Кровавые загадки и проклятия. Как же это все скучно и не ново. Все эти вампиры, демоны. Скука смертная! А вот когда тебя вербует невнятный святой Орден, когда в жизни объявляются Змей-Искуситель и просто Нечистый дух с любовью к сладкому, когда на носу экзамены до которых ты можешь и не дожить, ибо вокруг с косой носится смерть, крича на всю Ивановскую что-то о грядущем роке... Вот тогда начинаешь интересоваться всякой мистикой!





* * *





Пути бессмертия




Промокшие улочки Бухареста окутала ночная мгла. Фонари изредка подмигивали из-за каждого угла, словно дрожа от холода. Или от страха быть замеченными.

По брусчатке медленно и размеренно постукивали каблуки мужских туфель. Изредка раздавался стук трости. Стоило мужчине появиться на улице, как фонари погасли, словно окончательно испугавшись и спрятавшись по своим домикам. Владелец трости хмыкнул. Блеснул огонек зажигалки, на мгновение осветив тонкие черты лица ночного прохожего. В зубах он зажимал сигару, привезенную из самой Америки. Мужчина ценил дорогой табак, брезгливо поглядывая на тех, кто курил только дешевые сигареты из ларька.

Проходя мимо одного из костелов, он осмотрел величественное здание, окинув то скептичным взглядом. Затем присел на лавочку у входа, докурил сигару, поднялся, осмотревшись. Часы на городской ратуше пробили третий час ночи, и мужчина поморщился. Его раздражали не пунктуальные и безответственные люди.

Тут же вдали по мокрой брусчатке зашлепали чьи-то шаги, а уже через минуту к мужчине с тростью подбежал запыхавшийся полный паренек, который с трудом доставал своему собеседнику до груди.

— Ты опоздал.

Паренек лишь молча развел руками, отводя взгляд. Мол, пробки, все дела. И вообще, брусчатка мокрая и бежать по ней не есть удобно.

— Надеюсь, я не зря трачу на тебя свое время. Принес?

Курьер, а, как оказалось, это был он, закивал как китайский болванчик, спешно доставая из-под влажной куртки пакет документов.

— Здесь все?..

Мужчина спокойно и, кажется, слишком спешно забрал документы из рук парня. Тот продолжил кивать, поглядывая на часы.

Его клиент быстро просмотрел основные документы, сверяя даты и какие-то имена. А затем его губы исказила ухмылка.

— Вот я тебя и нашел, — тихо прошептал он, глядя на черно-белое фото. — Больше я не опоздаю, обещаю.

Обернувшись к костелу, словно забыв про своего собеседника, мужчина рассмеялся, перекрестившись и тут же заходясь в очередном приступе смеха. Курьер, наблюдая за этой сценой, сглотнул, отступив назад. И тут же под его ногами хлюпнула очередная лужа.

Замерев на секунду, мужчина отставил трость, а документы положил на скамью. Он обернулся к пареньку, окидывая того оценивающим взглядом.

— И ты не дождешься оплаты? — спокойно поинтересовался мужчина, доброжелательно улыбнувшись.

— Д-да! — пискнул курьер. — С вас триста леев.

Мужчина присвистнул. За такие деньги можно было бы снять номер в четырехзвездочном отеле. А здесь всего лишь пачка документов из архива?..

— Ты столько не стоишь.

Холод этого голоса заставил паренька взвизгнуть. В последний, как оказалось, раз. Утром на улице нашли хладный труп молодого курьера с двумя монетками на глазах.

Неужели он стоил так мало?..

========== Глава 1 - Малиновые линзы ==========

Шум школьных коридоров раздражал. Поэтому все перемены многие учащиеся предпочитали проводить в более укромных местах. В подвале, около практически бесполезного кабинета защиты отечества, на заднем дворе школы, куда старшеклассников выпускал добрый военрук. Иногда даже в подсобках спортзала, в актовом зале и в пустующих после пятого урока помещениях младшей школы. Именно здесь и устроилась учащаяся одиннадцатого класса, успешно пропускавшая сейчас какой-то приветственный концерт.

Подтянув к груди колени в полосатых колготах, девушка сетовала на юбки и тех, кто их изобрел. Это изобретение казалось ей до ужаса неудобным. Ходить неудобно, ветер задирает, еще и не посидеть нормально. Но старшеклассников заставили придти в каком-то подобии официального наряда хотя бы на первое сентября, а потому будущая студентка вынуждена была выпросить у подруги злополучную юбку.

— Ни слова больше! Нигде не было указано, что колготы должны быть капроновыми! — всплеснула руками девушка, хмуро глядя на скучающую около нее одноклассницу.

— А ботинки? — ее подруга кивнула на высокую обувь с ремнями с заклепками, флегматично разглядывая свой маникюр.

— Они сочетаются с любой одеждой.

Старшеклассница в очередной раз отмахнулась от слишком просвещенной в плане одежды подруги, стягивая с плеч черную кожанку и завязывая ее на бедрах. Сентябрьское солнце хоть и не жгло глаза, заставив девушку с грустью снять свои модные круглые очки, но жарило вполне прилично. Даже еще не показавшись из-за домов, солнышко устроило по всему городу среднюю температуру в тридцать градусов, что вообще никак не радовало любителей прохлады. К коим старшеклассница и относилась.

Звали ее Лизой, и училась девушка в одиннадцатом классе в самой обычной общеобразовательной школе, правда, с филологическим уклоном. Считая себя гуманитарием до мозга кости, Лиза была благодарна родителям, что те когда-то десять лет назад все-таки не отдали ее в математический лицей неподалеку от дома. И, несмотря на странный внешний вид несчастной старшеклассницы, а именно ее любовь к готической одежде, высоким сапогам, кожанкам и прочей атрибутике вплоть до ошейников и крашеных волос, девушка была и старалась оставаться жалким подобием отличницы. Правда ее постамент славы шатался как одинокая тоненькая березка в шторм, поскольку… учиться Лиза все-таки не любила. Ей просто так чудесно удавалось выкручиваться из всего подряд уже в течение десяти лет.

В классе девушку особо не обожали, на ней не висли толпы поклонников и друзей на переменах, однако в принципе одноклассники относились к Лизе более или менее уважительно. Зависело от ситуации. Но девушку это особо не волновало. Еще в начальной школе она как-то подралась с Евой, на тот момент новенькой девочкой в классе. Они не поделили что-то совсем банальное. И именно эта Ева сейчас стояла рядом с Лизой, обсуждая с ней новую часть очередной книги.

Так сложилось, что после той драки, между девочками закрутилась настоящая дружба. Которая и держалась уже больше восьми лет. Они понимали друг друга с полуслова и периодически, как это и было положено большинству подростков, ходили друг к другу на ночевки, заказывали пиццу и вместе смотрели сериалы. Сама по себе Ева была если не главной, то уж точно одной из основных красавиц на параллели. Правда сама себя красивой она не считала, вечно бегая по каким-то процедурам, начиная от маникюра и заканчивая депиляцией. В общем одним только высшим силам было известно, как эти двое вообще сошлись.

— Гляди, чего у меня есть, — хмыкнула Лиза, запуская руку в недра сумки и извлекая оттуда листок из блокнота для рисования.

Ева заинтересованно отложила в сторону огрызок от яблока. Радостно улыбнувшись, она забрала у подруги листок, на котором красовался полуобнаженный то ли демон, то ли вампир из очередного сериала. Во всяком случае парень хищно скалился, обнажая острые клыки, да глаза у него сверкали как два изумруда.

— Повешу над столом, — она чмокнула подругу в щеку. — Спасибо!

Дело в том, что на досуге Лиза только тем и занималась, что рисовала. А рисовала в основном людей. Поэтому периодически ей нравилось приносить подруге изображения ее любимых персонажей из книг, фильмов и сериалов. За долгие годы у Евы уже вся стена комнаты была обвешана этими рисунками, но Лиза, судя по всему, абсолютно не планировала останавливаться на достигнутом. Скоро пора было переходить на потолок.

— Юные леди.

Со стороны лестницы раздался дежурный кашель, нарушив всю идиллию подруг. Девушки подняли головы, отрываясь от обсуждения нарисованного паренька и его пресса. Ева поджала губки, оценивающе глядя на нарисовавшегося собеседника.

— Внемлю, — вздохнула Лиза.

— Извольте глаголать, — продолжила Ева.

Судя по всему, перед девушками предстал либо кто-то из новеньких учащихся старших классов, либо чей-то родитель, возможно, старший брат. Определить что-то по одному только внешнему виду незнакомца было довольно сложно. Хотя, стоило отдать ему должное, выглядел он неплохо.

Молодой человек определенно не относился к последователям каких-то субкультур, но и не косил под модника. Обычная рубашка глубоко-винного оттенка, черные выглаженные брюки да ботинки. Правда по плечам его струились волосы цвета ночи, черные и удивительно длинные, особенно для современного подростка.

Лиза лишь завистливо присвистнула, неосознанно запуская руку в собранное в хвостик подобие прически. С волосами ей никогда не удавалось совладать. А уж учитывая то количество краски, которой она их сжигала, девушке однажды приходилось даже срезать их практически под ноль.

— Неплохо, — парень убрал одну руку в карман брюк. — Что вы тут делаете? Кажется, концерт слегка в другом крыле школы, — он изогнул одну бровь, приближаясь к подругам.

— Воздухом дышим, — фыркнула Ева, кивая на приоткрытое окно.

Девушка никогда не отличалась тактом. Хрупкая и милая, при этом довольно острая на язычок, одна из главных модниц школы на деле могла оказаться той еще занозой, стоило ее только задеть.

— Так понимаю, с разрешения классного руководителя? — нарисовавшийся собеседник хмыкнул, слегка склоняя голову набок.

— Письменного? Увольте, барин, не стоит уделять нам столько внимания. Идите своей дорогой, — выплюнула девушка, вновь возвращаясь к рассматриванию картинки.

Лиза, легко улыбнувшись, тут же встретилась взглядом с парнем, который успешно перевел все свое внимание на нее. Удивительные малиновые глаза смотрели с каким-то хитрым прищуром. У девушки проскочила одна мысль о том, что где-то у нее валялись похожие линзы, правда слегка, кажется, другого оттенка.

— Советую убраться отсюда, — парень продолжил смотреть на Лизу, не позволяя разорвать зрительного контакта.

У девушки с этим проблем не было. В гляделки она играла практически лучше всех в классе, а потому заботливо дожидалась того момента, пока ее собеседник моргнет сам.

— Это угроза? — скептично осведомилась она, вздыхая.

— Подсказка, — он пожал плечами.

— Донесешь на нас? — Лиза фыркнула. Давно ей никто не угрожал.

Ее собеседник молча фыркнул, тактично отступая. Он просто отвернулся, удалившись туда, откуда пришел.

— Видала, какие нахалы развелись? — недовольно буркнула Ева, убирая листок в сумку.

— Ага… — как всегда отстраненно. — Ладно, может, он и прав. Валим отсюда, а то Ильинична хватится, потом будем ей объяснять, как мы ушли в туалет в начале концерта, а затем тактично не вернулись.

***

Первая неделя учебы беспощадно выпила все соки, заставляя Лизу таскать с собой коробку с бумажными полотенцами, в которые она периодически сморкалась. Уж что-что, а здоровье у девушки было чертовски слабым. Болела она около половины учебного года, пропуская большую часть всей учебы. Что, в принципе, неплохо так помогало пропускать все сложные темы, и более или менее вытягивать годовые оценки какими-то левыми рефератами и сочинениями.

На последнем уроке в пятницу наблюдалось около семи учеников. Ева ушла, у нее маникюр на три, она не хотела оставаться на седьмой урок. А остальные… Лизе вообще не хотелось считать. Она просто лежала на парте, подложив сумку под голову. В конце концов, это же первый урок литературы в году, не надо же было к нему готовиться.

— Добрый день, класс.

Лиза приветственно чихнула, даже не удостоив прибывшего учителя взглядом. Кажется, им говорили, что предыдущая учительница ушла в декрет и теперь у них либо замена, либо кто-то новенький. Или не в декрет, а еще куда? Не важно. Девушка лишь молча вздохнула, умоляя стрелки настенных часов ползти хоть чуточку быстрее.

— На лето вам была задана литература для ознакомления. Надеюсь…

Он серьезно? Лиза улыбнулась собственным мыслям. Кажется, новый учитель был настолько зелен, что искренне смел предполагать, словно старшеклассники действительно прикасались летом к заданной литературе. Наивный смертный.

— Судя по всему, здесь остались самые стойкие? Никто не хочет порадовать меня стихотворением… Есенина? — раздалось из-за учительского стола. — В конце концов, вам это сдавать в ближайшее время. Сможете заработать себе плюсик в карму, пока у вас все равно нет журнала.

Лиза в очередной раз мысленно улыбнулась. Он действительно верит в то, что сможет заставить кого-то за бесплатно декламировать здесь стихи? Может, еще на стульчик встать?

— Далия?..

Девушка вздрогнула, услышав свою ненавистную фамилию. Просто большинство учителей считало своим долгом сказать, что они с трудом не перепутали где у Лизы имя, а где фамилия. Это девушку ужасно раздражало. Однако, судя по всему, новый литератор шутить не планировал, и вполне серьезно ждал, что девушка хотя бы взглянет на него.

Лиза нехотя поднялась со своего места, окидывая взглядом нового учителя. И тут же падая на стул, забывая напрочь все, что она хотела ему сказать по поводу опросов в первую неделю учебы, да и Есенин куда-то ушел, покурить. Прямо перед девушкой, возвышаясь прямо-таки как айсберг над Титаником, чем он и заставил ее спешно упасть на место, стоял тот самый парень в малиновых линзах.

— В-вы? — голос Лизы настолько натурально дрогнул, что она закашлялась. — Прошу прощения…

И тут она поняла, что до кучи еще и прослушала имя-отчество нового учителя. А еще и до кучи она натурально послала его несколькими днями ранее. Девушка сглотнула, замечая, что этот литератор прямо-таки наслаждался вызванной реакцией.

— Валентин Анатольевич, — услужливо подсказал он, делая шаг назад и присаживаясь на край ближайшей парты. — Итак? Удивишь меня, Далия?

— А можно по имени? — недовольно буркнула Лиза, все же поднимаясь с места и жалостливо глядя на учителя.

— А можно Есенина? — спокойно парировал литератор.

Лиза максимально напрягла память, пытаясь понять, в каком из выученных ею не по программе стихотворений будет больше всего смысла, который так любят учителя. Не рассказывать же ему то, что в действительности нравилось девушке?

— «Письмо к женщине», — начали.

— Банально, — спокойно оборвал учитель, даже не дав девушке начать.

— «В этом мире я только прохожий»? — с опаской поинтересовалась Лиза, не спеша продолжать.

— Уже лучше. Но не то. Ты ведь определенно сможешь рассказать что-то, чего нет в учебнике? — он помахал перед лицом методичкой.

— А вам это так принципиально? — ишь ты, какой переборчивый попался. То ему не так, это не эдак.

— Более принципиально, чем прогул первого звонка, — Валентин Анатольевич пожал плечами, на мгновение позволив себе встретиться с девушкой взглядом.

Он ясно дал ей понять, что планировал вспоминать об этом еще долго. Возможность у него была. Хотя Лиза не чувствовала себя особо виноватой. В конце концов, откуда она должна была знать, что говорила с учителем?

— «Любовь хулигана», — фыркнула девушка, всплеснув руками.

— Наконец то, — вздохнул, улыбнувшись. — Хорошо, я верю, что ты знаешь его стихи. Иначе бы даже не сказала названий.

Лиза выдохнула с облегчением. Потому что сильно она сомневалась в собственных способностях. Действительно, стихи Есенина девушка учила еще до начала десятого класса, кто его знает, сколько там осталось в не совсем трезвой памяти.

— А что сможешь сказать по поводу Булгакова? — спокойно закончил учитель, все еще с хитрым прищуром глядя на Лизу.

И тут она поняла, что вместе с новым учителем пришли и новые проблемы. Довольно красивые, но чертовски наглые и приставучие. А ведь летнюю литературу девушка не трогала. Поэтому сейчас приходилось либо выкручиваться, либо…

— Не читала, — выпалила она, сама не веря своему голосу.

Никогда. Не было еще такого. Лиза в жизни не признавалась ни одному учителю в том, что у нее были проблемы с домашним заданием. И уж тем более с литературой, по которой у девушки всегда красовались идеальные двенадцать баллов.

— Вот как.

Голос тихий. Вкрадчивый. Спокойный, не как у остальных учителей.

— Я…

— Садись, два, — спокойно отрезал Валентин Анатольевич, отворачиваясь и направляясь к своему столу. — Пока карандашом.

— Но как?!

— Журнал принесли, а я и забыл, — улыбнулся новый учитель, усаживаясь за стол. — В принципе, можете быть свободны. Чтобы на следующий урок все имели при себе оригинальный текст заданного произведения.

Внутри у Лизы что-то взорвалось. Никак нельзя было позволить этому заносчивому учителю испортить ее идеальный аттестат просто потому, что ему вздумалось внезапно устроить опрос по произведению, которое вообще проходится ближе к концу второй четверти!

***

— Храброй девочкой она была, с мечом наперевес…

Лиза напевала, сидя в одном из коридоров школы. Она выжидала момента, когда все ученики разойдутся. В конце концов, ее хитрый план не должен был дойти даже до ушей Евы.

Стянув с головы массивные наушники с логотипом рок-группы, девушка вздохнула, подобно тени скользя в сторону ненавистного кабинета в конце западного крыла первого этажа.

Исправлять оценки в журнале на последнем году обучения, конечно же, грех страшнейший за который грозит как минимум небесная кара. Но и ставить те самые оценки с бухты-барахты тоже далеко не поступок, достойный святого. Посему Лиза не чувствовала себя виноватой ни в чем, тихо проскользнув в кабинет литературы после окончания занятий. Она помнила, что журнал должен был остаться именно у нового литератора.

Вот и он, родимый, любимый, трижды скотчем заранее склеенный для надежности и завернутый в обложку, на которую скидывался весь класс, вожделенный классный журнал одиннадцатого «В» класса.

Спокойно приблизившись к учительскому столу, девушка ловким и отточенным до автоматизма движением руки распахнула журнал. Тонкие пальчики с черным маникюром скользнули по оглавлению. Литература зарубежная, язык русский, а вот и литература обыкновенная, отлично. Зная нужную страницу, Лиза довольно быстро нашла ее и еще быстрее разыскала заветную единицу. Даже не двойка! Единственная, которая разбавляла пустое поле без единой оценки, словно это было поле для игры в «Сапер». И, какая радость, этот новенький учитель действительно поставил ее карандашом. Что ж, тем только лучше.

Выхватив из припасенного пенала первый попавшийся карандаш, Лиза быстро, замечая легкую дрожь в руках, стерла нежелательную оценку. Она думала нарисовать вместо нее одиннадцать, но что-то определенно подсказывало девушке, что этого делать не стоило. И Лиза, которая давно была склонна доверять внутреннему голосу, согласно кивнула сама себе. Спешно убрала карандаш в пенал и уже собиралась захлопнуть журнал, как…

— Далия.

Пенал выпал из рук. Раздался хруст какого-то карандаша, вылетевшего из него и ударившегося об ножку стола. Кажется, придется купить новый.

Внутри у Лизы все замерло, когда по обе стороны от нее о стол оперся новый литератор, заставив девушку буквально вжаться в прохладную столешницу. Черт, эти тонкие пальцы она готова была узнать из сотни. А уж закатанные рукава цвета крови, ох, кто еще станет так одеваться в школу? Его же прямо сейчас можно было выдернуть отсюда и засунуть в любой фильм о вампирах.

— Ты же знаешь, что сейчас действуешь, ну, не совсем законно? — мягко поинтересовался учитель, наклоняясь к Лизе и заглядывая в журнал. — Ну, а почему же не поставила себе еще две-три оценки?

— Я-я лишь восстанавливаю справедливость, а не то, ч-что вы подумали, — сглотнула девушка, сжимая руки в кулачки.

Да так, что ногти вонзились в ладонь. Ох, как больно-то. Но боль отрезвляла, в голове все благополучно выровнялось, да и голос больше обещался не дрожать.

— Если ты была не согласна с моей оценкой — могла просто подойти ко мне после урока, мы бы обсудили твою проблему, — мягко улыбнулся литератор, отстраняясь.

Лиза отпрянула в сторону, мгновенно оборачиваясь. И встречаясь взглядом с тем самым Валентином Анатольевичем. Ох, а он хорош, тут не поспоришь. Малиновые глаза смотрели с уже привычным прищуром, и словно с каким-то затаенным любопытством. Думал, как она будет выкручиваться? Ну-с, театр одного актера объявлен открытым.

— У меня нет никаких проблем, вам показалось.

Литератор усмехнулся, откидывая за спину собранные в длинный хвост волосы цвета воронова крыла.

— Тогда что ты делаешь в моем кабинете? — он закусил губу, покровительственно глядя на ученицу. — Отличница.

Сатана.

— Пытаюсь остаться отличницей… всеми возможными способами, — пожала плечами девушка, медленно отступая к двери.

Общество этого молодого учителя ее явно напрягало. Да и смотрел он как-то странно. Вроде как и с улыбкой, но до дрожи хищно. Заинтересовано. Нет уж, увольте.

— Я, пожалуй, пойду, — сглотнула Лиза, тут же резко отступая к двери.

Она развернулась, в надежде быстро выскочить из класса, как тут же врезалась в грудь все тому же литератору.

— Не забудь в понедельник после уроков зайти ко мне в кабинет, — скрестив руки на груди, констатировал он, удерживая девушку от побега. — Можно без родителей. Но с готовностью отвечать на любые вопросы по Булгакову.

Дьявол.

Прекрати же ты так смотреть, а. Коленки неприлично сильно дрожат. Конечно, из учителей мужчин в этой школе был только физрук младших классов. Ну, и вроде как еще где-то водился трудовик. Но его с первого сентября не многим посчастливиось увидеть. Особенно трезвым.

— И нет, я не ношу линзы! — донеслось вслед Лизе, стоило той покинуть кабинет.

Дракула чтоль?

========== Глава 2 - Рассуждения о чае и вине ==========

— Искупить грех может лишь костер…

Постукивая каблуком в такт музыке, Лиза опиралась о подоконник около кабинета литературы. Ей не хотелось являться на добровольно-принудительную экзекуцию к новому литератору, однако долг отличницы обязывал. В конце концов, он поймал ее за исправлением оценок в журнале и, судя по тому, что никто не поднял шумиху, даже никуда об этом не донес. Хотя для себя выводы уж точно сделал.

— Не самый позитивный настрой, — хмыкнул Валентин Анатольевич, выглядывая из кабинета. — Заходи, искупать грехи!

Лизу передернуло. Она подхватила свою сумку, стягивая с головы наушники и незаметно проскальзывая в кабинет литературы. Девушка тут же поспешила упасть на парту подальше от учителя, в надежде все-таки как-то списать ответы на предстоящий опрос.

— Ты собираешься со мной обмениваться короткими криками? — скептично фыркнул Валентин Анатольевич. — Сядь поближе, все равно списывать нечего.

Тихо что-то простонав про тиранию в учебных заведениях, Лиза нехотя перебралась на первую парту, которая прямо-таки упиралась в учительский стол. Лучше места не найти. Каждый ведь мечтает сидеть поближе! Хотя в начальной школе дети действительно почему-то рвались к первым партам. А теперь что-то поменялось. Скорее дерутся за последние.

— Чаю? — литератор кивнул на бурчащий электронный чайник.

— Спасибо, — удивленно пискнула Лиза, отводя взгляд. — Вы же меня не на чай звали.

Валентин Анатольевич грустно улыбнулся, опускаясь на стул напротив девушки, попутно забыв про чайник, который вроде как умел выключаться сам.

— Я не роман Достоевского, — хмыкнул он. Поймав удивленный взгляд Лизы, учитель продолжил: — в общем, я не идиот. И понимаю, что ты не могла прочесть «Мастера и Маргариту» за несчастные выходные.

Да? И с каких это пор учителя научились мыслить не по плану? Хотя, все это можно было списать на неопытность литератора. Он ведь только ступил на тернистый путь журналов, домашних заданий, проверок и криков на уроке. Лиза, представив себе этот путь, залитый кровью и слезами бедных школьников, над которым пролетали, грустно помахивая растрепанными страницами классные журналы, невольно хихикнула в кулачок.

— Поделись со мной своими мыслями, — совершенно серьезно попросил Валентин Анатольевич, извлекая из недр стола сахар и чай.

— Что?

Брови девушки устроили кочевой поход куда-то вверх. Она и раньше слышала подобную фразу из уст учителей, но это всегда произносилось с презрением, желанием унизить ученика и остановить его смех. Но этот Валентин, кажется, действительно хотел услышать то, о чем подумала девушка.

— Ладно, давай сойдемся на том, что я не читаю мысли, — вздохнул литератор, разливая по чашкам кипяток.

— Мне четыре, — буркнула Лиза, косо глядя на сахар.

-…и поскольку я должен был как-то тебя проучить за исправление оценок в журнале, я не придумал ничего лучше, чем позвать тебя на обычную беседу. Вот, — спокойно закончил он, размешивая сахар.

Девушка удивленно наблюдала за руками учителя, переваривая мысль о том, что этот молодой учитель только что признал свой косяк. И перед кем? Перед старшеклассницей, которой ничего не стоило разнести это по школе, ей ведь и так недолго осталось тут страдать.

— А вы не боитесь такое мне говорить? — честно поинтересовалась она, наконец находя в себе силы поднять взгляд.

— Что ты расскажешь кому-то? — Валентин Анатольевич мягко улыбнулся, протягивая девушке чашку. — Нет. Ты не из таких.

С какой-то стороны сейчас это было даже слегка обидно. Не из тех, кто общается с людьми и обсуждает с ними учителей? Или не из тех, кто распускает глупые сплетни?

— Сама ведь знаешь.

Лиза в очередной раз вздрогнула. Он словно ответил на вопрос, который она задавала себе мысленно. Хотя на деле лишь закончил свою предыдущую реплику. Но это было уже не в первый раз.

— Ну и… — осторожно прощупывая почву для разговора, девушка сглотнула. — О чем вы хотите поговорить?

— Предложи мне, — Валентин Анатольевич пожал плечами, легко улыбнувшись.

— Эээ… — Лиза чувствовала себя самым настоящим тормозом. — Творчество Есенина, вас, кажется, интересовало.

— Нет!

Поднявшись с места, литератор дошел до двери, закрыв ту на ключ. Затем отошел к окну, раскрыл его и, выглянув во двор, присел на подоконник и закурил.

— Я не хочу, чтобы ты говорила как твои одноклассники, — вздохнул он, глядя в ошалевшие глаза девушки. — Ты меня боишься, стесняешься, потому что я учитель. И я не знаю, как заставить тебя раскрепоститься. Но прошу, говори о том, чего сама хочешь.

Лиза удивленно наблюдала за этим театральным действом. Серьезно? Раньше учителя практически боялись показывать при учениках то, что они, оказывается, тоже люди, поэтому умеют курить, пить алкоголь и, о боги, целоваться. Валентина Анатольевича это, кажется, не особо заботило.

Чего сама хочешь?..

— Мне хочется определенно не говорить с вами, — Лиза фыркнула, отводя взгляд.

— А чего же? — внезапно оживился литератор.

— Знаете, вот… такого простого, человеческого счастья. Маленький, уютный, готичный замок с башенками. Ров вокруг, над одной башенкой развивается флаг с надписью «не влезай — убьет». Еще с мостом подъемным, обязательно! — Лиза закатила глаза, улыбаясь. — И чтобы спокойно разгуливать по нему под шум дождя за окнами, выглядывать из бойниц, поправляя на плечах черную бархатную мантию с соболями, да велеть какому-нибудь демону-дворецкому нести тебе абсент или вино красное, на худой конец!

— А почему именно красное вино? — хмыкнул Валентин Анатольевич, с искренним интересом наблюдая за Лизой.

— Потому что с бокалом красного вина чувствуешь себя значительнее. Таким себе древним графом в неприступном, как я уже сказала, замке. И вообще в бокале не вино, а кровь какого-нибудь дракона, или вообще девственниц из близлежащих деревень.

Девушка наконец удосужилась взглянуть на заинтересованного учителя. И поняла, что, кажется, она сболтнула лишнего. Вот так всегда: скажут писать сочинение на вольную тему, а потом твоя вольная тема слишком мрачная, кровавая, и вообще почему твое сочинение тянет на отличную пародию на Эдгара Алана По? Да и не проверяет никто сочинения на целую тетрадь, исписанную мелким врачебным почерком, больше похожим на кардиограмму, чем на почерк.

— Я лучше пойду, пожалуй, — сглотнула Лиза, отводя взгляд и спешно отставляя в сторону чашку с чаем. — Заболталась. Извините.

— Зато это было искренне, — улыбнулся литератор. — Заходи еще как-нибудь, только предупреди заранее. Мне нравится ход твоих мыслей. Не хочешь принести мне на пятницу сочинение на вольную мрачную тему?

Лиза отмахнулась от навязчивого литератора, зарекшись отныне посещать его уроки. Она рванулась к двери, дергая ручку. И только сейчас вспоминая, что литератор закрыл ее, когда шел на перекур.

— А… можно ключ? — слегка виновато осведомилась Лиза, взглядом разыскивая во вмиг опустевшем классе своего учителя.

— У тебя разве нет своего? — с прищуром осведомился Валентин Анатольевич, опираясь о дверной косяк сбоку от девушки.

— С чего вы взяли?! — вскрикнув от неожиданности, она отпрянула.

Учитель подкрался незаметно.

— Иначе как ты попала в кабинет в прошлую пятницу, м? — абсолютно серьезно хмыкнул литератор, глядя на связку ключей в руке Лизы.

— Одолжила ключ у дежурных, окститесь. Думаете, я так часто исправляю оценки по литературе, что уже заимела себе личный экземпляр ключа от вашего кабинета? — хихикнула Лиза, с улыбкой глядя на собеседника.

Абсолютно спокойно наклонившись к ней, тем самым в очередной раз подчеркнув свой рост, Валентин Анатольевич заставил девушку отступить назад и буквально вжаться в дверь спиной, тихонько пискнув. Он забрал связку ключей из ее руки, легко находя среди них нужный. Маленький потертый ключик от кабинета литературы.

— Эт-то не мой, — сглотнула Лиза, глядя в глаза учителя.

— Хочешь сказать, это ключ из учительской?

Девушка натянуто кивнула, не в силах разорвать этого зрительного контакта. Валентин Анатольевич словно проверял ее на прочность, заставляя смотреть себе в глаза.

— Лгунья, — прошипел он, вкладывая связку ключей в руку девушки. — Ключ из учительской, на минуточку, давно исписан корректором, которым подслеповатая завуч периодически подписывает номера кабинетов на всех ключах. А твой ключик практически новенький, в отличии от всех школьных ключей, которые, судя по всему, не меняли с года основания школы.

Лизе оставалось лишь молча согласиться с ним, выдыхая, стоило литератору отстраниться. Так быстро девушка никогда еще не выбегала из кабинета.

***

— Записывай, — подавив зевок, констатировала Лиза, утыкаясь лицом в подушку.

Она недовольно покосилась на чашку с остывшим чаем, забытую на прикроватной тумбочке. Чашку венчала размашистая надпись перманентным маркером: «жаль, что тут не вино». Уж что, а вино Лиза любила. Особенно красное. Особенно зимой и теплое, с корицей и грейпфрутом. Ммм, пальчики оближешь.

Она всю неделю валялась дома с температурой, с переменным успехом выползая на свет Божий, дабы посетить многочисленные кружки по интересам, в которых девушка состояла. Хотя, состоят, вроде как, в секте. Но это не важно. По понедельникам и четвергам девушка сразу после школы бодрой ланью бежала на уроки вокала, вторники были отданы кружку актерского мастерства, а на среду оставались занятия по игре на гитаре. Лиза вообще могла показаться очень разносторонней личностью. Особенно сейчас, кутающейся в плед и лениво разглядывающей свою пижаму, сделанную в стиле картины Ван Гога, весьма разносторонней личностью.

По пятницам к Лизе частенько заглядывала ее подруга, с которой девушка, как ни странно, познакомилась в Интернете. Лена на этой неделе собиралась сдавать сочинение по английскому, с которым у девушки были самые натуральные проблемы. По сему за помощью она обращалась к Лизе, которая на английском говорила если не как на втором родном, то точно уж как на третьем школьном.

— Энивей…

— Пишется через «а»? — уточнила Лена, смачивая языком карандаш.

— Русскую «а», — кивнула Лиза, потянувшись за чаем.

Тут же идиллическую атмосферу их посиделок прервала настойчивая трель дверного звонка.

— Кто это там? — удивленно подскочила Лена.

— Проверь, будь добра, кто прошел испытание домофоном, — отмахнулась Лиза. — Меня нет дома! Я в Астрале.

Девушка откинулась на сооруженное лежбиже из подушек, украденных из родительской спальни. Где-то около кровати обнаружился пакет печенья, который Лиза заприметила, однако он стоял слишком далеко, чтобы сейчас за ним тянуться.

На покрывале, где-то около самых ног девушки, покоилась напичканная закладками книга Харуки Мураками, ибо в последнее время Лиза подсела на японскую литературу. Она глотала книжки порою по несколько штук за день. Поэтому рядом с Мураками спокойно уживались Кинг и Достоевский. Дивное сочетание.

На окне, грустно глядя на накрапывающий за стеклом дождь, покоилась сухая черная роза. Осталась с первого сентября. Лиза планировала подарить ее кому-то из учителей, однако потом отказалась от этой затеи. Побоялась, что даже на одиннадцатом году ее обучения никто из учителей не был готов познать этого тонкого юмора, черного, как лепестки той самой розы.

Из коридора донеслось неразборчивое бормотание. А затем звон ключей.

— Звините, вы к кому? — удивленно пискнула Лена.

Училась она в девятом классе, а потому и вовсе удивительным могло показаться ее общение с Лизой. Однако саму девушку абсолютно ничего не удивляло уже в этой жизни. Даже если бы директор ее школы внезапно оказался сектантом — Лизу бы это только позабавило.

— К Лизе. А точнее, к ее родителям, — вновь донеслось из коридора.

Сама Лиза тут же поперхнулась остывшим чаем, подскакивая с места и тут же путаясь в пледе. Она вылетела в коридор, молясь о том, чтобы ее догадки не оправдались. Но…

— Далия, — Валентин Анатольевич недовольно вздохнул. — Я уж думал, тебя выкрали высшие силы.

— Ч-что вы тут делаете?!

— Поскольку твоих родителей не было на родительском собрании, я принес им документы на подпись. Ибо до них, как и до тебя, невозможно дозвониться. И я, как твой новый классный руководитель, взял на себя ответственность справиться о твоем состоянии. Ведь ты не посещаешь школу, и никто не знает, что случилось, — спокойно отчеканил он, скептично изгибая бровь. — Или ты кого-то другого ждала?

— Ага, трудовика, вдруг из запоя вышел, — презрительно фыркнула Лиза, протягивая Лене ее сумку. — Потом объясню, беги отсюда.

— Что, прости? — хмыкнул литератор.

— Да, что вы, только вас и дожидаюсь, вот, каждые пять минут на кухню бегаю, чайник подогревать! — прошипела девушка, наблюдая за тем, как литератор отодвигается в сторону, позволяя Лене выскользнуть к лестнице.

— Ты сбежала от полиции плохих шуток? — мягко улыбнулся Валентин Анатольевич. — Пригласишь, может?

Лиза вздохнула, оценивающе глядя на литератора. А затем на ключи в его руке. Погодите, а разве это не…

— Входите уж, чаю вам сделаю, — девушка махнула рукой, цепляясь взглядом за руку собеседника. — Вы что, живете здесь? — она удивленно округлила глаза.

Конечно же, узнать ключи от каждого домофона в квартале она не могла, но ярко-синий магнит их новостройки был девушке хорошо знаком. Да и у нее была ровно такая же связка ключей, один короткий, для нижнего замка, и второй длинный, золотистый, от верхнего.

— В соседнем подъезде, — кивнул Валентин Анатольевич, наконец переступая порог. — И почему ты в школу не ходишь?

— Давайте только без этого, — простонала Лиза, возвращаясь к себе в комнату, дабы допить чай и освободить кружку. Ибо ей лень было разыскивать остальные.

Вскоре в комнате появился и литератор. Он окинул взглядом царивший тут беспорядок, задумчиво хмыкнув. Затем прошелся взглядом по кровати девушки, совершенно не застеленной, а затем оценивающе глянул ложе из подушек, среди которых сейчас и покоилось тело Лизы, медленно допивающее чай.

— Минутку, — донеслось из подушек. — Я больна, мне можно.

— Мураками? Достоевский? И даже Кинг. Дивное сочетание, — учитель присел на край кровати, разглядывая обложки книг. — Ты все это читала?

— Сегодня, — отозвалась Лиза, выглядывая из-за плеча литератора и утаскивая книги на стол. — Извините за бардак.

— Кажется, я погорячился, подумав, что ты не способна осилить Булгакова за выходные, — присвистнул Валентин Анатольевич, поднимаясь с места. — Брось, я не ревизор. А ты…

— Что? — девушка удивленно обернулась к нему.

— Ты читаешь слишком много и слишком быстро. В конце концов, ты рискуешь перепутать Библию с Кораном, — отрешенно отозвался учитель.

Лиза молча добралась до своего шкафа с дисками и после нескольких минут поисков извлекла из недр одной из коробок диск с размашистой подписью маркером.

— «Анжелика и султан», — улыбнулся Валентин Анатольевич. — Не ожидал, что ты вспомнишь цитату.

— Память хорошая, — Лиза пожала плечами, убирая диск.

— Можно?

Холодные пальцы литератора коснулись руки девушки, заставляя ту отпрянуть. Она не успела уловить того краткого мига, за который учитель успел пересечь всю комнату и оказаться рядом с ней.

— Ч-что? — девушка поежилась, неловко отводя взгляд.

— Одолжить диск, — он улыбнулся, протягивая руку.

— А вы мне что? — хитро фыркнула Лиза, спокойно отдавая диск и подыскивая к нему коробочку. — Держите.

— Какой-то еврейский подход, — хмыкнул литератор. — Далия, помоги мне спасти мир!

Девушка вздохнула. Кажется, этот Валентин явно только закончил университет, потому и позволял себе вне школы вести себя так легко и беспечно, особенно с главной прогульщицей занятий.

— А ты мне чё? — разводя руками, протянула девушка. Тут же опомнившись, она взяла себя в руки, убирая те за спину. — Ну, в смысле, вы. Из песни слов не выкинешь.

— Расслабься, если тебе так будет комфортнее, вне школы можно и на «ты».

Лиза подавила желание широко улыбнуться, а потому лишь отвернулась, удаляясь на кухню. Она старалась держаться максимально презентабельно перед этим учителем. Он ее напрягал.

Постойте, он еще и сказал, что теперь ОН ее классный руководитель?!

— Пошутил, если тебя это напрягает, — донеслось ей в спину.

И как после этого поверить, что он не читает мысли?

Проскользнув на кухню, девушка извлекла из комода одну из дежурных «гостевых» чашек. Собственно, сама она из них никогда не пила. Они предназначались только для гостей, да если заезжали родственники погостить. Ну, Лиза помнила, что лет десять назад все именно так и было.

— Какой чай будем пить? — осведомилась девушка, оборачиваясь к подоспевшему литератору. — Не думайте, что это забота. За чаем разговоры как-то лучше идут.

— Мне ли не знать, — Валентин Анатольевич улыбнулся, явно вспоминая дополнительное занятие в понедельник. — Сушонг.

— Ого, уважаете китайский «копченый чай»? — Лиза удивленно воззрилась на литератора. — Неплохо.

Она осмотрела кухню, в поисках чего-то более или менее съедобного, что можно было бы без стыда предложить гостю. Ничего подходящего как назло не находилось. А еще Лиза вспомнила о том, что остатки этого самого чая, который так редко можно было найти в ближайшем супермаркете, она припрятала от Евы в коробочке из-под соли, где-то на самой верхней полке. До которой девушка, в силу своих 160 сантиметров роста, уж никак не могла достать без стремянки, или хотя бы табуретки, на худой конец-то.

— Тебе помочь? — Валентин Анатольевич изогнул бровь, наблюдая за тщетными попытками Лизы взобраться на тумбочку, дабы достать чай.

— Вы все равно не достанете, — отмахнулась девушка, с трудом не сваливаясь с тумбочки.

Литератор молча протянул руку к верхней полке, извлекая оттуда единственную коробку, которая там вообще была в наличии. Лиза с трудом сдержала саркастичный комментарий, что с таким ростом ему надо было идти на стройку, работать подъемным краном. Рядом с учителем она чувствовала себя гномиком-ворчуном, при его-то росте не меньше, чем в 190!

— Можешь не благодарить, — он пожал плечами, отдавая девушке коробку и наблюдая за ее потугами аккуратно слезть с тумбочки, а не свалиться с нее аки мешок с картошкой. — Где твои родители, Лиза? Я не видел их в школе на собрании.

— А вам есть, что им обо мне сказать? Я в этом году еще вроде не особо косячила, — хмыкнула девушка, ставя на плиту чайник и рассыпая заварку по чашкам. — Вам сколько сахара?

— Не отвлекайся, — литератор опустился на табуретку, упираясь лопатками в стену и снимая тоненькие очки в черной оправе. — Сахара две. Так где родители, Лиза? Я не смог до них дозвониться.

— И не сможете, — фыркнула Лиза, спешно прикусив язычок. — Они за границей. Почивают на лаврах.

— И когда вернутся?..

— Ближе к осени. Следующей, — девушка пожала плечами. — Я редко их вижу. Общаются они со мной в основном денежными переводами и редкими открытками с разных концов света.

— Это же безответственно, оставлять ребенка одного, — Валентин Анатольевич хмуро изогнул бровь, наблюдая за изменениями в лице Лизы.

— Мне восемнадцать зимой, не сгущайте красок, прошу. Они имеют бизнес в Германии, и с бизнесом чувствуют себя комфортнее, чем со мной. Это все.

Лиза с трудом не всхлипнула. Хоть она уже и привыкла к осознанию того, что родители давно забили на нее, сказать об этом постороннему человеку оказалось намного труднее, чем она предполагала. Однако девушка считала, что своей репликой она ясно дала понять своему не в меру любопытному литератору то, что она более не намерена была обсуждать эту тему. Даже с ним.

Она спешно тряхнула головой, отгоняя неразборчивые мысли. В смысле «даже»? Особенно с ним! Лиза убедила себя в том, что она просто не так выразилась. Девушка абсолютно не планировала вступать в Фан-клуб этого молодого Валентина-покорителя-сердец-всей-параллели. Конечно же, молодой преподаватель со своей манерой преподавания, идущий на контакт с учащимися, да еще и такой милый забавный в своем непрофессионализме не мог остаться без внимания большинства девчонок старшей школы.

Раздумья Лизы прервала трель дверного звонка.

— Прошу прощения, я сейчас, — она мысленно прокляла всех, кто решил наведаться к ней, тут же покидая кухню.

По дороге до двери девушка мельком заглянула в зеркало, убирая выбившуюся из неаккуратного хвостика прядку высветленных волос. За входной дверью раздалось настойчивое покашливание, и Лиза со вздохом распахнула ее, убирая единственное препятствие перед прибывшим к ней в гости ураганом Катрина.

— Нет, это какой-то беспредел! — влетая в прихожую, всплеснула руками Ева. — Ты слышала, что они учудили?! Пьесу по чертовому Шекспиру. Которого мы проходили два, если не больше, года назад!

— Кто? — Лиза удивленно вскинула брови, наблюдая за разгневанной подругой.

— Этот больной на голову ходячий сборник литературных цитат! Чтоб ему… хорошо было! — скинув туфли, Ева тут же стала на добрых восемь сантиметров ниже. — Еще и припахать меня к организации этого действа, видите ли потому, что я хорошо рисую. Подумать только, ставить школьную постановку с одиннадцатыми классами! Я переросла возраст утренников еще в третьем классе, и если он этого не понимает, то я готова доступно объяснить этому новичку литературной сферы, что…

Влетев на кухню, Ева ойкнула, встречаясь взглядом со спокойно выслушивающим этот поток мыслей литератором.

— И тебе не хворать, Дружинина, — спокойно протянул он. — Внимательно слушаю, что же ты готова мне объяснить?

— В-вы… чего это вы здесь делаете? Или я квартирой ошиблась? Лиза, это розыгрыш какой-то?! — Ева сделала шаг назад, врезаясь в подругу и ошалело глядя на нее.

— Нет, мы тут это… постановку обсуждали, — сглотнула девушка, обходя удивленное тело и спокойно разливая воду из уже закипевшего чайника по чашкам. — Будешь чай?

— Лиз, не обессудь, но я уж как-то потом зайду!

Ева как пробка из шампанского вылетела с кухни, на ходу ругая вездесущего литератора, на чем свет стоит. Она спешно натянула свои туфли и, цокая каблуками, выбежала на лестничную клетку, предусмотрительно хлопнув за собой дверью.

— Так что там с постановкой? — как ни в чем ни бывало продолжила Лиза, возвращая все свое внимание учителю.

Он также спокойно притянул к себе чашку с чаем, делая глоток. Затем расплылся в довольной улыбке, поднимая взгляд на поджавшую губы ученицу.

— Ты тоже поможешь мне в организации.

— Ну, это меньшее из…

— И сыграешь, пожалуй, роль Джульетты. Раз уж ты даже сквозь болезнь находишь в себе силы ходить в театральный кружок, — холодно закончил литератор. — А пока подпиши-ка документы, что ты осведомлена о том, что тебе сдавать ЕГЭ и все прочее. Мол, с уваженьем, дата, подпись…

Внутри у Лизы взорвалась маленькая атомная бомба. Как там говорила Ева? Чертов ходячий сборник литературных цитат!

========== Глава 3 - Тени в темноте ==========

Заставив себя выйти из дому, Лиза таки соизволила в понедельник явиться к уроку литературы. Валентин Анатольевич максимально заботливо проигнорировал ее появление в классе, так что девушку миновала сдача стиха, который, как оказалось, уже давно надо было таки зазубрить и рассказать. Да чтобы все это было еще с чувством, толком, с расстановкой. И вообще желательно с театральным действом на три акта, фанфарами и лишним пафосом, присущим многим театральным постановкам.

— Не забудьте о том, что сегодня к четырем часам дня я ожидаю всех организаторов постановки в актовом зале. На сим прощаюсь, — напомнил литератор, параллельно записывая на доске домашнее задание. — Далия.

Лиза максимально вздохнула, падая на стул. Она даже не успела собрать сумку и убраться отсюда восвояси до того, как Валентин Анатольевич таки вспомнил о ее существовании. Девушка определенно теряла сноровку. Она вздохнула от осознания этого факта, и воззрилась на желтеющие листья клена за окном, упорно не обращая внимания не перешептывающихся за спиной одноклассников.

— Дружинина, выйдите!

Девушка невольно улыбнулась. Так Ева хотела остаться и прислушаться к разговору литератора с его самой успешной ученицей? О, право, не стоило. А он, как оказалось, уважал личное пространство своих учеников. Всех, кроме самой Лизы. Ведь в следующую секунду он по обыкновению закрыл дверь на ключ, и, распахнув окно, уселся на подоконнике буквально в нескольких сантиметрах от Лизы.

— Вы мне дерево заслоняете, — честно буркнула девушка, принимая более или менее сидячее положение.

— Держи, — литератор улыбнулся, протягивая девушке стопку листков с текстом. — Я выделил тебе твои слова.

— Так это была не шутка, — недовольно простонала Лиза, принимая из рук учителя сценарий пресловутой «Ромео и Джульетты». — Спасибо.

— Можешь сделать вид, что изучаешь сценарий, и не идти не физкультуру, — спокойно продолжил Валентин Анатольевич, закуривая. — У меня окно.

Лиза наконец улыбнулась. Так литератор все-таки человек? Какая честь. Он сейчас позволял ей прогулять физкультуру, прикрываясь тем, что она якобы останется с ним, дабы изучить многострадальный сценарий.

— Мы уже когда-то ставили эту пьесу, к вашему сведению, — протянула девушка, пробегая глазами по тексту. — Классе эдак в седьмом.

— Успешно? — Валентин Анатольевич хохотнул. — Это глупо. Ставить подобную пьесу на классе, в котором никто из детей еще не знает, что такое чувства.

— Я бы поспорила, — Лиза фыркнула, вспоминая одноклассниц, которые как раз в седьмом классе и взялись за обсуждение мальчиков и отношений.

— Хочешь сказать, что можно в седьмом классе понять трагедию Шекспира?

— Комедию, — брякнула девушка, ловя на себе заинтересованный взгляд литератора. — Ромео и Джульетте было ненамного больше лет, чем нам в седьмом классе.

— Но и время было другое. В конце концов, не думаю, что исполнитель роли Ромео в седьмом классе без боя согласился целовать Джульетту, да хотя бы обнимать ее! — Валентин Анатольевич рассмеялся, с прищуром глядя на Лизу.

Она поняла, что аргументы закончились. Но…

— Они даже не обнимались на сцене, о чем вы, — девушка отмахнулась.

— Они? — литератор удивленно изогнул бровь. — Разве не ты исполняла роль Джульетты?

— Ромео, как мне жаль, что ты Ромео! — картинно взмахнув руками, протянула Лиза. — Бросьте, я не была достаточно общительной даже для того, чтобы сыграть дерево. Хоть и пыталась.

— И по итогу тебе досталась роль?..

— Розалины, — девушка пожала плечами. — Это, конечно, не дерево. Однако моя задача состояла только в том, чтобы присутствовать на сцене.

— Удивительно, что тебя вообще на сцену выпустили, — фыркнул литератор, закрывая окно.

Он прошелся по классу, разминая шею и что-то бормоча под нос. Лиза искоса наблюдала за тем, как Валентин Анатольевич потягивался, словно кот. А затем и вовсе направился в сторону подсобки. Замер, буквально на мгновение. А затем коротко бросил через плечо:

— В моей постановке тебе придется целовать Ромео. Готовься морально.

— Чего?!

— У тебя ведь нет парня, я не ошибся? Так что твой первый поцелуй вполне может украсть кто-то из одноклассников, — пожал плечами Валентин, таки скрываясь в подсобке и загадочно улыбаясь.

Лиза только тихо выругалась, утыкаясь взглядом в сценарий и разыскивая в нем пресловутую сцену с поцелуем. Как выяснилось, в этом сценарии таковых было аж две. И на том спасибо, Валентин Анатольевич, что не три!

***

— Короли ночной Вероны, нам не писаны законы! Мы — шальной удачи дети…

— Мы живем легко на свете! — обнимая швабру, вытанцовывала Ева, подпевая подруге, которая гордо восседала на краю сцены, свесив с нее ноги.

На улице уже темнело. Около восьмого часу вечера закатилось солнце, а уже через пол часа улицу окутали сумерки.

— Ты же в курсе, что я не счастлива добираться домой в темноте? — недовольно протянула Лиза, растягиваясь на сцене.

— Я тебя подвезу, — отмахнулась Ева. — Почти оттерла.

— В нашей жизни, то и дело, душу побеждает тело…

Лиза уже несколько часов подряд рассматривала потолок актового зала, периодически меняясь местами с Евой. Все дело в том, что Валентин Анатольевич попросил девушек покрасить заботливо вырезанные из картона задники для сценок. А для этого требовалось, ни много, ни мало, все-то принести из подсобки завхоза пару банок краски. Одну из которых Ева успешно опрокинула на пол. И та теперь активно не хотела отмываться уже несколько часов, ведь, как выяснилось, сделана она была на масляной основе, а растворителя у девушек не обнаружилось. Даже в дамской сумочке Евы он не завалялся, вот так незадача. В такой ситуации Валентин Анатольевич вынудил Еву остаться здесь и заботливо вручил ей швабру для отмывания этого безобразия. А Лиза… ну, она осталась просто по доброте душевной.

— У меня закончились песни из Ромео и Джульетты, — пожаловалась Лиза, пролистывая плейлист на телефоне, который она активно изучала весь вечер. — Еще и телефон разрядился, -простонала она, утыкаясь носом в сгиб локтя.

— Ничем не могу помочь, — отозвалась Ева, — не обладаю привычкой таскать с собой зарядку.

— Поэтому твой модный телефон сел еще час назад? — спокойно хмыкнула Лиза, которая свято презирала навороченную технику, считая себя слишком примитивной для осознания всего величия очередного айфона.

— Зато…

— У тебя камера со встроенным эффектом боке, я в курсе, — отмахнулась девушка. — Уже слышала. Еще в первый день после покупки этого агрегата.

— Зато я закончила! — Ева издала победный клич, в очередной раз с грустью глядя на свой идеальный маникюр. — Валим отсюда, я хочу еще успеть по дороге домой заскочить в пиццерию. Ты со мной?

— Все тебе на месте не сидится, — простонала Лиза, сползая со сцены. — Я спать хочу до одури, забрось меня домой.

— Ваша вахта.

Девушки спешно собрали свои вещи, спускаясь по лестнице и направляясь к выходу со школы. Они ожидали увидеть горящий свет в будке сторожа, однако на первом этаже было максимально темно. Отчего Лизе было, мягко говоря, не по себе. Однако девушка старалась не выдавать своего состояния, а потому молча следовала за подругой.

Ева недовольно осмотрелась. Постучалась в окно, надеясь, что сторож просто вышел на перекур. Однако никто не отзывался. Девушка даже прошлась по холлу школы, но безуспешно.

— Поверить не могу! — она топнула ногой, глядя на наручные часы. — Часов всего девять вечера! А этот старый хрыч свалил, закрыв нас в школе!

— Успокойся, — Лиза нервно сглотнула.

Ей, конечно, некуда было спешить, дома ее никто не ждал. Однако перспектива остаться на ночь в школе ей абсолютно не улыбалась. Хоть в этом не было ничего ужасного и пугающего, но девушке на самом деле было не по себе. Мало ли, что могло случиться.

— Я-то думала, что сторож присутствует здесь круглые сутки, — задумчиво протянула она. — И… что будем делать? Звонить?

— Куда? В рельсу? — Ева скептично изогнула светлую бровку. — Или у тебя есть запасной телефон?!

— Твою ж морковку-у-у, — простонала Лиза, запрокидывая голову.

В следующие несколько минут был отброшен вариант выбираться через окно, ведь окна первого этажа украшали изящные решетки. Сноровки и навыка же на то, чтобы слезать со второго, да и банальной смелости на подобный экстрим, девушки в себе не обнаружили. Потому было принято решение плюнуть на все, вернуться в актовый зал и заночевать прямо там. Ведь хотя бы в этой части школы еще был свет.

— Нет, серьезно?! — Ева выругалась, стоило девушкам обнаружить, что, видимо, в целях экономии электроэнергии, свет отныне не горел и в актовом зале. — Ладно, нам же тут только заночевать.

Девушка на ощупь добралась до подсобки, служившей школе чем-то вроде небольшой раздевалки и гримерной по совместительству. Там обитал старый пыльный поломаный диван, на который Еве и пришлось уложить свое недовольное величество.

Только вот незадачка, на диване категорически не хватало места еще и на Лизу.

— Забей, — отмахнулась девушка, — ты отдыхай, а я пока пройдусь по школе. Поищу, где бы прилечь.

— Да в любой подсобке практически есть диван, не волнуйся, — подбодрила Ева, подкладывая свою сумку себе под голову. — Наверняка почти все классы открыты. Тут максимум будет закрыт директорский кабинет, и то не факт!

— О, я помню, в учительской, кажется, когда-то был собрат этого дивана! — Лиза радостно подскочила.

Она уже хотела покинуть подругу, спешно пожелав той спокойной ночи и самых сладких кошмаров в пустом школьном помещении, как Лиза расслышала кое-что странное. Ева тихо, практически не разлепляя губ, шептала под нос какую-то молитву. Судя по всему, вообще на латыни. Девушку передернуло от этого. Для себя она отметила странность подобного действия, ведь никогда в жизни Ева не была сильно набожной.

Не решившись заговорить, Лиза отмахнулась от собственных мыслей, с опаской выбираясь из актового зала. Ей предстояло спуститься на первый этаж, обогнуть холл школы, затем вновь подняться на второй этаж, и только таким хитрым образом девушка могла попасть в учительскую. Правда, еще оставался вариант весь тот же путь пройти через третий этаж, чем, собственно, Лиза и занялась, стараясь по дороге до лестницы унять бешено колотившееся сердце. У самой лестницы она чуть не споткнулась об ведро с водой. Внутри все на мгновение сжалось. Лиза точно помнила, что этого несчастного ведра здесь не было буквально десять минут назад, когда девушки возвращались в зал.

Отогнав тревожные мысли, Лиза все-таки пробралась через третий этаж, радуясь тому, что в коридорах хватало минимального света, поступавшего с улицы. Каждый шорох казался ей буквально стуком. А скрип старого пола набатом раздавался в ушах, заставляя замирать после каждого шага. Девушка с горем пополам добралась до второго этажа, и тут же замерла на лестничном пролете. Снизу раздался вполне конкретный шорох, сопровождаемый шагами. Понадеявшись на то, что это мог оказаться вернувшийся на свой пост сторож, Лиза спустилась, окидывая пустой холл взглядом. Не могло же ей показаться?

— Эй!

В полной тишине этот оклик показался невыносимо громким. Девушка вздрогнула, оборачиваясь, и наблюдая за тем, как к ней приближалась высокая фигура. В глазах на секунду все поплыло. Это был не сторож.

Лиза взвизгнула, тут же разворачиваясь и взлетая на второй этаж со скоростью самого заправского спринтера. Она ткнулась в дверь учительской, в надежде скрыться там, или хотя бы спрятаться, однако та не поддалась. Кажется, догадки Евы о том, что в этой школе закрывали только кабинет директора, не оправдывались. Развернувшись, девушка планировала рвануть дальше, как в старых добрых фильмах ужасов, преследуемая непостижимым злом, вроде неупокоенного завуча, являющегося по ночам в школу и разыскивающего, у кого бы выпить свежей кровушки.

Однако рвануть она не успела. Ее очередной вскрик утонул в ладони человека, ловким движением зажавшего рот незадачливой старшекласснице.

— Далия, успокойся, я не кусаюсь, — спокойно прошептал Валентин Анатольевич, склоняясь над ней.

— В-вы? — голос предательски дрогнул, стоило девушке отступить на шаг назад. — Что вы здесь делаете? Это… вы меня напугали?!

— Я не хотел, поверь, — он отмахнулся. — Видимо, меня, как и тебя с подругой, закрыли в школе по неосторожности. Я оставался, чтобы проследить за вашей работой. Но уснул. И только что проснулся. Где, кстати, Дружинина?

— Она осталась в актовом зале, там в подсобке есть небольшой диванчик, так что она предпочла лечь спать, — пробормотала Лиза, поднимая глаза на собеседника.

— А ты? Чего шатаешься тут как призрак коммунизма?

Девушка хихикнула, глядя на спокойное лицо литератора. Рядом с ним, как ни удивительно, становилось как-то спокойнее на душе. А еще в полумраке коридора создавалось ощущение, словно глаза у него как-то поблескивали, практически светились. Но это было лишь причудливой игрой скудного света, проникавшего в окно второго этажа.

— Ну, я подумала, что в учительской можно найти ключи от школы и свалить отсюда, — грустно вздохнула девушка.

— Сейчас вся школа на сигнализации. Если открыть любую входную дверь, окно или даже люк на крышу — начнет верещать, — спокойно пояснил Валентин Анатольевич, делая шаг назад. — Но у меня есть ключи от некоторых кабинетов. И к тебе деловое предложение. Мы можем спуститься в спортзал. Там на матах определенно комфортнее, чем на партах в кабинете.

— Да я бы как-то уж сама на диванчике в какой-то подсобке, может…

— Не мямли, Лиза, — улыбнулся литератор. — Я же вижу, что ты до полусмерти боишься темноты.

— Предлагаете мне свою компанию? — фыркнула девушка, радуясь тому, что во мраке школьных коридоров не были видны ее слегка краснеющие щеки.

— Не самую неприятную, надеюсь, — хмыкнул учитель, разворачиваясь к лестнице. Он остановился, на мгновение задумавшись, а затем протянул Лизе руку. — Идем?..

Ходить за руку с учителем? Ох уж эти издержки начальной школы. Однако Лиза прекрасно знала, что она могла легко споткнуться даже при свете и на вполне ровном месте. Поэтому сейчас ей пришлось вложить свою руку в холодную ладонь литератора, следуя за ним. Только за неимением лучших вариантов, конечно же. Девушка была уверена в том, что будь у нее хоть какой-то выбор, то она избавилась бы от этого Валентина при первом же удобном случае. Но сейчас его присутствие рядом действительно помогало успокоиться и унять бешено бьющееся в груди сердце, да позволить воспаленному страхом темноты разуму слегка расслабиться.

— Тебя смущает моя компания? — хмыкнул Валентин Анатольевич, ковыряясь ключом в замке спортзала.

— Не поймите неправильно. Просто я не хочу показаться одной из тех, кто…

— Ты не из них, я знаю, — он улыбнулся, даже не думая о том, что в темноте это было практически незаметно. — Не из тех, кто уже представляет, как они назовут своих детей от меня.

Лиза хохотнула, глядя на учителя. А он, оказывается, быстренько просек, что в этой школе он временно стал самым завидным кандидатом на влажные фантазии старшеклассниц. Неплохо. Благо, хоть Еву этой волной не накрыло.

Темный ночной спортзал ужасал еще больше, чем пустые коридоры. Если там еще хоть какой-то свет проникал сквозь окна, то в спортзал, находившийся на цокольном этаже, в котором до кучи еще и были за каким-то чертом замазаны все подобия окон, не заглядывал ни единый лучик света. Тьма зала поглощала, слизывая углы и заставляя нервно оглядываться. Терялись очертания предметов, общий размер зала тоже забывался мгновенно, он словно становился огромной черной дырой, в которой только и была одна стена с дверью, да пол. И то неизвестно, сколько еще шагов можно было сделать вперед по этому полу, словно где-то в темноте он растворялся, исчезая.

А ведь Лиза знала, что выключатель находился в подсобке у физрука. А ключи от подсобки были только у самого хозяина этого дивного места, в котором всегда почему-то пахло сыростью и плесенью. Но девушка все-таки подергала ручку подсобки, предварительно дрожащими руками пошарив по стене. Та, конечно же, не поддалась.

— Мне плохо, — сглотнула она, оборачиваясь к литератору. — В-валентин?..

Внутри у девушки все замерло, натянувшись до предела и грозясь сорваться. Она совершенно не видела в темноте, однако девушка прекрасно ощущала, что литератора рядом не было. Она не чувствовала его присутствия.

Лиза закрыла рот руками, опрометчиво делая шаг в темноту. Затем еще два, буквально два шага. И все. Ее накрыло волной паники. Девушка обернулась, отступая назад, разыскивая стену. Однако той нигде не было. Она потерялась в чертовом спортзале. Не было ничего, она словно слепец искала хоть какую-то опору, тихо всхлипывая.

— Лиза!

Голос Валентина Анатольевича словно спасательный круг, дал девушке понять, что она не одна в этой пугающей темноте. Но где? Откуда он доносился? Учитывая аккустику спортзала, создавалось ощущение, что голос был сразу повсюду, и словно его не было одновременно нигде.

— Помогите! — вскрикнула Лиза, наугад бросаясь в темноту.

И она бы врезалась в стену, возможно, даже разбила бы себе нос, если бы в последнюю секунду литератор не сгреб ее в охапку, заставляя развернуться и вжимая себе в грудь.

— Успокойся, Лиза, все в порядке, — мягко прошептал он, позволяя девушке вцепиться в свою рубашку мертвой хваткой.

— Мне страшно, — проскулила старшеклассница. — Помогите, пожалуйста.

В данный конкретный момент ее не сильно заботило то, что она всем телом прижималась к своему учителю, так доверчиво льнула к нему. Он был единственной опорой в этой страшной, давящей, пугающей темноте, из-за которой в мозгу роились сотни самых страшных мыслей.

— Расслабься, — спокойно пробормотал Валентин Анатольевич, опуская руки на плечи девушки и не позволяя той отстраняться, боясь вновь потерять ее во мраке. — Твоя никтофобия совершенно нормальна. Воображение рисует тебе то, чего нет на самом деле. Это не страшно, успокойся, я рядом.

Он, кажется, говорил еще что-то. Такое невероятно милое и ласковое, словно они были близки, давно знакомы и вообще практически встречались. Девушка искала в учителе литературы такую нужную ей сейчас опору, маяк посреди моря страха. И ей, в общем, удалось его найти, пока она, жмурясь, боясь открыть глаза, утыкалась ему в грудь.

— П-простите. И спасибо, — пробормотала она, поднимая заплаканные глаза на учителя. — Я, наверное, глупо себя веду?

— Абсолютно нет, — он улыбнулся. — Чтобы не напрягаться, можешь пока перейти на «ты», серьезно. Разрешаю.

— Спасибо еще раз, — пискнула Лиза, отступая на шаг назад и вытирая невольно катившиеся по щекам слезы.

— Брось, это моя работа, присматривать за неувязками вроде тебя, — Валентин Анатольевич хохотнул, наблюдая за хмурым выражением лица девушки. — Пойдем на маты, хоть присядем. Поговорим о литературе.

***

Валентин Анатольевич, как выяснилось, сотовым телефоном вообще редко пользовался, а потому тот был безнадежно разряжен за ненадобностью. Однако сосущая темнота не помешала ему спокойно добраться до горы матов, сложенных в углу спортзала, достать несколько из них с общей стопки, и аккуратно сложить у стенки.

— Ну, на безрыбье, как говорится, — литератор хмыкнул, помогая Лизе присесть. — Удобно?

— Спасибо большое за вашу… твою заботу, — мягко улыбнулась девушка, устраиваясь на образовавшемся ложе. — Более чем.

Повисла неловкая тишина. Лиза не знала, стоило ли заговорить с учителем хоть о чем-то. Сон пропал, и не планировал возвращаться в ближайшее время. В груди неприятно кололо, но девушка списывала это на испуг и резко подскочивший уровень адреналина в крови.

— И давно с тобой такое? — тихо поинтересовался Валентин, пристально глядя на девушку.

Лиза поежилась. Тяжесть этого взгляда можно было ощущать практически физически, словно на плечи внезапно опустилась тяжелая птица. Но эта птица тут же заботливо укрыла девушку крыльями, словно согревая, не позволяя страхам захлестнуть ее.

— Вы о фобии?

— О панических атаках, — холодно отозвался учитель.

— Так вы заметили, — Лиза лихорадочно поежилась, заламывая пальцы. — Не говорите никому, пожалуйста…

— Далия! — внезапный возглас Валентина заставил девушку вздрогнуть и ойкнуть. — Хватит думать обо мне, как о деспотичном тиране, строющем заговоры против учеников!

Девушка улыбнулась, сквозь темноту глядя на еле различимый силуэт своего учителя. Так вот он какой, оказывается. Он не пытается втереться в доверие, просто показывает себя таким, какой он есть на самом деле. Только вот слегка опасается, что его не примут, или не воспримут всерьез. Что ж, Лизе это было знакомо как никому другому. Кто, как не она, лучше мог понять проблему непонимания со стороны учеников.

— Не так давно, — она набрала полную грудь воздуха, выдыхая. — Я попала в беду однажды. Наделала глупостей. В общем…

— Пыталась покончить с жизнью?

Девушка с силой сжала зубы.

— Да, по глупости наглоталась таблеток. Лежала в больнице потом. И однажды вышла, буквально до туалета. И тут во всем блоке выключился свет, — она сглотнула, запуская пальцы в волосы. — У меня тогда из-за успокоительного возможно, или еще от чего-то, впервые случилась паническая атака. Не могу оставаться в темноте. Даже сплю с ночником, или вообще с лампой на столе.

В зале вновь повисла ужасная, давящая тишина. Лиза буквально спиной чувствовала на себе взгляд литератора и… она не чувствовала, чтобы он осуждал ее. Скорее холодно, но все-таки понимал, в какой-то степени. Девушка не понимала, с какой это стати она вдруг рассказала ему то, о чем не знала даже Ева. Но факт оставался фактом: Валентин Анатольевич знал то, чего не знал больше никто. И от осознания того, что она наконец смогла хоть с кем-то этим поделиться, на душе стало слегка, совсем немножечко, но легче.

— Я что-то плохо себя чувствую, — Лиза поежилась, стараясь слегка перевести тему.

— В каком плане? Снова страхи? — Валентин Анатольевич с беспокойством коснулся ладонью лба своей подопечной.

— Н-нет. Странное чувство. Раньше такого не было, — она провела рукой вначале по шее, затем опустила ее к груди, чувствуя, как бешено колотилось сердце.

— У тебя еще и с сердцем проблемы?!

— Нет, все в порядке. Кажется, — Лиза сглотнула. — Просто очень странное ощущение, словно… Внутри все кипит, как бульон с курочкой.

— Говоришь о еде, значит жить точно будешь, — спокойно вздохнул литератор, вновь отклоняясь к стене. — Ты устала. Отдохни.

— Вы что, в темноте так хорошо видите? Заметили, что я до сердца дотронулась, — Лиза нервно выдохнула, пытаясь действительно успокоиться.

Ей не удавалось. Внутри все словно ходуном ходило, грозясь вылиться на девушку какими-то знатными проблемами со здоровьем. Сердце билось явно чаще, чем требовалось. Да и жар, который так заботливо проверял у нее Валентин Анатольевич, судя по всему имел место быть.

— Слегка вижу, — уклончиво отмахнулся литератор. — Дай-ка руку.

Он легко перехватил запястье девушки, тут же зажимая холодными пальцами пульс и глядя куда-то в темноту из-под полуопущенных ресниц. Он умудрялся одновременно отсчитывать в голове время, и считать пульс, чем не слабо удивил Лизу. Возможно, из-за этого ее сердце на несколько секунд даже ускорилось. А затем все равно пропустило пару ударов, когда литератор выдохнул ей в плечо, вновь возвращаясь на свое место.

— У тебя учащенный пульс, Лиза, — спокойно проговорил он, практически чеканя каждое слово. — Поэтому ложись-ка ты спать. Я не биолог, поэтому буду слепо надеяться на то, что полегчает. В конце концов, для тебя сложившаяся ситуация — огромный стресс.

Тут старшеклассница не могла с ним не согласиться. Окружение давило на нее, и только благодаря близости учителя девушка до сих пор не свихнулась от страха темноты, окутывавшего, захлестывавшего ее подобно волнам в шторм, и утаскивавшего на самое дно сознания, словно водоворот.

— Можно… — Лиза практически не слышала своего голоса, ей было страшно о чем-то сейчас просить учителя. — Прилечь рядом с вами?

— Легче? — вздохнул Валентин Анатольевич. — Можешь лечь ко мне на колени. Только подложи какую-то кофту.

Лиза удивленно сглотнула, нащупывая свой рюкзак и извлекая оттуда спортивную кофту. Она боялась даже заговорить. Он серьезно?..

— Подойдет, ложись, — улыбнулся литератор, отворачиваясь и устремляя свой взгляд куда-то в темноту спортивного зала.

Словно и вправду что-то там видел.

***

Девушку разбудила ненавистная трель звонка, раздавшегося, казалось, прямо у нее над ухом. Лиза поморщилась сквозь сон, в попытке притянуть к себе подушку и накрыться ею с головой. Однако уже через секунду она осознала, что попытка провалилась, а та самая «подушка» откровенно хихикала.

— Далия, — литератор тяжело вздохнул, стараясь подавить смех. — Мне щекотно.

— Что?!

Девушка, не совсем понимая, что она делала, просто откатилась в сторону. Через секунду спортзал с его удивительной акустикой наполнила трехэтажная ругань. Да такая, что завяли бы уши даже у грузчиков с соседней стройки. Не полностью проснувшись, Лиза просто скатилась с матов, успешно грохнувшись на пол. И, как следствие, смачно выругавшись.

— Юная леди, а так ругаешься, — покачал головой Валентин Анатольевич, совсем без укора, спокойно подавая своей ученице руку и помогая ей подняться.

— К-который час?

— Первый урок только что начался. Извини, я вынужден был тебя разбудить. Не хотел, чтобы физрук застал нас здесь. Думаю, ты понимаешь, — литератор улыбнулся. — Пойдем, я подвезу тебя домой.

— А уроки? — Лиза даже спросонья умудрилась скептично усмехнуться.

— Забей, — отмахнулся Валентин Анатольевич. — Как будто ты на них явилась бы, зная, что сегодня нет литературы и русского языка.

— Действительно.

Лиза буквально на автопилоте последовала за литератором. Наблюдала за тем, как он ругался с охранником по поводу того, что ночью в школе не было сторожа. Затем спустилась по школьным ступеням, дошла до практически новенькой черной машины с тонироваными стеклами, слегка присвистнув. А затем проскользнула в кожаный салон, наслаждаясь мягкостью сиденья.

— Пристегнись, — коротко проронил Валентин Анатольевич, падая на водительское сиденье.

Девушка молча повиновалась, тут же приоткрывая окно и вдыхая еще слегка прохладный утренний воздух. Это было максимально приятно и отрезвляюще. Она когда-то уже выходила на балкон в двадцатиградусный мороз только чтобы протрезветь. И, как ни странно, помогло. Ох, то новогоднее празднование Лиза не могла забыть до сих пор.

Машина мягко остановилась во дворе новостройки, в которой и обитала девушка. Она, правда, не сразу это осознала. Понимание ситуации пришло только к тому моменту, когда Валентин Анатольевич услужливо распахнул перед девушкой дверь, подавая ей руку и помогая выбраться на свет божий.

— Как ты себя чувствуешь? — заботливо поинтересовался литератор, наблюдая за потугами девушки натянуть на плечи рюкзак.

— Определенно не выспалась, — протянула Лиза.

— Ну, так иди домой, отоспись. Перед учителями я тебя прикрою, — он оперся о капот машины, извлекая из кармана брюк портсигар.

— Не стоит, — отмахнулась девушка, направляясь к своему подъезду.

— Давай уже, иди!

— А вы? — она остановилась, через плечо глядя на собеседника.

Тот лишь многозначительно кивнул на сигарету, зажатую меж тонких пальцев. И все как-то само по себе стало понятно.

========== Глава 4 - Закулисье ==========

— Итак, я, наконец, нашел нам исполнителя роли Ромео, — констатировал Валентин Анатольевич, сидя на краю сцены.

Он снял очки и протер их, наблюдая за искренним интересом, сквозившем во взгляде одиннадцатого класса. Литератор покачал головой, с улыбкой кивая кому-то из зала.

— Далия, знакомься со своим избранником, — он махнул рукой, заставив Лизу, читавшую сценарий где-то на последнем ряду, подскочить.

Девушка окинула взглядом собравшихся одноклассников. И в следующую же секунду нервно сглотнула, сжав руку стоявшей рядом Евы. Подруга мгновенно поняла реакцию Лизы, стоило ей найти среди одноклассников предполагаемого Ромео.

— Егоров? Серьезно? — Ева фыркнула, убирая за ухо прядь волос. — Он подойдет только на роль трупа Ромео, — выплюнула она, защищая подругу от нежелательного внимания.

— Это уже мне решать, Дружинина, — спокойно отозвался литератор. — Костя сам вызвался на эту роль, у меня нет ни единого повода ему отказывать.

Валентин Анатольевич хлопнул в ладоши, призывая всех подняться на сцену и скрыться за кулисами. Он еще в начале репетиции предупредил, что планировал прогнать всю пьесу от начала и до конца, дабы прикинуть, сколько времени потребуется на ее постановку. Хотя он и понимал, что чтение текста с листочков затянется надолго, особенно учитывая заинтересованность некоторых лиц в постановке спектакля.

— Валентин Анатольевич! — Лиза, приблизившись к литератору, потянула его за край жилета. — Можно вас на минутку?

— Внемлю.

— Почему именно Костя?! — понизив голос до шепота и привстав на цыпочки, вспыхнула девушка. — Я вас прошу, поменяйте исполнителя роли Ромео, умоляю!

— Он тебе небезразличен? — спокойно отозвался Валентин, заглядывая в глаза ученице и словно ища в них ответ.

— Нет же! — Лиза поморщилась. — Я ему нравлюсь. Причем активно и уже несколько лет.

— А он тебе, стало быть, противен?

— В точку!

— Брось. Мне жаль, но он действительно единственный кандидат на эту роль. Тебе придется потерпеть, — улыбнулся литератор. — Но я прослежу за ним, не волнуйся.

— Спасибо…

Лиза отозвалась максимально растерянно. Ну, это меньшее из зол, которое она могла получить. В конце концов, зная хитрый характер Валентина Анатольевича, он мог бы еще и воспользоваться этой слабостью девушки. Но он этого не сделал, чем и внушал надежду.

— Далия, на сцену! Скройся в кулисах! — раздался командорский голос литератора. — Не в тех, это сторона Монтекки. Оставь Ромео в покое, вы будете видеться исключительно на сцене. Сгинь!

Девушка с улыбкой убежала на другую сторону сцены, тут же обнимая там Еву. Все-таки Валентин прислушался к ее словам и разбросал Ромео и Джульетту по разные стороны баррикад.

***

— Ромео, где твоя маска?! Нам завтра показывать народу премьеру, а ты не можешь найти маску. Бардак!

Валентин Анатольевич по прошествии полутора месяцев раздавал последние указания, расхаживая перед сценой, по которой сновали уже выучившие текст одиннадцатиклассники, наряженные в роскошные костюмы, одолженные Валентином у каких-то его знакомых.

— Тибальт, уходит… — читал с листка литератор, стоя на краю сцены. — Дружинина, сделай два шага назад, вернись к мужу и покорно обсуждай с ним последние сплетни Вероны! Желательно молча.

Ева, которой Валентин Анатольевич по доброте душевной отдал роль матери Джульетты, что-то недовольно фыркнула, отходя в тень сцены и сливаясь с толпой. В конце концов, они повторяли сцену бала, а на балу Капулетти следовало создать видимость массовости. Потому Валентин и заставил выйти на сцену большую часть своей импровизированной труппы.

— Ромео подходит к Джульетте, так…

Поверх очков он наблюдал за игрой Лизы, облаченной в легкое воздушное платье кремового цвета. Оно идеально подходило девушке, подчеркивая ее женственность и контрастируя со струившимися по плечам волосами цвета меди. Вокруг нее ужом вился тот самый Костя, который на роль влюбленного Ромео подходил как никто другой. Особенно учитывая искренние чувства, так и сквозившие в его взгляде.

— Губам, святая, счастье то открой, что есть у рук. Извериться готов! — восклицал Ромео, приближаясь к Лизе и заглядывая ей в глаза.

Девушка буквально инстинктивно отступила назад, чем вызвала усталый вздох литератора. Он уже устал мириться со страхом своей ученицы относительно ее одноклассника. О дьявол, это ж просто постановка!

— Не движутся святые в знак согласья, — отрезала Джульетта, из-под полуопущенных ресниц глядя на своего ухажера.

Хотя, стоило отдать ей должное. Лиза отыгрывала свою роль на высшем уровне. В какой-то момент Валентин Анатольевич даже готов был поверить в то, что она действительно рождена, чтобы быть актрисой и играть милых Джульетт.

— Недвижны будьте, — рука Ромео легла на предплечье девушки, не позволяя ей отступить, — уж достиг я счастья…

Что-то недоброе проскользнуло во взгляде Кости. Лиза по обыкновению поднялась на цыпочки, планируя тут же отстраниться. Никто не собирался отыгрывать поцелуи Ромео и Джульетты на каждой репетиции! Однако, судя по всему, у ее партнера были другие планы. Притянув девушку к себе, он наклонился к ней, потянувшись к розовым губам.

— Егоров! — голос Евы раздался, словно гром среди ясного неба.

Лиза дернулась назад, но ее никто не планировал отпускать. Она отвернулась в сторону, всячески избегая соприкосновения их губ.

— Егоров!

Уже в следующую секунду Валентин Анатольевич вернул себе контроль над ситуацией, буквально за шкирку оттягивая несостоявшегося Ромео от Лизы, и встряхивая того, как котенка. Тогда же к пораженной и напуганной Лизе подбежала Ева, оттаскивая ее в сторону и обнимая, помогая девушке унять дрожь в руках.

— Я, кажется, уже говорил об этом, — прорычал литератор, глядя то на испуганную Лизу, то на Костю. — Никаких оргий на репетициях!

— Ну так я это, хотел, чтобы на последней репетиции все достоверно было! — ощетинился старшеклассник, исподлобья косясь на учителя.

— На премьере сделаешь все достоверно, чтобы эмоции от первого поцелуя были искренними, — отрезал Валентин, возвращая все свое внимание Лизе. — Ты можешь быть свободна. И вы все! У нас Джульетта в шоковом состоянии. Все молодцы, завтра к одиннадцати чтобы здесь, каждый, как штык! А пока можете спокойно идти на химию.

Одиннадцатый класс переглянулся, явно планируя прогулять последний урок. Они определенно так и поступили бы, но…

— Я специально зайду на химию и проверю ваше там присутствие, — улыбнулся Валентин Анатольевич, покидая актовый зал.

Одиннадцатиклассники плюнули на угрозу. Ну, большинство из них. Только бедной Еве да еще парочке мучеников пришлось отправиться на химию, поскольку химичка обещала им прописать по первое число, если они не явятся дописывать пропущенную практическую работу. Лизу эта участь каким-то удивительным образом миновала, а потому девушка спокойно прогуливалась по школьным коридорам, ожидая возвращения подруги. Она, кажется, что-то говорила про вечерний шоппинг. Да, тут Лиза хлопнула себя по лбу, осознавая, что она завтра позволит Еве накрасить себя для выступления. И… она позволит Егорову поцеловать ее. Дважды.

Девушка чертыхнулась, когда в очередном коридоре она повстречала того самого Егорова. Надеясь отделаться малой кровью, Лиза натянуто улыбнулась, останавливаясь около парня, который преградил ей дорогу к школьному холлу.

— О, вы уже списали всю практическую? Похвально, — она хмыкнула, — пропусти, пожалуйста. Меня Ева уже ждет.

— Меня выгнали, — отмахнулся одноклассник, — Ева еще пытается списать.

— Оу… понятно, — Лиза отвела взгляд. Ей не сильно улыбалась перспектива оставаться наедине с этим весьма неприятным типом гражданской наружности. — Ну, я пойду, пожалуй. Подожду ее около кабинета.

— Лиз, постой! — Костя удержал девушку за руку, заставив ту сделать пару шагов назад. — Почему ты не поцеловала меня? На сцене.

— Ну, мы же договаривались, никаких поцелуев на репетициях, — с трудом не поморщившись, отозвалась Лиза.

— А сейчас? Давай порепетируем, — расплылся в улыбке несостоявшийся Ромео, приближаясь к девушке.

— Не думаю, — девушка отстранилась, нервно сглотнув.

— Брось, тебе понравится, — Костя только наступал, заставляя Лизу отступать к стене.

— Все еще не думаю, вообще, — она попыталась обойти настойчивое препятствие, но это не увенчалось успехом.

Видимо, окончательно растеряв остатки терпения, Костя сделал один резкий шаг к Лизе, тут же притягивая ее к себе и впиваясь в губы девушки поцелуем. Не найдя никакого выхода лучше, девушка только укусила парня, тут же отскакивая назад. И попутно ударяясь спиной об стену, к которой ее уже через секунду и прижали.

— Почему?! Я всегда был с тобой добр! Всегда готов был защитить от хулиганов! Я помогал тебе доставать куртку из раздевалки, и просил проводить тебя домой! Почему ты такая тварь, Далия?!

— Да потому что ты мне противен, Егоров! Отпусти! — Лиза в очередной раз рванулась, заметив перемены во взгляде парня.

— Вот как…

Она не успела опомниться, как Костя легко развернул девушку, заламывая ей руку за спину и вжимая в стену. Девушка вскрикнула, но это, как и последующий зов о помощи, утонули в пустых школьных коридорах. Конечно! Они ведь сейчас находились в младшей школе, в которой уроки закончились еще несколько часов назад. Да и старшеклассники разошлись в большинстве своем! Конечно же, ведь дополнительный восьмой урок химии был наградой только для одного одиннадцатого класса!

У Лизы внутри все внезапно сжалось. Сильная рука парня сжала ее грудь, вырвав из горла крик страха. Девушка вдруг поняла, что собирался сделать ее любимый одноклассник. И от осознания этого факта стало максимально, просто невыносимо тошно.

— Перестань!

Но Егоров не слушал. Его тяжелое дыхание Лиза чувствовала где-то у себя в волосах, а рука парня, легко задрав черную юбку и как-то похабно, буквально по-хозяйски ощупывая бедра девушки сквозь колготы, шарила по внутренней части бедер. Завтрак Лизы грозился вырваться наружу. Рвотные позывы только усилились, стоило девушке осознать, что сейчас упиралось ей в бедро.

— Хватит! — всхлипнула она, в очередной раз пытаясь освободиться.

Лиза не замечала, как слезы буквально градом катились у нее из глаз. Она не хотела. Страх окутывал, накрывал с головой. Почему. За что?! Почему именно она?..

Человек боится не неизведанного, ведь тогда мы бы не исследовали пугающие своей чернотой морские глубины. Нет. Сильнее всех страх того, что неизбежно, что удавкой возвращается к тебе из прошлого в ночных кошмарах. Страх памяти. Воспоминаний.

Так и Лиза не могла смириться с тем, что она не способна избавиться от своего одноклассника. Вспомнив, что она девочка не хрупкая, но довольно боязливая, Лиза скользнула рукой по сумке, так успешно отброшенной на подоконник. И, о боги, манна небесная!

— Выкуси.

Девушка резко дернулась назад, ударяя несостоявшегося Ромео-насильника затылком прямо в подбородок. Опешив от такой наглости, парень на секунду отскочил. А зря. Тут же прямо ему в лицо Лиза брызнула если не половину, то точно треть перцового баллончика, который она давно уже таскала с собой. Просто так. На всякий случай.

— Сука!

Не дожидаясь дальнейшего потока ругательств в свой адрес, девушка пулей вылетела из младшей школы. А затем и вовсе со школы, совсем не заботясь о том, чтобы забрать куртку из раздевалки. И она понимала, что если Костя захочет ее догнать — он догонит. Поэтому словно за спасательный круг, девушка схватилась за знакомую черную машину, стоявшую напротив школы. Со всех ног бросившись к ней, Лиза спешно постучала в стекло, моля все высшие силы о том, чтобы учитель оказался внутри.

Но чуда не случилось. Боясь обернуться, девушка рвано выдохнула, тут же размазывая по щекам слезы вместе с остатками макияжа.

— Далия! Что ты…

Обернувшись, Лиза впервые улыбнулась появлению литератора. Она попыталась что-то сказать, однако голос не слушался. Видимо, определив что-то по внешнему виду девушки и по ее дрожащим рукам.

— Ходячее несчастье, — коротко бросил Валентин Анатольевич, усаживая девушку на переднее сиденье и заботливо пристегивая ее ремнем безопасности.

Упав на соседнее кресло, литератор не поторопился завести двигатель. Только извлек из бардачка упаковку валерианы, выдавил на ладонь три таблетки, и заставил Лизу проглотить их, запив водой из дежурной бутылки, обитавшей на заднем сидении.

— С-спасибо, я…

— Отдышись и успокойся, — холодно отрезал мужчина, пресекая на корню попытки своей ученицы объясниться.

И Лиза, как ни странно, послушалась. Она откинула голову на спинку сиденья, закрывая глаза, и очень надеясь на то, что это все было лишь кошмарным сном.

Тем временем Валентин Анатольевич снял очки в изящной оправе, убрал их в футляр и отложил. Закинул на заднее сиденье папку с какими-то документами. Расстегнул несколько пуговиц на своем черном кашемировом пальто. Лиза, дабы отвлечься от вида за окном, а именно от выбежавшего, наконец, из школы Егорова, следила за движениями литератора. Ей определенно нравилось это пальто. Оно придавало и без того выдержанному облику учителя какой-то изящности, утонченности и эстетичности.

— Итак? — спустя несколько минут успокаивающей тишины, наконец тихо поинтересовался Валентин, заводя мотор.

— Костя… он, — Лиза с силой укусила себя за губу, силясь совладать с подступающими к горлу всхлипами, — он попытался меня изнасиловать!

Машина резко затормозила. Настолько резко, что от удара носом об лобовое стекло девушку спас только ремень безопасности. Валентин свернул с дороги, вновь съехав на обочину.

— Что, прости?

Лиза с удивлением наблюдала за тем, как и без того бледная кожа мужчины практически побелела на костяшках пальцев, с такой силой он сжал руль.

— Извини, — Валентин Анатольевич прокашлялся, — и что ты сделала?

Девушка молча протянула учителю перцовый баллончик. Он многозначительно взглянул сперва на грозное оружие, затем на нерадивую ученицу, и тяжело вздохнул.

— Я отвезу тебя в полицию, напишешь заявление, — коротко бросил он, вновь выезжая на дорогу.

— Нет! Пожалуйста, не надо! Не говорите никому! — мертвой хваткой вцепившись в руку учителя, пролепетала девушка.

— Да почему?! Лиза, — машина встала у первого же светофора, — ты понимаешь, что это преступление? Что он опасен для тебя, и для общества в целом?!

— П-пожалуйста… отвезите меня домой, если можно, — всхлипнула Лиза. — Если об этом кто-то узнает, то домой тут же примчатся родители. И отец… тоже.

Валентин хотел было вновь осадить девушку тирадой о том, что подобных личностей необходимо изолировать, отправлять в колонию и на общественно-принудительные работы. По мнению самого литератора их стоило бы вообще отстреливать. Но одного взгляда на Лизу Валентину Анатольевичу почему-то хватило, чтобы оставить эту идею. Или отложить.

— Я тебя услышал, — тихо бросил он, разворачивая машину.

***

Парень всегда поздно возвращался с тренировок по баскетболу. Он каждый вечер ходил одними и теми же промокшими улочками, в которых практически никогда не было прохожих. Так, изредка кошка соседская могла пробежать в погоне за очередной жирной крысой, или сосед Валерий Николаевич выбирался в переулки, чтобы тихонько выпить бутылочку-другую пива. А ведь его жена до сих пор думала, что кодировка от алкоголя работала. Наивные смертные.

Однако в этот раз в переулке обнаружился незнакомец. Высокий, даже слишком, мужчина в черном плаще с высоко поднятым воротником, закутывал шею шарфом, словно пытаясь таким образом скрыть что-то невероятно важное от накрапывавшего холодного дождя. Мужчина изредка недовольно оглядывался, затем спешно тряс левой рукой, поглядывал на время. Словно ждал кого-то, а этот кто-то бессовестно опаздывал.

Мимо этого человека и проходил несостоявшийся Ромео. Парень был недоволен этим днем, да и побаивался того, что мнительная Лиза, которую он, по его собственному скромному мнению, планировал только припугнуть, подумает чего-то не того и накатает заявление в полицию. А ведь парень знал, что одноклассница была далеко не из бедной семьи. В случае чего ему точно грозила если не решетка, то уж колония для несовершеннолетних. Но судьба распорядилась иначе.

— Сигаретки не найдется?

Парень не сразу среагировал на голос того самого человека, который кутался в шарф, и, в принципе, не вызывал доверия. Костя шел в наушниках, потому вообще не услышал голоса мужчины. Однако стоило ему сделать несколько шагов вперед, как назойливая мысль о том, что его кто-то позвал, постучалась в черепную коробку, просясь туда на ночлег. Старшеклассник вытащил один наушник из уха и обернулся к незнакомцу.

— Вы что-то хотели? — коротко бросил он.

— Сигарету, — ровно отозвались из-за шарфа.

Что-то буркнув себе под нос, Костя извлек из глубокого внутреннего кармана пачку табачных изделий, на которых красовалась надпись «Курение убивает», и протянул ее собеседнику. Тот молча кивнул в знак благодарности, извлекая из пачки необходимый ему наркотик.

— Такие дешевые, — мягко проронил он.

— Че?

— Ты стоишь не больше, — спокойно закончил человек, ломая сигарету пополам.

Костя не знал почему, однако душу внезапно сковал мертвенный холод. Страх удавкой затянулся вокруг горла, а пачка сигарет в руке дрогнула.

Наутро в день спектакля в переулке нашли тело подростка. И на этот раз монеток на глазах не обнаружилось.

***

Лизе абсолютно не хотелось идти в школу. Она осознавала, что буквально через пол часа должна была начинаться последняя репетиция, однако после случившегося накануне днем ужаса… девушке было страшно даже из дому выйти! И она понимала, что могла подвести весь класс, в том числе и Валентина Анатольевича, который возлагал слишком, казалось, большие надежды на эту пьесу.

Но девушка не могла найти в себе сил собраться с мыслями. Казалось, что в какой-то момент она даже забыла напрочь весь текст. Платье Джульетты было готово и выглажено, прошлым вечером Лиза действительно готовилась к пьесе, словно ничего и не произошло. Голову девушки венчала корона из бигуди, чтобы прическа Джульетты смотрелась эффектнее. На ногтях поблескивал тонкий слой прозрачного лака, подчеркивавшего аккуратную форму ногтя. А сама обладательница всего этого счастья сейчас молча набирала номер Евы, планируя уведомить ее о том, что она заболела и не сможет явиться на собственную премьеру. На деле же Лизе страшно было даже высунуться к мусоропроводу, она боялась, что Костя мог узнать, где она живет.

Однако всем планам девушки помешал внезапный звонок в дверь. Она на дрожащих ватных ногах подобралась к двери, осторожно выглядывая в глазок и боясь увидеть там ненавистного одноклассника. Каково же было удивление девушки, когда…

— Валентин Анатольевич?! — она удивленно распахнула дверь.

— Доброе утро, Далия, — улыбнулся литератор, поглядывая на часы. — Ты еще не одета? Собирайся, я подброшу тебя до школы.

— Но почему вы пришли?..

— Догадался, что тебе может быть страшно выбираться из дому самой, — пожал плечами мужчина, улыбаясь.

— Я никуда не поеду, извините. Найдите мне замену, — отмахнулась Лиза, планируя удалиться к себе в комнату.

— Еще как поедешь! Я убрал из итогового сценария все сцены с поцелуями, так что на сцене вы пересечетесь ненадолго, я об этом позаботился. Одевайся, Лиз, — мягко, но строго закончил литератор, не прекращая улыбаться.

Девушка молча скрылась в своей комнате, с грустью глядя на расшитое золотыми нитями платье Джульетты. На приготовленную заранее косметичку, с помощью которой Ева должна была сделать из Лизы богиню. На сложенный аккуратной стопочкой сценарий с пометками Валентина Анатольевича.

Не успела девушка опомниться, как из коридора донеслось:

— Далия, я не видел актрисы лучше тебя! — выдавил из себя литератор.

— И где же это я так талантлива? — грустно отозвалась Лиза, улыбаясь себе под нос.

— Пожа-а-алуйста, Валентин Анатольевич, я честно не знала, что надо было учить Блока, я готовилась к пьесе, — притворно сладко и наигранно передразнивая Лизу, рассмеялся литератор.

— Вы хотите податься в пародисты? Так вас даже туда не примут, — отмахнулась девушка, глядя в зеркало.

Она заметила улыбку на своих губах. Радость в глазах, вызванную глупой шуткой учителя. А затем взгляд вновь метнулся вначале на платье, затем на полку с фильмами, где обитал французский мюзикл. И когда через несколько минут литератор практически смирился с тем, что девушку из дому не вытащить, из комнаты раздалось громкое:

— Да пошло оно все! Эх, короли ночной Вероны!

И в коридоре появилась Лиза. С улыбкой от уха до уха, в расшитом золотом и бисером, заменявшем жемчуг, платье.

— Подбери подол, принцесса. Иначе запачкаешь, — улыбнулся Валентин Анатольевич. — Собирайся живее!

***

— В смысле у нас нет Ромео?!

В актовом зале буквально за двадцать минут до начала спектакля, когда уже начали подтягиваться первые гости и родители учеников, поднялась не шуточная паника. Более или менее спокойно себя вели только Лиза с Евой, которым отсутствие Ромео вообще никак не мешало спорить о том, какой оттенок помады больше подойдет Джульетте, да сам организатор этого безобразия. Валентин Анатольевич спокойно сидел в первом ряду, раздумывая над тем, кем бы заменить сгинувшего куда-то Егорова. Ему не хотелось думать, что парень сейчас где-то творит свои темные дела, потому литератор свято верил в то, что Косте стало банально стыдно приходить в школу после случившегося.

— Он убрал из конечного сценария обе сцены поцелуев, но мы ни разу не репетировали этот самый конечный вариант, — недовольно бурчала Лиза, пока над ней порхала Ева.

Сама блондинка успела еще перед школой заскочить в студию своего знакомого визажиста, потому ее мейк-ап был безупречен изначально. Ровно как и прическа. А вот с Лизой предстояло еще поработать.

— Какая разница? Ты бы все равно ни в коем разе не стала целовать совершенно чужого тебе человека, — фыркнула Ева, щедро запудривая лицо подруги. — Не вертись! Ты должна быть идеальна.

— Но мои стрелки и ресницы не обязательно должны быть видны с последнего ряда, — парировала Лиза, наконец, вырываясь из цепких лап подруги.

Она осмотрела себя, сделав вывод, что прежнюю Лизу кто-то успешно подменил. На нее смотрела взрослая, красивая, женственная особа с изящным, абсолютно не вызывающим макияжем, аккуратной прической, одетая в пышное платье.

— Настоящая принцесса, — прошептала себе под нос Лиза, направляясь за кулисы. — Валентин Анатольевич, так кто же исполнит роль Ромео?

— Я, — литератор спокойно пристегнул к поясу шпагу, которой он должен был в дальнейшем убить Тибальта. — Других кандидатур нет, и я не могу отменить спектакль.

— Вы?! — девушка поперхнулась воздухом.

— Да, моя леди, — он улыбнулся. — Настройся морально, тебе придется стоять на цыпочках рядом со мной, чтобы хотя бы дотянуться мне до плеча.

— Я это… пойду, у Евы туфли на каблуке одолжу, — пискнула Лиза, тут же возвращаясь к подруге.

Однако Еву в гримерке обнаружить не удалось. А уже через несколько минут всех участников спектакля попросили выйти на сцену, дабы поприветствовать зрителя. Лиза, стоя среди одноклассников, смотрела лишь на своего учителя, увлеченно что-то вещавшего о Шекспире, для собравшейся в актовом зале публики.

Наряд учителя литературы действительно позволял ему наравне с остальными играть свою роль. Черные брюки, начищенные туфли. Малиновая рубашка, серый жилет. Оставалось для антуража прицепить к поясу шпагу, на плечи накинуть казенный серебристый плащ Ромео, да лицо закрыть черной бархатной маской. Во всем темном рядом с облаченной в кремовое платье девушкой Валентин Анатольевич должен был выглядеть как вампир рядом со своей невинной принцессой-жертвой, как сам Сатана во плоти, явившийся за безвинной душой в мир подлунный. Лиза тряхнула головой, спешно отгоняя эти мысли и разгулявшуюся фантазию вместе с ними, и тут же девушка скрылась за кулисами вместе с остальными.

Первые сцены были отыграны, все шло как по маслу. Валентин Анатольевич идеально вошел в образ молодого парня, терзаемого неведомыми чувствами. Он вел себя максимально расслаблено, дурачился со старшеклассниками Бенволио и Меркуцио так, словно они действительно были друзьями. Но пришло время и для сцены, которой Лиза так ждала, хоть и не признавалась себе в этом.

— Нет губ у пилигрима и святой? — с придыханием, приближаясь к девушке, довольно громко и оттого не менее вкрадчиво произнес Валентин.

— Есть, пилигрим, но только для псалмов, — Лиза взмахнула рукой, поворачиваясь к собеседнику полубоком, хитро улыбаясь ему.

— Губам, святая, счастье то открой, что есть у рук. Извериться готов, — он коснулся ее предплечья.

Однако на этот раз Лиза не отступила назад, напротив, девушка даже обернулась к своему собеседнику, словно и не учитель сейчас стоял перед ней.

— Не движутся святые в знак согласья, — с улыбкой продолжила Джульетта, даже сквозь рукав платья ощущая холод. Какие же у него холодные руки.

— Недвижны будьте — уж достиг я счастья.

Момент истины. Казалось, даже зал затих, за кулисами перестали шушукаться. Лиза свято верила в то, что Валентин Анатольевич действительно изменил сценарий. Но здесь девушку словно молнией поразило. Ведь нельзя было выкинуть из этой сцены первый поцелуй Ромео и Джульетты, ведь тогда пришлось бы полностью переписать диалог. А это значит…

Девушка не успела додумать. Прохладные губы учителя коснулись дрожащих губ его ученицы, вовлекая ее в какой-то милый и невинный поцелуй. Такой краткий, но свежий, сладкий как патока.

— Вот с губ моих грех сняли губы ваши, — практически выдыхая в шею девушке, закончил свою реплику Валентин.

— Так, значит, на моих — грех ваших губ? — Лиза, не растерявшись, сделала шаг назад, складывая руки на груди и скептично изгибая бровь.

— Грех губ моих — нет зла милей и краше. Верни мой грех! — всплеснув руками, Ромео сделал шаг назад, протягивая руки к своей Джульетте.

Была ведь одна вырезанная реплика. Ее убрали на стадии разработки сценария, чтобы не перегружать репетиции поцелуями. Уже после этой реплики на сцене зашевелилась массовка, нянюшка Джульетты уже спешила к ней, как вдруг…

— Нет, точный счет мне люб, — коротко бросила Лиза.

В следующую же секунду милая и робкая, невинная принцесса бала привстала на цыпочки, вновь целуя своего внезапно появившегося возлюбленного. Новый поцелуй был неожиданностью для обоих актеров, что придало ему больше адреналина, заставляя стайку мурашек пронестись по спине Лизы. И тут же зал разразился аплодисментам.

— Как некультурно, — тихонько шепнул литератор, улыбаясь девушке, — прерывать актеров аплодисментами.

И уже через минуту Ромео вынужден был покинуть свою Джульетту. Ведь закончился первый акт. Затем был второй. Был диалог в саду, и дуэли, смерти и слезы. Кажется, зал действительно наслаждался этой школьной самодеятельностью. И вот, финал, последняя сцена, ведь Валентин опрометчиво выкинул из текста все диалоги после совместной смерти двух влюбленных.

— Я губы поцелую, — простонала Лиза, склоняясь над лежащим подле нее Ромео, который явно наблюдал за девушкой из-под полуопущенных ресниц. — Быть может, яд еще на них остался, чтоб перед смертью подкрепить меня.

Склонившись над своим учителем, Лиза не позволила себе вновь поцеловать его, лишь скинув волосы с плеча так, чтобы они закрывали их от зала. Губы Валентина тронула легкая усмешка, заставившая девушку покраснеть до корней волос.

— О нож счастливый! — она с трудом выхватила нож из самодельных ножен Ромео.

А затем, предварительно рукой раздавив на груди небольшой пузырек с бутафорской кровью, взмахнула ножом, словно заколов себя.

— Здесь ржавей и дай мне смерть! — слабеющим голосом прошептала она, выронив нож из рук и опускаясь на грудь учителя. Прислушиваясь к биению его сердца.

Зал разразился мощнейшими аплодисментами, а девушка только и надеялась на то, чтобы провалиться сквозь землю. Подумать только, она целовалась с учителем на глазах у всей школы! Дважды!

***

После выступления Лиза давно уже переоделась в более удобную одежду. Она сидела одна в опустевшем актовом зале, где-то среди самых дальних рядов. Уже даже уборщицы ушли, Ева упорхнула как пташка с очередным своим ухажером. Всех хвалили родители, друзья, братья и сестры. А Лизе оставалось только самой себя похвалить. Какая она умничка. Сыграла Джульетту.

— Ты молодец.

На соседний стул опустился Валентин Анатольевич. Девушка с трудом подавила всхлип, обращая на него свой усталый взор.

— А вы чего не ушли? — со вздохом поинтересовалась она. — Машина не заводится?

— Тебя ждал, — признался литератор, — до дома хотел подвезти. А ты все не шла. Вот я и вернулся.

— Хоть кто-то меня ждал, — тихо хмыкнула девушка, грустно улыбаясь.

Она не спешила домой. Ей было некуда спешить. Никто ее давно не ждал, она никому не была нужна. Поэтому девушка так редко ходила в школу. Она боялась в какой-то момент просто не найти в себе мотивации чтобы вернуться домой.

— Меня тоже дома никто не ждет, — внезапно проронил Валентин, словно в очередной раз прочтя мысли девушки.

Она лишь грустно покачала головой, закрывая глаза. В какой-то момент, там, на сцене, Лизе показалось, что она на мгновение перестала быть одинокой. Что в ее жизни, а не в фантазиях Шекспира, у девушки появился кто-то, кого хотелось обнять. Но вся эта магия рассыпалась волшебной пылью, стоило лишь снять пышное платье да смыть макияж, превращавший девушку в принцессу.

— Получи свою награду за смелость, — Валентин Анатольевич извлек из сумки шоколадный кекс и, воткнув в него маленькую свечку, чиркнул зажигалкой. — Лучше, чем ничего, — он пожал плечами, вручив кекс ученице.

Лиза, до глубины души пораженная этим жестом, приняла угощение из рук литератора, позволяя себе молча отблагодарить его. Одной легкой улыбкой, кивком, благодарным взглядом блестящих серых глаз.

— Мне всегда очень нравилось играть на сцене, — вздохнула девушка, наблюдая за трепещущим огоньком свечи. — Страха не было никогда. Ну, разве что чуть-чуть и в самом детстве. Почему? Не знаю. Возможно, потому что на сцене я хоть на несколько минут перестаю быть собою?

— Возможно, — с улыбкой отозвался Валентин, глядя в глаза своей ученицы. — Но я видел, с какой страстью и самоотдачей ты играла. Думаю, если бы внезапно выключили свет во всем зале, ты бы не остановилась. Даже зная, что тебя никто не видит, ты бы продолжала играть.

Немного задумчиво помолчав, он добавил:

— Неужели ты так боишься быть собой?

Лиза смущенно отвела взгляд, позволив себе разорвать слишком уж затянувшийся зрительный контакт.

— Пойдем, кекс съешь дома с чаем, — Валентин поднялся со своего места, направляясь к выходу из актового зала. — Пошевеливайся, Далия, это разовая акция!

Всю короткую дорогу до дома они провели молча. Лиза просто позволила себе наслаждаться тишиной, запахом дождя и сырости с улицы, дышать прохладным воздухом и слушать гул машин, впервые за последние месяцы не думая абсолютно ни о чем серьезном. Кроме, возможно, этого поцелуя, который словно все еще горел на ее губах подобно печати.

— Спасибо, — улыбнулась девушка, выскальзывая из машины. — За все.

— Обращайся, — хмыкнул в ответ Валентин Анатольевич, вновь извлекая из кармана портсигар.

— И простите меня за тот поцелуй! Я не знаю, что…

— Давай уже, иди!

— А вы? — Лиза не двинулась с места.

Мужчина лишь многозначительно кивнул на сигарету, зажатую меж тонких пальцев. Как и в то утро, когда он впервые подвез ее до дома. Словно это было вчера.

Не знаю, о чем думала Лиза, однако она, вздохнув, бросилась к учителю литературы, обнимая его и тихо всхлипывая невинное: «Спасибо».

========== Глава 5 - Кровавый контракт ==========

— Лучше надеть кофту или тунику?

— Надень кофту, тунику возьми с собой, — спокойно пожала плечами Лиза.

— А ботинки на каблуке или лучше сапожки? — не унималась Ева, поочередно заглядывая на каждую полку своего безразмерного шкафа.

— Господи, помоги, — взмолилась Лиза, допивая третью чашку чая.

Она сидела в комнате у подруги, наблюдая за ее поисками подходящей для фотосессиии одежды. Дело в том, что Ева недавно получила от родителей в подарок что-то вроде купона на фотосет у весьма неплохого фотографа. Тогда же ее мама арендовала студию, предложив Еве взять с собой кого-то из подруг. И, собственно, она позвала Лизу.

Девушка никогда не любила фотографироваться, считая, что на фото она получалась еще менее красивой, чем была в реальности. Однако отказать лучшей подруге в нескольких часах счастья она не могла. Все-таки для Евы новые фотографии были если не смыслом жизни, то одними из его составляющих.

Сама Лиза решила особо не изощряться с одеждой и, по совету Евиной мамы, оделась практически так же, как и в повседневной жизни. Неброские кожаные штаны в обтяжку, высокие ботфорты, одна из множества разрисованных вручную маек, да косуха. Рыжие волосы девушка собрала в высокий хвост, чтобы они не лезли в глаза в процессе съемки. А еще она опрометчиво забыла дома наушники, и потому сейчас мучилась ожиданием, играя на телефоне в какой-то почти доисторический тетрис. И играть, судя по всему, предстояло еще очень и очень долго. Ведь Ева внезапно вспомнила, что она была не накрашена…

***

— Ты чего такая кислая? — надув губки, заботливо поинтересовалась Ева.

На обратном пути она предложила Лизе заехать в школу, нужно было занести какие-то документы, которые просили передать родители.

— Фотосессия напомнила мне о том, что я больше не актриса, — грустно отмахнулась Лиза.

— Что?!

— Ну, в общем, я не говорила об этом во время работы над постановкой, но наш кружок актерского мастерства закрыли из-за недостатка финансирования, — вздохнула девушка. — Мне пришлось перестать ходить на уроки вокала и гитары, потому что моя учительница заболела и лежит в больнице с большими проблемами. Не думаю, что в ближайшем будущем я вернусь хоть куда-то.

— Так вот, почему ты так быстро выучила слова для пьесы! У тебя просто была куча свободного… — Ева осеклась, паркуя машину около школы, — извини, я говорю не думая.

— Ничего.

— Слушай! Смотри, что у меня тут есть, а я и забыла!

Ева, под удивленный взгляд подруги, спешно наклонилась к бардачку и, порывшись там, недовольно выругалась. Затем залезла в сумочку, перерыла ее, но, так и не найдя искомого сокровища, отложила свою сокровищницу.

— Да где же? Помню, что в машине оставляла.

— О чем ты?..

Ева, наконец, хлопнув себя по лбу, догадалась заглянуть под козырек. Оттуда она вытащила несколько помятых бумажек, рисунок авторства самой Лизы, и…

— Вот! — она протянула подруге явно настрадавшийся от жизни флаер.

Лиза, удивленно изогнув бровь, развернула бумажку. Вскользь пробежавшись взглядом по довольно блеклой рекламе, она вчиталась.

— Театральный конкурс от православного университета? — девушка скептично фыркнула. — Ты предлагаешь мне записаться к ним на конкурс и потом ходить под Рождество и петь колядки, талантливо играя роль козы?

— Брось, — отмахнулась Ева. — Можно же попробовать! Тем более это только конкурс, ты же сможешь уйти, если тебе не понравится. Да и, что ты потеряешь, если сходишь туда?

— Церковную девственность, — фыркнула Лиза, убирая рекламу в карман. — Я никогда в жизни по собственной воле туда не совалась.

— Дурочка, — рассмеялась Ева, выскакивая из машины. — Ты же не думаешь, что какой-то конкурс будет проводиться в церкви?

Лиза в очередной раз буркнула, что она была недовольна идеей подруги. Но попробовать действительно стоило, в конце концов, университет точно имел достаточное финансирование. Главное, чтобы там не было обязательным посещение каких-то богослужений. Лизу аж передернуло от одной мысли об этом.

Она уселась на лавочке в холле, поджидая подругу. Девушка разглядывала флаер, осознавая, что конкурс проводился прямо в эту субботу. То есть сегодня. И она даже при самом большом желании не успевала к его началу, ведь надо было ехать на другой конец города. Ева спешила домой, а своим ходом Лиза бы добралась туда только к утру. Да и девушка ужасно ориентировалась в городе.

— Далия. Какого милого ты не посещаешь школу в весьма учебные дни, но предпочитаешь являться сюда в выходные?

Девушка тихо выругалась, с улыбкой окидывая взглядом приблизившегося к ней литератора. Он спокойно присел на лавочку около девушки, с улыбкой подмигнув ей.

— Я шучу, — он хмыкнул. — Чего ты тут забыла?

— Вместе с Евой заехала, просто так, — отмахнулась девушка. — А вы?

— Я здесь работаю, — фыркнул Валентин Анатольевич.

— А сейчас разве не рабочее время? Вы сбегаете? — она хитро изогнула бровь.

— Да, отпросился и спешу на театральный конкурс, — он мельком взглянул на наручные часы.

— В качестве жертвы?

— Скорее зрителя. Люблю подобного рода мероприятия, ты могла заметить. Театр — моя страсть, она…

— Что за конкурс? — лениво осведомилась девушка, убирая руки в карманы.

И тут она действительно поверила в то, что судьба существует и случайные совпадения вовсе не случайны. Ведь учитель, пропустив наглость ученицы мимо ушей, несколько запнувшись, описал ей то же самое действо, о котором не так давно распиналась Ева.

— А… я тоже туда собиралась. В качестве жертвы, — сглотнула она.

— Ты планировала лететь на метле или ракете? Может, знаешь другие способы быстро добраться до другого конца города? — Валентин скептично изогнул бровь. — Тебя подвезти?

В этот момент Лиза действительно готова была уверовать в Бога. Он серьезно только что предоставил ей возможность попасть на это православное действо!

— Не откажусь, — тут же подскочила девушка.

Она почти вприпрыжку направилась за вечно спокойным литератором, на ходу скидывая Еве сообщение о том, что она не сможет ее дождаться по техническим обстоятельствам. Лиза успела задуматься на тему того, что в последнее время она слишком неприлично часто оказывалась в машине литератора. Настолько, что уже запомнила не только ее цвет и марку, а и все самые мелкие детали салона. А уже через несколько минут черная машина с тонированными стеклами спокойно выехала на трассу, словно Валентин никуда и не спешил. Его стиль вождения был непринужденным, размеренным, мужчина практически не выглядел напряженным, в салоне царила атмосфера обволакивающего покоя. Словно они никуда и не спешили.

— А вы не боитесь опоздать? — осторожно поинтересовалась девушка, стоило машине остановиться на очередном светофоре.

— Нет, — отозвался литератор, убирая с лица прядь черных волос. — Я никогда не опаздываю. Так уж получается как-то.

— Не зарекайтесь, — хмыкнула Лиза, глядя на серый город.

— Это так не работает, — хохотнул Валентин Анатольевич. — Поверь, я живу достаточно много, чтобы перестать верить в приметы и бросить походы к гадалкам.

— И сколько же вам лет? — неосознанно улыбнулась девушка.

Тут же поняв, что она сморозила, Лиза спешно прикрыла рот рукой, но было уже поздновато. Вопрос прозвучал и незримо повис в салоне.

— А сколько дашь? — отозвался Валентин, вдавливая в пол педаль газа.

Лиза ойкнула, стоило машине разогнаться до 80км.ч. Девушка спиной вжалась в сиденье, буквально со страхом наблюдая за тем, как Валентин ловко, совершенно не напрягаясь, петлял между машин, минуя светофоры и перекрестки.

— Это ведь опасно! — пискнула Лиза, сжимая в руках свою сумку.

— Да, но мы опаздываем, а я неплохо вожу машину.

— Нас сейчас менты остановят! — взвизгнула девушка, закрывая глаза и боясь даже взглянуть на спидометр или за окно. — В черте города есть максимально допустимая скорость!

— И этот порог сейчас превышен, я знаю, нас могут заметить.

От того, что Лиза уведомила Валентина Анатольевича о незаконности его действий, легче не стало от слова «совсем». Он продолжил нестись по дороге, минуя машины и иногда просто каким-то чудом проскакивая перекрестки.

— Приехали, — коротко бросил мужчина, покидая машину.

Лиза пискнула еще в тот момент, когда он резко притормозил у тротуара. Нервно сглотнув, девушка приоткрыла глаза, наблюдая за тем, как Валентин обошел машину и открыл перед ней дверь.

— Прошу, — он продолжил улыбаться, глядя куда-то вдаль. — Пошевеливайся, тут нельзя парковать. Беги на свой конкурс, а я пока где-то припаркуюсь и вернусь.

Девушка, повиновавшись, выскользнула из машины, благодарно кивая и направляясь туда, куда указал Валентин Анатольевич. Вбежав в небольшое серое здание, которое на самом деле вообще не походило на церковь, девушка тут же поморщилась. В нос все-таки ударил вездесущий запах ладана.

Изнутри здание скорее было похоже на какой-то театр, построенный еще до советского материализма. Поэтому девушка с какой-то опаской просочилась меж стульев, боясь, чтобы куском лепнины с потолка кого-нибудь таки не накрыло. Лиза осматривалась, выискивая взглядом своих конкурентов и неизменно компетентное жюри. Конкурсантов оказалось не так уж и неприлично много, а вот жюри, состоявшее из людей преклонного возраста, абсолютно не внушало доверия.

На сцене, дрожащим голосом коверкая Гамлета, какой-то паренек лет двенадцати декламировал знаменитый монолог «Быть или не быть». Лиза скептично фыркнула, покачав головой.

— Бедный Йорик, — вздохнула девушка, представляя себе такого принца датского и кривясь от собственной фантазии.

Затем трое девочек, судя по всему, подруги или сестры, рассказывали какие-то стихи из школьной программы пятого-шестого классов. Лиза откровенно начинала зевать. Один парень весьма достойно декламировал «Письмо к женщине» за авторством Есенина.

— Скука смертная, — буркнул Валентин, останавливаясь около девушки. — Придумала, что будешь рассказывать?

— Ну, в любой непонятной ситуации — выбирай Пушкина, — фыркнула Лиза, смерив взглядом прибывшего учителя. — Вы не пропустили ничего ценного. Разве что жесточайшее изнасилование канона Гамлета.

— Избавь меня от повторения, — поморщился литератор. — Пушкин? Серьезно, Лиза? И, чем же порадуешь меня и жюри? «У Лукоморья дуб зеленый»? Хах, или, может что-то из «Онегина»? Пострадаешь в роли Татьяны?

— Слишком банально, — отмахнулась девушка. — Думала взять диалога Фауста и Мефистофеля из «Маленьких трагедий».

Валентин Анатольевич оценивающе кивнул. Он явно с уважением отнесся к выбору своей ученицы. Видно было, что она выбирала не то, что было попроще, но то, к чему действительно лежала душа девушки.

— Тебе нужен Фауст? — он улыбнулся. — Могу подсобить.

— Серьезно? Было бы круто!

Девушка никогда еще не рассказывала свой любимый диалог с кем-то, по ролям. Ввиду отсутствия партнера, Лизе приходилось отыгрывать за слугу и господина, мастерски, как ей казалось, переключаясь между образами.

— Следующий! — раздалось со стороны судей.

Осознав, что никого из участников практически не осталось, Лиза, не желая выступать последней, потянула Валентина Анатольевича за рукав, запрыгивая на сцену.

— Представьтесь, пожалуйста, — поправив очки, прошамкал один из членов жюри, смачивая карандаш языком.

— Ну, меня зовут Лиза. Елизавета Далия, главное не перепутать имя с фамилией, — натянуто улыбнулась девушка, переминаясь с ноги на ногу. — А это мой партнер, он благородно согласился помочь мне с этим выступлением.

— Так вы не конкурсант, молодой человек? — уточнило жюри.

— Нет, я слишком стар для этого, — фыркнул Валентин, наблюдая за лицами престарелых членов жюри. Их шутка явно не воодушевила.

— В общем, я хотела представить стихотворение Пушкина, — уверенно заявила Лиза, закрывая глаза.

Она настраивалась на роль, ожидая, когда Валентин Анатольевич начнет. Ведь первая реплика принадлежала ему. Лиза старалась максимально представить себе сцену. Пляж, море, шум волн, раскаленный песок, диалог слуги и господина.

— Мне скучно, бес.

Мягкий обволакивающий баритон Валентина идеально подходил для роли мечтательного Фауста. Лиза с силой сжала зубы, боясь ударить в грязь лицом. В конце концов, она до сих пор не отошла от того поцелуя на сцене. Ведь для нее он был первым.

— Что делать, Фауст? Такой вам положен предел, — она легко пожала плечами, разводя руками, — его ж никто не преступает.

Лиза спокойно выдохнула, хитро глядя на своего оппонента. О, она бы в жизни не осмелилась так взглянуть на своего учителя. Покровительственно, с легкой улыбкой на губах. Но сейчас не было учителя и ученицы. Лишь Фауст и Мефистофель.

По прошествии нескольких минут она позволила себе сесть на край сцены, затем встать, обойти Фауста, разводить руками и даже подпрыгивать на месте, с азартом смеясь.

— Все утопить, — Фауст, выглядевший совсем отстраненно, под конец одиноко взмахнул рукой куда-то в сторону зала, отворачиваясь.

— Сейчас, — поклонившись господину, демон не мог не повиноваться.

Лиза так и замерла в поклоне, словно ожидая какой-то реакции. И она последовала. Те немногие, кто оставался в зале и наблюдал за действием на сцене, аплодировали. Гула не было, людей оказалось действительно очень мало, но этого хватило, чтобы внутри у девушки поселилось какое-то довольное тепло. Ей удалось выступить так, чтобы это понравилось не одноклассникам, а совершенно чужим людям. Да еще и вместе со своим учителем литературы, да.

— Спасибо за ваше выступление. Подождите, пожалуйста, пока жюри подсчитает результаты!

Лиза благодарно улыбнулась, оборачиваясь к Валентину.

— Спасибо, — одними губами прошептала она.

И, хоть и нехотя, но, глядя на искреннюю широкую улыбку девушки, литератор улыбнулся ей в ответ, спрыгивая со сцены.

***

В ожидании результатов, Лиза вытащила из кармана подаренный Евой флаер и рассматривала его на предмет того, можно ли было сложить самолетик из этой бумажки. И тут девушка удивленно заметила, что дата проведения мероприятия была вписана в строку рекламки карандашом. Лиза хмыкнула. Зачем надо было так делать? И, если не могли определиться с датой и временем, почему было не вписать это все ручкой? По итогу. Ведь карандаш легко стирается, кто-то мог банально не прийти потому, что не знал времени проведения конкурса.

— Прошу всех сопровождающих выйти, — похлопав в ладоши, провозгласил глава комитета жюри. — Участникам конкурса остаться!

— Удачи. Домой доберешься одна, — коротко бросил Валентин Анатольевич, покидая помещение тетра.

И тут Лизе стало как-то не по себе. Не из-за того, что она осталась одна. Нет, скорее по причине того, что все присутствующие внезапно решили обратить свой взор исключительно на нее.

— Далия Елизавета, — изрек глава жюри, — ты выиграла. Как же давно мы тебя искали…

— Оу, — Лиза сглотнула. — Спасибо. Искали юные таланты? Похвально.

— Ты не поняла, — внезапно в диалог вклинился тот самый парень, коверкавший Гамлета, — мы искали именно тебя!

— Кто это «мы»? — хмуро осведомилась девушка. Общая ситуация нравилась ей все меньше.

— Агафон! — пожилой член жюри прикрикнул на парня, заставив того стушеваться. — Не влезай в чужие разговоры.

— Прошу меня простить, отец Гавриил, — чтец Гамлета стушевался.

Чего?! Отец? Агафон? Лиза тряхнула головой, сгоняя наваждение. У нее было неловкое чувство, словно она попала в какой-то рассадник христианства.

— Извините, но я лучше пойду, — сглотнула девушка, отходя к двери.

Она подергала на себя ручку, однако та вероломно не поддалась. Девушка недовольно что-то прорычала себе под нос, разворачиваясь к залу. И тут же она встретилась со взглядом голубых, практически прозрачных глаз.

— Дитя мое, позволь нам все объяснить, — мягко улыбнулась обладательница редких глаз. — Меня зовут матушкой Марией…

— Магдаленой? — прыснула в кулак Лиза. — Что здесь происходит?!

— Не паясничай! — внезапно взвился тучный старичок, который до этого тихо мирно похрапывал в судейском кресле.

— Полно тебе, Иаков, — все еще улыбаясь, продолжила матушка. — Лиза, мы очень долго искали тебя, дабы защитить.

— От сил зла? — не сдержавшись, вставила девушка.

— Именно, — заламывая руки, согласилась Мария. — Ты в опасности, дитя мое. Тебя разыскивает жестокий убийца, вампир Валентайн, древнее зло.

— А «мы» — это что за расплывчатая единица? Имя нам легион?

Лизу не особо проняло этими речами, поэтому она с общим скепсисом разглядывала всех собравшихся тут верунов, прикидывая, можно ли было уже вызывать полицию. Или менты не приезжают на церковные тусовки? Лиза также думала про вызов скорой, однако эту идею она быстро отбросила. Не приедут. В стране слишком много верующих людей. А если и приедут — то заберут саму Лизу. А то, как это, все верят, а она нет.

— Мы — Орден святого архангела Михаила, — покачала головой Мария. — И мы издревле призваны сражаться с нечистой силой. И защищать таких, как ты, проклятых.

— Проклятых?! — Лиза поперхнулась воздухом.

Она все еще не верила в ту лабуду, которую ей тут впаривали, однако общая атмосфера давила на нее. Благо, действие не имело место быть в храме, иначе впечатлительная Лиза точно уверовала бы во все, даже в монстров Лавкрафта.

— Ты одна из носителей проклятой крови, — пояснила Мария. — И таких как ты и разыскивает Валентайн, дабы уничтожить всех носителей этого древнего проклятия. Мы же хотим защитить тебя, заставить эту заразу покинуть твое тело.

— Докажите! — выплюнула девушка, отступая назад.

— У тебя проблемы со здоровьем, — вздохнула женщина.

— В особенности с сердцем, — подсказал тот самый Агафон Гамлетович.

— Не убедили, — сглотнула Лиза.

Вместо ответа девушка наблюдала за тем, как отец Гавриил поднялся со своего места, и, преодолев разделявшее их расстояние, поманил девушку за собой. Он подвел ее к небольшой емкости с… водой?

— Мм, классно, H2O, — присвистнула Лиза.

— Дай руку, — потребовал мужчина.

И девушка повиновалась. Судя по всему, зря. Он извлек откуда-то из складок своего удивительного наряда нож и со всей дури саданул лезвием по ладони девушки. Помещение театра заполнил вначале визг Лизы, а затем отборная ругань.

— Успокойся и смотри! Это святая вода, и погляди, что будет, когда с ней соприкоснется проклятая кровь!

И Лиза смотрела. С ужасом смотрела на то, как вода начинала шипеть от каждой капли крови, соприкасавшейся с ней. Как кровь сворачивалась прямо на поверхности воды, тут же раздавался запах гари, а затем и вовсе гниющей плоти. Девушка поняла, что она была близка либо к обмороку, либо к тошноте. И вторая уже настойчиво подбиралась к горлу.

— Ч-что происходит…

— Успокойся, дитя мое. Ты устала. Но Орден тебя защитит.

***

В течение последующих нескольких часов, Лизу посвятили во все тонкости существования Ордена. Ей рассказали о Боженьке, о том, как с его помощью они уже пару сотен лет как не могут спасти ни одну душеньку, ибо злой демон или вампир, они, судя по всему, так и не определились, мешает всем их планам. Лиза смутно понимала суть происходящего, однако она действительно верила каждому слову членов Ордена. То ли она была доверчивой дурочкой, то ли они умели убеждать.

— Напомни, как тебя зовут? — изогнув бровь, Лиза смотрела на своего собеседника взглядом, полным непонимания.

— Агафон.

— А в миру?..

— Леша, — отмахнулся парень. — Все равно забудешь.

Как выяснилось, у всех здесь были как церковные, так и обычные имена, коими жители Ордена пользовались в повседневной жизни.

— Валентайн — невероятно опасный противник. Он легко меняет свой облик, и потому никому не ведомо, как он выглядит в данный момент. Поэтому его так трудно выследить, — отец Гавриил недовольно поморщился.

— А слабости? Я же читала, что вампиры там, ну, на солнце горят, огня боятся…

— Обычные вампиры — да, вполне. Их не так уж и тяжело убить, если приноровиться, — влез в диалог Леша. — Но не Валентайн.

— В каком это смысле? — Лиза удивленно округлила глаза.

— Он один из самых древних вампиров, тех древних тварей, которые бродили по земле еще до рождества Христова, — спокойно продолжил старец. — С годами он научился подчинять себе пламя при помощи черной магии. Благодаря опыту и накопленным магическим силам, он абсолютно неуязвим к солнечному свету и серебру. При встрече с ним остается лишь верить, искренне верить в Бога, и тогда любой освященный предмет может стать грозным оружием против этой твари.

— А, еще можно слабовато, но понадеяться на святую воду. Она, вроде как, на него действует, пока, — буркнул Кирилл, как выяснилось, внук отца Гавриила.

— Но вампир не может войти в дом без приглашения, — вновь встрял Леша.

— И на том спасибо! — с облегчением выдохнула Лиза.

Отец Гавриил вздохнул, доставая из кармана небольшой молитвослов и зачитывая что-то, при этом выделывая сложные пассы руками.

Лиза взвизгнула, когда из воздуха рядом с ней вырос мужчина. Точнее что-то вроде проекции, голограммы. Это был высокий широкоплечий мужчина, с длинными седыми волосами, резкими чертами лица и алыми глазами.

— Это Валентайн. Таким его помнит тот, кто писал эту книгу, — отец Гавриил вздохнул. — Это было лет триста назад.

— Глаза алые у всех вампиров? — поинтересовалась девушка, разглядывая сотканный из воспоминаний образ Валентайна.

— Не обязательно, — отмахнулся Леша.

После еще получаса обсуждений всего и вся, Лиза уже откровенно хотела повеситься. Голова кипела от объема полученной информации.

— И если ты хочешь попасть под защиту Ордена, то тебе придется поклясться нам в верности, — наконец изрек Гавриил.

— Где подписать? — буркнула Лиза, желая только поскорее свалить отсюда.

— Не надо ничего подписывать. Окажи нам услугу. Помоги обнаружить Валентайна.

Девушка поперхнулась воздухом. Ничего себе, заявочки. То есть это сейчас реально говорил тот, кто два часа затирал ей об опасности этого вампира-демона?!

— Сегодня ночью в одном клубе состоится вечеринка, на которой соберется множество вампиров, — продолжил Гавриил. — Нас вампиры чувствуют, нам туда не пройти. А вот ты сможешь сослужить нам добрую услугу, Далия. Поскольку ты связана с Валентайном проклятием крови, то ты сможешь обнаружить его.

Пользуясь глубочайшим шоком девушки, мужчина накинул ей на шею серебряную цепочку с маленьким крестиком.

— Этот крест нагреется, если Валентайн окажется рядом. А ежели вампир прикоснется к нему — цепочка раскалится и обожжет его, — констатировал Гавриил.

— Постойте! Вы отправляете меня на верную смерть?! Сказали же, что вампир захочет убить меня! — вспылила Лиза.

— Не до твоего восемнадцатилетия.

Девушка поджала губы. В жизни бы никто в здравом уме и трезвой памяти не согласился бы на подобную авантюру. Хоть на кону и стояла защита ее собственной жизни.

***

Конечно же, Лиза согласилась на предложение Ордена!

Девушка неловко мялась у дверей того самого бара. Ее порадовали, предупредив о том, что у бара жесткий дресс-код. А именно: платье, туфли, маска. Последняя по случаю вечера-маскарада, на который Лизе посчастливилось попасть. Она чувствовала себя максимально некомфортно в открытом красном платье, которое, по скромному мнению девушки, смотрелось наименее вызывающе из того, что смогла предложить ей Ева. Ведь у самой Лизы платьев по определению быть не могло.

Спокойно проскользнув мимо вышибалы, девушка натянула черную бархатную маску и уселась за барной стойкой. В клубе грохотал немецкий рок, который не способствовал активному мышлению. Лиза была слишком напряжена. Вокруг нее сновали десятки, сотни людей, и она осознавала, что где-то среди них были вампиры. И тот самый Валентайн в его новом облике. Яркий свет слепил девушку, мерцание огней сбивало с толку. Она ненавидела толпу. И чувствовала себя максимально некомфортно.

— Привет, — на соседний стул приземлился какой-то парень в золотистой маске. — Скучаешь?

— Н-нет, — голос Лизы дрогнул. Крест оставался холодным. — Парня жду.

— О, так ты не одна? — ее собеседник скептично изогнул бровь. Не поверил.

Лиза не сочла нужным отвечать, просто отвернулась, делая вид, что старательно разыскивает в толпе собравшихся того самого своего парня. Ага, которого у нее никогда не было.

— Привет, милая, извини, что заставил ждать, — на стул, разделявший Лизу с ее новым собеседником, внезапно кто-то опустился. — Долго ждала?

Девушка чуть не вскрикнула, стоило появившемуся спасителю, который, судя по всему, просто подслушал ее диалог и решил помочь, легко коснуться ее плеча. Чертовски холодными пальцами. И в ту же секунду шею словно каленым железом обожгло. Лиза сжала зубы, чтобы не закричать.

Она обернулась, встречаясь со взглядом темных глаз. Из-за освещения проблематично было разобрать их оттенок. И, о боги, мужчина был без маски. Он ведь только что снял ее, отложив на бар. Внутри у Лизы что-то сжалось и ёкнуло.

Валентин Анатольевич.

Перед ней сидел, заставляя крест на шее девушки буквально пылать адским пламенем, ее учитель литературы. Валентин. Или, точнее… Валентайн.

— Выпьешь чего-нибудь? — спокойно поинтересовался вампир, подзывая бармена.

— На твой вкус, — сглотнула Лиза, стараясь натянуть на лицо максимально милую улыбку.

— Мне виски, а для дамы сообразишь глинтвейн? Она так дрожит, — мужчина наклонился к самому уху девушки, выдыхая, — замерзла, наверное.

— Да уж, тут прохладно, — призналась Лиза, сдерживая рвущийся наружу крик. Ей было максимально страшно.

— Все в порядке, малышка? Тебя трясет, и явно не от холода, — поджав губы, осведомился вампир, слегка пригубив стакан виски.

— Плохо себя чувствую, — пискнула Лиза. — Отойду, может…

— Ну, зачем же?

Пальцы Валентайна скользнули по обнаженной ключице девушки, поднялись куда-то выше, пробежавшись по бьющейся на шее венке. Лиза с силой сжала зубы, ощутив вторую руку мужчины на своей талии. И тут же, стоило ей лишь слегка отвернуться, прохладные губы вампира коснулись мочки ее уха, заставляя девушку таки всхлипнуть.

— Я чем-то тебя обидел? Не уходи, — промурчал Валентайн, опускаясь к шее девушки. — Я заглажу свою вину, какой бы чудовищной она ни была.

— Прости, мне правда надо бежать, — сквозь подступающие слезы страха улыбнулась девушка, — я же пою здесь. Скоро мой выход.

— Вот как? — он притворно изумился. Не поверил. Лиза не умела лгать. — Я хожу сюда уже три года, а тебя еще ни разу не видел.

— Ну, так не теряй возможности!

Таки вырвавшись из рук вампира, девушка рванулась к выходу из клуба, проклиная Орден на чем свет стоит. Она практически ощущала, как Валентайн встал со стула, направившись за ней. Об этом ей ненавязчиво напоминал все время теплеющий крест на груди.

Не найдя вариантов лучше, девушка проскользнула через черный ход, выскользнув на улицу и тут же вызывая такси. Этих ночных приключений ей определенно хватило.

***

После вечера и ночи, проведенных в самом, как показалось Лизе, опасном месте в городе, она провалялась в постели до обеда. Затем таки отодрала свое ленивое тело от кровати, вытащила себя на кухню и доела остатки плавленого сыра с хлебом. Выбираться из дому чертовски не хотелось, а воспоминания огнем обжигали тело и душу. Потому девушка вновь завалилась спать.

Следующее ее пробуждение пришлось на одиннадцатый час вечера. Осознав, что продукты на кухне не материализовались, Лиза нехотя выудила из-под кровати телефон. Она набрала номер ближайшей пиццерии.

— Да, с курицей, шинкой, салями, зеленью, и тремя сырами, — довольно облизнувшись, продиктовала девушка, вслед диктуя и свой адрес.

Пиццу обещались доставить не позднее четверга. Точнее, не более, чем через час. Лиза завалилась обратно на диван, включая ноутбук и разыскивая там очередную серию одного из ее любимых сериалов детства. О, «Баффи. Истребительница вампиров», теперь эта картина казалась девушке куда более актуальной и адекватной. В свете последних-то событий.

Через пол часа жалобно взвыл домофон. Девушка, выругавшись, скатилась с кровати, выползая в коридор. Она скептичным взглядом окинула свою эротичную ночнушку. Подарок Евы. Эта вещица если и прикрывала что-то, то этим «чем-то» была исключительно талия. Девушка спешно накинула и застегнула первую попавшуюся под руку рубашку, дабы как-то скрыть этот стыд.

Лиза совершенно не обратила внимания на картинку, промелькнувшую на новом экране домофона. Девушка все еще не привыкла к существованию этого агрегата, посему машинально ткнула в кнопку открывания двери, попутно распахнув еще и входную. Ну, в это время суток точно никто больше не придет, а пиццы-то хотелось. Удивительным показалось то, что пиццерия нарушила обещание и прислала пиццу через пол часа, вместо обещанного часа. Обычно они тоже ошибались на час, но уходя в плюс.

И вот лифт звякнул, остановившись на ее этаже. Лиза подалась вперед, сняв цепочку с двери, и замерла, услышав стук каблуков по плитке в подъезде. Но ведь она не указывала свой этаж.

Но на этот раз уже было поздно.

— Нет!

Визг девушки пронзил тишину коридора, заставив замершего в дверном проеме Валентайна недовольно поморщиться. Лиза обрадовалась, вспоминая то, что нечисть была не в силах проходить в дом без спросу. Но внутри все вмиг замерло, стоило вампиру переступить порог.

Взгляд малиновых глаз прошелся по ней с ног до головы, заставляя коленки дрожать. А приоткрытые в ухмылке клыки свидетельствовали лишь об одном: вампир вышел на охоту. И сегодня своей жертвой он избрал незадачливую ученицу.

— Тише.

Ладонь в черной атласной перчатке тут же легла на губы Лизы, а девушка и понять не успела, за какой краткий миг вампир легко оттолкнул ее с середины коридора, уже вжимая в стену.

— Расслабься, певица, — прошептал он, губами практически касаясь ее уха.

Внутри у Лизы все сжалось. Черт, нет, прекратите, пожалуйста! Она, конечно, дернулась, но скорее ради приличия, чем с искренней надеждой на то, что это сработает. Ну, не сработало, естественно. Руками она тут же сжала черную рубашку мужчины, в попытке отстранить его от себя. Но и это не было удостоено никакого внимания. А, вот, тихое…

— Пожалуйста! Не…

— Я же попросил замолчать, — раздраженно буркнул вампир, зубами легко стягивая с руки перчатку. — Расслабься, серьезно. Хотел бы я тебя убить — ты бы уже не ходила на свои курсы вокала.

— О чем вы? — всхлипнула Лиза, глотая слезы, градом катившиеся из глаз.

Доигралась, молодец! А ты ведь шла на золотую медаль, что же пошло не так? С каких пор ты стала приманкой для вампира? А с каких пор его покорной жертвой, добычей?!

— Я знаю, что это ты была на вечеринке, — тихо и просто до дрожи холодно продолжил шептать Валентайн. — Вынужден признать, ты ужасная актриса вне сцены. А теперь замолчи. Хочу получить компенсацию за сорванный вечер…

Девушка широко распахнула глаза, когда длинные пальцы вампира скользнули вначале за ворот ее рубашки, а затем и куда-то к спине, очерчивая артерию. Валентайн мягко ухмыльнулся, легко срывая с шеи Лизы подаренный Орденом крестик на серебряной цепочке.

— Серьезно? Они хотели отпугнуть меня серебром и распятием? Наивные детки Господни. Чтобы крест сработал против меня хоть чуточку, необходимо верить в его силу раз в десять больше, чем веришь ты, — улыбнулся вампир, расстегивая пуговицы на рубашке Лизы. — Мило. А где пижама с Ван Гогом?

— К-как вы вошли?..

Она шептала, практически не разбирая своего голоса. В горле пересохло, руки дрожали, а слезы текли из глаз беспрерывным потоком. Лиза даже боялась всхлипнуть. Ей хотелось только свернуться в клубочек и спрятаться под одеяло, и чтобы все монстры внезапно куда-то исчезли.

— Ты однажды любезно пригласила меня на чай, — Валентайн пожал плечами, мягко касаясь губами бьющейся артерии на шее девушки. — Ты ведь моя лучшая ученица, да? — сладко протянул он, проводя по тонкой коже кончиками клыков.

Тело пробила мелкая дрожь. По спине бегали мурашки, а сердце давно уже потеряло какой-либо нормальный ритм, заходясь в таких какофониях, что кровь набатом стучала в висках, практически не переставая. Разум предпринимал какие-то попытки совладать с сердцем, но ему это отчаянно не удавалось. Пелена слез застилала глаза, а с губ, наконец, сорвался громкий всхлип, скорее похожий на предсмертный стон.

— Не плачь, милая, — это прохладное дыхание обжигало кожу, отчего мириады маленьких иголочек легкими уколами пронзали спину от шеи до поясницы. — Это определенно последнее, что я хочу услышать от тебя.

— Ч-что?..

— А на уроках казалась понятливой.

Он словно играл в какую-то странную игру, но забыл объяснить Лизе ее правила. Валентайн легко касался острыми клыками горячей кожи, лишь щекоча, заставляя каждую секунду вздрагивать в ожидании неумолимого финала. Укусит или все-таки пощадит?

Пальцы его уже с невероятной ловкостью обводили кружево ночнушки девушки, мягко и оттого еще более пошло, касаясь в самых неожиданных местах. А вот второй рукой он спокойно, с каким-то холодным интересом приподнял край длинной рубашки, касаясь внутренней части бедер девушки. Чем и вызвал ее тихий, протяжный вздох, более, правда, похожий на стон.

— Не нервничай так, глупая, — тихо рыкнул он, устав уже от постоянных всхлипов. — Я не собираюсь насиловать тебя, маленькая дурочка. Всего лишь хочу насладиться горячей кровью с легким привкусом адреналина и страха.

Да. Лиза помнила об этом еще из подростковых сериалов о вампирах. От возбуждения кровь становится горячее, как можно было это позабыть.

Казалось бы, что шире распахнуть глаза было уже нельзя, но Лизе это удалось когда Валентайн, вновь зажимая ей рот холодной пятерней, резко впился клыками в напряженную артерию. Дрожь пробила еще сильнее, когда вампир сделал первый глоток. А затем второй. И вновь.

Кровь упругими толчками изливалась из тела. Из этих малюсеньких ранок, оставленных беспощадным кровопийцей, который позволил себе сделать всего несколько глотков, дабы не подломить и без того хрупкое здоровье жертвы.

Он обвел слегка шершавым языком след от укуса, слизывая бисеринки крови, так призывно поблескивавшие в тусклом свете ночника.

И никто бы не подумал…

Что с этого момента его имя навеки полыхало в угасающем сознании Лизы, сверкая огнем и переливаясь неоном. В этот миг две судьбы и две души, связанные свежей кровью, сплелись воедино.

========== Глава 6 - Дальний предок ==========

Пробуждение было максимально неприятным и больше похожим на отходняк после какой-нибудь жесточайшей попойки. Тело не слишком-то хотело слушаться, а мышцы словно налились свинцом, отчаянно не желая участвовать в процессе пробуждения, и только увлекая в липкие объятия сна.

Лиза выгнулась на кровати, силясь найти где-то поблизости телефон или хотя бы одеяло. Обычно обнаруживалось хоть что-то. На этот раз девушка наткнулась только на край кровати, и, чертыхнувшись, с трудом открыла глаза. Несколько секунд плясок черных точек, и…

— Какого?..

— Только не строй из себя мертвого лебедя, — холодно отозвался Валентайн.

Вампир стоял в метре от девушки, бедрами опираясь о подоконник. Девушка бросила короткий взгляд на него, затем на себя и, взвизгнув, скорее для приличия, чем от искреннего шока, тут же завернулась в плед. Рубашки на ней уже не было, а подаренная Евой ночная сорочка, как известно, не скрывала абсолютно ничего. В том числе и далеко не кружевное белье девушки вампир явно успел оценить.

— Что за чертовщина? И… какого милого ты здесь забыл?!

Разум возвращался к Лизе очень медленно, и как-то невыносимо рвано. Вначале вынырнули воспоминания о клубе, девушка не смогла понять, зачем она вообще туда навострила лыжи. Потом услужливо выползли воспоминания и об Ордене, их лекциях и прочих прелестях. И только потом просыпающийся разум напомнил Лизе о том, почему вампир так незаметно постарался стереть что-то с губ.

Инстинктивно дернувшись в сторону, девушка тут же схватилась пальцами за горло, ощупывая его и разыскивая место укуса. Оно тут же обнаружилось по заботливо налепленному сверху пластырю.

— Я бы не советовал, — раздалось от окна.

Но когда это Лиза кого-то слушала? Она тут же потянула пластырь, сдирая тот и взвыв от боли. Это было невыносимо больно, и девушка даже предположить не могла, откуда бы взяться такой вспышке боли от обычного пластыря. Пальцы тут же скользнули по месту укуса, и…

— Это какая-то тупая шутка? — медленно приходя в сознание, Лиза хмуро воззрилась на Валентайна, увлеченно разглядывавшего ее кактус.

— Ты про отсутствие каких-либо признаков укуса? Да, это у меня юмор такой специфический, — фыркнул вампир. — Моя слюна — лучший в мире антисептик, да и раны заживляет довольно быстро, как ты могла заметить. И я старался сильно не оставлять следов, — он пожал плечами.

Валентайн ждал. Терпеливо выжидал, когда же у Лизы начнется стадия, в которой она будет проклинать его на чем свет стоит. Возможно, даже попытается убить. Он был готов и даже предполагал, что подобная реакция на случившееся будет вполне адекватной.

Но Лиза была настроена иначе.

— Быстро? — переспросила девушка, выбираясь с кровати. — Сколько времени прошло?

— Около часа. Даже меньше. Ты очнулась довольно быстро, — примирительно улыбнулся вампир, наблюдая за Лизой.

Она что-то буркнула себе под нос, находя под кроватью тапки и направляясь в сторону кухни. Девушку уже не сильно заботило, под каким углом древний вампир увидит ее трусики, потому что будь на то его воля — он бы за час их рассмотрел во всех деталях. На столе в кухне обнаружилась заказанная пицца.

— Сколько я должна за пиццу? — обернувшись, Лиза чуть не уткнулась своему учителю носом в грудь. — Кхм. Чай, кофе? Потанцуем? — она фыркнула, улыбаясь своим глупым отшучиваниям.

— Считай это компенсацией за потраченный гемоглобин, — отмахнулся вампир, на этот раз подпирая стену. — Чай.

Лиза только молча кивнула. Она бухнула на плиту чайник, прикрикнув на тот, чтобы он не забыл свистнуть, как только закипит. Пока чайник удивлялся наглости девушки, мерно булькая, она подхватила остывшую за пол часа пиццу и, разобрав ее по кусочкам, выложила на тарелке так, чтобы она заняла меньше места. А затем, недолго думая, отправила тарелку в микроволновку.

— Ты в порядке?.. — осторожно осведомился Валентайн, через несколько минут принимая из рук девушки чашку чая и кусок теплой пиццы.

Он представлял слегка иную реакцию на произошедшее. В целом. И в частности на укус.

— Н-нет, — с надломом в голосе улыбнулась Лиза.

Она уронила себя на табуретку. Съела половину пиццы, стараясь даже не смотреть на своего предполагаемого собеседника. Сознание полностью пробудилось, подсказывая Лизе, что вести себя стоило бы не так. И вообще после случившегося надо было бы бежать к Ордену за помощью, по дороге заскочить в больничку и провериться на предмет наличия пустячка вроде гепатита или СПИДа. Но Лиза продолжала с титаническим спокойствием наворачивать пиццу, запивая ее холодным чаем, который она предусмотрительно разбавила водой.

— Так ты теперь состоишь в Ордене? — Валентайн постарался начать издалека.

— Не уверена, — честно призналась Лиза. — Они отправили меня на верную смерть.

— А ты дура, что согласилась пойти в клуб, — закончил мысль вампир. — Окажись на моем месте кто-то другой — тебя бы уже не было в живых.

— Они хорошие, Валентин?..

— Зови уж Валентайном, как хочешь, — отмахнулся литератор. — Чай, не чужие люди. И, не хочу тебя разочаровывать, но нет. Там тот еще рассадник лицемерия.

— Они говорили, что хотят помочь, избавить меня от этой заразы, которая живет во мне…

— А сами только активизировали проклятие, — фыркнул вампир, отворачиваясь к окну.

Валентайну сейчас хотелось наведаться в этот рассадник притворной святости, и сравнять там все с землей. Он ведь осознавал то, что в клубе девушку мог убить или изнасиловать любой другой его посетитель, обычный рядовой вампир, коих там вечером было довольно много. Лизе повезло, что год назад Валентайн смог найти ее документы через посредника, доставить их в Бухарест. Что он явился в школу, обозвавшись учителем, и приглядывал за ней все это время. И вдвойне повезло, что вампир нашел ее в клубе. По знакомому запаху.

— Они не сказали тебе, как хотят избавить тебя от проклятия крови?

— Каким-то образом перелить мне нормальную кровь? — с сомнением в голосе пискнула Лиза, до боли сжимая в руках чашку.

— Бинго! 0 из 10! Наивная дура, — прорычал вампир. Он был зол. — Они перебили всех, кто был носителем сумеречной чумы до тебя. Они попытаются изгнать из тебя эту, как ты выразилась, «заразу». И она выйдет, обязательно, вместе с жизнью! Знала, кому довериться.

Несколько минут гробовой тишины, щелчок зажигалки. Затяжка. Лиза, оторвав себя от табурета, потянулась к верхней полочке серванта, извлекла оттуда пепельницу и бухнула ее на стол перед вампиром. Дым девушку не смущал. Тем более не сейчас, когда осознание всего происходящего навалилось тяжелым пуховым одеялом.

— А чума выждет два поколения, и вновь вселится в чье-то тело. И так до бесконечности, уже сотни лет! Их Бога еще не было, когда появилась чума, то самое вампирское проклятие, лежащее на твоей крови, — продолжил Валентайн, благодарно кивая и откладывая сигарету в пепельницу.

Лиза сглотнула. А ведь Орден рассказывал совершенно другую версию проклятия, лежащего на крови девушки. Они еще, кажется, говорили о том, что проклятие активизируется по достижению девушкой совершеннолетия. Прямо как в дешевых сериалах, которые Лиза в свое время глотала пачками.

— Они говорили, что ты охотишься за мной, чтобы убить, — она почему-то слегка виновато улыбнулась.

— Как видишь, ты жива. И мне нужна живой ты, а не твой хладный труп без «проклятой крови». А вот им нужен я, а ты — живая приманка.

Холодно. Сухо. Жестко.

Но Валентайн констатировал те факты, без которых невозможно было продолжать общение и существование. А потому Лиза, сквозь силу, через сжатые зубы, но все-таки принимала его слова за истину. Потому что вокруг уже не осталось тех, кому можно было верить. А Валентин…

Она бы вызвала полицию, как только увидела его у себя на пороге. Позвонила бы кому-то из Ордена еще в тот миг, когда только увидела вампира в клубе. Но девушка этого не сделала только потому, что рядом со своим учителем литературы она чувствовала себя уютнее, чем с кем угодно из Ордена. И дело не в том, что знакомы они были дольше, нет. Еще с первого дня рядом с литератором было тепло. Хотя кожа у него была холодная.

— Расскажешь подробнее? — взмолилась Лиза, роняя голову на стол. — Я окончательно запуталась.

— Затем и остался, — горько улыбнулся Валентайн, допивая чай.

— А что еще за привязка к моему восемнадцатилетию?..

— Что? — он изогнул бровь.

— Ну, они сказали, что ты не причинишь мне вреда до моего совершеннолетия, — слегка подумав, дополнила девушка.

— Без понятия, — хохотнул вампир. — Это какая-то очередная глупость, придуманная Орденом.

Немного подумав, Валентайн предложил вернуться в комнату и спрятаться под плед. Он видел, что Лизу трясло. И не мог определить, на этот раз то ли от холода, или уже от нахлынувших эмоций. Дела это не меняло.

Шествуя за вампиром по коридору, Лиза, наконец, выдавила из себя первый более или менее связный вопрос, пришедший в ее не совсем светлую голову:

— А на самом деле-то, тебя как зовут?

— Полностью, ты имеешь ввиду? — отозвался вампир, слегка притормаживая. — Валентайн-Абрахам Цепеш. По поводу двойного имени не задавайся вопросами, все очень сложно.

— Но это же церковное имя, — рассмеялась Лиза. — У вампира. Серьезно?

— Ты как-то спросила, сколько мне лет? — он остановился, резко обернулся, заставив девушку врезаться себе в грудь. — Много настолько, что тогда церкви как понятия еще не было.

— А… — Лиза нервно сглотнула, спешно стараясь перевести тему, — Цепеш. Ну там, Влад Цепеш, все дела. Ты не его потомок?..

Вампир удивленно вскинул брови, а затем рассмеялся. Искренне, задорно, он просто расхохотался, входя в комнату девушки.

— Я, скорее его предок. Очень, вот прямо очень дальний.

***

Валентайн вынудил девушку достать плед и завернуться в него. А она практически потребовала, чтобы вампир уселся рядом. Мол, не гоже заставлять гостя сидеть да мерзнуть. Доводы вампира о том, что он в принципе особо не мерзнет, на девушку на произвели никакого впечатления. Потому, буркнув что-то насчет того, что к утру это все забудется и все встанет на круги своя, Валентайн таки устроился на кровати Лизы, позволяя ей присесть рядом и даже укрыть его пледом. Сама хозяйка квартиры уселась напротив, готовясь слушать Валентайна.

В такой уютной обстановке она бы и уснула, если бы сердце вновь предательски не кольнуло. Лиза тут же поморщилась, от накатившей волны боли. И в эту секунду Валентайн зачем-то притянул ее к себе, вжимая в свою грудь. Как потом выяснилось, его пальцы легли на шею девушки, легко находя бьющуюся артерию. Да и запястье он ее сжал не от нахлынувших внезапных чувств, а только для того, чтобы считать пульс.

— Вот и приехали, — он фыркнул. — Это проклятие пробудилось.

Лиза закатила глаза, проклиная Орден на чем свет стоит. Вслух же она лишь тихонько что-то пискнула о том, что она сейчас лежала в одной постели с учителем. И, что самое радостное, саму Лизу это ни разу не смущало. А даже напротив… тепло какое-то всепоглощающее заполняло все ее существо.

— В общем, — вампир вздохнул. Ему не приходилось этого рассказывать уже более тысячи лет. — Сумеречная чума — это не та болезнь, которую разносят крысы. Это проклятие крови, передающееся наследственно, практически случайным образом, через несколько поколений. И только в нескольких определенных родах. И ты — последний представитель.

Валентайн прикрыл глаза, переводя дух и прислушиваясь к своим ощущениям в те секунды, когда эта девочка доверчиво прижималась к нему. А ведь любая другая на ее месте определенно поступала бы не так. Лиза казалась доверчивой, но для вампира она ощущалась как безмерно одинокий человек. И так тянулась к теплу…

— Суть проклятия в том, что твоя кровь начинает жить своей жизнью, если можно так сказать. Клетки крови делятся слишком быстро, иногда даже подчиняются мозгу. Там много нюансов, но основной в том, что у носителей Чумы всегда рядом должен быть вампир-хранитель. Иначе от переизбытка крови в организме они просто умирают. Чего, собственно, и добивается Орден.

— И… вампир нужен для того, чтобы эту кровь пить периодически? — осторожно предположила Лиза, слабовато представляя себе подобный вариант развития событий.

Не станет же Валентайн подходить к ней в школе, утаскивать куда-то в подсобку и там сосать девственную кровушку? Нет уж, увольте.

— Вроде того, ты мыслишь в верном направлении, — спокойно отозвался вампир. — Некоторые пытались избавиться от избытка крови самостоятельно, ранили себя. Но из-за слишком быстрого деления кровяных телец замедляется регенерация. В общем, они таки умирали, да. Сейчас ты в относительной безопасности. В общем, между укусами мне надо будет высчитывать около трех суток.

— Стоп, ты серьезно собираешься это делать?! — Лиза дернулась, но на этот раз Валентайн сам удержал ее подле себя.

— Именно. Иначе мои десятилетние поиски тебя обернутся бессмыслицей.

Девушка нервно сглотнула. Отлично, если раньше она чувствовала себя максимум приманкой для вампира, то теперь в голову лезли не самые лестные прозвища. Холодильник? Кормушка? Кормилица?

— Скорее жертва, — спокойно раздалось сверху.

Лиза чертыхнулась. Чертов вампир и его хороший слух. Видимо, что-то из ее мечущихся в разные стороны мыслей таки прозвучало вслух.

Валентайн, наконец, соизволил подняться с места, оставляя девушку на кровати. Он отошел к окну, в очередной раз доставая зажигалку. Заглянул в портсигар. Выругался. Убрал зажигалку.

— Эм, а что мне с Орденом делать? — как-то виновато вопросила Лиза, подтягивая колени к груди.

— Забей, — обернувшись, вампир пожал плечами, — они отправили тебя в клуб на поиски меня? Забавно. Но я мог туда и не придти. Так что просто скажи, что не нашла меня.

— А крестик? — рука инстинктивно легла на ключицы.

— Скажи, что потеряла.

— Ты так легко придумываешь ложь, — девушка фыркнула, отводя взгляд.

— Я придумываю для тебя простую ложь, — отозвался Валентайн, скрещивая руки на груди. — Потому что ты абсолютно не умеешь лгать. И это странно.

— Почему?..

— Ты ведь отлично играешь на сцене. Но как только дело доходит до: «Далия, где тетрадь?», как ты поднимаешь лапки и сдаешься, — легкая улыбка тронула губы вампира.

— Сцена — это иное.

Лиза откинулась на подушки, закрывая глаза. Погружаясь куда-то в Память. Она вспоминала, как когда-то точно также лежала на сцене маленькой театральной студии, в которой и занималась до недавнего времени.

С потолка помимо ламп свисали облака из ваты и бумаги. Сцену вылизывал розоватый свет ламп, изображающих закат. Углы скрадывал полумрак. Декорации уже были убраны, а мастер освещения отлучился куда-то, обещал вернуться через несколько минут. А Лиза просто лежала на сцене после очередной премьеры, пока в зале суетились уборщицы.

Это была последняя постановка, которую театр успел закончить до того, как сократили финансирование. «Бесприданница» Островского далась Лизе нелегко. Девушке, никогда не состоявшей в отношениях более серьезных, чем дружеские, трудно было прочувствовать все переживания, внутреннюю драму своей героини. А ведь зал тогда аплодировал, даже просили исполнительницу роли Ларисы во второй раз выйти на поклон. Но Лиза почему-то постеснялась. Она ведь тогда еще не знала, что те поклоны будут последними. По крайней мере, в этом театре.

— Вижу, ты, наконец, решилась лечь спать. Отлично, — раздался шорох со стороны окна, и Лиза тут же вынырнула из воспоминаний. — Я пойду. Тебе завтра рано вставать.

Ага, конечно. Лиза мысленно пожелала вампиру удачи. Он действительно думал, что она планировала приходить в школу? Нет уж, увольте. Девушка планировала выспаться.

Со вздохом, хозяйка дома выскользнула в коридор, провожая Валентайна взглядом.

— Слушай, по поводу крестика. Почему он тебя не оттолкнул? — она все-таки задала давно мучивший ее вопрос.

— Я атеист, — фыркнул вампир, хищно оскалившись. — Да и ты не верила в то, что он сможет меня оттолкнуть.

Не хотела отталкивать.

— Ясно, — со вздохом, Лиза оперлась о стену, — а божественная сила сама по себе из ниоткуда не берется.

— Именно оттуда она и берется, — на этот раз Валентайн рассмеялся. — Знаешь, меня называют «первым падшим», в силу моей древности. Но… Бога я никогда не видел. И ниоткуда не падал.

— Откуда же тогда Орден черпает свои силы, которыми они способны уничтожать обычных вампиров? — Лиза скептично изогнула бровь.

— Оттуда же, откуда и я черпаю свою черную магию, — выждав небольшую театральную паузу, вампир тяжело выдохнул, — пес его знает, магия просто есть. И раньше ее определенно было больше.

Не проронив ни слова, Валентайн с каким-то просто титаническим спокойствием завязал шнурки, накинул на шею шарф. Бросил короткий взгляд в зеркало и извлек из внутреннего кармана пальто футляр с очками. Оглядел его, прикинул, что идти ему только до соседней лестничной клетки, и убрал футляр восвояси.

— И да, — он остановился в дверном проеме, через плечо бросая короткий взгляд на Лизу, — завтра ты обязана присутствовать на моем уроке.

— Что?!

— Мне так хочется, — он игриво улыбнулся, пожимая плечами.

И ушел. Медленно сообразив, что последнее слово осталось не за ней, Лиза тут же вылетела на лестничную клетку, выкрикивая в спину вампиру:

— Литератор-Сатана!

— Я запишу новое прозвище, спасибо!

***

Не найдя в себе сил уснуть после случившегося, Лиза таки отлепила себя от дивана. И буквально за воротник дотащила свое ленивое тело до школы. Ну… только на шестой урок, если быть честными. Ей было интересно, насколько изменится поведение Валентайна после произошедшего.

Улегшись за первой партой, куда любимый учитель пересадил ее еще на второй неделе обучения, Лиза лениво наблюдала за моросящим за окном дождиком. Ева в школе изволила не появляться, у девушки была запланирована очередная фотосессия, на этот раз для какого-то журнала. Правда, фотосессия была запланировала на пять вечера, но это ни разу не помешало Еве вообще не приходить в школу. В конце концов, она предусмотрительно записалась на укладку и макияж в какой-то салон.

— Подъем, фашисты. Хотели крови? К вам явился фюрер! Всем встать по стойке смирно, — в классе появился Валентин Анатольевич, бодро пронесся меж парт, останавливаясь около своего стола. — Молотов, не обязательно отдавать мне честь. Вольно.

— А почему вдруг фашисты? — лениво осведомился кто-то из середины класса.

— Из-за ваших диктантов по русскому! Одиннадцатый класс! — вспыхнул литератор, потрясая стопкой листков. — Это же тихий ужас. Я поседел в самых неприличных местах пока читал эти, с позволения сказать, «шедевры».

Он выдохнул, снимая очки и потирая переносицу. Лиза впервые видела вампира настолько недовольным. Он действительно был зол. Судя по всему, до этого еще не практиковал проверку диктантов? Ну-ну. Наивный смертный, думал, вампиру все по плечу?

— Сядьте, — он отмахнулся. — У меня две новости. И обе не особо приятные. Во-первых, к нам вернулся Егоров. Прошу любить и не жаловаться, — литератор кивнул парню, чтобы тот садился на первое попавшееся место.

Взгляд Валентайна коротко скользнул по Лизе. Он отметил для себя, как сжалась девушка, пока Костя усаживался где-то в самом конце класса. И как она спокойно выдохнула, когда литератор мягко и незаметно ей улыбнулся, мол, все будет в порядке.

— Меня эта новость не радует, — продолжил Валентин Анатольевич, — поскольку мне придется теперь оставаться с Егоровым после уроков, чтобы он смог дописать пропущенный диктант. А после ваших перлов я уже боюсь, что там будет.

По классу пронеслась легкая волна смеха.

— Следующая новость — у нас новенький. Да, в середине года, нет, я не знаю, куда смотрит администрация школы и почему его приклеили именно в ваш класс. Но не мне жаловаться. А где это явление, кстати?..

— Я здесь! — радостный голос раздался прямо из-за спины Лизы.

От неожиданности девушка чуть не подскочила на месте, резко оборачиваясь и встречаясь со взглядом дымчато-серых глаз.

— Чего маячишь как призрак коммунизма?! — воскликнула она, хватаясь за сердце.

И не то, чтобы Лизу можно было легко напугать. По крайней мере, от неожиданности она никогда не пугалась. Обычно девушка чувствовала чужое присутствие поблизости. Но на этот раз инстинкты сыграли с ней злую шутку. И сердце предательски кольнуло. Да с такой силой, что на слезы выступили.

— Оу, — призрак с пепельно-русыми волосами виновато пожал плечами, — извини.

— Как тебя зовут, коммунизм? — хмуро осведомился Валентин, постукивая пальцами по столу. Он явно заметил то, что Лиза нагло украла его фразу.

— Никита, — очнулся парень, переводя взгляд на учителя. — Исаев Никита.

— Садись уж, Джеймс Бонд, — отмахнулся вампир.

Лиза нервно сглотнула, когда новоиспеченный одноклассник флегматично опустился на соседнее с ней место. Она подумывала над тем, чтобы как-то прозрачно намекнуть ему на то, что это только на один раз, ведь уже завтра явится Ева и место вернется в ее законное владение.

Но девушка все свое внимание сконцентрировала на том, как вел себя Валентайн. Он абсолютно спокойно раздавал моральные подзатыльники всем, кто накосячил с диктантом. И отчитывал за каждую запятую.

— Далия, — раздалось у нее над ухом, когда Лиза окончательно уже готова была уснуть. — Не поведаешь мне, каким образом ты хочешь получить медаль?

— Ч-что? — голос девушки честно дрогнул.

Рука ее все еще лежала на сердце, которое почему-то заходилось в бешеном марше, или отплясывало чечетку, лезгинку, Лиза пока еще не уточняла.

— У тебя диктант написан на семь баллов! — осадил Валентин Анатольевич, злобно сверкая глазами из-за очков. — Ты спала, пока я озвучивал оценки? Поднимайся, проснись, напиши на доске то, что я продиктую.

Лиза не знала, что ей делать. После вчерашнего разговора она с трудом видела в вампире своего учителя. Это было максимально странно. Вставая, она еще и до кучи зацепилась за оставленный у окна рюкзак новенького одноклассника, успешно чертыхнувшись и спотыкаясь об него.

В эту же секунду Валентайн подхватил ее под локоть. Вампир для себя отметил то, что девушка все время держалась за сердце, что не могло не расстраивать его. Значит, что-то не так.

— Далия, — тяжело выдохнул он, глядя не то в глаза девушки, не то на ее блузку с довольно глубоким вырезом. — Кхм.

Надо было срочно разрядить обстановку. Потому что между этими двумя уже не то, чтобы искры трещали. Там уже успешно можно было жарить шашлык. Слишком много всего Лиза чувствовала, от этого путалась.

— Лучше не надевать в школу настолько открытые наряды, — нашелся вампир, отпуская девушку и взглядом провожая ее до доски. — Существуй герой Б.Стокера в реальности, он бы не побрезговал возможностью воспользоваться этим, — Валентайн многозначительно кивнул на вырез блузки, — вкупе с твоей неосторожностью, и напиться твоей горячей крови. Так что аккуратнее будь, Далия.

Ох, как же пошло прозвучало. Лиза готова была перекреститься, лишь бы не краснеть, но до этого дело не дошло. Хотя, в свете последних событий, отношения вампира с Богом переставали казаться столь натянутыми. По классу вновь прошлась волна смешков. А сама Лиза взглядом зацепилась за усмешку, тронувшую тонкие губы ее нового соседа по парте.

— Пиши, — неумолимо пригвоздил к месту Валентайн.

Лиза с убитым видом взяла в руку мел.

***

— Кто-нибудь, будьте добры передать учителю, что Далия останется здесь. Будет переписывать диктант, — спокойно дописывая на доске домашнее задание, констатировал Валентин, не слишком заботясь о мнении Лизы на этот счет. — Все могут быть свободны, спасибо за урок.

Лиза, которую Валентайн не так давно отпустил на ее законное место, уронила голову на сложенные на парте руки. Сердце заходилось просто бешено, казалось, что вот-вот выскочит и запачкает тут все проклятой кровью. Спорить по поводу диктанта сил уже просто не было. Да и ни к чему бы это не привело.

— На этот раз прощаю, — закрыв дверь в кабинет, начал Валентайн. — Я поставлю тебе десять баллов за диктант. Но тебе придется с этим что-то сделать.

— Но я же…

— Ты не сделала ни единой ошибки у доски. А я ведь диктовал тебе предложения, в которых ты ошиблась в диктанте. И как же работает твой мозг? — примирительно улыбнулся вампир, бедрами опираясь на свой учительский стол и покровительственно глядя на Лизу.

— У него отпуск в день диктанта был. А на самом деле… — она вздохнула, — я не могу практически писать под быструю диктовку. А ты… вы диктуете быстро и неразборчиво. Вот.

Валентайн тихо хихикнул, когда Лиза запнулась. Она выглядела довольно мило. И чертовски беззащитно. В другое время да в другом месте он бы и сам с удовольствием напился ее крови. Еще и эта блузка.

— Тебе нужен репетитор по русскому языку? — поджав губы, осведомился вампир.

— Да?.. — честно призналась девушка.

У нее не было проблем с написанием предложений, это у нее получалось на каком-то подсознательном, интуитивном уровне. Только вот она не знала, как звучали почти все правила. А ведь на ЕГЭ были вопросы и по ним.

— Я позанимаюсь с тобой, — спокойно констатировал Валентайн, убирая из глаз непослушную прядь.

Лиза подняла на него взгляд. Зачем это было ему нужно? С чего вдруг такой аукцион невиданной щедрости?

— Я спрошу кое-что. Ответишь правду? — она сглотнула вставший в горле ком.

Вампир смотрел с прищуром. Словно по глазам что-то прочесть пытался. Хоть у Лизы давно уже сложилось ощущение, что он спокойно читает мысли, хоть и не признается.

— А почему, — в один шаг преодолев расстояние между столом и партой, Валентайн оперся о нее, нависая над Лизой, — почему ты так боишься доверять? Я ведь ни разу тебя не обманывал, значит не давал поводов усомниться в моей честности.

Почему боишься доверять. Лиза отвела взгляд, старательно глядя в окно. Заметив это, вампир только щелкнул пальцами, заставляя жалюзи опуститься. Девушка нервно поерзала на месте. Она, кажется, впервые видела темную магию Валентайна в действии.

— У тебя взгляд тяжелый очень, — пискнула она, жмурясь. — Зачем я нужна Ордену?! — Лиза выпалила это, надеясь только отвлечь внимание вампира от своей персоны.

И, кажется, получилось. Валентайн вернулся к своему столу, временно прекратив моральную пытку.

— Они считают, что чума — проклятие Сатаны. Ну, или в кого они там активно не верят? Вот, его рук дело, — вампир пожал плечами. — Мол, если из тебя ее не изгнать, то я найду тебя, убью, достану из тебя что-то очень важное и темное, сожру это и придет антихрист. Как-то так. В плане последнего пункта не уверен. Может, потоп опять случится.

— Серьезно? — Лиза поморщилась. — Звучит как сшитый белыми нитями сценарий очень плохого фильма.

— Да, но так звучит вся их религия. Там столько неувязок, что если это попытаться воспринимать через призму логики — сломается остаток мозга, — вздохнул Валентайн, улыбаясь.

Лиза улыбнулась сквозь силу. Сердце кололо. Но признаться в этом вампиру с его пристальным взглядом она не могла. Сил не хватало.

— Постой, — девушка внезапно подняла голову, — а тебе-то до этого всего какое дело?

Брови Валентайна на секунду поползли к переносице, а затем он вздохнул, проводя пятерней по волосам. Так вот, что ее интересует.

— Ну, во-первых, я обещал это кое-кому из твоих родственников, — зевнув, лениво отозвался вампир. — А во-вторых, твоя кровь для меня даже полезна. Тем более носители чумы — они так-то часть нашего, темного мира. А я привык защищать своих. Поэтому и поехал с тобой, кстати, на тот идиотский конкурс, организованный только для того, чтобы заманить туда тебя!

Лиза поморщилась. Ей совершенно не хотелось возвращаться ни к тому месту, ни к Ордену. Вообще идея забиться под одеяло хотя бы до зимних каникул не казалась ей странной. И тут в остатках мозга что-то щелкнуло.

— Постой, откуда же ты знал про этот конкурс, если его организовали только для моей поимки?!

Вампир рассмеялся. Дошло все-таки?

— Они подсунули этот флаер твоей подруге, надеясь, что она отдаст его тебе. И она справилась с задачей, неосознанно заманив тебя в ловушку, — спокойно констатировал Валентайн. — А я просто видел эту бумажку у нее на парте, когда она доставала ее вместе с какими-то тетрадками.

Валентайн говорил, и сам не верил себе. Да, он не хотел обвинять подругу Лизы в чем-то, в чем сам был не уверен. Но в душе вампира жило подозрение о том, что и сама Ева была одной из членов Ордена. Хотя у девушки было прекрасное алиби. Она не носила их креста, вообще не носила никакой церковной атрибутики, да и рядом с ней вампир чувствовал себя вполне комфортно, что означало лишь одно: она не была верующей в принципе. Значит, никак не могла состоять в Ордене. От сердца у вампира отлегло.

— И почему же Орден тебя не поймал? Если остальные участники конкурса были членами общины, — поинтересовалась Лиза, утыкаясь носом в изгиб локтя.

— Потому что я пришел с тобой, — Валентайн улыбнулся. — Они решили, что я просто твой знакомый, который пришел с тобой, как говорится, «за компанию».

— Они настолько беспомощны, что даже не чувствуют твоей энергетики? Прискорбно, — наигранно возмутилась Лиза. — И как они только существуют до сих пор? — она улыбалась.

А вот вампиру улыбаться надоело.

— Сердце сильно болит? — резко, он словно ударил словами. — Или ты думала, что я оставил тебя здесь просто поболтать?

— Ч-что?

— Нет, я, конечно, поболтать не против, — примирительно хмыкнул Валентайн. — Но сердечко-то давно болит?

— Примерно с начала урока, — поморщив лобик, неуверенно пробормотала Лиза.

— Неплохо, — тяжелый вздох. — Знай на будущее: колющая боль в сердце — первый колокольчик о том, что пора выполнять условия проклятия. Иначе через пять часов начнется тошнота, головокружение. А затем разрыв какой-нибудь аорты, острая кровопотеря, падение артериального давления и смерть.

— Постой, — Лиза сглотнула, отодвигаясь на стуле. — Ты же не хочешь сказать, что… — она инстинктивно дотронулась до места укуса на шее.

— Именно это я и хочу сказать, — кивнул вампир, закатывая рукава. — Я не голоден, знаешь ли. Но придется.

— Н-но ты же говорил, что раз в несколько дней, а вчера вечером…

— Успокойся, ты дрожишь, — вздохнул Валентайн, обходя парту и сверху вниз глядя на девушку. — Говорил. Но вчера — это был не укус. Я практически-то и не выпил ничего, — он примирительно улыбнулся, — так, куснул, чтобы потешить свое самолюбие. И чтобы за глупость наказать. Прости мне это.

Лиза только покачала головой, не слишком понимая, что с ней вообще происходило. Только вот холодные пальцы вампира, убравшие волосы с ее шеи как-то не внушали доверия.

— Валентайн, не надо, я не хочу, прошу, — она поморщилась, только представив, как это произойдет. К горлу подступили всхлипы. Они выстроились в очередь.

— Делаешь вид, что мой мир чужд тебе, — его пальцы скользнули по подбородку девушки, позволяя той отстраниться. — Но сама являешься его частью, — и тут же Валентайн резко развернул Лизу к себе, хищно скалясь.

— Ты врешь! Если я не часть Ордена, то это вовсе не значит, что я…

— Твоя кровь проклята, и я уже объяснял это, — он был зол, практически рычал, но так тихо, словно ласково шепча. — И это далеко не глупое стечение обстоятельств, не случайность. Лиза, Елизавета, Элизабет. Или же, Эржебет?

— И при чем тут мое имя?! — девушка все-таки рванулась назад, упираясь лопатками в спинку стула и старательно в него вжимаясь в попытке скрыться от испытующего взгляда вампира.

— Ты потомок одной из самых знатных вампирш тысячелетия, вот при чем, — хитро ухмыльнулся Валентайн. — И названа ты в ее честь. Эржебет Батори, кровавая графиня, ты должна была слыхать о ней.

От одних воспоминаний об этой женщине, о кровавых злодеяниях которой Лизе доводилось читать в Интернете и энциклопедиях, кровь временно застыла в жилах. Нет, быть того не может. Даже сердце пропустило несколько ударов.

— Нет, мой род не такой древний, — качнула головой Лиза, сглотнув вставший в горле ком.

— Конечно. А твоя фамилия ни о чем не говорит? Далия, производное от фамилии любовницы графини, Анны Дарвулии, — спокойно продолжал Валентайн.

Словно обухом по голове огрели. Что? Быть того не может. Это все какой-то бред, который воспаленное сознание отказывается принимать за действительность, и правильно делает! Наверное…

— Нет?..

— Когда у графини родился очередной внебрачный ребенок, она решилась отдать его на попечение своей дорогой любовнице Анне, — сложив пальцы в замок, констатировал вампир. — А та сплавила девочку родственникам, предварительно лишь дав свою фамилию. С годами, правда, ее звучание изменилось, некоторые зуки более не слышны…

Валентайн мягко улыбнулся, встречаясь взглядом с Лизой. Она все еще с трудом верила в его слова. Хотя мысленно и осознавала то, что вампир не стал бы ей лгать, ему это было банально не выгодно. Да и среди всего ее «круга общения» он пока оставался единственным честным собеседником. Даже Ева, и та не могла порою выслушать девушку.

— …но я все еще вижу в тебе черты твоего великого предка. Кровавой графини, которая ни перед чем не останавливалась, дабы утолить свою жажду. В твоем случае — жажду знаний. Ты приходишься ей единственной выжившей правнучкой, вот и вторая причина, зачем Ордену так нужна была твоя кровь. Они думали, что с кровью одной великой вампирши смогут найти или убить, не знаю, меня.

— Н-но как это? Вампиры разве могут иметь детей? — Лиза сглотнула, ощутив пальцы Валентайна на своей шее.

— Вообще, это большая редкость, — честно признался он, — у нас слишком разное ДНК. Но мы не ходячие трупы, на минуточку, — хищная ухмылка. — Расслабься. Это для твоего блага.

— Мне… больно не будет? — Лиза сглотнула, жмурясь, когда вампир наклонился к ней.

Ответа не последовало.

Только тонкие пальцы, путающиеся в прядях волос. Теплое дыхание на шее. Тревожная мысль о том, что кто-то мог войти. Влага. Горячий язык по бьющейся артерии. Осознание того, что дверь закрыта. И облегчение. Или осознание того, что никто не поможет?..

Лиза громко вскрикнула, инстинктивно дернувшись в сторону, стоило острым клыкам только коснуться ее шеи. Тут же из образовавшихся рваных ранок по шее потекло что-то теплое.

— Я же просил тебя расслабиться, — прорычал вампир, вытирая кровь с губ.

— Это больно! — всхлипнула Лиза, запоздало осознавая, что ничего еще не произошло. Валентайн банально не успел ее нормально укусить.

Он вновь не ответил, на этот раз одной рукой сжимая запястья девушки. Другой же придерживая ее голову, дабы не повторилось произошедшее. С каким-то тихим рыком он слизнул вытекшую из неаккуратных ранок кровь. А затем в мозгу Лизы что-то щелкнуло. Он припал к боевому ранению губами, не то издеваясь, не то… целуя? Только потом до Лизы дошло, что он всего лишь таким образом применял свои регенерирующие способности.

Внезапная, резкая вспышка боли. Девушка вновь инстинктивно дернулась, но на этот раз Валентайн с титаническим спокойствием удержал ее на месте. Ох, а силищи-то у него в руках. То есть он бы удержал ее тогда, в баре, если бы захотел. Решил не пугать преждевременно? И на том спасибо.

Место укуса дичайше болело, его словно жгли каленым железом. И резкий контраст: мягкие губы, секунду назад, горячий и нежный поцелуй. Холодные пальцы в волосах. Черт, к такому миксу ощущений девушка явно была не готова. Значит, тот укус в прихожей был действительно очень кратким. Что-то вроде вводного курса, демо-версии. Лиза сквозь силу улыбнулась своим глупым мыслям.

Казалось, что прошла вечность, прежде чем вампир отстранился от своей милой жертвы, позволив, наконец, Лизе выдохнуть спокойно.

— Никогда еще не пробовал кровь носителей проклятия, — признался Валентайн, облизывая губы. — Так сладко…

Вау. Сексуально. Лиза спешно тряхнула головой, сгоняя наваждение, подобие дурмана, вызванное укусом и легкой кровопотерей.

— Кошмар… каждые три дня?

— Ну-ну, не тряси головой, больно же будет, — заботливо улыбнулся вампир.

Откуда-то из кармана он извлек упаковку пластырей, протягивая ее Лизе. Та лишь отмахнулась, поднимаясь со своего места и распахивая окно. Отчаянно не хватало воздуха. Она не понимала, чем было вызвано такое странное состояние. Возможно ли…

Из-за спины тут же донеслось покровительственное:

— А тебе ведь… понравилось.

Туше.

Комментарий к Глава 6 - Дальний предок

вампир-атеист, лол

История Батори и Дарвулии вполне реальна. Они были любовницами. Только ни о каких детях и речи не шло, конечно же. Но, на минуточку, ни Цепеш, ни Батори в реале-то и вампирами не были. Так что я привязываю события к историческим персонажам, изменяя исторические факты, но не в корне.

P.S да и так-то у Батори было много внебрачных детей.

========== Глава 7 - Пепельный барон ==========

На следующий день Ева все-таки соизволила появиться в школе. Она была слегка обижена на подругу за то, что та сбежала в субботу на свой конкурс и не подавала признаков жизни. Правда, на телефоне Лизы все выходные стоял автоответчик. Ей банально некогда было перезвонить подруге. Столько всего навалилось. Правда, уже ко второму уроку подруги сидели в столовой и пили горячий шоколад из термоса, болтая об очередном сериале, который нашла Ева.

— А он потом выскакивает, и ка-а-ак поцелует ее! Я аж пончиком подавилась, серьезно! — восторженно вещала Ева, не сильно заботясь о том, что ее сейчас слышала вся столовая.

— И жили они долго и счастливо? — лениво обводя край кружки пальцем, поинтересовалась Лиза, взглядом провожая покинувшего столовую Егорова.

На сердце было неспокойно. Благо, с момента его появления в школе, парень так и не соизволил приблизиться к Лизе. Что вполне ее устраивало!

— Нет, представляешь, эта дура потом развернулась, убежала в слезах, потому что боялась того…

— Что влюбилась в своего злейшего врага? — раздалось из-за спины Евы.

Лиза вздрогнула, вытягивая единственный наушник из уха. Обернувшись, она обреченно вздохнула, вновь возвращая устройство на место. Подумаешь, новенький одноклассник вчера пришел.

— О, призрак коммунизма, — недовольно буркнула она. — Чего тебе на…

— О, так ты тоже смотрел уже новые серии?!

Внезапный восторженный визг Евы заставил Лизу удивленно вскинуть брови. С каких это пор ее подруга внезапно стала обсуждать свои любимые сериальчики с кем-то кроме лучшей подруги? Еще и с новеньким одноклассником, которого она видела-то один раз, на первом уроке!

— Знаешь, я только что досмотрел последнюю, — парень улыбнулся, показывая титры, бегущие по экрану телефона. — И я даже не знаю, сможет ли Триша простить…

С силой сжав зубы, Лиза поднялась со своего места, затыкая ухо наушником. Отлично, теперь лучшая подруга решила обсуждать это исключительно с тем, кто этими мыльными операми увлекался. Что ж, тем лучше, Лиза считала, что уже была сыта этим по самое горло. А этот Никита не промах, только пришел, а уже решил подкатить к самой завидной девушке параллели? Что ж, дерзай, пророк Исайя.

— Чего скучаешь?

Пока Лиза с недовольной миной направлялась в класс, к ней присоединилась одноклассница. Ника была неплохой девчонкой. Одной из тех, с кем можно было общаться, не опасаясь за то, что твои мысли через две минуты будет знать вся школа. Она, кажется, была неплохой подругой Лизы еще в начальной школе. А потом как-то разошлись.

— Как тебе новенький? — вытянув наушники и убрав их в сумку, отозвалась Лиза. — А то Еве, кажется, с ним комфортно.

— Не люблю новеньких, — пожала плечами Вероника, заглядывая в телефон. — А этот еще вроде ничего так, спокойный, не высовывается.

— Я бы поспорила, — Лиза сжала зубы.

Ей не хотелось признаваться себе в том, что она чертовски ревновала единственную лучшую подругу к какому-то парню. Подумаешь? Да года полтора назад Ева меняла их как перчатки, только недавно вот встала на путь истинный. То есть перешла на виртуальных парней, да. И вот, опять обострение давней болезни!

Войдя в класс, Лиза чертыхнулась. За четвертой партой в первом ряду, за ее партой, на ее месте, вальяжно развалившись, сидел тот самый Никита! О да, он о чем-то щебетал с Евой. Отлично! И как они только добрались сюда так быстро?

Вздохнув и успокоившись, мысленно представив Никиту в не самом благоприятном виде, Лиза направилась к своему законному месту. Постучав костяшками пальцев по столешнице, девушка привлекла к себе внимание новенького.

— Дорогуша, ты уж прости, но здесь сижу я. Спасибо, что подогрел мне место, и все в таком духе. А теперь, будь добр, уйди и потеряйся в прямом коридоре, — максимально мягко постаралась выдавить из себя Лиза.

И… мягко, судя по всему, не получилось. И даже не судя по всему, а судя по взглядам нескольких одноклассников, устремившимся к Лизе. Кажется, сейчас запахнет жареным.

— Ой, Лиз, мы на самом интересном месте остановились! Может, отсядешь на один урок? А я тебе потом все расскажу! — взмолилась Ева, глядя на лучшую подругу глазами, полными надежды.

Так, значит? Лучшие подруги не меняют подруг на парней. Со вздохом отвернувшись, Лиза не ответила. Только бросила короткое:

— Если что, я за журналом схожу.

И действительно вылетела из класса, непривычно бодрым шагом направляясь к учительской. Правда, на месте ждало разочарование, учительская была закрыта. А где еще можно было искать журнал после первого урока, девушка не представляла. Потому, смирившись с тем, что поиски не увенчались успехом, Лиза уже направилась в сторону класса. Тем более звонок уже прозвонил минут пять назад.

Сердце внезапно пропустило несколько ударов, а затем и вовсе ухнуло куда-то вниз, крича о том, что пришло время остановиться. В опустевшем после звонка коридоре, в самом его конце, в двадцати метрах от Лизы, маячила до боли знакомая фигура.

Только не ты, пожалуйста, Егоров.

Но мысленная мольба девушки не была услышана. Она сжала кулаки, когда парень обернулся в ее сторону. А затем и вовсе направился к Лизе, ступая как-то максимально размеренно. Никуда не спешил.

— Ты чего не на уроке?

Лиза вздрогнула, когда на ее плечо легли холодные тонкие пальцы с идеальным маникюром. Сердце высунулось из укрытия, ища надежды. Никогда Лиза еще так не радовалась появлению Валентайна.

— Ж-журнал искала, — сглотнула девушка, оборачиваясь к литератору.

— Не нашла, как вижу, — он улыбнулся, бросая короткий взгляд на прошедшего мимо Костю. — Хочешь поговорить?..

Лиза проводила спину парня взглядом. Он ни разу не взглянул на нее, спокойно ушел к концу коридора, запрыгнул на подоконник и достал телефон, утыкаясь в него носом. Но холодок страха в душе девушки все-таки поселился. Поговорить?.. Ах, он об этом.

— Не откажусь, — Лиза криво улыбнулась, скорее не от страха, а от осознания собственного положения.

С одной стороны Орден, который требовал чего-то и был настроен лишить девушку жизни. С другой вампир, эту самую жизнь защищающий весьма специфическими способами. Родители далеко за границей, подруга влюбилась в нового одноклассника, а рядом шастает тот, кто однажды уже готов был ее изнасиловать. Отличная картина получается!

— Он тебя тревожит? — холодно вопросил вампир, стоило двери кабинета литературы захлопнуться за спиной Лизы.

— Закрыть ее?.. Вдруг кто-то войдет.

— Скажем, что провожу с тобой воспитательную беседу, — отмахнулся Валентайн, усаживаясь на первую попавшуюся парту. — Итак?

— Нет, он даже не говорил со мной с тех пор, как пропал на неделю, — честно призналась Лиза. — Но меня что-то тревожит. Сердце не на месте. Какой-то смутный беспричинный страх.

— Опять панические атаки? — заботливо поинтересовался вампир.

— Нет, что-то другое.

— Скажи мне, если этот несостоявшийся Ромео будет к тебе лезть, ладно? — с легкой улыбкой, хмыкнул Валентайн. — Я разберусь с ним.

— В каком смысле?..

— Убью, — спокойно отозвался вампир, не понимая искреннего шока, написанного на лице ученицы. — А ты чего ждала? Что я стану проводить с ним воспитательные работы? Брось, Лиза, ты же знаешь, кто я, и что по жизни я занимаюсь далеко не выращиванием домашних растений.

И Лиза это знала. И понимала. Только вот осознавать это сейчас, когда вампир так спокойно об этом говорил, слышать из уст Валентайна слова об убийстве, это все оказалось намного сложнее, чем просто жить с каким-то смутным осознанием его природы.

***

— Не тупи, пожалуйста! — взмолилась Лиза, уже не зная, какому богу помолиться, чтобы Лена, наконец, смогла прочитать несчастный текст. — Для кого здесь нарисована красивая транскрипция? Какой, к чертям, исланд? Мы говорим об острове, а не Исландии!.. Хотя, Исландия тоже остров…

— Ладно тебе, не кипишуй, — отозвалась девятиклассница, стирая сложную английскую транскрипцию и записывая новую, на родной кириллице. — Сразу стало понятнее!

Девушки уже пятый час заседали у Лизы дома, пытаясь хоть немного поднатаскать Лену в чтении. А ведь в ближайшее время ей предстояло сдавать контроль того самого чтения, ух, да будет земля пухом.

— Я спокойна как изваяние острова Пасхи! Так, быстро дочитывай последнее предложение и иди домой, поздно уже, — Лиза бросила косой взгляд на часы, стрелки которых неумолимо подползали к цифре 11.

— Ладненько, — в очередной раз смочив языком кончик карандаша, Лена улыбнулась. — Так, поехали! Зе мистериос аутлав…

— Все! — Лиза подскочила с кровати, отходя к двери. — Я больше так не могу! Никакого аутлава! Там же от слова «закон», оно через «о» читается!

Лена молча, с трудом сдерживая приступ смеха, сделала последнюю пометку карандашом. Ее веселило то, как забавно Лиза злилась. Вроде бы, ничего необычного или из ряда вон. Но видеть взбешенной подругу, которая всегда оставалась холодной и спокойной, это было так необычно.

— Одевайся, — коротко отмахнулась Лиза, глядя на улыбающуюся Лену, — я проведу тебя до остановки.

— Да ладно тебе, я уже взрослая девочка!

— Плевать, — спокойно фыркнула Лиза. — Я не прощу себе, если с тобой что-то случится. Да и… проветрюсь заодно.

***

Проветрюсь, говорила она. На улице не холодно, думала Лиза! Но сейчас, перепрыгивая через лужи, она зябко куталась, пытаясь спрятать руки в рукавах осенней куртки. К вечеру, как выяснилось, на улице ощутимо похолодало. Поэтому Лиза и дрожала, подходя к своему двору.

Но что-то заставило ее остановиться в арке, отделяющей внутренний двор от шумной улицы. Недовольно что-то пробормотав, Лиза опустилась на корточки, завязывая шнурки на ботинке. Очень вовремя, конечно же!

Со двора раздался недовольный рык. А затем в стену за углом в нескольких метрах от Лизы что-то ударилось. Девушка сглотнула, тут же подскакивая и инстинктивно прижимаясь к стенке прохода. Она тихо сделала шаг в сторону двора, не в силах совладать с любопытством. Из-за угла раздавались голоса.

— Какого милого ты тут делаешь?!

Внутри все покрылось изморозью. Голос Валентайна Лиза готова была узнать из тысячи. Она только сильнее вжалась в стену, молясь, чтобы он не почувствовал ее присутствия.

— Гуляю, — притворно сладко отзывался кто-то.

Кто? Девушка не могла понять, с кем ругался Валентайн. Голос казался знакомым, но очень далеким, словно она если и слышала его, то либо единожды, либо очень давно.

— Будь добр, гуляй в другую сторону, — хмуро отозвался вампир. — Мне не нужна новая головная боль в моем районе.

— Она у тебя уже есть, — с каким-то удивительно звенящим смехом отозвался собеседник. — Девчонка ведь где-то здесь, я прав?

— Не твоего ума дело! — кажется, на этот раз Валентайн действительно был в ярости. — Зачем ты вообще сюда явился?

— Хочу узнать, за кем ты гоняешься как собачонка, — с насмешкой в голосе, с нескрываемой издёвкой. — Ну же, скажи мне. Кто она? Та самая, чумная.

Лиза с ужасом осознавала, что собеседнику Валентайна была интересна ее весьма скромная персона. И если он явился сюда, чтобы найти ее, если знал самого Валентайна… напрашивался неутешительный вывод. Лизу разыскивал кто-то из вампиров. И вот далеко не факт, что он тоже был также добр, как уже знакомый Валентайн.

— Зачем тебе это знать, Майер?

Лиза чуть не взвыла. Это вообще имя или фамилия? В одной книге персонажа так звали! И он тоже, кстати, был вампиром. Правда там еще была какая-то здоровенная приставка к имени, но это дела не меняло.

— Хочу ее увидеть, — невинно так, словно и не лгал. — Брось, Валь, я никогда еще не видел носителей чумы живьем!

Валя? Интересно. На этот раз Лиза чуть не согнулась пополам от смеху. Видимо, эти двое были знакомы достаточно давно, иначе бы Валентайн, в представлении Лизы, просто не потерпел бы подобного обращения.

— Не верю ни единому твоему слову, — недовольно фыркнул Валентайн, судя по всему, отпуская собеседника. — Не суйся в эти дела. Она под моей защитой.

— Я не стану с тобой связываться…

Лиза внезапно осознала, ощутила на подсознательном уровне, что разговор близился к концу. А это могло означать только одно: надо было сваливать, и очень быстро. И, желательно, вообще бесшумно. Она развернулась в сторону выхода из арки.

— …но я все равно сделаю все, чтобы найти эту малышку, — донеслось ей в спину.

Лиза таки чертыхнулась сквозь сжатые зубы, молясь, чтобы ее не услышали. Однако, судя по всему, не получилось. Из-за угла раздалось шевеление, а затем ее и вовсе легко потянули за воротник куртки, чуть не оторвав от земли.

— Тебя не учили, что подглядывать не хорошо? — над ухом раздался мягкий баритон Валентайна.

— Я исключительно подслушивала, — тихо пискнула Лиза, не смея лгать.

В конце концов, ее поймали на месте преступления!

Легко отпустив девушку, Валентайн развернул ее и, легко сделав шаг вперед, заставил Лизу вжаться в стену и даже слегка осесть на подкосившихся от его взгляда ногах. Вампир двигался с какой-то хищной грацией.

— К-кто это был? — дрожащим голосом всхлипнула девушка.

— Не бойся ты меня, — отмахнулся Валентайн. — Не важно. Тот, кто был, уже ушел, не успев тебя заметить. Я об этом позаботился.

— Он ведь один из ваших?..

— Наших? — вампир скептично изогнул бровь.

— Ты меня понял, — неловко отводя взгляд, буркнула Лиза.

— Нет, он не вампир. Кем бы он ни был, — Валентайн недовольно нахмурился, — не вздумай пытаться что-то об этом узнать. И не ходи по улицам среди ночи! Поверь, о твоем существовании в последнее время могли узнать не только в Ордене. Ведь вампиры есть и среди них.

***

После вечерней прогулки не было вообще никакого желания высовываться из дому. Но Лиза по какой-то ей самой не ведомой причине таки выбралась на улицу, и даже явилась в школу. Правда, и здесь ничего интересного пока не происходило. Возможно, потому, что Лиза явилась слишком рано, никого практически еще не было. Охрана да уборщицы.

— Утречка.

Лиза в очередной раз дернулась. Пора было уже идти проверяться у окулиста и психолога разом. Мало того, что она в третий раз не почувствовала приближение новенького одноклассника, который опустился на лавочку около нее, так она его еще и не видела в упор до того момента, как он поздоровался. Из-под земли что ли вырос?

— Не надоело тебе выскакивать, как черт из табакерки? — скептично поинтересовалась девушка, слегка отстраняясь.

— Я не делаю ничего необычного. Это ты какая-то потерянная, — Никита пожал плечами. — Недолюбливаешь меня?

— А ты неплохо разбираешься в людях, — с сарказмом фыркнула Лиза, все-таки косо глядя на собеседника.

— Этого бы не заметил только слепой. Ревнуешь ко мне свою подружку? Брось, я не сердцеед, а она не в моем вкусе, — он отмахнулся.

— Любишь постарше? — сухо хохотнула девушка.

— Поумнее, — слегка пожевав губами, спокойно отозвался парень.

Лиза хмыкнула. То есть, он только что назвал ее подругу тупой? Ну, хотя бы недалекой. Но Лиза протестовать не стала. Даже у нее язык не поворачивался назвать Еву умной девушкой. Легкомысленной? Да. Доверчивой? Вполне. Но не умной.

— Потому, что ты пошел в школу лет с восьми? И все вокруг теперь кажутся недостаточно развитыми? — она улыбнулась.

— Что? — парень удивленно вскинул брови, а затем слегка нахмурился. — Нет, не так, постой. Откуда ты знаешь, что я старше вас?

— По тебе видно, — слегка виновато отозвалась Лиза.

На самом деле она и сама толком не осознавала, откуда ей это было известно. Но ее довольно смелое предположение оказалось правдой, что не могло не тешить ее самолюбия. Просто Никита ощущался как более опытный человек. Нечто похожее девушка поначалу чувствовала рядом с Валентайном, когда еще не знала, что он вампир. Но рядом с парнем это чувство было куда слабее.

— Кроме тебя никто не заметил, — задумчиво протянул Никита. — Эй, что это у тебя тут такое?..

Он удивленно протянул руку к шее Лизы. Девушка похолодела. Нет, там же не могло остаться следа от укуса?! Она осматривала свою шею после укуса, ничего не было. Да и давно должно было пройти. Но Лиза все-таки вздрогнула, когда пальцы парня коснулись ее кожи.

— Ты чего? Испугалась так, — Никита удивленно отпрянул. — Листок с дерева за шиворот попал, — он улыбнулся, покручивая меж пальцев желтый листочек.

— Ээ… рефлекс, — натянуто улыбнулась Лиза. — Извини, мне надо отойти.

И, не дожидаясь ответа, она сорвалась с места. Она чувствовала себя максимально некомфортно. Нет, на шее ничего не было. Но от одного прикосновения парня сердце зашлось в бешеной скачке, явно претендуя на мировой рекорд.

Вылетев к кабинету литературы, девушка подергала за ручку. Закрыто! Она, стараясь успокоиться, сползла по стене, опускаясь на пол. Валентайна еще не было, как назло.

Закрыв глаза, Лиза покачала головой, поражаясь сама себе. В любой непонятной ситуации раньше она бы заручилась поддержкой Евы или здравого смысла, на худой конец. И что пошло не так? С каких пор девушка тут же бежала к этому вампиру?

Со стороны лестницы раздался чей-то голос. А затем пара фраз, судя по всему, брошенных в телефон.

— Я сейчас не могу говорить, спешу!

Лиза прислушалась. Искаженный из-за расстояния, как и вчера. Этот голос показался ей чертовски знакомым.

— Валь, чего ты от меня хочешь? Хорошо. Встретимся после твоих уроков.

Лиза похолодела. Опять она влипает в неприятности, да сколько можно? Судя по голосу, это был тот самый вчерашний собеседник Валентайна. Да и это дурацкое обращение… аж передергивает от него.

— Перед школой есть вечно пустующий двор. Туда и иди, ага, буду ждать!

Двор, значит? Валентайн, кажется, строго-настрого запретил Лизе искать этого человека. Но… судя по первой услышанной реплике, на этот раз вампир сам позвонил своему собеседнику. Значит, они все-таки не закончили вчерашний разговор. И вот почему-то слишком уж Лизе захотелось услышать, что же они скажут на этот раз. Да и неплохо было бы увидеть того, кто ее разыскивал. Ну, чтобы знать врага в лицо и все такое.

***

Уйдя с последнего урока, Лиза заранее проскользнула в тот самый двор перед школой. Он здесь был только один, и, благо, очень маленький. Оставалось найти место, в котором предстояло спрятаться. Лиза очень надеялась на то, что ее не заметят, если она спрячется за первой же попавшейся машиной, стоявшей в самом дальнем углу двора. Сюда они уж точно не сунутся, скорее всего, усядутся на лавочке в самом центре двора. Отлично, так-то она уж точно услышит каждое слово.

Радуясь своей гениальности и великолепным навыкам шпионажа, Лиза и не заметила, как к ней подошли. И ощутила присутствие кого-то чужого она уже тогда, когда он практически дышал ей в затылок. Вздрогнув, словно она обожглась о воздух, Лиза обернулась.

Прямо перед ней стоял невысокий молодой человек, ему нельзя было навскидку дать больше двадцати пяти лет. Тонкие черты лица, приятная улыбка. Длинные прямые пепельные волосы, разложенные по плечам, почти сливающиеся с длинным плащом цвета металлик. И… Лиза сглотнула, встретившись с парнем взглядом. Мутные глаза цвета серой дымки.

— А… простите, ваша машина, да? — нервно улыбнулась Лиза. — Я тут вот, колечко уронила, поднимала, а оно под вашу машину закатилось!

— Прячешься от кого-то? — миролюбиво вопросил парень.

Голос. Лиза максимально старалась не подавать виду, что испугалась этой встречи до дрожи в коленках. Зачем же он так рано приперся?!

— Ха-ха, — девушка рассмеялась настолько искусственно, что сама сейчас влепила себе двойку с минусом за актерскую игру. — Нет, конечно. Здесь же нет никого.

— Вот именно, — спокойно вынимая руки из карманов, собеседник хищно улыбнулся. — И я о том же.

Лиза отступила. Она поняла, что он знал о том, зачем она сюда явилась. Бежать? Нет, глупая затея. Сейчас все в школе. А бегать долго и быстро Лиза никогда не умела. Но ведь можно же было потянуть время, да! Точно! Дождаться таким образом появления Валентайна. Так, Лиза, что там по плохой актерской игре?

— Из тебя определенно плохой шпион, — внезапно изрек парень, вместо девушки выполняя команду «тянуть время». — Я почувствовал чье-то присутствие вчера вечером. Но мне не хотелось отвлекаться от разговора, — он пожал плечами, спокойно глядя на девушку.

Она нервно сглотнула, спиной вжимаясь в машину. Была легкая надежда на то, что у той завопит сигнализация. Но адский механизм как назло решился не работать.

— Затем сегодня смотрел на тебя в школе. Думал, верны ли мои догадки. И решил проверить твое любопытство, — парень мягко улыбнулся, закусив губу. — И ты здесь. Никто другой не пришел бы. Я специально говорил по телефону рядом с тобой. Понравилось?

— Ч-что?

— Валентайн не придет, — холодно констатировал собеседник, отводя взгляд, — я ведь даже не звонил ему. Говорил в пустоту, чтобы заманить тебя сюда. И вот, ты здесь! Капкан захлопнулся.

Сколько же ликования было в этом взгляде. Сколько азарта. Он буквально дрожал от предвкушения… чего-то. Но чего?! Лиза нервно покрутила головой, молясь, чтобы кто-то прошел мимо. Но никого как назло не было.

— Найти тебя было не так сложно, как я ожидал, — честно признался парень, делая шаг к Лизе. — И…

Она не стала дожидаться продолжения его монолога. Рванувшись в сторону, туда, откуда она пришла, Лиза все-таки решилась вырваться из этой ловушки. Шансов было мало, но они были.

— Стоять!

…или их не было. Парень успел схватить Лизу за предплечье, потянув ее назад. За что тут же получил пощечину. Лиза планировала еще добавить удар коленом в одно вполне конкретное место, но она банально не успела. Судя по всему, противник явно не был человеком. Ни у кого не бывает такой силы, реакции, скорости. Уже через мгновение свободная рука Лизы была поймана, а, избегая удара в то самое место, парень все-таки прижал девушку к автомобилю за ее спиной, прилично встряхнув ее. Закружилась голова. Перед глазами разгулялась дискотека 80-х из черных точек.

— Ты смелая, — пробормотал он, сплевывая кровь. Видимо, щеку таки прокусил после удара. — Сильная. Но я обычно не бью девушек, из принципа. А с такой дикаркой как ты я бы предпочел сражаться лишь в постели.

— Пусти, — прошипела Лиза, до боли сжимая зубы, — чертов извращенец!

— Не вопи ты, — грубо оборвал парень, — не собираюсь я тебя насиловать. Слишком много мороки.

— Тогда пусти! — взвизгнула девушка, силясь освободиться из этой стальной хватки.

— Мне придется сделать тебе больно, чтобы ты закрыла рот?

Тон внезапно стал холодным, как лед, каким-то стальным.

— Н-нет, — убито отозвалась Лиза, с трудом сдерживая всхлип.

— Чудно. Просто поверь в то, что я не причиню тебе вреда, хорошо? — он улыбнулся, отпуская девушку. — А теперь… усни.

***

Сейчас главное не привыкнуть просыпаться так, словно накануне ты выпил ящик водки. А все остальное само образуется как-нибудь. Легким движением руки…

— Ай!

Спросонья взмахнув рукой, Лиза заехала кому-то то ли по носу, то ли еще куда-то. Не особо хотелось разбираться. Разлепив глаза, она встретилась взглядом с малиновыми глазами вампира.

— Наконец-то, — вздохнул Валентайн, откидываясь на спинку кресла.

Слегка скосив взгляд, Лиза что-то простонал себе под нос. Чуть поодаль на столе восседал парень в черных штанах с подтяжками на белую рубашку. И с серебряными волосами, да.

— Утречка! — он радостно улыбнулся во все 32, помахав Лизе рукой. — Как спалось?

Осмотревшись, Лиза осознала, что она находилась в абсолютно незнакомом месте. Это была просторная квартира-студия, обставленная в футуристическом стиле. Повсюду стекло, округлые формы, почти полное отсутствие углов. Девушка лежала на мягком диване, утопая в его подушках. Кто-то заботливо укрыл ее ноги пледом. В кресле рядом сидел Валентайн. А вот третий, с позволения сказать, кадр…

— Что случилось? — вяло выдавила из себя Лиза. Язык не слушался, словно после наркоза.

— Этот дурень тебя усыпил, воспользовавшись гипнозом, — констатировал Валентайн, подпирая голову рукой. — И притащил к себе домой. А затем сообщил мне, что ты тут. Дескать, он хочет, чтобы я вас познакомил!

Удивленно вскинув брови, Лиза перевела взгляд на сребровласого хозяина квартиры.

— Ты больной?! — выплюнула она, приподнимаясь на руках.

— Есть немного, — он улыбнулся от уха до уха. — Не серчай, у меня странные методы, но я классный.

Повисла странная тишина. Она была не напряженной. В этой тишине было что-то не так. А в сложившейся ситуации «не так» было абсолютно все.

— Похищение века с целью познакомиться? — скептично фыркнула Лиза, окончательно принимая сидячее положение.

Мужчины, переглянувшись, рассмеялись. И это было довольно искренне.

— В общем, этот гений похищений — Ноэль Майер. Он, как ты уже догадалась, не человек. Но я уже сказал, что этот субъект и не вампир, — загадочно начал Валентайн.

— И кто же тогда?..

— Нечистый, — подсказал парень. — Иуда, если угодно.

— Чего?! — Лиза поперхнулась воздухом.

— Он образно, — отмахнулся Валентайн. — В общем Ноэль не человек, но вполне спокойно живет уже тысячи лет, использует темную магию. Толком даже я не знаю, кто он такой. Но Орден обозвал его Иудой, так что.

— Кто ж с ними спорить станет, — грустно улыбнулась Лиза, нет-нет, да поглядывая на новоиспеченного знакомого. — А зачем ты всю это эпопею с похищением устроил?

— Мне одиноко было, — тут же отозвался Ноэль, закидывая ногу на ногу. — Познакомиться захотелось.

— Не дай ему обмануть себя своим невинным поведением, — тут же вклинился Валентайн. — В своем прошлом он имеет кучу не самых приятных титулов. Да, пепельный барон?

— Холодная кровь, — подсказал Ноэль, флегматично разглядывая потолок. — Цареубийца. Помню я.

Лиза с интересом разглядывала Нечистого. Он до дрожи напоминал ей кого-то, только вот в голове никак не складывались банальные два и два. Тонкие черты лица, сероватые круги под глазами, пушистые белые ресницы, контрастирующие с темными бровями. Глаза. Слишком знакомый взгляд.

— Странное чувство, словно мы знакомы уже, — девушка поджала губы.

— Серьезно?.. — Ноэль удивленно вскинул брови. — Я не думал, что до тебя настолько медленно доходит!

— Лиз, — тут даже Валентайн криво ухмыльнулся, — вы в одном классе «учитесь». Хотя оба на деле ничего не делаете.

— Исаев, — сквозь зубы выдавила девушка, — Никита.

Тут-то все и собралось в цельную картинку. Он знал, что носитель чумы где-то рядом с Валентайном, потому я затесался в их класс, в надежде разыскать этого носителя. И свою ревизию начал таки с Евы. Осознав, что девушка глуповата для общения с Валентайном, он с утра пораньше переключился на Лизу. И потому так удивился, когда она единственная почувствовала его возраст. Ведь девушка имела опыт общения с другим столь же древним существом. А листок… он специально коснулся ее шеи, чтобы проверить, пил ли Валентайн кровь девушки. Она инстинктивно дернулась от прикосновения к месту укуса. Значит, догадки Ноэля были правильными. Все.

— А как ты…

— Внешность сменил? — угадал Нечистый. — Без проблем. Это довольно легкая магия. Да и глаза я замыливал только тебе, остальные потому и косились на меня как на страуса в школе, потому что не каждый день там разгуливают парни с длинными волосами цвета пепла.

— Ясно, — выдавила из себя Лиза, стараясь переварить услышанную информацию.

От окружавшего ее бреда болела голова. Или это последствия гипноза? Не понятно как-то получалось все. Неправильно. Мало ей было Ордена и одного древнего вампира, так теперь прицепился еще и этот Нечистый.

— Мы, пожалуй, пойдем, — Валентайн поднялся с места, — у вас еще будет куча времени, чтобы пообщаться.

Ноэль кивком проводил удаляющегося вампира. Лиза молча послушалась, поднимаясь с места и следуя за ним. Но в последнюю минуту, когда девушка уже обувалась, прямо перед ней таки вырос хозяин квартиры.

— Послушай, мне можно доверять, — быстро заговорил он, присаживаясь рядом и заглядывая в глаза девушке. — Если вдруг что-то случится, я могу помочь. Поверь, я не единственный, кто захочет тебя увидеть. Слух о том, что чума пробудилась, уже облетел весь мир.

Лиза нервно сглотнула. На ее лице читалось явное недоверие. Они впервые виделись. Хотя, опять же, здесь работал принцип: захотел бы убить — сделал бы это уже трижды.

— В общем, звони мне, — Ноэль подмигнул, вручая девушке бумажку с записанным на ней номером телефона. — Иначе обижусь!

Девушка с улыбкой выскочила из квартиры Нечистого, тяжело выдыхая. Тут же она поторопилась, чтобы Валентайн не уехал без нее, так как двери лифта уже планировали закрываться. Судя по всему, вампир был рассержен. Но не сильно.

— Почему пепельный барон? — осторожно поинтересовалась Лиза, стоило лифту сдвинуться с места.

— Ну, в средневековье еретиков обычно сжигали. А он вечно восставал из пепла, заставляя церковников креститься прямо на площади, прося помощи у Бога. Его раз десять сжигали, а этот гад все никак не успокаивался, — невольно улыбнувшись, отозвался Валентайн.

— А остальные прозвища?..

— Холодной кровью его назвал его я. Как-то раз встретились, повздорили. Я укусил его, а зубы тут же от боли свело. Кровь у него действительно ледяная, — вздохнул вампир, недовольно морщась. — А цареубийца… ну, тут, кажется, все и без меня понятно.

Добравшись до машины, Валентайн устало упал на водительское сиденье. Дождался, пока Лиза усядется и пристегнется. И, наконец, воскликнул:

— Я кому говорил не искать его?! Если ты не знала, то Достоевский смотрел на него, чтобы придумать название одному из своих романов!

========== Глава 8 - Любовь к сладкому ==========

Лиза недовольно поглядывала на часы. Их стрелки ползли слишком медленно, второй урок никак не спешил начинаться. Еще и Ева куда-то ушла, заверив подругу, что обязательно вернется к началу третьего, максимум четвертого урока. По мнению Лизы можно было уже вообще не возвращаться, но она смолчала. Физика обещалась пройти спокойно, если бы не один инцидент…

— Привет! — на соседнее с Лизой место хлопнулся Никита. — Помнишь меня еще, или у тебя и память короткая?

— «И»? — Лиза скептично изогнула бровь, глядя на Нечистого.

— Ну, поговорка есть: «Волос длинный, ум короткий», — он пожал плечами, — у тебя волосы довольно короткие. Вот и пытался пошутить. Не боишься меня?

— У меня раньше еще короче были, — девушка отмахнулась. — Это в последнее время они до плеч отросли.

Она технично пропустила мимо ушей последний вопрос. Какой был смысл дергаться при каждом появлении Ноэля рядом, если он не причинял никакого вреда? Да и избежать столкновений с ним было чертовски сложно, как оказалось. Они ведь учились в одном классе.

— Зачем ты теперь в школу ходишь?

— В смысле? — Нечистый непонимающе нахмурился.

— Ну, раньше тебе надо было здесь крутиться для того, чтобы вычислить меня. Ты достиг цели. Что тебя здесь держит?

— Ах, ты об этом, — он улыбнулся, — мне просто скучно. Когда живешь многие сотни лет, вокруг уже ничего не удивляет. А в школу я не ходил уже очень давно. Вот и решил таким образом развеяться.

Девушка разглядывала Ноэля, бессовестно и не скрываясь. Он, правда, судя по всему, не был против. Белая рубашка, подтяжки. Одежда какая-то небрежная, но в этом изящная. Тонкие пальцы. Он и сам был очень… хрупким. Как танцор балета. Худой, изящный, неприкрыто красивый, осознающий то, что он привлекателен.

— Хочешь нарисовать меня? — изогнув бровь, усмехнулся Нечистый. — Дерзай.

— Ч-что?! — Лиза чуть не поперхнулась воздухом. Так, здесь она уж точно ничего не говорила вслух!

— Да, я читаю мысли, — он расплылся в довольной улыбке, опуская подбородок на сложенные пальцы. — Редко, правда. И в основном только те, которые связаны со мной. Пусть даже косвенно.

К щекам девушки тут же прилила кровь, заставляя ее краснеть. Оставалось только надеяться на то, что Ноэль не читал мысли полностью. Ведь если он прочел о том, что девушка попыталась представить его вначале в образе персонажа из одного мультсериала, а затем и вовсе без рубашки…

— Да, я увидел все, — оборвал ее Ноэль, абсолютно спокойно глядя на Лизу. — Расслабься ты! — он рассмеялся. — У тебя абсолютно нормальные мысли. Обо мне, знаешь ли, и хуже думали.

— П-прости, — девушка смущенно отвела взгляд, — можешь, пожалуйста, больше мои мысли не читать?

Парень удивленно приоткрыл рот. Он явно ожидал не такого ответа. Но в глазах девушки на самом деле что-то предательски блестело. Бог мой, она готова была расплакаться.

— Хорошо, забудь, — выдохнул Ноэль, выдавив из себя ободряющую улыбку. — Ты испугалась, что твоя репутация идеальной девочки пошатнется еще и в моих глазах?

Слишком проницательно.

— Брось, я абсолютно нормальный собеседник. Только привыкнуть слегка надо, — он откинулся на спинку стула, запуская руку в карман и что-то там разыскивая. — Будешь гематоген?

— Еще и в твоих глазах? — Лиза удивленно улыбнулась, принимая угощение. — Спасибо.

— Ну, судя по всему, ты достаточно знакома с Валей, чтобы он успел тебя неплохо узнать. Он в этом разбирается, хоть и хуже меня, — спокойно констатировал Нечистый, отводя взгляд к окну. — Где учитель? Пять минут со звонка прошло!

Лиза пожала плечами. Ее подобный расклад вполне устраивал. Покрутив головой, она сглотнула. В другом конце класса, глядя на нее, сидела Ева. Она же собиралась уйти. Лиза и не заметила, когда подруга успела вернуться. И, судя по всему, она была не совсем довольна тем, что Лиза весело болтала с парнем, которого она уже явно приметила для себя.

— Я нравлюсь твоей подруге, — спокойно констатировал Ноэль, проследив взгляд Лизы.

— Это заметно. Она никогда не умела скрывать свои чувства. А она тебе?..

Нечистый грустно улыбнулся, отводя взгляд. Он осмотрел класс, затем с интересом несколько минут изучал свои руки. А затем, со вздохом, изрек:

— Бессмертные существа стараются в большинстве своем не привязываться к смертным, — он кивнул Лизе. — Да и я говорил, что она глуповата для меня.

Девушка сглотнула, утыкаясь носом в сгиб локтя и опускаясь на парту. Конечно же, Ноэль говорил сейчас не о себе. Скорее о Валентайне и Лизе, намекал ей, чтобы девушка не смела привязываться к тому, кто никогда не умрет, в отличие от нее. А про свои чувства к Еве он сказал вполне прямо, тут Нечистый не темнил. Кажется.

— Ты намного умнее. Прости, в последний раз мысли прочел, — виновато улыбнулся Ноэль. — Красавица с умом тужить не будет. Ум выдумает, красота добудет, — он подмигнул.

— Шекспир? — отстраненно буркнула Лиза.

Она смирилась с тем, что Нечистый не прекратит читать ее мысли. У него это было привычкой. Но он, кажется, ясно дал ей понять, что и контролировать свои мысли относительно него не стоило. Он, судя по всему, был довольно спокойным человеком, если его в принципе можно было так назвать.

— Верно, — он довольно улыбнулся. — А тебе? Нравится кто-нибудь?

Достал из кармана еще две упаковки гематогена, выложил их на парту. Одну отдал Лизе, а вторую довольно умял за пару секунд. Кажется, Нечистый любил сладости. Не зря же хвостики еще нескольких упаковок торчали из глубоких карманов его брюк.

— А, — Лиза удивленно осознала, что сейчас он легко мог прочесть ее мысли. Только не это. — Ты его не знаешь.

— Логично, — согласился Ноэль, спокойно разворачивая какой-то шоколадный батончик. — Я же не знаком ни с кем из твоего окружения. Познакомишь?

— При случае, — уклончиво ответила Лиза.

Она осмотрела класс, коротко задевая взглядом Еву. Та сидела, показательно уткнувшись носом в какой-то журнал и воткнув в уши наушники. Да, которые не были подключены к телефону, конечно. Но Лиза не переживала, что ее диалог с Нечистым кто-то подслушает. В конце концов, они говорили очень тихо и сидели в самой пустой части класса.

Внезапно дверь распахнулась, и в кабинете объявился классный руководитель, собственной персоной. Он недовольно прошагал к учительскому столу, и, усевшись на него, без прелюдий начал:

— Ваша учительница физики заболела, — он взглянул на часы, — я физику не знаю, так уж сложилось, я гуманитарий.

Ноэль прыснул в кулак, но тут же взял себя в руки, поймав и без того недовольный взгляд Валентайна.

— Поэтому до конца урока сидите тихо, делайте что хотите, а потом спокойно идите на оставшиеся уроки. Все, кроме… Далия! — от этого оклика почти задремавшая девушка вздрогнула, чуть не подскочив на месте. — К тебе бабушка приехала, из Архангельска. Будь добра, выйди, поздоровайся с ней. Я, конечно, такого не одобряю, но…

— В-валентин Анатольевич, — Лиза сглотнула, — но моя бабушка…

— Это очень серьезная бабушка, — рыкнул вампир, выразительно глядя на ученицу. — Жду тебя у себя в кабинете.

Лиза даже не успела ничего сказать, как Валентайн покинул класс, хлопнув за собой дверью. В кабинете поднялся общий гул, одиннадцатиклассники явно решали, стоит ли свалить со школы. А вот Лиза, удивленная заявлением Валентайна, спешно собрала все свои вещи, просто сбросив их в сумку.

Ухо обожгло дыхание наклонившегося к ней Нечистого.

— Он тебе нравится, — бесцветно усмехнулся Ноэль, даже не спрашивая. Тихо констатируя чертов факт.

— Ч-что?! — Лиза подпрыгнула на месте, привлекая внимание половины класса.

— Что слышала, — спокойно отозвался парень, поднимаясь с места, — станешь отрицать? — он изогнул бровь.

Девушка убито опустила голову, осознавая, что Нечистый был слишком невыносимо проницателен. А потому Лизе оставалось только покачать головой из стороны в сторону, направляясь к выходу из класса. И, что удивительно, парень последовал за ней.

— А ты куда? — покинув класс, фыркнула Лиза, наблюдая за Нечистым.

— Что-то случилось, — спокойно изрек он, заматывая шею черным шарфом, — он был слишком взволнован. Я могу пригодиться.

— Как ты это понял?..

— У тебя нет никакой бабушки в Архангельске, я прав? — легка улыбка.

— Опять мысли читаешь?! И тогда, в классе, тоже?

— Нет, я просто чертовски догадлив, говорил же.

***

— Что случилось?

Войдя в кабинет литературы, Лиза попросила Ноэля подождать ее у двери. Ведь Валентайн мог хотеть поговорить и о чем-то личном.

— Сумку взяла? Молодец, — вампир кивнул, срываясь со своего места. — Тебе нужно срочно уйти со школы.

— Что?!

— Сюда явились члены Ордена, и они явно разыскивают тебя. Не нужно тебе сейчас с ними видеться, — он покачал головой, нервно потирая переносицу.

— Но почему? Мы ведь придумали, что им ответить. Я могу поговорить с ними, и…

— Далия! — сквозь зубы прорычал Валентайн, ясно давая понять, что он был максимально серьезен. — Я не хочу тебя пугать, но сюда пришел их боевой отряд, а не проповедники. И я не знаю, зачем ты могла им понадобиться настолько, чтобы прислать сюда вооруженных солдат.

— Г-где они? — Лиза сглотнула, тут же радуясь, что она предпочитала по школе расхаживать в куртке. Сейчас удалось сэкономить время на побеге до раздевалки.

— Пошли в кабинет директора, но не думаю, что задержатся там. Как только в классе им скажут, что я забрал тебя — они нагрянут и сюда. Поэтому тебе срочно нужно уходить, поняла? Желательно не домой, они могут знать, где ты живешь. И… черт, — он упал на стул, — тебе нужна какая-то защита. Я бы пошел с тобой, но…

— Я пойду, — в дверном проеме показалась голова Ноэля. — Я не хочу никого расстраивать, но они уже идут сюда. Их двое, но топот с лестницы слышно так, словно стадо слонов танцует тарантеллу.

Валентайн бросил короткий благодарный взгляд на Нечистого, тут же кивая Лизе и выставляя ее за дверь. Вампир был уверен в том, что Ноэль сможет позаботиться о девушке. Все-таки эти двое были знакомы очень давно. Да и справиться с парочкой экзорцистов Ордена Нечистый смог бы без проблем. Но Валентайн искренне надеялся на то, что до этого не дойдет.

— Молча слушай меня, — рыкнул Нечистый, вместе с Лизой заскакивая в первый попавшийся кабинет. — Добрый день, дети!

Лиза стукнула себя по лбу. Они попали на урок информатики к пятому классу. И девушка не знала, что ей стоило бы сейчас сделать. Провалиться в пол от стыда, умереть со страху, или действительно молча слушать Ноэля.

В коридоре хлопнула дверь. Судя по всему, прибывшие воины Ордена таки зашли в кабинет литературы. Теперь стало понятно, зачем Ноэль затащил девушку в первый попавшийся кабинет, вместо того, чтобы сразу отправиться на лестницу. Он боялся столкнуться с нежелательными гостями лицом к лицу. И, судя по всему, не зря боялся.

— Я извиняюсь, — Нечистый обратился к молодому учителю информатики, отвлекая внимание Лизы от раздумий, — не знаете, как Спартак вчера сыграл?

— Нет, я футболом не увлекаюсь, — удивленно отрапортовал информатик. — А вы, простите, кто?..

— Ох, жалость-то какая, — расплываясь в улыбке, Нечистый отступил назад, хватая Лизу за руку и вытаскивая ее из кабинета. — Тогда забудьте, что видели нас! — он легко щелкнул пальцами.

Вытащив Лизу в коридор, он первым делом прислушался к голосам, раздававшимся из кабинета Валентайна. Из услышанного можно было сделать вывод, что вампир всячески старался заговорить уже явившихся к нему «святош», всячески выясняя у них, кем они приходятся Лизочке, смогут ли они передать ей несколько тетрадок, и вообще, не родители ли они часом, скрывающие свои однополые отношения. На последней фразе Ноэль вовремя зажал Лизе рот рукой, с трудом сдерживая смех.

— Мы в туалете можем спрятаться, — тихонько подсказала девушка.

— Тупо, они сразу туда пойдут, — покачал головой Нечистый. — Просто валим со школы. Надеюсь, они не оставили там десять человек конвоя.

— А твоя верхняя одежда? — коротко пискнула Лиза, позволяя парню потащить ее за собой.

— Забей, — он отмахнулся.

Быстро спустились со второго этажа. И Нечистый внезапно замер как вкопанный, заставив Лизу врезаться ему в спину и чертыхнуться.

— Ты чего? — буркнула она.

Ответа не последовало. Схватив девушку за плечо, Ноэль тут же скользнул вместе с ней под лестницу, заставляя Лизу опуститься на корточки и залезть в самый дальний и пыльный угол. И, кажется, все это было сделано не просто так.

На лестнице раздались шаги. Кто-то поднимался.

— Где они там так долго копаются?

— Ее живой сказали доставить.

— А если она уже мертва? Не выходила на связь после встречи с тем вампиром.

— Не наша забота!

Шаги удалились, видимо, скрывшись где-то на втором этаже.

— Быстро, бежим, — шепнул Ноэль, выскакивая из укрытия и бросаясь к окну. — Опасно идти на выход. Прыгай, — он кивнул на стекло.

— С ума сошел?! — Лиза округлила глаза.

Ей совсем не хотелось повторять сцену из какого-то боевика, где герой эпично выпрыгивает в окно, разбивает стекло и через минуту на нем ни единой царапины. По всем законам физики в реальности это не могло сработать!

— Делай, что говорю, — уверенно отозвался Нечистый.

— Если умру — будешь носить мне мандарины!

Зажмурившись, доверившись парню, девушка взобралась на лавочку, тут же прыгая в окно. Она ожидала удара о стекло, но его не последовало. Только через мгновение она уже завалилась на влажный асфальт, неудачно упав. Следом за ней из окна вывалился и Ноэль.

— Ты жива? — он склонился над девушкой. — Ничего себе не повредила?

— Ч-что ты сделал? — Лиза отмахнулась, поднимаясь на ноги и глядя на окно. — Пригнись!

Она тут же схватила Ноэля за руку, заставляя того наклониться. Лиза просто успела заметить, как к окну приближались члены Ордена.

— Я просто на секунду заставил стекло исчезнуть, — улыбнулся Нечистый. — Спасибо.

— Почему ты-то их боишься? — шепнула девушка, спиной прижимаясь к стене под окном, лишая преследователей возможности ее заметить.

— Они все знают меня в лицо, — отмахнулся Нечистый. — В конце концов, я не умею меняться внешне как Валя. Только временно затуманиваю взгляд, если надо скрыть от кого-то мою настоящую внешность.

— Что дальше делать будем? — слегка отдышавшись, поинтересовалась Лиза.

— Увидишь.

***

Лиза, конечно же, слышала о том, что неподалеку открылся новый торговый центр. Да и Ева все время обещала выбраться туда на выходных, ведь шопинг никто не отменял. Но почему-то в первый раз сюда девушка попала только в компании Ноэля, который счел это место идеальным дабы отдохнуть, расслабиться и спрятаться, конечно же. Он знал, что Орден не сунется в столь общественное место. В школу — да, но не в огромный торговый центр с сотнями камер видеонаблюдения на каждом углу.

И сейчас этот самый Ноэль стоял около Лизы, выжидающе глядя на нее, словно требуя хоть что-то сказать. Потому что девушка около школы как замолкла, так до сих пор и не говорила.

— Ну и? — многозначительно изрек он. — Я не знаю, куда нам теперь пойти.

— Эм… — Лиза зависла, — а от меня ты чего хочешь?

— Сто рублей, — саркастично фыркнул Ноэль. — Подскажи, куда хочешь.

— Здесь? — Лиза скептично осмотрелась, бросая короткий взгляд на бренды, заимевшие тут свою точку. — Никуда. Максимум — перекусить. Здесь все, наверное, слишком дорого.

— Не переживай из-за денег, — Нечистый отмахнулся. — Когда живешь вечность, приобретаешь навык их тратить с умом. И зарабатывать, соответственно, тоже, — он отвел взгляд, изучая карту торгового центра.

Лиза хотела уже что-то добавить о том, что это только он тут живет вечно, но тут в голове что-то стрельнуло. Он, стало быть, вызвался ее угостить чем-то? Или развлечь?

Недурно. Лиза не любила, когда за нее платили. Это было максимально неловко, она не знала, какими словами благодарить людей за такое, поэтому предпочитала сама за себя платить везде и всегда. Но сегодня, судя по всему, Ноэль решительно не планировал давать ей такой возможности.

— Будешь гематогенку? — он расплылся в широкой улыбке, увлекая девушку куда-то за собой.

— Ты его с собой тележками возишь? — хмыкнула Лиза, наблюдая за тем, как из кармана, который оказался до неприличия глубоким, Нечистый извлек еще целую охапку ирисок.

— Слишком люблю сладкое, — Ноэль пожал плечами, — ничего не могу с собой поделать. И не боюсь заработать диабет, диатез и прочую пургу. Красота, да?

Он выглядел таким радостным. Каким-то… живым. Более живым, чем сама Лиза. Она не привыкла, да и не умела толком-то отрываться. А этот парень так заразительно наслаждался жизнью, что даже вечно отстраненная Лиза невольно улыбалась, находясь рядом с ним. От него во все стороны так и несло этим заразительным весельем.

— Поворот! — внезапно опомнился Ноэль, хватая девушку за руку и затаскивая ее в какое-то кафе.

Лиза даже опомниться не успела, как он уронил ее на мягкий диванчик. Вокруг приятно пахло чем-то жареным. Но не мясом. Растения какие-то по углам торчали из-за диванчиков. Слегка приглушенный свет способствовал тому, чего Нечистый давно хотел: расслаблению.

— Лови, — он ловко запустил в девушку папкой меню, падая на диванчик напротив нее. — Выбирай, что захочешь. Я угощаю.

Лиза слегка удивленно изогнула бровь. Ладно, она готова была признаться, что погорячилась, когда с утра сочла Ноэля более или менее адекватным. Хотя, судя по всему, он на самом деле был очень умным и проницательным, только либо скрывал это за маской легкого безумия, либо действительно был слегка безумен, но чертовски умен.

Как вскоре выяснилось, Нечистый затащил девушку в ресторан узбекской кухни. И не столько по причине того, что он любил такую кухню. Нет, просто Ноэль пояснил, что здесь он хотя бы понимал, из чего состоит каждое блюдо в меню. А еще порции здесь были просто необъятные. И, чего греха таить, все было максимально вкусно. Особенно для Лизы, которая в последнее время совсем обленилась и питалась одними макаронами да полуфабрикатами.

— Спасибо большое за, — Лиза, вытерев губы салфеткой, взглянула на часы, — будем звать это обедом, — она улыбнулась.

Ноэль не отозвался. Он распаковывал очередной гематоген. И Лиза в какую-то секунду действительно позавидовала тому, что он ест столько сладкого, и не парится по поводу того, что заработает кариес или наберет пару лишних кило. Вечному существу это не грозило.

— Расскажи мне о нем, — тихо попросила Лиза, не находя в себе сил взглянуть на собеседника.

Нечистый, кажется, вообще не удивился этому вопросу. И, судя по всему, он знал, о ком говорила девушка. Только вот, что рассказать-то? Когда знаешь невыносимо много, теряешься, не в силах выбрать.

— Он не умеет веселиться, — недовольно протянул Ноэль, откусывая половину батончика. — Ужасный педант. Не сказал бы, что он перфекционист, но всегда доводит начатое до ума. Как попадешь к нему домой, сможешь заметить, какой там удивительный порядок. Я там, конечно, не был. Но раньше он всегда следил за порядком. А Валентайн не часто изменяет своим привычкам.

Лиза легко улыбнулась. Вот как. Почему-то ей казалось, что это она и сама знала. Словно Ноэль чувствовал все, что она хотела спросить, и специально обходил эти темы самыми далекими окольными путями.

— Нет у него девушки, — внезапно бросил Нечистый, недовольно поморщившись.

— Почему ты вдруг об этом заговорил? — Лиза удивленно подняла взгляд на парня. Он выглядел серьезным.

— С Валентайном лучше об этом не говорить. Пусть уж я тебе это скажу, — он нахмурился. — В общем, не пытайся его соблазнить. Только испортишь ваши отношения. Мы, бессмертные существа, в основном любим очень редко. А он когда-то уже любил. Смертную.

— Почему же не обратил ее в вампира? — девушка непонимающе изогнула бровь.

Ей в какой-то момент показалось, что обсуждает она сейчас что-то, о чем говорить не стоило. Что-то личное, почти постыдное. И не для вампира, нет, он уж как-то переживет, если девушка об этом узнает. Но для нее самой.

— Ты смотришь слишком много фильмов для подростков, — фыркнул Нечистый. — Это так не работает. Долго объяснять, но от укуса ты никогда в вампира не обратишься.

Он умолк, глядя на Лизу. Изучая ее лицо взглядом. А затем…

— Ты на нее очень похожа. Чертовски, — он закусил губу, — но не внешностью. Скорее, характером. И я не удивлюсь, если ты — это она, только перерожденная. Я все-таки верю в реинкарнацию.

— Даже если так, — девушка с какой-то грустью вздохнула, — ты все равно этого никогда не узнаешь.

— Почему?

— Даже если я — она, то в этом мире и времени я бы не смогла оказаться точной копией себя в прошлом веке, — максимально расплывчато объяснила Лиза, ногтем рисуя на скатерти узоры. — О времена, о нравы…

Внутри что-то тихонько хрустнуло. Надломилось, очень неудачно как-то. Так, что мелкая крошка осколков в сердце впилась, и определенно не собиралась его покидать. Лиза никогда не заявляла себе, что она влюблена в Валентайна. Нет, скорее, он просто вызывал в ней интерес. И, да, чего уж греха теперь таить, вампир нравился девушке. Кажется, именно по этой причине Ноэль сейчас решил расставить все точки над «і». Именно сейчас, чтобы потом не было больнее.

— Знаешь, — Нечистый таки управился со своими сладостями, и теперь делал вид, что увлеченно разглядывает счет, — я у Эльзы как-то спросил, что она думает о перерождении. О том, встретится ли она с любимым через многие столетия, сможет ли он вновь любить ее и будут ли те же чувства, и бла-бла-бла…

— А она? — без особого интереса отозвалась Лиза, поглядывая на подрагивающий огонек свечи, горевшей в стеклянном фонарике на столе.

Нечистый захлопнул счет, поднимаясь с места.

— Сказала примерно то же самое, что и ты только что.

***

Нечистый посоветовал Лизе расслабиться. Но это у нее решительно не получалось. Ее далеко не хрупкое душевное равновесие оказалось так легко нарушить, просто дав ей возможность предположить, что она и есть та самая возлюбленная Валентайна из прошлого.

— Он кто вообще такой? — выдавила из себя девушка, запуская пальцы в волосы.

— Валя-то? — Ноэль удивленно вскинул брови. — Ну, его звали Кровавой луной. Тем, кто появился во время кровавого затмения, вершил зло. В общем, если наложить это все проекцией на вашу религию… то он Дьявол. Но не в том смысле, в котором ты привыкла себе представлять.

— Поясни, — сухо.

— В общем, есть люди. Есть силы темные, есть светлые. Темные откуда-то черпают свою силу, светлые, соответственно, тоже. Источник силы темных — никакая не бездна, ад и Сатана с рогами, нет, ее источник — сам Валентайн. Он у нас вроде как главный, но негласно. Так и у светлых есть кое-кто, кто является источником их сил. Только вот самих светлых-то уже не осталось, Орден — последний их оплот, — Нечистый криво улыбнулся.

— А если Валентайн вдруг… ну, не знаю, умрет, к примеру? — девушка удивленно вскинула брови.

— Ну, нет, конца света не будет. Но, на самом деле — я не в курсе, — виновато пожал плечами Ноэль. — Забавно, да?

Ладно уж, он и так слишком много рассказал.

— За-ши-бись, — процедила Лиза, роняя голову на стол. — Полный хохотач.

Она закрыла глаза, разыскивая где-то в глубинах сознания ответы. Зачем-зачем-зачем она только согласилась на все это. Зачем вообще родилась такой. Почему не разрешила Ордену убить себя. И теперь это все вокруг… дышать не давало. А от осознания того, что Валентайн ей все-таки нравился, крыша ехала самым натуральным образом.

Лиза настолько погрузилась в свои размышления, что даже не заметила, когда это Нечистый успел встать, уйти и вернуться, упав на диванчик около нее.

— Держи, — он протянул ей обычный желтый воздушный шарик на ниточке. — Расслабься ты, прошу. А то Валя мне башку с плеч снимет, если с тобой что-то не так будет.

— Ты только потому со мной сидишь? — Лиза подняла голову, с удивлением глядя на шарик. — Потому, что долг перед Валентайном?

— Какой еще долг? — Ноэль удивленно улыбнулся. — Нет никакого долга. Ты просто мне нравишься. Держи шарик!

Нечистый игриво взъерошил волосы девушки, опуская к ним шарик и электризуя его. И… глядя на это все, на опять же искреннюю улыбку Ноэля, Лиза не могла оставаться грустной. Она таки забрала у него шарик, неожиданно для самой себя и для Нечистого, обнимая его.

— Спасибо тебе, — пробормотала девушка, чувствуя, как предательски краснеют щеки.

Ноэль, кажется, что-то еще буркнул, а затем его руки легли на спину Лизы, прижимая ее к себе. Он, кажется, был не против обнимашек. Знал же, что это шло на пользу абсолютно всем. И Лизе, судя по всему, тоже помогало. Ее пульс больше не бился в конвульсиях, что не могло не радовать Нечистого.

— Выпьем чего-нибудь? Я знаю тут хороший бар. А затем я отведу тебя домой, — он ободряюще улыбнулся.

— Обычно я не пью…

— Не ври мне, — Ноэль фыркнул, отпуская девушку. — Пойдем.

***

По прошествии часа, когда Нечистый пропускал уже третий бокал крем-ликера, Лиза, наконец, и сама присластилась к алкоголю. Она попросила Ноэля взять ей то же, что пил он. Парень не отказался, однако предупредил, что для девушки напиток может показаться слишком сладким.

На деле так и вышло. Но Лизе даже понравилось. Правда, глядя на своего собутыльника, она понимала, что теперь уж одним бокальчиком ничего не закончится. Благо, пить она умела.

— Кровавая Мэри — любимый коктейль Вали, — внезапно изрек Нечистый. — И мой тоже.

— Потому что кровавая? — хохотнула Лиза. — Ладно, он-то кровь пьет. А ты в нем что нашел?

— Я так-то кровью тоже не брезгую, — спокойно пожал плечами парень. — У меня нет клыков, да, но я выпил в своей жизни немало крови.

— Мне родители также говорили, — безучастно фыркнула девушка. — Пока не свалили от меня на всю жизнь. Видимо, восстанавливать гемоглобин.

— Мне посочувствовать или пошутить? — честно уточнил Нечистый, глядя на девушку из-под полуопущенных пушистых ресниц.

— Пошути, — улыбнулась Лиза.

— Ну, если бы мои родители свалили куда-то за границу, оставив меня на полном самообслуживании, я бы тоже в Валю влюбился, от безнадеги, — он коварно улыбнулся. — Готовься, я буду тебя подкалывать до скончания веков!

Лиза с улыбкой на губах ткнула парня в бок, явно давая понять, что она была не в восторге от этой идеи. Правда, и не протестовала.

На барной стойке завибрировал телефон Ноэля. Он со вздохом поднял трубку, прикладывая ее к уху.

— Привети-ик, — наигранно протянул Нечистый, — мы сидим в баре. Да, в торговом центре. Ага, она в порядке, я купил ей шарик, — парень расплылся в улыбке, — окей, ждем.

Отложив телефон, Нечистый в два глотка прикончил остатки своего напитка, спрыгивая с барного стула и потягиваясь, разминая руки и плечи.

— Валя звонил, — он зевнул, — сейчас заедет за тобой.

— А… спасибо, — Лиза улыбнулась, соскальзывая с неприлично высокого стула.

— Ты в порядке? — Ноэль ободряюще улыбнулся. — Выше нос! Иначе в Ордене скажут, что скончалась ты исключительно от хандры.

— С таким другом как ты — особо и не похандришь, — притворно фыркнула девушка, скрещивая руки на груди.

А Нечистый искренне обрадовался. Впервые, за очень долгое время. Она ведь, кажется, назвала его другом.

Покинув торговый центр, оба молчали. Ноэль все-таки нес купленный шарик, ведь ему он приносил явно больше радости, чем девушке. Через пять минут перед ними остановилась черная машина.

Лиза не знала, что ей за это будет. Но, стоило Валентайну показаться, как она тут же бросилась к нему, обнимая вампира и утыкаясь носом ему в грудь. И запах парфюма. Такой приятный, обволакивающий. Почти родной.

— П-привет…

Девушка впервые слышала, чтобы голос Валентайна дрогнул. А потому только крепче прижалась к нему.

— Что ты с ней сделал? Нормальная же девчонка была, — обняв ее, вампир улыбнулся, глядя на Ноэля. — Сломал мне девочку?

Нечистый только улыбнулся, пожимая плечами. Он всегда хорошо делал свою работу, какой бы тяжелой она не была.

========== Глава 9 - Обратная сторона солнца ==========

Валентайн редко изменял себе, потому и гардероб свой подбирал по обыкновению. Темная рубашка, возможно малиновая или оттенка бургундского вина. Практичный жилет, вампир не слишком жаловал пиджаки. Наглаженные брюки, блестящие ботинки. И очки, да. Для галочки, потому что со зрением у Валентайна все было в порядке. Ему просто нравились эти очки.

Выйдя во двор, он окинул его взглядом. На качели, легонько покачиваясь и напевая какой-то приедающийся мотивчик, раскачивался Ноэль. Опять без куртки. И, что странно, без сладостей в руках.

— Приветик, — Нечистый улыбнулся, встречая друга.

— Оденься, — тяжело вздохнул вампир, прислоняясь к опорам качели, — люди на тебя косятся.

— Забыл…

Валентайн уже устал поражаться своему другу. В конце концов, они были настолько разными, что их давняя дружба была обусловлена скорее необходимостью, чем схожестью характеров. Заметив сигарету в зубах Ноэля, вампир хмыкнул, вспоминая о том, что парень вроде как обещал бросить курение, которое совершенно не вредило его здоровью. Валентайн молча протянул другу зажигалку, скептично глядя на него.

Смерив возвышающегося над ним вампира, Ноэль фыркнул, подождал, а затем расхохотался. И, дабы прояснить ситуацию, вытащил изо рта чупа-чупс.

— Я знал, что ты это сделаешь, — он улыбнулся, — говорю же, жить без сладкого не могу. Как ты без сигарет.

— Ты ведь пришел сюда определенно не похвастаться тем, что тебе продали конфету, — хмуро буркнул Валентайн, отводя взгляд.

Он давно уже привык к этим шуточкам. Они не всегда смешили, но всегда развлекали, хоть слегка разнообразя досуг вампира.

Легкая радостная улыбка пропала с лица Ноэля. Он умел быть очень хмурым, серьезным и расчетливым, когда это требовалось.

— Не стану говорить о второстепенных вещах. Многое ты и сам видишь. Хотел поговорить об этой девочке, — он прикрыл глаза, вдыхая морозный утренний воздух.

— Внемлю.

— Как она тебе? — осторожно. Не споткнуться бы.

Говорить с Валентайном по душам — самый настоящий вызов для нервов, самоконтроля и умения убеждать. Даже сам Ноэль с этим редко справлялся.

— Не хуже остальных, — сухо отозвался вампир, глядя на стелящийся по укрытой изморозью траве туман.

— Брось, — Нечистый поморщился, — я же помню Эльзу.

Валентайн на секунду замер. А затем подарил другу такой взгляд, от которого поежился даже сам Ноэль. Не взгляд. Металл, промерзший насквозь, до самого остова.

— Она — не Эльза, — вампир с силой сжал зубы.

Боль. Она приходила порою. В основном ночами, когда вампиру и без того было паршиво. Да, он чувствовал прилив сил, но вместе с ними приходило и осознание собственной беспомощности, своего одиночества. Он словно один был в целом мире, никем не любимый и не понятый. И даже Ноэль… сколь бы близки они ни были временами, сколько бы дней и ночей не провели вместе когда-то, много лет назад, Валентайн все равно не чувствовал рядом с ним того тепла, которого внутри так отчаянно не хватало. А причиной тому беспробудное одиночество, метания в мире сумерек, без возможности вернуться. Последний билет в этот конец исчез вместе с той, чье имя болью отдавалось в каждой мышце.

Нечистый вздохнул, лениво оттолкнувшись от земли носком ботинка, заставляя качель скрипнуть и легко качнуться. Он знал, что переубедить Валентайна невозможно, особенно в вопросах, касающихся весьма личных для него тем. Он услышал ответ вампира, большего не требовалось.

Этого не было видно с первой попытки, многие не замечали этого годами, но за безразличной и легкой на подъем маской Нечистого духа скрывался глубоко чувствующий человек. Он прекрасно умел анализировать сказанное, хоть виду и не подавал. И, возможно, правильно делал. Люди не любят тех, кто по одним лишь рукам, жестам, мимике или паре брошенных слов может прочесть их как раскрытый фолиант.

— Ты же понимаешь, что тебе придется сделать? — глухо, словно из бочки, вопросил Ноэль.

Он умел говорить так, чтобы если и задевать больные струны души, то делать это максимально аккуратно. Словно перышком.

— Осознаешь? — на этот раз Нечистый незаметно сжал руку в кулак, так, чтобы друг не заметил.

— Вполне, — флегматично отозвался вампир.

Ноэль неприкрыто поморщился, вызвав тихий смешок друга. Ему неприятно было обсуждать милую девочку у нее за спиной, знать, кто будет в дальнейшем решать ее судьбу. Это было мерзко. Позорно. Недостойно. Но кто бы стал говорить о достоинстве. Нет, жалким предателям вроде Ноэля это понятие должно было бы быть априори недоступно.

— Знаешь, почему я даже не берусь сравнивать ее с Эльзой? — внезапно улыбнулся Валентайн.

Нечистый вздрогнул. Обычно в таких разговорах вопросы задавал он. И теперь он мог только ждать, надеясь на то, что друг правильно истолкует его молчание.

— Лиза из тех, кто не хочет жить, не борется за это. Просто плывет по течению, потому что так легче, — хмуро продолжил вампир, скрещивая руки на груди.

— С чего ты взял? — темные брови, так странно выделяющиеся на бледной коже, взметнулись вверх.

Валентайн незаметно поморщился. Неужели он думал, что отделается парочкой ответов? Не бывать этому!

— Когда я впервые укусил ее — она уже тогда сдалась, готова была умереть в моих руках, — презрительно выплюнул вампир, глядя куда-то в пустоту, словно и не видя ничего вокруг.

Ноэль широко распахнул глаза от удивления. Если бы он не имел дурной привычки доверять другу, то в жизни бы не поверил в то, что эта девчонка в коем-то веке способна была кому-то сдаться.

А еще, судя по всему, Валентайн опустил попытки девушки вырваться во второй раз, тогда, в школе. Она ведь противилась. Но так слабо… словно без энтузиазма.

— Когда мы вчера убегали от Ордена, в ней билось желание спастись. Как птичка в клетке, — к слову припомнил Нечистый, скептично глядя на вампира. Складывалось стойкое ощущение, что тот искал чему-то оправдание. Только чему?..

— Спастись, ты сам это сказал, — Валентайн пожал плечами. — Спастись, а не выжить.

Ноэль хотел что-то ответить, как из подъезда на другом конце двора выскочила знакомая фигура. А Валентайн тут же, словно чтобы убежать от разговора, свистнул в два пальца, привлекая внимание девушки.

Взгляд Нечистого нервно метнулся к Лизе, затем нырнул куда-то в лужу, прокатился по горке и, наконец, остановился на вампире. Сказать? Не сказать? А к каким это может привести последствиям? У Ноэля не хватало времени чтобы все взвесить. А ведь вскоре могло быть уже поздно.

— Да она влюблена в тебя! — прошипел он, следя за приближающейся Лизой.

— Не шути так. Чушь собачья, — Валентайн отмахнулся, направляясь к девушке на встречу. — У нее больше поводов меня ненавидеть, поверь.

И уже в который раз Нечистый беспомощно и стиснув зубы наблюдал за тем, как Валентайн уходил. Он отошел от качели, остановил Лизу, которая радостно помахала парню рукой, в ответ получив лишь кривую улыбку. Вампир, кажется, ничего девушке не объяснял, просто уговорил ее сесть в машину. Хотя Лиза особо не оказывала сопротивления, все лучше же, чем в школу топать.

И стоило Валентайну захлопнуть за девушкой дверцу и направиться к водительскому сиденью, как Ноэль, сквозь сжатые зубы, прошептал:

— Никогда в другом мире и времени я бы не смогла оказаться точной копией себя в настоящем.

Валентайн замер. Смерил друга испепеляющим взглядом. Да так смерил, что сам Нечистый таки сполз с качели. И даже пошарил в кармане, разыскивая пачку сигарет. По дороге к ней наткнулся на шоколад, гематоген, таблетки валерианы и две крупных венгерских монеты. Все не то.

— И к чему ты это сейчас сделал? — коротко рыкнул вампир.

Пусть Ноэль шептал. Пусть бормотал бы под нос. Но эти слова Валентайн услышал бы, даже находись он на другом конце земного шара, в другой точке мироздания и измерении пространства.

— Лиза сказала мне это. Вчера, — отчеканил Нечистый.

Валентайн вздрогнул. А у Ноэля в кармане все-таки нашлась зажигалка.

***

На подсознательном уровне Лиза ощущала, что после каких-то реплик, брошенных Нечистым, Валентайна следовало бы оставить в покое на какое-то время. Но ее терзали десятки вопросов. И два первостепенных, которые вообще уж никак не терпели отлагательств.

— Валентайн… — девушка аккуратно коснулась кончиками пальцев рукава темно-серой рубашки.

— Слушаю, — абсолютно спокойно отозвался вампир, позволяя себе взглянуть на Лизу, только остановившись на ближайшем светофоре.

— Куда ты меня везешь? — она виновато опустила взгляд. — Надеюсь, не за город, убивать и хоронить в лесополосе?

— У меня бензина до лесополосы не хватит, — фыркнул он в ответ, вновь давя на газ.

— Ты злишься? — нервно комкая в руках кончики рукавов, сглотнула Лиза, прикрывая глаза. — Прости, что вчера обняла тебя, вот так, я не хотела и…

— Далия, — машина остановилась.

Лиза вздрогнула, когда холодные пальцы коснулись ее скулы, убирая за ухо прядь растрепанных волос. Валентайн, кажется, был полностью спокоен. То ли тишина в салоне на него так действовала, то ли холодный ветер, дувший в открытое окно всю дорогу. Во всяком случае, сейчас вампир спокойно смотрел на свою юную собеседницу, стараясь не нагружать себя мыслями о том, что на прощание бросил ему Ноэль. Хороший друг, да.

— Я был не против, — он улыбнулся, — я никогда не против искренних жестов. Что бы ты ни делала, главное делать это искренне. А по поводу того, куда мы едем, — вампир коротко кивнул на неприветливое серое здание за окном.

Лиза, только обрадовавшись потеплевшему тону Валентайна, тут же поморщилась. Из окна машины отлично было видно ту самую пристройку при храме, в которой не так давно проводился недоконкурс для поимки одной проклятой девушки.

— Зачем ты меня сюда привез? — она с опаской осмотрелась по сторонам, не следил ли кто.

— Чтобы ты показалась Ордену, сказала, что с тобой все отлично, защита не нужна, вампир не найден, крестик канул в Лету и прочие отговорки, — вздохнул Валентайн. — Поверь, я тоже не горел желанием сюда ехать. Но обстоятельства обязывают. Никто не знает, что они выкинут в следующий раз. А если кто-то из их магов застукает тебя дома, например, с тем же Ноэлем — проблем не оберешься.

— Я просто солгу, что он мой одноклассник, и я ничего не знаю, — девушка тяжело вздохнула в ответ.

— И от этого еще сильнее пострадает моя репутация. Подумают, что я подослал своего друга, чтобы он следил за тобой, — парировал вампир. — Мне пойти с тобой, или подождать здесь?

Лиза вздохнула, закрывая глаза. И, благо, Валентайн понял этот немой жест. Ей нужно было время. Придти в себя, собраться с мыслями. Хорошо, что этого времени у них было предостаточно. Особенно с предстоящими зимними каникулами, на которых вампир планировал круглосуточно сидеть дома. Либо у себя, либо у девушки. Вариантов больше не было.

— Сердце, — Лиза вздохнула, предчувствуя реакцию на это слово.

Вампир молча коснулся пальцами ее сонной артерии, несколько секунд высчитывал пульс, а затем что-то пробормотал себе под нос.

— Да, сегодня третий день, я помню, — он устало выдохнул, заглядывая Лизе в глаза. — Проклятие еще не могло достигнуть критической точки. Ты точно уверена, что не сможешь перетерпеть встречу с Орденом до… кхм… процедуры? Будем это так называть, — вампир покачал головой.

— Я не знаю. Но ощущения странные.

— Ты же понимаешь, что заниматься этим сейчас — откладывать визит к Ордену еще минимум на час, — сухая констатация факта. — Давай так, я иду туда с тобой. Они меня не узнают. Ты говоришь по тексту, а потом я говорю, что мы куда-то спешим.

— А кем ты представишься? Папой мне? — Лиза презрительно фыркнула, спешно выскакивая из машины.

— Скорее парнем.

…и она тут же поперхнулась морозным воздухом, стоило Валентайну выбраться из машины вслед за ней. Девушка чертыхнулась, чуть не споткнувшись на ровном месте и, чтобы не растягивать удовольствие, быстрым шагом направилась к «обители господней».

— Лиза, — холодный тон вампира пригвоздил ее к месту.

Нехотя, практически скрипя зубами, Лиза все-таки соизволила обернуться. И встретиться с насмешливым взглядом алых глаз.

— Нам нужно к основному входу, — мягко улыбнулся Валентайн.

— Что у тебя с глазами? — стушевавшись, стоило «парню» только взять ее за руку, пискнула Лиза.

— Что?.. А, ты про оттенок, — он отмахнулся. — Сейчас мои глаза цвета твоей крови. А когда я голоден, они принимают свой нормальный оттенок. Ну, или когда раздражен. Куча нюансов.

— То есть все то время ты голодал?..

— Не совсем, — уклончиво отозвался вампир, ясно давая понять, что он не намерен обсуждать с Лизой свой рацион.

Обогнув пристройку, они попали во двор какого-то монастыря, в котором, судя по всему, и находился штаб Ордена. По дороге Валентайн объяснил девушке, что соваться в само здание он не планировал, потому как служители все-таки имели какую-то смутную возможность вычислить его. И все бы ничего, если бы за этим милым разговором их не застала проходившая мимо девушка, облаченная в золотистые одежды Ордена.

Она остановилась рядом, нагло подслушивая, а никто даже и не заметил. На улице не было ни души. И только осознав, что их разговор о вампирах и церквях был услышан, Лиза с Валентайном опомнились.

— Зря волновался, — изрек вампир, коротко глянув на «шпионку». — Она из наших.

— Ч-что?! — Лиза удивленно округлила глаза.

Вампир, в Ордене.

— Кхм, — Валентайн вздохнул, глядя на девушку так, что она не могла найти в себе сил не то, чтобы сдвинуться с места, а даже банально ответить ему. — Кто ты такая? На кого работаешь?

— Я Мария, — она сглотнула, глядя в алые глаза вампира, — прислуживаю здесь, дабы приглядывать за одной девушкой. Выполняю приказ Той-кто-приходит-в-дождь.

Валентайн недовольно нахмурился. Час от часу не легче. Теперь еще и прямо в этой общине обнаружилась вампирша, следящая за кем-то, кто был нужен ее госпоже.

Вампир жестом приказал девушке удалиться, конечно же, предусмотрительно предложив палец к губам. А затем он, недолго думая, заставил Лизу таки отправиться в монастырь, дабы объясниться с Орденом.

***

— В жизни не поверю, что ты смогла съесть целую курицу гриль, — скептично фыркнул Валентайн, покидая лифт и выходя на лестничную площадку.

— Твое личное дело, — Лиза, с улыбкой на губах, пожала плечами.

Она остановилась, шаря рукой в сумке, силясь извлечь оттуда ключ. Но тот все никак не находился. С минуту понаблюдав за этими потугами, вампир молча кивнул девушке на карман ее куртки. В котором, собственно, ключ сразу и обнаружился. А еще через секунду он щелкнул в двери. И тут же повисла напряженная тишина.

— Ну, проходи, — коротко бросила Лиза, забегая в коридор.

Она, конечно же, забыла, что вампиру хватало и одноразового приглашения. Валентайн улыбнулся, тоже вспомнив об этом, хмыкнул, и внезапно остановился у порога словно вкопанный.

— У тебя на зеркале следящий амулет Ордена, — прошипел он, заставляя Лизу удивленно обернуться. — Видишь, среди твоих украшений, там маленькое золотое солнце.

Девушка спешно сняла с уголка зеркала охапку разных кулонов, большинство из которых она давно уже не носила. И оттуда тут же извлекла небольшой атрибут с насечкой в форме креста.

— Прости! Я честно не знала об этом!

— Верю, — вампир отмахнулся, не спеша переступать порог. — Я тебя даже не подозревал. Но вот… тот, кто спрятал эту штуку. Он знал, что ты эти подвески больше не носишь, следовательно, если и найдешь подлог, то не скоро. А это банальная ловушка для меня.

— Но… — Лиза разломила амулет надвое, прямо по линии креста, — никто из Ордена не был у меня дома.

— Или ты просто об этом не знаешь, — уточнил Валентайн, опираясь о дверной косяк. — И… лучше пойдем ко мне. Готов поспорить, что в доме еще десяток таких приблуд, а мне необходимо войти, чтобы их обнаружить.

— А если ты войдешь, то они тут же обнаружат тебя и тут скоро будут солдаты Ордена? Весело, — девушка вздохнула, захватив со стола булочку и следуя за вампиром.

Он только недовольно кивнул, молча спускаясь по лестнице. Ну вот не сложились у Валентайна отношения с лифтами.

Орден уже начинал порядком раздражать. Они пытались без мыла влезть в каждую щель, делали жалкие попытки контролировать жизнь Лизы. Но в то же время появление амулетов дало Валентайну повод задуматься над двумя вещами.

Кто принес эти амулеты и как же он так ловко их спрятал? Значит, это было сделано либо тайно, когда Лизы не было дома, либо кто-то из Ордена был вхож в ее квартиру.

А еще появление амулетов свидетельствовало о том, что Орден что-то заподозрил. И они пытались удостовериться в том, что Лиза была в безопасности и ей не угрожал никто весьма вампирической наружности.

Что ж, просто дали Валентайну повод пригласить Лизу к себе в гости, не более. В дальнейшем Ноэль спокойно избавится от этих амулетов, ведь он не совсем вампир, но и не человек.

***

Квартиру Валентайна Лиза представляла совершенно иначе. Тут не оказалось плотных штор, скрывающих солнечный свет, мрачных гобеленов тоже не было. Мебель обычная, хоть и очень дорогая. Обитые натуральной кожей диваны, столы из красного дерева, ореха и палисандра. На полу мягкие ковры, но не персидские. Порадовал только общий полумрак, царивший в комнатах. Вампир объяснял это своей нелюбовью к свету как солнечному, так и электрическому.

— Есть будешь? — проходя в гостиную, вопросил Валентайн, откладывая очки на кофейный столик.

— Да, что угодно бы сейчас съела!

Спустя несколько минут вампир уже набирал номер ближайшего ресторана, заказывая девушке побольше еды, чтобы хватило и на обед. Сам Валентайн в еде особо не нуждался, потому в доме ее либо не было вообще, либо было чертовски мало.

— Слушай, — присаживаясь на мягкие подушки кресла, Лиза заинтересованно оглядывалась, — а о ком говорила та девушка? Ну, Мария, кажется.

— Ты про Ту-кто-приходит-в-дождь? — Валентайн изогнул бровь. — Это очень знатная вампирша живущая в Японии. Она очень древняя, насколько я помню, три тысячи лет ей точно есть.

— Оу, — Лиза сглотнула. — А зачем ей присылать сюда кого-то?

— Не знаю, — вампир честно пожал плечами, — наверняка у нее здесь какие-то свои интересы.

Он немного подумал, а затем, с томным вздохом, все-таки решил поделиться информацией:

— Ее прозвали Той-кто-приходит-в-дождь, еще в прошлом тысячелетии. Она очень не любила солнечный свет, боялась лишиться бледности своей кожи, потому на охоту выходила только в дождь. У нее много прозвищ, но это, наверное, слышал каждый вампир. Сама по себе она не японка, зовут ее Хеллой, но сейчас она, насколько я знаю, сменила имя и зовется Акирой.

После увлекательного рассказа о вампире из Японии, в дверь все-таки позвонили. Лизе принесли долгожданную еду, за что она была невероятно благодарна Валентайну и, как там говорил Ноэль? Умению тратить деньги и их зарабатывать. Видно было, что никто из них не считал денег в принципе. И это удивляло.

Уплетая за обе щеки огромную порцию пасты карбонара, Лиза старалась не поднимать глаз на сидевшего за ноутбуком вампира. Он что-то активно набирал на клавиатуре, и, кажется, вообще не отвлекался от своего занятия. А все мысли девушки занимали слова, сказанные Валентайном вскользь. Она не знала, действительно ли он считал так, и от этого становилось тошно.

«Я никогда не против искренних жестов», — так ли это было на самом деле? Лизе хотелось всхлипнуть. Она упорно смотрела в тарелку, не замечая, как дрожала вилка у нее в руках. И столовый прибор привлек внимание девушки, только когда его бесцеремонно забрали из дрожащих пальцев. Валентайн молча закинул всю посуду в мойку, уже через секунду возвращаясь к Лизе и многозначительно глядя на нее.

— Ну?..

— Прости, — убито отозвалась она, — я просто боюсь. Очень страшно. Ты больно кусаешься.

— Так вот, откуда ноги растут? — не поверил. — Идем в гостиную.

Усевшись в кресло, вампир поманил девушку к себе. Лиза, слегка замявшись, махнула на все рукой, присаживаясь на подлокотник. Это было явно не то, чего ждал Валентайн, но он не двинулся с места.

— Да, тебе больно, — со вздохом констатировал он. — А в первый раз ты чувствовала боль? Припоминай-ка.

— Эм… нет? — осторожно осведомилась Лиза, не совсем уверенная в том, что она вообще говорит.

— Правильно, — Валентайн легко улыбнулся. — Я не буду мучить тебя и заставлять искать то, что погасило твою боль. Это было банальное возбуждение, не более. Я ведь специально тогда это сделал.

Рука вампира легла на предплечье девушки, словно пуская легкий электрический заряд, заставивший ее вздрогнуть. Лиза только отвела взгляд, понимая, к чему все идет. Не хотелось чувствовать себя игрушкой в руках вампира, но боли она боялась намного больше. А потому…

— Расслабься.

Лиза слышала этот тон только однажды. Дурманящие нотки в голосе вампира не слишком способствовали концентрации на происходящем, а потому девушка чуть не пропустила момент, когда он потянул ее к себе, заставляя пересесть к нему на колени.

— Ты не думаешь, что это лишнее?

Тихий вздох не скрывал смущенного состояния девушки, да и Валентайн не был слепым. Он прекрасно видел, что творили с девушкой невинные, практически детские прикосновения к рукам, плечам и шее.

— Я не причиню тебе вреда, ты же знаешь, — тихо прорычал вампир, позволяя себе опустить руки на талию девушки, — не бойся меня. И тогда боли не будет.

Руки. Как художник касается полотна кистью, так и прохладные пальцы Валентайна скользили по телу девушки. Легкими мазками, заставляя щеки пунцоветь. Она не знала, зачем сама легко обняла его, опуская руки на плечи вампира. Только вот Лиза с горечью осознала, что в какой-то момент проскочило нестерпимое желание поцеловать его. И эта мысль причиняла боль более сильную, чем укус. Ведь Лиза понимала, что никогда себе этого не позволит.

— Далия, — бархат голоса вырвал ее из мрачных мыслей, — я же сказал, ты можешь быть искренней в своих жестах.

— О-о чем ты? — голос дрогнул, а Лиза даже и не заметила. Только в голове что-то щелкнуло, давая установку на то, что все происходящее — неправильно.

— Ты уже минуты две смотришь на мои губы, — вампир пожал плечами, не спеша притягивать девушку к себе.

Да, он ценил искренность. И в ответ собирался быть совершенно искренним. Так, не испытывая к Лизе ничего более серьезного, чем простую, как он считал, заинтересованность, Валентайн возможно бы и ответил на ее поцелуй. Но она бы почувствовала то, как это было фальшиво.

И, словно ощутив это заранее, Лиза спешно соскользнула с колен вампира, выбегая в коридор, извиняясь на ходу, и спешно пытаясь натянуть свои ботинки.

— Не глупи. Лиз, стой! — вампир появился в коридоре.

— П-прости, мне лучше будет уйти домой, серьезно, — сглотнув, выдавила из себя Лиза, дрожащими пальцами пытаясь снять куртку с крючка, который, как назло, находился слишком высоко.

Тихий возглас утонул в прохладе пальцев. А шею обожгло словно каленым железом, когда острые клыки вошли в плоть. Лиза даже дернулась слегка, но автоматически, от шока. Дабы не дать ей возможности сопротивляться, а ведь именно этим девушка и занялась бы, будь у нее такая возможность, Валентайн легко, не причиняя боли, завернул руку ей за спину, зажал рот ладонью. Как же объяснить ей, что это делается ради нее. Ради того, чтобы она не умерла от проклятия по дороге домой.

Именно так вампир в свое время нападал на тех, кого не планировал оставлять в живых. В таком положении жертва быстро слабела, теряла сознание, ведь укус приходился на сонную артерию. И сейчас Валентайну пришлось сделать все очень аккуратно, дабы эту злосчастную артерию не задеть. Иначе это была бы довольно быстрая, но неприятная смерть.

А он ведь для девушки хотел не этого.

***

Опять. За что. Почему каждый раз просыпаться надо так, словно тело уже давно решило отправить дух к праотцам?

Лиза нехотя и с большим трудом разлепила глаза. Голова не болела, но перед глазами стояло марево. Единственное, что Лиза успела для себя отметить, так это то, что этот потолок она уже когда-то видела.

— Какао будешь?

Голос Ноэля раздался откуда-то сбоку, и девушке пришлось приподняться над подушкой, встречаясь со взглядом пепельных глаз.

— Наконец-то, — он вздохнул, присаживаясь рядом. — Не злись только на него, хорошо? Это я виноват, вывел его из себя с самого утра пораньше.

— Что… было? — воспоминания отчаянно не желали возвращаться.

— Валя привез тебя несколько часов назад, попросил выходить. А сам сорвался на охоту. И, судя по тому, насколько он был взбешен — к утру у нас будет труп, — флегматично пояснил Нечистый. — Пей какао. Я добавил туда ром, должно взбодрить.

Горячая жидкость, казалось, обожгла все существо девушки. Вначале язык, затем пищевод, а тут и остальные органы подоспели, выстроились в очередь. Лиза, закашлявшись, сделала еще один глоток, не желая отставлять чашку. И еще.

— Алкоголичка, — хохотнул Ноэль. — Чашку верни, она казенная!

— Спасибо тебе, — девушка всхлипнула.

Воспоминания вернулись. И сложно было понять, кто повел себя как больший идиот. Ясно было одно — Лиза во всем винила только себя, свою дурную голову и какие-то там гормоны, названия которых они учили в девятом классе по биологии.

— Какие у вас, однако, странные отношения, — Нечистый улыбнулся, платком вытирая слезы со щек девушки. — Не реви. Он отойдет, все обсудите, и пойдем все вместе на каток. Ты была когда-нибудь на катке?

Лиза шмыгнула носом, качая головой. И как он только умудрялся оставаться таким легким и жизнерадостным, учитывая окружение? Любой человек на месте Ноэля давно бы уже свихнулся и через поехавшую крышу разглядывал бы звезды.

— В общем, я заварю тебе еще какао. И, кажется, дома где-то была ваниль, сейчас поищу. Лежи тут, никуда не ходи. Я слежу, комната все равно одна! — подскочив, крикнул Нечистый, скрываясь за перегородкой, отделяющей основную комнату от кухни.

Только сейчас Лиза осознала, что лежала она не на том самом диване, куда Ноэль притащил ее в первый раз. На этот раз девушка обреталась на голубоватых простынях, разрисованных какими-то фракталами. То есть Нечистый даже уложил ее в свою кровать? Надо будет не забыть отблагодарить.

Вскоре Ноэль вернулся, поставив чашку с какао на прикроватную тумбочку, предварительно убрав оттуда раскраску-антистресс. Он присел на край кровати, глядя в глаза девушке.

— Знаешь, я не знаю, что происходит с тобой, но полностью могу понять Валю, — легкая улыбка тронула губы парня, — ты привлекательная.

Лиза удивленно округлила глаза, а затем и вовсе чуть не подскочила на кровати, когда шершавые, слегка искусанные губы Ноэля коснулись сперва ее шеи, а затем и… Не дав девушке вдохнуть, Нечистый поцеловал ее. Не так, как это делал Валентайн. Этот поцелуй буквально искрился, заставляя задуматься над тем, как бы не поджечь все вокруг.

Оперевшись о матрас сбоку от девушки, свободной рукой Ноэль стянул с нее одеяло, заставив Лизу осознать, что в кровати все это время она лежала в одной только легкой маечке. Куда делась остальная одежда? Спрашивать не приходилось, она наблюдалась на ближайшем кресле.

Губы сминали губы, мягко и до боли. Теплые пальцы скользили по телу, не позволяя вдохнуть ни на секунду. Они были везде. Руки, губы. Нечистый ловко чередовал ласки, не позволяя девушке толком осознать происходящее.

Даже когда ласки сменились вполне конкретными действиями.

Комментарий к Глава 9 - Обратная сторона солнца

*коварное хихиканье*

у меня давно есть следующая глава. но я вам ее не дам.

========== Глава 10 - Эйфория пробуждений ==========

Холод прокрался под одеяло, липкими щупальцами обхватил тело и словно проник под кожу, заставляя поежиться, обнять себя руками и попытаться спрятаться куда-то. Хоть под подушку, не важно. В полусонном бреду еще не пробудившегося сознания раздался звенящий смех. Там же сверкнула на миг широкая улыбка, и…

Резко поднявшись, Лиза инстинктивно прижала к груди одеяло.

— Утречка!

Она вздрогнула, обернувшись к источнику голоса. Ноэль спокойно сидел, погрузившись в глубокий пуфик на другом конце комнаты. Он за обе щеки уплетал пончик с какой-то белой посыпкой, да запивал его чем-то, отдаленно напоминавшим кофе.

— Где моя одежда?.. — автоматически прошептала девушка, стесняясь даже в сторону собеседника взглянуть.

— На тебе, — удивлённо отозвался Нечистый, вскидывая брови. На секунду даже жевать перестал. Проглотил. — А где ей ещё быть?..

Лиза с каким-то недоверием заглянула под одеяло. Да, действительно, одежда оставалась на ней. Но ведь она ясно помнила о том, что произошло накануне вечером. Помнила так, словно это было не более двух-трех минут назад. Неужели сил одеться хватило?..

— Зря ты в одежде спишь, — флегматично продолжил Ноэль, допивая утренний недокофе. — Сейчас в душ пойдешь, будешь выглядеть как ветчина в передавленную полосочку.

— А как мы… — к щекам прилила краска. — Ну…

— Серьезно?! — Нечистый завалился на спину, заходясь в приступе смеха. — Тебе серьезно приснилось, что я занимался с тобой сексом?!

Это в какой-то миг прозвучало даже оскорбительно. А затем Лиза невольно улыбнулась. Опять мысли читает! Значит, это был всего лишь сон? Такой чертовски реалистичный сон. Она практически готова была поклясться, что чувствовала следы теплых прикосновений.

— Вчера вечером ты уснула еще до того, как я успел принести тебе какао, — он недовольно поджал губы. — Ты уж извини, Лиз, но… — Ноэль отвел взгляд, на секунду улыбаясь с какой-то плохо скрываемой грустью.

— Прости? — Лиза удивленно вскинула брови, глядя на собеседника.

— У таких снов есть особенность. Они никогда не сбываются, — спокойно пояснил Нечистый, направляясь на кухню. — Яичница с беконом через десять минут. Живо в душ!

— Таких? В смысле, настолько реалистичных? — девушка подскочила, следуя за парнем.

— Нет, в смысле со мной, — он обернулся, кивая Лизе в сторону ванной комнаты. — Прости, малышка, но я полностью асексуален. Эту крепость не взять никаким штурмом.

Не очень-то и хотелось. Лиза мысленно показала Нечистому язык и, радуясь вскрывшимся обстоятельствам, радостно направилась в ванную. Комната была оформлена в оттенках лаймового, фисташкового и белого цветов. Поначалу это резало глаз, но через несколько секунд дизайн оказывался весьма приятным. Особенно на ощупь. О да, пол с подогревом!

Лиза улыбнулась предусмотрительности Ноэля, мысленно поблагодарив его за то, что он приютил ее на ночь, не стал задавать лишних вопросов. На стиральной машинке были заботливо сложены несколько полотенец, упаковка с одноразовой зубной щеткой, мочалкой и расческой, да несколько небольших тюбиков с гелем для душа, зубной пастой да шампунем. Такие обычно оставляют в номерах отеля, откуда, судя по всему, Ноэль их и украл. Рядом на крючке висел вишневый махровый халат, да на полу покоились гостевые тапки.

Какая неслыханная предусмотрительность. Лиза даже присвистнула, снимая с себя одежду и аккуратно складывая ее в стопочку на все той же стиральной машинке. Немного подумав, она захватила с собой весь пакет мыльно-рыльных принадлежностей. Теплые струйки заскользили по телу, смывая легкую усталость, утренний шок, какие-то грязные и пошлые мыслишки, оставляя после себя лишь мыльные облачка, пахнущие не то персиком, не то грейпфрутом. Вода хлестала, от нее поднимался пар, создававший вокруг девушки завесу, благоухающую смесью запахов шампуня и геля для душа. Как приятно было расслабиться, не думая ни о чем. Школа, какие-то проблемы, все это отступило на задний план.

Лиза не позволила себе заставлять Ноэля ждать. Поэтому столь расслабляющую процедуру пришлось спешно прервать, накинуть на себя заботливо предоставленный халат да влезть в тапочки, предварительно замотав волосы полотенцем. В таком виде девушка и появилась на кухне, объединенной с остальным пространством комнаты. На небольшом стеклянном столике уже остывала тарелка с яичницей, посыпанной чем-то вроде укропа и петрушки.

— Спасибо большое, — девушка смущенно улыбнулась, усаживаясь за стол, — умираю, как есть хочу.

Ноэль стоял у кухонной тумбочки, поглядывая на кофемашину, что-то невнятно жужжавшую, опирался о тумбу бедрами. Впервые Лиза видела его настолько отстраненным. Мысли Нечистого были где-то далеко.

— А откуда у тебя такие маленькие тюбики? Одноразовая щетка, расческа, — Лиза окинула парня взглядом. — Я такие только в отелях видела.

— Это все именно оттуда, — Ноэль широко улыбнулся, — я привык брать от жизни все, — он пожал плечами.

Нечистый недовольно вздохнул, сделал короткое движение пальцами, и раскачивавшаяся от легкого ветерка шторка успокоилась. Раздался щелчок.

— Извини, окно забыл закрыть.

— Так ты владеешь магией? — Лиза удивленно распахнула глаза.

— Более или менее, — уклончиво отозвался Нечистый, — все мы, духи тьмы, что-то да умеем. Кто-то летает, кто-то воспламеняет взглядом, некоторые просто колдуют какие-то простейшие махинации.

Лиза невольно улыбнулась, продолжая уплетать за обе щеки свой завтрак, запивая все это чаем с лимоном, заботливо заваренным хозяином дома. Ноэль казался намного более хозяйственным, чем его друг. Хотя, возможно, Нечистый и сам нуждался в человеческой еде, в отличие от вампира.

— А ты что можешь? — девушка действительно заинтересовалась.

— Многое. Было бы желание, — хмыкнул Ноэль, легко улыбаясь.

Он, кажется, хотел добавить еще что-то, но взгляд его внезапно зацепился за что-то за спиной Лизы. Нечистый несколько раз моргнул, а затем со вздохом подхватил свою кружку с утренним кофе и, не сказав ни слова, пулей вылетел из кухни. Лиза чуть не подавилась беконом, обернувшись, чтобы провести его взглядом, и…

— И… давно ты здесь? — она нервно сглотнула, глядя на Валентайна, спокойно стоявшего у нее за спиной.

— Не более секунды, — отозвался вампир, обходя девушку и присаживаясь напротив нее, — приятного аппетита.

Повисшее в комнате напряжение можно было потрогать. Оно буквально искрилось и потрескивало, рискуя таки взорваться, открыв маленькое подобие домашней черной дыры.

— По поводу вчерашнего…

Валентайн не успел даже договорить.

— Пожалуйста, извини меня, я вела себя как последняя дура! — на выдохе выпалила Лиза, с силой сжимая зубы и чувствуя, как по щекам бегут слезы.

— Я хотел извиниться, — вампир приложил палец к дрожащим губам девушки, а через мгновение вытер их салфеткой. — В произошедшем виноват только я.

— Сотрешь мне память? — Лиза не верила своему голосу.

Она встретилась взглядом с вампиром. Он смотрел на девушку с каким-то укором. Скрывая что-то. Валентайн подавил тяжкий вздох. Он, конечно же, слышал, как спокойно Ноэль разбалтывал о магии и прочих особенностях их мира. Стыдно было признаваться, но в какой-то степени этой своей беспечной открытостью Нечистый и пленил вампира многие сотни лет назад, когда они только познакомились. Это сблизило их, хотя порою и случались моменты, в которые хотелось свернуть Ноэлю его тонкую шею.

Говорят, чтобы любить человека, нужно хорошо его знать. Валентайн знал все о своем друге. Его любовь к сладкому и нелюбовь к сигаретам, то, как он был влюблен в дождь и любил смотреть на дым и пламя. Пристрастие к алкоголю, странная манера поведения и иногда диковатый стиль одежды. Все это словно зарубки на посохе, отметины их дружбы. И ни в коем случае вампир не смог бы сказать, что он не любил Ноэля. Только не та это была любовь, не платоническая. И в какой-то мере его это даже радовало.

Валентайну никогда не приходилось стирать память Ноэлю. Но вот избавить Лизу от воспоминаний о том вечере, о произошедшем. Чтобы девушка ни в чем себя не корила, чтобы не добавлять ей еще одну причину для страха, выписать себя из списка фобий. Это было необходимо, и Валентайн прекрасно это понимал. Но…

— Не надо, — взмолилась Лиза, даже не замечая, как ее пальцы сжали рукав темно-серой рубашки.

Вампир спокойно покачал головой, сжимая ладонь девушки в своих. Он старался не смотреть ей в глаза, но лишь единожды поймав этот взгляд, полный надежды, веры и слез, уже не смог оторваться. Словно пил сладчайший нектар, просто глядя на это хрупкое дрожащее недоразумение.

— Замерзла? — миролюбиво поинтересовался мужчина, улыбаясь и давая понять, что тема со стиранием памяти пока закрыта.

— Да, прохладно немного после душа, — Лиза пожала плечами, поежившись. Она и сама не заметила, когда пальцы начали подрагивать.

— Я… кхм, — вампир сглотнул, поднимаясь со своего места, — схожу за чем-нибудь, укроем тебя.

— Не стоит! — девушка подскочила.

Она коснулась локтя мужчины, остановив его на полпути к выходу с кухни. Повисла слегка напряженная тишина. Лизе неловко было даже глаза поднять, но и руку убирать она не спешила.

— Раз уж ты знаешь о магии, — Валентайн все-таки вздохнул, — смотри.

Сделав шаг назад, вампир поднял ладонь на уровень груди и, что-то шепнув, заставил рыжее пламя вспыхнуть на его пальцах. Лиза заворожено наблюдала за тем, как маленькие огоньки скользили между фаланг, соскальзывали с изящных ногтей и собирались на ладони в одно жаркое пламя.

— Прикоснись, — шепнул вампир, кивая на пламя.

— Ч-что?! — Лиза поперхнулась воздухом, закашлявшись.

— Огонь греет. Но не обжигает, если найти с ним общий язык, — он улыбнулся. — Не бойся, Лиза. Я тебе не наврежу.

Не сильно веря в то, что пламя может быть безопасным, но тщательно стараясь доверять Валентайну, Лиза подняла руку, самыми кончиками пальцев касаясь ладони вампира, готовая в любой момент их отдернуть. Пламя жадно потянулось к ней, а Валентайн лишь довольно кивнул, мол, смотри-ка! И Лиза смотрела, с удивлением наблюдала за тем, как рыжие огоньки коснулись кончиков ее ногтей, а затем, выписывая дивные узоры, скользнули по запястью выше, рискуя опалить края махрового халата. Пламя и вправду не обжигало, но оставляло после себя приятное теплое чувство, словно кожу что-то грело изнутри.

— Это чудо какое-то… — с широкой улыбкой прошептала Лиза, боясь нарушить легкую магию этого момента.

Она вздрогнула, когда вторая рука вампира коснулась ее спины, заставляя девушку сделать шаг вперед. Одним ловким движением Валентайн сплел их пальцы, позволяя огню окутать ладонь Лизы полностью. Тот уже пробрался под одежду, накрывая все тело девушки волнами странного непривычного тепла. Это было так приятно. Близко и до дрожи странно.

Со стороны гостиной послышался какой-то хлюпающий звук. Очнувшись от легкого наваждения, вызванного видом огненной магии Валентайна, Лиза повернула голову и, сглотнув, неловко улыбнулась. У ближайшей стены стоял Ноэль. Держа в руках кружку с кофе, он обмакивал в него печенье, с искренним интересом наблюдая за происходящим.

— Чудно смотритесь, — он лучезарно улыбнулся, уплетая печенье за обе щеки. — Я тут на каток собирался. Вы же пойдете со мной?

— А у нас действительно есть выбор? — вздохнул Валентайн, отпуская руку Лизы и придавая своему лицу такой вид, словно бы ничего и не происходило.

— Нет, — Ноэль пожал плечами, возвращаясь в комнату. — Лиз, твоя одежда для катания на коньках не подойдет. Я тебе тут подобрал кое-что, должно подойти. Примерь!

Нечистый уселся в свой любимый пуфик, продолжая потягивать кофе. Лизе он кивнул на аккуратно сложенную на стуле одежду, а затем указал куда-то в сторону ширмы.

— А откуда у тебя женская одежда? — осторожно поинтересовалась девушка, поднимая с кровати черные обтягивающие брюки в тонкую белую полоску. — Это твоей девушки?..

Ноэль бросил короткий взгляд на Валентайна. А затем оба рассмеялись.

— Я один живу, поверь, — Нечистый отмахнулся. — Это мое, на самом деле. Просто, видишь ли, я довольно худощавый. И есть в одежде такое понятие как унисекс. Вот, — он кивнул на однотонный серебристый джемпер в руках девушки. — Уверен, тебе подойдет.

Пожав плечами, Лиза все-таки без лишних вопросов скрылась за ширмой, притаившейся в углу комнаты. Кофта ей действительно подошла, хоть и была широковата в плечах. Хотя, учитывая ее общую бесформенность и то, что заужен сей предмет гардероба был только в рукавах и где-то в районе бедер, можно было смело предположить, что это вообще-то дизайнерский ход. Брюки, на удивление, тоже подходили. Их даже не пришлось подкатывать. И тут Лиза вспомнила, что все брюки у Ноэля заканчивались на несколько сантиметров выше лодыжки. Так что тут ей все подходило.

— Если ты живешь один, то зачем же тебе такая большая кровать? — полюбопытствовала Лиза, появляясь из-за ширмы и завязывая волосы в хвост.

— Я если сплю, то сплю «звездочкой», — невозмутимо отозвался Ноэль, умудрившись при этом сохранить серьезное выражение лица.

И тут уже пришел черед Лизы смеяться.

***

Выскочив из машины около большого торгового центра, Ноэль в первую очередь забежал на «островок» со сладостями и вскоре вернулся, вручив Лизе и Валентайну по леденцу на палочке. Вампир от угощения всячески отказывался, но Ноэль был максимально убедителен. Посему даже Валентайну пришлось смириться со своей участью и, вздохнув, принять леденец со смайликом.

— О, а вот и каток! Я пойду вперед, разузнаю цены на билеты! — вскоре воскликнул Ноэль, стоило им только подняться на второй этаж торгового комплекса.

Валентайн тяжело вздохнул, покачав головой. Он держал Лизу за руку всю их дорогу от машины до второго этажа. Боялся потерять в толпе, конечно же.

— Ну, пойдем за билетом.

— Что?! — Лиза удивленно округлила глаза. Она все-таки думала, что все это было одной большой затянувшейся шуткой. — Нет, нет! Я… с детства боюсь кататься на коньках. Когда-то упала, получила сотрясение мозга и…

Вампир склонился над девушкой, заботливо притягивая ее к себе и обнимая. Хотелось тепла. Не магического, от тех забавных огоньков. А человеческого.

— Я не отпущу тебя, — мягко прошептал он. — Даже не думай об этом.

Сколько же у нее страхов. Они подобны удавке, не дают дышать спокойно. Так Лиза спокойно дышала только в объятиях вампира, словно находя в нем ту самую необходимую ей опору. Волнорез в море страха, который защищал бы ее от всего, что окружало и волнами накатывало, принося с собой ужасы прошлого и настоящего.

— Ребят, поторопитесь, — вернувшийся Ноэль дежурно кашлянул, для себя мысленно отмечая, что парочкой они были действительно милой. — Там до полудня вход дешевле!

— И ты купил билеты? — Валентайн, не спеша отпускать Лизу, бросил на друга короткий взгляд.

Не было смысла что-то скрывать от Нечистого. Он замечал все и всегда, ибо был неприлично проницателен и наблюдателен, и вообще иногда складывалось ощущение, что образ Шерлока писали с него. Поэтому Валентайн ни разу не скрывал от друга свое слегка потеплевшее отношение к Лизе. А вот саму девушку это смущало настолько, что она краснела если не до кончиков пальцев, то уж точно до самых корней волос.

— Только себе, — грустно вздохнул Ноэль. — Они не принимают оплату картой. А наличных у меня было только на один билет. Ну, ты же разберешься? — он лучезарно улыбнулся.

— Идите пока за коньками, — коротко отмахнулся Валентайн, направляясь к кассам.

А Нечистый, недолго думая, подхватил Лизу под белы рученьки и потащил к заботливо установленным около выдачи коньков лавочкам.

— Ты чего как неживая? — попутно осведомился он, сдавая в гардероб свой любимый плащ-металлик.

Лиза молча кивнула в сторону вампира, бросив на него короткий, полный какой-то затаенной наивной нежности взгляд.

— Понятненько, — хмыкнул Ноэль. — Посиди тут, я мигом!

Он таки усадил девушку на лавочке, убегая за коньками и на ходу вспоминая свой размер ноги, и прикидывая, что коньки придется брать на размер больше. Лиза вздохнула, вновь бросая взгляд на Валентайна, который почему-то задерживался на кассе. На секунду перед глазами моргнули черные пятна. А затем и какая-то глупая слуховая галлюцинация заставила Лизу вздрогнуть.

Словно над самым ухом раздался горячий шепот:

— А он ничего, да?

Лиза, вздрогнув, обернулась. Около нее, оперевшись локтями о перила, с ослепительной ухмылкой на губах стоял молодой человек.

— Простите? — она сглотнула, придавая лицу максимально приветливый вид.

Новоиспеченный собеседник покачал головой из стороны в сторону, разминая шею. Его глаза цвета изумруда как-то странно поблескивали, даже учитывая яркое освещение торгового центра. Лиза бы не обратила, возможно, на это внимания, если бы парень не убрал из глаз длинную светлую челку.

— Говорю, погодка хорошая, не находишь? — он продолжал улыбаться, склоняя голову набок.

— Плохая попытка познакомиться, — сглотнула Лиза. — У меня уже есть компания, извини.

— Компания? — он искусно изогнул одну бровь. — А мне показалось, что ты одинока, — кашлянул, — то есть, одна. Знаешь, у меня такое тоже было. Все время один да один, только во сне расслаблялся…

— Лиз, так замерзла, что замерла?!

Вздрогнув, девушка обернулась, встречаясь взглядом с уже вернувшимся Ноэлем.

— Чего стоишь как засватанная? За коньками я тебе не побегу, — он уселся на лавочку, натягивая свои коньки. — Эй, ты чего потерянная такая?

— Да вот…

Обернувшись, Лиза сглотнула. Рядом с ней никого не было. А нового собеседника и след уже простыл. Хотя складывалось ощущение, словно его здесь никогда и не было. Не веря своим глазам, девушка коснулась перил в том месте, где о них секундой ранее опирался парень с глазами цвета изумруда. И да, перила действительно еще сохраняли секундное тепло. Как след.

— …парень тут был какой-то, — тихо закончила Лиза, вновь оборачиваясь к Ноэлю.

— Мало тут парней ходит что ли? — фыркнул Нечистый, силясь потуже затянуть шнурки. — Давай, бегом за коньками!

И Лиза, переваривая произошедшее, тряхнула головой и послушно направилась к выдаче коньков. Не мог же тот парень просто испариться? Или все-таки пригрезилось?..

В эту секунду она даже толком понять не могла, принесло ли радость осознание того, что перила еще хранили чье-то тепло.

***

На выдаче коньков случилась заминка, и Лизе пришлось остаться там, дабы подыскать себе коньки нужного размера. Коротко бросив что-то о том, что ждать ее никто не намерен, Ноэль тут же выскочил на почти пустой в это ранее время лед и уже нарезал там круги. Валентайн же помог девушке решить вопрос с коньками и оставил ее в одиночестве их шнуровать. Сам же вампир спокойно вышел на лед, вспоминая, когда же в последний раз ему приходилось это делать.

— И как прошла охота? — совершенно бесцеремонно подрезая его, тут же выскочил Ноэль.

Нечистый развернулся и теперь ехал задом наперед, спокойно глядя в глаза друга.

— Не напоминай, — Валентайн недовольно вздохнул, — сорвался на ней, а потом всю ночь искал, где бы достать крови.

— Судя по тому, что ты не выглядишь довольным — крови ты так и не достал, — Нечистый подавил вздох полный спокойствия. — Не думал в больничку какую-то наведаться?

— Отнимать кровь у больных? Варварство, — вампир хмуро покачал головой. — Мне легче найти кого-то молодого и полного сил. Того, кому потеря литра крови принесет проблемы со здоровьем, но не мучительную смерть.

— И с каких это пор ты стал таким пацифистом? — Ноэль фыркнул, останавливаясь у бортика.

Точнее, он в него просто врезался. Довыделывался своим «а-я-еду-задом-наперед».

Действительно. С каких это пор?.. Стал работать в школе? Бред же. Валентайн не любил обманываться. Он чувствовал, что внутри что-то находилось не на своем месте с того самого момента, как Ноэль «незаметно» намекнул на то, что Лизе небезразлична скромная персона Валентайна.

— С тех пор, как у меня в жизни появилось это вот… нечто, — он вздохнул, горько улыбаясь и бросая короткий взгляд на девушку, спешно завязывающую шнурки на лавочке. — Она меня интригует. Внезапно понял, что прочесть ее не так легко, как показалось на первый взгляд.

— Она от тебя ничего не скрывает, — хмыкнул Нечистый, проследив взгляд друга. — Просто ведет себя с тобою так, как ни с кем не позволяла себе обходиться. Вспомни, как мило она покраснела, когда ты коснулся ее руки? Как дрожала? В квартире не было холодно. Просто она не боится того, что ее чувства к тебе будут увидены. Потому что считает тебя умнее, чем ты есть. Думает, что все поймешь без моих подсказок. А ты…

Только сейчас вампир, задумавшись на мгновение, в полной мере осознал, насколько девушка все это время была искренней с ним. Когда целовала на сцене, когда, всхлипывая, сидела в его машине, показывая перцовый баллончик. Когда касалась пальцами не огня в руке, но его холодной кожи, стремясь хоть на миг, но стать ближе. Каждый взгляд, жест, прикосновение тонких пальцев к рукаву рубашки, даже каждый вздох, все в ней дышало искренностью. Неприкрытой, наивной, детской невинностью, с которой девушка ничего не могла поделать. И ведь она была такой не с каждым. А только…

— Идиот! — закончил Ноэль, отталкиваясь от бортика. — А теперь вспомни, рядом с кем ты еще чувствовал подобное?

Валентайн сглотнул подступивший к горлу ком. Окинул взглядом пустующий торговый центр, легко найдя около входа на каток Лизу, которая боялась выйти на лед. Она с опаской держалась руками за бортик, словно он был единственным ее спасением. И это было так… беззащитно. Словно она действительно искала опоры только в Валентайне, на которого все время бросала дерганые взгляды.

— Извини, задержался, — вампир открыто улыбнулся, подъезжая к девушке и тут же протягивая ей руку. — Не бойся. Обещал же, что не отпущу.

Никогда не отпустишь?

Сердце пронзила боль. Мозг услужливо прошептал эту фразу исключительно голосом почившей возлюбленной. На миг прикрыв глаза, Валентайн сжал зубы, отгоняя мрачные мысли. Их было слишком много. Он приобнял Лизу за талию, помогая ей встать на лед и поддерживая, сжимая в руке ее ладонь.

У Лизы перед глазами плясали черные точи. Страх удавкой затягивался на шее, словно сковывал движения, ноги становились чугунными, не пошевелиться. Вняв советам и подсказкам Валентайна, спустя пол часа Лиза даже сделала несколько шагов вперед, осторожно отталкиваясь ото льда одной ногой и готовясь в любой момент завалиться либо на бортик, либо в руки вампира. Но не произошло ни того ни другого.

Где-то в ушах раздался сладкий приглушенный хохот. Девушка вздрогнула, на секунду ощутив, словно сотни теплых щупалец схватили ее тело. Дернувшись от этого навязчиво-мерзкого ощущения, она оттолкнулась ото льда. Почувствовала чьи-то руки на запястьях. Что-то или кто-то потянуло девушку вперед, пронеся несколько метров по льду, затем развернуло и выпустило, заставив ее прокатиться около метра задом-наперед, а затем успешно упасть, смачно выругавшись.

— Далия!

Не успела пятая точка девушки соприкоснуться со льдом, как Валентайн, обещавший не отпускать, успел подхватить ее, приводя в более или менее вертикальное положение.

— Куда ты понеслась так, как заправский фигурист?

— Это не я, — девушка со страхом покачала головой. — Думала, что ты меня ведешь. А это… меня же тянул кто-то!

— Тут кроме нас никого нет, — мягко констатировал вампир, — Ноэль только где-то тут еще носится, но я бы его заметил. Тебя никто не вел, ты сама поехала.

Лиза, сглотнув, сама вцепилась в руки Валентайна, не позволяя ему ни на сантиметр отодвинуться от нее. Теперь куда-то катиться становилось еще страшнее. Подобные глюки ни о чем хорошем свидетельствовать не могли. То ли страх выкидывал очередные глупые шутки, то ли девушка просто не выспалась.

— Уйдем отсюда, пожалуйста, — пролепетала Лиза, — мне не хорошо.

— Как скажешь, — вампир кивнул, с беспокойством глядя на девушку. — Идем. Уже идем…

Он не солгал. Уже спустя несколько минут вся троица покинула каток. Валентайн отправился сдавать свои коньки в прокат, в то время как Ноэль ждал, пока Лиза расправится с грубыми шнурками на своей обуви.

— И как продвигаются ваши… отношения? — улыбнулся Нечистый, разворачивая чупа-чупс и отправляя его в рот.

— Не понимаю, о чем ты говоришь, — натянуто улыбнулась Лиза. — Я для него как мебель, забудь.

— Уверена? — он поджал губы.

— Нет, скорее, как зверушка домашняя. За ней интересно наблюдать, за нее волнуешься и иногда ее приятно приласкать. Не более, — вздохнула девушка, отмахнувшись.

— Ты вообще в курсе, что он сделал? Тогда, когда с огоньками играл, — Ноэль легкомысленно болтал ногами в воздухе, сидя на лавочке. Но говорил сейчас невероятно серьезным тоном.

— Согрел меня?..

— Ага, — фыркнул Нечистый, — ща! Он параллельно еще и оставил на тебе магическую метку. Теперь никто и никакой магией не сможет причинить тебе вред. Ну, разве что этот маг будет сильнее нашего Вали. Но таких я пока еще не встречал.

— То есть он меня защитил? — не веря своим ушам, сглотнула Лиза.

— Вроде того, — парень пожал плечами, вновь затыкая себе рот чупа-чупсом. — Я не сильно разбираюсь в человеческих отношениях, но сдается мне, со своей кошкой он такого не делал.

— У него есть кошка? — Лиза скептично изогнула бровь.

— Целых три, — раздалось у нее из-за спины. — Было. Лет пятьдесят назад.

— Оу…

Девушка неловко отвела взгляд. Она в толк взять не могла, было ли все происходящее одной сплошной игрой, или все-таки вампир действительно мог к ней что-то чувствовать? И да, он подслушивал. И мог услышать все, чего пожелала бы его вампирская душа. Так себе перспектива.

— О, Валя, — Ноэль лучезарно улыбнулся, — а мы тут это, плюшками балуемся.

***

Во сне Лиза металась по кровати, с силой сжимая пальцами одеяло, обнимая руками подушку и тихо всхлипывая сквозь сон.

Уже вторую ночь подряд в ее снах происходило нечто невероятное. Пошлое. Недостойное ее самой. На этот раз, правда, девушка четко осознавала, что она спит. Но ощущений это не меняло.

Сон. Дурман. Пальцы бледностью на коже. Горячие мазки прикосновений. Такие, какие умел дарить только Валентайн. И то невесомо, единожды. Но этого раза хватило, чтобы прикосновения этих пальцев так врезались в память. Что-то влажное на шее, ключицах…

Собравшись с мыслями, Лиза заставила себя проснуться. Лоб и волосы были влажными от пота, словно ночью у девушки был сильнейший жар. Простыни пропитались влагой, подушка тоже. Приподнявшись на локтях, Лиза нервно сглотнула. В полумраке комнаты, в слабом свете ночника, заряд которого уже подходил к концу, она различила темную фигуру.

Девушка чуть лбом не стукнулась об нос того, кто нависал над ней, опираясь в кровать руками по бокам от ее плеч. Лиза буквально ощущала свежее дыхание у себя на лице, хоть и не видела лица того, кто, собственно, дышал. Не полностью пробудившееся сознание окончательно запуталось, где же была та несчастная грань между сном и реальностью?!

Сильная рука одним движением вдавливает Лизу обратно в подушку, заставляя ее пискнуть, одним движением выбивая весь воздух из легких. Легко скользит в вырез ночной рубашки, не обращая внимания на ключицы, сразу словно липкими щупальцами подбираясь к груди.

Влепив себе мысленную оплеуху, Лиза рванулась в сторону, вырываясь из вязких объятий страха и включая прикроватную лампу.

И ни-че-го. Ничегошеньки!

Вскочив с кровати, она тут же скинула с себя пропитавшуюся потом и страхом сорочку и, даже не посмотрев на то, что часы услужливо тикали пятый час ночи, Лиза рванулась в душ. Ей хотелось смыть с себя все кошмары этой ночи. И надо же только такому присниться! На какой-то краткий миг девушке даже показалось, что в зеркале над раковиной мелькнуло что-то. Однако это сознание услужливо списала на обрывки сна. Стоя под прохладным душем, Лиза осознавала, что спать она ляжет в родительской спальне. Утром сменит у себя простыни и все это забудется как страшный сон. О, а вот и повод не идти в школу!

Выбравшись из душа, девушка подхватила с тумбочки телефон и спешно набрала сообщение Валентайну, уведомляя о том, что ночью ее мучили кошмары и дескать в школу она не явится. Лиза отложила телефон, даже не заметив, что вампир сообщение прочел почти мгновенно. И, кажется, даже что-то писал в ответ.

Вернувшись к себе в спальню чтобы забрать оттуда ночник, Лиза так и замерла в дверном проеме, придерживая полотенце где-то на уровне груди.

В глубине комнаты сверкнули два изумруда. А затем, привыкнув к полумраку, взгляд выхватил и фигуру парня, растянувшегося на кровати девушки. И, судя по всему, глаза-изумруды принадлежали явно ему. И голос-патока тоже, кажется.

— Доброй ночи…

========== Глава 11 - Заманчивые искушения ==========

— Сладко спалось?

Мягкий вкрадчивый шепот. Голос, раздающийся словно из далекого прошлого, но на деле звучащий так близко. Легкая волна дрожи по телу, словно пером щекочут. А он все еще здесь, тот самый голос, бархатный баритон с нотками чего-то отдаленно напоминающего рык. Словно… прямо над ухом.

Лиза успела только вскрикнуть и сделать шаг назад, как ночной гость уже поднялся с кровати и успел преодолеть разделявшее их расстояние. Теперь его бледные пальцы покоились на шее девушки, не давая ей отступить, не перекрывая доступ воздуха, просто с каждой секундой все сильнее подламывая ее и без того слабое психическое здоровье.

— Кто ты? — прошипела Лиза, силясь сглотнуть вставший в горле ком.

Выхваченное из мрака лишь тонкой полоской света от ночника, лицо парня казалось ей знакомым. Довольно мягкие черты, пронзительно-зеленые глаза, светлая челка и какой-то абсолютно дурацкий пирсинг на брови. И в ту секунду, когда мозг очнулся, подкидывая воспоминаний, парень тут же расплылся в довольной улыбке.

— Узнала меня, Лиза?

— Какого…

Парень ей договорить решительно не позволил, одним легким движением, словно бы Лиза была не тяжелее куклы, разворачивая ее и отталкивая от себя. Выругавшись, девушка завалилась на кровать. На простыни, которые больше не казались ей влажными. Словно все это было игрой не в меру богатого воображения. Фантазиями воспаленного сознания.

— Признайся, что тебе понравились эти милые сны, — гость невинно улыбнулся, присаживаясь на край постели и нависая над Лизой.

— Это… твоих рук дело? — практически не слыша своего голоса из-за бешено бьющегося сердца, отозвалась девушка.

Расплывшись в довольной улыбке, парень кивнул. В довершение своих слов он лишь с прищуром заглянул в глаза Лизе, как тут же ее мозг успешно сделал сальто, подкидывая ей сперва обрывки этих самых снов, затем куски собственных пошлых фантазий, и, лишь спустя несколько минут этой пытки, позволяя Лизе открыть глаза. Встретиться взглядом полным страха собственных мыслей с горящими глазами цвета изумруда.

— Прекрати, — взмолилась Лиза, стоило пальцам парня скользнуть с шеи куда-то ниже. — Не надо! Перестань!

— Тю, брось, — он недовольно поджал губы. — Тебе понравится. Ты же знаешь, с кем имеешь дело…

Лиза не знала, кто сейчас вжимал ее в простыни. Но она знала, что никто бы сейчас не пришел на помощь. Она видела два острых клыка во рту парня, они слишком выделялись. Видела раздвоенный язык, скользнувший по губам. И глаз. На мгновение ей показалось, что один зрачок у ночного гостя внезапно дрогнул, превращаясь в тонкую щелочку, словно у кота.

— …ты же видела меня у катка. И не отвергла.

— Что?! — Лизе оставалось только рвано выдохнуть, когда длинный тонкий язык прошелся по ее шее, выписывая круги, задев мочку уха.

— Нельзя принимать мои ухаживания, — услужливо пояснил парень. — Иначе я вот так явлюсь посреди ночи. И возьму тебя, — горячий шепот почти в губы. — Тебя отвлекли, ты не оттолкнула меня тогда. Значит, формально, все в силе. И, знаешь, что самое забавное?

Лиза лишь сильнее вжалась в подушку, силясь слиться с постелью, чтобы скрыться от предполагаемого насильника. Нет уж, не так она планировала лишиться физической невинности!

— То, что ты не в силах воспротивиться. Так уж работает моя магия, — парень пожал плечами, улыбаясь. — Не бойся, к утру все закончится, и…

Щелкнул выключатель. В комнате тут же загорелся яркий свет. На мгновение Лиза зажмурилась от этого, а уже через секунду открыла глаза и с удивлением наблюдала за тем, как ее ночной гость спешно отползал в сторону. Он соскочил с кровати и отступал куда-то к окну, глядя в дверной проем. В котором, мрачный как туча, возвышался Валентайн.

— Еще тебя тут не хватало, — прорычал вампир, опираясь о дверной косяк и бросая короткий взгляд на кутающуюся в одеяло Лизу. — Все в порядке?..

Девушке, возможно, показалось, но в его голосе на краткое мгновение проскочили нотки не то обеспокоенности, не то вообще волнения.

— Я ничего не сделал, расслабься! — спешно выплюнул ночной гость, поправляя челку.

— Кто ты вообще такой?! — наконец вспылила Лиза, всплеснув руками и даже на миг забывая о том, что стоило бы придерживать на груди одеяло.

— Ага, — Валентайн тихо хохотнул, — раньше ты хотя бы представлялся своим случайным жертвам.

— Откуда ты знал, что я здесь? — парень недовольно фыркнул.

— Ты никогда не приходишь просто так. Вначале сон с Ноэлем, затем видения Лизы сегодня днем. А затем посреди ночи мне прилетает сообщение о том, что ее мучают кошмары и она в школу не пойдет. Это ведь твой почерк, — Валентайн спокойно пожал плечами.

Лиза, отдышавшись, в коем-то веке получила возможность разглядеть своего, судя по всему, нового знакомого. Все-таки он действительно выглядел как обычный подросток. Зеленоглазый блондин в кожанке, кожаных же штанах да какой-то полупрозрачной футболке. Прелесть. Влажная мечта Евы.

— Что? Мечта? — гость насторожился.

— Умолкни, — вздохнул Валентайн, одним рыком заставляя собеседника стушеваться. — Лиз, ты ведь знаешь, с кем говоришь. Он — тот, кого принято называть змеем-искусителем. Воплощение порока, если быть точнее. И рядом с ним не советую думать о чем-то, что связано с грехом, особенно плотским. Прочтет тебя как раскрытую книгу. А еще…

— У меня вообще-то есть имя, — недовольно фыркнул Змей. — Я Амадей, — он улыбнулся, — но можешь звать меня Змеем, если угодно. В конце концов…

Парень пожал плечами, слегка спуская с плеча рукав куртки и обнажая предплечье. На нем красовались узоры из золотисто-зеленой чешуи, призывно поблескивавшей в свете ламп.

— Вау, — только и выдавила из себя смущенная Лиза.

— И да, спасибо, что подумала о своей подружке, — Амадей хитро подмигнул. — Посмотрим, насколько бурно она среагирует на мою легкую магию.

— Ты про сны? — осторожно осведомилась девушка, посильнее натягивая на себя одеяло.

— Не только, — словно забыв о существовании вампира, Змей подался вперед, опираясь руками на кровать около девушки и заглядывая ей в глаза. — Признайся, в какой-то момент тебе хотелось меня поцеловать.

Лиза вздрогнула, смущенно отводя взгляд. Однако парень не позволил ей этого сделать, легко разворачивая ее лицо к себе. Черт, ответ лежал на поверхности, тут и мысли читать не надо было. И так ясно, что в присутствии привлекательного молодого парня у неопытной девушки подкашивались колени, дрожали руки, и включалось желание наконец-то попробовать что-то большее, чем невинные поцелуи. А тут еще и какая-то невыносимо приятная нега по всему телу. Магическая, не иначе. Но оттого не менее приятная.

— Хватит.

Валентайн с каким-то просто титаническим спокойствием отстранил Амадея куда подальше, позволяя Лизе спокойно выдохнуть, разорвав этот зрительный контакт.

— Она ведь не против, — криво ухмыльнулся Змей.

— Амадей, — рык сквозь плотно сжатые зубы. — Она моя. Убирайся, найди себе другую жертву.

— Оу, так?! — он отскочил, словно ошпаренный. — А можно было сразу сказать? Метку там поставить, не знаю. Штамп на лоб, мол «собственность Валентайна батьковича». А то я как идиот тут ношусь, а потом такой облом. Не солидно.

— Ну, почему же «как», — коротко хмыкнул вампир. — С глаз моих скройся, прошу. И больше никаких попыток изнасилований в общественных и не очень местах.

— А просто подружиться?

— Сгинь!

***

Благодаря авторитету Валентайна, Лиза все-таки пришла в школу в тот злополучный день. Она выглядела невыносимо уставшей, чувствовала себя так, словно по ней проехался товарный состав. Несколько раз. Взад-вперед. Потому на большой перемене Лиза с убитым видом сидела около батареи в коридоре, ожидая появления учителя, возвращения в класс Евы. Чего угодно, хоть манны небесной. Сейчас ее бы уже ничто, казалось, не удивило бы. А еще куда-то запропастился Ноэль. Он изволил сегодня в школу не являться. Не то, чтобы Лизу это прямо расстроило и огорчило, но она все-таки понимала, что в компании с ним коротать учебный день было бы куда веселее, чем вот так. В гордом одиночестве.

— Скучаешь? — словно над самым ухом раздался ласковый баритон.

Лиза вздрогнула, тут же вскочив на ноги и, повернувшись, встретилась взглядом с глазами цвета изумрудной зелени. Сглотнув, она тут же припомнила, как-как там ночью Валентайн говорил?

— Сгинь, — неуверенно прошептала девушка, отступая на шаг.

— Неа, — Амадей с улыбкой покачал головой, усаживаясь на подоконник. — Это только у Первого так работает. Тебе силенок не хватит меня прогнать.

— Первого?

— Первый падший. Валентайн, — пояснил парень, прикрывая глаза. — Вы вместе?

— Если бы, — Лиза постаралась замаскировать этот возглас под кашель. Получилось весьма сносно. — Зачем ты здесь?

— Искал жертву, — признался Змей. — Я, конечно, не инкуб. Но меня можно и так охарактеризовать. Я питаюсь сексуальной энергией как Первый питается кровью, как Нечистый…

— Сладостями? — встряла Лиза, подавляя смешок.

— Вот! Да! Тебя тоже это напрягает?! Он будет первым бессмертным существом, которое скончается от сахарного диабета! — взвился Змей. — Кстати, а вот та блондиночка, — он кивнул на проходящую по коридору Еву, — не о ней ли ты ночью упоминала?

Раздвоенный язык прошелся по губам парня, заставляя Лизу вздрогнуть. Да уж, зрелище было не то, чтобы неприятное. Но слишком уж вызывающее. Словно каждым своим жестом этот искуситель приглашал слиться с ним в танце страсти, позволяя ему питаться сексуальной энергией, даря партнерше наслаждение.

— Знаешь, мы вполне можем найти общий язык, — девушка улыбнулась, — если не будешь домогаться меня и моей подруги. Пойдет?..

— Сама ко мне придешь, — флегматично заявил Змей, закидывая в рот жвачку. — Все приходят, рано или поздно, — он на миг задумался, с прищуром глядя на Еву. — Да и вижу по ней, что место занято.

— Что?!

Лиза округлила глаза, поочередно глядя то на подругу, мило воркующую по телефону, то на Амадея. И второй, судя по его спокойному виду, если его можно было так назвать, сейчас был полностью серьезен.

— Она точно твоя подруга?..

— Я бы знала, если бы у нее был молодой человек, — Лиза, стараясь не верить Змею, покачала головой.

— Она может сама об этом еще не знать, расслабься ты, — отмахнулся парень. — Но на ней, как и на тебе, одна из наших меток.

— Какая?

— Точно не могу сказать. Погоди. Жди тут!

Ничего не объясняя, Амадей сорвался с места. Через секунду он уже подкрался к Еве и о чем-то с ней мило беседовал, судя по всему, отвешивая комплименты. А затем, наскоро распрощавшись, вернулся к Лизе.

— Не могу сказать ничего конкретного, — подавив зевок, вздохнул Змей. — Там что-то странное. Либо на ней несколько меток, и одна перекрывает другую, либо там вообще какая-то левая демоническая отметина, которую я за свои сотни лет жизни не видел.

— И как это проверить? — девушка сглотнула, глядя на подругу. — Это опасно?..

Амадей смерил Лизу оценивающим взглядом, затем что-то буркнул себе под нос и отрицательно покачал головой.

— Тебе причиняет дискомфорт то, что на тебе метка Первого? Эм, то есть, Валентайна. Не думаю. Так и с ней. Ты ведь до сегодняшнего дня даже не знала о существовании этих знаков, — он усмехнулся. — Нравится меня слушать?

— Откуда ты знаешь?..

Лиза была в растерянности. Парень говорил все настолько легко и непринужденно, что мозг отказывался воспринимать такое невообразимое количество информации сразу. Тем более после случившегося ночью, с этим жутким недосыпом. Еще и слышать это все от чужого человека. Еще и…

Лиза тихо выругалась.

— Дура, — беззлобно продолжил улыбаться Амадей. — Я не глуп, хоть и могу показаться таким. И вижу, что тебе приятно меня слушать. Не удивлюсь, если ты вздрогнешь, если я что-то прошепчу тебе на ухо.

— Брось, это все стерео… Ай! Хватит!

Стоило Змею наклониться к девушке, а его языку скользнуть от мочки ее уха вниз по шее, как Лиза буквально подпрыгнула, спешно отстраняя парня от себя.

— Настолько неприятно? — он изогнул бровь, скрещивая руки на груди.

— Нет, не то, чтобы неприятно… просто, это как-то…

— Недостойно? — подсказал Змей. — Слишком грязно для чистой и непорочной девы вроде тебя? Так бы сразу и сказала. Я подожду, — он пожал плечами. — Тебе пора на урок.

— Мы не закончили, — коротко буркнула Лиза. — Ты больше не будешь пытаться меня изнасиловать?

Искуситель отвернулся, втыкая в ухо наушник. А затем, коротко хохотнув, бросил через плечо:

— Сказал же — сама ко мне придешь. Не испугайся, когда захочешь этого. Не ты первая, не ты последняя.

И он спокойно удалился, заворачивая куда-то в сторону спортзала. Неужели собирался подыскивать себе там новую жертву? Лиза невольно поежилась, ведь сознание услужливо подсказывало ей о том, что ночью этот парень хотел ее. Тряхнув головой, девушка все-таки отогнала навязчивые воспоминания, скорее всего вызванные черной магией Искусителя. Тут же Лиза направилась в сторону кабинета литературы.

Заметив около класса знакомые пепельно-серые волосы, девушка прибавила шагу, нагоняя Ноэля у входа в класс.

— Ноэ…

Стоило заговорить, как Нечистый, спешно обернувшись, зажал девушке рот рукой. А затем, мило улыбнувшись, отпустил ее.

— Никита, ты хотела сказать? — услужливо хмыкнул он, приветственно обнимая Лизу. — Что случилось на этот раз?

— Змей был здесь, он приходил ко мне ночью! — громким шепотом выпалила Лиза, вместе с Ноэлем отходя от одноклассников, дабы их никто не подслушал.

— Оу, — он закусил губу, — и как тебе ночь с ним?..

— Его остановил Валентайн, — Лиза отмахнулась, поморщившись.

— Ну и напрасно, — Нечистый пожал плечами, глядя в окно. — Амадей — лучшее, что может случиться с девушкой в постели, насколько мне известно.

— Окстись, — девушка недовольно фыркнула, — Валентайн сказал, что я принадлежу ему, и чтобы Амадей не смел со мной ничего делать.

— Даже так? — Ноэль присвистнул. — Как видишь, ты для него определенно не на уровне мебели.

— А еще, когда Искуситель явился сюда, в школу, он искал Еву. И сказал, что на ней чья-то метка, потому он не станет ее трогать. И… я боюсь за свою подругу, Ноэль, — Лиза сглотнула, умоляюще глядя на него. — Ты можешь как-то выяснить, кто положил на нее глаз?

Нечистый не ответил. Он только тяжело вздохнул, вначале смерив взглядом Лизу, а затем глядя куда-то ей за спину, через плечо. Не понимая, что же такого скрывалось у нее за спиной, девушка все-таки соизволила обернуться. И вовремя. Через мгновение мимо нее пробежала Ева, тут же вешаясь на шею к Нечистому.

— Привет, Никита! — она радостно улыбнулась, чмокнув парня в щеку. — А почему ты сегодня так поздно?..

— Дела были, — мягко улыбнулся Ноэль, все еще спокойно глядя не на виснущую на нем девушку, а исключительно Лизе в глаза.

Ту словно водой холодной окатили. Как это? Ноэль и Ева… вместе? Нет, она, конечно, не ревновала. Но это было неприятно. Нечистый буквально несколькими днями ранее заявлял, что он не чувствует ничего к Еве, что она слишком глупа для него. А что же теперь? Он ведь буквально вчера говорил Лизе, что крепость в его лице не взять никаким штурмом, что он полностью асексуален… И?!

— Так вы, кхм, вместе? — Лиза практически не верила своему голосу.

— Ага, — довольно улыбнулась Ева. — Я всегда знала, что так будет. Это же судьба, Лиз, глянь, как мы похожи.

— Да не особо, — фыркнула девушка, отводя взгляд, — ни в профиль, ни в анфас. Исаев, — она сглотнула, — можно тебя на минутку?

Ноэль только покачал головой, с прищуром глядя на Лизу из-под полуопущенных пушистых ресниц. Он словно издевался над ней, молчаливо пытал, не давая ни единого намека, что все это могло означать.

— Я делаю то, что считаю нужным, — коротко бросил он, обнимая Еву за талию и утаскивая ее в класс.

И Лиза внезапно осознала, что уже сейчас она готова была, буквально на миг, но ей захотелось пойти к Искусителю. Двое друзей бросили ее, кажется, совсем решив забить на ее существование.

***

Трель звонка вырвала девушку из мрачных мыслей обо всем вокруг. Она почти вприпрыжку побежала к кабинету литературы, надеясь, что Валентайн сможет выкроить минутку после урока, дабы поговорить с ней. Но девушка тут же остановилась как вкопанная у самой двери, прислушиваясь к раздававшимся из-за нее голосам.

-…Анатольевича сегодня не будет. Заменять у вас буду…

Лиза отпрянула от двери, словно ошпарив руку об ее деревянную поверхность. На секунду появилась в голове шальная мысль о том, чтобы наведаться в гости к Валентайну, а затем девушка вспомнила, что они все равно должны были увидеться в районе пяти часов вечера. Ведь договаривались же о том, что он зайдет за ней, заберет к себе в гости и займется с девушкой репетиторством.

Лиза с силой сжала зубы. Захотелось плакать. Вернуться домой и разрыдаться. Ей было стыдно звонить Валентайну после того, как она заставила его сорваться к ней в гости в пятом часу ночи. А ведь в доме все еще могли оставаться следящие амулеты. А вдруг Валентайн потому не явился в школу, что Орден прознал о том, где он скрывается, и вампиру пришлось скрываться от них? От таких мыслей сердце с силой сжалось, словно его перетянули колючей проволокой.

Лиза, окончательно забив на уроки, выбралась в холл школы и упала на скамейку, ожидая перемены. Во время перемен около двери не было охраны, можно было спокойно выбраться со школы и уйти домой. Правда, оставалось еще около сорока минут урока. И Лиза понимала, что в общей сложившейся ситуации она просто ходила по лезвию ножа, рискуя каждую секунду сорваться и расплакаться. Слишком много событий за последние две недели. Психика и без того слабая была.

— Что случилось?

Лиза подняла голову, встречаясь взглядом с Амадеем. Он со вздохом опустился на скамью около девушки, выжидающе глядя на нее.

— Лучшая подруга мутит с моим другом, для обоих я теперь почти пустое место. Валентайн не явился в школу, а из-за ночных событий я волнуюсь, что он может быть в опасности, — сквозь зубы процедила девушка, кусая губы.

— Не думаю, что ему может хоть что-то угрожать. Он слишком силен. Скорее всего, не явился потому, что отправился на охоту за кровью, — Амадей пожал плечами. — А Нечистый?..

— Тот самый друг, — выплюнула Лиза. — Тошно. Он ведь не так давно заявлял, что его не интересует моя подруга. А сейчас…

— Он асексуал, — проронил Искуситель, откидываясь на спинку скамьи. — Даже моя магия не способна вызвать у него хоть минимальное желание. Так что, если он вдруг завел какие-то отношения — ему это явно выгодно, просто из деловых соображений. Потерпи, и он тебе расскажет, если вы действительно друзья.

Лиза прикрыла глаза. Она почему-то задумалась о том, насколько теплая кожа у Амадея. Словно все время у него был жар. Когда он касался ее кожи, прикосновения этих пальцев действительно обжигали. И сейчас, сидя рядом с ним, девушка чувствовала удивительное тепло.

— А удобно вообще? Жить с чешуей. С языком таким, клыками…

Искуситель с легкой улыбкой молча спустил с плеч кожанку, обнажая абсолютно чистую кожу. Затем улыбнулся во все 32, провел абсолютно обычным человеческим языком по белым зубам, без каких-либо признаков острых клыков.

— Это все легко скрыть магией, — он хмыкнул, вновь натягивая куртку на плечи. — Прикольная у тебя школа. Отсюда так и хочется свалить. Пойдем?

— Во время уроков никто нас не выпустит, — констатировала Лиза, с грустью глядя на выход.

— Пойдем, говорю!

Искуситель взял девушку за руку, потащив ее за собой и не обращая внимания на ее слабые протесты. Подойдя к охраннику, он лишь коротко заглянул ему в глаза, заставив мужчину тут же схватиться за голову и спешно отойти от двери, скрываясь в своей подсобке.

— Хах, всегда работает, — довольно улыбнулся Змей, вылетая на школьное крыльцо.

— Что ты с ним сделал?!

— Заставил его вспомнить первый секс, — невинно пожал плечами парень, спускаясь по ступеням и ведя Лизу за собой. — Подбросить тебя до дома?

— А ты на машине?..

Лиза недоверчиво осмотрела пространство перед школой, не замечая там новых машин. Да и машины Валентайна тут не было, что не могло ее не разочаровать.

— Лучше, — довольно усмехнулся Амадей, кивая девушке на припаркованный около школы мотоцикл. — Запрыгивай.

Лиза, немного подумав над предложением парня, решила, что терять ей особо-то и нечего. Потому спокойно уселась на мотоцикл позади Амадея, слегка смущаясь такой близости с ним.

— Тебе придется меня обнять, иначе я тебя потеряю, — спокойно констатировал он, натягивая перчатки на руки. — Не бойся, не укушу.

— У тебя шлем есть? — осторожно поинтересовалась Лиза, все-таки обхватывая руками тело парня.

Сквозь тонкую ткань его легкой кофты Лиза прекрасно чувствовала то, насколько накачанным был этот Искуситель. Рельефный пресс, влажная мечта любой девочки-подростка. Хотя Лиза давно уже поняла, что Амадей явно к касте дрищей не относился, она ведь видела его руки. Сильные руки, вжимавшие ее в кровать этой ночью, руки с выступающими венами. Это было красиво и…

— Нет у меня шлема, — фыркнул Амадей. — Я за всю свою долгую жизнь ни разу в аварию не попадал. Расслабься и получай удовольствие.

— Это твоя любимая фраза? — хмыкнула Лиза, опуская голову на спину парня.

— Ммм, вообще-то нет, — он улыбнулся, заводя мотор. — Но я подумаю над тем, чтобы внести ее в список.

Мотоцикл с оглушительным ревом сорвался с места, выруливая со школьного двора и через секунду выскакивая на проезжую часть, нарушая все возможные и невозможные правила дорожного движения. Лиза, до полусмерти боявшаяся скорости, лишь сильнее сцепила руки, прижимаясь всем телом к парню. Ей оставалось лишь подсказывать ему направление, в котором следовало бы ехать. Спустя пятнадцать минут мотоцикл остановился во дворе той самой новостройки, в которой Лиза и обитала.

Спрыгнув с мотоцикла, девушка тут же опустилась на ближайший бордюр, не сильно заботясь о том, чтобы не испачкать одежду. Она вскользь окинула взглядом парковку и, не найдя там машины Валентайна, с силой сжала зубы.

— Ты в порядке? — рядом на корточки опустился Амадей, заглядывая девушке в глаза.

— Не совсем, — она привстала, отряхнув пальто. — Слишком быстро. Голова кружится.

— Пойдем, проведу тебя до квартиры, — спокойно кивнул Искуситель. — Веди.

Лиза практически на автопилоте направилась к своему подъезду. Разыскала в кармане ключи от домофона, запрыгнула в пропахнувший сыростью лифт, вышла на своем этаже и, с третьей попытки попав ключом в замочную скважину, вошла в квартиру, тут же скидывая ботинки и пальто.

— Пригласишь? — раздалось у нее из-за спины.

Вздрогнув, Лиза обернулась вновь встречаясь взглядом с глазами цвета изумруда. Амадей замер перед порогом в ожидании ее ответа. Он, оказалось, тоже не мог спокойно входить в дом без приглашения.

— Но ты ведь здесь уже был, ночью, — сглотнула Лиза, делая шаг навстречу парню и останавливаясь в нескольких сантиметрах от порога.

— Я проник в дом через твой сон, — Искуситель кивнул. — Но не входил. А здесь преграда, — он носком высокого ботинка постучал по порогу. — Так что, пригласишь?

Лиза опустила глаза. Пригласить в дом опасного и коварного Змея? Пригреть змею на груди, как говорится. Она подавила тяжелый вздох, вновь встречаясь с парнем взглядом. А затем лишь покачала головой.

— Прости, но нет.

Амадей на миг закатил глаза, а затем, резко подавшись вперед, схватил девушку за предплечье и ловким движением вытянул ее на лестничную клетку.

— Ты действительно думаешь, что если бы я хотел тебя изнасиловать, меня остановил бы какой-то порог или запрет Первого? Мое раболепие пред ним — не более чем маска. Я его не боюсь.

— П-пусти, — Лиза испуганно пискнула, чувствуя, как руки парня стальным кольцом смыкаются на ее талии. — Прошу, не надо. Отпусти, мне страшно…

— Не бойся своих желаний, дурочка, — сладко прошептал Змей, вдыхая запах девушки. — Я подожду, сказал же. Пока сама не придешь ко мне.

— Ты слишком…

— Увидим.

Амадей усмехнулся, отпуская Лизу и, помахав ей рукой, удаляясь в сторону лифта. А девушка тут же рванулась в душ, желая смыть с себя все воспоминания этого дня, ужасной ночи.

========== Глава 12 - Маленькие наркотики ==========

Лиза лежала на кровати, глядя в потолок и с трудом сдерживая слезы. Она чувствовала себя поистине одинокой, брошенной и никому не нужной. И складывалось ощущение, что Валентайн не появится на обещанном ей репетиторстве по русскому языку.

Осознавая, что ей становилось все хуже и хуже с каждым мгновением, Лиза не выдержала. Сил позвонить Валентайну она в себе не нашла, говорить с Евой не хотелось, а потому… Рука девушки скользнула к сумке, выворачивая ту практически наизнанку и разыскивая злополучную бумажку с записанным на ней телефоном Ноэля. Он ведь просил позвонить, иначе обидится. А она еще ни разу не позвонила.

В трубке раздались гудки, после того как девушка дрожащими пальцами набрала номер Нечистого. Гудок… И:

— Слуша-а-аю! — радостный девичий голос на другом конце провода заставил Лизу замереть, на мгновение даже задержав дыхание.

А затем послышалась какая-то возня.

— Никогда не бери мой телефон! — рык Ноэля Лиза раньше не слышала, но сразу поняла, что он был зол. — Слушаю.

— Ноэль, — убито прошептала девушка, практически прижимая трубку к губам, — мне очень плохо. Помоги… пожалуйста. Я не могу так больше. Хочу плакать и курить.

— Успокойся, — спокойно отозвался Ноэль. — Я сейчас приеду.

И Нечистый не обманул. Спустя пол часа он появился на пороге Лизиной квартиры. Ничего в нем не изменилось. Все тот же спокойный взгляд цвета пепла, палочка от чупа-чупса торчавшая изо рта, водопадом струящиеся по плечам пряди светлых волос. Неожиданно за спиной обнаружился рюкзак, а в руке Ноэль притащил желтый шарик на ниточке.

— Привет! — он радостно улыбнулся. — Чего киснешь? Вроде как ты у нас не молочный продукт, — получив приглашение войти, Нечистый перепрыгнул порог и продолжил, — для справочки предупреждаю тебя, что Валя не любитель кисломолочных продуктов, так что…

Лиза, не дождавшись окончания монолога, бросилась к парню, руками обхватывая его шею и вжимаясь носом ему в плечо. Прямо в темно-серое пальто, пахнущее чем-то неуловимо сладким.

— Спасибо, что пришел, — подавляя всхлипы, прошептала девушка.

Не то, чтобы Ноэль этого не ожидал, но он все-таки вздрогнул. А затем отпустил шарик, позволяя тому взмыть к потолку, а сам прижал к себе вздрагивающую Лизу.

Нечистый как никто другой понимал ее нынешние чувства. Ему не хотелось говорить с ней об отношениях, была смутная надежда на то, что Лиза не станет расспрашивать про Еву. Ему бы этого не хотелось. О Валентайне речь даже не шла, это было слишком скользкой темой для и без того хрупкого душевного состояния Лизы. Потому Нечистый знал, чем девушку можно было отвлечь от всех вопросов, терзавших ее.

— У тебя балкон есть? — внезапно поинтересовался он, хитро осматривая коридор.

— Конечно, — Лиза рукавом вытерла слезы, отстраняясь. — Показать?

Ноэль кивнул, последовав за девушкой. На ходу он извлек из рюкзака пачку сигарет, протягивая ее Лизе.

— Ты серьезно? — девушка сглотнула.

— По телефону ты сказала, что хочешь плакать и курить. Сейчас избавим тебя от второго желания, а с первым разберемся чуть позже, — он улыбнулся, выходя на балкон и доставая из кармана зажигалку. — Держи.

Спустя пятнадцать минут и две сигареты, спустя запах дыма и вкус табака и ментола, эти двое вернулись в квартиру. На плечах Лизы уже покоилось пальто Ноэля, ведь на балконе было намного холоднее, чем в квартире. Тут уже Ноэль извлек из рюкзака две бутылки красного вина, попросил Лизу достать бокалы. А сам продолжил шарить по рюкзаку в поисках штопора.

Девушка попросила его отвлечь ее от грустных мыслей. И Ноэль решил сделать это самым действенным способом. Включить интересную для Лизы музыку, дать ей закурить после года завязки, налить пару бокалов вина и скрасить одиночество интересной беседой. Это он умел лучше, чем кто-либо другой. Хотя Нечистый и понимал, что это было не совсем то, в чем нуждалась девушка. Но других способов он сейчас не видел.

Ему невероятно льстило, что в момент уныния Лиза позвонила ему. Попросила о помощи, позвала к себе, впустила в дом и доверчиво, как котенок тянется к маме-кошке, прильнула к его груди, тонкими пальчиками сжимая воротник серого пальто, аккуратно опуская голову ему на плечо, стараясь на слишком пачкать одежду слезами.

Спустя несколько часов, когда стрелки уже неумолимо подползали к цифре 5, а полторы бутылки вина уже были выпиты, Ноэль потянулся за бокалом девушки в очередной раз. Лиза сидела на полу напротив него, укутавшись в плед, и краснея от алкоголя, упираясь спиной в книжный шкаф. Кажется, вино все-таки было крепленое. Сам Нечистый опьянения в принципе не чувствовал, а вот девушка…

— Опять? — она, фокусируя взгляд на бокале, кивнула на бутылку в руках Ноэля.

Уже не в первый раз она пыталась его остановить. Но Нечистый был непреклонен. Ноэль искушал. Словно он и был тем самым змеем. Словно сам Дьявол, Сатана во плоти, демон-искуситель…

— Алкоголь тебе не враг, расслабляет и отвлекает, — парень улыбнулся, наполняя бокал девушки.

— Да уж, — Лиза в очередной раз пригубила вино, чувствуя, как алкоголь мягко согревает горло и разливается по всему телу, заглядывая в каждую клеточку. — Я настолько отвлеклась от насущных проблем, что вспомнила о менее насущных.

— О чем же? — Ноэль откинулся на подушки.

— У меня нет платья на выпускной, — грустно вздохнула Лиза.

— Ай, не парься, — отмахнулся Нечистый. — Я уж думал, что там что-то действительно важное. Ты ж до выпускного можешь даже не дожить.

Девушка сглотнула, а затем спешно отпила практически пол бокала вина. К таким прямолинейным ответам жизнь ее не готовила. Правду, видимо, говорят, что когда люди пьяны — они наиболее искренни.

— Ты слишком переживаешь по пустякам, — внезапно спокойно рыкнул Ноэль. — Я бессмертен и могу себе позволить не переживать вообще. А ты, — он сглотнул, — тебе, скорее всего, осталось очень мало. Твоя жизнь хрупка как китайский фарфор.

— О чем ты? — бокал в руке Лизы дрогнул.

Слова Ноэля били наотмашь. Неужели он собирался ее убить? Или же намекал на что-то?

— Никаких серьезных махинаций, — Нечистый сделал глоток вина. — Жизни проклятых очень хрупки. Ты подобна бабочке-однодневке. Научись проживать каждый день так, словно он последний. И ни о чем не жалей.

Он в очередной раз глотнул вина.

— Ты не более чем разменная монета в этой извечной битве бобра с ослом.

— Кого? — Лиза изогнула бровь, скептично глядя на бутылку вина в руке Нечистого.

— Но не для Вали.

Парень поднялся, дошел до коридора. И тут раздался шелест ключа в замке. Лиза, не успев опомниться, вздрогнула, когда раздался хлопок входной двери. А затем спешные шаги в сторону комнаты и…

— В-валентайн?! — она буквально подскочила, запутавшись в пледе и с трудом удерживаясь на ногах. — Ч-что ты здесь делаешь?..

— Это я у тебя хотел спросить, — остановившись в дверном проеме, вампир окинул комнату взглядом. — Чаевничаешь? Плюшками балуешься?

Он втянул носом воздух. Чуткий нюх вампира уловил ароматы алкоголя и табака. И от осознания этого факта стало неприятно.

— Ну, — Лиза потупила взгляд, словно ее поймали на месте преступления, — Ноэль заходил. Выпили с ним. Немного. Вот.

— По поводу? — вампир опустился на корточки напротив Лизы, забирая бокал из ее руки.

— Мне плохо было, — уклончиво отозвалась девушка, упорно изучая узоры на пледе. — А ты… зачем пришел?

— Неплохо, — вампир фыркнул, делая глоток вина и поморщившись. — Крепленое вино? Алкоголики! Ты не забыла, что мы договаривались о репетиторстве? В пять часов. А потом я написал тебе, что на пять на успеваю и буду к семи. Сейчас шесть тридцать. Ни о чем не говорит?

— Ты пунктуален, — буркнула Лиза, глотая навернувшиеся на глаза слезы.

Валентайн явился, и действие алкоголя обернулось вспять. Мозг все еще был расслаблен, а потому соображать нормально отказывался. Все переживания вылились на Лизу, обрушившись на нее подобно цунами.

— Что случилось, Лиз? Почему ты плачешь? — вампир пальцами приподнял подбородок девушки, заставляя ее заглянуть ему в глаза. — Ответь, пожалуйста.

— Тебе это не важно, забей, — Лиза отмахнулась, утыкаясь носом в сгиб локтя.

— Дорогая моя, — он вздохнул, ловя руку девушки и сжимая ее в своей. — Ты связана со мной. Мы должны больше доверять друг другу

— Это не значит, что ты должен лезть в мою личную жизнь! — вспылив, Лиза дернулась, пытаясь вырвать руку.

Вампир, не ожидавший такой резкости от зажатой Лизы, слегка подался вперед, с трудом не упав на Лизу, а только нависая над ней, упираясь свободной рукой в шкаф у нее за спиной.

— Личную? — он фыркнул, тряхнув головой и убирая из глаз черную прядь. — У тебя межличностные отношения с алкоголем? Кажется, тебе нужен не репетитор, а психиатр, — беззлобно прошипел он.

— А тебе нужен кляп, — буркнула Лиза, чувствуя, как от такой близости предательски вспыхнули щеки.

— Звучало так, словно ты хочешь меня связать, — малиновые глаза блеснули в полумраке.

Чертов вампир с его хорошим слухом. Лиза сглотнула, смущенно отводя взгляд. По крайней мере она попыталась. Валентайн все-таки отпустил ее руку, вновь заставляя девушку смотреть ему в глаза. Он словно мысли сейчас читал. Душу этим взглядом наизнанку выворачивал.

— Не скрывай от меня ничего, прошу. Будь со мной искренна. Пожалуйста, — мягко улыбнулся он.

— В словах? — Лиза всхлипнула.

— В словах, — Валентайн кивнул. — Жестах, мыслях, действиях.

Девушка прикрыла глаза, не давая себе возможности совершить глупость. А ведь так нестерпимо хотелось податься вперед, коснуться мягких губ вампира, поцеловать его и будь, что будет.

— Вставай, — Валентайн поднялся, направляясь к двери. — Одевайся потеплее, покажу тебе кое-что.

И вампир молча покинул комнату. А потом через мгновение вернулся, запустив в девушку ее курткой. И, забрав у нее плед, унес его с собой.

***

— Куда ты меня везешь?

Лиза наслаждалась прохладным вечерним воздухом, хлеставшим ее по лицу. Сидя на переднем сиденье в машине Валентайна, она слушала шум ветра за окном, мерный рев мотора. Спокойное дыхание вампира.

— В лесополосу, хоронить, — криво ухмыльнулся Валентайн. — Я на самом деле решил выехать за город. Помочь тебе проветриться.

— А зачем?..

— На самом деле, — Валентайн мягко выкрутил руль, сворачивая с основной дороги и выезжая на грунтовку, — я планировал заняться с тобой русским языком, а потом по возможности выбраться с тобой на природу.

— Но ведь на улице уже темно, зима… темнеет рано, — Лиза сглотнула. — А я ведь боюсь.

— Помню, — вампир покачал головой, останавливая машину у небольшого пригорка и выбираясь из нее. — Я рядом, тебе нечего бояться.

Он обошел машину, достал из багажника какой-то пакет, прижал его к себе и лишь затем открыл дверцу перед Лизой, подавая ей руку.

— Пойдем, — он кивнул на пригорок, — я захватил плед, термос с какао, несколько сэндвичей и пиццу. И, — резко наклонившись к Лизе, вампир прижал ее к себе, — не дрожи так, я рядом.

И, словно в подтверждение его слов, руки девушки коснулось уже знакомое мягкое пламя. Оно прокралось меж пальцев, скользнуло на рукава и осветило пространство вокруг странной пары.

— Так не страшно, — улыбнулась Лиза, наблюдая за тем, как вампир раскладывал плед на траве.

А затем, щелкнув пальцами, Валентайн поджег сложенный неподалеку от пледа костер, а сам спокойно уселся на подготовленном месте, кивая Лизе, мол, чего стоишь? И тут девушку словно молнией поразило.

— Так это здесь… ты был целый день? — она сглотнула, опускаясь на плед рядом с вампиром.

— Почти, — он улыбнулся, протягивая ей чашку какао и сэндвич с ветчиной. — Вначале я искал место для пикника, чтобы подальше от людей. Потом собирал хворост и ветки для костра, а потом отправился домой, готовился. Вспоминал, как заваривать какао.

Лиза молча уткнулась носом в плечо вампиру, обнимая его. Все эти его жесты… настолько мило, как-то, словно все происходило в подростковом сериале. Пикник на двоих, пламя костра, плед, еда и какао. И пальцы. Прохладные пальцы вампира, коснувшиеся ее скулы, невинно скользнувшие ниже, к шее. Ногти, царапнувшие артерию.

— Спасибо, что заботишься обо мне, — Лиза улыбнулась, только сильнее прижимаясь к вампиру. — Пусть и делаешь это только потому, что оберегаешь меня…

— Не потому, — Валентайн оборвал девушку на полуслове. — Моя забота — не нечто обязательное, мне просто… нравится проводить с тобой время. Заботиться о тебе. Смотреть на тебя.

Вампир заглянул Лизе в глаза, мягко улыбаясь и поглаживая большим пальцем ее щеку. Девушка, нервно вздрогнув, подалась вперед. На миг показалось, что она тонула в этих глазах цвета крови, в которых отражались плящущие вокруг блики пламени.

Губы… Четко очерченный контур бледных губ на алебастровой коже. Привлекательные, манящие губы, которые когда-то касались ее шеи. И Лизе нестерпимо хотелось податься вперед лишь сильнее, прикоснуться к этим губам. И в какой-то момент, буквально на краткий миг, Лизе показалось, что и вампир подался ей навстречу. Словно знак свыше! Лиза прильнула к груди вампира, потянувшись к желанным губам. И…

Телефонная трель заставила Лизу вздрогнуть, дернуться и отпрянуть. Да и огонь, пылавший в глазах, дрогнул и погас.

— Ответь, — вампир кивнул девушке на телефон, светивший из кармана ее куртки.

— Но…

— Давай, — Валентайн сделал глоток какао, переводя взгляд на пламя.

И Лиза, горько вздохнув, приняла звонок. А уже через секунду Ева увлеченно рассказывала ей о том, какой ее новый парень классный. Ох уж этот Никита.

***

По возвращении домой Валентайн намеренно сразу поднялся к себе. Он оставил в прихожей плед и пакет с мусором, остатками еды и термосом.

— Проклятие развивается быстрее, чем я предполагал, — вампир кивнул на шею девушки, стоило той пройти за ним в гостиную. — Я обнимал тебя, и кровь уже готова вырваться наружу. Как твое сердце?

— Не болит, — немного задумавшись, отозвалась Лиза.

— Проклятие может напомнить о себе в любой момент, — Валентайн вздохнул, падая в кресло. — Извини, но поскольку твое состояние не стабильно, я не имею права отпускать тебя домой, — констатировал вампир, выразительно глядя на Лизу.

— Но… — девушка окинула комнату взглядом, — у тебя в гостиной нет дивана! Где я буду спать?

— Значит, — он улыбнулся, — тебя волнует только это? Похвальный оптимизм. Пойдем.

Вампир вышел из комнаты, поманив Лизу за собой. Подобно тени он проскользнул по коридору, скрывшись в темной комнате. Девушке было не по себе, когда она входила туда, однако осознание того, куда она попала, спешно согрело все ее естество.

Это была спальня. Достаточно роскошная, чтобы принадлежать древнему вампиру, но не вычурная, под стать хозяину дома. Темно-серое постельное белье, малиновый балдахин у кровати. Ночник, горящий каким-то невероятно интимным желто-алым светом, словно бы это было реальное пламя.

— Ложись здесь, — вампир кивнул на кровать. — Я пойду, заварю тебе чай.

— А ты?..

— Я не нуждаюсь в сне столь же остро, как ты, — Валентайн мягко улыбнулся, — расслабься, и не переживай за меня.

Стоило вампиру покинуть спальню, как Лиза, не переодеваясь, завалилась на серое покрывало, утыкаясь носом в подушку. Вдыхая аромат Валентайна, его парфюма. Легкие нотки металла. Возможно, даже крови. Она не разбиралась. Да и узнавать особо не хотелось.

Лиза пропустила тот момент, когда вампир вернулся и водрузил чашку с чаем на тумбочку около кровати. И когда он лег напротив. Она… тоже не заметила. Скорее почувствовала, как кровь со всего тела мгновенно прилила к щекам, стоило матрасу под ней слегка прогнуться, когда Валентайн прилег напротив своей ученицы.

Оба молчали. Долго и мучительно. Глядя друг другу в глаза.

Тонкие пальцы скользнули в волосы девушки, заставляя ее щеки вспыхнуть румянцем. В полумраке комнаты этот невинный жест показался до боли близким, и каким-то интимным. Не наигранным, неожиданно искренним и…

— Далия.

Голос теплый. Определенно теплее пальцев, обжигающих своим холодом.

Сердце Лизы бешено пустилось вскачь. Мозг вырисовывал сотни вариантов ответа, словно предлагая хозяйке выиграть миллион за выбор из них правильного.

Решительно не давая девушке даже попытаться выиграть злополучный миллион, Валентайн придвинулся к Лизе, выдыхая ей в губы, сократив разделявшее их расстояние буквально до нескольких сантиметров.

— Почему не признаешься, что сердце с ума сходит? — вкрадчиво осведомился вампир.

Все это время он касался бьющейся в конвульсиях артерии на шее девушки. Но Лиза… она ведь даже не поняла, что от нее сейчас хотели.

— Из-за тебя. Сходит, — рвано выдохнула она, прикрывая на миг глаза.

— Что?..

— Очень близко, — девушка коснулась ладони Валентайна кончиками пальцев.

Его рука дрогнула. А затем вампир слегка приподнялся над подушкам, перехватывая руку девушки, сжимая ее в своей. Но не больно. Скорее как-то по-собственнически.

— Ты очень дрожишь, Лиз.

— Не от холода, — улыбнулась в ответ девушка, глядя в малиновые глаза, так завораживающе блестевшие в свете ночника.

Вампир не мог противиться навязчивым мыслям о том, что его тянуло к девушке. К его ученице. Подзащитной. К розоватым искусанным губам, глазам, цвета тумана над соленым морем. К теплым, дрожащим пальцам. Лиза казалась вампиру какой-то невыносимо невинной, чистой и непорочной. И ах! Как же тяжело было совладать с желанием замарать эту невинность. Словно она была слишком чистой для него.

В мозгу что-то щелкнуло. Верно, он поклялся защищать ее, не позволить никому причинить вред этому хрупкому существу. Не станет же Валентайн сам причинять вред этой слабой человеческой девочке.

— Давай спать, — он покачал головой, отворачиваясь и вставая с кровати. — Я налью тебе снотворного.

— А как же кровь?..

— Не критично, — отрезал вампир, качая головой. — Завтра с утра посмотрим на твое состояние. В крайнем случае — я не сплю по ночам, если тебе станет плохо — я разбужу.

Лиза опустила глаза, переворачиваясь на живот. Она уткнулась в подушку, готовая тихо всхлипнуть. Все мысли, скопившиеся за последнее время, готовились выплеснуться наружу. Действие алкоголя окончательно выветривалось, грозясь напомнить девушке о сущности бытия.

— Если хочешь сказать что-то — говори.

Валентайн остановился в шаге от девушки, глядя в окно. Он видел, что во дворе на качелях отдыхал Ноэль. И что Нечистому потребовалось здесь?.. Но он явно ждал кого-то. И, скорее всего, вампиру следовало бы спуститься к нему.

— Ноэль говорил тебе о том, что я чувствую? — с трудом выдавила из себя Лиза, подходя к окну и глядя на скучающего Нечистого.

— Да, — сквозь сжатые зубы процедил Валентайн. — Знаешь, сколько раз мне хотелось тебя поцеловать? — внезапно улыбнулся он, искоса глядя на Лизу.

— Ни разу?.. — осторожно осведомилась она, горько усмехаясь.

— Когда ты сидела у меня в машине, протягивая мне перцовый баллончик. Когда кружилась со мной на сцене. Когда я впервые явился к тебе, укусив тебя. Когда ты испугалась собственных желаний, попыталась сбежать. Когда я застал тебя с Амадеем. Когда мы были на пикнике и буквально несколько минут назад, — он зажмурился. — Как видишь, довольно-таки достойный список.

— Т-так… — голос Лизы дрогнул. — Почему? — в глазах встали слезы радости.

— Я понимал, что это все глупость. Вроде фантомных болей. Моя возлюбленная погибла из-за моей глупости, а я тянусь к тебе, потому что ты готова давать мне тепло, — холодно отрезал вампир.

— Но почему ты думаешь, что я буду такой же, как она? — всхлипнула девушка, с силой сжимая зубы. Радость в глазах тут же исчезла.

— Ты не будешь такой же! Никогда! — отрезал Валентайн. — Отношения со мной — не то, что ты ищешь! — он отвернулся, отходя.

— А чего я ищу?! — вспылила Лиза, подавляя всхлипы. — Скажи мне! А то я уже и не знаю.

— Тебе не нужен тот, кто, подобно мне, будет диктовать тебе правила, и…

— А что?! Валентайн, скажи мне, кем ты меня видишь?.. Только, — Лиза сглотнула, — правду скажи. Видишь меня подстилкой? Безвольной куклой? Игрушкой? Может, девочкой на побегушках? Говори, не стесняйся! — она вытерла рукавом слезы, безудержно покатившиеся из глаз. — Я не ищу себе домашнего диктатора, но я ищу опоры, того, кто будет мне не чужим. Кого-то…

— Своего? — Валентайн накинул плащ. — Прости. Я скоро вернусь. Ложись спать.

И, не дав Лизе и слова вставить, Валентайн вышел из квартиры, хлопнув за собой дверью. Позволяя девушке упасть на колени, опускаясь на ковер и рыдая от услышанного. От того, насколько холодно все это было сказано. От осознания собственной беспомощности.

Ей даже некуда было сбежать отсюда. Хотя очень хотелось.

========== Глава 13 - Бесславный воин ==========

— Она сбежала.

Ноэль, коротко заглянув в спальню у Валентайна, тихо хмыкнул. Он ведь почувствовал это еще тогда, когда зашел в квартиру вампира. Да и ощутил странную тревогу, поднимаясь по лестнице. Ведь буквально в этот момент мимо проехал лифт, в котором, судя по всему, и спускалась беглянка.

— Черт! — Валентайн, сжав зубы, махнул на все рукой. — Потом поговорим. Пойду за ней.

Нечистый с легкой улыбкой на губах схватил друга за предплечье, когда тот уже собирался выбежать из квартиры. Ноэль лишь покачал головой из стороны в сторону, одним коротким жестом вынуждая Валентайна остановиться.

— Куда ты собирался бежать? — он бесцветно улыбнулся. — Думаешь, она пошла бы домой? Лиза не такая дура, чтобы идти туда.

— К подруге, — коротко выплюнул Валентайн.

Он терпеть не мог Ноэля в такие секунды. Когда Нечистый смотрел на него так. Было в его взгляде что-то невыносимо тяжелое, какая-то сталь, заставлявшая вампира неотрывно вглядываться в эти глаза, словно подернутые серебристым туманом.

— У нее одна подруга. И это Ева, которая сегодня ночует у меня, — холодно отрезал Нечистый. — Ко мне она тоже не пошла бы, пока еще не достаточно доверяет.

— В школу?..

Не сдержавшись, Ноэль прыснул в кулак, позволяя Валентайну на мгновение выдохнуть. Ровно на тот краткий миг, пока он отводил взгляд холодных глаз-омутов.

— Не хуже меня знаешь, что нет. Лиза не глупая, не пошла бы в парк или еще куда-то, ведь по ночам сейчас очень холодно. А ее куртка, — он кивнул на вешалку, — осталась здесь.

— То есть Лиза сейчас замерзает где-то…

Вампир отстраненно отвел взгляд, чем вызвал удивленный вдох Ноэля. Тот явно не ожидал подобного.

— Будешь ее искать?..

Нечистый поинтересовался осторожно. Хотя в этот момент он совершенно не боялся Валентайна. Вампир был растерян, и, кажется, ему было совестно. Ведь по его вине маленькая Лиза сбежала, в слезах, наверное. Он накричал на нее, оставил одну, просто чтобы совладать с собственными эмоциями.

— Конечно.

На этот раз вампир все-таки выбежал из дому, оставив Ноэля в одиночестве в собственной квартире. Нечистый, подавив зевок, подхватил печенье из вазочки, стоявшей в прихожей, и, плюнув на все, направился к балкону. Там распахнул окно и, взобравшись на перила, расправил руки в стороны.

Какое блаженство. Он давно не делал ничего подобного. Почти забывать уже начал, что обладает магией. В присутствии Валентайна он ею особо не раскидывался, потому как не любил распространяться обо всех деталях своих способностей. А потому только сейчас Нечистый позволил себе сделать шаг вперед и, расставив руки в стороны, ощутить поток ветра, ударивший в грудь. Тот же ветер взметнул к небу пряди серебристых волос, спутывая их и играя ими. Ноэль рассмеялся, громко и как-то необычно, словно и не от радости. Буквально у самой земли, в секунде от того, чтобы повстречаться носом с асфальтом, Ноэль легко обратился в туман, больше напоминавший не то пепельную дымку, не то просто серебристый дым. Он тут же собрался воедино из своей магии, да так и остался поджидать Валентайна около его машины.

— Ты сегодня долго, — Нечистый фыркнул, стоило вампиру появиться. — Поспешим?

***

Сбежав из дома Валентайна, Лиза не знала, куда ей пойти. Она ведь понимала, что вампиру не составит труда найти ее. Тем более девушке некуда было пойти. Она знала о том, что домой идти не было смысла, Ева еще по телефону говорила ей о том, что сегодня планировала ночевать у своего новоиспеченного парня. Оставался вариант спать на улице, к утру превратившись в окоченевший труп, или же отправиться к Ордену. Оба варианта Лизе вообще как-то не улыбались. Да и, тем более, она не знала, где находилась община Ордена. Ведь оба раза ее туда отвозил Валентайн. А сейчас, в столь поздний час, уже даже маршрутки, наверное, не ходили.

Выйдя на остановку, Лиза различила огни приближающегося автобуса. Этот, скорее всего, был последним. Девушка не сильно задумывалась над тем, куда он ехал. Она просто запрыгнула в заднюю дверь и устроилась у окна, чувствуя себя максимально паршиво. Еще и сердце предательски кольнуло, напоминая о проклятии крови. Стало совсем тошно. Лиза окончательно и бесповоротно отчаялась.

Автобус вскоре выехал за черту новостроек, бесшумно проскочил несколько узких улиц и, наконец, встал на какой-то остановке, объявив ее конечной. Точкой невозврата. Лиза огляделась по сторонам. Ночной автобус завез ее в какой-то уютный спальный район с невысокими двух и трехэтажными домиками, разбросанными среди деревьев. Такой себе маленький поселок городского типа в черте города. Плюнув на все, Лиза уж было собралась звонить в первую попавшуюся дверь, просить ночлега или хотя бы погреться. А к утру она бы вернулась домой, все встало бы на свои места. Но какое-то странное, незнакомое ощущение пощекотало внутри, заставив девушку замереть.

Ей показалось, что где-то вдали, ближе к концу улицы, там, где горел фонарь, раздался чей-то оклик. Или шепот. Лиза не различила слов, но чувство было такое, словно позвали ее. Как в детстве. Живот скрутило. Мама ведь когда-то звала Лизу домой, когда они еще жили в похожем райончике. Когда девочка заигрывалась на площадке, а через весь двор раздавался крик, предвещавший беду. Это ведь означало, что маленькая Лиза опять опоздала на обед.

Сжав руки в кулаки, девушка все-таки решила проверить, не показалось ли ей. Добежав до конца улицы, она огляделась. Но, не найдя никого, кто мог бы ее звать, Лиза вздохнула, спешно выкидывая из головы милые и светлые воспоминания. В конце концов, не Патронуса же призываем.

И тут сердце девушки на секунду замерло, а затем ухнуло куда-то вниз. Тусклый фонарь два раза мигнул и погас. Только маленькая искорка на миг блеснула где-то, где секундой ранее горел теплый свет. Сейчас же пустая улица погрузилась в сумеречную, мрачную, пугающую ночную тишину. Лиза мысленно выругалась, срочно оглядываясь по сторонам. Она вытянула телефон из кармана, спешно освещая пространство вокруг себя. Девушка поняла, что фонарь стоял около трехэтажного домика. И, на удивление, в одном из окон второго этажа горел свет. Значит, кто-то еще не спал!

Лиза забежала в подъезд, благо, он был открыт, и пулей взлетела на второй этаж. Дрожащей от холода и страха рукой девушка коснулась кнопки звонка. Тот не работал. Чертыхнувшись, Лиза костяшками пальцев с опаской постучала по дубовой поверхности двери. Сперва ничего не произошло. А спустя минуту, когда девушка уже почти отчаялась, из-за двери раздался шорох, а затем и скрип замка. Лиза, тихо пискнув, отпрыгнула в сторону, когда дверь все-таки резко открылась, чуть не сбив ее с ног.

— Привет.

Лиза встретилась взглядом с хозяином квартиры. И, сглотнув, сделала шаг назад, чуть не врезавшись в перила.

— Говорил же, сама ко мне придешь, — Амадей улыбнулся, опираясь о дверной косяк. — Какими судьбами?..

Лиза окинула его взглядом. Руки парня от плеча до середины предплечья действительно покрывали зеленые позолоченные чешуйки. Змей выглядел как-то по-домашнему. В серой обтягивающей майке да каких-то домашних спортивных штанах, босиком. И, судя по всему, Лиза его выдернула из полудремы.

— Сбежала от Валентайна, — она отвела взгляд. — Пустишь?

— А он искать тебя не будет? А то я боюсь гнева вышестоящих инстанций, — Амадей поджал губы. — Шучу, мне фиолетово. Проходи. Как ты меня нашла?

— Случайно к тебе попала, клянусь, — девушка сделала шаг вперед и, пискнув, тут же угодила в приветственные объятия хозяина квартиры.

— Такого не бывает. Я звал тебя, — Амадей хитро улыбнулся, — и сейчас ты была готова придти ко мне. И пришла, неосознанно.

Лиза лишь пожала плечами, позволяя парню обнимать ее.

***

Оказалось, что район, в который Лизу привез случайный автобус, оказался не то, чтобы приличным. А, как сказала бы Ева, до «неприличия мажорным». Амадей, судя по всему, любил жить на широкую ногу. Лиза даже в отелях не видела таких просторных и светлых апартаментов. Это была уютная двухэтажная квартира с очень теплым полом и кремовыми обоями, которые к низу и на углах украшала пробковая облицовка.

Просторная кухня с барной стойкой и широким столом была похожа на кусочек деревенского домика. Имитация кирпичной кладки на стенах, каменная же плитка на полу, все из натурального дерева. А еще здесь пахло хвоей. Амадей объяснил, что ему нравился запах можжевельника, поэтому в доме можно было периодически наткнуться на небольшие связки пахучих веток. Хотя в этом доме запахи в принципе смешивались самые неожиданные. В ванной комнате, куда Лиза зашла помыть руки, прямо над раковиной горел огонек в курильнице, а по всей ванне носился стойкий аромат ладана. Амадей пожимал плечами, мол, люблю разные запахи, вот и все. И пахло в доме действительно приятно, хоть и странновато слегка.

Казалось, что дом ни разу не подходил хозяину. Амадей — веселый, разгульный парень, да, что уж говорить, сам Змей! Искуситель, черт побери! А живет в невероятно уютном и светлом доме, распихивая тут и там ароматические свечи, ладан и, кажется, в гостиной курилась индийская ароматическая палочка, слишком уж явный аромат сандалового дерева вместе с легким дымком витал по коридору. Этому человеку Лиза мысленно дорисовывала раздвоенный язык даже тогда, когда он его не показывал. И, по ее скромным предположениям, жить подобный фрукт должен был либо в современной квартире стиля хай-тек, либо в мрачном доме с кожаными креслами и свечами на люстрах, либо, на худой конец-то, в какой-то маленькой квартирке в эко-стиле, со всякими пресмыкающимися в аквариумах под каждой стеной. На деле же…

— У тебя тут уютно, — девушка уселась за столом на кухне, наблюдая за хозяином квартиры.

Амадей не выглядел напряженным. Он словно ожидал, что Лиза заявится именно в этот вечер, ни минутой раньше или позже. Парень спокойно кивнул, улыбнувшись в знак благодарности. Лиза уже заметила, что он полностью сосредотачивался на том, что делал. И в этот момент парень отсчитывал ложки сахара. Уже через минуту он водрузил на стол две чашки жасминового чая. Лиза принюхалась, довольно улыбаясь.

— Чай тоже выбрал из-за аромата?

— Нет, — Амадей откинулся на спинку стула, — не только. Он еще и невыносимо вкусный.

Лиза, подув на чай, аккуратно пригубила его. Горячая жидкость обожгла язык и пищевод, но это все равно оказался один из вкуснейших чаев, которые Лиза когда-либо пила.

— У меня когда-то был жасминовый чай, — пробормотала она, отводя взгляд, — правда, не получалось также вкусно.

— Он вкуснее с большим количеством сахара, — Амадей пожал плечами. — Так, ладно. Я не выгляжу приветливым хозяином, так что… ты голодна?

Лиза нервно улыбнулась, кивнув и практически роняя голову на стол. Она уж было подумала, что Искуситель решит расспросить ее о причинах побега от Валентайна. На сердце было неспокойно. Все-таки она сейчас планировала провести ночь у практически чужого человека, которому пока еще не могла полностью доверять. И в то же время она переживала за Амадея, ведь Валентайн мог не сильно обрадоваться, если бы все-таки нашел ее здесь, с ним. Хотя, а не безразлично ли ему было?

— Окей.

Парень поднялся с места, открыл холодильник, извлек оттуда пол банки соленых огурцов и коробку с одним кусочком пиццы. Вздохнул, пожал плечами и спешно спрятал этот позор от любопытных глаз Лизы.

— Тогда я закажу пиццу. Ты будешь? — он невинно улыбнулся.

— Не стоит, — Лиза замялась, — я не люблю пиццу с морепродуктами, например…

— И с ананасами. Я в курсе.

— Но откуда? — Лиза удивленно округлила глаза. С ним она еще не откровенничала.

Амадей в один шаг преодолел разделявшее их расстояние и, опершись руками о стол по бокам от Лизы, облизнулся.

— Во сне мозг человека наиболее беззащитен, — губы Искусителя исказила усмешка. — Я знаю о тебе все, что ты не особо скрывала от посторонних. Никаких глубинных тайн, их сознание даже во сне неохотно выдает. Но твои вкусы — вполне, — он невинно пожал плечами, а раздвоенный язык скользнул по губам. — Так что на счет пиццы?

Лиза, сглотнув, сжалась на стуле, вжавшись в его спинку. Сердце несколько раз с особой силой ударилось об грудную клетку, заставив ее поморщиться от неприятного ощущения. Благо, Амадей не придал этому никакого значения.

— Не стоит, правда, — она натянуто улыбнулась. — Я и так обременяю тебя.

— Пойдем в гостиную, если ты допила, — парень коротко кивнул на чашку, которую Лиза нервно сжимала в руках. — Там уютнее.

Он не дождался ответа. Покинул кухню, поманив девушку за собой. А она, не смея не повиноваться, спешно допивая чай, бросилась за ним в светлую гостиную. Там Змей огляделся по сторонам, зевнул, словно очень скучал или же хотел спать, а затем просто завалился на широкий кожаный диван, по цвету напоминавший пепел. При большом желании на этом диване спокойно могли бы спать три человека, и то еще бы место осталось. Амадей кивнул девушке на место около себя, а сам перевернулся на спину, глядя в потолок, украшенный круглыми маленькими лампочками.

— Расскажешь что-то? — он поджал губы, стоило Лизе прилечь подле него.

— Слушай, а существуют ещё всякие мифические существа? — Лиза задумчиво прикрыла глаза. — Оборотни там, феи всякие.

— Лиз, — Амадей хохотнул. — Мы не вампиры в привычном людям понимании, даже Валентайн. Солнце, серебро, глупые молитвы и распятия нас пугают не более чем обычных людей. Мы — грехи и пороки этого мира, его самая темная сторона. В обычном понимании — что-то вроде демонов, бесов. А вся остальная магическая пурга — тоже про нас, ведь бесов есть сотни видов, подвидов и тому подобных.

— Откуда же тогда все эти легенды? — Лиза приподнялась на локтях, глядя на парня круглыми от удивления глазами.

— Мы сами создали их. Чтобы укрыть наш мир пеленой людских фантазий, — он перевернулся на бок, глядя на девушку. — И вообще, я просил тебя о чем-то рассказать. А вещаю сам.

— Говорил же, что мне приятно тебя слушать, — Лиза мягко улыбнулась, отводя взгляд. — Кстати. Я тут заметила интересную закономерность. У каждого из вас есть что-то вроде… ну, титулов.

— Вроде того, что Валентайн — Первый падший, Кровавая Луна или Возлюбленный смерти?

— Да… я даже не слышала ничего, кроме первого. Так вот, — она тряхнула головой, — у тебя ведь наверняка тоже есть нечто подобное? Расскажи.

Больше книг на сайте - Knigoed.net

Амадей вновь откинулся на диван, закрывая глаза и словно погружаясь в воспоминания. Во времена, когда его узнавали в каждом уголке Европы. Когда разврат был естественным повсюду, даже в церквях и монастырях. Стоило туда явиться Искусителю, как в келье начиналась оргия. Когда у него еще были длинные волосы, он носил все черное и нередко обнажал свою чешую на руках и ногах, заставляя набожных людей креститься. Священники звали его еретиком, а Змей легко касался их, заставляя поцеловаться.

— Веселое было времечко, — парень закусил губу. — Меня звали Змеем-искусителем постоянно. А Нечистый прозвал меня Бесславным воином.

— Почему?..

— Пока все сражались где-то в полях да лесах, проливали кровь, охотились на медведя или оленя, я же охотился лишь за девушками, за пошлыми мыслями и искушал, делал это постоянно. Я вел свою битву, которая, как видишь, не принесла мне особой славы в те времена, — он пожал плечами. — Не жалею об этом.

Он подавил тяжелый вздох, вспоминая, как его все-таки изловили фанатики. Ох уж эти верующие люди. Именно из таких и вырос существующий ныне Орден. Они тогда связали его, в цепях притащили в церковь, планировали сжечь на костре. Но сперва были пытки. Много пыток.

— Церковники прозвали меня Черной кровью. Потому что когда они решились пытать меня, выяснилось, что кровь в моих венах черная как нефть. Не знаю, почему так, но прозвище прижилось. Даже не знаю, как бы меня назвал нынешний оплот Ордена, — он скривился, вспоминая, что эти набожные твари с ним делали днями и ночами, не зная устали.

— Оу… а это все еще так? — Лиза сглотнула.

— Не проверял, — Амадей пожал плечами, явно сбившись с этой темы. — А когда меня хотели сжечь на костре…

Парень зажмурился. Вспомнил, как пламя лизало его ноги. Да, он бы не умер, но боль была адская. Тогда всю площадь окутал плотный туман, скорее похожий на дым. Холодный настолько, что ресницы покрывались изморозью. Он-то и освободил заключенного Искусителя. Пламя потухло, веревки замерзли и потрескались. Амадей тогда сбежал, а на небе началось солнечное затмение. Тогда и появилось последнее прозвище.

— Меня назвали Тенью Луны. А спас меня тот, кого я ищу всю жизнь. Тот, чья сила способна день обратить в ночь, кто убивает одним прикосновением. Он никогда не показывает своего облика, и я, кажется, единственный из ныне живущих, кто еще помнит о его существовании, — он с силой сжал зубы.

— О ком ты сейчас? Явно же не о Валентайне… постой, Ноэль говорил, что Валентайн — сильнейший из ныне живущих. Что он Первый, ты ведь сам это говорил.

Амадей скривился, глядя на Лизу. А затем недовольно фыркнул, поднимаясь с дивана и направляясь к окну. Распахнул его, присел на подоконник и закурил, сжимая в пальцах тонкую сигарету.

— Первый падший — да, — короткий кивок. — Считается, что он старше всех живущих. Но мы с ним одного возраста. И я помню, что не всегда Валентайна все почитали. В то время был еще кто-то. Дьявол, наверное, — он пожал плечами, затягиваясь. — Но скорее всего это он создал нас всех. И спас меня, когда меня хотели сжечь заживо.

— А что ты о нем еще помнишь? — Лиза заинтересованно поднялась с дивана, подходя к парню.

— Ничтожно мало, — Амадей покачал головой. — Спрашивал когда-то Первого о нем, так тот вообще ничего не помнит. А я помню. Когда-то я был человеком, кажется. А потом…

Он закрыл глаза.

Потом умер. Позорно как-то. Кажется, от руки не то шлюхи, не то ее сутенера. И тогда явился Он. Некто, облаченный в плащ, цвета пепла, оставлявший за собой черный след из выжженной травы. Лица его не было видно, его почти полностью скрывала маска. Оставались видными лишь несколько прядей волос да глаза. Черные, как сама бездна, горящие серебряным пламенем. Плащ скрывал его одежду, видно было только руки. Черные, как смоль. С удлиненными пальцами, с длинными когтями. Он коснулся мертвого тела этими руками и его окутал туман. Холодный, как северный ветер, этот туман скрывал за собою все. А затем…

— Я проснулся, — Амадей закурил вторую сигарету. — Тогда помнил о себе лишь то, что я — Искуситель. В сознании полыхала обжигающим холодом одна фраза: «Отныне ты — Искуситель, и пока твои деяния грешны, ты будешь жить». И более ничего. Только недавно, не более двухсот лет назад я вспомнил то, что рассказываю. До этого же в сознании была пугающая темнота.

Он отвел взгляд. Вспомнил о том, как проснулся в холодном поту, когда в его сон явился холодный туман. А среди тумана фигура в плаще, скрывающая свое лицо. Амадей тогда не узнал его, пытался проснуться. Метался в кровати так, что чуть не упал на пол. Фигура в плаще терпеливо ждала, когда же он успокоится. А затем только и спросила: «Не узнаешь меня, или же не хочешь узнавать своего хозяина?»

С того самого дня Искуситель искал своего «хозяина», любые упоминания о нем, спрашивал у всех знакомых жителей темной стороны. Но все лишь плечами пожимали. Ноэль, правда, как-то расплывчато отозвался на вопрос о «туманном лорде». Сказал, мол, слыхал о таком, но никогда не видел. А Валентайн как-то странно взглянул на Амадея, услышав этот вопрос. А затем, зажмурившись, покачал головой, спешно уходя от разговора. Словно знал что-то.

И вот недавно, не более месяца назад, серебристый плотный туман явился вновь. На этот раз не во сне, он появился прямо здесь, в этой самой гостиной. И приказал. Дал указание своему слуге, обещая, что в конце он получит желанную награду. Увидит своего создателя, сможет к нему прикоснуться. И впервые за всю свою жизнь Амадей тогда преклонил колени, поцеловал пепельные полы плаща, обжигая руки и губы мертвенным холодом.

Он тряхнул головой, глядя на Лизу. Та, тяжело дыша, опиралась руками о подоконник. И причиной этому было явно не услышанное. Девушку трясло.

— Что с тобой? — Искуситель выкинул сигарету.

— Проклятие, — Лиза с ужасом осознавала, что сейчас даже при самом лучшем раскладе она не успела бы вернуться к Валентайну. А сердце внезапно зашлось в ужасающем марше.

— Что еще за проклятие? — он вопросительно изогнул бровь, беря девушку под локоть и отводя ее к дивану.

Амадей налил ей стакан воды, вручил и присел в кресле напротив. Окинул дрожащую девушку взглядом, наблюдал за тем, как ее губы коснулись холодного стекла. Внутри все сжалось. На миг, но Амадей почувствовал себя некомфортно. Словно холодный туман Хозяина прокрался в его тело и обосновался где-то там.

— Проклятие крови, — выдавила из себя Лиза. — Так его называл Валентайн.

— Сумеречная чума?.. — с замиранием сердца поинтересовался Амадей, глядя на Лизу как на восьмое чудо света.

И она кивнула.

Искуситель, стараясь выдерживать хрупкое душевное спокойствие, поднялся с места. Покачал головой, раздраженно что-то пробормотал себе под нос. Он никак уж не ожидал таких подробностей об обычной смертной девушке, на которую положил глаз Валентайн.

— А я-то думаю, почему вокруг тебя наши вьются, — Искуситель поморщился. — Всех носителей чумы перебили. Неужели ты… тот самый потомок Батори?

Лиза, вспомнив слова Валентайна, неуверенно кивнула. Она не понимала, чем была вызвана подобная реакция со стороны Амадея.

— Никогда бы не подумал, что ее потомки еще сохранились. Это ведь я привел ее на темную сторону, — он усмехнулся. — Так, и, напомни-ка, твоя кровь пробуждается, и ты скончаешься, если рядом не окажется вампира? — кивок. — Ты решила так изящно устроить суицид? Сбежать от Первого именно тогда, когда проклятие уже готово тебя убить? Ты ведь могла и не попасть ко мне!

— К тебе? — Лиза сглотнула. — А разве ты можешь мне чем-то помочь?..

Искуситель закатил глаза, позволяя Лизе уже через секунду увидеть то, что один его зрачок действительно сузился до размеров щелочки. А в следующую секунду Змей уже притянул девушку к себе, впившись в ее губы настойчивым поцелуем. И она не могла, просто не находила в себе сил воспротивиться ему. Только ладошками уперлась в грудь парня, силясь отстранить его от себя. От настойчивого поцелуя по телу мгновенно разлилась приятная нега, собравшаяся в тянущий комок где-то внизу живота.

Не дав Лизе опомниться, Амадей резко потянул ее за волосы, каким-то образом практически не причинив боли, и тут же впился в ее шею. Девушка пискнула, но скорее от неожиданности, чем от боли. Таковой почти не было. Видимо поцелуй Искусителя обладал какой-то особой силой, которая то ли боль снимала, то ли просто странное чувство внизу живота было тем самым возбуждением.

Амадей словно удовольствие растягивал. Пил медленно, тягуче, прижимая Лизу к себе и не давая ей ни единого шанса отстраниться.

— Хватит… прошу, — она буквально взмолилась, чувствуя уже легкое головокружение.

— Оу, — он отстранился, помогая девушке присесть на диван. — Прости, давно этим не занимался. Но это было… — он провел языком по губам, расплывшись в довольной улыбке, — очень сладко.

Лиза смущенно отвела взгляд. Это не было больно. Ни капельки. Могло ли это значить, что Амадей применял какую-то особую магию?..

— Амадей, а какая твоя… Ну, как бы. Способность? Магия, не знаю там, — Лиза слегка отодвинулась вглубь дивана.

— Я хороший любовник, — глазом не моргнув, спокойно отозвался Искуситель, с прищуром глядя на девушку. В уголке его губ все еще поблескивала алая капелька.

— И все? — Лиза скептично изогнула бровь. — Не густо, если честно.

— Вот как? — он хмыкнул и прикрыл глаза. — Я могу одним невинным прикосновением возбудить тебя до предела, намного сильнее, чем сделал это минуту назад. А затем уйти, оставив тебя неудовлетворенно мучиться. Не представляешь, какая это сладкая пытка.

— Оу. Представляю. А…

Амадей не дал ей закончить. Резко подавшись вперёд, он навис над девушкой, глядя ей в глаза и хищно улыбаясь. Лиза нервно сглотнула, глядя на то, как один из зрачков парня в очередной раз сузился. Искуситель ухмыльнулся, на секунду высунув раздвоенный язык, проводя им по губам и показывая Лизе острые змеиные клыки, на которых еще осталось немного ее крови.

— Я могу заставить любую девушку возжелать меня так сильно, что она подобно кошке будет готова наброситься на меня, — горячо прошептал Амадей, раздвоенным языком касаясь щеки девушки, вызывая дрожь во всем теле. — Могу являться во снах, вынуждая людей принимать собственную похоть. И, — он невинно улыбнулся, — как я уже говорил, я чертовски хороший любовник.

— С самооценкой у тебя, я смотрю, все в ажуре.

— В полном абажуре, — передразнил он, кивая Лизе на подушки. — Хочешь удостовериться?

— Нет! — она дернулась назад, однако парень лишь последовал за своей жертвой, только ближе нависая над ней. — Только не это, пожалуйста!

— Почему? — искренне удивился Амадей, поджимая губы. — Это же просто секс. Без обязательств. Я не предлагаю тебе ничего сверхъестественного. Почему же ты…

— Не хочу, Амадей, прошу! Не с тобой я…

Лиза покраснела, отводя взгляд. Она не могла говорить о подобных вещах столь спокойно, как это делал парень. Хотя, на то он и Искуситель. Ей ведь невыносимо хотелось согласиться сейчас на его предложение. Одно удерживало ее на месте.

— Серьезно?! — Амадей отпрянул, удивлённо пялясь на Лизу. — Тебе восемнадцать! Ты подросток! И ты… Как бы так помягче выразиться-то, — он пожевал губами, — ты невинна?

— Ну, — Лиза искренне улыбнулась, — не безгрешна, не совсем овечка. Но, в этом плане, да.

— Теперь понятно, — он устало вздохнул.

— Что?

— Почему моя магия действует на тебя не в полной мере.

Так это было не в полной мере?! Лиза побоялась представлять, каково же было тем, против кого он использовал все грани своей способности. Она вообще не была уверена, что ее фантазия была способна выписывать такие вензеля.

— Твой мозг уверен в том, что-то, что ты делаешь — неправильно, верно? — Амадей поднялся, вновь отходя к окну.

— Что, прости? — Лиза проводила его непонимающим взглядом.

— Ты ведь пришла сюда не чтобы спрятаться от Первого, — спокойно констатировал Амадей, глядя на дождь за окном. — Где-то подсознательно ты понимала, чем это все может закончиться. И ты хотела этого.

— Нет…

— Тело — да, хотело. Я чувствовал твой запах, не спорь, — Искуситель с наслаждением втянул носом воздух. — А мозг не мог смириться с тем, что маленькая и невинная Лиза добровольно идет в объятия Змея-искусителя, желая лишь одного. Почувствовать, каково это — быть с мужчиной.

Он невинно улыбнулся. Словно дитя.

Мысленно Амадей уже проклинал и себя, и эту девочку. Ведь было то, что он знал о Лизе. Чего не знал более никто. Ни Валентайн, ни, уж тем более, Ноэль.

========== Глава 14 - Туманы прошлого ==========

В седьмом часу утра в руке у Ноэля завибрировал телефон. Он сперва допил свой утренний кофе, а только потом удосужился ответить. Звонка этого он хоть и не ждал, но подобное развитие событий предвидел.

— Привет, как ночь? — Нечистый улыбнулся, глядя на спящую в его постели Еву. — Где спряталась?

— Ноэль, — Лиза на том конце провода, кажется, даже головой покачала. — Есть разговор. Только прошу тебя, не упрекай меня и не сдавай Валентайну мое местоположение. Ладно?

— За тобой куда-то заехать? — он кинул короткий взгляд на календарь. Сегодня был школьный день.

Лиза задумалась. Она не знала, стоило ли выдавать ему место, в котором она нашла себе ночлег. Но сидевший подле нее Амадей спокойно махнул рукой, мол, мне вообще без разницы, узнает ли кто-то.

— Да, будь добр. Адрес скину в СМС. И…

Нечистый насторожился. Он подозревал, кто мог приютить девушку на ночь. Но даже предположить не мог, где проживал этот кто-то.

— …знаешь что-то о Туманном лорде? Его еще хозяином тумана называют.

— При встрече расскажу.

Он отключил телефон. Теперь сомнений не оставалось, Лиза ночевала у Амадея. Больше никто не мог ей рассказать об этом. О том, кого Ноэль всю жизнь считал своим единственным предком. Иначе откуда бы он получил возможность обращаться в туман? Пусть только на краткий миг, на несколько секунд, но он мог себе это позволить.

Он вызвал такси. Оставил Еве записку и завтрак. В конце концов, она на машине. Ноэлю эта глупая девочка уже надоела, но он никак не мог понять, в нужном ли месте копал. И вот сейчас Нечистый даже не был уверен в том, обрадуется ли он, если будет прав.

***

Отложив телефон, Лиза взглянула на лениво потягивавшегося на диване Амадея. Он так и уснул в гостиной, не показав Лизе ее комнату. Так что пришлось спать рядом с ним. Благо среди ночи к девушке Амадей не приставал, потому что спал всегда настолько крепко, что над ним можно было проводить артиллерийские учения.

— За мной заедет Ноэль, — Лиза коротко улыбнулась. — Все в порядке?

— Неа, — он покачал головой.

Со вчерашнего вечера Амадей заметно помрачнел. То ли это воспоминания так на него действовали. Хотя, скорее, он выглядел как человек, о чем-то тоскующий, переживающий. Так выглядят люди, которым надо завтра сдавать годовой отчет, а у них еще даже не написано ни одной странички. Так и Амадей.

— Я тебя приютил, — он хитро усмехнулся. — И какую благодарность получу?

— Ну, — Лиза искренне задумалась. — Могу тебе суп сварить, картошки нажарить. А то у тебя в холодильнике хоть шаром покати.

— Таких предложений я ещё не получал, — Искуситель рассмеялся, поднимаясь с дивана. — Я был бы не против, но дома обычно не ем. Завтракаю я в кофейнях, обедаю в кафе, ужинаю в клубах. Не люблю засиживаться дома. Да и ты не успеешь.

— Почему?

Не успел вопрос сорваться с губ Лизы и повиснуть в воздухе, как из-за окна раздался сигнальный гудок. Это Ноэль, наклонившись к таксисту, несколько раз ткнул в руль, выманивая Лизу на свежий воздух.

— Беги, — Амадей кивнул на дверь. — Если что — заходи. Правда, я редко бываю дома. Но ты можешь позвонить, если что.

— А где мой…

Искуситель с улыбкой протянул девушке ее телефон. Она, скептично изогнув бровь, заглянула в список контактов и, после недолгих поисков обнаружила там новую запись.

— Змеюшка? — Лиза прыснула в кулак.

— И зеленое сердечко! Не забыл же? — заглянув к девушке в телефон, Амадей расплылся в довольной улыбке. — Не забыл. Беги!

— Надо было надкусанное яблоко приклеить, — фыркнула Лиза, спешно покидая квартиру Искусителя. — Спасибо, что приютил!

Она выбежала из дому, тут же запрыгнув в машину к Ноэлю. Тот мягко улыбнулся, словно решив не вспоминать о том, как он с Валентайном пол ночи искал эту гулящую особу.

— Не знаю, как ты, а я еду в школу, — он пожал плечами. — Есть свои дела там. Ты как?

— У меня выбор есть? Поеду с тобой, буду отчитываться перед Валентайном, — Лиза подавила вздох.

— Думаю, он остыл. Мы поговорили, — он продолжил мягко улыбаться одними лишь уголками губ, протягивая Лизе шоколадный батончик. — Куртку тебе привез. Думаю, по размеру подойдет.

— Не будешь упрекать? — Лиза бросила короткий взгляд на проплывающие за окнами домики.

— А мне-то какое дело? — он зевнул. — По большому счету — ты для меня должна быть пустым местом. Но я за тебя волнуюсь, потому что мы не чужие. Но я все еще не управляю твоей жизнью и не имею права винить тебя в твоих решениях. В любом случае это уже случилось.

Лиза, подавив тяжелый вздох, улыбнулась. Ноэль ей нравился в этом плане. Не лез не в свое дело, но на помощь приходил охотно. Девушка и не верила в то, что они познакомились не так давно. Да и то, при весьма специфических обстоятельствах. А сейчас он просто вез ее в школу. Сдавать на растерзание Валентайну. Но надо было ковать железо, пока еще горячо.

— Так, — Лиза осторожно коснулась плеча Нечистого, — знаешь что-то о том невнятном туманном кадре?

— Тебя Амадей надоумил? — Ноэль зевнул. — Знаю. Только ему не говори. Не доверяю я этому парню, вот и не рассказал, когда он явился ко мне с этим вопросом.

— Хорошо, — она улыбнулась. — Мы не друзья с ним, если что. Просто так получилось.

— Дело твое, — Ноэль фыркнул. — Поосторожнее с ним будь. То, что ты после этой ночи не убежала в слезах писать на него заявление об изнасиловании — большое чудо.

— Не переводи разговор!

Ноэль передразнил девушку, смешно кривляя ее. А Лиза только и нашлась, чтобы показать ему язык.

— Туманный лорд? — парень заглянул Лизе в глаза. — Если верить истории — он создал нас всех, судя по всему. Всех жителей темной стороны. Что-то вроде вселенского зла. Дьявола, возможно. Но никто из ныне живущих не видел его никогда. Так что не сильно заморачивайся на этот счет.

— Тебя послушать, так вообще ни по какому поводу париться не стоит.

— И я об этом! — он всплеснул руками. — По каждому поводу париться будешь — станешь овощем на пару!

— Амадей видел его, судя по всему, — Лиза вспомнила его слова, сказанные ночью вскользь. — По крайней мере, помнит о нем.

— Вот как? — Ноэль изумленно вскинул брови. — Я старше Амадея на несколько поколений. И привык считать себя потомком Туманного лорда. Но даже я о нем ничего конкретного не помню. А тут такое.

И больше он ничего не сказал. Просто отвел взгляд, всю дорогу смотрел в окно. Мрачнее тучи стал. Словно завидовал, что Искуситель помнил что-то о том, кого Ноэль считал единственным своим предком. Очнулся он только когда машина остановилась у школы. Расплатился с водителем, бодро выскочил на свежий воздух. Потянулся, размяв затекшие руки.

— В общем, я иду, — он кивнул на школу, — а ты решай, как хочешь. Все в порядке?

— Да, спасибо, — Лиза улыбнулась, бросая короткий взгляд на окна второго этажа. — Еще увидимся!

Она помахала Ноэлю рукой. Развернулась, коротко подумав о том, что с собой у нее не было ни тетрадей, ни учебников, ни даже ручки, на худой-то конец. Так что идти в школу было хотя бы нецелесообразно. Валентайн ей и так мозги бы промыл, так зачем делать это сейчас, если таки можно было сделать это потом? Лиза уже собиралась направиться в сторону автобусной остановки, как ее бесцеремонно потянули за руку.

— Лиза-а-а! — Ева обняла подругу, повиснув на ней и чуть было не уронив девушку на бетонные плиты перед школьным крыльцом. — Как ты, солнце?

— Сияю, как видишь, — Лиза натянуто улыбнулась. Настроение как-то слишком быстро выветривалось. — Ты что-то хотела? Я домой иду.

— Я? Вообще ничего не хотела, — Ева пожала плечами, поджимая губки.

— Тогда я пойду…

— Но кое-кто хочет с тобой познакомиться, — хитро улыбаясь, Ева кивнула куда-то Лизе за спину.

Девушка, подавив вздох полный спокойствия, обернулась. И так и осталась стоять с приоткрытым ртом. Кажется, она меньше удивилась, когда узнала, что на ней лежит древнее проклятие, когда выяснила, что ее классный руководитель — древний вампир, и даже когда узнала, что является потомком графини Батори.

— О, привет!

Лиза встретилась со взглядом глаз цвета глубокого синего моря. Собеседник расплылся в улыбке, словно предчувствовал подобную реакцию.

— Кай? — она на секунду испугалась своего же голоса. — Откуда ты тут?!

Ответа не последовало. Парень молча сгреб Лизу в свои объятия. В нос ударил знакомый еще из детства аромат ванили с легким оттенком лаванды. Горечь от встречи смешалась со сладким ароматом, подобно дурману окутавшему Лизу.

— Из Австрии, соответственно, — улыбнулся он, только сильнее прижимая к себе девушку.

— Оу, так вы, как я вижу, знакомы? — Ева удивленно приоткрыла рот. — Я хотела устроить сюрприз, а тут такое… вау! Нет, — она всплеснула руками, — я понимаю, что мир очень тесен. Но откуда вы двое знакомы?!

— Интернет, — парень пожал плечами, не спеша разнимать объятий.

Лиза даже глазам своим не особо верила. С этим парнем она общалась в сети больше пяти лет подряд. Но это было так давно. Уже два года прошло. Она знала о нем то, что родом он был из России, но жил в Вене по определенным причинам. В свое время они вынуждены были прекратить общение из-за того, что кто-то взломал аккаунт Лизы. Его заблокировали, а девушке не удалось его восстановить. Никаких контактов, конечно же, не осталось. Лиза только пол года назад перестала пересматривать сохраненные в телефоне фото парня.

Он много путешествовал, так что там были фотографии из Рима и Берлина, Парижа и Лондона. Больше всего из Ватикана. Кай всегда восхищался этим государством. Знал все об ее истории и культуре. Сам он учился на архитектора, так что о постройках Ватикана Лиза слушала порою часами, отдавая этому свои бессонные ночи, тратя на это общение весь мобильный Интернет и получая замечания в дневник за то, что сидела в телефоне на уроках.

И вот сейчас ее первая влюбленность, парень, которого она до недавнего времени практически боготворила, стоял перед ней. Те самые волосы. Редкий пепельный блондин, как Лиза привыкла его называть. Бездонная синева больших глаз. Пушистые ресницы, пухлые губы с небольшим шрамом в уголке. Ямочки на щеках. Он словно и не изменился.

— Зачем ты приехал? — девушка сглотнула, отпрянув. Кажется, их объятия на пороге школы затянулись.

— Решил посетить историческую родину после окончания учебы, — Кай улыбнулся. — Не хочешь прогулять со мной уроки? Очень хочу с тобой пообщаться!

— Да, я не против, — Лиза смущенно отвела взгляд, коротко стрельнув им по окнам второго этажа. — Постой, а Еву ты откуда знаешь?

— Случайно нашел ее страничку в социальной сети, нашел там фото с тобой. Удивился, тут же написал ей. Если бы не она, долго бы еще искал тебя, — он продолжал широко и белозубо улыбаться.

Ему бы в актеры, моделью идти работать, а он в архитекторы подался. Что за человек.

— Мне вас оставить? — Ева хитро улыбнулась.

— Будь добра, — Лиза фыркнула.

Не все же только ей налаживать личную жизнь.

— Спасибо за помощь! — Кай помахал Еве рукой, провожая ее взглядом. — Идем, перекусим. Ты голодна? Покажи мне ближайшее кафе, угощаю.

А Лиза не зря смотрела на окна второго этажа. Там, пристально наблюдая за ней и ее другом, стоял Валентайн. Рядом на подоконнике сидел, болтая ногами, Ноэль. И оба сейчас не выглядели довольными.

— Дело дрянь, — процедил сквозь зубы вампир.

— Ага, — Нечистый вынул изо рта чупа-чупс, — вы очень вовремя поссорились. И к ней незаметно подкрался этот господин.

Валентайн не ответил. Он молча проводил девушку взглядом, до боли сжимая руки в кулаки. Ногти впивались в кожу. До крови. Боль всегда отрезвляла. Но сейчас не помогала даже она.

— Что же это, — Ноэль кивнул на руки друга, — ты ревнуешь?

— Черт, — Валентайн сделал шаг назад, отходя от окна, — да!

Нечистый с улыбкой покачал головой.

— Если влюбился в нее, — он прищурился, — лучше сказать сейчас.

— Почему ты не ликуешь? — Валентайн перебил друга, холодно глядя на него. — Ты ведь оказался прав.

Ноэль со вздохом отвел взгляд, пиная носком ботинка парту. Да, он был прав. И то, что он искал последние несколько недель, сейчас было у него практически на ладони.

— Я не могу просто так избавиться от улики, — уклончиво отозвался Нечистый, избегая смотреть в глаза другу.

— Будешь ждать, когда это обернется против нее? — Валентайн кивнул в сторону удаляющейся Лизы. — Я ведь не прощу себе, если с ней что-то случится

Ноэль тихо выругался, покидая кабинет. Он всегда знал, что если найдет то, что искал — от этого следовало бы избавиться. Но в первый раз в жизни Нечистый опасался за последствия. Кто знал, что об этом могла подумать Лиза? Да и, сдавалось ему, что за происходящим наблюдал кто-то, намного более могущественный, чем могло показаться на первый взгляд. А потому впервые за многие десятилетия Ноэль действительно волновался, боясь сделать неправильный выбор.

***

Лиза не слишком верила в происходящее. Она сидела в уютном подвальном кафе, попивая чай и ожидая, когда же ей принесут заказанную тарелку картошки фри. А рядом с ней на диванчике сидел тот самый Кай, с которым она когда-то переписывалась в сети. Только теперь он был настоящий. Живой. Материальный. Из плоти и крови. От осознания этого голова шла кругом.

— Давно дружишь с Евой?

Он задавал какие-то такие милые и невинные вопросы, что даже на душе становилось легче. Но какой-то неприятной сладостью веяло от этого всего. Вроде бы искренне спрашивал, но как-то наигранно это выглядело со стороны. Как в дешевой мелодраме. Ну, не бывает так, чтобы человека интересовало только что-то поверхностное. Чтобы не лез он ворошить ваши общие воспоминания, не бороздил затянувшиеся раны, не копался в душе на признаки наличия в ней шрамов. Словно Кай вообще не из этого мира был. Он так разительно отличался от всего окружения Лизы, что от этого просто сносило башню.

Не похожий на веселую и болтливую Еву, он был умен и интересен в общении. Не такой холодный и отстраненный как Валентайн, парень не выглядел мрачным, не казался далеким. Он не снисходил до диалога, а просто общался с Лизой как с равной себе, хоть и был намного умнее, образованнее, начитаннее. Это был ни разу не улыбчивый Ноэль со сладостями в карманах, он не лез в душу, не выворачивал ее наизнанку. А если и делал это когда-то, то настолько аккуратно, словно под наркозом, это нельзя было ощутить. Лиза осознавала, что Кай казался ей каким-то… не таким. Спустя два года он стал слишком идеальным. Особенно тем, что он был здесь. Живой. Материальный. И далее, по списку.

— Где-то с конца младшей школы, — Лиза пожала плечами, глядя на пляшущий огонек свечи на столе.

— А почему не рассказывала о ней? — он искренне изумился.

— Да все как-то не к месту было, что ли.

Девушка растерялась от такой искренности. Невинной открытости парня. Он словно открывал свою душу нараспашку, готовый впустить туда первого встречного. Вообще не опасался последствий. И это, как ни странно, напрягало и пугало. Что же ты за человек такой, если тебе вообще нечего скрывать?

— А ты… надолго приехал? — Лиза сглотнула.

— Ну, это моя историческая родина, — Кай продолжил улыбаться. — У меня здесь даже квартира осталась от прабабушки. Ее сдавали раньше, но незадолго до моего приезда родители постояльцев выселили. Так что я планирую здесь какое-то время пожить.

— Круто…

Девушка отчаянно не знала, что сказать. Заказ, казалось, не несли уже целую вечность, и это напрягало. Необходимо было как-то поддерживать диалог, а для этого нужно было срочно придумать тему. Лиза вскользь пробежалась взглядом по одежде парня, его лицу, рукам. Ничего. И тут, почти отчаявшись найти тему для разговора…

— Ты верующий? — Лиза кивнула на крестик на шее парня.

— Ну, — Кая, кажется, даже слегка смутил подобный вопрос, — да, конечно.

— Никогда не говорил об этом. Можно взглянуть? — Лиза потянулась к крестику.

Парень не протестовал. Она коснулась цепочки. Руки тут же обожгло, словно девушка дотрагивалась до раскаленного металла. Она виду, конечно, не подала. Но крест такой девушка уже точно где-то видела. Не то, чтобы она прямо на глаз разбиралась в нательных крестиках, нет. Просто на крестике была какая-то странная насечка, прямо посредине.

— Интересуешься религией? — Кай улыбнулся, заправляя Лизе прядь волос за ухо.

— Эм, — она нервно сглотнула, не ожидая подобного жеста, — нет, просто вдруг интересно стало.

— А ты, стало быть, не верующая? Крестик не носишь, — Кай смотрел на нее.

Неотрывно смотрел. Словно изучал. Или… искал что-то. Лиза тут же с ужасом осознала, что он убрал пряди волос, укрывавшие ее шею. А ведь после укуса Амадея она не удосужилась попросить у него пластырь. Значит, Кай сейчас смотрел на след от укуса. Черт!

— Эм, прости, мне нужно срочно бежать! — Лиза подскочила, накидывая на плечи куртку. — Я и забыла, что обещала зайти к своему… репетитору, — она мастерски выкрутилась, в последнюю секунду чуть не ляпнув «парню».

— Оу, прости, если задержал, — Кай удивленно проводил ее взглядом. — Я позвоню тебе вечером, хорошо? — он улыбнулся.

— Да, попроси мой номер у Евы, — Лиза сглотнула, пулей вылетая из кафе. — Пока!

Стоило ей взбежать по ступеням к выходу, как девушка взглядом зацепилась за знакомую черную машину, припаркованную поблизости. Несколько секунд раздумий, и Лиза уже запрыгнула на переднее сиденье. И вовремя. Из кафе выбежал Кай, оглядываясь по сторонам, в поисках девушки. В руках он держал оставленный ею второпях шарф, который утром Лизе вручил Ноэль.

— Не выходи, — коротко и сухо бросил Валентайн, удержав Лизу на сиденье. — Передаст через Еву. Да и Ноэль не обидится.

— Как ты меня нашел? — Лиза боялась взглянуть на вампира.

— Следовал за тобой от школы, — вздохнул он. — Я…

— Прости, что сбежала, — девушка опустила глаза, нервно сжимая в руках край кофты. — Повела себя как избалованная дура.

— Расслабься, — холодная рука легла на ее плечо, — я сам виноват не меньше. Забудем?

Она радостно кивнула и, не сдержав эмоций, обняла Валентайна, повисая у него на шее. Лиза искренне радовалась, что он не стал выяснять с ней отношения. А просто как-то, по-человечески понял и простил ей маленькую ночную выходку. Да и своей вины не отрицал. Нельзя было так жестоко бить по чувствам юной Лизы.

— Я не хочу тебя расстраивать, — Валентайн вздохнул, аккуратно поправляя волосы девушки, легко касаясь пальцами ее щеки. Лишь на миг. — Этот тип может быть действительно опасен.

Лиза проследила направление взгляда Валентайна. Он смотрел на Кая, который остановился у входа в кафе. Словно ожидая, пока Лиза вернется за забытой вещью. Или высматривая, какая машина тронется с места.

— Для тебя?! — Лиза ошалело взглянула на друга.

— В мире уже не найти того, что было бы опасно для меня. А вот ты далеко не бессмертна. А он, — Валентайн поморщился, — из Ордена.

Лиза горько улыбнулась, закусив губу. Так вот, где она еще могла видеть такой крестик. Конечно же. Крест с насечкой — символ Ордена. Насечка, обозначающая то, сколько раз их Бог являлся в мир. Они ведь верили, что когда-то должна была появиться и вторая.

— Мы с Каем знаем друг друга большую часть жизни, — Лиза сглотнула.

— Верно. Он следил за тобой. Удивляюсь, почему ты вообще дожила до моего появления, — вампир вздохнул. — Как там проклятие? Амадей помог?

— А ты ревнуешь? — она фыркнула, с усмешкой глядя на Валентайна.

Он чуть не задохнулся от распиравших его эмоций. Неужели по нему это было так заметно? Вампир даже и не подумал о том, что Лиза просто подшучивала над ним, чтобы разрядить обстановку. Поэтому:

— Да, — сквозь плотно сжатые зубы, процедил он. — Я ревную.

Лиза вначале хотела рассмеяться. Но смешок застрял у нее в горле, стоило девушке понять, что вампир не шутил.

— Ты сейчас серьезно?..

— Позови Ноэля, пусть пошутит за меня, — Валентайн выдохнул, словно сейчас сделал самое важное признание в своей жизни.

А Лиза только подалась вперед, мягко коснувшись губами холодной щеки вампира. Легкий, краткий, практически невесомый поцелуй дался ей с таким трудом, что Лиза поймала себя на том, что руки у нее тряслись. Но дрожь охватила все тело, когда Валентайн, аккуратно приподняв подбородок девушки пальцами, невинно, словно впервые, поцеловал ее. Кратко, легко. Но и этого было достаточно, чтобы сердце Лизы забилось как бешеное. А внутри у Валентайна что-то колыхнулось.

И это что-то ни разу не касалось влюбленности. Он внезапно вспомнил то, чего вспоминать не стоило. Вспомнил одно письмо, написанное на обгоревшем куске пергамента. Вспомнил почерк, которым оно было написано. И сейчас вампир внезапно усомнился в том, что он все точно знал о своем прошлом.

А тем временем он продолжал целовать свою ученицу, чувствуя влагу и соль на ее губах. И он не знал, от радости ли это, или от стыда. Но надеялся, что все-таки от радости.

***

Амадей часто возвращался домой очень поздно. Так и этим вечером он появился дома в третьем часу ночи. Скинув ботинки, он не переодеваясь прошел в гостиную, да так и упал навзничь на диван. Как был, в одежде. Уснул бы, наверное. Если бы не уже давно знакомый холод, пробравшийся под одежду.

Тут же вскочив, Искуситель с восхищением и каким-то первобытным ужасом, трепещущим в груди, наблюдал за тем, как комнату медленно заполняли клубы холодного дыма. На этот раз от него пахло ладаном. И вот туман обратился в фигуру в плаще. Недолго думая, Амадей опустился на колени перед своим создателем, тяжело дыша от переизбытка чувств.

— Ты жалок.

Голос казался холоднее стали. Он резал внезапную тишину, накрывшую комнату, подобно булатному клинку. И больно бил, заставляя Амадея вздрагивать от каждого слова.

— Хозяин, я…

— Она была у тебя в руках, — фигура в плаще не сделала ни шага, однако в тот же миг оказалась прямо около коленопреклоненного Искусителя. — А ты упустил девочку.

— Она под защитой Первого, — прошептал Змей, чувствуя, как лоб покрывается испариной.

— А ты служишь мне! — он опустился на корточки, глядя на своего слугу. — И обязан выполнять приказы. Я приказал тебе замарать эту невинную чистоту, совратить девчонку! И что же? Ты не справился даже с этим.

Амадей не понял, что толкнуло его, однако он тут же завалился на бок, корчась на полу от раздирающей изнутри боли. Его словно жгли огнем, тысячи игл вонзались в тело, а голову сжимал раскаленный обруч.

— Прошу, прекратите! — он взвыл от боли, хватаясь за голову. — Как мне искупить свою вину?!

Пытка прекратилась. Фигура в плаще выпрямилась, глядя на пресмыкающегося пред ним Змея. Хотя сейчас он скорее напоминал раздавленного слизняка.

— Жалкий червь, — тяжелый вздох. — Я даю тебе последний шанс. Иначе ты сдохнешь, перед смертью испытав на себе все то, что с тобой мечтают сделать церковники. Обещаю, я лично этим займусь.

Амадей поморщился. Ему не слишком уж хотелось вспоминать о своем позоре, от которого его спас создатель. Но, благо, он один знал об этой слабости. О том позоре. Подумать только! Великого Искусителя изловили фанатики. И, испанский стыд, пытались сжечь на костре. Только Ноэль имел право хвастать тем, сколько раз его сжигали.

— Девчонка, которая сейчас под защитой Ноэля. Займись ею. Пусть до завтра она будет самой порочной в этом городе.

— Но…

— Пусть портовые шлюхи позавидуют ее развратности. Ты понял меня? — он буквально шипел, словно выжигая каждое слово в воздухе.

— Да, хозяин.

Комментарий к Глава 14 - Туманы прошлого

- Что это за вой на болотах, Бэрримор?

- Это шипперы ликуют, сэр.

- А что за туман на болотах, Бэрримор?

- Оу, это за шипперами явилось древнее зло. Присоединиться хочет.

- И что же?

- Не принимают, сэр. Говорят, что пейринг Ева/Амадей - неканон.

========== Глава 15 - Кровавое предательство ==========

— Вы упустили проклятую.

Облаченный во все белое, окруженный витающей в воздухе дымкой ладана, явившийся в ореоле света настоятель Ордена, которого они привыкли называть Богом, витал в воздухе, зависнув в нескольких сантиметрах над землей. За спиной у него трепетали пушистые крылья. Правда, скорее для вида и антуража. Он был способен летать и без них.

— Но мы делали все, что приблизить ее к церкви!

Упираясь лбом в холодный мрамор церковных полов, перед явившимся архангелом на коленях стояли все члены Ордена. Он собрал их здесь, чтобы наказать. И указать им на их ужасающую ошибку.

— Это не ваша вина, — он мягко улыбнулся. — Я почти получил то, чего хотел.

Белые крылья вздрогнули. На пол упало перо, тут же обратившись в белого голубя и взмывая к сводам собора. Глаза явившегося смотрели с добротой и лаской, но где-то в их глубине плескалось ликование. Он уже приближался к тому, чего желал.

— Скажи нам, великий и милосердный, — голову подняла матушка Мария, робко глядя на своего Господа, — что нам делать? Чего ты добиваешься?

Он кивнул ей, показывая то, что услышал заданный вопрос. Прикрыл глаза, предаваясь воспоминаниям.

— Дети мои, — тяжелый вздох, — мы всегда разыскивали проклятых потому, что с их помощью величие мог обрести Валентайн. Верно?

Собор заполнил ропот сотен голосов. И все они, сливаясь в один общий гул, восхваляли своего Господа, соглашаясь с каждым его словом.

— Но на этот раз смерть проклятой — не наша цель, вы ведь знаете, — он улыбнулся. — Мы давно грезили о том, чтобы избавиться от древнего зла, что именуется Туманным лордом. И сейчас он тоже разыскивает девушку. Мы должны заполучить ее, использовать как приманку, и выманить того, кто за ней охотится…

— Но… — тоненький голосок из самого конца залы заставил всех обернуться, — разве это гуманно? Использовать живого человека в качестве приманки!

— Дитя мое, — голос стал строже, — проклятые — не есть люди. Они инструмент в руках зла. И мы можем спасти эту душу, вынудив ее послужить свету.

— Но…

— Ты сомневаешься? — он склонил голову набок, слегка приближаясь к толпе, заставляя ту расступиться и показать ему ту, с кем он говорил. — Ты лучше всех присутствующих знаешь о том, что означает носить в себе тьму. Не правда ли?

Девушка отступила назад, нервно сглотнув.

— Делай свое дело, — Господь кивнул ей, позволяя удалиться.

***

Ноэль прикупил себе серое пальто под цвет волос и теперь сидел на лавочке неподалеку от общины Ордена, глядя на прикрытые ворота храма. Он выжидал. Уже успел разложить пасьянс из карт, выкурить парочку сигарет, отойти за кофе и даже поболтать по телефону с Лизой. И вот, наконец, внимание парня привлекла знакомая фигура, бредущая по уютному скверу, опустив голову и глядя на асфальт под носками своих туфель.

— Какие люди, — Ноэль расплылся в улыбке, привлекая внимание Евы. — Откуда это ты?..

Он окинул взглядом сквер, намеренно не сразу глядя на собор. И вот, когда он все-таки остановился на его воротах, Ева сглотнула.

— Исповедовалась, — она улыбнулась, присаживаясь около парня на лавочку. — А ты тут какими судьбами, Никит?

— Я? — он искренне изумился. — Так живу же рядом, решил прогуляться.

Ноэль с силой стиснул зубы. Он так надеялся на то, что ошибался все это время. Что не Ева была той, кто оставлял следящие амулеты в квартире Лизы. Что не она состояла в Ордене и все это время выдавала им местоположение подруги, что она случайно подсунула ей дурацкий буклет, которым девушку заманили в Орден. Но факты и суровая реальность говорили об обратном.

— Слыхал, что здесь секта какая-то собирается, — Ноэль кивнул на собор. — Ты не из них часом?

Ева рассмеялась. Звонко и заливисто, словно ей действительно было смешно.

— Кто тебе сказал о секте? — она наигранно поджала губки. — Глупый Никитка. Это не секта, а просто церковь. И да, я туда хожу.

— Слухи разные ходят, — парень пожал плечами, стерпев то, что Ева тут же чмокнула его в щеку.

— Ой, не верь им! — она отмахнулась. — Ладно, милый, мне бежать пора.

Стоило девушке встать, как Ноэль схватил ее за руку, останавливая, силой удерживая на месте.

— Ты чего? — Ева удивленно захлопала глазками. — Пусти, мне больно!

— И ты не планируешь перестать туда ходить? — Ноэль сжал зубы.

— Что?! — Ева пискнула, пытаясь вырваться.

Но Ноэль не отпускал. Он смотрел ей в глаза, боясь от злости сломать Еве руку. Нечистый, сколько бы он ни был злым и темным духом, предательство не терпел. Это он считал главным смертным грехом, а не все эти ваши уныния и чревоугодия.

— Что здесь происходит? Ева, все в порядке?

Спокойный голос заставил Ноэля вздрогнуть, отпустив девушку и переводя взгляд на говорящего. Он сглотнул. Несколько секунд в упор смотрел на стоявшего напротив Кая. А тот, заинтересовавшись, смотрел прямо в глаза Ноэлю, словно что-то там разыскивая.

— Это кто? — парень закусил губу, глядя на Еву.

— А, — она улыбнулась, — привет, Кай. Это Никита, парень мой. Все в порядке, повздорили слегка.

— Ага, — Нечистый кивнул, прошипев это сквозь зубы.

— Ладно, мальчики, я спешу, — Ева помахала ручкой, тут же убегая от греха подальше.

Она тогда еще даже не знала, кто поджидал ее буквально в нескольких сотнях метров, за одним из деревьев сквера. Что за Змей обитал там, поджидая свою жертву, готовый в любой миг исполнить волю Хозяина.

— А мы никогда раньше не встречались? — Кай с прищуром смотрел на Ноэля, никак не понимая, видел ли его раньше.

Мысли разбегались, носились по голове как стая тараканов. Он готов был поклясться, что видел где-то этого человека. Но никак не мог вспомнить, где это было, когда. И вообще сейчас парня посетило стойкое мерзкое чувство дежавю.

— Не думаю, — Ноэль покачал головой. — Я бы запомнил.

— Тогда давай знакомиться, — парень примирительно улыбнулся, — я Кай.

Он протянул руку для рукопожатия, и вот тут Ноэль сделал шаг назад, с презрением глядя на собеседника. Тот удивленно пожал плечами, мол, что такое?

— Не приемлю тактильный контакт с чужими людьми, — спокойно отозвался Ноэль. — Удачного вечера.

Он развернулся, спешно удаляясь туда же, куда ушла Ева. Правда, слишком рано свернул с аллеи, чтобы еще предотвратить встречу девушки с Искусителем.

Нечистый понимал, что ему срочно нужно было что-то сделать с девушкой. И никак не мог смириться с тем, насколько больно придется сделать Лизе.

***

Лиза сидела у себя дома, пытаясь заучить очередной раздражающий стих по русской литературе. В доме было прохладно, потому что окно в кухне девушка оставила приоткрытым, дабы проветрить. За время ее отсутствия воздух в квартире застоялся, став каким-то затхлым, липким и очень неприятным. На улице уже темнело, и Лиза включила в комнате верхний свет.

После поцелуя Валентайна прошло чуть больше суток. На следующий день он строго-настрого наказал Лизе не являться в школу и отоспаться. Она была не против, поэтому весь день провалялась в кровати. Девушка не знала, как теперь можно было назвать их отношения с вампиром. Но губы все еще жгло, стоило вспомнить только об этом поцелуе. Она не планировала выяснять отношения с вампиром ровно до тех пор, пока он сам не заговорил бы об этом. Но в школу все-таки имело смысл явиться, хотя бы раз в неделю. Тем боле Лиза хотела поболтать с Евой об ее отношениях с Ноэлем.

Девушка отложила учебник, решившись смотаться на кухню и заварить себе кофе. Голова уже переставала соображать, ей отчаянно нужен был очередной заряд бодрости. И заряд таки пришел, стоило девушке выйти в коридор. Слабый свет от телефона выхватил из полумрака кусок коридора. И Лиза, сглотнув, посветила себе под ноги. По полу клубился туман, вылизывая стены и заползая в комнату. И сочился он как раз из-под кухонной двери. Ведь именно на кухне окно таки не было закрыто. Дрожащей рукой Лиза потянула на себя кухонную дверь, на цыпочках проходя во мрак кухни. Она щелкнула выключателем, и лампочка, загоревшись на миг, предательски перегорела. Растеряв остатки смелости, девушка спешно развернулась, планируя из кухни все-таки свалить. И тут же она взвизгнула, чуть не врезавшись в фигуру в плаще, стоявшую у нее за спиной. Девушка отскочила на метр, врезавшись в стол.

— Ты кто?! — Лиза, поборов дрожь в руках, спешно нажала на телефоне кнопку диктофона, тут же откладывая его на стол.

— Ты слишком много интересовалась обо мне, — фигура в плаще пошатнулась, делая шаг к девушке. — Так ничего и не удалось выяснить?

Девушка сглотнула. Ну, стыдно было признаваться, что она действительно практически ничего не узнала.

— Ты создаешь всех темных существ.

— Значит, и к твоему созданию приложил руку, — его губы, скрытые под бинтами, исказила улыбка. — Ты ведь проклятая кровь. Темная.

Голос мягкий, обволакивающий, одурманивающий. Его действительно было приятно слушать. В уши лился подобно патоке.

— Почему ты не общаешься с Ноэлем? — Лиза нахмурилась. — Ты ведь его предок!

Фигура в плаще удивленно замерла. Девушка несколько секунд наблюдала за тем, как полы плаща причудливо взмывали вверх и вниз, качаясь подобно волнам. Они извивались, перекатывались и в почти полной темноте кухни были похожи на песчаные барханы.

Тут же Лиза для себя отметила, что таким же образом себя вели и редкие пряди волос гостя, только те из них, что выглядывали из-под накинутого на голову капюшона. Они тоже взмывали в воздух, извивались как водоросли или мурены, а затем вновь опускались вниз.

— Он не заслужил. Но я удивлен. Волнуешься за Нечистого?

— Он мой друг, — девушка отвела взгляд.

Она понимала, что не сможет бесконечно заговаривать зубы собеседнику. В конце концов, он сделает то, что собирался. Не просто же так явился.

— Я, кажется, голос твой где-то слышала. Больно уж знакомым кажется, — Лиза поморщилась, пытаясь напрячь память.

— Слышала, — он тихо хохотнул. — Мой голос очень узнаваем.

Девушка вздрогнула. В эту секунду гость заговорил голосом Ноэля. Точь в точь передав даже его интонации.

— Его почему-то узнает каждый, — Лиза сглотнула, услышав голос Валентайна. — Но не каждый готов узнать в нем меня, — девушка тряхнула головой, стоило гостю заговорить голосом Евы.

Вдоволь напользовавшись своими способностями, гость сделал шаг к Лизе, позволяя туману ринуться к ней, окутать девушку до пояса, заставив ее дрожать и обхватывать себя руками в попытках согреться.

— На самом деле я пришел посочувствовать тебе, — он улыбнулся, стоя к девушке вплотную.

— Ч-что?..

— Тебя окружают одни предатели, — шепот раздался прямо над ухом, гость наклонился к Лизе, вынудив ее вжаться в стол. — Друзья скрывают от тебя все, что не подходит под их ложь. Подруги используют тебя. И смерть идет по пятам. Скоро ты все потеряешь, — он тихо хохотнул. — Тогда и преклонишь предо мной колени.

И, пока Лиза не успела опомниться, туман взмыл в воздух, вытекая в открытое окно. Он рассеялся буквально за несколько секунд. А вместе с туманом исчез и его хозяин. Девушка, держась руками за голову, осела на пол. Туманный лорд умел эффектно уйти, нагнать страха и заставить задуматься. В конце концов, если его считали древнейшим злом, он мог действительно знать что-то, что было недоступно обычным жителям темной стороны.

В любом случае у Лизы уже не было возможности это узнать. Туман летел над городом, срывая на своем пути линии электропередач, заставляя птиц замерзать и падать на землю замертво. Летел он быстро настолько, что никто из людей даже не успевал это заметить. А вот все темные настораживались, когда туман оказывался рядом с ними. Они чувствовали его приближение заранее. Да и члены Ордена поднимали головы к небу, стискивая зубы и надеясь на то, что Туманный лорд не планировал явиться по их души.

А туман тем временем покинул район новостроек и окутал уже знакомый дом, просочившись в открытое окно второго этажа и сгущаясь в уже знакомой гостиной. Он вновь явился к Амадею. А тот, словно ожидая этого, сразу же опустился на колени, не поднимая глаз на Хозяина.

— Я выполнил ваш приказ, — прошептал он.

В тумане каждое слово раздавалось звенящим эхом, словно отражаясь от капель, витавших в воздухе. Гость расплылся в довольной улыбке.

— Я был уверен, что ты справишься. Ведь я сам когда-то дал тебе силу, — он отвел взгляд, скрещивая руки на груди. — Встань.

Искуситель поднялся с колен, встречаясь взглядом с хозяином. Его глаза. Черное глазное яблоко и белый зрачок, словно пылающий серебристым пламенем. Это было завораживающее зрелище. И белоснежные ресницы, словно облепленные инеем.

— Ты действительно способен совратить кого захочется? — лорд склонил голову набок, прищурившись.

Амадей выдохнул сквозь плотно сжатые зубы. И, неожиданно для самого себя, схватил собеседника за руку. Тот вздрогнул, но более не шелохнулся. Только продолжил спокойно смотреть в глаза Искусителю. Словно выжидая чего-то.

— Я верю тебе на слово, — его губы тронула легкая усмешка. — Зря ты так. Я ведь могу поцеловать тебя прямо сейчас. Холодно будет, наверное.

Амадей нервно сглотнул, однако руки не отнял. Его пугала неизвестность, но чертовски хотелось доказать свою силу. Ведь даже создатель, тот, кто эту силу ему дал, не верил в то, что парень был на что-то способен.

— На меня не действует никакая магия, — гость коротко выдохнул, прикрыв глаза. — Но я всё ещё способен поцеловать тебя. А ты нарываешься, не боишься.

Холодные тонкие пальцы легли на щеку Искусителя. По всему телу прошлась дрожь. Длинные когти царапнули кожу, заставляя руки Амадея дрожать. По коже холодок пробежался, встретился со стайкой мурашек в районе позвоночника. Неосознанно парень и сам подался вперёд, сокращая расстояние, разделявшее его и лорда.

— Только сейчас я искушаю тебя, — холодно закончил гость, презрительно фыркнув. — И будь на твоем месте Лиза, она бы уже была моей.

— Хах, не думаю, — буркнул Амадей, отстраняясь.

Он чуть не вскрикнул. Не прошло и секунды, как сильная холодная рука сжала его плечо, притянув парня обратно. Сейчас глаза гостя полыхнули холодным пламенем. Он разозлился.

— Что ты сказал?

Искуситель сжал зубы. А затем, недолго думая, обратился в змею, выскользнув из руки хозяина и тут же отползая в другой конец комнаты. Вновь обратившись в человека, он по привычке высунул раздвоенный язык, исподлобья глядя на собеседника. Тот не шевельнулся.

— Сказал, что Лиза бы не подчинилась ни мне, ни вам, — спокойно ответил Амадей. — Ее можно было изнасиловать, да. Но я искушаю, довожу до плотского греха так, чтобы даже самый набожный человек, чтобы священник и Папа Римский устроили на площади Ватикана оргию по собственному желанию. Я Искуситель, а не насильник. И вы сами создали меня таковым.

Фигура в плаще колыхнулась. Он отвернулся, рассмеявшись. Сперва тихо, словно просто хихикая. А затем громко и заливисто, словно в истерике.

— Это было неплохо, — лорд широко улыбался. — Я не зря нарек тебя Змеем. Все-таки червяк пресмыкался бы предо мной сейчас, пытаясь угодить. Но ты не такой, — он немного помолчал. — На самом деле я явился убить тебя.

Амадей широко раскрыл глаза, сжимая зубы. Он никогда не умел сражаться. Особенно с сильными магами. Да и вообще мало кто умел сражаться с туманом.

— Но я не ошибся. И ты смог меня повеселить, — он отвернулся. — Живи. Искушай.

***

Тем вечером туман окутал общину Ордена, заставив людей метаться там в панике. Но ничто не могло спасти их от мертвенного холода. К утру все, кто тем вечером находился в соборе, были найдены там же. Между лавок, у дверей, у алтаря. Все они замерли, тела были покрыты льдом. И лед не таял. Им же у алтаря была выведена одна насмешливая надпись: «Так молитесь же ему вечно».

Об этом пока еще никто не знал. Поэтому Валентайн спокойно довез Лизу до школы, практически всю дорогу рассуждая о еде в школьной столовой. Он не заговаривал о чувствах, словно поцелуя и не было. Что, несомненно, причиняло Лизе дискомфорт. Именно поэтому она осталась сидеть на ступенях у школы, аргументировав это тем, что хочет дождаться Еву.

Девушка сидела, читая очередную книгу. Уши заткнула наушниками, а потому и не заметила, как к ней подошли. Лиза обратила внимание только на тень, упавшую на страницы. Она подняла голову, встречаясь взглядом с миниатюрной девушкой.

— Какие-то проблемы? — она с прищуром взглянула на препятствие.

— Вы не помните меня? — девушка опустилась на корточки, нервно сминая в руках платок.

Лиза напрягла память. Лицо чертовски знакомое, но она никак не могла вспомнить, где же видела его. Поэтому она только покачала головой из стороны в сторону.

— Я Мария. Но лучше зовите Мойрой, это настоящее имя.

Лизу словно молнией поразило. Это ведь была та самая вампирша, которая повстречалась им с Валентайном недавно около монастыря при Ордене. Разложив, наконец, воспоминания по полочкам, Лиза кивнула, мол, вспомнила, простите, что туплю.

— Я приглядывала за вашей подругой, — вампирша начала говорить быстро-быстро, словно выплевывая слова из пулемета, — и сегодня ночью она должна была быть на службе. Меня там не было. И этой ночью холодный туман убил всех, кто все-таки оставался в церкви.

— Стоп! — Лиза схватила Мойру за руки, заглядывая ей в глаза. — Что за бред. Ева должна была быть на службе? Какой еще службе?

— В Ордене. Вы разве не знали?..

В голове у Лизы взорвалась маленькая бомба. Затем еще одна. И еще. Девушка чувствовала себя использованной, преданной. Лучшая подруга все это время состояла в Ордене, который охотился за Лизой денно и нощно.

— Ты идешь со мной!

Лиза, не терпя возражений, заставила Мойру подняться на ноги и потащила ее за собой. По дороге она буквально за шкирку поймала в холле Ноэля, и, ничего ему не объясняя, срочно позвала с собой. Нечистый не просил звать себя дважды. Через две минуты вся компания уже была в кабинете у Валентайна.

— Что такое? — вампир высунулся из своей подсобки. — Я, кажется, закрывал дверь.

— У меня ключ есть, — фыркнул Ноэль. — И да, Лиз, что такое?

— Эта девушка говорит о том, что Ева состоит в Ордене! — девушка всплеснула руками, указывая на пораженную вампиршу.

— Это точно? — Валентайн приблизился к ней, вынуждая девушку упасть на колени. — Встань. И расскажи все, что знаешь о Еве.

Она поднялась, огляделась по сторонам и, недолго думая, уселась на ближайшую парту. Кажется, Мойру пугало излишнее внимание и она привыкла быть тихой и незаметной.

— Я Мойра. Служу Той-кто-приходит-в-дождь, и она еще десять лет назад отправила меня сюда, чтобы я следила за Евой, — она сглотнула.

— Зачем это твоей госпоже? — с прищуром осведомился Ноэль.

— Ева — ее прямой потомок. Единственная из детей госпожи, кому не передались способности вампира. Именно поэтому она выжила. Вы ведь знаете, что дети вампиров умирают в младенчестве.

— А можешь пояснить для тупых? — Лиза непонимающе хмурилась.

— Хелла обратила двоих людей, у них родился ребенок. И он считается, по законам нашего мира, потомком обратившего их вампира, — вместо Мойры пояснил Валентайн. — Продолжай.

Мойра нервно поерзала на месте. Она явно чувствовала себя некомфортно в этой компании. Конечно, сам Первый падший, древний Нечистый дух. И она. Обычный низший вампир.

— Ева состояла в Ордене, и они все время напоминали ей о том, что она послужит высшей цели. Таким образом обещали очистить ее дурную кровь. Называли ее проклятой потому, что она потомок вампира, — Мойра с силой сжала зубы. — Этой ночью Ева должна была остаться в соборе. А с утра всех, кто там был… нашли мертвыми. Их убил Туманный лорд.

Повисла дрожащая тишина.

— А сюда-то ты зачем пришла? — все-таки поинтересовался Ноэль.

Он выглядел наименее впечатленным. В конце концов, он уже знал, что Еве нельзя было доверять. Особенно учитывая то, с кем она тусовалась.

— Я знала, что она здесь учится. Надеялась, что она не пришла, Ева часто прогуливала службы. И я просто хотела найти ее здесь, удостовериться, что она жива!

— Как я и говорил, — Нечистый поджал губы. — Она предала тебя, Лиз, — он окинул девушку холодным взглядом. — И понесет за это наказание. Хочет она того, или нет.

— Но…

— Мне плевать на твое мнение, — спокойно улыбнулся он.

— Так она жива? — с надеждой в голосе прошептала Мойра.

— Не думаю, что это надолго, — холодно отозвался Валентайн. — Можете здесь поговорить с ней. У меня урок в другом крыле школы.

И он удалился, на ходу сжимая руки в кулаки. Черт, а Ноэль ведь предупреждал его. Еще когда и сам не был уверен в том, что девушка состоит в Ордене, он что-то чувствовал. Его практически невозможно было обмануть, и скрыть правду от Ноэля тоже было на грани человеческих возможностей.

— Поэтому я и начал с ней встречаться, — хмуро подвел итог Нечистый, когда за Валентайном хлопнула дверь кабинета. — Подозревал, что она тебе не добра желает. Но надо было подобраться поближе, удостовериться.

Он с пораженной услышанным Лизы перевел взгляд на Мойру. Та неловко мялась на месте. Она словно боялась Ноэля даже больше, чем Валентайна. Возможно, ее пугала неизвестность. Если о вампире все были наслышаны, то Ноэль умудрялся тысячелетиями оставаться той еще темной лошадкой.

— Вы убьете ее? — с какой-то надеждой в голосе прошептала девушка, глядя на Нечистого, но не решаясь заглянуть ему в глаза.

— Казню, — он кивнул.

— Пусть так. Госпожа узнает об этом.

И Мойра удалилась, молча кивнув на прощание. Ноэль двинулся к выходу из кабинета, но тут уже Лиза, схватив его за рукав белой рубашки, потянула парня назад. Он обернулся и, поймав обеспокоенный взгляд девушки, остановился, опуская руки ей на плечи.

— Лиз, все в порядке? — он заглянул девушке в глаза.

— Ты сказал, что убьешь ее? — в глазах Лизы стояли слезы, но она не плакала.

— Если повод найду, — он кивнул. — Если она действительно предала тебя и подставила, то по нашим негласным законам она не имеет права жить.

— П-почему? — голос дрогнул, а сама Лиза подалась вперед, буквально падая в объятия парня.

Ноэль прижал ее к себе. Он осознавал, что для девушки это было ужаснейшим ударом. И, если все-таки придется…

— У нас прощается изнасилование и убийство. Но не прощается предательство своих. Она знала о том, что является потомком вампира. И, если строила козни против тебя, я обязан буду… это сделать, — он вздохнул, поглаживая Лизу по спине.

— Если она действительно предала меня, — девушка сжала зубы, отстраняясь, — то я тебе даже помогу.

— Хотя бы не мешай, — фыркнул Ноэль. — Идем за ней.

Они спустились на первый этаж. Нашли Еву болтающей по телефону у кабинета географии. Она обрадовалась появлению Лизы, обняла ее, сказала что скинула ей на почту фотографии с последней фотосессии. Затем бросилась на шею к Ноэлю, что-то пища о том, что успела уже за ним соскучиться. Девушка выглядела неважно, словно и не спала всю ночь. Переглянувшись, эти двое позвали девушку с собой. Она пошла, даже не спрашивая о том, куда они направлялись. До кабинета Валентайна добрались практически молча. Поначалу Ева еще пыталась что-то рассказывать, но потом и она замолчала, не получив никакого отклика от друзей. И, стоило им только зайти в кабинет русского языка и литературы, как Ноэль легко оттолкнул девушку от себя, заставляя ее отойти до учительского стола. А Лиза молча повернула ключ в двери.

— Эй, вы чего? — Ева нервно сглотнула. — Никитка, что случилось?

— Зови меня Ноэлем, — он усмехнулся. — Я Ноэль, нечистый дух, прозванный Пепельным бароном и Цареубийцей.

Ева, стиснув зубы, отступила на шаг назад. Бросила короткий взгляд на Лизу и, не найдя в подруге никакой поддержки, тяжело вздохнула.

— Значит, ты следил за мной, — она закусила губу. — Молодец. И что теперь?

— Это ты оставляла следящие амулеты у Лизы дома? — изогнув одну бровь, осведомился Ноэль.

— Я, — она пожала плечами. — Орден сказал, что защитит тебя таким образом.

Ее взгляд на секунду стал умоляющим и метнулся к Лизе. Но та была непреклонна и холодна. Словно туман, явившийся к ней накануне, закалил девушку.

— И ты привела Кая к Лизе, решив спихнуть ее на него? — Ноэль продолжал. — Он ведь у вас считается кем-то вроде апостола, так?

— Да, я попросила его помочь, потому что не могла больше каждый день предавать подругу…

— Ты сама это сказала, — Нечистый убрал руки в карманы, — ты предала ее.

Повисла напряженная тишина. Ева часто и тяжело дышала. Ноэль, наплевав на все, достал из кармана сигарету. А Лиза… перед глазами все еще стояла влажная пелена. Лучшая подруга предавала ее всю жизнь. Словно материальными стали слова Туманного лорда о том, что ее окружали одни лишь предатели.

— Амадей не смог распознать метку, оставленную на тебе, — Лиза всхлипнула. — Надо было тогда догадаться! Но нет, я же верила своей подруге, не могла даже допустить мысли о том, что ты жалкая предательница!

— Лиз, я…

— Я же видела, как ты молилась перед сном, когда нас закрыли в школе! Отвечай, — Лиза ударила кулаком по столу, не в силах сдержать хлынувшего потока эмоций, — ты специально подсунула мне тот флаер?

— Да, — Ева всхлипнула.

На этот раз ее взгляд на краткий миг метнулся к Ноэлю, ища в нем какой-то защиты или опоры. Но надежда девушки разбилась об холодную маску Нечистого. Его лицо сейчас словно стало мраморным. Монолитным. Ни единый мускул не дрогнул, когда Ева одними губами прошептала короткое: «пожалуйста».

— Даже не пытайся, — Ноэль коротко качнул головой. — Такие как ты не достойны жизни.

— Что? — Ева непонимающе захлопала ресничками. — Вы убьете меня?!

— Казним, — спокойно отозвался Нечистый.

— Вы с ума сошли?! Мы не пещерные люди! Где ваш гуманизм?..

— Дорогая моя, — сквозь плотно стиснутые зубы прошипел Ноэль, — меня сжигали на костре больше тридцати раз, и я знаю, как это больно. Так вот, мой гуманизм состоит в том, что я решился не сжигать тебя! Не потому, что ты хорошая. А потому что я уважаю твою подругу!

— Она не моя подруга, — коротко буркнула Лиза. — Больше нет.

— Предлагаешь мне ее сжечь? — Ноэль скривился. — Много шума и мороки. И вонь будет стоять страшная.

Девушка только молча покачала головой, мол, делай, как знаешь.

— Ты можешь уйти, — Нечистый с какой-то заботой кинул взгляд на Лизу, — просто скажи мне, делать ли ей больно. Тебе не обязательно присутствовать.

— Ты не можешь заставить ее почувствовать стыд, — девушка фыркнула. — В боли нет смысла. Просто…

Она даже не могла это сказать. Просто убей ее. Прикончи. Избавься от нее. Сделай так, чтобы больше я ее никогда не видела. Накажи. Заставь почувствовать на себе всю свою вину. Лиза осталась стоять у двери, всем своим видом показывая, что уходить она не собиралась, стоять планировала до последнего аккорда, до финала этой истории.

Ноэль обернулся к Еве. Сделал несколько шагов вперед. Девушка, со страхом отступая, налетела, в конце концов, на шкаф с книгами. Она уперлась в него лопатками, глотая слезы и глядя на Нечистого.

— Как я уже говорил. Я Ноэль, и я приговариваю тебя к смерти за предательство одной из нас. Твоя смерть будет быстрой и безболезненной. Но, — приблизившись к девушке, Ноэль выдохнул ей буквально в губы, — открою тебе секрет: твоя душа ни на кой-черт не сдалась вашему Богу. Ты просто станешь частью эфира, и запомнят тебя чужие и свои только как жалкую предательницу, которая пресмыкалась перед Орденом, выполняя все их гнусные прихоти.

Ноэль хотел было применить магию, но осознал, что она причинит слишком много боли. Ни одна из его способностей не давала ему возможности убивать быстро и безболезненно. Он, правда, мог еще и через поцелуй высосать жизнь. Но как-то не хотелось. Поэтому…

Одним резким движением Ноэль просто свернул девушке шею. Раздался хруст позвонков, а через миг у его ног упало тело Евы. Он убил ее. Как и обещал, почти безболезненно. Только морально сделал больно, да словами избил.

Лиза, не сдержав эмоций, опустилась на колени. Все это время истерика застенчиво мялась у входа в ее сознание. Но после увиденного она показала себя во всей красе. Лиза рыдала, кусала руку, чтобы не кричать слишком громко. Из-за нее только что казнили подругу. И, что самое страшное, Туманный лорд оказался прав. И Лизе очень не хотелось верить в то, что прав он был во всем. Очень уж не хотелось преклонять перед ним колени.

Ноэль стоял около нее, глядя на девушку сверху вниз. Он не знал, как стоило бы ее успокоить. И еще раздумывал над тем, куда бы деть тело, и стоило ли вообще заморачиваться по этому поводу. В конце концов, если в школе найдут труп, то в нее можно будет не ходить какое-то время. Расследование, все дела. Можно будет сослаться на хрупкую психику.

А что? Хорошая же идея.

Комментарий к Глава 15 - Кровавое предательство

та-та-тааааа

========== Глава 16 - Лживые признания ==========

Раздавшийся звонок в дверь выдернул Амадея прямо из душа. Он спешно замотал полотенце на бедрах, потому как не любил махровые домашние халаты, мол, слишком уж сильно они липли к влажному телу. Да и прямо в таком виде Искуситель распахнул дверь перед гостем. Икнул от неожиданности и отступил вглубь коридора.

— Здравствуй. Пригласишь?

— Что ты тут делаешь? — Амадей нервно сглотнул, делая какой-то приглашающий жест, который смутно напоминал приветствие.

— Не поверишь, — Валентайн хмуро улыбнулся, — тебя ищу.

— Заходи уж, если бить не будешь, — Искуситель поморщился как от сильнейшей зубной боли, но все-таки направился в гостиную.

Там он упал на диван, предварительно кивнув Валентайну на глубокое кресло напротив. Вампир, правда, почему-то усесться не поспешил. Он сперва окинул гостиную взглядом, и, не найдя ничего интересного, все-таки опустился в кресло. И только сейчас его взгляд зацепился за несколько одиноких растений на подоконнике.

— Не ухаживаешь за цветами? — Валентайн с прищуром разглядывал высохшие и почерневшие растения.

— Дома редко бываю. Поливать забываю, — Амадей кивнул, заранее приклеив на лицо самую милую улыбку.

— И кактусы? — вампир скептично изогнул бровь.

Искуситель не нашелся, что ответить. Сам-то он уже прекрасно понимал, что растения уничтожил мертвенный холод, когда здесь присутствовал лорд. Но он на самом деле очень редко заглядывал на подоконник к цветам. По этой причине и закупился кактусами с лихвой. Наверное, заметил бы через неделю, что растения погибли. И то не факт.

— Климат, что поделать, — он пожал плечами, продолжая давить лыбу. — Ты за чем-то конкретным пожаловал? Я обычно не принимаю гостей до вечера.

Валентайн что-то буркнул себе под нос, смерив напряженного как струна Искусителя взглядом. Он нервно постучал пальцами по подлокотнику, размял шею.

— Ты пытался изнасиловать Лизу. Дважды.

Пригвоздил к месту. Амадей задумался. Если про первый раз Валентайн точно знал, поскольку имел удовольствие присутствовать, то откуда же ему было известно о том, что Лиза тут ночевала? Да и ночевка не подразумевала под собой обязательное изнасилование.

— Не изнасиловать, — простонал Амадей, закатывая глаза, — я не приемлю, ненавижу, терпеть не могу насилие. Я всего-то пытался соблазнить. Искушал. И вообще! Откуда ты-то знаешь?

— Она…

— Навряд ли она тебе бы сказала, — он фыркнул, скептично изогнув бровь.

— Ноэль сказал, — Валентайн кивнул, тяжело выдохнув.

— Что? А он-то, откуда знает?..

Амадей пораскинул мозгами. Он не думал о том, что Ноэль мог об этом как-то прознать. Но чтобы Лиза сама рассказала ему о таком? Смутно представлялась эта картина. Все-таки в первую очередь она должна была бы пойти к Валентайну, мол, помоги, змеюка поганая насилует.

— Ты испугался меня, когда увидел у нее дома, — вампир спокойно продолжил. — Но затем вновь полез к ней. Я тебя давно знаю, и ты не дурак. Зачем второй раз полез?

Искуситель закусил губу. Валентайн, кажется, просек то, что Амадей действовал не по собственной воле, а исключительно следуя приказу Туманного лорда. Но тот взял с парня клятву, что он никому даже под пытками не выдаст имени того, для кого это было сделано.

— Удачу попытать. Понравилась она мне.

— Лжешь, — Валентайн оскалился, обнажая клыки. — Амадей, я тоже не идиот! И я знаю, что месяцем ранее тебя и в городе-то не было. А тут ты внезапно объявился и сразу полез к Лизе с непристойными предложениями.

Парень мысленно выругался. Значит, вампир и об этом знал. Шансы скрыть правду становились все меньше и меньше. Оставалось надеяться на то, что Валентайн не в состоянии будет по мертвым цветам вычислить то, кто здесь был.

— Он запретил тебе говорить о том, что ты выполняешь его приказ? Не говори, кивни, — прошептал вампир, внезапно заглядывая в глаза Искусителю.

Амадей замер. Все-таки Валентайн догадался. Оставалось за краткий миг определить, стоило ли ему доверять. Ведь лорд мог явиться прямо сейчас и с легкостью прикончить их обоих. Искуситель никогда не был трусом, но сейчас он действительно боялся за свою жизнь. Тем более и смельчаком он тоже никогда не славился.

— Не понимаю, о чем ты, — он пожал плечами, зевая, тем самым разрывая зрительный контакт. — Чаю, может?

Валентайн разочарованно вздохнул, покачав головой из стороны в сторону. Он подозревал, что Искуситель мог солгать. Но делал он это настолько искусно, что вампир не в силах был раскусить его ложь. Да и Амадей действительно не был дураком. Лгал? Так говорил мало, кратко и по существу, чтобы не запутаться в своей же лжи. Главное выглядеть убедительно.

— Я же вижу, что тебе нужна помощь, — Змей прищурился, облизнув губы. — Ты явно не отношения пришел выяснять. Все равно мои слова ничего тебе не докажут, ведь ты мне банально не веришь.

Сейчас он шипел, становясь действительно похожим на змея. У них с Валентайном никогда не складывались отношения. Еще с тех пор, как вампир выгнал Искусителя, стоило тому впервые заговорить о своих воспоминаниях, о Туманном лорде.

— Мне нравится одна девушка. Очень. Но я в этом не силен. Черт его разберет, что делать, — честно признался Валентайн.

Пусть он не доверял Амадею, но он точно знал, что Искуситель треплом не являлся. А значит, сказанное в этой комнате, должно было остаться в этой комнате и между теми, кто сейчас в ней находился.

— Можешь звать Лизу по имени, — Амадей расплылся в широкой улыбке.

Туше. Он, как и всегда, точно определил, что кому-то нужен был его амурный совет. В этом плане он уже давно мог открывать курсы свахи, сводить парочки и вести шоу «Давай поженимся».

— Откуда ты…

— Часть моей способности, — Змей хихикнул, — вижу, кто в кого влюблен. Очень размыто, но тут бы и слепой разглядел.

— Я тебе заплачу, если скажешь, в кого влюблен Ноэль, — Валентайн рассмеялся, а затем все-таки серьезно вернул свое внимание собеседнику.

— Деньги мне не нужны, — Искуситель пожал плечами. — Да и не знаю я. Кажется, он вообще не влюбляется. Или на него просто не действует никакая магия. В отличие от тебя, — он хитро ухмыльнулся.

— Я никогда не влюблялся в людей. Почти, — вампир скривился, словно от ужасной зубной боли.

— Но всю жизнь влюблен, — ухмылка не пропадала с лица Искусителя. — Тебе нравится то, что ты сейчас делаешь.

— Ох, о чем ты?

— Ты влюблен в свой грех, Валентайн. Тебе приятно это, чувствовать жертву, ее бессилие, слабость, покорность, — Амадей, высунув раздвоенный язык, сделал шаг навстречу вампиру.

— Я предпочел бы одну жертву любой другой, — он шумно выдохнул.

— Ох, нравится чувствовать слабость Лизы? — Искуситель коснулся плеча Валентайна, незаметно подкравшись к нему сзади. — Когда она подчиняется тебе.

— Как никто другой.

Вампир сглотнул, осознав, что Амадей только что самым беззастенчивым образом использовал против него свою способность. Кровь, кажется, слегка прилила к лицу. И не только. Даже кончики пальцев слегка закололо.

— Скажи ей об этом, — Амадей пожал плечами, отстраняясь, чтобы не схлопотать по первое число за подобные выходки.

— Она оттолкнет. Я однажды уже сделал ей больно, когда она пыталась со мной сблизиться, — он стиснул зубы, вспоминая ту злополучную ночь.

— Она тогда ко мне пришла, — Искуситель улыбнулся. — И, когда я хотел приласкать ее, — он отскочил, избегая убийственного взгляда, — девушка была не против. Ведь никто не способен противиться моей магии. Но сказала, что хочет также, хоть сейчас, но не со мной.

— Что ты хочешь этим сказать? — Валентайн поднялся с кресла.

Амадей закатил глаза.

— Что ты все-таки туповат, Первый, — он всплеснул руками. — После произошедшего девочка все равно тянулась к тебе! Не проморгай, а то уведу!

***

Лиза возвращалась домой со школы. Погода не была бы погодой, если бы не устроила девушке подлянку в виде накрапывающего дождя. Именно тогда, когда пора было бы уже присыпать землю снегом к грядущим праздникам, и когда Лиза забыла дома зонт.

По причине весьма влажной погоды и полного отсутствия у нее с собой денег, ведь девушка забыла дома зонт вместе с сумкой, Лиза брела домой под навесами киосков, просачивалась под балконами и пряталась на остановках. До дома оставалось еще совсем чуть-чуть, и она свернула в сеть проулков, чтобы хоть как-то сбежать от шумной, пыльной дороги.

Лиза шла и рассуждала о том, что она ведь вполне спокойно могла позвонить Ноэлю, Валентайну или Амадею, с просьбой забрать ее со школы по причине гадких погодных условий. Но Ноэля она не хотела трогать после случившегося с Евой. Перед глазами до сих пор стояло ее лицо и бездыханное тело, лежавшее на полу кабинета русского языка и литературы. Валентайна Лиза бы дергать не стала, он уехал по делам после третьего урока. Девушка не знала, закончил ли он свои дела, или еще занимался чем-то определенно очень важным. А Амадей… Лиза даже невольно остановилась. Внутри сознания копошился назойливый червячок, точивший ее целомудрие мыслями о том, что Искуситель действительно был привлекателен и хорош собой.

И Лиза уже погрузилась бы в свои мысли, если бы ее бесцеремонно не прервали.

— Лиз.

Девушка обернулась. Встретилась взглядом с глазами цвета синего февральского неба. На этот раз взгляд Кая не показался таким же добрым и теплым, как при первой их встрече.

— Нам не о чем говорить, — она сглотнула, отходя.

— Мне жаль Еву, сочувствую, ты потеряла единственную подругу…

— Она мне не подруга! — ощетинилась девушка, оборачиваясь к Каю. — Понимаешь? Она предательница, и ты прекрасно это знаешь! И всегда знал, и молчал. Всю жизнь лгал мне!

Лиза взмахнула рукой, словно хотела влепить Каю пощечину. Правда, теплые пальцы уже через миг обхватили ее запястье, не давая девушке пошевельнуться. Она не успела его ударить.

— Больно…

— Не лги, — Кай покачал головой. — Послушай меня, Лиз. Лично я не желаю тебе зла, никогда не желал. Хотел бы избавиться от тебя — не отговаривал бы от суицида!

Лиза сглотнула, до крови укусив губу. Ох, какая милость. Какая хорошая память!

— Спасибо, что напомнил, — она горько усмехнулась. — Ты можешь не хотеть. А вот ваша шарашкина контора, вполне натуральным образом хотела от меня избавиться! Или использовать как приманку для вампира.

Лиза рванулась, отскакивая назад и освобождая руку. Сквозь накрапывающий дождь она смотрела на парня с нескрываемым отвращением. Но не видела того же и в его взгляде. Там скорее плескалась грусть, некая толика сострадания, и, возможно ли, заинтересованность? Кай сделал шаг вперед, словно порываясь обнять ее. Но девушка инстинктивно отступила.

— Скажи, что это не так, — она шмыгнула носом, но слез не было. Лиза держалась изо всех сил. — Что вы не пытались выманить Валентайна, используя меня. Что вы не специально активизировали мое проклятие. Что не вы подсылали ко мне Еву со следящими амулетами. Что не вы отправили в школу тех людей, которые готовы были доставить меня живой или мертвой! Скажи это!

Кай поморщился, отводя взгляд. Лгать он умел настолько искусно, что, возможно, смог бы обыграть Ноэля в покер. Обманул бы самого Дьявола, обошел бы Бога во вранье. Но ему чертовски не хотелось подрывать остатки доверия девушки, если таковые еще вообще были. Не хотелось еще сильнее злить Лизу.

— Все что ты сказала — правда, — он тяжело выдохнул. — Хочешь, я добавлю еще одну правду в твой список?

Лиза уже было открыла рот, чтобы послать парня куда подальше, но встретилась с ним взглядом. Что-то промелькнуло там такое, заставившее девушку замолчать. Втянуть носом сырой воздух. Осознать, в конце концов, что стояли они под проливным дождем. И, наконец, просто кивнуть, позволить Каю договорить.

— За то время, что мы общались, я, кажется, искренне влюбился в тебя, — он хохотнул, прикрывая рот ладонью. — Звучит, правда?

Девушка отпрянула, чуть не споткнувшись о бордюр. Влюбился?! Черт, ей совершенно не хотелось устраивать тут любовный треугольник. Но, какого-то дьявола, спасибо Валентайну, треугольник устроил себя сам.

— Ты ведь тоже была влюблена в меня, — он мягко улыбнулся, сделав шаг к девушке и все-таки касаясь пальцами ее щеки, убирая оттуда налипшую прядку волос. — Надо было приехать пораньше. А теперь… дай-ка угадаю, у тебя другой?

— Надо было приехать пораньше, — механически повторила Лиза, не полностью, кажется, соглашаясь воспринимать происходящее. — Не то, чтобы у меня был парень, но…

Она вдохнула, а воздух жестким комком застрял в горле, царапнув его. Лиза словно задохнулась, не в силах продолжить реплику. Готова ли она была это так открыто признать? Не для себя в мыслях, не даже стоя перед зеркалом с тоналкой в руках, нет. Вот так, резко, влюбленному в нее человеку. Да, что там, даже просто другу. Смогла бы? Собрать волю в кулак. Наплевать на то, что потом может быть очень больно. Но…

Ноэль ведь говорил, что она может даже не дожить до выпускного. А смысл тогда париться?

— Но я люблю другого человека.

На секунду, казалось, мир вздрогнул. А потом продолжил жить как ни в чем ни бывало. Ничего не случилось, кажется. Но Лиза сделала максимальное усилие над собой, чтобы сказать эту фразу. Вот так. Прямо. Искренне как-то.

— Вот как, — грустная улыбка тронула губы Кая. — Сильные слова. Я не в обиде, если что. И не хочу оставаться с тобой врагами.

— А если Орден прикажет? — Лиза выдохнула, возвращаясь в реальность.

— Дурочка, — он сжал плечо девушки. — Если бы я желал тебе смерти, то прямо сейчас сжег бы тебя.

Девушка не успела ответить. Она с каким-то первобытным ужасом и затаенным восторгом наблюдала за тем, как серебристые огоньки пробежались по ее одежде, мгновенно осушая ту. Почти как тогда, когда подобные трюки выкидывал Валентайн.

— Прости, мне надо бежать.

Лиза спешно удалилась, не дав парню возможности побежать за ней. А он ведь собирался. Но она просто запрыгнула в первый попавшийся троллейбус, планируя выйти на следующей остановке, чтобы не застать контроллера. В голове нервно билась мысль о том, что когда-то говорил Ноэль. Что благодаря метке Валентайна никто не сможет использовать против Лизы огненную магию. Разве что тот, кто будет более сильным магом.

Так неужели Кай, этот юноша ненамного старше самой Лизы, был сильнее древнего вампира? Хотя, а кто говорил, что Кай действительно являлся подростком? Ноэль тоже с легкостью прикидывался школьником, Валентайн учителем, а Амадей адекватным человеком.

А ведь Велентайн предупреждал, что с этим пареньком связываться опасно для жизни, здоровья и нервов.

Комментарий к Глава 16 - Лживые признания

ой, глава короткая. фу, дошик скатился, отписка дизлайк

========== Глава 17 - Дождливые дни ==========

Дождь не прекращался еще двое суток. Лило так, как редко бывало даже летом, хмурой осенью и даже самой дождливой весной. Странно было видеть дожди в начале декабря, когда давно уже должен был бы лежать снег. Но Лизу это не удивляло. Она помнила, что последние зимы были довольно теплыми. Да и какая, собственно, разница? Есть снег, нет снега, она все равно не отмечала никаких новогодних праздников, кроме школьных каникул.

А вот в школе по мозгам ездили нещадно. Девушке каждый считал своим долгом напомнить, что оценки с неба не берутся, что она обязана вытянуть свою дохленькую золотую медаль. Что приближаются экзамены, поэтому каникулы — ни разу не повод расслабляться. И поэтому Лиза все больше чувствовала себя выжатой губкой. Она периодически задумывалась над тем, что жизнь никогда не становилась лучше.

Валентайн не появлялся в этой самой жизни больше, чем это требовалось. Он куда-то исчезал каждый день, не желая говорить ни слова о том, что за дела отрывали его от работы и от девушки. Амадей вообще решил не становиться частым гостем в жизни Лизы, за последние несколько дней он появился лишь однажды. Да и то, просто случайно, кажется, пересеклись на улице. Кай, видимо, вняв просьбам Лизы оставить ее в покое, больше не показывался. Он не писал ей, не встречал после школы, да и вообще, кажется, совсем стер себя с радаров. Даже Ноэль куда-то запропастился, позволяя Лизе пересекаться с собой исключительно в школе и после нее.

Его, кстати, не искала полиция. Хотя расследование по делу Евы шло полным ходом. Ее родители приходили в школу, все плакали и скорбели. Кажется, почти все. Не плакала одна только Лиза. Девушке противно было слушать сказки ее родителей о том, какой Ева была святой. От этого тошнота подступала к горлу, и выть хотелось.

Очередным дождливым днем Лиза сидела на детской площадке за школой, лениво раскачиваясь на мокрых качелях. От усталости и общей безысходности хотелось позвонить кому-то и несколько часов ныть в трубку. Рука даже дернулась, прокрутив список контактов. И Лиза с силой сжала зубы, остановившись на контакте «Та самая Ева». Ох, сколько там было глупых смайликов. Девушка до крови укусила губу, когда вдавила в сенсорный экран кнопку «Удалить». Словно она не контакт удаляла, не кучу пикселей, словно саму Еву она из своей жизни окончательно и бесповоротно удаляла.

Она зажмурилась, прокручивая в голове последние события. Почему именно тогда? Ведь к ней приходил тот, о ком с таким восхищением говорил Амадей. Он с улыбкой на губах говорил о том, что Лизу окружали предатели. Что смерть шла за ней по пятам. И на следующий день ее подруга оказывается предательницей и погибает. А ведь незадолго до этого Лиза узнала и о том, что Кай всю жизнь состоял в Ордене. И любил ее, серьезно?..

— Прошу прощения.

Лиза вздрогнула, подскочив на месте и чуть не свалившись с мокрой качели прямо в образовавшуюся под ней внушительных размеров лужу. Девушка обернулась, нервно сжимая телефон в руке. Перед ней стояла молодая женщина. Выглядела она весьма презентабельно. Укороченное пальто, широкие черные брюки, ботинки на каблуке. На голове высокий хвост из волос, которым позавидовала бы любая Барби. Волосы длинные настолько, что даже собранными в хвост они доставали женщине до бедер, еще и светлые. Такую блондинку еще поискать бы. И глаза. Лиза сглотнула, встретившись взглядом с собеседницей. Что-то недоброе плескалось в ее глазах. В этих зрачках, цвета холодного льда.

— Уроки уже закончились? — женщина кивнула Лизе на школу.

Та покачала головой, не сильно понимая, чего от нее вообще хотели.

— Не могли бы вы провести меня к классному руководителю одиннадцатого «В» класса? — она вздохнула, поправляя сумку на плече.

Лиза на мгновение задумалась, вспоминая, был ли вообще Валентайн сегодня в школе. Она как-то не задавалась вопросами о том, зачем этой женщине нужен был именно их классный руководитель. Девушка просто молча кивнула и, соскочив с качели, направилась в сторону школы. А женщина также молча, подобно тени, последовала за ней.

Около кабинета Валентайна их как раз настиг звонок с последнего урока. Тут же из кабинета вылетел какой-то пятый или шестой класс, радостно что-то кричавший про приближающиеся каникулы и еще о том, что диктант был простым. Лиза грустно улыбнулась, проходя в кабинет и кивая, чтобы ее спутница следовала за ней.

— Валентин Анатольевич, — Лиза тяжко вздохнула, — к вам тут пришли.

Голос Лизы вынудил занятого вампира оторваться от записей в журнале. Он поднял взгляд сперва на саму девушку, а затем все-таки, выдохнув, все свое внимание направил на гостью. Тут же он поднялся и, отложив в сторону журнал, спешно выгнал остатки пятиклассников из кабинета.

— Спасибо, — он кивнул Лизе, — можешь быть свободна. У тебя ведь уже закончились уроки?

— Но…

— Покинь нас, пожалуйста, — сквозь зубы процедил вампир, бросая на нее выразительный взгляд.

Лиза не вынудила просить себя еще и третий раз. Она тут же выскочила из кабинета, мгновенно ощущая, как дверь за спиной захлопнулась. А еще через секунду в ней скрипнул ключ. Отлично. Уроки закончились и теперь ничто не мешало Лизе пристроиться у щели, разделявшей дверь со стеной, и, прислушиваясь, выведать, кто же явился в гости к Валентайну. Благо, в коридоре уже было тихо. Все, кому это было нужно, уже успели уйти. Остальные же не особо-то и шумели.

— Здравствуй, Валентайн.

Раздался стук каблуков. Затем гостья, судя по всему, отодвинула один из стульев и присела за какую-то парту.

— И ты, Хелла.

Лиза сглотнула, замерев. Значит, к Валентайну явилась та самая знатная вампирша из Японии, которой служила Мойра и которая, о боги, считалась предком Евы? Час от часу не легче.

— Моя дочь казнена за предательство.

Сухой и холодный голос. Такой неприятный. Он словно царапал уши, таким мерзким казался на слух.

— Да, я слышал.

— Кто выносил вердикт?

Повисла тишина. Слышно было, как Хелла нервно барабанила ногтями по поверхности парты. И как щелкнула зажигалка Валентайна. Черт, он отошел к дальнему окну, по привычке. Теперь его слова доносились очень тихо.

— Ноэль Майер. Нечистый дух, нареченный Пепельным бароном и Цареубийцей.

— Вот как? — Хелла хмыкнула. — Кое-кто настолько именитый, даже титулованный. Я уж думала, что проблем будет меньше.

— Проблем с чем?

— С местью.

И вновь тишина. Лиза услышала шаги, раздававшиеся в конце коридора. Она тут же вскочила и, встретившись взглядом с Ноэлем, приложила палец к губам, поманив его к себе. Нечистый не заставил просить себя дважды. Тут же на цыпочках подкрался к двери, припадая ухом к щели.

— Ты не имеешь права мстить, Хелла, — вампир фыркнул. — Приговор был вынесен в связи с предательством, все соответствует нашим законам.

— Я в глаза ему заглянуть хочу, — прошипела вампирша. — Тому, кто убил глупую, безобидную девчонку.

— Твои материнские чувства настолько сильны?

Кажется, Лиза с Ноэлем сейчас даже расслышали, как Валентайн скептично изгибал бровь. Он сейчас, судя по всему, бил по больному. Потому как Хелла недовольно что-то прошипела на родном языке, явно желая вампиру всех благ и счастья в личной жизни.

— Нет. Но у меня были планы на девчонку, — она вздохнула. — Она могла стать полезным ключиком в моих поисках истины. Каждый должен понести наказание за то, что совершил. Уверен, что Нечистый не нарушил ни одного из законов?

— Абсолютно, — Валентайн фыркнул.

— При казни присутствовал свидетель? Один из наших! — Хелла резко поднялась.

— Да, — он зевнул. — Проклятая, моя подопечная.

— Серьезно? — на этот раз, кажется, она поверила. Благо, это было правдой. — Обвинение было выдвинуто заинтересованной стороной?

— Да, — вампир радовался, что ему пока не приходилось лгать. — Обвинение выдвигал не Ноэль, а сама проклятая, против которой твоя внучка строила козни.

— Ладно, — она фыркнула. — Казнь была задокументирована и записана кровью того, кто ее проводил?!

Ноэль около двери молча сполз по стене, прикладывая руку ко лбу. Он действительно забыл об этой детали. Просто потому, что ему вообще никогда еще не приходилось до этого проводить подобные казни. И то, что совпали с правилами остальные пункты — удачное совпадение!

— Да, — сквозь зубы выдавил Валентайн.

— Я хочу видеть этот документ, — Хелла выдохнула, делая несколько шагов к собеседнику.

— Он был уничтожен, — на ходу придумал вампир, проклиная Ноэля на чем свет стоял. — По древнему обычаю, чтобы не навлечь на себя гнев Туманного лорда. Он ведь приверженец старого закона.

— Лорд? — она скривилась, кажется. — К чему он здесь?

— В последнее время здесь о нем все слишком много заговорили, — уклончиво ответил Валентайн и, судя по шагам, направился в сторону двери. — Видишь ли, Ноэль очень мнительный. Вот мы и перестраховались. Не обессудь.

В двери скрипнул ключ. Ноэль среагировал быстрее, тут же схватив Лизу за шкирку и утаскивая ее за угол, в сторону лестницы. Он не знал, что Валентайн подозревал о том, что хотя бы одна Лиза, но все-таки оставалась под дверью. Поэтому вампир демонстративно зевнул, зависнув с ключами в руке, дабы дать девушке несколько секунд на побег.

— Но я все равно хочу видеть вас. Всех, — Хелла вздохнула. — Не зря же я сюда прибыла.

— Когда? И зачем? — Валентайн, уже открыв дверь в коридор, остановился, глядя на собеседницу.

С лестницы высунулся, прислушиваясь к голосам, Ноэль. Лизу он отправил вниз, взяв с нее обещание тут же уйти домой, аргументируя это тем, что ему в одиночку легче будет скрыться с глаз Хеллы долой.

— Во всех наших клубах организовывают костюмированный вечер, это буквально послезавтра. В конце концов, скоро праздники, — она достала из сумочки три приглашения, вручив их Валентайну. — Приходите. Ты, твоя дорогая подопечная, и дружок-убийца, — Хелла расплылась в улыбке. — Мне есть, что с вами обсудить.

— Что же? Мы не придем, если ты не скажешь, зачем мы все тебе внезапно понадобились, — вампир коротко пробежался взглядом по приглашениям.

— Ну, я знаю один способ, как избавить девчонку от проклятия, — она пожала плечами. — И о вашем Туманном лорде тоже кое-что слыхала. Ведь именно его поисками я занималась последние две сотни лет.

И она удалилась, на прощание помахав ошарашенному Валентайну рукой. Он так и остался стоять в дверном проеме, сжимая в руке три приглашения. Подумывая над тем, как бы достать еще одно. Не придумав, достал из кармана телефон и набрал один недавно записанный номер.

— Амадей? — он вздохнул. — Советую явиться на костюмированную вечеринку в клуб. Там будет Хелла. Она, кажется, знает что-то о твоем Туманном лорде.

Выслушав ответ, Валентайн покачал головой, убирая телефон обратно. Он осмотрел свою одежду, подумывая над тем, в каком костюме стоило бы явиться на вечеринку.

Своей гостье вампир никогда не доверял. Хелла обладала магией воды, могла легко приходить с дождем. Поэтому, наверное, и лило последние несколько дней ну просто нещадно. Ей следовало от Японии добраться сюда с одним только дождем. Не просто это, наверное. Значит, не стала бы она проделывать такой путь только для мести. Хотя, почем знать.

***

Ноэль с Лизой и Валентайном сидели в гостиной у вампира, попивая чай. Валентайн кратко пересказал друзьям свой разговор с Хеллой, вручив обоим по приглашению на костюмированный вечер. Он также упомянул, что пригласил еще и Искусителя, поскольку тот слишком уж интересовался Туманным лордом, и Хелла могла бы поведать ему что-то интересное.

— Надеюсь, проблем не будет, — подытожил вампир, вздыхая. — Это будет завтра вечером. Постарайтесь придумать какие-то костюмы, иначе вообще могут не пустить.

Он замолчал, выразительно глядя на Ноэля, который слишком часто все делал в последнюю минуту. Мог вызвать такси в аэропорт и только потом начать собирать чемодан для двухнедельной поездки. А костюм на маскарад мог вообще выбирать в магазинах по дороге до клуба.

— Лиз, завтра пятница. После школы я отвезу тебя домой, там переоденешься, пообедаешь. Идет? — Валентайн улыбнулся только уголками губ, глядя на девушку.

— Мне точно нечего надеть, — она покачала головой. — Да и, зачем я там нужна?

В мозгу слишком яркими пятнами остались жуткие воспоминания от прошлого визита в этот клуб. И пусть тогда она действовала по указке Ордена и боялась, что ее там банально изнасилуют, то теперь к этому страху добавился еще и страх того, что из нее высосут пару совсем не лишних литров крови.

— Мне нужна, — коротко бросил вампир.

Он поднялся и вышел из комнаты. Лиза с Ноэлем только проводили Валентайна удивленными взглядами, почти синхронно переглянулись и пожали плечами. Потом рассмеялись, но ровно до того момента пока не вернулся вампир. В руках он держал то самое кремовое платье, расшитое золотыми нитями и украшенное, как оказалось, не бисером, а настоящими мелким жемчугом. Платье Джульетты.

— Откуда оно у тебя?! — Лиза вскочила.

Она ошарашено смотрела на вампира, а он со спокойной улыбкой на нее. И рядом, хитро потирая ручки, сидел Ноэль и складывал из пальцев сердечко, пытаясь поймать в него этих двоих.

— Оно всегда было у меня, — Валентайн хмыкнул, поправляя оборку на платье. — И принадлежало Эльзе. Когда-то. Очень давно. Точнее… это точная копия ее платья.

У Лизы словно весь воздух из легких выбили. То есть он сейчас осознанно давал ей надеть платье своей возлюбленной?!

— Я не могу, — она сглотнула, отступая.

И тут же на плечи девушки легли руки Ноэля, а лопатками она уперлась ему в грудь. Нечистый улыбнулся, сперва придержав девушку на месте, а затем легко подтолкнув ее вперед, навстречу к Валентайну.

— У Эльзы волосы были рыжие, как у тебя, — Ноэль вздохнул, на миг пересекаясь взглядом с вампиром. — Мне удалось убедить Валю в том, что реинкарнация существует. Я несколько дней собирал доказательства, вот и не появлялся в школе. И нашел их достаточное количество.

— И когда я одолжил тебе это платье для постановки, — Валентайн тяжело выдохнул, — на сцене я думал, что поцелую не Лизу, так ты похожа была в нем на Эльзу. Но в последнее время все яснее осознавал, что целовал там я именно тебя.

Девушка всхлипнула, прикрывая рот ладошками. Слезы покатились по щекам от осознания всего сказанного. Она чувствовала на плечах холодные пальцы Ноэля, а на лице теплый взгляд Валентайна.

— Я просто, — она закусила губу, чтобы не всхлипнуть вновь, — боюсь идти в клуб. Я же трусиха, боюсь больших скоплений людей, шума…

Валентайн отложил платье на спинку кресла и, кивнув Ноэлю, чтобы тот отошел в сторону, приблизился к Лизе, в какой-то момент нервно отступившей к дивану.

— Чего же ты ещё боишься? — Валентайн хитро изогнул бровь. — Вообще, в принципе.

— Ну, — Лиза задумалась, не понимая, чем был вызван такой вопрос. — Некоторых насекомых, особенно многоножек и пчел. И всего, что похоже на пчелу. Высоты и замкнутого пространства, кататься на коньках и лыжах, и…

— Меня? — вампир резко склонился над девушкой, заставляя ее нервно пискнуть, падая на диван и вжимаясь в его спинку.

Сердце пропустило несколько ударов, не позволяя пульсу успокоиться. Тот практически взбесился, не давая Лизе возможности даже вздохнуть спокойно.

Он так близко. И смотрит прямо в глаза. И дышит. А глаза у самого практически безумные, в них искры мечутся, кровь плещется. Кажется, она даже забыла о том, что в двух метрах от них сейчас стоял Ноэль.

— Если постараешься, — Лиза с трудом позволила себе выдохнуть. — Начну бояться и тебя.

— А тебе не нравится чувствовать себя жертвой? — Валентайн улыбнулся, ещё сильнее приближаясь к девушке. Практически касаясь ее губ своими.

— Нет! — тихий писк.

— Моей жертвой, — полезное уточнение.

— Ч-что?

— Отвечай! — почти утробный рык. Вампир играл.

— Да!

Он собрал всю силу воли в кулак, чтобы отпрянуть и не поцеловать эту маленькую хрупкую девочку прямо здесь, на глазах у Ноэля. После разговора с Амадеем вампир слегка пришел в себя, совладав с чувствами к Лизе. И, если ему нравилось наслаждаться своим грехом, подчиняя девушку себе, то, кажется, она не была категорически против подобного. Хоть и смущалась. Мило краснела.

— Так, возьмешь платье? — он широко улыбнулся.

А Лиза, опешив от происходящего, только кивнула, тряхнув головой и сгоняя наваждение. Оно упорно не сгонялось.

***

В ожидании урока русской литературы, на котором весь одиннадцатый класс должен был писать контрольную, Лиза сидела в столовой. Она пила какао из термоса, осознавая, что, как бы ее не раздражала любовь Евы к сериалам, но ей сейчас не хватало болтливой подруги. Хотя бы чтобы скрасить одиночество.

Вскоре, правда, рядом приземлился Ноэль. Он широко улыбнулся и подмигнул Лизе, протягивая ей шоколадку с орехами. Девушка не посмела отказаться, а потому уже через минуту эти двое уминали за обе щеки шоколад, запивая все это дело вкусным какао.

— Я, кстати, с утра у школы кого-то странного видела, — Лиза проглотила очередной кусочек шоколада.

— Странного? — Ноэль изогнул бровь. — Смешная шутка. Ты говоришь это Нечистому духу. И, постой, это говоришь ты! Человек, который проводит время с…

— Молчать! — девушка рассмеялась, ткнув его пальцем в бок. — Я серьезно. Тут кто-то маячил на ступенях. В плаще черном.

— Смертыч, может? — слегка призадумавшись, изрек Нечистый. — Ну, Смерть, в смысле.

— А она тоже… ну, существует?

Все-таки вампиры и демоны еще понятно. Но Смерть для Лизы все-таки оставалась только явлением, не более. И живой представлялась только в образе костлявого явления в балахоне.

— Конечно, — Ноэль пожал плечами. — Я, правда, не знаком с ней. Но говорят, что веселая особа. Любит тусовки и алкоголь. Там всегда столько потенциальных трупов.

— А она вообще кто? В смысле, с темной стороны, или скорее служит Ордену? — осторожно поинтересовалась Лиза, с опаской оглядываясь по сторонам.

— Скорее поддерживает здоровый нейтралитет. Обе стороны за долгое время поставили ей столько трупов…

— Первые поставщики после бубонной чумы? — девушка с улыбкой фыркнула.

— Не, это наших рук дело, — Ноэль отмахнулся. — Все эти крестовые походы, эпидемии, религиозные войны. Она ненавидела нас в свое время.

Он отвернулся, оглядываясь по сторонам. Затем бросил короткий взгляд на наручные часы. Улыбнулся и, подхватив Лизу под руку, потащил ее в сторону кабинета языка и литературы. Накануне вечером Валентайн поведал Ноэлю, по секрету, конечно же, что он планировал какой-то интересный урок. Поэтому Нечистый пообещал обязательно девушку до кабинета дотащить. Хотя она особо и не сопротивлялась.

Усевшись за первой партой, Ноэль помахал рукой Валентайну, который что-то увлеченно выписывал на доске. Тот обернулся, встретившись с ним взглядом, и его губы тронула улыбка. Взгляд вампира скользнул по Лизе, сидевшей около Нечистого. И на душе как-то спокойнее стало. Девушка вскользь взглянула на доску, и довольно улыбнулась.

— Сочинение? — она взглянула на вампира. — Валентин Анатольевич, но мы же еще даже не начали Булгакова!

— А оно не по «Мастеру и Маргарите» — парировал Валентайн.

— На вольную тему? — предположил Ноэль, разыскивая у Лизы в пенале запасную ручку.

— Нет, — вампир покачал головой. — Тема: «Любовь хулигана».

— Мы ведь давно закончили Есенина, — Лиза удивленно округлила глаза.

— Я просто выбрал красивое название. Вы должны написать мне о том, что для вас является любовью. Что вы подразумеваете под этим словом, что чувствуете, когда оно касается ваших губ, — Валентайн выразительно заглянул в глаза Лизе, легко ей улыбнувшись. — Дерзайте.

Ноэль послюнявил карандаш, потому как запасной ручки у Лизы не обнаружилось, и залез к ней в сумку в поисках двойного листочка. Девушка же вырвала листок из тетради по русскому языку и, щелкнув ручкой, начала писать.

***

Собрав сочинения у одиннадцатого класса, Валентайн скрылся у себя в подсобке и, найдя среди листков работу Лизы, решился ее прочесть незамедлительно, отдельно от остальных. У девушки был довольно неразборчивый почерк, но вампира это вряд ли бы остановило.

«Любовь — это первое свидание. Это робкий взгляд из-под ресниц. Это дрожащие руки, подгибающие колени и румянец на щеках, который уже становится перманентным для них состоянием.

Когда влюблен, тогда решаешь быстро. И все на свете становится чуть менее важным, чем голос любимого человека. Чем его образ, идеализированный влюбленным мозгом.

Люди не умеют любить так, как пишут об этом в книгах. Чтобы любить так, как Маргарита любила Мастера, как Дракула свою невесту и как Ромео любил Джульетту. Но мы так не умеем. Все время нам что-то мешает. И это может быть… да, что угодно! Происхождение, вероисповедание, материальное положение. Даже чье-то прошлое сможет стать помехой для любви. Ведь не все способны переступить через свои воспоминания, да?

Любить я, наверное, не умею. И признаний в любви никогда не делала. Но я искренне завидую тем, кто умеет это. Ведь если бы я была Вильгельминой, то я не побоялась бы сказать Дракуле о своих к нему чувствах. В конце концов, запретный плод сладок. Пусть было бы больно, но это было бы искренне. Всю жизнь, что мне дана, я готова была бы отдать своей любви до последнего дня, до последней капли крови».

Свернув листок и убрав его в карман брюк, Валентайн выбежал из подсобки. Одиннадцатый класс как раз покидал кабинет. Он тут же догнал Лизу и, кивнув Ноэлю на дверь, схватил ее за руку, заглянув девушке в глаза.

— П-пусти, — Лиза вздрогнула, стоило только замку щелкнуть в двери. — Мне нужно спешить. На физкультуру.

— У тебя освобождение, — сладко раздалось над ухом.

Валентайн мягко потянул девушку за руку, увлекая ту за собой, в полумрак подсобки. Лиза нехотя сделала шаг за ним, кусая губы. Было страшно. Ей совершенно не хотелось давать вампиру кровь каждый раз, когда он того пожелает. Точнее, скажет, что это нужно не ему, а ей. А ведь сердце сейчас вообще не болело.

— Не надо делать этого в школе, — прошептала девушка, не в силах воспротивится вампиру.

— Тебя пугает то, что нас могут увидеть? — улыбнулся Валентайн, снимая очки и откладывая их в сторону. — Брось.

— Я не хочу ходить по школе, шатаясь от страха, — тихонько пискнула Лиза, встречаясь со взглядом пронзительно-малиновых глаз.

— А я не собираюсь сейчас кусать тебя, — он хитро закусил губу. — Твое сочинение, — Валентайн кивнул на стопку листочков одиннадцатых классов, — я уже прочел его. И оценил.

— Насколько оценил? — девушка криво улыбнулась, вспоминая, насколько искренний бред она там писала.

Да уж, настоящее признание в любви к вампиру. Конечно же, облаченное в слова о персонажах из фильмов и книг, выхваченные даже не из оригинального произведений, а из каких-то мюзиклов, фанатских работ, глупых экранизаций. Но все-таки, это было признание в любви. Дура, не иначе.

— Я заметил, что в последней строчке ты исправляла имя Дракулы корректором. И, знаешь ли, если взглянуть на корректор через яркий свет, можно легко прочесть то, что было написано там ранее.

Да. Она ведь автоматически написала другое имя. Принадлежавшее одному вампиру, который слишком хорошо разбирался в корректоре.

Внутри у Лизы все замерло. Даже сердце, кажется, остановилось, а затем с визгом убежало куда-то, проломив ребра, и крича что-то о том, что оно отказывается и дальше участвовать в этом фарсе.

— Нет…

Валентайн склонился над девушкой, мягко притягивая ее к себе и тут же целуя. Искренне, горячо и как-то неприкрыто по-собственнически.

— Я не отпущу тебя, — выдохнул он, все-таки на миг отрываясь от девичьих губ.

— Что ты говоришь? — Лиза отвернулась, силясь скрыть алеющие щеки, глядя на вампира из-под полуопущенных ресниц.

— Извини, что не уточнил, — он усмехнулся, мягко беря лицо девушки в свои ладони. — Мы встречаемся, ты не знала? Я услышал твое признание.

========== Часть 18 - Танцы со смертью ==========

Оставив Лизу в спальне, Валентайн дал ей время переодеться. На кресле ее поджидало пышное платье Джульетты. Сам вампир отшутился, что нарядится в костюм Ромео, который преступно стащит со школы.

Переодеваясь перед предстоящим карнавалом, Лиза все еще прокручивала в голове случившееся в школе. Валентайн ее не спрашивал. Просто поставил перед фактом того, что отныне они встречались. И это явно были не легкие подростковые отношения, которые можно было разорвать через пару недель, как только надоест или дойдет до первой ссоры.

— Можно войти?

Вампир костяшками пальцев постучал в дверь спальни, предвкушая вновь увидеть Лизу в том самом платье.

— Да!

Она стояла, опустив взгляд куда-то в пол. В этом платье девушка чувствовала себя слишком взрослой. Она переставала ощущать саму себя как подростка, школьницу и просто девчонку, превращаясь в собственном сознании не то в принцессу, не то хотя бы в леди, на худой конец.

— Ты великолепна, — Валентайн улыбнулся, окидывая девушку взглядом. — Джульетта…

— Ромео?!

Лиза чуть не поперхнулась воздухом, когда к ней пришло осознание, что Валентайн действительно походил на Ромео. Его наряд почти не изменился. Только пояс украшала изящная рапира да на плечах покоился серебристый плащ с черной атласной подкладкой. И черная бархатная маска на лице.

— Мы же не на маскарад идем, — она сглотнула.

— Да, но мне не хочется «светиться», — вампир пожал плечами. — И тебе не советую, — он протянул Лизе изящную белую маску с кружевом. — Моя Джульетта.

— Зовись иначе как-нибудь, Ромео, и всю меня бери тогда взамен! — Лиза улыбнулась, встречаясь взглядом с Валентайном.

— Это предложение? — он усмехнулся, наклоняясь к ней. — Я не против, если что.

Девушка сглотнула, отступив назад. Она, конечно, понимала, что когда-нибудь это должно случиться, раз уж они встречались. Но не сейчас же!

— Расслабься, — вампир хмыкнул, — я не собираюсь делать ничего без твоего согласия. Пойдем. Нас уже ждут.

И их действительно ожидали. На скамеечке во дворе, распугав всех местных бабулек своим внешним видом, гордо восседали Ноэль и Амадей, агрессивно делавшие вид, что друг-друга вообще не знают. Выбежав из подъезда, Лиза подобрала подол и угодила в приветственные объятия Ноэля. Тот прижал ее к себе, попутно помахав ручкой Валентайну.

Будучи в объятиях Нечистого, Лиза окинула взглядом скучающего на лавочке Амадея. Оделся он донельзя просто. Черная водолазка, колокольчик на шее, кожаные обтягивающие штаны, высокие ботинки по обыкновению. Только на голову нацепил черные пушистые кошачьи ушки, да к поясу прицепил длинный тонкий хвост. И тут до Лизы дошло, что надо было бы оценить костюм Ноэля. Она отстранилась, окинув парня взглядом с ног до головы. Практически ничего в его наряде не изменилось. Все та же белая рубашка, подтяжки да черные брюки. Только теперь сверху появился пиджак с позолоченными погонами и застежками, да на шее болталась веревочка с приклеенными к ней конфетками.

— Так, а ты кто? — она никак не могла понять, что задумал парень.

Нечистый с улыбкой отошел на шаг назад и, загадочно улыбаясь, распахнул полы накинутого на плечи пиджака. Вся подкладка была обклеена шоколадными батончиками и конфетами всех видов и размеров.

— Дилер? — осторожно предположила Лиза.

— Продавец на черном рынке? — подкорректировал Валентайн, останавливаясь у нее за спиной.

— Лучше! — Ноэль хитро хихикнул. — Человек-диабет! Я специально посчитал: если это все съесть — можно отравиться и умереть!

— Проверь, на досуге, — фыркнул вампир, направляясь к своей машине. — Запрыгивайте.

***

Всю недолгую дорогу до клуба Ноэль что-то активно обсуждал с Амадеем, сидя вместе с ним на заднем сидении. В какой-то момент чуть не дошло до драки, но Валентайн пригрозил выкинуть их с ближайшего моста. Тут уж Ноэль, свято недолюбливавший воду, что-то недовольно прошипел и заключил с Амадеем временное перемирие. Тот только плечами пожал, ибо воду обожал с детства. Хотя того самого детства он и не помнил.

С клубом у Лизы были связаны не самые светлые воспоминания. Но она виду не подавала, спокойно просочившись мимо вышибалы и покорно следуя за Валентайном. Тот обошел по периметру весь основной зал, где грохотал немецкий рок, и, оценив обстановку, поздоровался с каким-то Бонапартом, и прошел в VIP-зону. И вся компания, решив не задерживаться, прошла за ним. Там вампир проследовал к самой дальней части зала и проскользнул за плотную черную портьеру. Тут уже они оказались в небольшой уютной комнатке, состоявшей из черного кожаного дивана под стеной и круглого стеклянного стола в центре. На том самом столе сейчас стоял кальян, а в комнатке витали пары дыма. Запах был довольно приятный. Отдавал не то вишней, не то дыней. На диване, попивая какой-то коктейль кислотно-зеленого оттенка, восседала Хелла.

— А вот и ты, — она поднялась, расплывшись в улыбке, — Валентайн.

Лиза присвистнула, глядя на платье вампирши. Похожее на алый росчерк, оно подчеркивало ее фигуру. Расшито платье было черными и красными сердцами, а голову ее венчала корона с сердцем. Девушка посмела предположить, что Хелла собой явила кого-то вроде королевы червей. Ну, хоть не пиковая дама, и на том спасибо.

— О, — цепкий взгляд Хеллы прошелся по Лизе, — так это та самая? — она удивленно вскинула бровки. — Тогда мы знакомы.

Остальных вампирша не удостоила внимания. Правда, они, кажется, ни разу не расстроились, вслед за Валентайном опускаясь на диван. Лиза оказалась меж ним и Ноэлем, и была несказанно рада такой компании. Все-таки с Искусителем она была не в настолько хороших отношениях.

— Я осмелилась заказать нам по коктейлю заранее, — как ни в чем ни бывало продолжила Хелла. — За встречу.

Она кивнула на поднос с пятью бокалами. Все они были наполнены алой жидкостью, которая по густоте напоминала нечто вроде томатного сока. Каждый молча взял по бокалу и, не чокаясь, поднял его в воздух, приветствуя собравшихся.

Лиза наблюдала за тем, как Хелла сделала глоток. Сразу за ней Амадей и Ноэль почти залпом осушили свои бокалы. Валентайн же лишь слегка пригубил напиток, отставив бокал в сторону. Девушка уж было сама поднесла его к губам, но чьи-то холодные пальцы схватили ее запястье. Лиза взглядом встретилась с Ноэлем. Он лишь покачал головой, забирая бокал из руки девушки и отставляя его в сторону.

— Не гоже угощать кровью людей, — он бросил хмурый взгляд на Хеллу.

— Ох, простите мне мою пустую голову, — она всплеснула руками, — совсем забыла, что девчонка еще человек.

— Я все еще здесь, — фыркнула Лиза, благодарно кивнув Ноэлю. — Говорить о ком-то в третьем лице в его присутствии — дурной тон.

Хелла хохотнула, вновь делая глоток крови из бокала. Валентайн, подавив тяжелый вздох, последовал ее примеру. А Лиза, наблюдая за этим, обернулась к Ноэлю.

— Это действительно кровь?! — она поморщилась, осознавая, что могла попробовать секундой ранее.

— Да, — тот спокойно кивнул. — Свиная, зачастую.

— Сегодня человеческая, — встрял Амадей, облизывая губы раздвоенным языком. — Уже можно говорить, да?

— А почему было нельзя? — Лиза непонимающе воззрилась на Ноэля.

Он открыл было рот, чтобы ответить, но его опередили, чему Нечистый был несказанно рад.

— По одной из старых традиций, никто из гостей не имеет права говорить, пока хозяин вечера не выпьет крови, — констатировал Валентайн. — Пустая формальность, но традиции приятно чтить.

— Приятно? — Амадей скривился. — Или все-таки принято?

— Для кого-то приятно, — вампир пожал плечами. — Ровно до того момента, пока это не начинает напрягать или угрожать чьей-то жизни.

— Иначе меня бы опять сожгли еще парочку раз, — грустно вздохнул Ноэль, пальчиком обводя контур бокала.

Только сейчас Лиза заметила, насколько спокойно Ноэль держался в присутствии той, кто вполне обоснованно желал ему смерти. Он говорил с ней также, как и с любым незнакомцем. Как говорил с Лизой когда-то, ещё при первой встрече. Даже его голос не изменился, не изменились жесты и поведение. Он был спокоен и расслаблен. А голос…

Кажется, девушка впервые обратила внимание на то, какой приятный, оказывается, голос был у Ноэля. Нежный, спокойный, как и всегда, без какой-либо хрипотцы или бархатистости. Довольно тихий и мягкий, а речь его была плавной и слегка тягучей. Как будто у Нечистого голос так и не поломался в подростковом возрасте где-то пару тысяч лет назад. И это только усиливало в голове образ Ноэля как спокойного, тихого и невинного парня. Видимо, это было одной из причин, почему на него сложно было обижаться.

— Кто бы говорил, Пепельный барон, — прошипела Хелла, откидываясь на спинку дивана. — Вы так напряжены. Расслабьтесь. Иначе ничего не скажу.

Нечистый что-то буркнул себе под нос, но отвечать не стал. Просто отклеил от подкладки пиджака три шоколадных батончика. Один протянул Лизе, другой всучил Амадею, а третий грустно умял за пару секунд, слизывая с губ шоколад и хрустя орешками.

— Хелла, — Валентайн разбавил тишину, обратившись к ней, — мы не просто так сюда явились. Ты обещала рассказать о том, что знаешь.

— Ах, да! — вампирша всполошилась. — Да. Слышала о том, что у вас тут ходят слухи о Туманном лорде.

Переглянувшись, вся компания, не сговариваясь, кивнула. Ноэль даже отложил уже почти развернутую шоколадку.

— Слухи правдивы, — прошептала Хелла, наклоняясь к столу, словно боясь, что их мог кто-то подслушать. Лорд существует, и это он создал всех нас. Только он блокирует память своим слугам. И мы не можем вспомнить, кем были в прошлой жизни.

Валентайн, слегка призадумавшись, кивнул. Он действительно не помнил ничего о том, что происходило с ним до того, как он очнулся, осознав себя Кровавой луной. Когда его нарекли Первым падшим. Все его воспоминания были сотканы из рассказов друзей, старых портретов и писем. Но вампир знал откуда-то и свято был уверен в том, что ему много тысяч лет. И все вокруг знали то же самое.

— Этот барьер у некоторых со временем стирается, — продолжала Хелла, попивая кровь. — Но его можно снять собственноручно. Достаточно самому ранить себя и выпить собственной крови.

— И поможет?! — Ноэль удивленно вскинул брови.

— Я проверяла этот метод на нескольких вампирах, — она кивнула. — Удалось вычитать в древних свитках, что лорд заклинал своих слуг, тех, что рождены хотя бы более двух сотен лет назад, одними словами.

— И кровь ты прольешь только ради меня, когда я сам явлюсь за тобой, и не познаешь ты вкуса собственной крови? — предположил Амадей.

— Вот! — Хелла подскочила.

Искуситель кивнул. Он давно слышал об этой формулировке. Ведь он частенько интересовался во всяческих источниках о том, кто же такой этот загадочный Туманный лорд, являвшийся ему во снах и видениях. А теперь уже и в реальности.

— Это же устойчивая древняя формулировка, — скептично фыркнул Валентайн.

— Он этим и пользуется, — прошипела Хелла. — Знает, что никому и в голову не взбредет воспринимать это буквально.

Повисла напряженная тишина. Все обдумывали услышанное. Хелла осторожно выглянула в коридор, желая удостовериться в том, что никто за ними не следил, и ни одна живая, и не очень, душа не услышала этого разговора.

— Но лорд не любит тех, кто лезет в свое прошлое, — она вздохнула. — Дескать, я подарил тебе новую жизнь, чего ты в старую-то лезешь? Слухи ходят всякие. Мол, убивает он технично всех, кто каким-то образом в свое прошлое пытается проникнуть. Даже если кто-то из нас полезет в архивы искать информацию о своих предках.

Не самая радужная перспектива. Все присутствующие замерли, не зная, стоило ли вообще что-то говорить.

Валентайн раздумывал над тем, стоило ли вообще верить Хелле, не пыталась ли она их подставить. Но зачем это ей? Он вообще всерьез задумывался над тем, чтобы данный метод опробовать.

Ноэль недовольно морщился. Ему проверять не хотелось, поскольку он по природе своей человеком был довольно осторожным, если не сказать трусливым. И подобная авантюра с перспективой быть убитым Туманным лордом ему как-то не приглянулась.

Амадей же выпил кровь из бокала Лизы и хмуро разглядывал потолок, стилизованный под темные своды пещеры. Он явился сюда, чтобы узнать о своем хозяине что-то новенькое. И теперь боялся даже вновь увидеться с ним. Ведь если Ноэль или Валентайн еще могли сразиться с любым воином в бою на клинках или посоревноваться в магии, то сам Амадей не был ни великим воином, ни мудрым магом. Лишь умелым любовником.

— Если верить твоим словам, — он первым же и подал голос, — то твои подопытные должны быть мертвы.

— Все до единого покончили с жизнью, — хмуро изрекла Хелла, допивая кровь.

— А ты сама? — Ноэль изогнул бровь. — Если знаешь столько.

— Живу короткими перебежками, стараюсь не задерживаться в одном городе дольше, чем на несколько недель, — она помрачнела. — Он найдет меня, рано или поздно. Убьет.

— Ты нас подставила, — наконец подал голос Валентайн. — Туманный лорд убивает всех, кто знает эту информацию? И ты позвала нас сюда, чтобы ею поделиться!

— Я помочь вам хочу! — она всплеснула руками, тут же скрещивая их на груди. — Вы тут в наибольшей опасности. Туманного лорда видели здесь. И я советую вам бежать, и как можно скорее.

И вновь дребезжащая тишина. Хелла вновь наклонилась к кальяну, выпуская дым изо рта и наблюдая за ним. Словно хотела за дымом скрыться от Туманного лорда, который наверняка уже искал ее.

— Вы описываете лорда таким величественным, — впервые подала голос Лиза. — Действительно верите в то, что он стал бы гоняться за каждым, кто хлебнет собственной крови?

— А как ты объяснишь смерти моих подчиненных? — вампирша фыркнула.

— Ты сама сказала, что они покончили с жизнью, — Лиза пожала плечами. — Возможно, лорд не зря скрывает от некоторых их прошлое? Вдруг он выбирает себе в слуги не самых хороших людей. Вдруг кому-то лучше не вспоминать о том, что он творил в предыдущей жизни?

— Хочешь сказать, они узнали о себе нечто настолько ужасное, что решились на самоубийство? — Ноэль с прищуром взглянул на Лизу. — Это неплохая идея.

— Иначе ты, — девушка кивнула на удивленную Хеллу, — уже была бы мертва. Лорд умеет убивать быстро и тихо. Значит, ему либо не нужна твоя смерть, либо он чего-то дожидается.

— Либо мы переливаем из пустого в порожнее, — простонал Амадей. — Смысла нет. Мы все равно ничего такими темпами не узнаем.

— Соглашусь, — хмуро подвел итог Валентайн.

На этот раз тишина затянулась на неприлично долгий промежуток времени. Ноэль приобнял Лизу, позволяя той уткнуться себе в рубашку. Девушку напрягало это место, да и контингент, прямо сказать, не особо радужный. Амадей продолжал разглядывать потолок, а затем просто прикрыл глаза, задумавшись. Только Хелла неотрывно смотрела на Валентайна. А он, словно и не замечая ее, неотрывно вглядывался в пустоту, словно пытаясь что-то там найти. Или вспомнить.

— Лиз, — он обернулся к девушке, — не могла бы ты ненадолго оставить нас? Есть кое-что, достойное обсуждения. Но я не хочу, чтобы ты участвовала в обсуждении.

Впервые, кажется, голос вампира звучал настолько холодно. Особенно в адрес девушки. Лиза, сглотнув, кивнула. Она поднялась с места и, кинув короткий взгляд на Хеллу, вышла из комнаты.

— Я прослежу, чтобы ничего не случилось!

Вслед за ней с места сорвался и Амадей. Проводив этих двоих взглядом, Ноэль непонимающе уставился на Валентайна.

— Может, ты объяснишь, зачем спровадил их?

— Я попросил удалиться только Лизу, — уклончиво отозвался вампир.

— Ага, и смотрел на Амадея так, словно представлял, как бы он выглядел на дыбе. Не пытайся меня обмануть, — Нечистый фыркнул.

На несколько мгновений их взгляды встретились. Спокойные глаза цвета пепла, обрамленные пушистыми снежными ресницами. И горячая яростная кровь, бушующая в глазах вампира. Но, насколько бы силен не был Валентайн, когда он злился, он не мог долго выносить вечно спокойный взгляд друга.

— Хелла говорила, что знает что-то о проклятии Лизы, и как от него можно было бы избавиться, — сдался вампир, отворачиваясь. — Если там будет что-то неприемлемое…

— Не хочешь, чтобы она знала. Я понял, — Ноэль кивнул, также переводя взгляд на Хеллу.

Та только ткнула пальцем в звоночек, вызывая официанта. Затем заказала еще пару коктейлей. Откинулась на спинку и сделала очередную затяжку, выпуская изо рта клубы дыма.

— Если девчонка проживет с чумой в активной форме более полугода, — Хелла вздохнула, — она сможет сама с ней справляться. Научится контролировать свою кровь. Сможет даже использовать ее как оружие. Ей тогда не будет нужен вампир подле нее.

— И что ты хочешь этим сказать? — осторожно поинтересовался Ноэль, глядя на то, как Валентайн сжимал кулаки.

— То, что тогда она превзойдет своего наставника и вскоре погибнет от переизбытка сил. Это почти никому не удавалось, проклятые слишком быстро гибли. Но есть парочка описанных случаев, — Хелла сглотнула. — И завещается, что проклятые созданы для того, чтобы усиливать вампиров, которые их разыщут. Что-то вроде приза за хорошую работу.

Она замолчала. Пригубила один из принесенных коктейлей. Видно было, что Хелле страшно было рассказывать подобное Валентайну. А он был напряжен до предела.

— Проклятые — бомбы замедленного действия, — она прикрыла глаза. — Валентайн. Когда она сможет контролировать проклятие. У тебя будет несколько месяцев на то, чтобы убить девочку. Выпить всю ее кровь до капли.

— Что?..

— Иначе проклятие все равно убьет ее. Либо она станет частью тебя. Иначе проклятие не победить.

***

Лиза с Амадеем сидели за баром, обсуждая что угодно, но не состоявшийся диалог. Они искоса поглядывали на танцпол. Там все это время толпились люди, что останавливало обоих от идеи слегка потанцевать. Лиза потягивала через трубочку свой коктейль, наблюдая за девушкой в обтягивающем латексном костюме темно-фиолетового оттенка. Она отжигала на танцполе так, что вокруг становилось жарко.

— Ей бы в тренеры по хип-хопу идти, — Лиза присвистнула, когда девушка в очередной раз встала на руки.

— Конечно, — Амадей хмыкнул, оценивающе глядя на танцовщицу. — Она не боится сломать себе парочку костей.

— Почему? — девушка вновь вернула все свое внимание собеседнику.

— На них все заживает, как на собаках, — он покачал головой. — Ну, зато эти ребята не полностью бессмертны.

Лиза решила не уточнять, что еще за «эти ребята». Ей хватало наличия в ее жизни разнообразных магических существ и представителей волшебного мира.

— Как ты это пьешь? — Амадей скривился, глядя на коктейль в руках у Лизы.

— Ну, я хотя бы кровью брезгую, — она фыркнула, пожимая плечами и демонстративно делая пару глотков. — Прелесть.

— Кровь — живительная влага для нас, жителей темной стороны, — спокойно пояснил Амадей. — Ею не брезгуют все, даже те, кто клыками не одарен.

Искуситель придвинулся к Лизе, заглядывая той в глаза. Затем в какой-то миг поймал ее руку, с интересом принявшись разглядывать вены у девушки на запястье.

— Можно? — он коснулся их пальцами, да клыки на мгновение обнажил. — Очень уж понравилось. А тебе не в ущерб. Все равно проклятие все восстановит до утра, если не раньше.

Лиза сглотнула. Его намеки были настолько непрозрачны, что становилось страшно. Но Амадей сейчас на полном серьезе спросил у нее, можно ли было ему отведать свежей кровушки прямо из вены. И где только такие брались на ее голову?

— Немного.

— Магию применять? — он расплылся в довольной улыбке. — Или будешь терпеть боль?

Она чертыхнулась. Угораздило же слегка выпить и тут же согласиться на подобную инициативу со стороны Амадея. А он, видя внутреннюю борьбу Лизы, только звонко рассмеялся. Слегка подался вперед, одним невинным движением коснулся ее щеки. Тонкие пальцы скользнули по скуле, царапнули подбородок, спустились к шее. И этого было достаточно, чтобы все естество девушки сжалось в тугой узел, желая лишь того, чтобы Амадей свою пытку прекратил.

И он не требовал его об этом просить. Зная, когда нужно было бы остановиться, он прильнул губами к запястью девушки. Укус отдался в руке легким уколом, заставив Лизу вздрогнуть. Валентайн никогда не прибегал к подобным методам.

— Это заводит, да?

Амадей не сразу среагировал на этот вопрос. Сперва допил, затем вытер губы салфеткой, и только тогда соизволил поднять глаза на ту, кто этот вопрос задавал. А это была та самая девушка с танцпола. Она запрыгнула на высокий барный стул около Лизы, и, судя по всему, всю эту сцену наблюдала.

— Верно, — Искуситель был холоден. — Тебе чего?

— Выпить хочу в хорошей компании, — девушка улыбнулась. — Ты кто?

— Амадей. Искуситель, — он поморщился, отворачиваясь. — Не горю желанием еще пить. Не хочется перебивать чем-то этот вкус.

— А я Данте, — новоиспеченная знакомая не прекращала улыбаться. — Смертыч.

— Кто?!

Лиза поперхнулась коктейлем. Буквально сегодняшним утром они с Ноэлем говорили о ней. И вот! Пожалуйста! Лиза смотрела на девушку так, словно это было восьмое чудо света.

— Ну, жнец, — Данте удивленно вскинула брови. — Ты ни с кем из наших не знакома? Ой, познакомлю как-нибудь, обещаю!

Она заказала себе кружку пива и чипсы, сетуя на то, что те подорожали. А Лиза продолжала наблюдать за девушкой. Ее сейчас даже не сильно заботило то, что где-то рядом толпу разглядывал Амадей. Он отошел, бросив короткую реплику о том, что скоро вернется.

— Из ваших?..

— Ну да, — Данте закинула в рот пару чипс. — Угощайся. Это нас прозвали Смертычами. А по научному мы жнецы. Слуги госпожи Смерти. Я…

— Данте Мелроуз, собиратель душ второго ранга! Где мой отчет по поводу происшествия в Ордене?!

На соседнее с Лизой кресло опустилась невысокая девушка в строгом брючном костюме. Она угрожающе смотрела на стушевавшуюся Данте поверх очков в тонкой металлической оправе. Одарив Лизу оценивающим взглядом, она хмуро заказала себе виски со льдом.

— Завтра! Мой рабочий день на сегодня все, — Данте пожала плечами. — Знакомься, это Скульд. Мое начальство. Проводник душ. Но в простонародье тоже жнец. Эй, Скульд! А это моя новая подружка. Э-э…

— Лиза, — она кивнула. — Я знаю.

— Откуда?! — тут уже пришел черед Лизы удивляться.

— О, у Скульд редкая способность. Она видит будущее. И изначально знает имя каждого, кто еще жив и когда-нибудь умрет. В конце концов, надо же ей как-то души в протоколах подписывать, — Данте отхлебнула пива.

— Я вообще думала, что жнец в мире только один, — Лиза сглотнула.

— Ты думаешь, что мы такие единственные в мире? — Данте рассмеялась. — Серьезно?!

— Послушай, — Скульд качнула головой, залпом осушая стакан виски. — Тех, кто существует в мире в единственном экземпляре, таких очень мало. Мы — слуги Смерти, и нас тысячи. Вампиров еще больше. Нечистых духов всех видов и рангов — бесчисленное множество. Тех, кто единственный и неповторимый…

— Таких почти нет! — влезла Данте, хищно улыбаясь. — Это Кровавая Луна, наша госпожа Смерть, тот, кому поклоняется Орден, Туманный лорд, еще парочка, по мелочи.

— А Приходящая в дождь? — Лиза все-таки допила свой коктейль. Интересно, а жнецы по жизни такие болтливые?

— Одна из вампиров, кажется, — слегка хмурясь, отозвалась Скульд.

— А Искуситель? Морской дьявол? — опять встряла Данте.

— Искуситель считается тоже одним из духов, но да, он такой в мире один, — закатив глаза, простонала провожатая душ. — А морского никто не видел уже сотни лет, многие даже среди наших считают, что это только легенда.

— Туманного лорда тоже никто не видел, — парировала собирательница душ.

Об барную стойку звякнул стакан Амадея. Тот все это время сидел молча, лишь прислушиваясь к разговору девушек. И, кажется, вернулся он уже достаточно давно.

— Туманный лорд убил членов Ордена неделю назад, — выдохнул Искуситель. — А вот Морской дьявол — действительно выдумка.

Все замолчали. Данте хрустела остатками чипсов, ожидая, что Амадей выдаст что-то еще. Скульд просто молча проклинала свою напарницу на чем свет стоял. А Лиза…

— Дейви Джонс — плод человеческой фантазии, — на плечо Лизы легла рука Валентайна. — А вот Серебряный клинок, дух моря, вполне реален. Лиз, ты здесь закончила? Мне надо с тобой поговорить наедине.

Девушка вздрогнула, переводя взгляд на вампира. И все, кажется, напряженно задержали дыхание. Пусть и в маске, но он оставался собой. И большинство его опасалось, хоть и не показывало этого. Все-таки, со слов Ноэля, не было того, кто владел бы магией более сильной, чем Валентайн. Хотя Лиза и наблюдала за тем, как Кай спокойно этим занимался. Хотя, возможно, магия Валентайна блокировала только темное воздействие.

Лиза молча соскользнула с высокого стула и последовала за вампиром, на последок помахав новым знакомым рукой. Она только поймала на себе заинтересованный взгляд Амадея, который загадочно улыбнулся ей вслед. Скульд даже не обернулась, глядя исключительно на Данте. И до слуха Лизы донесся лишь обрывок ее фразы:

— …сегодня умрет, не убирай серп.

И девушка, сглотнув, свернула за Валентайном к лестнице. Он поднялся на пустующую площадку над танцполом, останавливаясь у ее ограждения.

— Все в порядке? — Лиза осторожно коснулась руки вампира.

Он улыбнулся, переводя взгляд на нее. А затем кивнул, сжимая руку девушки в своей.

— Да, — даже лживая улыбка Валентайна выглядела очень убедительно. — Скоро пойдем уже домой. С Хеллой обсудили все необходимое. Ноэль уже на такси уехал. Он не любит такие места, как и я.

— А ты, почему не уехал? — Лиза хихикнула, наблюдая за Амадеем. Тот явно выискивал в толпе очередную жертву на ночь.

— Тебя искал. Да и надо было еще кое с кем поговорить. Из местной знати, — он покачал головой, снимая маску. — Устал.

— Знати? Всякие именитые демоны и вампиры проводят время в таких клубах? — Лиза скептично изогнула бровь. — А мне повстречались только два жнеца.

— Здесь много знати. Волчий король — демон, подчиняющий себе любых животных, — вампир скривился, — тот самый Серебряный клинок — гроза морей. Белая кровь — брат и сестра, вампиры-альбиносы.

— А Хелла? Каковы ее титулы? И… где она, кстати? — Лиза огляделась.

Несколькими минутами ранее она видела вампиршу у бара, но сейчас ее там определенно не было.

— У нее довольно мало титулов, как для вампира ее возраста, — Валентайн презрительно фыркнул. — Приходящая в дождь. Или Чумная дева.

— Почему?..

Вампир замолчал. Он принюхался, словно пытаясь среди ароматов кальяна, сотен видов духов, крови, сигарет и алкоголя, найти что-то определенное. И, судя по тому, что он тут же выругался и потянул Лизу за собой, он это что-то все же унюхал.

— Прости. Потом поговорим.

Поднявшись по лестнице еще на пару пролетов, вампир толкнул какую-то дверь и вместе с Лизой вышел на крышу. Там он огляделся и, не найдя никого на пустующей площадке где располагалась пара столиков да пуфики, кивнул Лизе в сторону этой зоны.

— Будь здесь. Я скоро вернусь.

— Но что случилось?! — девушка вцепилась в рукав Валентайна, не желая отпускать его.

— Ничего, надеюсь, — он сглотнул, ободряюще улыбаясь.

Осознав, что на улице все-таки была зима, вампир, недолго думая, снял плащ и накинул его на плечи своей спутницы. И ушел, оставив Лизу в гордом одиночестве. Благо, телефон она все-таки додумалась взять с собой. Поэтому сейчас Лиза отошла к краю крыши, огороженному заборчиком чуть больше метра высотой и, вдохнув морозного ночного воздуха, поежилась. Телефон она достала, чтобы сфотографировать красивые огни вечернего города. Благо, на улице был декабрь, темнело довольно-таки рано.

На улице действительно было довольно прохладно, но не настолько, чтобы укутываться в зимнее пальто. С плащом Валентайна на плечах Лиза чувствовала себя прекрасно. Ровно до того момента, пока внезапный порыв мертвенного холода внезапно не сковал все ее существо. А уже через несколько секунд из нахлынувшего тумана появилась фигура лорда. Лиза сглотнула, отступая к ограждению.

— Чудная ночка. Не находишь?

Тот самый голос подобный патоке. До чертиков приятный и манящий.

— Слишком яркая, — Лиза пожала плечами, пытаясь вслепую включить на телефоне диктофон.

Она так и не удосужилась рассказать Валентайну о своей встрече с Туманным лордом, да и предыдущая запись их разговора еще не пригодилась.

— Кстати, об этом, — словно прочтя мысли девушки, лорд кивнул на телефон в ее руке. — Хочешь устроить прямой эфир и показать меня всему миру? Брось. Остальные меня даже не увидят.

— В смысле? — Лиза непонимающе вскинула брови.

— Коромысле, — хохотнул собеседник, делая шаг вперед. — Камеры моего присутствия не зафиксируют. На них ты сейчас говоришь с пустотой. И твой диктофон тоже.

— Откуда вы…

— Не важно, — он покачал головой. — Дай-ка телефон. Я пришел, чтобы избавиться от той записи. Совсем из головы вылетело тогда.

Лиза молча протянула телефон лорду. Она понимала, что не было смысла противиться. Если верить словам Хеллы, он сейчас мог явиться и за ней. Или вообще для того, чтобы уничтожить саму Лизу. Хотя, в сути, зачем ему это?..

— Никому не говори о наших встречах, хорошо? — он вернул телефон, стоило только удалить всю папку записей с диктофона. — Хочу, чтобы это осталось между нами.

— Что вам от меня нужно? — выплюнула Лиза, забирая свое сокровище и убирая его в аккуратную сумочку.

Лорд приблизился, остановившись у ограждения около девушки. Она не смела даже шелохнуться. В какой-то момент парящий в воздухе плащ коснулся руки Лизы, заставив ее отпрянуть. А лорд, наблюдая эту сцену, только тихонько рассмеялся.

Он все также скрывал лицо за черным шарфом. Только глаза блестели, да редкие прядки волос причудливо извивались, взмывая вверх и опадая вниз синхронно с полами длинного плаща.

— Одна предательница мертва, — он размял шею, покачав головой в разные стороны. — Осталось трое. И это только в твоем окружении.

Лиза сглотнула. О ком он говорил? Более всего сейчас смущало то, что лорду, по внутренним ощущениям девушки, все-таки стоило бы доверять. Или хотя бы прислушиваться к его словам не помешало бы. Ведь в прошлый раз он все-таки правильно подсказал Лизе то, что ее окружали предатели и смерть. Он ведь мог вообще говорить о том, что теперь в окружении девушки побывало двое жнецов!

— Еще не готова преклонить колени? — лениво осведомился он, искоса глядя на Лизу. — Присягнуть мне на верность.

— Зачем? — Лиза нервно сглотнула.

— Ну, — он искренне задумался, — потому что ты, как ни крути, поцелованное тьмой дитя? Потому что я — единственный, кто способен избавить тебя от проклятия?

— Каким образом? — девушка фыркнула. — Мне казалось, что от него избавит только смерть.

— Верно, в какой-то степени, — лорд кивнул, заставив Лизу вновь отпрянуть. — Я могу обратить тебя в вампира. И я, на минуточку, единственный, кто может это сделать с тобой, ведь ты проклята.

— А взамен?..

— Колени преклони. Отрекись от всего, что любишь и знаешь. И стань моей. Всего-то, правда?

И он исчез, рассыпавшись сотней туманных облаков, оставив Лизу в гордом одиночестве. Вынудив девушку с силой сжать зубы, осмысливая произошедшее. И ведь не скажешь, что предложение Туманного лорда не было заманчивым?

Девушке не оставалось ничего лучше, чем присесть на один из пуфиков. Но, судя по общей влажности крыши, не так давно прошел дождь. Поэтому места для посидеть не было, Лизе не хотелось промочить красивое платье. Она просто оперлась о перила, открывая на телефоне какую-то очередную глупую игру-аркаду. И в такой позе, начиная постепенно подмерзать, девушка провела около двадцати минут. Ровно до того момента, пока за спиной не послышались шаги. Лиза обернулась, в надежде увидеть Валентайна. Но она в очередной раз удивленно сглотнула.

— Не думал, что ты любишь подобные тусовки.

Кай мягко улыбнулся, останавливаясь в метре от Лизы. Она удивленно окинула его наряд взглядом. Он не был похож на того, кто пришел на костюмированную вечеринку. А ведь на входе дресс-код, значит…

— Откуда ты здесь? Ты ведь явно не с маскарада. Тебя бы даже не пустили в подобное место!

— Верно, — Кай пожал плечами. — Туманный лорд. Он был здесь?

У Лизы перехватило дыхание. Так вот, чего хотел Кай. Он разыскивал лорда, в то время как сам лорд убивал членов Ордена одного за другим. Но все еще открытым оставался вопрос о том, стоило ли внять словам лорда и промолчать о встрече с ним, или все-таки необходимо было посодействовать Каю?

— Мне почем знать? — Лиза отвела взгляд, флегматично продолжая залипать в телефон.

— То есть ты его не видела? — парень скептично изогнул бровь, скрещивая руки на груди. — Минут двадцать назад.

— Я тут сижу минут пять, о чем ты.

— Конечно, — Кай беззлобно фыркнул. — А слой изморози на оборках платья — это дизайн такой?

Лиза удивленно опустила взгляд к своим ногам, закусив губу. И правда. Легкая изморозь украшала края оборок, складки, подол платья и даже несколько квадратных сантиметров пола вокруг.

— Мне действительно важно знать, зачем сюда приходил лорд, — как можно более убедительно продолжил Кай, наконец, прекратив притворно по-доброму улыбаться. — Я не буду угрожать тебе небесной карой, если ты не скажешь, но…

— Как ты сюда попал?! — не унималась Лиза.

— Серьезно? — Кай потер пальцами переносицу. — Тебя это действительно интересует?

Не дожидаясь ответа, он распался сотней серебристых огоньков, которые тут же подхватил ветер. И уже через мгновение парень стоял около Лизы, покровительственно глядя на нее сверху вниз.

— Не только туманный проходимец умеет летать, — он пожал плечами, явно наслаждаясь впечатлением, произведенным на Лизу. — Итак. Зачем он был здесь? Куда ушел?

— Не отчитывался, — уклончиво, максимально завуалировано отозвалась Лиза.

— Понятно, — Кай кивнул. — Просил тебя молчать. Ну, в сути, ты ничего и не сказала еще. Помоги мне. Просто кивай, ладно? Он не узнает об этом, но твоя помощь может спасти кому-то жизнь.

Лиза нервно сглотнула. Почему она должна была верить парню? Он ведь все-таки работал на Орден. Но и не доверять тому, с кем она была так давно знакома, кто имел столько возможностей от нее избавиться, Лизе не хотелось.

— Он искал кого-то конкретного? — Кай склонил голову набок, заглядывая Лизе в глаза.

Она, на миг задумавшись, отрицательно покачала головой.

— Предлагал тебе что-то? — кивок. — Получил желаемое? — вновь качнула головой. — Спасибо, — Кай расплылся в улыбке. — Ты, правда, очень помогла мне. Теперь я знаю, где его искать.

И парень, даже не попрощавшись, вновь просто исчез, рассыпавшись сотней серебряных огоньков. Их тут же подхватил внезапно взявшийся из ниоткуда поток ветра, и унес куда-то в сторону центра города. А Лиза, провожая Кая взглядом, одними только губами короткое: «Удачи».

Спустя еще двадцать минут холод, наконец, взял над Лизой верх. И она, наплевав на запрет Валентайна, все-таки покинула крышу, планируя разыскать вампира в клубе. Или хотя бы Амадея найти, даже Хеллу, на худой-то конец. Любое движение сейчас было лучше, чем медленная смерть от переохлаждения.

Еще на лестнице Лиза услышала какой-то шум, доносившийся снизу. А стоило ей спуститься вниз, обойти танцпол, удивляясь тому, насколько вокруг осталось мало посетителей, и проскользнуть в VIP-зону, как Лиза, вскрикнув от ужаса, зажала рот ладошкой.

На обледеневшей стене, украсив ту удивительными алыми цветами, разорванный на части и превращенный в одно сплошное месиво, висел покрытый тонким слоем льда окровавленный труп. И Лиза бы не расплакалась от ужаса, если бы даже сквозь лед не просвечивали черные сердца, которыми было украшено платье убитой. Кругом сновали гости клуба, о чем-то перешептываясь. Кто-то спешно собирался домой. Видно было, что труп обнаружили только недавно. А Лиза просто с ужасом разглядывала это ужасающее зрелище, не в силах оторваться. Всегда ведь знала, что уродство притягивает. Но это…

— Бесчеловечно, — только и прошептала она, глотая бегущие по щекам слезы.

Голова убитой валялась в стороне. Кто-то предусмотрительно накрыл тот кусок льда какой-то тряпкой. Но даже так. Тело было изуродовано. Во все стороны торчали обломки окровавленных костей. Конечности вывернуты под совершенно невообразимыми углами. И все это закреплено на белоснежной стене, словно бы арт-инсталляция.

— Она умирала медленно, — около Лизы остановилась Данте, оценивающе глядя на разорванный труп. — Тот, кто это сделал, постарался на славу.

— О чем ты? — сквозь слезы прошептала девушка в ответ, даже не оборачиваясь.

— Чертов Туманный лорд, — рядом остановилась Скульд, что-то прошипев себе под нос. — Он убил ее так, чтобы причинить как можно больше боли. Она чувствовала все то, что с ней делали. И только потом он позволил ей умереть.

— Откуда ты знаешь? — Лиза покачала головой, не в силах осознать услышанное.

— Он всегда так делал, — жнец фыркнула.

— И все это… под носом у такого количества народу? — Лиза все еще не верила в реальность происходящего.

Данте только присвистнула, материализуя в руках садовый инвентарь. Стоило бы забрать душу погибшей.

А около обмороженного тела на стене сверкала ледяная надпись:

«Меньше знаешь — крепче спишь».

Комментарий к Часть 18 - Танцы со смертью

*технично выпиливает персонажей*

мне не заплатили за антирекламу ночных клубов.

========== Глава 19 - Холодный прием ==========

Оставался последний день учебы. А потом обещали грянуть праздники, что не могло не радовать Лизу. Вообще, в школу на сокращенные уроки она явилась только для галочки. И без того слишком много прогулов набралось за последний семестр. И ведь даже не все были по ее собственному желанию!

Валентайна в школе еще не было, он обещал явиться к шестому уроку. Да и Ноэль почему-то все еще не появился. А потому Лиза скучала в одиночестве, проводя большую перемену в младшей школе. Кажется, именно здесь она впервые повстречалась с Валентайном несколькими месяцами ранее. Сейчас здесь никого не было, все население этажа кучно уехало на экскурсию в какой-то очередной музей. А потому лучше места для того, чтобы посидеть в тишине и попить кофе из термоса, было не найти.

Но и в этот раз хрупкое спокойствие девушки было нарушено, стоило ей выглянуть в окно и с каким-то буквально животным страхом осознать, что у нее засосало под ложечкой от увиденного. На уровне второго этажа клубился туман, от которого окна покрывались изморозью. И Лиза не нашла ничего лучше, чем слегка приоткрыть окно. В конце концов, не ссориться же с тем, кто убивает практически одним взглядом.

Кажется, именно этого Туманный лорд и дожидался. Уже через минуту весь туман с улицы переместился в просторный холл второго этажа. Тут же мигнула и погасла единственная работавшая лампа, а под одежду прокрался холодными щупальцами мороз.

— Здравствуй, проклятая.

Он выступил из тумана, окидывая сидевшую на подоконнике Лизу скептичным взглядом. Девушка поежилась, заметно перепугавшись, однако виду старалась не подавать. Если раньше рядом все время оказывался кто-то, кто мог ее защитить, то сейчас она была совершенно одна. В узком коридоре она даже не имела возможности разминуться с собеседником. Ведь дома она могла бежать, проскользнув через дверь, а в клубе рядом был Валентайн. А сейчас, лицом к лицу оказавшись с сильнейшим и самым загадочным из жителей темной стороны, Лиза по-настоящему испугалась.

— Здравствуй, — она пожала плечами, — не знаю, как к тебе обращаться.

Лорд только отмахнулся. Кажется, его не сильно заботила подобная формальность.

— Это ты убил Хеллу? — Лиза осторожно сползла с подоконника, неотрывно глядя на собеседника.

Он только покачал, приближаясь к девушке и опираясь руками о подоконник. Тут только Лиза осознала, что лорд в принципе не способен был сжимать руки в кулаки, настолько длинными были черные когти, которые сейчас цокнули о поверхность подоконника.

— Я ушел раньше. Ее убила собственная глупость, ей хватило ума организовать встречу с тем, кого она собиралась убить. От этого она и пострадала, — пробормотал Лорд, искоса глядя на Лизу. — Что ты делаешь?

Она вздрогнула. Девушка просто наливала кофе из термоса в крышечку. И от внезапного вопроса термос дрогнул у нее в руках, отчего несколько капель еще горячего кофе пролились на паркет.

— Попить хочу, пока кофе от твоего присутствия не обратился в лед, — Лиза пожала плечами. — Хочешь?

Легко улыбнувшись, что было весьма проблематично разглядеть через маску из темных бинтов, лорд покачал головой, просто наблюдая за девушкой. Он обернулся, с прищуром взглянул сперва на кофе в ее руках, затем на термос, и коротко пробежался взглядом по пролитому напитку. И когда Лиза поднесла уже крышку термоса к губам, лорд резко подался вперед, выбивая напиток у девушки из рук. Она, не ожидая подобного выпада со стороны холодного и размеренного двигавшегося мужчины, выпустила крышку термоса, уронив ту на пол.

— Что ты делаешь?! — Лиза удивленно округлила глаза.

— Будь внимательнее, когда вокруг тебя убивают вампиров, — холодно отчеканил лорд, кивая на пол.

Девушка опустила взгляд и тут же вскрикнула, вжимаясь бедрами в подоконник. Этот крик бы услышала вся школа, если бы холодная рука не зажала Лизе рот. И впервые девушка была благодарна лорду.

Она просто несколько минут наблюдала за тем, как пол под ее ногами чернел в тех местах, куда попали капли пролитого кофе. Паркет словно чем-то прожгли, отчего он не просто чернел, но и буквально растворялся, впитывая в себя жидкость.

— Ч-что это? — Лиза с ужасом перевела взгляд на собеседника.

— Яд, — он спокойно пожал плечами. — Магический.

Лорду стоило только взглянуть на паркет, как тот мгновенно покрылся изморозью. И, судя по всему, холод остановил действие этой реакции.

— Поздравляю. Тебя пытались отравить, пока ты еще смертна.

— Пока смертна? — Лиза непонимающе нахмурилась.

— Пока не согласишься преклонить передо мной колени, — уточнил лорд. — Кстати, все обо мне рассказала Ордену? О нашем разговоре на крыше.

И вот сейчас девушке стало действительно страшно. Смерть от яда уже не казалась такой пугающей перспективой, да и, кажется, в термосе оставалось еще несколько порций этого дивного напитка. Только предположить, что лорд мог с ней сделать за то, что она его ослушалась! Лиза, нервно сглотнув, незаметно подхватила свою сумку, пока лорд упорно разглядывал покрытый льдом пол. Решив попытать удачу, девушка спешно отступила в сторону коридора, ведущего к лестнице.

Но стоило сделать еще один шаг, как Лиза с визгом повалилась на пол, который обледенел секундой ранее. Она завалилась на спину, приложившись головой. Лиза потерла затылок, спешно пытаясь подняться. Ей это плохо удавалось, ноги скользили по полу. Девушка не знала, наблюдал ли лорд за ее потугами, но все-таки, решив вновь попытать несчастную удачу, она, только приняв более или менее вертикальное положение, сделала два аккуратных, но быстрых и широких шага к лестнице.

На этот раз лорд решил обойтись без полумер. Он просто вздохнул, обратившись в туман, и через секунду уже вырос у Лизы перед носом. Девушка отскочила от неожиданности, и тут же врезалась спиной во что-то холодное. Она бы обернулась, чтобы оценить масштаб ледяной стены, которой лорд преградил ей путь к отступлению, но он ей не позволил подобной вольности. Тут же приблизившись к Лизе, он склонился над ней.

— Что у тебя спрашивал тот паренек из Ордена?

На губах его играла мягкая улыбка. Но голос. Из мягкого бархата он обратился в холодную сталь.

— Ничего, — Лиза с силой закусила губу, чтобы не всхлипнуть.

— Нет, так дела не делаются.

Острый коготь скользнул по шее девушки, оставляя за собой тонкую алую царапину. И уже через секунду из горла Лизы вырвался хрип, стоило лорду лишь на несколько мгновений сжать рукой ее шею.

— Слушай меня внимательно, — вкрадчиво шептал он, не позволяя Лизе выдохнуть. — Если бы я желал тебе смерти, то не стал бы от нее спасать. Не подумала об этом? Подумай еще над тем, сколько раз Орден спасал тебе жизнь.

Еще несколько секунд пытки, и лорд все-таки отпустил Лизу. Она тут же шумно выдохнула, пошатнувшись и слегка даже упав на плечо собеседника. Он не возражал, позволяя девушке утыкаться носом ему в плечо, судорожно глотая воздух.

— Он спрашивал о том, искал ли ты кого-то конкретного в клубе, — рвано выдохнула Лиза, не позволяя себе поднять взгляд на лорда. — Спрашивал, предлагал ли ты мне что-то.

Она замолчала, наконец, найдя в себе силы ровно стоять и отходя от лорда, упираясь лопатками в холодную стену и ища в ней опоры.

— Все?..

Он смотрел с прищуром, становясь похожим на кота. И Лиза чувствовала, как от этого взгляда напрягалось все ее существо, как покалывало щеки. А еще девушка осознавала, что необходимо было признаваться сейчас.

— Получил ли ты желаемое. Все. Он задал три вопроса, — убито отозвалась она, отводя взгляд.

— И что ты ответила? — заинтересованно улыбнулся лорд, делая шаг назад и прекращая самым наглым образом нарушать личное пространство девушки.

— Это важно?

Лорд подавил вздох, выразительно глядя на Лизу. Этот зрительный контакт, кажется, неприлично затянулся. В конце концов, в гляделки Лиза проиграла, моргнув и смущенно отводя взгляд.

— Я ведь знаю, что ты сказала, — лорд пожал плечами. — Просто мучаю тебя, в наказание за то, что ты нарушила мой приказ. Просил же оставить наши встречи между нами.

— Но зачем?!

Он в задумчивости отвел взгляд. Несколько минут смотрел на свой плащ. Словно впервые заметил, как тот причудливо себя ведет.

— Слишком многие хотят меня найти. И не все с благой целью, — уклончиво улыбнулся он. — Я нашел тебя сам. Не подведи моего доверия, хорошо?

***

Валентайн вручил Лизе большую чашку с чаем и, усевшись за ноутбуком, нервно стучал пальцами по клавиатуре.

— Я не просто так позвал тебя, — он кинул короткий взгляд на дверь кабинета литературы, проверяя, закрыта ли та. — У нас крупные проблемы. Точнее, много мелких проблем, которые можно связать и собрать в одну большую.

Лиза заинтересованно смотрела на вампира. Он, кажется, действительно был взволнован.

— Я подумал над тем, чтобы связать некоторые недавние события. А именно то, что Ева была убита, — он вздохнул. — Кто-то за день до этого перебил Орден.

— Не вижу ничего странного, — натянуто улыбнулась девушка.

Лиза нервно сглотнула, делая глоток чая. Тепло на секунду помогло собрать мысли в кучу, но те вновь рассыпались подобно карточному домику, стоило девушке вспомнить о том, что произошло с Евой.

— Погоди, — Валентайн покачал головой. — Амадей признался мне в том, что за ним ведется охота. Его уже дважды пытались убить с того момента, как он познакомился с тобой. Но Змей умудрился выкрутиться.

— Что ты хочешь этим сказать?..

— Тебя пытались отравить! — Валентайн с силой сжал в руке карандаш, отчего тот переломился пополам.

Лиза, конечно же, рассказала вампиру об этом. Она, правда, деликатно опустила подробности того, кто спас ее от страшной смерти. Девушка упомянула только то, что сама пролила кофе и заметила его пагубное влияние на окружающую среду.

— А вчера жестоко убили представительницу нашей знати, — подвел итог Валентайн. — Все это выглядит очень странно, учитывая то, что в нашем мире редко происходят убийства в принципе. А тут такое.

В голове у Лизы всплыл образ усмехающегося лорда. А ведь он еще при первой встрече предупреждал. Говорил о том, что смерть идёт за девушкой по пятам, что ее окружают предатели вроде Евы. Мозг тут же услужливо подкинул еще и картину, увиденную в клубе. Желудок сжался, грозясь выдать одновременно завтрак с обедом. Вспылили в голове все разговоры с лордом, а особенно то, в чем Лиза не призналась вампиру. Ведь именно лорд спас ей жизнь.

Значит, если бы он действительно был тем, кто стоял за всеми убийствами, то явно бы не стал спасать девушку. Ведь вначале пытаться отравить, а потом спасать — это слишком многоуровневый план. Да и Валентайн тогда не числился бы в списках живых.

— Подведем итог: Ева казнена, убиты десятки членов Ордена, на Искусителя ведут охоту, тебя пытались отравить. А теперь ещё и представительница нашей знати мертва, — Валентайн хмуро сделал какую-то пометку в блокноте. — Словно кто-то специально дёргает за ниточки, избавляясь от тех, кто ему не угоден.

Лиза пожевала губами, ожидая, к какому же умозаключению придет вампир. А он, кажется, пребывал в прострации. Даже по клавишам стучать перестал. Затем бросил короткий взгляд на Лизу, и, буквально пересиливая себя, продолжил.

— Не думал, что скажу это, — Валентайн тяжело вздохнул, словно сказанное давалось ему с большим трудом, — но тебе необходимо поговорить с Каем. Он может что-то знать.

— Что?! Мне не послышалось? — Лиза удивленно округлила глаза, вскочив.

— Лиз, — вампир снял очки, — были убиты и члены Ордена. Значит, это не их рук дело. Кай — сильный волшебник, если это можно так назвать. Вроде апостола среди них, по силе может превзойти даже Ноэля. Он может что-то знать. Если кто-то ведёт войну против нас и Ордена, то, как бы ни прискорбно было это признавать, нам стоило бы с ним объединиться для достижения общей цели.

— Почему только с Каем? Не со всем Орденом.

— В его адекватности я уверен чуть более чем на ноль, — Валентайн фыркнул. — Думаю, он поддержит нашу цель.

— И какова же эта заветная цель? — Лиза нервно сглотнула, сжимая в руках чашку.

— Найти этого игрока, который промышляет убийствами налево и направо. И, если потребуется, избавиться от него, — спокойно отчеканил вампир, поднимаясь из-за стола и убирая ноутбук в сумку.

Лиза, сжав руки в кулаки, отошла к окну, выглядывая в него. На улице кружился снег. Приближались новогодние праздники, что не могло не радовать. Всех, кроме Лизы. Она давно уже не отмечала Новый Год, поскольку дарить маленькие безделушки самой себе она привыкла, и делала это постоянно, а не только на праздники. А ставить же елку для самой себя? Бред.

— Что тебе подарить? — рука Валентайна легла на плечо девушки, притягивая ее к себе.

Лиза слегка вздрогнула, а затем мягко улыбнулась только самыми уголками губ. Накрыла руку вампира своей, сплетая их пальцы.

— Книгу, — она улыбнулась. — «Дракулу», желательно.

— Что? — Валентайн хохотнул, заставляя Лизу развернуться и обнимая ее за талию.

— Будет у меня краткий гайд, как вести себя в присутствии вампира, — она рассмеялась, все еще слегка смущаясь от подобной близости.

— Если мне не изменяет память, то в одной из сцен Влад загипнотизировал героиню, вскрыл себе жилу на груди и заставил ее пить оттуда кровь, — Валентайн поморщился, скептично изгибая бровь. — Может, я лучше сам тебе подобное устрою?

— Иу, — тут уже и Лиза поморщилась, сдерживая смех, — какой кошмар. Тогда сам придумывай, что мне дарить.

— Но проведешь новогоднюю ночь со мной? — вампир склонил голову набок, искренне затаив дыхание и ожидая ответа.

И тут уже Лиза действительно задумалась. Она бы с радостью отпраздновала это явление впервые за несколько лет, особенно в компании Валентайна. Но ведь это подразумевало то, что девушке пришлось бы остаться у него и на ночь. А для Лизы, которая читала слишком много подростковой литературы в свое время, ночевка у парня плюс алкоголь равнялось только одному… Тому, чего Лиза для себя в ближайшем будущем ни разу не планировала.

— Позовешь еще кого-то? — девушка сглотнула, стараясь максимально спокойно улыбнуться.

— Думаю, Ноэль придет, даже если его не приглашать.

— Отлично! Он мог бы помочь мне приготовить новогодний ужин, — Лиза довольно улыбнулась. — Можно и Амадея позвать.

— И Кая? –Валентайн фыркнул. — И Туманного лорда. И весь Орден.

— Зану-уда!

Она рассмеялась, подхватив с пола свою сумку и направляясь к дверям. Лиза уже планировала отправиться на внеплановые переговоры с Каем. И, поскольку номерами эти двое обменяться не удосужились, она планировала ехать прямо в сердце Ордена. И оставалось только верить в то, что там ее не ждала засада. Хотя, кто мог вообще подозревать то, что Лиза изволит сегодня явиться?

Но, стоило девушке только протянуть руку к дверям, как перед ней буквально из ниоткуда вырос Валентайн. Мягко притянув Лизу к себе, он с улыбкой перехватил ее руку и, слегка оттянув в сторону рукав свитера, недовольным взглядом зацепился за приклеенный на запястье пластырь.

— Кто позарился на мое сокровище? — тихо прорычал вампир, заглядывая Лизе в глаза.

— Брось, — она отвела взгляд, — это мелочь. Я почти не почувствовала.

— Кто это сделал? — отчеканил Валентайн, ясно давая понять, что этому кому-то не поздоровится в дальнейшем будущем.

— Не знаю, — Лиза шмыгнула носом, — какой-то пьяный вампир в баре.

Валентайн выпрямился, сверху вниз глядя на девушку. По его лицу сложно было определить, поверил ли он в эту маленькую ложь. Ну, наверное, это звучало более или менее убедительно, учитывая легкий насморк Лизы и ее общий более или менее болезненный вид. Она выглядела настолько несчастной, что сложно было не доверять столь невинному на первый взгляд существу.

— Лжешь, чтобы защитить Искусителя? — Валентайн скрестил руки на груди, скептично изгибая бровь. — Не дурно. Я почти поверил.

— Почти? — Лиза тяжко вздохнула, осознавая, что не быть ей актрисой Большого театра.

— Магический след остался. Иначе я бы действительно поверил, — он пожал плечами, поворачивая ключ в замке. — Как сердце?

— Отлично, — Лиза широко улыбнулась.

— Передай ему, что в следующий раз останется без зубов, — беззлобно констатировал Валентайн.

И видно было, что он не угрожал. Просто излагал сухие факты. И зубам Амадея действительно уже угрожало нечто, нависшее над ними прямо-таки Дамокловым мечом. И это что-то сейчас вполне натурально эти зубы хотело сложить на полку. Но всячески сдерживало души прелестные порывы.

***

По дороге в Орден, уверенность Лизы в светлом будущем постепенно меркла. А стоило девушке прибыть на место и выскочить из автобуса, встретившись взглядом с витражными окнами собора, служившего Ордену своеобразным лобным местом, как остатки уверенности собрали вещички и спешно покинули тонущий корабль Лизиной выдержки. И, не найдя ничего лучше, чем плюхнуться на лавочке прямо в пяти метрах от одних из ворот Ордена, Лиза все-таки набрала первый номер в списке контактов.

Несколько гудков показались ей невыносимо долгими, но на том конце провода трубку все-таки сняли.

— Вас приветствует компания Орифлейм! — раздалось из трубки, отчего Лиза чуть не выронила телефон.

— Очень смешно, — она фыркнула, — мне нужна твоя моральная и физическая поддержка.

— Мне по дороге к тебе зайти в алкомаркет и строительный магазин? — скептично буркнул в трубку Ноэль.

— Зачем? — Лиза непонимающе нахмурилась.

— За моральной поддержкой, то бишь алкоголем. И за физической. То бишь зайду за стройматериалами и сооружу около тебя строительные леса, или что-то в этом духе. Посажу тебя на сваи, — Нечистый рассмеялся, стоило ему только представить последнюю картину. — Ладно, куда подъехать? На месте разберусь, в какой магазин идти.

Лиза коротко бросила в трубку адрес, который ей с трудом удалось высмотреть на ближайшей стене. А Ноэль, тихо проклиная все, на чем свет стоял, отложил трубку в сторону, отправляясь разыскивать одежду, подходящую под погоду на улице. Температуры он, конечно, не ощущал. Но и выйти в морозный ветер в майке не хотелось, это привлекло бы слишком много лишнего внимания.

Лиза откинулась на спинку лавочки, втыкая в уши наушники и ожидая Ноэля, как манны небесной. Она как-то слегка не рассчитала того, что Нечистый дух навряд ли смог бы войти в здание собора, в котором собирался Орден. Но случая проверить это пока еще не предоставлялось. А могло и не представиться.

— Эй, ты чего тут мерзнешь?

Внезапный голос вырвал Лизу из пучины раздумий, заставляя наушники таки стянуть и окинуть взглядом того, кто к ней обращался.

— Мы знакомы? — она спешно напрягла остатки резервов мозга.

— Ну, да, — парень отмахнулся. — Я Агафон.

Лиза натурально почесала затылок, пытаясь вспомнить, откуда в круге ее знакомых могло вылезти это светловолосое разодетое в одежды Ордена нечто.

— А! — она чуть не подскочила, когда мозг таки выплюнул подсказку. — Который в миру Леша?

— Он самый, — парень хмуро вздохнул. — Что ты здесь делаешь? Тебе тут более не рады.

— Это с каких таких-то пор? — Лиза удивленно вскинула брови.

Нет, конечно, отношения с главным злом всея миров и измерений, это ни разу не повод увольнять с церковной службы, конечно же. Но откуда бы Ордену об этом знать?

— Ты не являлась на проповеди. Да и слухи ходят всякие, — Агафон отвел взгляд, постукивая зубами от холода. — Что ты связалась с теми, кто является нашими врагами.

— А ты больше слухам верь! — Лиза отмахнулась.

В конце концов, ей еще предстояло разыскивать тут Кая. Желательно без собак и привлечения полиции, да и защищаться от церковников, размахивающих кадилами и тыкающими в нее крестами, Лизе тоже не очень хотелось. Так что втираться в доверие Лиза начала заранее.

— Это грешно, вообще-то, — воздев палец к небу, констатировала девушка, — слухи за спиной распускать.

— То есть это все только вранье? — тон паренька смягчился, он сам даже улыбнулся.

— Злые языки! Я вообще-то, даже крестик…

— О, привет!

Прямо за спиной у Лизы остановился Ноэль, обняв девушку. И, судя по вытянувшемуся лицу Агафона, эти двое либо были знакомы, и кто-то задолжал кому-то денег, либо доверчивый член Ордена знал о том, что перед ним сейчас стоял самый настоящий Нечистый дух.

— Вы знакомы? — Агафон, сжав руки в кулаки, отступил на шаг назад. — Беги, Лиз, я с ним справлюсь!

— Засохни, гладиолус, — презрительно фыркнул Ноэль, — справится он, конечно. Ага.

— Закрой рот, темное отродье! — завопил юный послушник, вытаскивая из-за пазухи флягу.

— О, там бухлишко? — Нечистый подался вперед.

И он, как и следовало ожидать, ошибся. Во фляге с насечкой было не вино, и даже не водка. Фляжка до краев была полна святой водой. И, как ни странно, Ноэль это знал. А потому стоило Агафону только сдернуть пробку и махнуть флягкой в сторону вкрай обнаглевшего Нечистого, как Ноэль тут же на миг исчез, позволяя воде спокойно пролиться на землю. А сам Нечистый высунулся из-за плеча парня, широко улыбаясь.

— Еще раунд? Или ты спешишь?

Агафон, судя по всему, очень спешил. Потому что, на ходу освящая себя крестным знамением, он рванулся к воротам Ордена, скрываясь за ними. Ноэль недовольно потер переносицу, оборачиваясь к Лизе. И тут он с ужасом заметил то, за чем девушка наблюдала последние несколько секунд.

Попавшие ей на руки капли святой воды пузырились, медленно, но верно разъедая тонкие перчатки.

— Снимай, быстро! — Ноэль рванулся к Лизе, помогая ей стянуть с рук перчатки. — Ничего себе. Я не думал, что святая вода на тебя уже действует.

— И тебе привет, — Лиза все-таки удосужилась выдохнуть. — Ты только что спугнул мой единственный шанс попасть в Орден.

— А ты за ними прямо-таки соскучилась? — Нечистый скептично фыркнул. — Неужели так надоела наша компания?

— Ноги бы моей тут не было! Но мне нужен один конкретный кадр, за которым меня послал Валентайн, — она вздохнула, думая над тем, в каком свете Агафон преподнесет членам Ордена их состоявшуюся встречу, и не стоило ли теперь отложить визит на пару недель.

— И ты приехала сюда сама, — подвел итог Ноэль. — За кем, позволь осведомиться?

— Кай. Ты его наверное не…

— Знаю, — хмуро оборвал Нечистый. — Ты явилась в Орден сама в поисках их чертового апостола, который силой своего эго способен воспламенять предметы, потом подумала, что самой умирать не интересно, и решила позвонить мне. Лиза! — он всплеснул руками.

— Что?! — она даже вскочила от этого внезапного крика. Никогда еще девушка не видела, чтобы парень искренне злился.

— Ты чертов гений идиотизма! Таким как ты памятники ставят, — Ноэль набрал побольше воздуха в грудь, — и называются они надгробиями! Ты головой думала, когда ломанулась сюда, еще и меня позвала?! Меня! Которого тут каждая псина в лицо знает!

— Тогда, — она смущенно отвела взгляд, — прости. Я забыла об этом. Уходи, пока тебя больше никто не видел.

Тут уже и взгляд Ноэля смягчился. Он покачал головой, в качестве мести взъерошивая волосы на голове девушки. Потом понял, что ничего не изменился, ветер все равно выигрывал.

— Тебя там заживо сожрут, — Ноэль фыркнул. — Раз уж ты понадеялась на мою поддержку, то я готов тебе помочь. В конце концов, если меня опять сожгут, то ты хотя бы увидишь, как красиво я горю!

***

Немного посовещавшись на вопрос того, как лучше отправиться на верную смерть, Лиза с Ноэлем пришли к выводу о том, что лучше было обоим сразу сунуться в Орден, поднять лапки, помахать белым флагом и заявить, что без адвоката говорить они не собирались. Звучало это все, конечно, максимально весело, но на деле эти двое так и поступили. Только без криков об адвокате. И без белого флага. Ладно, они даже до самого здания не дошли, их еще во дворе Ордена повстречал отец Гавриил в компании пары горообразных ребят очень приятной наружности и с добрыми овечьими взглядами.

— Ты! Нечистый, отродье тьмы!

Да, и все тут же похватались за кресты, Библии, банки со святой водой. Да и вообще, выглядело это все, как один большой маскарад.

— Стоп! — Лиза выскочила перед Ноэлем, который уже прикидывал, сможет ли он на собственной тяге перелететь через местный заборчик. — Мы пришли не выяснять отношения! Нам только нужно поговорить с…

— А ты вообще молчи, подстилка Сатаны! — грозно рявкнул Гавриил, взмахнув таки флягой со святой водой. — Твою душу еще можно спасти, не бери на нее еще один грех.

Благо, у Ноэля реакция оказалась чуть получше, чем у Лизы. Он успел схватить ее за руку и оттянуть от летевшей прямо в девушку воды. Сам, правда, чуть не поймал ее плечом, но на первый раз обошлось.

— Успокойтесь, нам просто нужен один из вас! Поговорить по душам, выпить чаю, — Ноэль не успел договорить, как у него над головой просвистело какое-то заклятие. — О, так среди вас и волшебники есть? Неплохо, я-то думал, что уже вымерли все.

Как оказалось, на маленькую площадку двора Ордена высыпали практически все, кто на тот момент в общине находился. Поэтому положение Лизы и Ноэля становилось все более плачевным, особенно после осознания того факта, что они случайно отошли от ворот, и теперь путь к отступлению был перекрыт. Еще и всяческие оскорбления летели со всех сторон. Но никто почему-то не спешил атаковать.

— Нам не о чем говорить с такими, как вы!

— Отродья!

— Слуги тьмы!

— Эй, последнее звучит как комплимент! — Ноэль фыркнул. — Они еще более бесполезны, чем я думал. Дайте нам поговорить с вашим Каем, и мы спокойно сгинем туда, откуда вылезли.

— Это куда? — все-таки уточнила Лиза, придерживая Нечистого за руку, чтобы тот не отходил от нее слишком далеко.

— Ну, в Ад? Не знаю, что за место обитания они нам приписывают.

— Скорее Преисподняя, — буркнул кто-то из собравшихся. — Так в писании сказано.

— Не говори с ними! — голос Гавриила, как гром среди ясного неба, заставил всех резко замолчать. — Убирайтесь отсюда! Эта земля священна, вы не можете ступать по ней…

— Ну, могу присесть, — Ноэль, окончательно расслабившись, опустился на корточки. — Ничего не поменялось, как видишь.

И на этот раз Лиза среагировала быстрее. Когда к Ноэлю устремилась яркая вспышка из рук кого-то, стоявшего ближе к самому зданию Ордена, Лиза успела схватить парня за шкирку и потянуть его на себя. Это было вовремя. Вспышка взрыхлила землю в сантиметре от ног Нечистого.

Но за тот краткий миг, на который эти двое отвлеклись от происходящего, кому-то одному все-таки пришло в голову броситься к Лизе, в попытке ее схватить. А за первым рванулись и остальные. За правое дело же, чего тут медлить.

Девушка успешно избежала объятий одного члена Ордена, успешно ушла от другого, заставив их почти столкнуться лбами. Но народу вокруг оказалось слишком много. Кто-то схватил ее за локоть, за что тут же получил в солнечное сплетение от Ноэля. И это стало роковой ошибкой. Парня тут же схватили за руку, выкручивая ее. Раздался хруст костей, а через секунду на землю брызнула кровь.

Нечистый с силой сжал зубы. Он не хотел возвращаться к уже давно пройденному этапу, когда он уничтожал членов Ордена сотнями. Их тогда, правда, и водилось на земле побольше. Но сейчас, в присутствии Лизы, так не хотелось рвать их магией на части.

— Беги! — Нечистый, на миг исчезнув, появился в полуметре от того места, где стоял ранее. — Вали, Лиз! Куда видишь, но вали отсюда!

Он осознавал, что рука уже восстановилась. Как сказал бы Амадей, на Нечистом все заживало, как на собаке. А, может, даже быстрее. Но вот в суматохе пару далеко не лишних костей могли переломать и Лизе, которая ни разу не была жителем темной стороны, и их способностями к регенерации не обладала. Да и, если бы Лиза пострадала, Валентайн свернул бы шею Ноэлю за то, что тот девушку не защитил.

Благо, просить Лизу дважды не надо было. Она, вырвавшись из цепких пальцев какой-то очередной монашки, побежала туда, куда глаза глядели. А они очень неудачно глядели прямо-таки на здание Ордена. Оставалось только надеяться на то, что там был запасной выход.

Но, стоило девушке забежать в здание, как обнаружился там ни разу не запасной выход, а предмет ее с Ноэлем поисков. О, эти завязанные в короткий хвостик блондинистые волосы Лиза, наверное, узнала бы из тысячи. Стоя у алтаря, Кай сжимал в руках небольшой молитвослов, выкладывая на алтарь цветы. Словно и не слышал он той суматохи, что творилась на улице. И, может, Лизе это показалось, будучи причудливой игрой света, но над головой парня сверкнули два нимба, расположенные слева и справа под небольшим углом.

— Кай! — наплевав на все, Лиза бросилась к нему, через секунду уже падая в объятия парня.

— Ты?! — он удивленно вскинул брови, наблюдая за тем, как вслед за девушкой в зале объявились несколько парней, гнавшихся за ней. — Что вы творите в священных стенах?

Голос Кая отражался от сводов собора, давно пропахших ладаном и воском, и оттого казался очень громким, пусть он и говорил максимально тихо и вкрадчиво.

— Прошу нас простить, — первый из преследователей опустился на колено, — но мы преследовали эту чертовку…

— Ты еще и ругаешься, — брови Кая поползли к переносице. — Покиньте нас! И не забывайте о том, что в стенах собора каждая заблудшая душа имеет право на приют.

И, кажется, слова его действительно имели здесь вес. Потому как все преследователи покинули залу, позволив Лизе, выдохнув, наконец, осесть на пол, давая волю эмоциям и кружившейся голове. Кай опустился на колени около нее, прижимая девушку к себе и позволяя ей отдышаться.

— Что случилось, Лиз? — мягко прошептал он, заглядывая ей в глаза.

— Мы пришли поговорить, — всхлипнула девушка, сжимая в руках плотную ткань рясы, — но нас даже не пустили. Хотя мы просили просто поговорить с тобой…

— Они бывают глупы и агрессивны, — Кай вздохнул. — Мы? Ты не одна?..

— Нет! — тут же в мозгу стрельнуло, и Лиза подскочила, побежав к выходу из собора.

Но светлое сияние, окутавшее ее, не позволило ей и с места сдвинуться. Кай, покачав головой, отложил молитвослов на ближайшую скамью. Коротко качнул рукой в сторону лавки, заставляя Лизу туда присесть. А сам, подавив тяжелый вздох, вышел на улицу, наблюдая происходящую там сцену.

Ноэль, кажется, чувствовал себя абсолютно комфортно. Сколько раз ему ломали кости уже сложно было сосчитать. Зато он уже умудрился отправить в нокаут парочку нападавших. И длилась бы эта стычка вечно, не встреться Ноэль взглядом с Каем. Он тут же замер, отвлекаясь от драки. И зря. На него навалились двое, не позволяя парню пошевельнуться.

— Отпустите его, — голос Кая заставил замереть всех.

И, как ни странно, они повиновались. Ноэль почти нехотя поднялся на ноги, встречаясь взглядом с приблизившимся Каем. Хм, кажется, в отсутствие Бога он был тут главным верующим.

— Мы, кажется, знакомы, — Кай склонил голову набок, протягивая руку для рукопожатия. — Никита, да?

— Виделись уже в этом году, — Нечистый кивнул, отстраняясь. — Говорил же, не приемлю тактильные контакты.

— Зачем ты здесь?..

— Защищал Лизу от твоих головорезов, — Ноэль осклабился, — они как-то слабовато в магии натасканы.

Тут же в руке Кая вспыхнуло серебристое пламя. Которое через секунду ударилось об защитный барьер, второпях созданный Ноэлем. Кай удивленно вскинул брови.

— Остановил мое пламя? Неплохо. Это под силу не каждому древнему демону, — он покачал головой. — Можешь уходить. Лизе ничего не угрожает. Я присмотрю за ней.

— Почему я должен тебе верить?

— Потому что я только что спас вам обоим жизни? — аккуратно предположил Кай, продолжая мягко улыбаться.

— Брось, ты же тот самый Неопалимый рыцарь! Тот самый, который придумал сжигать людей на костре, — сквозь зубы процедил Ноэль. — Думаешь, я тебе поверю?

— Еретиков, — поправил Кай, которого уже порядком раздражал его собеседник.

— А они не были живыми людьми? — Нечистый хитро изогнул одну бровь. — Брось, я слишком многое о тебе знаю. Святой из серебра, да? Решил применять серебряные пули, — Ноэль практически шипел на парня. — А Лиза хоть знает, что ты старше ее прабабушки?!

— Успокойся, я не причиню ей вреда и обещаю вернуть ее в целости и сохранности, — Кай сглотнул. Где-то он уже слышал подобные речи.

Не сдержавшись, Ноэль все-таки сделал шаг вперед, заглядывая парню в глаза.

— Если хоть пальцем ее тронешь, я не посмотрю на твою милую рясу, и пущу тебя на кебаб, — ласково улыбнулся он, отворачиваясь и направляясь к воротам Ордена. — Тоже мне, курица крылатая, — буркнул он уже себе под нос.

Но каким-то чудом эти слова достигли ушей Кая. И он, сглотнув, рванулся за Ноэлем, желая лишь одного. Схватить того за руку. Ведь он видел только одну причину, по которой Нечистый внезапно так невзлюбил тактильный контакт: он не хотел что-то выдать. Что-то, что можно было понять через прикосновение. Но, стоило Каю выбежать за ворота Ордена, как он, конечно же, никого там уже не увидел.

А последние слова, брошенные Ноэлем в сердцах, напомнили Каю о ком-то, кого он знал очень давно. Еще до того, как вообще был основан Орден.

========== Глава 20 - Необходимые жертвы ==========

Стоило Каю вернуться к Лизе, как он, ни разу не удивившись, обнаружил девушку спящей. Она могла, как банально уснуть от простой человеческой усталости, Каю не знакомой, так и потерять сознание от переизбытка эмоций. В любом случае теперь парень нес за нее полную ответственность, а потому он подхватил девушку на руки и, подавив тяжелый вздох, рассыпался сотней серебристых огоньков, таким нехитрым способом вместе с Лизой переносясь к ней домой. Все-таки парню не сильно хотелось оправдываться за бардак, творившийся у него дома. При помощи магии он не убирался принципиально, а руки сами по себе как-то не доходили.

Если рассудить, Кай никогда не был человеком, в отличие от любого вампира или нечистого духа вроде Ноэля. Этот паренек, как и некоторые еще, в свое время родился еще с врожденной магией. По силе он был примерным противовесом Ноэлю, и, если тот выступал духом Нечистым, то Кая, при наличии совсем уж скромной фантазии, можно было окрестить духом Святым, али Светлым.

В свое время он был одним из тех, кто хваленый Орден и основал. И, будучи еще довольно глупым, парень придумал многие вещи, за которые сейчас ему было невыносимо стыдно. Ноэль был прав, говоря о сжигании еретиков на кострах, ведь тогда Орден просто не знал, как еще можно было бы удержать власть церкви. И те костры, зарево от которых поднималось над всей тогдашней Европой, в личном списке грехов Кая стояли где-то в районе последнего места. Не вдаваясь в подробности, сам парень себя святым не считал. Куда уж ему.

Уложив Лизу на кровати в ее комнате, он прикинул через сколько спадет действие усыпляющих чар, и направился на кухню. Водрузил на плиту чайник, разыскал спички, сахар и заварку. Несколько минут пытался вспомнить, какой сегодня день недели, и какой чай лучше будет подать в это время суток. Потом плюнул на все, убрал с плеча собранные в хвост волосы, залил заварку кипятком. И, вернувшись в комнату, присел на кровать, глядя на спящую Лизу.

Во сне она была еще прекраснее, чем на тех фото, которые девушка когда-то отправляла парню в чате. На тех карточках она никогда не была искренней, позировала и, кажется, сама не верила в то, что на фото была та самая Лиза. Которая любила интересную одежду, смотрела слишком много мюзиклов и фильмов, увлекалась искусством и прогуливала школу. Та девочка, которая жила без родителей, красила волосы в дикие цвета, а потом долго пыталась вернуть им родной рыжеватый оттенок, скорее походивший на медь.

Когда Кай пятнадцать лет назад узнал о том, что проклятие крови нашло свою обладательницу, он уже знал, кто это будет. И уже тогда он должен был бы убить девочку, чтобы позволить ей избежать дальнейших мучений. Избавить ее от того кошмара, в который ее жизнь превратилась в последнее время. И Лиза, наверное, не помнила того, как Кай впервые повстречался с ней.

Он ждал девочку в парке, а она гуляла тогда с няней. Пожилая женщина отдыхала на лавочке, читая книгу. А трехлетняя Лиза подбежала к пруду, в котором горделиво плавали лебеди. С земли она подобрала кусок хлеба, брошенный там кем-то из туристов. Девочка разглядывала хлеб, тщательно выбирая зачем-то из него изюм. Кай приблизился к ней со спины, планируя одним заклятием оборвать жизнь юной Лизы. Но дернул черт его за язык, больно уж интересно стало.

— Зачем ты выбираешь из булки изюм? — Кай опустился рядом с Лизой на корточки.

— Я не люблю изюм, — девочка ни на секунду не отвлеклась от своего занятия. — Вдруг лебеди тоже его не любят?

— С чего ты взяла? — он тогда улыбался так искренне, словно действительно наслаждался весенним деньком.

— Если я не люблю изюм, то они тоже могут не любить.

Она вывела это умозаключение и, отбросив в траву последний кусочек изюма, начала крошить булку в воду, привлекая к себе лебедей каким-то невыносимо глупым радостным улюлюканьем. А Кай, закусив губу, просто наблюдал за этой маленькой девочкой. И ему почему-то внезапно перехотелось убивать ее. Он вдруг подумал, что мог оставить ей хотя бы детство, ведь от проклятия ее можно было избавить в любой момент.

Кай тогда еще не знал, что он, бессмертное существо, пережившее самых красивых женщин мира, в дальнейшем влюбится в эту искреннюю улыбку, в странный юмор, туманно-серые глаза, ямочки на щеках. Великий Кай полюбил проклятую, поцелованную тьмой девушку. И каждый раз, когда долг говорил ему о том, что пора было бы уже привести приговор в действие, Кай просил сам у себя еще минуточку для Лизы, и так бессчетное множество раз. Он мог убить ее каждую минуту ее жизни с момента их первой встречи. Но не смог. В конечном итоге просто уже рука не поднялась.

Он и сосчитать бы не смог, наверное, сколько раз он стирал Лизе память ради ее же блага. Всегда считал, что существовало в мире то, что лучше было бы забыть, ради собственного блага. Пусть и не всегда находился рядом. Но он старался уберечь девушку от всего, что могло пробудить проклятие. Когда она случайно встречала вампира, Кай в тот же миг готов был стереть ей память. Но в последнее время, с пробуждением проклятия, магия стала ослабевать. Он уже не в силах был стирать из памяти Лизы то, что там щупальцами удерживало проклятие. Созданное тысячи лет назад тем, кто был могущественнее Кая. В делах темной магии, уж точно.

Кай с силой сжал зубы, подумав о том, что в мире оставался только один человек, способный стереть память ему самому. Только вот попросить его никак не выпадало возможности. Он всегда был слишком далеко, словно прятался от Кая на каком-то недостижимом краю света. И…

— Проснулась, — он мягко улыбнулся, наблюдая за тем, как Лиза нехотя открывала спросонья глаза. — Мы дома.

Девушка перевернулась набок, автоматически глянув на будильник. Тихо что-то пробормотала о том, что не подписывалась на подобные авантюры. А затем молча приняла из рук Кая чашку чая, взглянула на ту и отставила на тумбочку.

— Не будешь пить? — парень удивленно вскинул брови.

— Меня сегодня уже пытались отравить, — Лиза покачала головой. — Не подумай, что я тебе не доверяю. Но мой кофе заваривала я. А он был отравлен. Так что заварка может быть тоже не первой свежести.

Кай нахмурился. Он бросил короткий взгляд на сумку Лизы, пытаясь обнаружить на скрытом в ней термосе следы магии. Но таковых там не оказалось.

— И как ты поняла, что там яд? — он прищурился. — Небось помог кто-то.

Лиза сглотнула. Лгать Каю хотелось еще меньше, чем Валентайну. Он, в конце концов, жизнь ей спас. Хотя, кто бы знал бы, не его ли люди пытались Лизу отравить? Тут вообще было два варианта. Либо Лизу травил кто-то из Ордена, то есть из подчиненных Кая, либо кто-то с темной стороны, то есть подчиненный лорда. Лорд Лизе жизнь спас, значит, приказа травануть ее не давал. Вывод напрашивался сам.

Благо, парень не стал выпытывать у Лизы ответ. Он просто покачал головой, переставая изучать сумку взглядом.

— Вы могли пострадать, — спокойно вздохнул Кай.

Он всегда так выглядел. Спокойно и расслаблено. Словно бы и не человеком был, а роботом. Никогда не напрягался, разве что внутренне, умело скрывая свои эмоции. За тысячи лет можно было и не такому научиться, в конце концов.

— Я хотела поговорить.

— И подвергла друга опасности? — Кай изогнул бровь.

— Он меня защищал, — Лиза закусила губу, осознавая, что это было самое так себе оправдание. На вяленькую троечку.

— Но ты не отрицаешь, что он твой друг, — легкий смешок. — Неплохая у тебя компания.

— Не слышу сарказма?..

— Его и нет, — Кай пожал плечами. — Если Нечистый готов броситься защищать тебя во дворе Ордена, то у тебя действительно хорошие друзья.

Он отвел взгляд, грустно и отчего-то с легкой толикой загадки улыбаясь. Кай не хотел признаваться себе в том, что безмерно ревновал Лизу ко всему живому. В первую очередь, конечно же, к Валентайну. Но теперь он осознавал, что даже не остался для Лизы лучшим другом. Это место успешно, без боя и сопротивления занял Ноэль. И пусть Кай даже настоящего имени его не знал, внутри что-то все равно сжималось с невиданной силой.

— Так что же такого важного заставило вас так рьяно разыскивать меня? — он поднялся с места, задергивая шторы. — Всегда любил полумрак.

Лиза только сейчас отметила для себя, что Кай чертовски походил на католического священника. Облачен был в такую же плотную черную рясу, подвязанную тонким поясом. Не хватало только колоратки* для полноты образа.

— К какой религии вообще относится Орден? — внезапно задумалась Лиза.

— Ни к какой, — Кай улыбнулся. — Мы единственные, кто знает о том, что Дьявол вполне реален. И у нас свой Бог, если можно его так назвать. Но я первым задал вопрос.

Лиза подавила тяжелый вздох, молясь всем высшим силам о том, чтобы Кай выслушал ее. В конце концов, неохотно, но она все еще доверяла парню. И тут даже сложно было понять, кто ей был ближе. Он, или же тот самый Ноэль. Все-таки с Каем они общались очень долгий период времени.

— Валентайн предположил…

— Так это, все-таки, правда, — Кай выдохнул, не позволяя грустной улыбке пропасть с губ. — На счет твоих отношений с ним.

Девушка закусила губу, отводя взгляд. Да уж, разговор по душам не задавался с самого начала. И пусть оба собеседника старались держаться максимально отстраненно и сдержано, упорно делая вид, что им вообще-то безразличны проблемы оппонента, на самом же деле обоим отчаянно хотелось… чего-то. Простого и человеческого. Без магии и окружавших их проблем. Простых объятий было бы уже достаточно для того, чтобы снять витавшее в воздухе напряжение, потрескивавшее искрами.

— Я не его подстилка, — сквозь сжатые зубы выплюнула Лиза.

— Прости, я этого не говорил, — Кай покачал головой. — Итак?

Девушка шумно выдохнула, натягивая одеяло на ноги. Хотелось спрятаться. Соорудить домик из подушек и сидеть в нем, читая книги с фонариком.

— Валентайн считает, что последние убийства как-то связаны. Что у Ордена с ним появился общий враг. И что вы могли бы объединиться, или твои знания способны были бы как-то помочь разобраться с этим делом.

— С ним? Не с нами.

— Хватит к словам цепляться! — Лиза обиженно поджала губы.

Кай вздохнул, отвел взгляд, пожалев, что задернул шторы. Смотреть в окно сейчас можно было бы. Но оставалось только разглядывать плотную ткань, сминая ту пальцами.

— Я думал об этом, — он закусил губу, — но не думаю, что это все — дело рук одного человека.

— Что? — Лиза широко распахнула глаза.

Кай сейчас собирался на корню пресечь теорию Валентайна о том, что у них с Орденом был общий враг? Что ж, надо было внимательно его слушать.

— Я догадываюсь, какие убийства он связал одной нитью. Ничего не скажу относительно смерти Евы, тут, скорее всего, подсуетился ваш лорд, — Кай поморщился. — Хотя маловероятно, она была только пешкой. Но ее явно использовали. Но это явно не моих рук дело.

— Ее Ноэль казнил, — Лиза горько вздохнула, вспоминая подругу.

— Оставь прошлое в прошлом, — как-то по отечески подсказал Кай, на миг встречаясь с Лизой взглядом. — Массовый геноцид Ордена — точно дело рук дражайшего Туманного лорда. Смерть Чумной девы — скорее всего, не его рук дело.

Девушка удивленно вскинула брови. Хоть лорд и говорил ей то же самое, но услышать подобное от Кая, которым являлся его прямым соперником, дорогого стоило.

— Но ведь лед — сила лорда, — осторожно вставила Лиза.

— Но не его почерк, — Кай улыбнулся. — Кто-то пытался его подставить, используя похожую магию. Я был на месте убийства, и знаю, что лорд не стал бы расчленять тело. Он ненавидит кровь. Скорее просто заморозил бы и разбил тело на осколки.

Он думал. Весь день думал над тем, стоило ли говорить о том, что сам Кай давно уже видел. Пусть он и был не самой заметной личностью, но никогда не слыл глупцом. И, будучи умным человеком, он связывал все больше ниточек в один узор.

— Я привяжу к вашей теории еще несколько убийств. Пол года назад был убит знатный вампир неподалеку отсюда. А еще тремя месяцами ранее — двое вампиров-близнецов в Венгрии. И каждый раз убийство списывали на Туманного лорда. Но только я знал, что кто-то успешно играл. Играл так, что убеждал всех, кроме меня и, возможно, еще парочки умников. Он делал все нарочито так, чтобы те, кто лично знаком с лордом сразу поняли, что это только подстава. Ах, да, — парень приложил руку ко лбу, — тот, кто пытался тебя отравить, скорее всего вообще не из одной из тусовок.

— В смысле?! — девушка второй раз подряд удивленно наблюдала за жестами Кая, внимательно ловя каждое его слово.

— Это не почерк Ордена, да и я бы знал об этом, они слишком глупы, чтобы действовать без моего приказа сейчас, — он вздохнул, мысленно проклиная глупцов из Ордена. — И не почерк лорда. Поверь, уж я-то знаю.

— Но Валентайн тоже знает, он ведь древнее тебя, — Лиза выдохнула. — Он ведь…

— Валентайн не знает, о чем говорит, — Кай сжал зубы. — Хорошо, я расскажу тебе. Он — не тот, кем его все считают. Из его воспоминаний правда составляет не более четверти. Все остальное либо стерто, либо прописано чужой рукой.

— Ты хочешь сказать…

— Он не Первый падший, не Кровавая луна. Он не Дьявол, и никогда им не был, — процедил Кай, впервые, кажется, злясь.

— Но кто так с ним поступил?!

— Наш с тобой общий знакомый, любящий холодные туманы, — он злобно усмехнулся. — Поверь, это еще не самая жестокая его шутка. Он вообще любитель повеселиться. И да, я все сказал. Мне больше нечего добавить.

Кай смотрел на Лизу. Наблюдал за тем, как на ее лице менялись сотни эмоций. Девушка была шокирована услышанным. И, вопреки тому, что он хотел бы сказать, Кай не приказал ей молчать об услышанном. Нет, пусть теперь сама решает, стоит ли делиться подобной информацией с Валентайном.

Парень сейчас только с невероятной ясностью осознавал то, что Лизу пытались убить. И если это были те, о ком он сейчас думал, то они бы не остановились на достигнутом никогда. И, в конце концов, Лиза погибла бы. Поэтому, с трудом разлепив пересохшие губы, Кай решился.

— Послушай, — он тяжело вздохнул, — я живу уже многие сотни, даже тысячи лет. И в целом мире для меня нет, и не было никого, дороже тебя. Я не хочу для тебя ужасной участи.

— О чем ты? — Лиза, отвлекшись от своих раздумий, подняла взгляд на парня.

— Сама ты абсолютно беспомощна, как беззащитный слепой новорожденный котенок. А влезаешь в такую бойню, — Кай легко покачал головой. — Ты погибнешь, Лиз, если все продолжится в подобном темпе. Если не от рук убийц, то от проклятия, или от рук Валентайна!

— Валентайн не убьет меня, он поклялся меня защитить, — Лиза нахмурилась. — И зачем ты мне это рассказываешь? — девушка с силой обняла подушку.

— Я могу избавить тебя от проклятия. Поверь мне. Я хочу тебе помочь, — он выдохнул, наблюдая за реакцией собеседницы.

Словно разрешения просил на то, что не мог сделать всю ее жизнь. И ведь не признался бы никогда. Сколько раз стирал память? Много. Сколько раз мог убить? Бесчисленное множество. Сколько раз пытался? Сотни. Но так и не смог. Рука не поднималась.

— От него избавит только смерть, — холодно отчеканила Лиза.

— А ты выберешь такую жизнь? Быть кормом для вампира, — Кай скривился. — Серьезно?..

От подобной формулировки Лиза скривилась, не отрываясь глядя в синие глаза Кая. Он говорил жестокие вещи. Но жестокие лишь своей правдивостью, неприкрытой искренностью. И тем, насколько страшно было напуганному сознанию принять эти простые истины.

— Я не подстилка Валентайна. И не его кормушка, — сквозь сжатые зубы процедила Лиза. — Я просто люблю чертового древнего вампира!

Кай с силой сжал зубы. Он не думал, что Лиза действительно способна была настолько глубоко, искренне, а главное, беспечно любить. Даже выслушивая подобное. Даже зная ужасные подробности. Или…

И тут парня словно молнией пронзило. А знала ли она о том, какая дивная участь была ей уготована?

— То, что я тебе скажу, — Кай тяжело выдохнул, — об этом разговоре никто не должен знать. Поклянись.

Лиза молчала. Она уже не была уверена в том, готова ли она была услышать очередную страшную истину, сказанную таким до боли родным голосом, который являлся ей во снах, где всплывали какие-то сцены из жизни, которых словно бы никогда и не было. Или было?

— Валентайн будет вынужден убить тебя, — холодно констатировал Кай.

В комнате повисла давящая, тяжёлая и дребезжащая от каждого вздоха тишина. Лиза подумала на миг, что ей послышалось. Но не вынудила парня повторять это.

— И он об этом знает, — Кай не останавливался. — Тебе не скажет, но твои чувства, — он нахмурился, — ему они только на руку. Вы, проклятые, только приманка для вампиров, созданная когда-то Туманным лордом. Корм, который по итогу умирает, оставляя свою внутреннюю силу вампиру.

— Ты хочешь сказать…

— Хочу сказать лишь то, что говорю, — отрезал Кай. — Не знаю, что он испытывает к тебе. И знать не хочу! Но считаю, что предупредить тебя стоило. Это как-то, — он замялся, — человечно, что ли?..

В этот миг Кай внезапно осознал, что Лиза более не была беззащитна перед ним. Если бы он попытался убить ее вновь, получилось бы? В данный конкретный момент — конечно. Но в любой другой миг она более не была беспомощна. Рядом были те, с кем еще стоило бы потягаться в умениях колдовать и размахивать клинками. И тут сознание пронзила яркая вспышка: ведь каждый из тех, кто общался с Лизой, доверял ей настолько, что был абсолютно беззащитен перед ней. Никто просто не видел в девушке угрозы. А ведь она могла легко уничтожить Ноэля, Амадея или Валентайна. Кого угодно! Словно кто-то себе на будущее растил живое оружие.

От этих умозаключений парня оторвали слова самой Лизы, сказанные так тихо, словно девушку не сильно интересовало то, будут ли они услышаны.

— Ну, и пусть, — Лиза невинно пожала плечами. — Я никогда не цеплялась за жизнь. Поэтому если так надо — пусть так и будет. Пусть убивает. У меня итак не слишком много вариантов. Без Валентайна я была бы уже мертва.

Кай горько вздохнул, кивая. Он принял выбор Лизы.

Оказалось, что всё-таки Валентайн был прав: она не собиралась бороться, даже зная о том, какая участь ей была уготована. И с такой волей к жизни она уж никак не могла бы побороть проклятие сама. Следовательно, сейчас Кай думал лишь о том, много ли боли он только что причинил влюблённому ребенку.

Лиза поднялась с кровати, разминая руки и шею. Тело устало, требовало разрядки в виде какого-то минимального шевеления. Плюнув на все, Лиза сделала пару глотков давно остывшего чая, отмечая для себя то, что Кай все еще помнил необходимое ей количество сахара. Теперь внутри крепло чувство вседозволенности. Когда тебе остается жить считанные недели, или, того лучше, дни, в принципе перестаешь бояться каких-то мистических страхов. Так и от фобий избавиться недолго.

Тем более Лиза всегда помнила, что ей предлагал лорд. И, если Кай просил банально убить ее, избавив от мучений, то лорд же предлагал новую жизнь, взамен на верность. Правда, не сильно уж хотелось преклонять колени перед тем, о ком ходили такие ужасные слухи. Но это все мелочи.

В мозгу внезапно стрельнула одна шальная мысль, и Лиза, включив весь свой актерский талант, улыбнулась, глядя на Кая.

— А помнишь, как мы с тобой увиделись? Когда ты прилетал сюда впервые, — она прикрыла глаза, ведь они наиболее сильно могли выдать ее задумку, — мы тогда еще уток у реки кормили. И мужчина какой-то странный нам повстречался.

— Да, все помню, — Кай спокойно отозвался, выдыхая. Он сейчас не задумывался над ответом, банально радуясь тому, что Лиза сама соскочила с неприятной им обоим темы.

— А вот я не помню, — девушка прищурилась, беря с письменного стола органайзер. — Мне это приснилось недавно. Но я точно не помню такого.

— О чем ты? Было такое, — он невольно сглотнул, осознавая, к чему все шло.

Кажется, Лиза заподозрила что-то лишнее, и сейчас мастерски обвела Кая вокруг пальца. Это было одним из тех воспоминаний, которые он ей стер, чтобы избежать преждевременного пробуждения проклятия. Но Кай совсем позабыл о том, что стертые воспоминания все равно могут являться в виде снов. И сейчас…

— Не было такого, — прошипела Лиза. — Я бы запомнила! Тогда я была влюблена в тебя, а ты… постой, — она замерла, — ты мне память стер?!

Кай вздрогнул. Туше. Он нервно вздохнул, прикладывая руку ко лбу и еле заметно кивая.

— Ради твоего блага. Постой, что ты… Лиза!

Девушка сжала в руке канцелярский нож, силясь не пискнуть от боли, пронзившей ладонь. А уже через секунду слизнула каплю крови с руки, надеясь на то, что память вернется, как и объясняла Хелла.

Но прошла минута. Две. Три. Пять. Ничего не происходило. Только Кай раздраженно выдохнул, забирая нож из руки девушки и стирая с него кровь. Пользуясь ее растерянностью, он извлек из ящика стола аптечку, перематывая руку Лизы бинтом. А затем только мягко обнял ее, прижимая к себе. Ему лень сейчас было объяснять, что эта хитрая магическая фишка не распространялась на обычных людей. А Лиза все еще считалась человеком, пусть и со своей щепоткой придури.

— Прости меня за это. Но я скрывал от тебя темную сторону так, как только мог, — пробормотал он, с трудом не воя от ненависти к самому себе. — Поэтому стирал каждое воспоминание, в котором было хоть что-то, способное пробудить проклятие.

— То есть, — Лиза, нервно сглотнув, в ответ обняла парня. Сознание медленно очухалось, подсказывая хозяйке, что та сейчас делала одну глупость за другой. — …все те сны с тобой, это было взаправду?

— Да, — Кай кивнул. — Я посчитал, что правильным будет стереть и самого себя из твоей памяти. Ведь я, как ни крути, тоже не обычный человек.

— Ты любил меня уже? Тогда.

— Да.

Лиза с силой сжала руки, утыкаясь носом в рясу парня. Она даже представить себе не могла, как больно было ему заставить ее забыть о своем существовании, присутствии в ее жизни, когда они были настолько близки. Когда он испытывал к ней сильные чувства. Ведь все воспоминания, которые остались у Лизы, были обусловлены лишь ее странной, и отчасти бесполезной привычкой перечитывать старые переписки. Но здесь же эта глупая привычка позволила девушке не забыть Кая полностью, оставив где-то в сознании хоть призрачные обрывки воспоминаний.

— Хоть я и очень глупая, и ничего-ничего не понимаю, — Лиза всхлипнула, — но я несколько лет провела рядом с тобой, пусть и в тупом Интернете! И если что-то с тобой случится по моей вине, я не прощу себе этого.

— О чем ты? — Кай сглотнул, отступая назад, наклоняясь к Лизе и заглядывая ей в глаза.

— Ты добрый, оказывается, — Лиза широко улыбнулась, позволяя слезам спокойно бежать по ее щекам. — Если тебя тоже попытаются убить?..

— Пусть попробуют, — он хмыкнул, — я сильный и самостоятельный мальчик.

— Знаешь, даже если Валентайн узнает, что мы тут провели так много времени наедине, то он…

— Мне плевать, если честно, — Кай пожал плечами. — Ты — не его собственность, пока сама того не пожелаешь.

И, не дав Лизе ответить, парень притянул ее к себе, целуя. Так мягко, почти по-дружески. Но, стоило ему осознать, что Лиза не воспротивилась, как Кай прижал ее к себе, кольцом смыкая руки у девушки на талии. Он целовал ее невыносимо долго, мягко и нежно, словно впервые. Хотя, это и вправду был их первый поцелуй. Такое воспоминание Кай не посмел бы стереть. Сил бы не хватило. Ведь даже он не был всесилен.

***

Валентайн нервно мерил шагами комнату. Часом ранее ему позвонил Ноэль, кратко обрисовав ситуацию, сложившуюся в Ордене. Вампир только громко выругался, проклиная целый мир. Он ведь не просил Лизу ехать в Орден в одиночку, планировал в скором времени поехать вместе с ней.

Вампир давно осознавал, что Лизе недолго уже оставалось. И он ничего не мог с этим поделать. Но слышал еще когда-то давно о том, что Туманный лорд способен был обращать заблудшие души в тьму. Но как можно было попросить о помощи того, кто старательно скрывался от всего мира тысячами лет? Миссия казалась невыполнимой. Если бы не слова Хеллы, сказанные ею незадолго до смерти.

Решение далось вампиру нелегко, но он надеялся на то, что способ мертвой вампирши сработает. Теперь Валентайн решился сам разыскать Туманного лорда. А потому в руке вампира блеснул окровавленный нож. А по обнаженному запястью из рассеченной вены потекла теплая струя.

— Я жду тебя, Туманный лорд, — прошептал Валентайн, закрывая глаза.

И его собственная кровь коснулась губ вампира. А через миг сознание пронзила яркая вспышка, заставляя Валентайна схватиться за голову и повалиться на пол, сдерживая рвущийся наружу крик боли.

Воспоминания никогда не возвращались легко. Это было той еще пыткой для сознания. Помнится, когда-то сам Туманный лорд использовал этот метод в качестве одной из самых страшных пыток для своих врагов. Но Валентайна об этом никто не предупредил.

Комментарий к Глава 20 - Необходимые жертвы

* Колоратка - белый воротничок, который носят в основном католические священники. Ну и другие всякие там по мелочи.

готовьтесь страдать в следующей главе, она будет нудной шокапец

в конце концов, не все же секс, разборки и болтовня

========== Глава 21 - Кровавые воспоминания ==========

Листая страницы истории.

Затхлый воздух обжигал легкие. Дышать не хотелось. Одним стойким желанием было только приложиться к бурдюку с водой, но жара сморила всех. Лень было шевелиться, дышать и моргать. Это был конец XIV века*.

Крестоносцы только разбили лагерь близ города Никополя, что в северной Болгарии. Хоть вокруг уже давно явил себя сентябрь, жара была просто невыносимой. От нее хотелось выть всем войскам Сигизмунда. Воды не хватало всем в равной мере. Немцы и французы, все были здесь. И он.

Темноволосый командующий левого фланга, молодой человек с глазами, синими, как темные морские воды. По происхождению был венгром и уже многие годы нес верную службу короне. Он всегда был немногословен, но рыцари ценили его хитрый ум, умение поддержать светскую беседу. Поговаривали, что на родине он принадлежал к увядшему аристократическому роду, происходившему из глубин Валахии. Звали его все по разному, но всем было известно то, что полководец питал страсть к вину, женщинам и крови. Будь у него возможность, так он бы убивал каждую жертву на поле боя медленно и вдумчиво, наслаждаясь хлещущей из ран кровью.

Полководца звали Валентином, и это имя ему никогда не нравилось. Ему вообще мало, что приходилось по вкусу. Он даже никогда не называл своей фамилии, ибо считал позорным для себя принадлежность к мелкому роду, которому суждено было исчезнуть. Ведь сам Валентин о детях никогда не думал, хоть ему уже и было далеко за двадцать. Придя в армию, он взял себе фамилию Балаши, и с тех пор его величали именно так.

В тот день прибыло пополнение, присланное из Франции. В конце концов, все готовились к предстоящей битве с турками, позиции которых хорошо были видны из-за оврага, разделявшие крестоносцев, несущих свою веру, и турков под командованием султана Баязида. Валентин ожидал, когда же к нему явится тот, кого прислали ему в помощники из самой Франции. И вот около полководца остановился молоденький паренек. Про таких в армии всегда говорили, что у них еще не обсохло молоко на губах. Валентин обычно не присоединялся к подобным разговорам, но при виде этого мальчишки даже у сдержанного полководца проскочила подобная мысль.

- Виконт Николя прибыл, - паренек застенчиво улыбнулся.

Он не выглядел, как солдат. Не тянул даже на свой титул, наверняка полученный по наследству. Это был милый мальчик лет шестнадцати, облаченный во все серебристо-белое, изрядно перепачканное дорожной пылью. На голове носил накрахмаленный парик, выглядевший не особо презентабельно, особенно в такую-то жару. Был бледен, как и положено истинному аристократу, и обладал удивительно глубокими серыми глазами.

- Вы задержались, Николя, - Валентин смерил его взглядом, что-то фыркнув себе под нос. – Были когда-нибудь на поле боя?

- Никак нет, милорд, - отчеканил паренек, опуская взгляд.

- Я не лорд, - полководец покачал головой, - а вы, стало быть, виконт. И что же, вас прислали оруженосцем?

- Военным советником, - осторожно поправил Николя.

- Да? И как же, позвольте осведомиться, человек, ни разу не поле боя не побывавший, будет советовать мне, что да как делать, м? – Валентин хитро изогнул бровь, покачав головой. – Вы не тянете даже на оруженосца, милорд. Слишком худощавы, боюсь, не поднимите мою саблю.

Николя смутился, отводя взгляд. Затем поднял голову, оглядывая расположение войск противника. Покачал головой, вытер платочком пот со лба.

- Вы обучались в военной академии? – Валентин уже ни на что не надеялся.

- Нет, но приходящий учитель рассказал мне о войне все, что только было известно ему, и всей его семье.

- Скудно.

- Могу сказать, что левый фланг вражеской армии упирается в лес, правый же, - Николя прищурился, вновь окидывая войска взглядом, - слишком удачно расположен, мой командир. Он защищен пересеченной местностью. И мы в меньшенстве, тяжелее вооружены. У них же много конницы, выше маневренность.

Валентин удивленно смотрел на своего помощника сверху вниз, осознавая, что тот сейчас за несколько минут сказал ему больше, чем вся разведка донесла за две недели. И, решив не выдавать смешанных восторга и удивления, Валентин только отчеканил:

- Служите короне всегда также хорошо и отчаянно, как делаете это сейчас.

И лишь когда он удалялся, в спину ему прилетела язвительная фраза, зацепившая полководца за живое:

- Что смысла служить королям, когда служить себе куда приятнее? Больше азарта.

***

Молодой Николя был прав. Турки разбили объединенные европейские войска в битве под Никополем. И если кто-то и спасся, то это был дезертир. Благо, некому уже было его казнить за это. Ведь все полководцы были мертвы, а те, кому чудом посчастливилось выжить, явно были заняты проблемами покрупнее.

И Валентин был в числе тех, кто избежал ужасной участи быть убитым турками. Накануне сражения он, по совету Николя, взял лошадь и спустился вниз по реке, позволив себе ночью спокойно искупаться в прохладных водах. Ему не хотелось среди ночи возвращаться в лагерь, а потому Валентин постелил свой плащ на берегу, да так и уснул под шелест листьев и шум бегущей воды. Когда следующим вечером он все-таки вернулся в лагерь, там его встретили лишь обгорелые остатки палаток, трупы павших солдат, запахи крови и смерти, да турецкие войска.

Каким-то чудом Валентину удалось тогда улизнуть, вновь спустившись вниз по реке. Он пересек ее и направился по первой попавшейся дороге в ближайший населенный пункт, надеясь разыскать остатки войска Сигизмунда и прильнуть к ним. Но в темной ночи он проехал первый встретившийся поселок, издали приняв его за турецкий лагерь. А потому Валентину не посчастливилось встретить остатки своего войска.

Спустя несколько месяцев он, усталый и измученный, прибыл в родной город в Валахии. Денег у давно уже бывшего полководца при себе не было, но он не унывал. Оставались у него на родине хорошие знакомые, да и дома ждала родная прелестная сестра. Единственная отрада в жизни у одинокого воина, сражавшегося ни за что.

Вернувшись поздним вечером, Валентин решил, что не гоже было бы заявиться домой усталым и грязным с дороги. А потому он решил переночевать в первом встречном борделе, сняв себе на ночь комнату, да заплатив паре юных девочек за постельные утехи.

Той ночью он много выпил, оставив у себя в кошельке буквально несколько монет. И, залив глаза дешевым элем, он даже и не замечал того, что сидевший подле него в таверне парень был Валентину знаком. Он носил черный плащ, полностью скрывавший его лицо и одежду, только по глазам цвета мутной серой дымки можно было узнать в нем того самого Николя. Парень пил кислое вино, с интересом наблюдая за Валентином. А затем, недолго думая, легким движением руки стащил у бывшего полководца кошелек, тут же удалившись из таверны.

Он отправился в бордель. Тот самый, где планировал заночевать Валентин, предупредив о том, что сегодня сюда явится господин без денег. Его пытались выгнать, но увидели в глазах этого человека нечто, заставившее их ему поверить. И даже поклониться.

Той же ночью в бордель прибыл Валентин. Он уединился с двумя молоденькими рыжеволосыми девочками, аргументируя это тем, что ведьмовские утехи в постели всегда его радовали. А поутру, когда пришло время платить за ночь удовольствия, выяснилось, что среди одежды Валентина не было его кошелька, с заветными монетками. Вспылив, да будучи с похмелья, бывший полководец набросился на проституток, сетуя на то, что они ограбили его, пока он мирно спал. Затем плюнул на все, покидая публичный дом. Но тут уже сутенер нагнал его, встретившись с Валентином буквально за поворотом, и потребовав с него двойную плату за то, что тот дебоширил. Ему угрожали ножом, и Валентин, оглянувшись по сторонам, не заметив фигуры в плаще, стоявшей на крыше ближайшего дома, молча извлек из ножен саблю, да вспорол ею живот сутенеру, спешно покидая место преступления.

Он остался безнаказанным за содеянное. Но глаза цвета мутной дымки с интересом наблюдали за Валентином, провожая его до самого дома, пока перед ними на захлопнулась тяжелая дверь. И тихий, похожий на колокольчик, смех раздался на пустой улице.

***

Сестра всегда принимала Валентина с распростертыми объятиями. Она была невыносимо одинока, несмотря на наличие у нее троих детей. Появлению старшего брата она всегда радовалась так, как дети радуются первому снегу.

Жизнь у Элоизы сложилась не самая удачная. Ее обесчестил пьяный владелец таверны, банально изнасиловав четырнадцатилетнюю девушку. Валентин убил его спустя три дня, а вскоре выяснилось, что Элоиза понесла от него. Она хотела было избавиться от ребенка, даже брат не был против, но местный священник настоял на том, что дитя – есть дар Господень.

Затем Валентин уехал, пропав на два года. Вернувшись, он обнаружил сестру в трауре и с тремя детьми. Ее первенец, названный Абрахамом с легкой руки священнослужителей, подрос, а теперь она подарила жизнь еще двоим близнецам. Девочек назвали Данте, ведь мама хотела мальчика, и Марией, и Валентин рад был племянницам. Но его интересовало еще и наличие у них отца. Элоиза грустно вздыхала, рассказывая о том, что ее первый законный брак оборвался спустя два месяца после его заключения. Муж заболел оспой и погиб, успев перед этим подарить Элоизе двоих детей, которые никогда в жизни не видели отца.

Спустя два года Элоиза вновь вышла замуж. Этот ее брак просуществовал три года, за которые девушка успела дважды забеременеть. Первый ее ребенок умер на второй день после родов, второго же она даже не смогла выносить. С тех пор Элоиза не могла иметь детей. Второй муж избивал ее, и при случае упрекал тем, что на ней висело трое чужих детей, которых она пыталась спихнуть на него. И, в очередной раз вернувшись домой, Валентин не выдержал подобного отношения к любимой сестре и вызвал ее мужа на дуэль, где тот и погиб. В доме принято было о нем не вспоминать, да и вообще, редко в этих стенах говорили о смерти.

Однако после прибытия Валентина о смерти почему-то заговорили. Элоиза и ее старший сын были страшно больны. Девочки же обучались в пансионе, потому избежали ужасной участи. Спустя неделю после своего возвращения Валентин вынужден был хоронить вначале племянника, а затем и любимую сестру. В городе ходили слухи о том, что их обоих отравили злоумышленники, планировавшие отобрать у семьи поместье и все наследство, оставшееся от богатых родителей. Но Валентин приехал не вовремя, ведь теперь все имущество принадлежало ему и двум несовершеннолетним девочкам.

Это и стало последней каплей яда в чаше с вином. Одним поздним вечером Валентин возвращался домой и, пересекая хлипкий мост неподалеку от дома, столкнулся с двумя подвыпившими джентльменами. Один из них узнал в Валентине того самого человека, который сбежал из борделя, не расплатившись. Другой же ляпнул что-то о том, что его сестра зря померла, мол, поместье все равно еще принадлежало роду Валентина.

Услышав подобное, бывший полководец непременно выхватил из-за пояса саблю. Но, не успел он даже замахнуться, как левый бок пронзила острая боль. По белой рубашке расплылось пятно крови, а пелена застлала глаза Валентина. Он успел только обратить внимание на то, что прямо в печень вошла короткая стрела, выпущенная из арбалета. Пошатнувшись, мужчина споткнулся, запутавшись в своих же ногах и, перевалившись через перила моста, завалился прямо в холодные воды реки.

Сил сопротивляться течению не было. Он просто осознавал, что тонет. Чувствовал, как вода заполняла легкие. Пытался кашлять, но безуспешно. Острая боль в боку не давала нормально пошевелиться, сковывая движения. И Валентин сдался.

Но какая-то неведомая сила не позволила ему утонуть. В темной толще воды внезапно возник размытый силуэт. Пронеслась мысль о том, что это был морской дьявол, та самая манта, которую моряки принимали за черта, приходящего из глубин. Но вблизи манта оказалась серым плащом, причудливо извивавшемся в водах реки. Валентин видел перед собой образ человека в черных потрепанных штанах, парусиновой рубахе. С руками черными по локоть, где каждый палец венчал коготь острый и длинный.

- Валентин.

Имя прозвучало из уст внезапного гостя, и он расплылся в улыбке, что было проблематично разглядеть из-за мутной воды. Река вообще казалась необычной. Словно не на дно Валентин шел, а в алую бездну, окутанную кровью и пламенем. А в вышине, где-то за плащом гостя, виднелось пепельное зарево. Там, за огромной мантой. И вообще казалось, что видел он не чужака, а ближайшего друга. Того, кто всю жизнь был рядом.

- Я помогу тебе, первый из тех, кто пал так низко, - губы гостя тронула улыбка.

Валентин лишь тщетно рванулся, пытаясь грести, вырваться на поверхность. Но бездна словно липкими щупальцами опутала все его существо, не давая ни единого шанса на побег.

- Не борись. Твой удел – умыть этот мир кровью. Но ты не хочешь? – гость покачал головой. – Смерть идет за тобой по пятам. Но я могу помочь тебе сбежать от нее.

Он вновь рванулся, на этот раз пытаясь схватиться за протянутую руку гостя. Тот отпрянул, качая головой и цокая языком, как будто упрекал в чем-то.

- Но если ты коснешься меня, ты более не будешь Валентином. Я дам тебе новое имя, новую жизнь. И более тебе не убежать от меня. Отныне не спасти душу. И не вернуть любящее сердце.

И вновь рванулся вперед, превозмогая боль в боку. Он всегда умел выкручиваться из сложных ситуаций. И сейчас думал, что сбежит потом от этого поручителя, дававшего жизнь, взамен на какие-то эфемерные понятия, о которых он рассуждал. Валентин был уверен в том, что ему стоило бы только выбраться из воды, так он бы сухим ушел домой. Он верил, что сможет обвести вокруг пальца Дьявола, того самого Туманного лорда, который провел Господа и весь мир крутил на пальце, как баскетбольный мяч.

На этот раз лорд не отпрянул. Напротив, он схватился за руку Валентина, позволяя длинным ногтям впиваться в его кожу. Из горла, заполненного водой, вырвался крик боли. А над ухом раздался вкрадчивый шепот:

- Отныне ты будешь зваться Валентайном. Тебя назовут Кровавой луной и величать будут Первым падшим. Ибо ты – воплощение всей темной стороны этого мира. Ты забудешь все, что любил и знал. И когда я явлюсь к тебе, ты уже не вспомнишь меня вновь. Но для всего мира будешь мною, на деле оставаясь лишь тенью. Ибо такова моя воля.

И Туманный лорд, легко преодолев разделявшее их расстояние, поцеловал Валентина. И холодные губы стерли из памяти все, что было ранее, позволяя лорду с каждой секундой поцелуя вписывать в память Валентина новые и новые детали, заставляя того обманываться и свято верить в ложь, так филигранно прописанную Туманным лордом.

Ведь такова была его воля.

Комментарий к Глава 21 - Кровавые воспоминания

* - имеется ввиду крестовый поход против османов 1396г.

я старался максимально кратко, вам еще страдания Вали в следующей главе терпеть.

========== Глава 22 - Таинство греха ==========

Кай целовал Лизу невыносимо долго и мягко, наслаждаясь ускользающим моментом. Он практически невесомо подтолкнул ее назад, пытаясь отойти от окна, в подоконник которого все это время он упирался бедрами. И тут же, словно этот толчок пробудил ее от наваждения, Лиза отпрянула, пытаясь отдышаться и собрать разбежавшиеся мысли в кучу.

— Нет, черт…

Она тяжело дышала, все еще сжимая в руках темную ткань рясы. Не позволяя Каю отстраниться, словно ища в нем опоры.

— Прости, — он нахмурился, — я позволил себе лишнего. Но это было искренне, и я…

— Нет, — Лиза прикрыла глаза, стиснув зубы. — Ты не виноват, это я.

— Лиз, — Кай опустил руки на ее плечи, — я понимаю, что ты не хотела этого, не вини себя в том…

— Да нет же! — девушка с силой укусила губу. — Ты не даешь мне сказать. Черт. Проклятие, я… я дышать не могу.

Выпуская из рук рясу Кая, Лиза схватилась ими за горло, сдерживая рвущийся наружу крик боли вперемешку с хрипом. Заметив состояние девушки, Кай тут же подхватил ее под локти, помогая ей опуститься на колени. Он никогда не видел, чтобы проклятие доходило до подобной стадии. Но сейчас из носа девушки потекла тонкая струйка крови, да и по шее из недавно рассеченной руки кровь полилась прямо-таки неудержимым потоком.

— Черт, держись.

Подхватив Лизу, Кай легко дотащил ту до ванной, и, не сильно заботясь о здоровье девушки, он усадил ее в ванну, пуская туда холодную воду. Тут же, не обладая способностями вампира, Кай знал только один способ избавить от пробуждения крови. Дать крови выйти. И он, недолго думая, выхватил из-за пояса рясы захваченный из комнаты канцелярский нож и тут же полоснул им девушку по венам, заставив ту взвыть от боли. Кровь хлынула неудержимым потоком, забрызгав всю одежду Лизы, ванную, раковину и, уж тем более, рясу Кая. Но он не обращал на это внимания. Спустя буквально пару секунд, пока Лиза еще не успела опомниться от шока, Кай проделал рукой несколько движений в воздухе, магией заставляя рану Лизы тут же затянуться.

— Дура, — беззлобно выдохнул Кай. — С такой запущенной стадией проклятия ты ни на шаг не имеешь права отойти от Валентайна! А ты шатаешься по Ордену!

— Я не знала, — ошарашено выдохнула Лиза. — Никогда еще не было такого. Но ты… что ты

сделал?!

Покачав головой, Кай рассмеялся, радуясь тому, что все закончилось. Судя по лицу Лизы, она явно не страдала сейчас от невыносимой боли. А ведь, не окажись рядом Кая, кто бы знал, чем бы этот всплеск проклятия закончился для Лизы. В лучшем случае — быстрой и безболезненной смертью. Ну, а о худшем и говорить не стоило.

— Позволил твоей крови выплеснуться, и тут же залечил рану, чтобы ты не потеряла сознание, — спокойно констатировал парень, умывая руки и лицо холодной водой. — Но это только полумера. Без магии вампира проклятие вскоре активизируется и убьет тебя. Срочно переодевайся, умывайся и идем за Валентайном.

И Лиза сейчас даже не осознавала, что Кай действительно только что спас ей жизнь. Она просто разглядывала свое запястье, на котором не осталось ни единого шрама, а ведь Каю стоило шепнуть только одну короткую фразу. На что же он еще был способен?

***

Лизе потребовалось не более получаса для того, чтобы отойти от произошедшего и привести себя в порядок. Она бросила запачканную кровью одежду в стиральную машинку, сама приняла душ и тут же высушила волосы, предварительно затолкав Кая на кухню и снабдив его тарелкой горячего супа. Он, правда, не был против. Только для себя мягко заметил, что весь хлеб на кухне у Лизы был исключительно без изюма. И это навевало какие-то теплые воспоминания.

Пообедав, девушка разыскала в доме плащ, подходивший Каю по размеру, поскольку этот навязчивый кадр отказался отпускать ее одну. И обусловлено это было не тем, что он боялся Валентайна, раздумывая на досуге о том, сколько вреда тот может причинить Лизе, нет. Просто Кай осознавал, что проклятие крови переходило в термальную стадию, и Лиза в любой момент могла повалиться с ног, кашляя кровью и задыхаясь от нее же. Девушку он запугивать не стал, но все-таки настоял на том, чтобы она проводила больше времени рядом с Валентайном для ее же собственной безопасности.

— Тот поцелуй, — Кай выдохнул, стоило ему вместе с Лизой выйти на лестничную клетку и направиться, собственно, к лестнице. — Я…

— Кай, — девушка мягко улыбнулась, бросая на него теплый взгляд, — я не совсем глупая. И полностью понимаю твои чувства. В конце концов, когда-то ты был для меня центром вселенной.

— Так странно, — он отвел взгляд, задумавшись.

Он сейчас действительно чувствовал себя не в своей тарелке. Почему так? Будучи настоящим центром вселенной для сотен людей, представляясь им как апостол и наместник Бога на земле, Кай всю жизнь чувствовал себя невыносимо одиноким. И пусть сотни взглядов всегда были устремлены на него, но это ни на секунду не помогало забыть о терзающем чувстве потерянности. Он словно слепой котенок, тыкающийся носом куда-то, откуда пахло молоком, где было тепло и светло. Кай не знал, куда ему нужно было податься, чтобы избавиться от гнетущего чувства. Оно пришло давно, более пяти веков назад, когда последний дорогой для парня человек покинул его.

— Знаешь, — Кай остановился, с грустной улыбкой глядя на Лизу, — какими бы странными ни были твои друзья, они все еще твои друзья. И среди них ты раскрываешься с самой своей искренней стороны.

— О чем ты? — Лиза даже остановилась вслед за ним, удивленно глядя на парня.

— О том, что для каждого в мире найдется место, где ему будут рады. И… — он закусил губу, — если найдешь такое для меня, свистнешь?

Девушка хотела было рассмеяться, обернув все в одну большую шутку, но что-то остановило ее. То ли грустная улыбка Кая, то ли глубокие глаза цвета синего неба, в которых плескалась вода. Он не плакал, но невыносимая печаль стояла в глазах, грозясь все-таки обернуться слезами. Ведь даже всесильные жители другого мира могут грустить, чувствовать одиночество и плакать, оставаясь в одиночестве.

— Мы все всего лишь люди. Что бы ни делали. Сколькими магическими силами бы не обладали, — Лиза пожала плечами. — И людям свойственно ошибаться и теряться. Поэтому, — она улыбнулась, — приходи к нам на новогоднюю вечеринку. Почувствуешь себя обычным человеком, выпьешь мерзкого шампанского, закусывая не самыми съедобными салатами моего приготовления.

— Шутишь? Там ведь наверняка будут твои друзья. Они меня убьют, — Кай фыркнул.

— Пусть только попробуют! Я заступлюсь.

Лиза уверенно топнула ножкой, тут же осознавая, что вляпалась в разлитую по полу воду. Она выругалась, сетуя на свою неосторожность, а Кай действительно искренне рассмеялся. Она действительно была особенной для него. Самой настоящей человеческой девочкой, которая отчаянно хотела оставаться собой, что бы ни случилось.

Кай ведь единственный, наверное, знал о том, насколько Лиза по жизни была одинока. Собственные родители ее бросили еще в младенчестве, жила же она с приемными. Но девушка об этом не знала, хотя какие-то подозрения, возможно, проскакивали. Мать все время работала, чтобы развивать свой бизнес. Дома она практически никогда не появлялась, большую часть времени проводя за границей, где тот самый бизнес она и имела. Поначалу Лизу оставляли с няней, затем она пошла в школу и отец, хоть и редко, но заглядывал домой. С уроками не помогал, но расплачивался с той самой пожилой нянюшкой, да оставлял денег на продукты и учебу.

А потом случилось непоправимое. То, что до сих пор преследовало Лизу в ночных кошмарах. Та самая причина, по которой она так боялась возвращения отца. Однажды напившись, когда Лиза была еще в седьмом классе, отец явился домой. И попытался изнасиловать бедную девочку. Она тогда убежала в слезах, спряталась в ванной, закрылась там и уснула. А буквально на следующий день явилась мама. Запретила Лизе вспоминать о случившемся, и вместе с отцом улетела за границу, оставив девушку саму на себя. И с тех пор Лиза осталась совершенно одна.

У нее никогда не было никаких серьезных отношений. Дружба с Евой была всегда лишь аксессуаром на жизни Лизы. Она никогда не могла полностью довериться ветреной подруге. И все. Больше никого у Лизы не было, пока не появился в сентябре новый учитель литературы. Единственный, кто видел в ней не какого-то надуманного художника или отличницу, гоняющуюся за золотой медалью, не больную психопатку с суицидальными наклонностями, но обычную девочку подростка со своими тараканами. Он первый увидел то, насколько Лиза была одинока, насколько боялась показывать свои эмоции и то, что искренней она становилась лишь на сцене, все остальное время закрываясь в себе, как улитка прячется в своей раковине.

За этими размышлениями Кай и не заметил, как они все-таки спустились до квартиры Валентайна. Лиза вдавила в стену кнопку звонка. Но никто не ответил, хотя в квартире и раздавалось какое-то шевеление. Тогда девушка процедуру повторила, уже с большим беспокойством заставляя звонок чирикать на всю округу. А Кай, нахмурившись, просто подергал дверь за ручку и та, к величайшему удивлению Лизы, знавшей, как Валентайн ненавидел внезапных гостей, поддалась.

— Стой!

Стоило Лизе рвануться в квартиру, как Кай схватил ее за плечо, прикладывая палец к губам. Он боялся, что в квартире вампира девушку вполне могла поджидать засада. Поэтому парень, вооружившись загоревшимся в руке серебристым огоньком, сделал шаг за порог, позволяя Лизе исключительно следовать за ним, предварительно наказав ей ступать за ним след в след.

Еще у двери Каю в нос ударил запах крови. Он не подал виду, однако уже тогда насторожился. И сейчас он заглянул в спальню и ванную комнату, пробираясь по коридору к гостиной. Что-то подсказывало ему, что он уже знал ответ на вопрос о том, что же его там ожидало. И интуиция парня не подвела. Оказавшись на пороге гостиной, он все-таки отпустил Лизу, окидывая комнату взглядом.

— Валентайн!

Лиза рванулась к вампиру, лежавшему на ковре. Вокруг него по полу растекалась лужа крови. Чуть поодаль валялся окровавленный нож. Левая рука вампира также была запачкана кровью, которая все еще текла из раны на запястье. Кровь же была и на губах вампира, на подбородке и светло-серой рубашке.

— Он жив, — констатировал Кай, опускаясь рядом с вампиром на корточки.

Парень наблюдал за тем, как Лиза схватила первое попавшееся под руку полотенце, лежавшее на столе, и спешно зажала рану на руке вампира. Вытянула из его брюк пояс и им же перетянула предплечье чуть выше пореза, останавливая кровопотерю. Она проверила слабый пульс, прощупав его на шее у Валентайна. Чертыхнулась, приподнимая его голову и укладывая ее себе на колени. Она выхватила из кармана чистый платок и, смочив тот водой, которую услужливо подал Кай, принялась вытирать кровь с любимого лица.

— Что с ним, Кай?! — Лиза кусала губы, но не плакала.

— Судя по всему, — парень коротко оглянулся по сторонам, — он вскрыл себе вены, чтобы вернуть стертые лордом воспоминания. Только не учел того, что от боли потеряет сознание, ведь процедура возвращения памяти чертовски болезненна.

— А слабо было ладонь порезать?! Или в пальчик иголочкой кольнуть, — девушка истерически рассмеялась, не прекращая своих действий.

Кай пожал плечами. Решив упростить Лизе задачу, он склонился над вампиром, и, шепнув короткое заклятие, коснулся пореза на его руке. И, о чудо, рана тут же затянулась. Не осталось и следа. Да и Валентайн, кажется, вздохнул спокойно. Кай хмыкнул, отстраняясь, ведь никогда бы ему и в голову не пришла мысль, что он будет помогать тому самому Валентайну. И вот, пути господни неисповедимы!

Не приходя в сознание, вампир сквозь силу что-то пробормотал себе под нос, а затем, стоило ему только открыть глаза, как вампир тут же отпрянул от Лизы, падая на пол и больно ударяясь затылком.

— Убирайся отсюда! — он попытался вскочить, но опёрся о больную руку и завалился на пол.

Видимо, магия Кая не подействовала на него в полной мере. Рука все ещё ныла от каждого движения. А Лиза, удивлённая такой реакцией на ее скромную персону, только подалась вперёд, осторожно касаясь пальцами плеча Валентайна.

— Эй, ты чего? Это же я, — она сглотнула, ожидая реакции.

— Я сказал, — вампир с силой сжал зубы, — убирайся отсюда! Обойдусь и без твоей жалости! Пожалей кого-то другого.

Валентайн ощетинился, сбросив руку девушки со своего плеча и бросая на нее яростный хищный взгляд. Лиза, нервно пискнув, отодвинулась, упираясь лопатками в кресло. А затем, недолго думая, вскочила, расплакавшись, и в слезах выбегая из комнаты.

И, наблюдая этот цирк, наконец, не выдержал Кай. У вечно спокойного ангела сдали нервы. Он словно снял с себя приветливую маску, обнажая недовольное лицо.

— Послушай меня, Валентин Балаши, мне плевать на то, сколько воспоминаний тебе дорисовал лорд. И пусть твоя возлюбленная погибла по твоей же вине, пусть ты увидел то, насколько ужасен был твой путь, пусть узнал, что вся твоя сознательная жизнь состояла из вранья, — Кай выдохнул, хватая Валентайна за грудки и притягивая его к себе, что было весьма проблематично, учитывая их разницу в росте. — Но это не повод усложнять жизнь девочке, которая балансирует на грани жизни и смерти, и любит тебя таким, какой ты есть!

Он смотрел на сильного вампира без страха. А в мозгу у Валентайна словно что-то щелкнуло от этих слов, сказанных в сердцах, максимально честно и искренне.

Вместе с хлынувшими воспоминаниями вернулся и образ возлюбленной Эльзы, которая действительно погибла по глупости Валентайна. Он ведь собственными руками убил ее, в пылу битвы не отличив от преступницы. А затем, наутро узнав о случившемся, чуть не сошел с ума от осознания содеянного.

Сейчас мозг словно плавился. Вернувшаяся память перемешалась с воспоминаниями, которые навязал лорд. Как оказалось, не было никаких тысяч лет существования. Не было ничего из того, во что Валентайн привык верить. Все, чем он жил, вдруг обратилось в ничто. Остались только настоящие воспоминания. Суровая реальность, запечатленная в памяти, словно вписанная туда пером жестокого мастера.

— Она совсем на Эльзу не похожа…

Валентайн с трудом выдохнул, глядя в глаза Каю. А тот только фыркнул, отпуская вампира и даже слегка отталкивая его от себя.

— Нет никакой реинкарнации. И то, что ты принял возлюбленную за воровку, не было ошибкой, — Кай хмуро усмехнулся. — Она действительно хотела тебя ограбить. Жизнь жестока, не находишь?

— Заткнись, — выплюнул вампир, слизывая с губ остатки крови.

— Так вот. Лиза тебя не предаст, уж поверь мне. Но она может умереть в любую секунду, если ты сейчас же не побежишь за ней! — прошипел Кай. — Ты потерял племянников, сестру, родителей, своих солдат, титул и фамилию, так не потеряй же последнее дорогое, что у тебя осталось!

— Откуда ты знаешь это все? Кто ты вообще такой?! — Валентайн опёрся рукой о столик.

Кай молча улыбался, глядя на него. А Валентайн в этот миг увидел что-то, заставившее его отпрянуть от собеседника, как от огня. Упереться бедрами в спинку дивана, чуть не упасть, чертыхнуться. Он окинул взглядом свою одежду, подумывая о том, что стоило бы снять запачканную кровью рубашку. А затем, плюнув не все, так и выбежал из квартиры.

Вампир выскочил на лестничную площадку. Пулей вылетел из подъезда, оглядываясь по сторонам и разыскивая знакомый запах. И он нашел его. В маленькой, хрупкой фигурке, спешно удаляющейся в сторону автобусной остановки. Лиза почти бежала, сгорбившись, пряча лицо в ладонях. Она впервые позволила себе рыдать на улице, при людях, не обращая внимания на косые взгляды, которые на нее бросали прохожие. Девушке было плохо, и она не планировала это скрывать. Ведь только перед Валентайном она была полностью беззащитной, только он мог причинить ей боль действительно сильную, невыносимую и жгучую. Что он, собственно, и сделал.

Валентайн, молча выругавшись, за несколько секунд догнал Лизу. Он схватил ее за руку, потянув на себя, когда девушка уже поднимала ногу для того, чтобы запрыгнуть в первый попавшийся автобус. Она дернулась, угодив в крепкие объятия вампира, рванулась, вскрикнув. А затем, открыв глаза, сквозь пелену слез увидела знакомую бледную кожу. Те же длинные тонкие пальцы с аккуратным маникюром, сейчас запачканые кровью. И Лиза, окончательно запутавшись в себе, разрыдалась только сильнее, прекращая все попытки вырваться и молча прижимаясь спиной к груди Валентайна, в которой сейчас бешено билось настоящее живое сердце. Лиза ухватилась за руки вампира, обнимающие ее, сжимая их и не желая отпускать. Она плакала, даже не понимая уже, от радости или от обиды ли.

— Прости меня, идиота. Я совсем запутался, — прошептал Валентайн, носом утыкаясь в волосы девушки и вдыхая ее аромат, внезапно показавшийся таким родным.

— Дурак, — выплюнула Лиза, — я не отдам тебя даже сотне плохих или хороших воспоминаний. Потому что…

Она запнулась. За эту короткую паузу пульс Валентайна успел знатно сбиться, словно проклятие крови было заразным и передавалось через поцелуи.

-…люблю тебя, идиота, — всхлипнула Лиза, позволяя слезам катиться только с новой силой.

И вампир с силой прижал ее к себе, рискуя сломать девушке пару костей. Но она не протестовала. А только молча принимала эти объятия, наслаждаясь моментом и отмечая для себя то, что в воздухе кружились первые снежинки. Маленькие и робкие, но явно уверенные в том, что они останутся в этом мире надолго. И тут внутри внезапно окрепло осознание того, что любовь Лизы была похожа на снег. Такая же робкая, но сильная и уверенная в том, что дальше что-то будет.

Идиллию влюбленных прервал звук сирены и раздавшийся из громкоговорителя голос:

— Молодой человек! Откуда на вас столько крови?! Отпустите девушку и поднимите руки!

— Пора сматывать удочки, — хмыкнул вампир, подхватывая Лизу под руку и кивая ей куда-то наверх. — Вернёмся ко мне?

И она кивнула, со смехом припустив за Валентайном, убегая от полицейской машины, врубившей сирену на всю округу. Романтика.

А где-то в вышине, стоя на крыше многоэтажки, за этой парочкой наблюдал Кай. Сейчас он чувствовал себя свахой. И пусть где-то внутри он и ревновал Лизу к вампиру, но душу грело осознание того, что он всё-таки сделал лучше для девушки.

Сознание внезапно пронзила яркая холодная вспышка. И, покрутив головой, Кай ошарашено взглянул на соседнюю крышу, на которой клубился туман. А из тумана на миг показалась знакомая фигура. Она, правда, тут же скрылась, сливаясь с туманом. Но Кай, тут же оказавшись на той самой крыше, огляделся по сторонам, разыскивая Туманного лорда.

— Выходи! Хватит прятаться!

В руке парня блеснул серебряный клинок. Он взмахнул им, рассекая туман, пытаясь разыскать кого-то в этой плотной белой массе. Но в воздухе только повис звенящий смех, напоминавший звон сотен маленьких бокалов. Да и тот вскоре стих, оставив Кая в гордом одиночестве.

— Дьявол! Я ведь все равно разыщу тебя! — в отчаянии воскликнул он, от безысходности вонзая клинок в крышу.

И тот вошёл в камень так легко, словно бы это было масло.

***

Буквально за день до празднования Нового года, приглашения на которое Лиза уже успешно разослала в СМС всем, кого она решилась пригласить к себе домой, ей позвонил Амадей. Парень благодарил девушку за полученное приглашение и очень просил срочно заехать, божась, что вызовет ей такси до дома, как только девушка поможет ему решить один деликатный вопрос.

И Лиза, не заподозрив в этой просьбе ничего криминального, спокойно запрыгнула на автобус, успешно подвернувшийся под руку. Благо, она как раз выбралась из дому, планируя прикупить продуктов для приготовления новогоднего ужина, с которым ей обещался помочь Ноэль. Ведь если бы Амадей попытался выдернуть девушку из дому, то был бы он послан далеко и надолго. Но тут ему повезло, и Лиза была еще свежа и полна сил. Тем более это был прекрасный зимний вечер, в который погода, наконец, в коем-то веке, решилась устроить снегопад, что не могло не радовать.

Появившись на пороге квартиры Искусителя, Лиза тут же угодила в его объятия. В нос ей ударил новый запах, который сам хозяин квартиры обозвал чем-то средним между эвкалиптом и хвоей. Объяснял он это тем, что так и не определился, какую ароматическую свечу поджечь, а потому зажег сразу обе.

Сегодня он вообще держался как-то отстраненно. Улыбался почти натянуто, обнимал не искренне. Можно было предположить, что у Амадея что-то случилось, и Лиза бы даже поинтересовалась этим вопросом, если бы хозяин квартиры не опередил ее, спокойно кивнув ей в сторону гостиной. Там остановился напротив своей гостьи, несколько секунд выразительно глядя на нее, а затем, подавив тяжелый вздох, склонился над девушкой, растягивая губы в пошлой ухмылке.

— Этой ночью ты будешь моей. Уверен, что ты не хочешь, чтобы я причинял тебе боль. Поэтому просто подчинись, — вкрадчиво прорычал Амадей.

Лиза, нервно сглотнув, рванулась к двери, но сильные руки легко остановили ее, схватив за плечи и встряхнув, словно она была не тяжелее котенка. Змей вызывающе облизнулся, затем все-таки тяжело выдохнул и, прикрыв глаза, наклонился к Лизе еще ближе, шепча ей в самое ухо:

— Я должен тебя совратить. Извини, но это был приказ лорда. Он убьет меня, если я этого не сделаю.

— Что?..

У девушки словно одним ударом весь воздух из легких вышибли. Значит, это все было только игрой? Лорд приказал и потому Амадей таскался за ней? От услышанного на глаза навернулись слезы, а в горле пересохло. Лиза закашлялась, отступая назад и опускаясь на пол. Осмыслить услышанное не получалось. А возможность сбежать Амадей только что втоптал в ничто, закрыв дверь в гостиную и повернув в ней ключ. Кто вообще на двери в квартире замки ставит?!

Он приблизился. Мягко, размеренно. Искуситель никуда не спешил. Его тонкие пальцы пробежались от запястий Лизы до ее плеч, даря легкие, практически невесомые прикосновения. Он действительно решился воплотить приказ Лорда в жизнь сразу после того, как на него было совершено очередное покушение. Но он все еще сомневался в том, стоило ли предупреждать Лизу о том, откуда же взялись подобные намерения. Но было уже поздно.

Девушка вообще не сопротивлялась, когда Амадей помог ей подняться с пола, подтолкнул к широкому дивану, занимавшему большую часть гостиной. Он уже было прильнул к ней, своей чудесной магией заставляя кровь прилить к щекам девушки, как вдруг…

— Можно мне в душ? — Лиза нервно закусила губу, стараясь сдерживать рвущийся наружу поток эмоций.

Искуситель отошел, с улыбкой глядя на девушку. Бедняжка, она действительно смирилась с происходящим. Даже не собиралась молить о помощи или взывать к Валентайну. Или собиралась?

— Конечно, — Амадей кивнул. Затем пробежался по Лизе цепким взглядом, и добавил: — только телефон, будь добра, оставь. Не хочу, чтобы нас в грубой форме прервал Валентайн. Не обижайся.

…и он требовательно протянул руку. Глядел выжидающе. Изумрудные глаза завораживающе мерцали даже в хорошо освещенном помещении. И Лиза, подавив тяжелый вздох, все-таки вытянула телефон из кармана джинс, вложив его в протянутую руку Амадея и на секунду касаясь его кожи. Руку до плеча пронзил легкий электрический разряд, заставивший девушку спешно дернуться, отскочить, словно от пламени.

Она тут же убежала в душ, а Амадей, отложив телефон на кофейный столик, рассмеялся. Поведение Лизы действительно его забавляло. Но то, что ему предстояло сделать, почему-то не приносило того самого азарта, непередаваемого чувства возбуждения, проносившегося по телу каждый раз, когда Искуситель применял свои способности. Сейчас ничего не было. Хотя его способности действовали на Лизу, этого никто не попытался бы отрицать. Но не было той жажды плотских утех, которая терзала Амадея всю его жизнь. И это пугало.

Лиза не заставила себя долго ждать. Уже через десять минут вернулась, смущенно глядя в пол и кутаясь в махровое полотенце, практически не прикрывавшее бедер. Внутри у Амадея что-то взорвалось, заставляя того отвлечься от мрачных размышлений. В конце концов, сексом надо было заниматься со вкусом, наслаждаясь процессом, и не будучи мыслями в далеких далях.

Девушка молчала, краснея не то от горячей воды, капли которой еще поблескивали на ее плечах и ключицах, то ли от смущения. Но Искуситель не вынуждал ее говорить. Притянул девушку к себе, впился в губы жадным поцелуем. Легким толчком повалил на диван, слегка не рассчитав силы. Сам же запутался в свисавшем с дивана краю пледа и, после короткого мига падения, каким-то образом оказался снизу. Но, не растерявшись, тут же прижал Лизу к себе, заставив усесться у него на бедрах.

Она ладошками упиралась в грудь Амадея, словно пытаясь отстраниться каждую секунду, пока он, оттягивая момент наслаждения, выцеловывал ее губы. А затем, видимо, укротив внутреннюю святую невинность, все-таки уперлась руками в мягкое покрытие дивана по бокам от головы Искусителя. И он бы целовал ее еще долго, ведь так любил растягивать прелюдию. Но в момент, когда полотенце с девичьего тела с тихим шорохом скользнуло на пол, губы Искусителя обожгло мертвенным холодом.

Тут же открыв глаза, он рванулся назад. Но бежать было некуда. Сперва Амадей ощутил тот самый холод, который ни с чем нельзя было спутать. Затем, уже открыв глаза, увидел перед собой лицо Туманного лорда. На этот раз без маски. Опешил, и только через миг осознал, что Лиза все еще была в душе. А все это время в мягкий диван его вжимала не хрупкая девушка, но темный лорд в ее обличии.

— Жалкий предатель, — лорд расплылся в ухмылке, отрываясь от губ Искусителя. — Но хорош, чертяга.

— Т-ты?! — Искуситель, практически не веря своим глазам, дернулся в сторону.

Но тут же поплатился за это. По щеке, оставив на ней кровавые борозды, легко скользнула когтистая рука лорда.

— Уже не узнаешь хозяина? — мягко пробормотал он, вновь склоняясь над Амадеем, и слизывая выступившую на щеке кровь. — И вправду, черная.

— Что тебе нужно? — холодея от страха, громким шепотом пискнул Искуситель, практически не разнимая губ.

— Ты не оправдал моего доверия.

Позволив Амадею вскочить, лорд обратился туманом и тут же вырос в углу комнаты, разглядывая почерневшие кактусы на окне. Искуситель, поднявшись на ноги, даже не знал, что ему стоило бы сейчас сделать. Бежать? Глупость, от Туманного лорда не скрыться. В голове только загнанной пташкой билась мысль о том, что из-за его глупости могла пострадать Лиза.

— Ты, — лорд бесцветно улыбнулся, глядя куда-то в окно, — нарушил мой приказ. Рассказал о том, что я приказывал тебе.

— Но ведь Лиза…

— Не важно, кому ты сказал, — он пожал плечами. — Она завтра же донесет Валентайну. И моя репутация пострадает.

Амадей замер, наблюдая за тем, как лорд обернулся к нему. Как причудливо взмыли в воздух полы плаща. Змей впервые видел одежду лорда, его истинное лицо, не укрытое бинтами или маской, шарфом. И, если бы не глаза, он был бы похож на обычного подростка. Обычная серо-голубая рубашка, подчеркнутая тонким черным пояском, высокие сапоги. Всего-то паренек лет двадцати на вид.

— Ты предал своего создателя, — спокойно продолжил лорд, закрывая глаза. — Ты зашел слишком далеко в своих поисках истины. И, найдя ее, получаешь заслуженную награду.

Холодный туман окутал Искусителя, заставив того отскочить. Холод прокрался под одежду, а перед глазами только и стояло лицо того, кто спокойно наблюдал за тем, как Амадей пытался убежать от тумана. Но не убежал. Так и замер, обратившись в ледяную статую. С лицом, искаженным гримасой ужаса.

Фыркнув, Туманный лорд обернулся, было, к окну, планируя убраться из этого дома раз и навсегда. Но что-то заставило его остановиться, вновь материализовав из тумана маску и закрывая свое лицо. А затем лорд обернулся, всматриваясь в комнату, стены которой украшали дивные морозные узоры. Хмыкнул, что-то шепнув себе под нос.

— Кажется, я предупреждал, что со мной лучше не ссориться, — мягко улыбнулся он, глядя в темный коридор, разделявший гостиную с ванной комнатой. — А предательство — ой, какой же страшный грех.

А затем все-таки исчез, выскользнув в приоткрытое окно и забирая с собой весь туман, ранее клубившийся по полу. А в том самом коридоре, завернувшись в полотенце и зажимая рот ладошкой, от увиденного ужаса молча рыдала Лиза. Ей даже не хватило сил подняться на ноги и добраться до своего телефона. Ведь прямо посреди гостиной ее ждала ледяная статуя с безжизненными, пустыми глазницами, в которых уже никогда не блистать изумруду.

Комментарий к Глава 22 - Таинство греха

*все еще тактично выпиливает персонажей*

принимаю ставки на то, кто доживет до финала

========== Глава 23 - Карнавал эмоций ==========

После случившегося с Амадеем, Лиза нашла в себе силы самой добраться до дома. Она никому не рассказала о случившемся, только продолжила приготовления к Новому Году, словно действительно ничего не произошло. Утром тридцать первого декабря к ней в гости явился Ноэль. Он обещал зайти, чтобы помочь с приготовлением новогоднего ужина, так что этот визит Лизу ни разу не удивил.

— И что же случилось? — парень хитро фыркнул, выкладывая на кухонный стол ингредиенты для салатов.

— О чем ты? — Лиза увлеченно продолжила нарезать картошку, стараясь не отвлекаться от своего занятия.

— Дай-ка, — Ноэль мягко забрал нож из ее рук, наклоняясь и заглядывая девушке в глаза, — я чувствую, что ты что-то скрываешь.

Девушка сглотнула, встречаясь с теплым взглядом Ноэля. Она закусила губу, раздумывая над тем, стоило ли сейчас солгать, или все-таки лучше было бы сказать правду хотя бы ему? А что, если узнает Валентайн? Он ведь может разозлиться, стоит ему только узнать о том, что Лиза вообще поехала в гости к Амадею. А ведь она еще и скрывала этот визит от окружающих.

— Я никому не расскажу, если ты захочешь, чтобы это осталось между нами. Но со мной, будь добра, поделись, — Ноэль улыбнулся самыми только уголками губ, но Лизе этого хватило.

Все-таки он умел располагать к себе. По сравнению с остальными жителями темной стороны, Ноэль казался каким-то максимально невинным. Хотя, как говорил Валентайн, его нельзя было даже назвать полноценным «темным». К этому классу относились только демоны, вампиры и прочие страшные существа, которых Орден терпеть не переваривал и вообще ненавидел. Нечистые же духи считались теми, кто ступил на тропу тьмы, но еще мог с нее сойти. Они могли применять темную магию, но Орден все еще считал, что их души можно было очистить сотней-другой исповедей, литургий и прочих церковных служб.

— Лорд убил Амадея, — тихо, словно бы боясь, что кто-то их мог подслушать, прошептала Лиза, доверчиво глядя в глаза Ноэля.

Тот удивленно отпрянул. Нахмурился, мгновенно стирая с лица приветливую улыбку. Открыл рот, чтобы что-то сказать, но затем одумался, помолчал несколько секунд.

— Ты в этом уверена? — вкрадчиво пробормотал Нечистый, присаживаясь на стул напротив Лизы. — Откуда такая информация?

— Я это видела, — одними губами прошептала Лиза, чувствуя, как к горлу вновь подступили всхлипы. — Была там.

Ноэль чертыхнулся, с силой сжимая руки в кулаки. Что-то прошипел себе под нос о том, что он подозревал нечто подобное.

— Лорд видел тебя?

— Нет. Но знал, что я была там, — сглотнула девушка, отводя взгляд. — Уходя, он бросил мне фразу о том, что с ним лучше не ссориться.

— Вот как, — он прикрыл глаза, на миг задумавшись. — Тогда тебе ничего не угрожает. И это не может не радовать.

Выдохнув, парень обнял Лизу, притягивая ее к себе, предварительно отложив нож. Он зарылся пальцами в отросшие уже до лопаток волосы девушки, он покачал головой, позволяя себе расслабиться. Творящийся вокруг ад все больше пугал Нечистого.

***

— Отлично, теперь посыпь картошку укропом!

Ноэль раздавал Лизе последние указания касательно предстоящего ужина. С минуту на минуту должен был явиться пунктуальный Валентайн. А девушка еще даже не успела переодеться во что-то более праздничное, чем домашний спортивный костюм да фартук.

— А где ты дел укроп?!

Лиза суетилась, боясь не успеть все закончить к приходу вампира. Сама по себе она готовить не умела, да и не слишком горела желанием к этому искусству. Но с появлением на ее кухне Ноэля это превратилось в настоящее испытание на прочность. Он готовку обожал, и вообще никак в голове у Нечистого не укладывалось то, что Лиза не знала, какие приправы необходимо было класть в глинтвейн.

— Там же, где и мускатный орех, — буркнул Ноэль, стягивая с себя фартук. Ему тоже стоило бы переодеться, ведь явился он практически в домашнем.

— У меня на кухне с роду такого не было! — всплеснула руками Лиза, заглядывая в тумбочку. — Нашла.

— Я ушел переодеваться, — коротко бросил парень, удаляясь в комнату девушки, где она любезно позволила ему оставить свою сумку с одеждой.

Лиза заканчивала последние приготовления. А именно вынесла на большой стол в гостиной тарелки, приборы и салаты. Теперь же она спешно прибиралась на кухне, пока все, что было рассыпано или пролито не успело засохнуть и его не пришлось бы отдирать металлической щеткой.

И тут, как гром среди ясного неба, раздался звонок в дверь. Лиза бросила короткий взгляд на часы. Стрелка только-только коснулась цифры 9. Валентайн был пунктуален, как и всегда.

— Черт! — девушка рванулась к себе в комнату, спеша переодеться во что-то более презентабельное.

— Беги, я прикрою! — в коридор выскочил Ноэль, на ходу застегивающий рубашку.

Он, выдохнув, остановился у входной двери. Бросил короткий взгляд на зеркало, поправил выбившуюся из причесанных волос прядку, и, натянув на лицо приветливую улыбку, сперва снял с двери цепочку, а затем повернул ключ в замке, распахнув двери перед гостем.

— Мир вам, люди добрые! — низко поклонившись, наигранно пропел Ноэль. — Чем мы обязаны визиту столь высокопоставленных личностей-с?

— Ноэль, — Валентайн хмуро фыркнул. Даже ему не удалось сдержать улыбки. — Впусти.

— Никак не могу, — пожал плечами парень, поджав губы. — Барыня не велела-с никого пущать.

— В смысле? — непонимающе нахмурился вампир. — У вас тут все в порядке, шоу Адская кухня?

Ноэль уже было открыл рот, на ходу придумывая очередной вариант, чтобы отшутиться, но что-то, что мелькнуло во взгляде Валентайна, заставило его замолчать и обернуться. И тут уже даже челюсть Нечистого звякнула об пол. Перед ними посреди коридора стояла Лиза. На девушке было аккуратное коктейльное платье малинового цвета с глубоким декольте, украшенное кружевным воротником. На ладонь выше колена, оно подчеркивало черные полупрозрачные чулки девушки. Да и в общем, Лиза в очередной раз легким движением руки превратила себя во взрослую привлекательную особу.

— Привет, — она смущенно опустила взгляд, изучая пол, — проходи, Валентайн, чего стоишь?

Вампир, обойдя Ноэля, переступил порог и, приблизившись к Лизе, наклонился, целуя ее руку.

— Ты прекрасна, — прошептал он, заставляя щеки девушки алеть, по оттенку приближаясь к платью.

— Спасибо, — Лиза смущенно улыбнулась, — пройдемте к столу.

— Я пока оставлю подарки под елью, — Валентайн кивнул Лизе, направляясь в гостиную вместе со своим пакетом. — А ты пока встречай гостей.

— Что? — Ноэль проводил друга взглядом. — Каких еще гостей? — он удивленно воззрился на Лизу.

— Ну, я приглашала Амадея. Он, конечно же, не придет. И…

Девушка не успела договорить. Раздалась трель звонка, заставившая ее мягко улыбнуться. А Нечистый, бросив на Лизу недоверчивый взгляд, распахнул дверь, которую еще даже не успел закрыть на замок. Да так и замер, на мгновение став похожим на каменное изваяние.

— Ты?! — сквозь зубы прошипел он, отходя назад и тут же одарив Лизу яростным взглядом. — То есть ты додумалась позвать его?!

Лиза натянуто улыбнулась, встречаясь взглядом со стоявшим в дверях Каем. В руках он держал пакет с подарками, а взгляд его нервно метался с Ноэля на Лизу, а затем и на появившегося в коридоре Валентайна.

— Добрый вечер, — он выдавил из себя максимально искреннюю улыбку. — Спасибо, что позвали.

— Ага, — Валентайн кивнул, приобняв Лизу, — проходи, я не кусаюсь. — Он наклонился к Лизе, вкрадчиво шепча ей на ухо: — а ты смелая девочка, раз все-таки решилась пригласить его.

Стоило Каю только переступить порог, как Ноэль отшатнулся от него, что-то недовольно бурча себе под нос и удаляясь в комнату.

— Подожди! — Кай потянулся к нему, чтобы успеть коснуться локтя парня.

— Что? — Нечистый ловко извернулся, избегая прикосновения.

— Никита, да? — парень мягко улыбнулся, снимая кремовое пальто. — А постой-ка, Никита. Лиза упоминала, что это некий Ноэль убил Еву. Не ты ли часом тот самый Ноэль?

Нечистый поморщился, все-таки нехотя кивая. Между этими двоими явно витало напряжение. И это было видно даже невооруженным глазом. А потому Валентайн, взяв Лизу за руку, утащил ее в гостиную, вызвавшись помочь накрыть на стол, принести недостающие приборы. Лиза ведь изначально накрывала стол на трех персон, ведь она не была уверена в том, что Кай все-таки появится.

— Тот самый, — Нечистый выдохнул, пытаясь себя успокоить. — Пойдем, не будем заставлять их ждать нас, — примирительно улыбнулся он, направляясь в сторону гостиной. — Подарки оставь под елкой.

Вскоре все уже расселись за столом. Лиза в его главе, как хозяйка вечера. По правую руку от нее сидел Валентайн, периодически поглядывавший на девушку и помогавший ей открывать бутылки с вином и шампанским. Слева пристроился Кай, а Ноэль уселся на диване около Валентайна. И, как бы он ни пытался себя контролировать, но, нет-нет, да поглядывал на Кая. И периодически ловил на себе его задумчивые взгляды.

— Предлагаю первый тост предоставить хозяйке вечера, — мягко улыбнулся Кай, глядя на Лизу.

Девушка, одернув свое платье, встала, поднимая бокал с шампанским. Она для себя успела заметить то, что Ноэль недовольно поморщился, когда она так беспрекословно подчинилась словам Кая. Но Нечистый старался не подавать виду, что компания этого святоши была ему не слишком приятна.

— Что ж, — Лиза улыбнулась, — я благодарна вам всем за то, что вы приняли мое приглашение, пришли на мой маленький праздник. Честно, я его не отмечала уже пару лет, поэтому справиться самой со всеми приготовлениями было сложно. Спасибо каждому, кто помогал мне с подготовкой. И я хочу выпить за…

Тост Лизы прервала трель звонка. Девушка удивленно отставила бокал, извинившись перед гостями и направляясь в коридор. Уже когда она коснулась пальцами цепочки, ее руку мягко перехватил нагнавший девушку Валентайн. Он отстранил ее от двери, открывая ее лично. Где-то за спиной вампира маячили и Кай с Ноэлем, которые даже забыли о разногласиях, когда у обоих возник нездоровый интерес относительно того, кто же пожаловал в гости в столь поздний час.

— Привет, извините за опоздание!

Лиза взвизгнула, отскочив от двери. За плечи ее поймал Кай, не позволив девушке упасть. А рядом об пол звякнула челюсть Ноэля.

— Обожаю пунктуальных людей, Амадей, — спокойно хмыкнул Валентайн. — Проходи уж, раз Лиза тебя пригласила. Лиз? Ты в порядке?

Девушка смотрела на Амадея большими от ужаса глазами. Она ведь сама видела, как его убивал лорд. Она даже касалась ледяной статуи. Это ведь было единственное, что осталось от бедного Искусителя! И вот, сейчас он стоял на пороге ее квартиры. Живой, целый и здоровый, без единой царапинки, пышущий жизнью мертвец!

— Иди-ка сюда, — Лиза, поборов страх, пальцем поманила Амадея к себе. — И ты, — она схватила Ноэля за шкирку, — тоже! Извините, мы отлучимся на минутку.

И обоих парней девушка затащила к себе в комнату, тут же захлопнув за собой дверь и подперев ту стулом.

— Как?! — первым взвился Ноэль.

— Как ты выжил, как ты спасся, каждый лез и приставал, — нараспев хохотнул Амадей, присаживаясь в кресло. — Не рады тому, что я пришел?

— Я-то рада, — Лиза невольно покосилась на Нечистого, — но я же видела собственными глазами, что с тобой сделал лорд. Как ты… выжил?!

Искуситель поднялся с места и, вздохнув, бросил короткий взгляд на часы. Время до полуночи еще оставалось.

— Когда мы были в баре, я познакомился там с той девушкой, Данте. Взял у нее номерок, на всякий случай, — Амадей начал издалека. — Я знал, что лорд убьет меня, если я скажу тебе об его приказе. Поэтому заранее я встретился с Данте и поспорил с ней. Мне говорили, что все они обожают споры на жизнь. Вот я и заключил с ней пари, что если до полуночи меня убьет Туманный лорд, то она не заберет мою жизнь и дарует мне полное бессмертие, — пожал плечами Искуситель. — Она, конечно же, легко согласилась. И потом была вынуждена выполнять условия сделки.

— То есть, — Ноэль удивленно выдохнул, — ты обвел самого лорда вокруг пальца? Не дурно. А эта Данте… она кто вообще?

— Жнец, — вместо Амадея ответила Лиза. — Мы с двумя девушками познакомились в баре. С этой Данте и ее напарницей, Скульд.

Разговор продолжился в уже более спокойном русле. Лиза с Ноэлем расспрашивали Амадея о том, что он чувствовал, когда на него напал лорд. Какие вообще ощущения сопровождали эту медленную смерть, каково было и все в таком духе.

А под дверью, пристроившись по обе стороны от нее, прислушиваясь к диалогу, стояли Валентайн с Каем, недовольные тем, что их на обсуждение столь интересного события не пригласили.

***

Спустя несколько часов, когда все блюда были съедены, а шампанское и глинтвейн успешно закончились, когда все уже сбегали на балкон смотреть на новогодний фейерверк, а куранты давно отзвонили двенадцать часов, в квартире воцарилась общая приятная атмосфера. Пахло елью и мандаринами, которые Амадей и Ноэль на пару наворачивали уже целый час. Свет не горел, комнату освещали только развешанные по ней гирлянды, да сверкающая новогодняя ель.

Общая атмосфера давно потеплела. Все нашли общий язык, с удовольствием отдыхали и играли в заранее придуманные Лизой игры. Даже Кай как-то более или менее втянулся. Валентайн и Амадей не проявляли к его персоне никакого интереса, но и враждебности не было. А вот Ноэль, благо, пока только не шипел от присутствия парня. Ему в нем что-то явно не нравилось.

— Кстати! — Амадей внезапно подскочил. — Я же принес кое-что!

Он сбегал в прихожую и тут же притащил оттуда какой-то пакет, водрузив тот на стол.

— И что ты принес? — к нему заинтересованно потянулся Кай, но перед ним тут же влез Ноэль, заставив парня отпрянуть.

— Ящик водки и немного селёдки, — фыркнул Искуситель, выставляя на стол содержимое пакета.

Там обнаружилось две бутылки красного вина, бутылка шампанского и ещё одна ёмкость, отдаленно напоминавшая кувшин для вина, какие были в ходу много лет назад.

— А в кувшине что? — Лиза с любопытством потянулась к кувшину.

Правда, коснуться его девушка не успела. Ее руку тут же перехватил Кай, заставляя девушку вздрогнуть. Она встретилась взглядом с парнем, параллельно замечая то, как напрягся сидевший в кресле у ели Валентайн, через плечо наблюдавший эту сцену.

— То, что маленьким человеческим девочкам противопоказано, — с мягкой улыбкой констатировал Кай.

— Тебе-то откуда знать? — рыкнул рядом Ноэль. — Руки лучше убери. Серьезно. Сами разберемся.

Парень, подавив тяжелый вздох, спокойно отпустил Лизу, отходя от стола. Валентайн благодарно кивнул Ноэлю. Ему не слишком хотелось развлекаться и выпивать, так что на этот праздник он пришел только потому, что хотел поддержать начинание маленькой Лизы. Вампир терпеливо ждал того момента, когда будут вручены все подарки и можно будет потихоньку спровадить гостей.

Тем временем, оставив Амадея мучиться с бутылками и штопором под четким руководством Лизы, Ноэль достал из пальто в коридоре пачку сигарет и молча направился на балкон. Заметив это, за ним внезапно последовал Кай. Он застал парня сидящим на перилах балкона, свесив ноги в пустоту.

— Не боишься упасть? — осторожно поинтересовался Кай, опираясь о стену около Нечистого.

— Тебе-то какое дело? — Ноэль скептично фыркнул, протягивая собеседнику пачку сигарет.

— Я не курю, вообще-то, — он поджал губы.

— Тогда какого милого тут делаешь? Либо ты куришь, либо перестаешь нарушать мое драгоценное одиночество, — пригвоздил к месту Нечистый.

Кай, вздохнув, достал из пачки одну сигарету, прикуривая от созданного магического пламени. Тут же затянулся и неизбежно закашлялся, косо глядя на ликующую ухмылку на губах Ноэля. Тот искренне наслаждался тем, что Кай мучился, каждую секунду находясь здесь. Но он ведь сам пришел.

— Послушай, тебя что-то не устраивает? — наконец, Кай задал мучающий его вопрос.

— Да, — Ноэль выпустил изо рта клуб дыма, — меня не устраиваешь ты. Твое присутствие здесь и в жизни Лизы.

— Так заботишься о ней?

— Нет, — окурок оставил за собой дымный след в воздухе, — ненавижу притворство. А притворную доброту и святость вообще терпеть не могу. Становлюсь злым и раздражительным.

Они встретились взглядами. Холодный пепел и теплое синее море. Кай с титаническим спокойствием затянулся, на этот раз не кашляя. Он наблюдал за грациозными движениями Ноэля с искренним восхищением. Он был похож сейчас на худощавого гепарда, так ловко парень перекинул ноги обратно на балкон, спрыгивая на холодный кафель. Сделал шаг к Каю, не отрывая от него взгляда.

— Я люблю Лизу, и не желаю ей зла, — сглотнул парень.

И тут в глазах Ноэля промелькнуло что-то страшное. Он вздрогнул от этих слов. Даже взгляд отвел, наблюдая за тем, как ветер подхватил пепельные волосы, взметнув их в воздух и играя с прядями. А затем Нечистый сквозь зубы отчеканил:

— Только пальцем ее тронь. И я обещаю, что твоя смерть будет медленной и мучительной. А если тебе моего слова мало, так я у знакомых поспрашиваю, тебе каждый с удовольствием организует долгую и болезненную кончину, — этот тихий утробный рык окончательно превратил его в сознании Кая в гепарда.

Парень вздохнул, легко хохотнув, выкинул окурок за балкон и, кивнув собеседнику, поманил его за собой, призывая вернуться в дом. И, стоило этим двоим покинуть балкон, как они услышали перепалку, доносящуюся из гостиной.

— Далия! — явно наигранно злобно кричал вампир.

— Валентайн! — сквозь смех, отвечала Лиза.

— Я шестьсот лет Валентайн.

— А я Далия в двадцатом поколении, и что ты мне сделаешь? — девушка с трудом не хохотала после каждого слова.

— А я могу получать пенсионный, — внезапно осознал вампир.

— Ага, а я инвалидность. По случаю придурковатости, — фыркнула Лиза.

— А я ребенок войны и крестовых походов! — в очередной раз осадил Валентайн.

— А я нянька дитя войны? Сам заваривай себе чай!

Девушка, наконец, расхохоталась в голос. Вместе с ней рассмеялись и остальные. Даже Кай с Ноэлем, переглянувшись, не смогли сдержать улыбок. Появившись в гостиной, они наблюдали картину маслом. Амадей разлегся на полу, разглядывая люстру и что-то вещая о том, что ему тоже чай полагался. Валентайн пытался выпытать у Лизы, где в этом доме находятся остатки чая, угрожая щекотать ее. А сама виновница разговора о чае сидела на диване, прячась за подушкой от нависающего над ней вампира.

— Не хочу вас отвлекать, — фыркнул Ноэль, — но под елкой куча подарков. А мы их не открываем, хотя уже второй час ночи идет.

И все тут же опомнились, уже через несколько минут собираясь вокруг ели. Лиза принесла всем глинтвейн, налила его в кружки и даже зажгла настольную лампу, чтобы было удобнее раздавать подарки.

— Начнем, — она с улыбкой потянулась за первым попавшимся свертком. — Валентайну от Ноэля.

Вампир развернул упаковочную бумагу и бросил заинтересованный взгляд на друга, который сидел рядом, потягивая из трубочки вино и с трудом сдерживая приступы смеха. В свертке оказался плотный бархатный плащ с атласной подкладкой.

— В следующем году поставь в школе Дракулу! — фыркнул Нечистый, наблюдая за тем, как вампир накинул на плечи плащ. — Тебе идет, кстати.

Валентайн покачал головой, только и кивая Лизе, чтобы та продолжала раздавать подарки.

— Я их посортировала, пока вы все на перекур ходили, — раздалось из-за елки, — чтобы по очереди всем вручить. Так что, второй тоже тебе, — она протянула коробку вампиру, — это от Амадея.

Валентайн открыл коробку, доставая оттуда коробочку каких-то шоколадных конфет, пачку жвачек и упаковку презервативов. Все это было завернуто в целлофан, а сверху была наклеена надпись: «Набор настоящего джентльмена».

— Очень смешно, — вампир криво улыбнулся, бросая короткий взгляд на Амадея. — Спасибо. Лиз, на этом у меня все?

Девушка только и покачала головой, протягивая Валентайну очередную коробку. Уже по ее смущенному виду вампир легко понял, что этот подарок был от самой Лизы. Бережно отклеив края упаковочной бумаги, он поразился разнообразию. В коробке обнаружились тонкие лайковые перчатки, россыпь каких-то сладостей, специальный учительский блокнот, и, тут вампир искренне улыбнулся, том «Дракулы». И пара дисков с фильмами. Там были «Ромео и Джульетта», «Анжелика и султан» и еще парочка из французской классики.

— О, великие умы мыслят одинаково! — Ноэль рассмеялся.

— У дураков мысли сходятся, скорее, — фыркнула Лиза. — Держи, — она протянула вампиру последнюю упаковку. — Это от Кая.

И тут все удивленно обернулись к парню. Он слегка стушевался от такого внимания, виновато пожимая плечами. Мол, я хотел сделать всем приятное. И в этот момент под ложечкой у Валентайна, да и у остальных тоже, неприятно засосало. Никто ведь не подготовил подарков для самого Кая. А он, судя по аккуратной упаковке, очень старался над тем, чтобы его подарки понравились собравшимся. Из подаренной Каем коробочки вампир извлек красивые наручные часы с тонким кожаным ремешком и новый футляр для очков с бархатистым покрытием и даже золотистой надписью на латыни.

— Продолжим! — Лиза хлопнула в ладоши. — Ноэлю от меня.

Нечистый радостно ухватился за завернутую в бумагу коробку. Принюхался, а затем снял бумагу, заглядывая в коробку. Тут было три шоколадки, с десяток упаковок гематогена, пакет надувных шариков и новый чехол для телефона, ведь Лиза знала о том, что свой старый чехол Ноэль потерял во время их визита в гости к Ордену.

— Спасибо-о! — он расплылся в широкой улыбке, сгребая Лизу в охапку и обнимая ее.

Девушка, что-то пискнув из объятий парня, молча всунула ему в руки очередной подарок.

— О, это у нас от… — он пригляделся, — от Вали!

Нечистый развернул упаковку и тут же прыснул в кулак. Тут был шоколадный пасхальный заяц, упаковка жвачек, сделанных в форме сигарет и аккуратно сложенный клоунский пиджак, разрисованный сладостями, разноцветными пятнами и прочей разноцветной пургой. Ноэль смеялся долго, глядя на друга. А Валентайн только и пожал плечами, мол, не ты один тут умеешь шутить.

Следующий подарок Ноэлю был от Амадея. Искуситель подарил парню бутылку хорошего крем-ликера и какой-то дорогой мужской одеколон, который Нечистому пришелся по душе. Но парень замер, когда Лиза протянула ему четвертый подарок. Ноэль перевел взгляд на Кая, и тот, в очередной раз пожав плечами, кивнул, мол, забирай, чего стоишь? Открыв коробку, Нечистый сглотнул. Там лежал аккуратно свернутый черный галстук. Рядом покоилась изящная булавка для галстука и коробочка с аккуратными запонками.

— Спасибо, — Ноэль сглотнул, косо глядя на Кая.

— Пожалуйста, — парень искренне довольно улыбнулся. — Рад, что понравилось.

Лиза потянулась к третьей кучке подарков. На этот раз она достала упаковку для Амадея.

— Этот от Кая, — она кивнула Искусителю.

Тот легко сорвал упаковочную бумагу, доставая из небольшой коробочки массивный серебряный перстень со змеей. У нее были изумрудные глаза, вмиг заворожившие парня.

— Вау, — он присвистнул, — спасибо. Очень круто.

Валентайн с Ноэлем сделали Искусителю общий подарок, просто скинувшись ему на новый мотоцикл. И если Амадей не взвыл от радости, когда из маленького свертка на руку выпали ключи от мотоцикла, то это только потому, что он все-таки был змеем, а не волком.

Лиза же, вообще не планировавшая, что Амадей появится, должна была из ситуации спешно выкручиваться. А потому подарила парню два больших набора ароматических свечей, которые она когда-то покупала для себя, да один из своих старых кулонов. Со змеей, конечно же.

И, наконец, пришел черед Лизы открывать свои подарки. Лиза наугад развернула первый попавшийся пакет. Там обнаружился новый кожаный рюкзак с черепом, заполненный чем-то очень полезным. Лиза заглянула внутрь, и рассмеялась. Он был до краев полон конфет.

— Ноэль! Это же твоих рук дело, — девушка благодарно обняла парня.

— Кто бы сомневался, — фыркнул он, — больше никто не знает о том, что твой рюкзак успешно заляпали святой водой и он не совсем пригоден для дальнейшего использования.

Далее Лиза распаковала подарок от Амадея. Там был билет на каток, как напоминание о том, где они познакомились. А еще набор красивых помад и теней, да аккуратный кошелек. Амадей пожимал плечами, мол, подарил то, что считал наиболее полезным. Лиза обняла и его, чем удивила Искусителя. Он не ожидал от нее подобного теплого жеста.

А затем Лиза осознала, что под елкой остался только один сверток. Для нее. От Кая. Она бросила короткий взгляд на Валентайна, и он кивнул ей, пальцем постучав по часам. Девушка развернула оберточную бумагу и достала две шоколадки и большого плюшевого медведя. Кай ведь знал, как она любила мягкие игрушки. А еще там был маленький фотоальбом, который Лиза оставила в упаковке, потому как украшала его бумажка с надписью: «Откроешь, когда будешь одна. Такой я видел тебя всю жизнь, пока был рядом».

— А теперь, — Лиза улыбнулась, — Кай, иди-ка сюда!

Она вручила ему свой подарок. Это была папка, с распечатанными моментами из их переписок, по которым Лиза и знала парня. Также в коробке лежали две книги. Любимая «Божественная комедия» Кая, и «Мастер и Маргарита», уже по желанию самой Лизы.

— Спасибо тебе, что позвала сюда, — парень обнял хозяйку праздника, утыкаясь носом ей в плечо. — Обо мне еще никто так не заботился, как ты. А книги… перечитаю на досуге.

— Это еще не все! — Лиза потянулась за елку, извлекая оттуда еще один сверток. — Это тоже тебе. От Ноэля.

Где-то за спиной Кая Нечистый сейчас поперхнулся глинтвейном. И пока парень разворачивал упаковочную бумагу, Лиза бросила на Ноэля убийственный взгляд. И Валентайн, первым осознав, что происходит, спешно потащил парня курить. И Амадея с собой прихватил, чтобы объяснить этим двум кадрам, зачем Лиза сделала подарки Каю от лица каждого из них.

Дрожащими от удивления руками Кай тем временем развернул бумагу, доставая из подарка, якобы сделанного Ноэлем, коробку шоколадных конфет, три шоколадки и кулон с маленьким солнцем. Затем в свертке, подписанном «от Амадея» обнаружились ароматические палочки, книга о том, как ароматы влияют на восприятие человека и несколько разноцветных бомбочек для ванной. И к тому времени, когда Валентайн с остальными вернулся в комнату, Кай уже разворачивал коробку, якобы подаренную самим вампиром. Но, увидев вернувшихся друзей Лизы, он отложил распаковку до лучших времен.

— Спасибо вам всем большое, — Кай искренне улыбнулся, кажется, подвоха не заметив, — но мне уже пора идти. Хочу успеть на второй ночной автобус.

И парень, обняв на прощание Лизу, помахав рукой всем собравшимся и не забыв забрать с собой подарки, ушел. Спустя пол часа разошлись и остальные. А именно Амадей предложил заехать в неплохой стриптиз-клуб. И, поскольку Лиза и Валентайн тактично отказались, Искуситель уехал на такси вместе с Ноэлем.

И Лиза с Валентайном остались вдвоем.

***

— Спустимся ко мне, — вампир с улыбкой подал Лизе руку. — Утром я помогу тебе убрать тут все. Но мне есть, что тебе показать.

Девушка повиновалась, выдернув все гирлянды из розеток и покидая свою квартиру. Они спустились к Валентайну в квартиру. Вампир почему-то не стал включать свет. Только провел Лизу в гостиную и щелкнул пальцами. Тут же загорелись на столе две свечи в витых подсвечниках. Теплый свет выхватил из мрака коробку, стоявшую на столе, еловую веточку с одиноким шариком на ней, и дымившуюся пиццу.

— Я хотел создать ощущение праздника, — виновато улыбнулся вампир. — Но ель уже было поздно покупать. Нашел только веточку. Это твой подарок. А пицца…

— Она ведь такая же, — Лиза сглотнула, — как и та, что я заказывала в тот вечер, когда ты впервые явился ко мне.

— Да, — Валентайн довольно улыбнулся, — и чай, — он кивнул на две чашки, от которых шел характерный аромат знаменитого «копченого чая», — именно такой ты подала мне, когда я впервые пришел к тебе в гости.

— У меня есть еще кое-что для тебя, — Лиза вложила в руки вампира маленькую коробочку, — я хотела привнести в твою жизнь чуть больше новогоднего настроения. Так что… вот.

Валентайн открыл коробку, доставая оттуда разноцветную гирлянду. Он расплылся в широкой улыбке, кивая Лизе на коробку с подарком, ожидавшую ее. Там, под аккуратной блестящей упаковкой, обнаружился диск с записью их первого выступления с «Ромео и Джульеттой». Там же лежала половинка парного кулона, состоявшего из солнца и луны. И, судя по всему, луну Валентайн уже успешно носил сам, оставив девушке роль солнца. А еще…

— Спасибо большое, — к щекам Лизы прилила краска, стоило ей достать со дна коробки красивую кружевную ночнушку.

— Прошу, — вампир кивнул девушке на пиццу, — а то остынет. А я пока подогрею глинтвейн.

Вскоре Валентайн разложил на полу около батареи подушки и пледы, приглашая Лизу присесть там. Пиццу они съели, чай был выпит, и оставалось только теплое вино и двое влюбленных.

— Нормальные люди проводят Новый год с семьей и родственниками, — внезапно вздохнула Лиза, сжимая в пальцах кружку глинтвейна. — А я три года подряд, не считая этого, даже елку не наряжала.

Валентайн склонился над девушкой, обнимая ее и утыкаясь носом в шею. В накинутый на ее плечи плед, который внезапно перестал быть колючим для них обоих.

— Я не отмечал этот праздник сотни лет. Но с тобой… захотелось почувствовать себя счастливым.

Лиза обернулась к вампиру, с улыбкой наблюдая за тем, как в глазах цвета крови отражались мигающие огоньки подаренной ею гирлянды. За окном во всю стену кружил пушистый снег, а в комнате на подушках и среди пледов было тепло и чертовски уютно. В воздухе пахло елью, пиццей, чаем, вином и любимым парфюмом Валентайна.

— Ты стал каким-то более сентиментальным, — мягко улыбнулась Лиза.

— Это все вино, — мягко улыбнулся вампир, — обещаюсь впредь быть черствым сухарем.

— Не надо, — девушка рассмеялась в ответ, — мне хватает твоей холодности в школе.

— Что, неприятно видеть вокруг меня своих одноклассниц? Ты ревнуешь, — хитрая ухмылка тронула его губы.

— Я?! — Лиза полностью обернулась к Валентайну, практически завалившись на спину.

Спасло от падения только то, что вампир успел подхватить девушку, заботливо забирая из ее рук чашку, и отставляя ту на подоконник.

— Я видел, как ты смотришь на нас, когда твои одноклассницы пытаются мило ворковать со мной. Давай ты не будешь отрицать того, что ты ревнивица? — он улыбался.

Лиза обиженно поджала губы. Да, ей было обидно. Каждую секунду она боялась. Боялась разлуки даже сильнее, чем темноты.

— Я волнуюсь. Боюсь, если тебе угодно, — она всплеснула руками. — Мне страшно, что ты найдешь кого-то интереснее, ярче меня. И я опять останусь одна против целого мира…

— Глупенькая, — он ласково провел пальцами по щеке девушки, запуская их в растрепанные волосы. — У меня была целая вечность, чтобы предать тебя. Но я остался рядом.

— Вечность?..

— Я всегда знал, что найду тебя — потомка великой правительницы. Искал, но каждый раз опаздывал. Ордену удавалось убить тебя. И сквозь сотню перерождений ты сейчас со мной. Пусть Кай и говорил, что это все бред и выдумки, — Валентайн покачал головой.

— Так ты искал возлюбленную? — Лиза удивленно захлопала ресницами.

— Нет, — честно признался Валентайн. — Я искал ту, чья кровь нужна Ордену, потому что обещал это Батори. Обещал защитить милое проклятое дитя. Но…

Вампир сглотнул. Он чувствовал, как Лиза хотела это услышать. Валентайн ходил сейчас по лезвию ножа. Он всегда умел очаровывать простушек, глупеньких девочек. Но он никогда не умел говорить красивых слов, описывать свои чувства. Делать девушкам приятно.

— …в общем, для меня ты уникальна не из-за крови или сходства с Эльзой. Я люблю именно тебя, дуреха.

И, словно в подтверждение своих слов, вампир поцеловал девушку. Не кратко или обрывисто, как он иногда делал. Нет, он целовал ее горячо, страстно и долго. Словно спрашивая разрешения, он коснулся ее бедра, слегка приподнимая легкую ткань платья. Лиза вздрогнула, не ожидая подобного поворота событий. Но не остановила его. Ни сейчас, ни позже.

В конце концов, новогодняя ночь — время для подобных чудес.

========== Глава 24 - Разговоры о грядущем ==========

Мягкий теплый свет пробирался через кружева штор и тюли, лениво вылизывая и без того залитую светом комнату. Он пятнами ложился на кресла, спинки которых украшало плетение макраме. Лучи ползали по столу, накрытому свисавшей до самого пола кружевной скатертью. Пастельные тона помещения навевали мысли о старой бабушкиной квартире. По углам тут и там пылились фарфоровые статуэтки, возле окон и шкафов в вазонах обитали высокие фикусы и пальмы, подоконники были завалены старыми журналами, пряжей, мягкими игрушками и одиноко раскиданными по всему дому кактусами, напоминавшими ежиков.

Заливавший комнату свет не был похож ни на одно из светил, окружавших землю. Теплый и мягкий, для любого человека на ощупь он показался бы холодным и влажным, словно бы кто-то заставил туман светиться. Но хозяину этого дома подобное свечение не мешало ни разу. Особенно учитывая то, что самого хозяина и видно-то не было.

Маленькая изящная ложечка сама размешивала в позолоченной чашечке с кофе сахар. Колыхались шторы. Часы тикали, из них периодически выскакивала маленькая кукушка. Духовка сама выпекала пирог, а под струей теплой воды в раковине мочалка, разбрызгивая воду и мыльную пену во все стороны, сама до блеска натирала тарелки с золотистой каемочкой и цветочными орнаментами по периметру.

Но всю идиллию этого места было легко нарушить. Стоило только дернуться приоткрытой форточке, впуская в комнату холодный плотный туман, который уже через миг собрался в центре комнаты в фигуру, укутанную в пепельного оттенка плащ.

Лорд недовольно огляделся, поморщившись. Скинул с головы капюшон, стянул с лица маску и недовольно упал в одно из кресел. Тут же подскочил, выругался, поднял с подушек пискнувшую под его пятой точкой игрушку, отбросил ее в сторону и все-таки уселся, подпирая голову когтистой рукой. Стоило ему избавиться от капюшона, как, лишившись тесного плена, пряди волос тут же взмыли в воздух, извиваясь, подобно водорослям или змеям.

— Ты, случайно, не позировал древним грекам, когда они придумывали себе чудищ вроде Медузы Горгоны?

Хозяина насмешливого суховатого голоса, напоминавшего не то шелест сухих листьев, не то старой бумаги, нигде не было видно. Этот голос словно бы был всюду, раздаваясь из каждого растения, коих тут было не мало, и словно голоса и вовсе не было. Он действительно мог показаться только иллюзией. Но лорд уже не впервые являлся в этот дом.

— Ты, — он с силой сжал зубы. — Тебе пора научить своих слуг послушанию.

— Не понимаю, о чем ты.

В воздух у ближайшего стеллажа взмыл томик какой-то книги. Зашелестели страницы. Раздалось невнятное бормотание. Хозяин дома явно показательно игнорировал своего гостя.

— Ах, не понимаешь, — лорд расплылся в самой приторной улыбке, какую только можно было себе представить. — Я тебе объясню.

— Будь так добр.

Прямо перед носом лорда взлетела чашка кофе. Она наклонилась, и содержимое чашки, преодолевая короткий путь в несколько миллиметров, пролилось в никуда. Тут же в это небытие кануло и несколько сушек, доселе спокойно лежавших на столе в ожидании своей участи.

— Одна из твоих прислужниц, более известная как Черная провидица, пыталась убить Лизу. Ты ведь знаешь, о ком я говорю, — лорд нахмурился.

Собеседник молчал. Правда, раздавалось невнятное чавканье. Кажется, сушкам не суждено было пережить этот разговор.

— Продолжай, — наконец, бросил хозяин дома.

— Девчонку удалось спасти, но чудо, что я оказался рядом. А ведь она мне еще нужна, — он скрипнул зубами, поправляя разбушевавшиеся полы плаща и заставляя те мирно опуститься на пол. — А затем другая, даже не знаю, как ее обозвать, нарушила все мои планы!

— Неужели мои невинные слуги способны помешать твоим планам? — собеседник саркастично фыркнул с другого конца комнаты, отрезая себе кусочек выпрыгнувшего из холодильника макового рулета.

— Она вернула к жизни того, кто должен был умереть страшной смертью, — прошипел лорд, сжимая подлокотник кресла. — И теперь я уже неделю не могу его нигде найти! А ведь этот кадр видел мое лицо. Он может раскрыть меня.

— Успокойся, — собеседник отмахнулся. — Все обойдется. А нарушители будут наказаны.

— Дай мне самому с ними разобраться, — коротко бросил лорд, поднимаясь с места. — Только скажи, где их найти.

Ответом ему была тишина. Он спокойно наблюдал за тем, как в пустоте исчезала добрая половина рулета. Раздался кашель. Тут же в пустоту кануло пол кувшина клюквенного морса. Лорд фыркнул. Если бы у него была бабушка, он хотел бы, чтобы она вела себя так же, как его нынешний собеседник. Или собеседница? Существо было в принципе бесполым. А за счет того, что лорд его еще и не видел, определить что-либо становилось вообще невозможно.

— Ищи рядом со своей девчонкой. Мои слуги не останавливаются на полпути. Если Лиза все еще жива, — секундная пауза, за которую лорд успел осклабиться, — то они поспешат это исправить.

Лорд, скрипнув зубами, поспешил покинуть помещение, обратившись в туман. Он вылетел в форточку, заставив окно обледенеть. Хозяин дома только недовольно цокнул языком. Тут же к окну взмыла тряпочка, стирая морозные узоры, оставленные лордом.

— И даже спасибо не сказал.

***

После новогодней ночи Лиза еще не соизволила появиться дома. Все время они с Валентайном безвылазно проводили в его квартире. Слушали музыку, смотрели фильмы, заказывали еду из кафе и ресторанов, устраивая себе гастрономические экскурсии в кухни разных народов мира, и, чего греха таить, познавали друг друга во всех физических и моральных планах.

До кровати эти двое соизволили добраться всего несколько раз. И то, дабы забрать оттуда подушки. Они разложили одеяла, пледы и те самые подушки, собранные по всей квартире, около панорамного окна, рядом с батареей и переливающейся огнями гирлянды новогодней ели.

В очередное зимнее утро, когда за окном уже не бушевала метель, а снег, лежавший на земле, начинал потихоньку таять, унося с собой ощущение праздника, Лиза проснулась среди подушек, потягиваясь, как кошка.

— Пора тебе налаживать режим сна, — раздалось откуда-то сверху.

Тут же висок девушки обжег огнем поцелуй прохладных губ, а в руки ей бесцеремонно впихнули чашку с горячим утренним какао.

— Почему? — она лениво потянулась, оборачиваясь к вампиру.

— Потому что третий час дня, — Валентайн опустился рядом, кивнув девушке на наручные часы. — А завтра заканчиваются твои каникулы.

Лиза отвернулась, с грустью глядя в окно. Время быстротечно. Особенно в те моменты, когда мы счастливы. Стоит остаться наедине с любимым человеком, как, не успеешь ты одарить его робкой улыбкой, как пройдет час. И уже пора уходить! А ты ведь даже ничего не успел сказать. И так каждый раз. Жизнь вынуждает откладывать приятное на «потом», оставляя место серой обыденности. Словно с издевкой.

— Не хочу чтобы каникулы заканчивались.

— Настолько не любишь учиться? — вампир насмешливо отвёл взгляд.

— Не в этом дело, — Лиза уронила голову на сложенные руки, рискуя разлить какао. — Завтра утром я проснусь одна, а ты потеряешься где-то в школьных коридорах. Чувствую себя преступницей, которая пытается скрыть свои чувства под покровом ночи. Избегаю дня…

Валентайн вжал Лизу в свою грудь, обнимая свою хрупкую девочку. Он так боялся за нее. Ведь каждое следующее утро было настоящим испытанием. Одна мысль о том, что он мог проснуться и обнаружить рядом с собой только бездыханное тело, заставляла Валентайна не спать ночами, приглядывая за своим рыжим недоразумением.

Проклятие бесновалось, заставляя вампира применять всю свою черную магию для его усмирения. Но, даже несмотря на все его усилия, кровь рвалась наружу из этого хрупкого тела. Приходилось пить этот сладкий нектар хотя бы раз в сутки, если не чаще. Зависело от состояния девушки. И не то, чтобы Валентайн был против подобных трапез. Но его пугала неизвестность.

Только он успел в полной мере насладиться близостью своей возлюбленной, как тут же проклятие настойчиво стучало в дверь, пытаясь забрать у него девушку. В голове набатом раздавались слова покойной Хеллы:

— …проклятие все равно убьет ее. Либо она станет частью тебя. Иначе проклятие не победить.

Валентайну хотелось в глаза заглянуть тому, кто это дивное проклятие изобрел. А потому он заранее договорился увидеться с, не поверите, Каем. Тот мог знать что-то, чего не могли рассказать Ноэль и Хелла. В конце концов, вампиру практически нечего было уже терять. Единственным его сокровищем, самым ценным в целой вселенной, отныне была хрупкая девочка, которую он сейчас прижимал к себе, ни на миг не желая отпускать из своих объятий. Но приходилось.

— Извини, милая, я вынужден отлучиться. Это на час-полтора, не более, — он зарылся носом в волосы на затылке девушки, вдыхая ее аромат. — Подумай пока над тем, какой фильм мы хотим посмотреть в этот вечер, хорошо?

Лиза слегка удивленно кивнула, провожая спешно удаляющуюся фигуру Валентайна взглядом. Он еще ни разу не покидал ее за последние дни. Что же могло такого важного случиться, чтобы вампир решил уйти?

Допив кофе, Лиза поднялась и, укутавшись в плед, выбралась на закрытую лоджию. Стащив у Валентайна одну сигарету, она поклялась себе, что больше делать так не будет. Распахнула окно, чтобы не пропитать дымом всю комнату. Оперлась о подоконник, окидывая пока еще заснеженный город взглядом. Щелкнула зажигалка. Дрожащий огонек потянулся к кончику сигареты и тут же внезапно потух, стоило Лизе осознать, что проплывавшее мимо облако внезапно сменило вектор направления и уже постепенно просачивалось на балкон. Девушка только выдохнула, сильнее кутаясь в плед, когда из тумана рядом с ней вырос Туманный лорд.

— Отдыхаешь? — он осмотрелся. — Новых покушений на твою жизнь не было?

— Ты о яде? — Лиза отвела взгляд. — Нет, меня защищают. Знать бы только, кто был тем отравителем.

— Я знаю, — лорд пожал плечами, с насмешкой во взгляде глядя на девушку. — В конце концов, я буду посильнее любого твоего защитника.

— Кто?!

Гость несколько секунд наслаждался эмоциями, захлестнувшими Лизу. Агрессия, азарт, страх и какое-то буквально первобытное желание посмотреть в глаза несостоявшемуся убийце. Он втянул носом морозный воздух, словно бы питался негативными эмоциями как какой-нибудь энергетический вампир.

— Скульд Мелроуз. Жнец, которую ты встретила в баре, — холодно констатировал лорд. — Я был у ее начальства.

— Ты… видел Смерть? — Лиза удивленно вскинула брови.

— Ну, как «видел», — он почти виновато отвел взгляд, — ее никто не видел. Только слышал.

— И… — Лиза отвела взгляд, собирая мысли в кучу, — что мне теперь с этим делать?

Она встретилась взглядом с лордом. Этот зрительный контакт сперва показался непосильным испытанием. Но, чем дольше Лиза всматривалась в глаза собеседника, тем мягче и приятнее этот взгляд казался. На мгновение даже возникло ощущение какого-то отдаленного родства, или глупой близости. Лиза спешно тряхнула головой, отгоняя навязчивые мысли.

От присутствия лорда веяло холодом. Он пробирался под кожу. И не потому, что его плащ и кожа были пропитаны морозом, нет. Он и сам был таким. Холодным каким-то, отстраненным, даже когда улыбался или злился. Словно промерз когда-то на остановке, ожидая последнюю маршрутку в никуда, и теперь никак не мог найти того, кто бы его отогрел.

От подобных мыслей Лиза даже на миг поймала себя на том, что она неосознанно… жалела Туманного лорда?

— Тебе с этим? — вырвав ее из раздумий, он улыбнулся. — Жить. Просто жить. Тебе итак недолго осталось, если не найдешь способа избавиться от проклятия. А он у тебя, напоминаю, всего один.

— Сдаться тебе? — она отвела взгляд.

— Вроде того, — лорд пожал плечами.

В следующий миг девушка вздрогнула, когда холодная рука коснулась ее плеча. Даже сквозь теплый плед девушка ощутила ужасный холод от этого легкого прикосновения.

— У тебя нет выбора, — он бесцветно улыбнулся, — либо ты умрешь в муках, оставив своего любимого страдать всю его вечную жизнь. Либо…

Он запнулся. Впервые, кажется, Туманный лорд задумался, глядя на свою юную собеседницу. Он планировал обратить ее в вампира, стереть ей всю память и оставить только одно воспоминание, нарекая ее своей первой последовательницей. Но что-то пошло не так.

— Либо?..

— Да, — лорд кашлянул, — либо ты можешь принять мое предложение. Выбери темную сторону. Станешь вампиром. Я дарую тебе вечную жизнь рядом с Валентайном. Бессмертие, сила, близкая к моей.

— Бесплатный сыр бывает только в мышеловке, — буркнула Лиза. — Что ты требуешь взамен?

— От тебя? — он смерил девушку взглядом. — У тебя и взять-то нечего, — флегматично и как-то донельзя наиграно фыркнул лорд. — Твоя жизнь? Бред, она мне не нужна. Память? Вы ведь дружно выучили способ, как ее вернуть. Любовь к вампиру? — он на миг затих, наблюдая за выражением ужаса, появляющимся на лице Лизы. — Брось, я не такое чудовище. Смысл оставлять тебя в живых, лишая смысла дальнейшего существования? В общем…

— Ты ничего не хочешь взамен, — закончила Лиза.

Она сейчас впервые, кажется, сама коснулась руки лорда. И он бы вздрогнул, если бы успел это вовремя заметить. На деле же холодный гость скривился.

— Я понимаю, что Орден обещал тебе то же самое. Поэтому хочу развеять твои сомнения, — лорд полностью обернулся к Лизе, глядя на нее сверху вниз. — Пойми, ты нужна им всем для одной цели: выманить на свет Валентайна. А затем, с помощью вампира, они хотят каким-то образом приманить меня. Ведь когда я нарек его Первым падшим, я автоматически подставил его под удар. Не думал, что Орден сочтет его моей правой рукой, и будет разыскивать. Но…

— Ты дал ему все, чтобы Валентайн и сам мог от них скрыться? — Лиза улыбнулась. — Он может менять внешность. Владеет сильной магией. Чувствует присутствие Ордена. Такого не может даже Ноэль!

При упоминании Нечистого лорд как-то хмуро отвел взгляд, словно не хотел говорить о своем потомке. Вздрогнули полы плаща, незримо сменив траекторию своего движения.

— Ему не повезло, — лорд пожал плечами, поправляя капюшон и убирая руки от Лизы. — Итак. Я в последний раз предлагаю тебе свою руку помощи.

Внезапно нахлынувший туман окутал все пространство вокруг девушки, мгновенно заставляя ее уронить плед и осознать, что находились они внутри какого-то подобия облака. Куда-то пропали балкон и заснеженный город. Даже плед, упавший к ногам Лизы, в миг канул в небытие.

— И… — она замялась, мысленно уже приняв предложение лорда. — Мне преклонить перед тобой колени?

Тот лишь покачал головой, просто протягивая девушке руку. Она с опаской коснулась холодной ладони, опасаясь оцарапаться о длинные когти.

— Я не пожалею об этом? — Лиза сглотнула, встречаясь взглядом с холодными глазами.

— Ничего не могу гарантировать. Но ты не умрешь, тут даю гарантию, — лорд склонил голову набок. — Не думай, что я сейчас обращу тебя в вампира.

Он только царапнул вены Лизы длинными и, как оказалось, острыми когтями, отступая назад. Девушка схватилась за руку, с ужасом наблюдая за тем, как по венам пронеслось что-то черное. Собравшись в кучу, черные прожилки образовали небольшой изящный узор, напоминавший германскую руну.

— Ты уже моя, — лорд расплылся в улыбке. — Но позови меня, когда окончательно решишься. Если этого не случится, и в тебе появится хоть капля сомнения — руна исчезнет. Если же нет, тебе достаточно будет просто коснуться ее.

— Но… если я согласилась сейчас. Почему ты даешь мне столько шансов отступить? — Лиза непонимающе смотрела на собеседника.

Вроде бы Дьявол, а именно его земным воплощением девушка и привыкла считать лорда, не должен был тыкать незадачливого контрактора носом в мелкий шрифт внизу контракта, крича ему о том, что на продажу души нынче высокий налог.

— Потому что назад пути не будет, — прошептал лорд, наклоняясь к Лизе и обдавая ее щеку холодным дыханием. — Тем более, ты мне еще пригодишься живой.

И сейчас только Лиза осознала, что могла банально не знать, с кем же она связалась. Почему же Орден так разыскивал лорда? И знал ли об этом Кай?..

***

Нервно постукивая пальцами по столешнице, в гостиной, украшенной кружевами и наполненной ароматами кофе и пирога, утопая в глубоком кресле и недовольно хмурясь, сидел Кай.

— Твои жнецы обязаны понести наказание за то, что посягнули на жизнь невинной девушки, — сухо констатировал парень, поправляя свободную рубашку.

Смерть ему не отвечала. Несколько минут она прихлебывала чай с чабрецом и мятой, каждый раз отставляя чашку на столик. На деле же для Кая чашка летала по всей комнате, каждый раз опускаясь на новую поверхность.

— Скульд уже наказана. Она сказала, что видела, мол, как эта девушка, — раздалось несколько нервных щелчков пальцев, — Лиза! Вот, что эта Лиза сыграет какую-то решающую роль в извечной битве бобра с ослом…

— Чего? — Кай нахмурился. — Это не повод убивать девушку! Они не имели на это никакого…

— Хватит, дорогуша, — чашка звякнула о блюдце, а напротив Кая скрипнуло кресло-качалка. — Я не подчиняюсь ни тебе, ни твоему дружку. Он сегодня уже являлся ко мне, причем с тем же вопросом! У вас тут что, медом намазано?

— Постой, — Кай тряхнул головой, тут же собирая непослушные волосы в коротенький хвостик. — Кто еще сегодня приходил к тебе?

Парню сейчас жизненно необходимо было знать, кто мог явиться к самой Смерти дабы всего лишь уточнить вопрос о том, кто пытался убить Лизу.

— Туманный проходимец, — последовало короткое ругательство на мертвом языке. — Долго тут сидел. Допытывался про Скульд и ее подружку, эту Данте, которая нарушила договор и вернула к жизни кого-то, кого ваш лорд пытался убить…

Дальше Кай уже не слушал. Он явился к Смерти, чтобы получить ответ на вопрос о том, будут ли наказаны те, кто покушался на жизнь Лизы. Каково же было его удивление, когда он узнал о том, что с той же целью сюда являлся Туманный лорд!

Но парня больше всего смутило не это. Лорд явно интересовался об Амадее. Сам же Искуситель не объявлялся с Нового Года. Кай разыскивал его, желая выведать хоть что-то о лорде. Но тот как в воду канул. Пропал с радаров. Откуда же тогда лорд вообще знал о том, что парень выжил? Хотя, ладно, он мог это просто как-то почувствовать. Но в голове у Кая никак не укладывалось то, что лорд где-то уже успел выведать и то, что Амадею с чудесным воскрешением помогла никто иная, как Данте.

С тяжелой от мыслей головой Кай покинул мир, в котором свое уютное жилище расположила Смерть. Он тут же появился в небольшом уютном кафе, где у него заранее была назначена встреча с Валентайном. Вампир просил парня о помощи, и тот не мог отказать ему. Знал ведь, что помощь была нужна не самому вампиру, но его возлюбленной.

Сердце сжималось каждый раз, когда Кай даже мысленно называл Лизу возлюбленной Валентайна. Это он всю жизнь был рядом с ней, защищая и оберегая, пусть и незримо. Ему она плакала ночами напролет, скидывала фото контрольных работ, с просьбами о помощи. Он, а не какой-то вампир любил эту девочку всю ее жизнь! И что же получил взамен?

Упав за стол, предварительно отодвинув в сторону табличку «Зарезервировано», Кай подозвал официанта и заказал у него Пина-Коладу и тирамису. Он страшно любил сладости, но очень редко позволял себе наслаждаться ими. Но в минуты, когда Кай позволял себе подобные маленькие шалости, со стороны он мог показаться самым счастливым человеком на земле. И сейчас он не столько хотел сладкого, сколько понимал, что только сладости способны будут подавить его гнев, когда рядом будет сидеть вампир, забравший у него Лизу.

И, стоило Каю сделать первый глоток холодного коктейля, как на диван напротив опустился Валентайн, предварительно повесив пальто на ближайшей вешалке.

— Здравствуй, — он коротко кивнул Каю, — нормальные люди зимой пью гжанец и глинтвейн.

— Я же не человек, — Кай спокойно пожал плечами. — Итак, чего ты хотел?

Вампир закинул ногу на ногу, откидываясь на спинку дивана. Пробежавшись по нему взглядом, Кай сделал большой глоток коктейля. Впервые, кажется, у педантичного в своей аккуратности Валентайна были искусаны губы. Это ведь было явно не его зуб дело. Парень прикрыл глаза, сжимая в пальцах холодный бокал.

— Вы — Орден. К какой религии вы вообще относитесь? В вашем лексиконе куча всего, из-за чего я в свое время относил вас к православным. Но…

Кай улыбнулся. Значит, следуя правилам этикета, Валентайн решил начать издалека. Похвально.

— Орден ещё в эпоху раннего средневековья отделился от католической церкви. Но мы до сих пор пользуемся их лексикой, названиями и именами. У нас только Бог свой. А в остальном нас трудно от них даже отличить.

— Почему же внезапно отделились? — вампир с искренним интересом слушал собеседника.

— Мы — единственная церковь, знавшая о существовании темных тварей вроде тебя. Единственная же, где обучали не только петь хором, но и пользоваться врожденной магией, — Кай отвел взгляд. — Говори о Лизе.

Вампир чуть не поперхнулся от такой наглости. Но кивнул.

— Она медленно умирает. И только лорд способен спасти ее, — Валентайн вздохнул. — Но найти того, кого никто и никогда не видел — задачка не из легких. Поэтому я хотел попросить тебя…

— Лиза лично знакома с лордом, ты не знал? — Кай склонил голову набок. — Я видел их вместе на крыше вашего клуба. И это именно лорд спас ей жизнь, когда твою девочку пытались отравить.

Брови Валентайна поползли к переносице. Вот, значит, как. Лиза все это время была знакома с лордом и даже не говорила об этом? Возможно, конечно, она даже не подозревала о том, насколько близок мог быть ее конец, но предупредить все-таки стоило бы. Но Валентайн не злился. Он просто был поражен очередной сенсационной новостью.

— Ты не знаешь другого способа спасти ее? — вампир нервно постукивал пальцами по столу.

— Я предлагал ей, — Кай покачал головой, — смерть вместо подобного существования. Но, как видишь, она все еще жива.

Немного помолчав, он поморщился, внезапно продолжая, казалось бы, уже законченную реплику:

— Ты не способен убить ее. Потому что не любишь ее так, как люблю я, — он фыркнул.

— Что? — глаза Валентайна вмиг стали на пару тонов темнее.

— Я люблю Лизу всю ее жизнь. И я осознаю, что ждет ее дальше, в том случае, если она каким-то чудом выживет. Для любимой девушки я бы не пожелал такого существования, — холодно пригвоздил к месту Кай.

— А ты уверен, что знаешь, каково это — любить? — вампир нахмурился. — Ты терял когда-нибудь любимых, Кай?

— Не надо, — парень остановил вампира коротким движением руки. — Я знаю твою историю. Ты сам виноват в том, что убил ту девушку. Но это не имеет никакого отношения к истории с Лизой.

Он поднялся из-за стола, предварительно оставив под бокалом две купюры. Накинул на плечи кремовое пальто, замотал шею серым шарфом.

— В Лизе я нашел ту, кого любил когда-то, — тихо продолжил Валентайн. — Потому так долго сомневался в том, стоило ли признаваться ей в своих чувствах.

Кай остановился. Встретился на миг взглядом с вампиром. А затем, совершенно не сдерживаясь, заливисто рассмеялся.

— Никакой реинкарнации не существует, дорогой Валентайн, — сквозь смех пробормотал он, а затем уже ровнее продолжил: — а ты просто влюбился в маленькую Лизу, но не мог признаться себе в том, что ты — всесильный великий вампир — полюбил обычную девочку. Пойми ты это, в конце-то концов.

— Откуда ты это все знаешь? — Валентайн поднялся, сверху вниз глядя на собеседника. — Тебя никогда не было рядом. Кто ты такой?

— Скоро узнаешь, — Кай пожал плечами, помахав собеседнику рукой и тут же покидая помещение.

А вампир остался в растерянности наблюдать за тем, как перед окном сверкнула на миг яркая вспышка, в которой тут же и исчез вышедший на улицу Кай. Он мог оказаться сильнейшим магом из тех, кого Валентайн ранее знал. И то, что парень имел виды на Лизу… нет, не так. На ЕГО Лизу. Вот. Это вампира совершенно не устраивало.

Комментарий к Глава 24 - Разговоры о грядущем

#нипадох

========== Глава 25 - Чистые руки ==========

Настроение у Кая не задалось с самого утра. Вначале он пролил кофе на совершенно новую, только извлеченную из сушилки, рубашку оттенка ванили. Затем уронил телефон, разбив у того экран. А после и вовсе осознал, что пора было бы заканчивать слишком уж затянувшуюся игру в кошки-мышки.

Он осознавал, что обязан был защитить Лизу, если по какой-то причине этого не сделают окружающие. Но в то же время в голове чугунным молоточком била по мозгу мысль о том, что первостепенной задачей парня все-таки были поиски того самого Туманного лорда. Чтобы он был неладен!

Кай набрал на треснувшем экране пару коротких сообщений, отправляя их на недавно появившийся в его телефонной книге номер. Затем огляделся по сторонам, окинув взглядом пустующую квартиру. Не то, чтобы там не было мебели. Нет, ее как раз-то было предостаточно. И даже более чем требовалось. Много кресел вокруг кофейного столика в гостиной, длинный стол на кухне, окруженный стульями. А для кого? Никто и никогда не бывал в этом доме. Планировалось, конечно, что здесь можно будет закатывать большие вечеринки, собирать друзей под праздники, выпивать с ними по паре бокалов игристого, а потом развлекать себя. Как? Слушать музыку на стереосистеме, играть в приставку с сотней самых современных игр, плясать и танцевать. И все это оставалось нетронутым с тех пор, как Кай в эту квартиру впервые вошел. Даже пылью бы давно уже припало, если бы не извечный педантизм парня.

Он тихо выругался, опускаясь в мягкое кресло напротив окна, и запустил руки в светлые волосы. Ну вот, опять завязать забыл. Немного подумав, Кай достал из-под новенькой рубашки небольшое деревянное украшение с выгравированным на нем солнцем и насечкой в форме креста. Покрутил немного в пальцах, осознавая, что в голову на секунду заглянула шальная мысль бросить все это. Выбросить в мусорное ведро этот несчастный кулон, забыть об извечных поисках Туманного лорда, которые давно стали частью жизни. Но в то же время Кай с горечью осознавал, что, стоило ему избавиться от этой цели в жизни, как та самая жизнь окончательно опустеет, потеряет краски, станет блеклой, да и… никакой, в общем. Ведь уже многие десятилетия все крутилось только на фанатичном желании разыскать того лорда. А зачем? Не важно.

Щелкнув пальцами, парень прикурил тонкую сигарету. Он внезапно заметил, что Лиза в новогоднюю ночь была права, когда подметила какое-то легкое, ненавязчивое сходство между самим Каем и, как ни странно, Ноэлем. Оба любили сладкое. Правда, Кай это старательно скрывал, в то время как Ноэль выставлял это своим достоинством. Сигареты оба курили тонкие и какие-то легкие, не то с ментолом, не то с клубникой. Оба были амбидекстерами, хотя предпочитали писать левой рукой…

Тряхнув головой, Кай поднял взгляд на часы. Учитывая пунктуальность того, кого он пригласил на встречу, опаздывать не стоило. Ведь собеседник, скорее всего, приедет заранее только для того, чтобы ткнуть Кая носом в то, что он опоздал.

— Выкуси, — фыркнул парень, туша сигарету взглядом.

Он вышел из дому, поежившись от морозного воздуха, да мысленно пожурив ветер, навязчиво швырнувший ему в лицо горсть колючего снега вперемешку с песком. Качая головой в такт проезжавшему мимо трамваю, Кай убрал руки в карманы, путаясь ими в мягкой подкладке кашемирового пальто цвета овсяного печенья. Но ветер не унимался, решив на этот раз поиграть с длинным вязаным шарфом парня, напоминавшим, наверное, взбитые сливки своим оттенком. Шарф был колючим, а потому Кай его не любил. Но выбора особо не было. Не идти же, ей богу, в магазин ради одной вещи?

В утренней дымке витал туман, словно лорд хохотал над Каем и всем Орденом, выглядывая из-за каждого угла. Фары машин светили как-то по-особому ярко и раздражающе, расплываясь буквально в трех метрах от смотрящего, а затем и вовсе исчезая в полумраке.

Сумерки — самое волшебное время суток, по мнению всех темных существ. Когда день слаб, но и мгла не обнимает цепкими щупальцами город. Когда магические вспышки проглотит туман. Именно в это время на улицы города выползают все темные существа. Они наслаждаются страхом. Ведь многие люди боятся сумерек более чем даже самой темной ночи. Ведь в ночи горят фонари, ночью никто не ходит по улице. Но в сумерках любая фигура может показаться монстром, любое дерево — великаном, фонарный столб обратится в покосившуюся башню мага, линии электропередач станут паучьими сетями, а троллейбусы будут казаться жирными пауками, которые рыщут среди своих сетей, разыскивая зазевавшуюся добычу.

Кай, хоть и был сильным волшебником, сам опасался ходить в сумерках. Не то, чтобы ему было страшно до колик в животе. Нет, он просто чувствовал себя неуютно. Особенно в сумерках предрассветных, когда на улицы высыпали недовольные люди, едущие на работу. Поэтому парень поспешил спуститься в метро. Проехав три станции по красной ветке, он вышел на своей остановке и спокойно, не толкаясь, прокатился на эскалаторе. А через пять минут уже подошел к спрятанному в подвальчике круглосуточному кафе. Бросил короткий взгляд на наручные часы, прикидывая, что пришел за двадцать минут до назначенной встречи, подавил зевок и поднял глаза.

— Ты сейчас серьезно? — Кай тяжело выдохнул.

Ответом ему был тихий смех, похожий на перезвон колокольчика. Ноэль, опиравшийся на стену около урны, пожал плечами, молча туша сигарету и закуривая следующую.

— Я не в настроении с тобой долго общаться, — с лету пригвоздил к месту Нечистый, хмуро глядя на собеседника. — Зачем позвал?

— И как ты только с другого конца города так быстро добрался, — пробормотал себе под нос Кай, уже даже не протягивая руку для рукопожатия. — Пройдем внутрь? Здесь холодно и сыро.

Ноэль кивнул, спокойно спускаясь в кафе вслед за парнем, но предварительно, конечно, докурив. Кая он нашел за самым дальним столиком, притаившемся в углу возле батареи. Нечистый фыркнул, опускаясь на диванчик напротив собеседника и опуская голову на сложенные руки.

Он смотрел на Кая с нескрываемой неприязнью. Эти двое отчего-то с самого знакомства невзлюбили друг друга. И если Кай это еще успешно скрывал, пытаясь проявить банальное уважение, то Ноэль же всем своим видом показывал, что собеседник ему безразличен, и даже неприятен. Он даже не снял темно-серое пальто, не стянул с рук тонкие черные перчатки. Только стряхнул с пепельных волос запутавшиеся в прядях снежинки.

— Я хотел поговорить о Лизе, — спокойно начал Кай, дыша на свои замерзшие ладони.

— Глаголь.

Оба умолкли, изучая взглядами обстановку. Здесь не было ничего примечательного, но этим двоим спешно требовалось отвлечься от напрягавшего разговора. Но…

— Я узнал, кто пытался ее убить, — выдохнул Кай, наблюдая за реакцией собеседника.

Ноэль кашлянул, поперхнувшись воздухом. С искренним удивлением округлил глаза, воззрившись на оппонента. Тот лишь пожал плечами.

— Это было делом рук одной из жнецов Смерти. Я заглянул к ней на чашечку чая, — он отвел взгляд, слегка приукрашивая события, и параллельно пристально наблюдая за реакцией Ноэля. — Еще она сказала, что незадолго до моего визита в гости к ней заглядывал сам Туманный лорд.

Нечистый кивнул, с легким снисхождением глядя на собеседника. А затем, почувствовав, что от него ждут какого-то ответа, тихо кашлянул в кулак.

— А от меня-то ты чего хочешь? — он склонил голову набок. — С чего вдруг решил делиться ценной информацией?

— С того, что ваш лорд тоже искал Лизу! — всплеснул руками Кай.

— Это он тебе сказал? — Нечистый покачал головой. — Слушай, я не знаю, что ты хочешь. Либо четко спроси, либо перестань сотрясать воздух.

Кай недовольно поморщился. Действительно, как он мог хотя бы предположить, что с Нечистым можно было наладить хоть какой-то контакт?!

— Хорошо, — костяшками пальцев он нервно постучал по столу. — Ты пересекался с Искусителем после той вечеринки?

Удивленно вскинув темные брови, мол, откуда такие вопросы-то, Ноэль отрицательно качнул головой. Он даже не солгал. Никто из компании Амадея не видел. Тот либо уехал на юга по делам, либо просто прятался от вездесущего лорда, что, в принципе, было изначально дохлой затеей. Ведь лорд — это то существо, которое способно было достать тебя даже из преисподней, хочешь ты того, или нет.

— Если увидишь его, то передай ему, что парню грозит опасность, — с беспокойством вздохнул Кай. — А еще отдай это Лизе, прошу.

И он положил на столе перед собой вырванный из блокнота лист бумаги в клетку, свернутый пополам несколько раз.

— Послание? — Ноэль рывком поднялся с места. — Хорошо. Это все?

— Ни в коем случае не читай это, — кивнул Кай. — И спасибо, что пришел. Это было действительно важно для меня.

Нечистый молча кивнул, тут же направляясь к выходу из кафе. И буквально на ходу разворачивая адресованную Лизе записку. В конце концов, он должен был знать, не передает ли он секретные коды ФБР.

***

Это утро стало для Лизы самым ужасным за последние несколько недель. Она проснулась в постели Валентайна, осознавая, что вампира не было рядом. Сердце билось об грудную клетку, словно норовя вырваться наружу. Девушка с трудом отлепила себя от кровати, буквально за шкирку дотащив еще сонное тело до кухни. Там же обнаружился вампир. Уже одетый, Валентайн стоял с записной книжкой, что-то вдумчиво в ней вычитывая.

Оба понимали, что в школе могли что-нибудь заподозрить, если одна из учениц каждое утро начнет добираться до школы вместе со своим учителем. Поэтому Валентайну пришлось нехотя объяснять девушке то, что сегодня он, к сожалению, в последний раз подвозил ее до школы. По крайней мере, не стоило делать этого каждый день.

Еще не пороге школы Лизу буквально за шкирку поймал Ноэль. Утащив девушку в кабинет английского языка, он спешно выяснял у нее, проходили ли они что-то подобное. Парень с удивлением тыкал в картинки из учебников. А Лиза, отбросив большинство переживаний, просто вместе с ним наслаждалась школьными буднями. Особенно радовало то, что в первый день учебы многие учащиеся еще отдыхали на зимних курортах, а потому на уроках присутствовало полтора человека. И это радовало всех, кроме учителей, которые что-то кудахтали о том, что вы же одиннадцатый класс, вам еще ЕГЭ как-то писать…

После пятого урока Ноэль как-то внезапно спохватился и всучил Лизе переданную Каем записку. Девушка удивленно развернула ее, вчитываясь в витиеватый аккуратный почерк. Более аккуратный, чем у большей части школы. Осознав, что Кай назначил ей встречу буквально через час, Лиза чертыхнулась, тут же оставив Ноэля в гордом одиночестве и направляясь к кабинету за своей сумкой. Но буквально у раздевалок ее настигла звонкая трель, прилетевшая в спину. Девушка мысленно прокляла весь мир, поднимаясь на второй этаж и сворачивая к кабинету Валентайна, надеясь упросить его отпустить ее с оставшихся двух уроков. Но она даже не успела добраться до кабинета литературы, как в спину прилетело насмешливое:

— Далия, а ты прогуливаешь, — хмыкнул вампир, выглядывая у Лизы из-за спины.

— А вы спите со своей ученицей, Валентин Анатольевич, — пожала плечами девушка, шепча одними губами, чтобы никто их не услышал.

— И что? — он сладко улыбнулся, облизывая губы. — Пожалуешься на меня?

— Нет, не жалуюсь.

— Спасибо за комплимент, но я говорил не об этом, — Валентайн хохотнул. — Куда ты идешь?

Лиза молча всунула вампиру в руки скомканную записку от Кая. Тот развернул бумажку, пристально вглядываясь в буквы. Его явно смущала строчка: «Обязательно приходи одна». Но виду Валентайн не подал, кивнув с титаническим спокойствием. Он вместе с Лизой покинул школу и, усадив ее в свою машину, надавил на педаль газа.

— Зачем ты со мной едешь? — ближе к середине пути, Лиза таки опомнилась. — Думаешь, есть чего опасаться в компании Кая?

— Не обязательно, — вампир пожал плечами. — Но мне лучше удостовериться. Я буду в машине. Лучше так, рядом, чем на другом конце города, не находишь?

— Ты волнуешься? — она лукаво улыбнулась.

Взвизгнул тормоз. Благо, Лизу на месте удержал ремень безопасности. Иначе пришлось бы ей впечататься носом в лобовое стекло.

— Думаешь вообще, что говоришь? — прошипел вампир, прожигая ее взглядом алых глаз. — Я за тебя боюсь больше, чем за себя!

— Прости, — Лиза виновато опустила глаза. — Я пошутила!

Валентайн несколько секунд с прищуром смотрел на девушку. А затем, смягчившись, просто наклонился к ней, притягивая ее к себе и впиваясь в губы настойчивым поцелуем.

Это могло бы затянуться надолго, если бы водитель какого-то мерса не начал сигналить, мол, чего стоим? Свет зеленый!

***

Как и обещал, вампир припарковался неподалеку от назначенного Каем места встречи. Парень впервые изменил себе и пригласил собеседника не в кафе или уютное место, где можно было хотя бы посидеть в тепле, а на открытую площадку в одном парке на холме.

Парень свою гостью уже ждал, стоя у ближайшего дерева и кроша батон продрогшим голубям. Лиза поежилась, зябко кутаясь в куртку, стоило ей остановиться около Кая.

— Привет, — она помахала рукой, привлекая внимание парня. — Ты чего вдруг такое приветливое место выбрал для встречи?

— Здравствуй, — обернувшись, он слегка виновато улыбнулся. — Извини за погодные условия, я не умею разгонять тучи. В последнее время заметил, что у стен есть уши. Потому и позвал тебя туда, где стен нет в принципе.

— Что же настолько секретное ты хотел обсудить? — Лиза убрала руки в карманы, да нос спрятала за воротником куртки. — Быстрее, прошу. Зубы стучат.

Стоило Каю кивнуть, как ветер начал хлестать только с новой силой, словно он пытался не дать парню и слова сказать. Но, как говорится, не на того напали. Каю это осточертело и он, на миг нахмурившись, только взмахнул рукой, заставляя ветер поджать хвост и сгинуть куда-подальше, жалобно поскуливая в щелях и завывая от обиды в подземных переходах.

— Ты не доживешь до выпускного, — без грусти в голосе констатировал парень, убирая из глаз прядь светлых волос. — Думаю, нет необходимости объяснять причины?

— Проклятие? — фыркнула Лиза, пожимая плечами.

— Нет, — внезапно отрезал Кай, заставив девушку удивленно воззриться на него. — С ним пока, судя по твоему состоянию, справляется Валентайн. Нет, милая Лиза, — голос его все-таки смягчился, — тебя просто убьют раньше.

— Что?!

— Тот яд, который тебе подсунули, был делом рук жнецов. Выяснил я, что, мол, увидела Скульд в своем видении что-то о том, что ты объединишь миры света и тьмы, не бывать этому, и прочая пурга, — наконец, сам Кай поежился. — Но не об этом, — он осекся.

Лиза, удивленная такими быстрыми переменами настроения и тона парня, даже не успела ничего возразить, как он взял ее за руку, притягивая к себе. Тут же Кай закатал рукав куртки вместе с тонким гольфом, с какой-то толикой грусти глядя на узор, оставленный на коже магией лорда.

— Так вы все-таки виделись, — он горько хмыкнул. — И? Что же ты решила?

— Пусти, — Лиза спешно вырвала руку, возвращая рукав на вполне законное место, — холодно же!

— Не увиливай, прошу, — Кай устало потер пальцами переносицу. — Он отметил тебя своим знаком. Значит, ты ему нужна. Пообещал тебе что-то кроме безболезненной смерти?

С силой сжав зубы, девушка смотрела на собеседника, осознавая, да и то, не в полной мере, какую боль она причиняла ему своими действиями и решениями. В голове стрельнула шальная мысль о том, чтобы прямо сейчас убежать. Но Лиза удержалась, мотивируя себя тем, что давно пора было бы поставить точку в мучавших ее сомнениях.

— Лорд обещал мне перерождение, магию, — она виновато отвела взгляд. — Жизнь вампира.

— То есть, — Кай удивленно вскинул брови, — он предупредил тебя о жизни вампира?! И ты все равно готова на такое?

Девушка на мгновение задумалась, прикидывая, как бы помягче сейчас объяснить Каю то, что он не прав, и быть вампиром может быть круто не только на экранах сериалов для подростков.

— Я устала бояться, Кай, — всхлипнула Лиза, кусая губу. — Это идеальная жизнь для меня, понимаешь? Побег от реальности! Как по мне: вампиры интереснее людей. Они не размениваются по мелочам. Потому что для них жизнь — не спасательный круг, за который они цепляются в море бытия. Их жизнь — настоящая каравелла, на которой они гордо плывут по океанам мироздания.

Покачав головой, Кай сделал шаг назад, отмахнувшись от Лизы. Да уж, мол, все с ней ясно. Повелась на красивые речи.

— Ты уверена, что хочешь провести вечную жизнь с тем, кто практически ничего о тебе не знает? — парень склонил голову набок, явно намекая на Валентайна, машина которого была припаркована так, что практически не просматривалась с площадки.

— Что? — девушка кашлянула от такой наглости. — Ты ревнуешь, Кай?

— Кем он тебя назвал? — он скрестил руки на груди, пропустив вопрос Лизы мимо ушей. — Происхождение по крови.

— Он сказал, что я потомок Батори, — Лиза нервно потерла пальцами переносицу, даже не замечая, что этот невинный жест она украла у собеседника. Но он все замечал.

— Он солгал, — холодно отрезал Кай. — Но Валентайн не из тех, кто станет лгать настолько неприкрыто. Значит, кто-то нашептал ему эту ложь. Значит, кто-то строит козни. А я знаю только одно живое существо, способное придумать нечто настолько закрученное. Если это был план…

— Это живое существо — ты? — Лиза хихикнула, пытаясь согреться и легко пританцовывая на месте, переминаясь с ноги на ногу.

— Тогда я знаю двоих, признаю, — Кай мягко улыбнулся. — Но я говорю о своем брате, — он почти виновато отвёл взгляд.

— У тебя есть брат?!

— Разыскиваю его более полувека. Его зовут Нактис. И он — хитрейшее существо из всех, кто когда-либо жил на этом свете, — сквозь зубы прорычал он, явно не желая нахваливать братца.

— Но я думала, что ты разыскиваешь Туманного лорда…

— Он и есть лорд, — процедил Кай, хмурясь.

— То есть, — Лиза непонимающе тряхнула головой, — глава всей темной стороны, вселенское зло и прочие эпитеты — твой брат? — она вопросительно вскинула брови.

— А я — глава светлой, — мягко дополнил Кай. — Тот самый Господь, в которого верует Орден, если говорить совсем по-простому, — Кай сделал шаг назад, легко щелкнув пальцами. — Но об этом никто не должен знать.

Лиза с первобытным восторгом наблюдала за тем, как ее собеседник преобразился. За спиной Кая раскинулись шесть белоснежных крыльев. Одна пара больших, и еще две поменьше. Все кончики перьев покрывало блестящее золото. Изменилась и одежда парня. Теперь одет он был в черную тунику до колен, украшенную золотом. Руки с перстнями скрывали длинные перчатки. Над головой под углом качались два золотых нимба. Кажется, именно они пригрезились Лизе, когда девушка явилась в общину Ордена. Собственно, вот и вскрылась причина их беспрекословного повиновения именно Каю!

— Никому не скажу, — сглотнула Лиза.

Взгляд нервно пробежался по позолоченному клинку в левой руке парня. Его украшенный золотом эфес венчало выгравированное солнце с крестом. Тот самый символ Ордена.

— Ты не поняла, — новоиспеченный Бог мягко улыбнулся. — Ты должна умереть. Ничего личного, но все привязанности я оставляю в земном теле.

— Что?! — Лиза взвизгнула, стоило Каю всего лишь слегка встряхнуть клинок. — Кай, ты с ума сошел?!

— Это сокращенная форма моего имени, — ни один мускул на лице парня не дрогнул. — Зови меня Кайсис. Так меня называют.

— Хорошо! — отойдя еще на шаг, девушка нервно оглянулась. — Дубль два. Кайсис, ты с ума сошел?!

— Прошу, не разводи шум. Преклони колени, и я обещаю, что все закончится быстро и безболезненно, — он кивнул девушке на покрытую изморозью плитку у ее ног. — Ты ведь еще не присягнула на верность Нактису? То есть, Туманному лорду.

Лиза только качнула головой, не в силах отойти. Словно что-то мешало ей убежать отсюда, прямо в объятия Валентайна. Хоть как-то скрыться от разбушевавшегося ангела-переростка.

— Какая щедрость, он оставил тебе возможность отступить, — Кай фыркнул. — Не вынуждай меня ждать, Лиза.

Девушка нервно скользнула рукой по оставленному лордом знаку, мысленно взывая к нему. Пусть двое ребят с манией величия разбираются сами!

— Эта метка не работает, как телефон, — мягко подсказал Кай. — Прошу, подчинись. Иначе…

— Лиза!

Обернувшись, девушка слегка выдохнула. Хотя в груди тут же защемило. К ним, спотыкаясь об порывы бушующего вокруг ветра, бежал Ноэль. Черт, он ведь мог пострадать! Кто знал, что Кай мог выкинуть сейчас, когда он принял свой истинный облик?

— Какого херувима тут происходит?! — остановившись возле девушки, Нечистый с затаенным восторгом смотрел на Кая, который легким взмахом крыльев оторвался от земли и теперь завис в паре сантиметров над ней. — Эй, ты что такое?!

— Э-это Кай, — дрожащим голосом прошептала Лиза, замерзшими пальцами цепляясь за рукав пальто Ноэля. — Ну, то есть, Кайсис.

— Уйди, Нечистый, — Кай только покачал головой. — Иначе я перестану терпеть твои выходки, и у лорда станет одним верным слугой меньше.

— Оу! — Ноэль аж подпрыгнул, когда золотистая молния ударила в землю у его ног. — Тихо, спокойно! Так бы сразу и сказал, что ты готовишь люля-кебаб из неверных силой собственной ненависти ко всему живому.

— Убирайся, — мягко выдохнул Кай, все-таки опускаясь на землю и заглядывая в глаза парню. — Немедленно.

— Нет вопросов, — Ноэль огляделся, взглядом разыскивая Валентайна. — Лизу я с собой заберу, да? Ее там это, бабушка из Архангельска ждет…

— Не ждет, — холодно отрезал Кайсис, хмурясь. — Хватит испытывать мое терпение!

— Хорошо, говорю же, нет вопросов, мои руки чисты, — Нечистый расплылся в улыбке. — Кстати, можно руку тебе пожму? Никогда бы не подумал, что самого Господа-боженьку увижу.

Скривившись, Кай протянул руку для рукопожатия. И, стоило Ноэлю к нему прикоснуться, как в глазах у Кая мелькнуло что-то страшное. Смесь ужаса и осознания неизбежного рока.

А Нечистый лишь наслаждался этим выражением лица, с силой сжимая протянутую руку.

Комментарий к Глава 25 - Чистые руки

Орда! Приближаемся к апогею!

========== Глава 26 - Поспорим? ==========

У Создателя было двое детей. Двое чудных мальчиков-близнецов.

Первого, гордящегося тем, что он был старше на две минуты, звали Кайсисом. Он был красивым и добрым ребенком, но, как оказалось, слишком требовательным к себе и окружающим. Родившись в день светлого воскресенья, в которое Создатель, как известно, отдыхал, мальчик получил светлые же волосы, да глаза, цвета бескрайне прекрасного небесного простора.

Второй же мальчик родился позже на пару минут, когда часы уже отзвонили полночь. И назвали его Нактисом*, в память о том, что на свет ребенок появился ночью. Пусть они и были близнецами, но мальчики не были похожими. Веселый, азартный и при этом вечно какой-то отстраненный, младший брат не унаследовал ни цвета волос, ни глубоких глаз. На фоне брата он всегда казался каким-то блеклым. Пепельные волосы всегда казались легкими, словно бы и не настоящими. Он был худощавым, выглядел болезненным, и это подчеркивалось кругами под глазами да общей бледной кожей, через которую были видны все вены. Но более всего людей пугали глаза мальчика. Обрамленные белыми ресницами, они были слишком светлыми. В младенчестве Нактиса даже считали слепым.

Будучи не принятым окружающими, Нактис все равно получал внимание брата. И, чем старше становился, тем яснее осознавал, что даже для Кайсиса он оставался только блеклой тенью себя любимого. И тогда, стиснув зубы, он решил во что бы то ни стало доказать брату, насколько темными могут быть тени.

***

~XVIII–XXI век до нашей эры, Месопотамия

Люди тогда еще говорили на едином языке. Толком и представить себе невозможно, как давно такое вообще было, да и было ли в принципе. Двое братьев прогуливались по Междуречью. Или же, более понятным языком, по землям древней Месопотамии. Местные, благо, было их тут не слишком много, называли эту местность землей Сеннаар. И давно уже велось тут строительство одной небезызвестной в наше время башни.

— И зачем они ее только строят? — остановившись напротив башни, Кайсис рассматривал сооружение.

— Хотят приблизиться к отцу, — флегматично отозвался Нактис, сидевший на ближайшем камне и скрывавшийся от палящего солнца в тени одинокого кипариса.

— Зачем? — Кайсис присел около брата, заинтересованно глядя на ходивших вокруг строителей. — Это ведь невозможно.

— Возможно, наверное, — пожимал плечами его брат. — В конце концов, им это все равно не удастся. Есть ли смысл рассуждать на эту тему дальше?

— Почему же не получится?

— Ну, это же очевидно. Люди слишком далеки от отца.

— Так мы им поможем!

Ох, Нактис знал этот взгляд. И до дрожи ненавидел его. Когда глаза брата загорались азартом, он готов был пойти на что угодно, лишь бы достигнуть своей цели. Какой бы абсурдной она ни была! Верите ли, в детстве он… Хотя, нет, об этом позднее. За этим стоило бы заглянуть в прошлое поглубже.

— Так будет не честно, — фыркнул Нактис, скрещивая руки на груди. — Тогда я им помешаю!

О, а вот и повод доказать брату, что он был лучше! Хитрее, умнее, лучше познал тайны врожденной магии! Тут уже и в младшем брате проснулась жилка азарта.

— Ха, тебе сил не хватит помешать им и мне разом, — отмахнулся Кайсис, уверенно поднимаясь с места.

Благо, люди их не видели. За спиной парня блеснули позолоченные перья трех пар крыльев, над головой появились два нимба. Только клинка золоченого еще не было. Позже появится.

— Поспорим? — донеслось ему в спину.

Обернувшись, Кайсис встретился с бледными глазами брата. За его спиной подрагивали две пары светло-серых крыльев. А взгляд старшего зацепился за протянутую руку. Ему не хотелось спорить, но как же хотелось доказать брату то, что он зазнался после случившегося еще в Эдемском саду!

— Спорим, — флегматично бросил Кайсис, пожимая руку брату. — Я начну?

— Прошу, — Нактис бесцветно улыбнулся.

Он трое суток наблюдал за тем, как брат старался. Тот дал людям лучшие материалы, достав их с других континентов. Принес дерево и камень, помог составить гениальные чертежи и даже привез нескольких неизвестных архитекторов, которые в будущем должны были бы стать великими. И, спустя трое суток, Кайсис довольным вернулся к Нактису.

— Ну, что скажешь? Я привел много людей, дал им все, что необходимо, — он явно гордился собой. — Что сможешь сделать против такого? Я даже дам тебе неделю на это.

Нактис молча окинул взглядом происходящее. Он прикрыл глаза, прислушиваясь к внутренней магии. Что ж, можно было бы, наконец, поставить старшего братца на место раз и навсегда!

— Дай мне пять минут, — холодно бросил Нактис, взмывая в воздух.

Он поднялся над недостроенной башней и, запрокинув голову, начал шептать какое-то заклятие. Кайсис наблюдал за братом с земли, подумывая над тем, не решился ли он устроить второй Всемирный потоп. Нет уж, он слишком боялся гнева отца, а тот мог и наказать за плагиат.

Спустя несколько минут Нактис действительно спустился обратно на землю, накидывая на голову капюшон и исподлобья глядя на брата.

— И? Что же ты такого сделал? — Кайсис насмешливо изогнул бровь. — Ничего не изменилось.

— Увидишь. Скоро увидишь, — младший брат усмехнулся. — А если тебе нимб на глаза давит, так ты прислушайся…

Нактис выиграл тот спор. Он одним коротким заклятием изменил ход истории и остановил строительство великой Вавилонской башни. Ведь он всего-то связал языки, забрав у людей возможность понимать друг-друга.

А ларчик просто открывался.

***

Почти сразу после сотворения мира, сад Эдема

Братья, еще ни разу не успевшие на тот момент рассориться, лениво прогуливались по Эдемскому саду. На тот момент они еще даже выглядели как два ребенка. Один был покрепче, второй же выглядел довольно болезненно. Но, не смотря на это, они все равно играли и развлекались, будучи невидимыми для единственных двоих жителей сада.

Адаму и Еве было вообще не до резвившихся где-то в саду ребятишек. Особенно учитывая то, что первые люди и о существовании этой парочки-то и не знали.

— Отец говорит, что люди интересные.

Лежа на нагретом солнцем камне, Кайсис болтал ногами в воздухе, наблюдая за тем, как на поляне резвились двое людей.

— Да, а еще он говорил понаблюдать за ними ради интереса, — фыркнул откуда-то снизу Нактис. Он валялся в траве, разглядывая небо сквозь скрещенные ветви деревьев. — Он ведь и сам в них не особо верит. Ты-то чего так завелся?

— В смы-ысле? — Кайсис перевернулся на спину и даже сел от удивления, глядя на вечно мрачного брата. — Ты чего такое болтаешь? Он им доверяет, да…

— Докажи, — флегматично отозвался Нактис, срывая с ближайшей ветви персик.

И брат согласился. Он потянул его за собой, вскоре вытащив Нактиса на залитую солнцем поляну с одиноким деревом в центре. Оно благоухало, источая нежный аромат.

— Это, — Кайсис кивнул брату на дерево, — Древо познания Добра и Зла. Отец специально посадил его здесь и запретил этим двоим срывать с него плоды.

Незаметно для брата, Нактис наклонился, подняв из травы упавшее с дерева яблоко. Пока брат что-то восторженно рассказывал о чудодейственных свойствах дерева, он откусил кусок яблока. Но, найдя то до жути кислым, выкинул куда-то в траву.

— И? Что ты хочешь мне этим сказать? — Нактис явно не выглядел впечатленным.

— Отец настолько верит в людей, что посадил это дерево! Он уверен, что они послушают его, не станут трогать плоды, — пояснил Кайсис, оборачиваясь к брату. — Видишь?

— Думаю, тут все наоборот, — младший пожал плечами. — Он посадил дерево, чтобы дать людям искушение. Ведь он не уверен в них, есть сомнение в их вере. Отец верит в то, что они нарушат его запрет. Для этого запрет и был создан. Чтобы убедиться в том, что они хотя бы попытаются его нарушить.

— Чушь! — Кайсис отмахнулся. — Ну, давай поспорим! Дадим им плод. И я уверен, они его не съедят.

И они поспорили.

Нактис наблюдал за тем, как брат заманил играющих Адама и Еву на поляну к дереву. Затем наколдовал ветер, заставил пару яблок упасть к ногам первых людей. Те посмотрели на плоды, переглянулись, и вскоре удалились, планируя и дальше нежиться на солнышке Эдемского сада.

— Ну? Видишь! — Кайсис радовался, буквально прыгая вокруг брата.

Нактис сидел рядом, темнее тучи. Он не хотел проигрывать старшему брату. А потому…

— Моя очередь, — он расплылся в хитрой улыбке.

На следующий день он заманил только Еву к запретному дереву. Обернулся змеем, прокрался меж веток, выбрал самое сочное и краснобокое яблоко. А затем просто протянул его в руки девушке. И, как водится, от такого она уже не могла отказаться.

Нактис ликовал. Конечно, самому взять то, что «нельзя» — одно. Но принять из чужих рук — совершенно другое. Когда к твоим ногам падают яблоки, тебе просто лень за ними наклониться. Вдруг зеленые, или побитые будут, а то и вообще червивые окажутся! Но вот когда с дерева тебе протягивают румяное наливное яблочко, тут уже сложно отказаться.

А дальше все совсем просто. Адам бы не стал есть яблоко сам. Но, приняв его из рук любимой девушки, он даже не задумался о последствиях. Конечно же. Сам ты никогда не начнешь пить мерзкую водку. А вот за компанию…

Тогда Кайсис впервые проиграл хитрому брату.

***

V в., Европа

Чем старше братья становились, тем больше разногласий у них возникало. По итогу они в какой-то момент разошлись, условившись частенько пересекаться, общаться о жизни. Но они никогда не становились ближе. Словно каждый раз отдалялись от друга. И все равно Нактис оставался для Кайсиса единственным живым существом, с которым можно было поговорить по душам. Пусть даже это и могло окончиться спором, длинной в несколько лет.

Что, в сути, несколько человеческих лет для бессмертного существа? Крупицы в океане времени.

Братья условились встретиться на берегу моря. И Нактис не заставил себя ждать. Он всегда был до чертиков пунктуален, потому появился за несколько часов до встречи. Уже успел искупаться, поймать и пожарить рыбу, покидать в воду камни. И только после всего этого себя явил старший братец.

— Это — твоих рук дело? — без приветствия хмуро бросил он, окидывая рукой город у себя за спиной.

— Ну, да, — Нактис пожал плечами.

— Зачем?! Ты хоть представляешь, что случится с Европой в дальнейшем? Черт, — Кайсис опустился на ближайший камень, запуская пальцы в волосы, — да здесь же будет разруха, запустение… она вообще, может, вымрет!

— Не вымрет, — отмахнулся младший брат, флегматично кидая в воду камни и считая «блинчики». — Помнишь, лет двести тому мы с тобой поспорили, что феодализм не появится в тогдашней Римской империи? Вот. Я выиграл.

Нактис сейчас сидел на побережье, а за спиной у него находился новый, по тогдашним меркам, мир. Когда он направил войска сперва вестготов, а затем и германцев на и без того ослабленную Римскую империю, Нактис уже заранее знал, что она падет. И, как он и предполагал, на смену античному государству постепенно приходила власть феодальной Европы. Зачинщика этого безобразия совершенно не волновало то, что в дальнейшем Европа действительно должна была погрузиться в пучину смуты и раздора.

— Мне было весело, — Нактис расплылся в улыбке.

— Тебе так важен был спор?! — непонимающе всплеснул руками Кайсис, затравленно глядя на брата.

— Нет, — честно признался Нактис. — Мне было интересно. Потом весело. Тем более мир не должен стоять на месте. На смену светлым временам должны приходить темные, жара сменится холодом, а жизнь… — отойдя на несколько шагов, Нактис поднял среди камней старый череп, достав его прямо из развороченного недавним штормом захоронения, — жизнь обратится в смерть.

И он заставил череп в руке обледенеть. Слегка сжал пальцы и наблюдал за тем, как тот рассыпался мелкой крошкой, которую тут же подхватил ветер, швыряя прямо-таки в лицо брату.

— И ты действительно считаешь, что все должно придти к грустному финалу? — Кайсис подавил тяжелый вздох, исподлобья глядя на брата.

С каждым годом их взгляды на жизнь все больше расходились. Кайсис осознавал, что брат превосходил его хитростью. Но не мог этого признать. А потому старался все реже и реже с ним спорить. Ведь не было еще такого, чтобы Нактис вышел из спора проигравшим.

— Ну, — Нактис сперва задумался, потом расплылся в улыбке, — Любую грустную историю я могу легко обернуть для себя хорошей шуткой. Люблю трагикомедии, знаешь ли.

— Но мы же не в театре!

— А кто сказал, что жизнь — не величайший в мире театр? — он рассмеялся. — Брось, Кайсис, просто признай, что ты не умеешь наслаждаться игрой своей труппы.

***

1212г, Кёльн

Стоя на одной из главных улиц Кёльна, Нактис наблюдал за тем, что даже его темная душа отказывалась расценивать, как нечто адекватное. В тот день через центр города проходила процессия, большую часть которой насчитывали дети и подростки. В будущем это событие будет известно, как «крестовый поход детей». Через Кёльн они планировали добраться до Италии, а оттуда погрузиться на корабли и отправиться, конечно же, в Иерусалим.

— Идиотизм, скажи? — Нактис обернулся к брату, вместе с ним удаляясь с главной площади.

— Святое дело, — пожал плечами Кайсис.

— Чего?!

— Ну, — остановившись на небольшой, и, самое главное, пустующей сейчас площади, Кайсис удивленно окинул взглядом брата. — Они хотят вернуть Иерусалим.

— Куда вернуть? — Нактис скептично изогнул бровь, останавливаясь напротив брата.

— Христианству вернуть, — осторожно продолжил его брат.

— А почему этим занимаются дети? — младший склонил голову набок. — Дорогой мой, это бесчеловечно. Даже для меня! Мне плевать на остальные Крестовые походы, пусть умирают хоть пачками эти верующие крестоносцы! Но дети-то тут при чем?

— Ты так любишь детей? — Кайсис непонимающе вскинул брови.

— Нет же, — Нактис отмахнулся, — они не знают, на что идут. Это не их дело. Они — просто пушечное мясо! До Иерусалима из них не дойдет никто, и ты это прекрасно понимаешь.

— Они говорят, что пути…

— Да они сдохнут по дороге от голода, потеряются в холмах и лесах, потонут в кораблекрушении, — прошипел Нактис, перебивая брата. — Это не вера, братец. Это — идиотизм.

И он отвернулся, планируя уйти. И ушел бы. И не случилось бы ничего. Если бы черт не дернул старшего брата за язык.

— Нактис, признайся, ты бесишься потому, что жалеешь себя? — он улыбнулся. — Мол, ты был несчастным ребенком, младшим, слабым, все дела, и тебе жалко подобных? Таких же маленьких и слабых…

И сейчас в глазах младшего брата Кайсис увидел настоящее полыхающее пламя. Зря он, кажется, начал этот разговор.

— Я никогда не был слабым. Единственный слабак и тряпка тут — ты, — прошипел Нактис.

— Да с чего ты взял?! — всплеснул руками Кайсис, приближаясь к брату. — Я — первенец. Отец всегда говорил…

— Отца тут нет, забудь о нем, — злобно ухмыльнулся Нактис. — Ты не слабее меня? Поспорим?!

Вздрогнув, Кайсис даже не заметил, как автоматически сжал протянутую руку брата. И тогда он уже не впервые увидел его магический облик. Измененный за тысячи лет. Больше не было серых крыльев. Их заменил уже знакомый плащ. Руки венчали черные когти. Глаза изменились.

Не успел Кайсис опомниться, как те самые глаза мелькнули перед ним, а уже через секунду руку пронзила адская боль. Ее уже венчали четыре поперечных кровоточащих полосы.

— Не спать! — донеслось откуда-то сверху.

Кайсис успел только материализовать клинок и выставить его перед собой, как тут же поскользнулся на обледеневшей земле и завалился на выросшие прямо под ним куски льда.

— Я потренировался в магии, братец, — прошипел Нактис, избегая брошенного в него серебристого заклятия. — И все? Это твой предел?

Поднявшись на ноги, Кайсис взмахнул клинком, пытаясь достать брата. Но тот мгновенно обратился в сгусток тумана, тут же вырастая за спиной у соперника. Почувствовав его присутствие, Кайсис с трудом успел обернуться, чудом не лишившись крыльев. Он взмыл в воздух, разрубая силуэт брата. Но тот уже вновь исчез.

— Сражайся честно! — воскликнул Кайсис, оглядываясь в поисках соперника.

— Когда жизнь будет тебя нагибать, — откуда-то раздался смех, — скажи ей то же самое.

Крылья парня покрыл тонкий слой льда. Он от неожиданности рванулся, отвлекаясь от поисков брата. И зря. Нактис вырос прямо перед ним, банально ударив брата в солнечное сплетение и с ноги отбрасывая его от себя.

— Отдохни, курица крылатая, — презрительно фыркнул он, опускаясь рядом.

Обледеневшие крылья не давали Кайсису подняться, а раненой рукой тяжело было сжимать клинок. Тем более для верности Нактис еще и приморозил крылья и прочие конечности Кайсиса к земле, окончательно обездвижив брата. Оставалось только беспомощно наблюдать за младшим братом, который вдруг стал не таким, каким был раньше.

Забрав клинок из обледеневших пальцев, Нактис решил закрепить свою победу. И, занеся полученное оружие над поверженным соперником, резко опустил его вниз. Кайсис впервые в жизни завопил от боли, когда серебряное лезвие пронзило крыло и глубоко ушло в землю, орошая ее кровью.

— Ты проиграл.

— Ты… ты! — не зная себя от боли, Кайсис кричал, толком даже не видя брата, из-за скачущих перед глазами пятен. — Убирайся! Видеть тебя больше не хочу! Жестокая ты тварь! Как ты мог… да я…

Но Нактис уже не слышал. Он внезапно с ясностью осознал, что ему действительно нечего делать было возле брата. А потому молча обернулся туманом еще после первых двух фраз, улетая куда-подальше.

В конце концов, последняя победа в споре осталась за ним.

Комментарий к Глава 26 - Поспорим?

* - Naktis в переводе с литовского - ночь.

Да-да, весь пи*дец в мире потому, что два пацана спорят, ага :3

========== Глава 27 - Маски сорваны ==========

Пока Кай, отчего-то парализованный прикосновением Ноэля, стоял на месте и тупо пялился в одну точку, Нечистый времени даром не терял.

— Лиза, отойди! Быстро и далеко! — воскликнул он, прикрывая на миг глаза.

И, стоило девушке только отскочить на пару шагов, как все пространство вокруг парня окутала дымка. Рассеявшись буквально через две секунды, она заставила Лизу взвизгнуть и, поскользнувшись, упасть на плитку. Мало того, что все в радиусе десяти метров покрылось тонкой коркой льда, а Кай обратился в ледяное изваяние! Еще и из центра этого апогея, сверкая белозубой улыбкой, к Лизе направлялся Туманный лорд.

— Какого черта?! — девушка всхлипнула, окончательно запутавшись.

Она узнавала это лицо. Сейчас, когда облаченный в сероватую рубашку и укутанный в пепельный плащ лорд приближался к Лизе, цокая по плитке каблуками ботфортов, лицо его не было скрыто маской или шарфом. И девушка с ужасом узнавала в нем своего друга!

— Ноэль? — она не верила своему голосу, когда лорд подал девушке руку, призывая ее подняться на ноги.

— Для тебя — Ноэль, — он кивнул. — Для него, — короткий кивок в сторону Кая, — Нактис. Для всех остальных — Туманный лорд. Или Дьявол, если быть попроще. Прошу любить и не жаловаться!

Девушка отказывалась верить своим глазам. Когда такое произошло? Как она могла не заметить того, что ее лучший друг, веселый и беззаботный Ноэль, любивший сладости и постоянно находившийся рядом с ней, был тем самым Туманным лордом, убивавшем сотни людей?!

— Даже не думай, — коротко бросил он куда-то к себе за спину, хмурясь.

Парень обернулся, встречаясь взглядом с глазами, цвета глубокого синего моря. Кай, легко разрушив ледяные оковы, сейчас взмахнул крыльями, глядя на собеседника сверху вниз.

— Нактис…

Он выдохнул это, и по выражению его лица невозможно было определить, какие эмоции сейчас терзали парня. В левой руке он с силой сжимал клинок. Да настолько, что даже костяшки пальцев побелели.

— Кайсис, — с презрением выплюнул лорд.

И тут же Лиза с внезапной ясностью осознала, почему эти двое не ладили с самого начала. Откуда были те маленькие детали, в которых прослеживалось их отдаленное сходство.

Братья.

Это слово жгло язык. Да, чего уж там, буквально висело в воздухе! И даже закрыв глаза, Лиза все равно его видела, словно кто-то выжег это неоновыми буквами на внутренней стороне ее век.

— Предупреждая все вопросы, — поправив плащ, Ноэль вскинул когтистую руку. — Да, это я убил Хеллу. Да, это я подослал к тебе Искусителя. И все те убийства, которые вы пытались связать воедино — все это моих рук дело. Я старательно обставлял все так, чтобы запутать тебя, дорогой братец, — с издевкой в голосе прошипел он.

— Но зачем? — практически не слыша своего голоса, прошептала Лиза.

В глазах стояли слезы. Она почти не видела ничего из-за этой мутной пелены. Только очертания предметов оставались. Но этого хватало, чтобы видеть такой знакомый плащ, перекатывающийся волнами. Волосы цвета пепла, развевавшиеся против ветра. И все это — Ноэль. Нактис. Туманный лорд.

— Мне было скучно, — он пожал плечами, все свое внимание возвращая брату. — Это у меня такие развлечения дивные! Ты себе не представляешь, как скучно, когда ты живешь вечность. Да, именно так. Скука смертная — эта ваша вечная жизнь!

Он прервал свою речь, взмахнув рукой. Золотистая молния, устремившаяся к лорду, тут же обледенела, осыпавшись на землю у его ног горсткой ледышек.

— Даже не думай, — он скривился, отходя в сторону, чтобы следующая магическая атака Кая не угодила в Лизу. — Ты сказал, что не желаешь меня видеть! И я пропал. А ты решил бросить все свое существование, целый Орден, только на то, чтобы меня найти. И вот, я здесь! — он взмахнул руками, заставляя окружавший его сгусток тумана метнуться в воздух. — И что?..

— Брат, — Кай выглядел потерянным, словно и не готов был к подобной встрече. — Мне жаль, что так вышло! Но я не мог оставить все так, как было.

— Оставил же, — Ноэль фыркнул. — Ты ни капельки не изменился.

— В отличие от тебя, — крылья вздрогнули от очередного взмаха, а лицо Кая исказила гримаса отвращения. — Ты скатился в самую бездну. И я обязан наставить тебя на путь истинный! Оглянись вокруг, брат. Ты убиваешь ради забавы!

Лорд рассмеялся. А затем, кашлянув в кулак, все-таки с прищуром продолжил светскую беседу.

— Я просто хочу напомнить тебе, что…

— Из-за меня ты стал таким? — Кай решительно не дал ему договорить. — Брось, банальная отмазка всех злодеев.

-…что у меня есть когти, которыми я могу выпустить твои божественные кишки, — с хищной ухмылкой закончил он.

Собравшийся вокруг туман подхватил лорда, помогая тому тоже взмыть в воздух и зависнуть в нескольких метрах напротив собеседника.

— Признайся, — холодный шепот заставил все живое в округе покрыться льдом, — ты искал не брата. Только реванша.

Кай замер. В голове все еще крутились картины из прошлого, словно утягивая его на дно бездны воспоминаний. Одно прикосновение вызвало эту бурю эмоций, и парень даже предположить не мог, на что еще был способен его брат сейчас, спустя столетия разлуки.

— Искал возможности доказать самому себе, что ты не безвольная тряпка, — прошипел Ноэль, словно пытаясь избить брата словами. Унизить еще сильнее. Хотя, казалось бы, дальше уже и некуда было.

— Замолчи! — в сердцах, Кай резко рванулся вперед, занося клинок для удара.

Позолоченное лезвие рассекло воздух в том месте, где секундой ранее находился улыбающийся лорд. Он легко ушел от удара, тут же окутывая брата волной ледяного тумана, заставляя лед покрыть маховые перья на его крыльях. Кай только чудом не упал на землю, повстречавшись носом с камнями. Его спасло присутствие там Лизы, которая, не осознавая того, что она делала, бросилась парню на помощь. Так что Кай упал на нее, вместе с девушкой завалившись на траву.

— О, какая прелесть, — продолжая парить, Ноэль презрительно фыркнул. — Лиза, дорогая, ты хоть знаешь, почему он так заботится о тебе?

— Заткнись!

Кай взвился, порываясь опять наброситься на брата и помахать своей зубочисткой. Но пальцы Лизы, внезапно сжавшие рукав его черной туники. Парень вздрогнул, оборачиваясь.

— О чем ты? — Лиза, вытерев слезы, смотрела на друга. Она все еще продолжала считать Ноэля своим другом. Пока.

— Вот как, — он опустился на землю, спокойно глядя на девушку. — Кайсис должен был убить тебя еще в младенчестве. Но не смог, силенок не хватило. Педофил внутренний проснулся, знаешь ли. И потом всю жизнь носился с тобой, как с писаной торбой потому, что решил использовать, в качестве свежей приманки…

— Прекрати, — сквозь зубы выдохнул Кай, все-таки делая шаг к брату. — Лиз, не слушай его!

— Нет уж, ты дай мне договорить, — Ноэль, а Лиза упорно отказывалась даже мысленно звать его Нактисом, коротко взмахнул рукой, заставляя клинок в руке брата обледенеть и потянуть его руку к земле. — Он надеялся выманить Валентайна. И у него это прекрасно получилось. А затем братец надеялся с помощью, так называемого, Первого падшего выманить и меня. Но все-таки решил просто убить тебя, заметив мою метку, — он кивнул на руку Лизы.

— Я бы не убил тебя! — Кай все-таки разрушил ледяное заклятие, вновь возвращая клинок себе в руки. — Просто хотел припугнуть…

Повисла напряженная тишина. Ноэль только скрестил руки на груди, изогнув бровь и скептично глядя на брата. Сам Кай как-то стушевался. Даже крылья и нимбы перестали так сиять. Он словно сник, исподлобья и с какой-то надеждой глядя на Лизу. Оба словно бы только и ожидали вердикта или какого-то решения от несчастной школьницы, у которой от происходящего бреда голова кругом шла. А Лиза, потирая пальцами виски, пыталась разобраться в ситуации. Она ничего не знала о конфликте, произошедшем между братьями более полутысячи лет назад. Но что-то подсказывало ей, что ввязываться в дела этих двоих не стоило. Она вообще чувствовала себя лишней на этом празднике жизни.

— Ребят, я тут вообще не при чем, да? Можно вы сами как-то разрешите свои споры? А я даже готова поприсутствовать, если кто-то наколдует мне чашку горячего кофе. Лучше две!

Братья переглянулись. Кай только пожал плечами, мол, я не против подобного развития событий. Но Ноэль покачал головой, зачем-то с прищуром глядя на небо.

— Ты не переживешь эту ночь, — он вздохнул. — Слишком много магии вокруг. Проклятие взбесится, — поправив плащ, он что-то недовольно буркнул. — Уходи домой, мы здесь разберемся, а затем я закончу то, что обещал.

— А… — Лиза вздрогнула, от осознания того, что ее ожидало, — хорошо, — она отступила назад, — мне нужно будет что-то сделать?

— Нет, — Ноэль тепло улыбнулся, впервые, кажется, в облике лорда. — Просто жди.

— О чем это вы?! — в разговор вклинился Кай.

И вновь давящая тишина. Лиза не решалась сказать парню о том, что обещал ей Ноэль. Но, кажется, Кай и без слов все понял по глазам брата.

— Нет, я не позволю тебе. Она не игрушка!

— Но ты же с ней играл всю ее жизнь, — выплюнул Ноэль, вновь возвращая на лицо хищную гримасу. — Расслабься, братец, ты все равно ничего уже не сможешь с ней поделать. Она принадлежит мне. Преклонила колени, все-таки.

— Что?!

…буквально в один голос воскликнули Кай и Лиза, тут же непонимающе переглядываясь. Девушка четко помнила каждую свою встречу с Туманным лордом, и, сколько бы он от нее этого не требовал, она никогда еще не опускалась перед ним на колени. Или… сознание внезапно пронзила вспышка, услужливо подкинувшая воспоминание.

— Ева, — она с силой сжала зубы. — Когда ты убил ее, — Лиза растерянно подняла взгляд на Ноэля, — я растерялась, заплакала и упала на колени перед тобой.

— Верно, — он кивнул. — Это считается. А теперь уходи. Я не хочу, чтобы ты пострадала, когда мой пернатый собрат решит помахать железяками.

Лиза не заставила просить себя дважды. Она отступила назад, стараясь на споткнуться об очередной обледеневший кустарник. А затем, не понимая, зачем, все-таки побежала, изредка оборачиваясь, чтобы увидеть братьев. Но это продолжалось недолго.

Стоило ей вынырнуть из вязкого тумана, созданного Ноэлем, как эти двое тут же пропали из поля зрения девушки. Зато в него тут же попал разъяренный вампир, который кругами ходил вокруг этого тумана, не имея возможности попасть внутрь и вытащить оттуда свою возлюбленную. И какова же была его радость, когда Лиза сама к нему вышла.

Правда, рассказать она ему ничего не успела. Через секунду все существо девушки пронзила яркая вспышка боли, заставившая ее завалиться на траву. И, буквально спустя пару мгновений, Лиза потеряла сознание от боли, накрывшей ее подобно лавине.

***

Стоило фигуре Лизы раствориться в тумане, как Ноэль словно бы снял с лица приветливую маску. Хмуро воззрился на брата. А тот, видимо, не желая больше разводить тут детский сад, молча рванулся к брату, в полете занося клинок.

Да, Ноэль был прав. Кай искал не сколько самого брата, сколько возможности доказать ему, и самому себе, конечно же, что он не был слабаком. Он жил целью найти брата, одолеть его в схватке. И даже как-то не спланировал, что же делать после того, как эта цель будет достигнута.

Ноэль молчал. Он взмыл в воздух, тут же исчезая и появляясь у брата за спиной. Без церемоний, он схватил Кая за волосы, резко дергая назад и заставляя его впечататься головой в выросший из земли кусок льда.

— Ублюдок, — злобно выплюнул Кай, вместе со сгустком крови.

— Ангелочку не пристало так выражаться, — насмешливо фыркнул Ноэль, пропуская мимо очередной выпад брата.

— Не все ангелы святые, — резко взмахнув крыльями, Кай потоком воздуха сбил брата с места, тут же бросаясь на него, — и ты — прямое тому доказательство!

Он словно нарывался. Специально злил брата, чтобы тот прекратил беззлобно ухмыляться, пропуская удары и спокойно ожидая следующей атаки. Нет, Кай прекрасно помнил, с какой яростью мог сражаться Нактис. Как он рвал и метал просто ради забавы. И, чтобы увидеть своего настоящего брата, Кай решил удивить его.

Взмахнув рукой, словно бы он пытался применить магию, заставив Ноэля сосредоточиться на магической защите, он внезапно схватил золотой нимб, витавший над головой, и запустил его в брата, используя как чакру*. Удивленным тем, что нимб вообще можно было использовать в качестве оружия, Ноэль отпрянул, позволив Каю сделать выпад и оцарапать ему плечо.

— Только не плачь, — натянуто улыбнулся Кайсис, возвращая себе нимб.

Да, это уже был не приветливый Кай. Но расчетливый, хитрый Кайсис, добивающийся своих целей практически любыми способами, и считающий святость и чистоту главными критериями во всем.

— Что? — Ноэль, не спеша выходить из себя, оскалился. — Единственным, кто будет сегодня плакать… будешь ты!

Плащ Нактиса метнулся вперед быстрее своего владельца. Он тут же вытянулся, его полы словно бы обратились в длинных извивающихся змей, которые вмиг опутали руки соперника, пораженного такой прытью. А уже через секунду из разорванной на животе ткани хлынула алая кровь.

— Говорил же, выпущу твои божественные кишочки! — с довольной улыбкой прошептал Нактис, отпрянув назад и языком вызывающе обводя черные когти, слизывая с них кровь. — Ох, Создатель! Приди и насладись моментом…

— Ты…

Кай спешно залечивал рану магией. И был крайне удивлен тем, что брат позволил ему эту вольность. Тот Нактис, которого он знал, никогда в жизни бы не остановился в разгар боя. Этот же терпеливо выжидал, лениво паря в воздухе в нескольких метрах от противника.

— Уже зализываешь раны, — презрительно улыбнулся он, качая головой из стороны в сторону. — Хотя бы не рыдаешь, как девчонка. Что похвально.

— А ты изменился, — фыркнул Кай, где-то в глубине души все-таки радуясь тому, что имел возможность вновь говорить с братом. — Больше не таскаешь в рукавах сюрпризы?

— Ну, — Ноэль закатил глаза, — черта с два ты угадал, — он рассмеялся, легко извлекая из-за пояса скрытый плащом пистолет и направляя его дуло на брата.

Тот от глубокого шока даже сел прямо в воздухе, чуть не свалившись на землю.

— Ты серьезно? — он смотрел на брата глазами, полными искреннего шока.

— Ты не верил, что я могу принести огнестрел? Недооцениваешь братца, — Ноэль усмехался.

— Нет, не то, чтобы я настолько тебя недооценил. Просто, зная твой взрывной характер, я думал, что ты принесешь хотя бы гранатомет, — выровнявшимся голосом продолжил Кай, незаметно для брата извлекая из складок туники револьвер.

— Ага, на «Катюше» приеду, — губы Ноэля тронула усмешка. — Ну, хватит шуток.

Он нажал на курок, уверенно глядя в глаза брату.

— Согласен.

Кай мгновенно выкинул вперед руку с револьвером. Раздался выстрел. Ноэль вздрогнул, наблюдая за тем, как по светлой рубашке расползалось пятно холодной крови. А его брат ошалело смотрел на то, как из дула пистолета в руках Ноэля вылетали мыльные пузыри. От присутствия тут одного холодного типа они тут же покрывались льдом, падали на землю и разбивались.

— Так ты… шутил? — осознавая, что наделал, Кай спешно заставил оружие исчезнуть.

Ноэль молча исцелил болевое ранение, исподлобья глядя на брата. Тот, кажется, был настроен серьезно.

— Отличная, к слову, вентиляция, — пробормотал он, явно намекая на временно появившуюся лишнюю дырку в своем теле. — Ладно, хочешь по-плохому?..

— Брат, я не хотел так!

Но Нактис уже не слушал. Рванувшись к брату, он на ходу обратил в лед несколько заклятий, летевших в его сторону. Оказавшись на расстоянии вытянутой руки от Кая, он резко обратился в туман, заставляя брата разрубить мечом воздух. Нактис мгновенно вырос у него за спиной, тут же за шкирку притягивая брата к себе и заставляя его маховые перья покрыться льдом.

— Выщипать тебе их? — это был практически утробный рык.

Ноэль играл, будучи уверенным, что в любой момент сможет легко обернуть ход сражения так, чтобы втоптать брата в грязь. А Кай взвыл от боли, когда обледеневшее перо треснуло пополам от легкого прикосновения брата. Благо, тот знал, что основную пару крыльев не стоило трогать. А потому мучил брата только прикосновениями к двум «дополнительным». А ведь Кай сейчас даже вздохнуть боялся, не то, чтобы шевельнуться. Он мог очень легко лишиться возможности летать в ближайшем будущем. Ведь крылья не восстанавливались обычной магией!

— Слабак, — прошипел Ноэль, отталкивая от себя брата.

Он изрядно подустал от подобного. Для себя давно уже уяснил, что брату стоило бы поддаться, но упорно продолжать гнуть свою линию. А ведь думал, что изменился. Имя сменил. Имидж. Все поменял, кроме отсутствующей души.

— Я не слабак, — прошипел Кай, вновь занося клинок для атаки. — Да я тебя…

— Ну? — Ноэль скептично изогнул бровь.

— Ты разозлил меня, брат! — он лгал. Нещадно. Кай практически не умел злиться. А сейчас — так он вообще от страха трясся.

— И что же ты мне сделаешь?

— Будь готов к тому, что я надругаюсь над тобой морально и физически! — рыкнул Кай, надеясь на то, что это звучало грозно.

Но губы Ноэля тронула мягкая улыбка. Но он почему-то спешно постарался ее скрыть, мгновенно хмурясь.

— Да? — он оскалился, материализуя в руках две ледяные глыбы. — Да я тебе сам сейчас так всандалю, скотина ты пернатая!

И он рванулся к брату, пропуская мимо бедра один из его выпадов и легко задевая его предплечье когтями, покрытыми ледяной крошкой. Боль от такого ранения была просто адской.

Ноэль, наконец, смирился с тем, что брату просто нужна была победа. Для какой-то мысленной галочки. И он выдохнул, осознавая, почему, даже будучи в заведомо проигрышном положении, на последнем издыхании Кай все равно сейчас бросался в бой с более сильным противником.

Обернувшись, Ноэль раскинул руки в стороны, глядя на летящее ему прямо в грудь лезвие клинка. Он как-то не стал его разглядывать.

— Давай!

Кай не заставил просить его дважды. Разорвав одежду и плоть, лезвие вошло в грудь почти по самый эфес и вышло из спины. Кай, до глубины души пораженный случившимся, опустил голову на дрожащие руки, все еще сжимавшие меч. Он почувствовал, как по щекам потекли слезы.

И, каково же было его удивление, когда холодные ладони Ноэля легли поверх его дрожащих рук, сжимая их на клинке. Мол, все ты сделал правильно, молодец, возьми с полки пирожок, и все в таком духе. А над ухом раздался мягкий, такой родной смех. Да уж, действительно, голос Ноэля никак не подходил его эффектному образу.

— Чего ты ржешь?! — сквозь слезы выдавил из себя Кай, боясь поднять глаза на брата.

— Смешной ты. Плачешь еще, — Ноэль вздохнул, хоть это и было затруднительно, с клинком-то в груди. — Меня же нельзя убить обычным оружием.

— Ты идиот?! — вспылил Кай, все-таки поднимая голову. — Это же не мой серебряный, это золотой меч! Святой клинок отца, который убивает все живое!

— Да?..

А вот этого, Ноэль, судя по всему, не учел.

Комментарий к Глава 27 - Маски сорваны

* Чакра (чакрам/шакрам) - не та, которую можно чистить. А индийское метательное оружие. Чакра представляет собой плоское металлическое кольцо, отточенное по внешней кромке. Диаметр кольца составляет от 120 до 300 мм и более. Ширина металлической полосы от 10 до 40 мм, толщина — от 1 до 3,5 мм. Чакры приводили во вращательное движение вокруг указательного пальца руки и бросали в неприятеля.

Пс, Неко, СЮРПРИЗ!

========== Глава 28 - Козни бессмертных ==========

— Уходи, — коротко выплюнул Ноэль, вместе с братом опускаясь на землю.

Холодная туманная завеса, окружавшая их все это время, постепенно рассеивалась. Словно вместе с ней пропадали и силы лорда.

— Но я…

— Помоги Лизе, придурок, — выплюнул Ноэль, хмуро глядя на брата. — Мне твое присутствие на пользу явно не пойдет.

Кай отстранился, сверху вниз глядя на брата, который устало прилег прямо на траве. Плащ вокруг него переставал колыхаться. Пряди волос извивались как-то без энтузиазма. Словно бы из тела Ноэля уходили остатки магии.

— Я не могу бросить тебя умирать! — Кай рукавом вытер слезы со щек.

Он явно пропустил момент, когда это он вообще заплакал?

— А кто тебе сказал, что я умираю? — Ноэль скептично изогнул бровь, а затем насмешливо фыркнул. — Придурок.

— Что?..

Кай удивленно округлил глаза, наблюдая за тем, как младший брат спокойно поднялся с земли, магией исцеляясь от ранения. Он вытер остатки крови с рубашки, вычищая их холодным заклинанием. А лежавший в метре от братьев клинок внезапно покрылся трещинами, тут же рассыпаясь кучей льда.

— Ты серьезно подумал, что я позволю себе сдохнуть? — Ноэль хохотнул. — Брось. Еще когда впервые коснулся твоего меча сегодня, я заменил его на серебряную ледяную копию.

— Ах ты…

— Да, знаю, — он расплылся в улыбке. — Твой настоящий меч сам поищешь. Еще полтысячи лет тебе должно хватить.

С этими словами Ноэль кивнул брату, этим жестом словно обозначая временное перемирие. Кай больше не стал бы его искать, ведь добился желанной цели. Одолел брата! Хотя даже слепому было видно, что Ноэль поддался, дабы потешить самолюбие старшего братца.

Сейчас это было не важно. Ноэль спешил к Лизе. Он знал, что девушка умирала. И он бы уже исчез, если бы брат внезапно не схватил его за запястье, скривившись от пронзившего руку холода.

— Что? — Ноэль исподлобья взглянул на старшего, и более высокого брата.

— Я не хочу больше воевать с тобой. Нам стоило бы договориться о каких-то условиях перемирия, поскольку у меня есть к тебе пара претензий относительно твоего поведения, — со спокойной улыбкой вздохнул Кай.

Он щелкнул пальцами свободной руки, мгновенно перенося обоих в некое подобие вечности. Это место нельзя было описать, каждый видел его по своему. Но для бессмертных братьев это был небесный чертог, созданный когда-то их отцом. А люди вообще называли это место садом Эдема.

— Тут началась наша маленькая война, — Кай кивнул на засохшее дерево в центре благоухающей поляны.

— Верно, — Ноэль подавил тяжелый вздох. — Хорошо. Чего же ты хочешь?

Кай осмотрелся. За ними, конечно же, никто не наблюдал. Отец их давно в саду не бывал, тот ему разонравился. А смертным доступ сюда был закрыт. Вот и получалось, что кроме братьев тут никого не было.

— Прекрати бессмысленные убийства. Ты делал это ради забавы, уничтожал своих слуг и моих приверженцев. Но в большей степени ты пытался этим запутать меня, и у тебя получилось, признаю. Но хватит этого, — Кай спокойно смотрел на брата, наблюдая за плащом, который, судя по всему, вообще жил отдельной жизнью.

— Хорошо, — Ноэль спокойно кивнул, не глядя на брата.

— Что? — он опешил. — Так просто?!

— Ага, щас, — тот фыркнул. — Я выставляю обратное условие! — Ноэль прокашлялся. — Итак. По условиям Версальского договора… ладно, шутки в сторону. Распусти Орден. Они причиняют слишком много неудобств всем жителям темной стороны.

— Это все? — немного подумав, отозвался Кай.

— Да. Все по честному. Я перестаю вставлять палки в колеса твоему праведному существованию, ты делаешь аналогично по отношению ко мне и моим ребятам, — Ноэль улыбнулся. — Итак?

Кай призадумался. Он спешно вспоминал, как следовало бы скрепить такой магический союз. Потому что как бы брата он ни любил, но не доверял он ему настолько, чтобы подобные сделки оставлять закрепленными только честным словом. Зная ветреный характер Ноэля, уж особенно стоило бы предохраниться.

— Хорошо. Нам нужен бессмертный свидетель, который готов будет хранить наш договор одну маленькую вечность. Есть кандидаты на примете? — Кай осмотрелся, делая вид, что разыскивает тех самых кандидатов. — Мы заключаем мир и больше не ввязываемся в жизнь того, кто станет хранителем нашего договора.

Ноэль задумался. Валентайн? Не вариант, Кай не согласится на то, чтобы их договор был засвидетельствован тем, кто априори более предан тьме. Кто-то из Ордена? Нет, тут уже самого Ноэля передернуло. Нужен был кто-то бессмертный, вечный и очень честный. Смерть? Ни в жизнь! Амадей? Нет, ему Ноэль вообще не доверял. И тут в мозгу что-то щелкнуло.

— Лиза, — он поднял взгляд на брата. — Я обещал даровать ей вечную жизнь. Она — нейтральный персонаж, незаинтересованная сторона. Какие-то проблемы?

Немного призадумавшись, Кай кивнул. Хотя он осознавал, что теперь у Ноэля будет двое земных последователей. А именно Лиза и Валентайн, ведь оба будут жить вечно в любви и согласии… И тут в светлую голову Кая пришла очень грязная, почти недостойная его самого мысль.

— У меня все-таки есть к тебе одна просьба, брат. Внуши Лизе, что она не влюблена в Валентайна. Что они просто брат и сестра, и пусть проводят остаток вечности вдвоем, — Кай спешно отвел взгляд, не желая, чтобы сейчас брат заметил стыд в его глазах.

— Зачем? — Ноэль изогнул бровь. — Сам это сделай, если так хочешь.

— Ты знаешь, что внушение — твоя тема, — огрызнулся Кай.

— А твоя — стирание памяти налево и направо. Хорошо, — он пожал плечами, прекрасно понимая, что задумал брат, — я сделаю это. Но взамен ты сотрешь ей воспоминания о том, что она тебя в принципе любит.

— Что?! — Кай, не успев возликовать, закашлялся воздухом от возмущения.

— Я тоже умею быть жестоким. Забудь ее и сам, раз уж мы решили никак не участвовать в этом балагане. Идет?

Кай отпрянул от протянутой ладони брата. Он не мог позволить себе потерять эту девочку на одну огромную вечность! Нет, так нельзя было поступать. Но Кай прекрасно осознавал, что Ноэль не пойдет на уступки из уважения к каким-то там чувствам.

— Думай быстрее, — прошипел Ноэль, подаваясь вперед, — у Лизы не так много времени!

— Хорошо!

Кай схватился за руку брата, чуть не взвыв, когда острые когти впились в кожу, закрепляя их соглашение кровью. Он сейчас просто надеялся на то, что потом сможет провести Ноэля. Наложит сейчас слабые чары, которые вскоре рассеются.

Он ведь даже и не подозревал о том, что Ноэль задумал ровно то же самое. Одного поля ягоды все-таки.

— Теперь все будет по-старому, брат? — с надеждой в голосе улыбнулся Кай.

— Ни разу, — Ноэль покачал головой. — Если бы не моя предусмотрительность — ты бы убил меня. А я не дружу с убийцами.

— Но…

— Иди замаливать грехи, святоша!

***

Валентайн отвез Лизу к ней домой. Когда девушка потеряла сознание, вампир уж было подумал о том, что она погибла. Но нет. Ее сердце все еще билось. Рвано, с передышками, но оно билось.

Вампир не знал о том, что произошло за туманной завесой. Он даже не подозревал, что проклятие в крови Лизы взбесилось из-за слишком большого количества магии, окружившего ее в один миг.

Спустя полчаса Лиза все-таки очнулась, нехотя открывая глаза. Было стойкое желание провалиться обратно в сон. Но ей этого не позволил сам Валентайн. Он переживал за девушку. А особенно за узор на ее руке, который вампир ранее не замечал. Он не стал выпытывать у девушки как и зачем она встретилась с Туманным лордом. Точнее, он бы возможно и перешел к подобному допросу, если бы успел.

Буквально через несколько минут после пробуждения Лизы, в комнате полыхнула яркая вспышка, из которой выступили Кай и Ноэль. И если первого вампир успешно узнал даже в его ангельском обличии, то увидев лицо Туманного лорда, Валентайн был поражен до глубины души.

— Н-ноэль? — он глазам своим не поверил.

— Да, — тот вяло улыбнулся. — Он же Нактис. Туманный лорд. Ты можешь еще меня помнить как своего оруженосца, Николя.

— Но как?.. Кай! Объясни мне, как ты все время находился рядом с тем, кого искал, и не мог его распознать?! — вампир всплеснул руками, даже не замечая, как Ноэль спокойно обошел его, присаживаясь на край Лизиной кровати.

— Он удачно замыливал мне глаза. Но достаточно было одного прикосновения, чтобы эти чары развеять. Вот он и избегал касаться меня, — спокойно констатировал Кай, отстраняя Валентайна от кровати. — А теперь мы с тобой молча наблюдаем.

Вампир не в полной мере понимал, что происходило. Но какое-то внутреннее чутье подсказало ему, что сейчас стоило бы послушаться Кая, и действительно молча наблюдать за тем, как рядом с умирающей Лизой даже вечно взмывавший в воздух плащ Туманного лорда опустился на пол, ложась у ног владельца.

— Привет, — Ноэль улыбнулся, длинным когтем заправляя Лизе за ухо прядь рыжих волос.

— Кто выиграл? — без особого энтузиазма она выдавила из себя приветственную улыбку.

— Конечно же я, — он хмыкнул, бросая косой взгляд на брата, — только ему об этом не говори, ладно?

— Ноэль.

Лиза протянула руку к собеседнику, кончиками пальцев касаясь сперва его волос, а затем и холодной кожи на скуле. Он вздрогнул, боковым зрением глядя на движение руки девушки. Для себя отметил то, что ее кожа уже стала практически прозрачной, через нее просвечивали вены, по которым проклятие гоняло почерневшую кровь. Зрелище было не из приятных.

— Да? — он мягко улыбнулся, аккуратно накрывая ладонь Лизы своей.

— Я не хочу умирать, — Лиза с силой сжала зубы.

Она сейчас смотрела на Ноэля так, как никто еще не смотрел. Видя в нем центр своей стремительно сужающейся вселенной. Ей было безразлично, кто перед ней. Туманный ли лорд, или какой-то мифический Нактис. Лиза видела свое единственное спасение и опору сейчас в друге, которого всегда звала Ноэлем.

— А я тебе и не позволю, — он продолжал улыбаться. — Прости, но особенность моей магии в том, что я не обращаю всех налево и направо. Мне необходимо особое эмоциональное состояние, чтобы магия сработала.

— Какое?

— Близкое к отчаянию.

Ноэль вздохнул, осознавая, что ему придется сделать девушке очень больно словами. Докопаться до самых потаенных струн ее души и сыграть на них реквием. Он бы с легкостью сделал нечто подобное с любым живым существом, но почему же так тяжело было причинять боль этой маленькой хрупкой девочке? Она ведь всего лишь одна из тех, кто попал под действие проклятия. Ей просто не повезло! Тогда почему же так сложно было загнать на задворки сознания мысль о том, что, не изобрети Ноэль проклятие крови, ничего бы и не было?!

— Я знаю о тебе все, Лиза, — Ноэль мягко улыбнулся, стараясь не показывать собственных эмоций, сжимая руку девушки в своей. — Знаю, почему ты так боишься темноты. Ведь в детстве тебя часто запирали в комнате одну, а ты не могла дотянуться до выключателя.

Она улыбнулась, с силой сжимая зубы, противясь воспоминаниям.

— Знаю, — Ноэль продолжал, — почему ты так боялась отношений с Валентайном, да и любых отношений в принципе. И возвращения родителей боялась по той же причине. Скажешь сама?..

Лиза вдохнула. Словно весь воздух из легких выбили. Ей сейчас необходимо было перед Валентайном признаться в том, почему она умоляла его не вызывать полицию, когда ее попытался изнасиловать ненавистный одноклассник.

— И да, — парень улыбнулся, — твой одноклассник. Костя Егоров. Это я приложил руку к тому, чтобы он больше тебя не тревожил. Убил, затем вернул к жизни, создав себе слугу. Зомби, если говорить совсем простым языком.

— Почему ты вдруг заговорил об этом? — Валентайн нахмурился, за что тут же получил от Кая тычок локтем под ребра.

— Потому что он намекает на то, о чем хочет услышать, — Лиза подавила всхлип. — Я боюсь парней и любых отношений с ними потому, что мой отчим, — поймав удивленный взгляд Кая, девушка улыбнулась, — да, я знаю, что я приемная. Так вот… мой отчим пытался меня изнасиловать. До сих пор это является в кошмарах.

— Ты изменишься, Лиза, — Ноэль спокойно выдохнул. Состояние девушки приближалось к тому, что было ему нужно. — Больше не будешь ни для кого надуманной отличницей, которая гоняется за оценками. Все наладится. Тебя больше не заберут в больницу, ты не будешь болеть. И проклятия больше не будет. Будешь только ты, и твой возлю…

Ноэль внезапно умолк, сильнее сжав в руке запястье девушки.

— Лиза? — он потянул ее за руку. — Лиза?!

— Что такое?! — не сдержавшись, Валентайн рванулся к девушке.

И замер в шаге от постели.

— Она…

— Мертва, — холодно выдохнул Ноэль. — Черт, не успел! — он с силой сжал зубы.

— Сделай что-нибудь! — тут же воскликнул Кай, срываясь с места.

— Поздно, проклятие убило ее. Никакая магия не оборачивает проклятие вспять, — сквозь плотно сжатые зубы выдохнул Валентайн, не веря своему голосу.

Он ведь только что сам признал, что его возлюбленная… умерла.

Она мертва.

Мертва.

Комментарий к Глава 28 - Козни бессмертных

ненуачо?

========== Эпилог ==========

Братья сдержали данную друг другу клятву.

Кай действительно прекратил существование Ордена, позволив его бывшим участникам разойтись с проповедями по всему миру. Его на самом деле не сильно заботило, что они планировали творить дальше. Распрощавшись с братом, на этот раз не навсегда, он отправился на поиски святого клинка, который добрый братец зашвырнул куда-то либо на дно Марианской впадины, либо в жерло какого вулкана. Зная его юмор — он мог и не такое учудить.

Сам Ноэль вернулся к обычной жизни, все реже и реже принимая облик Туманного лорда. В школу он, правда, не вернулся, чтобы не пересекаться с Валентайном, который обязан был доработать там хотя бы один учебный год. А Ноэль ведь пообещал брату, что не будет ввязываться больше в дела Лизы и Валентайна.

А насчет самих Лизы и Валентайна…

Лиза выжила. В последний момент Ноэлю удалось все-таки поймать уходящее сознание и вдохнуть в девушку темную магию. Он заставил ее переродиться. Так что теперь в школе стало одним вампиром больше.

Конечно же, Ноэль не сдержал данное брату обещание. Он не стер Лизе воспоминания о том, что она любила Валентайна. Он вообще решил их не трогать. Только Кай все-таки настоял на том, чтобы девушка забыла самого Ноэля и, собственно, Кая.

И, в принципе, все было хорошо.

Оставшиеся месяцы учебы пролетели быстро и легко. Лизу больше не волновала проблема с плещущимся проклятием крови. Больше не было страха не дожить до выпускного, потому пришлось срочно покупать платье, готовиться к выпускным экзаменам. Правда, поначалу появились некоторые проблемы с контролем собственной новой магии, с жаждой крови. Но, это все детали. В конце концов, под рукой у Лизы всегда был телефон, а на связи оставался опытный и мудрый вампир.

***

Поскольку платье на выпускной никак не покупалось само, а Лиза ненавидела шоппинг, ей пришлось вновь попросить у Валентайна то самое платье Джульетты. Он, правда, не возражал. А еще вампир настоял на том, что последний школьный вальс девушка должна будет танцевать именно с ним. И наплевать на весь мир, на мнение одноклассников, педагогического состава.

На том самом выпускном было довольно шумно. Даже не смотря на то, что это была всего лишь официальная часть, проходившая в школе. Лиза решила не ехать с одноклассниками в ресторан. Все-таки свой выпускной она хотела запомнить на всю предстоящую вечную жизнь. И Валентайн загадочно обещал как-то этому поспособствовать.

Сразу после танцев пара разделилась. Лиза отошла к одноклассникам, пока со сцены кто-то из учителей увлеченно вещал о том, какие вокруг уже все взрослые, молодцы и вообще умницы. Валентайн же был вынужден отлучиться к коллегам, которые уже втихую доставали из-под скатерти бутылку с коньяком.

— Привет!

Стоя у окна, Лиза обернулась, встречаясь взглядом с синими глазами, напоминавшими море.

— Мы знакомы? — девушка нахмурилась.

Парень действительно выглядел знакомым. Она была уверена в том, что где-то встречалась с ним. Но память брыкалась, не позволяя девушке вспомнить, с кем же она, в конце концов, говорила.

— Я Кай, — он улыбнулся, протягивая руку для рукопожатия.

— А я Лиза, рада зна…

Девушка пожала протянутую руку и вздрогнула. Словно легкий электрический разряд пронзил все ее существо, заставляя девушку удивленно смотреть на собеседника.

— Ты? — она сглотнула шок. — Но как?..

— Магия, не иначе, — Кай присел на подоконник около девушки. — Я обещал себе не появляться больше в твоей жизни. Но не сдержался. Хотел поздравить с окончанием школы.

— Булочку с изюмом принес? — она улыбнулась, давая понять, что память вернулась в полной мере.

— Нет, но могу сбегать. Хотя я думал, что у тебя ко мне есть парочка вопросов, — Кай расплылся в улыбке, — не так ли?

Лиза задумалась, решая, что стоило бы ответить. Ей действительно было интересно вновь пообщаться с Каем. В конце концов, она так и не узнала, какая кошка пробежала между ним и братом. Ведь сразу после того, как она в принципе узнала об их родстве, жизнь перевернулась вверх тормашками, Лиза потеряла человеческую сущность, ей стерли память…

— Так, какая кошка пробежала между тобой и Ноэлем?

Кажется, этим вопросом было положено начало новой дружбе. Точнее, старой. Но обновленной.

Кстати, о Ноэле. Нечистый не терял времени зря. Все это время он мило ворковал с Валентайном в другом конце зала, не спуская глаз с Лизы.

Как выяснилось, Валентайн догадался выпить своей крови вновь, сразу после того, как в памяти появились какие-то странные провалы. Таким образом он вернул себе стертые воспоминания о Туманном лорде и обо всем, что было с ним связано. И сейчас эти двое договаривались о том, чтобы память больше никогда не стиралась. Иначе Валентайн грозил Ноэлю больше никогда не угощать его своим фирменным домашним тортом.

Он, кажется, не осознавал, что угрожал самому Дьяволу. Да и как вообще можно было разглядеть дьявольскую сущность под милой личиной этого беловолосого паренька?

А где-то на задних рядах сидели трое личностей, обсуждающих происходящее с самым, что ни на есть, живым интересом.

— И что же мне с ними делать? — задумчиво вопрошал некто, сидящий практически в самом центре ряда кресел.

— Ничего, — пожал плечами его сосед. — Не получится, боюсь.

— О чем ты?

— Не важно, — он отмахнулся.

— Нет уж, ты скажи. В конце концов, Амадей, ты служишь мне всю свою сознательную жизнь. И следил за ними для меня. Так что выкладывай, что выяснил.

Искуситель закусил губу, косо глядя на того, под чьим крылом он укрывался все это время.

— О, Создатель, — он улыбнулся, — нельзя запретить людям дышать, рыбам плавать…

— А этим двоим творить фигню! — раздался голос сбоку.

— Тебя вообще никто не спрашивал! — отмахнулся Создатель.

— Ну и подумаешь.

Над соседним креслом в воздух взмыл круассан с шоколадом. Затем его половина исчезла. Раздалось довольное чавканье. Смерть, как всегда, была в своем репертуаре.

— То есть, мне ничего не делать? — Создатель поджал губы, по очереди глядя на обоих своих детей.

— Поверьте мне, они еще покажут класс, — без единой нотки сомнения в голосе хмыкнул Амадей. — Нет, вы только послушайте, это же надо было только додуматься! Приказать мне совратить Лизу, чтобы она побежала жаловаться к Валентайну, и таким образом попытаться избавиться от меня!

— Нактис всегда догадывался, что ты следил за ними, — Создатель улыбнулся. — Хорошие мальчики.

— Ага, веселые, — буркнул Амадей.

— Ну так, — вклинилась Смерть, — скучно же жить вечно! Развлекаемся, как можем! Потанцуем-ка, мальчики?!