«Если твой родной брат поднимает на тебя меч и готовится убить, то не правы вы оба. Я это понял из собственного опыта. Опыта Майнарии.» – (с) Стив Джонсон.





* * *





* * *





Рёв двигателя автомобиля начал постепенно затихать, такси, в котором мы ехали несколько десятков километров втроём с самого аэропорта, окончательно остановилось. Деньги за проезд отданы, нам вытащили наши вещи, а потом мы покинули авто. Дверь закрыта, из выхлопной трубы повалил густой дым, машина исчезла на горизонте. Я поднял голову – на тёмном небе ярко светили многочисленные звёздочки, слабоватым светом освещая тёмную дорогу. Мы очень удивились тому, что света почти не было, хотя на часах всего одиннадцать вечера. Обычно а это время улицы всё ещё освещены, а тут... Было заметно, что звёзды хоть и были рассыпаны на безоблачном небе в огромном количестве, всё равно от них толку было мало – эта часть улицы совсем не освещалась ни фонарями, ни фарами автомобилей, ничем. Один из нас, тёмноволосый парень по имени Марк с досадой сплюнул. Пришлось нам пробираться к его дому, словно слепые. Проблем добавляет и большая сумка с вещами, которую пришлось нести мне. Марк, конечно, помогал с остальной частью груза, но нести было также тяжело. А Джек отдыхает – идёт себе, звёзды разглядывает, иногда натыкается на фонарные столбы.

Уже ночь! Почему нет света?

– Марк, скоро твой дом появится? – усталым сонным голосом спросил я.

– Ага, почти добрались, – без всякой радости ответил он, переложив сумку в другую руку, – Ещё два поворота...

Я бросил недовольный взгляд в сторону Джека, который шёл в стороне безо всякого груза, после чего демонстративно поставил сумку на асфальт и упёрся спиной в кирпичную стену. Он заметил это и слабым сонным голосом произнёс:

– Чего встал? Неси дальше, неужели устал?

Чтобы ему стало понятнее, я немного отошёл в сторону, чтобы стало видно наш багаж – Марк в это время удивлённо встал в стороне и принялся наблюдать за нами – а после показал рукой на сумку и недовольно зевнул:

– “Неси”, говорю. Непонятно разве? Твоя очередь.

Напарник же мой ударил себе по лицу ладонью, чтобы не уснуть и иронично вздохнул:

– Мы с тобой никогда не дойдём до дома... Старший брат, а ведёшь себя, словно...

– Словно кто? Договаривай уже.

Джек был моим младшим братом. Честно скажу, никому бы не пожелал жить с ним – вечно качает права, спорит... Не человек, а ходячий “высасыватель хорошего настроения”. Но я привык к нему и предпочитаю игнорировать эти выходки, но таких людей ещё стоит поискать.

– Стив, а ты знал, что ты слабак? Вот теперь знаешь.

– Вот как заговорил, – усмехнулся я, – Тогда чего ты эту сумку не несёшь и сам же тратишь наше время, раз такой “силач”?

– Тише-тише! Угомонитесь, – вмешался Марк, – Со стороны кажется, что адекватные люди, а ведёте себя как бараны. Джек, Стив прав – так мы точно до моей квартиры не дойдём, – а после добавил, закатиа глаза:

– И я всё это время ещё с этими дружил...

Я подумал, что спорить дальше бесполезно, поэтому успев отдохнуть за это время, вновь взял сумку за ручки и поплёлся дальше. Джек довольно оскалился, почувствовав победу, поэтому добавил:

– Может, поможешь, нет?

В этот раз он понял меня. Он встав рядом и, взяв вторую ручку сумки, пошёл вперёд – наверно, увидел Марка, который всем видом показывал, что мы просто тратим время на ерунду. Теперь нести эти тяжести стало гораздо легче. Честно скажу, что я грубой силой не очень отличаюсь, в отличии от Джека. Так что, он даже не догадывается, что несёт больше меня. Я даже позволил себе расслабиться, рука совсем затекла тащить эту тяжесть с самого аэродрома.

– Ну что – не слишком тяжело? – с усмешкой спросил я.

В ответ он просто фыркнул. Недоволен чем-то опять...

Мы продолжили идти по узкому тротуару по направлению к дому, в котором жил Марк.

Марк, наш русский друг, пригласил нас к нему в гости, чтобы, как он выразился, “показать страну давним друзьям”. Насчёт этой далёкой северной страны – нам было очень любопытно. Побывав в России несколько лет назад, нам стало настолько интересно, что потратили после поездки много времени, чтобы изучить эту страну. Язык давался гораздо труднее, но Марк нас и на английском прекрасно понимает, потому что, в отличии от нас, не ленивый дурачок, и учил английский у себя на родине с большим успехом, чем мы русский, хоть и с нашей помощью. Учить язык было сложнее, чем я думал. Во время той поездки мы и познакомились с Марком. Хочется сказать, время мы тогда провели на “ура”, поэтому после возвращения на родину, я начал думать о второй поездке. Денег было достаточно, чтобы летать к нашему другу раз в пять года.

Мы свернули на другую улицу. Никого по-прежнему не было – неужели, мы настолько поздно пришли сюда? С небольшим волнением я взглянул на наручные часы, чтобы убедиться, что я не ошибся. Нет, всё так же одиннадцать. Ноги словно онемели от усталости, глаза слипаются. Если уж я так устал, то с Джеком наверняка, ещё хуже. Я взглянул на него – а нет, с ним всё замечательно. Видать, не спроста – мои усталые руки тому подтверждение.

– Сколько времени?

Я молча показал ему время на моих часах, после чего мы прошли ещё немного и повернули на следующую улицу. Было по-прежнему тихо и темно – мне стало казаться, что мы чего-то не знали об этой стране. Чего-то злого... Либо же мы просто в какой-то дыре, где живут полтора человека, хотя городок не кажется таким уж заброшенным.

– М-марк, почему так темно? Где свет?

Он с усилием натянул на лицо улыбку и произнёс:

– Такое бывает. Просто я привык, не обращай внимание – наверно, ведутся работы. Ненавижу такие дни.

– Странно. Вас не предупреждали заранее?

– Неа. А зачем? – вопросил Марк удивлённо-наигранным голосом, – Мы же, блин, привыкли! Ладно, не хочу больше обсуждать. Идём.

Мы поняли, что всё серьёзно.

Наконец-то вдалеке показался свет от фонаря. На душе сразу полегчало – хоть где-то есть свет, осталось лишь добраться до него. Пока что на всю округу это – единственный источник света. Наверно, мы начали входить в сам город, а там были только окраины... Марк тоже молчит – наверно, сейчас не такой разговорчивый, как тогда,тв Интернете, как пару лет назад. Когда сказал при родителях, что я курю.

Меня передёрнуло – даже вспоминать не хочу.

Мы ускорили шаг.

Мы быстрым шагом доковыляли до самого фонаря, который находился рядом со входом в подъезд. На доме виднелся номер “14”, а рядом – вывеска: “улица Красная” – кажется, мы в нужном месте, осталось только дойти до нужного подъезда.

– Я в той стороне живу, – напомнил нам Марк, после чего присел на лавку рядом с подъездом и поставил вещи рядом.

– А я не удивлён, – присел Джек, – Кто бы мог подумать, что именно там..

Однако Марк сыграл умнее – проигнорировал заносчивого приятеля.

– Стив, как там у вас вообще в этой Англии?

– Да как-то... Нормально всё. Не то, что у вас тут – света ночью не видно.

Джек в это время довольно “растёкся” по лавке.

– Что? Думаешь я сам виноват?! Ну, знаете... – Марк вспылил. Я поспешил остановить его порыв.

– Не-не-не, тише ты... Жаловались хоть?

– Да да, и не раз. Я говорил уже, что, возможно, идёт ремонт кабелей. Можешь не спрашивать насчёт ночного движения по дорогам – они тоже приспособились.

Я удивлённо посмотрел вокруг себя.

– Мда... Не такой мы представляли Россию...

– Говорят, в столице у вас хорошо, – в разговор вступил Джек, – Правда, дорого...

– Ох, не напоминай... Сам не видишь – в дырке чёрной живём, тут не работают законы мироздания.

Мы прыснули со смеху. После, лицо Марка сменилось на серьёзное,

– И ни фига не смешно – вам бы так пожить...

– Ладно, извини.

Я посмотрел в даль, в ночную пустоту и ответил:

– Давайте пойдём уже – чего сидеть.., – я зевнул, глаза снова начали слипаться.

– Ты чего – не спал? Мы-то ещё понятно, а тебе нас надо было встречать.., – резонно заметил Джек, потому что мы действительно мало спим, – Ты прям себя при первой встрече повторяешь!

– Я спал, не ври тут мне! Может, не очень много, но... Не кричи!.. – ответил Марк, – Ты тоже иногда бесишь вот так.

– А я, вот... – мы поднялись с лавочки и пошли к тротуару, – Выспался отлично просто... Если ты уснёшь на дороге где-нибудь, то я не стану тебя будить.

– Ладно тебе, не уснёт он. Обычно это ты спишь до пол-одиннадцатого, – вмешался я, – Так что всё, хватит. Иди вон туда и не умничай, – кинул я ему рукой.

Марк на наш спор просто промолчал – видать, ещё через Интернет натерпелся.

Мы отдохнули и направились вперёд. Сумку опять пришлось нести мне, потому что Джек специально, видимо, отказался брать вещи.

Эта улица уже была хорошо освещена, в отличии от того, где мы недавно топали. Наверно, в этом городке сильно экономят на электричестве, иначе бы позаботились об освещении. Людей не было, но мимо меня пронеслась одинокая машина, которая также неожиданно исчезла в темноте. Значит, ещё не все тут вымерли.

Меня больше беспокоит не то, что тут нет прохожих, а встреча с какими-нибудь преступниками. Джека, естественно, это нисколько не пугает. На этот вопрос у него есть универсальный ответ: “А нахрен мы им нужны?”. Хороший вопрос, не спорю, но я бы на его месте так не относился к собственной безопасности. Надо проявлять осторожность – это то золотое правило, которому я его учил всегда. Не нужно никуда бросаться, не подумав, не стоит рисковать своей жизнью, если цель не оправдана – это моё вечное правило. Я думаю, что благодаря ему я ни во что не вляпался. Обидно осознавать, что твоему близкому человеку по небу на всякие подобные правила.

Вскоре Марк, что шёл перед нами, остановился около дома с номером “25”. Дальше последовала долгая пауза, во время которой наш русский друг не мог достать из джинсов ключи, после чего дверь открылась, последовали домофонные гудки.

– Держу, заходите.

Дверь закрылась за нами, мы вошли в подъезд. Зелёные стены с потрескавшейся штукатуркой, изрисованные баллончиками с краской и исписанные маркерами, в помещении стоял запах плесени. Обычно, это не то, что я представляю под словом “Россия”. Марк напомнил где мы находимся, так что тут нечему удивляться. Мы вошли в помещение для лифта.

– Зачем нам лифт? – спросил Джек, когда мы подошли ко входу в кабинку.

– Ну ладно, поднимайся пешком. На одиннадцатый-то этаж, – ответил Марк и нажал кнопку.

– У меня есть джет-пак.

– Ну-ну.

Но когда двери начали смыкаться, он забежал к нам в кабинку. Марк нажал кнопку с цифрой “11”, и кабинка начала очень быстро подниматься.

Прозвучал предупредительный сигнал, на табло висело число “11 – двери начали раздвигаться. Под приветственную фразу Марка “мы уже пришли”, мы по очереди вышли из лифта. Джек выходил последним. Я обернулся на звук закрывшейся двери и прыснул со смеху, когда увидел, как тот вздрогнул от слишком резкого закрытия дверей, которые его едва не прищемили.

– Тише вы, люди спят, – сердито заметил Марк и воткнул ключи в замочную скважину. После двух поворотов он отворил квартиру и мы вошли внутрь.

– Брр... Даже в подъезде холодно, – поморщился я, сняв куртку.

– Не, это не самые лютые морозы. Я слышал, что тут бывает настолько холодно, что.., – поддержал разговор Джек и изобразил руками странный неровный круг.

Марк только молча кивнул.

Мы прошли в гостиную. Оказалось, квартира Марка была очень маленькой и компактной, но вечером, при слабом свете настенной лампы, становилось очень уютно. Марк включил свет и разрешил нам присесть на диван.

– Ну, что делать будем? – с интересом спросил Джек, уютно устроившись в рядом стоящем кресле. Марк в это время вместо ответа зачем-то спешно вышел из комнаты. Мне это показалось подозрительным, но я решил промолчать.

Не прошло и полминуты, как хозяин квартиры вернулся. Вид у него был очень взволнованным, наспех одетая серая майка без рисунка висела на его теле, как мятое бельё. Он держал в руке какой-то странный предмет, похожий на небольшой обруч с зубьями на внешней стороне. В центре находился странный красиво вырезанный глаз, соединённый с кругом аналогом спиц от велосипеда. Всё это великолепие было ярко-голубого цвета и слабовато мерцало. Вещица заинтересовала нас, а меня больше остальных.

– Что это за штуковина? В каком китайском Интернет-магазине ты откопал это? – спросил Джек, подойдя вместе с Марком к дивану. Он попытался дотронуться до обруча, но Марк резко отстранил его.

– Осторожнее! Я сам хрен знает, что это, – зашипел Марк, – Нашёл в заброшенном доме в лесу неподалёку, неделю назад. Лежало на полу, аккурат в центре какой-то пентаграммы. Решил подобрать и показать вам – очень странная вещь.И нигде я не покупал это!

– Погоди... А ты, это... – начал я, но Джек перебил меня:

– Узнал, что это такое?

Марк аккуратно положил обруч с глазом на диван зрачком вверх.

– Я надеялся, что вы поможете мне разобраться, – загадочно продолжил Марк, – Я запланировал пойти завтра утром к этому дому. Может...

– Марк, а если это просто сувенир? – спросил я с недопониманием, – Ну, семейные реликвии, все дела... Если дом сгорел, то... Короче, бесполезно всё это. Зачем тратить время на ерунду?

– Стив, я тоже так подумал, но странно как-то – одинокий дом посреди леса, – заметил Марк, – Тут что-то не так. Тем более такие ценности – огромная редкость. Мы можем узнать, кому этот странный обруч принадлежал. Неужели не хотите?

– Ну, Стиву никогда ничего не хочется, – угрюмо заметил Джек, – Он побоится идти туда. Он – спокойный тип.

Я ещё раз взглянул на артефакт и с разрешения потрогал его. Синее стекло, либо хрусталь. Я с удручающим лицом подумал, что они, конечно, вдвоём пойдут в этот лес, а мне просто придётся пойти за ними – не слоняться же мне одному по этому городу. Пришлось согласиться – с такими бесполезно спорить.

– Отлично. Отправимся завтра в полвосьмого часов, устроит?

Предвкушая слонение по лесу и поиск никому не нужной заброшки, я через силу улыбнулся и кивнул, после чего спросил насчёт места ночёвки. Уходя в другую комнату спать, я уловил шёпот Джека:

– Он опять чем-то недоволен. Скажи же, что приятель так себе?

– Ладно тебе... Что он тебе сделал?

Восприняв слова брата, как рофл, я со спокойной душой отправился спать.

====== Глава 2: Рисунок на Полу. ======

Рассказчик – Стив.

Разбудил меня скрип двери в отведённую мне комнату. Я вскочил – всего шесть часов утра! Меня накрыла злоба, кто бы сюда не вошёл, он точно зря это делал. Я посмотрел в дверной проём – ко мне вошёл Джек. Судя по его лицу, у него было замечательное настроение, хотя по его вялой походке и зевоте через слово я понял, что он притворяется.

– Сударь, вы проснулись?

Хотелось бы сейчас этого “сударя” послать куда подальше, но я с трудом даже поднялся с кровати.

– Да пошёл ты, Джек... Спать мешаешь!

– Да? А ты разве не знаешь, что нам уже скоро уходить в лес? – Джек самым наглым способом подбежал ко мне и сел рядом на кровать, – Ну же!

– Чего “ну же”? Да-да, уже встаю, – недовольно пробурчал я, натягивая на ноги джинсы и одевая зелёную майку бирюзового оттенка.

Спешно заправив постель, мы вышли в гостиную. Оказалось, Марк вскочил ещё раньше, потому что выглядел бодрее нас всех. Он уже лежал на диване полностью одетый и с необходимыми вещами рядом. Увидев нас, он что-то сказал про нашу медлительность в недовольном тоне, но мы проигнорировали его ругательства.

– Сегодня утром морозно, так что надо куртки взять, – сказал Марк, когда мы пришли в прихожую.

Я спешно стянул с вешалки свою лёгкую ветровку тёмно-зелёного цвета , которая отлично подходила для прогулок осенью. Джек издевательским тоном заявил, что я напоминаю Халка, что я тоже молча проигнорировал – я уже привык, что он часто обсмеивает мою, почти фанатичную любовь к зелёному цвету, но я настолько привык к этому, что просто пропускаю это мимо ушей, иногда шутя по этому поводу вместе с ним. Мы оделись и вышли из квартиры.

– Так, в какой стороне этот лес твой? – спросил Джек, когда дверь нашего подъезда закрылась. Марк ответил, что он недалеко. Видимо, сразу он решил не раскрывать цель нашего путешествия, что меня, к слову, смутило; потом он заявил, чтобы мы следовали за ним. После чего намылился в сторону, откуда вчера приехали. Спустя несколько минут он обернулся и прокричал:

– Ну вы идёте или нет?! – Марк побежал обратно к нам.

– Скажи сначала, куда ты нас ведёшь? – произнёс я.

– Да в лес, что непонятного?! Он в той стороне, – разозлился Марк и показал рукой в ту сторону. По его голосу было видно, что он не в настроении от нас, – Чего такие тормознутые? Это не троллинг?

– Ладно, просто сразу нельзя сказать, что в той стороне? Ты, вот, знал, что ты придурок? – добавил Джек и ухмыльнулся. Марк сдержал свой порыв и, молча взяв нас за руки, потащил в ту сторону. Вскоре мы повиновались и просто шли втроём... непонятно куда. Марк очень странный тип...

Улицы города были такими же пустыми, автомобили также почти не ездили, но при этом было довольно светло. Солнце было скрыто за густыми серыми облаками, в лицо дул слабый холодный ветерок, на земле валялись редкие листья, а рядом с домами росли обнажённые деревья с редкими листочками, которые изредка срывались ветерком и медленно и слабо парили над землёй, пока не находили поверхность. Окраина города выглядела какой-то пустоватой, что нагоняло мрачные мысли. Ночью городок хоть немного казался живым из-за этих фонарей, но теперь он словно окончательно вымер.

И как Марк тут вообще живёт? Я спросил его об этом, он сказал голосом флегматика, которого всё задолбало вокруг, что просто рано ещё. “Часов в восемь, говорит, уже активно начинается движение”.

Пешеходный переход остался позади. Впереди показалась окраина города. Мы шли туда вдоль шоссе, по которому добрались к Марку с аэродрома. Но даже по нему автомобили проезжали не более, чем раз в десять минут. Это очень странное место, наверно, ещё та дырень из которой все сбегают при первой же необходимости.

Пройдя ещё несколько десятков метров, Марк указал пальцем на небольшую чащу, располагавшуюся около дороги.

– Вон там я часто бывал последние несколько недель. Хороший лесок, – произнёс Марк с некоторой грустью в голосе. Меня это насторожило:

– Марк? Что с тобой? – осторожно спросил я.

– Да ничего, личное, – уклончиво ответил Марк и быстрым шагом зашагал к чаще. Я просто пожал плечами и побежал по пустому полю с высохшими травами догонять нашего друга, следом помчался и Джек, расчищая руками дорогу.

– Подожди, Марк! – крикнул я. Марк, идущий впереди меня, остановился и оглянулся. Я поспешил к нему и вскоре наша группа вновь воссоединилась. Запыхавшийся и усталый Джек прибежал последним и с ходу налетел на Марка.

– Какого ты убежал?! Куда там тебя черти понесли, придурок?!

– Это.., забудьте. Как-нибудь потом расскажу, – извиняющимся тоном ответил Марк, – Пошлите, мы в паре метров от леса.

Мы и не заметили, как, пробежав сквозь высохшее поле из колючих сухих палок вместо травы, уже прибежали на место. Если смотреть со стороны дороги, то до чащи было намного больше, чем пробежали мы.

– А ты чего, измерял? – насмешливо добавил Джек, собираясь идти.

В общем, мы торопливо вошли в лес.



Втроём шагая по лесной чаще, мы не останавливаясь шли к тому непонятному заброшенному зданию... А может к каменным руинам, заброшенному складу с ядерным оружием – секретность Марка меня начинала выбешивать.

– Марк, ты знаешь, что это будет за место. Умоляю, скажи уже наконец! – взмолился я, – Ведёшь, тут, нас не пойми куда...

– Так я говорил уже – заброшенный дом. Руины деревянные, фактически, – ответил Марк и с недоумением посмотрел на меня.

– Скоро хоть?

Марк уклончиво сказал, что “через пару минут будем на месте”. Идти по неизвестному лесу, хоть и маленькому – не самое приятное занятие. Вокруг нас росли редкими группами деревья, под ногами валялись сухие ветки; казалось, что так он должен просматриваться насквозь, но вокруг ничего, хотя бы издалека напоминающего гнилое деревянное пепелище, пропитанное дождевой водой, не было, хотя лесок казался очень маленьким. Когда Джек тоже не выдержал, я почувствовал внутреннее облегчение.

– Марк, ну и где? Какой-то ты мутный тип...

– Сам ты мутный. Я думаю.., – тихо произнёс он в ответ, сжимая в руках обруч с глазом.

– О чём?

– О том, насколько вы тупые! Я пытаюсь понять, что это такое, – грубо прикрикнул Марк, – Уж очень загадочная хреновина, а вы мешаете. Скоро придём...

– Извини его, – вступил я в диалог, – Просто нам не по себе от всех этих секретов. Ты правда темнишь что-то, без обид. Говори всегда нормально, ладно?

Марк в ответ лишь тихо фыркнул. Мы продолжили идти за ним по пятам.

Через несколько минут он неожиданно остановился, как вкопанный и притормозил нас рукой. “Стоп... Мы, кажется, пришли. Идите за мной.” Пройдя ещё немного, мы наткнулись на маленькую ветхую избушку, одиноко торчавшую из земли, словно высохший сорняк. Двери не было, в треугольной крыше зияли огромные дыры, как пробоины от выстрелов из пушек, стёкла были выбиты, а изнутри недоверчиво пахло гнилью и мусором. Идти туда, ко всему этому мусору мы совсем не хотели.

– Это и есть твоя заброшка? – Джек подошёл поближе и осмотрел любопытным взглядом прихожую и заглянул в окна, – Чего ты там забыл?

– Лучше скажи, как это оказалось посреди леса? – спросил я у Марка.

– Понятия не имею. Сам случайно нашёл, – он лишь пожал плечами и направился ко входу. Я невольно двинулся за ним.

Руками Джека были отодвинуты преграждающие вход доски, мы вошли вслед за Марком внутрь. Запах тухлятины и помоев ударил в лицо, пришлось зажать нос. Мы начали аккуратно продвигаться через горы мусора.

– Чёрт, кто его сюда вообще сваливает?.. – выругался Джек, который чуть не споткнулся через выпирающую доску.

– Не знаю. Может, от хозяев, – предположил я, – Тут жил кто-нибудь?

– Если бы... Тут уже несколько лет никого нет, – с досадой произнёс Марк, – Хотя стоит поискать какие-нибудь газеты, листы бумаги, рисунки... Так, нам сюда.

Мы прошли в небольшую комнату, которая уже не выглядела настолько покорёженной и заваленной мусором. Наоборот, все кучи аккуратно сложены вдоль стены, а пол был без единой дырки. Перед нами стояла старая пыльная кафедра, а на полу едва различались странные узоры.

– Марк, что это?

– Тут я и нашёл этот амулет, – Марк присел на корточки и голыми руками стёр с пола слой пыли. Полустёртые линии, нацарапанные белым мелом, стали немного лучше видны, – Лежал прямо в центре этой... пентаграммы. Больше я ничего не нашёл. Посмотрите?

Мы тоже присели рядом с этим узором и принялись счищать пыль с него, вскоре мы рассмотрели рисунок полностью. Выглядело это, как небольшой круг в центре, точно такого же размера, как обруч, а в четыре разные стороны отходят отростки в виде лучей.

– Надо порыться в этом доме. Может, найдём какие-нибудь записи, – предложил Джек.

– Джек, если людям, которым было нужно это... непонятно что, то они наверняка обчистили тут всё, чтобы другие не узнали, – ответил я. Марк задумался, Джек обиделся и снова принялся рассматривать рисунок на полу.

– У вас есть мел? – спросил Марк неожиданно. Мы посмотрели на него.

– Хочешь дорисовать? – скептически спросил Джек.

– Может, если закончить рисунок, а после положить в центр это, то что-то произойдёт? – вслух подумал Марк.

– А что может произойти? Это просто рисунок, – усмехнулся я, – Ты разве веришь в мистику?

– Не так сильно, но есть немного, – Марк прошёлся по комнате и облокотился на стену.

Я, решив, что это всё бесполезно, захотел позвать остальных отсюда, но Джек всё-равно решил ещё раз тут всё обыскать. Я же минуту назад говорил, что тут ничего не может быть.

– Марк, а ты точно нашёл эту штукенцию на полу? – недоверчиво спросил я, обернувшись.

– Если честно, то не совсем, – Марк состроил грустное лицо. Мне стало смешно.

– Чего?! – услышал нас Джек, – Короче, выкладывай всё, врунья-кобыла, а то...

– Ладно-ладно, – усмирил его Марк, – Я нашёл этот обруч под досками в углу комнаты. Специально отдирал, а сказал, что на полу, потому что, наверно, забыл. Простите...

– А что ты искал тут, раз пришлось отдирать доски? – мои глаза расширились – сколько подробностей мы открыли.

– Я? Просто ковырялся, искал, так сказать, реквизит для коллекции – иконы там, украшения, кольца.., – начал перечислять Марк с довольным лицом, я поспешил его перебить:

– Чего? Что с тобой не так? Как ты вообще можешь это собирать? – новость меня немного шокировала. Марк очень странный тип...

– Ну, тебе ведь нравится коллекционировать пластиковые крышки от бутылок? – недовольно фыркнул Марк. Джек в это время довольно улыбнулся. Я вспомнил, как в один из летних вечеров мы болтали через Скайп, и Джек, ради шутки, выдал, что я собираю крышки пластиковых бутылок. Помнится, тогда они оба ржали в голос надо мной, да так громко, что распугали воробьёв с ветки соседнего дерева под нашим окном. Мне было неприятно, очень. Я решил забрать свои слова назад, Джек и Марк начали обыскивать комнату. Постояв и побездельничав, я присоединился к ним – всё-равно делать нечего.

– Нет, всё бесполезно, – вскоре плюнул я, а после взглянул на остальных, которые продолжали копаться в пыли, – Не надоело?

Я прекратил поиски и вернулся к изображению. Через несколько минут ко мне подоспели и Джек с Марком, так ничего и не найдя. Вид у них, особенно у Марка, был, мягко говоря, недовольный, чему я внутри себя обрадовался.

– Что, не повезло? – шутливо вопросил я, – Я же говорил, а вы...

– Ладно, твоя взяла, – пробурчал Джек, – И что нам делать с этим? Марк?

Он, тем временем, пристально вглядывался в обруч, будто стараясь что-то прочитать. Немного повертев его в руках, он не сдержался и со словами: “Бесполезно!” резко кинул артефакт на пол. Он со звоном стекла упал на узор и... Засветился!

– Марк? Что происходит? – от неожиданности мы отскочили в сторону.

– Я... Я просто выбросил его, а он.., – Марк удивился не меньше нашего.

– Почему он светится? – спросил я. Все успокоились и вернулись к обручу. Скажу сразу, что явление было очень впечатляющим. Такой мягкий, уютный свет, посреди старого загнивающего дома – что-то милое.

– Красота.., – добавил я.

– Да, а только что говорил, что...

– Джек, тише! – Марк осторожно убрал светяшку с рисунка, и она сразу потухла, – Так...

Марк вновь положил её на прежнее место, но теперь уже слегка подвинул поближе к центральному кругу. Свет стал немного ярче.

– Так, дальше.., – завороженно проговорил Джек, и наш исследователь подвинул обруч ещё ближе. К яркому синему свету добавились странные блики на стенах, словно солнечные зайчики. Ещё ближе, и вокруг нас возникли непонятные прозрачные пятна голубого цвета, летающие вокруг нас. Сама комната уже полностью окрасилась в яркий небесный цвет. Мы заворожённо оглядели помещение, издав длинное “Красота...”.

Но тут Марк поместил обруч в самый центр узора, сопоставив линии в кругу со “спицами” в обруче.

Тут началось что-то совсем непонятное! Мы ожидали чего угодно, но только не этого...

Обруч неожиданно засверкал настолько сильно, что это свечение, наверняка, уже видели все вокруг, а после сам собой встал на бок, молниеносно провертелся, словно сумасшедшая юла вокруг своей оси, синие лучи от него бегали по стенам комнаты, словно космический пульсар он с каждой секундой набирал обороты, лучи вращались ещё быстрее, мы зажмурились, чтобы не ослепнуть от этого, сквозь поднявшийся шум ветра под обручем Джек кричал: “Что Происходит?!! Марк, Стив?!”, Марк кричал, чтобы кто-нибудь сбил его с рисунка, но никто не мог даже пошевелиться – все испуганно замерли и не могли даже убежать! Я рискнул приоткрыть глаза и увидел, как обруч взлетел до потолка, он прекратил вертеться, как сумасшедший, но всё ещё продолжал вращаться вокруг своей оси, и испускать синие лучи. Неожиданно он резко остановился, его недавно каменный глаз зашевелился, его чёрный зрачок начал двигаться, а вскоре он уставился на нас. Мы смогли открыть глаза. Никто не мог объяснить того, что творилось сейчас, никто из нас не рискнул подойти ближе к этой штуковине. Только я решил сказать первое слово, как раздался звонкий металлический женский голос:

“Анализация. Сканирование на наличие опасных объектов. Сканирование завершено. Найдены инородные существа. Хранитель отсутствует. Адаму – Великому Дракону отправлен сигнал бедствия. Пришёл ответ: “Просканировать пришельцев на наличие данных навыков. Вывод: Адам разрешает вам воспользоваться Перемещением.”

Неожиданно рядом с обручем возник голубой прямоугольник, который добавил света в эту, и так уже светлую комнату. Мы не двинулись с места. Прошло несколько минут, после которых я неожиданно рванул к выходу от греха подальше, но на двери появились странные синие светящиеся нити, которые не дали открыть дверь. Я бил, колотил ей, пинал ногами, тянул на себя. но всё тщетно. Мне стало дурно.

– ЧТО ПРОИСХОДИТ?! – проорал я, не понимая ничего вокруг.

“Технология Адама – Великого Дракона блокирует попытки новичка к побегу, ввиду того, что он узнал много информации. Мы сможете выйти, если поклянётесь в молчании Ордену Великих Драконов, воспоминание об этом месте будет стёрто при покидании этого места.”

Я постарался успокоиться. В это время прямо в воздухе перед непонятной структурой возникли некие синие полупрозрачные таблички. Обруч молчал.

– Давайте подойдём поближе, – шепнул на ушко мне Джек. Я кивнул и с трудом заставил себя сделать шаги к этой штуковине. Мы осторожно подошли к обручу и прочитали надпись чёрными печатными буквами на летающих табличках. На первой было написано: “Больше информации”, а на другой: “Покинуть помещение”. Эх, сколько же я бы отдал за то, чтобы выбрать второе, но те двое успели быстрее нажать ладонью на первую. Обруч продолжил говорить:

“Вы выбрали пункт: “Больше информации”. Загрузка необходимых данных... Загрузка завершена. Технология Адама – Великого Дракона позволяет пользователю ознакомиться с материалами путешественника по маршруту: Земля – Майнария. Вы имеете дело с уникальной магической технологией, которая была создана, как один из способов связи между обоими мирами. Цели создания портала зашифрованы для обычных пользователей. Количество порталов зашифровано для обычных пользователей. Хранитель: Андрей Некогов. Сейчас – отсутствует на своём месте. Последний раз был на месте несколько лет назад.”

– Что такое “Майнария”? – вопросил Джек.

“Майнария – одно из бесконечного количества миров, который связан с текущим миром “Земля”...”

Пока я слушал эти слова, я не мог представить, что всё это происходит наяву. Всё это казалось таким ненастоящим, неестественным, несуществующим, говорящий обруч, казалось, нёс полный бред, но в каком ли бреду я, если вижу говорящие обручи?! Я так задумался над этим, что пропустил всё сказанное обручем мимо ушей.

– Что? Что оно сказало? – очнулся я.

– Оно сказало, чтобы мы направлялись туда, – шепнул Джек, – А ещё, что там “разнообразный ландшафт” и “стабильный климат”. Блин, это всё так странно...

– Не то слово.., – согласился я. Тем временем Марк потихоньку приближался к этой, на вид жидкой, прямоугольной голубой субстанции. Я заметил это и бросился к Марку со словами:

– Стой! Это может быть опасно! – мы с Джеком остановили Марка.

– Знаю, просто любопытно, – произнёс Марк таким тоном, будто погрузился в мысли с головой, – Это всё так необычно...

В это время мы услышали металлический голос обруча с глазом, который стал каким-то грозным:

“Время ожидания истекло. Время ожидания истекло. Автоматически выбрана команда: “Принудительное перемещение”. Адам – Великий Дракон желает видеть вас. Он приказал вам добираться и искать его самим. Активация протокола... Выполнение соответствующих задач...

Неожиданно под нашими ногами снова поднялся ветер, мы замерли на месте:

– Джек, что происходит?! Что от нас надо обручу?! – крикнул я.

– Неважно! Бежим отсюда! – крикнул Марк и первым бросился к входной двери. Мы кинулись за ним.

Синие нити на ней засветились сильнее, но мы не следили за этим. Мы были в эту дверь, мы колотили её втроём, наваливались на неё, пытались выломать, но нити, опутавшие всю комнату, сопротивлялись этому. Мы принялись пинать эту несчастную дверь, и она почти открывалась, но тут же придерживалась этими нитями и возвращалась на место.

– Все в окно! – отчаянно крикнул Марк, ветер усиливался в комнате. Мы кинулись к окну и начали вылезать на поверхность, но тут неведомая сила начала нас тянуть назад.

– Помогите!! Пожалуйста!! – заорал Марк и, не удержавшись руками за рамы, мы полетели на пол. Всеми силами мы держались за доски, буквально рвали на руках свои ногти, дабы удержаться, отталкивались от пола ногами, но этих сил не хватало. Сила продолжала засасывать нас в эту непонятную массу синего цвета, наши силы угасали, мы не могли больше сопротивляться обручу. Руки отцеплялись от пола с такой лёгкостью, а после мы проскальзывали по доскам, как по катку. Я запаниковал, я кричал, пытался преодолеть эту непонятную силу, но я понимал, что уже не смогу сбежать...



Моя рука скрылась в голубой сверкающей массе. Обруч погас, глаз вновь стал монолитным, вращение застыло, обруч со звоном упал на доски в стороне от центра рисунка на полу. Портал исчез, синие нити тоже, дом опустел, его комнаты вновь погрузились в полумрак. Всё осталось на своих местах – мусор в углу комнаты, рисунок, обруч, но не стало нас в этой комнате. Мы против воли попали не пойми куда, откуда как-то будем выбираться... Я не хотел этого, я желал спокойных выходных у друга, путешествия, отдыха. Эх, если бы мы знали, что тут скрывается...

Ну, Джек... Зачем ты так гнёшь свою линию? Кто тебя просил, а?..

====== Глава 3: Тёмный Секрет. ======



Сознание на месте, ноги не подкашивает, так, вроде живой...

Успокоив себя, я привстал с земли и осмотрелся по сторонам. Я не совсем понимаю, что случилось с нами в том доме, но ясно пока что только, что мы совсем не там, где были. Я попытался вспомнить тот случай, в голову сразу же ударила огромная куча странных знаний. Какой-то Адам, драконы... Чёрт, столько всего, столько новой информации... А! Я не могу, надо всё осмыслить. Срочно. Но едва я начал думать над этим, я вспомнил про остальных. Мгновенная паника захлестнула меня, но как только я увидел Джека и Марка в целостности, я успокоился.

– Давайте помогу, – я подбежал к ним и помог подняться с земли. Джек первее пришёл в себя:

– Это что сейчас было?! Куда мы попали?! – чуть ли не крикнул он, но я поспешил его заткнуть. Я не стал отвечать и решил изучить это место получше.

Мы находились на странной овальной поляне посреди, что не очень хорошо, какого-то леса. Над нами в небе я увидел несколько звёзд, но луны не было. “Видимо, новолуние...” – решил я. На поляне слишком тихо, ветерок дует, правда, слабый, но тишину он особо не нарушал. Это меня удивило. Хоть я не имел понятия что это, но ничего тут не пугало. Наверно, я выглядел слишком спокойным, потому что Джека это начинало пугать.

– Какого хера ты такой спокойный?! Нас только что чуть не раздавило какой-то херовиной, а тебе норм?!

– Джек, тише ты. Я сам без понятия, успокойся, – произнёс я, – Тут какой-то лес, что не так?

– А то, – уже более спокойно сказал Джек, – Что это не тот лес. Мы не пойми где, тут может быть опасно, а ты такой спокойный, замечательно!

– Давайте сначала всё обсудим, – произнёс Марк, – Идите сюда ко мне оба.

Мы повиновались и сели с Марком в круг.Мы начали обсуждать все детали того случая в хижине, каждый нёс свой бред, я не исключение, но по делу мало кто говорил. Джек, как обычно, паниковал и удивлялся нашему спокойствию, а Марк его успокаивал, упрашивая нас “помочь разобраться”. Я просто смеялся про себя над ними.

В конце концов Марк плюнул и отстал от нас.

Я тоже поднялся с земли и отошёл в сторону, но вскоре я заметил, что рядом с нами на земле лежал этот голубой обруч, только уже без глаза. Я с широкими от удивления глазами поднял его с земли и поспешил сказать остальным о нём.

– Ребят, этот говорящий круг, он тоже тут. Что делать с ним?

Джек вместе с Марком бросились ко мне. Удивлению их, по-видимому, не было предела.

– Хорошо, мы можем начертить тот узор заново и спросить эту штуковину про путь домой? – сказал Марк и взял обруч в руки. Я кивнул и хотел сказать, что можно попробовать, но Марк продолжил, – Только мела-то у нас нет.

– Давай искать, – резко сказал я и первым начал поиски, но спустя пять минут произнёс:

– А вы искать будете или я один тут домой хочу?

Мы перерыли всю поляну, но мела нигде не было. Отчаявшись, мы вернулись к центру равнинки.

– Нет тут ничего. Тем более, нужна ровная поверхность, а не этот кусок грязи, – с досадой произнёс я, но Джек перебил меня первой своей спокойной фразой.

– И всё же тут красиво. Посмотрите наверх, – сладким голосом сказал он, с наслаждением наблюдая за звёздами. Я подсел к нему и спросил:

– Ну что, успокоился? И да: такие же звёзды есть и дома. Чего тут красивого?

– Да ну тебя, – в его голосе не чувствовалось недовольства, – Я отдыхаю от “стресса”.

Я пожелал ему “удачи в отдыхе”. После увидел, как Марк подошёл к краю поляны и осмотрел заросли. Он сказал, что поищет выход и обойдёт всю поляну вокруг. Я остался на месте и начал наблюдать за ним. “Пусть поищет, если хочет, но мы в это время отдохнём.” – решил я и даже прилёг на землю для удобства. Через пару минут он прошёл этот круг и по пути наткнулся на еле заметную тропинку, ведущую в лесную пустоту.

– Ребят, я нашёл тропинку!

Мы с Джеком лениво поплелись к нему. Тропь была очень узкой, и мы бы пошли по ней, если бы это не было бы опасно. Я предупредил, что поход в лес может заплутать нас, но сидеть на одном месте без дела тоже не вариант, поэтому я пошёл с ними.

Маленькая узкая тропинка прервалась около другой поляны, на которой уже росли ветвистые могучие деревья, было видно, что они растут тут не первое столетие. Около них мы и решили сделать короткий привал, потому что ещё мы попали в своеобразный “тупик” – дорог было много, а идти было лень.

– Ну и что мы тут забыли? – с иронией спросил Джек, – Тут нечего делать.

Я лишь посоветовал Джеку не ныть, а сам решил обследовать новое место. Вечно он волнуется на новом месте – помнится, мы переезжали на новую квартиру, так вот: он, словно во время приступа клаустрофобии бешено ходил по квартире и старательно её изучал – говорил, что это снимает стресс. А сейчас этому лентяю даже булки свои поднять не хочет, но при этом успевает всем настроение портить, особенно мне. Сейчас, я надеюсь, он вырос и теперь реже ведёт себя, как полный идиот, но осадок остался.

Боюсь представить, что начнётся, если он будет пить... Это же “прощай-Земля-навеки” будет!

Осматривая полупустую поляну и ругая про себя Джека, я начал вглядываться в заросли, надеясь отыскать лазейки для продолжения пути и “заячьи тропы”, как вдруг заметил вдалеке фигуру, по очертаниям напоминающую человека с ружьём в руках. Я от удивления принялся его рассматривать – мне надо было убедиться, что он не видит нас – оказалось, что он смотрит в другую сторону и, если мне не изменяют глаза, чего-то прикуривает. Я бросился к нашему “лагерю” и доложил об этом остальным.

– Человек с ружьём? – переспросил Марк, – Он точно не собирается сюда?

– Надо сваливать отсюда, – поддержал я Марка, как вдруг Джек пошёл нам наперекор:

– Он, возможно, поможет нам. Может, пойдём к нему?

После того, что он выдал, я чуть не упал на землю.

– А если он пристрелит нас к чертям собачьим? Что ты сморозил?

– Не знаю, нас же трое, а он один.., – будто долго вспоминал, а сейчас вспомнил сообщил Джек, – Мы можем попросить помощи у него, он не станет стрелять – по крайней мере, я так думаю.

– Вот это меня и пугает, – мрачно пробормотал я, – Так что будем делать?

– Можно попробовать договориться, как предложил Джек, но осторожно, показать всем видом, что мы безоружны, – начал Марк, а у меня закипело где-то в пятой точке от таких “решений”, – Там, куртки расстегнуть, всё... Даже если он не знает нашего языка, то он поймёт нас.

– А ты-то откуда знаешь?

– Ну, интуиция.

– Ясно, – ещё мрачней начал я подводить итоги, – То есть я снова в меньшинстве, опять-тридцать четыре...

– Вообще-то, двадцать пять, так-то, но пофиг – пошлите, – поманил нас рукой Джек, я лишь недовольно фыркнул, добавив, что если они попадут в неприятности, то я не стану их выручать.

Мы начали приближаться к этому дозорному местных девственных лесов, я шёл позади, чтобы при случае дать дёру первым, Марк шёл первым, разгребая голыми руками на пути вездесущие ветви деревьев. Вскоре мы медленно вышли на поляну, Джек специально потом возвращался за мной в кусты, потому что знал, падла, что я откажусь идти туда. Так и случилось.

Неудивительно, что молодой человек сразу же заметил наше копошение и начал приближаться, взяв нас на прицел. По его глазам было видно, что он совсем не ожидал нашего прихода. Вдруг он принялся со злобным и недовольным видом размахивать руками, что-то кричать нам и целиться из ружья. Джек поспешил спрятаться за меня

Из слов мы ничего не поняли, но было видно, что настроен он, мягко говоря, недружелюбно. Мы в панике живо расстегнули всё, что у нас могло расстёгиваться и выкинули оттуда всё, что у нас было “опасного”, даже пять рублей, которые остались у меня с прошлой недели я умудрился достать из штанов и кинуть в траву.

– Мы безоружны, у нас ничего нет! Мы, это... Нам помощь нужна, – затараторил Джек, отходя на трясущихся ногах назад. Незнакомец осмотрел наши вещи и недопонимающе посмотрел на нас.

– Мы, э... вас не понимать!.. – начал заливать Марк с немецким акцентом, но и это не сработало. В это время охранник не пойми чего начал нас рассматривать внешне.

Стражник неожиданно потрогал наши шмотки и не пойми чему рассмеялся, но мы ничего не поняли и так и простояли с раскрытыми ртами.

Охранник продолжал удивляться. В этот раз “диковинным” показался ему, по-видимому, наш язык. То же самое я бы сказал о его лексиконе, но не мог. Следом он что-то спросил, но вопрос прозвучал также непонятно, хоть и был повторён, но уже по слогам. Инстинктивно я замотал головой: мол, нет ничего у нас и отстаньте от нас... То есть помогите нам срочно!

Незнакомец заметил наш страх. Наверно, по нашим перепуганным и беспомощным видам. Он неожиданно убрал ружьё за спину и жестами показал, что мы теперь в безопасности, после чего поманил рукой в его сторону, намереваясь нас куда-то привести.

Я робко закивал и, не имея выбора, последовал за ним, за мной мелкими шажками поспешили и остальные. Так мы дошли до некого каменного строения, которое без него мы бы и не нашли вовсе. Он открыл дверь, провёл нас тыканиями в спину ружьём к углу этой, достаточно пустой комнаты со столом, одним стулом, несколькими окнами и вешалкой с одеждой, напоминавшей странные лохмотья, а не одежду. После он приоткрыл такой же незаметный люк в полу, идеально сливающийся с полом, а после с долей иронии что-то крикнул в эту дыру. Послышалась недовольная возня где-то внизу, лестница, чуть-чуть торчавшая из погреба зашевелилась. Раздались вперемешку с эхом недовольные возгласы.

Снова не к месту он чему-то усмехнулся – мы продолжили стоять с неуверенным затравленным видом у стенки. Прошло какое-то время, во время которого от волнения я изгрыз все ногти, после чего из подвала к нам вылез ещё один человек, одетый в тёмно-серую одежду и носивший очки. Встретил он нас с удивлённым взглядом и смехом:

– Эндрю, это что ещё за клоуны? Я же тебе говорил, падла ты майнарская, чтобы ты сюда всяких шкур не приглашал! – тон резко сменился на ругательство, человек с очками вылез и чуть ли не с кулаками полез на испуганного и обезоруженного охранника, – Выгони их немедленно!

– Нет-нет-нет! Пожалуйста! – выкрикнул Джек, – Нам помощь нужна, больше не к кому!

Реакция удивила обе стороны. Чувак с очками долго и заворожёно смотрел на нас, а мы, чтобы не пугать – на него. Наконец “гляделки” закончились и к нашему очкарику вернулся дар речи. Но то, что он сказал повергло нас в шок:

– Ч... Чего?! В... Вы кто??!

Ужас был в том, что фраза эта прозвучала на... чистом английском!

– Босс, в чём дело?

– Тише ты, Эндрю. Тут исторический момент, а ты лезешь со всякой ерундой. Ох, если бы ты их пристрелил, то я бы сам тебя повесил, если бы узнал, что ты убил... Участников моего эксперимента с порталом на Землю!

– Чего-чего?! Вот эти клоуны нашли портал? Босс? Вам случаем террорец голову не прострелил?

Странный человек затопал взад-вперёд, нервно постукивал носком ботинка по полу, его руки тряслись от безудержного волнения.

– Да иди ты нахрен со своим сарказмом! Надо изучить их получше, они, возможно, наш единственный шанс сбежать отсюда!

Он что-то бормотал про себя, а после обратился к нам снова по-английски:

– Так, давайте по порядку, – начал он, усаживаясь за стол. Мы сели за остальные его стороны, – Меня зовут Роберт. Теперь у меня есть к вам несколько вопросов. Отвечайте честно, от этого зависит ваша судьба, а, может, и жизнь.

– Л... Ладно, мистер Роберт, – согласились мы.

– Итак, первое – откуда вы?

Я думал, что первым он спросит про имя, но пришлось сказать, что из России. Всё-таки он многообещающий этот Роберт.

– Из России?.. Хорошо, теперь второе: вы находили где-нибудь поблизости странные заброшенные места? Может, там была охрана, нет?

– Была одна, там ещё было вот это, – Марк достал обруч и положил рядом с Робертом в центр стола.

– Так-так-так... Оно говорило?

Мы кивнули, добавив, что эта поехавшая хренотень нас чуть не убила и твердила про какие-то порталы, драконы, про некого Адама – Великого Дракона и так далее. Роберт слушал нас с неприкрытым удивлением.

– Хорошо, а теперь скажите мне ваши настоящие имена – не прозвища, не клички, не шифры, не коды от сейфов, а имена.

Мы представились ничего не утаивая от него.

– А теперь я объясню вам, что тут творится за чертовщина. Пройдёмте в подвал, там нас никто не услышит. Вы, Эндрю, тоже пройдите – это и вас касается.

По дороге мы узнали имя этого охранника, который открыл нам люк в полу. Мы полезли вниз, аккуратно держась за железную холодную лестницу руками.

Предстояла огромная сортировка знаний...



– Если кратко, то вы в другом мире. Отличий, конечно, не так много, но это факт. То, что произошло с вами можно назвать “Проникновением в сеть червоточин незнакомого вам Адама.” Потом объясню и то, кто он такой.

Слышать весь этот кошмар было настолько трудно, что я подмывал пару раз спросить про его псих-больницу, из которой он сбежал, но усилием воли сдержался. Его слова звучали безумно, но нам надо было знать всё про это.

– Хотите чаю? Лассанский, целебный, не?

Мы вежливо отказались, а Роберт продолжил:

– Этот, так называемый “Хрустальный Штурвал” может открывать в специальных зонах “кротовые норы” или типа того. Дыры в пространстве, специально проделанные древними драконами для связи миров...

– Погоди-ка, а кто такие драконы? – я уже представлял их, как разумных рептилий с крыльями из каких-нибудь фэнтези-фильмов, но Роб сказал, что он человек, обладающий “невероятными магическими способностями”. Слушая его я начал потихоньку зевать.

– А этот Адам что – умеет путешествовать между мирами? – поинтересовался Марк, – Может, если мы его найдём, то он вернёт нас домой?..

– Вполне вероятно, что да. Ваш Штурвал разряжен, а для перемещения необходимо очень много энергии. я поселился рядом с одной такой “аномальной зоной” для изучения её особенностей. В моей лаборатории я пытаюсь получить эту энергию, чтобы попытаться вернуться в свой мир без Штурвала, – Роберт постепенно переходил на личную байку из жизни, – Но теперь, когда у нас есть эта вещица, то стоит лишь отыскать Адама, он запитает его и мы вернёмся домой. Вы, наверняка, догадались по языку, что я тоже с Земли, – подмигнул Роберт, – Мы можем работать в команде, вместе.

– Но существуют ли какие-нибудь карты с расположением “зон”? – спросил я, – Если нет, то как ты угадал с порталом?

– Да, есть такая карта, но она тоже работает от энергии. А она у меня закончилась, – Роберт понизил голос, – Давно.

– Хорошо, а можно попробовать, там, найти другой Штурвал, с энергией то есть и использовать на портале? – полюбопытствовал Марк.

– Нет, вряд ли. Эта энергия очень редкая, а чтобы запитать ей карту для поиска зон нужно всё-равно попасть к Адаму. Многие верят, что это всё вымысел, но стоит попытаться. К тому же, не обязательно он захочет помогать нам – может, он пригласил вас сюда?

– Штурвал что-то говорил про Адама, что он желает нас видеть, но желает, чтобы мы сами добрались до него” – сказал Джек, – Странно, но никаких меток, знаков, координат его хором...

– Согласен, всё это с вами очень мутно. Тут что-то посерьёзнее, чем просто “испытание”.., – сказал Роберт так, словно о чём-то крепко задумался, – Я предлагаю остаться вам у меня – надо срочно изучить все детали этого перехода, согласны остаться?

Мы согласились, всё-равно никто больше не смог бы помочь, кроме них.

– Роберт, а Эндрю знает наш язык?

– Не, Стив. Я не обучал его, он понимает только по-майнарски.

– По... Чему? – скривился я.

– Майнария – это название страны, которая находится в этом мире. Нам до неё ещё топать и топать, она отсюда очень далеко. Но там есть один человек, который – один на миллион – знает, где искать Адама. Это мой приёмный отец Вийон. Нам стоит найти его, а он после поможет нам.

– Ясно, Роберт, – согласился я, – Но только одного не пойму. Неужели мы точно в другом мире? Я... Я просто не могу в это поверить! Но... Тут всё такое... Обычное, будто мы просто где-то в европейских лесах.

Роберт ответил, что тоже изначально не мог привыкнуть к этому месту, но потом освоился и даже построил себе дом. Также он что-то сообщил про неких “хранителей”, которые должны охранять в аномальных зонах эти штурвалы. Я уточнил, что у нас никакого хранителя не было. Роберт решил, что он, возможно, погиб или что-то подобное, потому что хранители не имеют право покидать свои места надолго. Они охраняют эти Хрустальные Штурвалы всю оставшуюся жизнь, а после их дети тоже охраняют эту вещицу всю жизнь и так до тех пор, пока есть наследники. Если же их нет, то ловят другого человека и делают его хранителем. Чаще всего насильно, не по своей воле, но были и те, кто добровольно уходил в изгнание, как монахи и стерегли порталы до конца своей жизни. На душе стало жутковато – я бы не за что не согласился стать хранителем, даже под угрозой смерти. Роберт меня успокоил: хранителей много снабжали другие помощники Адама, хранителю отстраивали отдельный дом, снабжали оружием, припасами, хранителей считали героями и их имена сохранялись в архиве Адама. Но тех, кто нарушил обет, ожидал бесконечный шантаж, а под конец и убийство, причём зверское. Отрёкшихся хранителей, продолжал Роберт, считали предателями все – от друзей до родных, за ним вели охоту. Они были как изгнанные за наказание из общества люди, без которого погибали в одиночестве. Просто убийство считалось самым гуманным приговором.

– Роберт, откуда ты это всё знаешь?

– Я изучал легенды и мифы про драконов, – ответил Роберт, – Всё никак не привыкну, что большинство выдумок про драконов – правда. Приукрашенная, но правда

В это время к нам в подвал вбегает испуганный и взволнованный Эндрю, весь в листьях и ветках и с оголенным ножом. Он что-то в панике прокричал, но понял его только Роберт. Тот вдруг побледнел, рванулся с места и на бегу схватил лежащий на столе пистолет.

– Р... Роберт, что происходит?! – испугано спросил Джек.

Он ответил с горечью в голосе:

– Т... Террорцы... Они пришли сюда! Они напали на нас!

====== Глава 4: Гости Терроры. ======

Рассказчик – Стив.

Роберт, держа оружие перед собой, первым вылез из подвала, за ним вылезли и мы. Мы старались лишний раз не шуметь и вести себя как можно осторожнее.

Мы вылезли. Сразу же раздались чьи-то наглые голоса, которые кричали не пойми что. Стрельбы не было, но мы всё-равно были наготове.

– Террорцы желают поговорить, – с досадой произнёс шёпотом Роберт, – Твари, чего им там нужно от нас...

– Кто-кто? – вопросил Джек взволновано.

– Да террорцы – занозы в задницах тех, кто живёт тут, – сплюнул Роберт, – Они, видите ли, провозгласили, что правят этими землями, а значит имеют право тут на всё. Придурки вместе с их бешеным лидером... Республику, видите ли, создали они тут.

Снова кто-то звонко что-то выкрикнул.

– Торопятся, падлы майнарские! Просят побыстрее!

Дверь отворилась и мы вышли на поляну под ночное небо. Перед нами стояли трое человек, вооруженных огнестрельным оружием, увешанный патронными лентами и держащими нас на прицеле своих пулемётов. Одеты они были в чёрное, на лбу имели поднятые тёмные очки, а на плечах что-то типа погон, на которых изображались белые черепа со скрещёнными под ним пистолетами. Один из них, стоящий слева, злобно ухмыльнулся. Центральный же брезгливо взглянул на нас и начал разговор.

– Итак, в этот раз вы чего-то подзадержались, господа! Что на нашей законной территории делают нелегальные каменные дома? Никто из террорцев не давал вам разрешение на строительство. Ай-ай-ай!

– Так, давайте по-хорошему. Ни нам, ни вам проблемы не нужны, верно? – начал Роберт, – Так вот: для чего вы прибыли сюда?

– А язык, часом, не отрезать вам за такую наглость? Не забывайте, кто настоящий хозяин этой земли, – главарь ткнул в Роберта в живот дулом, – Мы устанавливаем тут свои порядки! Лидер недоволен такими вольностями, Эйден приказал нам снести ваш дом. Слово Эйдена – закон, и мы вам советуем подчиниться его приказу! Иначе потом не отделаетесь, мистер Роберт!

– Так, мы можем это уладить без сноса здания? – спросил Роберт, – Может, мы можем перенести его за границу ваших владений?

– Нет, Эйден приказал именно снести! Советуем повиноваться Верховному Лидеру, каждое его слово – закон, – речь главаря отряда усилилась, он начал переходить на угрозы, – Так, вы сейчас немедленно уходите с пути, покидаете мирно этот квартал, а мы вас не пристрелим. В противном случае мы пройдём к дому по вашим изрешетённым трупам.

Роберт замолчал, явно раздумывая над ответом, мы стояли в стороне, ощущая враждебность и раздумывая, как отсюда унести ноги, Эндрю держал на прицеле из ружья левого террорца. Напряжение нарастало...

– Так, время вышло, господа нелегалы. Приготовь!! За Эйдена!

Двое воинов главаря вскинули оружие, мы попятились назад, Роберт...

– Эндрю!

В это время раздался оглушительный выстрел, мы вскочили, началась паника. На земле валялся один из террорцев, убитый выстрелом из ружья.

– Огонь!

Воспользовавшись замешательством со стороны террорцев, мы бросились в дом. Вслед за нами пронеслась очередь из ручного пулемёта, одна пуля выбила стекло из окна, я вскрикнул и дрожащими руками торопливо захлопнул дверь. Эндрю встал у выбитого окна и приставил ружьё. На заряжание, по видимому, нужно время, поэтому Роберт подлетел к соседнему окну и, выбив его ногой, выстрелил из пистолета несколько раз.

– Вам конец, шавки! – заорал главарь этого отряда и, уклонившись от нескольких выстрелов Роберта, спрятался за дерево и вновь полил стены этого дома градом из пуль. Оставался жив ещё и его напарник.

Я смотрел на всё это и не мог просто представить, что это всё происходит вокруг меня. Мечутся и свистят пули, разбитые окна, стрельба, трупы... Всё смешалось перед глазами в одну кашу, я тогда от страха и перевозбуждения чуть не потерял сознание. Я просто не мог смотреть на всё это... Откуда они взялись?! Почему напали именно сегодня, а не вчера?.. Я лёг на пол и прикрыл голову руками, а после отполз от окна. Страх, ужас и паника захватили меня и управляли мной.

Неожиданно напарник главаря отряда одиночным выстрелом попал в амбразуру, где сидел Эндрю и пуля пробила на вылет его правую руку. Через мгновение кровь залила всё, что было ниже, рука стала буквально красной по цвету. Эндрю упал на пол и закрыл рану левой рукой. Он орал от боли и что-то кричал, но я не мог его понять. Тут я вдруг сам бросился к тумбочке и, порывшись, вытащил тряпку и одним прыжком передал её Эндрю, который довольно кивнул мне и прислонил её к ране.

– Эндрю! Чёрт, Эндрю! Нет!!

Увидев эту ужасающую картину, Роберт буквально озверел – выхватил пистолет и несколькими выстрелами поразил второго напарника главаря, который прятался за камнем. Когда его окровавленный труп упал, то он потратил ещё несколько патронов на него, уже мёртвого.

– У... Унесите его скорее в подвал! Не медлите, я вас прикрою! Быстрее! В подвале есть аптечка, вы её найдёте! Давайте!

Мы помогли Эндрю встать, а после мы проводили его в подвал. Он сам прекрасно слез вниз, за ним пошли и мы. Вскоре послышались щелчки – Роберт, наверно, запер дверь. Вскоре он и сам последовал за нами.

– Так-так-так... Потерпи немного, Эндрю, сейчас-сейчас... Так, вот она... Потерпи.

Роберт быстрее нас ветром пронёсся мимо и схватил аптечку, которая висела на стене. После он достал оттуда бинты и обмотал руку Эндрю. Тот стонал от боли, но стойко переносил все процедуры. После этого Роб сказал нам идти к нему.

– Идите сюда все... Тут есть тайный проход, который мы на всякий случай прокопали для быстрого побега! Давайте все...

После чего он голыми руками отодвинул в сторону стоящий тут книжный шкаф, с которого сейчас же попадали книги, после чего мы увидели небольшой глиняный тунель.

– Он ведёт на берег. Ну же, все – ныряйте!

– Подождите, но ведь некому будет закрывать проход, – сказал горестно Марк, – Тут нет никаких ручек. Роб?

В это время Эндрю, покачиваясь, подошёл к Роберту и что-то ему сказал на ухо, а после с отчаянным лицом сел на пустующий стол.

– Эндрю?.. Т... Ты уверен?! Ты же погибнешь, они тебя убьют если найдут люк! – воскликнул Роберт, бросившись к нему.

– Я знаю, что делаю, – коротко сказал Эндрю, – Идите, у меня есть нож – буду защищаться.

– Нет, это какое-то безумие... – как заведённый начал повторять Роб, – Я не могу бросить тебя!..

Эндрю своей целой рукой обнял своего друга и добавил:

– Берите, что нужно и идите. Я не пойду с вами. Ну же!

Роберт последний раз горестно взглянул на улыбку Эндрю, после чего крикнул нам, чтобы мы забрали Штурвал, кое-какое оружие для самозащиты и всё это сложили в походный рюкзак. Рюкзак одел на себя я. Мы попрощались с нашим другом и кинулись в секретный проход.

Он проводил нас слабой улыбкой и решительными глазами, в которых, казалось, горел огонь. Он задвинул шкаф за нами и больше мы его не видели. Мы к тому времени добежали до выхода.



Мы поднялись по земляным аккуратным ступенькам и оказались в небольшой тёмной пещерке. Я не стал говорить Роберту лишний раз под руку про “старание насчёт вырезания ступеней”, но про себя я удивился тому, что он заморачивался вообще над этим. Ну, как говорится, везде должен быть комфорт, даже в глиняной пещерке.

Роберт в это время подбежал к одной из стен и начал вышибать её ногами и руками. Было темно, поэтому мы не сразу поняли его. Начали помогать только после того, как он прикрикнул на нас, пригрозив тем, что мы попадём в плен к террорцам и нас уведут в лагерь к Эйдену.

– А кто такой этот Эйден? – пыхтя над нелёгкой задачей, спросил я, всеми силами сдвигая камень.

– Это лидер террорцев. Ещё та трусливая тварь, – с ненавистью ответил Роберт. После чего посмотрел на меня так, словно я у него что-то важное украл. Я понял, что прекратил помогать и вновь принялся за работу.

Усилиями четырёх человек камень был сдвинут с места и мы протиснулись в образовавшийся проходик шириной, как карандаш. Мы оказались на берегу моря. Было видно, что на горизонте поднимается размытое за тучами солнце, заря расходится по всему пляжу.

– Идите сюда, поможете. Быстрее! – неожиданно крикнул, правда сдавлено, Роберт. Мы подбежали к нему, шлёпая ногами по вязкому песку и увидели, что он вместе с Марком выдвигает из пещеры небольшую лодку.

– Чего уставились? Это для побега от террорцев. Помогайте, ух!..

Мы вцепились в борт деревянного судна и начали тянуть его изо всех сил к морю. Я выглянул за борт и увидел, что там уже лежали вёсла. Мне предстал ещё один шанс удивиться его параноичности – так тщательно готовиться к побегу от вероятного врага, специально копать тонели, прятать лодки...

Лодка была вытащена на песок, тем временем Роберт и Джек задвигали камень и заново маскировали пещеру ветками и листьями, мы с Марком продолжали тащить лодку к морю, готовясь к отплытию. Я надеялся, что Роберт знает, куда плыть. Когда закончит, надо будет спросить...

– Всё, осталось самое лёгкое.., – они закончили прятать пещеру и бросились к нам. Вчетвером мы вытолкнули лодку в воду и сразу же запрыгнули в неё.

– Поплыли! Джек и ты, Марк, будете грести. Я буду направлять нас, – распорядился Роб, – Плывём к Острову Одиночества, на базу антитеррорцев. Они помогут нам. Ну же, вперёд!

– Куда конкретно грести, капитан-координат пути? – фыркнул Марк, – тут не видно никакого острова.

– Прямо. Это пролив, он небольшой, – ответил Роб.

Мы тронулись и поплыли навстречу восходящему солнцу. Договорившись с Джеком время от времени меняться, я принялся отдыхать и набираться сил. Я даже представить не мог, куда нас подкинет Роберт и что это за “база антитеррорцев” на “Острове Одиночества”. Я очень волновался, по-видимому, я ещё не отошёл от потрясения в базе нашего нового друга. Будет он служить нам в роли гида верою и правдою... Да.

Война разгоралась прямо у нас на глазах, и я понимал, что это только начало.

====== Глава 5: Остров Антитеррорцев. ======



Волнение ушло от меня, словно морской ветер, промчавшейся рядом, ушло, как только на горизонте показался едва видимый в тумане клочок земли с высоким берегом. Как только я заметил его, то был вне себя от восторга – все опасности были позади, Роберт знает, куда везёт нас! На базе антитеррорцев мы будем в безопасности. Лишь бы у Роберта там были знакомые... А то принят ещё за террорцев.

– Прозвучит странно, но почему ты так далеко жил от базы? – услышал я Марка.

– Мы вдвоём успешно отражали редкие налёты террорцев, – ответил Роб, не отрывая взгляда от острова, – Это, если честно, уже были нейтральные земли, поэтому они не имели права находиться тут. Но их вождю всё-равно – если есть незанятые земли, то почему бы их не захватить? К тому же, я занимался изучением аномальной зоны, а для этого надо было там осесть надолго, – Роберт повернулся целиком к нам, – Эндрю... Всё не могло быть так! Он должен был уйти с нами... Спасибо ему, что он спас нас. Не надо было мне селиться там.

– Так это ты забыл приклеить ручку на обратную сторону шкафа?! – удивился Джек. Кивок Роберта и его кислое лицо заметил и я.

– Но почему? – я был шокирован этим, – Вы же всё предусмотрели, какого?..

– Я... Я сам не знаю... Может, мы надеялись, что они не обнаружат люк, – произнёс Роберт таким тоном, будто в это время мыслями был где-то далеко отсюда, – Ладно, – резко оборвал он диалог, – Поплыли дальше, скоро будет причал. Не надо впадать в грусть. После вернёмся, найдём его тело и похороним. Потом займёмся вами...

Мы взялись за вёсла и полетели по морской глади так, что нас бы ни один катер не догнал – в крайнем случае мне так казалось. Мы так торопились, что я случайно веслом обрызгал отдыхающего передо мной Джека. Он сдержал свой порыв и молча выжал одежду, я в это время тихонько смеялся над ним и над собой.

– Извини, я просто неуклюжий очень, – сквозь смех сказал я и продолжил грести, пока жертва воды мне не отомстила хорошим брызгом. Теперь я сам начал избавляться от морской воды, а Джек в уголке обсмеивал меня.

– Прекратите, полудурки, а то придётся вас выкинуть за борт.

Услышав серьёзные слова Роберта, мы осеклись и успокоились. Дальше путь пролегал без происшествий, и мы скоро достигнули так желанного нами острова. Пришлось, правда, ещё немного повозиться с поиском лодочного причала, но Роберт помог нам, и мы не стали наворачивать лишние круги вокруг острова.

На причале нас встретила охрана – люди в серо-зелёной форме с тёмно-серыми пятнами и с огнестрельным оружием. На небольшом утёсе была установлена маленькая башенка для пулемёта, а вдоль мостика причала стояли привязанные к береговым столбам пустующие лодки. Берег был заметно укреплён – сразу видно, что особо охраняемая военная база. На пулемётной башенке развивался светло-серый флаг с гербом в виде пустого серого щита. Увидев нас, мы оказались под прицелом нескольких десятков стволов, были стрелки и с арбалетами. Видимо, их порыв раздолбать наше судно сдерживало отсутствие каких-либо знаков Терроры. Роберт молча слез с лодки и, приказав нам ожидать его, отправился на берег. Наверно, он хочет получить разрешение на пропуск.

Вскоре нас облепили солдаты и извлекли нас из лодки, привязав ту рядом с остальными. Нас поволокли вглубь острова. Что будет дальше – спасение или плен – покажет время... Хотя бы мы больше не увидим террорцев. Разве что пленных.

Нога ступила на земляной берег, и я больше перестал волноваться насчёт какого-либо злоключения с террорцами. Пока мы шли, я раздумывал над тем, что мне надо узнать как можно больше о наших врагах. Уверен, что антитеррорцы знают об этом намного больше, раз с ними же борятся. Какие же трудности ещё вызывали языковые барьеры – сейчас всё, о чём говорят вокруг может пригодиться, а вынужден теперь всё узнавать только от Роберта. Интересно, куда он отправится – с нами или останется на базе? Вот ещё один вопрос...

Пока нас вели, я разглядывал новое место. Если честно, смахивает всё это не на военный объект, а, скорее, на маленькую деревушку, своими небольшими укрепрайонами напоминающие базу. Людей было очень мало – из тех, что я увидел на лице. И повсюду висели светло-серые знамёна с тёмными щитами – казалось, всё вокруг так и говорило о значимости деревни, но в тоже время этим даже и не пахнет. Маскировка, что ли?

В это время нас проводили в высокую каменную башню. Единственное высокое строение на этом острове тоже обвешано знамёнами антитеррорцев. Деревянные ворота приоткрылись, и нас передали другим охранникам, которые, о чём-то потолковав, повели нас наверх. Вся эта тщательность и серьёзность начинала меня напрягать. Наверно, потому что никто не мог ничего объяснить – куда, откуда, зачем и что будет дальше. Я даже не до конца знаю, а не приняли ли они нас за террорцев? Может, у них такой есть способ казни – выкидывание с вершины башни.

Винтовая лестница и моё головокружение остались позади. Один из солдат отворил дверь и провёл нас внутрь. К моему счастью там, оказывается, нас ждал Роберт вместе ещё с несколькими людьми. Они сидели за столом, лишь Роб страдал пустотой, остальные перебирали какие-то бумаги и что-то писали. Я пригляделся – гусиные перья и чернила!

– Не бойтесь, комендант Цитадели Одиночества разрешил нам остаться, – встретил он нас с ехидной улыбкой, – В плен нас никто не спешит брать, слава Ордену...

– Чему? – нам указали на небольшую лавку вдоль стены. Мы сели.

– А... Не важно. Это так – для того, чтобы успокоиться иногда вырывается, – Роб передвинул стул поближе к нам, – Так, мне надо вас кое-с-кем познакомить.

Роб кого-то позвал на-майнарском. К нам подошёл зелёноглазый парень, выглядящий старше нас на лет пять. На нём была почти такая же форма, как и на тех солдатах, что охраняют пристань, но с небольшим медальоном на груди в форме щита и с тремя полосками на нём.

– Знакомьтесь, это Рон. Он мой старый приятель, и он поможет вам тут устроиться на недельку, пока террорцев не отгонят подальше от Цитадели Одиночества. Я буду вам переводить его слова.

– Ага, хорошо, – ответил Джек.

Рон что-то сказал Роберту, а тот сказал, что наш новый знакомый желает проводить нас на допрос в наше временное жильё. Я не боялся допроса, потому что теперь мог сказать всё, что нужно им через нашего переводчика. А дом это ещё лучше.

Мы вышли из башни и направились вслед за Роном, который шёл к одинокой хижине на краю посёлка.



– Итак, начнём. Откуда вы и где Роберт вас таких подобрал?

Маленькая бревенчатая хижина, освещенная парой фонарей, мы сидим за столом, перед нами были Рон с Робертом, за окном уже начиналось утро, звёзды пропадали с неба. На столе лежали деревянные тарелки с похлёбкой, которую нам пока не разрешали есть, рядом такие же вырезанные ложки, окна зашторены куском серой материи, но свет проходил сквозь них в дом.

На первый вопрос мы ответили прямо – в его доме, по ту сторону пролива. Я был уверен, что лучший друг нашего Роба в курсах, где его халупа, поэтому не стали отвечать развёрнуто. По-видимому, его устроил такой ответ, поэтому мы услышали следующий вопрос.

– Роб рассказал нам как вы сбежали от группы террорцев. Поэтому хотелось бы узнать: вы все, или с вами были ещё кто-то?

– С нами был Эндрю, – ответил вместо нас Роберт, – но его подстрелил один из них. Мы в ответ убили одного и ранили одного, но двое ещё осталось в живых.

– Они могли попасть на остров, – неожиданно повысил он голос, – Роб, там были ещё лодки?

– Это... Они могли приплыть на своих к ним, – ответил Марк, – Может, они сейчас уничтожат их дом и будут возвращаться. Их можно попытаться перехватить?

Рон задумался.

– А вы знаете как они добрались до вас? – хмыкнул он, переведя взгляд на настенную карту за нами, – Вполне возможно, что они попытаются вернуться тем же путём обратно к себе в крепость.

– Так, я могу посмотреть на карту? – Роберт встал из-за стола и, отодвинув меня, взял указку и начал искать Остров Одиночества.

Мы тоже встали, как только обратили внимание на карту. В центре её находился большой остров, названный в честь какого-то Керри Великого. Остров был сравнительно большим, и, по-видимому, был центром так называемого Керринского Моря. Я спросил про этого Керри, на что Роберт ничего толкового не сказал, упомянув его, как какого-то великого морехода, открывшего это море. Также он какое-то время жил на этом острове, но это было нам не нужно. Вскоре я нашёл и Остров Одиночества, который лежал западнее Острова Керри Великого.

– Керринское? Серьёзно? – прыснул Марк.

Джек посмотрел на него, как на ненормального и решил промолчать.

– Там когда-то было богатое поселение, но его уничтожили террорцы, когда искали железные рудники, – произнёс Роберт, – Помню, как-будто это было вчера.

Сочувствовать было некогда, но неприятные мысли всё-равно полезли в голову. Я поднял голову и увидел севернее Керринского Моря некую землю, именуемую на карте Элласией. Там проведена морская граница и написано: “Оккупировано Терророй”.

– А там что за земля?

Роберт сказал, что Элассия – это спорные земли. За них часто шли жестокие бои, в основном, во время высадок на материк и попыток его отвоевать.

Материк? Интересно... Очень интересно...

– А где Майнария?

– Она далеко – гораздо севернее, – Роберт показал пальцем на северо-запад, – Там, слыхал, богатые провинции, частная собственность... В общем, туда добираться далеко, но там находится Вийон. Он, я уже говорил, знает что-то про энергию Великих Драконов и Адама.

– То есть нам нужно в Майнарию? – вступил в разговор Джек, – Опять идти куда-то что ль?..

– Да, поэтому мы и здесь. Скоро антитеррорцы предпримут ещё одну высадку. Если нам удастся там закрепиться, то мы сможем продолжить путь в Майнариеград.

– Погоди-ка.., – занервничал я, – Ты предлагаешь нам сунуться в гущу сражения?! Ты псих?! Ты же планировал вернуться к базе за Эндрю!

– Неа, планы меняются, – проговорил Роб, – Там теперь опаснее. Наверняка наш дом стерегут солдаты Эйдена. Придётся идти, надеюсь, вы поняли почему. Берег хорошо охраняется – мы одни на лодке не прорвёмся, – лицо Роберта сделалось грустным, – Если мы хотим сбежать из Майнарии, то мы должны это право завоевать. Путь лежит через джунгли и болота Юкатании, а если мы выживем и прорвёмся, то мы сможем попасть домой, – В его голосе прибавилось решимости. Я умею стрелять, да и мы будем под защитой десанта.

– А по-другому никак?

Роберт резко отрезал:

– Нет. Я же уже объяснил почему.

В это время Рон сказал что-то Роберту и велел перевести.

– Рон говорит, что в месте высадки есть занятая врагом деревня Солнечнодревенск – своего рода форпост в Элассии. Там находится штаб одной из ключевых частей Эйдена – если мы сможем украсть знамя этой части, то это будет огромный успех. Также он добавил, что разрабатывает план высадки и предлагает принять нам участие в ней, – Роберт заставлял нас сделать выбор.

Мы немного посовещались. Вышло, что Джек и Марк высказались за прорыв, а я – категорически против. Я пытался их вразумить, доказывал, что свет клином не сошёлся на Солнечнодревенске, я тыкал пальцем на карту и доказывал, что есть ещё места для высадки – то есть безопасные места, где террорцы ничего не охраняют. Но Джек твердил своё, говоря при этом, что “риск оправдан”. Не понимаю я его и никогда, наверно, не пойму. Но моральное давление было настолько сильным, что я с огромным камнем на душе, но согласился.

Рон через Роберта попрощался, пожелал нам “спокойствия”, Роберт добавил: “Да прибудет с вами Орден, Рон” и он вышел, захлопнув за собой дверь.

– Роберт, а кто вообще эти террорцы и Террора? – спросил я, когда мы вновь сели за стол.

– Если вкратце, то...

– Нет, давай подробно, – сказал Марк, – Нам полезно знать всё. Да и спешить некуда...

– Ну хорошо. Террора появилась у нас, как шило в заднице, довольно недавно – ей уже десяток лет со дня основания. Её основали беглые из Майнариеграда уголовники – откровенные бандиты, которым удалось сбежать из Ренклинска и его лагерей для пленных и других тюрьм. О самом “вожде”, – добавил он с презрительностью, – Эйдене известно мало – поговаривают, что он тоже беглый бандит, но был осудим за что-то более тяжкое. По слухам – очень фанатичный и рвущийся к власти психопат, который любит устраивать казни своих врагов и наблюдать за извращёнными убийствами. Думаю, за попытку переворота его и арестовали. Без понятия, как этот утырок избежал расправы, но он сумел не только выбраться, но и основать в Юкатании сначала банду с таким странным именем, но после он осел со своими союзниками на юго-восточной окраине Юкатании и основал собственную Цитадель. Он много набирал себе союзников, просто отлавливая кого-попало по дороге. После его проверяют на “верность республике” и оставляют, если тот прошёл проверку, или убивают, если он провалил её. Потом к молодой Терроре присоединились колонии беглых бандитов, к нему присоединялись соседние бандитские кланы, Террора набирала военную мощь, строила целые фабрики, разрабатывала руднки. И после “периода величия “Республики” от её отсоединились мы – повстанцы, которые отказались подчиняться метрополии Эйдена. Началась многолетняя изматывающая война, которая идёт и сегодня. Ещё в глубинах болот есть некие “Охотники”, которые тоже претендуют на земли Терроры, воюя в это время ещё с кем-то... В общем, всё сложно.

– А ты откуда всё это знаешь? – Джек прищурил глаза.

– Мы ж когда-то служили этим нелюдям, но после отсоединились. Я тут давно живу, – улыбнулся Роберт, – Мы отсоединились, чтобы уничтожить Террору и стереть её с лица земли. Они заслужили смерть где-нибудь на дне трясины!

– Ясно... Я начинаю кое-что понимать, – произнес я, – Есть злые террорцы, а есть добрые повстанцы? Ла-а-адно...

– Ага, не дай Орден вам попасть в плен к этим падлам майнарским – они... Аргх! Я не могу нормально описать то, что они делают с пленными, это просто какое-то... О, Орден! Я лучше пойду к себе в дом, я устал сегодня, до завтра.

– Ага, давай, – попрощался Марк. Роб ушёл.

Мы устроились на новом месте и распределили себе спальные места.

– Странно всё это, – произнёс я, – “Террора”, “Терроризм”, “Террорцы”, “Террористы”...

– Может, они любят взрываться? – улыбнулся Джек.

– Да не, это от слова “Ужас”, “Запугивание”, – предположил Марк, – Типа, “Ужас” переводится, как “Терроризм”.

– Погоди, да не...

– Да точно так, – начал утверждать Марк, – таких совпадений не бывает.

– Погоди-ка, – я вскочил с кровати и подошёл к Марку, который лежал на матраце, – Ты думаешь, что Эйден не просто так назвал так свою базу?

– Может, он из нашего мира? – усмехнулся Джек, – Да это бред какой-то, Стив! Ну ты сам подумай: не бывает столько совпадений! Не бывает!

– Может, ты и прав, – вернулся я на место, – Просто, надо быть осторожными с Эйденом и его Терророй. Мне это не нравится, пацаны.

Марк посоветовал не думать о плохом, а сам лёг спать, намекнув, чтобы мы тоже заснули.

Мы заснули. Усталые, измученные и голодные, по пока что живые. Пока что.

Рассказчик – Стив.



Рано утром к нам в комнату ворвалась чья-то делегация из пяти человек. Они жестами показали, что нас втроём куда-то зовут. Если это что-то неважное, что нас разбудили так рано по моим внутренним часам, то расстреляю тут всех.

Успокоившись на этой мысли, я наспех оделся, обулся, взял на всякий случай Хрустальный Штурвал и стакан воды, который намеревался выпить утром, и, накинув куртку, встал у входа. Остальные в это время неторопливо искали свои вещи.

– Джек, ты идёшь? – шутливо спросил я, встав у порога и прислонившись к стене, – Смотри, а то так весь день пролетит, и тебе придётся также медленно раздеваться для сна. Глядишь, и всю жизнь так проживёшь.

Подняв взгляд, Джек недовольно фыркнул и продолжил натягивать штаны. Только теперь он собирался немного быстрее. Умею я, однако, влиять на людей, когда хочу. Марк же оделся почти вместе со мной, и мы теперь вдвоём ждали моего медленного братца. А ещё меня обвиняет в “черепашьей скорости”, козлина!

– Спокойно, я просто искал амулет, – сказал он, как только был готов.

– Он у меня, растяпа.

– Стив, в следующий раз предупреждай. А то будешь ещё дольше ждать, – он приоткрыл дверь плечом и первым вышел из дома.

Сильным ветром в лицо сразу ударил холодный морской воздух. Мне начинало казаться, что мы попали в ураган. Трава пригнулась к земле, на морской глади бушевали волны, небо затянуто серыми светлыми тучами, через которые не видно солнца. Я беспокоился, что вот-вот хлынет дождь. Хорошо, что его не было, а дул лишь сильный ветер.

Около здания, куда нас вели антитеррорцы, уже стоял Роберт и смотрел вдаль. Когда мы поздоровались с ним, он сказал, что ждал нас с другой стороны.

– Там короче, вы чего тут-то попёрлись?

– Открывай уже, нас вели какие-то послы, – сказал Марк, – Давай. Сейф, откройся!

Нам открыли дверь и мы вбежали внутрь. Теперь нас никуда не сдует.

– Нам наверх. Вас ждёт на совещание господин Рон.

– По какому поводу? – насторожился я.

– Я сказал им, что мы можем помочь. Ведь мы сталкивались с террорцами, а значит, что можем помочь с их манёврами, – как же он коряво выразился. Но поправлять я его не стал – пускай живёт с этим.

Дверь в комнату открылась. Те, кто находился там, сразу обратили на нас внимание.

– Господа, вы нас звали?

За нами закрыли проход и пригласили за стол. На нём была расстелена огромная и подробная карта, в центре которой был Остров Одиночества.

Роберт нам перевёл фразу Рона, который встал рядом.

– Вас попросили найти на карте место вашего появления. Мне пришлось им рассказать про Землю и про то, откуда мы. Сначала они не поверили, но я их убедил и показал ваш Штурвал.

Он помог мне найти остров, где был дом Роба, после я без труда отыскал нужную поляну.

– Отлично, теперь попрошу вас выйти, мы будем разрабатывать план. Эта поляна поможет нам составить примерный маршрут противников.

Так, здорово! Только пришли, как теперь надо уходить. И зачем, спрашивается, им эта поляна? В смысле, как она поможет составить маршрут? Решив обо всём этом спросить потом, я вышел из комнаты. Всё-таки важное, понимаю, собрание, и нам секретных планов не стоит знать так рано.

– Да, нам разумеется не надо знать, куда завтра наши задницы забросят! – произнёс недовольно Марк, – Как логично.

Я согласился с ним, потому что, видимо, больше всех не хотел там оказаться, к тому же не в ведении. Что делать, куда плыть – зачем! Лишь один Джек не паниковал и убеждал нас, что нам всё расскажут потом. Хорошо хоть, что Марк на моей стороне – у кого-то голова ещё работает, кроме меня. Но, чтобы он тоже был со мной, стоит придумать адекватный аргумент.

– Может, когда высадимся, то сразу же попробуем сбежать? – с надеждой выговорил я, – И воевать не придётся, и головы сохраним...

– Ага? А если они посчитают нас за предателей, поймают и расстреляют? – саркастически произнёс Джек, – Ты головой-то думаешь? Думаешь, что я прям горю желанием соваться туда? Нет конечно! Но другого пути нет, пойми!

– Ага, ясно. Может, сразу застрелимся?

– Тише, идиоты! – шикнул на нас Марк, – Если кто-то услышит вас, то по словам накажут! Прям тут!

Дверь тихонько скрипнула, мы разом заткнулись. К нам вышел довольный Роберт, протиравший на ходу свои очки.

– Всё, вы пригодились. Платите по десять майнарских марок, – усмехнулся он.

– Чего это ты?

– У меня получилось убедить их отправить нас на высадку. Она состоится через неделю – говорят, осталось подготовить войска и десантные шлюпки. Оружием нас снабжат. Короче, мы установили примерный маршрут, теперь Рон скоро отправится на допрос пленных террорцев. Мы поможем друг другу попасть домой – наш план работает!

Роберт выглядел таким счастливым, но после его слов про “я смог убедить” моё сознание помутнело, от волнения закружилась голова, я едва не потерял сознание. Меня спас лишь Джек, который вовремя удержал меня.

– Видите, как он счастлив – аш в обморок падает от восторга!

Я встал у стены и слабо произнёс:

– Джек, спасайся... Я тебя умоляю – беги отсюда.

Прыснув, мой придурочный братец бросился на улицу. Я не спеша взял в углу небольшую палку, вышел и погнался за ним.

– Ну держись, жиза ты неблагодарная! Из-за тебя мы в эту дыру попали! Кто тебя дёргал за язык?..

– Когда-нибудь они смогут найти общий язык, – сказал Марк иронично, – Но только не сегодня!

– Да, Марк. Если они не прекратят, то это плохо кончится... Как минимум, их под домашний арест могут посадить. Пошли за ними – приведём домой, пока неприятностей на них не нажили, а после – готовиться к высадке. У нас есть целая неделя.

====== Глава 6: Совет Терроры. ======

Рассказчик – Эйден.



Настенные часы показывали около десяти утра. Позолоченные стрелки, медленно бегавшие по циферблату, немного успокаивали после трудного дня. Нужно было срочно решить несколько важных вопросов по поводу фронта, поэтому я, оставив недоеденный завтрак на столе, иду торопливым шагом в гардероб за официальным нарядом. Для моих подданных любой мой наряд может быть официальным, а может и стать половой тряпкой или ковриком для ног – стоит мне лишь сказать, и террорцы мигом исполнят мои прихоти.

Говорят, что даже во дворце может быть опасно – хорошо, что его стерегут верные мне части. Надо учитывать, что бандитам не стоит доверять до конца, а то не ровён час, и они восстанут против моей диктатуры.

Выхожу в любимом чёрном пиджаке поверх зелёной рубашки с золотыми пуговицами в главный зал. В центре стоит огромный стол, а вокруг него ряд из десятка два стульев. Скоро тут должно начаться совещание по поводу дальнейшего ведения войны. Как я и говорил, если будешь слишком доверять бандитам, то рано или поздно они поднимут на тебя меч. Эта каша и случилась на проклятом Острове Одиночества, который без нас и не превратился бы в военный опорный пункт. Теперь мы не можем выбить оттуда бывших союзников. Вспоминаю с содроганием, когда мне доложили о восстании – как же я тогда злился, метал мебель... Пф, даже вспоминать не хочу.

Аккуратно причёсываю перед зеркалом каштановые волосы, чтобы на совещании выглядеть опрятно. После беглым и гордым взглядом осматриваю зал – поверить трудно, что я смог усилиями обычных преступников построить целую цитадель. Это как же их надо было организовать или припугнуть... Огромные стеклянные полуовальные окна, дорогие позолоченные люстры, светильники, на полу такие же дорогие ковры, на стенах висят самые красивые полотна, портреты знаменитых людей... Всё это с разграбленных торговых кораблей.

– Верховный Лидер, к вам гости.

Один из стражников предупредил меня, “Хорошо, ступай и прими гостей в лучшем виде”, – ответил я и он тут же отправился обратно вниз.

Вскоре в зал вошло несколько десятков человек. Мои приближённые с каменными лицами сели за стол. Наше собрание началось.

– Добрый день, Эйден, – поприветствовались они, – Думаю, вы готовы принять правильное решение?

– Погоди, ты снова пытаешься навязать мне бесполезный договор о сепаратном мире с повстанцами?!

Это Майя – сестра моя. Вечно она нерационально пользуется служебным положением, когда-нибудь я уберу её из приближённых. Поэтому я живо возразил ей:

– Это – бессмысленно. Повстанцы обязательно будут пытаться уничтожить Террору, как таковую. Кто за неё – попрошу поднять руки.

За Майу проголосовало ещё трое человек. Внутри себя я мог праздновать победу – её предложение не будут даже рассматривать, потому что должно быть как минимум четверть голосов от всего сброда. А нас около пятидесяти в зале.

– Не согласен – мир очень не выгоден для нас. Нужна лишь ещё одна удачная десантная операция, чтобы антитеррорцы капитулировали, – возразил Билл – ещё один знакомый. Очень хороший стрелок на дальних дистанциях из оптики. Помнится, во время операции по захвату столицы Элассии, которая оказалась под фанатиками, он пристрелил коменданта крепости, который неудачно показался из укрытия. С тех пор он пользуется моим доверием.

– Правильно, Билл. Если мы сдадимся, то повстанцы потребуют аннексии, либо сделают из Террорской Республики марионетку, полуколонию, вассала, – поддержал Билла Бен, – давно бы стёр это жалкое сопротивление, если бы мог!

– Не стоит их недооценивать, – произнёс я, – Если мы проиграем войну, то, как ты и сказал, нас ждёт рабство, а, возможно, и смерть. Я предлагаю отправить ещё один корпус в Солнечнодревенск и вывезти оттуда знамя 1-го гвардейского полка “Чёрное Знамя”. Или же укрепить этот объект получше.

– Я голосую за спасение знамени, – высказался Гилл, – Этот полк – наша последняя опора. Не будет его – не будет нашей безграничной власти.

– Моей. Ты, наверно, хотел сказать “МОЕЙ власти!, – поправил я его, сделав ударение на “Моей”, и довольно ухмыльнулся.

– Да, конечно. Извините, Верховный Лидер... Конечно, Вашей власти. Пожалуйста, пощадите меня... Ляпнул что-то не то.

– Правильно. А теперь заткнись, – произнёс я, – Теперь вопросы экономики. Как у нас дела обстоят с чугунно-литейной отраслью?

– Да, господин Эйден, – ответила Бекки – спец по подобным вопросам в Терроре, – Производство огнестрелки и арбалетов поставлено на коня. Клинки тоже безустанно куются прямо сейчас.

– Корявенько, но спасибо, – произнёс я спокойно, – рудники разрабатываются, Сент?

– Разумеется, – зеленоглазый приятель никогда не посмел бы мне врать. Проверенная войной личность, – Но в рудниках, которые питали нас несколько десятков лет, скоро закончится сырьё. Вам придётся осваивать захваченные острова.

– Стоп, как это закончились?! – вопросил я, от удивления подняв бровь, – Вы даёте себе отчёт, что от этих рудников зависит выживание моей империи?! А если острова окажутся захвачены повстанцами – мы фактически проиграем войну!

– Вот поэтому я и предлагала мир!..

– Заткнись, Мейя!

Голова буквально закипела от таких новостей. Тут я вспомнил, что у нас совсем нет крупных судов, из-за чего я буквально откинулся от волнения на спинку кресла и схватился за лоб.

– Сент, сколько у нас рабочих кораблей, способных возить круглосуточно через всё Керринское Море сырьё для наших фабрик?

– Таких судов у нас всего два, да и те заняты.

– Чем?

– Вы приказали отправить их на перевозку древесины для строительства военной базы на Острове Керри Великого.

– Блин, в какие сроки закончите работу? Бен?

– Да, мой повелитель?

– Ты отвечаешь за ускорение возведения укреплений – к седьмому дню желаю видеть эти корабли в бухте Цитадели, ты, Сент – за поиски новых месторождений металла на территории Юкатании, – распорядился я, – Отправляй отряды своих людей в разные уголки Юкатании и, как только найдёте рудники, немедленно объявите эти земли моей собственностью. Я подпишу соответствующий договор, договорились?

– Да, повелитель! Служу вам до конца жизни!

– Хорошо. Бетани, вы тут?

Бетани занимается возведением и расширением укреплений вокруг самой Цитадели. Её локон, вечно прикрывающий левый глаз, содрогнулся, когда я назвал её по имени. Она робко встала с места.

– Дорогая, не переживайте. Тут все свои. Ваша задача – возвести к одиннадцатому дню верфи и организовать строительство крупных судов класса “Несокрушимый”. Вам поможет господин Дак. Всё, те, кого я назвал, свободны. Покиньте нас.

Те, кому я назначил работу, осторожно и медленно вышли из зала. Про себя я подумал, что Великие драконы меня одарили откровенными бездарями.

– Продолжаем собрание. Начнём продумывать план полной ликвидации повстанческого логова, – продолжил я официальным языком. Ненавижу этот язык, – От наших шпионов – не буду говорить кого конкретно – поступила информация, что скоро начнётся у повстанцев крупное наступление на наши позиции в Южной Элласии. Более точной информации не поступило, но известны планы врага – захватить плацдармы для широкомасштабного наступления вглубь Терроры. Вы прекрасно понимаете, чем это грозит обернуться. Принесите карту.

Принесли карту и расстелили на столе.

– Вот – Остров Одиночества, – начал я, – А вот – наши укрепления. Предлагаю вам обсудить дальнейшие действия врага и способ их своевременной ликвидации.

Тьфу! Язык, кажется, вкрутился в восьмёрку и подавился цианидом после последней фразы.

– Так, судя по карте, мы имеем на фланговых островах от о-ва Одиночества некоторые десантные войска, – начал Грег – генерал вооружённых сил Терроры. Почти равный со мной по иерархии, – Если мы подождём, когда они высадятся на материк, а после мы отрежем их снабжение этими войсками и ударим в тыл, то для них это обернётся катастрофой. Истреблены будут все войска неприятеля.

Грег ещё раз мне показал наглядно – через деревянные игрушечные лодочки и солдатиков – какой у него план. Подумав, я утвердил его.

– Единогласно, – поддержали гениального стратега остальные.

– Если что, то мы можем часть сил использовать, как сдерживающий “барьер” от войск неприятеля. Мало ли они попытаются пробиться к своим.

– Отлично, Грегушка, – усмехнулся я, – старшим офицерам приказ: готовить десантные войска и флотилию, а вам, Грег, если операция удасться, то повышу во звании до заместителя верховного главнокомандующего войсками Республики Террора. Собрание объявляю закрытым.

Недовольно перешёптываясь и совещаясь, все вышли из зала. Я остался один. Я решил проведать, как “поживает” одна моя реликвия, одно сокровище, раздобытое мною недавно с огромным трудом.

Открываю с помощью личного ключа тайник за троном и открываю дверцу. Там лежит шкатулка. Борясь с приступами волнением, я вскрываю и её. На дне самоцветной и позолоченной шкатулки лежал и загадочно мерцал довольно громадный изумруд зелёного цвета. его зелёное сияние в полной темноте буквально завораживало.

Я вытер пол со лба – оно на месте. В этой бандитской республике лишь я-один знал, какой могущественной силой растений, трав и джунглей мы обладаем! Быстро прячу и закрываю шкатулку обратно за трон и запираю на ключ, едва услышав скрип закрывающейся двери.

Один из Камней Стихий на месте, прекрасно!

====== Глава 7: Чёрное Знамя: Высадка. ======

Рассказчик – Стив.



Через неделю...

– Всем немедленно собраться на главной площади Цитадели – идёт проверка вооружённых частей!

Через громкоговорители по всей деревне вещали специальные люди. Они ходили по всей крепости и созывали всех, способных держать оружие – хотя других в деревне и не живёт – на площадь. Каждое утро они будили всю неделю и созывали на тренировки и общую подготовку к скорой высадке.

Чёрт, даже само слово “высадка” вызывает у меня лютую неприязнь после прибытия сюда! И не из-за того, что я не высыпаюсь (что тоже немного верно) но и по причине самого участия в этом замесе. Я ещё никогда не видел настоящей войны, и никогда бы не увидел. Неужели Роберт и остальные думают, что нам придётся пробиваться к Майнариеграду, и что никаких путей больше нет?! Мои вопросы уже стали очень привычны, и когда нас зовут в штаб, то его состав начинает волноваться, если я не спрошу про “изменённый вариант”. Хотя сами даже не думают над ним.

С другой стороны, мы – не центр этого всего, а его часть, следовательно, стоит подчиняться приказам свыше. Да, я с этим согласен, но куда смотрят Джек, Марк. Роберт? Неужели мы когда-то были частью всего этого кошмара, попав сюда абсолютно случайно? Не можем ли мы уйти и поискать другие пути?

Видимо, нет. Наши “вояки” слишком заняты! Заняты подготовкой к операции, уже считая, что мы обязаны в ней участвовать. Да не обязаны мы им не чем!

Так, успокойся, Стив. Возьми себя в руки, встань с кресла, подойди к окну, посмотри на серое небо, на облака... Они ведь тебя так успокаивают, встань, иди.

Я кивнул сам себе и повиновался. Стоило собраться с мыслями, а то, как говорил Джек, “Получишь пулю у стены!” А они могут, да и никто против-то не будет! Я лично никому из повстанцев не нужен, как и Джек с Марком.

Я выглянул в окно. Сегодня, как говорил Роберт, седьмой день. Седьмой день подготовки к переправе. Последний, решающий. Сегодня... А! Я не хочу туда! Пожалуйста!

Чёрт... Я глубоко вдохнул и медленно выдохнул, сходил и налил себе кружечку родниковой воды из подземных источников, сделал глубокий глоток. Холод растёкся по моему телу, я вздрогнул.

– Бррр!..

Я вновь вздохнул. Мне стало намного лучше. Я отправился одеваться – за опоздание тоже по голове не гладят. Хотя нет, гладят, да ещё как! Только не рукой, а дубиной! А ещё лучше – прикладом.

Дверь со скрипом приоткрылась, я вышел во двор и направился к маленькой площади, которую уже выучил за эту неделю наизусть. Оружие раздают прямо там. Судя по плану, озвученному Робертом вчера вечером, с этой площади мы отправимся на пристань, а после будем грузиться на лодки и маленькие быстрые парусные суда.

Отплытие было назначено на десять утра – оставалось ещё два часа, чтобы убедиться, что все готовы отплывать. Для меня же – это шанс переубедить Джека и Марка, что ещё есть выход из этой западни. Уверен на все сто, что на том берегу будет ещё та мясорубка, в которой мы, если что-то не предпримем, то будем обречены на смерть.

Так, а вот и площадь показалась! Этот кусок земли находится рядом со штабом – так я запомнил, где площадь расположена, потому что по-другому отличить её от обычных дорог было невозможно. Я заторопился, скоро будет начало. Да, начало конца!

– Стив, ты где был? – встретил меня Джек, – Я не хотел тебя будить сразу – думал, ты сознательный!

– Тихо ты, когда начало?

– Да скоро, ещё десять минут, – сказал Роберт.

– Хорошо, теперь слушайте сюда, – шёпотом начал я. Я очень волновался, – У меня есть план, как нам избежать мясорубки.

– Не пойти на неё? Чего-то ты сегодня разволновался, – Джек скрестил руки на груди.

– Стив, мы знаем, ради чего идём на это опасное задание – ради возвращения домой, – сказал Роб, – Риск оправдан, стоит лишь продержаться. Ты сам вроде говорил, что немного подучился метко стрелять за эту неделю. По шесть часов в день тренировались. Мы сможем выжить!..

– Мы можем пройти линию фронта без стрельбы, – отрезал я, – Краем зайдём в деревню с другой стороны и отправимся дальше в Юкатанию. Наши справятся и без нас.

– Хороший план, да только где мы вчетвером осилим ограду? Как там его... Боже, частокол. Вот! Прям под стенами мы незаметно не пройдём, – недоверчиво произнёс серьёзным голосом Джек.

– А нам и не надо! – предвидел я его негодования, – Я вам покажу на карте лазейку, которую вполне способны пробить и сбежать. В Солнечнодревенск нам даже не придётся заходить, а так и их тылы покромсаем! У меня, – я полез в карман и вытащил кусок карты, который вырезал из домашней ножом накануне и развернул, – Смотри. Вот деревня, видите? Так вот, севернее неё есть некие заросли. Лес, что ли... План таков: в мясорубку не лезем, вылезаем из лодки заранее, а после отплываем в сторону и пробиваемся на берег. Оттуда есть прямая дорога в тот лес. После направляемся на восток и выходим к этому перешейку. Дальше просто убегаем. Всё, без боя. Почти. Как вам?

Я показал им пальцем весь маршрут, так что проблем не должно быть. Друзья задумались. Первым ожил Джек.

– Думаешь справимся? Тогда поведёшь ты, а если мы попадём в западню, то мы все обвиним тебя! Как тебе такое?

С серьёзным и решительным лицом я молча и медленно кивнул.

– Хороший план, правда сомнительный. Попробовать можно, – скептически ответил Марк, – Но Джек в каком-то смысле прав – ты будешь крайним.

– Нам надо держаться вместе, а то его план не сработает, —хорошо, что хоть Роберт поддержал меня.

– Спасибо. А теперь ждём командира высадки, – произнёс я с видом лидера нашей маленькой группы.

Я был счастлив – теперь всё нормально, теперь вопросов возникнуть не должно. Всё будет так, как запланировал я. Лишь бы десант не подвёл и вовремя вошёл в город. Волнение как рукой сняло. Оставалось ждать...



Собравшиеся на площади построились в шеренгу при одном лишь виде идущего вдали генерала в окружении солдат охраны. На его лице читалось некое трудноразличимое волнение, но как только он вышел на площадь, то его лицо резко сменилось на смелость и воодушевление. Он встал напротив нас и громко заявил:

– Мы все тут собрались, чтобы заявить на всю Майнарию, что мы тоже против всего того бесчинства, что творится повсюду! Вы все прекрасно знаете, что множество бандитских группировок, мародёров, преступников собираются в крупные объединения, строят города, крепостя, вооружаются и... Идут в атаку на нас! Они грабят и убивают невинных жителей, оправдывая всё это невинным желанием выжить! Неужели они действительно так думают – что безнаказанность будет с ними вечно, а? Что они “выживают” за счёт страданий других? Это не может продолжаться вечно, мои друзья! Когда-нибудь наступит тот день, когда ещё недавно побитые и обворованные встанут в наши ряды и нанесут по ним сокрушительный удар! Я так скажу – этот день уже наступил. Мы готовились к этой битве несколько месяцев, держали всё в строжайшем секрете, выясняли планы врага. Всё ради того, чтобы сегодня те, кто ещё недавно был с ними заодно научил их, что такое настоящие страдания! Этот день – лишь начало для великого похода против государства нелюдей – Терроры! Эйден возомнил себя императором всея Юкатании, полагаясь лишь на силу своей гвардейской части, именуемой “Чёрное Знамя”. Её боевой флаг находится в Солнечнодревенске, и Эйден всеми силами постарается удержать и спасти знамя своих войск, без которых он – никто! Но все вокруг уверены, что бандиты долго не живут! Ну, все готовы нанести поражение этим тварям, а?! Уничтожим знамя – уничтожим Террору!

Речь военачальника закончилась, и генерал вскинул обе руки вверх, призывая пойти за ним. Тут же он был поддержан одобрительными возгласами нескольких тысяч солдат, последовал приказ разобрать оружие и грузиться на суда и лодки. Мы тоже изо всех сил одобрили речь генерала, но на душе стало как-то скверно – мы не сможем участвовать в штурме, потому что у нас был свой план побега. Не будет ли это оценено, как предательство?

Скорее всего – нет, потому что мы больше не увидимся с антитеррорцами. Эта битва, эта высадка станет первой и последней совместной мясорубкой. Нам надо продержаться и сбежать, чтобы уцелеть, потому что нахождение на берегу просто убьёт нас.

Но никто из повстанцев ведь не в курсе... Ну и ладно, некогда растолковывать. Мы схватили свои винтовки – там каждое оружие было пронумеровано и предназначалось для конкретного человека. Генеральскую саблю мы не могли взять, обидно...

Хотя, зачем нам бесполезная сабля, когда есть ружьё, из которого мы учились стрелять целых семь дней?

Мы построились в несколько шеренг и маршем зашагали к пристани, где нас ожидало несколько сотен лодок и несколько десятков мелких парусников. Ветер был попутным, так что они могли вырваться вперёд и высадить передовые войска десанта намного быстрее. Основным же приходилось вручную грести до берега и выпускать солдат прямо в воде, чтобы судна не успели потопить вместе с экипажем. На каждой лодке около носа располагались места для установки баррикад прямо в лодке – небольшие квадратные стенки, защищавшие лодочного стрелка. Перед приближением к позициям врага их надо было установить, чтобы предупредить беглый огонь и никого сразу не потерять. Лодки также были пронумерованы, в одной помещалось до пяти человек. То есть с нами ещё кто-то бы поплыл.

– Помните, ради чего мы тут, – предупредил я, когда мы уже были в своей лодке, – Мы не ввязываемся в крупные бои.

– Да-да, Стив, – согласился Джек, – Кстати, с твоей, Роб, стороны было мудро договориться и поместить нас в одно судно.

– Без благодарностей, – ответил тот.

– Да благословит нас Орден Великих Драконов! Ура! Ура! Отплываем!

Погрузка завершилась. Лодки, плоты, парусники – всё это направилось на другой берег. Навстречу горизонту, для нас – навстречу свободе и побегу из Майнарии. Хрустальный Штурвал на месте, отлично. Джек – молодец, что позаботился о нём.

У меня нарастало напряжение, с каждым пройденным метром всё больше казалось, что именно по нашему судну откроют огонь, поэтому мы первее всех подняли и становили “щиты”. В бойницы мы заранее засунули ружья, чтобы вести огонь не выглядывая, Джек и Марк гребли, а мы были на стрёме. Вдруг издалека показался вражеский берег, усыпанный береговыми укреплениями, стрелковыми башнями и даже небольшими дамбами и стенами. Я судорожно сглотнул, когда понял, что пробивать придётся со всеми.

– Там некуда бежать, – доложил я убитым голосом, поправив каску на голове, – План провален!

– Успокойся, Стив, – произнёс Марк, – мы пробьём их укрепления, а после только под шумок...

И в это время с оглушительным грохотом в стороне от нас упал снаряд. Вода взметнулась в воздух, вокруг нас многие поспешили поднять защиту. Началась артиллерийская канонада! Враги заметили нас!!

Я с паническим криком упал на дно лодки и прикрыл голову – обстрел не прекращался. С каждым выстрелом, с каждым грохотом я всё больше прижимался к дну, боясь даже поднять головы и оглядеться. По нашему десанту без конца стреляли береговые орудия Терроры, многие лодки и плоты откидывало взрывной волной, строй поломался. В это время одну из лодок, идущую позади всех, подбили. Трупы двух солдат выкинуло в море, а само судно пошло ко дну. Обстрел всё никак не прекращался, а мы всё шли и шли упрямо к берегу.

Как только мы пересекли определённую границу, то начался пулемётный и стрелковый обстрел, на воде образовывались лунки от пуль, все десантники, кроме гребцов, залегли под “щитами” и начали отвечать своим огнём. Пока я лежал на дне лодки, Роберт вместо меня начал отстреливаться. Взглянув на него, я решил ему помочь и тоже схватился за своё ружьё. Пули свистели вокруг, казалось, что это стреляют не одиночные стрелки, а стая пулемётчиков. А на том берегу то и дело вспыхивало по несколько сотен выстрелов каждые десять секунд, воду словно изрешетили, мы понесли потери, но хорошо было то, что пуля не пробивала “щиты” на лодках. Они стали нашей надёжной опорой, но на внешней стороне они были изрешечены вражескими пулями.

Впереди нас шёл с огромной скоростью парусник со знаменем нашей части, казалось, что у него есть какая-то защита – его и пули не берут, и снаряды, он всё идёт и идёт. Настолько нагло, как и наша атака в целом, даже понаглее. Судно со знаменем активно огрызалось на огонь с берега, даже, по-видимому, сокращая состав гарнизона. Я посмотрел назад – вода буквально окрасилась в кроваво-красные тона, за нами оставались горящие, но ещё не утонувшие судна. Казалось, сама вода взяла и загорелась. Волнение у меня возросло настолько, что кажется, что я сейчас словлю обморок или остановку сердца. Но я держался, думая, что нам лишь стоит выжить и добраться до перешейка, который совсем близко, да! Мы сможем!

Берег стал ещё ближе, мы уже могли различать детали укреплений террорцев. На башнях висели чёрные знамёна, и одно из них нам предстояло захватить, а лучше – все... Так-так-так, Стив! Не нам, а только им, понял?

И тут последовала команда: “Прыгай! В атаку!! Ура!!”



– Господа, они начали высаживаться на берег. Нам начинать выполнять приказ Эйдена “507”?

– Да, господин комендант. Вы можете начинать окружение всех войск повстанцев на берегу и в проливе... Пускайте флот немедленно!

====== Глава 8: Чёрное Знамя: Десант. ======



Мы прыгнули в воду и, держа оружие на поверхности, торопливо поплыли к берегу. Это было ужасно – оружие выдавало меня, и я не мог нормально проплыть под водой. Наш десант косили из всего, что, кажется, им попадалось под руку, воду просекали даже короткие стрелы! Видимо, тут даже арбалеты наравне с огнестрельным оружием используют!

Я захлёбывался, из-за воды на глазах я не мог ориентироваться для стрельбы, в забитых водой ушах глухо свистели пули и стрелы, но я поставил себе прямую цель – идти прямо, чтобы ни было... Тут рядом прошла пулемётная очередь, и я с испуга резко кинулся в сторону. Мы вышли на пляж.

Повсюду свистели пули, то и дело врезаясь в песок. Впереди меня уже было несколько десантников, которые без промедления шли в атаку и стреляли на ходу. Но их тут же накрывал артиллерийский огонь и стрельба из пулемётов, им приходилось бросаться на землю и выжидать, молясь, чтобы их не задело.

– Солдат! В атаку!! Нечего стоять!

После этих слов, я сообразил, отошёл от шока, вытер глаза от морской воды и принялся разыскивать друзей.

– Джек! Марк! – кричал я, пытаясь перекричать гул и шум от постоянных взрывов. Я кинулся к морю, игнорируя всех, кто гнал меня в атаку.

– Эй, ты куда?! А ну стой!! Немедленно подойди сюда!

Под ногами пронеслось несколько выстрелов, от неожиданности я подпрыгнул и, не тратя времени на разговоры с тем, кого и так не понимаю, я ринулся вперёд. Однако, когда солдат исчез из поля зрения и тоже убежал вперёд, стреляя на ходу, я вновь решил вернуться к поиску остальных. Только я начал подниматься с земли, как вдруг рядом упал снаряд, заставивший меня снова упасть. В ушах зазвенело, я закричал – казалось, что я оглох. Все шумы исчезли, все звуки были словно в вакууме. Впереди нас ждали первые береговые укрепления, за которыми находилась деревня. Впереди стреляли, впереди умирали. И свои и чужие. Мне надо было, во что бы мне это не стоило, отыскать остальных. Иначе, один я тут загнусь.

– Солдат! В атаку!! Живо!

В спину мне уткнулся ствол пистолета-пулемёта. Я обернулся и увидел какого-то солдата – я руками закрывал уши, я был оглушён. Уши адски болели, но крови, вроде, не было. Но по жесту руки – вперёд! – я понял его и без слов, схватил ружьё и побежал вперёд.

Было больно осознавать, что мои товарищи остались где-то позади, и я не мог вернуться к ним. Когда мы прыгали из лодки, то все разбрелись по полю битвы. Теперь оставалось надеяться, что я найду их в деревне.

Для верности я выстрелил в пустоту и с диким ором побежал вперёд. По пути попадались многочисленные окровавленные трупы наших бойцов, на земле валялось много оружия, но на него не было времени. На пути лежала смятая проволока против пехоты, скоро должны появиться вражеские окопы, а бой этот будет страшным! Я решил ни о чём не думать и о всём забыть.

Под обстрелом я прыгаю в окоп, как ошалевший и дикими глазами бегаю во все стороны, пытаясь различить вражину. И в это время за поворотом в окопе по мне ударила автоматная очередь, заставившая меня отскочить и дрожащими руками вытянуть винтовку. Палец – у спускового крючка, оставалось выжидать. Я присел, чтобы не мешали крепостные пулемётчики, и начал ждать. Каждая секунда проходила мучительно долго, вокруг дым, горит земля, взрывы, стрельба... Уши заложило полностью, я вцепился глазами в цель и, едва показалось плечо террорца, я выстрелил.

Чёрт, рука дрогнула! Пуля пролетела мимо. Враг тоже отступил, видимо, ожидая новой моей атаки. Я осторожно начал подкрадываться к нему, перезарядив винтовку, и, как только наши взгляды встретились, то я сделал огромные усилия на моей правой руке и выстрелил. В ответ прилетела очередь от ещё одного солдата, стоявшего позади. Я отскочил за угол окопа, и в этот момент ко мне спрыгнуло двое других солдат, которые сразу же набросились на гарнизон окопа, потеряв одного человека, но убив двоих. Я смотрел на всё это, как ошалевший, страх зачаровал меня. Я никогда не видел настоящей войны, это так страшно... Я бы ни за что не хотел присутствовать тут! Если бы мог, я бы дал дёру, если бы не свои...

Снова предприняв огромные усилия, чтобы сдвинуть себя с места, я осторожно, пригнувшись под градом пуль, последовал за своими. Нам надо было проникнуть в подземный ход, чтобы не штурмовать крепостные ворота и не брать саму стену с террорцами.

– Пригнись!!!

Я обернулся на шум, но солдат, стоявший сзади, резко повалил меня на землю. От неожиданности я вскрикнул и достал нож, но тут я увидел рядом десяток арбалетных болтов, вонзённых в землю. Если бы я мог, то отблагодарил бы так, кого ещё ни разу не благодарил. Он тоже не стал церемониться, бросив что-то с недовольным лицом. Наверно, ругательство.

Мы прошли дальше по окопу, солдаты впереди меня отстреливали вражеских стрелков, а я в это время думал, что наверно навсегда потерял Джека и Марка, а также нашего спасителя Роберта! От осознавания этого мне было так больно, но я сдерживался, чтобы не закричать и не броситься либо под пули, либо к морю. Ну где они?! Куда они подевались?! Наверняка где-то ещё пытаются пробиться...

Резкий взрыв заставил нас чуть ли не лечь на дно окопа. Кто-то указал рукой на крепостные орудия, дула которых смотрели на нас. Неужели враги догадались, что тут больше нет террорцев?!

Мы зашли под колючую сетку, замаскированную листьями и песком.

“Развилка?” – подумал я, увидев спуск в подвал. Землянка?..

Тут на нас вывалилось сразу десяток террорцев, с которыми завязался бой не в нашу пользу. Я кинулся в землянку, ногой попытался выбить дверь, но тут из неё неожиданно выскочил какой-то человек с наушниками и пистолетом. Не тратя время на выяснения я открыл огонь и убил этого... связиста? Нет времени выяснять, Стив! Я спохватился и быстренько забежал внутрь, заранее выстрелив ещё несколько раз в открытый проход. В землянке оказалось пусто, хотя... Стоп! Это же тот самый подземный ход! Я резко вылетел наружу – наших осталось только двое из пяти, с кем я шёл в окопе!

– Сюда! Тут проход!! – я решил привлечь их внимание всеми средствами, но они сразу же, увидев меня, забежали внутрь. Они открыли дверь в подземный ход и встали у стены. Я кинулся к одному из них, потому что по тоннелю прибывало подкрепление! Как минимум, около двух-трёх десятков террорцев!!

Как только они вышли из прохода – первые пятеро человек – они тут же полегли под огнём наших солдат. Остальные не спешили выходить, поэтому внутрь сразу же полетело несколько гранат. Дверь захлопнулась – раздался чудовищный взрыв. Один из наших резко распахнул дверь и дал автоматную очередь, положив ещё несколько солдат. Где-то над головой раздался оглушительный грохот – около землянки упал снаряд, в проход полетела размётанная земля и куски проволки. Надо спешить!

Наша группа ворвалась в проход, расстреливая всех, кто остался в живых и либо пытался стрелять, либо отступал. Тоннель узкий – ни одна мишень не улизнёт.

Я начинал привыкать к этому аду, шок первых секунд штурма угас.

Мы добежали до лестницы наверх, наверху был закрытый металлический люк. Один из наших первый полез наверх, выбил люк прикладом и вылез полностью. За ним полезли и мы.

Вылезли мы внутри деревни Солнечнодревенска в каком-то строении.

– Сэр, спешу доложить – десант с большими потерями вошёл в деревню Соднечнодревенск! Докладываю – десант вошел в деревню! Ждём подкрепления! Ждём подкрепления!

– Подкрепление прийти не может – неприятельский флот блокировал нас на суше. Пробить кольцо блокады не представляется возможным, – донеслось из трубки, – Прикажите всем штурмовым частям наступать на деревню, а вам особое задание – захватить Чёрное Знамя! И уничтожить его!

– Приказ понят! Выполняю!

Мы выбили дверь хижины и выбежали наружу. Неприятельские войска находились на стенах, а это, видимо, край деревни. Предстоял сложный штурм знамени...

И тут мою голову посетила идея – как вырваться и прийти к месту, которое я назначил в нашем плане. Есть шанс найти остальных, есть!



В центре деревни была огромная башня, окружённая крепостной стеной. Над ней развевались чёрные знамёна, но самое главное – Знамя гвардии Эйдена – было где-то внутри. Мы рассматривали это строение находясь за домами и ожидая остальные штурмовые войска. Командир нашего отряда уже разослал всем частям приказ от лица Рона – направляться в деревню. Мы изредка высовывались и отстреливали террорцев – как же нам не хватает снайперов... Попасть в эти бойницы да ещё на таком расстоянии – сущий ад, даже похуже самой войны! Мы указали и координаты тоннеля для безопасного обхода, а также предупредили, чтобы несколько человек шли зачищать сами внешние стены от террорцев, которые могли спуститься и ударить в тыл.

А мне нужно было прорваться на другую сторону деревни, открыть задние ворота и сбежать из мясорубки. Это и есть мой гениальный, но очень сложный план. На случай такого исхода.

Прошло целых пять минут, и только сейчас наши части прибыли к нам на подмогу по подземному ходу. Признаться, я так перенервничал, пока ждал их – думалось, что террорцы сейчас побегут в атаку и нам втроём несдобровать. Они могли ударить по нам с самой крепостной стены, но вражина, по-видимому, была занята истреблением штурмовиков с внешней стороны, а наш дерзкий манёвр могли и не заметить. Но я на всякий случай всё же стоял на стрёме и сторожил их – мало ли, а мы будем не предупреждены.

– Командир, где вы были? Мы могли просто потерять данный плацдарм перед атакой!

– Отставить панику, сир! Надо атаковать! Вы – идёте со мной, а вы – зачищать крепостные стены! Выполнять!

Среди этого иноязычного лепета было что-то разобрать крайне сложно, но по жестам было немного понятно. Ударная группировка создалась, и после мы начали штурм вражеской башни.

– Ура! Смерть террорцам! В атаку!

Надо было быть крайне осторожными, поэтому мы пробивались по почти нетронутым улицам маленькой деревни чуть ли не ползком, отстреливая выскакивающих на нас врагов и выбивая их из зданий. Приблизившись к одному из них, командир приказал выбить двери и ликвидировать пулемётчика, положившего десяток наших солдат ещё на подходе. Наша группа ворвалась в дом, один из наших, кто шёл первее всех, застрелил пулемётчика, но после мы увидели, как он упал в проходе с дырой от пули во лбу.

– Там двое! Повторяю, там двое!

На его место немедленно кинулись ещё двое, и вскоре дом прекратил сопротивление. Последовал жестикулярный приказ идти дальше, я услышал чьи-то победоносные вопли, которые резко прервались. Кого-то убили!

Не успел я выйти на главную улицу, ведущую к башне, как вдруг по нам ударила пулемётная очередь – пришлось резко отскочить и отступить обратно к тому дому.

Мы вернулись к захваченному пункту обороны, как вдруг сзади послышались звуки яростной стрельбы. Я посмотрел назад и обомлел – нам в тыл ударила целая дюжина боеспособных солдат Терроры!! Сейчас! Прямо в тыл!! Мы сейчас же укрылись в домах и принялись отстреливать врагов. Я понятия не имел, откуда они могли взяться! Это невозможно! Джек, Марк!! Они могут быть в беде!

– Прекратить панику, солдаты! Сосредоточиться на вражеском десанте!

Дом превратился в последний мой оплот безопасности, и следовало его держать до конца. Если мы падём, то я не смогу сбежать в Юкатанию и отыскать этого Вийона, а, может, и отсюда живым не уйду – мы в кольце!

Хорошо, что у нас есть трофейный террорский пулемёт – было немного легче выживать. Наши бойцы косили вражину, которая пыталась пробиться к нам, и оставляла на дороге кучи трупов в чёрной униформе. Среди десанта даже знаменосец был – он нёс флаг чёрного цвета с белым якорем, под которым перекрестились два револьвера! Но он в атаку так фанатично не шёл, поэтому убить его наши не могли. Многие вывалились из дома и защищали подступы к нему, я же оставался внутри, чтобы выжить. Целых десять минут я боялся выглянуть из дома, но потом я решил пересилить себя и заметил, что десант начал отступать! Отступать на стены!

– Е! Ура! – я обрадовался так сильно, что не сдержал восторга, хотя стоило, потому что солдаты недоверчиво на меня покосились.

В общем, нам последовал приказ пробиться к воротам и подорвать их заранее заготовленной взрывчаткой, но перед этим стоило покосить пулемётчиков в бойницах башни. Для этого выделили особую группу бойцов, куда вошёл и я, хотя я ещё ничего не сделал, чтобы оправдать надежды генерала – наверно, эта атака самоубийствена. Это бы многое объяснило...

Аккуратно пробираясь вдоль крепостной стены, мы приближались к башне. У одного из наших была взрывчатка, остальные, включая меня – должны были его прикрывать и отстреливать вражеских солдат. Хотя по факту, отстреливали только они, я просто шёл рядом с ними, потому что всё-равно бы никуда не попал. Тут резко раздалась пулемётная очередь. Я повернул голову и увидел, как остальные побежали в атаку прямо на башню, прятались за опрокинутыми телегами и кучами дров и стреляли по башне. В это время нас никто не трогал.

В этот момент я мог оценить всю преданность и самопожертвование антитеррорцев своей идее и... Нам – группе, которой предстояло не подвести надежд тех, кто уже погиб, отвлекая на себя огонь террорцев и спасая нас. Мы резко поторопились, чтобы незаметно подорвать ворота и провести всех штурмовиков внутрь.

Около самих ворот стояла баррикада, за которой находился работающий пулемёт, косивший наших солдат. Мы открыли огонь по нему – он, видимо, не ожидал этого – и убили пулемётчика. Но в это время рядом стоявшая охрана начала стрелять по нам и прятаться за мешками с песком и ящиками баррикады. Рядом со мной погиб один из нашей группы, который нёс взрывчатку. Я реагировал моментально и начал оттаскивать его труп назад, пока остальные прикрывали меня.

Я укрылся за ближайшим зданием и начал обыскивать подрывника.

– Ну же! Где бомба?!

Вскоре я нашёл заряженный пистолет и саму бомбу. Я бросился обратно на поле боя. Я решил сам подорвать ворота башни!

С небольшой серой сферой, из которой рос фитиль, я со всех ног бросился к воротам и стрелял на ходу из пистолета. Передо мной бежали остальные солдаты, которые уже уничтожили охрану пулемёта. Мы заняли этот редут, и я поджёг фитиль и бросил взрывчатку под ворота. Мы кинулись в сторону.

Раздался взрыв. Ворота разорвало и раскидало по площади. Увидев это и поддержав дружеским: “УРА!!!”, наши отвлекающие части бросились вперёд, расстреливая врагов уже внутри башни. Из ворот буквально нёсся шквал из пуль, но антитеррорцев это уже не могло остановить, но нескольких солдат мы всё же оставили около ворот. Когда штурмовой отряд с командиром впереди зашёл в башню, следом кинулись и мы.

Признаюсь, в тот момент я был горд собой. Я спас операцию! Я был уверен, что разгромить врагов внутри башни будет намного легче, чем подобраться к ней в начале.

Мы, высекая одиночных защитников башни, добрались до развилки, из которой вело три двери. Наш отряд разделился, я пошёл сначала прямо.

Мы попали в комнату со столом, на которой стояла радиостанция, с полками с оружием, на стенах висели картины, а комнату охранял неких два человека, которые при нашем подходе уже лежали мёртвые. Рядом с ними была окровавленная стена, а в руках было по пистолету. Рядом же на стене висело и огромное чёрное с золотыми контурами полотно, на котором был нарисован золотой череп и написано золотыми буквами: “Служим Эйдену Верой и Правдой!”.

По-видимому, это и было Чёрное Знамя, за которым мы сюда пришли.

– Доложите, что комендант крепости и его радист покончили с собой, – произнёс по-майнарски командир отряда, – Можно считать это капитуляцией. Уничтожьте знамя немедленно, уверен, что за ним ещё придут войска Эйдена...

Исполняя приказ Рона – коменданта крепости на о-ве Одиночества – и нашего командира штурмового отряда, наши солдаты расстреляли Чёрное Знамя, порвали и обмётки ткани выбросили из окна. Солдаты пошли на вершину башни, и вскоре над ней развевался флаг антитеррорцев; я же в это время отправился в другой проход на той развилке, и я оказался на крепостной стене.

Найти спуск было несложно, и вскоре я был уже внизу. В это время над ухом вещал с вершины башни громкоговоритель – наверняка, призывали сдаваться. Я же со всех ног побежал к закрытым задним воротам, которые оказались открыты. Видимо, кто-то до меня уже покидал город. В общем, я повесил ружьё на плечи и выбежал из Солнечнодревенска. Предстояло отыскать друзей и наше “место встречи”. Я не прогадал – оно оказалось в лесу рядом с городом.

И когда я прибыл на место, то обнаружил там и Джека, и Марка и даже Роберта! Они отдыхали у костра и о чём-то разговаривали между собой. Завидев меня, вояки бросились ко мне в объятия.

– Как же я рад, что вы живы!! – воскликнул я, —Но как вы смогли пробиться?

– Мы решили, чтобы ты потом не искал нас, встретиться тут с тобой, – начал Джек. Он выглядел по-настоящему счастливым, – Мы как-то смогли втроём встретиться, а после, почти не воюя, осторожно прошли, согласно плану, вдоль стены в лесу, столкнулись с небольшим отрядом охраны, но легко перестреляли его! Ух, было трудно, Стив! Чёрт, как же я рад, что ты жив вот тут! Мы так волновались... Ты же не пошёл с нами, дурак, а полез в город! Зачем, кстати?

– Да, на бойцов натыкался – грозились расстрелять, – как же это неприятно сейчас вспоминать!

– Ясно, – ответил Марк, – Ну как, увидел войну?

– Если я писал тебе, что “было бы неплохо” со смайликом, то теперь я знаю, что это такое на самом деле! Я больше не хочу тут находиться, – выпалил я, – Кстати, вы видели, кто покидал город? Почему ворота открыты?

– Там какая-то телега проезжала, – произнёс Роберт, – С пулемётом. Мы перепугались и бросились в лес. Мы не успели разглядеть.

– Идём отсюда, а то Террора приведёт подкрепление, – резонно заявил Джек и первый направился в сторону перешейка.

Мы ещё раз обнялись и – бывалые вояки с оружием и перепачканные дымом и сажей – направились в сторону Юкатании. В самое террорское логово. Но теперь я уверен, что мы сможем друг друга защитить...

...Ведь мы уже столько пережили, что переживём ещё больше!

====== Глава 9: “Тактика Победы” Эйдена. ======

Рассказчик – Эйден.



– Господин Эйден! Господин Эйден!! Срочные новости!

По каменному мосту, соединяющему крепость со дворцом, ловя на себе удивлённые взгляды воинов и сторожил, несётся человек, который, судя по форме, является важным военачальником. Вид у него был крайне взволнован, глаза горели в панике, его голос разлетался на многие метры, на что он ловил ещё больше недоумённых взглядов. Услышав его ор, я из любопытства выглянул в своё окно.

На улице ещё темно, луна и звёзды хоть и уходили за горизонт, было сумрачно, а внутри стен и вовсе был непроглядный мрак, потому что не везде горели факелы.

– Скажите Верховному Лидеру, что я принёс ужасные известия! Немедленно! Срочно!

Если бы он не сказал про “что-то ужасное”, то я бы мог подумать, что он балуется и с большим удовольствием арестовал за такие шуточки. Меня взяло любопытство, и поэтому я впустил человека. Через какие-то две минуты он уже ворвался ко мне в зал и прям с порога объявил:

– Главнокомандующий войск Юго-Западного Военного Округа докладывает, – запыхавшись, начал он, – Повстанцы напали на Элассию!

Столько невнятных слов буквально шокировало меня, поэтому я собрался и, подойдя к нему, пригласил в зал за стол и дал отдышаться. Он принял приглашение, успокоился, выпил стакан воды, перестал трястись, отдышался и наконец начал говорить гораздо внятнее:

– Осмелюсь доложить, мой повелитель – антитеррорцы устроили высадку в Солнечнодревенске и разгромили наши войска в цитадели! План с окружением полностью провалился – десант, который ударил им в тыл, был уничтожен. Флот удалось спасти, однако они захватили Чёрное Знамя и уничтожили его!

После таких слов, я долго не мог найти дар речи – это как же они смогли преодолеть оборону, разбить наши передовые части и даже захватить знамя?! Я был в ярости, но старался сдерживаться:

– А ну-ка повторите! Это проверенная информация или пропагандистская листовка от повстанцев? Захватить знамя было невозможно!

– Однако повстанцы ещё и принудили оставшийся гарнизон сдаться в плен, – с ужасом в глазах продолжил генерал, – Сейчас их отряды отрезаны от Острова Одиночества, но они продолжают движение в сторону Юкатании и скоро доберутся до передовых защитных комплексов самой столицы! Лидер, какие распоряжения нам выполнять?

– Погодите-ка... Надо переварить все новости, погодите-ка.., – я сделал глубокий вдох и прошёл из-за стола к своему трону.

Они смогли разгромить “Чёрное Знамя”! Но как?! Почему мои верные войска предали меня? Как они посмели? Так-так-так, надо это обсудить на собрании... Я сел в трон и дал ему указание:

– Возвращайтесь в расположение своих новых войск – в “сектор-31”. Скоро туда же прибуду и я. Прикажите по пути всем главным лицам Республики Террора прибывать во дворец – я созываю Срочное Собрание по Делам Гражданской Войны. Готовьте войска к освободительному походу на Солнечнодревенск – по приходу я отдам остальные распоряжения. Всё поняли? Ступайте!

Генерал услужливо поклонился и вышел из зала. Я стал раздумывать над тем, что хотелось обсудить на собрании.

Я недооценивал повстанцев и искренне думал, что такой малочисленный отряд сможет совершить высадку в крепость и тем более – победить! Это был мой просчёт и мне же стоило спасти своё государство от неминуемой гибели.

Я ждал. До начала собрания ещё полчаса. Гнев накапливался во мне, как и страх, я глубоко задумался над обстановкой и отошёл в свои личные покои. Включил свет, расстелил на столе карту, куском белого мела обозначил возможную линию фронта и набросал рубеж обороны перед Цитаделью и стрелки контрударов.

Я планировал поход на повстанцев, нужно было подготовиться к Срочному Собранию. Я волновался – совет не одобрит взятие важной крепости, пойдёт паника, начнутся беспорядки, меня попытаются свергнуть... Надо было подобрать слова.



– Господин Эйден, что за такая спешная срочность? Вы решили обдумать план по заключения сепаратного мира?

– Не сейчас, Майя, – отстранено произнёс я, посмотрев на её лицо с презренным взглядом, – За такие слова тебя могут повесить, ты знаешь меня. Заткнись!

– Вот именно – знаю. Поэтому и не повесишь, – самым наглым образом произнесла она, – я тебе ещё нужна, к тому же, мы оба варимся в одном котелке.

– Хочешь проверить? Мне позвать стражу?

В это время в зал торопливо вошли остальные члены Совета, которых приказал собрать. Я приказал им рассесться по местам и скоро я сам сел за стол и начал собрание. Ещё никогда, признаюсь, я так не волновался. Я, даже больше скажу, ещё ни разу не волновался в принципе, как только закрылся от остального мира за стенами Терроры, но теперь эта угроза начала касаться и нас лично. Я начал пересказывать им заранее подготовленную речь:

– Слушайте, коллеги. Слушайте внимательно, потому что то, что я вам поведую, может угрожать всем нам и самому существованию нашего скромного государства. Только что мне доложили, что Солнечнодревенск пал...

Я сделал небольшую траурную паузу, все собравшиеся здорово перепугались, у многих округлились глаза, Бен и Билл даже потеряли дар речи. Лишь одна Майя чувствовала тайную победу и не поддавалась общему волнению. Со злостью бросив на неё взгляд, я захотел продолжить, но Дак перебил меня резонным вопросом:

– Но как, повелитель, малочисленный и избитый неприятельский отряд может угрожать нашему владычеству? Стоит лишь послать против них пару отрядов верных нам войск и они полягут все как один!

– Дело в том, что они мало того, что засели за стенами города и сумели привести на свою сторону бывших террорцев, так они умудрились захватить Чёрное Знамя! – продолжил я, имитируя на лице эмоции безысходности, – Они, можно сказать, захватили знамя наших верных частей в юго-западной Элассии! Нам придётся оставить огромные территории и отступить почти к пригородам, потому что местное население обязательно пойдёт за повстанцами. Вот в чём проблема. Нужно как можно быстрей нанести контрудар и освободить наши земли от бунтовщиков, кто “за”?

Все подняли правую руку вверх, одна лишь Майя отказалась от моего плана, заявив:

– Я всё-равно буду пытаться вести с ними переговоры.

Я не выдержал:

– Увести её отсюда. На перевоспитание и трёхдневный арест.

В комнату вошла стража, сестра же была в ярости:

– Как вы смеете?! Я член Совета, я имею право голоса!

– Ты слишком радикальна, ты пытаешься потакать врагу. Уйди с моих глаз немедленно, – старался я оставаться спокойным, однако последняя фраза была с долькой моих нерв.

Майу увели, мы же продолжили совещание.

– Эйден, что вы запланировали? – спросила робко Бетани, пытаясь убрать надоедливую прядь волос с левого глаза. Усмехнувшись, я продолжил:

– Сначала приведи себя в порядок, Бетани. Кто же непричёсанной приходит ко мне во дворец? Я придумал план похода на Солнечнодревенск под кодовым названием “Освободительная Война”. Принесите карту.

Когда принесли карту, я набросал на ней линии обороны и стрелки наших и вероятных вражеских контрударов. Люди, разбирающиеся в тактике и стратегии, сразу приняли его в штыки:

– Господин, принять бой в перешейке было бы более выгодно, чем у пригородов Цитадели, – сказал Гилл, – Ну, вам виднее, лидер. Извините.

– Впервые в жизни ваш помощник прав, господин, – ответил Сент, – К слову: нам жизненно необходимо арендовать у Государства Охотников порт Гоуон-На-Зелёной, иначе мы не сможем хранить наши корабли, а острова окажутся без снабжения.

– Правильно мыслите, – произнёс я, раздумывая в это время над встречей с “верными псами” Родана – правителя своего небольшого государства, имеющего огромные колонии на севере полуострова. Он и его слуги почему-то зовут себя “охотниками на ведьм”, хотя республику этих колдунов и колдуний они уничтожили ещё давно, превратив их земли в колонии и разделив на резервации, выгнав почти всех туземцев.

Сейчас наша основная флотилия – та, что нужна для прикрытия наших главных портов снабжения – базируется в “1-ом Оплоте” – небольшой военно-морской базе, через которую мы снабжаем гарнизон Солнечнодревенска и спонсируем поход в Элласту – уже разрушенный нами город – и дальше через пролив на запад в Город Бурь – сателлита “Охотников”. Вот если бы мы сумели договориться с Роданом, то легко бы перегруппировались, переждали и вновь совершили поход. Уже завершающий компанию нашу – с победой, а их – с позором. Рядом ещё есть и “2-ой Оплот”, но он служит лишь фортом на пути к “Первому”.

Проблема лишь в том, что наши отношения накалены до предела, и они могут вполне возможно поддержать не нас, а повстанцев. А это обернётся катастрофой. Гарантированно!

Мы обсудили детали эвакуации нашей флотилии, дату встречи с послами Родана, утвердили план разгрома повстанцев и собрание окончилось. План заключался, к слову, в занятии обороны и постройку форта на единственной дороге – ну, как форта. Систему редутов, окопов и орудий вряд ли так назовёшь. Потом, когда враг попытается вклиниться в оборону и измотает свои силы, то мы ударим в тыл нашими замаскированными частями и окружим отряд антитеррорцев. После следует резкое наступление и разгром лояльных бунтовщикам “армий освобождения”. Но прежде нам надо увести войска из покорённых областей Элассии вглубь полуострова через перешеек, сделав вид, что мы “бежим в панике”. Поднимутся покорённые народы, всплеск патриотизма, все дела... Да, но до того момента, как они рискнут напасть на “Оплоты” и укрепления в перешейке. Там-то мы их и поймаем в блокаду.

Но для этого успешного отхода у нас обязана быть база на другом берегу этого залива, что между самой Юкатанией и берегом Эласским. И ещё будет плохо, если нам в тыл ударят “Охотники” – вот, когда придётся “бежать в панике”. Но теперь не в Цитадель, а на север, в Нублийские Горы. А лучше на мелких судах в Торговую Федерацию или к Пиратским Владениям. Там нас искать не будут, но надо молиться, чтобы переговоры прошли успешно.

“В случае чего – сказал я заключительную фразу – Бросаем всё и бежим в горы. Там мы можем заново осесть и что-то создать новое. Но будем делать всё, чтобы не допустить этого коллапса! Все свободны, задания разданы. Следите за Майей. Всё, объявляю собрание оконченным.”

Все разошлись, я остался один.

Если эти тираны, которые захотели покуситься на мою жизнь, ворвутся во дворец, то этот магический изумруд спасёт меня.

Он спасёт меня... Я оделся и бегом направился в “Сектор-31”, оставив на своём месте своего ставленника Гилла, приказав следить за Мейей и докладывать мне время от времени всё о ней. Камень же я взял с собой – мало ли Гиллу взбредёт в голову порыться в моих вещах.

====== Глава 9: Лесная Террора. ======

Рассказчик – Эйден.



– Господин Эйден! Господин Эйден!! Срочные новости!

По каменному мосту, соединяющему крепость со дворцом, ловя на себе удивлённые взгляды воинов и сторожил, несётся человек, который, судя по форме, является важным военачальником. Вид у него был крайне взволнован, глаза горели в панике, его голос разлетался на многие метры, на что он ловил ещё больше недоумённых взглядов. Услышав его ор, я из любопытства выглянул в своё окно.

На улице ещё темно, луна и звёзды хоть и уходили за горизонт, было сумрачно, а внутри стен и вовсе был непроглядный мрак, потому что не везде горели факелы.

– Скажите Верховному Лидеру, что я принёс ужасные известия! Немедленно! Срочно!

Если бы он не сказал про “что-то ужасное”, то я бы мог подумать, что он балуется и с большим удовольствием арестовал за такие шуточки. Меня взяло любопытство, и поэтому я впустил человека. Через какие-то две минуты он уже ворвался ко мне в зал и прям с порога объявил:

– Главнокомандующий войск Юго-Западного Военного Округа докладывает, – запыхавшись, начал он, – Повстанцы напали на Элассию!

Столько невнятных слов буквально шокировало меня, поэтому я собрался и, подойдя к нему, пригласил в зал за стол и дал отдышаться. Он принял приглашение, успокоился, выпил стакан воды, перестал трястись, отдышался и наконец начал говорить гораздо внятнее:

– Осмелюсь доложить, мой повелитель – антитеррорцы устроили высадку в Солнечнодревенске и разгромили наши войска в цитадели! План с окружением полностью провалился – десант, который ударил им в тыл, был уничтожен. Флот удалось спасти, однако они захватили Чёрное Знамя и уничтожили его!

После таких слов, я долго не мог найти дар речи – это как же они смогли преодолеть оборону, разбить наши передовые части и даже захватить знамя?! Я был в ярости, но старался сдерживаться:

– А ну-ка повторите! Это проверенная информация или пропагандистская листовка от повстанцев? Захватить знамя было невозможно!

– Однако повстанцы ещё и принудили оставшийся гарнизон сдаться в плен, – с ужасом в глазах продолжил генерал, – Сейчас их отряды отрезаны от Острова Одиночества, но они продолжают движение в сторону Юкатании и скоро доберутся до передовых защитных комплексов самой столицы! Лидер, какие распоряжения нам выполнять?

– Погодите-ка... Надо переварить все новости, погодите-ка.., – я сделал глубокий вдох и прошёл из-за стола к своему трону.

Они смогли разгромить “Чёрное Знамя”! Но как?! Почему мои верные войска предали меня? Как они посмели? Так-так-так, надо это обсудить на собрании... Я сел в трон и дал ему указание:

– Возвращайтесь в расположение своих новых войск – в “сектор-31”. Скоро туда же прибуду и я. Прикажите по пути всем главным лицам Республики Террора прибывать во дворец – я созываю Срочное Собрание по Делам Гражданской Войны. Готовьте войска к освободительному походу на Солнечнодревенск – по приходу я отдам остальные распоряжения. Всё поняли? Ступайте!

Генерал услужливо поклонился и вышел из зала. Я стал раздумывать над тем, что хотелось обсудить на собрании.

Я недооценивал повстанцев и искренне думал, что такой малочисленный отряд сможет совершить высадку в крепость и тем более – победить! Это был мой просчёт и мне же стоило спасти своё государство от неминуемой гибели.

Я ждал. До начала собрания ещё полчаса. Гнев накапливался во мне, как и страх, я глубоко задумался над обстановкой и отошёл в свои личные покои. Включил свет, расстелил на столе карту, куском белого мела обозначил возможную линию фронта и набросал рубеж обороны перед Цитаделью и стрелки контрударов.

Я планировал поход на повстанцев, нужно было подготовиться к Срочному Собранию. Я волновался – совет не одобрит взятие важной крепости, пойдёт паника, начнутся беспорядки, меня попытаются свергнуть... Надо было подобрать слова.



– Господин Эйден, что за такая спешная срочность? Вы решили обдумать план по заключения сепаратного мира?

– Не сейчас, Майя, – отстранено произнёс я, посмотрев на её лицо с презренным взглядом, – За такие слова тебя могут повесить, ты знаешь меня. Заткнись!

– Вот именно – знаю. Поэтому и не повесишь, – самым наглым образом произнесла она, – я тебе ещё нужна, к тому же, мы оба варимся в одном котелке.

– Хочешь проверить? Мне позвать стражу?

В это время в зал торопливо вошли остальные члены Совета, которых приказал собрать. Я приказал им рассесться по местам и скоро я сам сел за стол и начал собрание. Ещё никогда, признаюсь, я так не волновался. Я, даже больше скажу, ещё ни разу не волновался в принципе, как только закрылся от остального мира за стенами Терроры, но теперь эта угроза начала касаться и нас лично. Я начал пересказывать им заранее подготовленную речь:

– Слушайте, коллеги. Слушайте внимательно, потому что то, что я вам поведую, может угрожать всем нам и самому существованию нашего скромного государства. Только что мне доложили, что Солнечнодревенск пал...

Я сделал небольшую траурную паузу, все собравшиеся здорово перепугались, у многих округлились глаза, Бен и Билл даже потеряли дар речи. Лишь одна Майя чувствовала тайную победу и не поддавалась общему волнению. Со злостью бросив на неё взгляд, я захотел продолжить, но Дак перебил меня резонным вопросом:

– Но как, повелитель, малочисленный и избитый неприятельский отряд может угрожать нашему владычеству? Стоит лишь послать против них пару отрядов верных нам войск и они полягут все как один!

– Дело в том, что они мало того, что засели за стенами города и сумели привести на свою сторону бывших террорцев, так они умудрились захватить Чёрное Знамя! – продолжил я, имитируя на лице эмоции безысходности, – Они, можно сказать, захватили знамя наших верных частей в юго-западной Элассии! Нам придётся оставить огромные территории и отступить почти к пригородам, потому что местное население обязательно пойдёт за повстанцами. Вот в чём проблема. Нужно как можно быстрей нанести контрудар и освободить наши земли от бунтовщиков, кто “за”?

Все подняли правую руку вверх, одна лишь Майя отказалась от моего плана, заявив:

– Я всё-равно буду пытаться вести с ними переговоры.

Я не выдержал:

– Увести её отсюда. На перевоспитание и трёхдневный арест.

В комнату вошла стража, сестра же была в ярости:

– Как вы смеете?! Я член Совета, я имею право голоса!

– Ты слишком радикальна, ты пытаешься потакать врагу. Уйди с моих глаз немедленно, – старался я оставаться спокойным, однако последняя фраза была с долькой моих нерв.

Майу увели, мы же продолжили совещание.

– Эйден, что вы запланировали? – спросила робко Бетани, пытаясь убрать надоедливую прядь волос с левого глаза. Усмехнувшись, я продолжил:

– Сначала приведи себя в порядок, Бетани. Кто же непричёсанной приходит ко мне во дворец? Я придумал план похода на Солнечнодревенск под кодовым названием “Освободительная Война”. Принесите карту.

Когда принесли карту, я набросал на ней линии обороны и стрелки наших и вероятных вражеских контрударов. Люди, разбирающиеся в тактике и стратегии, сразу приняли его в штыки:

– Господин, принять бой в перешейке было бы более выгодно, чем у пригородов Цитадели, – сказал Гилл, – Ну, вам виднее, лидер. Извините.

– Впервые в жизни ваш помощник прав, господин, – ответил Сент, – К слову: нам жизненно необходимо арендовать у Государства Охотников порт Гоуон-На-Зелёной, иначе мы не сможем хранить наши корабли, а острова окажутся без снабжения.

– Правильно мыслите, – произнёс я, раздумывая в это время над встречей с “верными псами” Родана – правителя своего небольшого государства, имеющего огромные колонии на севере полуострова. Он и его слуги почему-то зовут себя “охотниками на ведьм”, хотя республику этих колдунов и колдуний они уничтожили ещё давно, превратив их земли в колонии и разделив на резервации, выгнав почти всех туземцев.

Сейчас наша основная флотилия – та, что нужна для прикрытия наших главных портов снабжения – базируется в “1-ом Оплоте” – небольшой военно-морской базе, через которую мы снабжаем гарнизон Солнечнодревенска и спонсируем поход в Элласту – уже разрушенный нами город – и дальше через пролив на запад в Город Бурь – сателлита “Охотников”. Вот если бы мы сумели договориться с Роданом, то легко бы перегруппировались, переждали и вновь совершили поход. Уже завершающий компанию нашу – с победой, а их – с позором. Рядом ещё есть и “2-ой Оплот”, но он служит лишь фортом на пути к “Первому”.

Проблема лишь в том, что наши отношения накалены до предела, и они могут вполне возможно поддержать не нас, а повстанцев. А это обернётся катастрофой. Гарантированно!

Мы обсудили детали эвакуации нашей флотилии, дату встречи с послами Родана, утвердили план разгрома повстанцев и собрание окончилось. План заключался, к слову, в занятии обороны и постройку форта на единственной дороге – ну, как форта. Систему редутов, окопов и орудий вряд ли так назовёшь. Потом, когда враг попытается вклиниться в оборону и измотает свои силы, то мы ударим в тыл нашими замаскированными частями и окружим отряд антитеррорцев. После следует резкое наступление и разгром лояльных бунтовщикам “армий освобождения”. Но прежде нам надо увести войска из покорённых областей Элассии вглубь полуострова через перешеек, сделав вид, что мы “бежим в панике”. Поднимутся покорённые народы, всплеск патриотизма, все дела... Да, но до того момента, как они рискнут напасть на “Оплоты” и укрепления в перешейке. Там-то мы их и поймаем в блокаду.

Но для этого успешного отхода у нас обязана быть база на другом берегу этого залива, что между самой Юкатанией и берегом Эласским. И ещё будет плохо, если нам в тыл ударят “Охотники” – вот, когда придётся “бежать в панике”. Но теперь не в Цитадель, а на север, в Нублийские Горы. А лучше на мелких судах в Торговую Федерацию или к Пиратским Владениям. Там нас искать не будут, но надо молиться, чтобы переговоры прошли успешно.

“В случае чего – сказал я заключительную фразу – Бросаем всё и бежим в горы. Там мы можем заново осесть и что-то создать новое. Но будем делать всё, чтобы не допустить этого коллапса! Все свободны, задания разданы. Следите за Майей. Всё, объявляю собрание оконченным.”

Все разошлись, я остался один.

Если эти тираны, которые захотели покуситься на мою жизнь, ворвутся во дворец, то этот магический изумруд спасёт меня.

Он спасёт меня... Я оделся и бегом направился в “Сектор-31”, оставив на своём месте своего ставленника Гилла, приказав следить за Мейей и докладывать мне время от времени всё о ней. Камень же я взял с собой – мало ли Гиллу взбредёт в голову порыться в моих вещах.

Рассказчик – Стив.



Ступая по зелёным лужам этого болота, куда бы я по собственной воле даже и не сунулся бы, если бы не та паническая составляющая – страх преследования как от своих, как и от чужих, мы осторожно продвигались вперёд, неся на себе и тяжёлый груз дороги.

Сколько мы там прошли... Метров двести? Отлично, фронт далеко позади, и никто не заметил моего побега. Думаю, повстанцы ещё осядут в городе, чтобы передохнуть с похода, привести в порядок свои тылы, пополнить армию...

Вроде, их там всех пленили. Бандиты ещё могли сопротивляться, а наш штурмовой отряд, хоть и закалённый в боях, все дела... ещё сможет несколько часов сдерживать натиск обезглавленных частей террорцев, пока не разгромят их и вернутся домой. У нас по пятам, разумеется. Лес с этим грязным неприятным болотом начался недавно. Я даже не поверил, что такие всесильные организованные бандиты смогли отстроить такие коммуникации в этом месте. Либо же этот лесок очень маленький.

В любом случае, мы на территории врага, нам надо опасаться каждого кустика, держать оружие наготове и продолжать идти вдоль этой странной “реки”. Никогда бы не поверил, что Роберт не может отличить настоящей реки от ванной с зелёными жидкими травяными помоями. “Река” была настолько “большой”, что я мог перепрыгнуть её от берега к берегу, не зацепив даже самой воды, которая, кажется, давно иссохла. Также по бокам от этой речушки были и какие-то лужицы, но уже с настоящей водой, в которой, правда, плавали водоросли. Обходить их было невозможно, поэтому мы шли прямо по ним. Когда я нащупал на дне лужи ногой выходящий на поверхность корень дерева и не упал об него лицом в лужу с дождевой водой, я не выдержал:

– Блин, давайте сделаем привал. Я чертовски устал!

– Стив, мы только двести метров прошли, а ты уже устал? Я не поверю.

– Зато я не поверю, что ты, Марк, не устал! – огрызнулся я, встал на ноги и сел под дерево, где я смог, разглядывая свисающие лианы, вытереть грязь со лба и вылить из промокших насквозь ботинок дождевую воду.

– Стив, не наглей! Мы все устали нести эти ружья, – наехал на меня Джек. Вот на его выходки и попытки покомандовать я не хотел вестись, поэтому уклончиво ответил:

– Не, дай я высохну... Чуть-чуть совсем, я не наглею.

– Нельзя, Стив, – заметил Роберт, – Тут могут быть террорцы. Я бы не хотел напороться на засаду.

При всём моём желании выжать воду из куртки, я послушался и поднялся с места. Обулся и мы пошли далее.

– Ладно, извините. Будто вы никогда...

– Человек, – сказал Джек, – Чем скорее мы выберемся из Юкатании и придём в Майнариеград, тем скорее сможем попасть домой. Поэтому мы и торопимся – нет, конечно мы можем...

– Джек?

– ...Можем найти полянку, развести костёр, отдохнуть, выспаться...

– Джек?!

– ...Можем вообще остаться тут навсегда, но рано или поздно нас всё-равно поймают и перестреляют!

– Джек! Успокойся! – чуть ли не крикнул я на него, – Я понял, не тупой. Просто...

Я попытался придумать своей лени оправдание, но за эти пять секунд на ум так и не пришло ничего дельного. Я махнул рукой и мы пошли дальше. Джек только ехидно улыбнулся.

– Роб, мы не сбились с маршрута?

– Я помню, что эта река течёт куда-то на север, – ответил он, – Надеюсь, она приведёт нас в Зелёный Оазис. Поясняю, Зелёный Оазис – город, причём довольно крупный, который находится у истока этой реки. Там находятся наши союзники, по крайней мере, они попытаются помочь нам, если мы попадём в беду. В Юкатании свои законы выживания – имей друзей на расстоянии, чтобы предупредить опасность вблизи и вовремя попросить их “ударить в тыл”.

– А куда эта река впадает? – спросил я, заинтересовавшись темой про реку.

– Она впадает в Юкатанский Залив – огромную дугу вокруг полуострова. Там, говорят, держат свои корабли террорцы...

Удивляться его огромным знаниям я не решился – спрошу как-нибудь вечерком накануне у костра...

– Короче, нам надо идти в Зелёный Оазис, так? Тупо вверх по течению?

– Да, Марк. Думаю, они там не перенесли свой городок куда-нибудь, – улыбнулся Роберт.

Дальше мы шли молча.

Ай! Я оступился и чуть не полетел в реку, но я вовремя сумел зацепиться за землю и не упасть... Чёрт, я так перепугался... Ух... Чуть не упал, блин! Надо быть осторожнее.

– Стив? Ты чего? – Джек подошёл на моё: “Ай!” и протянул мне руку помощи.

– Ничего, спасибо, Джек, – хоть в руке помощи я не нуждался, всё же я поднялся благодаря ей.

– Да, чуть не упал – берег оказался слишком крутой.

– Ох.., – вырвалось у него так, будто это я —младший брат и он приглядывает за мной, – Смотри под ноги в следующий раз, понял?

Я промолчал, а после, кивнув, отправился дальше, как ни в чём не бывало.

Тут мы услышали в нескольких метрах в стороне какой-то шум. С любопытства мы направили туда одного из нас проверить, потому что сейчас любой террорец может выстрелить в спину.

– Ну, что там?

Мы подошли поближе и отодвинули ветки куста.

В сотне метров от нас, оказывается, располагалась целая деревня террорцев! Деревня была огорожена бетонным забором с воротами посередине, по углам стены обрезались, раздавая места для наблюдательных вышек, на которых стояли едва заметные наблюдатели, рассматривающие местность в бинокль. Также под самими стенами находились часовые с ружьями на плечах. Они были парами – одни ходили взад-вперёд, другие предпочитали стоять на одном месте и болтать между собой, около ворот находилось целых четыре группы охраны. Вдруг по каменной дороге к воротам проехала телега, в которую были запряжены лошади, битком нагруженная солдатами Терроры. На маленьком флагштоке на телеге развевался флаг Терроры – чёрное полотнище с черепом в продырявленной от выстрела каске, а ниже были скрещенные пистолеты, такие же побелённые. Ворота открылись, стража расступилась, давая проехать солдатам. После оказалось, что их там был целый конвой.

Интересно, к чему они так усердно готовятся? Неужели, реванш?

– Мы попали, – произнёс Марк, – Если они к чему-то готовятся, то нам придётся в этом участвовать. По-любому.

– Ещё не поздно, – ответил Роберт, – Пока что они не видят нас – стоит лишь идти дальше по реке и стараться не попадаться им на глаза.

– Я боюсь.., – произнёс я, – Они по-любому поймают нас, а против большого отряда мы – ничто! Ну сам посуди!

– Боюсь, сейчас я с братом соглашусь, – сказал к моему удивлению Джек, – Да, Стив, не удивляйся так. Я не собираюсь воевать против террорцев.

– Поэтому надо придумать план получше, – резко вставил Марк. Мы замолчали и начали думать.

Проблемой было то, что мы совсем не знаем местной географии, так что могли попасть куда угодно. А нам нужно было найти тот Зелёный Оазис, который, по словам Роберта, находится на берегу реки. Но тогда придётся пробиваться через их лагерь, а есть риск словить снайперскую пулю или ещё хуже – попасть к ним в плен. Поэтому нужно как-то пройти у них под носом, не выходя на равнины и поляны. То есть, лесом. Держа оружие всегда на готове. В крайнем случае – по дну этой лужицы, гордо называемой рекой, но до этого, надеюсь, не дойдёт.

– Короче, нам нужно двигаться лесом, не заходя на открытые пространства, – произнёс я.

– Уверен?

– Роб, ну прошлый план же сработал?

– Скорее, только чудом, – хмыкнул он.

Ещё немного поспорив, мы решили найти компромисс – двигаться лесом, при этом держаться только больших и глубоких чащ, не попадая в редколесье.

Отпустив ветки, мы бросились бежать со всех ног, лишь бы они не заметили нас...

Рассказчик – Эйден.



Я прибыл в Сектор-31 – единственную крупную военную базу на территории Цитадели, до которой пешим шагом я затратил всего несколько минут. Генерал, который принёс не самые хорошие вести, во всю суетился и готовил войска к, видимо, моему приезду. Когда я, пройдя мимо высоких и редких деревьев, полу-замаскированных листьями ящиков и других грузов, многочисленных палаток, где отдыхали солдаты и заготовленных артеллирийских орудий, стволы коих были направлены на запад, вошёл под тканевый зелёный навес, то увидел и самого генерала, который нависал над картой и что-то отчертивал.

– Здравия желаем от всего Сектора-31, верховный лидер Эйден! – поздоровался он, на что я не обратил внимания и подошёл к столу:

– План наступления составлен, – кратко изрёк я, положив перед его носом мою генеральную карту с планом “Освободительная война”, – Ваша задача – обработать его и подготовить армию к походу. После чего назначаю вас и ещё одного человека – Билла – комендантами левого и правого, соответственно, крыльев обороны. На ваши плечи ложится спасение нашего общего государства. Выполнять, комендант!

– Слушаюсь! – к моей радости, он сию минуту приступил к изучению как самой карты, так и документов на количество войск, количество патронов на них, оружия, провизии и всего остального.

Я тем временем зашёл к нему в высокую двухметровую палатку и уселся за деревянный, вкопанный в землю стол и начал отдыхать от поездки. Налил себе воды из вырытого маленького колодца, сделал глубокий глоток. После чего, подумав, достал прибор связи и связался с Бетани:

– Здравствуйте, госпожа Бетани, – начал я, – Назначайте на двадцать часов следующего дня встречу с послами от государства Охотников. Подготовьте вместе с Гиллом зал к их приходу, приготовьте заранее обед, уберитесь там, помойте окна... Вам ясно?

– Слушаюсь, верховный лидер...

– Погодите-ка. Пожалуй, я не позволю пачкать ваши руки в пыли, – доброжелательно произнёс я, – Наймите уборщиков. Лишь это от вас мне и нужно, мисс. Вы всё поняли?

Услышав утвердительный ответ, я отключил связь и снова вышел к карте. Генерал уже успел пригнать к штабу остальных офицеров Сектора. Увидев меня они, как обычно, хором поздоровались, но я их как обычно проигнорировал. Вместо этого я приказал принести стулья. Когда же все уселись, мы начали обсуждать план и организацию обороны.

– Смотрите, господа. В самом узком месте перешейка возводятся несколько оборонительных линий, – начал генерал, – Одна – прикрывает вероятный удар в тыл, если вдруг Охотники будут атаковать, одна – основная, где планируется постройка крепкого форта на единственной шоссейной дороге. По бокам болота – заминировать и оставить отряды солдат для прикрытия флангов. Думаю, антитеррорцы не смогут пробиться через болота. Два моста, соединяющие Цитадель с укреплениями, заранее подготовить ко взрыву. По плану, его следует уничтожить, когда все войска покинут рубеж обороны и уйдут. Перед дорогой у входа в Цитадель тоже возвести рубеж обороны. Вы видите, что там идёт развилка – одна дорога идёт к захваченной крепости Зелёный Оазис, а другая – в саму Цитадель. По обе стороны от дороги к Оазису возвести оборону против Охотников. По плану, наши войска покидают Элассию и делают вид, что проигрывают и бегут в панике. Это спровоцирует национальный подъём в самой Элассии, и их армии пойдут в наступление на перешейк и на 1-й Оплот, однако в обоих случаях они звязнут в боях и будут уничтожены. Потом: усилить оборону 1-го и 2-го Оплотов, а также эвакуировать оттуда флотилию на арендованную базу по другую сторону от залива. Аренда будет произведена на послеследующие сутки. Вам ясно, когда начинать эвакуацию? Как только силы врагов будут измотаны, мы переходим в наступление. Вот наш план, составленный на Срочном Совещании Эйдена. Назначаю вас, – указывает на двух старших офицеров, стоящих перед ним, – Ответственными за возведение укреплений против Охотников. Вы – прикрытие дороги на Оазис, а вы – прикрытие тылов Форта. Потом, вас я назначаю на усиление обороны внутри самой Цитадели. А вы – передайте в Оплоты, чтобы готовились к долгой и продолжительной обороне. Оповестите их о плане, копию карты получите позже. Меня и господина Билла назначили ответственными за подготовку самого Форта и организацию войск на этом направлении. Вам всё ясно? Отправляйтесь на позиции и Орденом с вами, господа!

Офицеры Терроры отдали честь и разошлись. Я тоже вскоре отправился во Дворец, дав ещё несколько указаний к генералу. Я сел в личную карету и меня повезли назад.

Завтра будет очень сложный день, но, как говорится, трудности – лишь временное неудобство. Вот закончим войну и будем жить счастливо и мирно, не будет конфликтов... Может, даже с Охотниками Родана навсегда переделим сферы влияния в Элассии и Городе Бурь – столице Пустыныдии...

Вечереет...

Рассказчик – Стив.



Над лесом сгустились сумерки. Теперь болото окончательно приняло вид какого-нибудь омута из фильмов ужасов – идёшь посреди деревянных высушенных коряг, над тобой луна огромным белым блином лежит на небе, а перед тобой зелёная густая жижа, из которой лезут полчища монстров. Конечно, было всё не так жутко, но роль монстров выполняли и террорцы, были и болота с трясиной, а мы бежали между маленькими невысокими деревьями, не щадя ни ног, ни лёгких, ни сил. То и дело спотыкались, натыкались в темноте на появляющиеся будто из чёрного тумана деревья, царапали до крови лицо об острые ветки, путались в листве – делали всё, чтобы поскорее перебежать на другую сторону Юкатании. Выйти из Терроры – особенно, скрыться с территории их военных баз, складов и деревень, которыми, по-видимому, были завалены все свободные поляны этого лесного лабиринта. Но у нас был ориентир – река, за которой нас скрывала стена из кустов и деревьев.

Там были террорцы. Там была смерть!

– Бегите тише! – на ходу выдавил я сдавленным голосом, – А то заметят!

Я остановился около одного из стволов, чтобы отдышаться.

– Уверен, что нас вообще могут видеть? – Джек остановился рядом со мной. Он, видимо, так сильно не устал, как я.

– Ещё как! Джек, ты как маленький! – сердито произнёс я, – Ты вообще смотрел фильмы про партизан?

– Не, – ответил он, оглядевшись по сторонам.

– А я вот запомнил оттуда, что нам надо не нестись сломя голову, а пробираться аккуратно. С листьями на голове. Где, кстати, остальные?

– Мы тут, – шикнул Марк, – Устали?

– Вы Штурвал не посеяли? – взволнованно спросил Роб. Я приподнял куртку – он находился под ней, заправленный в штаны наполовину.

– Девать некуда было – очень мешало.

В это время Джек свирепо с вытаращенными дикими глазами зашипел на нас и кинулся в ближайшие кусты, закопавшись травой. Мы посмотрели в сторону – к нам направлялся одинокий террорец. Оружие было за спиной – висело на ремне, он высматривал и искал какое-то место. Покрывшись холодным потом от страха, мы кинулись за Джеком и также вгрызлись в землю, набросив на голову травы. Мы начали наблюдать за этим солдатом, а он тем временем, убедившись, что его никто не видит, торопливо зашагал в заросли, растущие неподалёку, и исчез за ними. Мы ждали, а он всё не появлялся. Напряжение нарастало, кинуться бы сейчас в сторону и бежать к реке, но это слишком опасно – вдруг он там в дозор вышел!

А тем временем он появился из кустов и, натягивая штаны и затягивая ремень, направился обратно в деревню. На его лице читалось облегчение и чувство полной безопасности. Мы подождали, пока он скроется и после украдкой поползли по земле обратно к реке.

– Чёрт! Было близко, – выдохнул Марк, – Он чего – в деревне не мог свои дела сделать?

– Не знаю, наплевать, что он не мог. Надо убираться отсюда, – махнул Роберт рукой, – Главное, что мы не потеряли Штурвал. Без него нет смысла бежать из леса.

Я кивнул. Чёрт, мы только что видели в лицо вооружённого террорца, чуть ли не впритык! Надо же, даже битва на берегу так не пугала, как страх плена. Ужасно, теперь стоит смотреть не в оба, а во все четыре!

Мы аккуратно слезли с крутого склона обратно в воду и, крадучись, словно кошка, пошли дальше по неглубокой лужице вместо реки, пригибаясь к земле при каждом просвете с поляны.

Наконец, к нашему несчастью, лес оборвался, а дальше шла дорога и мост. Дорога была довольно широкая – видимо, важная артерия внутри Терроры. После моста дорога шла к скоплению посёлков и военных баз врага, и мы застали проезжающую телегу, нагруженную битком солдатами. Мы спрятались в зарослях и подождали, пока она проедет мимо, но следом за ней пошла колонна упряжек лошадей, которые тянули настоящие артиллерийские орудия! После проехала третья колонна, которая доставляла снаряды для пушек.

– Готовятся к чему-то! – съязвил Джек, скривившись, – Наверно, готовят наступление, твари! А мы доложить не можем! Ну почему!

– Тише. Наверняка у повстанцев есть внутри Терроры свои шпионы, – ответил я успокаивающим шёпотом, – Мы ничего им не обязаны.

– Я просто сказал. Успокоимся, всё.

Наконец-то колонна осталась позади. Надо лишь перебежать на другую сторону, но перед мостом на обочине стоят две наблюдательных вышки.

– Мимо них не проскочить! Сильная у них охрана, – сплюнул Роберт.

– Придётся стрелять, – Марк уже начал перезаряжать ружьё.

– Стой! Нет! Мы обойдём, – остановил я его.

– И где? Лес тут заканчивается. Вдоль мы не сможем пройти.

– А если под мостом? – предложил Джек.

– А больше нет других вариантов? – с надеждой спросил я, до конца борясь за право носить сухую одежду.

– Тебе что дороже – одежда или жизнь?

После слов Джека, я всерьёз решил сравнить эти две вещи.

– Ладно, я согласен под мостом. Только бы они не нашли нас...

Роберт молча кивнул и перезарядил ружьё. Когда мы были все готовы, то для уверенности перекрестились и наконец погрузились с головой в эту зелёную лужу. Погрузились и поплыли, с трудом перебирая ногами по земле. Мокрая одежда, испачканная тиной, страшно мешала. Я молился, чтобы наблюдатели не посмотрели в нашу сторону и всё бы обошлось. Когда в нас ударил свет от фонарей, то я заторопился, чтобы как можно быстрее проплыть этот кусок.

Как вдруг, когда мы заплыли под мост, рядом с нами засвистели пули и грохот выстрелов.

Нас нашли!! Нас обнаружили!! Сейчас пристрелят!! Надо убираться!!

Я выскочил из воды и побежал обратно в лес, однако завидев друзей по шее в воде под мостом, я повернул и кинулся в воду и пробился под мост. Стрельба не прекращалась, заревела сигнализация. Я выкрикнул:

– Как они нашли нас?!

– Не знаю! – выкрикнул Марк, сделав выстрел по вышке, – Чёрт, промах!! Мы влипли!

– Нас сейчас схватят! Джек, это конец!! – я схватил его за плечи и потряс, чтобы вбить в него эту мысль. Мне было всё равно – раз уже заметили, то можно и попаниковать напоследок – всё-равно уже поздно и пути назад нет! – Джек, ты понимаешь?!

– Тихо!!! – заорал он и заткнул уши, после чего ногой отпихнул меня от себя, – Замолчи, кусок дерьма!! Чего ты несёшь?! Замолчи! Чего разорался?!

В это время я случайно выглянул и увидел, как с другого берега к мосту спешат несколько отрядов террорцев, которые попрыгали в воду, держа нас на прицеле. Мы медленно вылезли и подняли руки. На меня накатил огромнейший страх. Нас поймали террорцы!

– Не стрелять, а то хуже будет. Вы арестованы за незаконное проникновение на территорию Терроры. Опустить ружья! Это приказ! Оружие изъять, после – взять их и вывести из Зелёной.

Нас небрежно скрутили и вытащили на берег. Сигнализация всё ещё ревела протяжным звоном – всё это давило на уши огромной железной наковальней. Руки болели, нас вели через мост в деревню. Оружие не было, как и шансов на побег. Нас ждало одна лишь неизвестность, но было ясно, что пощады не будет. А будет какой-нибудь концлагерь для военнопленных.

Всё, доигрались, Стив. Доигрались с судьбой! Тебя усмирили и пленили.

Хватит бегать от смерти по лесам и болотам, несчастный ты авантюрист с пушкой!

====== Глава 8: Восстание Майи. ======

Рассказчик – Эйден.



Я вернулся во дворец почти в полночь. Ввалившись в зал зевая на ходу, я зажёг свет в комнате. Хорошо, что в зале предусмотрена система включения и выключения света нажатием одного рычага, иначе надо было бы звать дюжину человек каждый раз, как только тебе захочется чего-нибудь почитать. Ноги у меня ещё есть, слава Ордену, поэтому этих людей можно использовать где-нибудь ещё ради пользы. Убедившись, что за мной никто не следит, я забежал за трон и спрятал там свой изумруд.

– Полежишь пока что тут, потом найду другое место, – сказал я вслух и закрыл хранилище на ключ. После осёкся и треснул себя по губам, после чего начал озираться по сторонам, лишь бы никто не заметил, что я тут с камнями болтаю. Ну хорошо, что никого нет, иначе враги бы прогадали про мой изумруд. Если он попадёт к кому-нибудь нежелательному, то мигом вспыхнет бунт, и моё оружие будут использовать против меня. Беззащитного и слабого!

Тут я вспомнил, что в комнате должны были навести порядок. Идти к выключателю было уже лень, поэтому я отложил проверку на завтра. Надо идти в свою комнату, отдыхать перед важными переговорами с Роданом. За его спиной имеются крупные силы, которые могут ударить в спину... И всё – прощай государство, прощай мирная жизнь, прощай все наши достижения.

...А могут и стать нашими союзниками. Стоит нам ещё и это обсудить, надо записать, пока не забыл... Бегу на усталых ногах к столу, вытаскиваю лист, беру перо, макаю в чернильницу и пишу корявыми буквами план переговоров. Ставлю пару клякс, пытаюсь их вытереть и только сильнее их размазываю – готово! Любуюсь довольно своей запиской, сворачиваю и кладу в штаны – про запас, там я точно ничего не забуду и не потеряю. Вешаю куртку на крючок, иду на ватных ногах в свою комнату, слегка сутулясь и зевая. Приоткрываю дверцу, поворачиваю ключ в замочной скважине и вхожу внутрь, чуть не споткнувшись об порог.

Открываю дверь своей комнаты, пройдя небольшой коридор, и с удивлением замечаю, что у меня горят свечи, а на стене виднеется чья-то тень. Первое, что приходит на ум – вор и предатель, крыса! Выхватываю из кобура пистолет и, забежав в комнату, громко и чётко произношу:

– Именем Республики Террора я задерживаю вас за незаконное про...

С дикими от страха глазами “вор” разворачивается, кидается в колени и с мольбой поднимает руки. Из темноты появились тёмные волосы, а на одном глазу повисла прядь волос. Один чёрный глазок с короткими ресницами жалобно смотрел на меня, ожидая самой жестокой казни за такую дерзость. Но меня это зрелище поразило ничуть не меньше “его”.

– Берта?! – вырвалось из меня.

– Погодите, верховный лидер... Я ничего не крала! Простите за вторжение, умоляю! Пощадите! – завопила она, но я мигом закрыл ей рот.

– Какого Ордена ты тут забыла?! И как ты пробралась в мои покои, куда только я могу входить?! – от шока я чуть не забыл все вопросы, которые хотел задать, поэтому почти сразу вывалил на неё, – И встань – неправильно общаться с равными себе на коленях.

Девица послушно поднялась с места и спиной прилипла к стене. Я посмотрел ей в глаза:

– Что. Ты. Тут. Забыла?

Всхлипнув и попытавшись убрать прядь волос с лица, она произнесла:

– Я искала чистый лист бумаги...

– Зачем?

– Надо было записать планировку для завтрашнего дня.

Я видел, что она очень волнуется, но её слова казались полным бредом, я видел, что она пытается врать. Для верности я заглянул в комод, в котором она копалась. К удивлению, она зачем-то рылась в моих старых письмах. У меня к ней вновь появились вопросы:

– Ты же врёшь, Берта. Зачем тебе нужны мои письма? И зачем ты врёшь мне? И как ты, чёрт возьми, пробралась сюда, когда ключ есть только у меня?! Не выпущу, пока не ответишь. Говори только правду!

Сделав тревожную паузу, она произнесла:

– Я потеряла письмо. От родных, – после этой фразы она на секунду увела глаза, – А к вам попала, потому что у меня есть копия ключа.

– Погоди-ка... А кто тебе её сделал? Скажи мне имя сейчас же!

Она наклонилась и на ушко шепнула:

– Это была Майя. Она мне раздобыла ключи.

– Майя?

Было столько откровений в этот миг, что я просто не успевал принимать всё это. Да, сестра могла меня подводить, но какого Ордена она лезет в мои личные бумаги? Чёрт, она реально напрашивается на расстрел!

– И что – нашла? Что там было? – грубым тоном полюбопытствовал я, уже догадавшись, что она снова врёт.

– Там... А зачем вам?

Вот дура-то!

– Я имею право знать. Я вообще-то верховный лидер Терроры! Может, ты вообще являешься агентом антитеррорцев и пытаешься бомбы закладывать? У меня под носом, а? Тем более я знаю, что ты снова врёшь, – у неё расширились глаза, – Так что говори – что ты от меня скрываешь?

Она молчала, но посте сказала такую ересь, что после этого я ещё долго не мог отойти, испытав припадок гнева:

– Я хотела узнать побольше о вас. О вашей прошлой жизни.

После такого я готов был выкинуть её из дворца, но я решил немного над ней поиздеваться. Я заглянул в комод и вынул некоторые письма.

– Вот, смотри! Это мои старые письма и записи, и сейчас я докажу, что там больше нельзя копаться, – из-за её молчаливости я всё больше гневился и с треском вынул первый попавшейся в руку конверт и стал читать подписи:

– “Письмо от матери” – от 31 дня прошлого года – Читаю: “наш город подвергается налётам селенцев, что живут около Мортонграда в Северянии. Мы испытываем голод и скоро все погибнем! Спаси нас пожалуйста, мы тебя ждём!” Ну, как тебе? Так интересно, как же там поживают твои родственники! А что там с отцом? Давайте же узнаем! Сейчас, погоди, отрою... Вот! “От 17 дня позапрошлого года”. Читаю первые строчки: “Испытываем налёты бандитов, а ты, сынок, во что превратился? Вместо того, чтобы служить Майнарскому Королевству верой и правдой, ты пошёл по скользкой дороге! Ты сам бандит, чтоб тебя там расстреляли на предательство!” Ну, как?! Ещё хочешь что-то узнать? Конечно, присаживайся! Или уже нет? Приятно разве, что тебя кинули из-за этого?

Берта всё ещё молчала, но после наконец заговорила:

– Верховный лидер, Эйден. Простите меня – я не думала, что у вас настолько трудная судьба по жизни, – я молчал, ожидая, чего она ещё скажет, – Вы многое пережили, вы – герой, который должен вдохновлять на подвиги другие кланы. Не слушайте, что люди о вас говорят – если вы что-то делаете, то это всегда шло на пользу Терроре. Вы сами, своими руками собрали это государство, вы – великий завоеватель, который не щадит врагов и тех, кто сопротивляется Терроре. Я лично горжусь вами, люди не правы. Вы сами решаете, что делать, вам подвластны многие банды и кланы, вам достаточно плюнуть, и вся Майнария окажется у вас у колен. Вы – мой жизненный идеал, то, к чему я должна стремиться. Да, сейчас идёт трудная и изнурительная война, но как же звучит ваш слоган? Трудности – это временное неудобство! Мы победим этих сепаратистов и освободим Юкатанию, я верю, что у нас всё получится! А если мы проиграем войну, то я бы хотела сбежать вместе с вами, в горы, в Нублию, как вы и мечтали. Вы всегда мечтали побывать в Нублии, я знаю! И если мы победим в войне, то мы направим все войска в эту далёкую северную горную страну. Весь мир, вся Майнария будет трепещать перед нашей мощью, даже Охотники захотят войти в наш альянс! Вот, к чему мы стремимся, и не стоит бросать дело на половине! Верховный лидер!

После её слов “сбежим вместе”, я очень удивился её мотивам и порыву. Нет, я ей часто не доверял за её неприметность. Она могла бы быть вражеским наблюдателем, если бы не её манера поведения. Если честно, я всегда ей доверял, но при этом не доверял ей важные сведения. Но сейчас об этом всем можно и забыть. Самую малость – до утра.

– Солдат, вы станете гордостью Терроры! – с воодушевлением изрёк я, – Спасибо за мнение обо мне, мне очень нужна поддержка в такой сложный период. Но неужели вы серьёзно хотите сбежать вместе со мной? Многие говорят, что я монстр. А вам нужен монстр?

Она, закрыв входную дверь, присела рядом со мной на кровать и тихо произнесла, убрав локон, обняв и прижавшись ко мне:

– Да.



Наступило утро, которого мы все так долго и с нетерпением ожидали с переполнившим волнением и трясущимися под столом ногами. Наконец сегодня состоятся те важные переговоры с Роданом и его “Охотниками”, который, возможно, поставит крест на войне и Антитеррорцы сдадутся и вновь войдут к нам в состав. Мы могли бы и в одиночку отправить экспедиционный корпус на юг и разгромить их, но есть опасность, что господин Родан со своей армией ударит нам в зад. Я считаю, что у него есть к нам серьёзные претензии, а нам нужен порт на их территории. Поэтому стоит напрячь все способности вести переговоры и сделать это! Может, придётся даже лишиться некоторых территорий, но это стоит того.

Уже через полчаса я вышел быстрым шагом в зал и, увидев первого же попавшегося в моих глазах охранника, приказал ему собрать весь Совет здесь.

– ...И чтобы все были через пол-часа на месте, понял? Живо иди вперёд! – прикрикнул я ему в спину.

– Приказ понят, верховный лидер!

Все, кроме Берты, прибыли во время. Самой Берте приходить не надо было – она уже была со мной. Майи с остальными не было.

– Где Майя, господа? Гилл, я кому-то вроде, приказывал её охранять? Почему она не пришла?

– Верховный лидер, сегодня ночью она бесследно пропала, – дрожащим голосом произнёс Гилл, я напрягся, – Мы обыскали всю Цитадель, но её нигде нет, на уши поднята вся стража!..

– Меня не интересует, что её ищут, – борясь с приступом гнева, я привстал, – Меня должно интересовать, чтобы она никуда не делась, а вас, Гилл – охранять её и беречь свою голову от наказания за её побег! А вы не смогли не сберечь ни то, ни другое! Стража, увести его прочь! Запереть в камере на неопределённый срок!

– Что?! Нет, верховный лидер! – взмолился Гилл, – Я могу её найти, я всё исправлю!

– Её поисками займутся другие, а вы упустили ту особу, которая может поднять восстание и свергнуть всех нас, – отрезал я, – Уйди отсюда! Ты и так подставил нас всех под удар. Хватит халатности!

В зал ворвалось десяток стражников, которые схватили Гилла и, под его вопли о пощаде, увели из зала. Я не собирался его убивать – он был очень важным лицом, которое много чего знало. Его можно наказать, но не надо заниматься расточительством – считаю я.

– Эйден, вы удалили уже двух человек из Совета! – вмешался к моему удивлению Дак, – Это уже расточительство!

– Тихо! Если в Совете будут служить предатели, то наше правительство продлится недолго,– прикрикнул я и наконец-то смог присесть за стол, – Всё, господа, мы можем приступать к Срочному собранию. Сегодня мы должны обсудить все детали наших переговоров с Роданом. Все вы понимаете, что от их решения зависит исход войны, так?

Все остальные сели за стол и внимательно выслушали меня.

– Что вы предлагаете обсудить ещё, помимо заключения срочного временного союза? – полюбопытствовал Билл.

– Ещё желательно бы заново пересмотреть сферы влияния в Элассии и на берегах пролива. Заберём столько, сколько сможем. Но это уже после конца войны, – добавил я.

–Хорошо, я предлагаю, раз вы, верховный лидер, сделали паузу, – начал Бен, – То стоит обезопаситься и от Охотников. Если они, по какой-то причине, объявят нам войну, то мы должны быть готовы, так?

– Ну да, – вовлечённо кивнул я.

– Я хочу, чтобы вы меня назначили на пост коменданта Западного Фаза Цитадели – она прикрывает вероятный удар из глубин Юкатании, но там слишком мало войск – отразить какое-нибудь местное вторжение пятерых мимолётов они в состоянии, но они точно не устоят под натиском Охотников. Надо укрепить это направление и подогнать резервы. Я знаю эту местность, и поэтому с лёгкостью отражу удар.

Я задумался. Кандидатура, конечно, приличная. Лицо доверенное, опытное... Но у меня есть для него другая работа – на то место уже назначен опытный военачальник, который умело строил оборону и отлично показал себя во время войны с Охотниками, которая случилась несколько лет назад.

– Изви, Бен, но на том месте уже есть командир, имеющий опыт боёв в болотах, – постарался я отказать ему повежливее, – А ля вас есть у меня другое не менее важное задание.

– Слушаю, – насторожился он.

– Разыскать сбежавшую преступницу Майю, – с брезгливостью сказал я, – Она очень опасна на свободе. В другое время она бы смирно сидела в клетке, пока её бы не выпустили, но теперь она явно что-то задумала. Не дай Орден, чтобы присоединилась к Охотникам... Немедленно перевернуть всю Террору верх дном, но разыскать её! Отправишься прямо сейчас, на переговоры не являйся, обо всём важном тебе доложат потом, ясно задание?

– Так точно!

Бен торопливо вылез из-за стола и выбежал из зала, захлопнув с грохотом дверь. На его спешку и небрежность я никак не отреагировал.

– Сколько времени до приезда Родана? – спустя несколько минут паузы спросил я.

– Полчаса, верховный лидер, – ответила Бекки, – Наши послы сообщили Охотникам, что мы примем их во дворце “в наилучшем виде”.

– Отлично. Когда они прибудут, вам необходимо присутствовать во время переговоров, но не встревать в сам диалог, понятно? Сегодня вечером я направляюсь в штаб полка “Террорская Месть”, которая скоро должна направиться на помощь в Форт, поэтому с вас, Бекки – организация безопасного пути через Цитадель, а с вас, Дак – отправка в Западный Фаз Цитадели для подготовки войск к перебороске на западный рубеж обороны против Охотников, всем понятно? Немедленно отправляйтесь, солдаты, на места, а вы, Бетани, останьтесь. Объявляю собрание закрытым. Все свободны.

– Слушаемся, лидер!

Все, кроме Берты вышли из зала, оставив нас наедине.

– Не спеши уходить. Надо кое-что обсудить – с глазу на глаз, – загадочно начал я, начиная, видимо, интриговать её своими словами, – Сегодня приближается тот час, когда, возможно, решится судьба всей Юкатании, надеюсь, ты в курсе.

Она промолчала. Наверно, ждала сути разговора. Я решил не тянуть.

– Суть в том, что Охотники могут с очень большим шансом пойти на нас, поэтому я решил заранее подготовиться к побегу, – произнёс я, подойдя немного ближе.

– И что же вы сделали? – спросила она напряжённо.

– В зале есть один секрет, про который знаю только я. Это – специальный ход, по которому мы вместе сможем сбежать из завоёванного города. Идём, покажу.

Я подвёл её к трону и сказал посмотреть за него. Разумеется, она через секунду вернулась с недоумевающим лицом, потому что там ничего не было. Я подошёл к ней и указал на небольшой вырез прямо в стене, который нельзя разглядеть издалека. Я нажал на него, и в полу открылся подвал, выдвинулись ступеньки и зажёгся свет. Оттуда сразу же повеяло сыростью.

– Но нельзя же бросить тут остальных, если придётся сбегать, – заволновалась Бетани и немного спустилась ниже, но через мгновение поднялась и закашлила. Я закрыл ход вторым нажатием.

– Все мы не сможем, – сказал я, – Это наш шанс спастись, но придётся оставить остальной Совет тут, но он и не будет нужен тогда. Я хочу уйти вместе с тобой и спастись.

– Но остальных ждёт смерть от рук тиранов-повстанцев! Так нельзя, Эйден, – возмутилась она.

– Ладно, то есть ты остаёшься? Ты хочешь в добровольный плен и к стенке за потакательство Терроре?

Вдруг она неожиданно приблизилась ближе и шёпотом произнесла:

– Сейчас рано убегать, поэтому не надо об этом думать, но остальным сообщить про путь нужно. Мы же все хотели спастись! Это – эгоизм и предательство Терроры...

Я уже тысячу раз пожалел, что сразу рассказал ей про ход, но теперь уже поздно. Я с большим грузом разрешил ей рассказать про путь. Пока что она не понимает, что тогда уже будет некогда решать – Совет вряд ли поможет нам после провала, да и тем более толпой сбегать труднее. Я отпустил её, оставшись в одиночку ждать прихода Родана и его свиты.



Ровно в срок – через полчаса ко мне в покои ворвался стражник, а следом за ним – остальные члены Совета, которым я не дал поручений. Прямо с порога он заявил, что Родан и его делегация уже во дворце и направляются ко мне. Я мигом вспомнил и повторил всё, что надо было обсудить на переговорах и приготовился встретить Охотников в наилучшем виде. Прежде всего – отослал стражника ко входу в зал, а Совету приказал рассесться по местам. Я сделал спокойное лицо и тоже присел за стол. Мы ждали.

Волновался ли я в тот миг? Были смешанные чувства – с одной стороны меня бомбардировали мысли, что мы скорее всего провалим переговоры, но с другой стороны я пытался собраться – я ведь Верховный Лидер, как никак! Я обязан быть лицом Терроры, пусть Охотники знают, что мы – ещё та сила, способная делить без участия Майнарского Королевства её “законные” земли.

Дверь отворилась, и Родан вместе со своими телохранителями и группой приближённых вошли в зал. Взглянув на их лица, я понял, что они считают себя юкатанской силой – видели бы вы их гордые и наглые лица, презренные взгляды, в которых прям источник их влстности. Мы в их глазах, наверное, выглядим, как мусор. Они вовсю оглядывались и осматривали помещение оценивающим взглядом. Но я решил поздороваться первым – уж, если и быть вежливыми, то до конца.

– Коллега Родан, как же приятно вас видеть! Проходите, присаживайтесь. У нас есть, что обсудить, и это непременно касается как вас лично, так и всего вашего государства.

– Не удивлён, Эйден. Иначе вы бы не тащили меня через все эти болота к вам на поклон, – самодовольно фыркнул Родан и сел напротив меня, – Начинайте, нечего молчать.

Он уставился на меня, начиная просверливать взглядом огромные дыры в моём теле.

– Хорошо, спасибо за то, что передали мне голос. Хотелось бы обсудить ход этой ненужной войны, – прямо сказал я без предисловий, – У наших сторон были разногласия – в основном, в сфере раздел зон влияния в Элассии и Пустыныдии. Наши колонии скоро поднимут бунт, поэтому я предлагаю вместе с моим Советом пересмотреть наши с вами границы. В целях налаживания двухсторонних взаимоотношений. Принесите карту.

Карта появилась на столе, и все, кто сидел за столом, склонились над ней.

– Скажу прямо – наша сторона планирует заключить с вами двухстороннее соглашение по аренде до конца войны нескольких портов по другую сторону Юкатанского залива. Взамен, мы передаём вам на такой же срок земли на берегу пролива между Элассией и Пустыныдией, а также отдаём под оккупацию Республику Элассия, непризнанную в мире. Также в этот договор входит нейтралитет между нашими государствами до конца войны и отказ вашей стороны участвовать в войне за любую из сторон, – произнёс я, выделив соответствующие места чернильными кругами, – После окончания войны мы обменяемся выше сказанными землями назад.

Родан задумался, а после сказал:

– Было бы неплохо, но дело в том, что Охотники издавна не доверяли террорцам, как и я. Где гарантия, что вы не нападёте на нас вероломно, что и демонстрировали много раз? Мне не выгодно менять эти важные порты на земли, удаленные от Юкатании, которые даже не принадлежат вам. Неужели вы хотите сказать, что мы должны добровольно отдать порты, а потом потратить армию на бессмысленные завоевания? Согласитесь, Эйден, что это очень странно.

Чёрт, он догадался! Надо выпутываться...

– Не ровён час, когда антитеррорцы нападут и на вас. Они – лишь хотят заменить нас на себя, а потом продолжить своё дело, – начал я, – а то есть – грабить, убивать и захватывать колонии. Я предлагаю вам обезопаситься. Чёрт с этими портами – есть дела поважнее. Мы – как вы могли заметить, являемся своеобразным щитом на пути повстанцев. Террора не даёт им пробиться в центр полуострова, и мы предлагаем вам обезопаситься. Как я уже говорил, они скоро нападут и на вас, поэтому вы можете предупредить этот подлый удар, послав в перешейк нам на подмогу несколько отрядов. Уверяю, что они разгромят нас по-отдельности – они умеют поднимать на борьбу за свободу все “порабощённые” народы, и неужели вас не пугает, что антитеррорцы не попытаются разгромить вас через Юкатанское Повстанчество, которое вы так долго не можете уничтожить? Как вы могли заметить, они понасоздавали кучу государственных образований на своём пути – они и Элассии дали свободу, и неужели вы надеятесь, что они не даду её и юкатанцам, что над Зелёным Оазисом не будет развеваться их национальный флаг вместо вашего?

– Дело и вправду запутанное.., – начал Родан, будто о чём-то задумался в этот момент, – Думаю, у антитеррорцев не так много сил для полномасштабного вторжения, но раз дело задело юкатан... Тогда наша сторона просит после войны помощи в разгроме движения – желательно и обязательно армией. Вы согласны?

– Тогда в обмен на помощь против Антитерроры, – поддержал я его. Отлично! Мы нашли компромисс!

– На помощь?.. Мы сможем отправить экспедиционный корпус в Элассию, – неуверенно произнёс Родан, – Договорились?

– Погодите-ка, но договор предусматривает ввод войск именно в Форт, на перешейк! – возмутился я, но тут же осёкся и продолжил тише. На лице Родана появилась ухмылка, – Союзники без Антитерроры ничего не смогут, а я считаю, что стоит лечить именно причины болезни, а не её симптомы.

– И еще одна деталька... – неожиданно сменил он тему, – Наша разведка засекла у нас на границе активные передвижения ваших войск. Интересно, а почему у нас под носом роют окопы, туда прибывают войска, а на границе проходят военные учения?

– Это на случай, если юкатанцы атакуют нас, – я нашёлся, что сказать, – Там очень нестабильно, Родан. Ваши повстанцы мешают нам бороться со своими. Ну так что – вы согласны объединить усилия и покончить с бунтовщиками?

– Нам надо подумать, – отстранённо проговорил Родан, – Сегодня ночью будет ответ – надеюсь. Это всё, что мы хотели обсудить?

– Пока что да, но вам надо держать связь – мало ли, если ещё что-нибудь случится, – доброжелательно сказал я, – До свидания, Родан.

Он кинул на меня презрительный взгляд и, попрощавшись коротким “До встречи”, вышел из зала со своей свитой.

Переговоры закончились, можно вздохнуть с облегчением... На пару часов, потому что скоро надо выезжать в Форт, морально и психически готовить армию к бою. Но ещё долго я не мог успокоиться – хотелось рвать и метать, из-за того, что мы так и не пришли к договору, но я сдержал себя в руках и усадил обратно на трон, приказав остальным членам Совета идти по своим делам и готовить армию. Со мной остался только мой дорогой Изумруд.

– Чтож, придётся мне тебя с собой взять – Майя ещё не найдена, – сказал я ему, – Так что в Цитадели может быть опасно.

С этими словами я положил камень в карман и принялся ждать.

Рассказчик – солдат Терроры.



На Западном Фасе Цитадели творилось необычное оживление – сюда прибывали части, оружие и боеприпасы больше обычного, и почти никто не покидал форт. За каменными городскими стенами гораздо безопаснее, да ещё и от Эйдена прилетел приказ – никому не покидать позиций и готовиться к обороне против Охотников. Мы сначала приняли приказ, как какой-то розыгрыш – ведь намеренно тянуть нашего западного соседа в перепалку это, как минимум, безумие. Потом же нам всё растолковали, расстреляв пару радикалов за их “недопонимание”, а после приказали готовиться дальше. Только вот – к чему? К наступлению против превосходящих сил противника?

Нет, это какое-то безумие!

Мы с напарником занимались обычным делом – разгружали снаряды из телег и раскладывали их в ящики, которые потом другие относили к орудиям цитадели, как вдруг со стороны послышался странный вопль.

– Что это там? – мы слегка удивились и долго думали м идти ли посмотреть, или продолжить разгружать боеприпасы?

Оказалось, идти даже и не пришлось – вскоре “источник звука” сам пришёл к нам. Вернее, пришла. С отрядом вооружённых солдат за спиной.

Я пригляделся – да это же госпожа Майя! Но что она делает в Западном форте? Да ещё с солдатами?

– Там госпожа Майя, – сказал я тихонько своему напарнику.

– Думаешь, сходить узнать?

– Не стоит – может, она следит за порядком, а мы будем дезертирами, – покачал я головой и взял в руки очередной тяжеленный снаряд, осторожно положив его в ящик.

– Все, кому не хочется сейчас трудиться о имя бессмысленности сюда! Все сюда немедленно, это приказ! – услышали мы голос Майи. Повинуясь, мы подошли поближе, потому что не хотели проблем. Оказалось, там собралась целая толпа.

– Все тут? Значит, я могу начинать, – начала Майя с решительным лицом и железным твёрдым голосом, – Итак, прежде чего, я хочу узнать у вас – а вам не надоело ли воевать? Почему мы обязаны трудиться, сидеть сложа руки, когда все проблемы можно решить, если договориться, если первым протянуть руку, а?

Речь началась неожиданно – она призывает помириться?!

– Это вас наверняка шокировало, но послушайте меня. Сегодня утром Эйден, которого вы величаете верховным лидером, буквально предал Террору! Он начал распускать Совет! Для вас это шок, но Эйден желает верховной власти, он хочет быть диктатором Терроры! Вы понимаете, насколько всё плохо, господа? Вы служите тому, кому наплевать на каждого из вас! Эйден уже отстранил двух постоянных равноправных членов Совета Терроры, а это первый шаг к монархии! У нас издавна было заложено правило: диктатор – враг свободы! Мы издавна строим режим полуанархии, когда у каждого района Терроры есть свой лидер, который лишь формально подчиняется верховному лидеру. Я вернулась в свой округ с оружием, потому что вчера днём Эйден отстранил меня от управления им! Другими словами, он прикарманил себе вас – моих подданных, мы вместе вошли в состав Терроры, и также вместе отделимся от неё! Пусть Эйден и дальше готовиться к войне с Охотниками. Он не понимает, что они могут уничтожить всю Террору, но нам должно наплевать на него с высокой колокольни! Мы заключим союз с ними и пропустим его войска. Они помогут нам обрести независимость от диктатуры Эйдена! Ну, кто тут со мной, а? Кто хочет отомстить предателю, который засел у себя во дворце и думает, что он в крепости! Но мы знаем, что он планирует выйти в перешеек к своим верным войскам. Нельзя упустить такой шанс, господа, братья! Мы возьмём его в плен. Чем скорее антитеррорцы захватят Цитадель, тем скорее мы обретём свободу, а если и те нас кинут, то мы истребим и их!!

Раздались волнительные возгласы вперемешку с восхищением, недовольствами Эйденом. Мы были в шоке от его действий – ведь чуть ли не добрая половина этого полиса была в гневе от присоединения владений госпожи Майи к владениям Эйдена. Я выразил одобрение сильнейшим ором.

Хватит, надоело подчиняться диктатору, который желает уничтожить полуанархию в Терроре!

Вспыхнула революция в свободной Тероре.

Рассказчик – Эйден.



За окном опустилась тьма. Вечера такие быстрые нынче в Юкатании. Настал час, чтобы выехать в Форт и готовить террорцев к обороне. Осознавая всю значимость этой битвы, я взял с собой изумруд и, помимо карманного пистолета, прихватил с собой ножны с мечом. В рукояти было пустое отверстие – оно специально было создано для моего изумруда. Говорят, что если вставить туда Камень стихий, то меч обретёт его силу. Сам меч я планировал использовать лишь во время вещания пламенной речи, но и как личное оружие он вполне сойдёт. Надеваю металлические перчатки с кастетом, наколенники и налокотники с шипами, наплечники, назапястники, но металлические ботинки с шипастой подошвой я беру с собой, потому что обычно в них не очень удобно передвигаться. Но подумав, я оставил их дома.

Теперь я точно готов. Готов к битве за Террору.

Для верности помахав в воздухе мечом, чтобы вспомнить, как им драться, я спешно вышел из зала и направился вниз по коридору. По пути мне не встретилось ни единого человека. Полумрак дворцовых помещений наводил какое-то беспокойство, я достал пистолет и начал оглядываться по пути. Благополучно покинув дворец, я под покровом ночи направился на “место встречи” – так называлось место, где должна находиться повозка, которая переправит меня в Форт. Но прибыв на место, я с неподдельным ужасом и досадой обнаружил, что повозки нет на месте, хотя я опоздал всего на полминуты!

– Да что за чертовщина тут творится?! – вырвалось у меня, – Надо сходить на городскую остановку... Ух, прилетит им по первое число за такие шуточки...

Я быстрым шагом направился на Лошадиную Площадь – место, где хранится наш “живой транспорт”, но через несколько метров осёкся и остановился. Мне на ум пришла мысль, что я сам теряю время, поэтому стоило бы поспешить пешим шагом в Форт или хотя бы в 31-й Сектор, где базируются мои верные части. Они-то мне помогут добраться до Форта в срок.

Но прежде мне надо в кое-чём убедиться...

Достав меч, я побежал сломя голову на площадь, и скоро был около неё.

Как и ожидалось, там было совершенно пусто. Это меня не на шутку напугало. Прокричав благим матом на эту пустоту, я решил связаться с Советом, чтобы убедиться, что с ними всё впорядке. Выхватываю рацию, которую ношу постоянно с собой и...

Дак, Билл и Бен не отвечали, Бекки тоже молчала, Гилл вообще в тюрьме... Стоп – Бетани! Она-то точно ответит!

– Бетани, ты на связи? Бетани! Бетани, отвечайте! Это Эйден, Бетани? Бетани, вы слышите меня?

Сначала в ухе раздавались лишь помехи, которые тянулись несколько минут. Я уже хотел плюнуть на всё это и выбросить прибор связи, как вдруг в трубке раздались голоса:

– Эйден? Вы слышите меня? Что случилось? Эйден, это Бетани, как слышно? Эйден?

Я тут же ответил:

– Это Эйден, я на связи. Бетани, у вас всё впорядке? Центральные укрепления Цитадели и дворец пустуют! Повторяю, Центр и дворец пустуют! Вызываю вас на Лошадиную Площадь, нужен транспорт, Площадь пустует, поэтому высылайте мне повозку! Как слышно? Бетани? Вы слышите меня?

Рация вновь сломалась, начались помехи, речь уже нельзя было разобрать. Я так и не услышал, что она ответила – может, у неё беда? Может, Майя уже вернулась в свой полис? Если это так, то для Терроры наступила катастрофа. А если она сумеет перевести на свою сторону войска Форта, то это уже фатальный апокалипсис для нашего государства! Надо спешить, полис Бетани расположен южнее 31-го Сектора, поэтому надо спешить – до 31-го всего 30 минут ходьбы, а бегом я и вовсе за 15 управлюсь, если, конечно, буду бежать со всех ног.

Я побежал вперёд, я должен её вызволить, или хотя бы убедиться, что с ней всё впорядке! Я обязательно спасу её от повстанцев и Майи, а если узнаю, что они взяли её в плен, то Майе конец. Я убью её.



Прибыв на место и запыхавшись, я едва не упал от усталости – настолько сильно я торопился, что по пути несколько раз упал, и теперь мои ноги ещё долго не смогут меня носить на себе. Её форт был в десяти метрах, и я уже начал плестись к нему, чтобы отыскать вход туда, как вдруг со спины я услышал знакомый голос. Голос был не столько знакомым до боли, но и буквально родным, но теперь на него я прорычал, словно дикий волк на добычу и выхватил меч.

– Эйден, ты настолько тупой, что не додумался взять хотя бы пару солдат для защиты и поплёлся туда, где тебя ждала ловушка, хотя я даже не удивлена твоей тупостью. Ну же, обернись, подлая скотина!

– Майя! Собственной персоны, – я постарался сделать вид, что насмехаюсь над ней, но получалось не очень, – Что вы делаете около полиса Бетани?

Её рука, державшая пистолет, была направлена мне в голову. Я для виду огляделся по сторонам и сказал наглым голосом:

– Ну же! Ты никогда не ходишь одна по Терроре! Я знаю, что вокруг меня в засаде сидят мои предатели! Может, не стоит нападать на одинокого и безоружного человека?

– Ты не такой “невинный”, как говоришь! – гневно произнесла Майя, смотря мне в глаза хищным и хитрым взглядом лисицы, – Что тебе дало это? Зачем ты обезглавил мой полис без моего ведома? Ты не стал проводить никаких выборов, голосований, не поставил другого кандидата, а просто присоединил мои законные владения к себе!

– Ох, да ладно, Майя! Мы вместе создали Террору, были её основателями. Вместе сбежали из Майнариеграда и его лагеря. Я лишь хотел, чтобы мы были сообщниками. Идёт война с повстанцами, а ты начала нести бред про “сепаратный мир”. Ты надеешься, что они пощадят нас, если мы сдадимся? Да они нас всех уничтожат! ВСЕХ, понимаешь?! И твой бредовый союз никак не изменит этого, нам лишь надо было быть вместе, но ты вынудила меня отправить тебя в камеру! Это нужно, чтобы другие полисы не поднялись против Терроры, понимаешь? Всё, для блага нашего государства.

Я был в гневе на свою сестру. Она сама не знала, что творит.

– ТВОЕГО, если быть точным! – продолжила Майя, – Ты стремишься к диктатуре, ты хочешь стать верховным лидером ВСЕЙ Терроры, а не только “первым среди равных”! Твоя жажда власти и погубит Террору!

– Серьёзно? А если я тебя сейчас убью? Снова будет мир внутри Терроры, но только без тебя, – спокойно ответил я, – У меня есть супероружие, которое меня защитит. Поэтому я не советую начинать, Майя. Одумайся, дура!

– И какое же? Ты опять врёшь! Чтобы запугать!

– Нет...

– Открыть огонь!! Смерть предателям!

Из-за укрытия повылазили несколько десятков человек с оружием наперевес. Я схватил меч посильнее, прямо сжав его в руках, а после молниеносно достал из кармана изумруд и вставил его в меч.

Меч мгновенно засверкал зелёным свечением, по нему поползли зелёные яркие нити, которые слепили глаза, сам изумруд засветился зелёным, как и все металлические части меча. Я взмахнул им – по воздуху прошла зелёная полоса, которая сразу же исчезла – и встал в боевую стойку, начав выслеживать врагов.

Я вонзил меч в землю – в этот момент по мне открыли огонь – и тут пули буквально срикошетили об некую энергетическую оболочку зелёного цвета. Некоторые попали обратно в стрелков, а некоторые просто упали на землю. Я взглянул себе под ноги и увидел, что по земле потянулись зелёные нити, а потом на их месте начала трескаться земля. Я повернул мечом немного влево – камень сверкнул зелёной энергией – и увидел, как рядом с одной из групп стрелков-предателей Терроры появились из земли травяные хлысты и ростки, которые связали и обезоружили их. Я повернул меч, словно ключ в замке, вправо и связал ещё нескольких воинов. Так я обезоружил всю “группу захвата” Майи, а после снял щит и обратился к ней.

– Теперь-то ты видишь, почему я имею право править всей Терророй? – насмешливо спросил я, – Твои жалкие воины ничего мне не сделали, а теперь настала и твоя очередь!

Майя бросилась бежать, побросав оружие на землю и закричав, но мои лианы и ростки были быстрее её ног, бегущих прямо по моему оружию – земле, дающей жизнь моим росткам. Я поймал её за ногу и повалил на землю, после чего приказал идти ко мне. Она повиновалась.

– Так у тебя не останется союзников, и камень ты потеряешь рано или поздно, мразь! Вот тогда мы и отомстим! – прорычала Майя, у которой были связаны руки моими лозами. Я приказал ей встать на колени, а после я отвесил ей ладонью по щеке звонкую пощечину.

– Где Бетани и остальные члены Совета?! Отвечай, если не хочешь получить ещё!

– Они предали тебя, Эйден. Все-все, даже твоя возлюбленная Бетани! – злорадно произнесла она, – Они встали на путь борьбы с тобой! И скор Террора будет свободна от тебя! – она усмехнулась, но я отвесил ей ещё одну пощечину, после чего лианой ударил её по спине. Меня гложила злоба и обида – её слова задели меня, потому что... Были похожи на правду! Майя была уже не нужна – я и так узнал всё, что было нужно, но поверить, что и Бетани туда же примкнула... Я не могу!

– Ты врёшь, сука паршивая! – прорычал я с обиды и отпустил её, – Иди отсюда, больше ты мне не нужна!

Действительно, я знал, где её полис и мог в любой момент прийти туда и всё выяснить, а остальное я и так знал. Она и так унижена, больше этот биомусор мне не нужен. А убивать её незачем – даже, если она и возглавит движение, будет вести пропаганду, то со мной она ничего не сделает.

Пока мой изумруд со мной.

Подумав над этим, я со всех ног поторопился в Форт – к моим частям. Верным частям.

Как только разгромим антитеррорцев, то все силы брошу на подавление этого восстания Майи. Если она снова будет нам угрожать – а она будет – то её ждёт смерть.



– Господин Родан, это Майя, как слышно? Как слышно, господин Родан? Я объявляю официально, что ваши войска и Государство Охотников может начинать вторжение в Террору. Наш полис пропустит ваши войска. Вы помните, что ваша цель – это свергнуть Эйдена? У вас есть специальные бойцы, против которых не работает магия – их приводить обязательно. У Эйдена есть магическое оружие. Какой-то кристалл зелёного цвета...

– Кристалл? Занятно, госпожа Майя. Спасибо за данные. Вы очень ценный союзник, все Охотники благословят вас, как борцов против “чёрной заразы”-Терроры. Ваша помощь непереоценима. Можете считать, что война Охотников с Терророй уже идёт. Вам будет оказана военная помощь в борьбе против Эйдена. Вперёд, дорогая леди. Обо всём важном сообщайте нам, делайте своё дело.

– Благословит вас Орден!

====== Глава 9: Изумруд Эйдена. ======

Рассказчик – Стив.



Нас провели за каменные стены одной из деревень террорцев через маленькую незаметную дверь в стене рядом с воротами, куда всё продолжало подходить пополнение и боеприпасы. Свет фонарей вдоль тропинок посреди ночного леса освещал нам путь. Нас вело несколько человек, то и дело ударяя по спине прикладами ружей, чтобы мы шли быстрее. И чем ближе нас подводили к штабу деревни, тем чаще и больнее раздавались удары, которые заменились на пинки ногами в твёрдой солдатской подошве. Да такая обувь при желании может и пол головы снести – раз плюнуть. Остальные террорцы озирались и косились на нас – одни смотрели с презрением, другие – с лицом победителя в войне. Вся эта враждебная обстановка слишком сильно давила на меня, я не мог смотреть на них и напарываться на эти острые шипы в их взглядах.

Открылась дверь. Нас встретили двое террорцев, которые что-то начали спрашивать на непонятном языке – Роберт переводить боялся – а после всей этой болтовни наши сопровождающие передали нас, словно бандероль, тем двум, которые провели нас внутрь здания. Над дверью висела выключенная красная лампа. Я подумал, что это сигнализация, сирена.

– Быстрее! Мы пришли, можете расслабиться – на секунду!

Разумеется, ничего мы не поняли, но по язвительному тону мы поняли, что он, наверно, издевается. Хорошо, что он для нас глухонемой.

Нас посадили на кожаный диван около выхода. Помещение, подсвеченное небольшим фонарём, подвешенным к потолку, было максимально простым для штаба военной базы. Хотя, не мне судить – я и сам военные базы видел лишь в кино. Напротив нас стоял стол с телефоном, какими-то бумагами и пистолетом. За ним сидел какой-то террорский офицер, позади него сразу начиналась стена. Правее я увидел телохранителя с оружием, а рядом с ним на стене висел портрет какого-то человека с каштановыми волосами и в пиджаке, одетым поверх зелёной рубашки с золотыми пуговицами. Также по бокам от картины висело два полотна с серым черепом и скрещенными пистолетами – символом Терроры.

– Вы свободны. Идите на своё место. А с вами мы продолжим.

Те, кто показал нас командиру, вышли из комнаты на улицу. Дверь после них осталась приоткрытой. Человек за столом тем временем привстал с места и что-то нам сказал. Мы промолчали.

– Видимо, вы меня не понимаете... Неужели антитеррорцы начали нанимать иноземцев? Ладно, среди вас нет говорящих по-майнарски? Если есть, то скажите “Такие есть”. Если нет, придётся поискать переводчика... Ну?

Роберт вызвался первым и единственным:

– Такие есть. Они не понимают вас, но я могу стать переводчиком. С вашего позволения, разумеется.

– Хорошо. Переводи им мои вопросы и мне – их ответы. А перед этим скажи им, что они в полной безопасности, и что мы лишь хотим задать несколько вопросов.

Роберт повернулся к нам и сказал, что этот офицер хочет лишь что-то от нас узнать. Я задумался – а что, собственно, мы можем знать полезного для них? Разве что – сколько нам дали патронов на Острове Одиночества. И то приблизительно. Но я, чтобы не создавать напряжение, кивнул в знак согласия. Я не стал слушать самого офицера, а стал ждать перевода Роберта.

– Террорец спрашивает наши имена и название части, в которой служили, – произнёс он наконец.

– Проблема только в том, что мы не знаем имя части! – не выдержал Марк, – Кто-нибудь помнит?

– Нет, мы, типа, были с войсками антитеррорцев, но были, как сказать, обособленными. Отдельными от всей массовки, – досформулировал Джек.

– Короче, Роберт, скажи как есть – мы были отдельно от остальных, – заключил я, – Не хватало ещё, чтобы кто-нибудь из этой деревни случайно оказался англичанином и раскусил бы нас.

– Нормально, Стив. Тут вряд ли есть такой язык – и ,тем более, никто тут на нём не говорит. Поэтому можно и приврать, – усмехнулся Джек.

– Вы о чём так долго беседуете, господа пленники? Отвечайте, как вас зовут?

Роберт назвал своё настоящее имя, нам тоже пришлось это сделать – ведь это ничего не изменит.

– Занятно. А теперь, Роберт, раз вы не помните имя своей части, то сколько вы тогда служили? Пусть один вы говорите, а остальные понадобятся, если вы чего-нибудь не будете договаривать. Итак, вы помните имя вашего командира и срок службы у антитеррорцев?

Роберт почему-то не стал говорить нам вопрос, намекнув, что он сам на всё ответит. Храбрый же огурец вы!

– Мы от силы пробыли там одни сутки – нам надо, э... Вернуться в Майнариеград. Домой, так сказать... Вот мы и пробиваемся через Юкатанию – по кратчайшему пути.

– Хорошо, а вы пробовали пойти на переговоры или, как вариант, сдаться в плен? Естественно, мы вас приняли за солдат Антитерроы, которыми, скорее всего, и являетесь... То есть вы ничего не знаете про Антитеррору и её планы? Занятно, однако бесполезно... Не верится в этот бред по побег с поля бойни и в сказку про “Наблюдателей на поле боя”. Придётся пойти на крайние меры.

На лице Роберта промелькнула струя ужаса. Мы заволновались.

Его телохранитель принёс к нам какой-то странный посох серебристого цвета с серым камнем. Посох был небольшим, но он странновато мерцал в руках офицера.

– Трофей от Охотников – посох распознавания истины. Вы верите, что есть такие маги, которые могут и умеют использовать лишь оборонительные эферы? Вот теперь знаете. Это, одно из их изобретений, раскроет всю правду про вас. Это довольно болезненная вещь, поэтому прежде всего я попробовал выточить правду устно. Готовьтесь!

Посох сверкнул серыми блёстками, над нами возникло странное светло-серое облако. Мы, ничего не понимая – что за посох, зачем он и для чего – вдруг почувствовали, как этот дым начал проникать внутрь нас, словно через какие-то дыры. Голова сильно заболела, мы едва не потеряли сознание от шока. Роберт тоже был под облаком, поэтому не смог нам перевести этого офицера. Через какое-то время дым выделился из кожи и, как дрессированный, впитался обратно в посох. А после этот же самый дым проник в голову офицеру, который под этими облаками чувствовал себя вполне уютно. А вот Роберт после такого передоза упал на пол. Словно замертво!

– Роберт! Нет!

Но тут он сам приподнялся и спокойно присел на диван. Он молчал две минуты, но после затараторил:

– Спокойно... Я здоров, только голова жутко болит...

В это время офицер, у которого глаза окрасились в светло-серый, серебристый цвет, довольно сказал:

– Браво! Вы не солгали, господа пленники! Похвально, а теперь, – он позвал своего телохранителя, вручил ему посох с химикатами и приказал сопроводить нас. Только вот – куда? Непонятно...

– Роберт, куда нас ведут?

– Он сказал, что в какую-то “Хижину Позора Терроры”, – выговорил он брезгливо и опасливо оглянулся, – Не могу привыкнуть, что английский тут никто не понимает, а значит можно говорить на нём и никто тебя не поймёт. Извините.

– А меня эта нудятина, а не язык заколебала, – сказал Марк, – Когда же вы русский выучите...

– Придётся учить майнарский. Причём, всем, – резонно заметил Джек.

Мы были уже около домика, который был настолько испоганенный, настолько старый, что на “Дом Позора Терроры” я бы возразил “Домом Бомжа Терроры”. В любом случае, под одобрительные возгласы террорцев вокруг нас там закрыли бы, если не...

И тут резко зазвонила сирена!



Солдаты вокруг нас зашевелились, многие побежали к стене деревни, похватали оружия. Сигнализация звенела, да так, что нам пришлось зажать уши, словно она находилась над нашими головами, хотя звенела их штаба. Среди некоторых террорцев началась паника, многие повторяли одну и ту же фразу, которую я даже заучил наизусть: “Хен-хен! Нексит-дар! Нексит-дар!”.

– Роберт, что значит этот “Нексит-дар”? – выкрикнул я – стража давно забыла про нас, – Что за паника?

– О Великие Драконы!.. – вырвалось у него, на его лице открыто читался ужас, – Они говорят “Охотники наступают”! “Нексит” – охотник, “дар” – наступать, если что... О Орден! Нам надо убираться отсюда!

И тут резко раздался оглушительный грохот – на другой стороне деревни в дом попал снаряд! Со стены была слышна стрельба, раздавались пулемётные очереди, что-то взрывалось... О нет! Ко мне возвращаются воспоминания мясорубки на берегу под Солнечнодревенском!.. Чёрт! Ни за что я туда не вернусь, ни за что! Я побежал туда, где не было стрельбы и взрывов – к задней части города.

– То есть, какие-то Охотники тоже напали на Террору?! – ужаснулся Джек, – Ужас!

– Терроре конец? – спросил Марк любопытно-насмешливым голосом.

Я не услышал ответа – тогда я уже во всю бежал к задним воротам, стремясь, если они заперты, выбить их к чёртовой матери! Лишь бы снова не оказаться под пулями!

Скоро я добежал до ворот, и налетел на них, стремясь открыть их своим весом, но это не помогло. С досады я пнул их со всей силы и судорожно попытался найти другие проходы наружу – тут обязаны быть проходы, секретные эвакуационные выходы!.. Они обязаны тут быть!! После первой попытки выбить ворота у меня появился ушиб плеча, но на боль я не обращал внимания. Но перед поиском я решил подождать остальных, которые догнали меня уже через пару минуток.

– Наконец-то! Быстрее, некогда объяснять! – на ходу кинул я им и побежал на невысокую каменную стену, – Надо найти оружие и выход! Скорее!

Они направились за мной, но как только мы побежали уже по самой стене, то на пути у нас встал солдат Терроры, который взял нас на прицел. Я тут же, безо всякого акцента, начал кричать во всё горло: “Нексит-дар! Нексит-дар! Хен-хне!..”. На лице солдата читалось недопонимание, но Роберт подробнее объяснил ему весь кошмар творившегося. Солдат побежал со стены, а мы прошли дальше.

– Что ты ему сказал? – крикнул я на бегу.

– Я сказал, что с другой стороны деревни решается судьба Терроры, ну и что Охотники напали, – добавил он без значения, – Придётся обежать всю стену, ненавижу бегать...

Пробежав почти половину стены, мы обнаружили спуск вниз, где была потайная комната с оружием. Подождав, когда её охранник уйдёт, мы пробрались внутрь и похватали с полок всего этого военного добра и патронов к нему. Пришедшему назад стражнику сильно не повезло, поскольку Роберт всадил в него пару пуль – стрелял он, однако, превосходно.

– Это вам за мой дом и за Эндрю! – гневно добавил он и плюнул на труп.

Вновь вернувшись на стену, мы столкнулись с двумя террорцами, которые, видимо, решили проверить, что там была за стрельба и кого убили. Они, открыв по нам огонь, начали загонять нас обратно в склад, но Роберт и снова перестрелял всех террорцев, подождав, когда они забегут поочереди в склад и напорятся на его пули.

Мы снова вернулись на стену и продолжили поиски выхода. Линия обороны против Охотников, надеюсь, была далеко, поэтому мы могли поискать подольше и нас никто не пристрелит.

Через какое-то время выход был найден. Перестреляв охрану из одного человека, мы порылись у него в карманах и нашли ключ от непримечательной двери в стене, которая, видимо, была нужна для пропуска обычных людей – ворота для транспорта. Марк достал ключи и вставил их в скважину. После чего повернул пару раз и ногой открыл дверь нараспашку.

– Вот и выход, – радости моей не было предела, – Поторапливаемся – бежим отсюда!

От фронта с отрядами Охотников, которые уже взорвали ворота и прорвались в крепость, нас отделяли считанные десятки метров, поэтому мы припустили и побежали вдоль стены, чтобы не быть замеченными, а как только мы, через десять с чем-то минут добравшись до угловой вышки, побежали уже в лес. Теперь осталось снова отыскать Зелёную реку и продолжить путь к Зелёному Оазису, как и раньше!

Эх, рано я начал переживать, что хватит мне убегать! Побег только начинается! Террора нас не остановит!

Рассказчик – солдат Терроры.



Приказ о подготовке обороны и о начале наступления противника пришёл также неожиданно, как и сама война с таким противником, который мог мне сниться только в кошмарах. Я, будучи преданным капитану Эйдену, решил, что сегодня настанет мой день – я надеялся, что именно сегодня я покажу себя во всей своей красе и устрою Охотникам такую взбучку, которую они никогда не видели! Как только зазвонила сирена, то я подумал, что опять учебная тревога, и, как подобает настоящему террорцу, первым побежал на склад хватать оружие и уже направлялся к стене, как вдруг вокруг все начали кричать, что на нас напали Охотники!

Если бы я не был ветераном войны с этими хитрыми жуками, то я бы принял это, как какую-то шутку, а если бы увидел их, то жутко перепуался – против нас сейчас воюют целых три стороны – Антитеррора, Охотники и ещё эта психичка Майя, которая возомнила о себе Орден знает что! Я постарался быть спокойным и рассудительным – сейчас у нас только один противник – это вероломно напавшие на нас Охотники. А значит, что пока они у наших стен, то я воюю только с ними.

Я защищаю эту крепость, этот 18-й Сектор, как он называется, я защищаю Террору, я защищаю Верховного лидера Эйдена и нашего капитана полиса Билла, который срочно, незадолго до того, куда-то ушёл, и даже теперь – во время осады – не думает возвращаться назад и что-то предпринять. А, может, он уже вернулся – кто его знает. Но мы знаем одно: Билл – наш родной командир, наш брат, который точно бы нас не бросил. Мы вместе с ним присоединялись к конфедерации – это было так давно, что я уже начал забывать, как Эйден спас наш полис от разгрома Охотниками и принял нас в состав, после чего отправив к нам на помощь отряд террорцев и разгромив врага. Тогда наш извечный противник – Родан – подписал договор о выходе из Юкатанской Войны, но теперь он решил вернуться в самый разгар войны с Антитерророй?! Как крыса поступает! Но как умная крыса, ещё как умная...

– Слышал – Эйден выехал в “Форт №1 и на него напали по пути, – сказал мне мой напарник, когда мы стояли на стене и отстреливали Охотников в белой, плащеобразной форме с капюшоном на голове, – Также штаб доложил нам, что антитеррорцы резко перешли в наступление и уже подорвали несколько фортов на пути к центру Форта! Какое-то совпадение, не видишь?..

Услышав это, я со страхом взглянул на него.

– А это точно? Может, они сговорились?

– Может... Осторожно!

В бойницу полетела сероватая энергетическая сфера, которая попала в стену позади нас.

– Они магию используют!! – не выдержал я, – Как я их ненавижу!..

Выждав, когда один охотник израсходует свой “запас магии”, я заметил, как вокруг них пропало поле и сделал спешный выстрел.

– Попал!

Охотник упал замертво, выронив свой посох. Но тут по стене ударил залп их арбалетов. Мы успели вовремя пригнуться – стрелы огромной лавиной обрушились на камень, словно из пулемёта.

Но тут раздался взрыв чудовищной силы! Я от ужаса пригнулся и отскочил. Пол стены превратилось вместе с центральными воротами в огромную брешь!

– Они взорвали ворота! – крикнул я своему напарнику.

– Надо задержать их, – кинул он, – За мной.

Мы спустились со стены и побежали к воротам, где уже скопилось множество защитников Сектора, которые держали на прицеле отряд охотников и... Не стреляли. Подойдя поближе, мы услышали:

– Мы пришли сюда с миром, дорогие служители тому, кто захочет всех вас прибрать к рукам и уничтожить вашу свободу! Мы не ожидали вашего сопротивления, но мы всего-лишь хотели поговорить. С вашим правительством, а конкретнее с Биллом Теко. Позовите его, мы не убьём его.

– Я тут, охотники!

Все обернулись на знакомый голос – Билл вернулся к нам! Мы все поприветствовали его одобрительным возгласом и пропустили к охотникам, держа тех на прицеле, готовые выстрелить, если они убьют нашего истинного повелителя. О чём они говорили было разобрать сложно, но в разрушенных воротах переговоры проходили максимально мирно. Лишь когда они закончились, то Билл обратился к нам со словами:

– Дорогие друзья, братья мои! Мы все всегда жили вместе и не знали горя, хотя много было и чёрных страниц в нашей славной истории! Были разногласия с Охотниками, туземцами, распри между собой, но теперь настала новая беда – Эйден предал нас! Он уже присоединил к себе земли нашей дорогой Майи, за которые она начала войну, а на очереди – неужели мы?! Весь Совет Терроры вступил в заговор против Эйдена с целью свергнуть его, мы изберем нового правителя свободной Терроры, или же обретём независимость! Охотники прибыли сюда, чтобы помочь нашему движению у свободе! Основные войска Эйдена – его чёрные волки – заперты Антитерророй в “Форте №1”. Если мы их разгромим, то Эйден – наш враг, который воевал и не давал нам спокойно жить 10 лет(!), будет размят и свергнут! Я приказываю вам, верные соратники и мои братья и сёстры – мы пропустим армию Родана, чтобы они ударили в тыл войскам Эйдена в “1-ом Форте”! Такова моя воля, теперь – голосование по обычаям Терроры. Кто за пропуск войск? Так... А кто против? Так... Отлично! Единогласно решено армию пропустить, ради нашей свободы и процветания Терроры!

Большинство согласилось “за”?! Да как они посмели?! Почему мнение меньшинства не учитывается? Я же проголосовал против!

– Вы чего творите?! Есть люди, которые против пропуска! Вы не понимаете, что мы можем попасть под вассальную зависимость от Охотников?!

– Так... Ты прав, надо учитывать. Так что таково моё окончательное распоряжение, – произнёс Билл, – Мы пропускаем не все 20 отрядов, а только 18. Это моё решение, расходимся.

Охотники вошли в город, нам пришлось участвовать в унизительной церемонии по снабжению их едой, а после они вышли через задние ворота. После такого я остался сидеть с приохреневшими глазами и удивлённым лицом – они все сговорились против Терроры и Эйдена?! Это же приведёт к катастрофе!

Я поспешил выйти из города и после, не слушая призывов вернуться, помчался в сторону Цитадели со всех ног, не забыв взять оружие для самозащиты – я должен прибежать во дворец Верховного лидера и рассказать ему об этом! Срочно, немедленно! Я не хочу, чтобы охотники с Роданом во главе правили Терророй, я хочу свободное, пусть и Диктаторское, но государство!

Забежав в лесную чащу, я видел, как впереди на меня удивлённо пялятся несколько человек с нашим оружием.

– Вы кто?! Пожалуйста, не стреляйте, мистер-террорец! Мы, это... Чёрт...

– Слушайте сюда, – начал я торопливо, – Мне наплевать, кто вы, но вы должны мне помочь. Терроре грозит реальная опасность, я спешу во дворец к Эйдену, и вы должны мне помочь добраться туда и доложить Верховному лидеру, что надо бежать отсюда! Погодите... Как вас зовут? Это безотлагательно – надо торопиться!

– Терроре грозит опасность? А ты сам не угрожаешь нам? – с издёвкой произнёс тип в очках и в тёмной одежде с капюшоном.

– Нет-нет, меня зовут Барт. Это реально срочно, нам надо спешить! Ох, ну что вы такие тупые...

– Погоди-погоди, то есть ты, Барт, хочешь, чтобы мы пошли с тобой через всю Террору к Эйдену?!

– Говорят, что у него есть какой-то изумруд, который вызывает какие-то боевые лианы, или типа того... Короче, он сможет защититься, но он не ожидает удара. А во дворце самое безопасное укрытие.

– Погоди-ка, изумруд?.. Неужели, это оно.., – у моего собеседника загорелись глаза, – Я – Роберт, пошли сейчас же. Нельзя спешить!

Под непонятные недовольства его трёх напарников, Роберт, вроде, всё им растолковал, а после он обратился ко мне:

– Это – Стив, Марк и Джек. Слева-направо. Запомнил?

– Ага, а теперь побежали.

Наконец-то я их уговорил! Осталось разыскать Эйдена и передать, что на нас напали Охотники!

Мы спасём Террору!

Рассказчик – Стив.



– Так, погоди-ка, Роберт! Что ещё за Камни Стихий?! Какого лешего они нам вообще нужны? Нам надо поскорее сбежать отсюда, а не помогать местным царькам!

Всё ещё пребываю в необъяснимом шоке – то есть, Роберт, пробыв с нами столько времени, даже не решился сказать, что в этих камнях заточена некая магия Ордена Драконов? Он сказал, что у Эйдена, который, судя по всему, является местным главой, терпящим поражение, есть некий изумруд, который, как оказалось, обладает магическим потенциалом, в котором заточена некая энергия, которая способна вернуть нас домой. Как у него оказался столь важный артефакт – непонятно, но некий Барт – террорская пешка – уверен, что он поможет нам.

Только вот – как? Надо узнать побольше про этот изумруд, который заставил Роба поменять наши планы ради него.

– Роберт, давай-ка по-подробнее. Что ещё за изумруд там у Эйдена и зачем он нам так нужен?

У меня начало складываться предчувствие, что нас любой может поманить за собой, заявив, что вернёт домой.

– Ладно, нам хоть и некогда, но я уделю время, – на ходу выговорил он недовольно, – Я слышал, что эти Камни Стихий очень тесно связаны с портальной системой, которую проложили Драконы для связи разных уголков галактики. Они, словно, хранят частичку той энергии, которая являлась “топливом” для этой системы. Я старался углубиться в эту тему в своё время, но ничего не нарыл – как эта энергия оказалась там, кто создал камни и зачем разбросал по Майнарии. Но на след одного, кажется, мы напали. У нас, думаю, есть время, чтобы проверить мою теорию.

– “Теоретик”, нам стоило бы этими вопросами заняться потом, – иронично заметил Джек, – Это опасно!

– Спокойно, Барт заверил, что знает, где дворец Эйдена, – сказал Роберт в ответ, оглянувшись по сторонам.

– Только он не смог заверить нас, – заметил Марк.

Мы шли по главному шоссе Терроры – я понял это потому, что дорога эта была самая широкая, которая нам попадалась, была красиво украшена и ухожена, а также по ней много ездило транспорта. Нам пришлось много раз резко бросаться на обочину и бежать в лес. Барт заявил, что эта трасса ведёт прямо в главную Цитадель, прямо в логово Эйдена.

Хм, с другой стороны помощь пленного диктатора нам бы не помешала – он, наверняка, знает много про Террору, раз ею управляет. С ним мы сможем сбежать – в крайности, есть шанс.

Шли мы по обочине дороги до тех пор, пока нас не подобрала мимо проезжавшая телега. Ехать мы с террорцами никуда не хотели, поэтому было очень неудобно, что нас задержали. Но с оружием было намного увереннее.

Говорил с ними Барт – как ни как, знакомый человек, такой же бандит, правда, дружелюбный. Я слушал их разговор и понемногу старался вникнуть в суть их непонятных слов, но получалось не очень. Вскоре к разговору подключился и Роберт, который, судя по интонации, заступался за него. И без перевода можно было понять, что террорцы, которые ехали, и ежу понятно, как подкрепление на помощь Форту, пытались заставить нас ехать с ними, принимая Барта за дезертира. Не знаю, чем бы это закончилось, если бы не зазвонило странное подобие телефона и отряд не оставил нас в покое, спешно уехав на помощь братьям-бандитам. Мы облегчённо вздохнули и решили пройти лесом – от проблем подальше.

– Слава Ордену, что они не открыли огонь, – в слух поблагодарил Роберт божеств-драконов.

– О чём вы вообще говорили?

– Они пристали к нам из-за, якобы, украденного оружия. Наверно, номера не совпадали с нашими, – усмехнулся он, – А потом – к Барту, который им почудился “беглым позорщиком”. Я помогал ему объяснять, что у нас задание, а им позвонили из штаба окружённого Форта. Говорят, что там настоящая мясорубка, и что рядом собирается группировка для прорыва.

– Ладно, не тратим время, раз уж решили идти в Цитадель, – оборвал Марк рассказ и побежал за ушедшим вперёд Бартом.

– Был бы он с ним поосторожнее.., – резонно заметил Джек, – Совсем голову не включает.

Я не стал отвечать – я привык игнорировать враньё.

Я продолжил раздумывать насчёт изумруда – а что, если Эйден не захочет нам помогать, а направит его магию против нас – проще говоря, убьёт нас? Это был очень важный вопрос, потому я сейчас же поделился им с остальными.

– Вполне возможно... Но для чего у нас оружие? – ответил Марк, – Я уверен, что изумруд не может бить далеко.

– Не стоит недооценивать мощь Камней.., – загадочно произнёс Роберт, после чего свою лепту вставил и Джек:

– Мда... Проблема... Ну хоть иногда Стив умеет включать мозги и думать.

Я только молча сплюнул.

– Хотите сдохнуть – можете не думать вовсе!

– Но для этого отныне есть ты, Стив!

– Сдохни, Джек!

Я решил демонстративно не рассуждать. Если их, там, свяжут и начнут душить какими-нибудь лианами, то я буду в это время за несколько километров. Я-то хочу домой, в отличие от них! Но с другой стороны, я не могу их бросить – мы же друзья, чёрт-подери!

Так в раздумьях мы и прошли добрую часть пути, до тех пор, пока перед глазами не показался громадный дворец нашего Эйдена... Окружённый крепостной стеной. Хорошо, что мы были в зарослях, поэтому нас не заметили.

Но к удивлению, мы заметили, что ворота в Цитадель открыты.

– Там ворота открыты. Может, ловушка? – произнёс я, словно про себя, но тут Марк дёрнул меня за плечо и показал пальцем на одну из башен. Я присмотрелся и от удивления чуть не упал...

Там было пусто!

После чего поочереди всмотрелись во все три башни перед нами. Они тоже стояли пустые, словно весь дозор куда-то испарился!

– Это всё нелогично, – вырвалось у Джека вслух – я только кивнул и приготовил перед собой ружьё. Я направился на пустую дорогу и, пригнувшись, побежал к раскрытым воротам – я решил попробовать проскочить внутрь. Вряд ли для нас бы тут устроили какую-нибудь ловушку, поэтому я не боялся, что в бойницах тут же заговорят пулемёты, которые стояли там без прислуги. И то не везде.

Добежав до ворот целый и невредимый, я подал знак рукой – мол, за мной! Удивлённые лица, на которых читалось волнение, смотрели на меня, как на безумца. Один Джек сидел с лицом, словно в голове была фраза: “Ему всегда везёт! Эх, почему его не подстрелили?..” Робко привстав, они побежали ко мне – сначала опасливо и медленно, а после, приободрившись, помчались намного смелее. Сразу же от Роберта в меня влетел подзатыльник за “такую неосторожность”, а потом мы вступили в саму Цитадель.

Ту было намного тише, пустоты было чуть ли не вдвое больше!..

Рассказчик – Эйден.



Это... Это конец. Это конец всего, конец света, конец жизни! Это полная катастрофа, огромнейшая неудача, падение с вершин к низу, полное лишение всего, ради чего жил и что создавал. Я находился в 25-ом Секторе, через который шла дорога на Форт и... Я думал, что делать дальше, особенно, после того, как ко мне пришла весть, что антитеррорцы разбили мои войска в Форте и быстрым маршом направляются на Цитадель.

Это был мой последний оплот, это были мои последние верные части, которые отстаивали моё доброе имя до конца, отражая бесчисленные атаки мятежников. Я даже не успел добраться туда, а всё из-за того, что рядом не оказалось транспорта.

– Я ПРОКЛЯТ! – выкрикнул я в сердцах, – ОНИ ВСЕ ПРЕДАЛИ МЕНЯ!

Как я вообще мог кому-то верить в такие времена?.. Со мной был мой отряд, с которым прошёл и огонь, и воду, но даже они все погибли до единого, не говоря даже и о предателях “Черного Знамени”, которые не сумели одолеть десант.

Флотилия мертва, мы в блокаде со всех сторон. Мятежники... Майя... Ещё и Охотники – мутные ребята... Надеюсь, хотя бы они с нами в нейтралитете...

Так, надо собираться и уходить – сюда скоро прибудут антитеррорцы быстрым маршем, а в этой опустевшей деревне был только я. Надо возвращаться во дворец и... Бежать из Терроры. Вернее, из падшей Терроры, её больше нет, всё! Нам пришёл конец, и я не преувеличиваю. Если они смогли прорваться сквозь Форт, то они пойдут по совершенно незащищённым территориям! Нет, там есть какие-то мелкие редуты, окопы и подобное, но бьюсь об заклад – там ни единого солдата.

И я ещё без понятия, куда делась Бетани, почему с ней не налажена связь. Ладно, вернёмся во дворец и всё выясним, а если не будет вестей, то план прежний – всё бросать и бежать в Нублийские горы.

Только уже без возлюбленной, вопреки мечтам... В одиночку, через юкатанские резервации, населённые злыми и мстительными туземцами. Единственное оружие – внимательность... И изумруд, который должен быть всегда у меня.

Вот гляжу я на него очередной раз – и каждый раз вспоминаю, как мы с моей первой бандой ходили рейдом по Юкатании – вот это было весело, никогда не забуду те времена. А праздник заслуженный – мы только что сбежали из тюрьмы в Майнариеграде и прорвались в пристанище преступников – в Юкатанию, переполненную колониями таких вот беглых банд. Все мы хором ненавидели нового короля Майнарского Королевства – Александра из династии Ренклинов. Именно после его прихода к власти начались гонения на таких, как мы, открылись первые лагеря и тюрьмы, началась борьба с нашим “братом”.

Ладно, что-то я от темы отклонился...

Мы наткнулись на странный каменный храм, поросший мхом и лианами. Мы, будучи молодыми и глупыми, пошли на разорение этого памятника, преодолели все ловушки, испытали ужасы подземного заточения и ншли целый подземный город, заброшенный его коренастами много лет назад. От них сохранились лишь странные рисунки ящероподобных фигур, их утварь, фигурки, личные вещи и... Изумруд. Я поступил “честно” – им разрешил забрать всё золото и ценные вещи, а себе взял лишь древний артефакт. И такой обмен был очень “честным” – ведь я взял себе то, что дало мне власть над доброй половиной Юкатании и Элласии! Могу сказать, именно благодаря этому камню я создал Террору. А ведь это лишь один несчастный изумрудик... Можно сказать, он мой единственный друг, который никогда не предаст меня.

Может, тогда он должен умереть вместе с моим государством? Да нет, бред какой-то!

У меня есть огромные планы по Нублиийским горам. Там я создам Новую Террору, которая будет гораздо сильнее старой, она превзойдёт своего падшего старика, я буду единолично править этим государством, а после отвоюю Старую Террору новой, гораздо более сильной армией, я обрушу на них всю мою месть. И когда ве Терроры станут единой, то тогда мы подчиним всю Юкатанию навсегда!

Гениальный план, Эйден! Он приподнял мне настроение и вселил уверенность в своих силах. Я поставил перед собой новую цель, и добьюсь её несмотря ни на что!

Я повесил ножны на плечо и помчался во дворец – с новой надеждой на счастливую жизнь!

Рассказчик – Стив.



Было жутковато передвигаться по пустой крепости, где под покровом ночи не горела ни единая лампа все дома были, словно тут давно никого нет... А, может, жители сбежали от чего-то? Мало ли, что нас может ожидать, но то, что тут не было никого напугало каждого из нас, особенно удивился этому наш новый приятель Барт, который через Роберта постоянно говорил, что “не узнаёт их крепость в глаза!”. Мы отвечали лишь молчанием, потому что не могли знать, насколько “живее” могла выглядеть крепость раньше.

– Наверное, это была самая охраняемая часть города, – предложил Джек, – Но где же сам дворец вашего Эйдена? Тое, небось, сбежал панике?

И тут я поднял глаза на массивное здание со странным куполом вместо крыши, с большими окнами и каменными мостами, которые были проходами к самой стене. Дворец не был как-то богато украшен – проще говоря, от “Дворца” тут одно лишь название. На крыше виднелся флагшток, но привычное нам знамя Терроры там не висело, из-за чего Барт напугался ещё больше. Вход во дворец тоже был открыт на распашку, а над рвом протянут мост, при этом – снова никакой охраны.

– Это может быть ловушкой, – предостерёг я, – Так не бывает, что на самом охраняемом месте во всей Юкатании не будет охраны. Может, нас уже ждут внутри во все оружие?

– Правильно, надо смотреть в оба, – согласился Марк, – но как нам выяснить расположение террорцев?

– Для этого есть гранаты, – сказал Роберт, – это Барт предложил.

Так, уже лучше. Намного лучше!

Я не стал прикасаться к взрывоопасной штуковине, но Джек много интересовался оружием, когда мы были дома, поэтому я доверил провернуть “проверку” ему.

– Так... Да у неё такое же применение, как и у наших, – хмыкнул Джек, – Вам лучше отойти.

Мы послушались его, пожелав удачи не взорваться, и стали наблюдать за ним. А он тем временем выдернул чеку гранаты и со всей силы швырнул её в проход, после чего отбежал к нам и закрыл голову руками.

Через какое-то время раздался оглушительной силы взрыв, который повредил каменную кладку стены, она покрылась трещинами и осыпалась с горой пыли. Однако никакой реакции не последовало – как была глухая тишина, так она и осталась.

– Наверно, там никого не было, – выдохнул Джек, – Хватайте оружие – пойдём, выясним.

– Только надо не забывать про осторожность, – напомнил я и, крадучись, последовал за Джеком, направляя прицелом на ворота, около которых теперь красовалась небольшая дыра.

По пути мы не переставали слушать эту напряжённую тишину, которая каждый раз говорила нам, что наша паранойя – лишнее, но готовя в конце всего этого какой-нибудь сюрприз. С этой мыслью мы вошли во дворец, пару раз выстрелив в проход.

И снова – ничего и никого, кроме тёмного парадного зала, утопающего в темноте, до которого только предстояло добраться по короткому коридору.

– Тут тоже пусто, – произнёс я, – Не спроста это всё...

Мы прошли дальше, с каждым новым шагом накапливая смелость на следующий шаг, и так, пока мы не вошли через глухую толстую дверь в огромный зал, который содержал ещё три двери по другие стороны комнаты, а перед нами находилась толстая ступенчатая лестница, на которой был расстелен красивый ковёр. Внутреннее убранство было намного богаче, чем серые каменные стены снаружи. В зале было немного светлее м в окна проникал лунный свет.

– Ну и куда дальше, Барт? – произнёс недовольно Джек.

Роберт перевёл, что нам надо подняться по лестнице. Мы собрались пойти к ней, как вдруг услышали чьи-то шаги из одной из дверей. Мы насторожились и образовали “оборонительный круг”, прицелившись в ту дверь.

Скоро она открылась, и нас предстал человек, который без оружия куда-то торопился. Вид был у него по-настоящему взволнованный.

– Господин Эйден! У меня есть одна важная новость для вас!

Человек заметил нас и испугался ещё больше. Он выхватил какой-то зелёный предмет и, увидев, что это свои, он убрал его и подозвал поближе.

Но Роберт сразу узнал в этом человеке нашу самую главную угрозу:

– Это Эйден собственной персоны! Да ещё и с Изумрудом! – чуть ли не выкрикнул он.

– Погоди-ка, погоди-ка... Изумруд?! – вырвалось у Джека, – Это большой облом...

– Надо быть осторожными, – произнёс я, – Смотрите!

Пока Барт докладывал Эйдену планы охотников, мы стояли в стороне и наблюдали за тем, как у лидера Терроры резко менялось настроение. В конце доклада он был чуть ли вне себя от ярости.

– Эйден говорит, что некий Родан предал его, – осторожно произнёс Роб, – Приготовьтесь.

Тут с другой стороны зала послышались шаги нескольких человек, которые напоминали бег. Дверь распахнулась, и перед взором предстал отряд вооружённых терррцев и охотников во главе с какой-то девушкой в чёрном пиджаке поверх рыжевато-красной с синими полосками майки. Мы не могли понять её разговоров с Эйденом, однако по их взаимным взглядам видно, что они друг друга ненавидят, а когда она только вошла, то лидер Терроры даже вынул из ножен свой меч и крепко сжал в правом кулаке, а та в ответ прицелилась в него из пистолета. Лишь первое слово, сказанное Эйденом не нуждалась в переводе:

– Майя!.. – произнёс тот с презрением.

На нас сразу же были направлены прицелы некоторых из отряда террорцев, нам пришлось ответить тем же. Барт загораживал, словно живой щит, своего господина.

Нарастало напряжение, так тянуться вечно не могло... Кто-то да выстрелит.

====== Глава 10: Битва за Террору: Дуэль. ======

Рассказчик – Эйден.



– Вот мы и встретились, дорогая сестрица, – начал я, чтобы только не молчать и растягивать напряжение, – Уверен, ты очень подготовилась к этой судьбоносной встрече, даже наняла охотников. Что ж, похвально, что ты решила напороться на те же грабли.

Майя, стоя неподвижно с протянутой рукой, в которой держала пистолет, направленный в меня, внимательно выслушала меня, просверливая презрительным взглядом, а после ответила, даже не скрывая гнева и ненависти:

– И это говорит человек, который посмел отнять свободу и равенство в нашем общем государстве! Я заявляю от лица каждого полиса, который потерял независимость по твоей вине, что эта борьба будет идти до конца. Даже, если придётся пожертвовать устоявшимися порядками и перевернуть Террору с ног на голову.

Её рука еле заметно дрогнула, но она не подала виду, продолжая гордо смотреть на меня. Я решил воспользоваться этим:

– Ты не посмеешь выстрелить, дорогая. Любое твоё движение будет предупреждено, и не забывай, что при любом исходе в победителях останусь я, – начал я издевательским тоном, постепенно загоняя её “в угол”, – Ты так жертвуешь собой, а твои “мятежники” так к тебе привязаны, что твоя смерть подавит всё сопротивление. И террорцы вновь встретят своего истинного лидера с почётом и честью. Неужели удивил?

– Нисколько, Эйден! – ответила Майя, начиная очень медленно приближаться, – Ты прекрасно знаешь, что это твой последний день правления. Думаешь, что я не догадалась, что ты собираешься сбежать из Терроры и бросить всех на произвол судьбы? Ты просто подлый трус, который без своего “изумрудика” ничегошеньки не может. Если не хочешь опозориться, то давай – вытаскивай и бросай свой камушек и сразись честно. Испугался? Ну же, давай! Ты ведь так убеждённо считаешь себя лицом всей Терроры и всех её полисов, так что? Ты побоишься вступить с её угрозой в честную схватку, а?

– А если я просто задушу тебя силой изумруда? – поинтересовался я с улыбкой, – Так ещё будет, над кем издеваться. И тратить время на дуэль я не собираюсь. Однако, с удовольствием выслушаю тебя. Перед твоей гибелью!

– Хорошо, раз ты так хочешь, – махнула она рукой, – Ты всё-равно струсил и проиграл ещё не начавшуюся дуэль – времени теперь полно. И ты тоже знаешь, что не сможешь ты меня задушить.., – Майя схватилась за рукоять меча, что висел в ножнах на поясе и резко выхватила его, – ...Вот с этим.

Я только усмехнулся – насколько я не страшился её угроз.

– Ты же согласилась на честную дуэль, Майя! А это уже оружие – техномагическое. Если уж и устраивать дуэль, то только на простых, кованых лезвиях.

Майя, недовольно сдавленно прорычав, убрала оружие, сняла ножны с пояса и кинула своему отряду, после чего взяла обычный меч, резко вынула из ножен, отбросив их в сторону, после чего произнесла громким, громогласным и чётким голосом, проговаривая каждую букву:

– Именем полиса Свободная Каролига, я объявляю, что прибыла со своими солдатами, чтобы свергнуть подлого диктатора с управления Терророй. Я посылаю тебе вызов сразиться и уйти без позора, либо умереть.

Я решил принять дуэль. Всё-таки, в чём-то она права – если уж уходить, то достойно, защитив достоинство своих подчинённых и своего, центрального полиса, с которого началась Террора, которая скоро падёт. И я уже ничего не смогу сделать. Разве что – отомстить и спасти дорогих мне людей из западни, которую, по большей части, сами и создали. Я совершал ошибки во времена правления, много ошибок, особенно, на начале пути. Но эта ошибка была последней и фатальной – если бы я не совершал её, то Террора развивалась бы и сейчас.

Я жалею, что развязал эту бесконечную войну.

Мой народ устал бороться с выдуманными врагами, которых мы сами себе находили, спина Терроры не выдержала такой груз и надломилась. Когда-то я думал, что сохранить власть над бандитами можно одним путём м постоянными грабежами и войнами, но даже они устали. Я им надоел со своими “войнушками”. Но теперь, когда для Терроры возникла реальная угроза, я просто решил свалить в Нублию. Согласен, как подлая псина. Один, бросив всех на висельницу. Я отомщу кому надо, а после попытаюсь быть со своими до конца. Даже вместе приму смерть, достойную, хоть местами и бесчестную. Я выхватил меч и вынул Камень, а после отдал Барту на сохранение. Я взмахнул мечом и встал в боевую стойку.

– И всё же, – добавил я спокойно, – Никто не подчиниться тебе, просто потому что нельзя покорить Террору с помощью охотников и антитеррорцев. Это тоже нечестный ход, и полисы не простят тебе этого, Майя.

– А тебе никто не простит предательства, – ответила она и тоже приготовилась к схватке, направив на меня меч, держа его в одной руке.

Наступила секундная пауза.

– Пора, – шепнула Майя и первая пошла на меня с мечом. Я тоже зашевелился и побежал в её сторону.

Мы сблизились в этой решающей, честной схватке, наши клинки скрестились и заскрежетали металлом. Посыпались искры от наших мечей, каждый из нас стремился опрокинуть другого на спину и добить одним взмахом лезвия, и скоро Майя начала отступать по силе. Всё-таки, она крепкая тварь! Мечи наконец разомкнулись, каждый из нас увёл его в сторону и отступил на шаг назад, но скоро мы вновь сцепились. Во время дуэли я жалел, что послушал её и убрал камень – я бы победил за одну секунду, но тогда она бы воспользовалась оружием охотников, и ничего бы не изменилось. Я увёл её удар и заблокировал следующий, а после она парировала мой ответный выпад, но с этого момента я начал наступать, каждый раз нанося удар за ударом, не давая ей опомниться. Её стража расступилась, и я начал выгонять её бесконечными ударами в проход, но тут она резко набросилась и сильным ударом освободилась от западни. Я хоть и заблокировал выпал, но от неожиданности и мощи удара, отошёл на несколько шагов назад – отдача чёртова! Но за этим последовал ещё один резкий выпад, который мне тоже пришлось отражать с большим трудом, а после она атаковала меня во вращениим – провернулась вокруг оси и нанесла удар, резко оказавшись так близко, что ей бы хватило пары секунд, чтобы прикончить меня, но я успел отреагировать и отскочить в сторону. Бой возобновился, но теперь я снова начал прессовать Майю, которая, видимо, немного запаниковала – её зрачки расширились, когда я нанёс ей несколько болезненных ударов по лезвии, от которых она отступила вновь к проходу. Я разбежался и хотел прыгнуть, чтобы прикончить её одним ударом, но она увернулась и я едва не попался в смертельную ловушку – я упал на пол и едва не лишился головы, которую Майя стремилась отрезать. Приходя в себя от шока, я начал отступать к центру зала, куда за мной прошла и Майя, держа меч перед собой. Вид был у неё взъерошенный.

– Уже сдаёшься? – переводя дух, выговорил я с наглой улыбкой, чем её разозлил ещё больше.

– Если бы могла, то да, но только не сегодня, – ответила она также вызывающе, – Не имею право сдаваться. Комплекс лидера.

– Тоже самое, Майя. Тоже самое...

Мы оказались в центре зала. Схватка продолжалась с новой силой – теперь никто не мог отступить и даже намекнуть на своё скорое поражение – гнев нас обоих достиг апогея, и отсечь голову при неудачном ходе мог любой – и я, и Майя. Один раз я так подставился, но теперь мы играем более серьёзно. Я решил действовать решительно – победить одним наглым ходом, который она не будет ожидать. Я освободил свой меч от скрещивания, резко отступил и, дав команду Барту, подбежал к нему и забрал камень. Вновь молниеносно вставил его в центр рукояти и напал на Майю с сверкающим зелёным мечом.

– ЭЙДЕН!! НЕЧЕСТНО, ЭЙДЕН!!! – завопила Майя и отступила к своей страже. Она взяла меч охотников и активировала его – он засверкал серым и бледно-голубым цветами, – ТЫ ТРУС, ЭЙДЕН!!

Дуэль переросла в бои без правил! Теперь в ход пошла магия. Моё промедление снова уровняло наши шансы на победу. План провалился, оставалось только продержаться...

Наши мечи вновь скрестились и заискрили железом, только теперь эти искры были зелёные и серые. Мне надо было лишь выбить её оружие из рук и зажать в угол, а после – убить. Ради Терроры, ради победы, ради мести за мятеж и предательство! Я уже видел, что она выдохлась – она устала от боя быстрее, чем я, но, по видимому, энергия меча давала ей силы. Надо немедленно разъединить её с клинком, как можно быстрее. Я резко толкнул её мечом, освободившись от скрещивания, а после напал на неё, пока она пыталась подняться с земли. Она попыталась увернуться назад от моего решающего удара, но я наступил ногой на её руку с мечом и одним лёгким ударом отсёк ей руку с мечом, а другую заблокировал каблуком сапога. Она завопила от боли, кровь потекла по дорогому красному ковру, но даже на фоне ковра она различалась. На её глазах выступили слёзы – она проиграла эту дуэль, она страдала, как и вся Террора от её мятежа!

– Страдай, сучка! Пускай ты убедишься, что не нужно мешать победе своих, предательница! А если честно, то я сегодня великодушный. Я избавлю тебя от страданий – вся кровь не выльется через одну отрубленную руку. Жить ты всё-равно не сможешь, так что – прощай, сестрёнка дорогая!

– Ид... Ди т... Ты...

Я нанёс заключительный удар. Майя сдохла. Я отомщён...

– Это победа! – произнёс я тихонько, раздумывая дату её честных похорон через кремирование, как вдруг я увидел, как та группа, что прибыли с Бартом, нацелились на меня. Я успел силой камня скрутить их лозами, а после разобрался с отрядом стражи Майи.

Я наклонился над её телом и шепнул: “Прощай, бывший друг. Прощай.”

А в это время я услышал снаружи какой-то гул. Я было собрался проверить, что там произошло, но тут во дворец ворвались Бетани с Даком. Я мигом забыл про эту пленённую массовку и побежал встречать их. На душе было счастливей некуда.

– Бетани! Где ты была? Дак?! Вы где были всё это время?

– Мы отсиживались в своих полисах – мы собрали для вас армию, – произнёс Дак, – Вы знаете, что Охотники во главе с Роданом...

– Да-да-да, они уже скоро приступят к штурму, – договорил я за него.

– А что с Майей? – вопросила Бетани.

Я опустил взгляд, но после вновь выпрямил.

– Я убил её. Похороним после войны. Мне пришлось, – сухо произнёс я.

Я решил, что не стоит тратить время на ерунду, поэтому Даку и Бетани приказал расположить их войска на стенах, а нескольким солдатам отнести пленённых в темницу, а труп Майи убрать от своих глаз.

– ...Трофейное оружие раздать солдатам гвардии. На этом всё. Скоро я выйду к армии, – закончил я и отправился в зал для переговоров.

Там есть балкон, с которого я буду воодушевлять войска. Это будет Битва за Террору, последняя битва, решающая битва. Если мы её удержим, то дальше будет проще.

Но первый акт этой битвы уже завершён – и я бросил взгляд на окровавленное тело Майи, которое уносили прочь несколько солдат.

====== Глава 11: Битва за Террору: Договор Смерти. ======

Рассказчик – Стив.



И снова плен. И снова почти в одной и той же ситуации, когда тебя ловят одни и те же враги во время попытки сбежать прочь из Терроры. Пока нас вели безоружных в камеру, которая располагалась под землёй, я успел уже, скорее, несколько тысяч раз проклянуть этого Барта, который остался с Эйденом и куда-то отправился за ним. Но гораздо больше злости у меня накопилось... И нет, не на Роберта, который лишь предложил нам пойти за ним и попытаться выкрасть драгоценный изумруд, а на себя. Да, я не смог отстоять свою точку зрения, и позволил нам попасть в очередные кандалы! Ужасно, мерзко, отвратительно! Конечно, Роберта ещё стоит поругать за такую “попытку”, которая окончится “пыткой” – чтобы в следующий раз не возникал и не тащил нас никуда за подозрительными террорцами. Да, кое в чём он и прав – мы узнали, что эти самые камни содержат энергию, которая может вернуть нас домой, увидели в живую этот камень, убедились, что легенда не врёт, но... В чём толк-то?! Камень как был у Эйдена, так и остался, а теперь у него ещё и армия появилась! Я прям чувствую, как адреналин от моего безудержного веселья покрывает моё тело и накрывает голову медным ведром – хм, как круто! Теперь мы обязательно сбежим – даже не сомневайтесь, на все сто-шестьсот!

Я не мог сдерживать всю эту злость, которая кипела во мне вместе с кровью от волнения, поэтому, как только мы убедились, что террорцы закрыли камеру и ушли, оставив нас в чёрной тёмной дыре, пропитанной сыростью и холодом, я накинулся и вылил всю свою злость на Роберта – а что – за дело сейчас получит!

– Роберт, если бы ты не увязался за тем солдатиком, то ничего бы не было такого! – схватил я его за горловину, – Ты в этом виноват, нам не выбраться отсюда, урод!

– Кто-нибудь, усмирите дикаря, – Роберт нахмурился и оттолкнул меня от себя, – Все и так уже поняли, что нам пришлось идти за ним, иначе...

– Ну, что иначе?! – я отпустил его, но голос повысил.

– Иначе мы бы не нашли дорогу, – вмешался Джек, – и вообще – кто позволил тебе сливать свои промахи на нас?! У тебя разве нет своего мнения?

– ЧЕГО?! – я не выдержал такого, – Вы чего несёте, дурачьё? Какое нахрен мнение?! Вы просто ушли, даже не спросив никого – а стоит ли оно вообще риска? А мне что делать – я пошёл за вами, потому что у вас не хватило одной извилины и пары хромосом, чтобы понять – мы должны принимать решение сообща, голосованием! Конечно, сука, вы кинете меня, потому что моего мнения не услышит никто, даже Марк, от которого толку, как с пустого места! Вот ты вообще способен мыслить, Маркус?! – накинулся я на него. Он, разумеется, стоял в сторонке и не обращал внимания на нас. Мой вопрос ввёл его в ступор, но он быстро сориентировался:

– Я?.. Я не хочу принимать в этом участия. Не хватало ещё, чтобы стража сбежалась, – Марк своим взглядом, видимо, посылал нас всех в одно место, – А я пытаюсь нас разблокировать, не понятно?

– Понятно, – я отстал от него и вернулся к Джеку.

– Послушай, мы не рассчитали сил, – начал брат, когда я присел рядом с ними, прислонившись к стене, – У нас бы всё получилось, если бы Майя победила. Это зависело от удачи, но вмешиваться было нельзя – Барт мог выстрелить в спину, а про отряд Майи я вообще молчу. Размазали по стенкам и в ус не дунули. Камень был бы у нас, но...

– Ох, Джек... А нельзя было, блин, сообразить, что она бы присвоила камень себе, убив Эйдена? Мы тут вообще мимо проходили, – выговорил я умоляюще. Я начинал успокаиваться, – Нас бы никто не брал в расчёт, мы просто наблюдали за дуэлью и всё.

Я отвернулся от моих друзей-баранов и прилёг на каменный пол, стараясь сдержать боль и обиду.

Опять попались, опять... Да ещё оказалось, что всё это время я ходил с полными дегенератами, которые даже не имеют понятия, что такое осторожность и глупый риск. Это... Просто грустно. Так мы точно домой не вернёмся, нам надо поумнеть и... Начать слушаться меня, если хотим выжить. Я-то знаю, как не угодить в приключения. Я бы не позволил верить какому-то там Барту, я бы увёл нашу группу лесами и болотами прочь... Мы бы попали в Майнариеград, там отыскали Вийона, а потом...

Я едва не закричал – была такая возможность, а мы всё просрали! Всё! Второго шанса не предусмотрено в этом мире.

Я твёрдо решил впредь не верить ни Джеку, ни тем более Роберту. Разговаривать с ними жёстко, грубить, издеваться – в общем, выплёскивать на них всю обиду. С Марком и вовсе проще – он тут вообще оказался случайно, и во внимание его я принимать не буду. Посмотрим, господа идиоты, каково это – неправильно мыслить. Я вправлю вам мозги, мои мозги вам вправлю!..

Рассказчик – Эйден.



Неожиданно, когда я раздумывал с оставшимся Советом моих самых преданных союзников, ко мне пришло известие, что под стенами Цитадели ко мне прибыла некая делегация. Солдат, который мне это доложил, разъяснил, что они похожи на парламентарий, или типа того. Разумеется, если это снова гончие псы Родана пришли пудрить мне мозги, то я бы их не пропустил, однако описание того, кто возглавлял группу, вызвали у меня свежее любопытство, словно этот человек был мне знаком. Если я смог узнать его по описаниям его рожи, то это хороший знак.

Я отдал приказ его пропустить, но прежде, чем впускать во дворец, я приказал его хорошенько обыскать и забрать всё, что могло навредить мне. Как оказалось, у него ничего и не было – не может такого быть, что сейчас, в такой многострадальной Юкатании были миряне и нейтралы. Но этот факт лишь подогрел мой интерес к этому человеку.

– Хм... Человек без одного глаза и с повязкой? Шоколадные волосы? Я желаю его увидеть, – на ум приходит описание одного меткого стрелка, который служил Совету, но возможно, что все остальные Советники давно мертвы с их полисами. Выживших, после того, как Антитеррора прошла до границ моего полиса, а Охотники – также, но с запада, быть не могло.

Время тянулось так долго, словно помогая нам раздумывать, замедлилось перед самой осадой Цитадели. Я продолжил намечать на карту моего полиса укреплённые районы, которые надо будет выстроить на стенах, попутно стирая недочёты моих, хоть и преданных, но “гениев” обороны. Наверно, на всю Террору был лишь один военный стратег – я. Но теперь нет ни стратегов, ни самой Терроры, считай, тоже.

– Эйден, не переживайте, – Бетани, словно прочитав мои мысли, подошла ко мне и приобняла, – Придёт время – и вы ещё успеете покорить всех наших противников. Даю вам, верховный лидер, честное слово, что наше движение не пропадёт никогда! Неужели, вы не верите в то, что создавали всю свою жизнь?

– Огромное спасибо тебе за поддержку, – отстранился я, вернувшись к карте, – Но даже я уже признал, что мы всего-лишь оттягиваем неизбежное. Терроре конец, а нам убегать уже поздно – сама подумай! – выкрикнул я неожиданно в сердцах, но после поспешил охладить свой пыл, – Вы смогли собрать остатки армии – наскребать, пожалуй, с отдельных хижин и согнать эту толпу в Цитадель, но долго ли они смогут сдерживать три армии сразу?! Ну, ответь!

– У нас были трудности, но...

– Но теперь их стало ещё больше! Мы окружены и с минуты на минуту на нас пойдут в атаку более профессиональные части врага! Я понимаю, Дак, что ты тоже хочешь вернуть в меня уверенность в мощи Терроры, но знай – нам даже чудо не поможет.

– Это правда, простите, лидер, – осёкся Дак – наверно, ещё что-то хотел ляпнуть, – Нам надо вернуться к плану обороны. Какова наша задача?

– Нам надо убить как можно больше вражины, – сказал я твёрдо, – Поэтому наши солдаты должны делать всё, чтобы Родан ушёл отсюда с избитой армией. А после, если, во имя Ордена, они отступят, то мы будем прорываться с гвардией из котла. Помните, наша цель – дойти до Оазиса. А там уже и до Нублии недалеко...

– Но там же Юкатанское Повстанчество, которое нас, мягко говоря, недолюбливает, – резонно заметил Дак, Бетани согласно кивнула.

– А кто сказал, что мы попрёмся через Охотников? – усмехнулся я, но через мгновение я снова стал серьёзным, – Мы пойдём вдоль берега, по равнине. Во время прорыва многие из гвардии погибнут, – добавил я с трауром, – Но нам втроём надо выжить, запомнили?

– Понятно, лидер, – мои верные друзья отдали честь. Я слабо улыбнулся – перед глазами стояла разорённая Террора, многие годы непосильных трудов были напрасны, Сектора и Оплоты уничтожены, как и столицы полисов. Совета больше, как такового, нет. Антитеррора повсюду собирает горы брошенных трофеев с незащищённых тылов, горы рваных чёрных знамён, и среди одно из них – то, что в золотой ограмлёнке. Символ моей личной гвардии, от которой осталось лишь воспоминание. А ведь, по сути, с него-то всё и началось, все наши неудачи связаны с падением моей армии в Солнечнодревенске, а точнее, их предательстве, которое я уж точно не прощу.

– Эйден? Лидер? Что с вами? – услышал я слабый голос Бетани где-то вдали.

В этот момент я едва не упал в обморок, и лишь невероятным усилием смог сдержать себя и свои чувства. В конце концов, я сам же и виноват в гибели Терроры.

Наконец, стража привела в мои покои пойманных телохранителей, а впереди шёл очень знакомый мне тип, полис которого сдался без боя Охотникам в первых же боях. Я с презрением взглянул на него и, когда его бросили передо мной на колени, я не удержался от смачного плевка в его грязное рыло – настолько он был мне противен в этот час.

– Билл... Какими судьбами? – начал я без лишней драмы, но с долькой горькой иронии, – Уж не затем ли, чтобы попросить сдачу крепости перед боем, а?

Он виновато опустил глаза в пол.

– В глаза смотреть! Это кто такой хороший заявился ко мне на покой?

Билл поднял голову. На его лице читалось притворное сострадание и виновность. Я не мог стерпеть, когда мне врут прямо в глаза, однако теперь я приказал страже уйти, а с ним продолжил. Я сдержался и не дал ему ногой по лицу.

– Хозяин, великий верховный лидер мой, Эйден.., – начал он самоунижение. Меня это начинало забавлять, – Вы наверняка в курсе, что Охотники решили перед решающим штурмом передохнуть, поэтому я смог сбежать и прийти к вам, мой лидер, мой истинный лидер, – его голос предательски дрожал и обрывался то и дело на полуслове. Он явно переволновался, – Эти собаки предали меня и уничтожили мой полис, я прошу вас во имя Великого Ордена Драконов и всех Драконов, ради всего, ради чести прошу я вас – примите меня в свой штаб, умоляю, вас! Не заставляйте меня говорить, я хочу слышать ответ. Умоляю!! Не тяните! Нет!

Я всё-ещё продолжал тянуть – пусть понервничает, может сдохнет.

– Лидер?! Почему вы меня игнорируете?! Проявите уважение к своему бывшему подчинённому, умоляю! Пожалуйста!

Наконец я удосужился начать разговор – ну, раз он не знает, за что я его всё-равно не приму, то придётся этому барану объяснить азы чести и достоинства.

– Да ты, видать, совсем рехнулся, – нагло начал я, – Тебе напомнить, как ты предал Террору и приблизил этот день? Я думаю, что твой уровень разума не позволит тебе осознать, что ты, скажу проще, наделал! А я вот не поленюсь и выскажу всё. Слушайте, благочестивый!

Я перешёл на перечислительный тон и заложил руки за спину.

– Твой, так называемый, переход на сторону “освободителей” – да-да, я в курсе о твоей речи, спасибо Барту – противоречит моральным устоям нашего государства! Ни один террорец не смел так нагло, так омерзительно предавать своё государство! А ты ещё и член Совета... Бывший член Совета, поправлюсь. Ты пропустил армию этих псов в тыл нашему Форту, который защищал перешеек от Антитерроры. На твоей совести лежала оборона северо-западного фланга этого Форта. А ты, извиняюсь за грубость, хотя не стоило, просто уничтожил наши тылы! Ты подставил каждого защитника Терроры, что находился там. Они все – повторюсь, ВСЕ – были убиты из-за тебя. Оттуда никто не спасся, они окружили нас. Форт бы дал нам время вывести Охотников из войны при слаженной работе, но ты что решил? Правильно! Ты всех нас подставил и предал, как последний щенок и отгрызник!

– Эйден...

– Тише, Бетани! – рявкнул я, – Он просто... Аргх! Не могу подобрать слова, чтобы описать... Это просто полнейшее ничтожество, которое за бочку мёда всех нас кинуло! И оно ещё просится обратно в союз! Да он жалок! Он подлец! Он урод! Он...

Не найдя других аргументов, я выхватил меч. В глазах Билла появился лютый страх, его единственный глаз выпучился, когда я поднёс клинок к его горлу.

– Нет... Пожалуйста... Простите меня!..

– Тебя нельзя простить, – коротко заявил я и вызвал камнем лозу, которая его немедленно скрутила. Он закричал, а я добавил:

– Вам не стоит этого видеть. Это жестокое зрелище, господа.

Дак и Бетани послушались и перестали смотреть, а я продолжил наблюдать за страданиями предателя. Вот скоро эта лоза, толстая, как канат, обвивается вокруг его горла и уже ничего нельзя будет сделать.

Вскоре лоза довершила начатое – она настолько сильно задушила бедолагу, что пробила кожу и прошла насквозь. Теперь стоит убрать этот ужас с моих глаз, что я и приказал первым подвернувшимся на глаза солдатикам на побегушках.

– Вот и не стало Билла, а его последствия уже не исчезнут – философски заметил Дак, – Керри Великий, пятнадцатый год двадцать червёртой сотни с начала летоисчесления.

Я кивнул – Керри – великий философ Майнарии и путешественник – хорошо сказал... Правда имена были совсем другие.

Неожиданно, за окном началась страшная канонада. С ужасом я выглянул в окно и не поверил своим глазам... О нет!..



Начало штурма, которого я так ждал, произвело на меня такие впечатления, будто атака началась совсем неожиданно. Такой ужас при виде обычных мимо пролетающих снарядов, которые до кучи раз меня чуть не убили, я ещё не испытывал. Но это было осознанно понятно – начался отсчёт последних часов существования Терроры, и теперь уже ничего нельзя сделать. Для верности я напомнил остальным, что в случае прорыва обороны на центральном направлении, мы обязаны пройти в мой тайный проход и сбежать, но если всё обойдётся и мы сможем сдержать первый штурм, то это будет считаться достижением... Или малой, совсем крошечной, незначительной удачкой, которая продлится до начала второго штурма. Иными словами, мы выдержим первый, второй, может и третий удары, но четвертый мы не осилим. А ведь и дурачку понятно, что эта “коалиция” не остановится ни перед чем – иначе, нахрена они вообще сюда попёрлись? Будут просто бесконечные удары, вперемешку с такой же бесконечной бомбёжкой, которая превратит Цитадель в руины и горы битого камня и кирпича.

– Бежать придётся и так и так, – неожиданно сказал я вслух, на что отреагировал удивлённый Дак:

– Повелитель, неужели вы не в курсе про так называемый Матч Смерти? Это ведь знаменитая традиция юкатанских банд – в поверженном городе устраивать бои для того, чтобы оправдать поражение. Другими словами, Матч поможет вам уйти, не потеряв лица.

На этот раз удивлённо взглянул уже я:

– Матч Смерти? Да-да, я слышал про эти бесполезные игры, – произнёс я, – Вы же знаете моё отношение к ним – я никогда не предлагал и не принимал эти вызовы с покорённых городов – они просто тратят время. И так ведь понятно, что город не сможет сопротивляться – так зачем?

– Вы должны принять вызов, – неожиданно твёрдо произнесла Бетани, отодвинув с глаза локон – никогда она так ещё не говорила, – Это сохранит наши жизни, повелитель. И честь. Вы победите Родана, я верю в...

– Спасибо, конечно, – начал я, – Но вы знаете, чем вооружены Охотники?! Кто-то им, видимо, приносит какое-то странное оружие, которое блокирует действие моего камня, но что это за умение – хрен его пойми! И сок в том, что у него будет преимущество передо мной. В этом нет смысла, господа.

– Но вызов стоит бросить, чтобы уйти – хоть с проигрышем, но с честью и достоинством, – не отступалась Бетани, – Вы же не хотите запомниться террорцам, как не “Основатель Могучего Союза”, а “Бездарный Трус, который как создал Террору, так и пустил её с огромного утёса”? Это ваш шанс прикончить Родана, в конце концов!

Я задумался и промолчал. В это время Бетани продолжила:

– Конечно, я не заставляю вас – это дело ваше, но вы же любите своих людей? А свой полис? Мы не хотим осквернить и очернить память наших бойцов, погибших в Форте и которые погибают сейчас?

Поразмыслив над этим, я пришёл к выводу, что необходимо всё-таки... Оставить всё, как есть.

– Наш план остаётся таким же, – заявил я, – Мы сбегаем в Нублию, как только Родан прорвётся во дворец.

– Но повелитель...

– Отставить! Это для нашего же блага. Мы больше не сможем взять гвардию и выбраться из кольца, а подземный ход уведёт нас подальше от фронта.

– Как скажете – ваше мнение для нас закон, – произнесла Бетани и в это время в крышу дворца попал снаряд, который вызвал громадный грохот над нашими головами, на потолке поползли трещины.

– Надо выбраться отсюда! За мной! – крикнул Дак и побежал на первый этаж, – Тут нельзя долго задерживаться! Ну же! Подземный ход сам уже скоро завалит, а нам надо выжить!

С потолка на мой трон упал крупный кусок кирпича и камней, который засыпал секретный ход и ввёл меня в горе – больше некуда бежать!

Не став ждать, я постарался скрыть безысходность с лица и бросился на выход, на ходу обнажив меч с камнем в нём. Дворец, некогда гарантировавший мою жизнь, превратился в настоящую полосу препятствий – он буквально разрушался, в него попадали всё новые и новые снаряды. Уклоняясь от падающих обломков и прикрывая голову, мы выбежали в зал, где я некогда расправился с Майей и, не останавливаясь, побежали на улицу.

На улицах Цитадели в это время уже велись настоящие ожесточённые бои – стена была наполовину разрушена, а через огромные дыры в город стекались, словно рекой, всё новые и новые Охотники в своей узнаваемой светло-серой, почти белой, форме. Кого там только не было – и воины, и арбалетчики, и стрелки, и много кто ещё... Небо то и дело рассекали пролетавшие снаряды, разрушая ещё целые в Цитадели здания, но основа была уничтожена – мой дворец, разумеется! Ну, и город тоже пострадал...

– Мой повелитель, какие указания? – крикнул от творящегося тут шума Дак, – Идти на помощь солдатам или прятаться?

– Мы могли бы сделать намного больше, если бы это были не Охотники, – лирически подытожил я, – Нам надо уходить в тыл – эти солдаты защищают нас, а мы не должны рисковать жизнями, иначе их жертвы будут напрасны.

Но в это время я заметил, как к руинам дворца приближаются трое человек с оружием наготове. Они изредка постреливали, но в основном их не задевали пули моих солдат. Как только они подошли ближе, я узнал их лица. Посередине важно, с триумфально-наглым видом, невероятно гордо, как гусь, шёл Родан с мечом в правой руке и пистолетом в левой, а по бокам от них плелись мои старые знакомые – Бен и Бекки, которые тоже стреляли по моим солдатам, но гораздо чаще.

– Что ж, мои враги ко мне словно на приём ходят. И побеждать не обязательно – они сами все к тебе поодиночке придут, – усмехнулся я и приказал Даку и Бетани идти за мной – надо их встретить у ворот во дворец, которые тут когда-то были. Но с Роданом придётся быть поосторожнее, нежели с Беном и его подружкой.

Мы прибежали на место и наши взгляды встретились.

– Эйден, а я всё думал – куда же ты делся, неужели сбежал от моего лезвия? – воскликнул Родан, – Дворец уничтожен, а тебя всё нет. Как же повезло, что ты не слинял – мы как раз подготовили для тебя одно жутко неприятное мероприятие.

– Зря вы, Родан, зря планируете казнь не пленённого, – усмехнулся я, – Вижу, вы постарались, чтобы угадать в каком я здании – всё превратили в горящие с дымом руины. А как же ваш с повстанцами Антитеррорск? Уже не планируете так назвать Цитадель после моей капитуляции?

– Как раз за этим я и пришёл, – не остался в долгу Родан, бойкий язычок которого наверняка стоит дороже золота, – Кое-что обсудить, но, видимо, придётся на улице. Ах да – позвольте представить вам, Эйден, моих телохранителей. Вам не кажется, что они вам знакомы?

– Я не удивлён, что они предали меня – они всегда метили вдвоём на главенство их полиса. Не удивлюсь, что вы дадите им независимость после войны. Может, они ещё и объединят полисы после свадьбы?

– Да-да, как раз праздник в честь великой победы, – усмехнулся Родан, – Там, откуда я родом, тоже была сильная страна с многовековой историей войн. Можете её не искать – не найдёте. У этой страны тоже была одна Великая Победа, но эта будет, к тому же, ещё и моей личной...

– Ох, ну же! Ты мне заговариваешь зубы, Родан, – лениво прервал я его историю, – Может, если вы решили поболтать, то будем ближе к делу?

– Ах да, извиняюсь. Мы же оба знаем, что эта дуэль, коли случится, она ни к чему не приведёт, правильно? Ну помахаемся мы длинными ножиками, ну и что это даст? – вступление Родана меня порадовало – видимо, репетировал, – Поэтому я буду гуманным и предложу вам, мой дорогой друг, искупить свою вину и позор перед Терророй и принять вызов на Матч Смерти, который пройдёт на вашей Арене, которую мы не обстреливали специально для этого. Каковы мои будут условия? Запоминайте: сейчас же наши армии прекращают боевые действия и расходятся, мы собираемся завтра на Арене и бьёмся до прекращения сопротивления одной из сторон. Иными словами, если вы заманите меня в угол и лишите оружия – поверьте, такое могло быть только во сне – то я проиграл. Огласить условия Контракта Падшего?

– Давайте.

– Сначала назову свои условия, – произнёс Родан сквозь канонаду, – Первое. У вас есть несколько приграничных областей, которые остались без своих лидеров. Это владения Сента, Майи, Гилла и Билла. В случае моей победы, эти области отойдут коалиции – земли Сента и Билла – мне, а остальное – Антитерроре. Второе. Ваше правление всех конкретно задолбало, поэтому вы отправляетесь в изгнание – можете с собой взять одного из близких людей – а Террора перестраивается в Антитеррору, которой будут управлять повстанцы во главе с Роном. Знаете, бывает, что лидеры гибнут от вражеских пуль, а на их место назначается совсем левый человек. И третье. Меня интересуют ваши пленники, – когда он упомянул тех людей, задержанных мною накануне, я заметил, как он еле заметно прищурился, – Поэтому этих четырёх пришельцев забираем мы.

– Принимаю. Всё-равно некуда деваться, – кивнул я, – а теперь послушайте мои условия.

– С удовольствием.

– Первое: раз моих сил не хватит, чтобы освободить всю Террору, то мирным договором будет распад Терроры на составные полисы, но с условием, что ваша армия не будет контролировать Цитадель. Второе: я сохраняю власть над полисами Майи и Гилла, так как Майя погибла от моей руки, а Гилл... Кстати, что с ним?

– Его застрелила Майя за то, что он отказался сопротивляться вам. Не обрывайтесь.

– Хорошо. И третье: пускай Антитеррора, раз уж я в минусе, заберёт земли Сента, Билла, Бена и Бекки. Сами знаете почему.

– ...Потому что я проиграю Матч, – закатил он глаза и убрал меч в знак солидарности. Я сделал тоже самое.

– Значит, договорились? – спросил он. Я согласно кивнул и, подойдя, пожал ему руку.

Теперь мы вновь встретимся на Арене. Там-то и решится судьба Терроры.

Рассказчик – Стив.



Пока мы, молча отсиживая зад на каменном полу камеры, не произошло ничего запоминающегося, разве что я успел выспаться, до того, как начался грохот, исходящий снаружи. Мы пытались выбраться, обоснуя это тем, что Охотники всё-равно никого не пощадят, а держать нас тут нет смысла. Конечно, за нас отдувался Роберт – ну, потому что лишь он знает майнарский – а мы “разговаривали” жестами.

Но тут дверь камеры отворилась и к нам вошёл сам Эйден, который начал что-то говорить Роберту с приветливой физиономией. Когда же лидер Терроры закончил говорить, то Роберт сказал:

– Эйден говорит, что завтра состоится Матч Смерти, на котором нас поставили на кон некому Родану, – с ужасом произнёс он, – Также, Эйден призвал нас надеяться и болеть за него, потому что от его победы зависит теперь наша судьба.

После сказанного, мы словно ошалели:

– Постой, что это значит?! – первым начал Марк, – Теперь от этого, – он посмотрел на Эйдена со злостью, – зависит наша жизнь?! И что нам теперь делать? Узнай-ка у него.

Роберт через какое-то время ответил, что Эйден снова призывает верить и надеяться на его победу.

Выходит, что какой-то левый царёк поставил нас перед фактом, что нас используют как приз?! Не знаю даже, что хуже – наверно, если нас бы заставили отдать ему и Хрустальный Штурвал, без которого нам ни за что не вернуться домой. Нам объяснили, что такое Матч Смерти и как там побеждают, поэтому мы согласились на его условия “болеть за него со всей мочи”.

Какая мерзость – болеть за этого урода! Бррр... Если бы мог, то порезал бы за такое... Но ничего не поделаешь – придётся подчиниться.

Порассуждав ещё на эту тему, нас наконец вывели из камеры и направили прямиком к Арене.

====== Глава 12: Матч Смерти. ======

Рассказчик – Стив.



За окном была ночь, сквозь не до конца завешанные шторы этой комнаты пробивался бледный лучик света – Луна хоть и старалась, но осветить всё она не могла, так как её свет был лишь фнтомом, которого не было, однако я всё же решил подойти и до конца закрыть занавеску, чтобы свет от многочисленных свечей был ровным и не пересекался с сероватым, призрачным светом. В общем, это место было очень специфическим, если считать его местом ожидания пленников, поставленных на кон, перед Матчем Смерти. Эйден, оставив нас тут, благополучно ушёл к себе – как я думал – готовиться к Матчу. Нам придётся болеть за него, чтобы он победил, иначе наши судьбы окажутся у сомнительного Родана. Не понятно – чего он хочет от нас, почему именно мы и как, в конце концов он узнал про нас? Конечно, нам до этого нет дела, потому что не важно уже – раз узнал, то узнал. Надо думать над планом побега. Я обратился к друзьям:

– Ну и что ты предлагаешь? Вроде, ещё сегодня ты планировал не верить нам, – напомнил Джек с закравшейся обидой.

– Я... Это, извини, Джек, – начал я, лишь бы мы вновь не начали устраивать перепалки, – Нам надо свалить отсюда, а для этого мы должны держаться вместе!

– Ага, но ты всё же что-нибудь придумал, а? – Джек был в нетерпении.

– Вот я и хочу, чтобы мы вместе что-нибудь придумали. Может, выскажем свои идеи? Для пользы дела? – я сам ничего не придумал, поэтому на ум пришло, что я зря вообще обратился к ним. Но после их ответов, я убедился в этом ещё больше. Никто из нас не думал над планом, даже Роберт, для которого украсть этот камень и сбежать – должно быть на первом плане.

Мы вновь разошлись в свои углы и принялись за то, чем занимались перед разговором. Роберт снова взял книгу со странным названием “Уроки выживания в лесу”, Марк продолжил смотреть в окно, Джек – сидеть без дела, а я, когда мне надоело тоже сидеть без дела, принялся наблюдать из окна за покрытой мраком Ареной. Интересно, однако, тут решают вопросы – даже войны скоро будут не нужны. Просто спарить в поединке двух лидеров двух фракций и кто победит, тот решит вопрос. Это настолько “гениально”, что у нас всё ещё ведутся войны и гибнут люди. Почему в странном мире до этого уже добрались, хоть и на уровне “потасовок бандитов”, а у нас... В общем, всё плохо у нас.

Я слышал, что тут скорее эта Арена нужна для оправдания и “последнего шанса” проигравшего войну. Но если это ещё развить в правильную сторону...

Арена была с каменным полом, а сквозь темноту виднелись некие начерченные линии, одна из которых делит поле пополам, а две другие замыкаются в квадраты, каждый на своей стороне поля. Арена имела высокие борты, на которых вчера развесили знамёна Охотников и Терроры в порядке чередования, а с высоты можно было следить за боем с трибун. В стене виднелись два запертых выхода – видимо, для участников, а, может, они пошли в сторону гладиаторских поединков и добавили диких зверей? Ну очень похоже, только Колизей намного древнее, а этот стоит, хоть и покорёженный от взрывов и упавших снарядов, но вполне целый, даже – как новенький.

Но в это время ход моих мыслей оборвал скрип двери, который шёл сзади меня. Мы удивлённо взглянули на пришельца, который с доброжелательным лицом, которое, к тому же, ещё и излучало наглость. Это был, как ни странно, сам Эйден.

– Он сказал, что нам надо его выслушать, – услышал я голос Роба, – Это что-то важное для нас.

– Ну ладно. Интересно, что он хочет от нас?

– Ну, явно не проиграть на Арене какому-то левому типу, – презрительно отозвался Марк.

Роберт навострил уши и принялся слушать Эйдена. Я пытался вникнуть в суть разговора, опираясь на свой нулевой скилл в майнарском, но его дикция была настолько непонятная, такой сумбур творился, что мне захотелось заткнуть уши, ожидая слов переводчика. Интересно, как сам-то Роберт его понимает? Может, это сейчас Эйден говорит так торопливо, потому что куда-то спешит, раньше я не замечал его дефектов в речи...

Как только Эйден закончил, приступил Роберт, а сам Эйден сел за стол и выпил стоявший там стакан воды.

– Это какое-то безумие.., – начал Роберт с распахнутыми от удивления глазами, – Он говорил, что хочет стать нашим союзником, что ему также, как и нам невыгодно, что камень и штурвал достанутся Родану, что, если он сольёт Матч, то наказывает нам бежать как только Эйден придёт за нами после игр. Также он добавил, что с нами пойдёт какая-то Бетани... Без понятия, кто вообще такая, но он настоял. Он клялся, что всё продумал до мелочей, и что он не предаст, а также он дал мне вот это...

И он показал, как в ладони у него лежит небольшой мерцающий зелёный изумруд брусковой формы с уходом в острые углы с обеих меньших сторон. Мы посмотрели на Эйдена – по его лицу было видно, что он чем-то подавлен, но стойко держит свои эмоции под контролем.

– Это изумруд? Тот самый? Магический?! – я не мог в это поверить! Это первый камень!

– Эйден сказал, что у нас он будет в безопасности, потому что у нас больше шансов сбежать, а ещё, что его зовут Ваффлс, – шепнул Роберт.

– Это изумруд-то зовут Ваффлс? – прыснул Марк, но увидев Эйдена, опешил.

– Ну, у каждого свои странности, – отстранённо сказал я, – Ну так что там дальше?

– В общем-то, не считая того, что он знает, где найти оружие и что в Зелёном Оазисе Родан решил организовать на время свою резиденцию – всё. Этот план просто безумен, – Роберт бросил на Эйдена ещё один недоумённый взгляд, – Нам придётся с ним сотрудничать. Как ни как он знает эти земли не хуже своей головы.

– Согласен. Он поможет нам сбежать, но нас же всё ещё больше, – вставил Джек, – Если что.., – и он ударил кулаком в ладонь и похрустел косточками.

– Погодите, но у кого будет храниться камень? – спросил я.

– Может, я его возьму? – предложил Марк. Мы ему прекрасно доверяли, но лучше, если бы он побыл у Роберта, однако он настоял и мы осторожно отдали ему камень.

Мы вернулись к Эйдену. Он ещё что-то сказал нам про то, что “нам надо держаться вместе” и что “надо забыть прошлые обиды”, а после Эйден пожал нам руки в знак солидарности и вышел из комнаты, приказав нам ждать рассвет, потому что Матч начнётся утром в девять часов.

А после улеглись спать.

Рассказчик – Эйден.



Поговорив с этой группой подростков, я почувствовал, как с плеч упала какая-то тяжесть, висевшая на них долгие годы. Я решил отдать камень, но мог ли я так рисковать? А вдруг они что-то удумали по поводу него? Если подумать, то я поступил больше, чем правильно. Мой изумруд мог мне больше мешать на самих Играх, чем если бы его не было – камень не смог проявить свою силу против Охотника, а сам бы привлекал внимание Родана, который, после победы, может “собрать трофеи” и вместе с ними подобрать и камень. А Охотники могли использовать его силу против других, даже, если охотник держит это оружие. Нет-нет-нет, я не могу так рисковать, я всё сделал правильно. Никто не посмеет, согласно договору, красть этих юнцов и что-то с ними ещё делать, тем более они сами не куда не сбегут до того часа, который я наметил им.

Это просто гениально!

Камень в безопасности, союзники, пусть и временные, но найдены. Пора на Арену, готовиться к последнему бою Терроры.

По пути в тренировочный зал, я встретил Бетани. Она была чем-то взволнована и явно куда-то торопилась. Увидев меня, она чуть ли не кинулась на меня. я поспешил отстраниться и узнать, что случилось.

– Бетани? Ты откуда? Что такое?

– Повелитель.., – она не могла отдышаться и говорила отрывочно, – Очень плохие... Ух... Новости для вас...

– Ну же, успокойся, не волнуйся, отдышись...

Она замолчала и вскоре отдышалась и пришла в себя.

– Дак... Я заходила к себе в комнату, как вдруг увидела его на полу... В луже крови... Я так перепугалась, позвать было некого, я побежала к вам...

– Чёрт, что?! Что с Даком? – я не на шутку ужаснулся после таких вестей, – Так... Немедленно веди к нему!

– Идёмте... Это ужасно, повелитель...

Мы быстро добежали до жилых секций, поднялись по деревянным ступенькам на второй этаж и на лету ворвались в комнату Бетани, выхватив оружие на всякий случай. Но всё было спокойно, так что мы положили мечи на кровать. Дак всё ещё лежал на своём месте, как и сказала Бет – с проломанной головой и в луже крови. Он был уже мёртвый, не мог нас слышать или видеть.

– Великий Орден, кто ж такое с ним... ОРДЕН!! – чуть ли не завопил я, склонившись над его телом, – Это был последний мне верный человек... Всё остальные, не считая тебя, Бет, предали меня, но КТО решил уничтожить моих союзников?! Это... Просто ужасно, он был настоящим солдатом. Надо его будет где-нибудь похоронить, чтоб с честью ушёл он... Я обещаю, – взял я его за руку, – Убийцы будут отомщены, и, кажется, я знаю, кому это выгодно...

Бетани смахнула слезу с щеки и тоже наклонилась перед мёртвым Даком, взяв с полки личный карманный нож.

– Повелитель, мы должны следовать обычаям Терроры, – сказала она подавленным голосом и ножом вырезала у него на груди две линии, образующие диагональный крест, а после провела через его центр черту. Этот знак означал “Ты ушёл с честью для Терроры”, и его были достойны лишь десять человек за всю историю Терроры, и хоть её больше нет, а нашей страной будут править не достойные её величия антитеррорцы, мы обязаны захоронить последнего террорца, погибшего с честью и совершившего настоящий подвиг для нас – не предал нас, когда поддержка была нам так нужна, а вокруг сгущались тучи предательства отовсюду. По моей щеке стекла еле заметная слезинка, но я смахнул её, чтобы не заметили.

– Надо... Надо его отнести в Склеп Почёта, – выговорил я, – Д... Давай, у тебя силы остались?

– Да.

Мы с трудом взяли его тело, подняли его с земли, нашли носилки и, положив его туда, понесли к Склепу – там оставляли тела героев Терроры, которых нельзя было сжигать, как обычных, простых людей.

Мы донесли в полной темноте его тело до входа в Склеп, Бетани помогла открыть дверь. Мы вошли туда и прошли перед рядом остальных тел героев, рядом с которыми были подписи их имён. Все они как-то по-особенному отличились во время Юкатанских Войн – и завоевательных, и оборонительных, и против Антитерроры и просто лица, которые удостоились такой чести и похвалы в мирное время. Их тела были накрыты тканью и были за стеклом. Последнее пустое место было в Склепе в самом конце – там мы и оставили Дака, навеки попрощавшись с ним. Навсегда.

– Если бы он был жив, и убийца не поднял бы на него руку, то он упрашивал бы нас не оставлять его здесь, – сказал я напоследок, – Но он достоин большего – он был с нами до конца. И если это сотворили с ним люди Родана, то они жестоко заплатят за это. я обещаю, мы вернёмся сюда, за местью... И, прощай. Друг.

Бережно накрыв его куском ткани, мы вышли прочь, бросив на него последний взгляд.

В тот день я твёрдо пообещал себе, что мы создадим в Нублии Новую Террору, и она обязательно вернётся в Юкатанию, чтобы отомстить всем её врагам.

И я сдержу обещание.



– Вот и настал тот великолепный день, когда мы все вновь можем лицезреть, как на нашей славной Арене вновь сойдутся два лидера разных государств! Сегодня это будут: Родан от государства с причудливым названием “Охотия” и-и-и... бывший лидер Терроры великий и некогда могучий... Эйден! Поприветствуем наших бойцов, прямо сейчас они выйдут на Арену и мы все сможем видеть их! Разве не замечательно?!

Перед самым выходом на каменную Арену я испытывал некое волнение, потому что, после того, что случилось с Даком, я усомнился в своей победе, но всеми силами пытался отогнать от себя этих зловредных мух, называемых “плохие мысли”. Они мешали мне сосредоточиться на самой битве. Я понимал, что от её исхода зависит судьба Терроры, а самое главное – и моя судьба тоже! Так что я должен был победить. Как бы силён Родан не был, его единственное оружие – язык, который может такого внушить... Проще будет оглохнуть, чем такое слушать. Я стоял у входа на Арену и ждал команды диктора.

А вот и она:

– Итак, попросим наших стесняющихся бойцов показаться на глаза! Поприветствуем их, ну же!!

Я вышел под яркий свет дневного неба и вынул из ножен меч, вскинув руки. Однако из всей толпы гостей, лишь немногие поддержали меня, но зато, когда вышел сияющий Родан в своём привычном серебряном одеянии с шляпой с широкими бортами. Вот его приветствовало гораздо больше людей – видимо, Террора не сможет мне простить проигрыша в войне.

– Сегодня тот день, когда Террора будет наконец уничтожена! – вдруг начал Родан, – Мы все так ждали этого дня. Извиняюсь, все, кроме самих террорцев. Ну же, мои подданные, поддержите меня в борьбе, против майнарской заразы! Давайте!

Галдежа с трибун стало немного меньше.

– Всё на язык полагаешься, Родан? – усмехнулся я и встал в свой квадрат, – Силы нет, решил ум включить?

– Не суди по себе, Эйден. Я где-то слышал, что это плохая примета, – Родан тоже вынул меч и встал в свой квадрат, приготовившись к моей атаке. Мы знали, что по правилам Матча нельзя заходить за границы квадрата, пока не будет специальный сигнал к началу турнира – звон колоколов.

– Так я сужу по твоим делам – вижу, как ты умело обманываешь людей, – я не остался в долгу.

– Да, такой навык приобретается с рождением. Не повезло? – Родан кинул в меня презрительный взгляд. Его вид говорил, что он верит в свою победу на все “сто”, и нисколько не сомневается, что сможет порвать меня на Матче. Однако я был готов к битве, тем более была причина перерезать ему горло – за Дака.

И тут раздался оглушительный звон колоколов на специальной вышке. Матч начался.

Мы побежали друг на друга и вскоре наши мечи скрестились перед нашими лицами и заискрили металлом. Я собрал всю силу в кулак и решил отделаться от своего противника одним сметающим движением меча. Он отошёл на пару шагов, немного покачнулся и вновь встал в боевую стойку. Я побежал на него, чтобы добить, но он успел парировать мой удар и увести его вниз. Я отступил и снова принял боевую стойку – пока что “один-один”. Мы остались при своём. Родан кинулся на меня и ударил мечом – он метил в голову, но я успел закрыться и отпихнуть ногой, которой упёрся ему в живот. Потом я накинулся в ответ, чтобы заставить его лежать на земле, и мне даже удалось очередью из нескольких ударов повалить его, но последний удар, который должен был быть заключительным, но он успел закрыться и резким ударом откинуть меня в сторону. Пока я вновь подходил к нему, он уже стоял в полный рост, готовый отразить мой натиск. Я не спешил подходить, так как он был готов наскочить на меня. Я был осторожным, и, как только он начал наступать, я начал пятиться назад.

– Вы построили огромную Арену, но ты знаешь, что скоро загонишь себя в ловушку? – услужливо подсказал Родан, осторожно наступая на меня, держа меч перед собой.

– А, может, тебе не стоит идти прямо за мной? – ответил я, – Может, я загоняю тебя в ловушку?

Отлично, он замедлил шаг, но не настолько, чтобы не следовать за мной. И тут я резко накинулся на него, держа меч перед собой, словно это мой щит. Расчёт удался – я накинулся на него и нанёс удар, который его не повредил, но он отошёл.

“Отлично, Эйден. А теперь...”

Я кинулся на него и наши клинки вновь заискрили металлом. Но в этот раз я был в преимуществе – он был слегка ошарашен моей внезапной атакой, и я начинал его прижимать к земле. Но тут он провернулся по земле в сторону и уклонился от моего смертельного удара. Он выровнялся и крутанул мечом в руке.

– Давай, неудачник, подходи ближе...

Я, разумеется, не поддался на эти слова и решил обходить его с другой стороны, чтобы зайти со спины. Но он, видимо, уловил мой замысел, потому что начал отступать к центру Арены, а я, чтобы не растягивать дистанцию, побежал за ним, держа меч перед собой.

– Этот бой будет длиться вечно! Неужели, ты не желаешь сдаться? – неожиданно крикнул Родан, когда мы вернулись в свои квадраты и встали в них.

– Второй Раунд!! – прогремел диктор, – Вперёд!

– Можем считать, что это была ничья, – ответил я и взмахнул мечом, – Давай сделаем это!

– Давай.

Мы бросились вновь друг на друга и на этот раз Родан наносил по мне удар за ударом. Мне же пришлось каждый из них парировать и отбивать, выжидая, когда он отступит, устанет или откроется для атаки. Периодично, удавалось атаковать и мне, но мои удары легко отбивались об его клинок. Мы махались на клинках ещё несколько минут, пока я не заметил в его защите “лазейку” – левую неприкрытую руку – и резко и неожиданно ударил туда, оставя на ней небольшой порез. Родан в этот миг буквально озверел, однако, воспользовавшись его замешательством, я нанёс удар по голове, попав в его роскошную белую шляпу и разрубив её напополам. Свету предстали его вечно скрытые пепельные волосы.

– Собака! Я эту шляпу купил за сто тысяч майнарских марок! – прорычал он. Тут я краем глаза заметил на нём плащ.

– А не стоит больше такие вещи на Арену таскать, – прыснул я, но вовремя сдержался, парировав его резкий выпад, а после ещё один, и следующий... Он бил намного сильнее, чем до этого неужели, я так его разозлил?!

Мы вновь скрестили между собой мечи, которые снова стали проверять друг друга на прочность и пытаться разрубить друг друга, но в этот раз он собрал все силы в кулак и нанёс один мощный удар, после которого я отступил на несколько метров и не сразу смог собраться, потому что он с голыми руками накинулся на меня, опрокинул, словно это не Родан, а тропический ягуар, а после он ногой наступил на мою руку, а меч приложил боком к моему горлу. Я дёрнулся, чтобы выбраться из западни, но он приставил лезвие ещё ближе и оставил порез. Я вцепился в него руками, отпихивался от него ногами, но всё тщетно – любое моё сопротивление всё больше ослабляло меня.

Он убрал меч, встал на меня ногой, подобрал моё оружие в другую руку и, направив его мне в шею, он торжественно объявил:

– Эйден проиграл! Победа за мной – Роданом Лазаревым!

Я лежал на каменном поле и, казалось, был раздавлен и унижен, но то, что он впервые сказал свою фамилию, меня заинтересовало. Впрочем, не настолько, чтобы, как только я начал подниматься, он наступил на грудь больнее и повалил на землю.

– Хм... Осмелимся сообщить, что в этом, 21-ом Матче Смерти, победу одержал пришелец Родан Лазарев!.. Д... Давайте поздравим победителя!..

– Полно вам! Что за смущение? Давайте не делать трагедию! Мы пришли к вам, чтобы принести вам свободу от этого диктатора! Он проиграл, а значит, что предал всю Террору. Снова! Сюда уже прибыли Антитеррорцы, которые решат судьбу бывшей Терроры и её полисов, а нам с Эйденом надо кое-что обсудить.

Я поглядел на трибуны и, найдя взглядом ту самую комнату, заметил, как те четверо, увидев меня в проигрыше, бросились от окна в сторону выхода. Теперь надо, чтобы их просто вывели к нам... И тогда...

– Ну же, лузер! Идём за моим призом, – произнёс Родан и, грубо подняв меня с пола, поволок меня к выходу на Арену. Там, внутри находится комната, где победителю вручают приз. Держась рукой за истекающую кровью шею, я вошёл туда.

Всё идёт по плану!



Мы ждали приблизительно минут десять, пока стража Родана, которая тут уже и до моего проигрыша хозяйничала в Цитадели и устанавливала порядки, не привела эту четвёрку в зал. Также с ними прибежала Бетани, которая была, видимо, из-за моего проигрыша, вся в слезах.

– Эйден?

– Он проиграл, деточка, – издевательски произнёс Родан, – И теперь Терроры больше не существует – ну и как вам моё выступление?

– Нормально.., – выговорил я, – Позовите медбрата, чтоль...

– Не переживай, всё успеется, ведь теперь я... Пленяю вас! – злорадно воскликнул он, вонзив меч в пол и оперевшись об его ромбообразный наконечник рукояти.

Услышав такое, Бетани пришла в ярость, Роберт что-то начал переводить своим друзьям, а я даже не удивился.

– Не стоит беспокоиться – от него и не такое можно ждать...

– Да-да, всякая малость – всего-то победил в войне, а значит, что могу диктовать любые условия, – улыбнулся Родан.

И в это время к нам ворвались Бекки с Беном, которые сразу же подбежали к Родану, словно они какие-то шавки – ну так уморительно, если б мне ешё перевязали шею... Ох, спасибо тебе, Бет, за заботу!..

– Повелитель Родан, мы пришли поздравить вас с победой! Вы выступили просто потрясно! – воодушевилась Бекки, и после этого напоролась на наши гневные взгляды.

– А я ещё когда-то любил тебя, сучка! – выговорил я в адрес Бекки

– Как ты могла нас предать?! – вопросила Бетани.

Бекки сделала неловкую паузу и наконец решилась сказать:

– Ради выгоды. Я знала, что вы всё-равно, принимая такие бездарные решения, как отвод войск из моей колонии в Элассии, вы проиграете. Поэтому я и перешла на сторону Коалиции – ну а что мне ещё делать?! Впрочем, теперь это не важно – война-то закончилась. Я не сразу согласилась на сделку, но после того, как полис Бена капитулировал без боя, я задумалась. И наплевать, что мой полис находится в самом тылу, и что вы могли меня защищать – я стала сотрудничать с теми, кто сильнее. Тем более, мы, полисы – самостоятельные. Имеем право на самоопределение.

– Молодец, хорошая речь, – похлопал Родан, – Но мне стоит забрать свои призы – камень, штурвал и пленников, – медленно перечислил он, – Разойдитесь, – взял он меч и направил вперёд, медленно приближаясь.

– Хорошо, что ты сам решил нас обмануть, – вздохнул я с притворным облегчением, – А мы уж... Кхм... Переживали, что придётся нападать неожиданно, а так у нас даже есть причина и мотив.

– Стоп, что? – Родан удивлённо наблюдал за тем, как четвёрка юнцов достала оружие, которое награбили по пути сюда – спасибо Бетани, которая тоже взяла себе кинжал. Она тоже была в курсе про наш замысел – как же удачно, что я успел её посвятить перед Матчем. Я взял второй кинжал, который Бет захватила для меня и направил лезвием на Родана.

– Что это значит? – Бекки и Бен выхватили оружие и заслонили своего нового господина.

– Это значит, что камень ты не получишь! – произнёс твёрдо Роберт, – Как и штурвал!

– Отлично, третий раунд? – усмехнулся Родан, – Чтож, вот и решающая схватка!

Напряжение длилось очень долго, но тут Родан произнёс:

– Может, хватит нам тут в войнушки играть? Не надоело? – выговорил он осторожно, – А то... – он щёлкнул пальцем. Я увидел, как Бекки выхватила рацию и доложила туда торопливо:

– Всем частям Родана прийти в полную боевую готовность и начать наступление на Цитадель! Говорю от лица Родана!..

Бетани среагировала молниеносно и выстрелом обезвредила рацию. Бекки и Бен побежали в атаку, размахивая мечами на ходу. Родан, в свою очередь, кинулся на меня, говоря на ходу: “Ты не прав, что сопротивляешься!” Я уклонялся от двух режущих клинков, отступая к выходу, парируя его атаки и не нападая. Пока Роберт со своими друзьями и Бетани защищали меня от Бекки и Бена, я открыл дверь и скомандовал:

– Отступаем! Давайте!

Они поняли меня мгновенно и все быстро вбежали в коридор, ведущий наружу. Родан и его банда бросились за нами. Они бежали за нами со всех ног, даже убрав мечи, чтобы было удобнее, и тут, когда мы выбегали из здания Арены, мы заметили, что Марк споткнулся и упал коленом по каменной дороге. Джек бросился за ним обратно в двери, однако не успел – Родан, Бен и Бекки взяли его и начали уводить прочь. Джек смотрел на это зрелище, как заворожённый, однако Стив подбежал к нему и, крикнув что-то типа: “БЫСТРЕЕ!”, взял его за руку и мы помчались прочь от Арены, стремясь сбежать из Цитадели. Я передал через Роберта, что нам надо бежать к задним воротам, и что они должны бежать за мной. Я заметил, как они посматривали назад с подавленными взглядами, но я подгонял их одной фразой: “Генг! Генг!”, что означало: “Скорее! Скорее!” Наверно, они уже её заучили...

Не оглядываясь назад, мы помчались к воротам, а, как только мы преодолели их, побежали в лес и болота – лишь там мы сможем скрыться от преследования Родана. Цитадель окончательно пала, но главное – спаслись мы и... Ваффлс.

Рассказчик – Родан.



– Повелитель, мы их упустили, но мы можем их найти, – произнесла Бекки, когда мы притащили пленника в наш новый штаб внутри Цитадели, – Мы с Беном ждём приказаний.

– Поднимите на уши все посты Охотии, все заставы и охранные пункты, – твёрдо, ощущая злость, произнёс я, – Выезжаю в Зелёный Оазис – там мы будем в безопсности, мой дружок!

====== Глава 13: Болотный Лабиринт. ======

Рассказчик – Эйден.



Бежать... Только бежать и бежать, не оглядываясь, не останавливаясь... Лишь бы дойти до Оазиса – там открывается прямой путь в горы, где мы будем в безопасности. Уж там-то не будет никаких охотников и предателей с повстанцами – тихий уголок где-нибудь в пещерке в глубине Нублии будет в самый раз, пожалуй... Но надо ещё туда добраться, не останавливаясь ни перед чем – если на пути будут охотники, которые постараются нас задержать, то самое очевидное – рубить сразу, не задумываясь, но главное – не потерять изумруд...

Пробежав ещё сто метров, я не выдержал и остановился – так нельзя! Я...

– Айден, ты чего остановился? У нас на хвосте скоро охотники появятся, а ты...

– Я так не могу! – неожиданно закричал я, со злостью выдернув под собой пучок травы и выкинув в сторону, – Вы предлагаете мне забыть, что я только что потерял самое дорогое в своей жизни – собственное государство?!

– Айден, давай потом, хорошо?

– Я Эйден, полудурок!

– Нам надо найти укрытие, а потом уже Террору поминать будем, – ответил Роберт.

С трудом поднявшись с земли, я согласился с ним, и мы побежали дальше под затемняющими кронами болотного леса, насквозь пропитанного влагой.

Терроре пришёл конец – я не могу даже поверить в этот ужас, в этот неописуемый кошмар, происходивший со мной на самом деле. Я, конечно, знал, что не бывает ничего вечного в мире, но, чтобы вот так потерять то детище, которое сам же с нуля и создал?.. Я даже помню первый день, когда мы с моим отрядом пришли на эти земли и разбили тут лагерь, который вырос впоследствии в мой собственный, самый первый в Терроре полис. Я даже помню, почему мы начали называть области в Терроре полисами, а не областями и республиками – чтобы как-то отличаться от других государств. Да, тогда я был намного младше по разуму, чем сейчас – бывалый солдат, который пережил всю Террору с первого и до последнего её дня. Помню, как от нас отделилась Майя, чтобы “было равноправие” и создала свой полис, помню, как я впервые встретил Бетани, Бекки, Бена, Билла, Гилла, Дака и остальных, как мы вместе переживали все войны и другие трудности, сражаясь плечом к плечу против Охотников, наши первые общие победы, наши первые праздники, наши падшие жертвы... И теперь всё это кануло в лету в один-единственный день из-за моей неудачи на Матче Смерти, который тоже впервые придумали в Терроре. Я предал всех, я это осознал, и теперь Террора восстала против своего создателя. Да, вот как иногда получается – сам породил, сам и уничтожил. Из-за своей немысленной глупости – о чём я думал, когда начал наказывать Майю и Гилла за их “мнение”. Они имели полное право уйти из Терроры и прекратить войну, но я начал их задерживать. Может, мною управляла мысль, что если каждый выйдет из состава, то мы проиграем войну, что остался последний рывок, один месяц войны и Антитеррора падёт, что нам надо держаться вместе... Или я действительно решил стать диктатором? Нет, это немыслимо – чтобы я, во время войны натравил на себя своих друзей, у каждого из них, в добавок, есть и свои армии.

В общем, надо признать – это моя роковая ошибка. Я сам виноват, поэтому не надо размазывать по Майнарии сопли, а найти поскорее выход и сбежать живыми в Нублию. Там я точно не повторю своих ошибок. Ведь я упустил одну важную деталь – если надо чем-то пожертвовать небольшим для большого дела, то я из упрямства этим не жертвовал. Если бы я был умнее и дал независимость всего двум полисам, то с остальными мы бы быстро закончили войну, даже успели бы до вторжения Родана. Не Родан мой главный враг, а я сам – а точнее, моё упрямство.

Пока я раздумывал, мы повернули на другую поляну и побежали дальше. Эта Юкатания, Орден бы её побрал, была настоящим лабиринтом без конца! Поэтому я сюда очень редко возвращался, тем более ещё и эти охотники... Это было вдвойне опасно, но теперь такой-то вооруженной толпой мы прорвёмся наружу, выберемся из леса и болот!

– Эйден, ты знаешь, где река? – вопросил Роберт на бегу.

– Какая?

– Зелёная, вроде! Она ведёт напрямую к Оазису!

– Зелёная? – я удивлённо посмотрел на него, – Это вообще не река, а длинная лужа!

– Насрать – где она?

– Бегите за мной! – запыхаясь, скомандовал я и свернул на другую поляну. Но тут я резко затормозил и крикнул:

– Роберт, у тебя есть карта Юкатании?

– Откуда она у меня?

Во попали!

– И куда теперь бежать? – я отдышался и сел на землю, – В какой стороне “река”?

Я заметил, как один из них – тот, что одет в странную зелёную лёгкую куртку – что-то сказал Роберту. Тот в ответ сердито возразил, а после просветили и меня:

– Стив спрашивал, где находится выход из леса. “Ведь он не бесконечный”, как он сказал.

– На севере, – сказала Бетани, – Но напрямую у нас не получится – там сплошные болота!

– Понятно, – Роберт заложил руки на груди, – Будем думать...

– Ты, блин, сам минуту назад сказал, чтобы мы не задерживались! – усмехнулся я, – А теперь у нас есть время на раздумья?!

– Мы могли запутать им дорогу, потому что свернули несколько раз туда-сюда, – ответил грубо Роберт и прислонился спиной к дереву, – Главное – давайте не шуметь.

– Тут ты прав, – согласился я, всё ещё недовольный его тоном. Но чего я могу – я уже не правитель Терроры, мы с этим важным очкариком теперь равны. Но мне одному тут этикет соблюдать разговорный?

Мы долго думали над тем, куда нам топать, но скоро надоело сидеть без дела до ужаса, поэтому я тихо предложил пойти на другую поляну, чтоб хоть ноги размять. Роберт был не против.

Мы посмотрели сквозь “живую изгородь” из деревьев и болотной листвы в разные стороны от поляны, и только с одной стороны была подходящая поляна, а в остальных – малые болотные лужи, замаскированные “изгородью”. Мы прошли туда – поляна оказалась намного больше той. Но раздумывалось тут также плохо.

Мы перешли на третью – такая же история. Наконец, плюнув, я предложил побежать дальше, чем тратить время. Они побежали за мной.

Рубя листву на ходу, мы пересекли несколько десятков таких маленьких полянок, пока наконец не вышли на дорогу, по которой мы могли хотя бы ориентироваться в этом “лабиринте”.

– Дорога может вести как раз в Зелёный Оазис! – крикнул Роберт, начиная отставать от остальных. А я-то думал, что это Бетани самая медленная и слабая...

Я заметил, как тип в коричневой куртке с тёмными зелёными пятнами снова что-то сказал Роберту:

– Эйден, он передал, что это была идея Джека!

Прыснув, я побежал дальше. Так я хотя бы познакомлюсь с ними...

Наконец, спустя ещё несколько сотен метров, мы свернули в лес по еле заметной тропинке, и там нам на пути попалась чья-то избушка, которая стояла на небольшом озере. Эта чаща была очень тёмная, однако очертания домика были очень чёткие.

– Подойдём поближе?

– Там могут жить местные юкатанцы, – сказал Роберт, – Они наверняка знают эту местность, как свои пять пальцев.

– Они нам помогут и до реки добраться? А если они посчитают нас за охотников? – заволновалась Бетани.

– Согласен с ней. Что нам – с оружием к ним заходить?

– Возможно. Вы подождёте тут, а я рискну. Уж я-то смогу договориться.

Этот парень в очках мне всё больше и больше нравится – явно в его кармане ещё много подобных фраз, которыми разговаривает. Я кивнул, и мы начали медленно приближаться к строению. В окне слабо горел огарок свечи, а на подоконнике стоял горшок с декоративным грибом. Было жутко...

Подойдя к озеру с густой зелёной жижей, мы увидели, что никаких лестниц к входной двери, расположенной на пятиметровой высоте, не было.

Вдруг у меня появилась осечка:

– А кто-нибудь из вас знает юкатанский?

Вопрос поставил Роберта в тупик, как и его друзей, которые наверняка ничего не поняли.

– Кхм... Я об этом не подумал... Мы в тупике, пацаны, – произнёс Роберт и осел на болотную траву, – И что делать будем?

В это время дверь в дом заскрипела и отворилась, а оттуда раздалось несколько выстрелов из лука. Мы бросились в стороны и повыхватывали мечи. После чего на маленькую террасу перед входом вышла женщина-юкатанка и зорким взглядом оглядела округу. Разумеется, нас она не могла найти...

Орден!

Рядом со мной упала стрела, и я выбежал из укрытия.

– Не стреляйте! Не стреляйте! Умоляю!

Для верности я выкинул меч в сторону и поднял руки. Оглядев меня суровым взглядом, она полезла в карман её лохмотьев и начала вытаскивать какой-то пузырёк...

– Не надо!..

Тут рядом со мной нарисовался Роберт, который в руке тоже держал похожий пузырёк с какой-то разноцветной жижей. Никогда не любил юкатанскую алхимию...

Она попятилась к двери, но бутыльё всё же кинула, однако Роберт поймал зелье на подлёте. Это ввело её в панику, и она поспешила в дом.

– Ну молодцы! Взяли и спугнули наше спасение! – выругался я и подобрал меч, – Юкатанцы тут страшатся каждого майнарца.

– Предлагаешь обокрасть? – ехидно улыбнулся Роберт.

– Да вы что? Она ведь безоружна!.. – произнесла Бет.

– Ещё как оружна! Даже зельями кидается! – возразил я.

– И каков наш план?

– Мы залезаем к ней, обезвреживаем, находим карту и уходим, не причинив ей вреда, – перечислил я, – Всем всё ясно? Она попытается нас убить, мы не сможем договориться.

Бетани недоверчиво посмотрела на нас:

– Уверены?

– Да.

Она промолчала, но мешать не стала. Роберт подозвал одного из его компании, чтобы подсадили. Мы вдвоём залезли к ней на террасу и подобрали пустой лук. “Пустой”, то есть без стрел. Потом аккуратно открыли дверь. В комнате было темно.

– Света дай.

– Где я тебе его возьму?

– Штурвал дай.

– Стоп, откуда ты...

Я заткнул его. Роберт сказал, что он у Стива.

Когда же Роберт забрал светяшку у его друга, я просунул руку в проём. Голубоватое мерцание было слабым, но никого пока что не было. Мы аккуратно вошли и тут из темноты на нас накинулась дикая юкатанка с ножом в руке. Она повалила меня на пол и едва не порезала на кровавый салат. Я отбивался от неё, пытался отпихнуть, но тут сзади неё накинулся Роберт, оставив Штурвал на полу, и, скомандовав: “Хватай и ищи, придурок!”, он оттащил озверевшую шкуру от меня и скрутил. Я отскочил, взял Штурвал в обе руки и начал шарить по стенам и полкам, заглядывал в сундук – всё это время Роберт яростно сдерживал натиск этой юкатанки.

– Чёрт! Поторапливайся!

Я спохватился и подбежал к подоконнику. Под ним оказался небольшой шкафчик. Я осмотрел его и обнаружил там карту.

– Есть! Сваливаем!

Роберт оставил её – рычащую от злости и со слезами на глазах – в углу дома, а сам бросился следом за мной и захлопнул дверь.

– Мы сделали всё, что могли, но она пыталась убить нас, – на ходу прыгая с террасы, крикнул я с рулоном карты в руке, – Надо уходить.

В это время в доме что-то вдребезги разбилось, потом упало на пол...

– Вы довели бедняжку до ТАКОГО?! – набросилась Бет.

– Некогда объяснять и извиняться – она сейчас наверняка вернётся, – резонно заметил Роб и, скомандовав своей группе, кинулся бежать. Мы помчались за ними. После, уже на дороге, мы начали на бегу всё это обсуждать – Джек накинулся на Роберта за этот случай, Роберт отбивался и доказывал свою правоту, а, может, посылал куда-подальше, потом Стив защищал интересы Джека, а потом оба набросились на крайнего. Я в это время доказывал Бет, что по-другому было нельзя. Вскоре мы все успокоились, и Роберт напомнил, что за нами ведётся охота, поэтому нам надо поторопиться.

И тут сзади нас раздалась стрельба.

– Охотники!

Мы не стали долго их обсуждать, а сразу бросились вперёд по дороге, стараясь уклоняться от пуль и бежать как можно быстрее. Пули свистели прямо под ухом, но мы, убегая зигзагом, уклонялись от них, постоянно оглядываясь назад. Я знал, что если они не попадут по нам, то им нас не догнать, поэтому не переживал насчёт этого.

– Сворачиваем! – скомандовал я и показал рукой влево – справа был как раз домик бешеной юкатанки, – Туда!

– Хорошо!

Мы кинулись в заросли и побежали по поляне вперёд, до тех пор, пока не наткнулись на болотное озеро впереди нас. Мы свернули и побежали чащей к другой поляне через этот “лабиринт”, каждый раз сворачивая, если попадается болото. Куда мы так забрели – не пойму, но факт в том, что охотники, которые буквально висели у нас на хвосте, здорово отстали от нас, а мы... Заблудились! Чёрт, а если на этой карте нет этих участков?!

Я себя успокаивал: они есть, просто некогда искать. Потом я всё найду.

Мы забежали на очередную поляну и с ужасом обнаружили, что от неё со всех сторон было огромное болото. Неужели, полуостров?!

– Тупик, братцы! – вынес я вердикт.

– Тише! Они нас, кажется, потеряли, – произнёс Роберт, – Будьте начеку!

Прошло минут десять тягостного ожидания, но никого не было. Набравшись смелости, мы вышли с поляны и пошли обратно к дороге, но очень скоро поняли, что окончательно потерялись среди этих зарослей и болот.

– Эйден, найди на карте где мы.

– Только дайте мне время. Я не скоро нас отыщу.

Я расстелил карту на траве и сначала отыскал дорогу в виде сплошной линии где-то посередине. Дорога вела к большому озеру с... Водой, как не странно, потому что такие грязевые озёра уже надоели, а после она сворачивала на запад, то есть налево и дальше карта обрывалась, но было высечено: на Зелёный Оазис.

Отлично, то есть мы правильно шли.

Так, а теперь надо найти среди тысяч маленьких полянок нашу...

Я долго над ней пыхтел, пока наконец Стив не взял попробовать отыскать сам, и он нашёл нашу поляну намного быстрее, о чём я узнал от Роба.

– Скажи ему “спасибо”, – я свернул лист в рулон и доверил Роберту, а после мы поспешили к дороге.

Рассказчик – Стив.



Ещё немного побродив по лесу, опасаясь выйти к дороге, мы, благодаря карте, отыскали Зелёную реку и очень быстро добрались до неё. И перед тем, как двинуться напрямую к столице Юкатании, решили немного отдохнуть, потому что, по словам Эйдена – там нас ждут кучи патрулей и блок-постов, которые придётся либо обходить (мда, как мы обходили когда-то террорцев) либо вырезать. И то, без шума.

– Ладно, ты, это, извини меня... Ну, за тот случай на дороге, – ко мне подошёл Джек, – Я, просто, не могу отойти от похищения Марка – мы без него никуда не вернёмся. Понимаешь? Понимаешь, каково мне?

Я молча пожал ему руку. Таких моментов было очень мало, чтобы мы спокойно могли выговориться.

– Конечно понимаю. Мне тоже паршиво после побега из Цитадели, да ещё и эти двое с нами увязались...

Я украдкой с недоверием посмотрел на Эйдена и его подружку.

– Они нам помогают, временно хотя бы, – завершил я фразу, – Мы все ведь вместе в это увязались, но я по-прежнему жду, когда они уйдут. Помогут и мирно уйдут.

– Ага, я тоже...

Прошла минутная тихая пауза.

– Но мы же его вызволим? Разумеется, вызволим, – сказал я, – Мы, если не найдём их, то за камнем-то всё-равно вернёмся.

– Надеюсь.., – Джек отошёл и сел на траву рядом с рекой. Я остался один и решил проведать Роберта.

Он как раз сидел один под деревом и разглядывал Штурвал – что-то вертел его, вглядывался в центральный “спящий” глазок, бил по нему – наверно, испытывал на прочность.

– Смотри, не сломай, – усмехнулся я и сел рядом, взяв Штурвал в руки.

Роберт долго смотрел на меня, как я разглядывал артефакт, а после неожиданно спросил:

– Ну как? Красиво?

Я удивлённо посмотрел на него:

– Ну да, а что?

– Ничего, просто.., – тут он резко выхватил его из моих рук, – Ну просто посмотри на это безобразие! Вот, с этой стороны шесть зубий воткнуты, как у часов направление цифр, а с этой – совсем не так! Я не могу смотреть больше на эту вещь из глубин ада, держи, – он вернул Штурвал мне, я присмотрелся к нему, но на мелкие недочёты не братил внимания, – У Адама что – косоглазие?! Ну как так можно?

– Послушай, а зачем тебе изучать систему врат Ордена? – поинтересовался я, чтобы прекратить его тираду.

– Ну... Свои дела – мы с Вийоном долго изучали эту сиситему на Мистериуме, чтобы путешествовать между мирами, но для Вийона это было нечто большее, – загадочно начал он, – Я думаю, что он является тайным хранителем порталов от Адама. Возможно, мой отец как-то напрямую связан с этими камнями, Штурвалами, энергией, драконами... Я пытался всё это изучать, но в книгах, что я нарыл у него в Академии Магии было мало что написано про Орден.

– Погоди, а что за Мистериум?

– Ну, я там учился. Давно и долго, – уклончиво ответил он, – Извини, мне надо сосредоточиться на Штурвале – у меня ещё кровь не потекла из глаз.

– Может, эта вещь побудет у меня?

– Нет, я пытаюсь вновь “разбудить” этот нахальный глаз, – произнёс он и забрал артефакт, – Вы как-то сумели его разговорить, но как?

Я рассказал ему, что в том доме был какой-то странный рисунок. Он потом засветился голубым светом и эта вещь начала говорить. Роберт медленно кивал, слушая меня.

– Хорошо, займусь этим позже, – улыбнулся он, – А теперь оставь меня.

Я отошёл к реке и сел на берегу, как вдруг Эйден приказал нам идти. До нас с Джеком приказ дошёл через Роберта. Мы собрали вещи и отправились вдоль реки в путь. Через ночную темноту.

Но скоро Роберт приказал нам пригнуться... Вдалеке мы заметили работающий прожектор и первый пункт охраны.



– Нам, значит, надо проникнуть в Оазис? Но зачем? – вопросил я, посмотрев на них недоумевающим взглядом.

– Эйден сказал, что там, по слухам, находится новая резиденция Родана, – произнёс Роберт, – Может быть, туда повезли и Марка – в любом случае, нам надо как-то обойти город и продолжить путь.

– Нет, Родан не такой глупый, чтобы так подставляться, – ответил я, – Если он догадался бы, что мы знаем, где его столица, то он в последний момент только повезёт его туда... Хотя, там же вокруг города полно стражи – нам, даже если бы очень хотели, не попасть туда, поэтому...

– В том-то и дело. Бьюсь об заклад, что это – единственный, не считая Цитадели Охотников, город в... Охотии? – сказал Роберт, а после обратился к Эйдену, который слегка кивнул на его вопрос. Наверно, это значило, что-то типа “Правильно Охотия, да?”.

А вообще я с ним согласен – странное имя для страны.

– Итак, каков наш план? – поинтересовался я вновь, – Нам, надеюсь, необязательно туда проникать. Может, Марк вообще не тут, а в Цитадели...

– Надо разузнать... А для этого надо попасть внутрь. Оружие у нас есть, не спалиться главное...

Я сделал небольшую паузу, а затем вновь поинтересовался:

– А если Марка тут нет, то нам потом переться в Цитадель? Это слишком рискованно...

– Стив, а ты разве не веришь в то, что мы его найдём? – наехал на меня Джек, – Нам надо попытаться, иначе...

Тут Роберт резко зашипел на нас с пальцем у губ – мол, тихо! Эйден с Бетани тоже пригнулись, а потом и мы. После заметили из укрытия, как рядом с нами по дороге прошёл небольшой патруль из трёх охотников, а на самом пункте охраны загорелся прожектор и своим мощным лучом прошёлся по округе. Мы прижались к земле и накрыли голову руками – слава Ордену, что мимо!

– Отлично, теперь за мной, – шепнул Роберт, – Эйден сказал, чтобы мы ползли за ним – он знает обходной путь.

Я заметил, что Эйден пополз в сторону вдоль края чащи, за ним направились и все остальные.

– Стив, ты уверен, что нам стоит ему довериться? – шепнул недовольно Джек, – Заведёт ещё в какое-нибудь болото...

– Он помог нам сбежать, думаю, что мы увидим, когда он захочет предать нас, – заверил я его, – Да ему это и не выгодно...

Действительно, ведь без нас ему будет отправиться спасать свой камень от рук Родана, а у нас есть мотив, чтобы идти за ним – он помогает нам выручить Марка, а мы ему – выручить Ваффлса. Всё честно – если бы он нас кинул, то это был бы самый опрометчивый поступок, который я видел у других людей.

Скоро мы незамеченными проползли по другую сторону от форта и, завидев дорогу, выходящую из него, мы со всех сил отправились к ней.

– Эта дорога, кажется, ведёт прямо на Зелёный Оазис, – доложил я, взглянув на карту, – Можем идти дальше.

Роберт взглянул на неё и одобрительно кивнул.

– Ага, отлично. Идём отсюда.

Едва мы добрались до дороги и уже встали с земли, чтобы со всех ног побежать вдоль этих “стен” из зарослей, как вдруг в глубине леса мы нашли какую-то маленькую поляну, где горел костёр, около которого отдыхали трое охотников с оружием в руках. Мы, как только завидели их, сразу же бросились в траву.

– Надо их убрать, – решил Роберт, перезарядив свой пистолет, – Нападём неожиданно, вы – слева, а мы с Эйденом – справа. Готовы?

– Только бы не нашуметь.., – я достал свой кинжал, который был у меня ещё с побега из Цитадели.

Мы начали медленно приближаться к их лагерю и заходить с разных сторон. Как только мы с Джеком приблизились к охотникам, то решили сначала дождаться нападения Роберта с Эйденом – было до жути страшно нападать на них, пусть даже казалось, что преимущество на нашей стороне, а вдруг не получится? Мы могли погибнуть за одну секунду...

Но нам не пришлось даже ничего делать, потому что троица была атакована нашими раньше, чем пришлось бы набрасываться нам. Завязался бой, и только когда на нас бы никто не посмотрел, мы решились выбежать и с дикими воплями повалить со спины одного из охотников, которого потом прикончил Эйден ножом в голову. А после Бетани застрелила последнего, который пытался убежать и явно поднять тревогу.

– Хорошо сработано, но чёрт м если бы вы ещё потянули, два придурка, то они бы перебили нас! – набросился на нас Роберт, – Да ещё и разорались тут! Надо уходить, костёр не гасить, а тела спрятать и обыскать, ясно?

Мы точно чуть не подвели своих друзей, поэтому просто молча обокрали трупы и спрятали их в траве. Не стали возражать, что этот нахал раскомандовался.

– У нас есть пару часов, пока они не спохватятся, – произнёс Роб, – Бежим отсюда.

Мы бросились в лес, стараясь уходить больше вглубь чащи, чем ближе к дороге. У нас было мало времени, надо торопиться...



Через несколько минут мы наконец добежали до конца чащи и перед нами предстал сам зелёный Оазис. Думаю, что этот город был когда-то ещё красивее, чем сейчас – над городом виднелся купол дворца, сделанный из зелёного стекла, виднелись покрытые лозой и мхом башни и стены древней твердыни, решётка в проходе вместо привычных врат, а над самим куполом, который был немного потрескан и имел в себе несколько дыр – видимо, от снарядов – имелся шпиль, где развевался флаг Охотии – серебрянное полотно с скрещенными катанами с синим лезвием, а над ними был изображён заряженный лук, который целился в центр скрещенных мечей. На башнях, у которых такой “поросший” стиль, видимо, сделан специально, были установлены прожектора, перед стенами были понатыканы противопехотные заграждения, пустые ящики и ящики с грузом, также с эмблемой Охотии. И перед стенами, и на них стояли солдаты-охотники, в саму крепость сейчас прибывали повозки, набитые грузом и оружием.

– Туда невозможно попасть, – проговорил я, ещё не отходя от шока, – Там слишком всё защищено!

– Уверен? – произнёс Роберт, – Эйден сказал, что туда можно попасть, если мы... Пожертвуем Штурвалом.

– Чего?!

– Да-да, я сам сразу не одобрил, однако, когда поразмыслил... Он сказал, что мы можем переодеться в охотников и пройти туда под видом “героев”, которые поймали банду Эйдена и отобрали последний артефакт! Постараемся хотя бы пройти за стены, а там – хоть обпроверяются своими палками – мы на всё это забьём, нападём и отберём оружие, а после прорвёмся во дворец Родана.

– Это безумный план! – всплеснул я руками, – Думаешь, поверят?

– А мы убедим, – не сдавался Роберт, – Надо вернуться к убитым охотникам и забрать их форму. Как раз хватит на троих, а вы будете “пойманными”.

– Ты с Юпитера рухнул?! – не выдержал Джек, – А если они нас того.., – и он описал в воздухе руками “ритуал удушения”.

– Это временно – мы вас освободим, если что-то пойдёт не так, – улыбнулся Роб, – Идёмте за мной.

Мы пошли обратно к костру, держа оружие наготове, чтобы выстрелить, если туда сбежится вся орава “псов Родана”.

Я был всё ещё потрясён – это настолько безумный план вызволения Марка, что я просто не понимаю, как он вообще сработает! Неужели нам придётся делать идол Удачи и молиться ему?! Но ради спасения друга я пойду на всё...

====== Глава 14: Зелёный Оазис. ======

Рассказчик – Родан.



– Господин Родан, вы вернулись! Какая радость, сэр, что вы не пострадали! Что с вами приключилось?

Я вошёл во дворец, и, прямо слеза навернулась – мои поданные в Уже-Не-Таком-Зелёном-Как-Прежде Оазисе так рады моему прибытию! Это поразительно, но мне придётся их разочаровать:

– Извини, старый друг, я только на пару дней, – кинул я ему, войдя в свой зал и повесив походную куртку на вешалку, – Польщён, как вы меня тут все рады видеть.

– К сожалению, вам рады лишь охотники, господин. Юкатане же опять бунтуют, – произнёс он.

Я нахмурился и сел за стол. Ох, как же эти мерзкие туземцы нас всех – благочестивых воинов – достали! Они, словно собаки, кусающие тебя в горло, везде так и норовят убить хотя бы одного охотника в день. Я точно помню, как мы завоевали этот город, но тогда он принадлежал вовсе не туземцам, а Майнарскому Королевству. Пусть и с оговоркой – как колония – но он был уже не юкатанский. А у меня из-за них, видите ли, портится настроение.

– Эх, Делли-Делли... Я каждый раз плачу, когда сегодня, в мирное время, погибает хоть один охотник.., – пропел я, – Кстати, пока не забыл... Я же обещал вам, что вернусь с сюрпризом, так?

Делли – мой старый друг и заместитель в Оазисе – почесал затылок и наконец ответил:

– Да-да, что-то было...

– Вот, прими гостя, мой друг.

Марк стоял в окружении охотников весь трясущийся и напуганный, словно осенний листок на ветру. Он с любопытством оглядывал помещение и понемногу проходил внутрь. Его медлительность начала меня докучать, и я рявкнул:

– Быстрее!

А после вновь запел ласковым голоском:

– Давай же, не бойся, родимый Маркус! Мы тут все свои, в прямом смысле свои. У меня лишь есть одна просьба, и я тебя отпущу.

То, что я заговорил с ним по-русски, заставила его поднять на меня удивлённо-напуганные глаза. Он был шокирован этим:

– Но как...

– Я и не удивлён, что ты не в курсе, – нервно произнёс я, – Иди сюда, и я всё тебе расскажу.

Марка подвели к столу, а после я приказал охотникам уходить. Мы остались наедине – Делли можно не считать, он и так тихоня выше некуда.

– Это моя главная тайна, но ради тебя – соотечественника и, можно сказать, друга и брата я тебе откроюсь, – начал я, – Я поймал именно тебя, а знаешь почему? Ведь я мог поймать всех ещё до того, как они покинули Антитеррорск...

– Погодите, это... Я просто.., – Марк своей тупостью начал меня доставать, – Но почему? Потому что я отстал от остальных...

– Не только, – отрезал я, – Я выбрал тебя, потому что ты со мной одной крови, браток!

– Вы странный, мистер Родан...

– Может быть, однако у тебя был нужный мне камень, – загадочно продолжил я, – Да-да, я занимаюсь как раз поиском камней. Один у меня уже есть, но осталось ещё одиннадцать... И одному мне не справиться – а с тобой мы...

– Но зачем вам камни?.. Погодите, так вы что – тоже попаданец?! – воскликнул Марк.

Я сладко улыбнулся.

– Разумеется, дорогой друг. Говорят, что все двенадцать камней вместе могут что-то нам показать. Что-то секретное, может, аналог ядерной ракеты...

– Но как вы узнали про нас? Мы вам не раскрывались! – вопросил мой дружок – у него есть ко мне ещё много вопросов.

– Я узнаю своих, родных по нации людей за километр, – ответил я, – Ты отличался от остальной шайки, потому что ты – русский.

– А разве с Робертом вам было бы не выгоднее договориться? – продолжал он бомбардировать меня вопросами.

– Конечно же... Нет. С ним вообще реально договориться и найти общий язык? Ну так вот, я продолжаю. Моя цель – вернуться домой, а для этого лучше работать в команде, верно? Мы друг другу доверяем?

– Неа.

– А я тебе доверяю, – предсказал я его ответ, – Ну так что? Я могу сотрудничать с вами?

– Давайте сначала познакомимся, – предложил Марк, – Как ваша фамилия?

– Ну, раз уж так, то меня зовут иначе, – сказал я, – Родион Лазарев – так меня звали на родине. Я обещаю, что если твои друзья выжили и не отсиживаются где-нибудь на блокпосту, то они уже прямо под этими стенами пытаются попасть к нам, то мы объединимся и вместе отыщем все остальные камни, по рукам? Мы разгромим конкурентов, посетим всю Майнарию, облетим весь мир, но найдём камни и их главную тайну. Тайну Ордена.

Марк немного подумал, посмотрел на меня, на Делли, в окно, потом снова на меня, а потом произнёс:ъ

– Если вы говорите, что мои друзья придут ко мне, и вы специально допустили, чтобы они дошли невредимыми, что вы предсказали, что они пойдут именно в Оазис... То можно же просто их подождать, верно?

Чёрт! Хитрый плут! Но я ещё хитрее.

– Ладно.., – раздражённо согласился я, – Раз ты не согласен без друзей, то мне придётся... Разорвать наш контракт. Ты разве не веришь мне? Я не могу тебе вечно обещать, я могу плюнуть на тебя и не помогать, и тогда вы не узнаете даже того, что не знает ваш знаток Роберт про сеть порталов Ордена.

– Вы не избавитесь от меня, я нужен вам, – улыбнулся Марк, – А если будете угрожать, то я сам откажусь, и вы тоже не узнаете того, что знает Роберт, но не знаете вы. Логично?

Хитрый подлец! Уломал меня.

– Ладно, ждём. Смог ты меня поймать на логику. Ну а пока их нет, то Делли может принести нам обед.

И тут же мой друг понял меня и побежал за обедом.

– Я сейчас, подожди, – сказал я и встал из-за стола.

Я прошёл в другую комнату и быстро набрал по рации коменданта крепости:

– Слушай сюда. Если к нам завалятся пятеро подозрительных воинов – два восемнадцатилетних подростка, очкарик, мужик с каштановыми волосами и девушка с локоном на одном глазу, то немедленно всех поймать и лично ко мне, вам ясно?

– Но как мы...

– Тащите всех. Главное – приметы.

– Слушаюсь, повелитель.

Я выключил рацию и вышел к Марку.

В это время Делли вернулся к нам с подносом, на котором лежала сочная поджаристая хрюшка в соусе. Но, как только он установил блюдо на стол, в зал прибежала Некки – помощница Делли.

– Я хотела доложить – мы послали небольшой отряд зачищать северо-восток. Там снова восстали юкатане. Что делать с пленными?

– Это... В тюрьму брось-ка, хорошо?

– А кто эта рыженькая? – улыбнулся Марк.

– Она попала сюда со мной. Дальняя родственница, – сказал я, – Некки Лазарева, а раньше её звали Ника... Вот как нас меняет жизнь, попав сюда.

Почему-то мне не доставило удовольствие болтать про неё, поэтому я замолчал. Теперь засекаем десять минут до поимки наших лазутчиков...

Рассказчик – Эйден.



Настолько комично и бредово я ещё никогда себя так не чувствовал – осознавая, что мне придётся переодеваться в одежду охотников, я очередной раз щипал себя за локоть, чтобы убедиться, что я не во сне или бреду после бурной ночи. Но реальность была такой же – мы снимали одежду с убитых охотников, и я одевал один из комплектов снаряжения. Великие Драконы, я уже жалел об этом странном решении. Ведь мы бы могли и другой план придумать, но переодеваться в форму врага... Так скверно... Но стоит мне оставить где-нибудь в другом месте свои комплексы – на кону стоял мой изумруд, который эти молодые люди помогают раздобыть. Раз решили прорываться так, то менять уже нечего.

Последним штрихом было одевание этой странной огромной охотничьей шляпы бледно-серого цвета с бежевым оттенком, попорченная от времени. Наверно, я выглядел очень странно, потому что увидев меня, Роберт, никого не стеснявшись, прыснул от смеха.

– Я не могу... Вы такой странный... Орден всемогущий!..

– Тише ты! А то настоящие охотники прибегут, – огрызнулся я, но шляпу снял, – Надо убираться отсюда.

Вновь вернувшись на старое место, мы ещё раз обсудили наш план:

– Короче, как и договаривались, – начал Роберт, – они, значит, будут “пойманными пленниками, которые сопротивлялись до конца, но были схвачены нашими доблестными бойцами”. “Доблестными бойцами” будем мы втроём м не знаешь, в Охотии есть девушки-охотницы?

– Там кого только нет, даже бесполые, если нужно.

– Отлично, тогда можем начинать. Помните, кого как зовут. Я – Борн; ты, Эйден – Дженн; а вы, миледи – Нарта. Главное – сохранять серьёзную мину на лице и немного актёрского таланта, – заключил Роберт, – Ну что – вперёд.

На трясущихся ногах мы вышли из лесов вместе со скрученными по рукам Стивом и Джеком. Бетани шла с краю, так как, по-видимому, очень страшилась всего этого маскарада. Я же постарался влиться в новую “роль” и представил себя храбрым охотником с аж пятью медалями за храбрость (знатного солдата мы, однако, убили), ну и ещё я натянул капюшон, чтобы не узнали лица.

– Эй, кто там бредёт? Немедленно сюда!

От неожиданного крика и ослепляющего света прожекторов у меня, казалось, вытекли глаза и убежали. Не знаю, сколько бы я продержался, если бы мощный луч не убрали. Мы подвели “храбрых пленников” к воротам. Стража рассмотрела нас и наконец спокойно задала вопрос:

– Куда идёте? Кто это с вами?

Мы не стали тянуть репу:

– Ну, знаете, короче, что Родан разыскивал неких подростков с каким-то артефактом? Мы нашли их и поймали, – сказал Роберт, – Они так отчаянно сопротивлялись, что казалось, что...

– Стоп, вы поймали их?! – на лице стражников появилось искреннее удивление, – Во вам повезло! Родан наверняка вам премию за такое подарит... Но почему тут только двое?

Согласно плану, я показал им Штурвал.

– Зачем всех, когда есть сам артефакт?

Я заметил, как Роберт начал покрываться потом от волнения – ещё бы, мы так рискуем этим Штурвалом... Но он держался.

– Вас надо провести внутрь, – сказал стражник, – Но перед этим снимите капюшоны – не стоит по дому ходить с куском ткани на голове, верно?

Он усмехнулся, а у меня от страха еле заметно заплясали зубы – вот так подставиться...

Один из стражников начал поднимать решётку на воротах, а я начал медленно опускать капюшон – лишь бы протянуть... Лишь бы он успел открыть ворота... Давай уже!

– Ну, давай уже! Будто из-за бугра приплыл к нам, ну великий Орден...

И он силой сорвал с меня капюшон и едва не потерял дар речи, когда увидел перед собой мои зелёные глаза и каштановые волосы. Мы тем временем поспешили накинуться на него и зажать рот рукой, пока Стив и Джек открывали до конца ворота. Обезвредив обоих, мы бросились внутрь, а за нами уже увязались несколько околачивающихся неподалёку охотников. Мы накинули капюшон и повынимали оружие.

– Держаться вместе! – скомандовал я, – Атаковать всех, кого встретите, бежать ко дворцу Родана!

На нашем пути встали несколько охотников, которые выбежали из какого-то дома. Мы вступили с ними в схватку, и пока я вместе с Робертом задерживали их натиск, Бет и остальные бросились ко дворцу, который был уже рядом – прямо по дороге. Мы парировали несколько атак, и когда с башен в нас полетели арбалетные болты, мы побежали в обход и, не обращая внимания на врагов, помчались к Родану. Но тут я заметил, что они расступились и даже не устроили погоню, дав нам сбежать. Лишь арбалетные залпы подгоняли нас, но и те попадали лишь в землю под ногами.

– Быстрее! – скомандовал я, – Дворец уже прямо перед нами!

Для крупного города Юкатании, Зелёный Оазис оказался лишь маленькой крепостью. Даже моя Цитадель была больше по размеру! Но, без особых раздумий, мы нырнули в проезд в стене, который напоминал некий туннель. Выйдя из него, мы уже оказались во дворе у Родана, но там совсем не было охраны, что начинало настораживать – ведь сколько Родан хвастался своими неприступными крепостями с тысячами солдат гарнизона. Неужели, фальшь? Обманка? Или у лидера Охотии есть какой-то план? Такой же странный и наглый, как и наш?

Мы забежали на крыльцо и ногой выбили дверь. Дальше мы побежали уже по дворцовым коридорам прямиком к Родану.

Мы поднялись с Робертом на второй этаж и, пробежав ещё один пустующий коридор, мы наткнулись на вход в покои в его “тронный зал”. Недолго думая, мы выбили с ноги эти двери и, обнажив мечи, ворвались внутрь.

– А вот и они. Ах, как грубо – они опоздали на десять секунд, – услышал я знакомый голос, который звучал так неприятно, что мои уши, наверно, предпочтут лопнуть, – Но хорошо, что они пришли все, и без единой царапинки.

Родан привстал со своего кресла в другой стороне комнаты и хлопнул в ладоши. Тут мы поняли, куда залезли!..

В зал ввалилось по меньшей мере пятьдесят охотников и, встав в круг, прицелились в нас из арбалетов. Дверь закрылась, мы попали в кольцо.

– Родан, так не работает! – выкрикнул я в сердцах, – Если хочешь дуэль, то зачем тебе такая поддержка?

– Что такое? План не сработал? Переживаешь? Понимаю – ты тоже мне много чего портил, – Родан достал меч и начал им показывать на нас, – Но теперь вы все у меня в плену, и у меня останется ещё больше времени.

– Погодите-ка, а где остальные? – вопросил Роберт.

– Они тут, – Родан вывел нашу компанию и Марка из угла зала и поставил их перед этим кругом, сжав в смертельных объятиях руки с кинжалом у шеи, – Если хотите их спасти, то сначала победите меня. Всё просто.

Он достал из кармана изумруд и вставил в центр рукояти своего меча, а после взмахнул им по воздуху. Меч оставил сине-зелёный след.

– Ты спятил?! Что тебе даст, если ты засунул изумруд в свой анти-магический меч? – удивлённо вопросил я, сжав до судорог свой меч.

– Нет, это просто игра логики, – улыбнулся Родан и тут он как-то недовольно посмотрел на нас и заявил:

– Почему учёный тут? – он приказал увести его в сторону и на его место поставить Стива, – Так уже лучше. Дайте ему оружие Роберта.

Ему выдали оружие. Я видел, насколько он хреново себя чувствует – аш трясётся. Это плохой знак, наверно, ничего не изменится, если я бы стоял тут один.

– И зачем мне этот хлюпик? – вопросил я с усмешкой, – Давай по старинке – один на один.

Он немного подумал:

– Знаешь, давай.

Стива увели к остальным. Я остался один и, для храбрости, повертел мечом в руке и взмахнул им, немного наклонившись вперёд.

– Добро пожаловать на Третий раунд Матча Смерти, – произнёс с готовностью Родан.

– Давай уже! Не тяни!

Мы бросились друг к другу и, как было действительно на Матче, мы сцепились и скрестили мечи, которые начали искрить металлом, пытаясь разрезать друг друга. Но я вовремя увернулся от этой атаки и отошёл. Эта битва отличалась тем, что Родан в любой момент мог приказать всадить в меня болты, если вдруг начнёт проигрывать, поэтому я старался держаться поближе к нему, не попадая под прицел. Я атаковал в ответ и, ударив по его закрывающему лезвию, повалил на землю и только дёрнулся для последнего удара. как вдруг он взмахнул клинком, и в меня полетели, словно сюрикены, острые листья, которые не попали в меня, а, долетев до стены из охотников, растворились.

– Это нечестно, трус! – выговорил я, нанеся очередной удар, – Но раз ты не умеешь орудовать камнем, он не считает тебя хозяином, то бояться нечего.

– Чтоб тебя Орден покорал! – прорычал Родан и нанёс по мне удар, который я увёл в пол и ударил свободной рукой по его груди.

Он дёрнулся для ответного удара, но я наклонился назад и удар прошёл выше. Мой меч блокировал его у пола на какое-то время, и, пока я мог, я держал его клинок и бил кулаком по лицу, плечам и груди. Но вскоре меч засиял синим, и Родан с лёгкостью освободил руку, повалив меня на пол. Но я подставил меч и, приняв его удар, прокатился по полу в сторону и поднялся на ноги. Я начинал отступать к трону Родана.

“Хм, оттуда я смогу... У меня будет преимущество!” – решил я, потому что трон находился выше пола. А прыжок оттуда смог бы его нейтрализовать.

Тут он сам набросился на меня с сверкающим синим мечом, но я предугадал его удар и увернулся – удар был такой силы, что разрубил сидушку у трона напополам. Я с облегчением выдохнул и, не напарываясь на выставленные арбалеты, я начал обходить Родана и отступать к середине. Он заметил мой манёвр и нанёс сильный сметающий удар. Мне пришлось пригнуться и отползать в сторону. Мой враг заметил моё слабое место и рубанул по полу – я откатился в сторону, но на дощатом полу навеки остался глубокий шрам. Я отскочил в сторону и поднялся на ноги – Родан уже не пылал радостью, как в начале. В нём, видимо, пробудился азарт.

– Достать мечи! – прокричал он.

Я оглянулся – арбалеты у охотников сменились выставленными вперёд лезвиями.

Чёрт!

А тут Родан сам бросился на меня и, вонзив свой сине-зелёный от двух видов чар меч в пол, он попытался вызвать вокруг себя лозы из пола, но ничего у него не вышло. Я усмехнулся:

– Да тут почвы нет – как ты собирался использовать камень? – наверно, я лучше всех знал, как работает Камень Природы, поэтому этим гордился.

Это его не на шутку разозлило, но виду он не подал. Он накинулся на меня и со всего размаху нанёс удар такой силы, что мой меч просто не выдержал и раскололся напополам. Я остался без оружия, поэтому я, с обломком в руке, который всё ещё мог защитить меня, обежал его с другой стороны и направился к трону.

Сейчас или никогда.

Я забрался на него и встал на мягкую подушку ногами. В это время Родан побежал за мной. Я вдохнул для храбрости и... Прыгнул.

Он закрылся сверху своим лезвием, но я не долетел и упал рядом. После чего, ни о чём не думая, я начал бить его по ногам и делать подножки. Он не ожидал такого от меня и подсеченный упал. Я не стал медлить и набросился на него сверху, держа руками. В первую очередь я отобрал у него меч – от него он мог получать силы, а надо перестраховаться – а после, взяв Родана за горло, отбросил в сторону и, набросившись ещё раз, наступил на шею и направил на него меч.

Но тут окружавшие меня стражники начали сужать круг. Я освободил Родана и побежал к окну.

– Не дайте им уйти, остолопы!

Я не мог не сдержать гнева:

– Ты же проиграл, сучёныш! Почему ты атакуешь после драки? Это уже по-крысятски! Брось, давай признаем твой проигрыш, тем более, твой меч у меня. Прекращай давай!

– Ну уж нет! – зарычал он, – Это не считается!

– Родан, ты как мелкий пацан орёшь! – съязвил я, – Давай уже прекратим перепалку. Просто признай проигрыш. Я ещё удивляюсь, как тебя Охотия уважает!

Родан зарычал, но наконец соизволил собраться и сказать:

– Поражения исключены, Эйден! Ты сам творишь беспредел в своей Терроре, вернее, творил. Теперь такого не будет.

Меня это в конец задело, и я решил пойти на крайние меры и утихомирить этот выкидыш Майнарии. Я с яростным криком набросился на первого стражника и с лёгкостью убил. Сила меча Родана прекрасно работает, поэтому я легко добрался сквозь толпу стражи и до самого Родана. Ещё один удар, очередной, третий, и уже пятеро охотников лежали мёртвыми. Наверно, этот меч – эксклюзив лично для Родана. И вот стража отступила, а я накинулся на Родана и приставил меч к его горлу. Но тут в комнату ворвались двое каких-то человек с синими плаще с эмблемой Охотии и один из них выкрикнул умоляюще:

– Погодите... Ладно, вы победили, только не трогайте Родана!

– Делли, Некки? Как вы вовремя.., – выдохнул Родан, – Ладно, чтоб тебя Орден проклял, ты победил! А теперь убирайся отсюда со своим долбаным камнем!

Я отпустил его и убрал меч в ножны.

– Наконец-то ты проиграл. Третий раунд за мной, – улыбнулся я и вынул камень из рукояти меча, – Пора уходить в Нублию, дружок...

Я уже собрался уходить вместе с Бетани, как вдруг нас в дверях задержал озлобленный Роберт:

– Эй, а ты ничего не хочешь нам отдать?

Рассказчик – Роберт.



Я стоял в проходе позади этой сладкой парочки, весь переполненный злобой. Мы что – сюда зря приходили? Это немножечко нечестно, скажу я! Эйден обернулся на мой голос, словно ничего не произошло:

– Ты чего? Какие-то проблемы?

– Да. Роберт, чего тебе? – вставила Бетани, – Мы просто уходим. Мы помогли вам, а вы – нам. Всё честно, вам ещё что-то надо?

– Да-да, – начал я, – Вы кое-что забыли, дорогие люди. Вы же, Эйден, отдали нам камень тогда, перед Матчем Смерти, не так ли?

Для верности я вытащил меч. Они притворно испугались и соизволили вернуться в зал.

– Я не помню, чтобы давал тебе камень насовсем, – произнёс Эйден, – мы договорились, что я даю вам камень на тот случай, пока я помогаю вам отыскать Марка. Мы нашли Марка, а мы-то что? Нам тоже нужен кусок пирога, не так ли?

– Нет, не так, господа-террорцы, – выговорил я. Ох, как же я тогда злился на их обман! Врут прямо в глаза! Да они не лучше Родана! – Эйден сказал, что у нас камню будет лучше, что если Эйден проиграет, то он не достанется Родану, а мы сбежим с ним, не помните? А я вот отлично помню. И где обещанный камень?

У Эйдена забегали глаза:

– Нет, не помню, Роберт, не помню. Пошли, дорогая, – он взял Бетани за руку и направился к выходу, но я дотронулся мечом до его плеча.

– Никуда я вас не пущу!

И тут он рванулся и воскликнул:

– Бежим, Бет!!

Он выбежал в проход и помчался к выходу. Я, чтобы не тратить время, кинулся за ним, убрав меч за спину.

– Сюда, урод!!

Я выбежал за ним из дворца и увидел, что он побежал с ней к воротам, убивая охотников на ходу. Я немедленно кинулся за ним, но тут меня догнал и Родан вместе с Некки и Делли.

– Этот подлюга решил обмануть нас! А я говорил, что нельзя верить террорцам! – кричал он на ходу.

– Тише, главное – теперь его не упустить.

Родан подобрал у мёртвого охотника арбалет и выстрелил вдогонку Эйдену, однако болт пролетел мимо. Он с досадой выкинул его и бросил:

– Мне надо вернуться за оружием. Я скоро, ты пока выслеживай их!

– Чего?!

Но выяснять не было времени, и я выбежал из города вместе с Некки, у которой тоже ничего не было.

– А ты чего тут делаешь?

– Я дорогу запоминаю, чтобы привести Родана сюда, – ответила она.

Мы направились за этим трусом и предателем и его подружкой. И вскоре мы настигли их – наша парочка снова сунулась в болотный “лабиринт” и сразу же нашла тупик. Он казался таким беспомощным, хотя в его руках было довольно мощное оружие – камень. Спасибо Ордену, что тупик хотя бы был недалеко от города.

– Роберт, может поговорим? – ухмыльнулся Эйден и вставил камень в рукоять меча.

– Мне нечего, кроме мата, тебе сказать, прости, – ответил я.

Некки бросилась назад в город. Я знал, зачем, но Эйден воспринял это, как трусость. Я решил подыграть:

– СТОЙ!! – приглушённо выпалил я и снова повернулся к Эйдену. Осталось только протянуть время:

– Хорошо, давай поговорим. Как погода?

– Да не о том, – произнёс он, – Давай же, отними у меня камень! Иди ко мне!

– Не понимаю, как ты мог нас обмануть? – вопросил я, – Мы же столько прошли...

Если в Майнариеграде будет театр, то я смогу там работать.

– Ну, вы помогли мне, а дальше мы пойдём сами, хорошо? То есть, без вас, – улыбнулся он, – В Нублийские Горы.

– Да? И Новую Террору создадите? И внутри Майнарского Королевства? И все атаки выдержите? И найдёте полтора сторонника?

– Может быть.., – он, кажется, задумался, – Ну ладно, иди сюда...

Он пошёл на меня со своим сине-зелёным мечом. Я отбежал с поляны в единственный проход, а тут прибыл и Родан с каким-то массивным молотом на плечах:

– Так-так-так, опять он? Уже Четвёртый раунд, заметил?

– Да не Матч Смерти это!! – выкрикнул он, – Чёрт...

– Как раз-таки Матч Смерти, – улыбнулся он, – Ведь мы так и не выявили победителя – один-один...

Эйден направил к нему свои лозы и ростки из земли, но они легко разрушались от ударов этого молота.

– Я где-то слышал, что этот камень – один из самых слабых, – усмехнулся Родан, – Если он даже моё оружие не сможет сокрушить.

Эйден зарычал от злости от того чувства, что теперь ему некуда бежать.

– Нет-нет-нет, это не так... Я не должен оказаться тут, – выпалил он отчаянным голосом, – Бетани... Чёрт, я... Аргх! Я должен быть сейчас в Нублии, а не тут!..

Родан медленно приближался к нему, убивая его попытки “восстановить справедливость”, а тем временем прибежали и остальные. Теперь мы вместе наблюдали за последним махачем на мечах этих двоих

– Ладно, Родан... Посмотрим, на что ты способен.., – монотонно произнёс Эйден и приготовился к атаке. Родан не прогадал и начал нападать аккуратнее. И тут он совершил некий рывок и точным ударом молота выбил у Эйдена оружие из рук. Он же, в свою очередь, упал на колени и схватился за руку, отступив к краю болота:

– Пожалуйста, пощадите! Не надо меня убивать, умоляю! Я могу всё искупить!

– Успокойся ты, – добродушно отозвался он, – Тебя всего-лишь посадят в тюрьму. Навсегда.

– Это мой провал.., – горестно говорил пленник, – Хватит убегать... Всё. Это провал.

– Навсегда?! К... Как?!

– Успокойся, Бет. Главное, что мы вместе, – улыбнулся он слабо, – У нас ещё будет счастье, я даю слово...

Родан извлёк камень из меча, само оружие положил в ножны, а молот оставил в руке.

– Вы отдадите нам камень? Чтобы не было этой вражды, – попросил я вежливо, – Если вы дадите шанс этому бандиту, то он снова сбежит. Поэтому нам надо разойтись мирно. Вы меня понимаете?

Родан задумался. На этот раз – крепко:

– Слушайте, мои друзья, – обратился он к нам, – Мы можем сотрудничать в поиске камней. Мы можем стать настоящими союзниками, если объединим силы. Это моё последнее слово, я даю вам минуту на то, чтобы подумать. Думайте хорошенько, мои друзья.

На этот раз задумался я. Ведь действительно, если мы попытаемся убить Родана и даже, если мы отберём камень, то Эйден освободится. У него будет шанс возродить Террору. А Родан выглядит многообещающим союзником. Может, он поможет нам добраться до этого проклятого Майнариеграда.

– Нам нужны союзники, – сказал я, – Я решил так, что вы поможете нам безопасно обраться до Майнариеграда. Там находится один умный человек, который знает, как вернуться домой. Я согласен, Родион.

Он удивился тому, что я назвал его по настоящему имени – спасибо Марку – а потом мы мирно прошли с пленником в Зелёный Оазис. Готовиться к отходу. В Майнарское Королевство.

====== Глава 15: Тайна Родиона. ======

Рассказчик – Стив.



С того момента, как я попал в Майнарию, моя жизнь изменилась, возможно, навсегда, но ещё не ясно в какую сторону. Мои новые навыки, которые я приобрёл тут, обязательно когда-нибудь меня выручат. Мир этот опасен и велик, а путь предстоит огромный и опасный. Но праздник в том, что путь мы этот уже начали, и неплохо тут освоились – нашли друзей, врагов... Одни готовы нам помочь, а другие – уничтожить. Наверно, за то, что где-то и когда-то мы им помешали, а теперь настал час мести.Мы поселились у Родана, или же Родиона Лазарева – повелителя Охотии. Мы раньше были с Эйденом и его подружкой, но они нас предали и едва не украли камень, а теперь они будут томиться где-то на цокольном этаже до конца жизни. Примечательно, что Родион и его дальняя родственница Некки тоже попали сюда из нашего мира. Они тоже ищут путь домой, как и мы. Поэтому мы и сдружились – у нас есть общая цель, и каждый из нас мог бы туда привнести что-то новое. Иначе, помочь. Я заметил тут, что помощь тут вообще явление редкое, и наверняка занесённое в Красную Книгу, чаще случается что-то типа: “Гони камни или я тебя убью, и не важно, что ты можешь мне рассказать, как ими пользоваться!”

И не мудрено – тут повсюду интриги и обман. Кому вообще верить?

Родион принял нас, он поверил нам, но камень отдавать сразу не стал. Мы решили, что он хочет его сохранить, а потом мы совместно будем прошёрстывать Майнарию и искать остальные самоцветы. И думали бы так и дальше, хотя Джек высказывал опасения, да и я не очень ему доверял, после странного похищения Марка, однако произошёл случай, который перевернул все представления насчёт сущности этого Родиона. Да так, что даже Некки разочаровалась в нём. Я буду рассказывать с лица Роберта, который и случайно разоблачил этого Родиона. Эта история была очень странной, и сначала мы не сразу поверили Роберту, посчитав, что тот ошибся или обознался. Однако потом Родан сам во всём признался.

Итак, вечер седьмого дня нашего пребывания в Зелёном Оазисе:



“– Эй, Родан тут сделал всем по чашке кофе! Будете? Свежий, ароматный...

Я вошёл в зал, где отдыхала наша компания. Мы ждали, когда же наконец вернётся Родан, и мы сможем приступать к придумыванию плана по поиску следующего камня. Признаюсь, я ждал этот момент – ведь мы бесцельно проторчали тут целую неделю, которую могли бы использовать для отправки нас за Камнем Воды, про который он так часто говорил. Да так яростно! Мы обменивались недоумёнными взглядами, но понять причину его истерики вокруг этого камня мы так и не смогли. Он утверждал, что этот камень очень важный, поэтому всё бросим и пойдём... Куда-то. Пока никто из нас не понял, где всё же находится этот сапфир, называемый романтично “Сердцем Морей”. Мы перерыли всю библиотеку Родана, но про камни у него ничего не было, разве что только его личные зарисовки. Мы пытались спросить Родана про его Хрустальный Штурвал, но он всегда безнадёжно отвечал, что он потерялся. Надеюсь, не у него в комнате, а?

Так, но раз он и его родственница тут, значит у них обязан быть Штурвал. Они бы всё отдали, лишь бы его сохранить. И я начал подозревать, что Родион Лазарев нас обманывает.

Наконец он вернулся и взволнованно заявил:

– Слушайте сюда. Нам надо торопиться. Я тут кое-что узнал про наше Сердце Морей...

– И что ты узнал?

– Я тут порылся в библиотеке, и случайно откопал вот это, – Родан показал нам какую-то странную книгу с легендами, – Сейчас...

Он бросил её на стол и открыл на странице про легенду атлантов.

– Погоди, ты намекаешь, что Камень Воды спрятан в Атлантиде?! – чуть ли не выкрикнул я, – Ты ведь знаешь, где это?

– Разумеется, – уверенно произнёс он, – тут есть координаты этой Атлантиды.

Он перелистнул страницу, и я увидел рисунок этого подводного города. А также рядом был текст:

– Так... “Чтобы отыскать атлантиду древнюю, надо знать приметы некие. В Океане Свободы есть одна аномальная зона, именуемая Дорогой Тумана, где часто пропадают суда. Если пройти эту дорогу до конца, то по легенде там будет пещера. Если спуститься в неё и проплыть в ней, то можно выйти в ту часть океана, где прямая дорога на Атлантиду.” Но Родион, где вы это раздобыли? Мы все архивы перерыли!

Я был несказанно удивлён такими новостями. Да тут настоящий маршрут – бери книженцию и топай к Дороге!

– Видимо, не всё перерыли, – ухмыльнулся тот, – Короче, давайте развернём карту Океана Свободы и будем смотреть, где эта Дорога Тумана.

Мы взглянули на карту и увидели, что с западная часть Океана омывает берега Юкатании!

– Это ближе, чем я думал, – восхищённо произнёс я, – но там же Торговая Федерация. Как нам её пересечь, да ещё и корабль украсть?

– Предоставь это мне, – довольно произнёс он, – Короче, план таков, – он взял карандаш, – Начинаем вот отсюда – возвращаемся тайком в Антитеррорск, воруем кое-какие вещи, если понадобится, а потом нанимаем там же у повстанцев корабль и плывём прямиком в пролив. Эту неделю вы отдыхали, а теперь нам надо поторопиться – выезжаем в Антитеррорск уже послезавтра, а завтра будем готовиться и брать вещи. Вместе придём в город, а поплывёте сами. С вами отправится Некки, чтобы гарантировать, что вы никуда не сбежите, а ещё с ней отправятся пятьдесят человек стражи. Я не пойду. Вы сами знаете почему.

– Ну, хороший план, – сказал Марк, – Только вот как мы справимся с Оеканом? То есть, у нас есть акваланги?

– Предоставь это мне, – снова вторит Родан, – к вам придёт посылка, где будет несколько настоек с зельем подводного дыхания. Посылка придёт к вам на корабль от анонимного поставщика. Поняли?

– Так, откуда у вас таких редких зелий аж на пять человек?! – не выдержал я, – Мне просто любопытно – ну так откуда?

– А зачем вам знать? Это уже не важно – вы получите зелья и найдёте камень. Всё. Чтобы я не делал, всё для общей пользы!

Я прищурил глаза:

– Ну ладно, – медленно выговорил я подозревающим голосом, – Я не буду интересоваться такими неважными мелочами.

– По рукам?

– По рукам.

Он свернул карту с намеченным маршрутом и ушёл в свою комнату.

На следующий день...

Мы с Некки как раз собирали вещи, чтобы завтра отправиться за Камнем Воды, как вдруг у нас возникла проблема – не могли найти ещё одни ножны, чтобы я смог нормально носить свой меч. И мы пошли с этой проблемой к Родану, чтобы расспросить его. Это была настоящая проблема, но, как и подобает настоящим сыщикам, чтобы что-то узнать, следует создать отвлекающее происшествие. Вот я и спрятал свои ножны, чтобы создать такую проблему. Некки, разумеется, была не в курсе, что я задумал, но пришлось взять её с собой.

Мы подошли к двери в его личную комнату, из которой он не выходил уже целый день, и только Некки собралась толкнуть дверь, как вдруг я задержал её руку – за дверью слышались какие-то голоса. Судя по всему, Родан говорил с кем-то, но с кем? Я прислушался:

– ...Я повторяю в последний раз, господин Родион Лазарев, что в эти сроки невозможно что-либо сделать! Вы срываете все наши планы по поиску камнем а что, если Орден Иссушителей снова нанесёт удар? Вы слышали, что они наняли нового наёмника? Профессионального воина! А вы говорите, что на поиски Сердца Морей нужно две недели?! Этот наёмник, говорят, такое задание выполнит за одну неделю, даже меньше! Вы, Родион, безнадёжен! Но тот факт, что вы нашли Изумруд Природы, уже похвально.

– Когда я должен его передать?

– Союз Света постановил, что Изумруд должен быть у нас послезавтра. Ваши помощники, как вы и говорили, пойдут за Сердцем, а вы сможете отправиться к нам и передать камень... Хотя погодите – будет проще, если мы сами к вам отправим своего человека, идёт?

– Договорились, Сонарли Бен. И кого мне ждать?

– Ждите человека по имени Данариан, – раздалось незнакомым голосом, – Вы его сразу узнаете. Вам всё понятно?

– Нет не всё. Когда я должен ждать Данариана? Я успею вернуться в Зелёный Оазис?

– Да, ждите его не позднее вечера третьего дня, то есть послепослезавтра. Связь обрывается.

Больше никто ничего не сказал, и я наконец смог побороть шок от услышанного и спросить Некки:

– Что происходит? Кому твой родственник собрался отдать Изумруд?! Ты знаешь их?

– Кажется, да.., – Некки ещё не отошла от потрясения, – Мы же собрались домой, кому он собрался вернуть камни?!

Она вышибла дверь и забежала внутрь. Родан чуть не упал от неожиданного визита:

– Вы что тут делаете господа? Разве вы не должны собирать вещи для отплытия?

– Объясните пожалуйста, – твёрдо выговорил я, – что тут за чертовщина? Кому вы собрались отдать Изумруд? Что за Союз Света и что тут вообще происходит?!

– Да, мы же собрались домой – кому вы хотите отдать то, что нам так дорого?! Мы же обусловились, что соберём все камни и попадём домой! – произнесла Некки гневно, – Это что – предательство?! Неужели Роберт был прав?..

Родан захлопнул дверь и зашипел на нас.

– Пожалуйста, не кричите так, хорошо? – он, кажется, разозлён нашим вторжением, – Это важно сохранять в тайне.

– ЧТО НАДО СОХРАНЯТЬ В ТАЙНЕ? – издевательски выкрикнул я, но Родан накинулся на меня и закрыл ладонью рот.

– Пр-рошу, потише!.. Я сейчас всё объясню.

– Сначала ответьте, по какому праву, – начал я, – Вы обманом втянули нас в это?! Мы вам тут не охотники, которых можно посылать куда угодно, чтобы угодить кому-то свыше! Так не пойдёт, отдавайте Изумруд!

Я засучил рукава и снял очки – сейчас кому-то не поздоровится!

– Да дай сказать! – прикрикнул он отчаянно.

Я успокоился и, встав перед ним, скрестил руки на груди:

– Давай, я слушаю.

Он собрался с духом и начал:

– Я состою в Союзе Света, причём довольно давно – ещё с того момента, как я создал Охотию, – убитым голосом произнёс он, – Поскольку...

– Погоди-ка, надо, чтобы все знали, – поставил я его на паузу и взял за рукав.

– Да стой ты! – сопротивлялся он, – Если захочешь, то сам всё расскажешь им!

Я выхватил нож:

– А если так?

– Стой, Роберт! Не смей навредить ему!

В это время в комнату сбежались остальные.

– Что за шум? Роберт? Ты чего удумал? – вопросил Стив, – отпусти его!

– Мне надо вам кое-что поведать! – я убрал оружие на стол, откуда и взял, – Ну, Родионушка, продолжай свою историю!

Он вопросительно посмотрел на меня:

– Ты чего, больной? Чего ты от меня хочешь?

Вот блин! Этот негодяй начал выставлять меня параноиком-психопатом. Чёрт, надо что-то предпринять.

– Немедленно говори, зачем ты хочешь отдать Изумруд Союзу Света? – допытывался я.

– Ты о чём? Чего ты накинулся вообще на меня с ножом, а?! – воскликнул Родан, – Неужели ты хотел убить меня, чтобы отобрать камень? Роберт, неужели ты хочешь нас предать?!

Чёрт, как он хорошо играет роль жертвы, но я очутился в углу. Я видел враждебные и недоумённые взгляды моих друзей, но хорошо, что Некки встала на мою защиту:

– Родион, я не понимаю, зачем вы собрались отдать камень? Ну зачем? Хватит врать нам – признайтесь!

– Нек, я тебя не понимаю... Чего вам от меня надо?!! Оставьте меня в покое!

Тут она обратилась к Стиву, Джеку и Марку:

– Мы своими ушами слышали, как Родион совещался с кем-то, по имени Сонарли Бен, – произнесла она искренне, – Он говорил, что связался с неким Союзом Света, который тоже ищет камни, и они требовали от него Изумруд... Боже, как страшно! Неужели мы не вернёмся домой?!

– Так, погоди-ка, погоди-ка, – сказал Джек, – Он что собрался кому-то отдать наш камень?

– Да чушь это всё! – не согласился Марк, – Разве не видите, до чего довели человека своими охотами на ведьм?! Может, эти люди помогают нам. Ведь это они прислали нам такие редкие зелья?

– Да-да, как раз они, Маркус! – его испуг немного понизился.

Я решил, что пора заканчивать перепалку:

– Я думаю, что надо обыскать эту комнату на наличие предметов связи, – заключил я.

– Как хотите, но я в этом участвовать не буду, – изрёк Марк, – это какое-то помешательство! Нам надо готовиться к путешествию.

Тут Некки, которой надоела вся эта несправедливость, поставила Родиона перед фактом:

– Так, или ты немедленно всё рассказываешь, или я уйду с камнем. Если ты желаешь отдавать все найденные нами камни, то придётся искать в одиночку.

Я скрутил Родана со спины и, порывшись у него в карманах, извлёк Изумруд и отдал Некки. После я его отпустил: “Пусть теперь попробует что-либо сделать!”

– Отдай немедленно! – прорычал он.

– Я жду, – твёрдо, поправив рыжие волосы, произнесла девушка, – Давай. А то не верну, а бить ты меня не посмеешь.

– И то верно.., – Он опустился на стул, – Ладно, убедили! Но неужели ты хочешь, чтобы у твоего родного человека были проблемы? Меня могут убить.

– А не надо было ни в какие Союзы вступать, – сделала она вывод, – Начинай.

– Ну хорошо, – сплюнул с досады Родан, – Союз Света помог мне основать Охотию и возглавить её. Мы подняли мятеж в Новомайнарии и получили независимость, а потом, как долг, я служу Сонарли Бену и ищу для них камни. А что вы ещё ожидали услышать? Так всё и было. Некки я не стал ничего говорить, чтобы такого вот не было. Почему Союз ищет камни? Вот этого я не знаю – они, вроде, с неким Орденом Иссушителей воюют. И соревнуются, у кого будет больше камней. Я не могу от них отвязаться уже десять лет, они словно на шею сели! А теперь, когда придёт их посол, то меня, скорее всего, убьют. За провал миссии! Причём, двойной – ни Изумруда, ни Сердца Морей, потом что вы туда не попрётесь. Вот, я сказал всё. Ещё какие-то вопросы?

После таких откровений мои друзья стояли как ошарашенные. Конечно, не каждый день такое узнаешь!

– Я рассказал, а теперь верните камень, – потребовал Родион и встал со стула. На его лице была знакомая хитрая ухмылка, – Или мне придётся запереть вас в тюрьме.

– Но нам он нужнее! – кинул я, – Некки, бежим!

Она поняла меня с полуслова и, передав Изумруд, мы бросились из комнаты. Родион на ходу схватил меч и бросился за нами, крича на ходу: “Стража! Стража!” Мы выбежали в коридор и бросились на первый этаж, на ходу уходя из-под обстрела арбалетчиков и ударов мечей.

– Стойте!! Вам же хуже будет! Некки! Родненькая!! Ты-то хоть погоди! – кричал он.

– Извини, но ты предал нас! – ответила она гневно, – Я ухожу.

На первом этаже нас снова встретили охотники, но мы сумели благодаря Некки, которая могла ими командовать, выбежать во двор и направиться со всех ног к воротам. Родан не стал медлить и кинулся за нами, но было поздно. Мы покинули город и побежали в лес. Некки говорила, что в Нублибурге живёт её знакомый – некий Вилли – поэтому нам очень повезло, что у нас есть такая союзница.

А мы тем временем, пока есть силы, бежали со всех ног в горы, тем более уже тут, можно считать, этого “лабиринта” нет, как и болот.”



Родион стоял в воротах и смотрел нас в след. На его лице читалось тщательно скрываемое разочарование и горе.

“Они посмели бросить меня в самый неподходящий момент... Даже Некки предала меня, чёрт бы побрал эту сучку! Ну ничего – если они мне ещё раз попадутся на глаза, то они уже не убегут... Но теперь убегать придётся мне – от Союза Света. Хотя, кого я обманываю – от Союза невозможно спрятаться, у него повсюду агенты...”

Он побежал во дворец:

– Гвардию немедленно сюда! Я уезжаю их Оазиса!

====== Глава 16: Страна Нублийцев. ======

Рассказчик – Стив



Горы... Они, как оказалось, так сильно успокаивают – вот смотришь ты на них и, забывая обо всех неприятностях, пытаешься вглядываться вдаль, пытаешься глазами просмотреть весь туманный утренний горизонт, на котором возвышаются огромные каменно-земляные, покрытые травой на вершинах, горы. Такие варианты возможны лишь в пределах высоты в полтора километра – горы выше уже покрыты настоящим снегом – даже думать не хочу, насколько там холодно. Просто продолжу идти с остальными по долине, окружённой со всех сторон горами, шурша молодой травой под ногами и промывая ноги в утренней холодной росе, вдыхая чистый влажный воздух и прочувствовав, как он освежит всё тело изнутри... А потом торопливо выдохнуть, набрав полные лёгкие холодного воздуха. Навстречу нам дул неторопливый ветерок – такой же приятный и прохладный, над нашими головами проплывают огромные облака – так и тянется рука, чтобы достать до них, прочувствовать их каждыми кончиками пальцев... Когда-то я хотел стать лётчиком, чтобы была возможность дотронуться до облака рукой, но из-за моего зрения, я не мог себе это позволить. И уже забываешь, что минуту назад убегал от психопата, который хотел лишить нас камня.

– Как, думаете, называются эти горы? – спросил Джек, который с разбегу пытался забежать на вертикальный склон горы, но каждый раз он вынужден спускаться, так как не мог там удержаться.

– Ведь я уже сотый раз говорю, что это Нублийские Горы, – произнесла раздражённая Некки.

– Да что с тобой? Я думал, ты уже успокоилась, – вопросил я удивлённо, – Посмотри только, как тут красиво!

– Да... Я тут очень часто бывала, – проговорила она и прилегла на траву у одного из склонов, – Да, это место расслабляет, но я уже привыкла к этим пейзажам. Но пожалуйста пойми меня. При всём уважении к твоему брату, он... Бесит. Иногда.

– Понимаю тебя. Ох, как понимаю!

– Не можешь забыть, что Родион предал нас? – подошёл к ней Роберт, – Он оказался не союзником, а пешкой.

– Да, может, ты и прав, но он в опасности, – ужаснулась она, – А если до него доберутся и он не сможет спастись?

– Уверяю, таких убить очень трудно, – усмехнулся Джек.

Она слабо усмехнулась.

– Всё, я успокоилась, – приподнялась она, – Просто, нам надо будет вернуться за ним... Ну, если найдём все камни.

– Эх, лучше тебе не знать, как это сложно, – улыбнулся Роберт, – Многие тратили по пятьдесят лет на такие поиски, но ничего не находили. Появлялись конкуренты, и всё, наверно, разворуют, даже спать нормально не сможешь с такими богатствами. И да: я слышал, что твой этот “Нублибург” очень бунтарный город, да?

– Это ужасное название, – прыснул Джек, а за ним и я.

– Стив...

– Извините, просто ассоциации кое с кем другим, – я прекратил смеяться. Я почувствовал, насколько придурком я выгляжу со стороны.

Некки сурово взглянула на нас:

– Да, этот город много восстаний поднимал. Эти варвары-нублийцы просто спят и видят, как бы убить Вилли. Он очень хороший человек, вот увидите. Идёмте дальше, нечего разлёживаться.

Мы прошли долину и подошли к туннелю, расположенному прямо в горе – как будто кто-то специально вырезал тут пещеру, связав её с противоположной равниной, расположенной прямо за горами. Тоннель неправильной формы был не таким уж и длинным – он слабо освещался солнечным светом. Под потолком виднелись свисающие сталактиты. Просто каменная красота!

– Не думал, что пещеры такие прекрасные...

– Ты ещё легендарной Пещерной Страны не видел, – ответила Некки, – Хотя её никто не видел, но её описывают, как огромную бесконечную пещеру.

Я представил себе это.

– Ага, красотень...

– Нам туда, – проговорил Роберт, – Надо торопиться.

– Куда? Нас уже никто тут не найдёт. Мы так глубоко в горы забрались, – сказал Марк, но тут оборвался, сделал паузу и сказал что-то совсем другое:

– Эйден бы всё отдал, лишь бы тут оказаться...

– Он в тюрьме, причём за дело – он с Робертом до смерти напугали ту юкатанку, – ответил я, чем заслужил скучающий взгляд Роберта – видно, ему даже злиться лень, настолько он расслабился...

Преодолев тоннель, мы вышли на довольно большую равнину, также окружённую горами. Позади нас осталось два километра через эти горы, которые мы проходили всё утро.

Эх, самое лучшее утро в моей жизни... Не знаю, но бегать всю ночь это так утомительно...

– Ну, Некки, куда дальше? – спросил я, – Наверно, туда, да? – я указал пальцем вперёд. Она кивнула и повела нас дальше.

Мы перебрались через поляну и пошли вновь в углублении между двумя вершинами, как вдруг Джек сказал:

– Там кто-то есть. Смотри, – я поглядел в то место, куда он указал – там действительно был человек. Он шёл в нашем направлении и нёс на себе какие-то мешки – наверно, с походными вещами. Я сказал Некки, та произнесла:

– Кажется, я его знаю...

И тут она крикнула: “Здравствуйте! Мы заблудились!” по-майнарски и бросилась к нему. Мы побежали за ней.

– Эй, вы кто? Мы заблудились и нам нужна помощь.

Он посмотрел на нас и вдруг воодушевлённо выдал:

– Некки?! Нет, неужели это ты?! Чёрт, я так рад! Какими судьбами? – он положил свои вещи и бросился навстречу. Он выглядел очень счастливым – человек в коричневой куртке, с серыми высокими до живота штанами, с маленькими узкими глазами, густыми волосами, свисающими на лицо, и таким же маленьким носом, – Ох, как ты? Как жизнь?

– Ох, Родджер, ты такой же милый, каким и был. Я к вам привела своих друзей. Они не опасны, правда.

– Да? Но почему ты не объявила губернатору, что придёшь? Он мог бы тебя сопроводить, а ты полезла огородами.

Она оглянулась и прошептала:

– Мы в опасности, поэтому не предупреждали. Мы не могли связаться, правда. Мы сбежали от Родиона. Возможно, навсегда.

Его глаза округлились от ужаса – наверно, она рассказала про наш побег.

– Это ужасно, госпожа! Вам немедленно надо попасть в Нублибург. Идёмте за мной, мне только вещи подобрать...

Он подбежал на своё место и первым делом снял со спины свой посох и с его помощью поднялся на холм, с которого спрыгнул к нам. Он вновь собрал свои мешки и поманил рукой.

– Не поможете? Дорога дальняя, а лошадей тут нет...

Мы взяли некоторые мешки – Некки взяла аж два – и мы пошли в гору... Не передать, как я нуждался в таком же посохе, как у Родджера – я уже через три метра мог только ползти.

– Устали твои друзья – даже в гору подняться не могут.

– А что там в мешках?

– Там? Да всякое – от сосудов с родниковой водой до корнеплодов. У нас все за водой ходят в это время, а по пути собирают всё подряд, что может пригодиться. Ну, ещё еда и другие полезности – мы же на многие километры ходим, чуть ли не все горы пролазиваим.

Мы наконец-то покорили эту маленькую вершину и дальше подъём был не таким крутым. Я смотрел вверх – облака проплывали всё ближе и ближе... Чудеса! Скоро, наверно, мы сможем дотронуться до них руками. Это будет самое лучшее прикосновение к туману в моей жизни!

– Поговаривают тут, – начал Роберт, недвусмысленно подмигнув, – что вы планируете поднять бунт, это так?

И тут Родджер бросился к нему и заткнул рот:

– Тише ты! Ещё кто-нибудь в курсе, а?

– Стоп, вы действительно собрались...

– Нек, давай потом про это, – ушёл он от ответа, – А ты, не знаю, как там тебя...

– Роберт.

– Да, молчи, короче. Этот день готовился годами, и ничто не должно помешать возмездию!..

– Тише-тише ты! Вот ведь понесло тебя, – усмехнулся Роберт, – Идёмте дальше. Не бойся – я никому не скажу. Всё, молчок.

Потом Роберт рассказал нам про этот разговор, и мы тоже узнали, что задумали нублийцы. Надеюсь, нас это касаться не будет. Пока он, кстати, нам это пересказывал, Родджер не снимал с него пристального недоверчивого взгляда.

Правильно, такому и мы не сразу поверили! С его-то манерой разговора!

– Короче, их город завоевали майнарцы, а нублийцы хотят поднять восстание? – подытожил Джек, – Так, а Нублибург – это их столица... Ага... Занимательно...

– Надеюсь, это нас не касается, – сказал я, – А то мы так никогда не попадём домой. То террорцы, то охотники, то теперь ещё и нублийцы какие-то...

– Согласен, – сказал подошедший со спины Марк, – Это безумие какое-то. А это из доверия к Некки он вам всё выложил?

– Походу, – ответил Джек, – Ладно, идёмте, а то и так уже отстали...

– Согласен, пошли отсюда, – сказал Роберт, – уже близко.

Преодолев равнину, мы снова оказались перед стеной из гор – самое наилучшее, что можно было тут сделать, так это снова поискать какие-нибудь лазейки или подъемы. На удивление, в этот раз мы отыскали хороший подъём наверх – не такой крутой, так что мы с лёгкостью могли туда залезть.

– Нам точно наверх? – решил убедиться я, – Я ещё одного подъёма не выдержу!

– Благословит нас Нублиан Великий, – сказала Некки мягким голосом и посмеялась над этой фразой. Родджер в сторонке уничижительно смерил её взглядом, – Пошли.

Наверно, что-то подозревает. Тварь!

Позже, она объяснила, что это был основатель Нублии, который сверг когда-то диктатора Стёрлита и провозгласил независимость от Майнарского Королевства, и теперь эта, как она выразилась, “выдумка” их воодушевляет на новые восстания. Видимо, она очень переживает за Вилли и боится всяких бунтов в городе. И недолюбливает нублийцев.

– И снова: как я тебя понимаю, Нек, – сказал я вслух. Она посмотрела на меня.

– Ага, революции уничтожают страны. Я так считаю.

– Серьёзный аргумент.

Мы полезли за ней по этому склону. Как Некки говорила, “Остался последний рывок.” Я перестаю ей доверять, ибо этот “последний рывок” уже был часом раньше!

На подъёме была утоптана трава – наверно, дорога, только высоко в горах – почти прямой путь вперёд с кочками, небольшими подъёмами и спусками. Это, конечно, очень опасный путь – конечно, мы же на какой высоте, если выше этой вершины я ничего не вижу. Если тут кто-то да проезжал, то хоть одна лошадь тут да навернулась.

Наконец-то мы добрались! Город, который открылся перед нашим взором, был максимально простенький и маленький. Каменная стена в три метра высотой, на фоне неё виднелось единственное здание, у которого больше этажей, чем один, а ворота были открыты. Наверно, для тех, кто будет сюда возвращаться после утренних походов – всех полтора жителей.

– Вот мы и пришли – добро пожаловать в Нублибург! – торжественно произнёс Родджер.

У меня плохое предчувствие...

***

Вскоре нашу безумную компанию пропустили внутрь. Но ненадолго: едва мы вступили в город, нас поймал местный патруль:

– Некки? Какими судьбами? Ты снова привела новых гостей к нам? А знаешь ли ты, что у нас не так много еды, чтобы...

– Знаю-знаю-знаю, но это особый случай, – сказала она без тени улыбки. Такой серьёзной Никушка ещё не была. Роберт в это время многозначительно на неё посмотрел – наверно, что-то щекотливое:

– Ты сюда ещё кого-то водила? И скрывала? – “искренне” тот удивился.

– Ну, я встречала раньше потерянных или заблудившихся нублийцев и иногда помогала им добраться до города, а что тут такого? За драгоценные майнарки я готова любому помочь.

– Вообще-то это майнарские марки. Понятия не имею, какие ещё майнарки, – дёрнул он плечами.

– Вы будете уже проходить дальше? Как бы, стоять в воротах не вежливо, – намекнул стражник, – Вильям вас уже заждался, особенно Родджера.

– Отлично, не хватало ещё проблем, – проговорил он недовольно, но всё же прошёл дальше.

За нами через ворота прошли ещё двое нублийцев, которые также были с мешками на плечах. Наверно, в этой стране не предусмотрены элементарные телеги, о чём заявил Роберту. Он сказал, что я тупой и, что они не могут тут ездить, ибо тут только одна дорога – эта. Я промолчал – незачем продолжать разговор – рассудил я так.

– А сколько тут вообще народу живёт? – продолжил Роберт разговаривать с Некки.

– Всего – пятьдесят, вроде, человек. Это не считая двадцати человек стражи и Вилли, – ответила она, о чём сию секунду наш переводчик доложил нам с Джеком и Марком. Последний, по-видимому, был под кайфом от лёгкого морозного воздуха высоко в горах. Я бы хотел сейчас тоже там оказаться – под кайфом.

Но, раз тут живёт всего полсотни жителей, то они, наверно, все поголовно близкие друзья. Или хотя бы все знают друг друга в лицо. Вот бы так у нас...

Как только патруль отстал от нас, мы прошли дальше по улицам этого города, напоминающего спокойную горную деревушку, живущую в гармонии с природой. Каменные дома с деревянной крышей находились по бокам дорог этого города, вымощенных мелкими камушками гравия. Прохладный воздух залетал в город с северной стороны, откуда-то из-за гор, оттуда же плыли и облака, которые в этот раз казались такими огромными...

Как же это красиво! Я наконец-то почувствовал себя отдохнувшим, словно побывал в санатории целый год, а не пару часов в Нублии.

Местные жители, которых мы встречали по дороге, вели свой обычный образ жизни: одни суетливо носились по городку с вещами на спине, а другие спокойно сидели на лавках, либо у себя дома и отдыхали. По углам города возвышались четыре деревянных башни с патрулем на них.

– Родджер, а куда мы собственно идём? – спросил я у нашего спутника.

– Наш губернатор не любит, чтобы без его ведома сюда прибывали незнакомцы – таков указ – привозить всех новых жителей города на личный досмотр к господину Вилли, – ответила Некки и кому-то на улице помахала рукой:

– Приветик, Дарри!

Я удивлённо посмотрел в её сторону – я знал, как по-майнарски “привет”, поэтому мне в голову пришло лишь:

– Может, Дарья?

– Нет, всё правильно. Это мой знакомый.

– Знакомый?!

Она права: там сидел и чистил свои ботинки от грязи именно незнакомый юноша лет двадцати.

– А что?

– Просто, имя странное, – отвязался я.

А в это время Родджер достал из своей походной сумки кусок сырой рыбы и... съел прямо у нас на глазах.

– Я просто перекусить, – прокомментировал Родджер, – Хотите? У меня есть ещё.

Мы с Робертом переглянулись:

– Н-нет, спасибо, – ответил Роб, пытаясь скрыть отвращение.

Он недоумённо пожал плечами и съел ещё один кусок.

– Как он это ест, Нек?!

– Это традиция. Все нублийцы любят сырую рыбу, потому что её любил Нублиан, – улыбнулась она и сплюнула – наверно, ей тоже неприятно.

– О да! Это у нас национальный продукт – все нублийцы любят рыбу, – сказал довольный Родджер, – Она ловится, правда, далеко, но ей питаются не один десяток поколений нашего народа.

Нас передёрнуло – Бррр...

– Это неуважение, – важно произнёс он, но больше ничего не съел, – К нашим традициям.

– Ладно-ладно, прошу прощения, – миролюбиво поднял он руки, а после повернулся к нам и рассказал, что тут за дичь творилась.

Мы пожали с Джеком плечами. Нам надо торопиться – а вдруг это замедление хода тоже что-то значило у нублийцев... Может, тоже какое-то неуважение к их вождю Нублиану – кто их знает, странных.

Тут на мой нос аккуратно и грациозно опустилась мимо пролетающая снежинка. Я почувствовал, как мой нос зачесался, и в конце концов я чихнул и чуть не упал на мягкую холодную траву. Я подумал, что тут так, видимо, высоко, что даже иногда летом идёт снег. Скоро начался маленький снегопад, земляная тропинка покрылась тоненьким слоем снега. Все жители поспешили домой и позакрывали двери.

Хоть и странная страна, но она заставляла удивляться и умиляться их поведению – нублийцы такие мирные и спокойные. Наверно, я бы остался тут навсегда, если бы жил в Майнарии... Я даже на время позабыл о том, что Родан может выслеживать нас тут – какое мне дело до какого-то там Родана, если я нахожусь тут?

Скоро мы подошли к небольшому двухэтажному зданию которое было сделанному полностью из камня. Наверно, это именно та “высотка”, которая показывалась из-за стен. Мы зашли на небольшую бедненькую террасу, чтобы не околеть.

– Тут вы можете быть в безопасности, – мягко произнесла Некки, – Как и я. Тут нас мало кто будет искать. В метель тут почти никто не ходит...

– Замерзают?

– Не то слово! – она позвонила в маленький колокольчик под дверью и постучалась, – Бррр... Давай быстрее, Вилли!

Пока Некки, прыгая от холода, пыталась найти открытое окно, чтобы попасть внутрь, под дверью раздались шаги, и вскоре нам открыл тот самый Вилли (по крайней мере, я так подумал). Он поманил нам рукой, и мы быстро забежали внутрь – некогда было разглядывать нашего спасителя. Он быстро закрыл дверь, пока холодный воздух не залетел в дом и что-то у нас спросил, а после с нечеловеческой радостью сжал Некки в объятиях и по-доброму усмехнулся.

– Он сказал, что очень рад нас видеть. Ну, по крайней мере, Некки он точно рад. Ещё он спрашивал, как мы оказались тут, – перевёл Роберт.

Нас провели на второй этаж в гостиницу, где было ещё уютнее, чем внизу. Мягкий свет от свечей, зашторенные зеленоватыми шторками окна, бедная, но красивая старинная мебель – мы попали в сказку, наверно, я говорю намного серьёзнее чем думаю...

Мы сразу заметили, что в комнате находился ещё один человек, мирно читающий какую-то книгу. Он кинул на нас скучающий взгляд и продолжил читать, как до этого.

Нам предложили присесть за стол на красивый багровый диван. Пока Некки разговаривала с Вилли – я уже на все “сто” уверен, что это он – Роберт пытался переводить их разговор. Специально для нас, на фоне потрескивающего камина. За окном сгустились сумерки – наверно, снежные тучи. Наступила приятная тихая спокойная атмосфера уюта...

– Некки рассказала, как мы прибыли сюда... Так-так-так, он отвечает, что хотел бы познакомиться с нами. Она сказала наши имена...

Мы дружно помахали рукой.

– Потом он спрашивает, почему я занимаюсь балабольством, а она со смехом говорит, что мы не знаем майнарский... Так... Потом он предлагает нам по чашке чаю... Будете?

Он живо схватил пойло и, подозрительно посмотрев на него, залпом выпил. Мы с Джеком тоже были не прочь попить, но я потом сдержался, а он глотнул.

Давно у меня не было такой паранойи...

– Нам сказали отдыхать и согреваться, – сказал, словно в пустоту, Роберт.

Вильям вышел в другую комнату – тут ещё была очень компактная спальня, которая буквально чуть ли не в стене расположена. Мы с Нек остались, читающий друг знакомого Некки тоже оставил нас наедине.

– Было лучше, чем я ожидала.., – выдохнула она. – Он вас запишет в список жителей Нублибурга и после метели найдёт вам жилище. пока отдыхайте, а я.., – она только встала и отправилась к двери, как вдруг Марк сказал:

– Останься, Нек. Без тебя скучно.

Она обернулась – я кивком подтвердил – и она сжалилась над нами.

– Утром я познакомлю вас с моими здешними друзьями, – опустилась она на диван с краю.

– А ты точно уверена, что Родан не пройдёт сюда? – опасливо спросил я на всякий случай.

– На все “сто”, – подтвердила она, – Хоть он и примерно знает, куда я каждое лето ездим на отдых, но сейчас вряд ли туда пройдёт... Блин, я так по нему переживаю!.. Вильям согласился помочь потом отыскать и помочь Родану, но... Если до него доберутся эти... Как их там... Союзники Света?

– Он хотел лишить нас камня, на который мы извели столько сил! – твёрдо произнёс Роберт, – Мы были и на Острове Одиночества...

– Ага... И под стенами Солнечнодревенска – прямо участвовали в штурме, – поддержал я. У меня перед поплыли картины той высадки. Я ужаснулся и помахал рукой перед лицом – друзья не поняли, – Там такая резня, в общем, была, что... Не хочу даже вспоминать.

– Вы напали на “Чёрное Знамя”?! – восхищённо воскликнула она. Я тайно загордился – какие мы, оказывается, герои, – И смогли выбраться?! Извините, я не знала... Давайте поговорим о чём-нибудь другом, хорошо? Вижу, вам трудно такое вспоминать.

– Да, пожалуй.., – я решил допить чай Джека – не одному ему же травиться!

– Эй, ты чего это удумал? Отдай сейчас же!

Но было поздно – я всё выпил.

– Скотина, – бросил он и отодвинул чашку.

Мы ещё долго обсуждали наши похождения, пока Некки не решилась рассказать, что у неё за приключения были.

– Я довольно долго жила в Зелёном Оазисе, далеко от Цитадели. Я редко виделась с Родионом и часто скучала по нему, – начала она, – Слышала и про войну, и про высадку, и про крах Империи Зла...

– Это Террора?

– Да, у нас примерно так обзывали её. Я была помощником Делли – он управлял городом, а я была его заменительницей... Ладно, что-то не то сказала... Короче, вы поняли. Он управлял покорёнными юкатанцами – Оазис был их столицей, но ей правил человек Родана. Ничего интересного не происходило у нас, я даже не выходила за пределы города – боялась этого “лабиринта”. Так уже окрестили центр Юкатании – говорят, там водятся болотные монстры, поэтому ходить там опасно. Но я-то догадывалась, что там просто можно потеряться. С Родионом виделась всего раз в месяц, и дни, когда он приезжал, всегда делали праздниками. Эх, лишь бы с ним ничего не произошло! Так паршиво, я ведь бросила его там... Поддалась эмоциям... Зачем я вообще тут нужна?

– Успокойся, Нек, – мягко обратился к ней Роберт. Его, наверно, уже достало её нытьё про Родана, – Ты помогла нам найти дорогу сюда. Ты спасла нас, да и тебя – ведь он тебя обманывал. И нас тоже.

Она опустилась на диван.

– Наверно, вы правы, – выговорила она кисло, – Деваться больше некуда, раз заварила я эту кашу...

– Можешь не продолжать, – улыбнулся Роберт.

Она легла. Мы оставили её и расположились на ковре. Она заснула. Мы скоро тоже уснули – никто из нас не посмел её будить...

Мы наконец-то нашли себе новый дом. Я просто счастлив!..

====== Глава 17: Дневник. ======



Первый день в Нублии, вечер.

“Не представляю, как называются у нублийцев месяца, но что особенно представляю, так это то, что мне сегодня было особенно скучно. Ага, всё “представляю” и всё “скучно”... Я сегодня вечером не мог заснуть – наверно, с непривычки – и думал, чем себя занять. Я откинул у себя в голове все ненужные варианты, включая “пойти ради прикола разбудить Джека” и “пойти на ночь глядя гулять в горы, чтобы потеряться”, но на ум ничего путного не приходило. В голову лезли всякие неприятные мысли про наш настоящий дом, про то, что нас, наверняка, дома уже похоронили все кому не лень либо же просто записали в “пропавшие без вести” и забили.

Ну, подумаешь, три каких-то фрика пропали. Кому от этого хуже!

Всё чаще, вообще, я начал переживать по этому поводу. Думать над тем, как без нас там, на нашей Родине. Какой переполох, наверняка, там! Если мы вернёмся домой, то нас либо никто не заметит, либо мы устроим ещё более громадный переполох.

Я горестно усмехнулся, представив такое.

Неплохо было бы кого-нибудь разбудить и вылить на него все эти мысли, с Джеком было бы легче об этом думать, чем одному, в одиночестве. В полном и безмолвном...

Внезапно я увидел на столе какую-то книгу, которая закрытая лежала в таком же одиночестве, как и я. Я поумал, что там может быть что-нибудь интересное, и ради любопытства открыл её.

Она была пустой.

Моему удивлению не было конца – кому, чёрт-подери, пришло в голову делать пустые книги, да ещё и в красивом переплёте?! Может, она чья-то? Но кто может такое оставить тупо лежать на столе? Ответ пришёл неожиданно – да никто! Поэтому эта книга ничья.

Я не перестаю удивляться такой логике – иной раз я поражаю самого себя.

Наконец, безуспешно полистав книгу, я захлопнул её – было ужасно скучно. Наконец я решил выйти из дома, чтобы немного проветриться.

Мне нужны были перо и чернила.

Выйдя на улицу и прочувствовав уличный морозец, я не стал дышать воздухом, а мигом помчался к “башенке Вилли” – так мы обозвали её накануне. Сам Вилли был не против, как заверила нас Некки, он даже немного посмеялся с этого.

Я дёрнул ручку двери и с ужасом понял, что та заперта. С досады сплюнув на землю, я побежал домой – бррр, такая холодрыга! А я ещё и без тёплой одежды... Надо будет это Родану при встрече припомнить – такой встречаю его где-нибудь в Юкатании и начинаю ругать по-майнарски за то, что при побеге не снабдил нас шубами и дублёнками.

Да ну, бредятина!

Быстро захожу домой и снимаю куртку. Решаю, что дневник начну писать завтра. Ещё нужно не забыть завтра же записать этот случай – будет смешно потом его вспоминать. Быстро ложусь и дремлю.

Надо же – стоило мне на пару минут выскочить на улицу и огребить морозом по голове, как сразу начал засыпать. В голову полезли новые неприятные мысли про недавний спор Родджера с Некки, которая упрашивала его “не совершать глупостей”, про Джека, который поддакивал Родджеру, про другое, но всё это быстро забывалось одним мановением руки.

Я заснул.

Завтра предстоит трудный денёк в новом доме – всегда мечтал побывать настоящим нублийцем, хотя если брать мою жизнь, то таким “нублийцем” я был практически везде. Скорее даже “нубом”, чем просто “нублийцем”.

Вот ведь совпадение!”



Второй день пребывания в Нублибурге, утренние заботы.

“Как и подобает трудолюбивому и маленькому, но гордому народу, нас разбудили в жуткую рань. Да-да, просто бесцеремонно, словно полиция, ворвались к нам и заявили, что мы, видите ли, “нарушаем исконную традицию нублийского народа!” Блин, я уже думал, что для нас уже заострили осиновый кол, но нас спасла Некки, которая прогнала нубличан и объяснила, что Нублиан всегда рано просыпался, а этот народец хочет, в знак уважения, копировать все его привычки и фетиши.

Не дай Бог, что они начнут всех называть поголовно Нублианами. Это ж будет просто ад!

Ну что ж, нам придётся мириться с их привычками, чтобы в самый ответственный момент нас не вышвырнули за стены с пинком под задницу и с пожеланием в пути на три знакомых буквы. То есть... Нет, пожалуйста! Всё, что угодно, но только не...

Я начинаю ненавидеть рыбу! Спасибо (что б вы подохли).

Ну, нас одели, Джека подняли самым последним, и ему досталось побольше нашего, нас одели, обули, от нас услышали брань на незнакомых языках, мы тоже услышали много брани на майнарском и каком-то ещё... Творился лютый кавардак, я даже не знаю, что может быть хуже... Даже, сука, в Нублии спокойствия – ноль! Но хватит, Стив, успокойся, не будь тряпкой. Не надо срываться, посмотри вновь на эти горы, облака, пейзажи, почувствуй вновь морозную свежесть, размаж Джеку снежком лицо...

Помогло... Я довольно выдохнул и слабо улыбнулся, легонько зевнув.

Нас собрали в кучу и вывели на главную площадь городка, которая гордо именовалась Площадью-В-Честь-Нублиана Великого. Там уже собрался весь оставшийся маленький народ. Они принесли с собой разнообразные мешки, кувшины, глиняную и деревянную тару, плетеные корзинки и всё сложили в кучу. Я сразу понял, сколько у меня тут будет друзей, потому что почти все были сонные, у половины захлопнуты глаза, зевота такая, что даже на школьном хоре было бы приятно находиться. Лишь пять человек были самыми бодрыми – видать, самые верные “Нублиановцы”.

Прибежал запоздалый Роберт со своим дырявым мешком. Он отдышался и объяснил торопливым голосом под грозные взгляды аудитории, что долго не мог найти эту дырявую развалюху. Его едва, кажется, не прибили, если бы вновь не вмешалась Некки, а потом не дала нам всем по подзатыльнику. Я смог увернуться, но второй раз она всё-таки попала, тварь!

Роберт перевёл, куда нас посылают, нам объяснили правила – есть огромный квадрат площадью в несколько тысяч гектаров, а, может, больше, но за него ни в коем случае нельзя заходить, а то – мы увидели грозный кулак – а потом мы взяли другой, целый мешок и отправились на первый в нашей жизни “Нублийский обход”.

Пока мы выходили за стены крепости, Некки предложила пойти на рыбалку на ближайший водоём. “Так, мол, и рыбы принесём, и воду...” – аргументировала та, но, казалось, самый банальный вопрос “Это где?” ввёл её в ступор. Она объяснила, что “ближайший” водоём находится через сорок километров отсюда! Мы молча послали её, но всё же пошли за ней – рыба поможет нам влиться в новый коллектив.

Мы проверили вещи – у нас должна быть еда, вода, инструменты для удобных перемещений в горах и многое другое. Всё из списка у нас, к счастью, оказалось, даже карта Нублии.

Вот это прям подарок. Нек ради этого пошла на ограбление собственного друга Вильяма! Настоящий герой.

С нами ещё увязалась некая Даринка (так её называла Некки), которая вызвалась “помочь бедным новичкам”. Брюнетка была миленькая, с косой на плече, но нас и так было слишком много. Хотя, ведь чем больше, чем лучше, верно?

Пока мы шли по главной дороге, они обе на пару принялись нас пугать тем, что в горах “очень опасно”, что там “лавины каждую скеунду соскальзывают”, хотя снежных гор тут и подавно не было. Мы просто отмахивались, отвечая, что, мол “Хорош уже!” и всякое такое. Однако предчувствие, что это путешествие это скоро обернётся блужданием по горному лабиринту, вызывало у меня чувство неуверенности – мне так неохота туда тащиться, ну нет... Придётся каждый день такой марафон обегать! А это самое ужасное...

Почему мы вообще тут остались? Ради Некки. Она нам обещала помочь найти Вийона, если мы спасём её Вилли от нубличан и их мятежей. Наверно, этот Родджер так её запугал сильно, что никакое “слабительное” не поможет. Ну, мы и согласились, а чего? Она тоже попала в беду, как и мы, и ей тоже нужна помощь в поиске камней. “Надо помогать друг другу” – сделал я вывод и вчера при всех послал Родджера с его “подозрениями” нахрен.

Вот, почему он не пошёл с нами...

Ну, а пока мы безуспешно пытаемся добраться до озера, я расскажу, что нам поведала новая знакомая Дарина про Нублибург. Перевод Роберта прилагается, даже бесплатный! Хотя я на его месте давно бы начал за услуги брать деньги у всех подряд. Она сказала, что Нублия очень большая. Горы даже ещё полностью не изучены до конца, многие нублийцы вообще верят, что они бесконечны, а Нублибург – центр мира.

Наверно, про тех, кто живёт в далёкой чёрной дыре Нублийских Гор.

Нублийцы – очень маленький народ, они разбросаны по Горам, словно супервулканы по Земле. Также, мы узнали, что, оказывается, эта деревушка и есть единственный город в Нублии. Остальные же живут маленькими семьями и племенами далеко в горах, а о самом Нублибурге многие даже не в курсе. А те, кто знают про него, не могли найти туда дорогу. “Может, добавила Дарина задорно, где-нибудь есть ещё похожие городки, но мы пока про них не знаем. Да и не нужно это – там очень дикие люди живут”. И правильно, меньше знаешь – крепче спишь, а то припрутся к нам с дубинами и войной...

Также она добавила, что Вилли хоть и правит всей Нублией (потому что когда-то они договорились всю Нублию присоединить к городу, не ведая её реальных границ), по правде, он управляет лишь этим городом. А все те семьи и племена живут по своим законам и даже не знают, что такое Майнария. Также не все в курсе кто вообще такой Нублиан – ему поклоняются только в пределах Нублибурга.

Да, представляю картину, как майнарцы приходят в неизведанные земли и начинают докапываться до аборигенов со словами: “Вы уже целых сто лет принадлежите нам!” А те в ответ: “Чего? Мы жили все эти сто лет, и нами никогда никто не управлял!”. И, покрутив пальцем у виска, посылают майнарцев в свой Майнариеград.

То есть, Вилли правит Нублибургом, который, формально, правит всей Нублией, хотя на самом деле нет, а Вильямом правят в Майнариеграде. Такая вот система, да так можно и весь мир “подчинить”.

В общем, как только добрались до озера, мы перекусили, набрали воды и принялись рыбачить. Но, заглянув в прозрачное, как блюдце, озерцо, мы поняли, что нас обманули... Оказалось, что озеро полностью пустое! Там просто ничего нет, даже водорослей и камушков, нублийцы вынесли всё! Просто – всё! От злости я не находил себе места, мы все кричали на Некки, а когда Дарина заступилась за подругу, праведный гнев обрушился и на неё. Окончательно перессорившись, мы съели все запасы и пошли назад. Шли молча, на горы и виды с них уже не обращали внимания. Блин, не хватало ещё потеряться, как раз дополнило бы картину.

Злые и угрюмые мы вернулись домой в полном молчании, лишь Роберт буркнул, что ничего не нашли. Конечно, рыбу нам не простили, но питьевой воде были рады.

Оказалось, мы пришли самые первые. Да ещё и к обеду. Но мы же все понимаем, что у ниж вечный “рыбный” день, поэтому придётся немного потерпеть...

Прождав ещё целый час всех остальных, мы помогли вынести на улицу огромный обеденный стол и накрыть его “уникальным делликатесом” из их годового запаса этой сырятины, которую лишь немного промыли.

Все собрались. Начался обед.

Оказывается, пока мы ходили к озеру, у нас здорово нагулялся аппетит, а эти умельцы смогли подать блюдо так, что мы даже не заметили, что едим. Рыбка, неприятная со стороны, оказалась очень даже съедобной! Такого я не ожидал – никаких органов, костей и прочей дряни – только мясо и только аккуратными квадратными ломтиками. Мы с удовольствием убили всю нашу порцию и запили её морозноватой водицей, которую брали из общей нублийской бочки.

А дальше последовал долгожданный отдых... Я так долго его ждал, что почти сразу задремал на кровати, провалившись в приятную усталость.

Ах, какой, однако, я полезный!”



Прошёл один однообразный и скучный месяц...

Рассказчик – Джек.

“Однако, хватит! Я оборвал Стива на половине слова и решил внести свою реплику в этот сумбур из непонятных каракуль. Конечно, он тогда немного рассердился, но потом позабыл про дневник и позволил мне писать туда всё, что душе угодно.

Да, разумеется, у меня не было столько времени, так что я опишу по-быстрому наш разговор с Родджером, чтобы, если Стив заподозрил бы что-то неладное, то мог бы сразу всё и выяснить. А беседу с этой замечательной книжкой я бы начал с того, что я узнал её владельца. Как ни странно, это была книга Дарины. Она призналась, что недавно потеряла книгу, а потом, когда вспомнила, где её оставила, и что с ней стало...

В общем, я укрылся у Вилли. Тут чистота, порядок... Никакая Дарина сюда не заберётся.

Перед тем, как начать запись, я хочу предупредить тебя, мой дорогой братец, что не желаю кровопролития. Если это... Кхм... Моё мнение приведёт к нашей ссоре, то я не буду виноват, потому что ты, как обычно, не примешь это, как данное. Я просто хочу заранее выговориться, чтобы ко мне не было претензий. Я ценю наш труд по поиску камней, один из которых мы достали таким потом и кровью, но... Пожалуйста. Послушай меня, хорошо? Мне, правда, важна наша дружба, поэтому, если придётся нам разойтись на разные жизненные пути, то... Так тому и быть. Конечно, если уже ничего нельзя сделать. Я специально уделил этому время, потому что ты воспримешь меня за психа, если я скажу прямо в лицо.

Итак, начнём.

Сегодня вечер был бы таким же обыденным и размеренным, как и все предыдущие в этой воистину сказочной стране, но когда я со спокойной душой пошёл отдыхать, меня позвал к себе Родджер, который стоял за углом дома и пристально из тени следил за мной. Мне это показалось странно, но я доверял ему, поэтому не боялся.

Вообще, этот тип в последние дни и так стал каким-то странным – чего-то следит, постоянно в тени держится... Один раз даже за подслушивание ловили. Он явно что-то замышляет, причём непонятно что конкретно – вроде, мы же с тобой его сами почти отговорили от этого безумия. Мы с тобой сказали, что майнарцы тут и так раз в год появляются, а город в горах почти неприступен, поэтому стоит забыть про эту революцию – можно ведь просто жить у себя в Нублибурге и не обращать внимания, как делают с нами все остальные нублийские станицы. Он промолчал, но наверняка не отказался от своей идеи.

Вот, собственно, что я и хотел узнать – хочет ли он снова заняться старым.

“Ага, а вот и ты. Прекрасно. Нам надо кое-что важное обсудить, идём со мной.” – я спросил, куда конкретно. Ответил, что к нему домой.

Что ж, пошли.

Мы закрылись у него в домике. Родджер торопливо усадил меня на стул и вдруг достал из кармана наш Изумруд. Он спокойно лежал у него в руке и поблёскивал зелёным цветом:

– Вот мы и вместе, – сказал он. У меня отвисла челюсть – он говорил по-английски! – Наверняка удивлён, не так ли? Я давно узнал про эту секретную особенность камня, – он показал на свою шею, обмотанную некой золотой лианой, поблёскивающей зеленью.

– То есть, изумруд позволял говорить с кем угодно?! Но Эйден...

– Он хоть и был владельцем камня, но про этот приём так и не догадался. Я же ещё давно заинтересовался камнями Стихий, потому что, когда я понял, кому служим, то решил однозначно – что это наше оружие. Да! – его глаза подозрительно загорелись, – Вильям с его хвалёной стражей не устоит перед натиском этого чудо-оружия.

– Зря, Родджер, – усмехнулся я, – Я не против восстания, но камнем ещё надо уметь управлять.

– Не беда, именно поэтому я тебя и позвал, – произнёс он, – Если ты поможешь нам – я уверен, что ты знаешь, как оно работает, то...

– Облом – я не знаю, – криво улыбнулся я, – Но Роберт может знать. Так что ты задумал?

Золотые лозы стянулись на его горле туже – но Родджер легко поправил их.

– Я умею его контролировать, – шепнул он, – Но ты всё-равно тут не случайно. Давай я тебе сначала расскажу одну историю. Историю про наш город. Уверен, что она тебя тронет, или хотя бы как-то заденет. Ты, вот, знаешь, что такое тотальное горе? Нет? А мы его переживаем каждый месяц. По четыре раза. И началось всё далеко – тридцать лет назад. Я сам помню всё это, словно оно случилось вчера. К нам тогда пришли первые майнарцы – исследователи, первопроходцы. Они были голодные, усталые, избитые природой... Мы сжалились над ними и впустили бедняг за стены. Они буквально окоченели, тряслись, просили есть и пить, отдохнуть... Они страдали, а когда нашли наш городок, сразу же поняли, где стоит искать надежду на спасение. Они, значит, прошли к Нублиану в дом, чтобы тот познакомился с ними лично. Знакомство состоялось, они пошли отдыхать. Они жили у нас несколько недель, отдыхали, набирались сил, лечились, а когда они ушли к себе, мы искренне радовались за путешественников. Мы смогли спасти чьи-то жизни, узнали, что где-то далеко существует сказочная Майнария, где прямо рай на земле, узнали много чего ещё... Но через год они вернулись к нам. Мы тогда и забыли про этот случай, но в Нублибург – некогда красивый и богатый город – пришла майнарская армия. Они требовали повинности и пропуск трёх тысяч солдат за стены. Мы не могли столько разместить, на что вежливо ответили отказом, сказали почему. По городу полетели залпы огненных стрел, стены и ворота пали перед майнарцами... И в этот момент мы вспомнили, КОГО когда-то накормили и напоили, КОГО пощадили и спасли, КОГО впустили и оставили жить, хотя никогда такого раньше не делали. Это были те самые мрази – те, кто сейчас сидят у себя дома и посылают отряд за отрядом разграблять то, что осталось. А осталось вот это. Вот этот маленький городок, который мы еле-еле отстроили. Вместо когда-то великого богатого крупного горного города. Он был прекрасен, но теперь он... Уничтожен. И я уверен, что пришёл час расплаты за содеянное – с помощью камня мы прогоним майнарцев, заставим Вильяма подписать документ о выходе из состава Майнарского Королевства, а после... Начнём войну, объединим всех нублийцев... Это касается каждого, теперь есть реальный шанс покорённому народу освободиться от гнёта майнарцев. Навсегда.

Когда Роджер прекратил говорить, я ещё долго не мог отойти от сказанного. Во мне загорелся некий огонёк, который наполнялся решимостью, храбростью, бесстрашием. Я воодушевился, я почувствовал, что это касается каждого из нас. Может, мы пришли в Майнарию не просто так?.. Может... Всё может. Я понял, что теперь-то всё понятно – у меня появилась ещё одна цель, приоритетнее возвращения домой. И не потому что какой-то левый фрик наплёл мне на словах и я поверил, как дурачок, нет. Это возможность кому-то помочь, сделать доброе дело, внести вклад в освобождение нублийцев от гнёта завоевателей из метрополии. И я осознал, что за тот период, проведённый нами в Нублии, я так сильно привязался к этому народу, что они стали буквально родными, близкими... Я знал каждого из этого города по имени, и бросать их на верную гибель я не собирался.

Если мы сбежим, я буду до конца дней жалеть, что не помог нублийцам, когда они в этом нуждались.

Прости, Стив, но это мой выбор. Ты можешь быть против, ты можешь потом ненавидеть меня, но я не отступлюсь. Пойми меня правильно. Твой друг навсегда, Джек.”

Рассказчик – Стив.



Я долго ждал, когда же дневник ко мне вернётся. Прятки от Дарины меня забавляли, конечно, но меня интересовала судьба той книги. Я уже собрался идти в “башенку” за Джеком, как вдруг со всей силы огрёб со спины каким-то веником по голове. Было неприятно, но в целом не больно. Я попытался жестами отвязаться от неё, объяснив, что мне надо как раз вернуть ей эту чертову книженцию. Она уже, видать, смирилась с потерей и просто махнула рукой – мол, делайте, что хотите. Я мог бы и оставить им на память эти записи, хотя их никто, кроме Некки бы не понял... Хоть что-то приятное им сделаю.

В общем, я ворвался в “башенку”, но Джека там уже не было, а на столе лежала та самая книга. Меня это насторожило, поэтому я решил принести её домой и прочитать послание Джека.

Я поздоровался с Робертом и Марком, которые тоже страдали полной ерундой, и пригласил их к себе. Они тут же принялись заявлять, что Джек явно не написал ничего важного, но я смог их убедить. Мы уселись на лавку и открыли книгу на последней исписанной странице, где было несколько клякс. Но текст был на удивление аккуратным, хотя обычно Джек писал, будто, копытом вместо руки.

Как только мы погрузились в написанное, нас шокировало вступление и предупреждение, с которого тот начал своё письмо. Но когда я приступил к самому письму, то с каждым новым предложением, мои глаза всё больше и больше расширялись от ужаса и волнения. Я не мог спокойно сидеть на месте и решил походить по комнате – мои друзья переглянулись испуганными взглядами. По их лицам было понятно, что им хватило и вступления.

Дочитав до конца, я произнёс вслух последние написанные слова дневника: “Твой друг навсегда, Джек.” Я закрыл глаза и отложил книгу. Я не знал, что делать. Надо срочно отговорить его, но он так убеждённо говорил, что... ДА БУДЬ ПРОКЛЯТ ЭТОТ РОДДЖЕР!

– Стив, может, шутка?

Я помотал головой.

– Он писал серьёзно, но... Зачем ему это? Он хочет спасти нублийцев, но нам не надо отвлекаться на такие дела.

– Согласен, нам надо искать камни, – поддакнул Марк, однако Роберт не так однозначно отреагировал на мои слова:

– Его дело. Пусть делает что хочет. Всё-таки он уже взрослый. Он нашёл свою цель, – сказал тот, – Только не кидайтесь на меня, хорошо? Это лишь моё мнение.

Моё желание переубедить его угасло, но я не сдержался от едкого замечания:

– Небось, с ним хотите воевать?

– А почему бы и нет? Найду Вийона и пойду к Джеку, – пожал тот плечами, – Мне всё-равно, я просто хочу найти все камни, но мы так сдружились с Джеком...

– А, без вас разберусь, – я распахнул дверь, – Марк, ты со мной?

Тот кивнул – хоть кто-то на моей стороне. Мы помчались к дому Родджера.

Мне нужны ответы.

Мне плевать, что Нублиан когда-то ложился именно сейчас, надо было убедиться, что мой братец не задумал что-нибудь жуткое и безумное. Его письмо меня поразило, словно шаровой молнией, пока я бежал, я постоянно думал о нём и о том, что хотел донести Джек и о чём думал, когда писал такое. Я всё ещё надеялся, что оно окажется просто шуткой, тогда он отделается просто подзатыльником. Но надо срочно разыскать его!

Подбежав к дому Родджера, мы с Марком приготовились и ногой постучались в дверь, однако та оказалась незаперта. Мы вбежали внутрь и принялись за хаосные обыски.

У Родджера дома было пусто.

– Сбежали? – переспросил Марк.

– По-ходу, – буркнул я, – Надо их срочно найти. Перевернём весь Нублибург – он всё-равно небольшой.

– И долго ли мы сможем прятаться от охраны и нублийцев? – шепнул Марк, – Мы слишком тут подозрительные, согласись.

– И то верно.., – я грязно выругался, а после мой пыл угас, – Надо пойти с Некки. Решено! Она нам поможет, и в случае чего пошлёт охрану в одно место, как она всегда делала. Идём.

Мы помчались в “башенку”, однако на ночь там заперли дверь. Блин, пока я бежал, от волнения совсем позабыл об этом. Но на кону судьба Нублибурга, мы можем предотвратить целую войну! Ради такого стоит и пошуметь:

– Некки!!! Ты тут?!! Открой дверь, это срочно!

Никто нам не открыл. Мы уже собрались пойти на поиски вдвоём, однако сзади раздались шаги. Мы обернулись.

Вот чёрт...

На нас смотрело два озлобленных стражника. От страха у нас улетучились все слова – просто пропал дар речи, мы не сразу вспомнили, как надо обращаться по-нублийски. Ведь Некки учила нас этому языку весь месяц...

Нас притащили обратно в дом. А после уложили спать и заперли снаружи.

Но мы так и не заснули, пытаясь придумать новый план, однако ничего на ум не приходило. Часы тянулись так тоскливо и тяжело, что я уже подумал, чтобы не сидеть сложа руки, начать рыть подземный ход, но Марк отказался от этой идеи.

Эх, как же ты, Некки, нас тогда подвела... На твоей совести была судьба Нублибурга, а ты...

Мы ждали самого худшего.



Сегодняшнее утро пришло к нам гораздо раньше, чем мы предполагали. Мы, как и договорились, не спали до утра, ожидая любых новостей от нашего братца. Нам просто страшно было идти спать, потому что в любой момент может вспыхнуть восстание. Но стоит ещё увидеться с Джеком, чтобы узнать, что всё же твориться с ним.

Мы очнулись, когда стража выпустила нас. Мы стремглав выскочили на улицу. Там творилось некое оживление, все жители высыпали на площадь, их окружала стража, они все рассматривали что-то в центре этого круга. Нам стало любопытно, мы постарались протиснуться поближе к центру, но ничего не получалось. Лишь, когда все расступились, мы увидели печальное зрелище, которое заставило нас содрогнуться от ужаса... Никакой мороз не способен так заморозить душу, как то, что мы увидели.

По дороге в сторону ворот проехала телега, на которой лежало мёртвое тело господина Вильяма. Некки с траурным заплаканным лицом везла телегу к раскрытым воротам крепости. Потом, на глазах всех пятидесяти человек, тело было сброшено с обрыва на перепутье дорог. Некки ещё долго стояла там на коленях, поминая своего лучшего и, наверно, единственного друга в Майнарии. Мы не рискнули подойти к ней, чтобы как-то не задеть в такой миг. Жители Нублибурга также оставили её в покое. Среди толпы я не заметил ни Джека, ни Родджера. Из нас утешить Некки осмелилась лишь Дарина. Мы остались в стороне, где-то глубоко внутри переживая её горе.

– Это кто ж так его?.. – осторожно проговорил Роберт, – Ещё вчера мы так хорошо провели время, а теперь...

Я задумался. Я старался даже не вспоминать, даже не затрагивать никак, что это... Нет, нет... Неужели это...

– Джек.., – выговорил Марк почти шёпотом и тронул меня за плечо, – Нет, Стив, не надо так сразу... А вдруг это Родджер всё-таки? Мы не можем знать наверняка.

– Нет, это точно не он, – решительно заявил я, – Джек на такое не способен. Я уверен.

– С чего вы вообще решили, что это Родджер? – удивлённо вопросил Роберт.

– Он всегда хотел совершить какую-то революцию, – сказал я, – Я уверен, что это он. Так, надо найти этого урода, с ним наверняка сейчас Джек.

Я только пошёл вперёд, как вдруг меня окликнул Марк:

– Я с радостью, конечно, но куда мы пойдём? Ты знаешь, где его искать?

– Может, они вообще в горы сбежали, а? – поддержал его Роб, – Он наверняка в городе, только вот где?

Но тут ответ сам явился к нам. Мы услышали какой-то галдёшь сзади и обернулись. На балконе “башенки” появился некий человек, а рядом с ним я заметил Родджера и Джека. Они вдвоём стояли по обе стороны от центрального.

– Онцелит.., – я обернулся, это была Некки.

– Кто-кто?

Она ничего больше не сказала.

Тут Онцелит помахал всем рукой и начал говорить.

– Переведи-ка нам, Роб, – произнёс я.

Он пожал плечами и навострил уши:

– Он говорит, что не надо паниковать, что это сделано им и его людьми, что это начало нашего взаимопроцветания... Короче, толкает пафосную речь про объединение Нублии и войну за свободу с Майнариеградом...

Пока Роберт переводил, я не спускал недоумевающего взгляда со своего братца. Я ждал, когда он меня заметит. И тут он посмотрел в мою сторону – сработало! Но что я увидел... Он посмотрел на меня как-то презрительно и надменно, как-то неестественно... Такого даже раньше когда мы ссорились не было, тут что-то не так...

И тут я увидел, как Роберт испуганно воскликнул, хотя, скорее даже завопил – в руке Онцелита нарисовался наш Изумруд Природы.

– Если это Джек, то этой козлине не жить, – произнёс он и крикнул:

– Эй! Мы так не договаривались! – он решительно пошёл сквозь толпу прямо к “башенке”, – Кое-кому стоит знать, что он дружит с ворами и обманщиками!

Мы с волнением кинулись за ним. Пока Роберт спорил и ругался с этой “святой троицей”, мы с Марком забежали внутрь и поднялись на самый верх башни Вильяма.

Я схватил стоявшую на столе рядом вазу и распахнул дверь на балкон:

– Эй, Джек!

Они обернулись. Я не стал тянуть резину и окатил всех троих с ног до головы водой, целясь прежде всего в Джека. Ему же достались и цветочки.

– Может, протрезвеешь, придурок! Отдай сейчас же камень, – потребовал я, – А то хуже будет.

Тот удивлённо посмотрел на меня.

– Стив, ты разве не читал моё послание? – он начал идти на меня, – Я же всё понятно изложил, что я выбрал свой путь, неужели после этого я ещё что-то обязан говорить?

– У меня есть лишь один вопрос – кто убил Вильяма? – проговорил я.

– Ну, разумеется, не я, – усмехнулся Джек, – Но разве не всё ли равно? Теперь нублийцы будут свободны! Разве не замечательно?

– Ага, а через месяц сюда придёт крупная армия майнарцев и всё, – я показал на своей шее смертельный жест с распиливанием, – Не дай Бог, чтобы ещё местные войска взбунтовались.

– Онцелит уже уговорил их присоединиться, – ответил он, – Кстати, раз ты пришёл...

– Погоди, а что тебе обещали за участие в этом безумии? – поинтересовался я и убрал вазу, – Деньги? Что?

– Я повторяю: раз ты пришёл, у меня есть, что тебе рассказать, – продолжил Джек гнуть свою линию, – Нет, не деньги. Не угадал. Я сам решился на это, потому что я понял, что есть ещё кое-что, что поважнее, чем возвращение домой. Слушай внимательно. Присядь.

Я присел на диван и сложил руки на груди.

– Давай обсудим всё, что с нами приключилось за всё то время, что мы провели тут, – начал он, – Первое: мы встретили Роберта и его приятеля Эндрю, который погиб в лаборатории от рук террорцев. Мы ведь тогда могли спасти его, но нет... Дальше мы сбежали от них и попали на Остров Одиночества, к антитеррорцам. Они обещали помочь нам пробиться в Майнариеград, а я, переживая за смерть товарища Роберта, решил начать мстить. Разумеется, всю ту неделю, что мы провели на острове, я пробыл как раз с ним. Я обещал ему, что Эндрю будет отомщён. Если бы он сейчас не вернулся к воротам, он бы подтвердил. Но ты был полон решимости вернуться как можно скорее, ты позаботился о нашей безопасности. Спасибо. Но почему ты бросил меня на том берегу во время штурма Солнечнодревенска, я не понимаю. Я видел, как тебя послали солдаты в атаку, а про меня – лежащего по пояс в воде и раненого в ногу – ты сразу забыл и решил стать героем. Хорошо, что Марк спас меня от верной гибели. Спасибо ему. Уже тогда я начал подозревать, что тут что-то не так. Но скрыл недовольство, потому что надо было бежать.

Продолжаю. Ты нас сдал тогда в лесу, когда террорцы нашли нас под мостом, потом во дворце Эйдена ты предложил узнать, чем всё это закончится, а меня с аргументом: “Надо уходить” послал в одно место. А в тюрьме ещё и накинулся на меня! Про союз с этим типом и его шлюшкой я вообще говорить не буду, потому что язык устал. Всё это время я пытался доказать самому себе, что ты на самом деле уважаешь меня, Майнария дала такой прекрасный повод, но ты как был дибилом в Англии, так дибилом остался и в Майнарии. Ты как не считал меня равным себе, так и не считаешь. Ты как решал всё за меня и навязывал мусорные идеи, так и пытаешься до сих пор воздействовать на меня. Я разочарован, Стив.

От таких заявлений меня буквально перевернуло внутри. Он что – всё это время проверял меня?!! Эта сука меня проверяла?!

– Ты что – проверял меня?.. – тихо спросил я.

– Можно и так сказать, – произнёс Джек, – Можно было догадаться, что я пытался наладить с тобой нормальные отношения. Всю жизнь пытался. Но нет – всегда кое-кто на букву “Сы” на самом деле презирал меня и искал повод, чтобы контролировать. Я подумал, что хватит это терпеть! Я...

Я не выдержал и ударил его кулаком по лицу. Надеюсь, это вышибет из него всю дурь.

– Это бред, Джек, – добавил я, – Я всегда тебя уважал, не ври мне тут!

Джек поднялся с пола:

– Уйди отсюда, Стив. Уйди, прошу! – усталым голосом проговорил он.

Но в то время к нам ворвались и Роберт с Некки.

– Стив? Как вы тут?

Я не стал ничего говорить, только добавил:

– Надо забрать камень.

Я отбежал в сторону, а Роберт в это время налетел со своей привычной ухмылкой на Родджера. Они сцепились, как две собаки. Онцелит пытался помочь ему, но я с Марком набросились на него. Началась драка, мы били друг друга, роняли мебель, пытались выкрасть камень, без которого они не смогут победить майнарцев. Роберт смог заполучить камень и, едва вырвался из объятий Родджера, бросился на выход. Мы побежали за ними и выскочили на улицу. Эта троица бросилась за нами, но догнать они нас не смогли. Мы заметили, как Джек задержал их на каменной террасе, на которой не действовал камень.

– Думаю, надо уходить, – сказал я, но неожиданно Роберт снова не согласился со мной:

– Ну придём мы туда и что? Куда мы отправимся? На верную смерть? Я думаю, разумнее будет послушать Джека и присоединиться к ним.

Я задумался. А ведь действительно – если мы напоремся на майнарскую армию, которая пойдёт на Нублибург, то и себя подставим под удар, и Джека с нублийцами. Ведь они даже обороняться не смогут без камня-то. Я снова предам своего брата, и больше никогда не смогу помириться...

– Знаешь, думаю ты прав, – согласился я.

Но Некки с Марком были против такого заявления:

– Слушай, ты уже определишься наконец – мы сбегаем или нет? Отдать им камень – это безумие, Стив! Джек ведь прямо сказал, что ненавидит тебя. Неужели ты думаешь, что если ты отступишься перед ним, то это что-то изменит? Взрослого человека трудно изменить...

– Согласна. К тому же, я не желаю сотрудничать с убийцами Вильяма!.. – на её лице вновь появились слёзы.

Я встал перед выбором. Либо уйти, либо остаться. Что-то одно, третьего варианта нет.

Пообещав себе не смотреть на капризы друзей, я начал рассуждать. Так, если я уйду, то Джек не получит камень и будет обречён, а ещё он вряд ли меня простит. Но если останусь, то уйдут Марк с Некки и, возможно, Робертом.

Поразмыслив, я решил, что надо делать. Я, под недоумённые и озлобленные взгляды прошёл к себе домой и достал из рюкзака Хрустальный Штурвал. А потом я, со словами: “Давай совершим обмен” отдал камень Джеку, а себе оставил Штурвал. Потом я взял свои вещи, сложил в рюкзак и пошёл к воротам, где меня ждали Некки с Марком.

– И что это было? – сразу спросил озлобленно Роберт, – Ты хоть понимаешь, что только что сделал, а?! Ты лишил нас камня, который достали с таким трудом!!

– Я сделал выбор. Идёмте, – я попрощался с Джеком и вышел в открытые ворота. За мной отправились Марк и Некки. Роберт остался в воротах.

– Я остаюсь. С камнем остаюсь, – закончил он и пошёл медленным шагом к Джеку, – Прощайте, мои друзья. Удачи вам найти Вийона.

Мы помахали ему рукой. Некки попрощалась с Вилли и повела нас дальше по дороге.

Я последний раз взглянул на Нублибург, в котором ещё были открыты ворота, и мысленно попрощался с Джеком. Да благословит их Орден, пожелаю им удачи в этой войне.

Если Джек так решил, то это его дело, и я ничего тут поделать не могу.

====== Глава 18: Ренклинская Цитадель. ======

Рассказчик – Стив.



Расставание всегда тяжко. Но насколько тяжко расставание с близким человеком? Ну, пусть и не навсегда – мы всегда успеем вернуться за ним в Нублибург, но он может без меня там пропасть, потерять камень, всё что угодно! Пока мы втроём всё больше удалялись от Нублибурга, я всё не переставал думать над тем, на что я решился. Над своим выбором.

Я считал, что не всё сделал правильно. Джеку просто промыли мозги, а его распинания по поводу нашего пути по Терроре, наверно, были всего-лишь “криками души” – нелепыми, но красивыми словечками, которые, по сути, ни о чём. От слова – совсем. Возможно, я повёлся у него на поводу, возможно, я должен был остаться в городе с ним, возможно, я вообще безвольное животное и повёлся за мнением Марка и Некки, но камень я отдал правильно. Если Джек выбрал Нублию, то зачем ему препятствовать – верно? Придёт время, и он скажет мне “спасибо” за то, что я позволил ему сделать выбор. Не хотелось мне тогда ещё больше раздувать эту ссору, надо было погасить огонь, то есть отступить. На время. Пока Джек не осознает, что я всё это время относился к нему нормально и не побежит за мной просить прощения.

Да, я мастер манипулировать людьми!

Некки и Марк не разделяли со мной моего волнения. Они шли позади меня и о чём-то болтали. Всё же, понимают друг друга... Не каждый день теперь таких людей, как Некки, сыщешь. Теперь они на вес золота. Даже больше – брилиантов, всего на свете! Но теперь, поглядывая на неё, я начал сомневаться в её исключительной “няшности”. Словно её эта проблема с Джеком совсем не волнует.

Но в том, что она рыженькая няша, никто не сомневается!

– Некки, Марк, – не выдержал я, – Вас что – совсем не это касается?

– Ты про Джека и Роберта? Мы же уже всё решили – он кидок, – вынес Марк вердикт. Но я мысленно его порвал:

– Не говори так!

– А что, разве не прав? – он остановился. Я, в свою очередь, присел рядышком на траву, – Если бы он дорожил нами, то не променял бы нас на каких-то там нублийцев! Бррр, от самого названия уже подташнивает.

Трудно не согласиться, чёрт-возьми! Но я решил защищать своего брата:

– Возможно, но он сам выбрал эту дорогу. Мы не в праве ему мешать.

– Да?! Нет, серьёзно?! Да кто больше всех из нас хотел, чтобы все, повторюсь: все, попали домой? Не ты ли это? – это, похоже, его разогрело, – Слушай, если ты так считаешь, то это, как минимум, ненормально.

Я сдался. Всё-таки Джек козлина!

– Ладно, забыли. Идём.

Вскоре после спуска с горы последовал переход через перевал, за которым, судя по словам Некки, уже есть некий спуск на Майнарскую Равнину. Дальше она ничего толкового наперёд не рассказала, ссылаясь на: “Я тут давно не была, так что всё, идите нахрен. И так много для вас делаю, лентяи вы придурочные!”

Мы сделали вид, что обиделись, хотя нас прорывало на смех. Она не поверила.

– Итак, нам ещё ох как много, – сделал я вывод, посмотрев с обрыва вниз. Я сел и свесил ноги, Некки и Марк расположились рядом. Надо отдохнуть. Спуск и так слишком крутой, а мы устали ещё в Нублибурге.

Вообще, я давно хотел поговорить с Джеком по этому поводу ещё на родине. Спросить, нормально ли я к нему отношусь, не надо ли мне что-то изменить... Но так и не успел. Я бы наверно много брани бы услышал в тот миг, но тогда бы не было бы всего этого! Ну почему я ничего никогда не успеваю? Почему? Что не так во мне? Может, я круто изменил нашу жизнь, откровенно поговорив бы с ним... Я ещё тогда что-то подобное подозревал, однако не придавал этому такого значения, как теперь.

– Всё, я отдохнул, – поднялся я.

– А мы ещё нет, – недовольно ответила Некки, – Подожди нас.

– Ладно уж, – протянул я притворно и прилёг у подножия какого-то холма. Тут, вообще, был такой удобный выступ с такими видами... Сколько я вообще за этот месяц повторил раз слова “останусь тут навсегда”? Вот теперь к ним прибавится ещё один.

– Я бы тоже, – отозвался Марк, а Некки просто фыркнула. Ну, понятное дело – она тут столько раз была...

– Кстати, сколько ты тут уже?

– Я? – Некки была удивлена таким вопросом, – Ты ж спрашивал.

– Ну, я забыл.

– Одиннадцать лет, – закатила она глаза и вздохнула – мол, что за дибил.

– А сейчас тебе...

– Двадцать три, – произнесла она так, словно у неё не было на это сил, – И это я уже говорила. Да, я попала сюда в двенадцать лет.

Я отстал от неё. По её виду я понял, что я её ещё больше утомил.

Прошло десять минут, и только теперь мы собрались в путь-дорогу. Главное не потерять Штурвал – эти слова я повторил раз, этак, двадцатый. Я так сильно ещё ни что не охранял.

Мы продолжили наш путь. Вскоре перевал остался позади, а мы начали спускаться ещё ниже, а через ещё несколько часов мы оставили Нублийские Горы позади и спустились на равнину. Признаюсь, этот спуск был очень тяжким испытанием! Мне постоянно мерещилось, что я сейчас навернусь с горы и полечу вниз. Альпинизм без снаряжения тоже опасная вещь, так что теперь я могу гордиться собой.

Итак, мы спустились на равнину. Вдоль гор шла некая дорога, которая соединялась с трассой, ведущей в город и образовывала перекрёсток, а туда, куда шла она после перекрёстка, направились и мы.

Мы наткнулись на пограничные столбы с изображением непонятного герба.

– Это герб рода Ренклинов, – пояснила Некки, когда мы начали осматривать их, – Мы находимся на Старой Границе Владений Ренклинов. Если поточнее, то тут завершаются владения самих Ренклинов, а дальше идут удельные княжества других правителей, которые подчиняются метрополии и зависят от неё.

Мы стояли на границе Майнарского Королевства... Неужели мы добрались?! Это станет праздником... И был бы это праздник, если бы я не вспомнил, что добрались мы-то не в полном составе.

– Это так ужасно.., – я с тоской посмотрел назад на горы. Нублибурга уже не было, а была плавно начинающаяся горная стена, утопающая в тумане.



Мы обошли приграничные столбы и аккуратно прошли вперёд. Некки постоянно вертела головой во все стороны и держала палец у рта – мол, тихо! Мы и так шли тише некуда, лишь шуршание листвы под ногами немного выдавало нас. Сейчас главное – не нарваться на неприятности, ведь мы только что наконец добрались на место. Осталось только дойти до Майнариеграда... Я начал раздумывать над тем, что мы будем делать дальше.

Скорее всего, вернёмся назад. Бьюсь об заклад, что мы потратим на это не больше пары дней, если не попадём в передряги. Мы вернёмся за Джеком и помиримся... Вот будет праздник!

– Только прошу – будьте осторожнее, – предупредила она нас уже который раз, когда мы пошли по дороге. Там не было никаких лесов, только степь, только раздолье и свобода, только...

Степь? Да как Некки вообще может говорить о скрытности?

– Наверное, нам надо уйти с дороги, – проговорил я, – Мы так очень выделяемся...

Тоном я давал понять, что наш план просто ужасный. Но вмешался Марк, который заверил, что если мы не будем выглядеть слишком подозрительно, то не попадёмся. Наоборот, скрытность и осторожность выдадут нас с потрохами. Я пожал плечами – делайте что хотите! Хотя сама идея мне даже понравилась.

– Скоро будет первый пункт досмотра, – аккуратно произнесла Некки, – Я возьму всё на себя, а вы просто молчите. Стойте и всё, договорились? А то всё запалите, как обычно.

– Ладно, только не надо так вот.., – мне не понравился её тон. Словно мы её когда-то предавали, или вели себя, словно раздолбаи.

– Что “так вот”?

– Ну... Прекрати наезжать и всё, – выговорил я, – Неприятно, пойми, блин!

Она угукнула, и мы пошли дальше. Но она всё ещё чувствовала за собой победу – видать, Родан наш её так разбаловал. Я взглянул на неё с неприязнью, но говорить вслух не стал. Не хватало ещё, чтобы она обиделась и ушла. На этот раз от нас.

Итак, а вот и первый пост. Мы, как и договорились, встали за ней и закрыли рты. Она с важным видом прошла вперёд. Нам же сказала ждать тут. Разумеется, мы не послушали и пошли за ней – а то мало ли... Не стоять же от поста в полсотне метров, пока она там беседует?

Мы прибыли вовремя – она как раз закончила трепаться и с превеликой радостью прошла дальше. Мы с Марком проследовали за ней, заглянув в приграничную будку. И в тот момент человек, находившийся там, сначала посмотрел на нас любопытным взглядом, а после что-то крикнул. На крик прибежала Некки. Она немного поговорила с пропускным, а после облегчённо взлохнула:

– Вас хотят досмотреть.

От волнения я чуть не грохнулся на пол в тот момент, но виду не подал:

– Не вопрос, – мягко ответил я.

Потом она добавила:

– Нам велено ждать тут. Продержитесь пол-часа?

– Не вопрос, – сказал Марк, – А что стряслось?

В общем, через десять минут к нам прибежало несколько солдат из соседней рощи, находившейся в стороне. Они-то как раз и начали обыскивать нас, а вернее, нас с Марком, потому что каким-то неведомым образом у неё нет никаких подозрений. Сама же она объяснила, что мы в чём-то заподозрены. Она выглядела немного напуганной, но на самом деле покрылись холодным потом от этого заявления именно мы.

Наконец-то закончив с этим, они отошли в сторону и ни с того, ни с сего выхватили оружие. Мы испуганно попятились назад.

– Некки, что происходит?! – выкрикнул Марк. Солдаты накинулись на нас и скрутили. А потом тоже самое сделали и с ней.

– Я... Я не знаю!..

Контроллёр указал рукой вперёд по дороге, а после нас насильно повели туда. У нас забрали Хрустальный Штурвал, это было самое неприятное, но куда нас отведут? Неизвестность была пострашнее, чем даже то, что у нас забрали важный артефакт.

“Надо было идти рощей”, – подумал я, но тут мне на ум пришло, что до неё было бы намного дальше идти, а там были бы другие пограничные посты, а про пограничников я вообще молчу. Не привлекли мы, блин, внимания...

Хорошо, что хоть Джек в безопасности. Мы ещё вернёмся за ним, сбежим откуда угодно, куда бы нас не отвели.

Вскоре на нашем пути показалась деревня, куда, собственно, нас и вели эти солдаты. Вокруг неё отсутствовали крепостные стены, но это нисколько не уменьшало нашего страха к ней. Чёрт подери, мы направляемся во вражеский населённый пункт – там любой может оказаться врагом и пристрелить просто так. А они-то найдут за что...

И тут сзади я услышал какие-то ругательства, а после в затылок залетело со всей силы прикладом.

Чёрт, до слёз больно и обидно, что я не мог дать сдачи. Я обезоружен. Я затаил обиду, чтобы не сделать ещё хуже для нас. Сейчас самое главное – продержаться, выжить. И нам придётся делать всё, что они скажут. И... Я не готов к этому всему. Совсем не готов. Я хочу сбежать, я слежу, чтобы подвернулся где-нибудь подходящий момент, чтобы унести ноги и найти этого несчастного Вийона. Несчастного, потому что его ищут такие бездари, как мы. И самое страшное – они его найдут.

Так попасться это надо уметь...

Я обернулся на голос, который вновь заверещал что-то по-майнарски, и в этот момент он с силой толкнул меня вперёд, а после перезарядил винтовку и прицелился. Внутри меня появился ужас, я зажмурил глаза в ожидании выстрела. Но он не стрелял. Подождав немного, он резко опустил ружьё и выстрелил мне под ноги. От неожиданности я подпрыгнул и отскочил вперёд, а солдата это, видимо, забавляло. Некки тоже молчала, но на её лице уже не было той безкорыстной радости и веры в своих героев.

Снова раздался выстрел мне под ноги, а я снова отскочил от неожиданности. Дыхание внутри меня замерло, сердце, казалось, тоже, от страха я даже не моргал. Я был на пределе! Я посмотрел на командира отряда, который какое-то время наблюдал за этим, а после он что-то сказал своему напарнику, и они наконец смогли донести до меня в понятной форме их просьбу:

– Вы будете идти с такой скоростью, с какой надо? – перевела мне Некки. Дрожа всем телом, я кивнул. Дальше последовал приказ убрать оружие, а после мы продолжили идти. В этот момент, в этот позорный момент я, признаюсь, перепугался настолько, что побелел и не приходил в себя ещё долгое время. В голове была лишь одна мысль: не отставать, не отставать, не отставать...

И стоит у Некки кое-что узнать. Про их непонятную истерию по отношению к нам.

Наконец-то мы дошли до некого “пункта назначения” – стояла нагруженная людьми телега, а рядом с ней я увидел несколько длинных очередей. Я хотел узнать, куда они направляются, но рот словно замотали скотчем.

– Я слышала, что на границе с Королевством из деревень и городов собирают недоволных властью людей и нублийцев и отправляют в неий город Ренклинск.

– Куда-куда?

Тут нас снова толкнули.

– Потом.

Нас подвели к месту погруза – эта телега, оказалась, похожа чем-то на поезд – несколько телег соединены в один большой воз. На этом “поезде” уже находились некоторые “пассажиры”. Многие усердно не хотят покидать деревню, буквально умоляя их оставить, а другие смирно занимали места в транспорте, наверняка намереваясь либо сбежать, либо подчиниться.

Пока нас ставили в очередь, наш пограничник с кем-то в стороне торговался. Некки сказала, что они не значатся в неком “списке”. А после она сказала, что мы нарушили аш целых два майнарских закона, а также, что “мы очень похожи на пособников “бунтарского народа”” и что “может возникнуть перегрузка”. Правда, “каких” законов она не сказала, а попросила у стоявшего впереди нас незнакомца воды. Он не дал, а она загрустила.

– Никогда не была тут, но люди здесь жадные, – сделала та вывод.

Мы заметили, как отряд пограничников, вернув нам наш Штурвал, покинул деревню, а мы остались стоять в очереди, постепенно подходя к кассе. Видимо, отбирать личные вещи даже у нублийцев нельзя просто так.

Скоро мы приблизились к небольшой будке контролёра, который занимался вписыванием имён пассажиров. Мы молчали, даже Некки, любившая вё вокруг переводить для наших ушей. Она была напряжена, но вела себя спокойно, Марка вообще мы чуть не потеряли – плетётся, блин, как черепаха-ниндзя. Также медленно и также бесшумно, словно его тут и нет.

Из будки выглянул контроллёр. Некки в очередной раз всё сделала за нас. Они разговаривали долго – меня насторожило то, сколько она про нас уже знает, раз так долго оформляла наши места в телеге. Она зачем-то протянула внутрь свою руку.

Но тут она попросила протянуть и наши ладони.

– Зачем?

Она не ответила, а лишь нахмурилась. Мы послушались и протянули руку в окошко. Внутри будки на наши ладони чем-то надавили. Мы вынули руки и оказалось, что на них появились какие-то номера.

– Что это? – ужаснулся я.

– Это наши порядковые номера, – с умным видом шепнула она, – Сама плохо знаю зачем он.

– Узнаем, – произнёс Марк. Я удивился, что он заговорил.

Наконец-то мы прошли дальше.

Стало немного легче, пока что всё идёт неплохо. Нас не трогали, поэтому я стал чувствовать себя смелее. Мы прошли мимо стражи и сели на указанные на ладонях места. Мы верно сообразили, потому что никто не пытался нас оттуда выгнать. Мы увидели, как контролёр и погрузчик сели на место управляющего упряжкой, также к нам вошло несколько стражников. Мы были удивлены тому, что над телегой поднялась прозрачная крыша – то ли из стекла, то ли из чего-то ещё, но нас успокоили и пояснили, что эта крыша предохраняет от дождя, а также не даст нам убежать во время движения.

Что сказать – спасибо хоть за уют!

Телега развернулась и вскоре покинула деревню, направившись в некую тюрьму – Ренклинск. Чувствую, нам несдобровать... На ум лезли самые разные образы, которые только портили картину. И заставляли меня волноваться на этот счёт ещё больше...



Огромные крепостные стены, окружающие город и защищающие его понадёжнее, чем стены, может, самого Майнариеграда, сделанные из серого тёмного камня, толщиной, наверняка, до нескольких метров, вызывали одновременно и восхищение к самой цитадели, но одновременно с этим и ненависть к её владельцам. Я изначально не представлял Майнарию таким жутким местом, настолько мрачным, опасным и некоторыми моментами странным. Я, получается, зря надеялся на помощь местных жителей, зря строил планы по контакту...

Наша телега, поясню, уже успешно доехала до Ренклинска. Не сказать, что я прям устал и выбился из сил, пока ехал – скорее всего, я просто переволновался. Я пытался сопоставить картину того, куда попаду, но ничего, кроме страха эти раздумья не вызывали. Я пытался через Некки спрашивать о этом городе, но она лишь сказала:

“Я уже говорила вам! Хорош донимать, и так тяжело.”

В общем, ничего, помимо того, что Ренклинск – тюрьма, я не узнал. Я пытался через неё донимать других пассажиров, но донимал одну её. Получается, никто не был в курсе про этот лагерь, все были в неведении. Я так решил, чтобы себя успокоить. Тот факт, что я “не один такой непросветлённый” меня немного успокоил, я на время перестал думать о плене и начал размышлять о самой столице. Какая она? Что она из себя представляет – деревушку, или город времён 18 века, окружённый тремя рядами крепостных стен? Я решил кого-нибудь расспросить про Майнариеград, когда будет время.

Итак, купол раскрылся, пассажирам разрешили выходить. Дубовые тяжёлые ворота цитадели открылись, и около входа появилось двое майнарцев с транспарантом, где было написано:

– Добро пожаловать в Ренклинск, дорогие друзья! Чувствуйте себя как дома, господа! – мне даже читать не пришлось – ораторы всё сделали за меня. А Некки за них.

Охранники создали в толпе любопытных жителей города, что шумно вывалились за стены, чтобы посмотреть на пленников и тех, кого увезли в эвакуацию, коридор, по которому приказали следовать по мосту через ров в город. Кто-то кричал, кто-то паниковал, а кто-то оставался спокойным, стараясь соблюдать все меры предосторожности. Иначе пристрелят.

На секунду мне показалось, что я потерялся. Народа привалило сразу с нескольких “телег-поездов”, собралась такая толпа, что её ещё не скоро, думаю, пропустят за крепостные стены.

– Стив, мы тут! – они заметили меня! Я попытался протиснуться к ним, что мне удалось с большим трудом, а после мы отошли в сторонку, чтобы толпа “беженцев” нам не мешала. Нам надо было переговорить и обсудить весь кошмар, что происходил вокруг.

– Так, отлично, что я нашёл вас, – сказал я, – Знаете, что в этом лагере?

– Неа, – мотнул головой Марк. Мне хватило и этого.

Стараясь не шуметь, мы спокойно направились ко входу. Оратор в это время твердил толпе какую-то пламенную речь счастливым и радостным певучим голосом. Мне перевод был не нужен, чтобы понять суть – у нас здорово, добро пожаловать!

Тьфу! Мерзость!

Мы подошли к мосту. Стражники контролировали плавное течение людей по мосту. Я понимал эти промедления – и мост может просто обрушиться в ров. Поэтому людей, которых привезли не только на нашем “поезде”, но и на других, со всех концов Владений Ренклинов, пропускали по десять человек. Вскоре, очередь дошла и до нас.

Ступая по дереву, покрытому с боков железом, держась за поручни, мы преодолели ров и, показав номер на руке, который советовали не стирать в транспорте, мы прошли в город. Я оглянулся, чтобы посмотреть на тех, кто плёлся позади и увидел, что кто-то осмелился стереть номер с ладони и его не пропустили, отправив на дно рва. Народ, видя такой беспредел, тут же начали что-то кричать, но под десятками стволов пулемётов. показавшихся из бойниц, они подчинились и склонили головы. Мы слились с массой и тоже наклонили головы.

Эх, бедняга...

В любом случае, дорога шла вперёд, в каменную крепость, что находится внутри тенистого города. Вообще, этот полумрак, или тень от стены, падающая на город, была очень кстати. Хотя, наверно, просто начинало темнеть.

Мы задержались около пропускного, который беседовал с Некки.

– Контроллёр сказал, что наши номера говорят о виде преступления, которое мы “совершили”. Ещё за нами будет приглядывать некий Староста, – шепнула она, переведя дыхание, – Дайте воды, кто-нибудь...

Староста? Меня это насторожило.

Нам указали на огромную башню посередине крепости, которая чуть ли не врастала в стену. Эта башня занимала большую часть Ренклинска, тут буквально негде было развернуться. Наверно, весь Ренклинск находится в этой самой башне...

Мы прошли внутрь. Вход был только один, а остальные проходы перекрывала стража. Сбежать было невозможно! Это меня обескуражило...

– Стив, я знаю, что это прозвучит странно, – неожиданно сказала Некки, – Но я больше не хочу быть твоим переводчиком. Это ну очень странно выглядит со стороны – наверно, уже вся Майнария успела посмеяться над этим. Тебе надо разучить майнарский язык и научиться выражаться хотя бы примитивно.

Я удивлённо уставился на неё.

– Почему?

– Ну, знаешь... Мои заслуги перед тобой ты уже не сможешь оплатить, поэтому.., – она усмехнулась.

– Ну, если ты ради денег нам помогаешь.., – я решил поторговаться, но в голову пришла мысль, что она нам сейчас нужнее.

– Не то, чтобы ради этого... Просто... А, ладно, забудь, – она сама сдалась. Мне даже не пришлось ничего говорить.

– Значит, решили.

– Но майнарский ты всё-равно не забрасывай, – добавила она. Я кивнул.

Оказавшись внутри, мы вновь оказались около контроллёра. Видимо, вся Майнария их них состоит – таких частых проверок всего и вся нет даже, наверно, в Северной Корее.

Я невольно посмотрел назад и увидел, как за нами тянется нестройная цепочка из других заключённых. Казалось, что ей нет конца.

– Кстати, – шепнула Некки, – Это, так называемая “Сортировка Пленных”. Не знаю, так ли она называется в реальности, но суть в том, что нашу группу ещё много раз поделят по степени и характеру преступлений. Тех, кто совершил не такое, с их точки зрения, тяжкое преступление, тех отправят в Майнариеград. Говорят, там хорошо жить...

– Странно, но ты же тут не была? Откуда тебе знать, как тут делят тюремщиков? – ответил я.

– Знакомые говорили, – дёрнула она плечами.

Я насторожился. С кем я всё это время был?!

– Тише...

Некки сказала, чтобы мы показали свой номер на ладони. Мы, как обычно, сделали всё, что от нас требуют. Нас послали дальше в коридор, сказали сложить свои вещи у входа, а после пройти в дверь с номером “2”. Я получил специальный чек – наверно, пропуск. Пока что мы понятия не имели, что означают эти цифры. У Марка и Некки тоже были “двоечки”.

Мы прошли во “вторую” дверь и попали в просторный зал, где были настенные полки и лавки, куда мы, наверно, должны положить наши вещи. Расставаться с Штурвалом было неохотно, но наше промедление заметили те, кто стоял в очереди за нами. Мне не хотелось получить порцию тумаков и отборного майнарского мата, поэтому я повесил Штурвал на гвоздь и поспешно отошёл. Ещё бы убили, если бы не повесил! Так не честно!

– Мы ведь вернёмся за ним? – шепнул Марк, – Что-то я волнуюсь, как бы он не пропал в куче других вещей...

Я заверил друга, что мы не бросим его.

Пока что мы осмотрели место, куда нас привёх холл.

Каменное узкое помещение заменилось огромным залом, который напоминал зал в каком-нибудь средневековом замке. Тут уже собрались другие “преступники”. Помещение напоминало какой-то зал со сценой, где были ряды мест, словно в театре.

Увидев, куда идут остальные, мы тоже сели на стулья.

На сцену вышел какой-то важный тип в окружении солдат. Он был одет в чёрный костюм с красными полосами и узорами и высоким острым воротником. Он ухмыльнулся и притворно поклонился нам. Его вид мне сразу не понравился, а то, что вокруг него было с десяток телохранителей, навело меня на мысль, что он тут Староста Ренклнска. Он начал что-то говорить, но, привычно посмотрев на Некки, когда рядом кто-то заливает на майнарском, я увидел некое удивление и шок.

– Стив, кажется, я знаю этого человека, – произнесла она.

– Кто это?

– Староста Ренклинска, Макар Ляхов, – сказала она, – Помню, Вильям часто упоминал его. Называл заклятым врагом...

Я хотел спросить, почему она сразу не рассказала кто тут Староста, как вдруг, закончив речь, Макар что-то приказал своим солдатам, и они вывели на сцену десяток человек. Каждый из телохранителей, по приказу Старосты, достал пистолет и, посадив пленных бедолаг на колени, ткнул им в голову пистолетом. Мы с ужасом отвернулись и закрыли глаза.

Макар махнул рукой. Раздались выстрелы...

Я ещё долго не мог решиться открыть глаза, но когда я всё-таки сделал это, я увидел, как Староста что-то рассказывал пленным про убитых, а потом телохранители унесли трупы со сцены. На полу осталось лишь большое кровавое пятно. Все были в шоке, а мы вообще чуть не потеряли сознание от волненя. Лишь огромным усилием воли я сумел сохранить рассудок и прийти в себя. От осознавания одного факта я вообще сам бы застрелился, дай Бог мне сейчас пистолет.

Нам придётся жить в страхе, что нас могут завтра застрелить за что-нибудь...

Собрание окончилось, нам показали, в какой стороне находятся камеры, а потом мы поплелись туда.

Рассказчик – Джек.



– Ну, господа коллеги... Сегодня мы все собрались, чтобы раз и навсегда покончить с этой майнарской заразой, которая медленно распространяется во все стороны. Мы обсудим с вами план нашего будующего удара. Удара по Ренклинску.

Золотая лоза небольно сжимала мою шею, а камень, который повис на моей шее, словно амулет, светился ровным зелёным светом. Я говорил по-майнарски, теперь меня понимали все, кто присутствовали в зале – роберт, Родджер, Онцелит...

А у Стива, небось, идут во всю его бесбашенные приключения на пару с Марком, который выбрал неправильный путь, и Некки, которая также объявлена нами, как предатель дела освобождения нашего второго дома от майнарцев.

– Мы уже готовимся уже завтра отправить кого-нибудь из послов в горы, чтобы найти союзников и договориться с ними, – продолжил Роберт, – Как вам такая идея?

– Хорошо, так и поступим,– кивнул Онцелит, – Нам нужна любая помощь.

– Тогда предлагаю обратиться ещё к кому-нибудь. Может, заслать в неприятельскую цитадель своих шпионов, которые будут по-тихоньку вырезать глав города? – предложил я, – Или даже поднять восстание заключённых?

– Рискованно, сначало бы союзников найти.., – отстранённо добавил Родджер, – Короче, нам никак нельзя проходить мимо такой базы врага.

– Ещё-бы! Ты только представь, что всю эту толпу заключённых отправить на штурм столицы Королевства! – поддержал я, – Такая сила...

– Ага, – согласился Роберт, – Но вот ещё один вопрос... Больше личного характера...

– Не тяни. Что случилось?

– Что ты сделаешь со Стивом, Марком и Некки, если найдёшь их там? – неожиданно робко поинтересовался тот. Видимо, его пугало, что я теперь могу его придушить при желании!

– Насчёт Стива?.. – я привстал из-за стола, – Знаешь, у меня есть одна идея. Надо завершить мою проверку, Стив достаточно показал себя во всём своём репертуаре. Пришло время завершающего хода – я хочу устроить ему дуэль.

Сказать, что Роберт удивился, значит ничего не сказать.

– Дуэль?! Но зачем?

– Это будет последним ходом для моего самоутверждения над ним, – улыбнулся я, – Если он проиграет – а он проиграет, – я потрогал амулет из Изумруда Природы на шее, – То я смогу диктовать ему свою волю сколько захочу. Я тебе много рассказывал, что он ещё с самого детства меня, мягко говоря, недолюбливал. Так я смогу ему отомстить за всё это. Как тебе мой гениальный план?

Роберт выпучил на меня глаза от удивления и, со словами: “Ты псих, Джек.”, выбежал из штаба. Я посмотрел в его сторону и...

Я даже подумать не успел, как мои лозы притащили упирающегося Роба назад. Он, правда, пытался вырваться, рвал по дороге траву, пытаясь ухватиться за неё, но никто не может пойти против силы Камня Стихий. Никто.

...Даже я сдался перед его могуществом. Но получил взамен его неисчерпаемую силу! Да!

Порой, приходится идти на жертвы, чтобы получить силы, способные управлять самой Природой...

====== Глава 19: План Возмездия. ======

Рассказчик – Стив.



Я где-то слышал, что ставить свечи рядом со стеной в деревянном доме очень опасно, потому что плохая примета. Может случиться что-то ужасное – например, можно остаться без дома, если меня не устраивает жить на пепелище... Но в Ренклинске очень любят заниматься подобным, но пожары, к удивлению, их не беспокоят. Снаружи крепость, как есть – из камня, но внутри, для уюта, майнарцы решили стены обить досками, чтобы создать такое чувство, что мы находимся не в серьёхной и суровой тюрьме, а в приятном деревянном доме.

Они даже не боятся рядом со стенами держать чёртов огонь! Да они вообще страх потеряли!

Окна из стекла, на бойницах есть ставни, весь этот уют... Иногда я забываю, что я пленник, что мне запрещено слоняться без дела по цитадели, что тут полно стражи, что Макар (будь он проклят, вездесущий демон!) следит за всеми, что у того же типа есть полный Ренклинск “рук”, “глаз” и “ушей”, что и сами заключённые не самые приятные люди...

Дверь отворилась, и вместе с ней мои мысли оборвались. Мы с Некки и Марком вошли в комнату. Дверь услужливо за собой прикрыли.

Макар сидел за столом и мирно попивал кофе. Стражи не было, но кидаться на него было бесполезно.

И зачем только он нас пригласил... Вернее, одну Некки, а мы пошли за ней по её просьбе. Она страшно боялась этого типа. Она сказала, что “у него есть, что ей сказать”. И, судя по такому накрытому столу, этот разговор будет действительно важным. Настолько, что нам (то есть ей) разрешили дойти без сопровождения. Это настолько редкий случай, что, по слухам, тут было только пять человек, которые пользовались у Макара доверием.

Увидев нас, он нахмурился.

– Чёрт, вам сказали выйти, – произнесла она подавленно.

Но увидев её недовольство, Макар зачем-то махнул рукой и позвал нас всех.

– Он разрешил вам остаться.., – выдохнула она.

– Ну спасибо, – шепнул я.

Мы прошли за стол.

Некки долго беседовала со Старостой, мы пытались по её выражениям лица понять о чём они говорят. Пришли к выводу, что она была очень напугана и расстроена, а Макар чему-то мелко улыбался и говорил с такой лёгкостью, что, казалось, ему мог подойти любой собеседник. Они обсуждали это с неподдельным интересом, но для Некки это было тяжело. Я пытался угадывать:

– Наверно, про Вильяма, – шепнул я Марку.

– Думаешь?

И тут Нек сказала:

– Макар хочет поговорить с вами. Его почему-то заинтересовал ваш Хрустальный Штурвал, – удивлённо произнесла она.

– Зачем?

Нам стало любопытно. Мы подсели поближе, а она села в стороне.

И тут наш будущий собеседник взял мой рюкзак и самым наглым образом принялся в нём рыться. Наконец ему удалось с трудом вытащить круглую светяшку на свет.

– Он спросил что это такое.

Взгляд у него был недоумённый. Может, из-за того, что мы тянем с ответом...

– Это, скажи, семейная реликвия, – я придумал что ответить, – Подарок.

– Да?

– Конечно нет, говори!

Она передала эти слова Макару. Тот хмыкнул и немного повертел эту штуковину в руках. Постучал по глазу, но тот не “просыпался”. Да, нас тоже мучает этот вопрос – почему оно не работает. Роберт что-то говорил про некую энергию, которой в Штурвале нет. Может...

За мыслями я пропустил мимо ушей следующий вопрос.

– Что-что?

– Он говорит, что это интересная вещь, – скучающим голосом произнесла она, – И ещё, что он хочет узнать про неё побольше.

Вот чего захотел!

Я ответил, что у неё нет ничего интересного, поэтому мне нечего сказать. Макара это не расстроило.

– Он говорит, что хочет забрать Штурвал себе, – сказала Нек, – Что передать?

– Мы не можем его отдать. Передай, ладно? – напрягся Марк.

Теперь Макар был не таким смелым.

– Он сказал, что мы не можем ему отказать. Но добавил, что мы можем получить его назад.

– И как?

– Сейчас.

Макар сказал, что хочет с нами договориться. Через Некки он рассказал, что в Ренклинске есть группа заключённых, которые вызвали у Старосты “интерес”. Они, как правило, приходят сильные, выносливые и, вдобавок, притаскивают с собой много сокровищ. Таких людей используют в специальных соревнованиях Ренклинска, где стравливают двух соперников на аналоге ринга, дают им оружие, закрывают за прозрачными стенками и заставляют драться.

Победителю обещают свободу.

Так, а вот это уже по-интереснее... То есть, если выиграть в этих соревнованиях...

Но тут Макар сказал, что там дерутся на смерть. И ему приглянулись мы с Марком, потому что – первое – привели знакомую его злейшего врага, и – второе – принесли Штурвал. И потом он предложил нам, в обмен на свободу и блестяшку, принять участие в этих играх. Также выяснилось, что он хочет свести на арене нас с Марком.

После слов “до смерти” и “свести с Марком” я пожалел, что так радужно воспринял первую половину слов про эти игры.

Я долго не мог найти подходящие слова, поэтому сказал, что подумаю. Макар дал нам время на двое суток и предупредил, что в эти двое суток входит и подготовка к “Арене” – так назывались Ренклинские соревнования.

Нас отпустили. На душе появился груз...

Рассказчик – Роберт.



Я проснулся. Было рано, на дворе была ночь, луна была, как обычно, закрыта за облаками. Я лежал на кровати и смотрел в потолок. Я осознал, что ещё никогда я так рано не поднимался, пока жил в Нублии. Решив, что валяться всё равно бесполезно, я встал и взял со стола стакан. У меня пересохло в горле, поэтому я накинул на себя куртку и вышел на улицу и направился к общей бочке с водой.

Я окунул стакан внутрь и, набрав полный стакан родниковой воды, я сделал несколько глотков.

У меня в голове что-то щёлкнуло. Я решил проведать Джека... Напоследок.

Накануне, наблюдая за поведением Джека, а также за камнем, я понял, что надо как-нибудь забрать его и по-тихому сбежать прочь. Куда-нибудь, но подальше от этого психопата, бросив всё, но сохранив Изумруд. В моих руках он будет в безопасности.

Зная, что он в любой момент может почувствовать моё появление и проснуться, я взял на всякий случай небольшой кинжал, который лежал на столе, рядом с кроватью.

Я наклонился над постелью моего друга – сейчас или никогда.

Я приблизился лезвием к этой нити, на которой висел Изумруд и начал её аккуратно перерезать. Но как только я прикоснулся к ней, она сверкнула зелёным светом и обросла защитной лозой. Я посмотрел на джека и его немного позеленевшие волосы, вспомнил его ярко-зелёные зрачки, увидел зелёные на руках, которые шли над просвечивающими венами и решил – я спасу своего друга от силы камня! Во что бы это ни стало!

Камень овладел Джеком, он отдал ему свои силы, но взамен украл самого Джека. Он завладел им, подчинил, покорил его! Камень смог использовать против неопытного пользователя свою секретную способность, которую можно применять к кому-угодно, но в опытных руках – подчинение сознания. Я вспомнил Эйдена – он был намного опытнее, чем Джек, мог даже силу камня контролировать, не то, что этот родственничек Стива!

Я вытер пот со лба и вновь принялся за нить, но тут я увидел, как Джек начал подниматься с кровати. Он открыл свои ярко-зелёные глаза и заметил меня с кинжалом, стоящим над ним ночью.

От ужаса я выронил оружие – он может подумать всё что угодно!

– Роб? Что ты делаешь?! – прорычал он. Камень засверкал зелёными лучами.

Я попятился назад и по пути подобрал оружие:

– Я хотел забрать кинжал со стола, чтобы подточить. Успокойся, – попытался я выйти из положения, но идиот мне не поверил:

– Тебе нужен мой изумруд? – вопросил он. Я выскочил из дома и помчался прочь, но тут передо мной выросла травяная непреодолимая стена. Я увидел, как Джек начал идти на меня. Мне ничего не оставалось, кроме как встать в боевую стойку.

– Не думал я, что ты захочешь так меня вот предать, – кинул он мне, – Мы же были союзниками, но ты решил примкнуть к нашим врагам?!

– Ты про Стива? – поинтересовался я с привычной мне наглостью, – ты что – больной?! Тебе пытаются помочь, но ты сопротивлялся! Я почти отцепил от тебя камень! А Стив твой брат, с каких пор ты записал его во “враги”?

– А с тех, как он ушёл, – произнёс Джек, – Он предал меня, и всегда предавал!..

– Уверен? Точно ли это твои слова? – снова поиздевался я над ним, – Может, это Изумруд тобой управляет?

– Изумруд лишь оружие, кретин! – огрызнулся Джек и сверкнул зелёными глазами, – Короче, ты собрался уходить?

– Ну да...

– Я не пущу тебя, – сказал он как-то взволнованно, – Мне надо что ль, чтобы ты в Майнарии наши планы растрезвонил?

– И что ты сделаешь? Убьёшь меня? А кто будет тебя учить пользоваться камнями? – произнёс я и взмахнул кинжалом.

– Не знаю... Но ты точно не уйдёшь просто так, – Джек начал приближаться, – Попробуй сначала отобрать камень Ведь без него ты никуда не денешься, верно?

Его наглость впервые меня удивила.

Я отскочил в сторону и, спрятав кинжал в ножны, ринулся к воротам, но Джек с камнем были быстрее человеческих ног. Но я решил бороться и не давать поймать себя – буду использовать его слабые стороны.

Не знаю я, какие у него вообще есть слабые стороны с таким оружием, но я активно пытался их выискивать.

Вот первая лоза, как обычно, пошла прямо подо мной, поэтому я отскочил в сторону, а после резко обратно – нельзя долго находиться на земле, надо уворачиваться от всего!

Я ушёл снова в сторону и уклонился от очередной лозы, которая появилась прямо из земли подо мной. Я посмотрел назад – Джек даже не бежал. Видимо, очень хочет, чтобы я сбежал. А как же – с таким-то камнем ему любые проблемы нипочём!

Так, ещё несколько метров, осталось совсем немного, я уже готовился сделать последний прыжок за стены, как вдруг мою ногу чуть не зацепила ещё одна лоза. Я не ожидал такого удара, но вовремя метнул в неё кинжал, задержав на мгновение. Этого хватило, чтобы забежать на стену и прыгнуть вперёд.

Ай!

Я пролетел несколько метров и ударился спиной об землю. Теперь надо спускаться с горы, главное – не задерживаться ни на секунду, всегда бежать, чтобы успевать уклоняться от лоз и ростков, которых было всё меньше и меньше. Я оглянулся и увидел, как Джек смотрел на меня, стоя на стене. Его зелёный взгляд прожигал темноту, но он почему-то дальше не преследовал меня. А потом вообще медленно слез со стены и пропал.

Наверно, ему уже всё-равно. Я-то ему ни чем не помешаю, верно?

Как же он ошибается...

Я найду Стива, куда бы он ни пришёл. Вместе мы что-нибудь придумаем...

Отбежав на безопасное расстояние и спрятавшись на выступе на склоне, я начал думать, куда он мог пойти, опираясь на свою любимую логику.

Поскольку они знают, где находится Майнариеград, то они шли бы прямиком к нему. А по пути там находится Ренклинск – лагерь для пленных и тюрьма, а также важный опорный пункт перед столицей, так...

Зная этих балбесов, они бы наверняка наткнулись бы на приключения, но с ними ведь умная Некки, которая... Так я наконец решил, что пойду лесом, потому что они бы по-любому не пошли бы напрямую по дороге. И наверное уже вышли в Майнариеград...

Время шло, не надо мне его тратить...

Рассказчик – Стив.



– Этому Макару что-то от нас надо... Иначе, зачем нас приглашать нас на какие-то странные соревнования.

Мы сидели втроём в своей комнате. Две двухъярусных кровати были кстати, но мы не спешили ложиться спать. Пока наш четвёртый постоялец вышел, мы решили обсудить всё, что случилось в кабинете Старосты. Я не мог его поведение назвать никак, кроме как странным – мы вообще похожи на людей, которые готовы к каким-то поединкам?

– Не знаю, я тоже думал об этом.., – произнёс Марк, – Но меня не то волнует.

– А что же тебя волнует?

Он сделал небольшую паузу.

– Джек. Меня не покидала мысль, что тут может быть нечто большее, чем просто ссора. Может, он хотел что-то до тебя донести, а мы прослушали...

Он встал с кровати и принялся ходить взад-вперёд по комнате.

– Не знаю, пока что он просто сказал, что ненавидит меня, – я махнул рукой, – Если бы он хотел что-то сказать, то давно бы сделал это, а не...

Я осёкся.

– Ну, вы знаете, что он мне наговорил...

– Нет, я не о том, – задумчиво сказал Марк, – Я про другое. Может, ты был с ним несправедлив?

Такие заявления меня удивили. Но Марк говорил совершенно серьёзно.

– Несправедлив? С этим?! Да я был самым лучшим братом в мире! – вырвалось у меня.

– Уверен?

Он присел на соседнюю кровать.

– Коли так, он бы не нёс ту чепуху. Согласись.

Тут я не выдержал и кивнул. Моя гордость пропала.

– Может, ты как-то несправедливо, извиняюсь за повторы, относился к нему? Там, не знаю, не считался с ним, не доверял... Не по приколу, а на самом деле. Джеку, наверно, просто не хватало любви и уважения к себе...

– Да, а ещё мозгов пару грамм!

– Я не шучу, Стив. Будь серьёзнее, я пытаюсь помочь, – прервал меня Марк веским замечанием, – Это не шутки – так поссориться. Может, ты вернёшься и помиришься с ним, а я просто хочу разобраться. Ты мне поможешь.

Я кивнул и постарался быть серьёзнее.

– Так вот, ты понял, что я хотел донести до тебя? Тебе надо показать своему брату, что он тебе по-настоящему дорог. По-настоящему! Ты должен заслужить его доверие, понимаешь? Он сейчас разозлён на тебя из-за того, что ты относился к нему, как не к равному себе. Он даже начал проверки устраивать, а это уже какой-никакой, а признак. Надо тебе поговорить с ним, извиниться, пойти против своих принципов.

Я посмотрел на Некки – та спала крепким сном.

– ...А потом – на деле доказать свою преданность ему. Он тебе не доверяет, значит ты должен доверять ему, как себе. Он на тебя злиться из-за плохого обращения – так будь к нему какое-то время максимально добрым и отзывчивым. Какое-то время – пока не помиритесь, – продолжил Марк, – Выслушай от него всё, что он о тебе думает и прими это. Постарайся не быть таким, ну каким он о тебе отзовётся. Понял?

Заворожённый его речью, я медленно кивнул. Марк заставил меня задуматься об этом.

– Спасибо, правда... Мне не хватало вот этого – чтобы кто-нибудь побеседовал со мной. Спасибо тебе ещё раз.

– Не за что, пора спать, – улыбнулся Марк и лёг на свободную кровать. Укрылся одеялом и заснул.

Я ещё немного поразмыслил над этим и тоже отправился спать. Теперь я знал, что я должен сделать.



На утро нас разбудили пораньше и сразу же повели всех троих в прихожую башни. Нам сказали, что в тюрьму поступил один подозрительный человек с очками и в неприметной одежде. Он утверждал, что знает нас, поэтому нас попросили присутствовать на опознании этого незнакомца. Нам стало любопытно, потому что не каждый человек в Майнарии знаком с нами. Если только не...

Я заволновался: неужели это Джек?! Я зачастил в комнату для опознаний.

Подойдя к двери, я увидел, что рядом с ней есть окно с бронированным стеклом, окружённое с обоих сторон решёткой. Я увидел, что внутри уже сидел Макар с несколькими стражниками, а рядом с ними находился...

Сгорая от любопытства, я забежал внутрь первее остальных.

– Ну, привет, Стив. Так и так...

Я остолбенел – передо мной сидел Роберт!

– Роб?! Но что случилось? Ты же остался с Джеком и Изумрудом, – вырвалось у Марка.

От удивления я просто не мог найти подходящих слов. Марк всё сказал за меня.

Итак, мы, поздоровавшись с Макаром, присели за стол.

– Некки, ты готова переводить? – на всякий случай спросил я.

– А как же – без меня вы и не справитесь, – усмехнулась она.

Макар, убедившись, что можно начинать, начал беседу. Мы приготовились слушать, что она нам напереводит.

– Макар спрашивает вас о Роберте – ну, там, имя, фамилию, возраст и подобное.

– Ну так ты знаешь как его зовут! – усмехнулся я, – Давай, говори уже...

Она улыбнулась в ответ и передала Старосте данные нашего друга. Роберт же сидел с таким видом, будто его весь этот концерт вообще не касается.

Когда Макар лично немного побеседовал с Робертом, то Некки сказала нам:

– Роберт сказал, что пришёл нас кое о чём предупредить, и что это касается Джека, – произнесла она.

– Так, что случилось?

Она подробно рассказала историю побега Роберта из Нублибурга, как он пытался украсть камень, как он сражался посреди города, как у Джека появились ярко-зелёные глаза и позеленевшие волосы, а также откуда появились зелёные нити на коже. Сказала, что Роберт уверен в вине секретной способности Изумруда природы – что у того есть подобие разума, и что он подчиняет неопытного владельца себе, если тот не борется. Слушая эту историю, я не мог во всё это поверить... Джека зомбировал какой-то жалкий изумруд?!

– Он ещё думает, что изумруд смог как-то использовать его злость к тебе в своих “целях”, – добавила она.

– Н... Нет!.. – я не мог подобрать даже подходящие слова, чтобы переварить эту историю, – Я ни за что не поверю, что он пытался тебя убить. Это звучит, как бредятина.

– А я вот тоже не верил сначала, – ответил недовольно Роберт, – Думаешь, мне было так легко убежать?! Да я вообще не имел понятия, что камень на такое способен! И, наверное, мы правильно делали, что редко пользовались им в Юкатании. А то он бы и нас того...

– Хорошо, и что же он собирается делать?

– Джек с Родджером и Онцелитом хотят объединить Нублию и пойти на штурм Ренклинска, – сказал он.

Думая, что помощь Макара нам не помешает, Некки просветила его. Ничего, кроме искреннего смеха эти слова не вызвали. Он не верил, что они – малочисленный народ, у которых из оружия максимум стреляющие палки, сможет такое провернуть. Я тоже не верил в это и искренне посчитал Джека психопатом, как и его шайку. Но камень...

– Во-во, я о том же. Твой брат – псих! – выговорил Роб.

– Поаккуратнее со словами, понял? Надо просто отобрать камень и всё, – вступился я на защиту.

Тут, как только мы опять посветили Старосту в курс дела, мы решили создать план поимки Джека. Он заключался, грубо говоря, в том, что когда нублийцы пойдут в атаку, эту троицу заманить внутрь, а потом постараться ликвидировать. Пока мы думали чем ликвидировать Джека, Некки предложила заказать у Охотников партию их техномагического оружия.

Так, с оружием определились.

Дальше, когда камень будет в безопасности, мы договорились привести его в чувство, а потом Макар согласился в обмен на отступление нублийцев и восстановление города, отпустить нас туда, куда нам нужно – то есть, в Майнариеград.

– Так, план есть. Осталось ждать, – ухмыльнулся Роберт.

А потом обратился к Макару со словами: “Мы доверяем друг другу?”. Он пожал ему руку и принял наш союз. Как же полезно запоминать новые майнарские слова!

Отлично, остаётся только ждать возмездия от своего брата. Мы выбьем из него всю дурь.

====== Глава 20: Война Джека. ======

Рассказчик – Джек.



Сегодня не мог долго заснуть. День выдался большой, подготовка к грядущему наступлению против Королевства шло в полную силу. Мы задержали несколько отрядов майнарцев, которые пытались проникнуть в город, но камень изменил их судьбу – за жизнь они согласились стать нашими союзниками. Наша уверенность в скорой победе возросла, как никогда. Даже без Роберта, который так нагло посмел предать меня. Он мне теперь не нужен, сам камень начал мне открывать свои секреты, я словно просидел одиннадцать лет учёбы по правилам использования Изумруда! А прошло на самом деле около пары месяцев. И я уже мог бы назвать себя повелителем Изумруда, если бы...

Из-за чего, собственно, не смог уснуть... Вот как раз из-за этого случая.

Я уже давно заметил, как мои руки оплетали некие зелёные светящиеся нити, и зелёные глаза заметил, и позеленевшие волосы с бровями... Всё это меня устраивало, потому что я думал, что так и должно быть. Эйден, наверняка, умел убирать на себе такие “метки”, эх, он бы мне здорово помог. Но сегодня я привычно перед сном сходил помыться.

И как только я посмотрел в зеркало, я увидел такую душераздирающую картину, которую не мог бы себе представить даже в самом кошмарном сне, ни один фильм ужасов меня бы так не напугал, даже самый противный и мерзкий, как то, что я увидел в отражении. Я ощупал нижнюю часть лица трясущимися руками и медленно начал отходить назад, всё ещё не веря в то, на кого я смотрю в отражении. Я бы и не узнал бы себя, если бы не знал, что это моё лицо...

Нити. Эти зелёные нити начинали распространяться по телу! И они добрались до моего лица. Вся нижняя часть моей рожи, и так не самой прекрасной на свете, теперь стала ещё более откровенно изуродованной – всё, что находилось ниже носа заросло тонкой сеткой из этих нитей, а кожа начала слегка покрываться прозрачными, еле различимыми пятнами.

Увидев этот кошмар, я упал на колени перед зеркалом и закрыл лицо руками. В этот момент я боялся больше всего только одного – что кто-нибудь увидит меня таким, мне хотелось метать и кричать от злости, я пытался голыми руками сдирать эти надоедливые нити с лица, но они так приросли к коже, что они сдирались только с кожей. Я отчаянно царапал лицо руками до крови, но, осознав, что ничего не могу сделать, схватил кинжал и принялся резать эту проклятую верёвку, на которой висел вечно светящийся Изумруд, но нить покрылась защитными лианами и не поддавалась. В отчаянии я закричал и кинул в зеркало этим же самым кинжалом, который разбил его вдребезги.

Я лёг на кровать лицом вниз и от горя чуть не заплакал, но сдержался. Я попытался ещё раз снять амулет, но он всё также не снимался. Словно какая-то неведомая сила сдерживала меня в моём страстном желании избавиться от Изумруда.

Но вскоре, когда я понял, что бессилен против этой магии, я оставил амулет в покое. Я твёрдо решил разыскать Стива – он мне поможет!..

И тут, как только я сжал кулаки, чтобы поддержать решимость, в мою голову словно ударил разряд тока. От невыносимой боли я схватился руками за голову. Я валялся, катался по кровати, упал на пол и продолжил кататься там, лишь бы как-то сбить эту невыносимую боль в голове!..

– А-а-а!

Я позвал на помощь, и тут боль немного утихла. Потом некая неведомая сила понесла меня на ногах обратно к кровати. Я сел на краешек.

“Ты просишь помощи? А как же предательство твоего брата? Неужели ты готов простить ему этот грязный поступок? Ведь это именно он неправ, он заставил тебя чувствовать себя виноватым. но на самом деле виноват именно Стив. Именно он бросил тебя в трудной ситуации, когда ты нуждался в помощи, но он посчитал свои дела более важными, чем твоя жизнь!..”

Слова в голове звучали удивительно чётко, эмоционально, убедительно, словно этот некто упрашивал меня кое-что сделать...

“Иди, подбери свой клинок, дорогой друг. Иди, возьми его. Возьми и положи в свои боевые ножны. Он тебе обязательно понадобится, когда Стив нападет на тебя и попытается убить, чтобы доказать тебе, что он прав. Но не сдавайся, борись до конца, борись с честью, борись за себя и за других, ведь именно ты – спаситель народа нублийского. Стив хочет союзничать с метрополией, он хочет убить и тебя, и всех нублийцев, и всех твоих друзей. Он хочет тебе мстить за все обиды, которые ты не совершал. Борись, Джек Джонсон, борись! Твой вечный слуга до конца, Изумруд Природы...”

Но тут я заметил, как Изумруд погас. Нити на моей коже тоже.

Изумруд говорил очень правдоподобно, он на самом деле прав – я должен доказать, что именно я прав в нашем конфликте, что он не имеет право посягать на нублийский народ!

Неожиданно прибежал Родджер:

– Джек? Вы звали меня?

– Разумеется, мой дорогой друг, – сказал я на удивление бодро, – Мы ведь уже собрали достаточно сильную армию с объединённх городов Нублии?

– Разумеется, но что у вас с лицом?!

Я заметил его мимолётную улыбку.

– Неважно. Все эти пять тысяч солдат готовы к боям?

– На все “сто”, повелитель Изумруда, – поклонился он мне. Ишь ты, как боится он мой камень! – Предлагаете завтра же начать поход?

Я сделал небольшую паузу.

– Да.

Я сверкнул зелёным пронзительным взглядом, я готов к мести.

Стиву от меня не убежать!

Рассказчик – Джек.



Сегодня я проснулся рано утром, чтобы убедиться, что я взял все вещи с собой. Я надел новый крепкий кожаный ремень и повесил на него двое моих ножен, положив в них два кинжала, за спину повесил небольшой щит, который должен был защищать меня от ударов в спину. Например, таких, какие наносил всю жизнь мне Стив.

Надел и застегнул на теле ещё одни ремни, которые держали щит и небольшой металлический нагрудник. Обул новые ботинки – гораздо лучше, чем те, в которых ходил до этого, потом застегнул на коленях наколенники с шипом и налокотники, тоже шипастые. Будут как дополнительное оружие против майнарцев. Но основную работу будет выполнять именно Изумруд, а также пара кинжалов. Я ими учился орудовать всё время, как только ушёл Стив, они не должны подвести, тем более я их усилю силой Изумруда.

Теперь я по-настоящему готов к этому походу. С камнем мы ещё и не те горы свернём!

Я вышел на улицу, где уже готовые ждали меня мои соратники – Родджер и Онцелит. У них были намного навороченные оружия в виде мечей, но я был всех их сильнее. Они меня слушались и боялись, и этому я был рад.

Какая, оказывается, интересная вещь, эта покорность!

– Нам, чую, даже армия не понадобится, – усмехнулся я, – Ну, готовы к нападению? Помнится, вы говорили, что Ренклинск – маленькая крепость...

– Точно так, господин, – ухмыльнулся Родджер, – Но армия будет лишь отвлекать обороняющихся. Не забывайте, что Изумруд – не самый сильный камень. На него иногда не стоит надеяться...

– Стоп, что?

– Говорю, что надо нам быть осторожнее с камнем. Чтобы не потерять.

Я посмотрел на него – он криво улыбнулся.

– Фу-ты! Не пугай так больше, ладно? – отмахнулся я.

Прошло ещё полчаса.

– Сколько времени?

– Через час отправимся, – ответил Онцелит, – Армия ещё не готова до конца.

– Что случилось?

– Сборы идут. И построение.

– Какое, к чертям, построение? – повысил я голос. Мои зелёные глаза угрожающе сверкнули, – Мы не можем просто отправиться в поход? Безо всяких там прибамбасов?

– Разумеется можем, – живо ответил Родджер.

– Так чего тянуть? Враг, наверняка, уже знает точное время наступления. Мы можем пойти раньше и застать их врасплох, – воодушевлённо сказал я, – Так что, надо собрать необходимое и идти.

Я потрогал шею – надо немного ослабить золотую лиану. Это иногда неудобно, потому что я говорю, но при этом я слышу себя и не понимаю, что я вообще сказал. Хорошо хоть, что собеседники понимают...

Я встал с земли и, расправив руки в стороны, выкрикнул, как ненормальный:

– Стив, мы идём!! Беги отсюда! Уноси ноги!

Я посмотрел на недоумевающих друзей и осёкся.

– Ладно, идём. Они, вроде, внизу собираются?

Они кивнули. Мы вышли из опустевшего Нублибурга – каждый будет участвовать в походе, все согласились помогать нам в нашем общем деле. Может, не все по своей воле, но согласились.

Мы быстро спустились с горы и направились к нашей небольшой армии, готовой прикрывать нас во время битвы. И пока Онцелит проговаривал пламенную речь, я обдумывал нашу с братом встречу. Я волновался – он хорошо подготовился, я уверен. Запасся странным оружием Охотников... Я усмехнулся – он зря отдал мне камень. Он надеялся, что с ним я не попаду в беду, а теперь с ним я не только не погибну, но и помогу нублийцам обрести свободу. Я горжусь тем, что я делаю, я помогаю угнетённым, причём по доброй воле, сам. Стиву этого не понять. Ему лишь очень-очень хочется домой.

Но разве он сам не называл Нублибург своим новым домом?

Нет, так не пойдёт. Если кто-то и хочет первым нанести удар, то им буду я... Вернее, мы. Нублийцы. Может, это война майнарцев и нублийцев, до начала которой остаются считанные минуты, но для меня лично это война со Стивом. А вернее, месть за то, что он мне преподнёс. За эту боль и обиду. Пусть опробует своё же оружие на вкус, когда окажется связанным по рукам и ногам моими лозами.

Онцелит завершил свою речь, которую сейчас же одобрили сотни восторженных голосов. Меня позвали к армии, я поднялся с земли и подошёл к Онцелиту.

– Готовы к походу?

– Да, то есть так точно, господин Джек, – ответил он. Мой вид его пугал, но на нити на лице я уже наплевал.

– Тогда.., – я вытащил из ножен кинжал, который тут же засиял зеленым светом, лучи от него шли во все стороны, я был, словно великий полководец на фоне сияющего солнца – только солнце было ярко-зелёное. Я взмахнул кинжалом и оставил рассекающий зелёный след в воздухе. И выкрикнул решительно:

– ...Вперёд!!

Под восторженный гул, я спрыгнул с камня, с которого вещал Онцелит, и побежал вперёд. Прямо на границу Королества. Я чувствовал тогда себя так легко и смело, словно и вправду был каким-нибудь римским полководцем, ведущим свою армию на вражеский город. Может, наша армия и состояла из неумех с тем, что подобрали по пути, вся наша сила была во мне, а точнее – в Изумруде.

Он и был нашей армией.



Мы вышли на равнину. Огромную, поросшую травой, с единственной дорогой, которая вела прямиком в Ренклинск. Когда мы пробивали одиночные пограничные заставы, мы тренировались, чтобы потом встретиться с профессиональными защитниками тюрьмы. Я был на полной, не жалел себя. Мне, правда, помогал камень – подливал сил для бега – но я всё-равно запыхался и решил дальше не бежать, пока сам город находился далеко. О нашем появлении, наверняка, узнала вся Майнария. Вот удивились бы люди, узнав, что всего две тысячи нублийцев во главе с двумя благородными воинами и каким-то зелёным человеком с амулетом на шее смогли взять город, который считался неприступным! Я с удовольствием запишу это в список достижений, если выживу.

Но с Изумрудом я обязательно выживу.

Постояв, мы пошли вперёд пешком, нас уже обгоняли те, кто ещё не устал, а мы втроём шли размеренно, в окружении “гвардии”, которую выбрали за пять минут накануне. Воевать-то должны были мы, а не нублийцы. Нам нужны силы, поэтому экономили.

– Ну что, как вам марафон в несколько километров по пограничным деревням и постам? – усмехнулся я.

– Да, было весело. Столько народу к нам присоединилось, – согласился Родджер, – А как твой камень?

– Вообще-то, ВАШ камень. Не забывай, с кем разговариваешь, – высокомерно произнёс я и выпрямился, – Стоит мне только сказать, и эта лиана разрежет тебе горло.

Я нахально ухмыльнулся. Да я и впрямь диктатор! Это самое лучшее чувство, что я испытывал!

– Ой, извини... те, извините меня, господин, – произнёс он, захотев сначала сказать “извини”, а потом добавив “те”, увидев мой гневный зелёный взгляд, – но вы же не задушите своего лучшего друга? Вашу замену Стива?

– Разумеется, нет. Пока что. А насчёт “замены Стива” ты прав, – улыбнулся я, – идём, Онцелит уже вырвался вперёд. Думаю, без меня он и секунды не продержится.

Он угукнул. Я ринулся вперёд, а он побежал сзади, выхватив лук и спрятав меч.

Рассказчик – Стив.



– Стив! Немедленно беги сюда! Я отвечаю, такого ты ещё не видел!

Ко мне ввалился запыхавшийся и напуганный Марк. Видимо, это “что-то” его так встревожило, что его “барьер молчания” сломался напополам, как кирпичная стена.

– Что там?

– Идём, – он взял меня за руку и силой вывел из камеры.

Я освободился и побежал сам. Во мне заиграло любопытство и одновременно тревога.

Забежав на самый последний этаж тюремной башни, я увидел, что тут нас поджидал и Староста вместе с Некки и Робертом. Увидев меня, последние спрятали взгляды. Меня это насторожило.

– Так, что тут? Что случилось?

– Только не волнуйся.., – произнесла Некки. Я посмотрел в её напуганные до смерти глаза и обомлел – такой она ещё никогда не была, даже когда она увидела смерть Вилли, она не была так напугана!

Я выглянул в окно и всё понял.

На горизонте творилось какое-то оживление. Из утреннего тумана появлялись то одни, то другие люди, которые бежали стреляя по крепости из самодельных луков. Они бежали без остановки, злые, с обнажёнными кинжалами и топорами, некоторые были просто с палками и дубинами. Они вступали в схватку с теми, кто пытался выйти на переговоры и убивали, порой очень кроваво. Но тут в центре всей этой толпы я заметил одного выделяющегося человека в знакомой каштановой куртке и в коричневых штанах. Он отличался от других тем, что был почти безоружен, а рядом с ним появлялись и исчезали ростки и лианы, душившие солдат и параламентёров, вокруг него было непереставаемое зелёное свечение.

В голове промелькнула мысль... Изумруд... Ростки... Джек! Это он!

В глазах потемнело, тогда я чуть не потерял сознание от волнения и осознания того, что этот псих всё-таки решился напасть! Я думал, что это он не в серьёз, но он так рвался к воротам, отражал стрелы и убивал лозами врагов, что...

Во мне пробудилась решимость. Сейчас или никогда.

– Меч охотников. Где он?

Макар, наблюдавший за врагами в подзорную трубу, обернулся и показал лежащие на столе маленькие ножны, в которых поблёскивала синевой рукоять металлического клинка от кинжала.

– Мне жаль, Стив.., – произнесла Некки. Я обнял её:

– Полно тебе, успокойся.

Она присела. Я подошёл к столу и взял ножны.

– Мы специально заказали именно кинжал. Подумали, тебе так лучше будет, удобнее, – сказал Роберт, – Это как короткий меч, а свойства те же. Попробуй.

– Интересно, и кто им такое чудо делает.., – я вытащил оружие и осмотрел. Если бы на кинжале не было синего камня, на его лезвии не переливались серые и синие цвета, а рукоять не блестела, это был бы обычный короткий меч.

– Говорят, что Союз Света, но не суть. Сейчас надо другую напасть остановить. Твоего братца!

Я повесил ножны на пояс и направился к выходу. Ко мне подошёл Марк и тронул за плечо:

– Ты, это... Будь осторожнее, короче, – произнёс он, – Ааргх! Я не знаю, что говорят в таких ситуациях! Иди, короче, удачи.

– Будь осторожнее и не забывай про план, – добавила Некки.

Я кивнул им и выбежал из комнаты. За закрывающейся дверью я заметил, как Макар схватил арбалет и выстрелил.

Ну, пора успокоить своего психанутого братишку.

Рассказчик – Джек.



Так, лиана... Ещё один готов, а я пока что ещё не использовал свои кинжалы, пролежавшие в ножнах ещё с начала похода. Да, думаю, и не придётся.

– Джек, вы как?

Я обернулся. Родджер сделал несколько выстрелов по стене, а после застрелил майнарца, который пытался зайти сзади меня.

– Спасибо, что прикрываешь, друг! – крикнул я, – Я даже не поцарапан, представляешь?

Наконец я решился выхватить кинжалы, которые всё также сияли зелёным светом. С ними я побежал на группу вражеских солдат. У нас завязался бой, но вскоре сила камня взяла вверх. Кого-то задушил, да так, что порвал шею, а другие в панике убежали, но бедняк вскоре настигла та же участь, что и его друзей. Последний, которого уже не мог достать, застрелил прикрывающий меня Родджер.

– Давай сюда!

Но тут я заметил, как из бойниц высунулись десятки арбалетчиков и стрелков, которые выпустили по нам настоящий дождь из стрел и пуль. Я кинулся в сторону, отбивая лианами некоторые стрелы, но это – да, заставило меня попотеть.

– К стене! Быстрее!

Мы бросились к стене, но до неё нас отделял ров с поднятым мостом. Я сообразил:

– Готовься! Сейчас полетим!

Я выпустил одну из лоз в стену, которая там приклеилась. Одну из них я дал Родджеру, а другую вовремя прибежавшему Онцелиту.

– Погнали!

Я прыгнул в ров и полетел на лозе через него! Хорошо, что мы почти моментально добрались до ворот, а то пришёл кто-нибудь и попытался нам обрезать канаты. Мы успели.

– Зачем ты рискуешь?! Золотые выбросить не пробовал?! – огрызнулся Родджер.

– Ну извини! Много сил отнимают твои “золотые”! – крикнул я.

Мы прислонились к воротам и начали думать, как мы их сломаем. Мы смотрели, как армия нублийцев отвлекала на себя майнарцев, неся огромные потери.

– Онцелит, сообщи, чтобы отступали, – приказал я, – А то мы без армии останемся!

Тот достал рацию и крикнул в неё: “Назад! Отступайте! Миссия выполнена, отступайте!! Что? В смысле “почему, раз мы побеждаем”?! Я сказал, что надо отходить, значит отходите! Без вопросов!”

Связь закончилась.

– Джек, попробуй камнем. Ты же можешь! – крикнул Родджер, застрелив из лука ещё одного защитника Ренклинска, – Я тебя прикрою, пока ты возишься. Давай!

Ругаться на невежливость я не стал, поэтому я напряг все силы, чтобы золотыми лозами – они самые эффективные в моём “наборе” – выбить ворота, вырастив их прямо под ними, у порога.

Сил потребовалось очень много, но я смог сделать это – ворота выбиты. Раненный в плечо Родджер свернул лук и ринулся в проход, за ним побежали и мы, отстреливаясь на ходу от майнарцев.

Поле брани позади, майнарцы не смогли остановить нас. Ну держись, Стив! Я же знаю, что ты тут – куда тебе ещё деться, если ты такой раздолбай!..

Мы осторожно прошли в Ренклинск и направились в башню. К нашему удивлению, её никто не охранял.

– Тут могут быть ловушки, смотрите в оба, – шепнул я, —Стив и не на такое способен...

Мы аккуратно прошли внутрь. Дверь была открыта и, словно услужливо подсказывала: “Вам сюда, гости дорогие!”.

Преодолев коридор, убив время на поиск “правильного”, по моему мнению, пути, мы вышли в большое просторное помещение, напоминающее какой-то зал. Я бы назвал это парадным входом в какой-нибудь дворец, немного напоминающий тот, который был в Цитадели Эйдена.

Мы втроём встали в дверях и не могли пошевелиться. В противоположном конце зала стояли с гневными взглядами наши бывшие друзья во главе со Стивом. Роберт, Марк, Некки... Все они меня предали, выходит.

– А! Неужели это ты? – начал я первым, – Решил сам выйти ко мне, навстречу смерти?

– Д-Джек... Что с тобой?!

Моих собеседников шокировал мой вид, я решил это использовать:

– Ну, такие дела. Тебе не обязательно знать, что случилось. Я сюда пришёл за одним, – я выхватил оба кинжала из ножен и, взмахнув ими, направил на Стива, – За местью.

– Передо мной всё тот же Джек, только Изумруд изуродовал его, – услышал я голос Роберта, – Я слышал, что камень может захватить тело носителя, если тот не умеет обращаться с такой опасной игрушкой.

Мы начали сходиться.

– Джек, я... Я тебя не узнаю! – сказал Стив, – Что с тобой сделали, что ты пришёл ко мне с мечом, а? Что, в конце-концов, случилось?!

Он подошёл вплотную.

– Давай я тебя выслушаю, хорошо? Я хочу понять, почему ты ополчился на меня? Если это камень так тебя преобразил, то что за муть ты говорил тогда, когда погиб Вильям?

– Смысл пересказывать? Ты и так всё прекрасно знаешь, просто тянешь время, – я не остался в долгу.

Мы немного постояли молча.

– Так, всё, Стив. С меня хватит! – я не выдержал. Если этот предатель хочет всё выяснить, то пусть получит и не обляпается, – Я лишь хочу твоего уважения ко мне, твоей преданности! А что я получаю взамен? Что, а? Правильно – игнор моих знаков! Ясно тебе? Ясно?! Я буквально кричу о том, что я хочу от тебя! Я хочу, чтобы мы жили нормально, чтобы были равными между собой, понимаешь? Чтобы не было этих бесконечных ссор, драк, позора в конце-концов!

Стив улыбнулся мне и убрал оружие.

– Только и всего? Джек... Но ради чего ты пришёл сюда с мечом? Ты хотел убить меня? Но зачем?

– Я... Я не знаю, – у меня закололо в голове, я выронил кинжалы.

– Джек, у тебя волосы засветились! – испуганно отскочил он, – И брови, и глаза! Что происходит?

Я упал на колени – эта нескончаемая боль сводила меня с ума! Я крикнул:

– Стив! Сними амулет, прошу! Сними амулет!

– Сейчас...

Но тут я резким движением ударил Стива в живот и, схватив за воротник, повалил на землю.

– Стив! Чёрт...

Марк попытался вцепиться в меня со спины, но моя вторая рука отбросила его в сторону. Я не ощущал связи с телом, словно кто-то из вне действовал на меня. Кто-то управлял мной!

Я заметил, как по всему моему телу засветились нити, глаза сияли, словно прожектора, волосы и брови, вместе с камнем тоже во всю сияли зелёным светом.

Я не владел собой... О Боже! Стив...

Я, вернее Изумруд моими руками, душил Стива и отбивался от тех, кто пытался мне помешать. А самое худшее – я всё это видел, но ничего не мог сделать. Я не хотел его смерти, я лишь хотел добиться от него прощения и правды, но не этого! Изумруд природы, убирайся из моей головы!! Убирайся!

А в это время упирающийся брат освободил руку, выхватил своё оружие и сумел активировать. Я обрадовался – сейчас он победит меня и снимет Изумруд, но камень посчитал иначе, подобрал кинжалы и накинулся на моего брата.

Я был, словно сторонний наблюдатель, вселившийся в своё тело. Не более.

Рассказчик – Стив.



Я отошёл подальше от этого психа и приготовился отразить очередной удар. Его зелёные глаза. казалось, горели ненавистью, он весь казался одним сплошным зелёным светилом! Джек долго выжидающе смотрел на меня, готовясь наскочить и раздавить, как секунду назад.

Я не ожидал от своего брата такого обмана... Я был в праведном гневе от всего этого кошмара! Неужели, он притворялся, что ему нужна помощь, чтобы неожиданно повалить на землю и задушить?! Я никогда не думал, что он на такое способен... Я ж шёл к нему с открытым сердцем, откровенно хотел оказать помощь, ведь он просил... И обманул меня! Как подлец!

Ну теперь я должен отнять у него этот несчастный Изумруд! Я готов, подходи...

Джек взмахнул лезвиями и налетел на меня, словно какой-то дикий зверь. Я видел, как он пытается вызвать из земли ростки, чтобы, словно в щупальца схватить меня и выжать все соки, но каменный пол не позволял ему использовать камень. У меня есть преимущество!

Он ударил меня одним из кинжалов, я парировал удар. Наши лезвия заискрили железом, я напряг все силы, чтобы освободиться от его оружия, но он, словно, начал включать свои “резервы”.

И тут раздался толчок такой силы, что я отлетел в сторону и упал на спину. Я увидел, как в стыке мечей словно что-то взорвалось, а потом оттуда начали идти некие прозрачные зелёные волны. Он сразу же налетел на меня и ударил по мне. Хорошо, что я успел блокировать удар и увести его в сторону, а сам – уклониться и встать на ноги. Я видел, как мои друзья сражались с Родджером и Онцелитом. Они прикрывают меня!

Его новая атака была стремительнее предыдущей, наши мечи вновь скрестились, но тут я понял, что хватит с него сопротивления. Я решил действовать смелее.

План был такой: увожу его лезвие в сторону и выбиваю из рук, а после резко рублю нить амулета с Изумрудом. Ну что, пора забрать камень обратно. Ведь, кто дал, тот и может отобрать!

Я, как и задумывалось, увёл один его клинок в сторону, а другой рукой придержал его вторую руку. Мы сцепились, теперь самое важное – повалить его, но тут он освобождает свою руку с первым кинжалом и готовится нанести удар. Я вовремя пинаю его ногой в живот и, отпустив его руку на мгновение, я атакую и оставляю порез. Он истошно завопил и выронил кинжал – из его раны потекла зелёная сверкающая кровь. Потом я беру его оружие, блокирую его молниеносный удар в шею, а после резко подсекаю Джека. Он упал, но подняться я ему не дал, мигом налетев и, наступив на руку с оружием, принялся за амулет. Камень сопротивлялся, защищал нить со всех сил, Джек рычал и пытался вырваться. Его голос был искажённым!

Но мне было всё-равно – я знал, что он стал таким благодаря камню, поэтому я дал себе клятву, что перережу эту несчастную нить во что бы мне это не стало! Я снова вцепился в амулет и принялся резать обвитую золотой лозой нитку. Мой кинжал засверкал на максимум своим синим светом, он слепил меня, но я не сдавался. Я должен доделать это... Я должен забрать камень и вернуть своего брата! Сил оставалось всё меньше, Джек сопротивлялся, он рвался и метался, словно дикая собака, он боролся со мной! Я ещё больше зажал ему руку и продолжил пилить эту стойкую ниточку, которая начинала меня бесить. Я вспотел от перенапряжения, но не сдавался. Я говорил себе: “Давай же, слабак! Осталось совсем немножко! Ты сможешь! Давай!!” Я почти разрезал защиту камня, осталась сама нить, которую я наконец-то рассёк.



Камень потух и упал на мои руки вместе с обрывком от нити. Я забрал у побеждённого Джека последний кинжал и встал на ноги. Я был заворожён – я держал в руках источник всех моих бед и несчастий, да и не только моих. Я понял, что и Террора воевала за камень, и Антитеррора, и Охотия, и Нублия, и Майнария, и мы – всё это, все эти беды и страдания, горе и смерти – всё это принёс первый камень стихий, который мы с таким трудом достали.

Но, чтобы я ни говорил, как бы я не ругал Изумруд и его создателей, он – лишь часть от того, зачем мы их собираем – он вернёт нас домой. Он – одна двенадцатая нашей свободы, нашего дома, нашего спасения! И как бы мне не хотелось найти способ уничтожить эту каменюгу, я не мог этого сделать – так я бы просто убил столько трудов и работы, чтобы его получить, фактически – отвоевать. Лишь опытный может контролировать его, а слабые духом будут обречены стать его телом. Зачем камню тело – непонятно. Наверно, это знает только сам Изумруд, и нам это ни к чему.

– ...Или мне назвать тебя Ваффлс, а? – улыбнулся я и отдал его прибежавшему Роберту, – У тебя он будет в безопасности.

– Думаешь? Что – ты отказываешься от мощнейшего оружия? – подмигнул он, – Помоги ему встать, чего ты?

Я кивнул, и мы вдвоём подняли Джека на ноги. Тот пришёл в себя, начал с испугом рассматривать свои руки и лапать подбородок, но эти уродливые нити пропали, глаза снова стали живыми – карими, а волосы – коричневыми, какими и были всегда.

– С... Стив? Я в порядке? На мне нет больше этих линий?

Тут он схватился за раненую левую руку.

– Ай... Стив, а можно было и без этого, а?

Тут я так обрадовался, что едва удержался, чтобы обнять его, или похлопать по спине, но я боялся сделать ему больно.

– Ты в порядке? Извини – ты хотел меня зарезать.

– Правда? – он усмехнулся, – Ишь ты!.. Готов ради своего брата ранить своего брата!

Теперь я окончательно убедился, что это мой Джек – живой, родной Джек! Он вернулся ко мне!

– Блин, я так рад тебя видеть, – вернулся Роберт.

– А что – я разве пропадал?

– Да. Ведь только что это был Изумруд, а не Джек.

– Ха, и вправду!.. – он посмотрел на меня печальными глазами – такой искренний взгляд я не видел у него очень давно.

– Джек, ладно – я извиняюсь за то, что был таким...

Он неожиданно заткнул меня:

– Мне плевать, кем ты был. Ты мой брат, – шепнул он, – Мир?

Он протянул мизинец.

– Нет, это уже совсем детсад какой-то!

Я прыснул, но всё-таки протянул и свой. Мы связали наши пальцы.

– Всё, мир, Джек, – я облегчённо выдохнул.

– Да... Но больше не говори, что я ем руками за обедом – вот тогда всё будет ещё лучше, – улыбнулся Джек.

Но тут я услышал сзади чей-то знакомый голос. Марк и Некки выпустили обезоруженных напарников Джека и тоже обернулись. К нам направлялся Макар, держа в вытянутой руке пистолет. За ним шло, по меньшей мере, человек пятьдесят. Родджер с Онцелитом тоже собрались бежать, но тут со двора пришло ещё столько же солдат.

– Погодите... Макар говорит, чтобы мы немедленно сложили оружие и сдались! – громко сказала Некки, стоя в боевой позиции с трофейным луком. Она едва зарядила стрелу и натянула тетиву, как вдруг десятки стволов направились на неё. Она с криком выкинула лук и подняла руки.

– Знаете, – неожиданно начал Макар. Изумруд в моих руках засветился. От неожиданности я его выкинул и перевод пропал. Я хотел поднять его, но не успел – солдаты заметили меня и взяли на прицел.

– Макар говорит, что у него не хватает достойных игроков на Арене, поэтому он решает взять нас в плен, чтобы заставить участвовать в соревнованиях, – произнесла Некки дрожащим голосом.

– Шоу, значит, ему нужно?.. – произнёс Роберт и неожиданно выкинул свой кинжал, – Я сдаюсь!

Он поднял руки и направился к Некки. Мне тоже пришлось выкинуть оружие и сдаться.

– Стив?

– Тише, Джек. Не надо сопротивляться, – ответил я и взял у него кинжал, а после бросил на землю.

Макар самодовольно прошёл к нам во главе ста солдат. Потом нас скрутили и направили в Башню.

– Предатель! – только и выкрикнул я.

====== Глава 21: Игра Макара. ======

Рассказчик – Стив.



Наконец-то мы с моим братом снова воссоединились! Этот день можно отмечать, как настоящий праздник, потому что наш конфликт, который растянулся на всю нашу жизнь, наконец-то решился! Раз и навсегда! И в этом не столько моя заслуга, что я смог захватить камень, а, скорее, самого Джека, потому что он понял, что ссорой ничего не изменишь, что надо идти на компромисс, надо мириться, говорить. Даже так скажу – надо договариваться.

И мы договорились, навсегда! Теперь мы снова связаны нерушимыми нитями, как теми, которыми был некогда связан Джек, но только с Изумрудом. А теперь эти невидимые ниточки связывают нас навечно дружбой. Вечной дружбой! И было бы всё так радужно, если бы Макар не предал нас. Он же клялся, что выпустит нас, как только мы поможем ему отстоять Ренклинск! Мы помогли, а он вдруг возомнил, что мы с моими друзьями – идеальные игроки для его Арены.

Вот ведь свин паршивый!

Но, раз мы хотим сбежать, надо придумать план, потому что так просто не убежишь из укреплённой тюрьмы, которая, простите-извините, главная крепость на пути к Майнариеграду.

Я твёрдо уверен, что теперь никакой Макар не разрушит нашу с Джеком дружбу. Мы можем действовать вместе, и победить. Любого, если захотим! Такой настрой мне нравится в моём брате. Он готов действовать, как и я.

Хорошо, что Староста дал нам время на подготовку к этой “великой” битве. Он дал нам время, чтобы хорошенько всё разузнать, познакомиться с нашими противниками и придумать план. Ведь до Игр оставалось пару недель. А большего нам и не надо – мы и так, за то время, что шли сюда, всему, что нам пригодится, научились. Единственное – потренироваться, потому что всё-равно единственное оружие, которое разрешено на Арене – один кинжал или нож, если ты “профессионал”.

Все вещи у нас отобрали, даже Штурвал, который и так ничем не может навредить. Про Изумруд я вообще молчу... Хоть он и волшебный, он тоже не способен преодолеть каменные стены крепости и башни.

Выходит, он тоже пустышка. Но у Макара заела паранойя...

План, который мы придумали за этот день, состоял в том, что мы, если Макар отказывается нас отпустить честно, как и договаривались: после победы, то нам должны помочь Роберт, Некки и Марк. Они, пока идут соревнования, должны незаметно сбежать и укрыться у единственного выхода. Когда Макар будет с сопровождением нас “отпускать”, они должны нас выручить. С трофейным оружием они многое смогут, особенно Роберт...

Весь этот последний день перед Ареной мы готовились к побегу и тщательно старались изучать Ренклинск. Иногда – с угрозой для жизни, под дулом пистолета. Также мы познакомились с двумя нашими с Джеком противниками на будущей Арене. Думаю, на этом моменте надо задержаться поподробнее. И расскажет про этот случай Роберт. Потому что сам ничего из диалога не понял.

Рассказчик – Роберт.



Это случилось на пятый день нашего повторного заточения. Мы возвращались из столовой всей компанией, общались между собой – обсуждали побег и немного говорили про грязный пол для незаметности, как вдруг наткнулись на компанию из трёх заключённых, которые, как ни в чём не бывало, разговаривали у себя в кругу. Но, как только мы подошли поближе, они, разумеется, сразу нас узнали. Разумеется – они в курсе, с кем должны сражаться. Макар снова всё спалил.

– Так-так-так, а кто это тут у нас? А – будущие смертники Арены? – усмехнулся первый – тип в чёрной майке, каким-то серебряным медальоном на шее и с чёрными волосами. Наверно, их главарь. Вёл он себя максимально нагло, даже за стенами Ренклинска.

Мы захотели пройти мимо, но он нас задержал:

– Так-так-так, куда мы собрались? Может, поболтаем? Перед Ареной надо набраться смелости!..

– Так, не заливайте тут, – ответил я и дёрнул свою руку, которую тот держал. Он нахмурился, – Слыхали, небось, что спорт должен быть без крови?

– Там ничего не говорили про вашу кровь, – ответил второй – менее радикальный придурок в коричневом незастёгнутом пиджаке.

– Хорошо, раз уж вы тут, то как вас звать, а? – перебил я его “гениальный” юмор, – У нас, знаете, есть очень важные дела. И мы спешим.

– Как гру-у-убо.., – протянула их подружка в серой майке и высокими ботинками с каблуками.

– Хорошо, – выдохнул их главарь, – я – Рен, а это моя братва – Глория и Коник. А вас?

– А это уже не ваше дело, – попытался я нагрубить, но тут я увидел у Рена заготовленный увесистый кулак.

– А так?

– Я Роберт, приятно познакомиться!

– Так-так-так.., – снова затакал Рен, – А твоих дружков как звать?

– Сначала скажите, за что залетели сюда? – перевёл я тему, – Просто интересно.

– Ты начинаешь меня раздражать, – грубо ответил Рен, – Мне это не нравится.

– Гру-у-убо.., – снова протянула Глория и наступительно подошла к Некки, – Я вроде знаю тебя – все уже шепчутся тут, что некая “Некки” стала любимицей нашего Старосты, не так ли?

Остальные в один миг прыснули.

– Что?! – не выдержала Некки, – Он просто... Я... Это личное, и вас не касается.

Они ещё больше прыснули.

– Так-так.., – Рен, по-видимому, еле сдерживался, чтобы не заржать, – И что – у вас что-то было?

– Слушайте, хорош уже, – заступился я за подругу, – Вы не видите, что Макар – ещё та крыса, чтоб ему сдохнуть...

– Не говори так про Старосту. Вообще чтоль страх потерял? – шепнул испуганно Коник и поправил пиджак, – Всех тут за такое покарает, всех, никто не удерёт!

– Кстати.., – я решил попробовать использовать один “секретный” приём, – Я где-то слышал, что вы готовите побег. Пойти сказать?

Я стал молиться, чтобы сработало.

– Мы такой ерундой, в отличии от вас, не страдаем, – сказал Коник, а Рен добавил:

– Так-так, может, это на вас донести, а? Порядок тут нарушают... Кстати, а эти трое вообще, что ль, немые? Чего они молчат?

– Забыл сказать, что они всё-равно не понимают тебя, так что оскорблять их бессмысленно, – с умным видом сказал я.

– Да? И ты ещё дружишь с этими уродинами? – ответил Рен, – Так, держите меня...

Он снова захохотал. Меня это выбесило:

– Слушай, думаю, нам пора. А то стража спохватится...

– Неа, нет тут никого. Какой грубия-а-ан.., – протянула Глория и распустила свои пышные чёрные волосы, – Ну вообще... Как так можно? – она небрежно потрогала рыжие волосы Некки, – Пфу, какая гадость!

– Эй, это её волосы!

– Никто не любит рыжих, они просто сучки, – самым наглым голосом заявила Глория, – Тебе надо побриться налысо – как ты с таким позором на голове ещё жила, а?.. Кошмар!

– Вообще-то обидно!

– Так-так, да она права! И друзья у неё настоящие лузеры, – вперёд вышел Рен, – Вы почти сбежали, а тут так попались... Вы просто неудачники! Полные! Так поддаться...

– Со словами поаккуратнее! – насупился я, – А то после Арены не досчитаешься половины зубов. Вам повезло, что сейчас тут полно стражи, а так давно бы получили! Все.

– Та-а-ак страшно!.. – снова протянула Глория. Коник в это время молчал и стоял в стороне.

– А ты попробуй – ударь меня, – резко выступил Рен, – Ну же – защити честь своей рыжей подружки!

Я посмотрел на него, потом посмотрел на Некки, оглянулся по сторонам и сказал:

– Ничего, увидимся на Арене, – и потом миролюбиво снял и протёр очки. В кой веке надо это сделать...

Они прыснули. Все втроём.

– Так...

– ...Гру-у-убо!.. – их словно пытали щекоткой, – У-у-у... Какое позорище, а не мужчина!..

Я не обращал на них внимание. Я знал, что на Арене им всё-равно придёт конец. Я взял Некки за руку и повёл дальше. Банда Рена так увлеклась хохотом, что забыла про нас.

– Не переживай, Нек. На Арене они заплатят за унижение.

– Мне пофиг, но спасибо, – ответила Некки, – Я-то знаю, что мои волосы нормальные.

Так мы и дошли до камеры. За разговорами.

Рассказчик – Стив.



Итак, когда мне поведали о тех, с кем мы встретимся на Арене, мы начали думать о том, кого пошлём от нашей группы на Арену, повторяли план побега, собирали всё, что мы узнали за эти две недели о Ренклинске...

– Думаю, с этими придурками мы справимся на раз, – как всегда смело заявлял Джек. Я в это время только и делал, что поддерживал на каждом слове. Наверно, эта история с камнем засела в моей душе надолго...

– Согласен, но кто из нас готов пойти драться с ними? Их трое, а нас пятеро, – начал Роберт, – Трое из нас пойдут на Арену, а двое – на стрём.

– Хорошо. И кого ты предлагаешь послать?

– Тебя, Джека и Марка, разумеется, – ответил он и ухмыльнулся в привычной своей манере, – Девушкой нельзя рисковать, а я... Тоже не самый сильный...

– Короче, “не-самый-сильный”, – наступился недовольный Марк, – Пойдёшь ты, потому что ты – самый опытный боец из нашей группы. А я пойду с ней на стрём. Ты сам видишь, что я не справлюсь.

– Я верю в тебя, Маркус!

– Отстань!

Ладно, надо затыкать их.

– Кроче, Марк пойдёт на стрём и точка! – рявкнул я.

Все разом успокоились.

– Значит, идут: Стив, Джек и Роберт, – заключила Некки, – пожелаем завтра удачи. Игры начнутся утром, часов в десять, если по-вашему.

– Спасибо, а теперь обсудим другое, – я плавно переходил на другую тему, – Кто что за сегодня нашёл? Какие-нибудь запасные выходы?

– Есть кое-что, – начала Некки и присела на кровать, – Знаете, где находится некий “Сектор-В”?

– Сзади башни?

– Точно там, – продолжила она, – Там есть заваленный вход в некие подземные катакомбы, которые, не знаю, как подвал, что ль, служили когда-то... Короче, если мы с Марком подорвём этот завал, пока вы будете на Арене, то мы сможем легко сбежать! Как вам?

Мы хотели ей похлопать, но нельзя – будет громко.

– Молодчина, Никки! – я обнял её – настолько она отличилась в нашем плане, – Марк, ты раздобыл план Ренклинска?

– А? Да-да, ещё утром. Погодите...

Он развернул на кровати сложенный лист бумаги. Теперь весь Ренклинск и башня были у нас, как на ладони!

– Показывай путь, – услужливо попросил я и подвинулся.

Она провела пальцем по схеме примерный путь от Арены до “Сектора-В”. По плану, нам придётся пройти через всю крепость. Это будет опасно, но зато путь соединял нас с Майнариеградом. Нек предположила, что так майнарцы связали метрополию и крепость для снабжения во время блокады. А сейчас, из-за того, что долго не было войн, туннель забросили. А, может, его специально закопали, потому что в крепости организовали тюрьму...

– Отлично, план составлен. Остаётся ждать...

И в это время за дверью раздался чей-то приглушённый голос. Настолько довольный и наглый... Но и знакомый.

Роберт приоткрыл дверь, а за ней стояли и подслушивали те самые уроды – Рен, Глория и Коник. Они стояли и довольно улыбались. В руке у Рена красовался наш Изумруд, который... Светился!

– Так-так-так... Это и есть весь ваш план? – усмехнулся Рен и вошёл к нам в комнату, – Какой убогий способ сбежать... А за артефакт с переводом отдельное “спасибо”!

– Теперь у нас есть на вас компромат! И вы остановились на самом интересном?! Как гру-у-убо!..

– Сбегать запрещено! Мы обязаны задержать вас!

Они все втроём ворвались к нам с подручными предметами и налетели, как дикие звери!

– Чёрт, какого хрена?! Как вы вошли?!

– Это ключи Макара, Роберт! – довольно загордился Рен, – Теперь мы сотрудничаем с ним, он доверяет нам!

Я схватил карту, быстро свернул её и спрятал в карман. Они это заметили и налетели на меня. Я, пытаясь отбиться, упал на пол и одной рукой отбивался, а другой защищал карман с картой крепости – если карта попадёт к ним, то они смогут всё рассказать Макару, предоставив и улику. Это будет катастрофа!

– Стив! – Джек и Некки вцепились и оттащили банду от меня. Я встал на ноги и отбежал к Роберту в другую часть комнаты.

– Держи карту, – быстро достал и сунул ему в руку свёрнутый кусок бумаги. Он понял меня без слов.

Освободившись от груза, я налетел на нападавших и сумел обезвредить Коника, вырвав у него из руки ножку стола. Потом я ударил этой же ножкой его по голове, он отрубился. Но в это время Рен и глория зажали в углу Джека с Некки. Я налетел со спины на Рена, но он успел отреагировать и оттолкнуть. Я снова упал и выронил дубинку. Хорошо, что Марк спас положение и, резко подобрав ножку, огрел ей Рена по голове.

Но тут в коридоре послышались шаги. Мы остолбенели – стража!

– Закрывай дверь! – крикнул Джек, но было поздно.

Как только в комнату зашло несколько стражников, Глория неожиданно упала на пол и притворилась, будто мы её вырубили.

Вот ведь курица!

С нами долго не беседовали – банду вынесли и отправили в медпункт, а нас усмирили... Этими же палками по голове.

Теперь у нас проблемы... Банда крыс какая-то! Ненавижу их! А ведь завтра игры...



– Приветствуем всех на этом значимом для нашего Лагеря событии! Сегодня вы все тут собрались, чтобы посмотреть на величайшее событие – наша давняя традиция по провождении поединков на нашей любимой Арене вновь возрождена спустя столько лет! Ежегодное мероприятие объявляется открытым, а всем зрителям мы желаем насладиться предстоящим зрелищем! Сегодня, на нашей Арене сойдутся две команды из трёх человек, которые борятся за главный приз наших великих игр – СВОБОДЫ!

– Эй, Стив... Я... Я просто пожелаю тебе удачи, хорошо? Береги себя, ладно?

Я обернулся на её голос и сказал:

– Спасибо тебе, Некки. За всё. Серьёзно. Ладно, мы пошли, ещё раз спасибо за всё.

– Да, спасибо тебе, Некки, – отозвался Джек. Роб лишь молча кивнул, кинув нашей подруге маленькую улыбку.

– Давайте, не задерживайте публику, – усмехнулась она, стараясь казаться серьёзной. Ей было приятно, – А мы побежим на место. Дерзайте!

Под всеобщие аплодисменты мы вышли втроём на Арену, вскинув руки, приветствуя гостей. Нам была рада только половина всех собравшихся, но они изо всех сил пытались нас поддержать перед этим боем. От его исхода зависела наша судьба, мы можем остаться навсегда в Ренклинске, если проиграем. И мы больше не сможем искать остальные камни, как минимум, год – игры устраивают раз в год, да и то явка выбирается случайно, по воле Старосты Макара. С противоположной стороны ринга показались и наши старые знакомые – Рен, Глория и Коник. Их тоже приветствовали, даже лучше, чем нас.

Тёмно-синий зал с огороженным подобием ринга в центре был окружён местами для зрителей, которые собрались тут со всего Ренклинска. Я выдохнул, собрался с силами и, успокоив себя тем, что там сидят некоторые тюремщики, которые поддержат нас, я вышел вперёд, показывая, что я “главарь” нашей “банды” – как и договорились. Оратор продолжал трещать в громкоговоритель, комментируя каждое наше движение и движения противников, который вышел одновременно со мной, заранее достав из ножен за спиной пару ножей.

– Поприветствуем их поддержкой и аплодисментами! Ну же! Отлично! Будем надеяться, что мы увидим зрелищную игру, мои друзья! Они наготове, уже желают наброситься друг на друга. Вы только посмотрите, сколько ненависти в их глазах! А мы... Пока игра не началась, хотелось донести до участников объявление, которое нам только что доставили! Именем Макара, команда Стива Джонсона объявляется “Смертником”! Причина: нападение на соперников до Арены и планы по побегу. Вы только посмотрите, как они удивлены и напуганы! Не мудрено – из Ренклинска невозможно сбежать! За такое они объявляются командой “Смертник”!

– Во попали!

– Что такое? Роберт?

– Нас объявили Смертниками! – почти панически объявил он, – То есть, нас при поражении гарантированно убьют.

Обычно, проигравшим давалась пощада, но Макар решил изменить правила Игры! Зачем?! Неужели эти трое всё-таки донесли?

– Тогда нам надо победить! – покрепче сжал в руках оружие Джек, – Нападаем аккуратно, хорошо?

Мы кивнули. На табло из нескольких десятков лампочек высветилась цифра “три”, за ней “два”, а потом, как только показалась цифра “один”, раздался резкий гудок – начало Арены.

Мы сразу побежали друг на друга. Роберт сцепился с Реном, Джеку попалась Глория, а мне мой старый знакомый, которого я вырубил – Коник. Мы разом распались на три пары и перестали действовать командой. Начались три дуэли на кинжалах.

Коник оказался слабее меня. А я всегда думал, что это я самый слабый человек в мире. Наверно, сказался опыт наших похождений. Наши кинжалы скрестились, но я быстро набросился на него. От резкого толчка он отступил, а я, не теряя времени, ударил его по животу ногой. Оружие выпало из его рук, Коник упал, постанывая от боли. Когда я побежал на него с двумя кинжалами, тот принялся из последних сил отползать в угол ринга. Когда отступать оказалось некуда, тот сдался. Для верности, чтоб не встал, я треснул его по голове рукоятью своего кинжала. Он вырубился.

– Отлично, Стив! – услышал я голос Джека.

Наши противники перепугались, когда увидели,, что один из них выбыл.

– Игрок Коникуляр Греслин выбывает! Счёт из “три-три” становится “два-три”! – затрещал диктор, – Напоминаю, чтобы победить, надо снизить счёт противника до нуля, но при этом, чтобы в твоей команде остался хотя бы “один”. Также, после конца игры команда Стивена Джонсона будет уничтожена, но до конца битвы запрещены убийства!

Но тут Глория с Реном вместе, позабыв про Роберта, набросились на беззащитного Джека. Он не сможет отражать сразу два кинжала!..

Я бросился на помощь своему брату, но оказалось, что было поздно – они вырубили его. Остался решающий удар...

И тут я наскочил на Рена и неожиданным толчком повалил его. Он оттолкнул меня и быстро поднялся на ноги. Потом последовал удар, который у отвёл от себя. Но неожиданно резкий выпад ногой в живот заставил меня упасть.

Неожиданно я услышал:

– Джек выбыл, Стив! Джек выбыл!

После этих слов я словно потерял дар речи, я завопил:

– Неееет! Джек!

Оттолкнув Рена, я бросился к своему брату и нанёс удар Глории, которая уже стояла над ним, ожидая конца игр, чтобы добить его. От страха, я не разбирал, что делаю. Я хотел мстить и совсем забыл про правила.

Я налетел на неё и оставил на её спине окровавленную черту.

– Гр-ру... Б-бо.., – вскрикнула она от боли и схватилась одной рукой за рану. Другой она атаковала меня в ответ, но я увёл её кинжал вниз и порезал ей руку. Она выронила оружие.

Теперь она неопасна. Я отшвырнул Глорию в сторону и кинулся к Джеку. Я волновался, но на нём не было ни единой раны, лишь опухшее место на голове. Она его не задела!

– Какое счастье!..

Но тут я обернулся на отчаянный крик кого-то сзади...

– Да! Минус одна!

Роберт только что вонзил в Глорию свой кинжал и добил!.. Я увидел, как Рен, явно убитый горем, набросился на Роберта.

На табло было “один-два” в нашу пользу.

Я попытался помочь Роберту, но Рен уже задел Роба по руке и повалил. Потом, безжалостно мстя, вонзил ему в ногу его же кинжал и прибил к полу. Теперь мы остались вдвоём. Он смотрел на меня и еле живого Роберта с окровавленной ногой с неприкрытой ненавистью. На табло были высвечены две единицы, теперь от этой битвы зависело наше спасение!

Он с диким ором кинулся на меня первым и рубанул воздух рядом со мной – я успел отойти и подставить оба кинжала на защиту. Тут он снова побежал на меня и, когда собрался отступить, я заметил, что я оказался в углу. Он довольно ухмыльнулся и нанёс удар...

С диким воплем от боли, он, пронзённый насквозь кинжалом, упал около меня, истекая кровью. Я увидел в стороне лежащего Роберта, застывшего в одной позе с вытянутой вперёд рукой и всё понял...

Он вытащил кинжал из ноги и метнул его в спину Рену.

Публика была в шоке, как и диктор, потерявший дар речи от такой резни...

На табло, правда, и было высвечено моё имя, как имя победителя, никто не провозглашал меня и мою команду чемпионами. Наоборот – косились, как на демонов.

Ничего больше не придумав, я попытался поднять Джека на ноги, но он не реагировал. Я дёргал его, тормошил, и наконец он зашевелился.

Когда я привёл его в чувство, то диктор, наконец-то соизволил вымолвить хоть что-то:

– Это... Ужас, кошмар! Эти подонки посмели ранить и даже убить своих противников! Эти психоватые мрази вышли из под контроля! Передаю приказ Макара: немедленно задержать этих психопатов! И привести приговор в исполнение!

Мне было уже неважно, что он там сказал, потому что я отвлёкся на зрителей, которые повыскакивали со своих мест и направились на Арену.

– ПОГОДИТЕ!! А как же я?! Помогите мне, умоляю! Пожалуйста! Стив! Спаси меня! – вопил Роберт, пытаясь ползти к стене.

Я, стоя уже в дверях, посмотрел на него.

– Прости, но выпутывайся сам из своей же западни, – произнёс я так, чтобы он услышал.

– Что?! Стив, помоги мне! Ты совсем что ли?! Иди сюда! У меня нога, я не могу бежать! Меня же задавят просто!

– Ты сам в этом виноват. Не надо было её убивать, – я не стал его больше слушать и захлопнул дверь.

– СТИВ!!! ВЕРНИСЬ!!! ПРЕДАТЕЛЬ!!! МЫ ЖЕ... СТИ-И-ИВ!.. Я ЖЕ СПАС ТЕБЯ!..

Я больше не мог его слушать. Я здорово отстал от друзей. Пока дверь закрывалась, я видел, как толпа разъярённых зрителей уже перелезала через забор и сломала его, пытаясь добраться до нас.



Роберт... Эх, Роберт-Роберт-Роберт... Он на всё бы пошёл, чтобы достичь победы, всё бы пожертвовал лишь бы получить желаемое. Он поднял руку на беззащитную Глорию, которая и так ни чем нам не угрожала, но зачем? Неужели он так хотел победить, что не устоял даже перед убийством? Неужели его поступок оправдан? Даже в Ренклинске? Рену наверняка было больно, что его подруга, девушка, возможно, родная сестра погибла просто так. На этих играх нельзя было убивать, поэтому я считаю, что сделал правильно, что не помог ему и оставил там – пусть пожинает плоды того, что посеял. Сам виноват, сам пусть и отдувается, а так ушли бы спокойно... А, может, подумал, что “Раз нас можно убить, то почему бы и их не убить?”

Надо быть выше этого, старый друг в очках...

Короче, нет времени думать о нём. Надо убираться из города.

Кстати, накануне пришлось изменить план, чтобы Макар не задержал нас на пути к завалу. Там, небось, по всему нашему маршруту, который спалили Рен со своими дружками, уже стоят отряды майнарцев.

Мы выбежали из-за кулис Арены и направились, следуя плану, в кабинет Макара, где хранились наши артефакты. Путь пролегал через длинный коридор с камерами, откуда надо было попасть в Башенный Перекрёсток. Там следовало забежать сначала на самый вверх, а потом – на самый низ и пройти в подвале. Там есть прямой выход на задний двор, откуда открывается прямая дорога к завалу. По плану, там уже находилась взрывчатка (про которую мы ни слова не обронили, когда Рен нас подслушивал). Остаётся просто взорвать её и всё. Надеюсь, Марк и Некки успели всё подорвать.

На нашем пути встали стражники, которые открыли по нам огонь. Мы с Джеком кинулись назад и забежали в другой поворот, следуя плану, который я нарисовал у себя в голове.

– Стив, ты знаешь, куда бежать?!

– Надеюсь, – ответил я на бегу и завернул за угол.

Дальше надо было бежать просто прямо, чтобы выйти снова в основной коридор – такой обходной манёвр. Тут никого не было, поэтому мы заторопились, чтобы нас тут не поймали и не окружили.

Выбежав в основной путь, мы ринулись в открытый проход с двойными дверями. Оказавшись в башне, я крикнул:

– Беги вниз до подвала! оттуда ты сам знаешь куда идти! А я за камнем и Штурвалом!

– Будь осторожнее, Стив!

Я, взяв у Джека кинжал, ринулся по винтовой лестнице наверх. Теперь оставалось самая малость – забрать сокровища у Макара.



Выбив с ноги дверь, я забежал в кабинет Макара, где мы с ним когда-то беседовали в первый день нашего заточения сюда.

– Оу, Стивен? А я думал вы спасаете своего друга – как подло вы с ним поступили.., – из тени огромного шкафа вышел Макар с камнем и кинжалом в руках, – Молодцы, молодцы. Так и надо!

– Хорошо, теперь мы друг друга понимаем, – ответил я, – Давай, без церемоний – давай Изумруд и Штурвал и я уйду. Даже не покалечу.

– Вы груб и жесток, как и ваши друзья, Стивен, – недовольно протянул Макар и снял свой привычный кроваво-чёрный плащ, – Хотите выяснить отношения? Я готов, – он вытащил второй кинжал и взмахнул ими. Они засветились зелёным светом.

Я хитро улыбнулся – такой большой опыт научил меня, когда камень работает, а когда – нет. Мы будем с ним на равных, только у него будут светяшки, а у меня – простые железки.

Он не нападал – ждал, когда я нападу первым. Так мы простояли несколько минут, бомбардируя друг друга грозными взглядами и редкими сообщениями, вроде: “Давай же! Отомсти за такую участь!”. Наконец я не выдержал и первый нанёс по нему удар сразу обоими кинжалами, а он лишь лениво парировал сразу оба и показательно зевнул:

– Вы совсем не умеете драться. И как вы выиграли?..

Меня это разозлило. Я отступил и сказал:

– Староста Макар Ляхов, это вы туповатый малость. У вас же камень есть, – говорил я почти также, как Роберт, – Давайте – свяжите меня своими лианами.

И сам начал потихоньку наступать. Он взмахнул кинжалами, оставив этот зеленоватый след в воздухе, но ничего не произошло. Камень не работает, если рядом нет достаточно земли.

– Что?.. Погоди-ка... Он почему-то...

Я нанёс удар одним кинжалом а второй оставил – на всякий случай, если он сделает какой-нибудь невыгодный выпад. Он успел отразить, но от неожиданности отступил. Я вновь налетел на него и повалил на спину.

– Отстань от меня, Стивен! Этот Изумруд теперь мой! Что упало, то пропало!

Но я не прекращал вынимать из его руки камень. Мы боролись, потели, рычали от злости, били друг друга по рукам и лицу, царапались. И тут я вонзил свой второй кинжал в его руку с оружием.

– А-а-аргх! Сти... вен...

Потом взял его кинжал, зажмурился и вонзил его в грудь Макару. Я приоткрыл глаза и сразу же отскочил и встал на ноги – я же весь в его крови! Н-надо найти платок, тряпку!..

Старавшись не смотреть на труп Старосты, я аккуратно вынул из его руки Изумруд и забрал свой кинжал. Теперь осталось разыскать Штурвал и бежать отсюда. Со всех ног! Куда подальше, к друзьям.

Я всё же нашёл время и завернул его тело в ковёр, чтобы не резало глаза, а потом порыскал в шкафу, в сундуке и по ящикам. Штурвал найден, а убирать разбросанные статуэтки и медальки я не буду. Я открыл дверь и помчался вниз.

Когда вернусь домой, я постараюсь навсегда забыть то, что я совершил только что. И больше никогда не вспоминать...



“Ренклинск долго хвастался своей хвалёной защитой, но с нами он просчитался. Мы добрались до подземного хода, пройдя через все препятствия, через стражу, через давление, убеждения и принятые решения.

Ради спасения пришлось бросить Роберта, с которым мы столько прошли, столько пережили... А теперь вот так бросить, словно дворовую собаку... Ему наверняка было тогда больно осознать то, что я предал его, бросил на смерть... Раненого, беззащитного, обессиленного, преданного... Того, кто почти привёл нас к Вийону, того, кто предупредит об ударе Джека и помог спасти его. Того, кто нас поддержал, когда мы попали в Майнарию! А ведь он бы мог нам тогда и не помогать – что бы мы тогда делали? К кому пошли бы? Кто бы нам ещё помог, как не этот друг. Даже не друг, брат! Боевой брат! Как мне было тяжело, на самом деле, тогда отступить и бросить Роберта всего лишь за то, что он всеми силами помогал нам на Арене...

Если бы ты мог слышать меня, Роберт, то... ПРОСТИ МЕНЯ! Пожалуйста! Пойми и прими, иначе я бы не мог поступить! А теперь – прощай, мы с тобой больше не увидимся. Никогда...

А теперь мы в безопасности, Роб. Мы во всю бежим по туннелю. Прямиком в Майнариеград, навстречу свободе. Навстречу твоему отцу. Я уверен, он поймёт нас и тебя... Он поможет нам. Ты ведь так хотел, чтобы мы все выбрались живыми, да? Спасибо тебе, Роберт, за всё, чем ты нам помог. За всё!

Ты и вправду помог нам – мы выжили и сбежали из Ренклинска. Ты смог до конца быть с нами. Вытерпеть меня со своими тупыми шутками, Джека, который свихнулся от Изумруда... Наш боевой порыв, тупые решения, которые едва нас не убили... Ты был с нами до конца, Роберт. Прощай, брат. Я буду вечно просить у тебя прощение, я буду вечно тебе, брат по оружию, благодарен.

А мы на пол-пути к Майнариеграду. Бежим за Некки, которая сумела изучить эти ходы. Мы победили и Макара, и его стражу... А вообще с тобой вместе мы одолели и Родиона, и Эйдена, и Террору, и Родджера, и Изумруд, и Онцелита, и... И все наши испытания на пути. И всё это благодаря тебе, Роберт. Я обещаю, что если я узнаю, что ты выжил, я вернусь за тобой, но ты уже меня не простишь... Как скорбно осознавать, что это конец. Конец нашей дружбы, всему, что нас связывало, всему.

Я-я просто не могу в это поверить! Я не верю в это! Я бы желал, чтобы ты жил вечно, Роберт, но пойми только одно – я бы не успел тебя спасти. Я... Прости меня! Если бы мне дали второй шанс, я бы никогда тебя не бросил!

Игра Макара закончилась. Он проиграл.

А теперь... Прощай. Уже навсегда. Мы уже под столицей. Мы добрались до Майнариеграда. Мы выполнили эту миссию. Благодаря тебе.”

====== Глава 22: Майнариеград (Вместо Эпилога). ======

Рассказчик – Стив.



Майнариеград... А я тебя представлял иначе.

Вместо огромного города, окружённого несколькими метрами сплошного камня и фортами, расположенными повсюду, передо мною предстал тихий и уютный городок, живущий своей обычной жизнью. Романтичные узкие улочки с рядами из невысоких и живописных деревянных домов, редких проезжающих по дорогам карет под мостами между маленькими балкончиками. На их перилах и перегородках разрослись лианы, цветы в горшках... Что не балкон, что не мост, а сплошные оранжереи, освещённые мягким жёлтым светом свисающих над дорогами фонарей. Фонари никто не задевал, хотя те висели только на цепочках и могли в любой момент упасть кому-нибудь на голову. По бокам располагались обычные тротуары, но необычно огороженные белым заборчиком, а около переходов были сооружены врата с изящными узорчатыми арками. В заборы встроены и резные прекрасные двойные фонари, над каждой дверью висели маленькие светильники.

Была ночь, но город романтики был весь в свету. Никакой Париж и рядом не стоял.

Казалось, спокойствие тут буквально во всём – в зданиях, в дорогах, в фонарях, наверно, даже в валяющихся редких камушках. Город был не только романтично-красивый, но и идеально чистый!

Но нам было не до красоты – мы беглые уголовники, только что вылезшие из канализации, поэтому надо найти этот парк не привлекая внимания.

Роберт рассказывал, что они часто с Вийоном собирались именно в Парке Имени Даниила Ренклина – давнего правителя Королевства. Он надеялся, что и сейчас Вийон будет как раз там.

Некки, вроде, разбиралась в ориентировании по огромному городу – она сказала, что они когда-то сюда ездили с Вильямом. И он ей много достопримечательностей показал. Также и этот пресловутый парк.

Для начала неплохо узнать где мы вообще... А потом искать парк.

Побродив по однообразным улочкам где-то с час, мы вышли на какую-то площадь, на которой находился, по словам Некки, майнарский национальный театр. Пьесы я, конечно, люблю, но нам надо выяснить, где мы, а не!..

И тут она – раздражённая моими выходками – показала доску объявлений, где вместо объявлений висел план этой части города. А над ней надпись: “Приятного путешествия!”

Наверно, для гостей и экскурсий.

В итоге, мы отыскали-таки парк. Он оказался ещё через два квартала. Я готов был прям сейчас взорваться от злости – мы тут за Вийоном, а не за походушками!

Меня успокоили увесистым подзатыльником.

Итак, пройдя ещё несколько сотен метров пешком, мы пришли к парку. Огромная узорчатая арка с надписью на ней огромными вырезанными буквами: “Парк Имени Даниила Великого. Добро пожаловать!”

Некки рассказала, что во время городских праздников буквы красиво светятся и переливаются, но сейчас они не горят. Сам парк открыт, по-видимому, всегда.

Теневой парк, где небо почти закрывается листвой от деревьев, погасшие фонари, дорожка, вымощенная плитками, лавочки – всё это был красивейший Парк Даниила Ренклина. Но где на искать Вийона?

Выйдя в центральному фонтану, который, кстати, работал, мы решили уже разделиться, но тут, в части парка, где было меньше всего зарослей, но больше всего лавочек, сидела одинокая затемнёная фигура, которая неподвижно смотрела на горизонт – в ночное небо.

– Он?

– Давай узнаем, только тихо, – шепнул Марк и первый пошёл к тому человеку. Я покрался за ним.

Подойдя к незнакомцу, мы сели рядом с ним на лавку, надеясь начать разговор, но тот, с какого-то перепугу, встал и пошёл к следущей лавочке.

Пожав плечами, мы пошли за ним.

– Некки, ну же – скажи что-нибудь! Это точно он, – шепнул я раздражённо.

Она собралась с силами и крикнула в ночную тишину:

– Простите пожалуйста, вы тут не видели старика по имени Вийон Ваньомович Де Мор?

Незнакомец на секунду обернулся, а после, как ни в чём не бывало, сел на лавку и полностью нас продинамил. Мы снова обратились к нему, но он, словно не замечал нас.

– Скажи, что мы знаем Роберта, и что мы от него, – снова шепнул я.

Некки в точности повторила мою фразу. Незнакомец посмотрел на нас и наконец произнёс:

– А какая у Роберта фамилия? – переспросил он уставшим голосом.

Я решил рискнуть.

– У него такая же, как и у вас. Вы же Вийон – его отец? Я прав?

– Со мной можно и на родном разговаривать, сын Майнарии, – ответил он, – Откуда вы знаете Роберта?

Зная от Роберта, что Вийон в курсе про путешествие между мирами, я сказал напрямую, что мы попали сюда с Земли, а после, когда он попросил доказать, я вынул из рюкзака Хрустальный Штурвал с Изумрудом и отдал старику.

– Неужели... Это и вправду он.., – Вийона больше интересовал именно Изумруд, – сотни лет понадобились, чтобы вычислить последнего владельца, а он попал вам в руки... Я верю вам, но если Роберт был с вами, где же он?

Мне стало неловко. Я сглотнул и произнёс:

– Роберт... Погиб.., – сказал я и сразу заткнулся. Мне было так стыдно за него...

Вийон поднялся с лавочки.

– К-как это погиб? Я не верю. Он жив.

Его позитивность меня напрягла:

– Хотелось бы верить, но его убили. А он почти дошёл до вас.., – договорил Марк.

– Нет, – на удивление легко отрезал он, – Роберт жив. Может, ещё не все знают об этом, доверяя своим глазам больше, чем разуму.

– Он говорил, что вы знаете что-то о драконах и их энергии, – продолжил Джек, – Может, ради Роберта вы поможете нам попасть домой? Мы ищем камни, и нам не помешала бы любая помощь.

– Камни? А вы уверены, что дело в камнях? – снова ответил он вопросом.

– Вы нам не поможете?.. – проговорила взволнованно Некки.

– Было бы зачем...

– Мы как-то смогли один раз “разговорить” этот глаз у штурвала, но он больше ничего не сказал, – продолжил Джек, – Роберт говорил, что вы знаете, где найти храм Ордена Великих Драконов. Там нас ждёт Адам – великий дракон. Пожалуйста, без вашего мозга нам не обойтись...

– Вас ждёт Адам?! – удивлённо переспросил Вийон, – Значит, поиск завершился... И Драконы наконец-то сделали выбор!..

– Что вы имеете в виду?

– Если Адам заинтересовался вами, что ему нужно, чтобы вы прошли до него всю Дорогу-на-Край-Света. Она, по легенде, была построена Орденом и ведёт в Храм. Только самые сильные и изобретательные смогут дойти до конца... Вы готовы к такому пути?

– Да, Вийон. Мы готовы, – устало произнёс я. Наконец-то этот старик согласился сотрудничать.

– Тогда вам надо идти за мной, – он встал с лавочки и взял свой лежащий рядом посох, – Пошлите. Дорога не ждёт.

Мы направились за ним. Он точно знает, куда нам идти. Наконец-то...