Очнувшись после двухсотлетнего крио сна девушка не помнит ничего о себе и свой прошлой жизни, более того, первым что она услышала, стала новость о том, что ее купили… разве люди продаются??? И что теперь будет??? Как выжить в этом новом для нее мире… где 90 % людей выращены в лабораториях и сами не могут давать потомства…





* * *



Липа Павлова





* * *





Липа Павлова

Размороженная




2293 год, Земля

В единственном центре крио заморозки кипела работа, люди в стерильных костюмах неслышно скользили от бокса к боксу, проверяя параметры хранения замороженных человеческих тел. Информационные панели мелодично попискивали, подтверждая, что все идет как всегда гладко…

— Вы подобрали кандидаток для господина Шиу, он заплатил столько, что мы не можем разочаровать хозяина СУЛРО, — директор крио центра подписывал оставшиеся от сегодняшнего объема документы и одновременно слушал отчет от главного специалиста, рабочий день уже закончен, но он не может покинуть свой пост, пока не решит еще одну свалившуюся на него сверхважную задачу.

— Да, мистер Рому, согласно критериям выставленным господином Шиу, мы отобрали трех кандидаток, они переведены в отдел разморозки, ждем только вашего решения.

— Господин Шиу прибудет завтра, у нас мало времени, идемте…

Переход в отдел разморозки не занял много времени, — что желает господин Шиу?

Директор крио центра, хранящего в своих стенах всех замороженных мира, лично занимался обслуживанием таких важных клиентов, как хозяин СУЛРО, именно такие состоятельные клиенты и обеспечивали благосостояние всего центра и в частности кармана директора Рому.

— Женщину, белую, темные волосы, рост средний, телосложение среднее, вес не менее 55 килограмм, грудь 4 размера, остальное без особых предпочтений.

— Не очень подробно, с такими критериями легко ошибиться, подходит треть замороженных. Надеюсь, вы отобрали лучших, хотя, представления о красоте уж слишком разнятся, кто знает, что ценит господин Шиу. — Как раз для того, чтоб угодить клиентам, крио центром была разработана подробная анкета пожеланий и предпочтений, по указанным характеристикам, подбирать женщину проще, но господин Шиу не стал облегчать центру задачу.

— Под критерии господина Шиу подходит 23 замороженных, мы отобрали наиболее нежные черты лица, правильные пропорции тела, с учетом пожелания большой груди и с подтвержденной фертильностью, хотя, господин Шиу ничего об этом не указывал, — главный специалист принял верное решение, мы не можем подсунуть другу нашего главного акционера бракованный товар.

— Кто принимал заказ, может господин Шиу устно что-то обговаривал, — цеплялся за последнюю соломинку директор центра.

Главный специалист пролистал заполненную форму в своем планшете, — на заказе только ваша подпись, мистер Рому.

— Действительно, мне же заполненный бланк прислал господин Милле, — вспомнил директор, а он не стал задавать вопросов человеку, от которого завит его будущее. — Итак, — дверь в блок разморозки бесшумно отъехала в сторону, — что тут у нас.

Три пластиковых контейнера с прозрачными крышками, в них уже две сотни лет спят замороженные женщины. Синие губы, бледная кожа, красавицами их сложно назвать, но Вил Рому уже так давно работает с замороженными, что может предсказать, как будут выглядеть эти женщины после возвращения к жизни.

— Судя по всему, господину Шиу нужна женщина, совершенно не похожая на современных, — впрочем, удивляться нечему, остальные его клиенты хотят того же, безликая белая масса не особо будоражит фантазию и так лишенных множества чувств генетически модифицированных человеческих индивидов.

— Давайте, эту, — директор ткнул планшетом в первый стоящий ящик, — размораживайте, приводите в порядок, еще раз проверить детородные функции, к 9 утра она должна сиять.

Отдав распоряжение, директор центра поспешил домой, время позднее, а завтра ему стоит прибыть по раньше и удостовериться, что все идет как надо, если господин Шиу останется не доволен, то его дни на посту директора крио центра сочтены, а он не может этого допустить, так отлично устроиться в жизни рядовому, выведенному в лаборатории человеку, вряд ли еще удастся.

— Как успехи, — бодрый голос на незнакомом языке и очередной укол ворвались в сознание, я не могла пошевелиться, тело будто одеревенело, когда я отходила от наркоза после кесарева, я ощущала себя примерно так же, только тогда я не могла контролировать собственные ноги, а сейчас абсолютно все тело, жуткое чувство, страшно, очень страшно, особенно, если учесть, что я не понимаю где я нахожусь и что происходит, очередной укол, я никого не понимаю, ничего…

— Память убрали? Хорошо, и грудь приподнимите, когда она сидит, грудь провисает, — меня обсуждают, будто я не человек, будто я предмет интерьера… очередной укол, язык стал понятен, но он мне не родной, или родной, а кто же я? Меня охватила настоящая паника, животный ужас, кто я?

Я не знала ответа…

— Она еще слишком бледная, подкрасьте ее, что ли. Господину Шиу хочется раскованную красотку, а не бледную трясущуюся немощь. Почему она дрожит? — низкий голос был злым и очень-очень недовольным мной.

— Времени мало, мистер Рому, она еще не совсем пришла в себя и так много вливаний в раз, организму тяжело…

— Да мне плевать на ее организм, она должна выглядеть, как ожившая мечта, за те деньги, что платит господин Шиу нам, он вправе рассчитывать на что-то получше этого, — пренебрежение, нет, скорее брезгливость слышалась в тоне злого мужчины, а меня зацепило кое что другое — платит? Кто-то платит за меня деньги? Кому? Меня что, продают? Такое ведь не возможно, я же человек, меня не могут продать, или могут? И ведь я человек?

Паника накатывала, нет, наверное, я просто все не так поняла и сейчас мне все разъяснят, и я посмеюсь над собственными глупыми страхами…

— Сделайте с ней что-нибудь, а я постараюсь потянуть время, как будет готова, приводите ее ко мне в кабинет. И не задерживайтесь!

— Бедная девочка! — тихий женский голос слева.

— Нашла кого жалеть, да она жить будет явно лучше, чем мы, просто за то, что раздвинет ноги перед господином, — мужской голос справа, даже близко не так миролюбив, — а он может еще и женой ее сделает. Можно сказать, что это ей повезло.

— Злой ты, Генро! Жить с нелюбимым, да еще и себя не помнить, что может быть хуже, она же тоже живая, тоже человек.

Диалог, что вели крутившие и вертевшие меня люди, просто убил, значит, меня все таки продают, это не ошибка. Слезы, потекли по щекам, кто-то нежно промокнул их, — не плачь, детка, понравиться господину в твоих интересах, тогда он будет добр и твоя жизнь не превратится в кошмар наяву.

Мне красили глаза и я впервые смогла их раскрыть, белый пластик, он был везде, две женщины и мужчина, что приводили меня в товарный вид словно куклу, тоже были какими-то белыми, бледная кожа с будто седыми волосами, бровями и ресницами, делали их удивительно похожими друг на друга, не близнецы, но близкие родственники, странно.

Онемение постепенно проходило, я уже полностью чувствовала свое тело, но управлять могла пока только руками. Вот на эти руки я и смотрела, смотрела, смотрела и понимала, что не знаю, кому они принадлежат, я не знаю, кто я!

— О черт, она опять ревет! Слышишь ты, — белый мужчина был зол на меня, — хватит уже, макияж потек, — меня больно ткнули в плечо.

— Хватит, Генро, — женщины были настроены более дружелюбно, — умыть ее, быстро! — меня куда то волокли, взяв под руки, не уверена, что сама могла бы переставлять ноги.

— Вы еще не готовы! Господин Шиу торопиться, я больше не могу его задерживать, — холодная вода попадала в нос и рот, глаза я успела зажмурить, а вот рот почему то не закрыла, — я же сказал, чтоб вы ее накрасили, — обладатель уже знакомого мне злобного голоса, оказался таким же белым, как и его коллеги, только одет он был не в белый бесформенный комбинезон, а в строгий серый костюм, бледно голубую рубашку и синий галстук, его наряд показался мне таким знакомым, таким родным…

— Ладно, пошли… — ухватив меня за локоть, мужчина в костюме, сильно дернул на себя, я едва не упала, ноги по прежнему отказывались слушаться, я просто не смогла сделать этот шаг. Ноги ощущались, как два раздутых ствола дерева с вонзенными иглами.

— Она еще не вполне восстановилась, мистер Рому, — опять попыталась защитить меня одна из женщин, мужчина шипел…

— Может бракованная? — зло сощуренные глаза разглядывали меня, как хорошо, что на меня надели короткие широкие штаны на резинке и такую же кофту, белого цвета.

— Нет, она в полном порядке и скорость восстановления функций отличная, обычно на это уходят сутки, а у нас прошло лишь 8 часов.

Опять ухватив меня под руку, злобный господин поволок мое непослушное тело куда-то по коридору, дорога показалась мне просто бесконечной, белые стены, белый потолок, белый пол… они все не заканчивались. Наконец, очередная белая дверь отъехала в сторону, пропуская нас в тамбур, две стеклянные стены, за одной стерильный мир белого цвета, за другой буйство красок. Кабинет радовал глаз обилием нормальных цветов, но мы остановились за стеклянной преградой.

Высокий черноволосый мужчина с довольно смуглой кожей, особенно по сравнению со стоявшим рядок беловолосым типом, поднялся из глубокого кожаного кресла, насыщенного коричневого цвета, стоявшего у стола в кабинете за стеклом, и подошел к нам. Стеклянная дверь открылась, пропуская мужчину, казалось, даже воздух в цветном кабинете был другим.

Темно-серый костюм, голубая сорочка и бордово-синий галстук, все это сидело на нем безупречно, будто было сшито по его высокой, мускулистой фигуре, пока разглядывала одежду, мужчина грациозно принялся обходить нас по кругу, походка мягкая, скользящая, будто танцует.

— Господин Шиу, она в идеальной физической форме и совершенно здорова, с подтвержденной фертильностью, просто, в столь сжатые сроки, мы не успели привести ее в надлежащий вид, — оправдывался мистер Рому, я даже не сразу узнала его любезный, заискивающий голос.

— А зачем спешили? — у заходящего на третий круг брюнета оказался приятный низкий голос, ему подходит. Все это я отмечала как-то мимоходом, сердце билось как лихорадочное, меня продают этому человеку, а я даже не знаю, кто я! Оцепенение не проходило, все стало значительно хуже, меня просто колотило от ужаса, от безысходности, от того, что я не понимала…

— Ваша поспешность ей не повредила? — наконец, перестав нарезать круги, мужчина заглядывал мне в лицо, пытаясь поймать взгляд.

— Что вы, господин Шиу, она в полном порядке, господин Шиу, — тараторил испуганный директор. А мое тело сводили судороги и я не могла сдерживать дрожь.

— Что то не похоже! Вам плохо? — впервые после моего прихода в сознание, кто-то обратился лично ко мне, ноги подкосились и я бы встретилась с полом, но стоявший рядом мистер Рому успел подхватить и усадить на стул, стоявший у стены и не замеченный мою ранее.

— Простите, господин Шиу, ее ноги еще не до конца слушаются и стресс от пробуждения, растерянность, возможно, вы согласитесь оставить ее у нас, на пару дней, чтоб мы провели реабилитацию, ввели ее в курс новой жизни и ее новой роли в ней, — новая жизнь, новая роль, озноб бил все сильнее, а меня кто-нибудь спросил, хочу ли я этой новой жизни! Очевидно, мое мнение никого не волнует, да и имеет ли право на свое мнение та, что не знает кто она?

— Нет, я заберу ее сейчас. Требуется ли специальный уход? — ехать куда-то с этим уж слишком идеальным мужчиной я не хотела, но и оставаться с мистером Рому, который становится таким любезным исключительно в присутствии господина Шиу, которого он явно боялся, тоже сомнительное удовольствие.

— Нет, что вы, господин Шиу, через пару часов она придет в норму, уверяю вас, господин Шиу. Если вас все устраивает, пройдемте, подпишем договор и акт о передаче.

Белая стена поплыла перед глазами, противный липкий пот катился по спине, я должна вспомнить кто я и прекратить весь этот кошмар, они не могут продать живого человека.

— Как ее зовут? — ответа я не услышала, стеклянная стена отрезала меня от мужчин, что в этот момент решали мою судьбу.

— Давай, Айен, решайся, жизнь то проходит! — мой друг, давний и, пожалуй, единственный, уже в который раз уговаривал меня приобрести замороженную девушку, — ты хандришь уже месяц, если не больше!

Ашер Виллард ошибался, я не хандрю, а скатываюсь в депрессию, хотя, нервная система генетически усовершенствованных особей должна быть защищена от подобных непродуктивных чувств, моя все чаще дает сбой. А причина моих страданий банальна, половое бессилие, у меня случилась осечка, два раза подряд. Врать самому себе не имело смыло, я никогда не был особо страстным и пылким, но когда у меня не возникло влечения к такой же как и я генетически усовершенствованной, очень привлекательной госпоже, я заказал себе массаж с продолжением и тоже ничего. При всех стараниях и умениях массажистки, я оставался холоден и мне это очень не понравилось.

— Айен, посуди сам, от этого одни плюсы, они совершенно бесправны, зависимы и всеми сила будут стараться угодить тебе, — будто другие только этим и не занимаются, — ты разнообразишь свою жизнь, а если очень понравится, сделаешь ей ребеночка и свободен до конца своих дней, никаких обязательств, когда надоест, просто распрощаешься с ней, это прекрасно, друг мой, просто идеальный вариант.

— Это мерзко, Ашер, так использовать беззащитных женщин.

— О, да ты моралист! Может ты сторонник всеобщего размораживания, признаниях их членами общества с равными правами и возврата замороженным их денежных средств, — друг был банкиром и основной капитал их с отцом банка, составляли вклады замороженных людей, за несколько сотен лет они превратились в обладателей миллиардов и, если предъявят свои права, банкам придется туго. Я не был сторонником этих идей, но и отрицать их справедливость глупо. — И знаешь, говорю это тебе, только потому, что ты мой друг. Я однажды был с размороженной, господин Пат иногда сдает свою любовницу в аренду, — гадко, хорошо, что он не стал сотрудничать с фондом Пата, — после нее, на других просто не стоит, огонь, настоящий огонь, эти женщины хоть и не помнят своих прошлых жизней, но доставлять удовольствие в постели не разучились.

— Если в этом столько плюсов, что ж ты себе такую не купишь?

Друг отсалютовал бокалом бренди, как он может травить свой организм этой гадостью.

— Старик никогда не даст мне столько денег на любовницу, они же стоят целое состояние, но для тебя то это не проблема.

Я отказался, решительно, и поехал домой, зачем я позвонил Симону Милле, ведь знал, что он женат на размороженной, что недавно она родила ему ребенка, что он является главным акционером крио центра.

— Айен, если ты серьезно все для себя решил, я отдам распоряжение и для тебя подготовят девушку, только заполни анкету о предпочтениях и отправь мне, завтра можешь забирать свою спутницу. Айен, только помни, она тоже человек, ничуть не меньше, чем мы с тобой.

К девяти часам утра автомобиль последней комплектации Сциво подкатил к крио центру, хорошая машина, я ехал на ней второй раз, в будни предпочитаю пользоваться услугами водителя, но обычный человек не может водить Сциво, скорость около семисот километров слишком высока, только наши улучшенные реакции способны с ней справиться. Не давая себе времени передумать, решительно вошел в здание крио центра, даже не ожидал, что все произойдет так быстро, чрезмерно любезный директор центра уже около получаса рассказывал мне о размороженных, много новой информации, с некоторыми пунктами я был категорически не согласен, рабское положение, жизнь без документов, все это способно исправить только замужество, оно дает размороженной женщине гражданство. А еще блокировка памяти, мне выдают специальный порошок, который я буду раз в неделю подсыпать ей в еду, чтоб она не смогла вспомнить свою прошлую жизнь, полное варварство, неужели мужчины сознательно идут на это, я точно не намерен этому следовать.

Заискивающий мистер Рому мне порядком надоел и я напомнил ему о времени, что так у меня дорого. Сбежав из собственного кабинета, директор крио центра спустя пару минут привел ее, бледные до синевы губы и кожа, дрожащее тело, едва волочащиеся ноги, но даже в таком состоянии, девушка была ярче и живее, чем все кого я знал раньше.

Каштановые волосы отливают рыжиной, глаза серо-голубые, миниатюрная, на груди бесформенная хламида приятно натянута, я сглотнул слюну, Виллард прав, прав во всем, ему нужна именно такая женщина.

— Белая женщина 32-х лет, все параметры соответствуют вашей анкете, осматривать будете, — осматривать, Рому предлагает раздеть ее?

Отрицательно покачал головой, обходя по кругу, да она еле держится на ногах. Директор объяснил это поспешностью, а кто велел им спешить? Я вполне мог подождать пару дней, девушка едва не рухнула на пол, а Рому стал оправдываться. Ну уж нет, я не оставлю ее с вами, чтоб вы внушили ей страх передо мной, настроили на рабскую покорность, я не за это плачу!

— Как ее имя?

— Простите, господин Шиу, эта информация не подлежит распространению, личное дело размороженной женщины уничтожается при разморозке, память блокируется, и вы можете слепить из нее все, что вам угодно и назвать ее как пожелаете…

— Ее имя?

— Елизавета, — коротко ответил Рому, глядя куда то в ящик стола, видимо, ее личное дело уничтожили не так уж своевременно.

Документы я подписал и оплату перевел, все время оборачиваясь на сидящую за стеклом девушку, она замерла, глядя в одну точку, даже страшно представить какого ей сейчас, одна во всем мире и даже не помнит себя, ужасно…

— Главное, не забывайте давать ей порошок, — Рому даже не смел поднять глаз на господина Шиу, всем телом ощущая недовольство важного господина.

— А это, уже мое дело, — не прощаясь, покинул кабинет, в генетически модифицированном человеке бурлили чувства, давно он такого не испытывал.

— Идем, — протянув девушке руку, заметил как можно спокойнее и миролюбивее. Думал, оттолкнет или просто проигнорирует, но девушка, ухватившись за мою ладонь, с трудом поднялась. Она едва достает мне до плеча, возможно, я погорячился, указывая в пожеланиях средний рост, я то выше обычных стандартов, но она так не похожа на всех, кого я знал, это цепляет. Ноги ее по-прежнему не слушались, не стал мучать и просто подхватил на руки, удивительно, так легко, хотя раньше я вообще не носил женщин на руках, возможно, они все такие.

Покинув здание центра, усадил девушку на переднее сидение машины и устроился рядом, дорога предстоит не близкая, да еще и скоростные перегрузки, пожалуй, я ошибся в выборе транспортного средства, стоило подумать не только о своем удобстве.

— Как меня зовут? — голос приятный, немного хриплый и слова будто даются с трудом.

— Елизавета, — я не собирался подавлять ей память, покладистая, безвольная кукла не для меня.

Больше вопросов не было, мы ехали почти час в полной тишине, я думал, что она смотрит на пейзаж, мелькающий за окном, все же мир за прошедшие двести лет сильно изменился, а потом заметил надпись на запотевшем стекле «Лиза», странно, вроде кириллица, но от нее давно отказались. Пожалуй, двести лет назад она еще была в ходу на территории некоторых славянских государств. Славянские женщины всегда славились своей красотой, значит Лиза.

— Ты русская? — Сначала спросил, а затем подумал, она же ничего не помнит.

Вздернутая бровь, на повернутом ко мне лице, — я уже понял, вопрос не уместен.

Я привел свою женщину в свой дом, для меня это все довольно волнительно, хотя это нелепое чувство, наряду с другими, искоренили несколько поколений назад.

— Как ноги?

— Лучше, — сомневаюсь, что ей было лучше, Лиза выглядела бледнее, чем была в центре и, выходя из машины, скривилась от боли.

Опять подхватил на руки, — что болит?

— Живот, — ее самочувствие меня сильно волновало, хотя и этого чувства я должен быть лишен, лишь чистый незамутненный разум…

Обслуга выстроилась в приветствии, повар, домработница и водитель, я всех предупредил, что привезу размороженную девушку, официально, она является моей любовницей, незавидное положение и лишь мое уважительное отношение позволит ей избежать насмешек и лишнего унижения, и хотя, в тех кто у меня работает я уверен, но все же… я должен сразу определить ее место в моем доме.

— Господин Айен, — желтые глаза беловолосой миссис Эланы были распахнуты в ужасе, — у госпожи кровь.

И тут я понял, что моя рука, поддерживающая девушку, мокрая от липкой, теплой жидкости, что капает на пол, со звоном ударяясь о паркет.

— Доктора, срочно, миссис Элана, — взлетая по лестнице, отдавал распоряжения, ни секунды не сомневаясь, что они будут исполнены.

Лиза была белее мела, осторожно уложив на кровать в специально подготовленной для нее комнате, присел на край, девушка свернулась калачиком, положив руки на низ живота, ей было плохо, глаза закрыты, на лбу испарина, ей плохо, а я ничем не могу помочь, я разбираюсь в экономике, управлении предприятием, еще много в чем, но не мог помочь человеку, зависящему от меня.

Секунды текли, Лиза все так же лежала, сжавшись в комок, доктор прибыл довольно быстро, но мне показалось, что прошла вечность, и сразу преступил к осмотру.

— Как вы себя чувствуете?

— Живот болит, сильно… — голос тихий, прерывающийся.

— Низ?

— Да…

— Господин Шиу, вы не могли бы нас оставить, и попросите миссис Элану принести чистые простыни, — спорить с доктором я не стал и покинул комнату, хотя, мое волнение от этого только усилилось.

Доктора не было довольно долго, миссис Элана уже несколько раз входила и выходила из комнаты Лизы, а я сидел и пытался сохранять спокойствие.

— С вашей… дамой, — заминка доктора не ускользнула от меня, все выходит так, как я и думал, а на что я мог рассчитывать, покупая себе любовницу, — с ней все в порядке, вообще-то, очевидно ее только разморозили и сразу влили все медикаменты на какие были способны, — беловолосый доктор с трудом скрывал свое недовольство действиями крио центра, — организм и так катастрофически ослаблен, а тут еще и это, но ничего непоправимого, она молодая, здоровая, немного отдыха, правильное питание, обильное питье и все с ней будет в порядке.

— А кровь, она же истекала кровью!

Доктор немного замялся, неужели все хуже, чем он говорит, — очевидно, ей провели довольно грубый женский осмотр, некоторые ткани еще не полностью вернули свою эластичность и … они их попросту разорвали, отсюда боли и кровотечение, но это тоже не самое страшное, я залечил разрывы, время и покой и все восстановится, — а вот я не считал, что Лизины страдания, это не страшно, мистер Рому заплатит мне за них. — Меня больше смущает ее апатия, она в новом месте, в другой жизни. Но не проявляет к ней интереса, это опасный симптом, господин Шиу, я сталкивался с таким, и ничем хорошим это не закончилось, ни разу.

— Доктор Джарон, я надеюсь видеть вас у нас ежедневно, — доктор согласно кивнул, интересно, а сможет ли этот современный человек понять, что происходит в голове у женщины рожденной двести лет назад, — а сегодня и завтра, вы переночуете у нас.

— Господин Шиу, в это нет необходимости, — но я так не считал, мне будет спокойнее, если рядом будет доктор, кто знает, вдруг Лизе что-то понадобиться, состояние собственной никчёмности мне вовсе не понравилось, чтоб я допустил повторение, — конечно, господин Шиу, я возьму все необходимое и вернусь, как можно скорее.

Боль скручивала все тело, но я была ей даже рада, так чувствуешь себя живой и забываешь о том, что не помнишь собственного имени. Мужчина, сидевший за рулем странного на вид автомобиля, сказал, что меня зовут Елизавета, я Лиза, но собственное имя никак не отзывалось во мне, я Лиза, очередной спазм внизу живота скрутил так, что я с трудом, плотно сомкнув губы, чтоб не застонать, выдохнула. Мне становится все хуже, крамольные мысли о смерти и забытье уже не раз всплывали в голове, зачем жить… зачем, я не знаю кто я, я собственность другого человека… я даже не знаю, возможно ли это, но чувствую, все не правильно, так не должно быть, это все не для меня.

Свернувшись на кровати, пережидала очередной виток боли, мужчина в белом комбинезоне, что вошел в комнату, вызвал волну паники, он тоже из того центра… он пришел за мной, господин Шиу решил вернуть бракованный товар.

Но забирать меня не стали, пришедший оказался доктором и, выставив хозяина из комнаты, принялся за осмотр, мне относительно выводов о моем собственном здоровье ничего не сказали.

— Постарайся уснуть, — удивительно, но после его манипуляций, боль притупилась и, подложив подушку под щеку, я улеглась на бок, почему то мысль лечь на спину, показалась мне отвратительной.

Не знаю, сколько я проспала, кажется, несколько раз просыпалась или меня будили, я пила воду и вяжущую во рту жидкость и снова проваливалась в сон.

Лежать уже не было сил и единственное, что меня беспокоило, был переполненный мочевой пузырь, а что собственно мне мешает? Из довольно просторной светлой комнаты вело три двери, та, что ближе к кровати, вела в другую такую же спальню, а дверь на противоположной стене, привела меня в искомую туалетную комнату, с прозрачными стенками душевой кабины. Не смогла удержаться, теплая вода смывала липкий пот, прополаскивала пряди волос, смывала болезнь и уносила прочь слабость. Вода была странной, какой-то солоноватой и жесткой, слегка пузырящейся.

Мягкое полотенце обернулось вокруг тела и впитало капли с волос, вытерев волосы на сухо и разлохматив шевелюру, я посмотрела в зеркало… женщина, обычная женщина, волосы темные, глаза серые, нос, губы, щеки, лоб, обычная, незнакомая мне женщина.

— Почему ты встала? — едва я открыла дверь в комнату, до меня донесся вопрос, заданный знакомым голосом, господин Шиу, стоял скрестив руки и привалившись спиной к косяку двери, он выглядел недовольным, губы поджаты, глаза сужены, резко навалилась слабость, поэтому, игнорируя недовольство хозяина, присела на кровать. Господин Шиу вышел, в ту самую дверь, что я заметила первой, через мгновение он вернулся, неся в руках что-то белое.

— Я заказал для тебя одежду, но ее привезут только завтра, — мне протянули белую мужскую сорочку, — пока одень это, я принесу питье.

Помывка отняла последние силы и, натянув на себя широкую мужскую рубашку, откинулась на подушки. Шиу вернулся с двумя чашками травяного чая, усевшись на край кровати, он протянул мне чай.

— Хорошо выглядишь…

— Для женщины проспавшей пару столетий? — молодой и довольно привлекательный мужчина, с трудом переведя взгляд с выреза рубашки на груди, смотрел на меня пристально, своими серыми умными глазами, у меня было к нему много вопросов, очень много и я начала с главного, — кто я?

— Женщина, что была заморожена около двухсот лет назад, тебя зовут Елизавета, это все, что я знаю. Твое личное дело уничтожили сразу после разморозки, такова процедура.

— А что с моей памятью? Она восстановится? Есть еще такие, как я?

— Да, не скажу, что очень много, это дорогая процедура и не каждому по карману, на счет памяти, — мужчина на миг отвел глаза, — не знаю, восстановится ли она и как с этим обстоят дела у других.

Не особо обнадеживающе, а теперь настала очередь еще одного, не менее важного вопроса, — кто я тебе?

— Моя женщина, — мужчина окончательно отвел взгляд, старательно разглядывая окно.

— Любовница? Ты заплатил кучу денег за мою разморозку для того, чтоб развлечься в постели? — то, что я слышала от персонала центра оказалось правдой, все, до единого слова. — Не слишком ли сложно, есть пути затащить женщину в постель проще, тем более для такого как ты, — я правда так думала, он хорош собой и явно при деньгах.

— Ты не знаешь нашей жизни, секс выведен из списка основных желаний на генетическом уровне, а с такими как ты, он приобретает хоть какой-то интерес, — ого, но размножение базовый инстинкт, и как здоровый мужчина может этого не хотеть.

— И что, стало интересно? — намекнула мужчине купившему меня на свое плачевное положение, прикованная к постели, больная женщина, очень сомневаюсь, что такая способна вызвать желание.

Только с юмором у господина Шиу была беда, сглотнув так, что кадык на его шее явственно выделился, мужчина вновь посмотрел мне в глаза, попутно глянув все на тот же вырез собственной рубахи.

— Да, но я все понимаю, и готов ждать сколько потребуется, я не тороплю тебя и никогда не заставлю против воли… — ему этот разговор давался тяжело, но уж простите, кое-кто меня купил.

— И что будет со мной, когда я надоем тебе? Или, когда решишь жениться? — я вправе задавать эти вопросы, от них зависит мое будущее.

Господин Шиу усмехнулся, — на тебе с радостью женится любой, если этого не сделаю я, — ого, значит, у нас отношения с прицелом на будущее или просто мужчина довольно коварен и знает, как добиться расположения женщины, ведь пообещать, не значит жениться. Расслабляться мне не стоит, но я не знаю, как быть, как поступить правильно.

Чашки опустели и, составив их на поднос, господин Шиу понес его на кухню, — я люблю порядок, — в этом я не сомневалась, пока все, что я видела в этом доме, это моя спальня и ванная комната, но они находились в идеальном состоянии, и сам Шиу выглядел как то нереально привлекательно и аккуратно.

Повернувшись на бок, закрыла глаза, спать не хотелось совершенно, за прошедшее время я выспалась и кроме слабости, симптомов болезни больше не осталось. Что-то неуловимое привлекло внимание, открыв глаза, я увидела господина Шиу, стоявшего в дверях.

— Прости, не хотел тебя тревожить, отдыхай, — развернувшись, мужчина собрался уйти, а мне так не хотелось оставаться одной.

— Я не сплю, проходи, — немного поколебавшись, он подошел и улегся на мою кровать, к счастью поверх одеяла.

— У тебя, наверное, еще есть вопросы, я хочу помочь тебе адаптироваться и влиться в новую жизнь, — он был искренним, а лицо было так близко, все меньше верилось в то, что такому мужчине, могла понадобиться я.

— Вопросы? У меня все сплошной вопрос. Расскажи, что ты знаешь обо мне? — я уже спрашивала, и Шиу сказал, что ничего не знает, но … это все на что я могу надеяться.

— Ты жила примерно двести лет назад, тебя заморозили в возрасте 32 лет и, судя по имени, ты откуда-то со славянских земель, — мне все это ни о чем не говорило. — Ты умеешь писать на кириллице, а она давно вышла из обращения.

— А что еще изменилось за прошедшие годы? — Устроившись поудобнее на второй подушке, Шиу принялся рассказывать, о техническом прогрессе, отказе от полезных ископаемых, добываемых в недрах нашей планеты, теперь высокооктановое топливо доставляют с других планет. Их освоение началось около 150 лет назад, тогда произошел резкий скачек в развитии нашей Земли, социальная сфера получила приток капитала, экология стала приоритетной областью, земля остается единственным комфортным местом для проживания людей и ее стали беречь. А вот о том, как изменились сами люди, господин Шиу рассказывать мне не успел, я сладко заснула под его мерный, приятный голос.

Не знаю, когда он ушел, но утром я проснулась одна, хотя утром, мое утро уж не было, близился обед, сколько же сна в меня лезет. Лежать уже было выше моих сил и одетая все в ту же мужскую рубаху на голое тело, я вышла из комнаты.

В доме было пусто, вернее, пусто на втором этаже, где располагались лишь спальни, а вот на первом этаже кипела жизнь, а точнее ссора.

Беловолосая, коротко стриженая женщина с желтыми глазами, разгневанно уперла руки в бока и отчитывала огромного мужчину с рыжеватыми волосами, собранными в низкий хвостик. Рыжеволосый гигант был одет в черную широкую кофту и такие же штаны, они напомнили мне одежду в которой я приехала из центра, черный передник туго перетягивал его довольно тонкую талию. Рыжие волосы, болотного цвета глаза и черное одеяние радовали глаз, в отличие от ножа, что наперевес держал в своих ручищах с закатанными рукавами гигант.

— Эммет, девушке нельзя после 200 лет голодовки есть мясо, приготовь что-то другое, — грозная женщина, в отличие от меня не робела при виде оружия в умелых руках.

Эммет, который очевидно являлся поваром, был не согласен с заботливой женщиной, что несколько раз перестилала мне постель, ни разу не пожаловавшись при этом.

И тут, как видение в белом, ну, я же в белой рубахе, с чужого плеча, им на глаза попалась я.

— Будешь жаркое из кролика? — прогремел бас огромного повара, отказаться я не могла, даже, если бы он предложил мне погрызть камень, от страха у меня просто голос пропал, просто повар, адресуя мне свой вопрос, еще и нож на меня направил, и я покорно кивнула.

— Садись, — надо ли говорить, что я хотела сесть, где стою, но нож указал, где надо.

— Эммет, ты просто напугал девушку, садись, милая, садись не бойся. Эммет очень добрый, он никогда никого не обидит, да и готовит вкусно, — миссис Элана была не права, повар Эммет Квин готовил не просто хорошо, он готовил божественно. И я объелась до тошноты, а вернее до рвоты, вместе с пищей, из меня вышла какая-то розовая слизь и сразу стало легче. А Эммет так переволновался, что я сразу почувствовала себя отомщенной за испуг с ножом.

Немного отдохнув, я почувствовала себя порхающей бабочкой, а коробки, с обилием новых вещей и вовсе подняли настроение, а еще я ждала господина Шиу, ловила себя на том, что постоянно поглядываю на дверь и часы, а ведь я даже не знала, во сколько господин Шиу приходит домой. Как то не очень мое поведение вязалось с образом жертвы, против воли проданной в рабство.

Мои новые вещи заняли полки шкафа, ровными стопками, радуя разнообразием цветов, белый с недавних пор я невзлюбила. Миссис Элана помогла составить список того, чего мне еще не хватает, мое замечание, что я возможно здесь не надолго, она отмела, как не существенное, — таких как ты не размораживают на пару дней, уж поверь мне, милая, ты здесь надолго.

Переодевшись в брюки и кофту зеленого цвета, я сидела за столом и под бдительным взглядом повара, пыталась не подавиться.

— Все, хватит! — тарелку с умопомрачительным свежим салатом вырвали у меня из рук, Эммета я побаивалась, но инстинкты взяли верх, уцепившись за край тарелки, я тянула ее на себя.

— У нас не хватает продуктов, Эммет? — тихий приятный голос раздался за спиной, ждала же его, а вот сам приход пропустила, — почему ты не даешь Лизе есть?

— Добрый вечер, хозяин! — интересное обращение, а мне тоже так следует его называть? — не хочу, чтоб ей опять стало плохо от переедания, — ни такта, ни сострадания, ни солидарности, сдал сразу.

— О, ну, наверное, Эммет прав, и тебе не следует сразу наедаться, организм то отвык, странно, что мне в центре ничего про это не сказали, — я думала, что господин Шиу сядет ужинать с нами, но он поднялся наверх, может ему по статусу не положено сидеть с нами за одним столом, точнее со мной, так как ела я одна, а Эммет и Оливия только следили за мной и считали ложки. Не прошло и пяти минут, как хозяин, переодетый примерно в такой же как у меня костюм, спустился и, улыбаясь, сел напротив.

— Чем сегодня кормишь, Эммет, — ужин прошел хорошо, он прошел бы еще лучше, если б мне дали как следует поесть, но, может хозяин предпочитает стройных.

Выходя из-за стола, пыталась ухватить булку, была поймана, а жаль, Эммет великолепный повар, у меня никогда так вкусно не получалось, подумала и встала столбом посреди гостиной, а откуда я это знаю, я же ничего не помню… неужели память возвращается, рано себя обнадеживать, но я… я радовалась и надеялась, только решила пока об этом помалкивать.

Господин Шиу сидел с планшетом в руках и был чем-то явно занят, досаждать ему не стала, послонялась по дому, посидела на кухне, но Эммет тоже был занят и погнал меня. От нечего делать, решила принять ванну, на это и убила время. Одев майку и трусы, на мой взгляд, вполне подходящий спальный комплект, завалилась в постель, когда же придет Шиу, я хотела послушать об изменениях, что произошли в мире, это же единственная причина, по которой я его жду! А вдруг он не знает, что я его жду? Осенило меня спустя полчаса лежания на постели, подхватившись, открыла дверь, что соединяла наши спальни.

О, нет, я должна была постучать и спросить разрешения войти. Господин Шиу гостей не ждал, он стоял в проеме открытой двери в ванную комнату, мужчина вышел из душа и сейчас порывы горячего воздуха обдували его абсолютно обнаженное тело, просушивая его.

Дверь я захлопнула, дура, он же смотрел на меня, и вновь открыв дверь, в этот раз лицезрела все так же обнаженного Айена Шиу, но уже с полотенцем в руках, что прикрывало стратегические места.

— Извините, впредь я буду стучать!

— Ты что-то хотела, Лиза? — у него дивный голос, как и тело.

— Нет, ничего, просто подумала, если у тебя есть время и ты еще не собираешься спать, может еще мне что-нибудь расскажешь, — черноволосый мужчина кивнул, а я уже очень сомневалась, что хочу оказаться с ним в одной комнате, или как вчера в одной постели.

— Сейчас подойду, только оденусь, — о да, это не помешает, мы так и стояли, глядя друг на друга. Как же он может быть настолько идеальным и лицо и тело, черная бровь выгнулась дугой, краска смущения залила лицо, я же так и продолжаю стоять и любоваться на обнаженного мужчину.

Лиза шла на поправку и доктор ошибся, она проявляла интерес к новой жизни, а я к ней, мне было стыдно за собственные мысли и желания, она еще не отправилась от разморозки и полученных по моей вине травм. Директора Рому сняли с должности, Симон не спустит никому подобной небрежности, но вина все равно на мне, Рому так спешил, чтоб угодить мне, а пострадала Лиза.

Она другая, она особенная, ни на кого не похожа, я не мог отвести взгляд от ложбинки между ее грудей, что выглядывала из-за ворота моей рубахи, это волновало меня еще сильнее. Не помню, когда последний раз так реагировал просто на вид красивой женщины.

У девушки были вопросы, разумеется ее волнует дальнейшая судьба, я не смог произнести слово любовница, но она и сама обо всем догадалась, а возможно что-то услышала еще в центре, по крайней мере, удивленной не выглядела. Ни скандала, ни истерик, лишь недоумение, ты не пожалеешь, если примешь меня, красавица.

Смотреть на нее и не трогать было пыткой, устроившись рядом на кровати, я стал рассказывать о жизни, я не был силен в истории, мой конек, бизнес, но Лиза слушала, не сводя с меня глаз и я рассказывал, рассказывал все что помнил и в итоге усыпил девушку. Немного полежав рядом, все же ушел к себе, ей нужен отдых.

Весь день в офисе только и думал о ней, как мне сказать о своих желаниях, или пустить все на самотек…

— Господин Шиу, — моя правая рука, Келман Айзен, как и я, генетически улучшенный индивид, сын влиятельных родителей, он никогда мне не нравился, как же так вышло, что я взял его к себе на работу, да еще и приблизил к себе, — на КМ-919 опять проблемы, три из пяти шахт бастуют, с двумя из них потерна связь, предлагаю отправить команду для подавления бунта.

— Ты уволен, — вытянувшаяся надменная морда Келмана безмерно порадовала, почему я не сделал этого раньше.

— Господин Шиу, — господин Айзен не верил моим словам, мне было не трудно повторить для него.

— Ты уволен!

Кажется, даже стало легче дышать, но радоваться было некогда, КМ-919, самый дальний объект космического пространства, на котором наша компания ведет разработку и добычу сырья, безумно богатый спутник Юпитера, казалось, что его целиком можно доставить на Землю и разобрать на составные части, на нем есть все и что самое главное, у СУЛРО патент на его разработку, мы монополисты.

Условия на КМ-919 поистине адские и никто не рассматривал его как реальную площадку для ведения работ, я и сам долгое время не занимался спутником, а когда дошли руки, все был просто в шоке, нам в руки попало Эльдорадо.

Торопиться не стоило, проложили путь, попытались закрепить подобие искусственной атмосферы, но ничего не вышло… собственной незначительной гравитации спутника не хватает, чтоб противостоять огромному Юпитеру, как он еще на своей орбите держится. Работы приходится вести в специальных утяжеленных скафандрах, пристегнутыми, даже в недрах, условия по прежнему не человеческие, тем не менее, разработка идет, а люди все время бунтуют. С КМ-919 постоянные проблемы, я не могу гарантировать покупателям бесперебойные поставки, и это мне порядком надоело.

— Айен, можно войти, — господин Фрос Амол, мой второй заместитель, робко заглянул в дверь, — Айен, ты уволили Айзена? Это правда? — с Фросом у нас были до боли схожие взгляды на жизнь, и до смешного разные пути достижения одного и того же результата, а еще Фрос был умнее меня, очевидно, я завидовал, поэтому и задвинул старого соратника, — давно пора.

Надо что-то делать с КМ-919, мне полететь туда?

— Нет, ты останешься на управлении СУЛРО, на КМ-919 полечу я.

— Айен, — второй зам был растерян, — я, наверное, не справлюсь, давай наоборот.

— Справишься, меня и Айзена не будет, значит мешать тебе будет не кому, подготовь группу для полета на КМ-919, вылет через три дня.

Разобравшись с текучкой, поспешил домой, там Лиза, как она, думала ли обо мне. Из головы не выходил разговор с отцом, это он настоял на том, чтоб я взял на работу Келмана Айзена, сына его хороших знакомых, и сейчас негодовал по поводу его увольнения, пришлось серьезно и довольно резко поговорить с отцом, надеюсь, мы друг друга поняли и подобного больше не повториться. На прощание отец посоветовал мне думать головой и не жениться на размороженной, уже и об этом ему известно, но так же является исключительно моим делом.

Дома я по прежнему занимался делами, они никогда не заканчивались, а когда опомнился, Лиза уже поднялась к себе, а я надеялся, что мы как вчера проведем время вместе, устроимся на диване или кровати и поболтаем. Я не знаю, что значит жить с женщиной, ухаживать за ней, и вел себя, как обычно, полностью поглощённый своей работой.

Дверь в мою спальню открылась неожиданно, я как раз сушился, выйдя из душа, теплые струи обдували тело, а ее взгляд прижигал. Мне был знаком подобный взгляд, так женщина оценивает мужчину, как потенциального партнера, и я пришелся ей по вкусу. Дверь захлопнулась молниеносно, улыбка растянула губы, но было кое что еще, не только девушка успела разглядеть меня, белые трусики обтягивали бедра и попку, а тонкая майка гордо обтянула грудь, я видел розовые соски, что просвечивали через тонкую ткань. Каштановые волосы рассыпаны по плечам и не до конца просушенные, слегка вьются, на нежной коже расцвел румянец, надеюсь не только от смущения. Тело напряглось, хорошо, что в моих руках было полотенце, когда дверь открылась вновь и она пригласила меня к себе, кроме трусов пришлось спешно искать и свободные штаны для сна, не стоит смущать ее еще больше, майку я натягивал на ходу, белую и плотно облегающую, совсем как у Лизы.

Лиза хотела знать все, а мне нравилось рассказывать… и о том, что было перенаселение, грозившее уничтожить землю, о запрете на детей, когда он ни к чему не привел, о поголовной стерилизации… и еще большей проблеме, к которой это привело, начали вымирать целые народы, страны пустели. И тогда изменилось все, от политического устройства мира, до подхода к ценности человеческой жизни. В попытке сохранить человека как вид, ученые двигались в двух направлениях, генетическое улучшение избранных 10 % и искусственное производство людей.

К несчастью, 150 лет спустя, 90 % населения землю бесплодны, они могут получить ребенка, только заплатив лаборатории солидную сумму, но это не будут их дети в чистом виде, на готовую заготовку добавляют несколько генов родителей, поэтому люди так похожи, белые волосы, худощавое телосложение и схожие черты лица. Остальные 10 %, получили мощный генетический толчок, это были супер люди, сильнее, умнее, способнее, как следствие, они имели больше власти и материальных благ.

Среди этой немногочисленной элиты, так же произошло расслоение, скрещиваясь с себе подобными, они сохраняли статус и выдающиеся способности, но, покупая детей в лаборатории, через несколько поколений утрачивали способность к зачатию и вливались в серую, вернее белую, безликую массу. Прослойка генетически модифицированных, с разбавленной составляющей становилась все больше, например их повар, его мать генетически усовершенствованная, но отец нет, и Эммет сочетает в себе гены лабораторной стерильной заготовки и матери, он сам еще способен иметь детей, но, если получит их лабораторным путем, то его дети уже утратят эту ценную способность.

Заведя самого себя в демографическую ловушку, человечество вспомнило о своем резерве, замороженные фертильные женщины, от них рождались здоровые дети, полностью перенимающие лучшее от своих родителей, только стоят эти женщины безумно дорого и поэтому достаются лишь тем, у кого и так все хорошо с деторождением.

— Значит, право на будущее имеют лишь те, у кого есть деньги на это будущее, — подытожила не уснувшая на этот раз девушка, звучит не очень, но это суровая правда.

— Возможно, в этом есть рациональное зерно, детей нужно содержать достойно, воспитать, дать образование, это не сделать без денег, — я верил в это, но понимал, что все не так просто и кое-чего не хватает.

— Правильно, только детей еще и любить надо.

— Думаешь, те, кто платит за них такую непомерную дань, не будет любить их?

— Получается, что дети — самоцель, к этому стремятся, это показатель твоего успеха в жизни, а ведь это не правильно…. Я знаю, что не правильно.

Счастье в воспитании, в общении, в поцелуях и капризах, я знаю…

— И я знаю…

Утро началось рано, уже завтра я улетаю на КМ-919, и перед отъездом много всего нужно успеть, вчерашний разговор с Лизой все не шел из головы, если я решусь завести детей, согласится ли она, будет ли она любить их так, как говорит об этом, она опять жаловалась, что ничего не помнит, надеюсь скоро память вернется и ты все вспомнишь, а я не пожалею о своем решении.

Витор Ксана недолго изучал договор, лишь проверив сроки, объем и оплату, тут же его подписал, как и я, у нас все было оговорено заранее и сотрудничали мы не первый год.

— Айен, я благодарен тебе за то, что мы обошлись без торгов, — еще бы, он забрал весь Иридий — 2 и Иридий — 3 добываемые на КМ-919 и я обязался поставлять ему их в тех же объемах еще пять лет. Выстави я это на торги, цена поднялась бы в два раза, но с Витором можно договориться, а в этой сделке я не могу быть уверенным в сроках, что меня весьма волновало. Так что сделка была на руки не только Ксану.

— Конечно, Витор, надеюсь на твою лояльность в случае чего, шахта новая и еще не все отлаженно…

Коммуникатор запищал, звонит миссис Элана, неужели с Лизой что-то случилось.

— Прости, Витор, звонок важный, — и я ответил, тревожный голос домработницы поведал мне, что Лиза собралась уйти из дома, а они не пускают, но не знают, могут ли задерживать ее и вообще, как им быть…

— Уже еду…

Девушка сидела на диване, демонстративно скрестив руки на так манящей меня груди, вчера она сама пригласила меня в свою постель, сам не понимаю, почему не взял ее, ведь мне хочется этого с первой встречи. Девушка в темно синем костюме, с распущенными каштановыми волосами примерно до лопаток и блестящими серо-голубыми глазами, что сейчас были серыми, как грозовое небо, дулась.

— Что случилось? Куда ты собралась?

— Я что в тюрьме? Почему мне нельзя выходить из дома? — Лиза негодовала, только приблизившись, я увидел слезы в глубине ее красивых, ярких глаз.

— Ты не в тюрьме, только скажи, куда ты хотела пойти в этом не знакомом мире?

— Я хотела просто пройтись по городу, походить по магазинам, посмотреть на людей, — бравада закончилась, плечи совсем поникли, ей тяжело от того, что я ограничил ее свободу, принимаю решения за нее, распоряжаюсь жизнью девушки, а этот случай стал явным показателем моего превосходства, а ведь я не собирался так поступать, просто волнуюсь и отвечаю за нее.

— Правильно, что тебя не отпустили, мы живем за городом и до магазинов идти очень далеко, ты заблудишься, пока дойдешь до города и у тебя нет ни денег, ни документов.

— Да я только посмотреть хотела и погулять.

— Лиза, я не собираюсь держать тебя под замком, просто не думал, что ты уже готова к прогулкам. — Девушка молчала и не смотрела на меня, не поверила, — Грэг, зайди, пожалуйста, — позвал я своего водителя, — Грэг, ты теперь будешь возить госпожу Елизавету, а так же покажешь ей город и все интересующие ее магазины. Прошу тебя, первое время не оставлять Лизу одну, — специально при девушке отдал распоряжение водителю и повернувшись к ней, добавил, — это только пока ты не освоишься, — дождался согласного кивка, отлично, одна проблема решена, осталось кое-что еще.

Достав свой планшет, вошел в банковское приложение и добавил еще одного собственника к своим счетам, это было запредельно, даже близкие родственники, супруги и дети с родителями не имеют доступа к счетам друг друга, а я даю его женщине, что знаю меньше двух недель.

— Приложи ладонь, нужны отпечатки твоих пальцев, теперь, совершая покупки, ты просто прикладываешь большой палец к сканирующему терминалу и оплата спишется с моего счета, — у Грэга округлились глаза.

— Может вы мне просто немного наличных дадите? — как то робко, даже со страхом Лиза косилась на мой планшет.

— У нас уже давно нет наличных денег, оформить тебе отдельный счет я не могу, пока у тебя нет документов, а их я сделать тоже не могу, пока… — я осекся, говорить об определении ее статуса не стоит, документу размороженной можно сделать только дав ей свою фамилию, а я еще не уверен, что наши отношения закончатся браком, это слишком важное решение.

— Вообщем, пользуйся, ни в чем себя не ограничивай. Грэг, я на тебя рассчитываю, — Грэг парень понятливый, надеюсь, он сообразил, что пока ему придется выполнять роль охранника, такая красивая, необычно яркая девушка наверняка привлечет к себе не мало внимания, и нежелательного тоже.

С Грэгом Лиза будет в безопасности, а мой поступок, что ж, она же моя женщина, я сам подписался на это, придется учиться доверять.

С водителем Грэгом оказалось просто и весело, беловолосый и белокожий, он был выращен в лаборатории, как и его родители, было немного странно, но быстро привыкнув друг к другу, мы ходили по городу и болтали, ели мороженное, которым меня угощал Грэг, я опасалась пока совершать покупки, да и до магазинов дело еще не дошло. Пока меня не привела к ним нужда, цикл начал восстанавливаться, а у Айена в доме не было ничего полезного в эти дни, вот тогда, я заодно и купила себе все необходимое для комфортной жизни. Расплатилась, как и говорил Шиу, прижав большой палец к сканеру, и хотя я волновалась, но все прошло хорошо.

Господина Шиу не было дома уже почти неделю, я скучала по нему, в его отсутствие стало понятно, что мужчина нравился мне, как и его горячие взгляды, что я старалась не замечать. Миссис Элана сетовала на то, что с господином Шиу нет связи, и у нас не оплачены счета, как и их зарплата, а когда вернется хозяин, не известно.

— А может я оплачу, у меня же есть доступ и сделать это все равно нужно, — миссис Элана помогла мне войти в нужное приложение на планшете, который я получила в тот же вечер, что и доступ к деньгам, оказалось, что счета приходят и на мой планшет, прикосновение пальца и все остались довольны. Сперва я сомневалась, правильно ли поступила, но, оказалось, что господина Шиу не было еще неделю, так что жалеть не о чем.

Мы играли в карты, миссис Элана повозмущавшись нашему бесстыдству, махнула рукой и занялась своими делами.

— Мистер Квин, прекратите жульничать! — а повар и правда жулил, да так бесталанно, что кроме смеха, это ничего не вызывало, мы так разошлись, что не заметили появления хозяина.

— Добрый вечер, — на дворе и правда уже темнело.

— О, хозяин!

— С возвращением, господин Шиу! — подскочили мужчины, приветствуя вернувшегося, я лишь улыбалась. Айен Шиу был бледным, заросшим непривычной щетиной и в помятом костюме, что он видимо не менял несколько дней. Таким я еще не видела генетически усовершенствованного мужчину, таким уставшим и человечным.

— Спасибо.

— Господин Шиу, вы голодны, я накрою на стол, — опомнился повар, его могучее тело легко развернувшись, уже практически летело на кухню.

— Не стоит, Эммет, я заскочил лишь привести себя в порядок и переодеться, мне нужно в офис.

— Сэндвич!

Наш повар умчался на кухню, готовить перекус для любимого хозяина, я тоже была рада возвращению Шиу, но…испугана, смущена, не знаю, что еще, будто я ожидала чего-то…

Господин Шиу привел себя в порядок быстро и, захватив сэндвич, уже направился на выход, взглянув на меня.

— Хорошо выглядишь, ты в порядке?

Сглотнув слюну, кивнула в ответ.

— Тебе Грэг еще сегодня нужен, хочу, чтоб он отвез меня.

— Конечно, ты устал, а я никуда не собираюсь, — Грэг умчался за машиной, а Айен все так же смотрел на меня, не выдержав, я стала разглядывать его туфли.

— Не ждите меня, не знаю, когда вернусь.

Господин Шиу вернулся поздно, но мне не спалось и я слышала, как он тихо вошел в свою комнату, я перевернулась на другой бок, все так же проклиная свою глупость, надо было сказать, что рада ему, сказать «добро пожаловать», хоть что-то сказать мужчине, отсутствовавшему дома больше двух недель, а не хлопать глазами. Миссис Элана уже несколько раз прочла мне лекцию о том, как должна вести себя женщина, чтоб жить долго и счастливо с любящим мужчиной.

Соскочив с кровати, набросила тонкий халатик, и, наученная горьким опытом, тихонько постучав, вошла. Дура, надо было дождаться разрешения войти, мужчина стоял в одних брюках, только снятая рубаха была зажата в руках.

— Прости, я опять не вовремя, — а он похудел, мышцы видны отчетливее под гладкой смуглой кожей.

— Мне нравится эта традиция, — мужчина улыбнулся и взялся за ремень на строгих брюках, ой, он кажется не так меня понял. Я пятилась в дверь, улыбка на губах высокого красивого мужчины стала грустной, — проходи, я сейчас.

Он ушел в свою ванную комнату, захватив штаны для сна, вообще, все кто обитает в этом доме носят штаны и широкие кофты одного фасона, наверное, теперь так принято. Спустя пару мгновений, Айен вернулся, переодетым.

— Проходи, — я все так же стояла в дверном проеме, между нашими комнатами, — я рад, что ты пришла, я … я излишне сухо встретил тебя, прости, я очень скучал, — в комнате был приятный полумрак и Шиу подошел так близко, он волновал меня и его слова волновали, щеки опять окрасил румянец.

— Я тоже, тоже скучала и рада вас видеть, господин Шиу, — сказала и покраснела еще сильнее, смотреть на него не было сил и я опустила глаза.

Ноги мужчины сделали шаг в мою сторону, теперь, если я подниму голову, то наверное, уткнусь ему в грудь.

— Лиза, ты знаешь, как меня зовут?

— Да, Айен Шиу, — едва слышно шепнула, голос почему то отказал, зря я пришла, лежала бы себе спокойно в постельке.

— Называй меня по имени, пожалуйста, — просьба логична и казалось бы легко выполнима, мы с самого начала перешли на ты, чего же я тогда так смущаюсь.

Айен развернулся и сел на свою кровать, я выдохнула с облегчением, он же устал и хочет прилечь, а я поговорить, подойдя к нему, я кивнула на кровать, почему же ты так усмехаешься, Айен Шиу, будто я предлагаю тебе что-то совершенно неприличное. Обойдя кровать, устроилась на соседней подушке.

— Ты правда летал на другую планет? — мы лежали глядя в потолок.

— Нет, я летал на один из спутников Юпитера, он в пять раз меньше земли и это самый дальний объект разработки СУЛРО, одна дорога туда занимает почти двое суток, — разве это срок! Настоящая фантастика, я не знала почему уверена в этом, просто уверена. — Тебя что-то беспокоит?

— Нет, просто мне кажется, что двое суток до другой планеты, совсем не много, но почему я так думаю, вспомнить не могу, — мужчина развернулся на бок, протянул руку и подтащил меня к себе, я замерла, прижатая к теплой мужской груди.

— Мне жаль, ты смогла хоть что-то вспомнить?

— Нет, хотя, иногда мне кажется, что я что-то вспоминаю, но, скорее всего это не память, а мои фантазии, — лежать, прижавшись к нему было очень уютно, и я не хотела портить момент грустными разговорами о моей отсутствующей памяти, — давай не будем об этом, лучше расскажи, как слетал? Ты очень устал? — я решила вновь вернуться к обращению на ты, раз уж Айен это сделал.

— Я не устал, скорее эмоционально вымотался, понимаешь, — немного развернувшись на спину, Шиу удобно устроил мою голову на своем плече, — на КМ-919 очень тяжелые условия, нет атмосферы и слабая гравитация, там трудно работать. Мы несколько лет пытались создать там хоть какие-то условия, потратили миллиарды, я получал красивые картинки о том, как налаживается инфраструктура на этом далеком спутнике, а оказалось, что мой заместитель просто воровал выделенные деньги, там ничего не сделано, там ужасно. Один из рабочих погиб, шахта встала, не понимаю, как вообще они там работают, — красивый и богатый мужчина умел сопереживать.

— И что теперь?

— Не знаю, я не знаю с чего начать, за что взяться в первую очередь, столько всего нужно сделать, — я сама крепче прижалась к его груди, стараясь приободрить мужчину, утешить в меру сил, — я отдал распоряжение разработать план работ, но там же люди.

— Мне жаль, — широкая мужская ладонь нежно погладила меня по волосам.

— Спасибо, как хорошо, что у меня теперь есть ты, — его поведение и речь смущали, хотя, он же сразу сообщил, что купил меня в качестве любовницы, но я успела расслабиться, Айен ни разу даже не намекнул мне на свои желания, до сегодняшнего дня. Только винить то мне не кого, я сама пришла в его комнату, сама улеглась в его постель, сама мечтаю о поцелуе… Мои волосы невесомо поцеловали, и внутри все замерло, — ты молодец, счета оплатила, когда я так далеко, у меня нет связи с банком.

— А, я забыла тебе рассказать, — оперевшись на руку, я поднялась, чтоб видеть его лицо, — на той неделе мне звонили из банка, ты хотел совершить какой-то перевод и требовалось подтверждение от меня, но банкир не пояснил мне ни сумму, ни причину перевода, а ты не говорил, что делать в таких ситуациях и я не подтвердила, извини, если из-за меня у тебя возникли проблемы, я просто растерялась и не знала как быть.

Айен выглядел озадаченно, но слушал не перебивая.

— Я не мог совершить перевод из космоса, да и никакого подтверждения требоваться не могло, дай твой планшет, — я пошла в комнату за прибором, но, когда вернулась, Айен уже сидел со своим и был чему-то явно не рад.

— Вовремя ты по магазинам пройтись решила, — он набирал чей-то номер, — Норман, прости, что беспокою так поздно, 25 числа со счета СУЛРО твоим банком был подготовлен перевод, — Айен молчал, — да, естественно, я этого не делал, это все деньги в свободном обороте фирмы. Как я могу теперь тебе доверять, — Айен слушал, что говорил ему собеседник, — нам всем крупно повезло, что я спешил, когда вносил свою женщину в собственники моего имущества и не ограничил ее доступ, только поэтому система запросила ее согласие, ты это понимаешь, активы СУЛРО спасла моя невнимательность, а не твоя компетентность. — Айен злился, что-то мне совсем не хочется, чтоб он так злился на меня.

Разговор закончился, господин Шиу несколько раз глубоко вдохнул, и опять кому то позвонил, — господин Танда, организуйте проверку Келмана Айзена, попытка перевода средств со счета СУЛРО.

А потом мужчина обернулся ко мне, наверное, мне следовала сразу уйти, а не подслушивать его разговоры, — мне повезло с тобой, Лиза, спасибо, — ого, оказалось, я предотвратила кражу и даже не поняла этого.

Остаток недели Айен был очень занят, приходил поздно, уходил рано, мы виделись не каждый день, но в воскресенье утром я проснулась в постели с мужчиной. Господин Шиу спал, закинув на меня свою руку, спокойный и расслабленный, его подбородок покрывала черная щетина, и он опять казался мне человечным и очень привлекательным. Если отбросить обстоятельства нашего знакомства и то, что он купил меня, стать любовницей такого мужчины, не такая уж и печальная участь, близость его тела была приятна, и я б с удовольствием полежала так еще, но мне нестерпимо хотелось в туалет.

Попыталась выбраться и не разбудить мужчину, но я все таки его потревожила.

— Доброе утро, — потеревшись лицом о подушку, Айен еще крепче прижал меня к себе и потерся в этот раз о мое плечо.

— Доброе, можно мне в туалет, — проведя носом по моей шее, мужчина разжал руки, и я убежала в ванную комнату.

Приведя себя в порядок, вышла в комнату, Айен по прежнему лежал в моей постели и чувствовал там себя вполне комфортно, а я была уверена, что мужчина тактично уйдет, — я хотел рассказать тебе вчера, но ты так сладко спала, — а он улегся и смотрел, как я сплю, — я пригласил к нам в гости моего друга с женой, она, как и ты, была заморожена, думаю, вы найдете о чем поговорить.

— Особенно я, я же ничего не помню, — он что насмехается, это так не похоже на Айена, которого я успела узнать.

— Алин тоже.

— Да, а давно ее разморозили?

— Лет пять назад, а недавно у них родился ребенок, — я хотела рыдать, пять лет, и память не восстановилась, моя надежда таяла на глазах. — ты не рада, я хотел, чтоб ты немного развеялась, пообщалась с другой женщиной, твоего возраста, — и положения, не досказал Шиу, хотя нет, она же жена…

— Что ты, я рада гостям, и ты не должен сидеть затворником из-за меня, просто… за пять лет у нее не восстановилась память, на что же мне рассчитывать.

Поднявшись с кровати, Айен подошел и обнял меня со спины, мужчина был на голову выше, — не грусти, ты не она, у тебя все будет по другому, у тебя есть я.

Я тщательно готовилась к сегодняшнему вечеру, это первые посторонние люди, которых я увижу в своей новой жизни, я очень волновалась.

Господин Симон Милле был чем-то неуловимо похож на Айена, такой же высокий и мускулистый, с резкими чертами смуглого лица, но Айен был несомненно привлекательнее и мужественнее. А вот его красавица жена Алин мне очень понравилась, жгучая брюнетка, с выразительными огромными карими глазами, стройная, как лоза, не верится, что недавно она родила.

Именно это я ей и сказала, — ну, как недавно, уже полгода назад, — смеясь, мы смотрели на мужчин, никто другого от них не ожидал.

Алин рассказывала мне о своей жизни, адаптации в этом мире, о боли жизни без собственного я, малыше Максе, магазинах и моде, вечной занятости мужа, погоде и ландшафте. Приятная, воспитанная женщина и муж ее любит, может я чему-то научусь у нее.

Ужин закончился, все восторгались искусством Эммета, он превзошел себя, мясо таяло во рту, овощи были изумительны, салат хрустящим, мужчины заговорили о бизнесе, и мы намекнули им, что обойдемся без их занудного общества.

— Может, откроем шампанское? — почему-то бутылка игристого вина, стоящая в ведерке со льдом, осталась не тронута, а мне очень хотелось ощутить пощипывание пузырьков на языке. — Ой, ты же, наверное, грудью кормишь?

— Нет, я только три месяца кормила и мне доктор запретил, — женщина ответила спокойно, но мне стало как то неловко, наверное, я лежу в личное.

— Грустно.

— А ты, что-нибудь вспоминаешь о своей прошлой жизни? — видимо раньше Алин стеснялась меня спросить.

— Иногда, мне кажется, что да, но я не уверена, что это воспоминания, порой кажется, что вот точно что-то знаю, а откуда, понять не могу, — поделилась своими наблюдениями с той, кто способен понять меня как никто.

— Когда я кормила Макса, мне тоже казалось, что я что-то вспоминаю, но это было не так, просто постродовая депрессия, даже если это были воспоминания, то они приносили мне только боль.

— Я бы все равно хотела вспомнить, кто я, пусть будет больно, я даже не знаю, правда ли меня зовут Лиза.

— Наливай! Современные люди не пью, представляешь, вообще не пьют, Симон утверждает, что мир едва не погиб как раз из-за алкоголя, — девушка смеялась, но как то не искренне звучал ее звонкий смех.

Взяв салфетку, легко сорвала пробку с бутылки, слегка ее покрутив, легкий дымок и искрящаяся жидкость потекла в два высоких бокала на тонких изящных ножках.

— Как ты ловко! — воскликнула Алин.

— О, дело практики, мужа вечно не было дома, я по полгода жила одна, и не этому научишься, — улыбаясь, посмотрела на замершую черноволосую женщину, гостья смотрела выпучив свои и без того большие глаза. На пороге замерли Айен и господин Милле, бутылка шампанского выскользнула из рук, — Глеб.

На КМ-919 все было гораздо-гораздо хуже, чем я думал, там не было ничего…

И винить в этом не кого, кроме самого себя, я был раздавлен, радовало одно, дома меня ждет Лиза. Все время полета, я составлял план работ, будет трудно, но мы справимся, обязаны справиться, я обещал во всем разобраться и довести дело до конца.

Едва приземлился, помчался домой, Лиза, она весело смеялась, ей было хорошо без меня, стоя под упругими струями воды, проклинал сам себя, и чего я ждал, что она бросится ко мне на шею и зацелует, мне самому следовало быть с ней поласковее, не пытаться подружиться, а показать насколько она желанна мне.

С каких пор, я стал таким не решительным, она знает, что станет моей любовницей, и к чему тянуть, но я не мог, просто не мог пойти и взять свою женщину.

Она пришла сама, и я сделал первый шаг, но рано… она не готова и я опять отступил. Лиза страдает от того, что ничего не помнит о себе, потерпи, милая, скоро память вернется, скоро ты станешь собой. Ее интересуют мои дела, я не собирался взваливать на кого то свои проблемы, но не устоял и пожаловался, оказалось здорово, когда рядом кто то, кто поддержит просто так, для кого ты правый в любом случаем. А потом Лиза рассказала мне о переводе, догадаться, чьих рук дело было не трудно, Айзен, я раздавлю тебя, миролюбием я никогда не отличался. А ведь мне просто повезло, я открыл Лизе доступ к своим счетам по умолчанию, не редактируя параметры, поэтому она автоматически стала владельцем половины всего моего имущества, не будь ее, махинация Айзена удалась бы, но все же стоит это исправить.

Лизе было скучно, она никого не знала, а еще мне не нравилась ее дружба с Грэгом, похоже я ревновал. Чтоб развлечь девушку, пригласил в гости Симона с женой, друг тоже был рад моей идее. Согласовывая план прокладки тоннеля на КМ-919, опять засиделся на работе, Лиза спала и я устроился рядом, хотел только немного полежать рядом, вдыхая ее запах, но уснул.

Я видел, с каким волнением она ждала наших гостей, зеленый костюм сидел великолепно, легкий макияж сделал глаза выразительнее, а серый цвет насыщеннее. Девушки быстро нашли общий язык, много шутили, строили планы совместных поездок, я любовался на свою женщину и гордился ей.

— Идем в мой кабинет, я покажу тебе оформление перевода, — друг очень заинтересовался махинацией Айзена, он правильно сделал вывод, мы все в опасности.

— Твоя Лиза хороша и смотрит на тебя ласково, уже заслужил, быстро ты, — Симон давно советовал мне купить замороженную девушку, сам он был счастлив в браке и не скрывал этого.

— Я тоже доволен. — главное, не забывай давать ей порошок, — для меня это была щекотливая тема, но, когда к Лизе вернется память, этого не скроешь.

— Я не собираюсь ей давать его, хочу, чтоб она стала самой собой, — друг потер лицо рукой, тяжело вздохнув.

— Айен, ты не знаешь о чем говоришь, думаешь, что она несчастна от того, что не помнит себя, поверь мне, ты сильно заблуждаешься. И я так думал, когда Алин родила Макса, она хотела кормить его грудью, я позволил и чтоб не навредить малышу, убрал порошок, она начала вспоминать, свою семью, своего другого ребенка, ты думаешь, это сделало ее счастливой? Моя жизнерадостная Алин начала сходить с ума… нет, Айен, этот порошок придумали не зря, так лучше, всем лучше.

— Симон, я сделаю, как решил, не собираюсь клясться, что не изменю своего мнения, но я не считаю, что вправе забирать у Лизы свои воспоминания.

Лучше скажи мне, личные дела размороженных точно уничтожаются?

— Да, для этого я выкупил контрольный пакет акций крио центра и отдал четкие инструкции на этот счет, если б ты сказал, что оно нужно тебе до разморозки…

— Тогда я не знал… идем, думаю дамы уже успели перемыть нам косточки, — мое решение не нравилось другу, но он его принял.

Мы вошли, когда Лиза разливала вино, бутылка выпала из рук девушки, — Глеб, — она вспомнила своего мужа.

Алин подскочила и обняла мою Лизу, — успокойся, не напрягайся, ты вспомнила, это чудо, не старайся, не спугни воспоминания.

— Дорогая, пожалуй, нам стоит оставить их сейчас, — Симон пытался оттащить свою жену.

— Да, да, позвони мне, пожалуйста, Лиза, я буду ждать… — я пошел провожать гостей, друг смотрел на меня не одобрительно, качал головой, его взгляд кричал «Я тебя предупредил».

На негнущихся ногах я шел к ней, девушка сидела на полу, на ступенях ведущих в кухню, аккуратно обойдя осколки от разбитой бутылки, сел рядом.

— У меня был муж, его звали Глеб, я любила его, а он меня, наверное, и я была счастлива, наверное. Он все время был на работе, уезжал на полгода, а я оставалась одна, помню зеленый диван в нашей квартире и планшет, на твой похож, только проще, я часто бывала одна, но … о боже, как хорошо, я была, жила, любила… — из серых глаз текли слезы, неужели Симон прав, а потом каштановая голова прижалась к моему плечу, — я жила… — Ошибся Симон, а не я, светящиеся глаза женщины сказали мне это, — я так боялась остаться безликой навсегда.

— Я рад, — прижав к себе ее голову, поцеловал волосы, — только не зацикливайся на прошлом, будущее впереди…

Лиза кивнула, в глазах стояла все та же светлая грусть, прижавшись лбом ко лбу, глубоко вдохнул воздух, смешанный с ее запахом, теперь ты моя и только моя. Руках опустилась на затылок и слегка приподняв ее голову, я почти невесомо коснулся розовых, чуть приоткрытых губ, сейчас не время, но я не удержался, она не оттолкнула… я рад, мы оба понимаем, что прошлое осталось в прошлом, а в будущем будет только мы.

Утро принесло сюрприз, к завтраку спустилась другая женщина, с покрасневшими от слез, опухшими глаза.

Я молчал и ждал, — я потаскуха, я вспомнила не только своего мужа, у меня был еще один мужчина, я изменяла мужу.

О, в жизни всякое бывает, я не вправе обвинять или осуждать ее, но Лизе эти воспоминания принесли боль, она считает такое поведение аморальным, я был согласен, но судить ее не собирался.

— Как думаешь, а падших женщин замораживали, а может я вообще проститутка? Хотя вроде деньги я за это не брала, но очень на то похоже, с другим мужчиной я ходила по ресторанам и театрам, я помню это. Я ужасна!

Я ужасный человек!

— Сомневаюсь, что это так, допустим, ты изменяла мужу, Лиза, это все в прошлом, вспомни и забудь, — я хотел ее утешить, но не знал как, не знал имею ли на это право.

А вечером стало еще хуже, дом встретил меня гнетущей тишиной, миссис Элана единственная встретила меня.

— Где Лиза?

— Во дворе, пьет вино и смотрит в пустоту, ох уж эта память, начинаю думать, что без нее было лучше, — и я начинаю так думать.

Вышел в небольшой уютный домик, деревья и скамья рядом с незажжённым камином, Лиза и полупустая бутылка вина.

— Я содержанка, — вскинув бутылку вина, девушка глотнула прямо из горла и сморщилась, — я не люблю сухое и красное не люблю. А ты, какое любишь?

— Я не пью спиртное.

— Молодец, а я пью, а еще отдыхаю, развлекаюсь, хожу по барам. Где мы, территориально?

— Юг Европы, когда то это была территория Франции.

— Хорошее место, климат мягкий, я была во Франции, а еще в Италии, несколько раз, в Греции, Болгарии и Германии, в Азии часто отдыхала, Египет, Кипр, — девушка опять глотнула вина, по прежнему не глядя на меня, она смотрела в пустоту, — вот в Японии не была, а всегда хотела.

— От Японии ничего не осталось, почти 100 лет, как затопило.

— Жаль, мечта не исполниться… похоже я только и делала, что блудила и развлекалась… хорошую жизнь прожила, не стыдно вспомнить, — ее слова шли в разрез ее же мнению, похоже это она так шутит. Только я не видел ничего страшного в том, что женщина много путешествовала и зависела от мужчины.

— Твой муж много работал, и вы много отдыхали, это нормально.

— А про измены ты решил тактично смолчать, — она опять поднесла горлышко бутылки к губам, но сморщив свой маленький носик, отставила.

— Я разберусь с КМ-919 и мы поедем на море, отдохнешь…

— Я? А когда я успела устать? 200 лет спала, и сейчас сижу дома ничего не делаю, только по магазинам хожу, видимо взялась за старое… Может вернешь меня, как брак? — я не мог сдержать улыбки, свое основное предназначение Лиза выполняла отлично, с ней моя жизнь стала на порядок веселее, не говоря уж о страстях, что впервые так бурлят во мне. — Зря улыбаешься, похоже, я не очень хороший человек.

— Идем ужинать?

— Да, поесть я всегда любила…

Кажется, она немного повеселела, за ужином я рассказывал о КМ-919, о том, что мы начали делать и что скоро мне предстоит вновь туда отправиться, надеюсь ненадолго.

— А можно мне тоже? Я в космосе никогда не была, — серые глаза засветились от предвкушения, понятно, почему муж возил ее по всему свету, полюбовавшись несколько мгновений на взволнованную, порозовевшую девушку, все же пришлось отказать нам в этом удовольствии.

— На КМ-919 нет, там совершенно нет условий и дорога слишком утомительна, — хотя в такой приятной компании… — но, куда-нибудь поближе, мы обязательно слетаем, не грусти.

Девушка от досады прикусила свою нижнюю губу, но не стала спорить, каким бы отвратительным человеком ты себя не считала, я не жалею о своем решении.

— Расскажи, ты видела египетские пирамиды?

— Они не дошли до вас? Четыре с половиной тысячи лет простояли, а еще двести не дотянули…

Лиза рассказывала… мы перешли на кухню к Эммету, ему тоже было очень интересно, но и бросить дела он не мог.

— Невероятно, и ты все это видела! — Эммет был восхищен, как и я, — а я только читал об этом!

— Еще скажи, как о динозаврах! — я давно заметил, что с Грэгом и Эмметом Лизе дается общение легче, нежили со мной, остается только надеяться, что причина в том, что во мне она видит мужчину, а не друга. — Ребята, вы в космос летаете, это как то покруче, поездки к Великой Китайской Стене.

— В космос мы слетать еще успеем, а Пизанской башни больше нет.

— Это да, я помню, как читала про уничтожение террористами памятников в Пальмире, как во мне все кипело, они принадлежали всему человечеству, они принадлежали мне…

Она рассказывала все, что вспоминала о своих путешествиях, рассказывала о том, как хотела увидеть гейзеры Камчатки и Сакуру Японии, розовое озеро Африки, а я думала, что при всех моих возможностях, не смогу выполнить ее желаний, а жаль…

Вечер прошел замечательно, подготовившись ко сну, я все ждал Лизу, она знает о своей роли в этом доме, я дал ей достаточно времени, чтоб восстановиться, освоиться и привыкнуть ко мне, почему же она не приходит, о том, что сам я тоже не могу решиться пойти и взять ее, старался не думать.

Пожалуй, не до конца отдавая себе отчет, в душе я надеялся, что девушка сама захочет быть со мной, а для этого придется еще немного потерпеть, ей сейчас не до меня, вернувшиеся воспоминания заставляют ее заново переживать свою жизнь и не всем она остается довольна. Другой мужчина в ее жизни, она часто упоминает неизвестного мне Глеба, неприятно, но я же знал, что так будет и сам на это решился. Сейчас я лучше понимаю Симона, который ни с кем не хочет делить свою женщину, даже в ее воспоминаниях.

А жизнь изменилась, я уже не стремлюсь оставаться на работе подольше, меня ждет мой дом и моя женщина. Едва переступил порог, услышал задорный смех девушки, и опять у Эммета, что-то я стал сильно впечатлительным, Грэг мне не нравится, теперь вот Эммет, скоро и к миссис Элане приревную.

Лиза готовила, ее талию в три раза опоясывал передник Эммета, волосы были забраны в высокий задорный хвост, в руках нож, что велик ей… и она улыбалась, ее глаза блестели.

— Господин Шиу, вы готовы к ужину? — поприветствовав, осведомился мой великолепный повар.

— Нет, — Лиза локтем ткнула огромного мужчину, что опрометчиво стоял недопустимо близко к ней, — подождем, пока я приготовлю икру!

— Я не уверен, что можно подавать это месиво к столу, — это он зря, прищурив глаза и демонстративно вдохнул, девушка пристроила кончик ножа к разделочной доске и немного покрутила, даже я представил, что между доской и острием, должен находиться глаз моего знаменитого повара.

— Будем ужинать, как всегда, и я с удовольствием попробую то, что ты приготовила, Лиза, — великим дипломатом я никогда не был, но как мог постарался разрядить обстановку, Эммет слишком дорогой ценой мне достался, и я бы не хотел его лишиться.

Приняв душ и переодевшись, спустился прямо на кухню, миссис Эланы сегодня нет, убирать за нами не кому. Овощная икра, никогда не любил перемолотых продуктов, но, поскольку готовила Лиза, да еще и смотрит на меня с надеждой, я согласен съесть все, до последней капли. Все оказалось совсем не плохо, я бы даже сказал вкусно и даже Эммет подтвердил мои выводы, а уж как приятно, она готовила это для меня.

— У меня новость, — пока мы ужинали, по лицу девушки блуждала легкая улыбка, я думал причина в моем хорошем аппетите, но есть, что то еще, — я не была падшей женщиной. — Лиза улыбалась, я улыбался в ответ, — я встречалась с Алексом, но мы расстались, а потом, я встретила Глеба и стала его женой! У меня будто камень с души упал!

Она рада, значит и я рад. Поработав с документами, крепко заснул, не знаю, что именно меня разбудило, тень легла на мое лицо, до конца не проснувшись, действовал на одних инстинктах и сжал горло прижатой к кровати девушки. Лизины глаза были расширены, в них плескался ужас, еще бы, лицо начало синеть и я ослабил хватку.

Кровь прилила к голове, она пришла ко мне, сама пришла ко мне, моя рука по прежнему лежала на ее шее, а тело я крепко прижимал к кровати, близость волновала. Моя женщина! Только вот в широко распахнутых серых глазах по прежнему плавал страх, моей последней любовнице нравилось, когда в постели я демонстрировал силы, Лиза очевидно была не такой. Нежно поглаживая шейку, я пытался успокоить девушку, но сил ждать уже не было и, поддавшись желанию, впился в ее манящие губы, стараясь действовать как можно нежнее, я ласкал ее губы, рука скользнула на грудь, что так долго приковывала мой взгляд, тихий стон наслаждения родился глубоко в груди.

Моя женщина! Ответный стон подлил масла в мой огонь, ласки стали смелее, тело ныло от давно сдерживаемого желания, моя нежная девочка смело отвечала на мои поцелуи, прикосновения…

Тонкие руки уперлись в мои плечи, в несмелой попытке оттолкнуть, нет…

Нет, я просто не могу… признавая свое поражение, углубил поцелуй, тело подо мной выгнулось дугой, прижимаясь еще теснее, сметая последние остатки здравого смысла…

— Айен, — тихий шепот, она просит остановиться, шепчет мое имя, но я уже ничего не слышу, в ушах стучит кровь… перекатился на бок, привлекая желанную женщину к своей груди. Несколько минут мы лежали в тишине, пытаясь прийти в себя и восстановить дыхание.

— У тебя глаза светятся, страшновато, знаешь ли, — вот почему она смотрела на меня с таким ужасом, а я и забыл, что простые люди не видят в темноте, трудно не испугаться, когда в кромешной тьме тебя душит кто-то с горящими глазами.

— Прости, — потерся о ее макушку, как же дивно от нее пахнет, — это происходит, когда зрение перестраивается на ночное видение, оно само как-то получается, сильно испугалась?

— Врать не буду, ты — чудовище!

— Конечно, а кого ты хотела застать, решив разбудить мужчину в три часа ночи, — я посмотрел на светящуюся зеленым светом панель на стене, показывающие все важные мне данные.

— А знаешь, я все вспомнила, у меня была работа, хорошая, стабильная работа, я на государство работала, в Администрации городской и жила я в России, в городе Омске, это Сибирь. И я никогда не была содержанкой и мужу я не изменяла, — девушка водила пальчиками по моей груди, будоража еще не унявшееся желание, — Айен, ты даже представить не можешь, как хорошо знать все о себе.

Извернувшись, я вновь прижался к ее губам, сладкие поцелуи чередуя шепотом, — я никогда не сомневался в том, что ты замечательная женщина, — руки сами накрыли мягкую грудь, — во всех отношениях.

Поцелуи сводили с ума и я хотел большего, девушка подо мной тихо стонала, выгибалась, чтоб плотнее прижаться к моему пылающему телу, ее руки, хватались за мои плечи, не бойся, милая, я никогда тебя не отпущу.

— Айен, — мое имя, слетающее с ее губ, сорвало остатки самоконтроля, майка, скрывающая от меня желанное тело, была лишней и, ухватив ее за край, я потянул, — не надо, Айен.

Я хотел рычать от обиды и неудовлетворенного желания, она моя, это все должно принадлежать мне, а вместо этого, нежно привлек к себе, пытавшуюся встать девушку, — не уходи, я не трону тебя, только не уходи, прошу, — расстаться сейчас было выше моих сил, — прошу, — боясь напугать, я уговаривал, стараясь не слишком сжимать ее тонкую ладонь в своей руке, пытаясь заглянуть в глаза, все время забывая, что она не видит в темноте.

Лиза осталась, спокойно откинувшись на подушку, позволила себя обнять и уютно устроилась рядом со мной, когда она полностью освоится и примет меня, мы всегда будем спать вместе, не хочу разные спальни, она нужна мне здесь, в моей постели, в моих объятиях.

Лежа в постели с планшетом, я листала страницы всемирной сети, был третий час ночи, а мне не спалось, а вот ногти стоит привести в порядок. Мои руки летали надо клавиатурой стационарного компьютера, на моем рабочем столе, ногти выкрашены бесцветным лаком, на левой руке тонкий черный кожаный ремешок стильных дорогих часов… что же я делаю, точно!

Вспомнила! Я писала отказ, я юрист в администрации родного города Омска!

О да, я работала, я пошла работать сразу, после окончания университета.

Разрозненные воспоминания выстроились в полную картину моей жизни.

Эмоции переполняли, подскочив, я бросилась к Айену, мне нестерпимо хотелось поделиться своим открытием именно с ним.

В полной темноте на меня уставился монстр с горящими серебряным светом глазами, опрокинув на кровать, навалился сверху и стал безжалостно душить.

Я забыла, как дышать, попрощалась с жизнью, а монстр, ослабив хватку, принялся ласково поглаживать мою шею. Горячее дыхание обдало лицо, губы занемели, Айен, мужчина целовал меня не спеша и я наслаждалась каждым мгновением его ласк. Не ожидала, что он может быть таким нежным, сердце щемило, я хотела остановить все это … или не хотела … хотела еще крепче прижаться к его горячему телу, ощутить его всего.

— Айен, — уперевшись руками в его широкие плечи, сбиваясь с дыхания, попросила остановиться и мужчина отпустил.

Засыпая в его крепких объятиях, в очередной раз поразилась благородству этого человека, он честно заплатил за любовницу, он уже несколько раз отступал, хотя мог просто приказать. Сон, наконец, сморил и меня, я засыпала под мерное дыхание лежащего рядом теплого, большого мужчины, рядом с ним всегда хорошо.

Утро началось с горячих поцелуев в шею, грудь покалывало под напором ладони мужчины, мне опять было хорошо, глухо застонав, Айен немного сместился и его требовательные губы накрыли мои. Закинув руки ему за голову, пальцами зарылась в жесткие волосы и притянула к себе, поцелуй затягивал в омут страсти. Тяжело дыша, Айен уткнулся мне в шею, его рука, забравшаяся под мою майку, сжимала грудь.

— Я с ума от тебя схожу, с первой минуты понял, что мне нужна только ты, — он что-то еще шептал, освобождая от немногочисленной одежды, — я не должен так остро все чувствовать, это не продуктивно, но я горю, когда ты рядом…

— А, тебе на работу не надо, деньги там зарабатывать, чтоб нас всех кормить, — даже все для себя решив, я запаниковала.

— Я все успею, — Айен больше не дал мне возможности просто сосредоточиться, я тонула в его ласках, он удивительно хорошо владел своим крупным телом, я вновь забыла кто я и где.

— Ты не пожалеешь, что согласилась стать моей, — было так хорошо, немного тянуло низ живота, но в целом, абсолютное состояние расслабленности и неги. Мужчина ласково гладил мои волосы и обнаженную спину, хорошо, только вот его слова неприятно царапнули душу.

— Разве у меня был выбор? — знаю, жестоко, но играть во внеземную любовь не вижу смысла, он купил меня для этого, да, мне хорошо с ним в его доме, но все происходит не по моей воле, я просто подстраиваюсь под обстоятельства, что диктуют мне окружающие.

— Думаешь, я б заставил тебя силой? Принудил спать со мной, зная, что ты этого не хочешь? — я оскорбила мужчину, и сама понимала, что не справедлива к нему, зачем все эти обидные слова.

— Нет, на самом деле я так не думаю, — решила сознаться, пока не поздно, пока сама не загнала себя в угол, — просто вредничаю, прости…

Нависнув надо мной, сероглазый брюнет, нежно куснул кончик моего носа, — если тебе станет плохо со мной, тебе стоит только сказать. Пора зарабатывать денежки, мне же теперь есть кого кормить.

Айен ушел в ванну, еще немного повалявшись в его постели, я тоже решила встать и душ мне тоже не повредит.

Ближе к обеду, я ждала гостью и не одну, жена друга Айена, Алин Милле с сыном Максом. Я была рада ее предложению заехать в гости, моя жизнь была тоскливой и однообразной.

Маленький сверток на руках у черноволосой девушки безмятежно спал, — его укачивает в машине, а вообще он довольно буйный мужчина, — Алин любовалась на едва выглядывающее из пеленки личико своего ребенка, — тяжелый стал.

Пригласив Алин в гостиную, я предложила куда-нибудь положит ребенка.

— Не, проснется, пусть лучше поспит, хоть поговорить даст.

Миссис Элана подала чай и что-то вкусное, Эммет, как узнал, что я жду гостей, бросился готовить.

— Давай по очереди его держать, — предложила я, Алин была не против и аккуратно переложила спящего ребеночка мне на руки, он и правда был тяжеленький, откинувшись на спинку дивана, я стала тихонько покачивать младенца.

Алин, похрустев спиной, взялась за чай и кексы с ягодным кремом, — вкуснятина, господин Квин великолепно готовит, пальчики оближешь, если у вас есть лишние, — девушка помахала кексом, — я с собой возьму.

— Спросим у миссис Эланы. Давай, расскажи мне все, как тебе живется, я так скучаю в четырех стенах, кроме магазинов, никаких развлечений, совсем не знаю, чем себя занять.

— Это да…

Алин рассказала мне много больше о современной жизни, чем это сделал Айен, женский взгляд видит больше важных мелочей… Но, в основном говорила я, про свою прошлую жизнь, про своего мужа, желания и увлечения. Госпожа Милле расхваливала мне Айена, будто мне предлагалось купить его… я старалась громко не хохотать, чтоб не потревожить мирно спящего карапуза. Его мать, не скрываясь, говорила о том, как завидует тому, что я вспомнила свое прошлое. Это я понимала, буквально несколько дней назад те же мысли посещали и меня, все же странно, Алин разморозили уже пять лет назад, а она так ничего и не вспомнила.

Время пролетело не заметно, кулек на моих руках зашевелился, и я передала его матери, малыш зевнул, вытащил маленькую ручку из укутывавшей его пеленки, и положил ее на грудь матери.

Черноволосая малышка лежала в прозрачной колыбельке, кожа на ее маленькой ручке была синеватого цвета, новорожденная девочка вытащила ладошку из под накрывавшей ее махровой розовой пеленки. Крошечные пальчики с отросшими ногтями, тебе еще только три часа…

Я боялась моргать, уже сутки я не сводила с нее глаз, ничего прекраснее я в жизни не видела, моя девочка лежала на боку, малышам только так и можно, я очень хочу все сделать правильно и боюсь ошибиться, боюсь, что тебе будет плохо со мной…

Малышка на моих руках недовольно кривилась, сейчас милая, сейчас, я приложу тебя к груди. Первый месяц кормления, у меня пальцы на ногах подворачивались от боли, но я улыбалась и думала, лишь бы тебе было вкусно, родная…

Моя черноволосая девчушка, с темными бусинками глаз, она так похожа на своего отца… ближе к году превратилась в голубоглазую кудрявую блондинку, совсем, как моя мама…

Первый шаг, первое слова, конечно, «мама», улыбки и объятия, первое «я тебя люблю» и я люблю, люблю так, что сердце стучит только для тебя, я счастлива от одного твоего присутствия в моей жизни…

Слезы потекли рекой, горло сдавил спазм, я не могла говорить, я не могла дышать, я не могла жить и не хотела… На негнущихся ногах поднялась в свою комнату и, забившись в угол на полу, стала заново проживать счастливейшие пять лет моей жизни, жизни с Марусей.

Ко мне подходила миссис Элана, встревоженная Алин, которая все поняла без слов, Эммет, вернувшийся с работы Айен, не добившись от меня ни слова уступил место Грэгу, а тот снова миссис Элане. А я не могла говорить, не могла ни на кого смотреть, в своем углу я просидела ночь, а к утру приняла решение.

— Отпусти меня, Айен, — мужчина не выходил из моей комнаты, сначала он все время что-то говорил, пытаясь вовлечь и меня в беседу, а потом просто молчал рядом, ночью он тоже не спал, лишь изредка дрема одолевала его, но он тут же одергивал себя и проверял меня, пытался уговорить прилечь, — я хочу уйти, навсегда.

— Умереть?

— Да.

— Почему?

— Она умерла, она не могла прожить 200 лет, ее больше нет…

— Твоя дочь?

— Да.

— Так больно? — присев на пол напротив, Айен Шиу взял меня за руки, его серые глаза смотрели на меня с сожалением, будто он в этом виноват.

— Невыносимо.

— Я могу поставить тебе укол, он сотрет все воспоминания, мы начнем с чистого листа, без этой боли, хочешь?

— Нет, прошу тебя, — я ухватила за руку, пытавшегося подняться мужчину, — Айен, прошу, не поступай так со мной, — ведь никто не помешает ему поставить мне этот укол и я даже не вспомню о нем и о ней…

Пару часов спустя, ко мне поднялся Грэг, с чашкой ароматного чая в руках.

— Эммет приготовил для тебя, но ты же не будешь, поэтому выпью я, устроившись рядом и с удовольствием вытянув ноги, молодой мужчина начал пить мой час, жалеть и сочувствовать мне он явно не собирался. Сама не заметила, как начала отхлебывать напиток по очереди с нашим водителем.

— У тебя был ребенок, счастливая, а у меня никогда не будет.

— Ты можешь заказать его в лаборатории.

— Могу, но это совсем не то, не частичка тебя самого, не твоя плоть и кровь… — похоже проблема деторождения стоит значительно острее, чем я думала.

— Моя частичка умерла, нет ничего страшнее этого, уж лучше совсем без детей, — сейчас я правда так думала.

— Сколько ей было? — вопрос мне не совсем понятен.

— Когда она умерла? — блондин кивнул, — не знаю, меня заморозили, когда ей было пять.

— А почему ты решила, что она умерла, — Грэг был удивлен, он правда не понимает.

— Люди не живут по двести лет.

— Это понятно, но вдруг ее тоже заморозили? — ошеломленная этим предположением, я подскочила.

— А как это можно проверить? Надо съездить в крио центр! — я схватила водителя за руку, старалась поднять, — давай же, отвези меня туда.

— Так тебя туда кто-то и пустил! Попроси об этом господина Шиу, у него друг, господин Милле, практически хозяин этого центра, пусть он попросит его предоставить тебе информацию.

Я обняла Грэга, почему то я была уверена, что дочь там, она ждет меня.

Вечером Айен переслал мне на планшет пять листов с идентификационными номерами и именами замороженных людей с пометкой РФ за все годы, это те, кто был заморожен на территории Российской Федерации, Маши среди них не было.

Я вспомнила все, смерть родителей, радость от окончания университета, свадьбу, отдых и работу, почему же так долго не могла вспомнить дочь, самое главное, что было в моей жизни.

— Мне жаль, — господин Шиу выглядел каким то виноватым, но он последний кого я могла обвинить в том, что произошло в моей жизни двести лет назад.

— Мы так мало были вместе, это так не справедливо, — обнимавший сзади мужчина тихо шепнул, — жизнь всегда не справедлива…

— Так хочется узнать, какой она выросла, потемнели ли ее волосы, какой стала, была ли счастлива… — слезы опять потекли из глаз, а сердце сжималось от тоски, зачем мне жить, без нее…

— Скажи, где и когда она родилась и имя, я попробую что-нибудь узнать, — развернувшись в объятиях Айена, запрокинула голову, заглядывая в его глаза, он так мне помогает, поддерживает, но ведь его не касаются мои беды, он покупал меня не для этого, — но, милая, 200 лет, срок не малый.

— Я понимаю, — эту ночь я провела в постели, Айен лежал рядом, он тихо спал, несколько раз просыпался и смотрел на меня своими жуткими горящими глазами, наверное, опасался, что я что-нибудь с собой сделаю, а мне опять не спалось. Уже под утро, я начала покрывать лицо и шею спящего мужчины поцелуями, желая отплатить ему за помощь и участие тем единственным, что у меня было, не до конца проснувшись, Айен перекатив, подмял меня под себя и горячо ответил на поцелуй, но будто очнувшись, сказал, что сейчас не время и ушел в ванну, может так и к лучшему…

Моя Машенька, как мало времени дала нам судьба, слез больше не было, только давящая тоска и безнадежность.

Я знал, что у Лизы был ребенок, знал, что она вспомнит об этом, но не думал, что будет так тяжело. Глядя на нее, забившуюся в угол, я пожалел о своем решении, Симон предупреждал меня именно об этом, но я поступил эгоистично, не хотел куклу в постели и разбил сердце дорогой мне женщины.

Она потеряла ребенка и я уже сомневался, что сможет это пережить.

Все свои воспоминания Лиза воспринимала довольно легко, когда она вспомнила мужа, я напрягся, все же любимый мужчина, но она четко осознала, что он остался в прошлом и стала жить дальше, дочь она не сможет оставить в прошлом, я понял это сразу.

Бредовая мысль о том, что ее дочь может быть заморожена, но Лиза ожила, она надеялась, и я не мог лишить ее мечты. Симон пошел мне на встречу, предоставив конфиденциальную информацию, Марии, подходящей по возрасту в списках не было, новая волна отчаяния. И я уже сам хватаюсь за очередную идею, узнать о ее жизни, 200 лет очень долгий срок. Граждане начали проходить обязательную фиксацию около ста лет назад, не в нашу пользу работало время и расстояние, но Лиза опять оживилась, значит будем искать.

— Простите, господин Шиу, но у нас нет подобной информации, — отдел статистики, именно они ведут учет населения, семейное положение, социальный статус, передвижения, рождение детей, смерть, — весь учет населения, что внесен в единую базу, датирован 2205 годом, все, что было ранее в территориальных пунктах, возможно даже на бумажных носителях.

Все примерно как я и ожидал, за исключением одного, это не мои проблемы, мне нужен результат.

— Значит, запросите их сюда, у вас три дня, мне нужна вся информация о Григорьевой Марии Глебовне и ее потомках, если таковые имеются.

На той стороне переговорного устройства собирались возразить? Мне? Я даже был удивлен, но у меня на это не было времени, отдав распоряжение, я повесил трубку и вызвал миссис Элану, как там Лиза, я очень волновался за нее.

— У нас все хорошо, Лиза с Грэгом строят планы по добыче информации о доченьке и обсуждают превратности судьбы.

— Миссис Элана, откройте им бутылку вина и передайте Грэгу, что за мной ехать не нужно, пусть развлекает Лизу…

Сейчас я был рад тому, что они сдружились, уж лучше ревновать, чем бояться, что вернувшись домой, застану ее безжизненное тело. У моей женщины был ребенок от другого мужчины, она страдает из-за этого, не могу не думать о том, насколько было бы лучше, не вспомни она об этом… похоже я ошибся.

Дела никто не отменял, тем более, что КМ-919 теперь под моим личным контролем, подписав две увесистые папку с документами, принял несколько человек, прошелся по отделам и закрутившись, не заметил, как прошел рабочий день. А дома меня ждала она, выбежала на встречу, такая милая, в мягком светло синем костюме, со всеми переживаниями, я и забыл, как она красива, подхватив девушку, прижал к груди и поцеловал в макушку.

— Я отправил запрос, но на это нужно время, документы тех лет хранятся на местах.

— Может мне самой поехать в Омск?

— Карта мира довольно сильно изменилась, в Сибири больше нет городов, это легкие нашей планеты, там лишь лес.

— Как? — серые глаза широко распахнулись.

— Население сильно сократилось, и мы предпочитаем жить в более мягком климате, Марсель — столица нашего нового мира, — вот так просто, моего дома больше не существует. — Не грусти, если документы сохранились, мы их обязательно найдем.

Приглушенный свет в комнате, Лиза уже одетая в майку сидела на разобранной кровати с планшетом в руках, — читаю про политическое устройство мира, я в шоке, — опустившись рядом, боялся притронуться к ней, для близости сейчас не время, как бы мне этого не хотелось и самое страшное, когда она предлагает, я не могу отказаться…

— Многое изменилось, — я смотрел в потолок, не решаясь поднимать наболевшую тему, не хотел бередить раны немного успокоившейся девушки, или все же стоит говорить о проблеме, нужно посоветоваться с доктором.

Отложив планшет, девушка легла на бок, прижавшись ко мне, — знаешь, — я решился начать из далека, — есть доктора, которые лечат души…

— Психиатры?

— Да, мы могли бы…

— Я согласна, только одна хочу сходить, для начала, — как же мне повезло с ней, она все принимает и понимает верно, — я переживаю за тебя.

— Спасибо, Айен, я ценю это, — девушка первой склонилась к моему лицу, поцелуй нежный и почти робкий, быть может это она нуждается во мне?

Успокоив собственную совесть, ответил на поцелуй, слов больше не было, лишь плавные ритмичные движения и глухие стоны. Моя женщина спала, свернувшись у меня под боком, а я не мог успокоиться, душу грызло нехорошее ощущение, будто она прощалась со мной.

К концу третьего, отведенного мной отделу статистики для поиска информации о дочери Лизы, дня, в кабинет робко постучал Гио Самаро, директор министерства, в которое входил отдел статистики.

— Прошу прощения, господин Шиу, я принес вам документы, которые вы запрашивали в отделе статистики, — мне на стол легла тонкая папка, в которой лежало лишь несколько листов, давно я не имел дело с настоящим бумажным носителем, от такого способа хранения и передачи информации давно отказались, еще раньше, чем от денег.

— Идти ко мне было не обязательно, вы могли прислать скан, — подчиненные посмелее своего начальника, или просто ему терять больше.

— О, мне не сложно, господин Шиу, к тому же, вдруг вам потребуются пояснения.

Я начал разбирать бумаги, свидетельство о рождении Григорьевой Марии Глебовны, мать — Григорьева Елизавета Михайловна.

— Это перевод, копия оригинала на обратной стороне, но она на русском, — я кивнул, по прежнему не сводя глаз с имени купленной мной любовницы, она жила до меня, у нее была своя жизнь, в которой мне нет места.

Свидетельство о браке, свидетельство о смерти, 83 года прожила ее дочь, для того времени не плохо, сейчас обычные люди живут до 100–120 лет, генетически усовершенствованные до 150, но думаю, учитывая прогресс в генной инженерии, уже мое поколение может прожить дольше. Следом шло два свидетельства о рождении ее детей, Екатерина и Михаил, отлично, Лиза будет рада, у нее были внуки, их свидетельства о браках и о смерти.

Свидетельства о рождении детей Лизиных внуков… Я раскладывал документы, прослеживая генеалогическую связь, вот, один род пресекся, у Александра, сына Михаила детей не было, время совпадало с массовой стерилизацией, им еще повезло, что они сами родились, хотя, население России было не так уж велико, и у них не так строго следили за рождаемостью. Зато женщины были поголовно здоровы и фертильны и много русских красавиц в расцвете лет оказались в крио центрах.

— А что с этим? — я держал в руках свидетельство о рождении Николая Тернова, — брак, дети, смерть?

— Господин Шиу, мы перерыли весь архив, ничего нет, но годы его рождения, относятся к цифротизации данных, только и в системе ничего. Он родился уже не в Омске, странно, что его свидетельство о рождении вообще оказалось в тех местах, — я вчитался в свидетельство, место рождения — Марсель, если Лизин потомок родился уже здесь, то вполне возможно был подвергнут генетическим изменениям.

— Спасибо мистер Самаро, я вам очень благодарен, — и это действительно было так.

Прихватив папку с документами, я решил заехать в центр генетических разработок, встречать меня вышел лично его председатель.

— Господин Шиу, чем могу помочь, вы плохо себя чувствуете?

— Нет, — я протянул свидетельство о рождении Николая Тернова, мелькнула мысль пожаловаться на взявшуюся ни откуда повышенную эмоциональность, но если мне заблокируют чувства, я не смогу так наслаждаться близостью со своей женщиной, лучше пусть все останется как есть. — Мне надо знать, был ли этот человек участником какой-либо программы вашего центра.

Председатель Ом просто кивнул и пригласил меня в свой кабинет, вся информация о людях, когда либо подвергшихся генетическим изменениям была строго засекречена, подозреваю, причина в очень высокой смертности подопытных, и хранилась только на сервере данного закрытого учреждения, — Николай Тернов, действительно был подвергнут процедуре генетических изменение в числе первой волны, успешно, — для меня пояснил председатель.

— У него были дети.

— Была дочь, ее гены были улучшены на стадии оплодотворения, успешно, но прожила не очень долго.

— Дети?

— Сын, о, наша ярчайшая звезда, господин Ник Струт, — это имя было мне знакомо, — ученый с мировым именем, он много сделал, чтоб вы могли вести добычу полезных ископаемых на других планетах.

— Конечно, я знаю, кто такой господин Струт. Он жив? Дети?

— Он нет, но у господина Струта дочь, 2278 года рождения, жива, но к сожалению пошла не по стопам своего отца, она вышла замуж за простого человека, соответственно ее ребенок утратил ряд ведущих генов. У нее есть сын, генетический фонд слабый, но к зачатию еще способен, при правильном подборе партнера. Печально, такой славный род вырождается, полагаю, из-за любви, отвратительная слабость, как ее не выскребаем, все равно умудряется выжить в наборе генов.

— Имя его дочери.

— Кира Самвэ, внук — Тирин Самвэ.

Откинувшись на спинку удобного дивана, я задумался, Самвэ, знакомая фамилия, да очень хорошо знакомая, на память я никогда не жаловался.

— Мужа госпожи Киры зовут Мар Самвэ?

— Да, господин Шиу.

Замечательно, я разорил и купил за бесценок транспортную компанию Лизиной правнучки, в которую очевидно были вложены деньги знаменитого ученого, мир не справедлив, а я главный злодей.

Дома меня ждала ласковая женщина, с нежной улыбкой, дивным запахом и волнующим телом, она принесла в мой дом уют, за несколько месяцев она стала для меня всем, я уже не представлял своей жизни без нее, как же сказать то, о чем я сегодня узнал.

— Тебя что-то тревожит? — она чуткая и отзывчивая, ее мужу и дочери повезло, значительно больше, чем ему с родителями.

— Мне опять нужно лететь на этот далекий спутник, не хочу оставлять тебя, — мы лежали в постели, пусть у нас ничего не было, мне безумно нравилось просто быть рядом.

— Не переживай, Айен, со мной все будет в порядке, — она грустила, опять грустила, психиатр ничем не помог и я решился.

— Есть кое-что еще, — поднявшись с постели, вышел в свою комнату, специально захватил из кабинета папку с документами о ее родственниках, — вот.

Лиза тихо шелестела белыми листами, долго читала и гладила документы Марии, я стал рассказывать о жизни ее семьи, как и думал, свидетельство о смерти дочери стало ударом.

— Она прожила долгую жизнь.

— Но, была ли эта жизнь счастливой, она росла без матери, кто заплетал ей косички и покупал платьица.

Собравшись с силами, она принялась раскладывать листы, как это делал и я.

— И все? Детей нет?

— Нет, зато вторая линия продолжилась.

— Почему у них только по одному ребенку?

— И это чудо, население вымирало, сокращалось очень резко.

— Да, конечно, — и вот она дошла до Николая. — А дальше?

— Только на словах, ты мне веришь? — серые глаза смотрят открыто, — да.

— Он попал в программу генетических мутаций, находясь еще на стадии внутриутробного развития, его перевезли сюда, здесь в Марселе Николай и родился, жил, у него родилась дочь, она тоже была участницей экспериментов и стала такой, как я, у нее родился сын, очень известный ученый, он совершил прорыв в космических путешествиях, именно благодаря его гению, мы можем долетать до Юпитера за 2 дня. Он уже умер, но жива его дочь, Кира, она вышла замуж за лабораторно выведенного мужчину, вложила деньги отца в его транспортную компанию, их ребенок, выращен в центре, но гены матери сильны и твой потомок еще может сам иметь детей.

— Они живы? Где они живут сейчас? — ее глаза горели.

— Да, они здесь, в Марселе.

— О, Айен, — Лиза бросилась мне на шею, она была благодарна, только я сказал не все.

— Семья твоей внучки, они… их транспортная компания, — да что же я тяну, девушка напряглась замерев, счастливая улыбка начала гаснуть на розовых губах, — я разорил их и выкупил компанию. Из — за меня они потеряли все.

Я смотрел и ждал, ну давай, выскажи мне все.

— Главное они живы! Ка их найти?

— У меня есть адрес…

Я самый счастливый человек на свете…

Небольшой домик в Итальянском стиле, вход красиво увит плющом, подвесные цветы, как же замечательно, этот дом нравился мне куда больше стильного, безумно современного особняка Айена. Я проводила напротив него целые дни и затаив дыхание, смотрела на них… моих родных, наших с Марусей детей. Молодой симпатичный мужчина, в нем течет кровь моей дочки, женщина, красивая и яркая, немного старше меня, наверное, они и есть Кира, красивое имя, мне оно всегда нравилось и Тирин. Чаще всего, я видела мужчину средних лет, белого, как и большинство людей, именно он ко мне и подошел…

— Что вам нужно? — не особо любезно осведомился мистер Самвэ, — вы уже три дня глаз не сводите с моего дома, и мне это не нравится, совсем не нравится.

— Я … я, Елизавета Григорьева, — голос отказал, я испугалась, испугалась того, что они прогонят меня, что я не нужна им…

— Размороженная? — я кивнула, из дома вышла Кира, — и что вам от нас надо?

— Я…я, — слезы потекли из глаз, я много думала о нашей встрече, не спала по ночам, представляла, что скажу им, как объясню, что они моя семья, мои потомки, а сейчас стояла и не могла вымолвить ни слова.

— Здравствуйте, — моя Кира подошла к мужу, — девушка, вам плохо? Мар, что произошло, — она проявила участие к совершенно постороннему человеку, моя девочка, слезы переросли в рыдания, меня просто трясло.

Ноги сами собой подгибались и, обхватив себя руками, я опустилась на колени, — я ваш предок, твой Кира, — прерывающимся от безудержных рыданий и спазмов голосом, еле слышно шептала я.

Женщина подхватила меня под руку, — идемте, идемте в дом, не стоит здесь оставаться, — подняв меня с тротуара, Кира и ее абсолютно белый муж, повели меня в свой дом.

Стакан с водой, что вручил мне в руки мужчина, я так и не смогла донести до рта, расплескав все содержимое на свою одежду. — Откуда вы знаете, что Кира ваш потомок, размороженные же ничего не помнят?

— Я вспомнила свою жизнь и попросила мужчину, что купил меня, выяснить что удастся про мою дочь, Марию. Так мы узнали, что Машин правнук Николай появился на свет в Марселе и был генномодифицирован.

Кира стояла рядом со мной, и согласно кивала, — Николай Тернов, дед моего отца, он был родом из России.

— Я все равно не верю в это, мистическая родственница из далекого прошлого, — муж моей девочки мне не доверял, я не могла его в этом винить, а Кира, Кира не сводила с меня своих голубых глаз. Поднявшись с дивана, я прижалась к распахнувшей объятия женщине, Кира выше и шире меня, но она моя, я чувствовала это, она наша с Марусей девочка.

— Не плачь, Лиза, не плачь, я и представить боюсь, кого то тебе, но теперь у тебя есть мы, я и Тирин.

Мар лишь хмыкал, не одобряя наших женских вздохов, — а кто купил тебя, бабушка, — очевидно, Мар хотел развеять поток слез, забавно, он и Кира, явно старше меня.

— Айен Шиу, — тягучая тишина повисла в уютной гостиной, руки Киры сжали меня еще крепче.

— Мар, успокойся.

— Вот в чем подвох, воскресшая родственница, любовница Шиу, его собственность, мало ему было нас просто разорить, лишить нашего сына будущего, теперь мы еще и в рабстве у него, он купил твоего предка… — Мар был в бешенстве, он практически плевался, на него было страшно смотреть, — и что вы хотите от нас, уважаемая? — Аейн предупреждал, что мои родственники не будут рады услышать его имя.

— Ничего не нужно, мне вы нужны, — я смотрела только на Киру, неужели, и она подозревает меня в злом умысле, — ты же частичка моей дочери, моей Маруси, — слезы опять потекли, я ничего не могла с этим поделать.

— Мар, успокойся, у нас и взять то нечего, — женщина прижала мою голову к своей груди, — переезжай к нам, у нас не слишком много места, но комната для тебя найдется, ты же нам не чужая.

Думаю, муж не разделял мнения Киры, но он смолчал, а мне было безумно приятно, она приняла меня.

— Не получится, я с Айеном живу, но буду приезжать к вам, часто-часто, и вы ко мне, — Кира была старше меня, но я считала ее своим ребенком и ласково гладила густые темные волосы, — как хорошо, что ты такая.

Этот день я провела у семьи Самвэ, даже Мар перестал меня третировать, а Кира рассказывала мне о своей жизни, о своем сыне, парень работал в научном центре, изучал гравитацию, он пошел в своего деда, великого ученого. Кира им очень гордилась, и я тоже, мой потомок ученый, только вот с личной жизнью у него не ладилось, да и перспектива обзавестись потомством был сомнительной.

— Его гены разбавлены, если б Тирин встретил генетически модифицированную женщину, но их не много, или, если бы у нас были деньги на покупку замороженной, но мы разорены.

— Да, из-за Айена, — мы готовили ужин, скоро вернется Тирин, а Мар наоборот, уйдет на ночную смену.

— Не совсем, Мару удобно во всем винить господина Шиу, и он правда выиграл больше всех от нашего разорения, но, основная вина лежит на самом Маре, он был слишком глуп и самоуверен, не слушал ничьих советов, в итоге, мы прокладывали пути не в тех направлениях и разорились.

— Кира, а сколько денег нужно, чтоб купить замороженную женщину? Может я смогу взять их у Айена?

— Мы не возьмем ни копейки у этого вора, — так не кстати появился Мар, мы замолчали, — вы меня поняли, обе, — я лишь согласно кивнула, пусть думает, что хочет, это моя семья, и я тоже имею в ней право голоса.

— Лиза? — Мара мой ответ не удовлетворил, ох уж эта мужская гордость, но вносить раздор в семью своей девочки, я не могла.

— Да, я все поняла.

А потом пришел Тирин, приятный молодой мужчина моего возраста, с темными волосами, как у его матери, но белой кожей и очень светлыми глазами, мне было так жаль утраченных им красок. Тирин легко принял меня, с научным интересом расспрашивал о самочувствии, о том, что я чувствовала в своем долгом сне и как ко мне возвращалась память, ведь всем известно, что размороженные не помнят себя. Кира и Тирин моя семья, мне было очень хорошо с ними, но, пора возвращаться домой, Грэг, что скучал в отсутствии хозяина, заехал за мной.

— Ну как, наконец решилась! — он каждый день возил меня в этот старый престижный район, когда то здесь жила научная элита, и знал все о моих метаниях.

— Они сами меня заметили. Грэг, я так счастлива, они моя семья, я уже люблю их, даже Мара, хотя он ворчун и грубиян, а Кира и Тирин, просто чудо.

— Это хорошо, — Грэг не отвлекался от дороги, скорости с моего времени значительно увеличились, — значит, передумала умирать?

За окном пролетали дома и деревья, город был удивительно зеленым, — Маши больше нет, но она оставила мне их, думаю, ради Киры и Тирина, можно и пожить.

— Хозяин будет рад, — я не была в этом уверена, Айен нужна раскованная любовница, пылающая от страсти, а я такой никогда не была, да еще и эти проблемы с деньгами. Мар не согласился на мой план попросить у Айена, а другого у меня не было.

С утра я поехала к Кире, захватив с собой угощение от Эммета, пришедший с работы Мар наотрез отказался пробовать его фирменные кексы, а мы с Кирой с удовольствием попили чай, за что получили звание предательниц.

— Лиза, я кое-что нашла, смотри, — мне на колени опустилась коробка с фотографиями, — фотоснимки уже давно не печатают на бумаге, они хранятся на личных планшетах, но это все старые. Я никогда не интересовалась историей семьи и почти не знаю, кто на них изображен, но вот этот, — женщина достала старую, пожелтевшую и немного выцветшую фотографию мужчины, — мой прадед, тот самый Николай Тернов из России.

С фотографии мне улыбался высокий и худощавый мужчина, черные волосы слегка вьются на висках, цвет глаз не различить, но мне думается, что карий, как он похож на Глеба, моего мужа, отца Маруси, воспоминания о нашей жизни опять охватили меня, вот оно, настоящее бессмертие, видеть свои черты в потомках, у него даже уши немного торчат, совсем, как у Глеба, меня всегда это веселило в любимом мужчине.

Я перебирала старые фотографии, цвета на них изменились, в основном стали преобладать желтые и красные оттенки, внимательно вглядывалась в снимки, в надежде узнать кого-то на них, на некоторых стояли даты, можно сравнить их со свидетельствами, что принес мне Айен и тогда я смогу установить, кто изображен на фото. В руки попала семейная фотография, маленький ребенок, молодые люди, люди постарше и старушка в центре, большая семья… руки задрожали, эта старушка, она напоминала мне мою маму и свекровь одновременно. Волнуясь, перевернула снимок, русскими буквами на обороте были написаны имена, я уже встречала их, Катя и Миша, дети Маруси, ее внуки и правнук, и «бабушка Маша», сердце не подвело меня. Не вероятно, этому снимку больше ста лет, каким же чудом он сохранился, вот она моя малышка, моя родная, драгоценная девочка. Я гладила снимок, уже ничего не видя от застилающих глаза слез.

Запикал планшет, ответила не глядя.

— Лиза, хозяин вернулся, спрашивал о тебе, я сказала, что ты уехала по магазинам и Грэг это подтвердит, если хочешь, а ты уже сама решай, что рассказывать ему, — немного взволнованный голос миссис Эланы не смог отвлечь меня от старого снимка. — спасибо, миссис Оливия, я правду скажу, домой к вечеру вернусь.

— Милая, с тобой все в порядке? — чуткая женщина.

— Да, — вытерла я слезы рукавом, — все хорошо, просто я смотрю на свою дочь, на фото, — я бросила трубку, и еще долго не могла прийти в себя, Кира старалась меня не беспокоить, как же здорово, что я нашла их. Было обидно, что я никогда не узнаю, какую жизнь прожила моя девочка, какой женщиной она стала, уверена, она у меня была красавицей. На этом единственном фото, старушка сидела в окружении детей, внуков и правнука, господи, я надеюсь Маша узнала, что такое счастье.

За мной заехал Грэг, раньше, чем обычно, конечно, ему же еще за Айеном ехать, — уже решила, что скажешь хозяину? — какие они замечательные, все так волнуются за меня, а ведь я им никто.

— Правду, — говорила то я уверено, только в душе волновалась, что если Айен запретит мне общаться с ними, я же совсем его не знаю. Фото дочери я крепко прижимала к груди, мое главное сокровище.

Айен пришел поздно и, подхватив на руки, понес в свою комнату, едва за нами закрылась дверь, мужчина прижал меня к стене своим сильным телом, его губы нашли мои.

— Как же я скучал, только о тебе и думал, — я тоже скучала, я хотела так много всего ему рассказать, моя жизнь изменилась, но Айену я нужна только для постельных утех.

Поцелуи становились все настойчивее, моя кофта уже лежала на полу, подхватив под зад, Айен уронил нас на кровать, нависнув надо мной, он разглядывал мое лицо своими пронзительными серыми глазами.

— Я спешил вернуться к тебе, милая, — настойчивые руки освободили меня от остатков одежды, сам мужчина разделся мгновенно, в нетерпении практически срывая свою одежду, жгучие поцелуи вновь покрыли все тело, только удовольствия они не несли.

— Ты не хочешь? — Айен был удивлен, я искала досаду на его лице, но было только недоумение, — я спешу? — глаза засветились лукавством, — начнем сначала, — и я опять получила нежный, неторопливый поцелуй.

— С возвращением, — запоздало шепнула в прижатые к моим губы мужчины.

— Спасибо, милая.

Айен был возбужден и он мне очень нравился, я не возражала ни против его ласк, ни против занятий любовью, я не собиралась отказывать, я была готова, но он, скатившись с меня, лег рядом.

— Что тебя беспокоит? Ты встретилась с семьей Самвэ?

— Да, Кира и Тирин замечательные, а Мар ненавидит тебя…

— Они приняли тебя?

— Думаю да, — мне не терпелось поделиться новостью о находке, хотя я понимала, что сейчас не до этого, — Кира нашла фото моей Маши.

— Удивительно, сохранилось до наших дней, — Айен казался искренне заинтересованным, странно вести подобные разговоры с мужчиной в одних трусах, — покажешь?

Неужели ему правда интересно, — наверное, сейчас не до этого, — рукой провела по его обнаженной груди вниз, указывая на то, что в данный момент требует настойчивого внимания.

Айен накрыл мою руку своей, — мы все успеем.

Нагнувшись за вещами, я получила шлепок по попе, настроение подпрыгнуло вверх, натянув кофту, лежать с голой грудью было как то слишком провокационно, я сбегала за своим сокровищем.

— Вот, эта старушка, это моя Маша! — Айен разглядывал старое фото, — а это ее дети, внуки и правнук.

— Она чем то на тебя похожа, не явно, но кажется волосы у нее светлее.

— Скорее всего, на фото она уже седая, но в пять лет у нее были светлые кудряшки.

Как странно, мы лежали на кровати и обсуждали мою семью, я рассказывала о родителях, умерших так рано, о муже и дочери, мужчине было интересно, или он умело делал вид, а я все говорила и говорила, — ты бы видел фото их прадеда, который прибыл из России.

— Николай Тернов? — у Шиу отличая память.

— Вот он один в один Глеб, так удивительно, столько поколений сменилось, а кровь себя проявила. И Тирин, он как его дед, тоже занимается наукой, представляешь, он мой ровесник, такой умный и красивый, только бледный очень и глаза тусклые.

— Это из-за генно-инженерного вмешательства. Все выращенные искусственно теряют краски.

— Это же странно?

— Вроде так делают, чтоб дать проявиться чертам родителей.

— Тогда логично… — твоему потомку лучше всего заводить детей с замороженной или такой же генетически улучшенной женщиной, но их не часто встретишь, — похоже все приходили к этому выводу, только вот не все так просто.

Положив голову на грудь мужчины, я слушала о том, как прошла его поездка, как много они смогли сделать за столь короткий срок и как много еще предстоит.

И мы все успели, рано утром я задыхалась от наслаждения, что дарили ласки моего мужчины, сейчас я хотела его по настоящему…

— Можно мне к Кире съездить? — я смотрела, как Айен одевается на работу, мне всегда нравились мужчины в деловых костюмах, поэтому не стала себя сдерживать и, когда мужчина наклонился поцеловать меня, ухватила его за галстук и притянула к себе.

Поцелуи затягивались, — и как мне теперь на работу идти? — возбужденный и растрепанный мужчина не выглядел не довольным, его серые глаза задорно блестели.

— Грэг остается тебе, не скучай!

Сегодня мы с Кирой собирались сходить по магазинам, Мар был не доволен, но, вкусный ужин, примерил его с нашим дневным отсутствием.

Домой я возвращалась в отличном настроении, — Грэг, а может за Айеном заедем?

— Хозяин не говорил, когда освободиться.

И я решилась ему позвонить, впервые, Айен был рад моей идее и к тому времени, когда мы подъехали к впечатляющему высокому зданию из голубого пластикового стекла, с синей вывеской СУЛРО, он уже стоял на улице и ждал нас. Высокий и красивый, господин Шиу приковывал взгляд, я обратила внимание, что прохожие оборачивались, чтоб еще раз взглянуть на моего мужчину.

— Может в ресторан?

Не скажу, что была готова к такому предложению, но и отказываться не стала, — только давай куда-нибудь попроще, я не одета.

— Ничего, мы сядем в отдельном зале.

— Кволити, Грэг.

Ресторан был роскошным, 54 этаж, панорамные окна, залитый огнями город, тихая музыка и ни душу в тонущем в полумраке зале, я бы сходила сюда, будучи подобающе одетой и накрашенной, возможно потанцевала бы, с Айеном.

— О чем ты задумалась, милая, тебе что-то не нравится? — я стояла оперевшись о перила балкона и смотрела вдаль.

— О деньгах, — ой, как-то само вырвалось, я уже привыкла делиться с ним всем, что на душе.

Обнимающий меня мужчина удивленно выгнул бровь, — зачем тебе о них думать, у тебя доступ к моему счету, просто трать сколько пожелаешь.

— Нет, Айен, мне надо много, очень- очень много! — мы стояли обнявшись, я прижималась щекой к груди мужчины, а он крепко-крепко обнимал меня.

— Для Тирина? Я не против, ты можешь оплатить ему разморозку женщины, — вот так легко, просто приложив палец, я могла решить все проблемы моей семьи, Тирин получит шанс продлить наш род.

— Спасибо, но твои деньги нам не помогут.

— Мар Самвэ?

— Да, так что нужно придумать что-то другое.

— Не грусти, это можно решить и мы обязательно что-нибудь придумаем, — наклонившись, Айен коснулся моих губ, утешая и передавая свою уверенность, — я не позволю твоему роду исчезнуть.

Волшебный вечер, волшебная ночь и впервые после пробуждения меня посетила мысль, если жизнь не закончена, то возможно, мне повезло, повезло, что судьба свела меня именно с этим мужчиной.

Айен редко бывал дома, вот она оборотная сторона денег, хорошо, что у меня теперь есть Самвэ и Алин, девушка сильно переживала, думала, что стала причиной всех моих бед. Я еле успокоила ее и заверила, что благодарна, ведь именно вид маленького Макса вернул мне воспоминания о Машульке.

— Я так завидую тебе!

— Знаешь, а может незнание к лучшему, я, когда вспомнила про Машу, я жить не хотела, совсем, не видела в этом смысла, зачем жить, если ее больше нет.

Мне просто повезло, повезло, что Айен смог раздобыть информацию о моих потомках, повезло, что они выжили, просто удачное стечение обстоятельств и мне хочется жить ради них, но обернись все иначе, я не знаю, как бы поступила … а у тебя ребенок, нужны ли эти лишние терзания.

— А тебе? — в ответе не было нужды, мы обе понимали, нужны…

— Как твои отношения с семьей?

Попивая чай, я рассказывала о Тирине, как я гордилась им, моим мальчиком.

— Как господин Шиу к ним отнесся?

— Я не знаю, — я правда не знала, я никогда не спрашивала Айена об этом, а ведь они тоже стали частью его жизни.

Вечером, я долго не решалась завести разговор, и довела до того, что оказалась прижата его волнующим телом к постели.

— Айен, подожди, мне нужно кое что спросить, — глаза мужчины светились, видимо не только темнота дает такой эффект, но и сильное возбуждение.

Последние четыре дня у меня были месячные и Айен соскучился, он не скрывал того, что хотел меня.

— На все да! — не отрываясь от моей груди, шепнул господин Шиу.

— Айен, я серьезно! — притворно тяжело вздохнув, он наконец посмотрел мне в лицо, — можно мне пригласить в гости своих родственников?

Мужчина фыркнул, демонстрируя, что вопрос не стоит его отлучения от тела, — да.

— А мы к ним сходим, вместе, — затаив дыхание, ждала ответ.

— Да, только боюсь, что мистер Самвэ меня и на порог своего дома не пустит.

Работы на КМ-919 шли удручающе медленно, но рабочие радовались и тем крохам, что я давал. Лиза все время была задумчива, она нашла свою семью и они общаются, в доме царит мир и спокойствие, мне бы радоваться, но я опять ревновал. Ее внимание не целиком и полностью принадлежит мне, почти все дни она проводит с семьей Самвэ, знаю, у меня много работы, дома я почти не бываю, значит это хорошо, что девушка не скучает. Чем же я все время не доволен?

У Самвэ проблемы с деньгами, я готов заплатить, ведь это так важно для Лизы, а я готов на все, лишь бы видеть ее счастливую улыбку и светящиеся глаза, раньше не замечал за собой такого… А еще я им должен, не за разорение компании, в этом нет ни чьей вины, кроме самого Мара Самвэ, а за то, что Лиза снова ожила, я прекрасно понимаю, что моя женщина живет только ими, она живет ради них, поэтому я позабочусь, чтоб и они жили.

От моих денег отказались, думаю Самвэ могут позволить себе гордость, так как у Тирина еще есть время, когда прижмет, возьмут, что дают. Лизе я этого сказать не могу, они для нее практические святые, и все бы ничего, но она постоянно переживает, а мне это сильно не нравится. Да еще и через несколько дней, я опять улетаю на КМ-919, а так не хочется расставаться.

Сегодня мы идем ужинать в ресторан, но не как в прошлый раз, Лиза тщательно готовится, красиво уложила волосы, платье подчеркивает грудь, макияж, хотя он ей не нужен, она и так очень яркая, манящая, мои мысли пошли не туда. С нашей первой встречи, мои мысли все время сводятся к желанию обладать ей, я за всю жизнь столько не занимался сексом, как за эти несколько месяцев, все что говорят о размороженных правда.

В самом пафосном заведении Марселя, я с гордостью глядел на свою женщину, красива, умна, умеет себя подать, при этом довольно тактична.

Знакомые и партнеры подходили поприветствовать и, я был рад сказать всему свету, что она моя и только моя. Я старался как мог доставить Лизе удовольствие, игристое вино, кажется, оно ей нравится, медленные танцы, ее тело, скользящее вдоль моего, слишком провокационно, опять все мысли сводятся к одному.

— Как тебе вечер? — в нашей спальне, я расстегивал платье на спине у самой желанной женщины на свете, с момента разморозки она немного похудела, думаю причина в постоянном стрессе, Эммета в плохой готовке заподозрить не возможно. Весь вечер Лиза была молчалива, она будто витала где то далеко от земли.

— Хорошо, полюбовалась на современную элиту, — похоже ей не понравилось, отойдя подальше, девушка сбросила мою руки со своих практически обнаженных плеч, — ничего не изменилось, как и во все времена, кто-то едва выживает, а кто-то прожигает жизнь и деньги.

Вся ясно, опять деньги, мне порядком надоело ее плохое настроение из-за глупости семейства Самвэ, — милая, ты же знаешь, что можешь в любой момент оплатить разморозку девушки для Тирина.

— Они не возьмут твои деньги, а у меня их нет, — простой плотный бюстгальтер без бретелей, такие же низкие трусики и чулки, это просто издевательство, выглядеть так маняще и при этом хандрить. Но Лиза сидела на краю нашей постели и все своим видом демонстрировала одно, я получу лишь крепкий, здоровый сон.

— Вообще-то есть, в банке моего друга около сотни счетов открыто на имена замороженных людей, их банк за счет этого и существует. Размороженные ничего не помнят, у них нет документов и они не могу предъявить права на вклады, но ты то все помнишь… я пока не представляю, как восстановить твои документы…

Я лукавил, но возглас девушки прервал меня и заставил вздрогнуть, а потом, налетев на меня, полуголая красавица, повалила меня на кровать, усевшись сверху, а это мне уже нравилось.

— Ты гений, ты самый настоящий гений, как же я об этом забыла! Только мне не нужны документы, мы поступим проще, Кира вступит в наследство. Перед заморозкой, когда открывали счета, мы в банковские ячейки помещали пряди волос, ячейки связаны со счетом, это было сделано, чтоб потом не возникло проблем с установлением личности. Кира просто может выразить желание вступить в наследство средств Григорьевой Елизаветы Михайловны, в крио центре меня больше нет, а тест ДНК подтвердит наше родство и она получит мои деньги. Как думаешь, их хватит, чтоб оплатить разморозку?

Вот такой она мне нравится, глаза горят, на губах блуждает улыбка, не уверен, что ее план юридически чист, но он сработает, хотя бы потому, что банк попытается замять этот инцидент и провести его без посторонних ушей, волна родственников, требующих вручить им наследство, банкам не нужна, особенно, когда я припугну их своими адвокатами. Кира Самвэ получит Лизины деньги, при условии неразглашения информации о процедуре, умница моя. Но меня озаботило не это и я спросил, — ты доверяешь мне?

— Конечно, почему ты спрашиваешь, — женщина на мне искренне удивилась.

— Ты готова отдать все свои деньги, значит уверена в мне… мне приятно и я во всем поддержу тебя, ты не пожалеешь. А деньги, если их не хватит, я добавлю и Самвэ ни о чем не узнают. — Тонкие пальчики погладили мою щеку, повернул голову, пытаясь поцеловать ладонь, я люблю ее. Осознание простого факта ошеломило, я люблю ее.

Подсказав куда обратится миссис Самвэ, предварительно связавшись с директором банка, о моем вмешательстве не стоит знать даже Лизе, я опять оставил девушку одну, хотя, теперь она не одна, у нее есть семья, ради которой она готова на все, скоро и я стану ее частью, кольцо, с россыпью крупных бриллиантов уже лежит в сейфе.

Изменения на КМ-919 были разительными, транспортная сеть охватывала весь спутник, ко всем пяти шахтам доступ стал проще, быстрее и безопаснее.

Необходимо сделать что-то с облегчением самой добычи полезных ископаемых, и здесь мы столкнулись с главной проблемой, при столь низкой гравитации, самое современное оборудование давало сбои.

Я вызвал весь технический отдел на КМ-919 и мы на месте пытались разобраться, что можем сделать.

— Единственный выход, усилить гравитацию, возможно, тогда и искусственная атмосфера сможет закрепиться.

— А как это сделать, при столь скромных размерах спутника? — ответа не было.

Уже две недели я не был дома, сегодня вечером мы вылетаем, все, что было в наших силах, сделано, осталось дело за техниками, но они не нуждаются в моем постоянном надзоре. Рабочие довольны, объемы добычи возросли, вложенные затраты окупаются быстрее, чем я рассчитывал, по приезду стоит провести торги по излишкам, дел, как и всегда, предстоит много.

Сирена резанула по ушам.

— Господин Шиу, обвал! — несколько человек погибли в страшном происшествии, и что еще страшнее, пятерых унесло в открытый космос. Я не мог улететь, не разобравшись в произошедшем, на КМ-919 я задержался еще на полторы недели.

Космолет плавно опустился на землю, домой, я месяц не был дома, возьму выходной, отвезу Лизу на море и там сделаю предложение, надеюсь, она сразу согласится стать моей женой, хотя…она может и помучать…

А дома ждал не приятный сюрприз в лице отца, господина Кодо Шиу. — а вот и сынок вернулся, ты заставил нас понервничать, улетел так на долго и ни ответа, ни привета от тебя. А мы тебя так ждали, — зачем я потребовался отцу не трудно догадаться, а вот почему Лиза не выходит меня встречать?

Неужели отец так достал ее, что она спряталась в комнате.

— Зачем пожаловал? — отец удачно женился на матери, наследнице очень богатого и влиятельного рода, непостижимо, как мать пошла на брак с таким распущенным, неуравновешенным человеком, она погибла в аварии, дед подозревал отца, но я думаю напрасно, от смерти матери, он ничего не получил, наследником семьи стал я, а я никогда не потакал его скверным наклонностям, а проще говоря, не давал тратить деньги семьи на азартные игры и прочие развлечения, видимо в гены отца закрался какой-то сбой, мы лишены подобных скверных желаний.

— Разве любящий отец не может навестить своего дорогого сына просто так, — отличный актер, он выглядел прямо таки оскорбленным.

— Отец, я устал и совершенно не в духе.

— Конечно, конечно, сынок, тебе надо отдохнуть, мы приехали сюда, чтоб поддержать тебя, а не досаждать. Ты, наверное, очень расстроен тем, что тебя бросила размороженная девица, за которую ты заплатил целое состояние, вероломная женщина, надеюсь, ты не давал ей денег? — слова отца задели, но верить ему, последнее дело.

— Миссис Элана, где Лиза? — у нее ведь не было причины уходить от меня.

Домработница отвела глаза.

— Она ушла, хозяин.

Ушла, куда? Зачем? Как она могла оставить его?

— Куда?

— Мне это не известно, хозяин.

Миссис Элана вернулась на кухню, хотя я еще не отпускал ее, похоже женщина не желает со мной разговаривать.

— Грэг, мы едем к Самвэ! Немедленно! — вот и уют родного дома, Лиза могла пойти только к своей родне, чувствую, без отца тут не обошлось.

— Грэг, ты знаешь, почему ушла Лиза? — водитель молчал выразительно и долго, — Грэг, я тебя спрашиваю! — испытывать сейчас мое терпение было себе дороже.

— Возможно, ей не понравилось жить в одном доме с вашей невестой, — ответ ничего не прояснил, что он несет, единственная женщина, которую я хотел сделать своей невестой, сбежала от меня.

— И кто же моя невеста?

— Госпожа Неста, она приехала вместе с вашим отцом две недели назад и вовсю распоряжается в доме, — Грэг даже не пытался скрыть своего недовольства господами.

— И когда же я успел завести невесту, если все время провожу в космосе, — размышлял я вслух.

— Ваш отец подтвердил, что госпожа ваша невеста, и она очень уверенно себя держит, у нас нет причин не верить.

В маленьком домике семейства Самвэ было пусто, — я не пущу вас на порог своего дома, и вызову полицию, убирайтесь, мало вреда вы нам принесли, все отстать не можете, — дверь захлопнулась у меня перед носом, надежды на примирение с Маром Самвэ не оставалось.

Усевшись на тротуар у их дома, я задумался, как Лиза могла поверить в этот бред с невестой, или ей просто был нужен предлог, чтоб уйти от меня… но, ведь я и так обещал отпустить. Мысли хаотично сменяли друг друга, неужели все, что произошло между нами для нее ничего не значит, ведь я люблю… и что мне делать с этой любовью, оставить в покое или продолжать поиски… если я ей не нужен…

Молодой мужчина остановился возле меня.

— Вы господин Шиу? — скорее утверждал, чем спрашивал спокойный приятный голос, я поднял голову, высокий, стройный, волосы темные, а вот глаза бледные.

— Да, а вы, Тирин Самвэ? — парень кивнул, — Лиза много о вас рассказывала, очень вами гордиться, говорит, вы самый умный.

Опустившись, он присел рядом, — мы тоже все любим ее и ненавидим вас, особенно теперь.

Я лишь хмыкнул, — зачем вы пришли? Или, все же вы не поступали с той вычурной жестокостью, что рассказывала нам Лиза, она страдает.

— Я был на КМ-919, почти месяц, и никакой невесты у меня нет и никогда не было, — почему то не хотелось, чтоб этот мужчина думал обо мне плохо, — я кольцо купил, хотел предложение сделать.

— Я был прав, как то слишком показушно, только женщины существа ранимые и злопамятные, — парень ухмылялся, — Лиза с мамой в санаторий уехали, нервы лечить, вернутся через два дня, ближе к вечеру.

— Спасибо, — я был искренне благодарен и протянул Тирину руку.

— Расскажите, как там, на КМ-919.

— Жопа.

— Емко.

— Почти нет гравитации, нет атмосферы, оборудование плохо работает, а люди на износ, лететь долго, жить негде, если собираешься туда, не советую.

— Если мои женщины еще раз заговорят о моем святом долге по продолжению рода, то КМ-919 покажется мне весьма заманчивым местом…

В нашей с Лизой спальне, у огромного зеркала в шкафу, вертелась девица, тонкая шелковая сорочка топорщилась на явно не натуральной груди, если она своим видом надеялась вызвать во мне волнение, ей удалось. Схватив девицу за руку, я поволок ее прочь, не обращая внимания на то, что большую часть ступеней, она сосчитала своими коленями, на ее вопли выбежал отец.

— Айен, что ты делаешь? Сын, остановись! — и я остановился, только ненадолго.

— Вон из моего дома, — продолжив путь, аккуратно выставил девицу за дверь, все же отец прав, она женщина.

— Вон из моего дома, — отцу поблажек не будет.

— Айен!

— Это мой дом и только мой…

Девица барабанила в дверь, — господин Шиу, вы обещали, что ваш сын женится на мне, отец заплатил вам за это…

Отец побледнел, отлично, он пытался продать меня, — ты не так понял, Айен, ее отец просто просил познакомить вас, ты же все время занят своей работой, ты негде не бываешь, у тебя нет времени встречаться с женщинами, а …

— Что я тебе сказал, — мне ни сколько не было его жаль или стыдно за то, что выставляю отца из дома, за всю свою жизнь, я ничего хорошего от него не видел, — вон из моего дома.

Закрыв дверь своего кабинета, пытался успокоиться, вопли девицы, проклинавшей нас с отцом, все не стихали, наконец, хлопнула входная дверь, незваные гости покинули мой дом, а мне остается разгребать то, что они успели натворить с моей жизнью.

Тирин сказал, что Лиза приедет ближе к вечеру, но я не мог заставить себя ждать до вечера и после обеда отправился к дому Самвэ, моя Лиза натирала окно, сидела на подоконнике и натирала тряпкой стекло, странное действо, но мне нравилось все, чем бы она не занималась. Обойдя заборчик, я встал рядом, наши лица оказались на одном уровне, ее кожа немного потемнела от загара, а на носу обозначились веснушки, так и тянуло прикоснуться к ним губами.

— Вернись ко мне.

— А будущая госпожа Шиу?

— Если согласишься, ты станешь госпожой Шиу, — коробочка с кольцом прыгнула в руку, но Лиза и не глянула на нее.

— Твой отец…

— Его больше не будет в нашем доме.

— Почему, он же твой отец, это не правильно.

— Отец девицы заплатил моему, чтоб тот свел нас, я с ней даже не знаком, я люблю тебя, мне нужна только…

— Я не вернусь, прощай, Айен, — окно закрылось перед моим носом, на такой решительный отказ я не рассчитывал, мы даже не поговорили. Но сдаваться я не собирался, тихо постучал в дверь, никто не открыл, что ж, мне все слишком легко давалось, пора приложить усилия.

Айен уехал почти неделю назад и я безумно скучала, Кира согласилась подать прошение на получение наследства, но беда пришла откуда не ждали.

Тирин напрочь отказался от размораживания женщины, он запретил нам даже думать о подобном. Посовещавшись, мы с Кирой решили повременить и не давить на парня, рано или поздно, мы сможем убедить его в своей правоте, главное, что мы будем к этому готовы. Рассмотрение прошения займет 30 дней, и нам остается лишь ждать.

Пообщавшись с Кирой и пройдясь по магазинам, я вернулась домой, особняк Айена уже стал и моим домом. Эммет предложил легкий ланч, я не смогла отказаться, он великий повар. Распивая чай с миссис Эланой, Грэгом и Эмметом, я очень удивилась, появлению гостей.

Эффектная, высокая девушка в плотно облегающем фигуру ярком платье, с копной длинных коричневых волос, вплыла в гостиную, — как то все просто, мне такое не по вкусу, сюда, — она указала на место за диваном, — нужна золотая ваза, сюда, — стена между красивых арочных окон, что сами по себе являлись украшением, — картина, я видела несколько стоящих на аукционе, дорого, конечно, но мы с Шиу можем себе это позволить.

— Конечно, дорогая, ты украсишь это холостяцкое убежище по своему безупречному вкусу, — заинтересовавшись девушкой, я не заметила мужчину, что вошел вслед за ней и по-хозяйски развалился в кресле.

— А вот и домочадцы, знакомься Ирма, — мужчина среднего возраста, с припухшим лицом, в какой то нелепой бирюзовой рубахе и с золотой толстой цепью на шее и запястьях рук, коими он махнул на нас с ребятами и миссис Эланой, — Эммет Квин, знаменитый повар Айена, миссис Оливия Элана, домработница, водитель, как там тебя?

— Грэг, господин Шиу, — Грэг назвал гостя господином Шиу, значит это отец Айена, они совершенно не похожи.

— А кто эта? — палец красотки, совершенно не воспитанным образом указал на меня, и пока я собиралась ответить, девица высказала свое мнение, — любовница, в моем доме подобным женщинам не место, так что вам, милочка, придется покинуть дом моего жениха.

— Господин Шиу не предупреждал нас о приезде невесты, — миссис Элана была взволнована не меньше моего.

— А что, мой сын всегда отчитывается о своих действиях перед прислугой?

Они с госпожой Неста скоро поженятся, так что, в ваших интересах понравиться будущей хозяйке, — дама довольно поглядывала на нас.

Была ли я раздавлена, это слишком мягко сказано, я была просто уничтожена. Я знала, что всего лишь любовница, знала, что он богат и мы не ровня, знала, только от этого не легче. Моя счастливая сказка закончилась, а прекрасный принц оказался подлым лицемером, даже не счел нужным лично сообщить мне о невесте. Здравствуй суровая реальность, господин Шиу развлекся с экзотической для своего времени мной, и решил остепениться, женившись на генетически улучшенной женщине своего круга, одобренной родителями, он делал все правильно, это я дура, полная дура. За те несколько месяцев, что мы провели вместе, я видела от него только добро и как-то само собой вышло, что я полюбила Айена Шиу, даже зная, что будущего у нас нет.

Он ничего мне не сказал, улетая в командировку рано утром, он нежно прижался к моим губам и шепнул, — я скоро вернусь, жди меня, милая.

И я ждала, пока не пришли они… Терпеть еще больше унижения я не стану, да и досаждать Айену не собираюсь, у меня еще осталась гордость, тихо собрав некоторые вещи, я ушла. Даже сил прощаться ни с кем не было, я сбежала.

Дорогу до дома Киры я знала, на машине она занимала около сорока минут, пешком я шла около пяти часов, два раза заплутав, но все же я дошла, к счастью, семья Самвэ еще не спала.

— Лиза? Входи, что произошло? — я устала, еле держалась на ногах, рухнула на диванчик и призналась.

— Господин Шиу скоро жениться, думаю, мне как то не прилично жить в одном доме с его невестой.

Кира принялась меня утешать, Мар проклинать Айена, только Тирин был спокоен, — как то странно все это выглядит, сомневаюсь, что господин Шиу стал бы скрывать свои планы относительно женитьбы, возможно, эта невеста просто обманщица.

— Нет, Тирин, его отец подтвердил, она невеста Шиу.

— Все не важно, тебе надо забыть о нем, — Мар, как всегда суров и сух, — ты останешься с нами, все таки не чужая, — вот так просто меня приняли в семью. С трудом сдерживаемые слезы, все же покатились по щекам, Мар, как же моей Кире повезло с тобой, пусть ты не самый удачливый делец и обходительный кавалер, но ты человек с большим сердцем, в котором нашлось место и для меня.

Время тянулось бесконечно долго, я тосковала по Айену, сколько бы не убеждала себя забыть о нем, выбросить из головы…

— Лиз, Мару предложили две путевки в санаторий на море, он поехать не может, — стоявший тут же в гостиной Мар, усиленно кивал на каждое слово жены, — жаль, если они пропадут, — конечно жаль, я сразу поняла куда клонят два заговорщика, они так стараются для меня, не стоит их разочаровывать, — мы поедем вместе с тобой, хорошо?

— Конечно, — я искренне улыбалась, — я люблю море и не была на нем, лет двести, мне не повредит, — семейство развеселилось, шутка удалась, море, а ведь Айен обещал отвести меня на море…

Пальмы и песок, легкий соленый ветерок треплет волосы и цветные тенты, райское место, как же здесь хорошо. Под руку с Кирой, мы неспешно прогуливались по извилистым тропкам средь зеленых изгородей и цветущих, ароматных кустов, нас с Кирой часто принимали за мать и дочь, некоторое время, мы честно пытались уверить всех, что это не так, а потом и нас затянула игра в семью. Да и мое отношение к Кире изменилось, щемящая сердце нежность к ребенку ушла, Кира лучше меня разбиралась в жизни, и я все чаще стала прислушиваться к ее мнению.

— А если Тирин прав и господин Шиу попросит тебя вернуться? Ведь он нравиться тебе, я вижу, как ты тоскуешь…

— Я забуду о нем и стану жить дальше, постараюсь забыть…

Мы вернулись немного раньше, в доме никого не было и я решила помыть окна в гостиной, сидя на подоконнике, натирала их до прозрачности, ох уж эти разводы, но я старалась сделать все к приходу Киры.

Машина Айена остановилась возле нашего дома, как всегда элегантный мужчина обогнул заборчик и подошел ко мне, а он побледнел и под глазами залегли тени, видимо командировка была не из легких.

— Вернись…

— Нет, — я не могу вернуться, не могу жить так, как этого хочет Айен. За прошедший месяц, я вспомнила всю свою жизнь, свои мысли, мечты… роль женщины при богатом мужчине не для меня, я так не хочу…

И Айен отступил, по крайней мере, я так решила, мыть окна больше не было сил, я рыдала в своей комнате, прижав к груди подушку, я не нужна ему, сама просила оставить меня в покое и теперь рыдаю из-за того, что мужчина меня послушал.

Наш дом превратился в цветник, перевязанные красными летками коробки завалили комнаты, Айен ухаживал с размахом, каждый вечер под окнами у домика Самвэ устраивался настоящий концерт.

— Это лучшие певцы современности, — с восхищением шептала Кира, Мар был как всегда не доволен, один Тирин посмеивался, — может билеты продавать будем.

Через две недели я не выдержала, Айен стоял в бежевом костюме и розовой сорочке с расстегнутым воротом, такой красивый, такой особенный, на лице мужчины расцвела улыбка при виде меня.

— Айен хватит, мне все это не нравится, просто отпусти, — он молчал, но взгляд леденел с каждым моим словом, и Айен Шиу ушел, больше о нем я не слышала. Кира иногда рассказывала мне о том, что читала про господина Шиу в новостях, а я всеми силами старалась забыть.

Первые несколько месяцев было особенно тяжело, я искала Айена взглядом, казалось, ощущала его запах, как же часто, лежа без сна в темноте своей спальни, я мечтала ощутить прикосновение его рук, тяжесть тела…, потом стало легче, и, как ни странно, помог мне опять же Мар.

После разорения их компании, Мар долго не мог прийти в себя, потом, ради сына он устроился на работу охранником в большой торговый центр, неподалеку от его кабинки, где он следил за мониторами и показателями датчиков, располагался огромный магазин одежды, директор никак не мог подобрать рекламу для своих витрин, они сотрудничали с несколькими рекламными агентствами, но, увы, меняли рекламу каждую неделю, всякий раз оставаясь недовольными. Об этом уже несколько месяцев, шутя нам рассказывал Мар, и в один из дней, я поделилась с ним воспоминаниями о том, какой была реклама в мое время. Мар донес эти идеи до администрации магазина, а те до своего привередливого директора, и они ему безумно понравились, а затем сработал эффект сарафанного радио и практически весь не маленький торговый центр стала обслуживать я. Идеальная работа, креативная и интересная, некоторые идеи я генерировала сама, но большинство, просто брала из своих воспоминаний, наниматели корректировали их под современные реалии и все шло на ура. Избыток свободного времени ушел в прошлое, хороший доход и моральное удовлетворение от того, что я снова стала независимой.

Закружившись в житейской суете, я не заметила, как пролетел год с моего пробуждения, Кира получила мое наследство, правда ей пришлось подписать документы о неразглашение, на мой взгляд не справедливо это, размороженные имеют право на собственные деньги и на независимость, что они дают. Тирин по прежнему и слушать не хотел о покупке замороженной девушки, парень всецело был занят наукой, я пыталась развлечь его, но оказалось, что для него выход в свет, сродни пытки, а пытать свою кровиночку, я уж точно не желала.

— Я улетаю в командировку, это надолго, буду внимателен и осторожен, — я стояла в двери дома, открывая и закрывая рот, не успевая ничего спросить у Тирина, стоявшего передо мной с дорожной сумкой в руках. Эти командировки начались полгода назад и Тирин ничего нам о них не рассказывал, но глаза парня горели и мы могли лишь радоваться и молиться о его благополучии.

— Удачи, — чмокнув меня в щеку, молодой человек убежал, да и мне стоять некогда. Пора собираться на свидание, а их у меня было не мало с тех пор, как я начала работать в торговом центре. Кстати, официально, работала на них Кира, а меня по-прежнему не существовало, но это никого не смущало и такая красотка как я, неизменно вызывала интерес свободной части мужчин нашего центра. А я и правда оказалась красивой, возможно не такой красивой, сколько яркой и интригующей, так не похожей на остальных женщин с их бледной кожей, белыми волосами и бесцветными глазами, но мужским вниманием была не обделена. Генетически улучшенные люди встречались редко, или просто в наш центр они не захаживали, полукровки, это я их так стала называть, чаще, но и они не были сильно распространены, так что, не обратить на меня внимание было сложно и мне это порядком надоело.

Вот и сегодня, свидание с управляющим обувного магазина, три месяца назад, я разработала для них рекламный слоган и картинку в витрину, они были довольны. И вот, сегодня тот самый управляющий, подошел ко мне и предложил встретиться в ресторане и обсудить новую рекламу, ага, будто меня первый раз так заманивают на свидание. Я уже хотела отказать, работаю я только в дневное время и только в здании ТЦ, но последнее время я стала все чаще вспоминать Айена, и чтоб развеяться, согласилась, да и мистер Фин Слаур был довольно приятным мужчиной.

В ресторан я пришла сама, мы выбрали место неподалеку от места работы, а мы с Самвэ жили от него через три улицы, погода, как всегда изумительна, юг Франции это не Сибирь. Еда оказалась вкусной, Фин образованным и достаточно эрудированным, вежливым мужчиной, вечер пролетел незаметно, на одной приподнятой ноте.

— Спасибо за удивительный вечер, — Фин отвез меня к дому Самвэ и сейчас мы стояли на крыльце и никак не могли расстаться.

— Вам спасибо, — в очередной раз сказала я, заглядывая в такие прозрачные бледные глаза, а я стала привыкать к ним.

Наконец мы расстались, договорившись встретиться вновь и вновь и вновь…

В доме было тихо и пусто, Киру и Мара мы с Тирином, совместными усилиями отправили отдыхать, они так много для меня сделали, я никогда не смогу отплатить этим людям, принявшим меня в свою семью. Тирин еще не вернулся из своей затяжной командировки, я была одна. Закрыв дверь, привалилась к ней спиной, стараясь перевести дух, уже три недели мы с Фиом встречаемся, мужчина мне нравилось, его всегда галантное отношение располагало, только сегодня он предложил мне стать его женщиной и попытался поцеловать, я будто впала в ступор. Я не смогла, я не хотела, мне была едва ли не противна близость мужчины, еще минуту назад казавшегося милым. Запаниковав, я сбежала, детская выходка, знаю…

Не запертая дверь за моей спиной дернулась, о нет, Фин же не может пытаться вломиться в чужой дом, дверь толкнули так сильно, что отлетев, я освободила проход, с трудом удержав равновесие.

— Лиза? Прости, можно войти? — о, Тирин, это он пытается открыть дверь, я выдохнула с облегчением.

— Конечно, прости, я что-то замечталась, — пытаясь взять себя в руки, я отошла от двери и обернулась, чтоб как следует поприветствовать мужчину вернувшегося домой, Тирин был не один, за его спиной стоял мой ночной кошмар, Айен Шиу.

— Лиз, накормишь? Мы только с корабля, — Тирин указал на вошедшего за ним Айена, неужели наш мальчик работает на СУЛРО.

— Вы летали на КМ-919? — вспомнила я о частых командировках Айена, когда мы жили вместе. Такой бледный и утомленный, он еще сильнее похудел, но по прежнему, самый родной и желанный мужчина коротко кивнул в ответ, а я поскорее отвела взгляд, больно видеть его и знать, что он не мой, хотя моим он никогда и не был.

— Ты такая красивая сегодня, на свидание ходила? — Тирин не чувствовал никакого напряжения и уже расправлял над столом какие то многомерные чертежи, странно зачем он привел Айена к нам, они могли все обсудить пока летели вместе.

Стараясь даже не смотреть в сторону мужчин, я пошла греть еду, мой долг накормить потомство, даже если потомство два метра ростом и ему почти 35 лет. Накрыв на стол, вернулась в гостиную, мужчины что-то сосредоточенно обсуждали, и Тирин вносил изменения в свой чертеж.

— Эта подушка позволит увеличить нагрузку на 3 %, соответственно, объем можно добавить на 10 мл.р.с., а если добавить такую подушка на каждый срез, это даст почти 10 %, - Тирин дорисовывал красным цветом вставки между швами какого-то сооружения, он же не строитель, но создает явно архитектурную модель, — только удорожание проекта тоже выйдет не малым, могу провести расчеты.

— Это не к спеху, конструкция станет надежнее?

— Не просто надежнее, она станет долговременной, частичный демонтаж и замена деталей станет реальнее, — Тирин выглядел таким серьезным, а на Шиу я старалась даже не смотреть.

— Я согласен, когда будет готов новый проект?

— Мне нужно дня три для точных расчетов.

— У тебя есть неделя… — Айен замолк глядя на меня, все так же стоящую в дверях, я слушала мужчин и не решалась их прервать, вид умных людей, занятых делом, всегда приятен.

— Ужин на столе…

— Спасибо, Тирин, мне пора, — поднявшись, господин Шиу собрался покинуть нас, я против этого не возражала.

— Господин Шиу, поужинайте с нами, — зачем, я стонала молча, зачем Тирин остановил его, — Лиза старалась, — замечательно, это еще и ради меня.

Развернувшись, пошла на кухню, доставать еще один прибор, мужчины не заставили себя ждать. А Тирин расцвел, интересная работа, что позволила раскрыться его таланту и его знаниям, сделала парня уверенным в себе, за одно это я уже была благодарна господину Шиу.

Было даже приятно вот так сидеть с ними на маленькой уютной кухне, и смотреть на этих с аппетитом уплетающих мою стряпню мужчин.

— Спасибо, Лизонька, так все вкусно, — унося свою тарелку в раковину, Тирин поцеловал меня в щеку, — хорошо дома, я спать. Господин Шиу, — коротко кивнув Айену, Тирин ушел. Просто взял и вышел, оставив меня наедине с генетически улучшенным, красивым мужчиной, на которого мне и смотреть трудно.

— Чай?

— Мне уйти? — как же он все понимает.

— Нет, — руки дрожали, но чай я все же смогла налить и поставила на стол перед ним и смотрела, как мой, уже не мой мужчина, не торопясь пьет мой чай.

— Тирин сказал, ты работаешь в рекламе и у тебя это хорошо получается…

— Я только вспоминаю, что было… — не собиралась я приписывать себе незаслуженную славу, — это легко. — ты молодец.

Айен не стал задерживаться, едва чашка опустела, он любезно поблагодарил меня и пошел к выходу, вот уже и входная дверь открыта, я с честью выдержала эту встречу, я могу собой гордиться…

Крепкие руки прижали меня к дверному косяку, и я хотела этого, хотела его объятий… знакомый запах ударил в нос, кровь закипела в жилах от прикосновения его рук и губ.

— Вернись ко мне, ты мне так нужна… — он и правда шептал это, или мое воображение вложило в его губы то, что я желала услышать.

Тело выгнулась ему на встречу, поцелуи сводили с ума не меньше слов, я хотела его, здесь и сейчас, всегда…

— Нет.

Что же все это было? Ее тело в моих руках отвечало на ласки, легкий стон, что снится мне ночами, срывался с желанных губ.

— Нет.

Почему нет, опять нет, она не готова, значит еще не время, но сколько же можно, сколько еще…

Тирин часто говорил мне о Лизе, она прижилась в своей новой семье, счастлива, живет своей жизнью, без него. Я не решаюсь спрашивать о ней, а Тирин все понимает, и говорит, говорит то, о чем мне и слушать больно…

С Лизиным потомком нас свел случай, или я сам сделал выбор в пользу НИИ в котором трудился господин Самвэ, ведь я знал, что парень изучает гравитацию и просто понадеялся, что работая с ним, буду ближе к своей любимой. Лиза не преувеличивала заслуг своего родича, Тирин оказался умен, думал и действовал не стандартно, это и приносило успех нашей затее.

КМ-919 уже стал самым плодотворным вложением СУЛРО, а когда проект Тирина будет доведен до конца, мы выйдем на новый уровень. На крохотном спутнике далекой планеты можно будет комфортно жить, на сегодняшний день, это практически фантастика, которую мы превратим в реальность.

Тонкая синяя полоска на белой блузке подчеркивала серо-голубые глаза и добавляла яркости и так броской красоте, отпустить… оттолкни ты меня сразу, отвернись, уклонись от прикосновения, возможно я бы смог отпустить… но мы хотим одного, и теперь я просто не могу…

— Господин Шиу, у нас проблемы, — почему никогда не бывает все просто, немного ослабив тугой узел галстука, я пошел решать очередную проблему, разве это проблема, вот когда любимая женщина хочет быть с тобой, но не соглашается, вот это проблема.

КМ-919, голубой, немного отсвечивающий в темноте шарик, еще немного и можно будет увидеть тот купол, что СУЛРО возводит вокруг спутника.

Масштабный, дорогой и беспрецедентный проект, создание искусственной гравитации, именно она не дает все этой конструкции улететь в безграничное космическое пространство, еще немного и мы наполним купол газовой смесью, близкой по составу с воздухом, которым мы дышим на Земле, искусственная атмосфера.

— Это ваша заслуга, господин Шиу, — Тирин смотрел в том же направлении, что и я, все это было моей заслугой в значительно меньшей степени, чем его и тех ребят, что трудятся на КМ-919.

— Я горжусь этим, а заслуга, моя заслуга это наличие денег и возможностей, — ни умолять, ни завышать свой вклад я не собирался.

— Смелось…ваш главный вклад… и я тоже горжусь.

Личный контроль творит чудеса, работы шли точно по графику, небольшие недочеты технического плана, компенсировались смекалкой рабочих. Скорее всего, это мой последний полет на КМ-919, мое постоянное присутствие больше не требуется, и я не могу отвести взгляд от шара висящего в космосе, черное пространство затягивает… Как же я хочу показать тебе, Лиза, все эту безбрежную красоту…

Сам не знаю почему, но со спутника я улетал с тяжелым сердцем, возможно, просто сроднился с ним, а что более вероятно, понимал, что больше ничто не сможет так отвлечь меня от одиночества, как он, я останусь один на один со своей утратой.

— С возвращением, хозяин! — миссис Элана вышла мне на встречу, всегда прямая и довольно упрямая женщина, нерешительно мяла в руках полотенце, — господин Айен, с вами пытались связаться из центра обслуживающего здоровья господ, у них ваш отец… у господина Кодо отказали легкие.

— Что за бред, мы не болеем, вообще. Это его очередная уловка по выманиванию денег, мне нет до этого ни какого дела, — миссис Элана хотела возразить, но, так ничего и не сказала.

Моя жизнь слилась в одни сплошные серые будни Ашер Виллард пытался меня развлечь, банк его семьи был очень взволнован тем, что родственники одной из некогда замороженных вкладчиков затребовали свое наследство, если и другие смогут доказать свое родство с замороженными, их банк это просто разорит. С Симоном Милле я почти не встречался, он не одобрял мое решение позволить Лизе все вспомнить, а Алин и вовсе смотрела на меня так, будто это я бросил любимую, а не она меня. Симон как то обмолвился, что женщины продолжают встречаться и, по мнению Алин, Лиза все еще меня любит… будто мне от этого легче.

Больше всего меня расстраивало, что после окончания работ на КМ-919 у меня не будет повода видеться с Тирином, кто мне будет рассказывать про Лизу, хотя…

— Элиот, приобрети НИИ Г и ЗТ, да, то самое, что сотрудничает с нами по проекту КМ-919 и будь бодр, сделай это немедленно.

Финансовый директор исполнил мое приказание, я не хотел отпускать Тирина, но все же чутье никогда меня не подводило, мой эгоистичный поступок принес СУЛРО выгоду и мы не упустили своего.

За успехом наших работ на КМ-919 следил весь мир, я получил уже несколько заказов от других добывающих компаний, мы первопроходцы в этой области и думаю, я имею право дать СУЛРО фору в год, за это время, НИИ оформит всю необходимую документацию и подгонит расчеты.

А мне надо как то жить…

— Дурак ты, Айен, — Ашер Виллард никогда не отичался особым тактом, — столько денег за нее отвалил и отпустил на все четыре стороны, — это настолько не давало другу покоя, что его не могли отвлечь даже танцовщицы, с густо накрашенными лицами, ни разноцветные, наверняка ядовитые коктейли в высоких бокалах, — вот какой ты друг после этого! Не нужна тебе стала девка, отдал бы ее мне, — опрокинув в себя желто-зелененое содержимое довольно большого бокала, Ашер продолжил монолог, — уж поверь, от меня бы эта цыпочка и не подумала уходить.

Наш вечер пора завершать, Ашер пьян, как он может сознательно травить себя этой гадостью, оставить его одного здесь я не могу, придется уговорить поехать со мной, а это не так просто.

— Давай возьмем с собой этих девок! — друг уже совершенно себя не контролировал и поэтому орал на весь зал, — конечно, возьмем, конечно…

— А выпить? Ты взял еще выпить? — конечно, взял, конечно…

На мое счастье, в машине Ашер мгновенно вырубился, сгрузив его тяжелое тело на диван, я поспешил удалиться. Мне его не понять, и, впервые, я задумался о том, что возможно зря. Ашер, наследник властного и жестокого банковского магната, его жизнь можно назвать безоблачной, только если смотреть со стороны, мужчине нелегко соответствовать требованиям времени и родителя, но Ашеру, при всем его бунтарстве, это как то удается.

Возможно, друг просто нашел, как выпускать пар, его загулы, это способ снять напряжение, которое я снимать как раз и не умею, просто не знаю, как… так что, не мне осуждать Ашера.

Мои дни тянулись бесконечно, как же я жил до встречи с ней и как мне жить дальше…

Уперевшись лбом в огромное окно в моем кабинете, я тяжело вздохнул, не хочу я жить без нее… Дела подождут, а жизнь проходит… похищение… идея пришла мгновенно и я не стал над ней раздумывать, несколько звонков и через час передо мной отчитались, девушка доставлена на корабль, что ждет меня, чтоб отправиться в полет к КМ-919, а дальше просто не куда, уже заскакивая внутрь космолета, я набрал Тирина.

— Тирин, это Айен Шиу, я увожу Лизу на КМ-919.

В ответ тишина, я даже замер на ступенях, — а она согласна?

— Надеюсь, у меня будет несколько дней, чтоб добиться ее согласия, — решил, что правда, лучший способ общения и сказал то, что думал.

— Удачи, — а я думал, Тирин Самвэ будет возмущен моим произволом в отношении его родственницы.

Лиза стояла у иллюминатора в моей комфортной каюте, платье приятного зеленого цвета заканчивалось на середине икры ее красивых стройных ножек, каштановые волосы, с концами закрученными внутрь, опускались на спинку, миниатюрная яркая женщина, она была напугана, но, едва увидев меня, пересекла комнату и, прижалась всем телом, крепко обняв.

— Айен, слава богу, я не знала, что происходит, меня схватили, никто ни слова не сказал, — я гладил ее спину и наслаждался родным запахом и нежным голосом любимой женщины, — что происходит, Айен?

Первая волна облегчения от встречи со мной схлынула, серые глаза сузились, в них появилось понимание, сменяющееся недоверием и тревогой.

— Полетишь со мной на КМ-919? — а что мне сказать, что я похитил ее, что я хочу быть с ней, что я болван… Именно в этот момент, мягко покачиваясь, наш челнок поднялся в воздух.

— А у меня есть выбор? — жестко, но справедливо, отвернувшись, Лиза вернулась к округлому окну, плечи девушки поникли, чего же я жду.

Скользнув ладонями от запястья вверх, аккуратно положил руки на предплечья, и прижался к ней со спины, — я очень люблю тебя! Мне жизнь не в радость с тех пор, как ты ушла, и я не знаю, что мне сделать, чтоб вернуть тебя…

Я ждал от нее хоть слова, но она стояла все так же замерев, не сводя глаз с размытых картин за окном, — я никогда не наврежу тебе, дай мне шанс, всего несколько дней, этот полет на КМ-919, все же я обещал тебе полет в космос.

Если вернувшись на Землю, ты по-прежнему не захочешь меня видеть, я исчезну из твоей жизни, но эту неделю, давай проведем вместе.

— Нет! — у меня внутри все замерло, за окном стемнело и в стекле отразилось лицо девушки, губы сурово сомкнуты, а в глазах слезы от моего предательства, — ты даже не спросил моего мнения, Айен, тебе на меня плевать, тебя волнует лишь то, что плохо тебе самому. А может мне хорошо без тебя, может я счастлива…

Я старался вдыхать как можно глубже, чтоб заглушить злость и ревность, что бурлила во мне от ее слов, счастлива без меня, с тем мерзким продавцом обуви, он сделал ей предложение, и Лизин ответ очевиден, она счастлива с ним. Прийти в себя все не получалось, — очень жаль, придется недельку пострадать с моем противном обществе, — дверь неслышно задвинулась за моей спиной. Корабль сделан из самых прочных, современных материалов, но внутренняя обшивка почему то треснула, под ударами моих кулаков.

Почему я вообще думал, что у нас есть шанс, Лиза ушла от меня из-за недоразумения, из-за заблуждения в которое ввел ее мой отец, но я все объяснил, а она так и не вернулась. Просто я ей не нужен! Как не нужна и моя любовь, глупое непродуктивное чувство!

Запищала панель на стене коридора, три секунды и четыре человека бегут в мою сторону, похоже я повредил проводку.

— Хозяин? Вы руки поранили, — капитан Харис оказался очень тактичным человеком, — пройдите в медотсек, — и не слова о том, что я испортил корабль, — Герр, займись повреждениями, — вся молча занялись своими прямыми обязанностями, а я пошел в медотсек, мне все равно больше некуда пойти, в моей каюте девушка, что не желает меня видеть.

— Господин Шиу, ужин для вашей гостьи подать в каюту? — капитан Харис опустил глаза, вся команда видела, как девушку доставили на корабль, и все понимали, что она не гостья, а пленница. Мужчине было это не по нраву, но я хозяин корабля и капитан молчит о своем отношении к происходящему.

— Не знаю, спросите у нее сами, капитан, — а в медотсеке не плохо, доктор Золтер ушел, оставив меня с перевязанной рукой в одиночестве, так что, могу считать эту твердую белую кушетку моей каютой на время этого путешествия. Откинувшись на узкой и короткой кушетке, я лежал и старался ни о чем не думать, я не захватил с собой ничего, что помогло бы мне скоротать время, ведь я собирался проводить его с любимой.

— Господин Шиу, стол накрыт.

Аппетита у меня совершенно не было и ужинать в каюткомпании я не собирался, но при попытке перевернуть на бок, едва не упал со своего ложа и решил сходить, там всяко будет лучше, чем здесь. Веселый смех капитана Хариса застал меня на подходе к каюткомпании, где повар накрыл стол для всей команды, а я думал, что Харис суровый, неулыбчивый мужик. Дверь отъехала в сторону, Лиза сидела за столом с шестью мужчинами и что-то тихо говорила, от чего покорители космоса улыбались, а Харис задорно хохотал.

Мое появление никого не обрадовало, Лиза нахмурилась и принялась с преувеличенным интересом разглядывать содержимое своей тарелки.

— Господин Шиу, я подогрею для вас, — наш повар уже начал подыматься из-за стола.

— Не стоит, я и так поем, — хлопнув Ирга по спине, опустился на свободный стул и присоединился к трапезе. Вкуса я не чувствовал, просто сидел и глотал, чтоб не привлекать к себе внимания.

— Лиза, а как же алкоголь, сигареты, наркотики? Их тоже рекламировали?

Они же один вред приносят, — доктор Золтер вернулся к беседе, прерванной моим появлением.

— Наркотики и в мое время были запрещены, а алкоголь и сигареты, да, особенно по вечерам. Их рекламировали и по ТВ и в журналах, — Лиза рассказывала какие рекламные ролики стимулировали людей на покупку этой отравы, над некоторыми мы смеялись, доктор негодовал, от этого мы смеялись еще сильнее.

Ужин давно закончился, но команда не расходилась, кто-то предложил поиграть, крокодил, какое смешное слово, Лиза рассказывала о правилах, просто нужно объяснять слова. Разбились на две команды, Лиза и Ирг, капитан Харис и Франсу Несс, Герра отправили проверить курс и системы корабля, он был недоволен и даже не стал скрывать этого, я, доктор и первый помощник Джередан Во остались просто наблюдать.

Веселая игра, но она сложнее, чем я думал, вот как угадать слово «фиалка», «кокетка», особенно забавно Лиза пыталась объяснять технические термины, которые загадывали ей участники команды-противника, она даже не знала, что объясняет. Было здорово.

— Я тоже хочу, — вернувшийся Герр не отличался спокойствием и пары сменились, Лиза и Герр, против Во и Несса, мы с доктором отказались, да нас особо и не уговаривали, а капитан пошел следить за кораблем.

Чудесный вечер, вот так же и дома, Лиза с Грэгом всегда устраивали забавы и втягивали в них Эммета, без этого дома теперь тихо, слишком тихо и уныло… Я тоже присоединился к игре, но в одной команде с Лизой так и не побывал, Герр заявил, что только Лиза его понимает и отказался меняться партнерами, я не осмелился возражать.

— Пора отдыхать! — приказ капитана, никто не сказал ни слова, дисциплина, но я видел по глазам окружающих, им как и мне не хотелось покидать эту, как никогда уютную каюткомпанию.

Я шел по коридору в свою каюту, понимая, что должен пойти в медотсек, но все так же продолжал идти вслед за девушкой. Дверь плавно отъехала в бок, Лиза входит, на пятках разворачиваясь ко мне, и я шагаю за ней, протягиваю руки и заключаю в объятия, опьяняющие поцелуи, сброшенная рубашка, сначала моя, а потом и ее. Жесткая кровать под моей спиной и волна ее немного отросших, волнистых волос ложиться вокруг моего лица.

— Я хочу быть с тобой, — шепот или моя фантазия, — хочу быть твоей, давай будем вместе, но только в космосе, — она сама наклоняется и касается моих губ, тягучие поцелуи сменяют друг друга, не сдерживаясь более, подминаю девушку под себя.

— Всегда, — высказываю то, что думаю, пусть даже моей мечте.

— Нам же хорошо вместе, почему ты отталкиваешь меня, — как же я скучал по нашей близости и вот по таким моментам, когда утомленная Лиза просто лежит на моей руке, прижатая к моему боку, теплая и родная, моя…

— Мы не пара, Айен, тебе нужна такая, как та твоя невеста, — рисуя ноготком на моей груди, обнаженная девушка тяжело вздохнула.

— Она никогда не была моей невестой, я даже не знаком с ней, — попытался все объяснить, может в прошлый раз она не так поняла, может у меня еще есть надежда.

— Ты говорил, но не она, значит, другая будет, достойная тебя женщина. — какая глупость, ты, единственная женщина, что нужна мне, — мягкие губы закрыли мне рот, она не хочет говорить об этом, пойду на встречу, у нас еще есть время, я дам ей почувствовать свою любовь, только это сможет удержать эту женщину рядом со мной.

Утро я встретил в пустой постели, а ведь у меня были планы на это утро, завтрак я собирался принести Лизе прямо в постель, чтоб не выпускать из кровати минимум до обеда, но возможно, так лучше. Быстро собравшись, вышел в каюткомпанию, команда завтракала, а Лиза отводила глаза, старалась смотреть везде, кроме меня, ее щечки порозовели, значит, ночь прошла не напрасно.

Герр и Лиза опять играли в какую-то игру, я очень хотел присоединиться, но они так веселились, что я не рискнул, видеть Лизу счастливой так приятно.

Только ребята слишком разошлись и, отступая, Лиза оступилась и стала заваливаться на спину, я не мог этого допустить. Острый угол стола впился в спину, хорошо, что это моя спина, Лиза могла сильно пораниться.

Он украл меня, это он, как Айен смеет просить меня о чем-то и какой же надо быть дурой, чтоб наслаждаться каждым мгновением проведенным с ним, стыдясь признаться самой себе, я не хотела, чтоб это приключение заканчивалось, я не хотела возвращаться домой, не хотела давать ответ Фину.

Как бы я не отрицала, но я жила Айеном, чувствовала вкус жизни только рядом с ним.

С Фином мы встречаемся уже четыре месяца, не так уж и долго, но Фин хотел серьезных отношений, он предложил мне переехать к нему. Мужчина нравился мне, он был довольно внимательным и заботливым, не лез в душу, довольствовался тем, что я могу ему дать, только я не могла даже представить наши поцелуи, ни говоря уж о большем. С Айеном все было по другому, его ласк я ждала, о них мечтала, но что-то не давало мне отринуть все сомнения и попытаться стать счастливой с единственным мужчиной, которого я хотела.

Все утро я не находила себе места, взгляд Айена будто прожигал, я нервничала и никак не могла взять себя в руки. Оступившись, повалилась прямо на мужчину, что занимал все мои мысли, его крепкие руки бережно обхватили талию и прижали к себе. Неловко поднявшись с пола, я поняла, почему оказалась на Айене, он спас меня от падения на угол стола, встал между мной и столом.

— Ох! Как ты? Тебе больно? — конечно, ему больно, только вот он принялся яростно трясти головой, упрямец. Еле уговорила пойти к доктору.

— Сильный ушиб, — констатировал доктор, перетягивая грудную клетку Айена какой — то эластичной тканью, закрепившейся так, что я не видела стыка, — зря фиксатор трачу, через два часа и так все рассосется, — доктор был не доволен нашим ажиотажем, — но, чтоб тебе было спокойнее, Лизонька, сделаю.

— Какие рекомендации дадите, доктор?

— Никаких, у него, — доктор ткнул в пациента, Айен сидел на высокой кушетке, обнаженный по пояс, с перебинтованной грудью, и переводил взгляд с меня на доктора, — такая хорошая регенерация, даже переломы срастаются за неделю, а тут просто ушиб. — Доктор даже рукой махнул, но тут же погрозил пальцем, почему то мне, — если б ты снизу оказалась, так легко бы не отделалась.

Доктору Золтеру я, конечно, верила, но на всякий случай увела Айена в каюту, мужчина был на удивление покладистым и совсем не спорил.

— Спасибо, ты пострадал из-за меня.

— Ты же моя женщина, защищать тебя моя обязанность, даже от стола, — я смотрела на пострадавшего с улыбкой, настоящий рыцарь.

Все день я старалась ухаживать за моим героем, томно вздыхая, Айен принял из моих рук чашку с чаем, на которую я старательно подула.

— С ним давно все в порядке, господин Шиу просто симулирует, чтоб ты порхала возле него, — все уже давно поняли, что это просто игра, но удовольствия от нее получал не только Айен.

— Милая, проснись, — нежные поцелуи покрывали мою шею и лицо, — милая, я давно хотел показать тебе это, проснись, пожалуйста.

С трудом открыв глаза, я ухватилась за протянутую руку и, поднявшись с теплой постели, потянулась всем телом, чем вызвала поглаживания в области груди, Айен ухмыльнулся, — невозможно удержаться.

Мужчина подвел меня к иллюминатору, обняв сзади и тесно прижавшись, Айен кивнул на пустоту за окном.

— Скоро появится, каждый раз, прилетая сюда, я мечтал, что однажды покажу это тебе. Я люблю тебя, милая.

Голубоватая точка возникла в кромешной темноте безбрежного пространства, стремительно приближаясь, она превращалась в шар, одиноко висящий в пустоте голубой шар. Зрелище, захватывающее дух, вызывающее вселенскую тоску. Слезы покатились по лицу.

— Спасибо, — шепнула я по прежнему нежно обнимающему меня мужчине, — это так красиво и так грустно… это…

Айен прижимал меня еще крепче, а мне не хотелось шевелиться, было так правильно с ним смотреть на голубой шар… Нашему кораблю потребовалось всего два часа, чтоб из едва видимой точки, самый дальний спутник Юпитера превратился во вполне себе надежное небесное тело, на нем даже стала различима рукотворная конструкция.

— Это и есть купол, что разработал Тирин Самвэ, он удерживается креплениями и искусственной гравитацией, главным достижением Тирина, под этот купол мы накачали искусственную атмосферу, это все заслуга твоего потомка.

— Это твоя заслуга, Айен, но мне приятно, что ты отметил умение Тирина, я его очень люблю. — Рука мужчины отводила волосы, опускавшиеся мне на лицо, смотреть на его склоненное улыбающееся лицо было всем, чего я хотела в этой жизни.

— Поспи немного, у нас еще есть в запасе пара часов, — я думала, что не смогу заснуть после всего пережитого, но, едва голова коснулась подушки, я провалилась в сон.

Неделя в моем персональном раю… я люблю его, и ни на минуту не сомневаюсь во взаимности своих чувств. Космолет плавно приземлился в Марселе, Айен подал мне руку, чтоб помочь сойти с трапа, ладонь скользнула в его руку, так естественно, будто мы были частью друг друга, солнце приветливо светило, Айен улыбался, а я с трудом сдерживала слезы.

— Едем домой?

— Нет, Айен, я прошу тебя исчезнуть из моей жизни навсегда, у меня другой мужчина, забудь обо мне.

Я шла прочь, не смея обернуться, это моя жизнь, это мое решение, от чего же опять так мерзко на душе…

Собрав вещи, отправила сообщение Фину, меня не было неделю, если он передумает жить со мной, я просто уеду, так далеко, как смогу без документов.

— Где ты была, Лиза? Ты не отвечала, я волновался.

— Прости, срочный заказ, пришлось уехать, вернее улететь.

— Ну, работа — это святое, надеюсь тебе за это хорошо заплатят, — Фин никогда не интересовался моими доходами, и сейчас, сомневаюсь, что его это касается, мы еще даже не живем вместе и в современном мире разные бюджеты это норма, но дурные мысли я прогнала прочь, Фин, отличный человек, это я изменяла ему, даже не успев завести серьезных отношений, но больше этого не повторится, мужчина не пожалеет, что решил связать со мной свою жизнь.

Сегодня важный день, Тирин приведет на ужин свою девушку, чтоб познакомить ее с семьей, нас с Фином тоже пригласили. Волнуясь, я пришла пораньше, моя помощь и поддержка может потребоваться Кире, очень сомневаюсь, что девушка Тирина генетически улучшенная, Кире придется нелегко. Сиреневое платье, одно из самых облегающих, висело на мне, такой худой я никогда не была, гель для лица идеально маскировал уже практически сошедший синяк в уголке рта, современная косметика творит чудеса.

Мое предчувствие оказалось верно, совершенно белая девушка, робко опустив глаза в пол, стояла рядом с нашим Тирином, только все было еще серьезнее, на ее пальце блестело новенькое помолвочное кольцо, Тирин привел к нам не девушку, а свою невесту. Кира и Мар улыбались, а что еще им оставалось, как и мне…

С шумом вырывающаяся из крана вода наполняла глубокую ванну, от влажного пара стало трудно дышать, стирая слезы рукавом своего сиреневого платья, я гладила старое фото, Машенька, дочка моя… Я лгала, всю свою жизнь я лгала… ты единственное, что делало меня счастливой, ты одна, я жила какой то не своей жизнью, не любила мужа, работу, свой быт, поэтому я шла на заморозку с надеждой, конечно, скрывала это, но я хотела для себя другой жизни, ты единственное о чем я искренне сожалела, только о нашей разлуке. И я опять ошиблась, я опять выбрала не ту жизнь.

Слезы капали на тусклое лицо старушки, я сама разрушила свою жизнь, уже во второй раз… Фин не сделал меня счастливой, алчный, самовлюбленный, почему я не ушла от него сразу, как поняла это, почему… почему терпела унижения и побои, почему добровольно отдала ему все свои заработанные деньги, почему…

Но сегодня наступил мой предел, Финн предложил мне родить ребенка для одной пары, генномодифицированный мужчина и его лабораторным путем выращенная жена хотят своего ребенка и готовы заплатить за это, Фин согласился, он уже согласился, мое мнение его не интересовало. Я хотела умереть, злобно шипящее и без того белое лицо Фина стояло перед глазами, — ты дрянь, потаскуха, хоть раз ты раздвинешь ноги с пользой.

Почему я терплю, ведь это не я… судьба так благосклонна ко мне, но я всегда выбираю худший вариант.

Старое фото выпало из ослабевшей руки, волны ярко розой воды вытекали из переполненной ванны, боли от тонкой бритвы совсем не было, только очень потянуло в сон, а это здорово, вот так расслабиться и уснуть… в сиреневом платье… я всегда любила сиреневый цвет…

Голова с золотыми кудряшками вертится из стороны в стороны, задорно смеясь, худенькая девчушка убегает все дальше, я а никак не могу догнать ее, дотронуться, прижать…

Смуглый сероглазый мужчина склоняется к моим губам, — люблю тебя, и я люблю, а ведь так и не сказала…

Закинув ногу на ногу, в удобном глубоком кресле Симон Милле пил ароматный кофе, Айен Шиу видел по довольной улыбке друга, что Эммет как всегда на высоте, у него даже кофе какой то особенный.

— Как ребенок? — меня это не очень интересовала, но ведь о детях принято спрашивать.

— Все хорошо, растет, не понятно на кого похож, глаза просто синие… — Симон опять довольно улыбался. — А как твой отец? Я слышал он в больнице…

Уже все слышали, как жестокий Айен Шиу оставил своего родного отца умирать в больнице, только вот ему все равно, он никогда не имел славы милого парня.

— Отец сам виноват в том, что с ним случилось, стоит сводить к нему Ашера Вилларда, именно так заканчивают люди, что сами травят свой организм.

— Айен, но все же он твой отец… — ему показалось, или в глазах Симона промелькнуло осуждение, никто не смеет судить его…

— Мой отец жив, только благодаря аппарату, что дышит за него, и я согласился оплачивать все счета из больницы столько сколько потребуется времени, пока он жив, так что, я уже сделал для него больше, чем он для меня, — и в любом случае, дома отец не получил бы тот необходимый уход, какой он имеет в специализированном очень дорогом медицинском учреждении.

— А как Лиза? — еще одна больная тема, похоже, Симон скоро дождется, и я выгоню гостя.

— Хорошо, полностью поправилась, чувствует себя отлично, ничего не помнит, как ты и хотел… — мужчина в кресле напротив нахмурился, конечно, зря я так, уж Симон то в моих бедах точно не виноват, — это не Лиза. Она другая, она не моя… Иногда я думаю, что зря все это затеял…

— Айен, ты же не собираешься снова позволить ей все вспомнить? Ты же сам видишь к чему это привело, друг, просто будь счастлив, она снова станет собой, снова полюбит тебя, — не полюбит, это я понимал отчетливо, привыкнет, научится жить и улыбаться, поймет, что так лучше для нее, но не полюбит. А я буду пользоваться телом размороженной женщины, согласно договору с крио центром и вспоминать свою Лизу, настоящую единственную любовь.

14.03.2019