***********************************************************************************************
Мир сошел с ума
https://ficbook.net/readfic/3887858
***********************************************************************************************

Направленность: Гет
Автор: Vas Happening _ (https://ficbook.net/authors/490195)


Фэндом: ОриджиналыПерсонажи: Ян Райс, Дакота Райс, Оливер Ламберт, Эдвард Дэвидсон, Хью, Константин и другие

Рейтинг: NC-17

Жанры: Романтика, Флафф, Драма, Повседневность, POV, Первый разПредупреждения: OOC, Инцест, Underage
Размер:  Макси,  109 страниц
Кол-во частей: 21
Статус: закончен

Описание:
У Яна последние месяцы все шло наперекосяк, но как только он вернулся домой, то сразу ощутил тепло и уют. Его сестра снова заботилась о нем и не могла насытиться объятиями, а он старался держать себя в руках: смотрел, но не трогал, целовал, но не в губы, спал, но не с ней. Он искал утешения в других, но ему надоело быть к ней так близко и одновременно так далеко. И он сделает все, чтобы его сестра полюбила его как парня. 

"Если ты будешь моей звездой, то я буду твоим небом."

Публикация на других ресурсах: Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Я уже как-то начинала писать по этой заявке, но потом удалила работу за неимением идей. Надеюсь, в этот раз все получится по-другому.

Трейлер: https://www.youtube.com/watch?v=R3_FMUpxAK4&feature=youtu.be


========== Глава 1 ==========

Дом, в котором проходит день рождения моей сестры, наполнен гостями. Вокруг все из мрамора и позолоты, а гости в карнавальных костюмах кружатся по залу под живую музыку. Глазами ищу Дакоту, но ее нигде нет. 

— Успокойся, — говорит мне Оливер и протягивает бокал с шампанским. — Это ее праздник, а ты — ее брат, она сама тебя найдет. 

Друг опустошает бокал и ставит его на поднос официанту. Мы с ним только что вернулись с Парижа, где были три месяца, и я все это время хотел лишь одного: увидеть ее, снова прижать к себе и почувствовать ее любовь, которой мне так сильно не хватало. Она даже не знает, что я здесь, что я приготовил ей подарок. Я уверен, она обрадуется. 

Я выпиваю шампанское и вижу ее. Светлая кожа под светом люстр кажется еще светлее, длинные темно-рыжие, почти красные волосы закручены в пышные локоны и аккуратно уложены за спину. На ней платье без бретелек, ткань очень тонкая. Верх нежно-голубой, облегающий грудь и талию, а свободная юбка темно-синего цвета длиной до колен развевается при ходьбе. Черные туфли на высокой шпильке делают ее визуально стройнее. Она будто порхает над мраморным полом. Дакота. Моя Дакота. 

Я начинаю улыбаться, натягиваю маску на лицо и направляюсь к ней. От нее пахнет очень приятно, мои любимые духи с ароматом фруктов. Беру ее за руку и аккуратно поворачиваю к себе лицом.

— Мисс, не составите мне пару? — я ухмыляюсь и изображаю поклон, указывая на центр зала, где танцуют гости.

— Простите, я не танцую, — она скромно улыбается и опускает глаза. Не узнала меня. 

— Даже со мной? — я снимаю маску и с ожиданием смотрю на сестру. 

— Ян! — она бросается на меня с объятиями. Я обхватываю ее тонкую талию руками и отрываю от земли, начиная кружить. Ее темно-зеленые глаза светятся счастьем, в них я вижу свое отражение. Улыбаюсь, как дурак. — Я так соскучилась! 

— Я тоже, моя маленькая, — ставлю ее на пол и веду в толпу танцующих. — Прошу, — улыбаюсь и оставляю ее в ряду с девушками, сам становлюсь с парнями напротив сестры. Натягиваю маску на глаза и жду начала музыки. 

Jazmine Sullivan – Bust Your Windows

Музыканты начали играть. Парни и девушки медленными, но большими шагами начинают приближаться друг к другу, и я не отрываю глаз от Дакоты. Подхожу к ней очень близко, и мы делаем поклон. Все движения длительные и резкие. Она резко опускает голову и чуть приседает, а затем так же резко поднимает голову и медленно проводит рукой по своему плечу и шее. Улыбки на моем лице уже нет, внутри меня желание. Она кладет левую руку на мое плечо, а правую дает мне. Я чувствую тепло ее тела, хочется прижать ее к себе еще ближе, но по правилам сломанного танго так делать нельзя. 

Женщина начинает петь, и все пары, которых было не мало, начали двигаться в хаотическом порядке. Я вел Дакоту вперед, делая медленные, но большие шаги. Сделав таких два шага, мы развернули головы в разные стороны и резким движением повернули их обратно. Спустя несколько шагов это движение повторилось. Я смотрел на нее, а она смотрела в бок, как и все девушки. Ее красота слепила мои глаза, я не обращал внимания ни на кого. Я сейчас владел ею, а все парни мне завидовали.

Сделав еще один шаг, пары остановились, и девушки начали кружиться. Затем Дакота снова положила на меня руки, высоко подняла стройную ногу и затем прижала ее ко второй ноге, когда я наклонил ее немного в бок. Вернув ее в прежнее положение, я снова позволил ей сделать несколько поворотов, после чего с силой прижал к себе, касаясь своим носом ее носа. Она обхватила своими руками мои плечи, чтобы удержаться на ногах, тепло ее дыхания я чувствовал на своих губах. Непреодолимое желание поцеловать ее было во мне, но я ведь брат. А братьям так делать не положено.

Так мы несколько секунд обнимались, и я не хотел, чтобы наша близость заканчивалась, но все пары, и мы в том числе, резко повернулись, вытянув руки вперед. Левая рука Дакоты лежала на моем плече, а моя правая — на ее стройной талии. Мы сделали два шага и повернули головы друг к другу. Остановились, сделали несколько таких же движений головой, и я начал кружить Дакоту. Она сделала два оборота вокруг себя, я поставил ладонь на уровне своего торса, и она прогнулась, положив голову на мою руку, а потом быстро встала. 

Я обошел ее и стал сзади. Она провела руками по своей талии, я хотел сделать тоже самое, но воздержался. Дакота поставила руки по обе стороны от бедер, и я взял ее ладони в свои. Прижавшись к ней сзади, я практически уткнулся носом ей в шею, но напоминал себе, что пугать ее не надо. Она ведь не знает о моих чувствах...

Мы сделали три медленных шага в такой позе, остановились, и я сначала перекинул наши левые руки через нее, а затем вернул их обратно, при этом снова прокрутив ее и резко прижав к себе спиной. Мы сделали один шаг, и я отпустил ее. Она пошла вперед, но я схватил ее за левую руку и потянул на себя. Дакота снова начала кружиться, затем правой рукой обвила мою шею, и я наклонил ее так низко, что ее волосы коснулись пола. Медленно поднимая ее и прижимая к себе, я любовался ее широкой улыбкой и радостным блеском глаз, наслаждался запахом духов и бархатистостью кожи. Подняв ее окончательно, снова коснулся носом ее носа, но это счастье не продлилось долго.

Она правой рукой уперлась мне в грудь и начала идти на меня медленными шагами, а я так же медленно отходил назад. Затем она вытянула обе руки, и я, прижав ее к себе, поднял ее и стал медленно кружить. Ее тонкие ручки обхватили мою шею, она прижалась своим носом к моему, прикрыв глаза и сладко улыбаясь. Сделав оборот вокруг себя, я опустил ее на пол. Мы взялись за руки, сделали резкие развороты друг от друга и вернулись обратно. 

Дакота положила руку мне на плечо, вторую дала мне, и мы начали медленно двигаться по площадке. Пар было очень много, они составили четыре линии, и все парни были в масках. Девушки были в коротких платьях, но самой красивой была моя Дакота. Только ею я и любовался. Пары остановились, сделали повороты головой, и посмотрели друг на друга. Сестра не улыбалась, так как в этом танце принято быть серьезным и сексуальным, но в ее глазах я видел счастье. 

Я снова наклонил ее, не отпуская ее правую руку, вернул обратно, и мы стали медленно ходить по кругу на месте. Я подбросил ее, и сестра обхватила ногами мою талию. Я наклонил ее, затем вернул обратно, и она, снова подбросив ногу высоко, отставила ее назад. Я сделал тоже самое, мы как бы растянулись на полу, после чего резко вернулись в исходное положение и снова стали ходить по кругу на одном месте. Она обвила правой рукой мою шею, я — ее талию, с силой прижимая к себе. 

Дакота развернулась, и мы, обняв друг друга за талию, сделали пару шагов назад. Затем Дакота вытянула руку, я взял ее ладонь в свою и, кружа девушку, наклонил до самого пола. Дакота согнула одну ногу в колене, прижав ко второй, и я держал ее за бедро, чтобы та не упала. Сквозь тонкую ткань платья я чувствовал ее гладкую кожу. Во мне снова загорелось желание, и когда сестра поднялась и обвила мою шею руками, я боролся с огромным желанием поцеловать ее, отвезти домой, бросить на кровать и сделать своей и только своей. 

Но музыка закончилась, и я услышал громкие аплодисменты гостей. Весь танец мне казалось, будто мы с Дакотой одни в этом зале, настолько сильно я был захвачен ее красотой. Придя в себя, я изобразил улыбку, но отвел глаза, чтобы не выдать своей тайны. Дакота взяла меня под руку, и мы стали пробираться сквозь толпу к родителям. 

— Я не могла оторвать от вас глаз, — улыбалась мама. Ее глаза были на мокром месте. Наверное, от счастья. — Ян, дорогой, дай я тебя обниму, — она развела руки, и я угодил в крепкие объятия. По родителям я тоже соскучился, но с Дакотой немного другое. 

— Вымахал, уши проколол, — усмехнулся отец и обнял меня, рукой стуча по спине. 

— Есть такое, — я кивнул. 

Развернувшись лицом к Дакоте, я вытащил из внутреннего кармана пиджака бархатную коробочку темно-синего цвета. Открыв ее, я протянул подарок сестре. Она смотрела на него большими глазами и с приоткрытым от восторга ртом. Выдохнув, она перевела взгляд на меня и нежно обняла, прижавшись к моей груди. Я почувствовал, что ее кожа стала холодной, и снял с себя пиджак, накинув сестре на плечи.

— Наденешь? 

Дакота кивнула. Я достал из коробочки золотую цепочку с небольшим сердечком из красного рубина и застегнул на ее шее. В ювелирном магазине я заметил его сразу, но я и предположить не мог, что он будет так гармонировать с ее бледной кожей и темно-рыжими волосами. Сейчас она казалась еще более хрупкой, чем являлась на самом деле. 

— Ян, это шикарно, — улыбнулась Дакота и поцеловала меня в щеку. — Пойду Саванне похвастаюсь, — и она ушла куда-то в глубь толпы, цокая своими тонкими шпильками. Вечно она убегает от меня.

Я пошел искать Оливера, который стоял с каким-то статным мужчиной во фраке. Когда я подошел, они уже закончили разговор, и мужчина ушел. 

— Молодец, так держать, — кивнул Оливер и взял еще один бокал у официанта. — Пару недель, и она будет полностью в твоей власти. 

— С кем ты говорил? — я решил не отвечать ему на его фразу. 

— Наш новый работодатель, — хитро усмехнулся друг. — Думаю, пару месяцев мы будем заниматься делами дома, — он подмигнул и выпил все шампанское одним глотком. 

— Хватит пить, — прошипел я сквозь сжатые зубы и забрал у него уже пустой бокал. — Не в клуб пришел, а на день рождения моей сестры. Будь интеллигентным. 

— Да ладно тебе, Ян, что не так? — он слегка расстроился. 

— Все так. Что насчет работы? 

— Обещали позвонить, когда товар будет на месте. Нужно передать заказчику, он вроде на другом конце Лондона. Ну, хоть не в другой стране.

— Ладно, потом все обсудим, — я хотел было уйти, но вернулся и договорил: — И только посмей взять хоть один стакан. 

Я вернулся на то место, где были мои родители. Они оживленно разговаривали со своими друзьями и не замечали моего присутствия. Позже вернулась Дакота в сопровождении ее подруги Саванны, чему я не удивился. 

— Привет, Ян, давно тебя не видела, — она улыбнулась мне и подошла чуть ближе. Я глазами нашел Оливера в толпе и кивнул ему, чтобы подошел. Не хотелось мне вступать в беседу с этой девушкой, тем более, что она как-то призналась мне в чувствах. 

— Да, в Париже был, — без интереса ответил я. Оливер быстро оказался рядом, и я, попрощавшись с Саванной, увел Дакоту в сторону. — Шестнадцать уже, большая стала, — я усмехнулся и приобнял ее за талию. Играла медленная музыка, и я решил снова потанцевать с ней, на этот раз без других пар. 

— Прямо как ты, — улыбнулась рыжая и прижалась к моей груди. Я поцеловал ее в макушку. 

— Как дела с учебой? 

— Нормально, много новеньких в классе. Один из них даже в любви признавался, — она засмеялась, а у меня рука дернулась после ее слов. Никто не смеет говорить ей такие вещи. Никто кроме меня. 

— А ты что? 

— Фу, он страшный, я убежала, — она не поднимала головы, обнимая руками меня за талию. 

Я усмехнулся и немного успокоился. 

— А хочешь со мной куда-нибудь съездить? 

Я сказал это, даже не подумав. Зачем?! Ведь я не езжу на отдых, я работаю. А о моей работе она не должна знать. Но было поздно, она с радостью согласилась. Ну, что же, стоит взять отпуск и свозить ее на Гавайи. Скоро лето, каникулы в школах, она будет свободна, и я увезу ее далеко и надолго. Мы будем одни, и никто не помешает мне завладеть ею на все сто процентов. 

========== Глава 2 ==========

Дом наш был наполнен уютом. Впрочем, как и всегда. Я довез родителей и Дакоту до самого крыльца и отправил в дом, а сам стал доставать из багажника все подарки, которые подарили сестре гости. Огромный букет из красных роз сразу бросился в глаза. Я взял его в первую очередь. В нем была записка от некого "тайного поклонника", которую я со злостью смял и бросил в кусты. Дворецкий минутой позже спустился и помог мне: он нес коробки, а я — пакеты и букет. 

Дакота обрадовалась, когда мы принесли все вещи в ее комнату. Она сразу бросилась их рассматривать, а я сидел на кровати и наслаждался тем, что наконец вижу ее и в любой момент могу обнять. Букет она бережно поставила в вазу, а украшения сложила в сундучок. Куча ненужных книг, которые она так любила, были сложены в аккуратную стопку на отдельной полке, которая предназначалась для книг, которые "нужно прочитать". Интересно, кто же так хорошо ее знает, что дарит ее любимые вещи?

В пакетах в основном были какие-то вещи от известных дизайнеров или же сладости. Деньги гости сложили в один красный конверт и подписали: "От дяди Вернона, тети Кларк и семьи Уорнер". Сумма была приличная, но Дакота не знала, как ее потратить. 

В самой большой коробке с красным бантом лежало бальное платье с пышной юбкой. Корсет был черным с блестками, а юбка из черного плавно переходила к низу в золотой цвет. К нему прилагались перчатки до локтя с такими же блестками. Это был подарок Оливера, который мы выбирали вместе. Я знал, что сестра обрадуется, но Дакота стояла и чуть не плакала.

— Что такое? — забеспокоился я, вставая с кровати.

— Оно такое красивое, а мне некуда его надеть, — она опустила руки, и платье, шурша, упало обратно в коробку. 

— Я устрою для тебя тысячи таких балов, — прошептал я и подошел к ней вплотную, приподнимая голову за подбородок, чтобы она смотрела на меня. — Сколько пожелаешь.

— Я знаю, — кивнула она и обняла меня, а я растерялся. Я понял, что чуть не потерял контроль, чуть не выдал себя. Как бы она отреагировала на мой поцелуй? 

— Я, пожалуй, пойду, отдыхай, — я поцеловал сестру и вышел из спальни. 

Только в своей комнате я решил дать волю своим чувствам. Сбив рукой небольшую вазу со стола, я наблюдал, как осколки разлетаются по комнате. За ней пошла вторая ваза, и на этот раз осколок впился мне в руку. Вскрикнув от боли, я сел на пол и стал вытаскивать стекло из ладони.

— Ян, — испуганная Дакота влетела в комнату и села рядом со мной. Схватив мою руку, она осмотрела ее и побежала в ванную, а через пару секунд вернулась с аптечкой. - Дай руку. 

Она властно схватила меня за запястье. Вытащив из ящика ватные диски, пинцет и перекись водорода, она стала обрабатывать порез. Было больно, щипало, но я старался не показывать вида, будто я что-то чувствую. Ее сосредоточенный взгляд, выразительные скулы, ловкие движения рук — все влекло меня к ней. 

— Ян, что ты здесь делал? — спросила она, начиная забинтовывать руку.

— Споткнулся просто, — ответил я, не отрывая от нее глаз.

— О ковер?

Она была рассержена. Я люблю, когда она сердится. Она выглядит такой милой и маленькой, как ребенок, что хочется прижать к себе и не отпускать. Даже если она будет драться, я буду смеяться и ждать, когда она успокоится. 

— Неважно.

Я встал с пола и отнес аптечку на место. Взяв совок и веник, чтобы убрать осколки, я вернулся в спальню, но Дакоты в ней уже не было. Обиделась. Но нет смысла ее сейчас беспокоить, да и сказать мне ей нечего. 

Я убрал осколки и посмотрел на руку. Бинты уже наполовину были красными от крови, но я не хотел перебинтовывать. Я лег на кровать, даже не удосужившись ее расстелить, и очень долго смотрел в потолок. Думал о Дакоте, о том, какая она красивая была бы в том платье. Еще красивее она была бы без него...

Хэй, Ян! Тебя не в то русло понесло!

Лучше думать на трезвую голову. Я перевернулся на живот и, засунув руки под подушку, попытался уснуть.

***

Утро не задалось из-за боли в руке. Как ни крути, бинты поменять стоило, что я сделал как попало. Спустился на кухню и увидел Дакоту у плиты в коротких пижамных шортах и майке. Она стояла на одной ноге, вторую ступней прижав к колену. Она очень давно хотела заняться йогой, но никак не могла ее осилить. Эта же поза нравилась ей до безумия.

Я бесшумно прошел на кухню и сел за стол, продолжая ее рассматривать. 

— Есть будешь? — спросила сестра, не поворачиваясь ко мне. Как она меня заметила?

— Да, — ответил я, сложив руки в замок и положив их на ноги. — Почему ты не в школе?

— Мне ко второму уроку.

Она отвечала коротко и немного грубо. Еще обижается. Ну, понятно ведь почему. Я всегда говорю ей все, что меня тревожит, а тут даже о какой-то мелочи не захотел рассказать. Я бы, наверное, тоже обиделся. 

Она закончила жарить яйца и бекон, достала две тарелки с полки и, положив на них еду, поставила на стол. Когда она ставила передо мной завтрак, я взял ее за руку и потянул к себе, усаживая на колени. Легкая, как пушинка. Дакота еще дулась, брови были чуть сдвинуты, а щеки больше, чем обычно. 

— Солнышко, не обижайся, — шепнул я и уткнулся носом ей в шею. — Я правда споткнулся, только о свою же ногу. Ты же знаешь, какой я неуклюжий.

— Честно? — она посмотрела на меня своими большими глазами. Сестренка такая невинная, такая наивная, маленькая... Если бы я ей говорил все, что со мной происходит, она бы не любила меня так.

Я киваю, а сам хочу кричать о своей любви. Но молчу для нее же. Она кладет свою голову мне на плечо и вздыхает, но тут же замечает раненую руку.

— Ян, ну кто так бинты закручивает! — она так мило ругается. 

Дакота начинает освобождать мою руку от бинтов и снова их закручивает, на этот раз намного аккуратнее. Я так счастлив, что она заботится обо мне, а не о ком-то другом. Когда с рукой покончено, она вспоминает о школе и кричит дворецкому, чтобы тот погладил ее вещи, которые она вчера подготовила. Сама же рыжая быстро расправляется с завтраком и бежит в спальню собирать сумку. Я усмехаюсь и спокойно доедаю бекон.

Дворецкий совсем не спешит. Он заканчивает утюжить, когда Дакота уже спустилась с сумкой в руках. Быстро надев юбку и красную рубашку из тонкой ткани, обувается в коридоре и, послав мне воздушный поцелуй, выбегает из дома. Я наблюдаю из окна за тем, как она грациозно садится в белый автомобиль и быстро скрывается из поля зрения.

— Чего-нибудь желаете? — лениво спрашивает дворецкий.

— Нет, спасибо, — и я ухожу в свою спальню.

Мобильный свой я нахожу в пиджаке, набираю номер Оливера и жду ответа. Когда друг поднимает трубку, назначаю встречу в кафе и иду собираться. На улице солнце, тепло, значит подойдет обычная черная рубашка и зауженные темно-синие джинсы. Беру телефон и деньги и спускаюсь вниз. 

— Ян, дорогой, доброе утро! — сказала мама, поцеловав меня в щеку. Она как раз шла на кухню. — Не успел глаза продрать, как уже куда-то бежишь. Весь в работе...

— Ну, что ж тут поделаешь, — я пожал плечами и вышел из дома.

Дорога до кафе была не долгой, всего десять минут на машине, а вот Оливера пришлось подождать. Он явился на полчаса позже, чем мы договаривались, что объяснил незапланированной встречей с новыми партнерами по "бизнесу".

— Не парься, работа мелкая, — хмыкнул Оливер и закинул руку на спинку дивана.

— Я еще не парился, — огрызнулся я, чем удивил старого друга.

— Что происходит? — он нахмурился. — Ты второй день сам не свой.

— Дакота покоя не дает, — выдохнул я и перевел взгляд на окно.

— Друг, в таких случаях знакомства на час дела решают, — усмехнулся парень. — Ну, а если серьезно, то тебе стоило бы с ней объясниться.

— Первый вариант мне больше нравится.

— И че, в клуб рванем?

— А почему бы и нет?

***

Единственный клуб, который работает круглосуточно - стрептизклуб на окраине Лондона. После кафе мы сразу же поехали сюда. Внутри был полумрак, много огоньков и куча дыма от кальянов. Мы прошли в центр зала, где нас встретил еврей лет сорока, хозяин клуба.

— Воу, к нам не часто такая знать является, — усмехнулся он и полез обниматься.

Наш старый знакомый, даже как-то работали вместе. Мужчина усадил нас на красные диваны, принес кальян и удалился. Людей было много, хотя еще рано и все должны быть на учебе или на работе. Бармен пританцовывал под громкую музыку и вертел бутылки, разливая содержимое по стаканам.

— Бутылку текилы, — сказал я парню и протянул купюру. Тот дал мне алкоголь, и я, сидя на барном стуле, стал пить прямо с горла. Вроде бы ничего и не случилось, но на душе погано. Дакота моя, но и не моя. Всего лишь брат, Ян! А кто-то станет ее парнем, будет целовать, обнимать, спать с ней...

Я не заметил, как опустошил полбутылки. Мне резко захотелось приключений, и я пошел их искать. На танцполе я присмотрел себе девушку и предложил ей пойти в VIP-комнату, на что та сразу согласилась. Легко как!

В комнате я резко бросил девушку на кровать и навис сверху, жадно целуя в шею. Она выгнулась мне навстречу, затем перевернула меня на спину и села сверху. Медленно расстегнув все пуговицы на блузке, она сняла ее, оставаясь в лифчике и юбке. Ее волосы темно-рыжего цвета упали на плечи, алкоголь ударил мне в голову.

— Дакота, — прошептал я, потянувшись к ней.

— Для тебя я стану кем захочешь, — проворковала она.

Я начал целовать ее в живот, поднимаясь все выше. Она ерзала на мне, запускала свои руки в волосы и оттягивала их назад. Кожа ее была гладкой, это дурманило еще больше. Она издала стон мне на ухо, когда я сжал ее пятую точку руками, и провела языком по моей шее, чем привела меня в чувства. Дакота бы так не делала. Она слишком невинна.

Я скинул девушку с себя и быстро вышел из комнаты, поправляя рубашку. Оторвав Оливера от кальяна, я вытащил его из клуба, усадил в машину и повез домой.

— Неужели не помогло? — удивленно спросил друг.

— Мне теперь мерещится, что я сплю с ней.

— Так переспи с ней! — парень был раздражен. — Слушай, Ян, ты мужик или не мужик? Как ты сказал, так и будет! 

Его слова надолго засели в моей голове. До самого дома я думал над фразой друга, не обращая внимания на его прочую болтовню. Когда я приехал, Дакота была уже дома. Родители решили отправиться в театр, а сестра захотела отдохнуть от учебы. 

Когда я зашел к ней в комнату, девушка лежала на кровати на животе и смотрела какой-то фильм на ноутбуке. Она меня не услышала, и я позволил себе полюбоваться ею. Короткие джинсовые шорты открывали часть ее попы, и меня это манило. Хотелось шлепнуть по попе, сжать ее обеими руками, прижаться к ней своими бедрами... 

— Ян, я тебя не заметила, — улыбнулась Дакота, вытягивая меня из омута. 

— Я только что пришел, — соврал я и прошел к кровати. Она закрыла ноутбук и села, скрестив ноги. — Как день прошел?

— Ничего особенного, а у тебя?

— Тоже, — и снова вру. — Померь платье, — я указываю на большую коробку, и Дакота с радостью бежит к ней. 

Сестра быстро переоделась в ванной и вышла ко мне. Платье на ней сидело прекрасно, декольте было не сильно туго затянуто, но и так грудь выглядела очень соблазнительно. Я встал и медленно подошел к ней. Взяв ее за подбородок, я шепнул ей:

— Ты прекрасна.

И поцеловал.

Поцеловал в губы, такие мягкие и манящие. Провел языком по нижней губе и чуть прикусил ее. Рыжая не отвечала мне, но и не отталкивала. Я понял, что итак сделал очень много лишнего, поэтому оторвался от девушки и вышел из спальни. Дакота осталась стоять на месте, не двигаясь.

Наверное, я сделал огромную ошибку. Да и пусть! Пусть все катится к черту, но я поцеловал ее.

========== Глава 3 ==========

До самого ужина я не выходил из своей комнаты. Дакота тоже не бежала ко мне с расспросами, чему я был рад, но и опечален. Может ей все равно? Зачем ей все это? Я ведь брат, а с братьями отношений не строят. 

— Ян, дорогой, тебе не хорошо? — в комнату зашла мама. Они с папой недавно вернулись с театра, я слышал, как дворецкий предлагал им помощь.

— Все в порядке, мам, — отозвался я, но женщина не послушала и, усевшись на край кровати, начала щупать мой лоб. — Мам.

— Ладно, тогда спускайся, ужинать будем, — и она вышла за дверь.

Я поднялся с кровати и направился в ванную, чтобы привести себя в надлежащий аристократу вид. В зеркале я увидел парня с растрепанными волосами, синяками под глазами и в помятой футболке. Пришлось потратить не мало сил, чтобы уложить волосы, которые я покрасил в Париже в белый цвет. Майку снял вовсе и кинул в корзину для белья, а лицо умыл два раза. Мне даже стало легче дышать, как будто глоток свежего воздуха сделал.

На кухне собрались все: мама стояла за плитой и готовила еду с чудесным запахом, папа читал газету, периодически ухмыляясь, а сестра смотрела в мобильный и с кем-то оживленно переписывалась.

— Ян, садись, чего встал на проходе, — не отрываясь от газеты, сказал отец. 

Я прошел к столу и сел напротив Дакоты. Она отложила телефон и посмотрела на меня. Глаза ее на секунду остановились на голом теле, она опустила голову, и я увидел, как щеки заливаются румянцем. Странно... Она никогда не смущалась меня, даже когда при мне же переодевалась.

Мама поставила перед нами тарелки с блинами и сгущенкой и села рядом с папой. 

— Ну-с, дети мои, рассказывайте, что нового у вас? — поинтересовалась она, отрезая кусок пухлого блина ножиком.

— У меня ничего особенного, — я кинул взгляд на сестру, она пристально на меня смотрела, а затем перевела взгляд на родителей.

— У меня тоже, — пожала плечами Дакота. — В школе готовят вечерний бал для выпускников, я бы хотела пойти.

— Ты же еще в одиннадцатом, ты не выпускница, — удивленно поднял брови отец.

— Да, но ученики старшей школы могут пойти, если их пригласят друзья из двенадцатого класса.

— И кто у тебя знакомый из выпускников? — спросил я, дожевывая первый блин. Сгущенку я никогда не любил, она слишком сладкая.

— Саванна, — обиженно протянула она. — Ян, я же тебе все рассказывала!

— Прости, солнце, я замотался, — я виновато посмотрел на нее и погладил по руке. Она снова смутилась, но не так сильно, и руку не убрала. — Если хочешь, я могу быть твоим сопровождающим. 

— Было бы классно, — радостно улыбнулась она. Делает вид, будто ничего не произошло... Что же, умный ход. Наверное, так и нужно.

— А вот у нас есть новости, — улыбнулась мама. — Нам с отцом нужно уехать на пару дней по работе, так что вы остаетесь с Константином, — она указала на дворецкого, который как всегда стоял со скучающим лицом.

— Еще надо повариху нанять, — пробубнил папа и засунул в рот последний кусок.

— Зачем повариху? Я сама умею готовить, — Дакота была удивлена не меньше моего. То есть, мы с ней останемся на несколько дней вдвоем? Вот так подарочек! Мысленно я ликовал, а лицо выражало грусть. 

— Ну, смотри сама, — пожал плечами мужчина.

Мы все закончили ужинать и разошлись по комнатам. Было только семь вечера, но я уже начинал расстилать кровать и готовиться ко сну. Принял теплый душ и надел спальные штаны. За окном начало темнеть, но завешивать шторы я не спешил: мне нравился вид из окна. 

Кто-то постучал в дверь, я обернулся и увидел Дакоту, которая хотела зайти, но никак не решалась.

— Проходи, — сказал я и сел на край кровати.

Она на носочках добежала до кровати и залезла на нее с ногами, как кошка, усаживаясь рядом. Внутри меня все колотилось, но я старался выглядеть спокойным и умиротворенным.

— У нас ведь все как раньше? — тихо спросила она, и я удивленно посмотрел на сестру.

— Конечно!

— Тогда что это было? В комнате.

— Не знаю, — почти неслышно ответил я. Я не смогу набраться храбрости и сказать ей, что люблю ее. 

— Давай забудем это и будем вести себя как раньше, — она подвинулась еще ближе. 

— Я согласен, — улыбнулся я, а внутри меня оборвалась последняя ниточка.

А чего ты ожидал, Ян? Что она бросится к тебе в объятия и расцелует до полусмерти? Что сразу согласится быть твоей? Она ведь такая хрупкая! А ты рушишь все ее представления об этом мире!

— Ян, — Дакота вытянула меня из моих мыслей, — я люблю тебя, — она поцеловала меня в нос и залезла ко мне на колени, обнимая руками за шею.

Я зарылся лицом в ее пышные рыжие локоны, они как всегда пахли фруктами. Она сама всегда очень приятно пахла. Она была для меня самым сладким плодом. Сладким, но запретным.

Я медленно опустился на спину, укладывая Дакоту рядом. Она по привычке забросила на меня одну ногу, положила голову на грудь и обняла. Ее теплое дыхание грело мою обнаженную кожу. Я гладил ее по волосам и представлял, что так мы можем лежать после каждой совместной ночи. 

"Не опошляй свою любовь к ней!", — кричал мой разум.

Но я не мог остановиться. Как же это трудно — смотреть, но не трогать, целовать, но не в губы, спать, но не с ней. Кому-то повезет с ней, кто-то сможет стать счастливым.

"Никто не будет рядом с ней!", — кричало сердце. — "Только ты! Она ведь никуда не уйдет, ты для нее самый любимый парень!"

Жаль только, что не настоящий.

Мы очень долго лежали молча. Я смотрел в потолок и пытался отвлечься от своих мыслей, а сестра выводила тонкими пальчиками круги у меня на груди. Когда она оставила на ней поцелуй, я вздрогнул, и кожа покрылась мурашками.

— Ян, — прошептала девушка, чуть приподнимая голову.

— М, — тоже шепотом отозвался я.

— Ты спишь?

— Нет.

— Тебе холодно?

Я понял, что она заметила мою реакцию, но решил сослаться на холод, потому что она бы не отстала, пока не добилась бы моего настоящего ответа. Рыжая встала с кровати, и мне сразу стало намного холоднее. Кровать опустела, захотелось встать и идти за ней. Но она всего лишь накрыла меня одеялом, а затем легла рядом со мной.

— Мышка моя, — прошептал я и поцеловал сестру в макушку, сильнее прижимая худенькое тело к себе. 

Она улеглась поудобнее и снова закинула на меня ногу. Она практически полностью лежала на мне, и мне это нравилось. До безумия нравилось. Когда она провела рукой по торсу, чтобы обнять за талию, я понял, что начинаю возбуждаться. Если она заметит, то не поймет меня. Я стал думать на совсем отвлеченные от сестры темы, но с каждым ее поворотом, с каждым движением я хотел ее все больше. 

Наконец, она уснула, и я смог расслабиться. Она теперь точно не узнает о моем состоянии. Вскоре я успокоился. Дакота казалась маленькой девочкой, которую я хотел защищать и держать рядом с собой всю жизнь. Она выглядела такой невинной. Я провел пальцем по ее щеке, отчего она поморщилась. Щекотно. 

Телефон на тумбочке завибрировал: звонил Оливер. Я поморщился от яркой подсветки мобильного и постарался как можно быстрее нажать на зеленую кнопку.

— Да, — шепотом ответил я другу.

— Че так тихо?

— Дакота спит.

— С тобой? — удивился парень, а потом присвистнул.

— Дебил, — я закатил глаза.

— Ладно, я вот чего звоню, — он стал серьезным. — Сегодня надо отвезти товар, ты со мной?

— Не, давай один.

— Тогда следующий заказ отвозишь сам, без меня.

Я согласился и кинул телефон под подушку. Дакота пошевелилась, и я замер, беспокоясь о том, что она проснулась, но девушка лишь потянулась и легла обратно. Я погладил ее по волосам и прижал к себе, закрыв глаза.

***

Проснулся я один. Наверное, вчерашний вечер мне приснился, но я обрадовался, когда услышал шум воды в моей ванной. Значит, Дакота не ушла. Я поднялся с кровати и потянулся. За окном был ранний рассвет, часов шесть утра наверное, но зато какая красота!

— Ян, ты уже проснулся, — довольная Дакота вышла из ванной и подошла ко мне, поцеловав в щеку. 

Она была в одном полотенце, с мокрых волос капала вода на ключицы и стекала ниже, на грудь. Это словно издевательство надо мной. Но она была совершенно безобидной, неуклюже прошлепала мокрыми ногами к кровати и стала натягивать шорты. Отвернувшись от меня и встав ко мне спиной, она скинула полотенце и стала надевать лифчик. Ее обнаженная спина сводила с ума: такая стройная, кожа гладкая, как у младенца. Хотелось покрыть ее всю поцелуями...

— Завтракать будешь? — спросила она, надевая майку на бретельках.

Я успел заметить нижнюю часть ее лифчика, и это возбудило меня еще больше. Я боялся, что она заметит мою эрекцию, поэтому быстро кивнул и направился в душ. Выбрав холодную воду, я разделся и залез в кабинку. Холод снимал напряжение. Член был крепким, и это при том, что я даже не касался сестры. Представляя ее в своей постели, во всех позах, которые знал, я кончил минут за пять. Такого еще ни разу не было. Не могу поверить, что у меня встал на мою Дакоту!

"Ян, признай, она сексуальна", — усмехался демон на моем плече.

Я быстро обмылся, вернулся на землю и мог с чистой душой спускаться на кухню. Сестра уже готовила мои любимые фруктовые салаты. Достав из холодильника взбитые сливки, она начала заправлять ими завтрак.

— Тебе помочь? — спросил я, облокачиваясь о дверной косяк.

— Ян, ты меня напугал, — смущенно усмехнулась она. Рука дернулась, и она обмазала сливками стол. Стерев их пальцем, она его облизала, и это мне снова показалось до ужаса заводящим.

Где мой рассудок? Я отвернулся к окну, чтобы отвлечься, и заметил у дороги Оливера. Он опирался о бампер своего автомобиля и ждал, пока я его увижу. Я сразу понял, что дело серьезное. Поднявшись в спальню, я быстро переоделся в джинсы и рубашку, поцеловал в висок Дакоту и, сказав ей, что приду чуть позже, вышел на улицу.

— Привет, брат, — сказал я брюнету, подходя ближе. Мы обнялись и сели к нему в машину.

— Это нужно отвезти по этому адресу сейчас же, — он протянул мне бумажку с названием улицы и небольшой ящик с морфием.

— Кто же у нас такой заядлый наркоман? — усмехнулся я.

— Говорит, будто врач, но слабо верится, — он хлопнул меня по плечу. — Ладно, Ян, ты обещал, что один поедешь, так что я по своим делам.

— Удачи, — мы пожали друг другу руки, и я вылез из машины.

Быстро добежав до своего авто и стараясь не держать ящик на виду, я сел за руль, ввел в навигаторе название улицы и поехал. Путь был не длинным, всего несколько улиц от моего дома. Заказчик уже стоял на пороге и держал в руках конверт с деньгами.

— Так это ты тот самый наркодиллер, — усмехнулся он, когда я подошел к нему с ящиком.

— А это ты тот самый "доктор"? — я выделил последнее слово.

— Да, — он указал на инвалидную коляску рядом с крыльцом, и мне стало стыдно. — Знаешь, парень, я бы на твоем месте не ломал себе жизнь. Найди себе другую работу, и жизнь заиграет другими красками, — он отдал мне деньги и закрыл передо мной дверь.

========== Глава 4 ==========

POV Дакота

Хоть Ян и сказал, что скоро придет, его не было почти час. Это заставило меня нервничать. Мне никогда не нравилось, что в его девятнадцать лет он уже работает и тратит на работу очень много времени. 

Чтобы хоть как-то отвлечься от своих мыслей, я позвонила Саванне. Она предложила сходить в кафе и обсудить предстоящую вечеринку по поводу ее дня рождения. Звучит заманчиво. Я согласилась, и мы договорились встретиться в кафе рядом с торговым центром через полчаса. В шкафу у меня как обычно творился бардак, но я смогла найти подходящую одежду для прогулки. Надев легкое бирюзовое платье из тонкой ткани, я завязала волосы в высокий конский хвост и спустилась на первый этаж. Ян уже вернулся, но был без настроения.

— Что случилось? — спросила я, на цыпочках подходя к брату. Он нежно гладит меня по щеке и целует в лоб.

— Ничего, все в порядке, — осмотрев меня с ног до головы, он обнимает меня за плечи. — Куда ты?

— С Саванной пойду прогуляюсь.

Ян кивает и идет к лестнице, а я надеваю босоножки белого цвета, бросаю телефон и ключи в клатч и выхожу из дома. На улице тепло, даже очень. Середина мая как никак. Людей на улице в два раза больше, чем обычно, и я стараюсь улыбаться каждому прохожему. Хочется, чтобы у всех вокруг было хорошее настроение. 

Я останавливаюсь, когда на светофоре загорается красный. Время еще есть, если идти быстро, то приду вовремя. У обочины останавливается парень на мотоцикле и снимает солнечные очки.

— Девушка, — обращается он ко мне с улыбкой, — девушка!

— Что? — спрашиваю я и снова отворачиваюсь к светофору. На другой стороне тоже стоят люди и ждут сигнала, разрешающего движение.

— Номерок свой не дадите? — он ухмыляется и поправляет свои черные как смоль волосы. 

— Извините, я спешу, — загорается зеленый, и я быстро перехожу дорогу. Думаю, что парень уехал, но он догоняет меня и идет спиной вперед, лицом ко мне. 

— Ну, что же вы, — его лучезарная улыбка начинает раздражать. — Я ведь не кусаюсь.

— Я же сказала, я спешу.

— Имя свое хоть скажите.

— Дакота.

— Очень приятно, Эдвард, — он тянет свою ладонь для рукопожатия, но спотыкается и чуть не падает. Я ловлю его за воротник рубашки и держу как могу. — Спасибо, — усмехается он и выпрямляется. 

— Не за что, — я изображаю улыбку и отворачиваюсь.

— Как я понимаю, разговора не получится. Что ж, было приятно познакомиться, — он берет мою руку и целует, а затем, улыбаясь, уходит прочь.

Я иду дальше, при этом оборачиваясь. Но Эдвард так и не посмотрел на меня ни разу. Странный парень. Вскоре я дохожу до кафе, где замечаю Саванну. Она выбрала столик не в здании, а на улице, среди цветов и скульптур. Кроме нее на улице сидит одна молодая пара и двое мужчин в деловых костюмах.

— Я думала, ты уже не явишься, — цокнула блондинка и поправила свои круглые солнечные очки. Они меня всегда забавляли. Стекла толстые, черные, сквозь них не видно глаз Саванны. И она в них похожа на крота из Дюймовочки. 

— Я опоздала всего на пять минут, — спокойно сказала я и села напротив подруги в мягкое кресло. Все столики на улице находились под огромными зонтами. Меня обдувал легкий ветерок, и это было приятно. Официант принес меню, и я стала с интересом рассматривать его.

— Я думала, тебя Ян привезет, — сказала девушка. Я поняла, что она захотела его увидеть, ведь я знала о ее чувствах к нему. 

— Мне, пожалуйста, капучино, — сказала я и замолчала, думая над тем, чтобы еще взять, — и шоколадно-клубничное фондю, — я махнула рукой и закрыла меню. Официант поклонился и ушел. — Что ты сейчас говорила? — спросила я у Саванны.

— Чего Ян не довез тебя?

— У него свои дела.

Влюбленность подруги в моего брата начинала раздражать. Она при каждом удобном случае пыталась его упомянуть и постоянно жаждала с ним встречи. Это надоедало, и я даже чувствовала, как начинаю ревновать. Только кого к кому еще не поняла.

Официант принес заказ, и я принялась за трапезу. В это время Саванна объясняла мне план своего праздника: сначала торт, потом пьянка, а потом конкурсы вроде бутылочки.

— Яна возьмешь с собой? — ненароком спросила она, и я закатила глаза. — Ну хватит так делать! — обиженно воскликнула подруга.

— Не кричи, возьму.

Я допила кофе и закинула ногу на ногу. На дороге было оживленное движение, а в здании кафе толпилась куча желающих съесть по мороженому в такую теплую погоду.

— Поможешь мне тогда квартиру украсить и закуски приготовить? — Саванна что-то отмечала в своем блокноте и не смотрела на меня.

— Куда ж я денусь, — вздохнула я.

— О-о, — воскликнула блондинка и с улыбкой посмотрела на меня, откидываясь на спинку кресла, — я ж тебе новость не рассказала. У меня в классе новенький.

— А какой смысл переводиться в конце учебного года? Всего полмесяца осталось.

— Не знаю, — пожала плечами Саванна, — но он красавчик. Эдвардом зовут.

— Эдвард? — я усмехнулась, вспоминая недавнего поклонника. — Не тот ли это байкер с черными волосами?

— Как ты узнала? — удивилась подруга.

— Да клинья тут ко мне подбивал, пока к тебе шла, номерок просил, — я усмехнулась и почувствовала вибрацию в сумочке. Звонил Ян. — Да. Уже? Да, хорошо, скоро буду.

— Что такое?

— Родители уезжают по делам, надо попрощаться, так что пора идти.

Я встала с места и, положив деньги за десерт под тарелку, обняла блондинку на прощание. Времени было катастрофически мало, поэтому пришлось пробежаться. К тому времени, как я добралась до дома, успела хорошо вспотеть. Одежда неприятно прилипала к телу.

— Ну, сынок, пока, — говорила мама Яну, когда я зашла в дом. Я застала их в самую последнюю минуту. — Дакота, дорогая, присматривай за ним, — усмехнулась женщина и крепко меня обняла, поцеловав в щеку.

— Идите сюда, дети мои, — сказал папа и сжал нас с Яном в объятиях.

Через пару секунд ему пришлось нас отпустить, так как мама его подгоняла. Боялась опоздать на самолет. Они взяли чемоданы и остановились у двери.

— Будьте умницами, слушайтесь Константина, — сказала мама, послала нам воздушный поцелуй, и они с папой вышли из дома.

***

POV Ян

Дакота сразу после ухода родителей убежала наверх, а я остался на кухне мыть посуду. Тарелок было мало, но и это мне было лень мыть. Дворецкий как обычно сидел в гостиной на кресле и читал книгу. Константин уже так давно работает у нас, что уже и представить наш дом без него трудно. И хоть вид его всегда был сонный и ленивый, сам же он был добрейшей души человек. И если уж случись что, то он первый придет на помощь. 

Домыв всю посуду, я поднялся наверх и по привычке зашел сразу к Дакоте. В спальне ее не оказалось, но зато была открыта дверь в ванную. Я подошел к проходу и увидел сестру в душевой кабине. Совершенно голую. Мозг мой понимал, что нельзя смотреть, но уйти я просто не мог. Ее стройная фигура так и манила, хотелось гладить худую спину, с силой сжать руками упругую попу, прижать ее к стене и сделать то, о чем нельзя думать. 

Но я не могу этого сделать. Нет, вернее, могу, но не буду. Я ведь брат, и она любит меня только как брата. Если я нарушу все человеческие принципы, она мне не простит.

Одолев себя и свое желание, я прошел в комнату и подошел к окну, рассматривая улицу. Ничего особенного, дома и где-то за домами кипит жизнь. Наш район спокойный, потому что здесь живут одни лишь аристократы вроде нас. Никаких хулиганов, которые могли бы напугать мою Дакоту. Я за нее спокоен.

Она неожиданно обняла меня сзади, сцепив руки у меня на животе. Хочется развернуться и снова ее поцеловать, но на этот раз получить ответ. Однако я понимаю, что такого не случится, поэтому просто глажу ее по руке.

— Ян, — шепчет она. — Потанцуй со мной.

Я оборачиваюсь, чтобы убедиться в том, что она действительно этого хочет. Сестра смотрит на меня большими глазами, и я соглашаюсь. Она бежит к стереосистеме и включает ее любимую песню Nickelbackk —  Far Away. Дакота подходит ко мне и скромно тянет свои ручки. Я обнимаю ее за талию, и мы начинаем топтаться на одном месте. Потом я беру ее за правую руку, и мы начинаем танцевать движения из вальса, смешанные с импровизацией. За то время, пока мы кружимся по комнате, я впервые действительно вслушиваюсь в текст песни. Она будто бы про меня.


— Ян, — снова шепчет Дакота. Мы не останавливаемся, но замедляем шаг, переходя на совсем медленные движения. — Ты ведь не уйдешь от меня?

— Ты что такое говоришь? — я удивленно смотрю на  сестру. — Нет конечно, дурочка.

— Я люблю тебя, — она резко прижимается к моей груди и обнимает меня. 

— И я тебя люблю, — шепчу я в ответ и целую ее в макушку.

Ты даже не представляешь, как я тебя люблю...

Раздается стук в дверь, и в спальню заглядывает Константин. Музыка уже закончилась, мы с сестрой просто обнимаемся.

— Мисье Ламберт пришел, — говорит дворецкий и, поклонившись, выходит.

— Мышка, я скоро вернусь, — говорю я сестре и выхожу из спальни.

На кухне уже сидит Оливер и распивает чай с печеньем. У него абсолютно умиротворенный вид и его ничего не заботит. Сейчас для него существует только чай. Впрочем, он только за ним сюда и ходит.

— Привет, — говорю я и жму другу руку, усаживаясь напротив.

— Здарова, — он дожевывает печенье. — Хотел тебе предложить сходить на презентацию нового гоночного автомобиля. Говорят, высший класс, на этих соревнованиях всех порвет.

— Так и в прошлом году говорили, — отмахнулся я. — А сама тачка почти на самом старте заглохла.

— Она недоработанная была, — быстро проговорил Оливер. — Ну, идешь? Дакоту возьмем, чтобы дома не сидела.

— Если только с ней, — ответил я. Любой поход с ней был для меня в два раза интереснее, нежели я пошел бы один.

— Окей, — друг хлопает в ладоши и встает. — Тогда заеду за вами в шесть.

Мы прощаемся, и парень уходит. Константин стоит у прохода и ждет моих указаний, но я молча прохожу мимо и поднимаюсь к Дакоте. Я удивился, когда увидел, что она лежит на кровати и спит. Наверное, на ней сказался подъем в шесть утра. Я тихо, на цыпочках, подхожу к кровати сестры и сажусь на край рядом с ней. Она очень милая, когда спит. Смотрел бы на нее вечно, но нужно идти. Хочу купить ей платье для презентации, она будет довольна. 

— Константин, — зову я дворецкого, когда спускаюсь на первый этаж. Мужчина медленно выходит из гостиной и складывает спереди руки. — Дакота уснула, присматривай за ней. Когда проснется, скажи, что я скоро вернусь. 

Дворецкий кивнул. Я, взяв телефон и деньги, вышел из дома и сел в машину. В салоне оказалось душно, из-за чего я расстегнул рубашку на две верхние пуговицы. На моем худощавом теле она казалась мешковатой, но это так и нужно. Я открыл окно и завел автомобиль. До моего любимого магазина было довольно далеко, но это того стоило. Я сразу же обратил внимание лишь на одно черное платье, которое и купил. К нему продавщица помогла подобрать черные лаковые босоножки на шпильке. Весь образ мне очень нравился. Рыжие волосы Дакоты смотрелись бы очень ярко с этим платьем. 

— Вашей девушке повезло с парнем, — улыбнулась продавщица и пробила мне покупки. 

— Ну да, — горько усмехнулся я и протянул деньги. 

Когда я вернулся, сестра еще дремала. На часах было четыре часа дня, нужно было готовиться к презентации. Я провел пальцем по щеке Дакоты, засмотрелся на ее мягкие черты лица, а потом вспомнил, что ее нужно разбудить.

— Дакота, — шепнул я и начал легко трясти за плечо. Она приоткрыла глаза и потянулась, как котенок. Это вызвало у меня улыбку. 

— Я заснула? — усмехнулась она и опустила ноги с кровати, но не поднялась. 

— У нас в шесть важное мероприятие, я тебе сюрприз приготовил, — я указал ей на белый бумажный пакет, в котором было платье и туфли. Она сразу же потянулась к нему и стала рассматривать. 

— Вау, — она осмотрела наряд и улыбнулась. — Спасибо, — рыжая поцеловала меня в щеку и убежала в ванную переодеваться. 

Через пару минут она вернулась, и я понял, что не ошибся с выбором. Черное платье сильно облегало стройное тело девушки, подчеркивая каждое ее достоинство. Оно было чуть выше колена, полностью черное из плотной ткани. Перед был полностью закрыт до самого горла, зато спина была открыта. Рукава были длинные, до запястий. Туфли на высоком каблуке делали Дакоту стройнее и сексуальнее. Рыжие волосы падали на плечи, и контраст рыжего и черного выглядел очень элегантно. 

— Шикарно, — выдохнул я. Других слов у меня не нашлось. 

И тут я понял, что на презентации будет очень много парней. Они заметят мою Дакоту, будут на нее глазеть. В принципе, это и хорошо, ведь она будет ходить со мной, и все поймут, что я король на этой вечеринке. В своих мыслях я хитро усмехнулся и пошел к себе, чтобы подготовиться к мероприятию. 

========== Глава 5 ==========

К приезду Оливера мы были полностью готовы. На мне была черная футболка, джинсы и кожаная куртка. Рукава я закатал до локтя, не люблю опущенные. Волосы как всегда убрал назад, поправил сережки в ушах и в носу и один раз брызнул на себя духами, которые Дакота дарила перед моим отъездом. Берегу их.

Она спустилась на первый этаж, такая элегантная и сексуальная. Платье сидело на ней прекрасно, на шее был кулон, что я подарил ей на день рождения. Он аккуратно лежал на платье, которое закрывало перед до самой шеи. В руках она держала золотистый клатч. Нежный макияж в коричневых тонах делал Дакоту еще женственнее. Рыжие волосы были небрежно собраны на затылке и заколоты невидимками. Одну прядь спереди Дакота оставила распущенной. Сейчас она была королевой. 

— И ты снова великолепна, — улыбнулся я. 

— Спасибо, — смущенно ответила она и взяла меня под руку. 

Оливер ждал нас у дороги возле своего автомобиля. Из салона доносилась музыка, которая поднимала настроение и говорила о том, что сегодня не будет скучно. Я пожал другу руку, а Дакота обнялась с ним. У них всегда были хорошие отношения, так как Ламберт практически жил в нашем доме: и днем и ночью сидел на кухне и пил мой чай. 

— Готовы к атмосфере понтов и богатства? — Оливер усмехнулся и завел машину. Мы кивнули. — Тогда поехали!

Презентация проходила в клубе в центре города. Самая широкая улица, на которую мы прибыли, была предназначена как раз для гоночных состязаний. Играла клубная музыка, как я понял, это был трек Dirty Danger — Badman. Клуб специально немного перестроили: теперь там были красные стены с граффити, много прожекторов, направленных на новые автомобили, которые также, как и стены были разрисованы буквами и картинками разных цветов. На высоких пъедесталах танцуют девушки в откровенных костюмах, официанты разносят алкоголь и канапе. Я обнимаю Дакоту за талию и веду ее в середину зала, где образован круг из пяти новых авто. 

— В этом году и презентация в пять раз круче, — присвистывает Оливер и хватает у официанта поднос с закусками. 

— Поесть сюда пришел? — усмехаюсь я. Сестренка с интересом рассматривает гоночные машины. — Если хочешь, могу подарить тебе такую, когда на права сдашь, — я ухмыляюсь. Приходится говорить ей прямо на ухо, потому что из-за громкой музыки ничего не слышно. 

— Мне нужно что-то поспокойнее, — улыбается она. 

Как я и думал, многие парни не отводили от Дакоты глаз. Девушек на презентации было очень немного (не считая танцовщиц), а из тех, что были, моя была самой красивой. Я всегда это знал. В принципе, я могу сам себе завидовать, ведь никто не сможет быть настолько близок к ней. 

— Хочешь пить? — Дакота кивает. — Подожди здесь, я схожу за шампанским.

POV  Дакота

Ян уходит, и я быстро теряю его в толпе. Оливер уже давно испарился. Его тяга к машинам была сильнее любой другой его зависимости. Он не пропускал ни одной гонки, которая проходила в Англии. Даже пару раз специально на один день летал в Германию, чтобы посмотреть на мощь немцев. Его восторг нельзя передать словами.

Мне пришлось стоять одной и рассматривать машины, которые образовывали круг. Однако мое одиночество продлилось совсем недолго. Ко мне подошел тот самый парень на мотоцикле с той же лучезарной улыбкой. В этот раз я отнеслась к нему спокойно и доброжелательно, нежели утром. 

— Это судьба, — усмехнулся он и с поклоном вручил мне тюльпан, который, видимо, только что сорвал во дворе. — Ты тут одна? 

— Нет, с братом и другом, — ответила я, принимая цветок и ради приличия улыбаясь.

— Не хочешь как-нибудь сходить в кино? — Эдвард выжидающе смотрел на меня.

— Я не против, — пожала я плечами. Мысль хорошая, я уже давно не была в кино. 

— Отлично, — Эдвард радостно улыбается. Он такой оптимист! Это хорошо с одной стороны, но с другой стороны немножко раздражает. У него, похоже, нет никаких проблем, ему на все плевать. — Тогда дай мне свой номер, чтобы я смог с тобой связаться.

Я только собиралась достать телефон, чтобы записать и парня в свои контакты, как подошел Ян с двумя бокалами шампанского. Один он отдал мне, второй с силой сжимал пальцами, костяшки аж побелели. Вид его был не такой радостный, как прежде. Он обнял меня за талию, не отрывая глаз от Эдварда.

— Проблемы? — грубо спросил он. Я давно не слышала у Яна такого грубого голоса, мне даже немного не по себе стало. 

— Нет, а у тебя? — мой знакомый тоже изменился в лице. Его итак узкие глаза сузились еще больше, он выпрямился и выставил грудь немного вперед.

— Что ты хотел от моей сестры?

— Всего лишь номер взять.

Атмосфера накалялась, воздух стал чуть-чуть плотнее. Я с волнением наблюдала за ситуацией и надеялась, что все обойдется. Ян не раз посылал моих ухажеров, дело доходило даже до драки. Брат всегда был безбашенным, если дело касалось меня. Сейчас я абсолютно спокойна была за него, но меня пугало то, что он мог сделать с Эдвардом.

— Никакого номера, — прошипел Ян. — Еще раз тебя рядом с ней увижу — из больницы месяц не вылезешь. 

— Я уже обделался, — театрально вздохнул брюнет и усмехнулся. — До встречи в кино, Дакота, — Эдвард наклонился, поцеловал меня в щеку и ушел прочь. Ян сорвался с  места и чуть не ударил его, но я остановила брата.

— Успокойся, он нарывается просто, — я взяла блондина за руку и начала гладить по тыльной стороне ладони. 

— Про какое кино он говорил? — парень был хмурым. — Ты что, куда-то с ним собралась? — он чуть ли не кричал на меня. Я успела только лишь рот открыть, как он заговорил опять. — Ты никуда с ним не пойдешь. Это не обсуждается!

Первый раз я вижу Яна настолько злым по отношению ко мне. Он привел Оливера и, грубо схватив меня за руку, повел к выходу. Он объяснил наше возвращение тем, что еще одного моего ухажера он не выдержит. Мне показалась его интонация странной. Но я сидела молча, смотрела в окно и не рисковала спорить с братом.

Оливер не захотел заходить к нам, так как было уже восемь вечера. Мы попрощались с другом и зашли в дом. Я сразу сняла туфли и ощутила радость, когда ноги избавились от каблуков. Не говоря Яну ни слова, чтобы снова его не разозлить, я поднялась в комнату.

POV Ян 

Первым делом я налил себе сока, чтобы освежить горло. Пока думал о том парне, пришел к выводу, что поступил с Дакотой слишком жестоко. Я ведь ее брат, я должен желать ей лучшего. Но не с ним! Ни с кем, только я! Она только моя... И она, похоже, обиделась, раз даже не поговорила со мной. 

Я обмыл стакан и пошел следом за девушкой. Ее дверь оказалась закрытой изнутри, так что я не смог зайти. Мне пришлось стоять на коридоре и разговаривать с ней через эту преграду. 

— Солнце, открой, — сказал я. Дакота молчала. — Хватит тебе дуться. 

— А ты пустишь меня в кино? 

— Нет, — я уже чуть было не сорвался, вспомнив о том парне, но ради Дакоты решил сдержать свой гнев. 

— Тогда не открою. 

— Да что же это такое? — воскликнул я и ударил кулаком в дверь. — Ты так хочешь с ним увидеться? 

— Ян, это всего лишь друг! Я просто хочу сходить в кино! — ее голос был отчаянным, мне казалось, она вот-вот заплачет. 

— Друзья не целуют в щеку. 

— Мои — целуют.

— Вот сейчас не понял, — злость из меня уже вырывалась. Представляя, что мою сестру кто-то целует, я чуть не вынес дверь. — Имена их, быстро! 

— Ян, ты изменился, — тихо сказала она, стоя у самой двери. — Почему ты такой? 

— Какой?

— Жестокий.

"Просто я люблю тебя", — хотел я сказать, но это было бы моей огромной ошибкой. Я провел пальцем по двери, где, по моему предположению, стояла Дакота, и вздохнул. Я ощутил усталость во всем теле, захотелось просто лежать и ничего не делать.

— Забудем об этом. Иди, если для тебя это так важно, — тихо ответил я и ушел в свою спальню. Я лег на кровать и стал смотреть в потолок, обдумывая все свои действия. Может, я зря стараюсь? Зря ограждаю ее от всех парней? У меня все равно нет шансов. 

POV Дакота

Ян ушел. Его шаги стихли, а дверь в комнату тихо захлопнулась. Я долго сидела на полу и обдумывала все, что с ним сейчас творится. Я не могла залезть к нему в голову и прочитать его мысли, но он меня настораживал. Сначала поцелуй, теперь эти скандалы. Предположить, что я ему нравлюсь, было бы глупо. Очень глупо. Но как тогда объяснить его действия? 

Спустя какое-то время я вышла из спальни и тихо пробралась в комнату Яна. Свет нигде не горел, только луна освещала помещение из открытых окон. Брат как всегда не закрыл шторы и даже не расстелил постель. Уснул на покрывале. Его дурная привычка лежать и смотреть в потолок. Она передалась и мне. Когда у меня проблемы, я долго считаю звезды на потолке, которые собрала несколько лет назад, будучи еще маленькой девочкой. И я действительно понимала Яна: от этого становилось легче, я успокаивалась. Тогда что мучает его? 

Я достала из шкафа плед и укрыла Яна, чтобы он не замерз ночью. Присев на край кровати, стала гладить его по волосам, водить пальцами по лицу. Он сильно исхудал, его скулы стали еще выразительнее, чем были раньше. Светлые волосы ему шли, сережки в ушах мне тоже нравились. Нос он проколол еще год назад — самый первый его пирсинг. Знаю, что у него есть несколько татуировок на теле, но что они значат, Ян не хочет рассказывать. 

— Что же с тобой происходит? — тихо спрашиваю я. Луна освещает лицо Яна, и я любуюсь им. 

— Все очевидно, — говорит Константин и заходит в комнату. От неожиданности я вздрагиваю. — Он влюблен. 

— Влюблен? — удивляюсь я, ибо никогда не видела брата с девушкой. Лишь легкие увлечения, не более. — В кого?

— В вас, — дворецкий серьезно смотрит мне в глаза, а потом берет за руку и уводит из комнаты. — Дакота, вы изумительная девушка, нежнее вас я никогда не встречал, но порок ваш в том, что вы завладели собственным братом. 

Он завел меня в нашу домашнюю библиотеку — любимое место отца. Константин зажег камин и сел в кресло рядом со мной. Мы долго молчали, наблюдая за играми пламени. Можно смотреть вечно на то, как горит огонь. Я думала над словами мужчины, но никак не могла до конца поверить в их правдивость. Ян ведь мой брат, никаких чувств не может быть. Нет.

— Может быть, вам и кажется это абсурдом, но стоит только заметить взгляд, с которым он на вас смотрит, и все становится ясно, — дворецкий посмотрел на меня и сжал губы в подобии улыбки. — Это отнюдь не плохо, нет, — покачал он головой, — но это больно. Вы заставляете его страдать. 

— И что же мне делать? — я волновалась за Яна и хотела, чтобы все стало как раньше, но так уже не будет. 

— Слушать сердце, — прошептал Константин и коснулся своей груди. — Поступайте так, как оно вам велит, — с этими словами он поднялся и медленно вышел из библиотеки, оставив меня наедине со своими мыслями и сердцем. 

========== Глава 6 ==========

    Комментарий к Глава 6
    Хочу предупредить вас насчет английской системы обучения. Все, что я написала в этой главе — не выдумка. Ученики действительно все выбирают сами. Я это не из головы взяла, у меня научная работа по английскому и я имею много материала на эту тему. :)
Всю ночь я просидела у кровати Яна, наблюдала за тем, как вздымается его грудь при спокойном дыхании, как слегка дрожат ресницы, как сам парень сжимает во сне край одеяла. Мое сердце пропитано любовью к нему, но любовью сестринской, не такой, как его. И как поступить я не знаю. Теперь все стало на свои места: тот поцелуй, вся эта ревность, его восторженные взгляды. Всю ночь я думала над происходящим и не смогла прийти к решению. В прочем, решению чего? Проблемы? Нет, это ведь вовсе не проблема, это... это чувства. Просто нужно справиться со всем этим. 

К утру меня начало клонить в сон, и я заснула моментально, а проснулась из-за нежных прикосновений к своим волосам. Не открывая глаз, я поняла, что это Ян. Хотелось поговорить с ним, спросить о его чувствах, вдруг Константин ошибся. Но я решила не выдавать его, буду просто наблюдать и делать выводы. 

Ян склонился надо мной, когда я открыла глаза. Он нежно улыбнулся и помог мне встать с кровати. На прикроватной тумбочке стоял поднос с завтраком: блинчики со сгущенкой, апельсиновый сок в моем любимом красном стакане и маленькая тарелка с вафлями с ореховой начинкой. Ян знает, что мне нужно! Я обняла его, чмокнула в щеку и взяла в руки тарелку с блинами, усаживаясь на кровати по-турецки. Еда была еще совсем теплая, аромат от нее шел изумительный. Я и не догадывалась, что мой брат умеет готовить. 

— Как спалось? — спросил он с улыбкой. Такой ласковый, такой родной, он всегда задавал мне этот вопрос. В детстве, когда мне снились кошмары, он приходил и ложился рядом, рассказывая сказку. Мог всю ночь глаз не сомкнуть, но все равно оберегал мой покой. После этого он привык узнавать как прошла моя ночь. 

— Хорошо, — кивнула я, опуская глаза. Не хотела говорить, что до самого утра смотрела на спящего Яна. 

— Дакот, я... — он тяжело вздохнул и отвернул голову, — я хотел извиниться за вчерашнее. Я знаю, что не могу решать за тебя, просто... 

Он замолчал, будто хотел сдержать слова, которые вырывались наружу. Я все итак поняла. Отставив тарелку на тумбочку, и доползла до брат и прижалась к его плечу, обхватив руками предплечье. Вроде бы и исхудал в своем Париже, а руки накаченные. От него приятно пахло мылом и духами, которые я ему дарила. Ян положил свою голову мне на макушку, а затем поцеловал в лоб. 

— Я люблю тебя, — прошептала я, уткнувшись носом ему в шею. 

— И я тебя люблю.

***

Сегодня уже нужно идти в школу, свободные дни закончились. Осталось совсем немного времени до летних каникул, которых я жду с нетерпением. Хочется высыпаться по утрам, а потом понимать, что никуда не нужно идти, и радоваться. Как мало нужно для счастья. 

Из одежды я выбрала черные джинсы, черную боксерскую майку, облегающую грудь и талию, и наверх кожаную куртку, чтобы не замерзнуть. У нас в школе учителя помешаны на проветривании, поэтому в школе холоднее, чем на улице. Я захватила сумку с учебниками, телефон и спустилась на первый этаж, где Ян уже обувался. Он вызвался подвезти меня, и я была не против. Надев белые кроссовки, чтобы не выглядеть как гот, я вышла вслед за братом. Он открыл передо мной дверцу своего красного кабриолета и улыбнулся. 

— Спасибо, — кивнула я и села в машину.

Доехали с ветерком. В прямом смысле. Так как крыши не было, нас обдувало со всех сторон, и к моменту, когда мы подъехали к школе, мои волосы были похожи на гнездо. Пришлось расчесаться перед тем, как выйти. Ян с улыбкой наблюдал за моими действиями, поправляя солнечные очки. Его белые волосы остались нетронутыми, по-прежнему уложенными назад. 

— Будет и на моей улице праздник, — хмыкнула я и выбралась из автомобиля. 

В школьном коридоре было не так уж много людей, все уже разошлись по классам, чтобы ненароком не опоздать на урок. Я направилась к своему шкафчику, куда складывала все школьные принадлежности. Листы с заданиями находились в огромной черной папке, которая служила нам как учебник. Там было все: и математика, и английский, и история. Взяв папку из своего шкафчика, я собралась идти в кабинет математики, как на меня налетел какой-то человек. Папка вывалилась из рук, и половина листов разлетелась по полу. 

— Извини, я не специально, — пробормотал парень и присел на корточки в то же время, что и я, чтобы собрать бумаги. 

— Эдвард! — улыбнулась я, подняв голову и посмотрев на виновника происшествия. 

— Дакота, — усмехнулся он. — Не ожидал, что увижу тебя здесь. 

— Как тесен мир. 

Я забрала из рук парня листы и вложила их в папку, прижимая ее к груди. Эдвард вызвался проводить меня до кабинета, и у двери мы остановились, чтобы закончить нашу тему разговора. В кабинете уже половина учеников сидела за партами, и некоторые девушки с нескрываемым интересом наблюдали за мной и Эдвардом. 

— Думаю, подходящий момент еще раз пригласить тебя в кино, — брюнет с ожиданием смотрел на меня и улыбался. Он начинает мне нравиться, с ним приятно находиться рядом. 

— Почему бы и нет? — выдохнула я и улыбнулась в ответ. 

— Тогда встретимся сегодня в пять у кинотеатра "Электрическое кино".

— А почему он? — удивилась я. — Он ведь один из самых маленьких. 

— Тем и привлекает, — Эдвард подмигнул мне и побежал к лестнице. В этот момент прозвенел звонок на урок, и я зашла в кабинет. 

Парты у нас рассчитаны только на одного человека, поэтому я могла сидеть на своем месте, как барин. Математику я не люблю, поэтому выбрала самый простой уровень обучения по этому предмету, но зато обожаю французский язык. Он у меня изучается на повышенном уровне, чему я безумно рада. Как и в Америке, в Англии система образования такова: ученик сам выбирает какие ему предметы учить, сам выбирает на каком уровне он будет их изучать и сам составляет свое расписание. Учителя раздают нам листки с распечатанными на них заданиями, как для классной работы, так и для домашней. Именно поэтому Саванна, которая учится в двенадцатом классе, сидит сейчас прямо передо мной. Она что-то быстро написала на маленьком клочке бумаги и кинула мне, пока учитель не заметил. 

"Что это ты с Дэвидсоном там делала?"

Закатив глаза, я тяжело вздохнула. Ох уж это ее любопытство... Я быстро написала ответ и кинула ей. Она со следующим вопросом не медлила.

"И что? Пойдешь?"

"Да."

Я услышала, как Саванна недовольно усмехнулась, но больше ничего у меня не спрашивала. 

***

Я стояла в своей комнате перед зеркалом и танцевала под песню Cash Cash – Overtime. Она играла довольно громко, проникая в самую глубину души. Настроение было замечательное, а на часах — четыре вечера. Нужно собираться на встречу. Почти вприпрыжку я ходила по комнате, бросая одежду со шкафа на кровать, прикладывая к себе и рассматривая себя в зеркале. На припеве я, конечно же, не удержалась и стала просто танцевать, мотать волосами в разные стороны и представлять, что я певица, а клатч в моей руке — мой микрофон. Когда же песня закончилась и заиграла другая, я вспомнила, что нужно что-то выбрать из одежды. На кровати лежало много вещей, которые подошли бы для похода в кино с друзьями, но не с парнем. В прочем, мы же с ним только познакомились, почему я не могу считать его потенциальным другом? Но все равно одежда была не та. 

Только к половине пятого, когда уже нужно было выходить, я решила надеть красную рубашку из очень легкой ткани, кожаную клешеную юбку выше колена и черные замшевые ботильоны с большой цепью у краев. Волосы решила оставить распущенными, так как времени не оставалось, из макияжа нанесла лишь тушь и помаду нежного бежевого цвета. Захватив кожаную куртку и клатч, я вышла из комнаты. На первом этаже мне встретился Ян, который был явно удивлен тем, что я куда-то ухожу. 

— Я в кино, вернусь поздно, — быстро проговорила я, чтобы он не возражал, чмокнула его в щеку и вышла из дома. 

На улице было свежо. Именно свежо, а не прохладно. Солнце уже садилось за горизонт, а я обожаю закаты также сильно, как брата. Хотя... С братом ничто и никто не сравнится, это моя вселенная. Пока шла к Эдварду, снова думала над тем, что происходит с Яном. Он, наверное, сейчас сердится, думает, с кем я и где я, а я просто ушла. 

— Привет, — услышала я рядом с собой голос. Со своими мыслями я не заметила, как дошла до пункта назначения. Эдвард стоял и брутально улыбался. На нем были темные джинсы, белая футболка и кожаная куртка. В чем-то наши вкусы совпадают. 

— Привет, — я сложила перед собой руки, держа клатч, и подошла к парню ближе. 

— Идем.

Эдвард приобнял меня за талию и повел в здание, выполненное в немного старинном стиле, а над входом висело название кинотеатра, которое с наступлением темноты загоралось красным светом. Я ожидала от маленького кинотеатра чего угодно, но не такого уюта, как оказалось на самом деле. Хоть здание было небольших размеров, оно вмещало зал для сеансов и бар (что-то вроде ресторана), в котором можно было заказать ужин. Зал был уставлен красными кожаными креслами с широкими мягкими подлокотниками, через каждые два кресла стояли столики со светильниками. Стены молочного цвета были в стиле восемнадцатого века, типичный аристократизм. Экран заключен в картинную раму и завешан плотной красной шторой. Людей было мало, что меня удивило, ведь сейчас самое время для отдыха.

— Прошу, — Эдвард указал на одно из кресел в центральном ряду, и я почувствовала весь комфорт мебели. 

— Здесь неплохо, — осматривая зал, сказала я. 

— Я знал, что тебе понравится, — усмехнулся парень. Официант из бара принес нам два бокала шампанского и клубничное мороженое для меня, которое заказал Эдвард. 

Пока мы ждали фильм, брюнет рассказывал забавные истории из своей жизни. Я тоже рассказывала ему о своей судьбе, об отношениях с братом, о его привычке уезжать куда-то. Наконец свет в зале погас, и мы переключили все внимание на экран. Шампанское мы с Эдвардом уже выпили, мороженое я решила оставить для фильма. И странно, что оно не таяло. Нам показали какую-то мелодраму, и хоть я не люблю такие фильмы, потому что очень сентиментальная, этот фильм произвел на меня впечатление. 

— Приятно было провести вечер с такой красивой девушкой, — улыбнулся Эдвард, когда мы остановились у дома. На улице уже было совсем темно, из окон горел свет. 

— Спасибо, — скромно улыбнулась я. Мои щеки начали заливаться румянцем. — Мне тоже понравилась наша прогулка. 

— Надеюсь, она не последняя?

— Посмотрим, — ухмыльнулась я. 

Эдвард медленно подошел ко мне и, убрав волосы с лица, нежно прикоснулся губами к моим губам. Поцелуй получился легким, почти невесомым. Он отстранился, но не убрал руку с моей щеки, его глаза смотрели в мои. В это же мгновение он снова поцеловал меня, только настойчивее, более страстно. Одной рукой он прижал меня к себе, другую положил на шею. Внутри меня что-то екнуло, такое происходит в волнительные моменты. Только я расслабилась в руках Эдварда, как он резко отстранился от меня. 

Рядом со мной стоял разъяренный Ян в джинсах и черной рубашке, расстегнутой на несколько верхних пуговиц. Он сильно сжимал кулаки, от злости его скулы стали выразительнее. Эдвард сначала опешил, а потом выпрямился и с таким же выражением лица посмотрел на моего брата. 

— Я вижу, до тебя с первого раза не доходит, — грубым голосом произнес Ян. — Не прикасайся к ней. 

— А чего ты за нее решаешь? — Эдвард сузил глаза. — Она была не против. 

— Дакота, иди в дом, — не отрывая глаз от парня, произнес Ян. Я вцепилась ему в руку, чтобы увести его, и почувствовала, как напряглись его мышцы. 

— Ян, не трогай его, идем, — я была напугана, ведь представляла последствия их "разговора". Я не знала, на что способен Эдвард, что меня и пугало. 

— Ты еще не раз меня увидишь, — нагло ухмыльнулся брюнет и, послав мне воздушный поцелуй, начал отдаляться от дома. 

Брат молча развернулся и направился в дом. Я еле успевала за ним. Он закрыл за мной входную дверь, крепко схватил за руку и повел на второй этаж. Только зайдя в свою комнату вместе со мной и закрыв дверь, он дал волю своей ярости. 

— Что он себе позволяет? — взревел Ян. Вены на руках стали такими четкими, что я отступила на один шаг назад. — Какого черта он к тебе прикасается? — брат стал приближаться ко мне. — Ты только моя. Только я могу тебя целовать. 

Он прижал меня к стене, расставив руки по обе стороны от моей головы. Я чувствовала его дыхание, слышала сердцебиение, в комнате от напряженной ситуации будто воздух стал плотнее. Глаза Яна осматривали мое лицо, и он начал тянуться ко мне, но у самого лица остановился. Пару секунд он не шевелился, а затем оттолкнулся от стены и отошел к кровати, повернувшись ко мне спиной. 

— Уходи.

Я до сих пор не могла осмыслить произошедшего, но мои ноги сами несли меня к двери.

========== Глава 7 ==========

POV Ян

Дакота тихо захлопнула дверь за собой. Я даже не слышал ее шагов, так сильно я ее обидел. Я будто находился в тумане, ничего не видел, не слышал. Не соображал вообще. Сев на край кровати, я стал пустыми глазами смотреть в одну точку. Только что я сорвался, сказал лишнее. Что она обо мне думает? Придурок? Ненормальный? Я не пойду к ней, потому что станет еще хуже, я знаю. 

На часах восемь вечера, не так уж поздно. После нескольких минут раздумий я все же беру телефон и набираю номер Оливера. Ответа долго нет, но в конце концов он поднимает трубку. Его сонный голос выдает раздражение. 

— Че ты хочешь?

— Что ты делаешь? — задаю я глупый вопрос, хотя знаю, что он уже спит. 

— Эверест покоряю, — лениво отвечает друг. Я усмехаюсь, но мне совершенно не до шуток. Предлагаю ему поехать в клуб. — Иди ты в баню, Райс, — фыркает парень. 

— Значит, через пару минут буду у твоего дома. 

Кладу трубку и кидаю телефон на подушку. Черная рубашка и джинсы вполне подходят для небольшой "прогулки", так что переодеваться не буду. Оставляя телефон на кровати, чтобы Дакота не смогла дозвониться, тихо выхожу из спальни и спускаюсь на первый этаж. Свет в гостиной еще горит: Константин читает его любимый детектив. Маленький мужчина в очках для чтения, он напоминает мне пожилого человека со скверным характером. 

— Месье, вы куда-то уходите? — спрашивает он, не отрываясь о книги. 

— Да, — киваю я и запинаюсь, думаю, что бы ему сказать, — иду... по работе. Скажи Дакоте, чтобы не волновалась. 

На улице темно и прохладно, становится легче дышать. Я быстро добираюсь до дома Оливера, который с закрытыми глазами стоит у дома, опираясь на изгородь. Хочет спать, но все равно ждет. Настоящий друг. Я подхожу и касаюсь рукой его плеча, отчего тот вздрагивает и чуть ли не бросается на меня с кулаками. 

— А, это ты, — успокаивается он и снова возвращается к сонному режиму. 

Я заталкиваю Оливера в машину, сажусь за руль, но не спешу трогаться с места: жду, пока до друга дойдет, что я хочу поговорить. Он молча сидит с закрытыми глазами минуты две, потом приоткрывает один глаз и смотрит на меня. Снова закрывает, тяжело вздыхает и усаживается прямо, развернувшись ко мне лицом. 

— Слушаю, — без особого энтузиазма произнес брюнет. 

— Я ее снова чуть не поцеловал. 

Глаза Оливера округлились, сон как рукой сняло. 

— Она это поняла? 

— Еще как, — усмехнулся я. — Я ее к стене прижал. 

— Ну ты и дебил, — протянул парень. Я строго на него посмотрел. — Ладно. А она что?

— Ничего, совсем. 

Я опустил голову и откинулся на спинку сиденья. А ведь и правда... Она промолчала, не сказала ничего даже в тот момент, когда я попросил ее уйти. Что выражало ее лицо? Непонимание? Ненависть? Испуг? Кто ж его разберет. Наверное, у нее смешались все чувства. 

— Да, брат, трудная ситуация, — тихо сказал Оливер, на что я кивнул. — Может, напьемся? Как в старые добрые времена. Париж, Эйфелева башня, француженки... — друг хитро улыбнулся и толкнул локтем мне в бок. Я усмехнулся. — Давай, поехали. 

Я завел машину, и мы направились в один из баров недалеко от дома Ламберта. В том баре было спокойно, играла музыка, но не было такого движения, как в каком-нибудь клубе. Наш знакомый бармен всегда болтал с нами о жизни, при этом продавая алкоголь намного дешевле, чем другим. Интерьер внутри уютный, желтые стены с красными бархатными диванами, ото всюду звучит музыка. Когда мы зашли туда, я сразу ощутил запах табака и водки. Ничего удивительного. 

— Какие люди! — воскликнул бармен, когда мы сели за стойку. — Давно вас не было видно. 

— Были в знаменитом городе любви, — мечтательно произнес Оливер, и бармен усмехнулся. — Бутылку виски и два стакана. 

Парень кивнул и, закинув полотенце, которым протирал стаканы, на плечо, стал высматривать напиток на полках стеллажа. Оливер внимательно наблюдал за ним, а когда получил свою бутылку, улыбнулся и разлил виски по стопкам. Протянул одну мне.

— Помнишь, я тебе говорил, что ты должен с ней объясниться. Думаю, после сегодняшних наших посиделок это произойдет, — и он залпом выпил виски. Я последовал его примеру. По внутренностям потекла горячая жидкость, стало как-то неуютно, но через пару секунд все прошло. Думал, огнем дышать буду. — Если хочешь, можем поехать домой. 

— Нет, — решительно ответил я и протянул стакан. — Лей.

***

POV Дакота

На часах уже пол второго ночи, а Яна до сих пор нет дома. Дворецкий носит мне кофе и твердит одно и тоже: "Все в порядке". Если это так, то где мой брат? На кофейном столике у дивана стоит уже пять кружек из-под кофе, который мне помогает не уснуть. Константин абсолютно спокойно читает книгу, что он делает каждый вечер, когда нет никаких дел. Что касается меня, я то нервно стучу пальцами по столику, сидя на диване, то хожу взад-вперед, кусая ногти. Всегда волновалась за Яна, это никогда не исчезнет. 

Тут дверь открывается, и я вздрагиваю, резко оборачиваясь. Константин лишь поднял глаза, но не пошевелил ни головой, ни рукой. Я быстро направилась в коридор, где пьяный в стельку Ян пытался снять кроссовки. В зубах он держал вялый тюльпан, мой любимый цветок. Увидев меня, он споткнулся и чуть не упал, но удержался на ногах с помощью стены. Цветок упал на пол, когда брат "обворожительно" улыбнулся. 

— Дако-о-ота, — протянул парень, — де-евочка м... — икнул, — моя. 

— Мадемуазель, вам помочь отвести месье в его спальню? — спокойно спросил Константин. Его манеры истинного француза не пропадали даже в самых страшных ситуациях. 

— Нет, Константин, спасибо, — тихо ответила я, поворачиваясь к дворецкому. — Оставь нас одних. 

Дворецкий поклонился и ушел на второй этаж. Наверняка в библиотеку. Я повернулась к брату, который уже снял один кроссовок и теперь боролся со вторым, сидя на нижней полке шкафа. Он с трудом дотянулся до цветка и с довольной улыбкой протянул его мне. 

— От сердца и п-п... — снова икнул, — и по-очек дарю вам с-светочек. 

Я выхватила тюльпан из его рук и смяла, а затем бросила на пол. Меня охватила такая злость, что я не могла себя контролировать. Не обращая внимания на то, что Ян еще не разулся, я с силой потянула его за воротник в гостиную. Он быстро семенил ногами, а затем упал на диван и издал звук, похожий на смешок наркомана. Я долго стояла перед ним, скрестив руки на груди, и смотрела в его наглые глаза, а затем не выдержала и воскликнула:

— Ты время видел?! Ты где так набрался? 

— Тш-ш-ш... — приложив палец к губам, зашипел Ян. Я приложила руку ко лбу и стала смотреть в пол, пытаясь совладать со своими эмоциями. — Иди сюда, — он протянул мне руку и прикрыл глаза, откидываясь на спинку дивана. 

— Ага, сейчас, — кивнула я и направилась на кухню. Набрав полный стакан холодной воды, я вернулась в гостиную и вылила все содержимое на брата. Он подскочил как ошпаренный, открыл рот от неожиданности, и я видела, как он хотел завизжать, но почему-то не делал этого. Его белые волосы стали мокрыми, вода с них стекала на мокрое лицо и плечи, черная рубашка прилипла к мускулистой груди. — Очнулся? — спросила я со скучающим выражением лица. 

— Ты что творишь? — прошипел брат и практически налетел на меня. 

— В чувства тебя привожу, — огрызнулась я. 

— С моими чувствами все в порядке, — он как будто действительно протрезвел, но не до конца. Уже уверенней стоял на ногах, язык не заплетался. Чудо-вода!

— В этом я сомневаюсь, — хмыкнула я. — Раз тебе плевать на то, что я волнуюсь за тебя, то я, пожалуй, пойду спать. 

Я развернулась, чтобы уйти, но брат схватил меня за руку, развернул к себе лицом и со страстью впился поцелуем мне в губы. Прижав меня к себе, он так крепко сжимал мою талию, что я чувствовала его напряженные мышцы. Ян одной рукой держал мой подбородок, языком он провел по губам и просунул его глубже. Я почувствовала, как внутри меня все сжимается, но это было сладкое ощущение. Так меня не целовал даже Эдвард, поцелуй Яна был более страстным, более чувственным. И я ответила. 

Я обвила руками его шею, прижимаясь к нему сильнее. Он шумно выдохнул, но не оторвался от поцелуя. Накручивая на палец еще влажные волосы брата, я наслаждалась моментом. Мне правда нравилось это. Мне нравилось, что сейчас он со мной, что целует меня, а не кого-то еще. Внизу живота сладко потянуло, когда Ян спустился губами на мою шею. Он обследовал каждый миллиметр моей кожи, оставляя влажную дорожку из поцелуев на ключицах. Я томно вздохнула ему на ухо, провела подушечками пальцев по шее и сжала предплечье. Но тут Ян прекратил свои действия, хотя не отпускал меня из рук. 

— Что мы делаем? — прошептал он, смотря на мои губы. — Нужно остановиться. 

— Я не хочу, — тоже прошептала я. 

— Ты еще мала и невинна, я не могу осквернять тебя, — он поцеловал меня в шею. 

— Каждому неограненному алмазу нужен мастер, чтобы превратиться в бриллиант, — я поцеловала его в уголок губ. 

— Но явно не сегодня, — он оставил нежный поцелуй на моих губах и направился к лестнице. Я осталась на месте, не оборачиваясь. Пальцами прикоснулась к губам, которые только что целовали Яна, и тихо выдохнула. Щеки пылали от возбуждения, майка промокла от мокрой рубашки брата. Мне должно быть стыдно за свои действия, но стыда нет. Похоже, я сама поддаюсь чувству любви к члену своей семьи. "Слушайте сердце", — вспомнились слова Константина. Значит, вот то, что оно выбрало? Любовь к брату? Но ведь это мука. 

На ватных ногах я добралась до спальни и зашла в ванную комнату. Теплый душ привел в чувства, теперь я ощущала сильную усталость. На часах два часа ночи, а завтра в школу рано вставать. Я легла под теплое одеяло и стала смотреть на потолок. Куча маленьких и больших неоновых звезд создавали впечатление, будто я лежу в поле и смотрю на небо. Чтобы быстрее уснуть и ни о чем не думать, я стала считать звезды и уже скоро уснула сном младенца. 

========== Глава 8 ==========

В школу просыпаться было очень трудно из-за того, что легла очень поздно. Яна я будить не стала, ему сегодня будет несладко, поэтому быстро собралась, выпила кофе и пошла на учебу. Первый урок прошел для меня неплохо: я лежала на парте, скрывшись за спинами одноклассников, и дремала. Учитель меня не трогал, продолжая объяснять свою тему. Только после звонка я открыла глаза и стала вместе со всеми собирать вещи. Перемены в школе очень короткие, всего пять минут. Этого хватает лишь на то, чтобы перебежать из одного крыла школы в другое.

Физкультуру я не люблю. Очень не люблю. Именно поэтому я взяла курс физической подготовки только в одиннадцатом и двенадцатом классе. Хорошо, что наше образование требует только два года физкультуры, чтобы получить диплом старшей школы.

Спустившись на первый этаж, где находится спортзал, я захожу в раздевалку и бросаю сумку на подоконник. Сегодня обещали показать игру нашей школьной баскетбольной команды и команды из другой школы, так что форму я даже не брала. В раздевалке было пусто: все девочки уже сидели на трибунах и пялились на спортивных мальчиков. Пользуясь случаем (ведь времени и тихих мест в школе нет), я набрала номер Яна, чтобы убедиться в его способности самостоятельно существовать. Но ответил мне дворецкий:

— Да, мадемуазель, — его голос как всегда был невозмутим и спокоен.

— Как там мой брат?

— Спит, мадемуазель. Он проснулся, когда вы ушли, выпил таблетку от головы и снова лег в постель.

— Хорошо, — кивнула я, уверяя сама себя, что все в порядке. — Пусть позвонит мне, когда проснется.

Дворецкий сбросил вызов, и я положила телефон в сумку. Через пару секунд зашла Саванна, которая светилась от счастья. Не знаю, что у нее произошло, но спрашивать нет смысла: сама все расскажет.

— Представляешь, — воскликнула она и села на подоконник рядом со мной, — на мою вечеринку собрались Майкл и Джордан. Самые крутые парни придут на мой день рождения!

Господи, вечеринка! Как я могла забыть? Не подавая виду, что забыла, я стала думать о том, как распределить время на все дела. Нужно выбрать подарок, уговорить Яна прийти к подруге и помочь Саванне с украшением ее квартиры. Самое трудное — уговорить Яна. Он знает о том, что Саванна в него влюблена, и из-за этого она не нравится ему еще больше. Хотя, если я поставлю ему ультиматум, он согласится.

— Дакота, ау! Ты где летаешь? — блондинка щелкнула перед моим лицом пальцами.

— Я здесь, — улыбнулась я. — Во сколько приходить сегодня?

— Ну, наверное, часов в шесть, чтобы за час справиться.

Я согласилась, и мы направились в спортзал. Все собравшиеся в нем люди шумели, кричали, пытались поддержать свою команду. Мы еле пробрались через толпу болельщиков, собравшихся у входа, и сели на первый ряд на крайние кресла, чтобы быстро выбраться. В первом ряду сидели запасные игроки или игроки, которые отдыхали после тайма. Когда наступил первый перерыв, рядом со мной сел Эдвард, которого я совсем не ожидала увидеть в команде.

— Как тебя приняли в состав в конце года? — удивленно спросила я.

— У меня красивые глаза, — усмехнулся парень и сделал несколько огромных глотков воды из бутылки, что дал ему тренер, — и тело.

Эдвард снял с себя футболку, и мой взгляд опустился с его лица на накаченную грудь и твердый пресс. Отчетливо были видны кубики. Я невольно прикусила губу, но быстро опомнилась, однако Эдвард успел заметить мой жест. Он с ухмылкой сел ближе ко мне и прошептал мне на ухо, чтобы никто больше не слышал:

— Не волнуйся, я еще позволю тебе насладиться своим торсом, — с этими словами он кинул мне футболку на колени и побежал на поле. Я сразу ощутила запах одеколона на майке. Аромат приятный, дерзкий. Будто кричит о том, что владелец этого запаха — альфа-самец.

— Какой самоуверенный, — хмыкнула Саванна.

Она не слышала того, что он говорил, но по его выражению лица можно было понять, что настроен он на победу. Только в баскетболе ли? Как прозвенел звонок, я положила майку Эдварда на скамейку и вместе с подругой покинула зал. У меня сейчас английский язык, учительница на урок всегда опаздывает, так что можно идти медленно.

На выходе из раздевалки меня догнал Дэвидсон. Уже в майке. Он остановил меня и, вытираясь полотенцем, спросил:

— Не хочешь сегодня куда-нибудь сходить?

— Я… — начала я говорить, но Саванна меня перебила.

— Она сегодня идет на мою вечеринку. Если хочешь, и ты приходи, — она обворожительно улыбнулась, а я проклинала ее в своих мыслях.

— Отлично, — ответил брюнет, не отрывая от меня глаз. — Я приду. Куда и во сколько?

— В семь, адрес скину сообщением вечером, — Саванна подмигнула ему и повела меня к выходу.

— Зачем ты это сделала? — с возмущением спросила я у подруги.

— Просто, — пожала она плечами и усмехнулась.

До кабинета английского я все же добралась раньше, чем прозвенел звонок, что меня обрадовало, ибо учительница пришла на редкость во время. Я села за свою парту и вытащила из сумки папку с бумажками, на которых были напечатаны задания. Однако мне они не понадобились: учительница раздала нам тесты, которые мы должны были решить в течении урока. Легко. Примерно за пятнадцать минут я справилась со всеми заданиями, пока остальные мучились над примерами в середине.

Вынув телефон из сумки пока никто не видит, я разблокировала его и увидела два пропущенных звонка от Яна и сообщение. Открыв смс и прочитав содержимое, я усмехнулась.

«Я не могу найти штаны.»

Как обычно. Всегда теряет вещи. Интересно, он что-нибудь помнит из вчерашнего? Вроде бы не настолько пьян был, чтобы все забыть. Лучше убедиться в этом.

«Посмотри у меня в спальне.»

Я решила поиздеваться над ним. Ответ пришел почти моментально. 

«Что они делают там?»

Еле сдерживая смех, я стала набирать сообщение.

«Ты что, ничего не помнишь?»

«В смысле?»

«Я думала, эта ночь станет для тебя незабываемой, а оказалось, ты все забыл…»

Не смеяться было очень трудно. Знаю, глупо шутить на такие темы с братом, но я ведь знаю о его чувствах ко мне. Будем считать, что это нормально.

«Мы переспали?!»

«Нет, я прост шучу, удачного дня. xx»

Усмехнувшись, я спрятала телефон в сумку и стала ждать звонка, уставившись в окно. Люблю весну, особенно весенние закаты. Но сейчас только третий урок, так что до заката еще далеко. Со звонком все сдали свои работы и покинули кабинет. Мне оставалось подождать еще чуть-чуть, и я отправлюсь домой…

***

Дома меня ждал сюрприз: Ян дал Константину задание закупить еды на неделю вперед, но это лишь для того, чтобы мы с ним остались в доме одни. Только я перешагнула порог, как в меня прилетели штаны брата, а затем и майка. Сам он стоял в спортивных шортах и с голым торсом, скрестив руки на груди.

— Нашел у тебя на кровати, — невозмутимым тоном произнес блондин. — Скажешь, ничего не было?

— Рехнулся? — усмехнулась я и, сбросив одежду Яна на пол, сняла кроссовки, а сумку поставила на полку.

— Я помню вчерашние поцелуи, — прошептал парень неожиданно близко. Он прижался ко мне сзади и прикоснулся влажными губами к моему уху. — Помню твой вздох мне на ухо, помню, как ты прижималась ко мне.

— Это ты меня прижимал, — ответила я тихо. Дыхание сбилось, спиной я чувствовала обнаженную грудь Яна.

— Я лишь держал тебя за талию, — усмехнулся он и резко развернул меня к себе, после чего прижал к холодной дверце шкафа. Я коснулась пальцами его обнаженного торса, брат хитро улыбнулся. Он стянул с моих плеч легкую кофту, оставляя меня в одной тонкой майке на бретельках.

— Ты говорил, что я еще маленькая, — напомнила я.

— Это было вчера, — усмехнулся парень и прижался своими бедрами ко мне так резко, что я невольно издала тихий стон ему в губы.

Ян одной рукой опирался о шкаф, а другой исследовал мое тело. Проведя пальцами по шее и ключицам, он спустил с плеч бретельки, которые хорошо тянулись. Майка теперь была практически на бедрах, из верхней одежды остался один лифчик. Обхватив одной рукой мою талию, Ян прижал меня к себе и начал целовать в шею, спускаясь все ниже к груди.

— Ян, — прошептала я, чтобы остановить его, но это прозвучало, как желание.

— Это звучало хорошо, — улыбнулся брат и поцеловал меня в губы, властно протолкнув свой язык внутрь. Одной рукой он сжимал грудь, второй — попу. Я не хотела прекращать этот момент, но нужно было готовиться к вечеринке.

— Эй, братишка, оставим это на потом, — усмехнулась я и оттолкнула парня, натягивая майку обратно. Ян был недоволен происходящим, но пока ничего не говорил. — Сегодня день рождения Саванны, она звала тебя, — блондин уже хотел начать отпираться, но я перебила: — Отказ не принимается. Ради меня.

Он тяжело вздохнул и скрестил руки на груди, а я с довольной улыбкой поцеловала его в щеку и побежала в спальню переодеваться. Решила не заморачиваться и надеть нежно-розовую клешеную юбку и черную рубашку, через которую просвечивался черный лифчик. Яну не понравится, но я позлю его! 

У меня есть полтора часа на выбор подарка для Саванны, так что пора идти по магазинам. Я тихо спустилась на первый этаж, чтобы брат не застал меня в таком виде и не отправил переодеваться, взяла деньги, ключи и телефон, бросила все это в клатч и, надев черные туфли на высоком каблуке, вышла из дома. Саванна жила довольно далеко от меня, поэтому ходьба на шпильках была не вариант. И в этот момент, как по щелчку пальцев, появился Эдвард на своем мотоцикле. Выглядел он неплохо: темные джинсы, синяя рубашка с расстегнутыми сверху пуговицами, белые кроссовки. 

— Садись, подвезу, — кивнул брюнет на заднее сиденье и улыбнулся. 

Я подошла к мотоциклу, я сразу появилась проблема: как сесть в юбке? Парень понял, что мне нужна помощь, поэтому с усмешкой произнес: 

— Садись боком, держись за меня.

Я послушалась и сделала так, как он сказал. Обнимать его я стеснялась, но после поцелуя ведь так не должно быть. Наконец обхватив его талию руками, я прижалась к Эдварду, чтобы вдруг не улететь, и попросила отвезти меня в самый ближайший торговый центр. Снова он исполнил мою прихоть, и вскоре мы ходили по огромному павильону, рассматривая самые разные диковины.

— Что насчет этого? — спрашивал Эдвард, указывая то на одежду, то на украшения. Все вещи, которые были в магазине, либо уже стояли на полках у Саванны, либо были не в ее вкусе. Глаза разбегались от неисчислимого количества сувениров, но подходящего подарка не было. — Подожди, я сейчас приду, — произнес парень и зашел в один из магазинов, а я пошла дальше. Догонит.

Проходя один павильон за другим, я впадала в отчаяние все больше. И когда ко мне подошел Дэвидсон, который тоже ничего не купил, мы решили обойтись одним букетом роз. Пусть ей будет подарком то, что мы пришли! Да! Когда мы вышли из торгового центра, на часах было почти шесть, так что мне повезло с Эдвардом и его мотоциклом. Доехали с ветерком. В прямом смысле слова. Мои распущенные волосы превратились в гнездо, а щеки слегка покраснели от холодного воздуха. 

У Саванны был тоже частный дом, как и у меня, квартиры она терпеть не могла. Вечный шум, мало места и скверные старушки во дворе. Родители ее уже выезжали на машине, и я помахала им рукой, когда подходила к воротам. Саванна стояла на крыльце, провожая маму и папу, а когда увидела меня с Эдвардом, была немного удивлена. 

— Я ждала тебя одну, — усмехнулась она. Мы обнялись, а брюнета подруга одарила улыбкой. 

— Сюрприз, — хмыкнула я. Переведя взгляд на Эдварда, я кивнула, и он достал из-за спины огромный букет алых роз. — С днем рождения! 

Блондинка чуть не расплакалась. Она еще раз обняла меня и поцеловала в щеку, затем обняла Эдварда и взяла цветы. Из-за огромного количества роз ее головы не было видно. Она пригласила нас в дом и понесла подарок на кухню, чтобы поставить в вазу. Мы закрыли за собой дверь, и я позвала парня за собой в гостиную. Я уже этот дом знаю как свой, а он здесь первый раз. 

— Что делать? — крикнула я подруге, рассматривая гостиную, уставленную коробками с украшениями. Саванна вернулась и осмотрела все, что было вокруг. 

— Эдвард пусть украшает потолок и верхушки штор, — задумчиво протянула девушка, — Дакота, ты расставляй декоративные цветы и украшения, а я буду ставить еду. 

Я была согласна, работа не трудная. Эдвард взял стул и стал открывать коробки, на которые ему указала хозяйка вечеринки, а я вытаскивала цветы и мелкие безделушки, после чего бегала и расставляла их по всему дому. Саванна заканчивала с закусками, после чего расставила их на столах в гостиной и на барной стойке, которую установила специально для праздника. Также рядом с баром находился диджейский пульт, которым вызвался управлять Джордан, тот самый крутой парень из двенадцатого класса, которого так ждала Саванна. Но самым желанным гостем был, конечно, Ян. После этой мысли что-то во мне екнуло, проснулась ревность. Не нравится мне идея с его приглашением сюда.

— Дакот, ты где летаешь? — спросила Саванна с усмешкой. — Ты уже минуты три смотришь в пустую коробку. 

— А, ну да, — кивнула я и бросила коробку в кладовку. 

— Готово, — торжественно произнес Эдвард, стряхивая с ладоней мнимую пыль. Он указал на диско-шар, который прикрутил в самый центр потолка в гостиной. 

— Отлично! — улыбнулась Брисбен. — В принципе, все готово, осталось совсем чуть-чуть, и начнется веселье. 

Шепнув подруге, что пойду в ванную, подправлю макияж и причешусь, я оставила ребят одних. Закрыв дверь в ванную комнату, я подошла к зеркалу и оперлась руками о раковину, рассматривая свое отражение. Ничего особенного во мне не было, густого макияжа я тоже не наносила, поэтому просто стояла и не отрывалась от зеркала. Когда в ванную неожиданно заглянула Саванна, я быстро взяла расческу и стала причесываться. 

— Слушай, — осторожно начала девушка, — я хотела спросить...

— Он придет, — сразу ответила я. Когда речь шла о Яне, я это чувствовала. Блондинка знала, что я не люблю, когда она меня достает расспросами о нем, поэтому сейчас так аккуратно хотела задать мне этот вопрос. Я почувствовала облегчение подруги. 

— Я так волнуюсь. 

— Почему? — удивилась я.

— Хочу признаться ему. Еще раз. Вдруг что-то изменится. 

Настроение мое окончательно пропало. Нет уж, я ей Яна не отдам. Он только мой. Плевать, что он мой брат. Он будет только моим! Но вместо того, чтобы сказать подруге об этом, я произнесла:

— Удачи! — и вышла. 

========== Глава 9 ==========

POV Ян

В доме Саванны уже собралось много людей к моему приходу, я даже слегка удивился количеству гостей. Медленно прошел в гостиную через толпу и стал осматриваться: кругом алкоголь и закуски, музыка гремит на полную, подростки уже в нетрезвом состоянии подпирают стены и пытаются дойти до крайней точки с помощью пошлостей.

Я позвал с собой Оливера, чтобы он отвлек от меня Саванну в случае необходимости. Друг обещал приехать позже, так что сейчас я здесь один. Снова пробираясь через толпу к лестнице, я замечаю Дакоту. Она как всегда бесподобна: сквозь прозрачную рубашку видна ее соблазнительная грудь, юбка открывает стройные ножки, длинные волосы лежат на плечах и блестят на свету лампы. Можно слюну пустить.

— Привет, — улыбается она мне и обнимает за талию.

— Шикарно выглядишь, — шепчу я ей на ухо и целую в мочку. Мое дыхание щекочет ее кожу, и она усмехается. 

— Давай не здесь, — отталкивает она меня и идет к столу с закусками. Я стараюсь не отставать. 

Сестра садится на диван и стучит по кожаной обивке рядом с собой, предлагая мне сесть с ней. Я повинуюсь, и Дакота тянет мне бокал шампанского. Музыка играет не то расслабляющая, не то настраивающая на секс, из-за чего еще труднее сдерживать себя и не трогать девушку.

— О, Ян, как я рада тебя видеть! — воскликнула Саванна, когда я уже тянулся к Дакоте, чтобы обнять. Не отказываясь от своих намерений, я закинул руку на спинку дивана за сестрой, а в другой руке продолжал сжимать бокал.

— Привет, Саванна, — без особой радости произнес я.

— Дакот, можно я его у тебя украду? Хотела кое-что показать, — она мило улыбнулась. Сестра долго молчала, а затем кивнула и ушла. Я провожал ее взглядом, пока не потерял в толпе. — Идем, — блондинка протянула мне руку, и только я поднялся на ноги, она без разрешения схватила меня за запястье и потянула на второй этаж.

Среди четырех комнат она выбрала одну, где горела зеленоватым светом одна ночная лампа. Закрыв за нами дверь, девушка остановилась и скромно мне улыбнулась. Мне сразу не понравилось помещение, куда она меня привела. Это была спальня. Огромная кровать с множеством маленьких подушек выделялась на фоне небольших тумбочек, комодов и кресел.

— Ян, я хотела сказать спасибо, — пролепетала она. Я нахмурился.

— За что?

— За твой подарок, — она медленно подошла ко мне.

— Какой подарок? Я... — она не дала мне договорить.

— Тшшш, — прошептала она, приложив палец к моим губам. Я удивился еще больше. В скромной девушке, робеющей передо мной, я сейчас видел серьезные намерения.

Она положила руки мне на пресс, провела пальцем вдоль пуговиц рубашки, приподнялась на носочки и поцеловала. Так медленно, почти невесомо, но уверенно. Я не шевелился.

— Что ты делаешь? — в тихой комнате мой серьезный голос прогремел слишком громко. Но я был абсолютно спокоен.

— Я пыталась тебе много раз это сказать, — она оставила поцелуй на шее, расстегнув одну пуговицу, — ты ведь сам это знаешь, — еще одна пуговица и поцелуй в ключицу. — Ты мне нравишься, Ян, — она посмотрела на меня, и в ее глазах сверкнул огонек желания. — Я хочу быть с тобой, — она начала надвигаться на меня, тем самым ведя меня к постели. — Я хочу быть твоей, — расстегнув еще одну пуговицу, она коснулась языком кожи на моей груди и провела небольшую дорожку. Толкнув меня на кровать, она стала между моих ног и, взяв мои руки, положила их на свою попу в обтягивающей юбке. — Я хочу тебя, — прошептала она и снова прикоснулась губами к моим губам, провела языком по нижней губе и углубила поцелуй, прижимаясь к моему телу.

Прикусив ее язык, я оттолкнул ее и увидел недовольное выражение лица. 

— Ты мне не нужна, — спокойно произнес я и встал с кровати. — У меня на тебя даже не встает. 

— Это можно легко проверить, — ухмыльнулась Саванна и, подойдя ко мне почти в плотную, положила руку на мой член, а затем сжала его. 

Я тяжело выдохнул и сжал зубы, чтобы не застонать. Возможно, что-то во мне проснулось, возможно, какая-то часть меня хотела эту блондинку, но никто не мог вызвать у меня такое возбуждение, как это делала Дакота. Снова попытавшись оттолкнуть знакомую и пройти мимо, я оказался придавлен к кровати. Девушка сидела на мне и как кошка наклонялась к моей шее. Я в конец разозлился и перевернулся, оказавшись сверху. Заведя руки Саванны над ее головой и удерживая их, чтобы она не трогала меня, я злобно прошипел ей прямо на ухо:

— Ты. Мне. Не. Нужна.

Но блондинка была явно довольна собой. Своими ногами она сжимала мои бедра, выгибаясь грудью вперед. Она томно дышала и кусала губу, медленно переводя глаза с моих губ на шею.

— Ты изменишь мнение после нашей совместной ночи.

— Никакой ночи не будет, — прорычал я.

В этот момент дверь открылась, и я обернулся, не отпуская рук Саванны. В дверном проеме стояла Дакота. Ее жизнерадостное выражение лица быстро сменилось удивленным, а затем — ненавистным. Она с силой захлопнула дверь, и я поднялся на ноги со скоростью пули.

— Дакота! — воскликнул я, но понятно, что из комнаты ничего не было слышно. Застегивая пуговицы, я обернулся и посмотрел на подругу сестры. Она была взволнована и растеряна, от стыда щеки покрылись румянцем. — Тварь, — со злостью и ненавистью прошептал я так, чтобы она слышала, и вышел из спальни. 

POV Дакота

Я быстрым шагом спустилась с лестницы, переходя на бег. Перед глазами стояла сцена в спальне Саванны. Глаза застилала пелена из слез. На ходу я чуть не сбила с ног Оливера, который собирался зайти в дом. Только возле крыльца во дворе я остановилась и вскинула голову к небу. Не было ни одного облака, ни одной тучи, за которыми могли бы прятаться звезды. Все они были видны так четко, будто под микроскопом. От этого стало еще труднее. 

— Дакота, — услышала я за своей спиной и обернулась. 

Волосы Яна были растрепаны, пуговицы на рубашке застегнуты в неверном порядке, он тяжело дышал и был явно напуган. Я снова отвернулась, чтобы не выдать в глазах всю ту боль, которую только что испытала. Как я могла поверить в искренность его чувств? 

— Дакота, — повторил он и коснулся моего плеча. 

— Не прикасайся ко мне после нее, — прорычала я и отшагнула. В носу начало щипать, я еле сдерживалась, чтобы не заплакать, но слезы все-таки потекли по щекам. Я быстро смахнула их ладонью. — Не могу поверить, что после всего, что между нами... — мой голос надорвался, и я закашляла. Ян потянулся, чтобы успокоить, но я снова отступила, по-прежнему стоя к нему спиной. — С моей лучшей подругой... Как ты мог... — шептала я. Перед глазами плыла черная трава, слезы капали на рубашку, оставляя темные пятна.

— Ты не так поняла, — начал оправдываться брат и схватил меня за руку, но я с силой оттолкнула парня и дала сильную пощечину. Он закрыл глаза и не шевелился. 

— Мразь, — прошептала я.

— Прошу тебя, — так же тихо произнес Ян. Он посмотрел на меня таким грустным взглядом, что я еле сдерживала себя. Хотелось подойти и обнять, почувствовать его любовь, которую он дарил мне всего пару дней назад. Ту нежную, ласковую любовь. Без намека на пошлость.

— Желаю вам счастья, — равнодушно бросила я и прошла мимо брата к дороге. 

Скриптонит – Это любовь (на повтор и до конца главы, для передачи атмосферы)

Он остался стоять на месте, не обернулся и не сказал ни слова. Я же, вытирая слезу, пыталась успокоиться. Вечеринка меня больше никак не интересовала, Саванна вызывала во мне противоречивые чувства, а Яна видеть не хотелось вовсе.

Темные улицы скоро опустели, я долго ходила по Лондону без особой цели. Просто нужно было прийти в себя, принять ту правду, которая резала по сердцу. Смешно даже вспомнить о том, как я думала, что Ян только мой, что принадлежит только мне. Может, та его работа, по которой он вечно разъезжает, — девушки? 

Медленно прогуливаясь мимо магазинов и кафешек, я заглядывала в окна. Людей было мало, но они были довольны этим днем, улыбались, смеялись, проводили время с друзьями. Я ощутила ужасное чувство одиночества. Будто щенка выбросили на улицу из-за того, что хозяева купили нового.

На нос упала одинокая капля, и я подняла голову. Безоблачное небо со множеством звезд затянулось тучами, собирался дождь. К тому времени, как я прошла пару метров, он достиг неплохой силы. Итак небольшое количество людей совсем исчезло, оставив меня одну. Это было даже полезно. Я медленно шла по тротуару, босоножки уже превратились в лодочки, наполненные водой. Я шлепала по лужам, не обращая внимания на мерзкую грязь. Холодный дождь промочил мою одежду почти до нитки, волосы превратились в сосульки, с которых стекала воды. 

Было очень тихо. На улицах не было даже машин. Я напевала мелодию песни, которую всегда слушала при плохом настроении, и эхо моего голоса разносилось по закоулкам. Сумочку с телефоном и ключами я оставила у Саванны, поэтому я не знала, сколько было времени. Сколько я хожу тоже мне не известно. Идти домой не хочется, потому что Ян начнет приставать с объяснениями. Не хочу это слушать.

В парке я села на одну из скамеек, с которой открывался вид на реку и другую, центральную, часть города. Я закинула ногу на ногу, поставила локоть на колено и уперлась рукой в подбородок, всматриваясь в ночные огни Лондона. Красиво, но одиноко. Даже городам бывает одиноко, а если одиноко им, то люди не могут быть счастливы. Столько иллюзии скрыто за яркими красками... Сейчас дождь их смывает, и я вижу истину. Грусть овладевает мной все больше.

Однако, почему одиночество нельзя назвать свободой..? Город, полный свободных действий... Нужно лишь расправить крылья. Почему нет? Я подхожу к набережной, откуда дует сильный, холодный ветер. Запах... Этот свежий запах свободы...

Но будь это действительно свобода, шла бы я сейчас домой? Значит, это одиночество. Если не с кем стоять на берегу реки и наслаждаться моментом, зачем тогда нужен этот момент? Философия жизни, которую можно познать лишь в моменты грусти и ненависти. Как же несправедлив с нами мир.

Дождь не прекратился, когда я зашла в свой дом. Стараясь не шуметь, я закрыла дверь и сняла босоножки, от которых на полу образовалась небольшая лужица. Уже два часа ночи, Ян спит в кресле в гостиной. Ждал меня. Я, опустив голову, поднимаюсь на второй этаж и захожу в свою спальню, но спать даже не собираюсь. В беспамятстве и с отсутствующим взглядом переодеваюсь в домашнюю одежду и иду в библиотеку, где мы с папой всегда сидели в такие дождливые дни, нагоняющие депрессию. 

Я разожгла камин, который осветил небольшую часть комнаты. Светильники включать не хотела, чтобы не портить атмосферу. Устало плюхнувшись в кресло у камина, я уставилась на огонь. Языки пламени то поднимались, то опускались, играли друг с другом и со мной. Сил не было даже на малейшие движения, я, не моргая, смотрела в костер. Глаза начало щипать, наворачивались слезы, но я не отворачивалась. 

Мне на плечи медленно опустились чьи-то руки, накидывая плед. Я не замечала, как дрожала от холода, кожа покрылась мурашками. Все еще глядя в камин, я завернулась в махровый плед и забралась в кресло с ногами, поджав их под себя. Рядом со мной на столе оказалась кружка горячего какао со взбитыми сливками, а во второе кресло опустился Константин.

— Он волновался, — тихо сказал дворецкий. — Мадемуазель, вы поступаете непростительно. 

На эмоции не было сил, Ян все выжал из меня, а дождь — добил. Поморщившись, ощущая, что вот-вот расплачусь, я глубоко вдохнула и бесшумно выдохнула.

— Он чуть не переспал с моей подругой.

— Но не переспал же, — мужчина чуть наклонился ко мне. Я видела его боковым зрением, но не решалась повернуться к Константину лицом, опасаясь своей несдержанности. — Он любит вас.

— Я уже так не думаю, — прошептала я и зажмурилась, а затем снова открыла глаза. — Если бы это было так, он бы не шел к другим.

— Может, стоит поговорить с ним? Разобраться.

Дворецкий сделал глоток какао из своей кружки. Я сильнее сжала край пледа и прижала его к себе.

— Знаете, мадемуазель, — грустно усмехнулся Константин, — вы очень напоминаете мне ваших родителей. Они тоже часто ссорились, но они никогда не переставали любить. Я верю, что он сможет объяснить вам все, что вы не смогли понять.

Дворецкий медленно поднялся и тихо ушел. Я взяла какао и сделала глоток. Горячее. Поставив кружку на стол, я сделала глубокий вдох и не выдыхала до тех пор, пока слезы не покатились по моим щекам. Тихий плач перешел в надрывный, и всю ночь я провела здесь, у камина, прячась ото всех. От самой себя.

========== Глава 10 ==========

POV Ян

Утро оказалось не очень радостным. Вспоминая инцидент в доме Саванны, я каждый раз испытывал отвращение к той девушке все больше. Не только потому, что из-за нее я поссорился с Дакотой. Просто такие липучки — не мой тип. Мало этого, за окном было пасмурно, вот-вот начнется дождь. Я устало поднялся с кресла, на котором проспал и приход Дакоты, и, видимо, ее уход в школу. Взъерошив свои белые волосы, я подошел к окну и стал бессмысленно смотреть в одну точку.

— Месье, — вышел Константин с кухни, — мадемуазель Дакота все еще спит.

Я с удивлением посмотрел на дворецкого и резко повернул в сторону лестницы.

— Она в библиотеке, — закончил мужчина и вернулся на кухню.

Я почти взбежал на второй этаж, дверь в библиотеку была закрыта, но не полностью. Я тихо зашел внутрь. Плотные портьеры зеленого цвета на панорамных окнах были завешаны, а в камине еще догорали дрова. Огонь освещал кресла и столик, а остальная часть комнаты была в полной темноте. На одном из кресел сидела сестра. Я медленно подошел, чтобы не разбудить. Присев перед ней на корточки, я стал рассматривать юное лицо шатенки, ее нежные черты. Густые ресницы подрагивали, грудь вздымалась от спокойного дыхания. Сейчас я наслаждался каждой секундой, потому что знал, что она прогонит меня, когда проснется. Долго думая, делать или нет, я все же вытянул к ней руку и тыльной стороной ладони провел по щеке. У линии носа я ощутил влажную дорожку, и в сердце моем больно кольнуло. Она плакала. Проплакала всю ночь, даже во сне, раз слезы еще не высохли. В этот момент я чувствовал себя подавленно, ощутил такую тяжесть в груди, что передать было трудно. Я ни разу не видел Дакоту в слезах, она всегда боролась с эмоциями, со своей болью. А сейчас причиной ее страданий стал я...

— Месье, — тихо позвал меня Константин, и я неохотно обернулся. — Месье Ламберт ждет вас внизу.

Я снова посмотрел на спящую сестру, погладил ее по руке и встал, а затем вышел из библиотеки. Дворецкий ушел на кухню за своими любимыми круассанами, оставив нас с Оливером одних в гостиной. Друг медленно прошел к дивану и сел на край, лицо его было серьезным, если не сердитым. 

— Сядь, — грубо сказал он и кивнул на кресло напротив него. Я сел. Он посмотрел мне в глаза, не поднимая головы. — Ты в курсе, что Хью возвращается? 

В груди что-то стукнуло, а потом словно провалилось. Такое чувство возникает у людей, когда они чего-то сильно боятся. И я боялся, да. 

— Надо срочно валить отсюда, — прошептал Оливер, взявшись за голову.

— А Дакота?

— С ней все будет хорошо, она ведь ничего плохого не совершала.

— Я без нее никуда не поеду, — тихо произнес я.

— Да ты хоть понимаешь, что с нами будет? — закричал он так громко, что я дернулся. Он вскочил с дивана и смотрел на меня звериными глазами. — Когда он найдет нас, от нас останется лишь кучка пепла! 

— Он ничего не сделает, — я тоже встал и подошел почти вплотную к другу. — Все будет нормально.

— Как будто ты не помнишь, что было с парнем, назвавшим его дураком, — Оливер прищурился и тихо произнес это сквозь зубы.

— Я еще раз говорю, — медленно и четко повторил я, — я останусь здесь. Только трус бежит от проблем вместо того, чтобы их решать.

— Я может и трус, — презрительно бросил брюнет, — но уж точно умнее тебя, — с этими словами он направился к выходу из дома и затем громко хлопнул дверью. Стекла в гостиной задрожали. Я без сил сел на кресло и уставился в одну точку.

Хью возвращается. Новость не из самых приятных. Этот человек последний в моем списке, кого бы я хотел еще раз увидеть. Еще год назад, когда мы с Оливером только начинали заниматься контрабандой, Хью уже считался самым влиятельным наркодиллером в Лондоне. Мы много были наслышаны, но встретились впервые в одном из клубов на окраине города. Предложил работу и хорошие деньги. Отказаться мы не смогли. 

Но в самый последний день нашей с ним совместной работы мы с Оливером подставили его, что вышло совершенно случайно. Разбираться Хью, конечно, не стал, желая отомстить. В принципе, поэтому мы и улетели в Париж. Этого бегства мне достаточно, больше я Дакоту терять не хочу.

Вспомнив о ней, я выбрался из своего омута памяти и перевел взгляд на лестницу, где стояла сестра. Такая сонная и растрепанная, но такая милая. И я уже хотел броситься к ней, схватиться за ее руки, чтобы она не ушла, но мной овладело сильное и неожиданное чувство усталости. Настолько мало сил во мне было, что я даже лицом не смог выразить своих эмоций.

Однако Дакота сама начала подходить к креслу, села напротив, скромно прижав к себе плед, и посмотрела на меня своими огромными глазами. Я ждал криков, ударов, но она молчала.

— Ты выслушаешь? — тихо спросил я. Она кивнула. Я минуту молчал, собираясь с мыслями, после чего глубоко вдохнул. — В тот момент, — мой голос охрип, пришлось прокашляться, — в тот момент я пытался удержать ее, прекратить ее прикосновения ко мне. Это она ко мне приставала, а не я к ней. Мне нужна только ты, и ты это знаешь.

— Честно? — тихо спросила она.

— Я никогда тебя не обманывал, — снова соврал я.

***

POV Дакота

Накрапывал дождь; пришлось сидеть в здании кафе, хотя я предпочитала выбирать столик на улице. После примирения с Яном я решила поговорить с Саванной и узнать об этой ситуации от нее. Так сказать, проверить на лживость. Не думала, что когда-нибудь буду делать это с Саванной, но сейчас я верю Яну больше, чем ей. 

Пришла я раньше, чем нужно было; заказала крепкий кофе, который так и не выпила; уставилась в одну точку и продолжила ждать девушку. Настроения не было, пасмурная погода угнетала еще сильнее, а таких дураков, как я, пришедших в кафе, было двое. И то эти парни просто хотели переждать дождь. 

Зазвенел колокольчик над входной дверью, нарушив тишину в помещении (музыка в колонках играла так тихо, что слышно было падение капель за окном). Цокая каблуками, Саванна прошла к столику и, кинув мокрый зонтик на сидение ближе к окну, села напротив меня, а затем откинула волосы за спину. 

— Ненавижу такую погоду, — пролепетала она и положила руки на стол. — Ты чего-то грустная. 

— Давай сразу к делу, — хмуро произнесла я, и блондинка кивнула. — Объясни мне то, что я увидела в твоей спальне. 

Девушка несколько секунд смотрела мне в глаза и не шевелилась, а затем отвернулась к окну, нахмурившись и тяжело вздохнув. Она откинулась на спинку дивана, но руки по-прежнему лежали на столе. 

— Я хотела поблагодарить его за кулон, который он мне подарил, да к тому же выпила немного, и... 

— Подожди, — я не дала ей договорить. Прищурив глаза, я подалась немного вперед, упершись руками в столешницу. — Какой кулон? Ян тебе что-то дарил?

Саванна вытащила из-под блузки темно-синий камень на цепочке в виде трехугольника и улыбнулась, но быстро спрятала радость, снова становясь серьезной.

— Он лично отдал тебе это? — без эмоций спросила я.

— Нет, это передал Эдвард, когда ты ушла в ванную, — она спрятала кулон обратно. — Сказал, что твой брат опоздает, но хочет, чтобы подарок я получила вовремя. 

Я не стала дальше слушать. Схватив клатч со стола, я вышла из кафе. Ливень начался такой, что ничего не было видно уже в десяти метрах от меня. Щурясь, я набрала смс Эдварду с просьбой встретиться в парке и сразу направилась туда, не дожидаясь ответа. На мне была кожаная куртка, плотные черные лосины и ботильоны на танкетке, на которых идти было не легко в такую погоду. Повезло, что не было ветра, иначе я бы не смогла идти вообще.

К моменту, как я пришла в парк, я промокла до нитки. С волос стекала вода на тонкую майку (застегнуть кожанку я не додумалась), замш на ботильонах теперь выглядел неопрятно, а лосины, и без того слишком облегающие мои ноги, прилипли еще больше. Повезло, что клатч из кожи, так бы промокли и деньги, и телефон. 

У одной из скамеек стоял мотоцикл Эдварда. Парень сидел на нем, закинув одну ногу на ногу, поправлял мокрые волосы и смотрел на реку, хотя не думаю, что сквозь ливень он что-то видел. Подойдя к нему, я без слов дала ему сильную пощечину, чем вызвала в нем бурю эмоций. Брюнет схватился за щеку и вскочил с мотоцикла, подыскивая слова.

— Ты что творишь? — воскликнул он. Людей в парке не было вовсе, поэтому он дал себе волю покричать.

— Какого черта ты даришь Саванне подарки от имени моего брата? — закричала я парню прямо в лицо.

— Да чтобы он понял, что со мной шутки плохи! — взревел тот и подошел на шаг ближе. — Ты думаешь, я не вижу, как он на тебя смотрит? Он твой брат! Он не имеет права быть твоим парнем! А я имею! — он схватил мою руку и приложил к своей груди, где находилось сердце. Кофта была тонкая, совсем летняя. — Чувствуешь? — тише спросил Эдвард, смотря мне в глаза. Его голос был твердый и уверенный. — Бьется так сильно. Сердце так бьется только у влюбленного. Наш с тобой союз будет хорош, но не твой с братом.

— Прекрати, — я вырвала руку и отошла на несколько шагов, но споткнулась и чуть не упала в огромную лужу. Брюнет прижал меня к себе за талию. Я чувствовала тепло его рук у себя под курткой, он смотрел мне прямо в глаза, а через несколько секунд поцеловал. Губы были влажные от дождя, холодные, но мягкие. Я чуть было не поддалась его очарованию, но быстро опомнилась и укусила Эдварда за губу. Тот заскулил от боли и отпустил меня. — Из-за тебя я ссорюсь с братом, — прошипела я, — так что не надо ко мне лезть.

Развернувшись, я зашагала вдоль аллеи к дому. Эдвард за мной не бежал и не ехал, чему я удивилась, но не расстроилась. Пока я дошла до дома, я успела понять то, что Константин был как всегда прав: стоит только разобраться в ситуации, тогда и станет понятно, кто виноват. 


Дома Яна не оказалось, но это и хорошо, потому что он ругал бы меня за мои прогулки под дождем. Дворецкий готовил на кухне яичницу с беконом, но, увидев меня, выключил плиту и побежал в библиотеку разжигать камин. Я быстро переоделась в пижаму из плюшевой ткани, которую покупала еще зимой, чтобы теплее и уютнее было, надела белые носки, в которых мои миниатюрные ножки казались еще меньше, вытерла волосы полотенцем и заплела пучок. 

В библиотеке уже все было готово: огонь разгорелся во всем камине, на одном кресле лежал плед, в другом кресле сидел Константин. На столике стояли две кружки с горячим какао и взбитыми сливками. Я прыгнула в кресло, натянула на плечи плед и взяла кружку, обхватив ее двумя руками.

— Мадемуазель, месье Райс был бы недоволен, заметь он вас в таком виде, как вы пришли, — с упреком произнес мужчина.

— Я знаю, — кивнула я, — но другого выхода не было.

— Вы разобрались с вашей ситуацией? — он лениво повернул голову ко мне.

— Да, теперь все на своих полочках, — я сделала глоток какао, не отрывая взгляда от огня. — А где мой брат?

— Месье Райс уехал по делам. Сказал, скоро вернется, — дворецкий отпил из  своей  кружки. — Ваши родители звонили, сказали, скоро полетят домой.

— Отлично! — оживилась я. — Я уже соскучилась по ним. 

Вдруг раздался звонок: кто-то пришел. Константин сказал, что откроет сам, а затем вернется в библиотеку. Я кивнула и проводила его взглядом. Прошло несколько минут, но мужчины не было. Я успела допить какао и согреться полностью. На носочках, стараясь на запачкать белые носки, я пробралась к себе в комнату и быстро переоделась в кожаные лосины, облегающие фигуру, и черную шелковую блузу, сквозь которую просвечивался лифчик. Волосы я расчесала (мне это далось с трудом) и заплела в конский хвост. Не пойду же я к гостям в пижаме...

Надев ботильоны на шпильке, я направилась к лестнице. Спускаясь на первый этаж, я заметила, как Константин разговаривает с кем-то в коридоре и явно не хочет впускать в дом. Меня это насторожило, и я пошла быстрее. У дверей стоял юноша неписаной красоты: черные волосы были стильно приподняты вверх, челка была длиннее остальных волос и выкрашена в белый, что смотрелось интересно. Длинные черные ресницы выделялись на фоне светлой кожи, темно-карие глаза были полны озорства и пафоса, выразительные скулы и небольшие губы дополняли образ плей-боя. Одежда была дорогая и очень стильная, а фигура... Высокий, стройный, этот парень словно сошел с обложки журнала. 

Он перевел взгляд на меня и немного удивился, а затем нагло улыбнулся, осматривая меня с ног до головы.

— Не знал, что у Яна такая сексуальная сестра, — усмехнулся парень и подошел ко мне ближе, обходя Константина. — Как тебя зовут, красавица? 

—  Дакота, — ответила я и скромно улыбнулась, а внутри все разливалось сладким медом от его слов.

— Очень приятно, — он поцеловал мою руку и снова посмотрел мне в глаза. — Меня зовут Хью.
    Комментарий к Глава 10
    Хью: http://25.media.tumblr.com/c7b1b68b1ba9a9ca5965f0b793cb3459/tumblr_mge0zoao2G1ravb5bo1_500.gif

========== Глава 11 ==========

POV Автор

— Я раньше не видела тебя с Яном, — протянула Дакота, с улыбкой наливая в кружки чай. Хью сидел за столом на кухне, а Константин с опаской выглядывал из гостиной, проверяя, все ли в порядке.

— Я год жил в Германии, — отозвался парень, поправляя челку.

Девушка поставила перед ним чай, а сама осталась стоять у шкафчиков. Подходить к незнакомцу она опасалась, хоть он и вызывал у нее огромную симпатию. Тот тоже не скрывал своего интереса, периодически останавливая взгляд на просвечивающейся блузке брюнетки. Хью не спешил пить свой чай, так как пришел не за этим, но отказывать девушке не хотел. К тому же, она была хороша собой, а таких леди обижать не стоит.

— Так Ян не скоро придет? — спросил он, глядя на Дакоту из-подо лба.

— Не знаю, — пожала плечами Дакота.

— Может, в таком случае, зайдешь ко мне? — хитро ухмыльнулся Хью. — Мне нужно сделать несколько дел, а одному ехать не хочется.

Девушка почти сразу согласилась. Ей было приятно внимание к ее особе, да и дома сидеть не хотелось. Она поставила кружки в раковину, куда складывала грязную посуду, и пошла следом за парнем.

— Куртку можешь не брать, мы же на машине, — улыбнулся брюнет и открыл перед Дакотой парадную дверь.

Дождя на улице уже не было, но после него на каменной площадке у дома остались огромные лужи. Стараясь их обходить как можно быстрее, чтобы не показаться медленной, она снова чуть не упала.

— Позволь, — усмехнулся Хью и без разрешения поднял Дакоту на руки. Он донес ее до самой машины, отрыл дверцу своего белого Рэндж Ровера и указал рукой на сидение. Дакота скромно улыбнулась и забралась внутрь. В салоне авто приятно пахло мятой и мылом, а кожаная панель бежевого цвета чуть ли не блестела от чистоты. Девушка поняла, что Хью ко всему еще и очень чистоплотный.

— Давно у тебя этот джип? — спросила она, когда Хью сел за руль.

— Пару дней, — ответил он.

Дорога была короткой, доехали ребята быстро, но Дакоту удивило то, что дом Хью находился в конце Лондона, где почти никто не жил. Лишь самые старые и известные имения находились в том районе. Но стоило Дакоте выйти из машины и посмотреть вперед, как сразу сложилась полноценная картина.

Дом Хью был самым настоящим замком из желтого кирпича, крыша была из красной черепицы, а окно и двери — из черных металлических прутьев, скрученных в причудливые формы. Вокруг замка располагался сад с огромным количеством кустарников и треугольных деревьев, подстриженных словно под линеечку. От высокого забора из таких же металлических прутьев, что и окна, прямо к крыльцу вела тропинка из красного камня, вдоль которой тянулся ряд уличных светильников.

«Богато, ничего не скажешь», — подумала Дакота и скрестила руки на груди, пытаясь хоть немного себя согреть.

— Пойдем, ты вся дрожишь, — Хью обнял ее за талию и повел к дому. У ворот он приложил к небольшому экрану свой палец, ворота открылись, и ребята прошли во двор. — Система безопасности, — пояснил парень, увидев удивленное лицо знакомой.

Входную дверь брюнет открыл ключом, затем пропустил девушку вперед и закрыл дверь все тем же ключом. Задавать вопросов Дакота не стала, ответ она уже могла предугадать. Внутри все было так же богато, как и снаружи, даже лучше: на стенах висели картины в золотых рамах, преобладали золотые и красные цвета во всех комнатах, полы в гостиной и коридорах были как зеркало, на окнах висели плотные портьеры красного цвета с золотистыми завязками, а мебель была обита бархатом.

— Я думала, такое только на картинках бывает, — в слух подумала Дакота и сразу умолкла, когда поняла глупость сказанного. Но Хью не обратил внимания.

— Это имение передавалось у нас из поколения в поколение, — слабо улыбнулся он. — Вещи со временем стареют, но я не покупаю современную мебель или предметы интерьера, а пытаюсь восстановить старое, но в более свежем виде, — он подошел к одной из картин, на которых была нарисована обнаженная девушка в шелке. — Моя любимая, — усмехнулся он. — Идем, — Хью пошел по коридору дальше.

Дакота последовала за парнем, и они оказались в просторной и светлой столовой, в центре которой стоял длинный стол и стулья, больше похожие на троны. Также много картин украшали помещение, а особенностью были старинные часы с кукушкой из темного дерева с позолоченными ободками.

— Прошу, — Хью отодвинул для Дакоты стул в конце длинного стола, а после сел напротив нее за другим концом. — Сара! — крикнул он, не отрывая глаз от своей гостьи. В столовую забежала молодая девушка в фартуке, но уже современном, а не средневековом. — Принеси фруктов и вина, — сказал он служанке. Та кивнула и убежала обратно.

— У тебя даже слуги есть, — хмыкнула Дакота, откидываясь на спинку кресла и закидывая одну ногу на другую. Она старалась вести себя уверенно, чтобы не показаться недостойной такого внимания.

— Как и у тебя дворецкий, — пожал плечами брюнет. — Только у меня их несколько.

Хью сидел, откинувшись, как Дакота, на спинку кресла и закинув одну ногу на другую, стопа его лежала на колене другой ноги. Он поставил локоть на подлокотник и поднял руку, теребя пальцами какую-то бусинку. «Повадки короля», — про себя усмехнулась Дакота.

Девушка по имени Сара зашла в гостиную с небольшой тележкой, на которой стояли вазы с фруктами, два бокала и бутылка красного вина. Она поставила это все на стол и ушла, снова оставив Хью и его гостью наедине.

— Не против? — усмехнулся парень, усаживаясь на другой стул рядом с брюнеткой. Он разлил вино по бокалам и протянул один девушке. — За знакомство, — поднял бокал он, и Дакота мило захихикала.

Первый бокал они выпили сразу, а сразу после него хозяин поместья принялся наливать вторую порцию.

— Ты говорил, у тебя были какие-то дела здесь, — напомнила Дакота, принимая вино.

— Дела подождут, — ухмыльнулся Хью. — Может, на брудершафт?

— А целоваться обязательно? — поморщилась та.

— Ради приличия, — протянул парень. Дакота немного помедлила, но потом согласилась.

Ребята взяли бокалы, сплели руки и выпили вино до последнего глотка. Хью поставил бокал на стол и с еле заметной улыбкой потянулся к девушке. Он нежно обхватил пальцами ее подбородок и приблизился к ее лицу настолько, насколько это было возможно. Всего секунда — и их губы соприкоснутся… Но в столовую зашел друг Хью, который не постеснялся прервать их идиллию.

— Хью, тебя к телефону, — кивнул он в сторону другой комнаты и, бросив неодобрительный взгляд на Дакоту, вышел.

— Я сейчас вернусь, — шепнул брюнет, глядя на губы девушки, и поднялся с кресла, уверенной и грациозной походкой уходя прочь.

Хью вышел в коридор, где стоял беспроводной телефон, и ответил:

— Да, — голос его не выражал радости.

— Где она? — раздалось с другого конца.

— Ян, дорогой, — сладко, сочась сарказмом, протянул Хью, — рад тебя слышать.

— Где. Она, — по слогам и с грубостью повторил парень.

— С ней все в порядке, — усмехнулся хозяин дома, — Дакота у меня в гостях, пьет вино, есть фрукты. Я с нее пылинки сдуваю.

— Что ты хочешь?

— Я? — усмехнулся брюнет, а потом в миг стал серьезным. — Мести. Либо ты отдаешь мне то, что когда-то у меня украл, либо свою сестру ты больше не увидишь.

***

POV Ян

На другом конце провода послышались короткие гудки. Хью бросил трубку. Меня охватила такая сильная злость, что я, не соображая, бросил телефон в стену. Он чудом не разбился, но, думаю, со связью теперь будут проблемы. Схватив со стола ключи от машины, я бросился к выходу.

Не осознавая, я приехал к Оливеру, хотя совершенно к нему не собирался. Возвращаться уже было поздно, поэтому я постучал в дверь и стал ждать, пока мне откроют. Друг был не очень рад моему появлению, но прогонять не стал. Он лениво пропустил меня в дом и закрыл дверь.

— Мне нужна помощь, — прямо с порога сказал я, но тут же заметил собранные чемоданы в гостиной. — Ты серьезно? — подавленно спросил я.

— А ты думал, я шутки шучу? — презрительно усмехнулся парень и скрестил руки на груди. — Чего тебе?

— Дакота с Хью, — пролепетал я.

Оливер долго молчал, продолжая смотреть мне в глаза, а затем пожал плечами и сказал:

— Поздравляю.

— Ты дебил? — воскликнул я.

— А что я сделаю? — сорвался Оливер и взмахнул руками.

— Помоги мне собрать сто килограмм героина, — с мольбой произнес я и заметил, как глаза друга увеличиваются.

— Ты рехнулся? Где я столько наркоты найду?

— Если я не верну Хью тот товар, который мы с тобой профукали, он не вернет мою сестру.

Оливер молча смотрел на меня несколько минут, после чего тяжело вздохнул и предложил обзванивать всех, кто занимается продажей наркотиков. В телефоне мы нашли кучу контактов и стали выписывать на листик тех, кто действительно может помочь.

***

POV Автор

Хью вернулся довольный, с широкой улыбкой на лице. Расстегнув верхнюю пуговицу на черной рубашке, он спросил:

— На чем мы там остановились?

Но Дакота уже не хотела этого поцелуя, поэтому решила перевести тему.

— Ты мне так и не рассказал про ваши отношения с Яном, — мило улыбнулась девушка. Хью понял намек и сел в кресло за другим концом стола. Снова забросил ногу на ногу и откинулся на спинку.

— Что ты хочешь знать?

— Как вы познакомились? — Дакота сама себе налила бокал вина и сделала маленький глоток. Парень наблюдал, как ее нежно-розовые губы касаются края стакана, и чуть прищурился. Он всегда так делал, когда сосредотачивался.

— На одной крупной вечеринке, — ответил он и тоже сделал глоток вина, а затем взял вазу с виноградом и оторвал одну ягоду, закидывая ее себе в рот. — Ничего необычного.

Дакота тоже притянула к себе тарелку с клубникой и взяла одну ягоду. Она медленно поднесла ее ко рту и надкусила; сок потек по ее губам, и она соблазнительно слизнула его. Хью понял, что алкоголь уже ударил в голову девушке, но ничего не сказал. Его заводило то, как вела себя Дакота.

— А почему ты никогда не заходил к нам? — она подалась немного вперед, взяла вторую ягоду и так же соблазнительно откусила.

— Времени не было, — Хью не отрывал глаз от девушки. Во рту все пересохло, на лице было серьезное выражение, он нервно прикусил губу, останавливая себя и приводя в чувства, мол, нельзя тащить ее в постель. Не сейчас.

— Надеюсь, теперь ты будешь заходить чаще? — она улыбнулась и осушила свой бокал.

— Обязательно, — на лице у парня появилась хитрая улыбка. — Кстати, только что звонил Ян, — сказал он и заметил на лице у Дакоты интерес, — сказал, чтобы ты осталась у меня, так как у него дела, а оставлять тебя одну дома он не хочет, —, но она не сильно расстроилась.

Уже вечерело, погода лучше не стала, и ехать Дакоте никуда не хотелось, тем более, что новый знакомый оказался таким интересным парнем. Она съела еще несколько ягод и почувствовала легкое головокружение от алкоголя.

— И где я буду спать? — спросила она. Хотелось уже лечь на кровать, потому что сидеть на одном месте в течении часа надоело.

— Я покажу, — Хью поднялся, подошел к брюнетке и протянул ей руку. Она подала ему свою ладонь, и хозяин дома повел ее к лестнице. Они поднялись на третий этаж, где было несколько спален. — Выбирай любую, — он указал рукой на комнаты и оперся плечом о стену.

— Эта, — она подошла к комнате, где все было красное: мебель, стены, ковер, даже зеркало над комодом было в красной раме. «Цвет страсти», — подумала Дакота.

— Будешь спать со мной? — усмехнулся Хью и подошел к девушке. Та посмотрела на него с недоумением. — Это моя спальня, но раз уж ты ее выбрала, то спи в ней. Я попрошу Сару принести свежее постельное белье.

Хью ушел, а Дакота зашла в комнату, чтобы осмотреться получше. Здесь, как и в автомобиле, пахло свежестью и мятой. Девушка улыбнулась и, закрыв глаза, прыгнула на кровать животом вниз. Только спустя несколько минут она открыла глаза и заметила парня, который приходил в столовую. Он стоял в коридоре со скрещенными руками на груди и наблюдал за ней.

— Первый враз вижу такую дуру, которая радуется своему заточению, — с этими словами он ушел в ту сторону, куда и Хью.

Дакоте не понравились его слова, но как она не пыталась понять их смысла, все без толку. Пришла Сара со стопкой красного постельного белья в руках. Дакота поднялась с кровати и стала наблюдать за тем, как девушка ловко меняет простынь.

— А что этот парень имел в виду, когда говорил про заточение? — наконец решилась спросить она, опираясь на комод за ее спиной.

— Не обращайте внимания, мисс, — пролепетала нежным голосом Сара, — он не любит новых гостей в этом доме.

Быстро поменяв пододеяльник и наволочки на двух мягких приличного размера подушках, она удалилась, закрыв за собой дверь. Дакота решила не думать об этом, открыла дверь на балкон для того, чтобы запустить в комнату немного прохлады. Хоть на часах было всего шесть вечера, брюнетка уже решила подготовиться ко сну. Только она хотела раздеться, как в спальню вошел Хью.

— Не помешал? — он оперся о стену и засунул руки в карманы джинсов.

— Я хотела лечь спать, — скромно произнесла Дакота, поправляя хвост. Алкоголь понемногу выветривался, мозг начинал работать лучше.

— Не хочешь поиграть с нами в бильярд?

— С нами — это с кем? — усмехнулась девушка.

— Я и еще двое моих друзей. Одного ты уже видела, это Рафаэль. Второго зовут Люк, он тебе понравится больше.

Дакота немного подумала, а затем согласилась. «Не спать же в самом деле!».

Хью провел ее на второй этаж, где находилась бильярдная и совмещенный с ней бар. На диване сидели двое парней, что-то разглядывая в телефоне и тихо обсуждая. Рафаэль был высокий и стройный, но с накаченными руками, а вот Люк наоборот был чуть пониже и чуть худее, но лицо его выглядело дружелюбно.

— Знакомься, это Люк и Рафаэль, — Хью указал на своих друзей, и они оба подняли глаза на девушку. — Это Дакота, — обратился он к парням.

— Очень рад, — кивнул Люк и кротко улыбнулся.

— Взаимно, — ответила та.

— Ну-с, сыграем, — хлопнул в ладоши Хью, — кто проиграет — выполняет желание победителя. Начнем!

========== Часть 14 ==========

— Ну и дела, — усмехнулся Хью, когда Дакота снова попала в дырку шариком.

Девушка, радуясь своим успехам в игре, приняла очередной стакан виски, который тянул ей Люк. Пока гостья была занята бильярдом, он незаметно подсыпал в алкоголь снотворное. Доза была не большой, но и не маленькой, да к тому же до этого Рафаэль тоже подсыпал в другие порции этот белый порошок, который за считанные секунды растворялся и вместе с алкоголем образовывал гремучую смесь. Именно из-за этой смеси уже через минуту после приема алкоголя Дакота лежала на диване без сознания, а парни нависали над ней и тихо перешептывались:

— Что предлагаешь? — с хмурым выражением лица спросил Рафаэль. Ему не нравилась идея с таким обращением к девушке, но не он в этом доме хозяин.

— Сейчас наручниками к кровати, а там посмотрим, — бросил Хью и поднял девушку на руки.

Он вышел из игровой и пошел на четвертый этаж, где находилась всего одна старая комната, которую все давно считали обычным чердаком. В комнате находилась огромная кровать с аркой из железных прутьев у изголовья, тумбочка рядом и два светильника с тусклым желтым светом. Прочий хлам был разобран и расставлен по углам коморки. Хоть это и был чердак, там было тепло, а ветер, который становился все сильнее снаружи, не проходил даже через большие щели, которые заделали, видать, очень давно.

Хью положил Дакоту на кровать и протянул руку к Рафаэлю, который подал ему наручники. Парень развел руки брюнетки в стороны и приковал к железным прутьям по разные стороны. Дакота не двигалась. Спала как убитая.

— И сколько она будет здесь сидеть? — скрестил руки на груди Рафаэль.

— Пока мне не вернут то, что принадлежит мне, — серьезно ответил Хью. — Если вы хоть пальцем до нее дотронетесь, я заставлю вас землю жрать, — грубо обратился он к друзьям, при этом обернувшись и посмотрев на Люка, после чего вышел. Люк пожал плечами и вышел следом, а Рафаэль еще пару минут стоял у кровати.

— Дура, — прошептал он, — какая же ты дура, — и ушел.

***

POV Ян

Весь вечер мы с Оливером обзванивали знакомых, спрашивали, есть ли у них какая пачка, но решил помочь лишь один. Он предложил встретиться в баре, и Оливер решил отправиться туда один. Я же места себе не находил. В голову закрадывались ужасные мысли: что с ней? где она? жива ли вообще?

Всю ночь я не спал, друг вернулся почти под утро с тридцатью килограммами героина, чего нам совсем не хватало. Где взять еще семьдесят мы не знали. До семи утра мы просидели молча, уставившись в одну точку и не двигаясь. Пока не зазвонил телефон…

— Алло, — быстро ответил я, ожидая услышать голос Хью и его новости о моей сестре. Но это был не он.

— Где Дакота? — прямо и с грубостью спросил Эдвард, тот парнишка, который меня так раздражает. — Я не могу до нее дозвониться.

— Дакота уехала, не беспокой меня больше, — я сбросил вызов и сел обратно в кресло.

На меня навалилась усталость, не хотелось ничего делать, только лечь и лежать. Но вспоминая о том, ради чего я все это делаю, я снова приходил в норму и продолжал работать.

— Он нас торопит, — сказал Оливер, открывая только что пришедшее сообщение на мобильном.

Тяжело вздохнув, я взъерошил свои волосы. Где мне найти столько товара? Да и время ограничено. Примерно пять минут я просто сидел и смотрел в одну точку.

— Брат, тебе нужно поспать, — тихо сказал Оливер, положив мне руку на плечо. — Я с тобой, мы справимся.

Я кивнул и медленно поднялся, после чего так же медленно пошел на улицу. Погода все еще была плохая: пасмурное небо затянулось тучами, на асфальте остались большие лужи, хорошо хоть ветра не было.

У дома меня ждал Эдвард, чему я очень «обрадовался». Делая вид, что не замечаю его, я пошел дальше, к своим воротам, но парень остановил меня, грубо схватив за руку. Его взгляд был строгим и упрямым.

— Что происходит? — спросил он.

— Нормально все, — буркнул я и вырвал руку из его хватки.

— Либо ты сейчас все мне объясняешь, либо без драки я отсюда не уйду.

Я бы и сам мог с ним расправиться, что пришлось бы его везти в больницу, но еще больше проблем я не хотел. К тому же, не было сил спорить, поэтому я просто позвал его в дом, и, когда он зашел во двор, закрыл за нами ворота.

***

POV Дакота

Когда я проснулась, то не сразу открыла глаза: не хотела доставлять себе еще большую боль. Голова раскалывалась, руки в районе запястий саднило, спина болела из-за неудобного положения тела. С трудом раскрыв глаза, я поморщилась из-за яркого света. Хоть солнца за окном не было, небо было светло-серого цвета, что резало глаза.

Оглядевшись вокруг, я заметила стены темно-красного цвета, низкий потолок с наклоном, старую тумбу у кровати, на которой я лежала, и дряхлое темно-зеленое кресло у окна в темной деревянной раме, которое в форме треугольника тянулось от пола почти до самого потолка. Я буквально за пару секунд поняла, что это чердак.

Попытавшись встать, я взвизгнула от резкой боли в запястьях. Оказалось, мои руки прикованы наручниками к изголовью кровати, которая была больших размеров, но практически лежала на полу (ножки у кровати были сантиметров пятнадцать в высоту, не больше). Меня охватила паника. Сердце начало учащенно биться, в груди слегка сдавливало.

— Уже проснулась, — с усмешкой произнес Хью, вошедший в эту маленькую каморку. Красота, которая заставила мой рассудок покинуть меня при нашей первой встрече, теперь вызывала лишь страх. И как бы это не было странно, ненависти я к нему не испытывала. Парень опустился в зеленое кресло и закинул ногу на ногу (лодыжку он положил на колено другой ноги), после чего снова откинулся на спинку и поставил руку на подлокотник, как делал это всегда.

— Зачем ты меня сюда притащил? — тихо, дрожащим голосом спросила я. Во рту было сухо после вчерашнего, виски сдавливало с неимоверной силой, я чувствовала, как пульсирует венка на шее.

— Чтобы ты не сбежала, — серьезно ответил тот.

— Но зачем я тебе?

— Точно хочешь знать? — он как-то странно изменился в лице: не то улыбнулся, не то нахмурился. Я кивнула. — Твой брат мне кое-что должен. Ты — залог.

Я дернула рукой, не понимая, зачем, и снова почувствовала, как холодный металл впивается в кожу. Поморщившись от боли, я продолжила смотреть на Хью. Сейчас я поняла, что имели ввиду и родители, и учителя, когда говорили: «С незнакомцами не разговаривать!». Но сейчас-то что с этого?

Хоть я и поняла, каким Хью является на самом деле, для меня он по-прежнему оставался эталоном красоты: в черной боксерской майке его руки были открыты, и я могла видеть его мускулы и татуировки, которые были мне непонятны.

— Я хочу пить, — почти прошептала я.

— Сара! — крикнул он так громко, что я вжалась в постель. Кстати говоря, она была мягкая, постельное белье из темно-красного шелка было чистое и гладкое, приятное коже, а под спиной (я попыталась принять сидячее положение) находилось множество декоративных подушек. В комнату, или чердак, не знаю, как лучше сказать, вбежала девушка в фартуке. — Принеси графин с водой и стакан, — девушка кивнула и вышла. Хью снова посмотрел на меня. — Скоро твое желание исполнится.

Пару секунд он молчал затем встал с кресла и медленно подошел к кровати. Он встал на колени, чтобы быть на одном уровне с мной, и одной рукой уперся в железные прутья у изголовья.

— У тебя кровь, — тихо и спокойно сказал брюнет, глядя на мою левую руку. Он нежно обхватил запястье своими пальцами и наклонился к моей руке, медленно провел про кровавой ране языком, отчего внутри меня все сжалось. Хотелось вырвать руку, но это было невозможно. Хью посмотрел мне в глаза и облизнул свои сухие губы, чем привлек мой взгляд. — Ты такая хрупкая, — шепнул он, — и беззащитная, — он стал наклоняться ко мне все ближе, а я, снова очарованная его внешностью и речью, застыла и ждала продолжения. Он словно гипнотизировал меня.

Буквально пару сантиметров оставалось между нами, когда в комнату зашла Сара с подносом. Она, стараясь не смотреть на нас, смущенная происходящим, поставила графин с водой и стакан на тумбу и быстро вышла за дверь.

— Я хочу пить, — хрипло повторила я, и Хью отвлекся. Он налил в стакан воды и поднес его к моим губам. Я потянулась вперед, но он отвел руку, дразня меня. Я нахмурилась.

— Ладно, — усмехнулся Хью и приставил стакан ко мне. Я жадными глотками стала пить холодную, до это безвкусную, а в этот момент сладкую воду. От наслаждения я закрыла глаза и не заметила, как Хью снова отвел руку. Вода пролилась на мою блузку и на мои губы, потекла по подбородку и шее, а прозрачная блузка промокла и прилипла к груди. — Я все исправлю, — усмехнулся парень, хотя взгляд его был решительным. Он, не отрывая взгляда от моих глаз, поставил стакан на тумбочку и принялся расстегивать пуговицы на блузке. Внутри все сжалось от страха, сердце забилось чаще. Но это был не столько страх, сколько стеснение и удивление.

— Что ты делаешь? — тихо спросила я, вжимаясь в спинку кровати, но это не помогало мне скрыться от рук брюнета.

— Всего лишь хочу вытереть с твоего тела воду, — так же тихо ответил Хью.

Он расстегнул пуговицы, оставив грудь закрытой, и, медленно наклоняясь, продолжал смотреть мне в глаза. Он нависал надо мной, упираясь руками в кровать по обе стороны от моего тела. Парень был так близко, но я его не ощущала. Он коснулся губами моей кожи над грудью, и по телу побежали мурашки.

— Перестань, — слегка испуганно прошептала я. 

— Я не хочу, — ответил Хью.

Он поднимался губами с груди к шее, слизывая стекающую с меня воду. Я ощутила тонкий аромат его парфюма, и запах на секунду одурманил меня. Настоящий мужской одеколон с ноткой мяты. Мята присутствовала везде. Когда Хью добрался до уголков губ и слизнул с подбородка капли воды, я напряглась. Однако брюнет не спешил, растягивая удовольствие.

— Пожалуйста, перестань, — снова попросила я. Он посмотрел мне в глаза, и я забыла практически обо всем: омут его карих глаз поглотил меня.

— Хью, — послышался грубый голос откуда-то с лестницы, и я облегчено выдохнула. — Хью, ты где?

— Это еще не конец, — шепнул хозяин дома прямо мне в губы и стремительно вышел из коморки.

Пуговицы так и остались расстегнутыми, а на шее и на уголках губ до сих пор ощущались его поцелуи. От одной мысли об этом внутри все сжималось, только разобраться с чувствами к нему я не могла.

***

POV Ян

Эдвард устало потирал ладонями лицо, взъерошивал волосы и кусал губу. Все это продолжалось примерно двадцать минут, при этом мы ни разу не обмолвились словом. После моего объяснения всей ситуации он не разговаривал со мной и сидел на одном месте.

— Думаю, тебе пора домой, — без особого дружелюбия указал я парню на дверь.

— Я хочу помочь, — наконец заговорил он, посмотрев мне в глаза. — Я хочу спасти Дакоту и быть частью ее жизни, а не стоять в стороне.

— Ты все равно не будешь с ней встречаться, — буркнул я.

— Ты тоже, — таким же тоном ответил Эдвард.

— Что? — я был немало удивлен. Тот отмахнулся и продолжил тему.

— Сейчас многие подростки продают какие-то препараты, чтобы словить кайф, так что еще немного мы сможем найти.

— А остальное? — устало вздохнул я. — Мне нужна сотня, а не пару килограммов.

— Нормально все будет, — кивнул парень. — Ты плохо выглядишь, иди поспи.

Я согласился и пошел в спальню, оставив знакомого под присмотром Константина. Проходя мимо библиотеки на втором этаже, я заметил, что дверь открыта, и зашел внутрь. Огонь в камине давно догорел, но на столе все еще стояла пустая кружка Дакоты. Значит, она была здесь вчера.

На меня навалилась такая злоба, что я взял кружку и замахнулся ею в стену, но… не кинул. Медленно опустив руку, я вернул кружку на прежнее место и поплелся к выходу. В спальне я сразу упал на кровать, глядя в окно. Глаза начали закрываться, и я почувствовал усталость и одновременно комфорт, лежа в своей постели.

Мысли о сестре не давали покоя даже во сне. Мне то казалось, что я проваливаюсь в темноту, а она остается с Хью, то виделась спальня, где Хью ее соблазняет. Все сны были об одном. Я всегда знал, что очарование Хью позволяет ему без проблем втереться в доверие, а уж особенно в доверие к таким девушкам, как Дакота. И если уж он что-то хочет, он это получает. Вот именно этого я и боюсь.

И только я подумал о Дакоте, как передо мной всплыл ее нежный образ. Почему-то я представил ее в том платье, которое она надела на свой день рождения. Она улыбалась мне. Так искренне, так по-детски даже. С такой любовью смотрела на меня. Как же мне не хватает этого.

***

POV Дакота

Хью вернулся только через пару часов с подносом в руках, на котором стояла тарелка с яичницей и беконом, чашка кофе и вафли. Он проставил поднос на пол рядом с кроватью и присел на край.

— Хью, прошу, отпусти, я не сбегу, — чуть не плача, просила я, — у меня все тело болит.

Он долго смотрел на меня, о чем-то размышляя.

— Ты сбежишь при первой же возможности, ты ведь не будешь добровольно сидеть и ждать, пока твой брат не вернет долг.

— Я буду ждать, — кивнула я, сдерживая слезы, — ну пожалуйста.

— Нет, — грубо отрезал он и взял с подноса тарелку, чтобы накормить меня.

— Я хочу в туалет, — скромно пролепетала я, и Хью тяжело вздохнул.

Он освободил мои руки от наручников, и какое-то время я просто сидела и разминала запястья, на которых появились порезы и маленькие синяки. Парень отвел меня в уборную, я быстро справилась со своими делами и умылась, так как день пролежать на одном месте было трудно. И хоть чердак тот выглядел опрятно и чисто, вряд ли там не было пыли. В поисках полотенца мне пришлось полазить по шкафчикам, в одном из которых я нашла пачку с белым порошком. Сомневаюсь, что это для стирки белья.

Выходя из уборной, я протянула пакет Хью и спросила:

— Это твое?

Он сразу изменился в лице. Из равнодушного и безмятежного парня он превратился в сосредоточенного и даже злого. Он выхватил у меня из рук пачку с порошком, вернул обратно в шкаф и грубо толкнул меня вперед, чтобы я шла к лестнице на четвертый этаж.

— Прекрати! — возмутилась я, но он меня не слушал. — Это же наркотики, да? Откуда они у тебя?

— Не твое дело, — рявкнул брюнет и затолкал меня обратно на чердак. Он быстро приковал мои руки обратно к прутьям из металла и протянул кусок яичницы на вилке. — Ешь.

— Не буду, — отвернулась я, — пока не объяснишь.

— С какой стати я должен тебе что-то объяснять? — вконец рассвирепел Хью. Он оказался прав, ведь я никто, чтобы знать правду. Но он продолжил сам. — Ладно, неужели мое имя тебе ни о чем не говорит? — я покачала головой. — И брат тебе ничего не рассказывал? — я снова покачала головой. — Запущенный случай, — вздохнул Хью. — Я самый известный наркодиллер в Лондоне, самый главный, как многие говорят, а твой брат когда-то был у меня в попечительстве. Знаешь, мы не плохо сдружились за полгода нашей совместной работы, но он меня кинул. И знаешь как? Героин продал моему заказчику, а деньги себе присвоил. Вот с него и причитается должок, — хмыкнул парень.

— Что ты несешь? — с отвращением поморщилась я. — Ян не такой, он бы не стал ввязываться во все это.

— Мне нет никакого смысла тебе врать, — равнодушно пожал плечами брюнет.

— Он никогда мне не врал, — уверенно сказала я.

— Думаю, это тоже было ложью, — усмехнулся Хью, и почему-то стало до жути обидно. Он снова протянул вилку с яичницей, а я опять отвернулась. — Тебе нужно поесть, — сердито произнес он.

— Я не буду есть, пока ты не скажешь мне правду, — буркнула я, глядя в глаза Хью.

— Твою мать, — выругался брюнет, — я тебе правду сказал! Вот увидишь, твой брат прибежит сюда с героином через пару дней, ведь он знает, где его достать, — слова его сочились сарказмом. — Ешь, — приказал он. Я молча смотрела ему в глаза. — Сама напросилась, — он забрал поднос с едой и вышел из комнаты, громко хлопнув дверью.

========== Глава 13 ==========

До позднего вечера я пролежала на кровати, не двигаясь. Хотя какое может быть движение, когда мои руки прикованы наручниками к кровати? На нижних этажах раздавались голоса, иногда непонятный шум, но чаще всего напряженный разговор парней. И было ощущение, что они вовсе стоят у двери моей каморки и обсуждают меня. Но это уже паранойя.

За окном потемнело. Часов на чердаке, конечно же, не было, но я поняла, что уже приблизительно восемь часов вечера. Невыносимо хотелось есть, пить, в туалет, душ принять… Хотелось всего, чего я сейчас была лишена. Движения мне тоже хотелось, куда же без этого? Только я подумала о воде с лимоном, как дверь в комнату отворилась. В темноте я не различала ничего вокруг, но это была однозначно не служанка.

Включили свет, и я увидела перед собой Рафаэля. Он с хмурым лицом достал из кармана маленький ключ и освободил мои руки от наручников. Я села на кровать и начала тереть запястья. Старые порезы зажили, на их месте появились шрамы, синяки и свежие царапины, но в этот раз они не кровоточили.

— Пойдем, — Рафаэль взял меня за предплечье и повел из комнаты. Мы спустились на третий этаж, он завел меня в ванную и кинул в руки полотенце. — Приведи себя в порядок.

Парень вышел из ванной, и я закрыла дверь на замок. В зеркале отражалась не та красавица, которую привыкли видеть все вокруг, а измученная девушка, которая не спала уже целую вечность. Хвост был растрепан, и я быстро сняла резинку, чтобы не смотреть на этот ужас. Руки в предплечьях болели, когда я поднимала из вверх.

— Да уж, — протянула я с грустным лицом, — угораздило меня в гости прийти.

Справив нужду, я стала медленно раздеваться, так как все тело болело и быстрые движения доставляли мне дискомфорт. Я зашла в душевую кабину и повернула кран, на мена полилась теплая вода. Мне сейчас казалось, будто по моей коже скользит шелк, а когда я взяла гель, который стоял на полке у зеркала, то и вовсе забыла обо всем. Да, что нужно человеку для счастья? Лишь душ и гель. Кстати говоря, аромат довольно приятный. Лайм. Видимо, мяты Хью не нашел.

После душа я оделась и принялась насухо вытирать волосы. Но как я не старалась, полностью они бы не высохли. Пришлось спросить у Рафаэля, есть ли здесь фен. Он указал на шкафчик над стиральной машиной. Вскоре я была полностью готова, но так и не знала, к чему. Я вышла из ванной комнаты, и Рафаэль повел меня вниз. Мы спустились на первый этаж, а затем направились в противоположную сторону от гостиной. Рафаэль открыл передо мной дверь, которая находилась где-то за кухней, откуда шел невероятно аппетитный запах. Но насладиться им мне не дали: парень затолкнул меня в коридор, в конце которого находилась одна единственная дверь.

Мы медленно подошли к двери, и он остановил меня, схватив за руку. Его глаза быстро осматривали мое лицо, а затем парень посмотрел мне в глаза.

— Слушай внимательно, — очень тихо и быстро говорил он, — под матрасом у изголовья кровати лежит нож. Воспользуйся им, если что-то пойдет не так, и ничего не бойся. Поняла? — он смотрел в упор, а я не знала, что сказать, его слова испугали меня. — Ты меня поняла? — настойчивее спросил он и схватил за плечи. Я быстро закивала, и Рафаэль открыл дверь, затолкнув меня в комнату.

Мот, M.Y.B, Johnyboy, Sifo, GidraGidra & Marku — Злой негр

Дверь за мной закрылась, но совершенно бесшумно, будто она была сделана из облака. Комната была тускло освещена: горела лишь одна лампа на кофейном столике у окна, где стояла ваза с цветами и лежало несколько книг. Справа от двери стояла огромная кровать с балдахином, в другой части спальни стояло два кресла, в одном из них сидел Хью в привычной позе. На столике между креслами стояли вазы с фруктами и вино. Видимо, то же, что и в обед, когда я пришла в этот дом первый раз.

— Проходи, — парень с ухмылкой указал на одно кресло.

Я осталась стоять на месте, продолжая осматриваться. Все снова было в красных цветах, но на этот раз кроме красного и коричневого (деревянные вещи)  больше никаких цветов не было. Даже розы на столе были красные. Я аккуратно перевела взгляд на кровать, стараясь оценить ситуацию. Матрас довольно высокий, поднять его и достать нож будет задачей не из легких. Но надеюсь, до этого не дойдет.

— Я сказал сесть, — уже грубее повторил Хью, и я решила не испытывать его на терпеливость. Медленно я прошла к креслу, ощущая взгляд парня на своей прозрачной рубашке. Он протянул мне бокал красного вина, когда я села напротив него. Я хмуро смотрела на него, чуть опустив голову. — Не хочешь? — со скучающими и слегка удивленными нотами в голосе спросил он. Я молчала. — Как хочешь.

Он залпом выпил бокал вина и после этого закинул в рот виноградину. Он долго смотрел мне в глаза, наклоняя голову из стороны в сторону. Затем его взгляд переместился на шею и грудь, после чего он решил снова заговорить:

— Тебе нужно поесть.

— Я сказала, что не буду есть, пока ты не скажешь мне правду, — упрямо настаивала я. Хью снова посмотрел мне в глаза и наклонил голову вправо. Он медленно облизал губы и прикусил нижнюю, так же медленно наклонился вперед, упершись локтем в колено, и ухмыльнулся.

— Когда он придет, спросишь у него сама.

— Зачем ты меня здесь держишь? — после короткой паузы спросила я. — Ты можешь отпустить меня и получить свой товар. Я гарантирую, что… — он перебил меня, усмехнулся и откинулся на спинку кресла обратно.

— Я не отпущу тебя хотя бы потому, что ты симпатична мне.

— Симпатична? — ужаснулась я. — Ты приковал меня к кровати на чердаке!

— Других девушек я накачивал наркотой, насиловал и выбрасывал на улицу, — сразу стал серьезным Хью. Даже злым. — Так что не ной.

Он взял бутылку и снова налил вино в бокал. Когда Хью протянул мне напиток, я взяла бокал, не решаясь отказать. После его рассказа мне стало страшно выводить его из себя. Сделав глоток, я ощутила горечь, а затем выпила вино полностью. Внутри все начало гореть. Хью ухмылялся, откуда-то исходила музыка. Реп, настраивающий на агрессивное расположение духа. Не особо мне это нравится.

Хью залпом выпил вино из своего бокала и поднялся. Парень поправил свои волосы, который были безупречно уложены и залиты лаком, как и до этого. Он протянул мне руку и серьезно посмотрел на меня, чуть прищурившись, но в глазах играл похотливый огонь. Отвечать на его жест я не спешила, но он становился злее, поэтому вовсе проигнорировать я не могла.

Хью сначала медленно, почти не прикасаясь к моей руке потянул меня на себя, а когда я поднялась на ноги, резко прижал к себе и развернул в сторону постели. Я от неожиданности охнула, и брюнет расплылся в хитрой улыбке. Он медленно двигался к кровати, делая совсем маленькие шаги. Я смотрела в его карие глаза, сердце мое быстро билось. Хью аккуратно убрал мои волосы с плеч за спину и провел пальцем по шее, ведя им к пуговицам на рубашке.

Брюнет резко рванул рукой, держась за рубашку, и пуговицы разлетелись по комнате. Не успев прикрыть открывшуюся грудь, я упала на кровать. Брюнет быстро стянул с себя боксерку и навис надо мной, упираясь руками в кровать по обе стороны от моих плеч. Он завел мои руки над головой и стал придерживать их левой рукой, правой он поднял мой подбородок, наклонился и провел языком по нижней губе.

Мое тело сковал страх. Но в какой-то степени мне это нравилось, внизу живота сладко потянуло. Хью все еще держал одной рукой мои руки, но уже не над головой. Парень развел мои ноги и пристроился между ними, правой рукой он провел по моей ноге, остановившись у лодыжек. На ногах у меня до сих пор были ботильоны.

— Ты красивая, — шепнул мне на ухо Хью, вернувшись в исходное положение, то есть снова нависая надо мной. — Тебе говорили об этом?

Он поцеловал меня в шею и провел рукой по талии, останавливаясь на бедре. Легонько сжав его, он прикусил мою нижнюю губу и слабо потянул на себя, а затем просунул свой язык мне в рот. Я подалась вперед из-за боли, так сильно сжимал бедро Хью, но он принял это как знак желания и ухмыльнулся, не прекращая поцелуй.

— Тебе же нравится, — шептал он, зарываясь носом в мои волосы. — Пахнешь лаймом. Потом будешь пахнуть мной.

Он резко потянул меня на себя, перевернул на живот и поставил раком. Намотав мои волосы на свою руку, он потянул голову на себя, но совсем не больно. Я выгнулась, когда почувствовала, как Хью прижимается к моему заду. Его джинсы оказались довольно тонкими, и я хорошо чувствовала его член; сердце забилось в бешеном темпе, внизу живота потянуло.

Хью наклонился, продолжая держать меня за волосы, и коснулся губами шеи, затем плеч. Он провел пальцем по моим губам и засунул большой палец мне в рот, придерживая рукой мой подбородок; я выгнулась еще сильнее. Языком провела по кончику его пальца и сжала губы вокруг него. Брюнет шлепнул меня по попе и после этого прижался ко мне еще сильнее. Я невольно вздохнула, и Хью это услышал.

— Ты можешь просто попросить, — прошептал он на ухо, проводя пальцем от ключицы к груди.

Просить его об этом не входило в мои планы, но и вырваться я не могла. Парень потянул меня за волосы к себе и прижался к моей спине своим торсом, сжимая грудь двумя руками. Я ни разу не ощущала такого, из-за этого я вообще потеряла разум и стала отдаваться ему. Я запрокинула свою голову назад, на плечо Хью, а правой рукой держалась за его шею. Брюнет продолжал целовать меня в шею, плечо и предплечье, одну руку медленно спуская вниз. Он запустил ее в штаны, выводя рисунки над линией трусиков. Опустив руку еще ниже, Хью легко надавил на клитор через ткань нижнего белья, и я издала тихий стон, закрыв глаза.

— Ты уже мокрая, — с усмешкой произнес он и прикусил мочку моего уха.

Хью принялся расстегивать пуговицы на моих штанах, что привело меня в чувства. Я только сейчас поняла, что могу лишиться девственности. Меня охватила паника. Я сбросила руку парня и попыталась оттолкнуть его, но он бросил меня на кровать и сел сверху, расстегивая свой ремень. Выглядело сексуально. Ярко выраженные линии от бедер спускались к паху, руки тянулись пощупать кубики и накаченную грудь.

— Не бойся, — шепнул Хью, стягивая с себя джинсы. Он ухмыльнулся и отбросил вещь на пол. — Тебе понравится.

Брюнет принялся расстегивать пуговицы на моих штанах, и я начала сопротивляться. Ему это не понравилось, он резко впился поцелуем мне в губы, не убирая рук от ширинки. Я сжала зубы, чтобы его язык не проник в мой рот, но Хью с силой надавил пальцами на челюсть. От боли я повиновалась и зажмурилась, но это пошло мне на руку: парень уже не пытался стянуть с меня одежду.

Я с силой толкнула его в грудь, и он откинулся немного назад. За время, пока он поднимался, я успела доползти до изголовья кровати. Оказалось, что нож действительно был спрятан между матрасом и стеной, поэтому достать его было вполне возможно. С силой дернув за рукоятку на себя, я прижалась спиной к стене и направила нож на Хью.

— Не подходи, — прошипела я, сжав зубы.

— Ты все равно не сможешь порезать меня, — усмехнулся брюнет и поправил свои волосы.

— Хочешь проверить? — нахмурилась я. Хью перестал улыбаться, пару секунд смотрел на меня, а затем слез с кровати. Он надел джинсы и не спеша, развязной походкой, подошел к двери. Я внимательно за ним наблюдала, держа наготове оружие.

— Иди, — открыл он дверь и засунул левую руку в карман. Он опустил голову, разглядывая свои босые ноги. — Но учти, я лишь хотел помочь тебе рассчитаться с долгами брата, — он усмехнулся. Его тон и его улыбка мне не понравились, но спрашивать об этом я не стала.

Быстро поднявшись с кровати, я кинула нож на пол и выбежала из спальни, стуча каблуками и закрывая рубашкой грудь, так как пуговиц на ней не осталось.

========== Глава 14 ==========

POV Ян

Слишком долгая ночь… Кажется, я проспал несколько дней. Может так оно и есть? Кто же знает… Нащупываю рядом холодную подушку и возвращаюсь в реальность. Да, она никогда не была теплой, но я всегда знал, что напротив моей спальни находится комната моей маленькой девочки. Сейчас она пуста.

Я быстро вскочил с кровати и вышел в коридор. Майка помялась из-за моих поворотов во сне, а штаны как-то непонятно перекрутились, пришлось их поправлять по пути на кухню. На часах было восемь утра, погода была пасмурная, идти никуда не хотелось. Однако я вспоминал о Дакоте и делал все дела по дому с удвоенной скоростью, чтобы как можно скорее выбраться отсюда.

— Месье, — обратился ко мне Константин, разливая по стаканам апельсиновый сок, — мне бы отлучиться сегодня в город, нужно устроить контрольную закупку перед прибытием ваших родителей.

Мои глаза округлились. Как же я мог забыть?! Завтра утром мама с папой будут дома, а Дакоты нет. Что мне сказать? Что мне делать?

— Да, конечно, — опустошенным голосом ответил я, глядя в одну точку. — Можешь идти.

Дворецкий поклонился и вышел с кухни. Я долго смотрел в пол и вовсе забыл про свой завтрак, который давно остыл. Поднимаясь с места, я задел стакан с соком локтем, и тот разбился вдребезги, когда упал на пол. Сок начал растекаться по плитке, образовывая липкую желтую лужу, через которую я с трудом перешагнул, чтобы добраться до шкафчика с тряпками. Намочив тряпку, я принялся вытирать пол и вместе с тем собирать осколки. В памяти всплыл момент, когда Дакота аккуратно обрабатывала мне рану на руке, когда я порезался таким же стеклом. Ее нежные руки словно коснулись меня сейчас, по телу пробежали мурашки…

Осколки я собрал и выбросил в мусорку, а тряпку сполоснул чистой водой из-под крана, после чего положил ее на прежнее место. На майке образовалось грязное пятно, поэтому пришлось снять ее и бросить в таз с водой, чтобы легче было его отстирать. Сам же я переоделся в свежую рубашку темно-синего цвета и светлые, почти белые джинсы.
Когда я вышел из квартиры, во дворе меня уже ждал Оливер. Он говорил по телефону, нервно жестикулируя. Разговора я не слышал, но когда подошел ближе, то стало ясно, что говорят они про наркотики. Мне кажется, день должен начинаться с хороших новостей, поэтому я просто сел в машину… Но и тут не обошлось без сюрпризов: на заднем сидении сидел Эдвард и пересчитывал деньги, а рядом лежало очень много пакетов с героином.

— Где вы их взяли? — я от удивления открыл рот.

— Где взяли, там уже нет, — усмехнулся парень, продолжая свое дело. Он не собирался отвечать на мой вопрос и, казалось, вообще забыл о моем присутствии. Наконец, когда он все пересчитал, то засунул пачку во внутренний карман джинсовой куртки и откинулся на спинку сидения. Я продолжал смотреть то на Эдварда, то на его закупку, но при этом в машине стояла гробовая тишина.

Оливер закончил говорить и сел за руль, поворачивая ключ, чтобы завести машину. Спрашивать ничего не буду, сам расскажет. Но он не сказал ни слова, даже когда мы выехали со двора.

— Сколько здесь? — тихо спросил я, кивая головой на заднее сидение.

— Мы еще не взвешивали, — серьезно ответил друг, — но думаю, что около сорока килограмм, не меньше.

Я присвистнул. На сердце стало куда легче. В таком случае, нам нужно найти меньше половины того количества, которое требовал Хью. Скоро я буду с Дакотой, скоро все наладится…

***

Оливер несся как угорелый, обгоняя машину за машиной и несколько раз нарушив правила дорожного движения. Зачем он так гнал — непонятно, но он явно расслабился, когда наша машина остановилась у входа в один из лондонских борделей. Эдвард идти не захотел: сказал, присмотрит за товаром. Но это даже к лучшему.

Внутри было неожиданно светло и свежо, так как посетителей днем не принимают. Коридоры пустые, в баре и за столиками абсолютная чистота, а громкая музыка не давит на виски. Слишком спокойно для борделя. Но пока я рассматривал помещение, которое ни разу при свете дня не видел, Оливер уже скрылся в одном из коридоров. Я решил испытать судьбу и поискать владельца сия заведения, с которым у меня были довольно хорошие отношения. Не раз именно я доставлял в его клуб наркотики, за что один раз чуть не угодил в руки полиции. Благо, сам Марк, владелец борделя, выручил меня.

За одной из дверей я услышал голоса, когда шел по узкому серому коридору. Приоткрыв дверцу, я всмотрелся в лица, но Марка среди людей не было, и я тихо закрыл дверь. Наконец дошел до самого конца и увидел табличку «Директор» на темно-коричневой двери. Думаю, сюда мне и нужно. Только я хотел постучать, как за моей спиной раздался знакомый голос:

— Кого-то ищешь?

Я обернулся, передо мной стоял сам Марк. Он устало улыбался, но это была искренняя улыбка, а не натянутая, и я тоже был рад его видеть. Мы пожали друг другу руки, и он пригласил меня в свой кабинет, чтобы обсудить все дела.

— Мне помощь нужна, — я сразу перешел к делу. Просить что-то у Марка было неловко, но я знал, что он не откажет. Я сел на кресло у окна и сложил руки в замок, а мужчина сел на край стола лицом ко мне. Он скрестил руки на груди, слегка сгорбившись от какой-то непонятной усталости.

— Слушаю, — кивнул он.

— Моя сестра попала к Хью, — я заметил удивленный взгляд на лице знакомого. — Да, у меня есть сестра, — грустно усмехнулся я, вспоминая о ней. — Хью требует выкуп в виде героина. Утверждает, что мы с Оливером когда-то кинули его и за это мы должны рассчитаться.

— И сколько требует?

— Сто кило.

Марк присвистнул, глаза его округлились и смотрели теперь сквозь меня. Видимо, он обдумывает решение проблемы.

— Мы уже больше половины нашли, но нужно еще тридцать. Обзвонили всех знакомых, с кем когда-то работали, но никто не помог: кто-то просто побоялся связываться с Хью, кто-то просто не имеет при себе такой партии, а некоторые и вовсе покончили с этим делом.

— Тебе бы я посоветовал то же самое, — хмуро произнес Марк и медленно поплелся в середину комнаты, к картине, за которой был спрятан сейф. — Ты ведь понимаешь, что это дело до добра не доведет.

— Я уже это давно понял, но как я ни старался, деньги влекли за собой.

Мужчина набрал код, и железная дверца сейфа отворилась. Внутри было разделение на две части: на верхней полке лежали стопки с долларами, а на нижней — пакеты с белым порошком. Он стал один за другим их доставать, пока полностью не очистил сейф.

— Закрой, — сказал он мне, кивнув на дверцу, а сам пошел к столу, чтобы разложить пакеты. Я быстро повернул ключ и вернул картину в привычное положение. За это время Марк успел достать весы, и теперь он взвешивал весь товар. — Тут только двадцать семь.

— Хватит, — кивнул я. — Как мне с тобой расплатиться? — внутри я ликовал, эмоции переполняли меня, в горле пересохло от волнения.

— Прекрати, — покачал головой знакомый и положил мне руку на плечо. — Ты столько раз выручал меня… Считай, это моя благодарность тебе.

— Спасибо, дружище, — мы пожали друг другу руки, обнялись на прощание, и я, сложив все в сумку, которую мне тоже дал Марк, вышел из кабинета.

Оливер уже сидел в машине, но с Эдвардом они не разговаривали. Я быстро добрался до автомобиля и забрался на переднее сидение. Запыхавшись, я еле выговорил: «Нам срочно нужно домой», и друг нажал на газ.

— Что это за сумка? — Оливер не отрывался от дороги, но он боковым зрением наблюдал за мной.

— Марк помог. Здесь двадцать семь килограмм.

— Считай, Дакота уже наша, — потер ладоши Эдвард, и я слабо улыбнулся. Хоть и с товаром проблемы были решены, все равно у меня оставалась какая-то тревога. Хотелось быстрее забрать сестру и больше не отдавать ее никому, увезти за семь морей и быть уверенным, что она будет только моей. Моей единственной.

POV Автор

Дакота сидела в столовой за столом с отрешенным видом: ее ничего не интересовало и больше ничего не пугало, ей было абсолютно все равно. По приказу Хью пуговицы на рубашке девушки были возвращены на свои места, а еда для нее была приготовлена «самая лучшая» со слов служанки. И правда, сейчас перед ней стояло столько тарелок с едой, что в любом ресторане столько бы на одну персону не приготовили. Хью сидел напротив нее на другом конце длинного стола, по-хозяйски закинув одну ногу на другую и подперев кулаком щеку. Ему было довольно скучно, и от этой скуки он не мог даже злиться.

— Тебе надо поесть, — обратился он к Дакоте, на что в ответ получил презрительный взгляд. Девушка только посмотрела на него и сразу же перевела взгляд на прежнюю точку, а то есть в никуда, при этом даже волосок на ее голове не шевельнулся. Хью тяжело вздохнул и поставил ногу на пол, наклоняясь чуть вперед. — Прекрати, эта забастовка тебе ничем не поможет, только голодом себя моришь.

Тут в столовую вошел Рафаэль с таким же выражением лица, как у Хью: ему тоже было все равно на все, что происходило. Он сел за стол где-то на равном расстоянии от парня и девушки и без слов принялся за завтрак. Аккуратно положив на чистую тарелку куриную ножку и салат, он без колебаний стал есть, запихивая мясо за обе щеки. Но вскоре тишина ему надоела, и он решил узнать причину их плохого настроения.

— Сам не лучше выглядишь, — ответил Хью, делая глоток вина.

— Я всегда такой, — отмахнулся тот. Он посмотрел на Дакоту, которая пустыми глазами смотрела в пол. Она не притронулась ни к одному блюду и не попробовала ни один напиток, что стоял на столе. — Почему ты не ешь?

— Она решила протестовать таким образом, — усмехнулся хозяин дома, но ему явно было не до смеха. Казалось, его эта ситуация вообще начинала злить, но по какой-то причине он не хотел этого показывать. — Дакота, — уже серьезно сказал он, — если ты сейчас не поешь, твоему брату даже возвращение долга не поможет.

— У него нет долга, — сразу же отозвалась девушка. Ее голос прозвучал звонко, но не слишком громко.

— Мы уже говорили на эту тему.

— Я не верю тебе, — она не поворачивала голову, но смотрела прямо на Хью злобным, уничтожающим взглядом.

— Я тебя понимаю, — кивнул парень и поправил свои черные волосы, — трудно поверить, что твой брат — один из известнейших в Лондоне наркодиллеров.

Дакота, сама того не ожидая, вскочила с места и запустила в Хью первое, что попалось ей под руку. Это оказалось яблоко, которое прилетело ему в плечо, так как он успел среагировать и отвернуться. Разъяренный, он поднялся с места и уверенным шагом направился к Дакоте, а она — к нему. Они стали друг к другу почти вплотную и стали тяжело дышать, как быки, готовясь к атаке. Рафаэль наблюдал за этой ситуацией и чувствовал, что в комнате резко уплотнился воздух.

— Я тебе еще покажу, — прошипел Хью.

— С удовольствием посмотрю, — таким же тоном ответила Дакота, и они разошлись в разные стороны. Рафаэль же покачал головой и продолжил трапезу.

***

Дома Константина не оказалось: все еще закупается продуктами. Парни перенесли из машины все пакеты с героином в дом и добавили к тому, что они нашли за вчерашний день. В сумме получилось сто два килограмма, что даже превышало требования Хью. Ян на радостях достал из бара бутылку коньяка и хотел разлить на троих, но никто не согласился пить: у Эдварда слабая печень, а Оливер за рулем. Ян решил, что одному пить не вариант, поэтому вернул бутылку на место.

— А где твой дворецкий? — удивился Эдвард. — Дакота в заложницах, а он ведет себя так, будто ничего и не случилось.

— Я ему не говорил об этом, чтобы не волновать его лишний раз. Для него она у подруги ночует.

— Думаю, лучше нам сейчас поехать за Дакотой, — напомнил Оливер, и все согласились.

Всю дорогу они ехали молча, каждый думал о своем и каждый волновался, ведь самое страшное остается позади. На часах двенадцать, солнца все еще нет, но туман рассеялся. Яну казалось, что дорога будет длиться вечно, но вот они, наконец, подъехали к воротам дома Хью. Он выскочил из машины раньше, чем она остановилась. В руках Ян крепко сжимал кейс, при этом он пытался дышать как можно глубже. Хотелось высказать Хью все, что он о нем думает… да вообще убить его хотелось! Но для Дакоты он должен быть лучшим. Однозначно.

— Не стой, Ромео, — пробубнил Эдвард, проходя мимо.

— Я не Ромео, я ее брат, — грубо отозвался Ян, но тот ничего не ответил, лишь взглянул на Яна и нажал на звонок, приделанный к воротам.

Через пару гудков прозвучал грубый голос: «Кто?».

— Мне нужен Хью, — громко сказал Ян. — Это Райс.

Ворота сразу начали медленно открываться, и Ян передал кейс Оливеру. Он с серьезным выражением лица принял его и приготовился к переговорам с Хью, но ждать не пришлось, ибо хозяин дома уже стоял на крыльце со скрещенными на груди руками и ухмылялся.
Сердце Яна чуть не вырвалось из груди, когда он увидел, как Рафаэль под руку ведет Дакоту к дверям. Ее хмурое лицо сразу стало светлее, губы приоткрылись, когда она увидела брата, и даже Рафаэль, который был в два раза больше девушки, не смог удержать ее. Дакота чуть не сбила Хью с ног, когда бежала к Яну. Она так сильно сжала его в объятиях, что брат от неожиданности охнул, но сразу же прижал ее к себе еще сильнее.

«Все так же пахнет персиком», — подумал Ян и закрыл глаза, утыкаясь носом в макушку девушки. Он был так счастлив, что вовсе забыл и про Хью, и про Оливера, который нес кейс хозяину дома, и про Эдварда, который с завистью и печалью смотрел на обнимающихся Яна и Дакоту, но при этом он тоже был счастлив, что она теперь в безопасности.

— Моя маленькая, — прошептал ей на ухо Ян. — Больше я тебя никуда не отпущу.

Он почувствовал, как плечи сестры задрожали: она плакала. Ян начал гладить ее по волосам, целуя то в макушку, то в лоб, то в висок, и шептал на ухо нежные слова, чтобы ее успокоить.

— Здесь сто два килограмма, — сказал Оливер, протягивая кейс с товаром. — Больше никто ничего тебе не должен.

Он развернулся, чтобы уйти, но Хью схватил его за руку и развернул к себе. Парень достал из внутреннего кармана кожаной куртки маленькую коробочку, в которую могла поместиться разве что пуговица, и протянул ее Оливеру.

— Отдай ей, когда брата не будет рядом.

Оливер скептически посмотрел на Хью, но все же кивнул, взял презент и ушел. Ян отвел Дакоту в машину и сел вместе с ней на заднее сидение, а Эдварда пересадил вперед. Девушка быстро успокоилась, она обнимала руку брата, положив голову ему на плечо, и к тому времени как пришел Оливер вовсе уснула.

— Это Хью передал ей, — тихо сказал парень, протягивая Яну коробочку. Он слишком ненавидел Хью, чтобы доверять ему и передавать что-то своей подруге.

Ян быстро развязал бантик и открыл коробочку. Внутри лежал небольшой листик мяты, который очень приятно пах, но при этом он был неестественно зеленого цвета, которым мята не обладает. Парень удивился. «К чему мята?» — подумал он, но ему было не до какого-то листочка сейчас, поэтому он просто смял его в руке и выбросил в окно, после чего Оливер завел машину и стал отъезжать от ворот дома Хью.

========== Глава 15 ==========

Я зашел в дом первый, открывая перед Дакотой дверь. Она медленно прошла внутрь и остановилась в коридоре, осматриваясь вокруг так, будто она не была дома несколько лет. Но это вполне объяснимо, ведь она раньше ни разу не покидала дом на несколько дней, да при том в качестве заложницы. Я пристально наблюдал за ее движениями, пытаясь уловить каждый ее вздох. Мне было мало.

— Пойдешь спать? — тихо спросил я. Аккуратно закрыл дверь и подошел почти вплотную к Дакоте, которая стояла спиной ко мне. Моя рука легла на ее плечо, приспуская рукав рубашки и оголяя тем самым ее нежное плечико, на котором я оставил свой поцелуй. Медленно, наслаждаясь каждой секундой, я стал целовать шею, двигаясь по направлению к уху.

— Ты — наркодиллер? — вопрос этот застал меня врасплох. Тон сестры не предвещал ничего хорошего.

— Я хотел тебе сказать, но не сейчас, — ответил я, отстраняясь от девушки. Я чувствовал себя виноватым, и эта вина была сильнее любой другой вины, которую я когда-либо испытывал. Дакота не шевелилась и, как мне казалось, даже не дышала, но я чувствовал напряжение в ее теле.

— А когда? — она повернула голову немного в бок. — Через год? Или, может, когда меня еще раз забрали бы из-за твоих долгов? — теперь она развернулась ко мне полностью и посмотрела прямо в глаза. — Ты врал мне. Все это время ты мне врал, а я верила. Дура! — воскликнула она. — Я-то думала, что мой брат — самый лучший брат на свете. Оказалось, ты такой, как и все. Не подходи ко мне больше.

Девушка развернулась и взбежала вверх по лестнице, а я остался стоять в коридоре. А смысл мне за ней бежать? Она только больше рассердится. Странно, что, увидев меня, она бросилась ко мне в объятия, а дома обрушила на меня весь свой гнев. Еле перебирая ногами, я зашел на кухню, где сидел Константин и пил кофе, одновременно читая газету. Он не обратил на меня никакого внимания, чему я был рад: лишних вопросов мне сейчас не нужно. Мой кофе вышел холодным и слишком сладким, потому что из-за своих мыслей я не смог сконцентрироваться на количестве сахара. Еле проглотив то, что я взял в рот, я вылил весь кофе в раковину и плюхнулся на стул за барной стойкой.

— Вам бы следовало извлечь урок из этой ситуации, месье, — проговорил дворецкий, не отрываясь от статьи.

— Ты-то хоть не ной, — поморщился я и положил голову на руки.

— Завтра рано утром я отправлюсь за вашими родителями в аэропорт, есть какие-нибудь поручения для меня?

— Нет, — буркнул я еле слышно даже самому себе, но потом поднял голову и с заинтересованным взглядом произнес: — А хотя… Да, есть.

***

На часах уже два, а мне все еще не спится. Луна ярко освещает мою спальню, так как шторы я не закрывал, и я смотрю в стену напротив моей кровати. За этой стеной — спальня Дакоты. Так хочется зайти туда и просто лечь рядом, обнять и укрыть от всех бед, но если я так сделаю, она просто меня выгонит. Я перевернулся на бок, лицом к двери, и попытался уснуть, но перед глазами вставал ее образ. Ее день рождения, она такая прекрасная в своем платье цвета василька, что хочется его снять и посмотреть на более прекрасное… «Ян, она твоя сестра!» — кричит мне мое подсознание, но мне уже надоело отрицать свои чувства. Я хочу ее. Я хочу ее во всех позах, во всей квартире, слышать ее громкие стоны и шептать ей на ухо, что она только моя. Она — мое самое заветное желание.

Нет, так продолжаться не может! Я встаю и иду к двери, но тут же останавливаюсь. На мне лишь одни боксеры, и я думаю над тем, одеться ли мне, но понимаю, что я там не разговаривать с ней собираюсь, и иду дальше. Уверенно открыв дверь, я захожу в спальню, но останавливаюсь у кровати и просто наблюдаю за спящей сестрой. Она такая маленькая и такая невинная… «Уйди! Не делай ошибок!» Но ошибкой будет молчание.

Я сажусь на край кровати и упираюсь локтем в кровать, приближаясь к Дакоте. Тыльной стороной ладони провожу по ее щеке, и от этого она просыпается. Я и забыл, какая она чуткая во сне. Сонные глаза смотрят на меня и будто не замечают, но потом до девушки доходит, что я сижу рядом практически обнаженный, и она отскакивает.

— Что ты тут делаешь? — шепчет она.

— Раньше ты не боялась, когда я приходил, — удивляюсь я и залажу на кровать полностью. Ее взгляд падает на мой торс.

— Я не боюсь, — все еще шепотом отвечает она. — Просто неожиданно.

Я пропустил эти слова мимо ушей и с уверенностью приблизился к сестре, передвигаясь по кровати на четвереньках. Дакота сидела неподвижно и наблюдала за мной, а когда я навис над ней, то почувствовал ее горячее и частое дыхание на своей шее.

— Я сказала, чтобы ты не подходил ко мне, — серьезно проговорила девушка.

— Я не могу так, — шепнул я и, облокотившись руками о кровать по обе стороны от тонкой талии Дакоты, стал опускаться к ее лицу. Она не отталкивала, не сопротивлялась, я понял, что могу делать все, что захочу.

Губами я коснулся шеи, от чего девушка глубоко вздохнула. От шеи я спустился к ключице, оставляя влажную дорожку из поцелуев. На ней не было лифчика, и я почувствовал напряжение в собственном теле. Одно дело представлять с ней бурную ночь в своей голове и другое дело быть столь близким к своему желанию. Но я слишком далеко зашел, чтобы останавливаться и снова потерять шанс.

Я кончиком языка, еле притрагиваясь к коже, провел от ключицы обратно к шее, одновременно с этим я, взявшись за край одеяла, стянул его с сестры. Она попыталась вернуть его, но я скинул его на пол и перекинул одну ногу через Дакоту, стоя над ней на четвереньках.

— Не нужно, — шепнула она, но я видел в ее глазах правду: она не хотела прекращать.

— Я не причиню тебе боль, — ответил я ей на ухо и прикусил мочку, слегка оттягивая ее на себя.

Ее тело манило с неимоверной силой, и остановить это я не мог. Одна моя рука упиралась в кровать рядом с головой Дакоты, а второй рукой я начал поднимать майку. Дыхание девушки участилось, но она продолжала вести себя спокойно, чем еще больше заводила меня. Желание вывести ее из равновесия все больше овладевало мной. Я сел сверху нее и уже обеими руками задрал майку. Красивая подтянутая грудь сестры овладела моим разумом, и я невольно начал сравнивать ее с другими девушками, которые когда-либо ложились в мою кровать. «Лучше Дакоты я никого не видел» — сразу понял я.

Правой рукой я провел по плоскому животу, поднимаясь к груди, после чего провел большим пальцем по твердому от возбуждения соску и сжал грудь так сильно, что Дакота выгнулась вперед. Ее реакция мне нравилась, я продолжал. Медленно наклонившись к сестре, я принялся облизывать другой сосок, при этом продолжал сжимать рукой грудь. Я заметил, как девушка закрыла глаза и прикусила губу, одна ее рука оказалась у меня на шее, другой она то оттягивала мои волосы, то наоборот прижимала мою голову к себе. Единственное, что нарушало тишину в спальне, — ее тяжелое дыхание. Мой член давно стал твердым, хотелось уже полностью завладеть ею, но я не хочу спешить, хочу доставить ей максимум удовольствия.

Я развел ее ноги и пристроился между ними. Член упирался прямо в нее, было невыносимо терпеть, но ожидание возбуждало еще больше. Я наклонился к Дакоте и властно впился поцелуем в губы. Она сразу поддалась напору и выгнулась мне навстречу, упираясь своей грудью в мою грудь и еще больше надавливая мне на член, однако сама она этого не понимала. Мешала всего одна ткань. Ткань ее трусиков. Лишь она останавливала меня.

Я быстро просунул руку внутрь и ощутил, насколько она была мокрая. Я не переставал целовать сестру, при этом пальцем я провел по клитору, чтобы подразнить девушку. От этого она томно выдохнула прямо мне в губы и впилась ногтями мне в спину. Невыносимо. Хочу ее. Жестко. Страстно. Сейчас.

— Я хочу тебя, — прошептал я и прикусил кожу на ее шее, слегка оттянув ее. Дакота еще сильнее выгнулась, провела руками по моей спине и бокам.

Она провела языком по моим губам и просунула его внутрь, чего я не ожидал от своей скромной сестренки. Рывком подняв Дакоту, я обеими руками схватил ее за попу и посадил на себя, перевернувшись на спину. Теперь она сидела прямо на моем члене и медленно двигалась взад-вперед, выводя меня из себя. В этот раз стон вырвался из моих губ. Девушка улыбнулась и окончательно стянула с себя майку. Терпение лопнуло. Я резко сел на кровати и обхватил талию Дакоты с такой силой, что следы останутся, после чего припал губами к ее груди. Она же, запрокинув назад голову от наслаждения, продолжала тереться о мой член, которому уже было очень тесно в боксерах. Я слышал тяжелое дыхание сестры и сам начал вздыхать, но хотелось стонов. Очень громких стонов.

Тут кто-то постучал в дверь. Дакота резко оттолкнула меня и слезла с кровати, натягивая на себя майку.

— Лезь под одеяло, — она подняла его с пола и кинула мне, но я не спешил закрываться им, наблюдая за девушкой. Щеки покраснели от возбуждения, соски торчат через майку, а попа так и манит, чтобы ее потрогали. Ну почему мы не одни в этом доме?

Постучали еще раз, и я уже скрылся под одеялом, чтобы меня никто не увидел. Дакота открыла дверь.

— Мадемуазель, вас зовут внизу, — услышал я голос Константина.

— Ладно, — удивленно ответила она, и я услышал удаляющиеся шаги. Через пару секунд я вышел из комнаты вслед за сестрой и спустился на первый этаж.

В коридоре стоял Эдвард, которому я не сильно обрадовался, однако же, он помог мне вернуть Дакоту, и я не стал выгонять его сразу. К тому же, мне было интересно, что такого важного он захотел сказать моей сестре в три часа ночи. Я подошел к Дакоте и прижался к ней сзади, она напряглась, но практически сразу расслабилась и накрыла своей ладонью мою руку, которую я положил ей на живот.

— Что-то случилось? — не очень приветливо спросил я и поцеловал сестру в макушку.

— Нет, — на такой же ноте ответил Эдвард. — Проезжал мимо и увидел свет в доме, решил узнать, как у тебя дела, — он посмотрел на Дакоту, затем на мою руку и на меня. — Помешал?

— Нет, — быстро сказала девушка.

— Я бы сказал, что да, — буркнул я в то же время.

Парень пару секунд просто стоял молча, а затем со словами «Хорошо, что все хорошо» вышел из дома. Я хмыкнул, удивляясь тому, что творится у него в голове, и развернул к себе сестру. Дакота уже не была такой бодрой и веселой, организм просил сна, и я решил сегодня ее не трогать. Я проводил ее до комнаты и остановился на пороге, прижимая ее к себе за талию.

— Все равно ты от меня не убежишь, — шепнул я ей на ухо и поцеловал в губы. Поцелуй был долгим, медленным, но при этом слишком сексуальным.

— Может, зайдешь? — хитро улыбнулась она и кивнула в сторону своей спальни.

— Не сегодня, — я приподнял ее голову за подбородок и провел большим пальцем по нижней губе. — Завтра родители приезжают, ты должна быть в отличном расположении духа.

— Они знают? — затаила дыхание Дакота, но фразу не продолжила.

— Нет, — качнул головой я, понимая, что речь идет о Хью, — не волнуйся. Иди спать.

Я снова поцеловал ее на прощание и закрыл за собой дверь. На ватных ногах я добрался до кровати. Усталость навалилась на меня только сейчас, и я понял, что сон — вещь необходимая. В спальне было душно, но окно я не открыл лишь потому, что лень было вставать: ноги уже отказывались идти. Подтянув подушку к своей голове, я закрыл глаза и практически сразу уснул.

***

Уже позднее утро, я проспал до одиннадцати часов. На первом этаже слышались громкие голоса и смех: родители приехали. Живо натянув джинсы и белую футболку, я босиком спустился на кухню. Родители и Дакота сидели за столом, а Константин разливал по бокалам шампанское. Подлетев к столу, я отобрал бокал у Дакоты и мило улыбнулся. «Дакота у нас не пьет», — произнес я и дал ей сок. Она надулась, но ничего не сказала.

— Ян, дорогой, — кинулась обниматься мама, — я так соскучилась!

— Я тоже, — улыбнулся я и поцеловал ее в щеку.

С отцом обошлось рукопожатием и краткими объятиями. Я устроился за столом рядом с Дакотой и сделал глоток шампанского. Родители принялись рассказывать мне о том, какие достопримечательности они видели и какие дела решили, принялись показывать фотографии, и тогда я вспомнил одну очень важную вещь.

— Константин! — позвал я дворецкого. Он явился на первый зов. — Ты сделал то, что я просил?

— Да, месье, один момент, — мужчина поклонился и вышел с кухни, а вернулся спустя пару секунд. Он протянул мне конверт из плотной бумаги и сделал один шаг назад, сложив руки за спиной.

— Что это? — спросила Дакота, допивая сок.

— Это? — я сделал вид, будто внутри нет ничего интересного. — Да так, два билета на Гавайи. Ты же полетишь со мной?

Глаза сестры расширились, и она с визгом кинулась мне на шею, с силой сдавливая меня в своих объятиях. Родители начали улыбаться и дразнить Дакоту тем, что она такая эмоциональная. Сестра поцеловала меня в щеку, но я понял это по-своему, хотя показывать этого не стал.

— Сдашь последний экзамен, и сразу поедем в аэропорт, — улыбнулся я. Она начала радостно кивать. — У тебя есть еще пару дней, чтобы закупиться новой одеждой.

— Обожаю тебя, — шепнула она, когда снова обняла меня за шею.

========== Глава 16 ==========

Последние две недели прошли довольно спокойно. Для меня. У Дакоты же были напряженные дни: подготовка к экзаменам, выпускной и сдача экзаменов для поступления в университет. Я был ни капли не удивлен, когда ее приняли на факультет одной из первых. Она, наконец, расслабилась, когда мы сели в самолет. Как я и обещал, сразу после сдачи экзаменов мы отправились на отдых, чтобы расслабиться после ее трудного месяца и моего месяца, который оказался для меня слишком скучным.

— Мясо, курица, рыба? — подошла к нам стюардесса с тележкой, на которой по тарелкам были наложены блюда.

— Я не буду, — улыбнулась Дакота. Я себе взял рыбу с пюре и греческий салат.

Мы с сестрой молчали до тех пор, пока я не съел весь свой обед, а затем она положила свою голову мне на плечо и тихо сказала:

— Наконец-то мы вдвоем.

Ты даже не представляешь, как я этому рад! Но я ничего не ответил, лишь погладил девушку по голове. В самолете было немного, но и немало людей; свободные места оставались. Снаружи раздавался еле слышимый шум от полета, и это только больше клонило в сон. Я взял ладонь Дакоты в свою руку и положил голову ей на макушку, прикрыв глаза. Мне очень редко снятся сны, но именно сейчас в голове появился образ Хью и того самого лепестка мяты, что он подарил Дакоте. Я уже почти забыл про это, а тут этот сон! Что бы это могло значить?  

Мы проспали весь наш полет и проснулись только когда пролетали над Гавайскими островами. Было ранее утро, часов шесть, и солнце только поднималось из-за горизонта. Самолет приземлился, и сонные пассажиры принялись выбираться на улицу. Я схватил Дакоту за руку, прижал к себе, обнимая за талию, и пошел с ней к выходу. Настроение было отличное, погода — отличная, но самое лучшее то, что сейчас моя маленькая девочка со мной. Мы получили свой багаж и направились на парковку, где должен был стоять автобус с туристами.

— Добро пожаловать! — заулыбался гид и показал нам вход. В речи был совсем легкий гавайский акцент, но его американский английский заметно отличался от нашего британского.

— Спасибо, — мило улыбнулась Дакота, и мы залезли в автобус, затем заняли свободные места и отдали багаж помощнику гида. Он записал наши данные, прикрепил бумажку к чемоданам и удалился.

— Вот мы и в раю, — шепнул я девушке и поцеловал в висок.

— Мы теперь можем не скрываться, — тихо сказала она и счастливыми глазами посмотрела на меня снизу вверх, — нас ведь никто здесь не знает.

— Я говорил, что ты не убежишь от меня, — усмехнулся я, приподнял пальцами ее голову за подбородок и поцеловал в губы.

Мы очень быстро доехали до нашего отеля, который находился недалеко от моря, взяли на ресепшене ключ от номера и направились к лифту. Вещи в номер должен был доставить дворецкий, поэтому мы налегке добрались до седьмого этажа. Коридор был узкий и очень светлый, на полу растянулся красный ковер, словно мы звезды на красной дорожке. Я нашел дверь с нужным нам номером, взял ключ и открыл ее, пропуская свою даму вперед.

— Ого, — удивилась Дакота и заулыбалась, осматриваясь вокруг.

Я зашел следом и закрыл дверь. Спальня была выполнена в бежевых и красных тонах, такая нежная и одновременно страстная. На кофейном столике стоит ваза с красными цветами, но названия я их не знаю. Пахнут они приятно. Окна размером от пола до потолка, песочного цвета шторы из плотной ткани, темно-красный ворсистый ковер — все это сразу бросалось в глаза.

Сестра сразу прыгнула на кровать и перевернулась на живот, блаженно улыбаясь. Я усмехнулся и прошелся по комнате, осматривая каждый уголок. Да, роскошно жить не запретишь. Тут даже собственная ванная есть, что привело меня в дикий восторг: будем с Дакотой мыться вместе, сэкономим воду. Мои мысли пошли не в то русло, так что я решил отвлечься и разложить все вещи.

— Ты помогать мне думаешь? — спросил я у сестры, перетаскивая чемоданы на кровать, которая была одна в этом номере.

— Неа, — хмыкнула она и отвернулась.

— Лентяйка.

Пока я раскладывал все вещи по местам, девушка лежала на спине, подложив руки под голову, и с улыбкой наблюдала за моими действиями.

— Могла бы свои лифчики сама в шкаф закинуть, — усмехнулся я и достал ее нижнее белье из чемодана. Она сразу вскочила с кровати и выхватила у меня свои вещи, на щеках ее появился легкий румянец. Дакота аккуратно сложила все на полке и закрыла шкаф, затем повернулась ко мне и насупилась. Я, улыбаясь, подошел к ней и обнял, поглаживая по волосам. — Чудо.

— А пойдем на пляж? — она подняла на меня свои большие глаза. Я тяжело вздохнул и кивнул. Она улыбнулась так, как улыбалась на свой день рождения, когда увидела меня. Внутри все сжалось, и я не смог не поцеловать ее. Поцелуй этот был легким, нежным и коротким, но мне его хватило, чтобы ощутить себя самым счастливым человеком.

Где-то за десять минут мы собрались: взяли с собой пляжную сумку, куда кинули еду, покрывало, очки и крем; оделись, как подобает и вышли из номера. Горничная как раз собиралась зайти в наш номер, чтобы прибраться. Странные эти женщины, убираются даже после пятиминутного пребывания отдыхающего. Ну, зато вокруг чисто и свежо, за что им большая благодарность. 

На улице стояла жара, но совсем не было душно. Дышалось легко, и слабый прохладный ветер позволял не умереть от солнечного пекла. Я нес в одной руке сумку, а другой обнимал Дакоту, наслаждаясь ее тонкой талией и гладкой кожей. Сквозь темные солнечные очки я видел, как смотрят здешние парни на мою сестру, и это вызывало во мне дикую ревность. Но я ведь понимаю, что она только моя, так что волноваться нет смысла.

— Ты как-то напряжен, — удивилась девушка и положила свою руку поверх моей.

— Тебе показалось, — я мило улыбнулся. Недалеко от нас стоял ларек, и я спросил: — Хочешь мороженого?

— Хочу, — быстро ответила Дакота и заулыбалась как маленькая.

Она выбрала себе рожок из двух шариков клубники, а я решил поэкспериментировать: выбрал один шарик со вкусом Бабл Гам, а второй — ванильный со вкусом рома и изюма. Выглядели они довольно интересно: Бабл Гам имел синий цвет с какими-то непонятными розовыми разводами, а ванильное было желтого цвета с изюмом внутри. Дакота с интересом осмотрела мое мороженое и отвернулась, с наслаждением облизывая свое. 

На пляже было не много людей, что меня удивило, но я и обрадовался этому. Чем больше места на песке, тем уютнее. Красота была сказочная! Ярко-голубая вода была настолько чистая, что каждый камушек на дне можно было рассмотреть, на пляже был один золотистый песок и никакой гальки, а отгораживала пляж от города стена из высоких пальм с ярко-зелеными листьями.

— Мы попали в рай, — прошептала Дакота.

Она сама решила выбрать место, где мы будем загорать, и пошла к самому берегу. Расстелила покрывало довольно близко к воде, но вода не доставала до нас. Девушка вытащила из сумки крем для загара и принялась намазывать им руки, при этом что-то мне рассказывая, но я не слушал и наблюдал за тем, как она водит руками по своей коже.

— Намажешь мне спинку? — она повернулась в пол-оборота, ожидая моего ответа, и улыбнулась.

— Конечно, — усмехнулся я.

Я взял крем в руки и сел ближе к сестре. Она убрала со спины волосы на плечо и стала ждать, но я не спешил с «процедурой». Хотелось дольше насладиться прелестью ее тела. Она медленно завела руки за спину и не торопясь развязала купальник. Я облизал пересохшие то ли от волнения, то ли от жары губы и наклонился к ее шее:

— Ты это специально?

— Возможно, — шепнула она таким голосом, каким шептала в ту страстную ночь перед возвращением родителей. Я глубоко вдохнул и медленно выдохнул.

— Придем в номер — поговорим, — и я принялся намазывать крем на спину.

День проходил быстро, мы незаметно для себя пролежали на пляже с самого утра до пяти вечера, причем нам вполне хватило той еды и питья, что мы взяли с собой из номера. Вода в океане и впрямь очень хорошая, не только чистая, но и теплая. Я почти не вылезал на берег, а Дакота почти не уходила с него. Понятное дело, хочется вернуться в холодную Англию с плотным загаром и похвастаться подружкам. Ох, девчонки…

Когда мы посмотрели на время, то удивились, что так быстро пролетел день. Пока я складывал все наши вещи в сумку, Дакота переодевалась в специально предназначенной для этого будке. Вышла она оттуда в легком темно-синем платье без шлеек и в черных босоножках, а свой купальник аккуратно складывала на ходу. Она закинула его в сумку и с милой улыбкой подошла ко мне, протягивая мне свои руки.

— Пойдем по городу погуляем, — она обняла меня за талию и прижалась щекой к моей груди. Я обнял ее и поцеловал в макушку.

— Как скажешь.

Мы не спеша выбирались с пляжа обратно в город. Здесь, на другом континенте, я впервые увидел закат, такой яркий и ранний. Небо было розового и оранжевого цвета, а солнце очень медленно садилось за горизонт. Пока Дакота не видела, я сфотографировал ее и показал ей фото. Так как я снимал против солнца, то лица девушки видно не было, лишь одни очертания фигуры были понятны, но это выглядело так нежно и красиво, что я не удержался и поставил эту фотографию на заставку телефона.

— Теперь буду любоваться каждый раз, когда буду пользоваться телефоном, — ухмыльнулся я, и Дакота засмеялась. 

На улицах города начали собираться люди, и это вызвало у меня какое-то волнение, мол, зачем? Но позже я все понял. В разных концах улицы начала играть музыка, все жители стали пританцовывать и двигаться в непонятном направлении, при этом напевая те песни, которые играли. Выглядело странно для нас, потому что в Лондоне такого нет, но мы сразу же присоединились к ним. Атмосфера была сказочная.

Становилось все больше людей и все больше атрибутики: какие-то маски, юбки из листьев пальмы и венки из цветов, хлопушки и фейерверки. Музыка становилась все ритмичнее, шаг все быстрее, и мы с Дакотой смеялись с того, что не успевали за всеми петь и плясать. Я думал, этот праздник не закончится никогда, но все же, когда мы дошли почти до самой окраины города, люди развернулись и пошли обратно уже в более спокойном состоянии. Они все были такими веселыми и счастливыми, что казалось, будто их ничего не может огорчить. Эти люди просто не знают бед, они действительно умеют жить и радоваться каждому дню.

В отель мы возвращались в хорошем расположении духа, но ноги гудели от танцев. Наверное, мы прошли по всему городу. В этот же отель направлялись еще несколько человек, и один из них, видимо, местный, прибился к нам.

— Как вам наши обычаи? — с доброй улыбкой спросил он, протягивая нам два кокоса с трубочкой. Дакота сразу же приняла его и стала пить коктейль, а я решил поговорить с горожанином.

— Нет слов, — усмехнулся я, — в Британии такого нет.

— У нас такие танцы почти каждые выходные, — сказал парень, — мы стараемся жить одной большой семьей. Вот уже на протяжении пятидесяти лет нам это удается.

— Удивительно, — хмыкнула Дакота, оторвавшись от своего кокоса. — Как мало нужно человеку для счастья.

***

В номер мы вернулись затемно, на часах уже было почти двенадцать часов. Я поставил нашу пляжную сумку в уголок возле шкафа, чтобы не собирать ее каждый день, и посмотрел на Дакоту, которая нюхала свежий букет тех же неизвестных мне красных цветов.

— Кто первый в душ?

— Я! — она молниеносно схватила одно из сложенных на кровати полотенец, нашла нужную ей одежду в шкафу и закрылась в ванной. Я только и успел моргнуть.

— Удивительная, — прошептал я и усмехнулся.

========== Глава 17 ==========

К тому времени как Дакота вышла из душа, я успел уставить весь номер свечками, которые купил еще в Лондоне перед вылетом. Знал, что пригодятся. Девушка вышла в одном полотенце, босыми ногами она оставляла на паркете влажные следы, а с мокрых волос капала вода. Она была похожа на русалку, которой только-только подарили ноги: вышагивала она легко и неслышно, но держалась на носочках плохо. Вот-вот упадет. Чудная такая.

Она открыла рот от удивления, и мой взгляд застыл на ее пухлых губах, обнаженных плечах и шее, затем я невольно взглянул на грудь, которая была прижата тугим полотенцем. Я сглотнул слюну и как можно незаметнее вобрал в себя воздух.

— Когда ты успел? — тихо спросила Дакота. Она чуть ли не говорила шепотом, хотя мы никому наверняка не мешали своими разговорами.

— Пока ты в душе была, — хмыкнул я, ведь это так очевидно. Она решила не отвечать на мой сарказм и лишь перевела взгляд со свеч на меня.

— Да ты романтик, — усмехнулась она, но усмешка эта была очень слабой и немного наивной, будто она была удивлена.

— Лишь для тебя, — шепнул я и взял ее за руку.

Не отрывая глаз от ее прекрасного лица, я шел спиной к кровати, и когда ноги коснулись мебели, опустился на нее. Белое постельное белье было свежим и таким чистым, будто его только что привезли с магазина. Это мне нравилось. Я нежно притянул сестру к себе и усадил ее на одно колено, она медленно, не спеша оплела руками мою шею и, закрыв глаза, уткнулась носом мне в щеку.

— Как же мне хорошо с тобой, — прошептала она.

— И только со мной будет так, — я поцеловал ее в шею, убирая влажные волосы за спину. — Ты только моя, — теперь мои губы коснулись ее обнаженного плеча. — И я только твой.

Я поднял Дакоту с колена и схватил за края полотенца, медленно стягивая его. Обнаженное тело Дакоты манило так сильно, что нельзя было вытерпеть. Второй раз я видел ее красивую небольшую грудь, которая заворожила меня, как и в первый раз. Нежно-розовые соски уже стали твердыми, из-за глубокого дыхания девушки ее грудь медленно поднималась и так же медленно опускалась.

Я положил руки на талию сестре и потянул на себя, медленно ложась на кровать. Дакота забралась на меня сверху и стянула с меня майку, которую сразу же бросила куда-то на пол. Она сделала несколько движений взад-вперед на моем члене, и даже сквозь ее трусики и мои шорты я получил удовольствие. Это подразнило меня, я лишь больше захотел свою сестру.

Резко перевернувшись, я оказался сверху, Дакота покорно лежала на кровати и гладила своими нежными руками по моей спине. Я наклонился к ее животу и поцеловал рядом с пупком, затем медленно стал подниматься выше. Каждого миллиметра кожи, каждой родинки на ее теле коснулись мои губы. Я трогал ее, щупал, пытался как можно тщательнее попробовать ее, насладиться ею. И мне все равно было мало.

Она выгнулась вперед ко мне, когда я языком очертил круг вокруг ее соска, а затем нежно прикусил его. Оставив поцелуй на ее шее, я тихо прошептал:

— Теперь нам никто не сможет помешать.

И я впился в ее губы страстным поцелуем. Страстным до боли, властным и грубым, чего никогда с ней не делал. Я кусал ее губы, просовывал свой язык так глубоко, как только мог, при этом с силой сжимая обеими руками ее ягодицы. Она выгибалась, томно дышала и тихо постанывала, а когда я резко остановился, она не растерялась и начала нежно посасывать мою нижнюю губу, одной рукой притягивая меня к себе за шею, хотя ближе было некуда. Мы практически слились в одно целое, было трудно дышать.

Я медленно оторвался от ее губ и посмотрел ей в глаза: полузакрытые, но жаждущие продолжения. Мои руки заскользили по ее тонкой талии и остановились на бедрах. Я немного отодвинулся от Дакоты и принялся медленно стягивать с нее оставшуюся часть одежды, ее трусики.

Ее дыхание сразу участилось, а щеки порозовели, видимо, от смущения. Я наклонился к ней и прошептал прямо в губы:

— Я люблю тебя.

Она немного расслабилась и оставила нежный поцелуй в уголке моих губ. Я аккуратно развел стройные ноги сестры и стал целовать внутреннюю часть бедра, спускаясь к половым губам девушки. Кончиком языка, почти невесомо, я провел по ее клитору. Дакота шумно выдохнула и выгнулась. Я положил руки ей на талию, притягивая к себе, и снова провел языком по клитору, только с чувством. Когда я начал его посасывать, девушка положила свои руки мне на голову, то прижимая к себе, то оттягивая за волосы. Ее реакция сводила с ума. Я ввел в нее один палец, и она застонала громче. Она извивалась в моих руках, а я целовал ее тело, покусывал соски и всасывал кожу под грудью, чтобы завтра засосов не было видно. Я ввел второй палец и ускорил темп, Дакота выгнулась снова. Как же она сексуальна! Она сама этого не осознает, но ее тело — желанный плод.

Я решил покончить с насилием пальцами, хотя это было очень возбуждающе. Мой член стал твердым как камень, я был не в силах терпеть. Быстро скинув с себя шорты и трусы, я аккуратно развел стройные ножки сестры и пристроился между ними.

Сколько лет я представлял себе, что она подо мной, что передо мной раздвигает ноги и стонет от моих ласк. Сейчас это все выглядит куда лучше, чем в моих фантазиях. Я и представить не мог, что лучший секс у меня будет с моей сестрой. Наверное, человек получает больше кайфа, когда это не просто пошлость, а секс по любви.

Дакота выгнулась вперед и облизала свои губы, прикусив нижнюю. Это сразу привлекло мое внимание, захотелось, чтобы эти губы касались моего члена, чтобы ее язык облизывал головку… Но я не позволю своей девочке опуститься так низко. Это работа для шлюх.

Я провел головкой по клитору, и из губ Дакоты вырвался приглушенный стон. Наклонившись к ней, я прижался своей грудью к ее груди, ощутил ее твердые соски, и терпение кончилось.

— Потерпи чуть-чуть, будет больно, — шепнул я на ухо девушке. Она кивнула и положила руки мне на спину.

И я резко вошел в нее. Дакота вскрикнула так, как не кричала никогда. Она с силой вцепилась ногтями мне в спину, из глаз ее брызнули слезы. Одной рукой я принялся утирать ей лицо, а другой упирался в кровать, чтобы своим весом не задавить Дакоту. Я не шевелился, чтобы позволить ей привыкнуть к новым ощущениям, и при этом приговаривал ей на ухо:

— Тише, моя маленькая, сейчас все пройдет. Я люблю тебя.

Она поцеловала меня в губы, и я почувствовал соленый привкус ее слез. Однако она быстро успокоилась, и я начал медленно двигаться в ней. Она тихо стонала, поглаживая своими нежными руками по моей спине, но когда темп стал быстрее, когти царапали кожу. Дакота теперь стонала во весь голос прямо мне на ухо, и от этого я двигался еще быстрее. Хотелось доставить ей удовольствие, чтобы она запомнила эту ночь навсегда. Даже если у нее будет другой парень, она будет помнить свою первую ночь.

Кончили мы практически в одно время и теперь, уставшие и счастливые, лежали на кровати в обнимку. Одеяло валялось на полу, и его не было надобности поднимать: было очень жарко, тела горели. Свечи давно погасли, так как весь фитиль перегорел, а на электронных часах ярко горели цифры. 3:46 ночи. Неплохо.

— Так странно, — нарушила тишину Дакота. Она лежала на моем плече, закинув на меня одну ногу, и водила пальчиком по моей груди. — Мы ведь брат и сестра.

— Мне не мешает это любить тебя, как мужчина любит женщину, — ответил я, глядя в потолок. Я почувствовал, как девушка приподнялась на локте и посмотрела на меня.

— А что будет дальше? — тихо спросила она.

— Я не знаю, — честно ответил я. — Мир сходит с ума и мы вместе с ним.

Она ничего не ответила, вернулась обратно ко мне в объятия, и так мы и уснули.

***

Утро выдалось солнечное, но солнце не слепило глаза, так как окна нашего номера находились в тени пальм, что росли у отеля. Я проснулся позже Дакоты; она уже успела принять душ, одеться и принять завтрак у официанта, который по заказу приносит еду прямо в номер из ресторана на первом этаже отеля. Я не полностью открыл глаза, делая вид, что еще сплю, и незаметно наблюдал за сестрой. Такая живая и маленькая, с хрупкими оголенными плечами и тонкими ручками, с пухлыми нежно-розовыми губами и длинными ресницами, она выглядела серьезной за чтением свежей газеты, а правая ее рука застыла в воздухе с кружкой кофе. Я приподнялся на локтях и только сейчас заметил, что на мне одеяло. Дакота повернулась ко мне и улыбнулась, ее сосредоточенного взгляда как не было.

— Соня, — нежно проговорила она и поставила кружку на блюдце. Дакота поднялась с кресла и подошла к кровати, затем залезла на нее и села рядом со мной по-турецки. — Как спалось?

— Замечательно, — улыбнулся я и потянулся к ее губам, но она отстранилась с веселой усмешкой. — Что?

— Зубы иди почисти, ромео, — хмыкнула она и щелкнула меня по носу. Я усмехнулся и начал сползать с кровать. — О боже, Ян! — воскликнула она, и я с удивлением обернулся. Она подползла ко мне и стала осматривать мою спину, водить по ней своими пальчиками. — Это что, я тебя так?

От веселья не осталось и следа, ее глаза заслезились. Я поднялся, быстро, чтобы не смущать Дакоту, натянул боксеры, которые ночью кинул на пол, и направился в ванную комнату, ибо только там весело зеркало. Сестра маленькими шагами следовала за мной, она чуть не плакала от досады. Я повернулся к зеркалу спиной и обомлел: вся спина была красная, царапин было не перечесть, кое-где даже была сдернута кожа, но эти ранки были незначительными. Я усмехнулся и обернулся к сестре.

— Солнце, такие царапины — комплимент для парня, — я притянул ее к себе, и она прижалась щекой к моей груди. Я поцеловал ее в макушку. — Не волнуйся. Я сейчас помоюсь и выйду, — я поцеловал ее в губы (она все-таки позволила!) и закрыл дверь ванной, когда Дакота вышла.

Теплая вода бодрила, я очень быстро проснулся окончательно и теперь чистил зубы, одновременно рассматривая себя в зеркало. У меня уже начинали отрастать темные корни волос, надо бы снова покраситься, черные серьги в ушах надоели, хочется чего-то нового, а сережка в носу довольно милая, ее я оставлю. И да, нужно соблюдать свои принципы: раз я в новом для меня месте, значит, надо набить татуировку. Хм, сегодня много дел у нас!

Я вышел из ванной совершенно чистый и бодрый, надел пляжные шорты с принтом заката, что приготовила для меня Дакота, и сел во второе кресло рядом с кофейным столиком, где стоял наш завтрак и лежала стопка журналов и газет. Яичница с беконом, кофе и вафли — что может быть лучше? Истинно английский завтрак. Видимо, здесь готовят в соответствии с происхождением. Что ж, не плохо! Думаю, если я буду выбирать место для отдыха, то обязательно прилечу сюда еще раз.

— Сегодня пойдем по магазинам, — как бы невзначай сказал я и заметил, как глаза девушки заблестели от радости. — Я еще хочу сегодня в тату-салон зайти, так что пока мне будут набивать татуировку, сходишь и выберешь себе то, что ты хочешь.

— Хорошо, — кивнула Дакота и улыбнулась.

Я доел свой завтрак, и мы начали собираться на улицу. Этот отдых можно считать медовым месяцем: фамилия у нас одна, как у мужа с женой, мы молоды, у нас столько страсти и мы так любим друг друга. Да, все-таки я попал в сказку.

========== Глава 18 ==========

Я провел Дакоту до самого большого торгового центра, который мы встретили здесь, и пошел дальше искать тату-салон, который мне посоветовала группа парней, что сидели в фойе отеля. Он оказался совсем близко к этому торговому центру, так что до Дакоты доберусь быстро.

Внутри было очень светло и стерильно, как и полагается. Хотя я не во всех салонах видел такую чистоту и аккуратность работы. Например, в Париже мастера отличные, но никакой санитарии. Еле согласились продезинфицировать иглу, когда я их уговаривал. В этом салоне все татуировщики, которых я увидел при входе, были стильно одеты, и почти все руки у них были забиты, однако они не делали из себя крутых ребят: довольно дружелюбно общались со всеми своими клиентами.

— Я бы хотел тату набить, — сказал я девушке за стойкой, она работала с компьютером и, похоже, занималась регистрацией клиента и денежными счетами. Она улыбнулась мне и посмотрела в монитор.

— Я могу записать вас через неделю, — быстро протараторила она.

— А на сегодня никак не получится? — расстроенно спросил я.

— Боюсь, что нет, — он сжала губы и покачала головой.

— Ян! — долго протянул мое имя знакомый голос, и я обернулся. В дверях стоял Микки, накаченный и весь забитый парень с длинными, почти до плеч, волосами пшеничного цвета. Он подошел ко мне с широкой улыбкой на лице, протянул мне руку, на которую я ответил рукопожатием, и мы обнялись. — Как тесен мир! — он усмехнулся и закинул свою руку мне на плечи, как бы приобнимая.

— Здорова, брат, — я был настолько удивлен и рад, что смотрел на него огромными глазами, как ребенок смотрит на говорящего бурундука. — Какими судьбами?

— В Париже тесно стало, — хмыкнул он и наклонился ближе, чтобы слышал только я: — Да и сам знаешь, какие там условия.

— О, я знаю, — закивал я, и мы снова засмеялись, радуясь такой неожиданной встрече. С Микки я познакомился в Париже, когда мы с Оливером провели там три месяца «в командировке». Микки работал в одном из салонов тату-мастером, и после первой моей наколки я ходил только к нему. Честно говоря, я даже не знаю его настоящего имени, его мне представили как татуировщика по кличке Микки, так что я не вдавался в подробности.

— Рокси, занеси в базу, что у меня сейчас клиент, — сказал он девушке за стойкой и повел меня в зал. Было в салоне два зала: для парней и для девушек. Когда заходишь в помещение, прямо перед дверью, чуть дальше по маленькому коридорчику, стоит стойка, за которой работает Рокси; справа от этой стойки — огромная арка для прохода в женский зал, где стоит четыре кресла и работает четыре специалиста; слева от стойки — мужской зал, где также четыре кресла. Удобная конструкция.

Друг усадил меня в кресло у самой стены, оно было почему-то отделено от других кресел, что стояли в ряд на одинаковом расстоянии друг от друга, но так мне даже больше нравилось, я ощущал себя VIP-клиентом. Микки взял со столика папку и дал мне в руки, предоставляя огромный выбор эскизов. Я решил остановиться на драконе в форме кольца.

— Где будем бить? — Микки начал готовить краски и машинку.

— На шее, — ответил я, — давно хотел.

Парень кивнул, но я заметил, что он был немного удивлен. Он вышел из зала и вернулся через какое-то время с незнакомым мужчиной, который очень сильно отличался от всех, кто здесь работает: не было татуировок (по крайней мере, на открытых участках тела), не было пирсинга, да и прическа абсолютно нормальная — короткая стрижка без всяких рисунков и разноцветных участков. Мужчина этот был в белом халате, а в руках он нес маленький чемоданчик.

— Сейчас, — шепнул Микки, — это заморозка, чтобы ты боли не чувствовал. Давай, Рик, — он кивнул мужчине, и тот, будем называть его доктором, достал из чемоданчика шприц, наполнил его лекарством, а затем подошел ко мне и аккуратно, стараясь не причинить ни малейшей боли, наклонил мою голову.

— В каком именно месте будет тату и какого размера? — спросил он, и Микки стал ему все объяснять. Доктор приложил иглу к шее и ввел под кожу, я почувствовал легкую боль, неприятные были ощущения. Но когда шприц убрали, я даже не почувствовал: препарат подействовал мгновенно.

— Что ж, теперь и приступать можно, — сказал мой приятель и натянул на руки перчатки.

POV Дакота

Я нашла довольно хороший магазин с одеждой, и при этом он был абсолютно пустой, что меня несказанно обрадовало. Могу считать все это своими владениями. Я начала ходить вдоль рядов и выбирать себе одежду по душе. Продавец-консультант несколько раз пытался навязать свою помощь, но я усердно отказывалась, и он, наконец, отстал. Набрав полные руки вешалок с разными платьями, блузками и прочим, я направилась в примерочную.

— Девушка, давайте вы будете примерять одежду и выходить сюда, а я буду говорить, идет вам это или нет, — консультант обворожительно улыбнулся, опираясь о стойку, на которой стояла касса.

— Молодой человек, отстаньте, — усмехнулась я и закрылась шторкой.

Примерка меня довольно скоро вымотала, и я решила остальную одежду даже не трогать, быстро развешала по местам, взяла то, что мне понравилось, расплатилась и постаралась как можно быстрее сбежать от продавца, который все еще довольно улыбался мне.

В руках пакеты с одеждой, как обычно шопятся в Милане, а в глазах радость. Люблю одежду и магазины. В сумочке завибрировал телефон, я быстро вышла из здания и достала мобильный. На экране высветился незнакомый номер, но я решила ответить: вдруг что-то важное.

— Да, — бодро произнесла я, направляясь в ту сторону, куда ушел Ян.

— Привет, дорогая, — прозвучал мужской голос, то ли веселый, то ли злой, — узнала?

Я сразу замедлила шаг, а затем и вовсе остановилась. В памяти сразу всплыл запах мяты, и сейчас мне казалось, что вся улица пропитана им.

— Хью, — выдохнула я, мои губы приоткрылись от удивления и немного от страха. Я думала, с этим покончено, но нет. Почему он не может остановиться?

— Узнала, значит, — усмехнулся парень. — Звоню, чтобы узнать, как дела, как отдых?

— Откуда ты знаешь? — я нахмурилась.

— У меня свои связи, дорогая. Более того скажу, мы скоро встретимся, — я услышала смешок, и резко повернулась назад. Мне казалось, что он прямо сейчас следит за мной, но я не знала, откуда, поэтому крутила головой в разные стороны. — Передай Яну, что тот листик мяты был лишь напоминанием обо мне, — и связь прервалась.

POV Ян

Микки сосредоточенно работал, а я следил за другими мастерами и их клиентами: кто-то сжимал кулаки от боли, а кто-то спокойно сидел в кресле и читал журнал. Я же чувствовал себя превосходно благодаря лекарству, больно не было вообще. В кармане завибрировал телефон, я начал его вытаскивать, стараясь не шевелить головой, чтобы не помешать другу.

— Алло, — ответил я и развалился в кресле как барин.

— Привет, брат, — сказал знакомый голос, и мои губы растянулись в улыбке.

— Давно не слышал тебя, Оливер. Как ты там?

— Живем потихоньку, — усмехнулся друг. — Сам как? Отдыхаете?

— Да, все отлично, — довольно протянул я.

— Теперь она твоя?

— Разумеется, — я усмехнулся и вспомнил нашу с Дакотой ночь.

— Я не сомневался, — Оливер явно улыбался. — Красава, брат. Но я по делу звоню, прямо говоря, — его тон изменился с веселого на серьезный. — Хью вас искал, объездил полгорода, спрашивал у всех твоих знакомых, где тебя найти. И кто-то все же слил информацию, что ты на Гавайях.

— И что? — во мне боролись два чувства: ненависть к Хью и страх за Дакоту. Я сжал кулак, все тело напряглось, и Микки недовольно хмыкнул, поэтому пришлось расслабиться.

— Он поехал за вами, — прозвучал подавленный голос друга. — Не уверен, но возможно, что он уже рядом.

В этот момент я увидел в окне Дакоту с пакетами в руках, но она была не счастлива от покупок, а напугана. Похоже, она уже знает о Хью. Я глазами ей показал, чтобы она зашла, ведь головой я двигать не мог, и быстро попрощался с Оливером. Девушка скромно прошла в зал и подошла к моему креслу.

— Ян, у меня новости, — ее голос чуть дрожал.

— Я знаю, солнце, — вздохнул я, — я знаю.

========== Глава 19 ==========

Моя новая татуировка понравилась Дакоте, в чем я, собственно, не сомневался, но она быстро забыла о ней, когда вновь мы заговорили о Хью.

— Солнце, успокойся, — я взял ее за руку и поцеловал в макушку. — Он больше тебе не навредит.

— Я за тебя боюсь, — она отвернулась, рассматривая витрины магазинов, но я понял, что она просто хочет скрыть свое волнение.

— Все будет хорошо, вот увидишь, — я повел ее дальше по улице, пытаясь отыскать парикмахерскую, которую посоветовал Микки. Сказал, там делают отличные стрижки и красят ровно, без пятен, причем все это за хорошую цену. Почему бы и не сходить?

Дакоту я решил одну не оставлять, поэтому посадил ее в соседнее кресло рядом со мной и предложил сделать ей что-нибудь интересное со своими волосами. Она решила сделать амбре пепельного цвета, и я подумал, что это было бы симпатично.

— А вам что? — улыбнулась парикмахер, поворачивая мое кресло, чтобы я сидел лицом к зеркалу и спиной к ней.

— Корни отрасли, мне бы обратно белый цвет вернуть, — я прищурился в раздумьях, осматривая себя. — Можно что-то среднее между белым и пепельным.

— Поняла, — кивнула женщина и приступила к работе.

Все то время, пока я сидел в кресле, я через зеркало наблюдал за Дакотой. Она была такой милой, когда не знала, что я смотрю на нее; ее мимика веселила меня, но красота ее лица быстро заполняла все мои мысли, и я забывал обо всем.

Ей подравняли кончики волос и сделали амбре, к этому времени мои волосы тоже были окрашены. Я осмотрел себя в зеркале, пытаясь понять идет мне этот цвет или нет, и в конечном итоге я остался доволен.

Когда мы вернулись в свой номер, то на кровати увидели открытку и небольшую коробку. Эта открытка оказалась пригласительным билетом на черно-белую вечеринку сегодня вечером, а в коробочке лежали две абсолютно одинаковые черно-белые маски. Одна половина маски была черная, тонкой линией переходящая в белую половину. Я удивился, что нас решили пригласить, но такое мероприятие довольно редко проводится, так почему бы нам не сходить?

— Я как раз купила сегодня подходящее платье, — улыбнулась сестра. — Но увидишь ты его вечером, — она словно прочитала мои мысли и лукаво улыбнулась.

— Ну, раз уж до вечера много времени, — я ухмыльнулся и стал приближаться к ней, — мы можем немного отдохнуть.

И я притянул ее к себе. Она сама поцеловала меня, нежно, сладко, так соблазнительно, что я не удержался и, аккуратно подняв на руки, уложил на кровать. Все вокруг стало для меня неважным, для меня перестал существовать весь мир. Но лишь бы касаться ее каждую минуту… Лишь бы ощущать ее рядом и не делить ни с кем…

Мы молча лежали и смотрели в потолок. Я гладил Дакоту по спине, пальцами выводил узоры, в ответ на что она изредка целовала меня в грудь или шею. Невозможно было представить, что она целует кого-то другого, обнимает его и с такой нежностью смотрит на него, как смотрит всегда на меня.

— Солнце, — шепнул я, и она кивнула в ответ, — я хочу, чтобы ты была только моя.

Девушка приподнялась и оперлась на правую руку, другой прикрывая покрывалом свою обнаженную грудь. Хоть мы уже и спим вместе, она все еще такая же скромная, как и всегда. Наивным взглядом она заглянула мне в глаза и еле заметно улыбнулась.

— Я итак только твоя, — она потянулась ко мне, чтобы поцеловать, но я уклонился, и Дакота удивилась.

— Нет, ты не поняла. Навсегда.

Она смотрела на меня большими глазами и не понимала того, о чем я говорю. Я тяжело вздохнул, сел на кровати и облокотился спиной о подушку, которую подставил к стене, чтобы было удобно сидеть. Я взял ее руку в свою, и покрывало чуть сползло с нее, что на долю секунды отвлекло меня. Однако я быстро собрался с мыслями.

— Чтобы была моя вечно, — прошептал я, боялся напугать ее такими словами. Но тут же я стал говорить взволнованно, для меня каждое слово было важно. — Давай уедем, вдвоем, будем мужем и женой, построим дом на берегу моря… только ты и я…

— Ян, — выдохнула сестра и посмотрела на меня так, будто я умалишенный, а ей всего лишь меня жаль. — Так нельзя, мы брат и сестра, мы не можем быть в браке.

— Мы поженимся там, где никто об этом не знает.

— А родители? — она застала меня врасплох, и я какое-то время молчал, пытаясь подобрать слова.

Но я так и не успел ответить: в дверь номера постучали, и Дакота вскочила с кровати, быстро оделась и открыла дверь. На пороге стоял официант с ресторана, что находился в этом отеле; он держал в руках поднос с нашим обедом, который отдал Дакоте, после чего поклонился и ушел. Я неохотно поднялся, натянул шорты и пошел следом за сестрой к столу. Она расставила тарелки и стаканы и села в одно из кресел.

— Ты так и не ответил, — она подняла на меня большие глаза.

— Мы им не скажем, — я сел во второе кресло и принялся за обед.

— Не скажем? — Дакота, похоже, сильно взбесилась после этих слов. — Они наши родители, Ян!

— Зря я вообще об этом говорил, — я положил вилку, поднялся, взял с кровати майку и вышел из номера.

Мы не часто ссоримся, да и я не часто психую, но сейчас почему-то этот разговор вывел из себя. Я вышел на улицу и остановился на крыльце отеля, вдыхая теплый, но свежий гавайский воздух. Здесь так хорошо, что я бы с удовольствием переехал сюда жить, да вот только Дакота со мной не поедет, а без нее здесь жизнь будет не сладкой.

И сколько бы я не бродил по улицам, мысленно я был в номере, рядом с сестрой. Почему она не понимает меня? Я же стараюсь для нас обоих. Я хочу, чтобы мы были вместе не просто как пара, которая скрывается от всех знакомых, а как семья. Нет, мы итак семья, но именно нашей семьей… Чтобы одна спальня на двоих, дети, собака…

«А она этого хочет?» — прозвучал голос в моей голове.

«Хочет», — ответил я, но без особой уверенности.

***

Вечеринка намечалась на семь вечера, поэтому в номер я вернулся только в шесть, чтобы собраться и успеть доехать до назначенного места. Такси тут, кстати говоря, ничего: дешево и быстро. Когда я вошел в номер, Дакота уже была готова. На ней было черное облегающее платье без бретелек, а к плечу, закрывая грудь, тянулись будто бы языки пламени белого цвета, такие же блестящие, как и все платье. К этому платью она надела маску, что нам подарили вместе с пригласительными, и белые босоножки на каблуке, а волосы убрала назад в аккуратно собранную прическу. Да, я знал, что моя сестра обворожительна, но с каждым разом я удивляюсь все больше.

— Я купила тебе смокинг, пока тебя не было, — она была еще обижена на меня, поэтому даже не смотрела в мою сторону и говорила как-то равнодушно.

— И как ты выбрала размер? — я приподнял брови и подошел к кровати, на которой лежали брюки, рубашка с пиджаком и бабочка.

— Я знаю какой размер тебе нужен, — сердито ответила она. — И я для уверенности примеряла этот костюм на консультанте, он был похож на тебя.

— Ты видела его голым? — встрепенулся я, и Дакота посмотрела на меня так, будто я ей противен.

— Там есть примерочные, думаешь, я с ним туда ходила?

Я замолчал. Сморозил глупость, я понял. Я скинул с себя майку и шорты и стал надевать костюм. По размеру подошел идеально, и я немного удивился, что можно выбрать одежду так точно без примерки. Тут же Дакота протянула мне коробку с обувью: лакированные туфли на шнуровке. Я обулся и подошел к сестре, которая стояла у окна, отвернувшись от меня.

— Солнце, прости, — прошептал я ей на ухо и поцеловал в обнаженное плечо. — Я был не прав и мне не нужно было психовать.

— Давай это потом обсудим, — спокойно ответила она и направилась к выходу из номера.

Мы доехали на такси до огромного особняка, который весь светился огнями, на всей улице была слышна музыка и шум от людей, что там находились. Я выбрался из машины и придержал дверь для Дакоты, подавая ей свою руку, но она будто не заметила ее и прошла мимо. Она еще никогда так не обижалась. Что ж, это будет мне уроком.

Я шел сзади нее и смотрела на ее изящный стан, роскошные волосы, гордую походку и понимал, что ее нельзя упустить ни в коем случае. Это понимали и присутствующие, оборачивающиеся ей вслед. Да, эффектная девушка, но уже занята.

Anikiko — Stop Listen

Дворецкий открыл нам двери, и только сейчас сестра взяла меня под руку, стараясь держаться поближе. Она прижала к себе руку с клатчем и заинтересованным, но слегка надменным взглядом осмотрела присутствующих в огромном фойе. Я узнал этот взгляд. Она так пыталась держаться стеной от всех, чтобы никто не смог подобраться к ней ближе. Она всегда так делала в незнакомом обществе, и это меня успокаивало: не было опасений, что она вдруг познакомится с парнем, который в будущем станет ее любовником.

— Выпьем? — спросил я, не опуская головы и ведя девушку по фойе.

— Я не против, — ответила она с гордо поднятой головой.

Мы подошли к столу с закусками и выпивкой и взяли по бокалу шампанского. Вокруг все были в черно-белых костюмах и масках, скрывающих лица если не полностью, то наполовину точно. Дамы изящно передвигались по залу, а парни кружили возле них, пытаясь добиться расположения. Ни в какое сравнение с лондонскими вечеринками: никакой пошлости, отличная музыка и дорогие угощения. Не зря сюда пришли.

— Солнце, я погорячился тогда, — начал я, и Дакота заметно изменилась: расслабилась, сняла с себя маску неприступности, но при этом и расстроилась. — Я понял свою ошибку и обещаю, что больше об этом речь не зайдет.

— Ян, пойми, — вздохнула она, — я с тобой, и так будет до тех пор, пока ты не захочешь прекратить это.

— Не говори так, — нахмурился я.

Дакота хотела ответить, но ее прервал высокий брюнет в хорошо сидящем на нем костюме. Он подошел к нам и бесцеремонно спросил:

— Могу ли я украсть у вас даму?

Мне он сразу не понравился, но странно, что он не улыбался и даже не пытался произвести на мою сестру впечатление. Однако, только я хотел ответить, Дакота уже сама все решила положительным ответом. Она посмотрела на меня так, будто просила прощения за ответ. Но все же она пошла с ним. Она подала руку парню, и он увел ее в глубь толпы, а я проводил их взглядом и осушил свой бокал одним глотком.

POV Дакота

Незнакомец нежно держал меня за руку и вскоре остановился, когда увел в самый центр зала, где людей было больше всего. Его рука аккуратно легла мне на поясницу, а вторая рука взяла мою ладонь, и мы задвигались в спокойном ритме, стараясь попадать в музыку. Я смотрела на него, а он смотрел в стороны, будто кого-то искал, и тут же он спокойно повернулся ко мне. Снова без улыбки, но я чувствовала его трепетное отношение ко мне через прикосновения.

— Тебе нужно уходить, — сдержанно, не очень громко произнес парень, снова смотря куда-то мне за спину.

— Что? — переспросила я.

Парень снова посмотрел на меня долгим взглядом, и я присмотрелась к нему. Такие знакомые глаза… Высокий, стройный, голос немного грубый, но придающий ему брутальности. Мои глаза округлились, я чуть приоткрыла рот от изумления.

— Рафаэль, — прошептала я на выдохе, и он сразу же осмотрелся.

— Тебе нельзя здесь быть, — он все еще двигался в такт музыке, совсем не обращая на нее внимания. Будто ритм был у него в крови.

— Как… Что… — я не знала, что сказать, настолько неожиданной оказалась встреча. Но если он здесь, то и Хью должен быть рядом. Так вот кого он ищет глазами! — Он здесь?

— Да, — сразу же ответил Рафаэль. — Прошу тебя, уходи отсюда, — он был одновременно и напуган, и зол. — Если он увидит вас, я не смогу его успокоить.

— Но… — я запиналась, где же мой словарный запас? — Зачем ты помогаешь?

Парень некоторое время молчал.

— Я видел многих девушек, которых он держал в своем доме. Я не хочу, чтобы ты испытала их судьбу, — он отпустил меня, развернул и подтолкнул вперед. — Иди, живее!

Я быстро пошла на поиски Яна, периодически переходя на бег и поправляя маску на лице. Теперь становилось страшно: любой может оказаться Хью. Ян стоял на том же месте, где я его оставила, и я облегченно выдохнула. Схватив его за руку, я повела его к выходу, стараясь не обращать внимания на его вопросы, но он вырвал свою руку и остановил меня прямо у выхода.

— Что происходит? — нервно спросил он, но я не успела ответить.

— Куда-то спешите? — с ухмылкой спросил парень, что появился на выходе. Хью снял маску и хитро улыбнулся.

========== Глава 20 ==========

Друзья Хью, которые сейчас играли роль помощников или даже охраны, затащили нас на второй этаж в самую дальнюю комнату и усадили на диван. Это оказался обычный рабочий кабинет в коричнево-зеленых цветах. В глаза сразу бросились огромные книжные шкафы, заставленные книгами с обложками всех цветов, что существуют на планете. Хью зашел в помещение последним, закрыл за собой дверь, занавесил окно и повернулся к нам лицом. Парень скрестил руки на груди и подошел к нам ближе, а его друзья отошли назад.

— Какая ирония, — усмехнулся он. — Кажется, только вчера Дакота была у меня в гостях, — он изобразил умиление, но сразу стал серьезным. — Эх, Ян, ты ведь так и не понял, что тот листик мяты был не подарком, а предупреждением.

— Какой листик? — с недоумением посмотрела на Хью Дакота.

— Когда ты уезжала, я сделал тебе небольшой сувенир, — Хью сел между нами с сестрой и приобнял ее за плечи.

— Руки убери, — раздраженно проговорил я. Парень сделал вид, будто испугался, и усмехнулся после этого. Он поднялся с дивана и стал прохаживаться по комнате.

— Но не бойся, Ян, я тут не по твою душу, — он посмотрел на Дакоту и указал на нее пальцем. — Мне нужна она.

— Не много хочешь? — прорычал я. Дакота занервничала и стала быстро осматривать присутствующих.

— Я? — удивился Хью. — Не-ет, — замотал головой он. Парень поставил предо мной стул и сел на него, перебросив ногу через сидение. Он положил локти на спинку стула и пристально посмотрел мне в глаза. — Какая несправедливость. Твоя сестра — девушка твоей мечты. Будь она той же Дакотой, что и сейчас, но с другой фамилией, ты бы уже сделал ей предложение, но вот беда… — Хью иронично улыбнулся и пожал плечами. — Не можешь. А у меня таких проблем нет, так что я хоть сейчас могу на ней жениться.

— А меня кто-нибудь спрашивал об этом? — раздраженно спросила Дакота.

— Зачем? — Хью посмотрел на нее оценивающим взглядом. — Любая на твоем месте согласилась бы.

— Я тебе ее не отдам, — пригрозил я и поднялся с дивана. Хью последовал моему примеру, отодвинул стул и встал ко мне практически вплотную. Наши лица оказались на одном уровне, и я видел в нем злость, которая одолевала и меня.

— Это мы еще посмотрим, — прошипел он, после чего отошел и сказал уже громче. — Уведите его.

Двое парней в одинаковых костюмах и масках взяли меня под руки и повели к выходу. Я стал вырываться, но меня только сильнее схватили и практически понесли в коридор. Дакота бросилась за мной, но Хью остановил ее, с ухмылкой глядя мне вслед. Парни закрыли дверь, и я уже не видел сестру, но я все еще не мог успокоиться.

— Вы пожалеете об этом, — рычал я, и они тут же отпустили меня, что привело меня в замешательство.

— Поправь свой костюм и иди на улицу, — сказал один практически мне на ухо.

— Но без сюрпризов, — продолжил другой.

Они стояли рядом со мной со сложенными спереди руками и не отрывали от меня глаз. Я отряхнул рукава, поправил бабочку и как можно спокойнее направился к выходу. Парни шли следом, а люди, что были на вечеринке, не обращали на нас никакого внимания.

Я вышел на крыльцо здания, и меня подтолкнули вперед, чтобы я шел быстрее. У крыльца стоял черный джип, и когда я достиг последней ступеньки, передо мной открыли дверцу. Я остановился и обернулся в надежде, что увижу Дакоту или же обнаружу отсутствие охраны, но они стояли все так же близко ко мне, поэтому я медленно сел в машину, и дверца сразу захлопнулась.

POV Дакота

Я следила за Яном из окна, и при каждом его шаге у меня замирало сердце. Хью подошел ко мне сзади и нежно коснулся губами шеи. Я глубоко вдохнула, чтобы не расплакаться то ли от досады, то ли от испуга. Но я молчала.

— Наконец-то ты рядом, — прошептал он и чуть отошел, направляя взгляд туда же, куда и я. — С ним все будет нормально. Его отвезут в отель и отправят домой.

— Домой? — очнулась я и повернулась к парню. — А как же я?

— Ты будешь здесь, со мной, — он подошел чуть ближе и погладил указательным пальцем по моей щеке.

— Я хочу домой, как же моя семья?

— Твои родители обрадуются, когда узнают, что у их дочери появился обеспеченный жених. А за учебу здесь я заплачу, так что можешь не волноваться, — он усмехнулся и направился к выходу.

— Почему ты думаешь, что я так просто сдамся? — вслед Хью бросила я, и он остановился, однако не повернулся.

— У тебя нет другого выбора, — после этого он вышел из кабинета, а его охранник закрыл дверь с другой стороны.

Я осталась одна взаперти. Машина с Яном уехала, а внизу до сих пор играла музыка. Такая спокойная, мелодичная. Люди даже не догадываются, что прямо над ними сейчас меня держат в кабинете и не выпускают. Какова теперь моя судьба? Стать женой наркодиллера? О такой жизни я и мечтать не могла.

Вскоре в кабинет зашел Рафаэль. Он с серьезным видом осмотрелся, чтобы не привлечь внимания охраны, убедился, что они стоят достаточно далеко, и закрыл дверь. Парень сразу изменился, быстро подошел ко мне с нервным видом и аккуратно взял за плечи.

— Я же сказал уходить, — тихо пробубнил Рафаэль, чтобы никто не подслушал.

— Нас перехватили прямо на выходе, — объяснила я, и тот тяжело вздохнул. — Что со мной будет?

— Ни с тобой, ни с твоим братом ничего не случится, — успокоил меня Рафаэль. — Ян для Хью не представляет никакого интереса, а тобой он действительно дорожит. Знаешь, только между нами, — он перешел на шепот и в ожидании посмотрел на меня. Я кивнула, — он еще ни за одну так не боролся. Что-то в тебе заставило лед в его сердце растаять, — он задумался на секунду, но сразу же опомнился. — В сторону метафоры, я тут не за этим. Я помогу вам.

— Поможешь? — удивилась я. — Если Хью узнает…

— Не узнает, — перебил он меня. — Сделаем все быстро и аккуратно.

Он взял меня под руку и повел к выходу из кабинета. Я покорно шла рядом. Охрана не сказала ни слова, когда мы оказались в коридоре, и на лестнице мы замедлились. Рафаэль держал голову прямо и делал вид, будто ищет кого-то, а когда он говорил со мной, то губы его практически не двигались.

— Сейчас нас на входе встретит Хью и его водитель. Он отвезет тебя в твой отель собрать вещи, но поднимется с тобой в номер. Не позволяй ему зайти. Быстро собери вещи, переоденься во что-нибудь неприметное и спустись на улицу, — мы спустились и зашли в толпу. Теперь Рафаэль говорил свободно. — Я буду ждать тебя в белом авто где-нибудь неподалеку от входа. Сразу беги ко мне, поняла? — я кивнула, пытаясь все осмыслить.

— А как мне пройти мимо Хью?

— Не знаю, это уже твоя задача, — ответил парень, и в этот момент мы дошли до выхода, где, как и говорил Рафаэль, нас ждал Хью. — Доставил в целости и сохранности, — наигранно усмехнулся он, но Хью этого не заметил.

— Отлично, — брюнет протянул мне руку, но я не ответила на жест. — Не упрямься, Дакота, тебе все равно ничего не изменить.

Я пристально посмотрела ему в глаза, пытаясь понять его намерения, и подала ему руку. Он самодовольно улыбнулся и притянул меня к себе, крепко схватив за талию. Рафаэль ничем не выдавал себя, чему я поражалась, но, когда мы уже направились к машине Хью, я обернулась. Рафаэль нервничал, как и я.

— Не волнуйся, — сказал Хью, когда мы сели в машину. — Я тебе вреда не причиню.

— С чего мне тебе верить? — хмуро спросила я.

— Ну, от твоего брата мне больше ничего не нужно, а других причин держать тебя рядом у меня нет. Так что поверь на слово, я лишь хочу видеть твою милую мордашку, — он схватил меня за подбородок пальцами, а когда я вырвалась, рассмеялся.

— Ты псих, — нервно бросила я и отодвинулась от него подальше.

— Разве плохо быть психом? — он откинулся на спинку сиденья и усмехнулся, правда, на этот раз как-то отрешенно. — Безумцы совершают великие дела, дорогуша. Великие.

Я с презрением посмотрела на парня и отвернулась. Только сейчас, когда настала полная тишина в салоне, я смогла сосредоточиться на запахе, который был таким знакомым. Запах мяты. Теперь этот запах для меня — предвестник беды.

Машина остановилась прямо у крыльца отеля. Хью вышел первым, подав мне руку, но я проигнорировала этот жест. Мы шли молча, так же молча поднялись, но я остановилась у номера, вспомнив о наставлениях Рафаэля.

— Подожди, — я схватила Хью за руку, когда тот собирался открыть дверь. — Можно мне одной?

— Это еще почему? — насторожился парень.

— Мне нужно переодеться, а при тебе я стесняюсь, — я смущенно опустила глаза и почувствовала, как Хью расслабился.

— Я подожду здесь, — он скрестил руки и облокотился о стену напротив моей двери.

Я зашла в номер и закрыла дверь. Как можно тише и как можно быстрее я занавесила шторы и стала метаться по комнате, собирая мыльные принадлежности в чемодан. Я до последнего надеялась застать здесь Яна, но в номере уже не было его вещей, зато я обнаружила записку, когда открыла шкаф с одеждой. Я аккуратно трясущимися от волнения руками развернула бумажку и принялась читать:

«Любовь моя, я надеюсь, ты в безопасности. Если ты читаешь это, значит, Хью не рядом. Будь осторожна. У меня есть план. Жду тебя в полночь на нашем пляже.
Твой Ян.»

Я осмотрелась и подошла к столику, на котором стоял подсвечник со свечами. Рядом с ним как обычно лежали спички, что оставляют уборщицы, чтобы постояльцы могли сами зажечь огонь. Я зажгла свечу и поднесла записку к пламени. Бумажка загорелась, и я бросила ее в раковину, где она медленно догорала.

— Ты там скоро? — послышался недовольный голос Хью.

— Одну минуту, — крикнула я в ответ и снова начала суетиться.

Вместо платья я надела джинсы, байку с капюшоном, чтобы скрыть лицо, и кроссовки. Остальную одежду сложила в чемодан и поставила его на пол рядом с выходом.

— Все, я захожу, — опять напомнил о себе парень.

Я стала испуганно искать какую-то помощь глазами и наткнулась на вазу, что стояла у окна. За пару секунду я снова оказалась у двери, и когда Хью открыл дверь, не раздумывая, ударила его вазой по голове.

Парень упал на пол, и я замешкалась, но тут же схватила чемодан, поставила вазу на пол и бросилась прочь из номера. У выхода из отеля я успокоилась, замедлила шаг и натянула капюшон, чтобы водитель Хью меня не узнал. На крыльце я секунду постояла в поисках белой машины, и нашла таких две, но одна здесь стояла уже давно, дня два, а вторую я первый раз видела, так что я направилась именно к ней.

И не ошиблась. За рулем сидел Рафаэль. Я открыла заднюю дверцу, засунула туда чемодан и села сама. Парень сразу завел машину и начал выезжать со двора.

— На набережную, — сказала я и, скрестив руки на груди, откинулась на спинку сиденья.

========== Глава 21 ==========

Ночная набережная выглядела еще божественнее, чем при свете солнца. Но любоваться времени не было.

Я оставила свои вещи в машине у Рафаэля, и мы вместе вышли из нее, пытаясь в темноте отыскать хотя бы очертания человека. Где-то вдали зашевелилась тень, и я сразу бросилась в ту сторону. Ноги проваливались в песок, бежать из-за этого было очень трудно, но прохладный ветер дул с моря, и я в какой-то степени наслаждалась пребыванием здесь.

— Нам нужно уходить, — крикнул мне вдогонку Рафаэль, — они вот-вот здесь появятся, я уверен.

— Я не уйду без него, — ответила я.

Но той тенью оказался обычный работник кафе, что находилось на побережье. Я разочарованно вздохнула, пытаясь отдышаться, и меня кто-то взял за плечо. Я развернулась и угодила прямо в объятия Яна. Мое сердцебиение участилось, но сама я немного успокоилась от того, что он рядом. Его майка как всегда пахла свежестью и приятными духами, и я каждый раз старалась вдохнуть как можно больше воздуха, чтобы насладиться им.

— Тебя не тронули? Ты цела? — начал задавать вопросы брат, а я лишь молча кивала.

— Нам правда нужно ехать! — подбежал к нам Рафаэль и вцепился в Яна мертвой хваткой, пытаясь утащить за собой.

Парень поднял с песка свою сумку и взял меня за руку. Мы побежали обратно к машине, мое сердце так бешено стучало, что должно было вот-вот выпрыгнуть. Несколько человек, что прошли по дороге возле пляжа, обернулись, но ничего не спросили. Видимо, мы не первые, кто бегает ночью на берегу океана.

Когда мы сели в авто, успокоиться мне не удалось, хотя я на это рассчитывала. Рафаэль моментально завел двигатель и рванул с места слишком резко, из-за чего я не удержалась и повалилась на его сиденье. Мы с Яном сидели сзади, где стекла были затонированы и не позволяли человеку с улицы разглядеть сидящих. Хоть один плюс.

— Куда мы едем? — взволнованно спросил Ян. Он пытался сохранять спокойствие, и это ему удавалось, но я-то знал, что он нервничает так же сильно, как и я.

— В аэропорт, — не отрываясь от дороги, ответил парень. — Вы улетаете сейчас же.

— Почему ты нам помогаешь? — я немного волновалась, что его могут поймать и «обвинить в измене».

— Хочу все изменить, загладить свою вину перед другими девушками, — он вздохнул. — Хотя бы тебя спасу. Мне так будет легче.

Я всю дорогу держала Яна за руку и сжимала ее так сильно, что мои пальцы еле разогнулись, когда пришло время выходить из автомобиля. Мы быстро забрали свои вещи и со всех ног ринулись ко входу в аэропорт.

— А ты уверен, что нам продадут билет? — на ходу спросила я у Рафаэля. — Мы все-таки бронировали билеты на другой рейс.

— У нас личный самолет, — быстро ответил он.

Сначала я подумала, что мне послышалось, но, когда мы действительно вышли на взлетную полосу, где вдали ото всех стоял одинокий небольшой самолет, мое сердце забилось еще сильнее от предвкушения того, что мы вот-вот выберемся от сюда.

Рафаэль застучал в дверь кабины пилота, и она сразу же открылась. Удивленный, он вылез на улицу и пожал руку своему другу.

— Нам нужно срочно в Лондон, — пробормотал парень, и пилот осмотрел нас с ног до головы.

— Но… — запнулся он. Разница между речью Рафаэля и этого мужчины была такой яркой: Рафаэль говорил быстро, с одышкой от быстрого бега, а пилот — медленно, растягивая от неуверенности слова. — Это ведь самолет Хью.

— Хью? — воскликнул Ян. — Ты рехнулся?

— Есть другие варианты? — нервно отозвался Рафаэль, и мой брат замолчал. — Прошу, Стив, ты — наш последний шанс.

Парень пару секунд думал, косо поглядывая на нас, а затем залез обратно в свою кабинку и захлопнул дверь. Мы в недоумении переглянулись, и я уже успела снова запаниковать, как он вновь высунул голову и сказал:

— Так и будете стоять здесь или все же вернетесь в Лондон?

Мы сразу опомнились и зашли в самолет. Он был намного меньше обычного самолета: кресла было всего четыре (у одного окна по два и у другого), а из-за невысокого потолка приходилось сгибать голову. Но не могу не отметить, что благодаря маленькому салону здесь было очень уютно. Над креслами горели тусклые лампы, а за спинкой одного из кресел стоял маленький холодильничек, набитый напитками и закусками (как я убедилась в этом позже).

Мы поставили свои вещи на пол рядом с сиденьями и устроились поудобнее. Я все еще тряслась от страха, но Рафаэль теперь выглядел полностью умиротворенным. Он сел справа от нас, закинул ноги на сиденье напротив себя и закрыл глаза. Ян же смотрел на меня не отрываясь, а я следила за тем, что происходит снаружи, пока мы не поднялись в воздух.

Брат взял мои руки в свои и поцеловал их, а затем свернул в кулачки и прижал к губам. Я вытащила одну руку и погладила его по лицу. Никогда еще мне не приходилось сталкиваться с потерей брата. А что, если бы Рафаэль не помог мне? Вдруг я бы действительно угодила в лапы Хью? Было так страшно думать об этом сейчас. И так спокойно, что Ян рядом.

— Ты еще боишься, солнце, — прошептал парень. Это был не вопрос, а, скорее, утверждение. — Не стоит.

— Я не могу не бояться, — ответила я и наклонилась к нему ближе так, что наши лица оказались на одном уровне. — Я бы не вынесла, случись с тобой что.

— Но я ведь цел.

— Цел, — вздохнула я и прижалась своими губами к его губам.

***

Сумерки над Лондоном сгустились, когда самолет приземлился в Лондонском аэропорту. Летели они не так долго, но разница во времени сделала свое дело: все неимоверно хотели спать и есть. Закуски, что они нашли, не хватило для полного утоления голода, а кроватей в самолете, к сожалению, не нашлось.

Дакота и Ян выбрались из салона с уже спокойными и, можно сказать, довольными лицами. Рафаэль вышел следом, но не пошел за ними, а остался у самолета ждать своего друга. Пилот вскоре выбрался из своей кабины и, стоя рядом с парнем, стал смотреть на звезды, которые ярко сияли вдалеке несмотря на затянутое туманом поле.

— Хью не простит, — сказал он наконец и посмотрел на друга то ли с сожалением, то ли с восхищением от того, на какой поступок решился Рафаэль.

— Я знаю, — кивнул второй. — Да и пусть.

— Зачем тебе это? Ты рискуешь жизнью ради них.

Рафаэль знал, что за предательство Хью может очень жестоко отплатить, и слова его друга не были преувеличением. Но он осознавал это, его совсем не пугала правда.

— По-моему, это глупо, — уже тише добавил мужчина.

— Она напомнила мне Мэри, — Рафаэль решил пропустить последнюю фразу мимо ушей. — Такая же наивная и добрая.

Пилот закурил. Он с жалостью посмотрел на друга и предложил ему сигарету, но тот отказался.

— Но они ведь не похожи.

— Внешне — да, — согласился Рафаэль, — но характер… Когда первый раз заговорил с ней, подумал, что сошел с ума.

Все же Рафаэль взял сигарету и достал из заднего кармана джинсов зажигалку. Горячий дым согрел на секунду его легкие, но, когда он выдохнул его, внутри осталось ощущение пустоты.

— Пусть хоть она будет счастлива, раз не смог помочь Мэри.

Дакота и Ян уже преспокойно ехали к себе домой, когда девушка вспомнила, что она даже не поблагодарила Рафаэля за помощь. Она с грустью посмотрела в заднее окно такси, но аэропорт был уже далеко позади. Ян по-прежнему не отпускал ее руку, поглаживая большим пальцем тыльную сторону ее ладони.

У дома нас встречали родители с распростертыми объятиями, которых Ян успел предупредить о их неожиданном прибытии в Лондон. Оливер, на удивление Дакоты, тоже был здесь. Он первым делом обнял и поцеловал именно ее, пока родители обнимали своего сына. Затем Ян подошел к другу, и они крепко пожали друг другу руки, после чего тоже обнялись.

— Мы чудом выбрались, — прошептал Ян, чтобы родители не волновались по поводу их «приключений».

— Я не сомневаюсь, — усмехнулся Оливер. — Думаю, Хью не отвяжется, пока не добьется своего.

— Кто знает, — пожал плечами парень и развернулся к родителям, которые до сих пор тискали Дакоту и не хотели выпускать из своих рук. — Мам, пап, я хочу кое-что сказать.

Он взял Дакоту за руку, а она испуганно посмотрела ему в глаза. Он был настроен решительно.

— Я… — парень глубоко вдохнул и на выдохе произнес: — Я люблю Дакоту.

Родители улыбнулись и даже усмехнулись, чем удивили девушку.

— Мы знаем, дорогой, — сказала мама и провела рукой по щеке сына, — ты с самого ее рождения так относился к ней.

— Нет, мам, ты не поняла, — попытался достучаться до нее Ян, и Дакота напряглась еще больше. — Я люблю ее не как брат, а как мужчина.

Настала тишина. Оливер стоял почти за спинами родителей и пристально наблюдал за их реакцией, а они же, еще не полностью осознав сказанное, открыли рты. Улыбки с их лиц исчезли.

— Дорогой, — прошептала мама, хватаясь за мужа, — ты что такое говоришь?

— Мам, послушай, — начал Ян, но Дакота его перебила.

— Мамочка, дорогая, не волнуйся, я… — но и девушке не удалось объяснить ситуацию.

— Не волнуйся? — отец повысил голос. Теперь он выглядел злым, если не сказать, что он был в бешенстве. — Мои дети любят друг друга! Да меня мои партнеры засмеют, если узнают об этом!

— Отец, — попытался поспорить Ян, но тут вмешался Оливер.

— Мистер Райс, подождите, — он выставил перед собой руки, якобы удерживая родителей, и загородил собой Яна и Дакоту. — Как известно, сердцу не прикажешь. Не стоит так резко к этому относиться. Они ведь не однополые создания, — попытался пошутить парень, но лицо мистера Райса оставалось все таким же хмурым. — Такое случается, хоть и редко. Как я считаю, это не страшно.

— Оливер, не защищай их, — мужчина бросил на своих детей злобный взгляд.

— Тише, — шепнула миссис Райс мужу, а затем обратилась к Яну: — Дорогой, но… ты уверен?

— Да, на все сто процентов, — уверенно кивнул парень. — Я люблю ее уже несколько лет и не перестану любить даже под твоим запретом, отец.

Дакота прижалась к Яну, стараясь не смотреть родителям в глаза, но ей все время казалось, что это стало огромным ударом для них. Какое-то время все стояли молча, но потом отец тяжело вздохнул и сказал:

— Что ж… Да будет так.

В спальне Дакота уже привела себя в порядок и приготовилась ко сну, а в кровати у нее грел место Ян. Он был настолько счастлив и доволен тем, что наконец все знают о его любви к Дакоте, что не скрывал этого ни секунды. Даже за ужином с родителями он сиял.

— Мне кажется, мы поторопились, — прошептала девушка, забираясь под одеяло к любимому. Она положила голову ему на грудь и обняла, чувствуя, как Ян гладит ее по волосам.

— Нисколько, — усмехнулся он и вспомнил бал в честь дня рождения Дакоты. Тогда он и подумать не мог, что его мечта когда-нибудь осуществится. — Я люблю тебя, солнце.

— И я тебя люблю, — ответила девушка и закрыла глаза, прижимаясь к брату еще сильнее.