в первую очередь и пострадали. Но кто мог представить, что внушение Урсена за счет постоянного притока энергии даже на спящих действует. Он, по-видимому, и сам этого не знал. Иначе спал бы спокойно в кровати, а не за столом.
Как больно. Как нестерпимо больно и обидно, когда предают те, кто по всем законам общепринятой человеческой морали не должны были предать никогда. Потому что подло и гнусно предавать того, кто всю жизнь положил на служении твоим интересам и твоему делу. Кто не требовал за это ни признания, ни наград. Кто просто видел в этом смысл своей жизни. Ведь по сути то же самое, что предать себя. Так же неожиданно и глупо.
Как же он, хитрец Хабер, просмотрел тот момент, когда добрый и честный парень Элти, выбранный ими королем, превратился в расчетливого предателя? Или это происходило незаметно, звон за звоном, так же незримо как растут огромные деревья или рассыпаются горы?
И что самое обидное, теперь не у кого об этом спросить, глядя в глаза. Предатель умер, хотя король Элтинор еще жив и сидит на своем троне.
Анюся, ожидавшая Хабера, сидя в легком кресле неподалеку от каюты Сейдена, где совещались входящие в совет маги, встрепенулась в ожидании, когда в дверях показался ее новоиспеченный муж. Но он прошел мимо, даже не заметив девушку, и скрылся где-то на корме, среди непонятных мешков, брошенных пришедшими порталом магами.
Горькая обида болью кольнула сердце магини, только вчера вечером объявил женой, а сегодня уже не замечает! Ну ладно же, я тебе живо объясню, почем нынче развод!
— Анюся… — Незаметно подошедшая Каруна приобняла плечи ученицы успокаивающим жестом. — Не обижайся, пожалуйста, на него сегодня. Ему очень плохо. Он сейчас узнал такое… люди… которым он очень доверял… предали и его и ковен. Мы тебе не говорили… Вообще-то это тайна… но… поскольку ты с Хабером… Нас всех сегодня едва не подчинил дикий маг. Даже Зак не выдержал. Выложился насухо… и не смог… Нас Танио спас… Убил дикаря… нет, не магией. Проломил голову статуэткой. Насчет него… тоже хочу предупредить… на эту тему никаких разговоров. Его потом целый звон рвало… пока Зак не очнулся и не усыпил.
— Ох, нифигасе! — только и смогла выдавить потрясенная девица.
— А про Хабера… ты же знаешь, я всё чувствую… таким счастливым, как сегодня утром, я его никогда не видела.
— Правда?! — Засмущалась Анюся.
А её эмоции, в которых уже не было даже следа той ожесточенной обиды, на которую и примчалась госпожа комендант, вмиг вспыхнули целым букетом радости, надежды и сострадания.
— Разве я когда-нибудь врала? Ты иди… посиди рядом… только ничего не спрашивай… наверно, ему трудно про это говорить…
Когда Диршан, с самого утра безотрывно наблюдающий в трубу за горизонтом, закричал, что видит землю, на небольшой капитанский мостик пожелали влезть все выскочившие из кают маги.
— Ани… — Глава нежно придержал за руку молодую жену, рванувшуюся туда же. — Там еще пока ничего не видно. Лучше пойдем на нос, я тебе хочу что-то подарить.
Анюся с сожалением оглянулась на магов, безуспешно пытавшихся хоть что-то рассмотреть на темнеющем вдалеке аномальном островке, и нехотя поплелась рядом с ним. А уже через пару подзвонков её счастливый смех звонко раздавался над ласковыми волнами океана, вызывая зависть спутников.
Потому что подарком оказался мощнейший бинокль её мира. Случайно попавший в Тордизанию вместе с одной из иномирянок. И разумеется, поступивший на изучение магу.
— Не слишком он её балует? — Негромко буркнул хмурый Зак, пытаясь рассмотреть в медную трубу капитана крошечный клочок суши на горизонте.
— Не бывает слишком. — Серьезно качнул головой Сейден. — Когда любишь… может быть только недостаточно. Мне сказал это один человек, потерявший жену. Он так казнился… когда вспоминал, что она очень любила гулять по цветущему лугу. И его звала. А у него на такие глупости всегда не хватало времени. Траву надо было косить, сушить… Если б она вернулась… плакал он, я бы взял её за руку и целыми днями бродил по этим цветам… рвал ей букеты… плел венки… К сожалению… иногда мы умнеем слишком поздно.
Зак невольно представил себя в той ситуации… с лугом… и у него вмиг перехватило дыханье. А он ведь даже не знает… где любит гулять Ната. И есть ли у нее вот такое… заветное желание. Маг даже зубами скрипнул от вспыхнувшего чувства вины. Захотелось все бросить… и бежать, нестись, туда, к ней… чтоб заглянуть в любимые глаза и спросить, а что же она любит… пока не поздно.
— Зак! — Хлопнула его по плечу узкая ладошка. — Посмотри, как хорошо видно!
И в руку принца втиснули тяжелый, поблескивающий неизвестным металлом и стеклами прибор. Каруна только тихонько хмыкнула, поймав горячую волну его раскаянья. Маленькая иномирянка только что преподала ее сыну прекрасный пример большого великодушия.
К вечеру смотреть на остров надоело всем. Теперь наблюдать за ним отправлялись по составленному Гистоном графику. И, несмотря на то, что в бинокль уже отлично просматривались деревья и скалы, высаживаться решили утром.
Чтоб не торопясь осмотреть все при свете дня. Хотя… осматривать там было особенно нечего, это поняли уже все. И было даже как-то обидно, что островок, с которого протянулась в их страну невероятная лиана, принесшая в себе смертоносный поток энергии, ничем не отличается от соседних. Точно такие же камни, с рвущейся из расщелин и ложбинок буйной южной зеленью, точно такое же кружево прибоя. Только несколько просвечивающих сквозь листву незатейливых тростниковых крыш служат доказательством того, что именно там и находится логово погибшего в королевском кабинете дикаря. Да слабо светящаяся на мелководье прямая линия просачивающейся сквозь стенки лианы энергии, что и привела их сюда.
В этот раз они спорили и строили планы почти до полуночи. Повторения провала в королевском дворце не хотелось никому. Хоть и обвешались они в этот раз таким количеством амулетов и накопителей, что непонятно, как шея держала. Так и в королевский дворец знаменитая теперь семерка не с пустыми руками шла. И все оказалось зря. Кроме иллюзии невидимости. Так кто же знал, что достаточно было всего одного человека в заговоренной мантии и серебряным козлом в руках?!
— Всё. — Наконец решительно объявил Гистон. — Вы уже по пятому разу одно и то же предложение обсуждаете. Пора спать. Нужно хорошенько отдохнуть. Завтра те, у кого резерв будет не полон, останутся на шлюпе.
Этот аргумент немедленно прекратил все споры и маги, еще перебрасываясь по пути доводами, отправились по каютам.
Чтобы утром всем составом стоять на корме, вооруженными мешками со всем тем, что могло так или иначе оказаться полезным на острове.
От оружия до лекарств и снадобий.
— Запомните главное. — Серьезно оглядел магов Зак, назначенный руководителем этой операции. — Падшие герои нам не нужны. Если столкнулись с чем-то, чего не можете одолеть или объяснить, бегите. Куда угодно. В море, в портал, вообщем куда успеете. Это главное. Остальное выясним на месте.
Он махнул рукой приготовившемуся Сейдену и тот проложил дорожку по воде. Шлюп стоял на якоре всего в пяти десятках локтей от песчаного берега маленькой бухты и тратить энергию на портал сочли излишним.
Они спустились на загустевшую поверхность воды по дополнительным сходням и быстро зашагали к острову, стараясь идти след в след. Анюся шла последней, ей Зак сначала вообще велел остаться на шлюпе, но ученица нахально выставила в сторону главы ковена вымазанный в варенье пальчик и припомнила какое-то условие. После чего сразу сникший Хабер объявил принцу, что её придется взять.
Возмущенный таким двуличием, Зак было зашипел про странные выходки главы, ведь именно по его просьбе и собирался оставить ученицу на шлюпе. Но тот, пользуясь моментом, пока Анюся побежала передавать Дику своего хайти, придвинулся поближе и, краснея, прошептал, что это было её условие. Когда он делал предложение. Не запрещать ей ходить на задания. Зак только присвистнул и понимающе кивнул. А ученица-то не промах. Его уроки не забыла. Обложила мужика по всем правилам.
Сыроватый белый песок пляжа, густые заросли, усыпанные начинающими поспевать незнакомыми желтыми плодами, синее небо над головой… Все было так похоже на яркие кадры красивых зарубежных сериалов про любовь, что Анюся даже разулыбалась, представляя, как замечательно будет отдохнуть под этими деревьями после окончания операции.
Она же ведь долго не продлится? Зак говорил, что магам длительное время воевать незачем. Врезал один раз со всей силы и сразу понятно, победил или проиграл. Потому что бои магов решаются задолго до того, как противники оказываются на месте битвы. Это он ей намекал, чтобы упорнее тренировалась. Ну она и так…
Курортное очарование островка взорвалось резко и бесповоротно. Из песка полезли бурые корни, стараясь опутать ноги, из зарослей полетел в пришельцев град колючих плодов. Падая на песок, они лопались, обдавая стоящих поблизости магов ядовито-зеленой жидкостью от которой начинало печь кожу. Но главной пакостью были шустрые кусачие насекомые, десятками выползающие из обломков. Вокруг Анюси мгновенно замелькали смертельные заряды боевых заклинаний, поползли странные, созданные природниками, растения и животные. Пытающиеся сожрать лезущую на команду пакость.
Хабер, шедший впереди вместе с Гистоном и Заком, непрестанно оглядывался, пытаясь определить, не нужна ли Анюсе его помощь. А вокруг них самих в это время гудела жадным пламенем стена огня, созданная огневиками и раздуваемая Таном. Зеленые и синие мохнатые коврики, чавкая, ползали между ног магов, ловко вылавливая злобных насекомых. Ледяные молнии, швыряемые Сейденом, вырубали в жирной зелени ровные просеки. Анюся тоже успела швырнуть несколько точных молний в наглые корни, хватающие за лодыжки.
Но внезапно услышала громкий приказ Зака — Все назад, отступаем!
Как это отступаем? Оглянулась недоуменно и в сердце застыла тяжелая глыба льда. Сожженные напрочь корни вновь лезли из песка сплошной стеной и не спеша окружали команду. Она в панике оглянулась назад, на полосу прибоя и тихо ойкнула. Пути назад уже не было.
— Открывайте порталы! — Хрипло крикнул чей-то голос и неподалеку заклубился серый туман первого пути.
— Риль! — В панике метнулась вперед магиня, резким рывком вырвавшись из рук незнакомого мага, пытавшегося забросить ее в портал.
Хабер тоже пробивался к ней, но его заклинанья были не в силах совладать с неуёмной мощью прущих из земли побегов. Вот один из них ухватил мага за руку и, едва он сумел его засушить, как обнаружил, что еще несколько ловко оплетают ноги. Хабер выбросил на них кучку прожорливых термитов, но, не успев сделать и двух шагов, обнаружил, что ненасытные крошки перестали существовать. Их попросту утащили в песок пучки мелких корней.
Еще несколько шагов забрали последние крохи энергии из раздавленного пальцами накопителя. Всё. Воевать больше нечем. Кроме…
Глава выхватил из так и не снятого со спины мешка острый кинжал, и принялся яростно рубить мелькавшие вокруг плети. Прекрасно понимая, что это только жалкая отсрочка.
Не переставая махать лезвием, оглянулся, проверить, успела ли уйти Ани. И от увиденного едва сдержал стон отчаяния. Девушка, прищурив свои черные глазищи, азартно вбивала в лианы короткие молнии почти рядом с ним.
Длинный отросток, метавшийся в поисках жертвы, резко ударил в этот момент Хабера по голове, и он упал, не удержавшись на ногах, прямо в гущу кровожадных плетей.
Несколько бойких побегов немедленно вцепились в его руки и ноги, припечатывая мага к песку. Анюся рявкнула несколько неизвестных главе гневных слов, и поставила вокруг такую мощную стену огня, что прожорливые ожившие корни задергались, мгновенно обугливаясь. Хабер попытался было подняться, но от потери резерва, жары и недостатка воздуха темнело в глазах. Еще не полностью восстановивший силы глава отчаянно рванулся последний раз и потерял сознание.
Глава 19
— Зак… — Танио испытующе заглянул в застывшие от боли глаза друга. — Ну, не надо так… Вон, ползвона назад еще двоих с островка сняли.
— Я знаю. — Безучастно буркнул маг.
— Откуда? Ты же даже не вышел на палубу?!
— Я снял амулет. Если она жива… тоже снимет свой… я ей это вбил в мозги. Только… я всё видел сам.
С такой ужасающей ясностью, что сомнений в их гибели у него нет. Он видел, как она пробивалась навстречу мужу, он сам пытался пройти к ним. Но не смог, слишком много ядовитых снарядов летело именно в него. Потом заметил, как Хабер вытащил кинжал. Это означало только одно, глава выложился насухо. А затем он упал… и проклятые корни немедленно вцепились в свою жертву. И тогда она создала огонь. Такой силы и высоты, что Зак вполне мог бы гордиться своей ученицей. Если бы она была. То заклинание было достойно магистра.
Он из последних сил рванулся туда, к ним, невидимым за огненной стеной, но в этот момент что-то непонятное, черное и страшное, накрыло островок сверху. И Сейден с Танио, бившиеся спина к спине рядом с ним, мигом закинули его в портал и прыгнули следом. Хотя Тану, чтоб справится с другом, пришлось бросить в него любимое заклинание потери веса.
Нет, он не стал упрекать зятя за это. Спасателей не упрекают. Когда портал выкинул их далеко в море, он немедленно развернулся в сторону острова. И обомлел. Остров пылал. Весь, от побережья до голых скалистых вершин. Черный жирный дым поднимался столбом вверх, надежно закрывая всё, что там творилось в эти мгновения.
Шлюп подобрал их через ползвона, но большую часть пути они проделали сами. Прыгая по волнам. На палубе уже было тесно от раненых магов. И своих, из ковена, и диких. Ободранных и худых до невозможности. Миза кормила их супом и плакала.
Никто не мог понять, как могло их взрывом забросить почти к самому шлюпу, причем так кучно, что спасательная операция прошла за несколько подзвонков. Но, впрочем, никто пока и не пытался. Не было ни сил, ни времени. Своих, уходивших порталами, хитро поставленная дикарем искажающая стена разбросала так сильно, что до сих пор ищут еще пятерых. Это, если считать вместе с Анюсей и Хабером. Хотя как раз их-то никто всерьез найти и не надеется.
Слишком многие видели, как отчаянно они рвались навстречу друг другу. Но больше всех винил себя Гистон. Он-то шел вначале с бывшим учеником бок о бок, но в горячке боя невольно пропустил тот момент, когда Хабер повернул назад. Маг сидел сейчас в каюте Сейдена и пил маленькими глотками аганское вино, которое, оказывается, всегда носил с собой. В плоской хрустальной фляжке, украшенной витыми серебряными ручками и такой же крышечкой.
И под вино каялся Каруне в своих грехах.
— Я ведь не поверил… в то, что у них всерьез. Нет… про него думал, что на молодость запал… хотя… ты же знаешь, мы, маги, можем хоть всю жизнь на двадцать лет выглядеть. Правда, у большинства хватает ума… такого не делать. А вот ее… считал одной из тех… которым в мужике самое главное — сундук. С фамильными сокровищами. Да про нее и ходили… такие разговоры… ну ты знаешь… после чего.
— Она очень повзрослела. И поумнела. Особенно после того, как учиться на магиню начала. — Горько вздохнула Каруна, никак не желавшая поверить в то, что они больше не придут.
Старый друг и юная воспитанница. Бывшая подружка ее сына. Девушка, которую она долго и упорно ненавидела, тщательно скрывая это чувство ото всех. Даже амулет специальный сделала, чтоб Рика невзначай не догадалась. А вот теперь она погибла… красиво погибла, сражаясь за своего мужа… за главу их ковена… а она, Каруна, не успела ей сказать… нет… попросить прощения. За все, что сделала плохого и не успела сделать хорошего…
Сейден предпочитал горе перебивать работой. Он организовал переброску пострадавших магов на корабль-остров, потому что маленький шлюп просто не мог вместить всех спасенных. Дикарей выловили почти тридцать человек и все они были просто в ужасном состоянии. Хорошо хоть с магией теперь нет никаких проблем. После пожара на острове открылся источник такой мощности, что они все за полдня восстановили свои резервы. До вечера он уже успел переправить почти всех дикарей, а утром намеревается открыть путь в Ружан. Там их ждут коллеги готовые перебросить всех по домам.
Те маги, что пострадали меньше всех, восстановив резервы, понемногу начинали помогать ему и лечить других. Парочка природников отправилась на помощь к Мизе. Накормить и напоить такую толпу изможденных магов одной женщине было не под силу.
Зак вначале попытался было расшифровать запутанные мысли дикарей, но быстро понял, что в его нынешнем состоянии это не получится. Да и им нужно было сначала выздороветь и хоть немного отъесться. Доминирующие мысли о еде и застарелый страх перебивали в их головах робкие всплески разума.
Вот потому и валялся на койке в своей каюте, отмахиваясь от настойчивых попыток Танио отвлечь его посторонними разговорами. Хотелось только одного, открыть портал и уйти домой, к Наташе. Но как раз этого он себе позволить и не мог.
Пока шлюп, подгоняемый магией зятя, носится между островами в поисках пропавших магов, он не должен думать о своих желаниях. Неизвестно, какая помощь понадобится тем, кого им посчастливится найти.
Чья-то посторонняя мысль мелькнула на краю сознания и Зак встрепенулся. Неужели… нет… это еще один маг. Хорошо, конечно… что у него все в порядке… но какое разочарование…
Дурак! Обозвал сам себя сердито. Неужели не понятно что надеяться не на что?
— Тан! Иди, скажи, по левому борту на расстоянии лиги еще один.
— Кто…? — С надеждой замер принц.
— Нет. — Стиснув зубы, качнул головой маг.
— Понятно. — Зять незаметно вздохнул и убежал на палубу.
Где несколько магов под предводительством Дика, вооруженного Анюсиным биноклем, тщательно разглядывали пролетающие мимо пляжи. Тяжелый прибор ученик не доверял никому больше чем на несколько подзвонков, когда отлучался по необходимости. Жестко объяснив попробовавшему оспорить эту привилегию магу, что хозяйке, когда она вернется, очень не понравится, если кто-то неумелый сломает подарок ее мужа.
Зак, услышавший эту отповедь, потрясенно заглянул в верхний слой мыслей иномирянина и обнаружил там такое же твердое намерение спасти Анюсю, какое было у парня, когда он искал Тимку.
Хотел было объяснить Дику, остававшемуся на шлюпе во время их короткой и крайне неудачной вылазки на остров, что никакой надежды нет… но передумал. Пусть лучше так… чем впадать в черное отчаяние, как Гистон. Его эмоции и мысли пробивались даже через щиты мощных амулетов, заставляя Каруну и Зака чувствовать силу его горя. Только теперь принц до конца прочувствовал поговорку, что ученик становится для настоящего учителя дороже собственных детей. Потому что он вкладывает в него не только силы и время, но и лучшую часть собственной души. У Гистона не было детей… своих… и Хабер стал для него не только учеником, но и другом.
— Сняли. Почти не пострадал! — Бодро доложил Тан, вернувшись в каюту с кувшином взвара. — Ты пить не хочешь?
— Нет. Там темнеет, скажи Диршану, пусть сворачивают назад к острову. На нем больше нет зла, станем на якорь в той же бухте. Утром нужно сходить на берег… посмотреть. Иди… я посплю. — Закрывая глаза, буркнул Зак.
Танио немного потоптался и тихонько вышел, плотно прикрыв за собой дверь.
Наверное… это правильно. Пойти туда. Хотя лично у него не хватает решимости. Пока ничего не нашли… остается призрачная, безумная надежда.
Что всё еще будет хорошо.
— Маг, проснись. Я хочу с тобой поговорить.
Чужой голос, ясно прозвучавший под черепом, разбудил Зака вернее, чем в детстве строгий приказ отца.
Принц резко сел и прислушался, прекрасно понимая, что присниться такое не могло.
— Не бойся. Выйди на корму.
— А я и не боюсь. — Презрительно фыркнул Зак.
И действительно, чего бояться? Если самое страшное уже произошло. Чужой разум легко проник в его мысли, взломав почти десяток хитроумных щитов и ловушек.
— Это было нелегко. — Утешил его голос.
— Невозможно. — Упрямо буркнул Зак, натягивая куртку и открывая дверь. — Для всех остальных магов.
— Ну, Урсен ведь пробился. — Беззлобно констатировал голос.
— Ну, до разума он не пробился! И у него был неограниченный приток энергии. — Оскорбился принц.
— Значит, ты понимаешь, что все дело в количестве энергии.
— Разумеется. — Осторожно, не понимая, к чему клонит незнакомец, согласился Зак, выходя на корму.
— Тогда, надеюсь, тебя не очень испугает мой потенциал. — Вслух сказал сзади знакомый голос и маг резко обернулся.
В стоящем рядом высоком существе в длинном, до пола, темном плаще, не было, на первый взгляд, ничего необычного, кроме роста. На полголовы превышающего рост высокого Зака. А на второй… подсознательно пытавшийся определить резерв незнакомца… было. И даже очень много. Тело чужака буквально светилось от пронизывающих его волн энергии.
— О… — потрясенно выдохнул принц. — Ты кто?
— Поговорим в другом месте.
Незнакомец шагнул к магу, крепко обхватил за торс и они резко взмыли в небо.
Едва не охнув от неожиданности, Зак стиснул зубы и повернул голову. За плечами незнакомца виднелся краешек мощного темного крыла, с легким свистом рассекающего ночной воздух.
— А порталом не проще было? — Чувствуя, как больно сдавливает ребра железная хватка и неуклюже болтаются ноги, недовольно буркнул маг.
— Извини. Уже прилетели. — Неожиданно смущенным голосом повинился чужак, аккуратно ставя Зака на землю.
Едва оглядевшись, принц понял, где они. Небольшая площадка перед незаметным с берега, ведущим вглубь скалы проходом, сзади вырубленная в камнях лестница. А за почерневшими от жара камнями поблескивают в темной воде маленькой бухточки отраженья звезд. И покачивается на ленивых волнах освещенный двумя фонарями шлюп.
— Значит… здесь и было его логово?
— Да. — Легко создав мягко освещающий проход светильник, чужак прошел вперед.
Миновал распахнутую настежь дверь, обитую полосками металла и прошел на середину просторной пещеры. Не двинув и пальцем, создал два мягких кресла и крепкий стол между ними.
— Садись. — Первым устроился в кресле незнакомец. — Меня зовут Раирэс. Это я утром сжег все насаждения, что выращивали тут рабы под руководством Урсена.
— Ты?!!! — В гневе вскочил едва успевший присесть маг. — А ты знаешь, что сжег и наших людей?
— Нет. — Спокойно ответил тот. — На острове не сгорело ни одного человека. Кроме того, которого спасти не мог даже я.
— Кого…? — Севшим голосом прошептал Зак, и чувствуя, что колени подгибаются, рухнул в кресло.
— Вот его.
Чуть в стороне от стола повисла очень качественная иллюзия. Такая качественная, что Зака даже слегка затошнило. Оттого, что человеком сгоревший на острове маг уже не был. Вернее… был… но далеко не в полной мере.
Они уже однажды встречались. Зак сразу узнал его лицо, хотя и видел очень недолго. Всего пару подзвонков. Но очень уж запоминающимся было то событие. Не так часто встречаются Заку маги, которые почти равны ему по силе. А этот был. И едва не задушил их с Таном. Хорошо, что сработал эльфийский амулет зятя, подсобивший ему так сильно очаровать дикаря, что тот струхнул и сбежал. Так вот куда привела его судьба!
Однако кто превратил его в этого монстра… Зак не мог даже предположить.
— Он сам, но не по своей воле. Когда он бежал из Векридии, то затаился в маленькой Симанской деревушке, недалеко от Ружанской границы. И вскоре повстречал там агента Урсена. Их много бродит по Ружану, Тумастану и Агане. Заглядывают и в Симан. Урсен им очень неплохо платил за непыльную работу, отыскивать диких, как вы выражаетесь, магов и уговаривать служить ему. Уговаривали разными методами, и большими заработками и шантажировали сдачей ковену. Самых упорных просто похищали. Причем распространяли слухи, что это сделали маги ковена. — Размеренно рассказывал Раирэс и Зак чувствовал, что чужак не врет.
— А откуда… ты это знаешь? — Не выдержал он.
— Прочел в его голове. Я давно за ними слежу.
— Зачем?
— Сейчас объясню. Все по порядку. — Невозмутимо ответил Раирэс и на столе появился запотевший кувшин и кружки. — Ты хотел пить? Так вот, о Милтоне. Он сам, добровольно, отправился сюда. Думал, что с его умением выстраивать интриги, мигом окрутит провинциального дикаря и заставит работать на себя. Вышло наоборот. Урсен сразу прочитал все его мысли, и многие из идей Милтона так ему понравились, что он немедленно начал использовать их в своих целях. А особенно одну, иметь все время под рукой собственный источник. Но нужно было, чтоб кто-то контролировал энергию, не переставая ее посылать в нужном направлении. Урсен поступил просто. Заставил Милтона решить эту задачку. И тот просчитал, что достаточно посадить непосредственно на источник сильного природника. Но возникал вопрос, как этого достичь? Ведь человек должен есть, спать, отдыхать?! Эту задачу Милтон по его приказу решал сам. И претворял в жизнь тоже сам. Сам перестроил свое тело, врастив его в гигантскую лиану так, чтобы питательные вещества напрямую поступали в его организм. Придумал систему стимуляторов мозга, метод обмена сигналами. И систему защиты острова, которая не позволит ни одному магу добраться до него, пока он жив. Поэтому мне и пришлось его сжечь. Его организм настолько изменился, что больше не мог существовать автономно. Мозг еще можно было попробовать очистить… но не было времени. Он снял все запреты с выращенных им плотоядных монстров, и они уже подбирались к вам и клеткам с рабами.
— Так это ты выкинул дикарей в море? — Понял Зак.
— Почему выкинул? Я их аккуратно перенес. На них нет ни одной царапинки, полученной по моей вине! — Оскорбился Раирэс.
— А наши маги?
— Ваши все ушли порталами. Конечно, я виноват, что не снял защитную стену, но Милтон бы это почувствовал вмиг и взорвал источник. У него все для этого приготовлено. Досталось бы всем. Кроме того… этот остров… он единственный наш пункт подпитки… оставшийся на вашей стороне. И мы его охраняем. Сам понимаешь… за вами приходится присматривать.
— Так ты из-за барьера! — Мгновенно вспомнил Зак старинные легенды и сказки.
— Ну а откуда же еще? — Спокойно пожал плечами живой представитель легендарной половины их мира. — Но рассказать тебе ничего не могу. Запрещено.
— Понятно. — Пытаясь приструнить собственное воображение, разочарованно кивнул маг.
— Но у меня есть подарок… вам всем от нас. За всё, что ваш ковен делает для людей в последние столетия, вы заслужили небольшую награду.
— Что именно? — Насторожился Зак.
В безвозмездные подарки он не верил с детства.
— Вот это.
На столе возникла небольшая шкатулка.
— Бери, не бойся. Это не опасно. Поскольку мы немного виноваты, что не выкинули Урсена вовремя со своего острова… это может считаться компенсацией за пережитые ковеном неприятности. После того… что сделал Урсен с вашим королем, хотя тот в этом и полностью виноват сам, Тордизании понадобится символ власти. Который будет защищать страну, народ, короля и ковен одновременно.
— Это невозможно. — Скептически хмыкнул Зак.
— С этим — возможно.
Маг осторожно придвинул к себе коробочку и откинул крышку. Ничего особенного. Просто браслет. Довольно изящный, неширокий, без камней и украшений. На вид из железа. Ни один вор не позарится.
Поймал ироничную усмешку Раирэса и посмотрел на браслет под другим углом. Как на магический предмет. И не смог сдержать потрясенного вздоха. Браслет переливался такими же волнами чистой энергии, как тело чужака.
— И для чего он нам? — Осторожно прикрыв крышку, маг отодвинул шкатулку прочь.
Она тут же исчезла.
Зак насмешливо поднял бровь и молча уставился на Раирэса.
— Браслет запомнил твою ауру и появится в тот момент, как понадобится тебе. — Терпеливо объяснил тот. — Как я уже сказал, это символ власти. Совет может ошибиться при выборе короля, этот браслет не ошибется никогда. Он настроен так, что выберет единственного в стране человека, который на этот момент является лучшим королем. И останется только на его руке. Он не позволит никому причинить королю ни магический, ни физический вред. Но едва король задумает что-то недостойное или вредное для страны, как браслет немедленно окажется в шкатулке. Его невозможно удержать. Как ты понимаешь, он нематериален.
— Если это так… я должен тебя поблагодарить. — Признательно склонил голову Зак.
— Мы рады, что ты сразу оценил пользу этого предмета. Тем более что именно тебе придется его носить после грядущих выборов. — Строго ответил Раирэс.
— Что?! А с чего ты взял, что я вообще собираюсь идти на эти выборы? Это вообще была глупая идея Хабера! — Яростно выпалил Зак, вскакивая с кресла.
И сразу вспомнил, что Хабера уже нет. Хотя… что там сказал этот интриган про порталы…
— А наш глава… Хабер… и его жена… они успели уйти в портал? — С надеждой выдохнул, забыв на миг про браслет.
— Да. Девушка создала проход, правда очень нестабильный, и попробовала туда затащить мужчину. Но он был для нее явно тяжеловат. Поскольку времени у меня было мало, я их подтолкнул.
— Подтолкнул! В нестабильный портал! А что с ними дальше стало, тебя не волнует! — Забегал вокруг стола Зак, лихорадочно размышляя, стоит сейчас поднимать всех на поиски или подождать до рассвета.
— Кстати. Браслет дает королю почти неограниченные магические возможности. За счет постоянной подпитки энергией. Но только когда он действует в интересах граждан и страны.
— А найти Хабера — это в интересах? — Внезапно замер принц, прокручивая мелькнувшее соображение.
— Конечно. Только учти, если ты наденешь сейчас браслет, снять уже не сможешь. Придется признаваться ковену и становится королем.
— Но я ненавижу… командовать другими! И все эти собрания… просто не переношу! Это для меня как рабство! Мне нравится выйти навстречу… какому-нибудь Милтону… понять в чем его слабость… переиграть, победить… и почувствовать в глубине души, что мой мир стал немного чище и справедливее. — Маг разочарованно шлепнулся в свое кресло.
— Вот оттого и все ваши беды. Такие как ты предпочитают героические поступки, а решение важных вопросов оставляют тем, кто правит городом, страной, миром. Однако тебе пора уже понять одну простую истину. Никогда не будет твоя страна жить мирно и справедливо, пока вы не перестанете выбирать своими правителями тех, кто туда так отчаянно стремится! Ты никогда не задумывался, почему из миллионов умных, честных и добрых людей к власти стремятся всего несколько тысяч?! А прилагают неимоверные, отчаянные усилия, чтоб ее получить, лишь несколько десятков! Ты же можешь заглянуть в самые глубины их разума, вытащить самые сокровенные желания. Попробуй это проделать, и ты поймешь, все, кто твердят о своей любви к народу и стране на самом деле хотят совершенно определенных вещей. Почитания, роскоши, самоутверждения… можно перечислить по пальцам. Разумеется, не в одинаковой мере, кто-то больше, кто-то совсем чуть-чуть. Но именно за этим они и рвутся к трону. И вот именно потому их туда пускать нельзя. Править страной должен тот, кто никогда к этому не стремится. Но живет по высшим законам совести, нравственной справедливости и гуманности. Да, тебе придется трудно. Но если хочешь, чтобы никто больше не покусился на твою свободу и жизнь близких тебе людей, придется принять решение. — Раирэс, уже стоявший у двери, взмахнул крыльями, погнав по пещере волну прохладного воздуха.
— Ты уже уходишь?
— Нет. Это уходишь ты. У тебя есть время подумать, говорить про браслет магам или нет. Но обмануть браслет не удастся. Он выбрал тебя. Я почувствовал.
— Постой! Один вопрос… Если очень нужна будет ваша помощь…
— Браслет подскажет.
— Я так и чувствовал, что подарочек с подвохом. Не зря меня с детства учили, что бесплатно даже коровья лепешка на дороге не появляется! — сердито фыркнул принц и неожиданно понял, что сидит на корме собственного шлюпа.
Ошеломленно огляделся, пощупал под собой удобное кресло, даже приподнялся, чтоб его рассмотреть. Кресло немедленно пропало.
— Вот жмот, даже кресло увел! — В сердцах буркнул Зак и легкий ветерок немедля обдал его далеким смешком.
Кресло вновь стояло на месте, но на его сиденье лежал простенький железный браслет.
— Да пошел ты. — Рассвирепел принц и направился в свою каюту.
Но на пороге не выдержал, оглянулся.
Кресло стояло на месте и браслет лежал там же, переливаясь волнами магии.
— Сгинь! — Приказал маг.
Всё исчезло.
Он ворвался в каюту, запер дверь и рухнул на койку, уже понимая, что проиграл. Рабство королевского трона неотвратимое как восход солнца стояло перед ним. Ну и пусть. До выборов еще несколько декад, потом еще состязания. Он не сдастся в это рабство ни на один день раньше, не дождутся!
А теперь спать, завтра у них очень трудный день. Определить, в какую точку океана направила нестабильный портал его ученица, не возьмется ни одна гадалка.
Зак подтиснул под голову подушку и зажмурил глаза.
Как ей удалось затащить мужа в портал, Анюся вгорячах не запомнила. Зато как добиралась с не приходящим в сознание Хабером до берега, не забудет никогда.
Нет, вначале ей показалось, что никакого берега поблизости вообще нет. Вокруг только волны и волны. Да и особенно оглядываться в первые минуты было некогда. Хабер не тонул только благодаря висевшему за его плечами мешку, видимо там было что-то легкое. Но все время норовил перевернуться лицом в воду.
Что он живой, магиня убедилась в первые же мгновенья после паденья в воду. Очень просто убедилась, прижалась ухом к его груди и с замиранием прислушивалась к биению сердца. А услышав долгожданные удары, стерла с ресниц невольные слезы и развернула бешеную деятельность по его спасению. Вначале стянула с себя и с него сапоги, стараясь не упускать ни на миг из виду лицо мужа.
Потом вся измучилась, пока додумалась, как перевесить мешок, не отвязывая от главы. Хорошо, что отлично плавать умела с детства и все, что связано со спасением утопающих знала не по книжкам.
Потому хоть и провозилась долго, но своего добилась. В итоге Хабер безмятежно плавал, обняв мешок связанными за запястья как у преступника руками, и положив на плотную ткань бледное лицо, а она плыла сбоку, беспрестанно на него поглядывая.
Вот тогда и решила выяснить, где же находится. Немного отплыла от Хабера и на один миг до пояса выпрыгнула из воды. В результате нескольких таких упражнений обнаружила-таки вдалеке пологую полоску берега. Потом еще пару раз повторила этот фокус, чтобы убедится, что верно запомнила направление и двинулась туда, одной рукой загребая воду, а другой подтягивая мешок.
Время от времени Анюся проверяла, не сбилась ли с намеченного направления. Направление вроде держалось, но приближалась желанная суша нестерпимо долго. Яркое солнце начало пригревать затылок и девушка беспрерывно смачивала водой голову себе и спутнику, потом не выдержала. Приостановившись на несколько минут, сняла рубашку и, орудуя зубами, отодрала от нее рукава. Один, намочив, распластала на голове Хабера, другой на своей. Рубашку, придерживаясь за мешок, снова натянула на себя. Знала, что в воде сжечь плечи можно меньше, чем за час.
И вновь двинулась к берегу.
Гребок, подтянуть, гребок, подтянуть. Размеренные движенья выматывали кажущейся бесконечностью. Вот она плывет и плывет, а берег всё не приближается. Тогда Анюся начала считать. Сто гребков, выпрыгнуть, еще сто. Еще прыжок. Нет сто мало и сил на прыжки уже нет. Двести и выглянуть, опершись на миг на мешок.
Когда, отсчитав неизвестно которые очередные двести, она поняла, что видит берег, не опираясь ни на что, счастливые слезы сами хлынули из глаз. Откуда-то появилось заблудшее второе дыханье, и Анюся невольно прибавила скорость.
Нет, берег не начал приближаться с волшебной быстротой, но считать бесконечные гребки она больше не стала. Просто плыла и плыла, а когда ноги коснулись дна, даже не поверила что это правда. Думала, задела ногой рыбину. Или еще кого пострашнее. Но, опустив глаза, увидала чистый песок дна, расчерченный мелкими барханчиками, и поняла что все. Приплыли.
Потом ещё долго плелась по мелководью, подтаскивая свою ношу, затем отвязывала руки Хабера и вытаскивала его на песок. Не бросая при этом и мешок, так как успела понять, что на этом пустынном берегу ничего лишнего быть не может.
Устроила Хабера поудобнее, насыпав ему песчаную подушку и принялась потрошить мешок. Интересно, что они думали делать, эти магистры, с целой кучей непонятных веточек и мешочков с сушеной травой? Но выбрасывать не стала, а вдруг действительно что-то ценное. Жаль, конечно, что нет никаких продуктов, ну да, Зак же говорил, что вернутся не позднее, чем к обеду. Зато есть несколько бутылочек с незнакомыми снадобьями. И четкие надписи на них есть, магическим стилом написаны. Вот только таких названий она до этого дня даже не слыхала.
Солнце продолжало припекать, самая середина дня, а у них ни воды, ни еды, ни укрытия. И остров тоже, даже не островом оказался, просто длинная полоса песка на мелководье. В непогоду тут наверняка волны, как по Бродвею, гуляют.
Думай, Анюся, думай! Чему тебя там Зак учил?! Бормотала девушка, какой-то глиняной мисочкой, найденной в мешке, копая в песке ямку. Там, где песок сырой, намного прохладней и валик из сырого песка насыпать тоже легче. Чтоб воткнуть в него эти прутики и повесить на них распоротый мешок. Какая, ни какая, а тень. Они так всегда в детстве на пляже делали.
И только выкопав ямку и устроив навес поняла, что снова лопухнулась. Копать нужно было поближе к магу. Тащить его не было никаких сил. Она и не тащила, а просто перекатывала и когда наконец устроила так, как хотела, и сама рухнула рядом, то думала, что не сможет в ближайшие сутки даже руки поднять.
Однако через какое-то время поняла, что вставать придется. Солнце, бывшее в зените, когда она копала яму, понемногу смещалось, и теперь опять светило в лицо. Нужно было переставлять прутики и перевешивать тряпку, в которую ее стараньями превратился мешок. Анюся недовольно посопела и вылезла наружу.
Для успокоения совести оглядела океан — никого.
Вздохнула и уставилась на бесполезные пузырьки. Идея вылить из одного снадобье и набрать воды давно не давала ей покоя. Здесь океанская вода не так солона, как на земле и ее с горем пополам можно пить. К тому же Анюсе необходимо было изредка смачивать свои и Хабера ноги, которые безжалостное солнце пекло даже через штаны. И прохладная примочка ему на голову не помешает. Вот только какое снадобье вылить, чтоб не ошибиться? Вдруг Риль очнется и по закону подлости окажется, что она вылила именно то, что являлось самым ценным и нужным?!
Думай, ученица! Сказал бы Зак. Сказать легко, а вот думать…
Нет, пробовать эти настойки она не станет однозначно. Предложила уже однажды господину учителю такой метод. Когда он принес несколько фиалов и сказал ей, что вода не во всех. А в одном нечто иное.
Он после ее ответа полчаса ржал. Если тебе говорит, ученица, жить надоело, то так и скажи, а зачем я тогда время на твое обучение трачу? Нечто другое может быть чем угодно. В том числе и ядом!
Тогда она предложила напоить мышей, на которых природники и лекари опыты делают.
Нет! Сказал маг. Неправильно! А вдруг ни одна из них не сдохнет и нечто вовсе не яд? Что дальше?
Дальше она предлагала нюхать, поджигать, замораживать, кипятить, капать молоко и сыпать сахар или соль, макать прутики и тряпки… что-то еще, сейчас не вспомнить.
А он все веселился и говорил — Нет!
И только тогда ученице пришел в голову вопрос, а зачем они вообще ей нужны, эти фиалы?
Вот! Сказал Зак, многозначительно подняв вверх палец, это ты и должна была подумать в самом начале! Если в одном из фиалов неизвестно что, зачем тебе их вообще трогать?
Значит, получается, что пузырек трогать не нужно. А если ей воду принести не в чем? Глиняная мисочка, которой она копала ямку, сломалась еще на середине работы.
Анюся еще раз осмотрела пузырьки и решилась. Она все же капнет из каждого на прутик, и вдруг что-то, да случится.
Однако эксперименты удачи не принесли. Все шесть прутиков, а именно столько было флаконов, какими были, такими и остались. Разочарованная девушка выбрала самый простенький флакончик и отойдя в сторону, вылила из него снадобье в песок. Присыпала и побежала мыть бутылочку.
А принеся воду и поливая ею штаны мужа, все оглядывалась, не случилось ли с тем местом чего нехорошее. И корила себя за то, что не догадалась вылить эту гадость подальше.
Вечер приближался хоть и медленно, но неуклонно, а Хабер все не приходил в себя. Хотя сердце билось ровно. Анюся уже нашла неподалеку слабенький источник и притянув к себе нитку энергии прикрепила ее к руке мужа. Гадая, правильно ли поступает, ведь у них не совпадают способности. А потом непрерывно меняла на бледном лбу мокрые лоскуты, и пыталась сообразить, чем еще можно привести его в сознание. Было нестерпимо жалко смотреть на осунувшееся лицо и бессильно лежащие на песке руки. На закрытые глаза, еще сегодня утром глядевшие на нее с таким ласковым обожанием, что непривычная к таким открытым проявлениям чувств девица краснела от удовольствия.
Нет, мужского внимания после осенней трансформации у нее было более чем достаточно. Но такого накала нежности и восторга она не почувствовала ни разу. И это было так ново и так приятно, что в душе робко просыпалось нечто невыносимо светлое и прекрасное. Настолько нужное и важное, что потерять его она не желала ни за какие коврижки. И постигла это не сейчас, а еще тогда, среди огня и криков неравного боя. Когда поймала на себе отчаянный взгляд пробивавшегося к ней мужа и поняла, что сделает даже невозможное, чтобы не лишиться его.
Маг тихо застонал, и Анюся в тревоге нагнулась к его лицу, провела дрогнувшей ладошкой по жестким от соленой воды волосам.
— Риль… — Горестно шептали ее губы, — Я тебя очень прошу, ну открой глаза! Ну, пожалуйста! Хоть на чуть-чуть, только посмотри пузырьки и скажи, что можно тебе пить, а что нет! Ну Риль же! Не разбираюсь я в этих ваших проклятых снадобьях, но даю слово, все наизусть выучу, если ты сейчас откроешь глаза!
— Где мы? — Не открывая глаз, тихо прохрипел маг и Анюся разрыдалась от счастья.
— Риль, миленький мой! — Осыпая поцелуями его лицо, счастливо бормотала она, — Мы тут, на острове! Хочешь водички? Это морская, другой нет. Я тебя сюда притащила. На мешке…
Хабер, изо всех сил стараясь удержаться, и вновь не провалиться в забытье, вслушивался в ее бессвязный рассказ и одновременно пытался проанализировать обстановку и свое самочувствие. Больше всего порадовала нитка энергии, подведенная к руке.
Магистр немедленно добрался по ней до слабого источника и притянул к себе почти всю струю. И только через ползвона, уже с умилением выслушав путаную историю своего спасения, запоздало сообразил, что свой резерв Анюся пополнять не стала.
— Ани… — проглотив немного тепловатой соленой воды, и открыв, наконец, глаза, прошептал Хабер. — А ты почему не берешь энергию?
— Там источник слабый. — Смущенно опустила она ресницы. — Я пробовала… если я беру… тебе не идет. Но ты не волнуйся, у меня еще немного осталось. — Заторопилась она, заметив, что глаза мужа прикрылись, а рот странно скривился.
Не волнуйся! Да он и не волнуется. Он просто много лет был абсолютно уверен, что ни одна женщина никогда не заставит его плакать. Ни от горя, ни от счастья. А сейчас он плачет от невыразимой нежности и боится только одного, что не сумеет ей объяснить, как она нужна и дорога ему.
— Риль! — Ее ладошка нежно гладила его по щеке, стирая скатившуюся слезинку. — Не переживай, Риль! Нас обязательно найдут, вот увидишь! Зак меня издалека слышит… ой!
Она резко села и расстроено схватилась за болтающийся на груди амулет.
— Я амулет снять забыла! Он меня убьет!
— Пусть попробует. Я сам его убью. — Невольно улыбнувшись, пообещал Хабер. — Неси пузырьки, посмотрим, что там.
Под утро, проснувшись, Зак было засомневался, не сон ли это был. Но стоило вспомнить про проклятый браслет, как шкатулка появилась на его кровати. Он немедленно шикнул — сгинь! И выскочил на палубу.
— Зак. Там Дик с ума сошел. Требует, чтобы Диршан с якоря снимался. — Рванулся ему навстречу растрепанный Танио.
— Идем, посмотрим. — Обрадовался маг найденному предлогу не возвращаться в каюту.
— А я тебе говорю, поднимай якорь и ставь паруса. — Рычал на капитана Дик, прижимая к груди хайти.
— Дик, в чем дело?
— Смотри.
Парень посадил зверька на борт и отошел в сторону. Хайти повернулся в сторону моря и застыл в выразительной позе.
— Ну и что? — осторожно спросил Тан.
— Эксперимент продолжается. — Едко объявил Дик, снял хайти и унес на противоположный борт.
Обезьянка немедленно слезла на палубу, проковыляла к первоначальному месту, взобралась на борт и застыла, тоскливо уставясь в океан.
— И что из этого? — Скептически хмыкнул капитан.
— Только одно. — Твердо скомандовал Зак. — Немедленно поднять якоря! Тан, устрой свой фокус с парусами! Дик! Тебе объявляется благодарность ковена и можешь в любой момент потребовать с меня все, что захочешь!
— Вот еще! — Польщено хмыкнул парень. — Я что, за награды? Мне главное землячку найти!
— Зак… — С жалостью смотрел на друга Танио. — Как она могла оказаться там?!
— Открыла нестабильный портал. — Насмешливо фыркнул принц.
— Откуда ты это взял? — Мягко спросил женский голос.
Как подошла Каруна, не заметил никто.
— Объяснили. Я вам тоже все объясню, только позже. Сначала нужно их найти. А для этого установить точное направление. — Серьезно произнес маг и обернулся к Дику. — Давай, командуй!
Через несколько подзвонков в том, что хайти упорно стремится смотреть в строго определенном направлении, убедились все сомневающиеся.
Гордый своей сообразительностью, Дик, который с тех пор как не вернулась Анюся, взял над ее любимцем шефство, стоял на носу шлюпа и бдительно следил за его курсом.
А вскоре обнаружили на заросшей густой зеленью оконечности большого острова двоих из пропавших магов. Разочарование Дика длилось только до тех пор, пока потерпевших поднимали на борт и ложились на прежний курс.
Хайти по прежнему смотрел в одном направлении и Дик был твердо уверен в его и своей правоте.
— Зак! — Темные глаза матери смотрели требовательно и тревожно. — Ты хотел объяснить.
— Не хотел, а обещал. Это разные вещи. Но давайте сначала все-таки найдем Хабера. Он глава ковена и без него мне рассказывать о том, что я узнал, не стоит.
— И ты уверен… что мы найдем его там?! Так далеко от острова? — Мать махнула в том направлении, куда мчался шлюп.
— Уверен. Не переживай, ма, я пока не сошел с ума.
Но она только с тревогой вслушивалась в незнакомые нотки, появившиеся в его эмоциях. Словно сын повзрослел за ночь на добрый десяток лет.
Еще ничего нельзя было рассмотреть вдали, кроме крошечной полоски песчаного пляжа, намытого волнами на мелководье, а Зак уже был уверен, что с ними все в порядке. С главой и его настырной женой.
Растроганно покачивая головой, маг ловил мысли Анюси о том, как она упорно тащила мужа по бесконечному океану, как вспоминала его уроки выживания. Потом осознал, что дальше слушать не имеет права и вернул на шею амулет.
— Ну, что?! — Глаза стоящих вокруг друзей с нетерпеливой надеждой уставились на него.
— Все будет хорошо. Диршан, становись на якорь. Там дальше мель. Ма, ты хотела сама открыть портал? Дик! Ты пойдешь? Тан, а ты? Идите. Я подожду вас тут.
Зак нежно потрепал шелковистую шерстку зверька, спасшего его от преждевременного рабства, и незаметно оглянулся в ту сторону, где скрылся проклятый остров.
Сначала он потребует у ковена все недополученные отпуска. Кстати и Анюсе нужно отдать заработанный отдых.
А потом… у него будет время, чтобы придумать, как заставить наглых наблюдателей из-за барьера понять, что не стоит сердить добрых принцев!
Bashka__7 для Spaces.ru