Ксенольетта Мечтательная
   ОДАРЕННЫЕ ИСКРОЙ
   Глава 1. Быть предателем дважды, но приоткрыть к свободе дверь
   — Начну, пожалуй, с того, что я была глупа или мне просто не везет. Чуть-чуть. Наверное… Да ладно, зачем лгать?! Мне совсем не везет!
   Да что же я несу? Соберись! И я боялась, что меня выдаст дрожь в руках?! Вдох — выдох.
   — Знаете, сначала я думала, что это куш! Мне предложили, как раз то, что я хотела.
   Мужчина смотрел брезгливо и взгляд его, казалось, был направлен в самую глубину моей души. Отвернулась, сглотнула ком, собралась и продолжила:
   — Я жила в трущобах. Bashka__7 для Spaces.ru Если это вообще можно назвать жизнью. А потом ко мне пришли и предложили сказку. Я получаю образование, кров, силу и защиту, а взамен услуга в будущем. Всего одна услуга! — сделала акцент и перевела взгляд на кисть руки собеседника.
   Она лежала на широком подлокотнике добротного кресла. Тонкий указательный палец с роскошным перстнем нетерпеливо постукивал по поверхности. Сам мужчина терпеливо молчал. Хотя лучше уж сказал бы хоть что-то!
   — Кто же знал, что потребуют мои спасители?! Да и если бы я тогда знала?! Мне девять было! Я голодала и мерзла!
   Граф сузил глаза, поджал губы, окинул меня изучающим взглядом и с рычащими нотками заговорил:
   — Прошу прощения, леди. Вы хотите рассказать мне свою биографию, вместо сказки на ночь?
   Медленно выдыхаю, прикрываю глаза и считаю до десяти, хотя, как обычно, это не поможет.
   — Вы ворвались в мой дом посреди ночи, переполошили мою охрану и уговорили меня выслушать вас, прежде чем сдать страже или убить, — выплюнул граф, — Будьте добры и милосерднее к моему сну, говорите то, что, быть может, спасет вашу жизнь, — снисходительная улыбка лишь на секунду мелькнула на хмуром лице Крона. — Я слушаю ваши оправдания.
   — Милорд, — обратилась к нему, в голове прокручивая множество вариантов, чтобы продолжить разговор, — для меня не секрет, что ваш день был сегодня слишком насыщенным. И если вы немного пойдете мне навстречу, то это я спасу вас сегодня от смерти, — старалась создать видимое спокойствие, медленно проговаривая, пока внутри все сжималось тугим узлом страха.
   Ночную тишину, скупо освещенного кабинета, нарушил едва сдерживаемый глухой смех, который грозился вот-вот перерасти в громкий хохот. Но мужчина взял себя в руки, расправил плечи и откинулся на спинку широкого кресла, принимая более расслабленную позу, с таким видом, будто хотел сказать — «Я не боюсь тебя. Не боюсь никого из вас».
   Мне многое было известно о графе Лимионе Кроне. Его многочисленные любовницы, друзья — близкие и преданные, лживые и продажные. Я знала о его финансах, привычках, манерах. А еще я прекрасно помнила, что он неплохой человек, в чем-то даже хороший. Я не готова убить его. Я вообще не готова убить! Мне просто повезло получить это задание. Надо использовать шанс. Тем более Дезант даже не подозревают, что, раскапывая многочисленные связи Крона, я обнаружила возможность и лазейки для побега.
   — В самом деле, леди, у вас такое странное чувство юмора или ума не прибавилось с девяти лет. Вы случаем не голодны? — язвительным тоном поинтересовались у меня.
   Сжала кулаки, успокаиваясь. Что ж, я ожидала, что разговор будет непростым. Даже добиться его было весьма тяжело. Не волнуйся Ори, у тебя все получится.
   — Ладно. Я расскажу о кое-какой незначительной детали. Сегодня на вечере герцога у вас было множество неприятностей, — аккуратно пытаюсь возобновить объяснение Крону о своем визите. Немного помедлила, ожидая, что меня опять прервут, но дождалась лишь вопросительно изогнутой брови, — Это была задолго спланированная работа, — поясняю ему и более размеренно продолжаю, — Прямо сейчас на вас путы «Черного удушения», которые только и ждут от меня активации, — закончила, давая собеседнику время усвоить информацию и сделать выводы.
   Уголок губ графа нервно дернулся, мужчина прикрыл веки и поджал губы, а пальцы его сильно сжали подлокотники. Мне было любопытно, какой вопрос он задаст мне следующим? Интересно ли ему будет выслушать мою историю с самого начала. Я ведь собиралась признаться о причинах, из-за которых сейчас тут, рассказать о тех, кто затеял переворот и кто участвует в заговоре.
   В тишине я отчетливо слышала тяжелое, мерное дыхание мужчины. Возникло ощущение, будто он заснул, и только напряжение выдавало его бодрствование. По оконному стеклу застучали капельки дождя, разбавляя тишину и немного расслабляя. Мужчина вновь стал постукивать пальцем. Молчание затянулось, я заволновалась сильнее, искусывая губы. Нужно как-то продолжить диалог.
   — Понимаете, я давно занимаюсь…
   — Чего вы хотите? Какие условия вы ставите? — не вопрошающим, а скорее требовательным тоном, перебил меня Крон.
   От неожиданности услышать вновь его голос, я даже не сразу поняла вопросы и совсем растерялась, когда их смысл дошел до меня. Вот так просто? Уже условия?
   — Простите, я думала, вам будет любопытно…
   — Условия, леди Ориса, — сквозь зубы процедил он, — Не удивляйтесь, что мне известно кто вы. Нам уже давно известно о предательстве и о ваших братишках и сестричках! И эти ваши опекуны… — он поморщился и уже тише продолжил, — Даже наш король осведомлен. А теперь скажите мне ваши условия.
   — Если вы обо всем знаете, то почему позволили повесить на вас смертельное заклинание? — прошипела я, сжимая кулаки.
   Злость поглотила меня лишь на мгновение, но и этого хватило, чтобы не сдержать маску. Ломать комедию, позволять всем этим змеям свивать клубок и ничего не делать. О чем только думает король?!
   — У всех бывают просчеты и ошибки. Вам ли не знать? — спросил Крон с заметной досадой.
   Наверное, ему и впрямь понравилась Лира, что он так опрометчиво ее подпустил к себе. Жалеет? Почему же раньше не подумал о последствиях, если так много знал?
   — Что ж, граф, — ровно приступила к своим требованиям, — Я хочу уехать подальше и забыть о своей нынешней жизни. И мне известно, что это в ваших силах. Мне совсем неинтересно, чем закончится все то, над чем трясутся мятежники все эти годы. Проиграет король или его место займет тот, кого наверняка уже выбрали опекуны. Меня это все не интересует, — отчетливо выделила важное, закусила губу и отвела взгляд.
   На углу большого стола весело подмигивал и танцевал огонек свечи. Решила смотреть на него, надеясь, что хоть он заглушит мое волнение и раздражение.
   — Вы осознаете, что вам, леди Ориса, отведена далеко не простая роль и вас так просто не отпустят? Даже если вы забудете обо всем, то о вас не забудут, — спокойным тоном напоминает Крон, — Признаю, что даже нам с королем будет сложно заново узнавать все планы, в случае, если вы покинете свое место в спектакле. Пожалуй, скажу вам даже больше, чем стоило бы.
   Граф наклонился вперед, заставляя меня отвлечься от хаотичного мерцания маленького пламени и посмотреть ему в глаза. В них тоже отражались всполохи огонька от свечи, но вдоволь приправленные его собственным огнем ненависти. Взгляд Лимиона был обвиняющим, что вполне оправдано. После того, как он убедился, что я все еще слушаю его, продолжил.
   — Сегодня вы должны были вывести меня из игры, путем убийства, которое, по нашему плану, не удалось бы, — он поджал губы, признавая прокол, — Вы были бы вынуждены использовать свой запасной план и сбежать, но при этом, не забыв о своей основной миссии. Я о документах, которые вы нашли бы за картиной, — кивок в левую сторону.
   На стене в вычурной, позолоченной раме висела подлинная работа, весьма известного художника. И будто специально, с издевкой, на ней было изображено омовение наследника в реке, перед скорой его коронацией.
   — Бумаги липовые, как и многое другое, что попадало всей вашей огромной группе бунтарей и заговорщиков, — ядовитое ликование он даже не скрывал. Высокомерный взгляд победителя обдал мерзким ощущением.
   — Вы еще не забыли, что охрана не успеет спасти вас, если я активирую заклинание?
   Признаюсь, что мне неприятно слушать обвинения. Я все же никогда не желала быть в числе предателей короны.
   Мужчина замолчал, расслабился, опять принимая свою привычную позу для обдумывания. А я наоборот, внутренне напряглась и сжалась. Сейчас решалась моя судьба. Конечно, в планы графа не входило прощаться с жизнью, но, как он сказал раньше, короне не было выгодно мое исчезновение. Я же, долго изучая Крона, уяснила, что ему можно верить. Он умен, хитер и ценит откровенность, именно поэтому я не лукавила и старалась полноценно рассказать все, что связывает меня с заговором. У меня еще осталась вера, что этот человек на правду ответит правдой. Но ощущение страха, будто холодные руки смерти тянутся ко мне и с каждой секундой все ближе, прогнать не могла.
   Я боялась не графа, а его ответа. Мои пальцы давно и крепко держали свой простой на вид, но не менее ценный, чем у собеседника, перстень. Одно вращение и граф умрет, несдвинувшись с места и не проронив ни единого звука. Так действовало заклинание «Черное удушение». Удушение звучало логично в названии, а на мой вопрос, почему черное, Лира ответила, что маги видят путы черного цвета. Я, к своему глубочайшему сожалению, не маг, иначе давно сбежала бы из этого дома умалишенных.
   — Леди Ориса, — прорвался вкрадчивый голос собеседника в мои мысли, — я не готов умирать, — снисходительная улыбка и пауза, от которой сводит челюсть, — Вы почти правы, я могу сделать вам новые документы и отправить в далекое путешествие, — и опять молчание с прежней улыбкой.
   И к ведунье идти не надо, до него дошло, насколько я зависима от его решения, вот и играет со мной. Даже если он умрет, то его жизненные тяготы оборвутся, а мои только начнутся. Дороги назад нет. Я открыла лицо и вместо запланированной агрессии, показала смирение и встречную руку. Это подтвердит охрана, и об этом уже на рассвете будут шептаться переполошенные ночным шумом слуги. Два, три дня и о моем предательстве станет известно семье Дезант. Хотя есть вероятность, что догадка в их головах возникнет уже утром, когда я не вернусь с этого задания. Сдерживать от активных действий их будут только надежды, что я с позором провалилась и мой труп быстротечно изучает камни пресных рек, или уже выплыл в бескрайнее соленое море, на радость мелким рыбешкам.
   — Но… — сипло вырывается у меня, подстегивая графа продолжить.
   Он еще какое-то время помолчал, внимательно изучая меня. А может сам еще не решил, как поступить?
   — Но я не всемогущ. Чем дальше вы будете от нашей страны, тем невозможней мне будет обеспечить вас титулом и обещать поддержку или помощь. Еще я не могу сделать так,чтобы вы исчезли, — заканчивает граф, поднимается и идет к полке, которая радовала изобилием алкоголя, — Что-то будете?
   — Да. Пожалуй, не откажусь от коньяка, — хрипло ответила ему, надеясь, что хоть что-то может снять мое напряжение, — Какие проблемы с моим исчезновением?
   Граф не отвечал, будто и не услышал вопроса. Он без спешки выбрал давно начатую бутылку. Также не торопясь прошел в другую часть комнаты, оставив пузатый сосуд на столе. Открыл дверцу шкафа, которая, на мой вкус, страдала избытком резьбовых, витиеватых узоров. Вытащил два подходящих напитку бокала, осмотрел, убеждаясь, что на нихнет пыли. Медленно вернулся и начал наполнять их, наконец-то заговорив.
   — Не совсем проблемы. Скорее будет выгодней, чтобы ваши опекуны знали, что вы бежали с моей помощью, нежели то, что я вас убил.
   Граф недовольно поджал губы, осуждая мою недогадливость. Видимо, все сейчас отчетливо читалось на моем лице. Но прежде, чем успела кивнуть оповестив, что поняла — не о моей выгоде шла речь, он продолжил:
   — Если вы умрете, на ваше место встанет очередной «братик», — последнее слово Крон произнес растянуто и с особым отвращением, отчего первый наполненный бокал былпоставлен на стол с громким стуком.
   — А если сбегу?
   Я дрогнула от резкого звука. Мне нравился, даже такой вариант, лишь бы быстрее закончить этот разговор и приступить к действиям.
   — А если сбежите, то это наведет больше шороху в вашем крысином логове и даст нам шанс, подловить их на ошибке. Это лучше, чем ничего, согласитесь, — граф подал мне чуть заполненный янтарной жидкостью широкий бокал.
   — А я называю их змеями, — тихо произношу и делаю обжигающий глоток.
   — Простите?
   Тепло распространяется в груди. Я прикрываю глаза, стремясь сохранить наслаждение от небольшой передышки, чтобы опять собраться с мыслями и вернуться к разговору.
   — Ничего. Это не важно. Так я могу рассчитывать на вас, правда? — вопрос против моей воли прозвучал растерянно и как-то жалко.
   Лимион стоял на расстоянии вытянутой руки, облокотившись на стол, и внимательно всматривался в мое лицо, будто пытался найти какие-то свои ответы. После он устало улыбнулся, разглаживая хмурые морщины, чем удивил меня. Протянул бокал, ожидая, когда я отвечу на этот жест легким ударом своего бокала. Он согласен на сделку? Я не могу сдержать облегченного вздоха.
   — Вы не забыли, что я все еще хочу жить? — уголки его губ растянулись в более щедрой улыбке, — Я вызову королевского мага, он снимет связь заклинания с активируемым предметом. Прошу, только доверьтесь мне. Я человек слова. А вы пока подумайте, в какую часть мира хотите отправиться, — совсем мягко, даже по-дружески обращался он ко мне.
   — Мне бы хотелось быть отсюда, как можно дальше и желательно быстрее, — не задумываясь, отвечаю и чувствую, как накатывает усталость, выгоняя из меня страхи.
   — Хорошо, тогда не будем откладывать этот разговор. К тому же у меня есть несколько вариантов, куда вы можете отправиться уже послезавтра. Я прикажу слугам, подготовить гостевую комнату, где вы сможете расположиться.
   Глава 2. Шаг назад, чтобы разогнаться. Часть, заполненная воспоминаниями
   Ослепительный блеск теплого, яркого солнца, весело разбивающиеся волны о борт корабля и брызгающая в лицо пыль освежающей влаги. Ветер приятно студил разогревшуюся кожу и в особенности мою темную, неприкрытую от солнца шевелюру. И все бы очень здорово, если бы не прекращающаяся, изнуряющая качка. Только пол недели назад, я узнала, что пусть сильной морской болезни у меня нет, но переношу корабельные приключения нелегко.
   Сначала я мирилась с неописуемо наглыми, ни на секунду не смолкающими, противными птицами, которые норовили нагадить на все и стащить все, что плохо и даже хорошо лежало. Чайки ¬¬— мелкий вредитель — бесстрашный враг — ненавидеть и уничтожить. С такой параллелью в мыслях, я мечтала о расправе и пыталась успокоиться. С одной изтаких птиц мне даже пришлось подраться. Я яростно махала руками, отвоевывая свою булку на завтрак, а птица в отместку и на память, расцарапала мне руку и с визгливым, обиженным и, казалось, даже осуждающим мою жадность, криком улетела. Но нет. Не потому что признала меня победителем.
   Высокий, светловолосый мужчина с дружелюбной улыбкой кивнул мне в знак приветствия издалека. Он не прятал руку после магических пассов, как бы давая знать, что птицы больше не побеспокоят меня. Я почти сразу узнала королевского посла Давора Бриджа, с которым пока еще не желала вступать в контакт, но в ответ все же благодарно улыбнулась. Он, не уделив мне больше внимания, поднялся вслед за своими коллегами на борт большого красивого судна, украшенного белыми пока еще свернутыми полотнами парусов.
   Недолгое облегчение наступило, когда судно покинуло порт, и мы отошли далеко от берега, прощаясь с пернатыми наглецами. Увидев бы я эту птицу сейчас, не стесняясь, со злорадством съела бы еще булку, не забыв по-детски предварительно показать ей язык.
   Но от подобных мыслей меня увела пусть легкая, но постоянная тошнота, вынуждая мечтать только о твердой, ровной земле под ногами. До сегодняшнего дня я предпочитала отлеживать бок в темной маленькой каюте, чтобы привлекать меньше внимания. Но духота уже тесно сдавила легкие, вынуждая выбраться наружу и проветрить крохотное помещение, которое к тому же все больше нагревалось. Сказывался более теплый климат, в который стремился торговый корабль, разрезая гладь воды, словно нож масло, своим форштевнем.
   И вот сейчас я стояла на палубе и наслаждалась обстановкой, стараясь игнорировать тошноту. Вновь и вновь прокручивала в голове прошлую жизнь, которую в скором времени планировала навсегда похоронить беспробудным крепким сном.
   До этого я редко бывала даже просто на побережье, все как-то задания, учеба, развитие индивидуальных навыков. Я из дома то выходила, только по необходимости. Не было нужды. Все что было нужно для тренировок и обучения, мы с Лирой и Кастом имели под боком.
   Графиня Висана Дезант, моя мама-опекун, числилась «заводилой», а ее муж граф Дасконт являлся «наладчиком». Они буквально созданы друг для друга. Поэтому и схема в нашей семье работала лучше, чем у других предателей, что давало нам некое превосходство. Висана всегда была окружена уважением и любовью, у нее водилось множество легкомысленных подруг и такое же множество полезных знакомых. Она часто устраивала вечера в нашем богатом и радушном к гостям доме. На этих вечерах неизменно обсуждались все самые щепетильные слухи, истории и события, а при необходимости, их посещали новые потенциальные связи.
   Второй опекун Дасконт Дезант, в свою очередь, полностью оправдывал наименование своей деятельности — «наладчик». В такие вечера граф околдовывал своим умом, прозорливостью и, не редко, очарованием полезных для дела людей. Чуть позже, он находил путь к их тайным желаниям, слабостям и незаметно вынуждал людей сотрудничать с ним в каком-либо деле, окончательно утягивая за собой очередную душу. При этом новые союзники не сомневались, что это только их выбор, что все предложения они принимали только по своей инициативе и на добровольной основе.
   Дасконт, в отличие от Висаны, никогда не пытался наладить отношения, с приемными дочерями, предпочитая проявлять отцовскую заботу, лишь подарками по праздникам. В остальное время, разговоры с ним были скупы и ограничены обсуждением наших успехов или, если присутствовали посторонние, мы говорили на отстраненные темы — погода,мода, балы, общие знакомые.
   Из троих детей в нашей дружной семейке, я была слабым звеном, которое готова была принять только Лира. Она появилась в семье Дезант первой, всего на два месяца раньше, чем туда попала я. Официальной причиной того, что высшее сословие брало к себе бездомных детей, стала чума. Отчасти это было правдой.
   Эпидемия носила магический характер, поэтому быстро справится с заболеванием и помочь умирающим, было невозможно. К несчастью для меня, моих настоящих родителей чума забрала одними из первых. Какими принципами и мотивами руководствовался маг неизвестно, но жертвами своего заклинания он выбрал трудоспособное население среднего и низшего сословия, тем самым оставив без поддержки стариков и без светлого будущего осиротелых детей.
   Приюты и монастыри не справлялись и не могли принять всех под свою защиту. Тогда король нашей небольшой страны — Астарии, жертвуя своей казной, решил существенно снизить налоги на пять лет за каждого ребенка для тех семей, которые возьмут под свою опеку безродных сирот. Уже тогда среди недовольных, правлением монарха, зародился план вырастить из несчастных сироток пособников в свержении королевской семьи.
   Сложно сказать, кто из нас попал в обычную семью, а кто стал жертвой без права выбора. Нас старались держать в неведенье друг о друге. Я знала всего о двух семьях, ктобыл в заговоре, и кто тоже взял опекунство. Одна из этих семей тесно вела сотрудничество с нами, а о второй я узнала благодаря своей миссии.
   Первая серьезная миссия, которую мне доверили, и она же последняя. Вообще, моей деятельности не смогли подобрать определенного названия. Я была годна для многого, но не достигала больших успехов в чем-то конкретном. Сначала нас обучали тому, что было недоступно детям горожан и крестьян: этикет, манеры, общеобразовательные предметы, верховая езда. Постепенно этикет и манеры углублялись в актерское мастерство и манипулирование, история превратилась в откровенную пропаганду, а физические нагрузки, включали в себя не только бег, скалолазание, но и рукопашную борьбу.
   Среди детей семейства Дезант, Каст всегда выделялся и справедливо считался лучшим. Причина была даже не в том, что он родной сын Дасконта и Висаны, а в том, что молодой граф унаследовал лучшее от своего отца. Высокий брюнет, статный юноша, довольно успешно пользовался своей внешностью, а его цепкий ум и отсутствие совести, делали из него невероятно расчетливого и талантливого «стратега». Он обещал стать достойной главой семьи Дезант на смену своего отца и даже лучше. Отличный воин был щедро награжден стихийной магией, чем не мог похвастаться его отец. И я бы даже искренне порадовалась за успехи Каста, если бы мы ладили и нашли хоть что-то общее в мировоззрении. Но мне никогда не дано было понять тех, кто так отчаянно жаждал власти над чужими судьбами.
   Может именно поэтому мы с Лирой были хотя бы немного близки. Она гналась за другими ценностями. Рожденная в крестьянской семье — девочке не сулило ничего хорошего.Гласного рабства, конечно, не было, но и защитить монарх всех не мог. Крестьяне же не могли позволить себе содержание лишнего рта, поэтому от девочек и слабых мальчиков стремились избавляться. Растили таких детей, как Лира, лишая любви и заботы, ожидая подходящего возраста, чтобы выгодно продать в дом для утех или неравнодушным к юным телам господам.
   Лира не горевала от потери родителей, и довольно быстро подстроилась под необходимые требования новой семьи. Во всем происходящем она видела шанс на счастье, стараясь прилежно учиться и оправдывать все ожидания Висаны. Маленькая девочка сразу старалась ей подражать и стать любимой обретенной дочерью, а позже хотя бы верной союзницей.
   К своим двадцати годам Лира справедливо заслужила звание «интриганка», развивая свой небольшой потенциал темной магии, и мастерски овладев рукопашным боем. Она не гнушалась убийства, а раскрепощенное отношение с мужчинами делало ее весьма опасной. К тому же чувства, которые она с детства испытывала к Касту, нашли выход в их тайном для посторонних семей романе, который длится с ее пятнадцати лет. И этот роман являлся страховкой того, что девушка не предаст семью Дезант.
   А вот со мной вышла оплошность. Граф всегда смотрел на меня с опаской и презрением, а графиня была любезна и не без антипатии старалась держать при себе. Недоверие росло еще с детства, когда я задавала неудобные вопросы, основанные на воспитании покойных родителей. Вбитые с младенчества чувства справедливости, сострадания и честности, никак не хотели исчезать, лишь обрастая несовместимыми с такими качествами навыками. Пробуя найти мне хоть какое-то применение, во мне развивали все, но не находили должного отклика ни в чем. Лишь в поисках ответов на многочисленные вопросы, я часто сидела в семейной библиотеке за изучением биографий, истории и нюансовязыка в разных странах, если вдруг приходилось вникать в заграничные талмуды.
   Взлом замков стало моим излюбленным делом, так как часто я пользовалась этим умением для личных целей, а не только под назиданием наставников. С физическими навыками было куда хуже. Я не обладала достаточной силой и выносливостью, чтобы побеждать противников в равных боях. Спустя какое-то время, был сделан акцент на развитие скорости и ловкости, исключив попытки научить меня боевым искусствам. И даже не кинжал стал моим верным спутником, а обычный нож, который я предпочитала использоватьразве что в технических целях.
   Я плохо держала лицо, чтобы также умело, как Лира или Каст выпытывать все необходимое в непринужденной беседе. Так что свою информацию я добывала другими путями. Опять же библиотека или слежка, газеты, слухи, сопоставление фактов, и только изредка прибегая к открытым диалогам на щекотливые темы.
   Когда Висана пыталась дать мне определение, я слышала фразу вроде: «Назвать тебя „лисой“ слишком хорошо, а „нюхач“ звучит низко для той, кто носит фамилию Дезант».
   — Вам нездоровится, леди Ориса? — прозвучал мягкий баритон совсем рядом.
   Я вздрогнула от неожиданности, выскальзывая из плена воспоминаний о прошлой жизни и оглядывая мужчину, который обратился ко мне. Рослый, светловолосый, он никак непоходил на посла, скорее на того, кто обязан носить тяжелые латы или, в крайнем случае, кольчугу. Двуручный меч или достаточно благородного вида огромный боевой молот пришелся бы к его образу весьма уместно. А то, что он являлся магом, который даже не пользовался силой часто, выбрав совершенно другую профессиональную стезю, коробило, напоминая о грустном желании обладать частичкой волшебства. Говорят, это желание мучает всех, кого обошли Боги, не наградив искрой, вызывая зависть и благоговейный трепет перед одаренными. Мысль, что таких как я в разы больше, ни капли не утешала.
   — Прошу прощения, я не хотел вас напугать, — мягко произнес он, аккуратно облокачиваясь о перила корабля, — Нас некому было представить друг другу. Меня зовут Бридж.
   — Просто Бридж? — с неподдельным любопытством решила уточнить, высоко задирая голову, чтобы взглянуть на его лицо.
   Конечно же, я помнила его имя, но он забыл уточнить об уважительном обращении к нему, что и вызвало мое удивление.
   — Пожалуй, так мне будет приятней, — ответил «просто Бридж», не скрывая насмешливых искорок в ясном взгляде голубых глаз.
   — Что ж, я и вовсе лишилась титула, так что оставьте «леди» при себе, — безобидно напомнила ему, подставляя лицо навстречу ветру и соленой влаге.
   — Зато, насколько мне известно, обрели свободу, — с улыбкой закончил посол, всматриваясь вдаль голубого горизонта.
   — А вам многое известно, Бридж, — с игривой ноткой подметила я, — Что еще вам сообщил граф Крон?
   — Леди Ориса, я ведь не последний человек в королевстве, неужели вы полагаете, что от меня что-то будет скрывать граф? К тому же рассказывал мне о вас не совсем он, а сам его Величество Фредриг Астарский, — скорее с наигранной ноткой обиды, а не собственного величия, проговорил Бридж.
   Я уже придумывала ответ, чтобы оправдаться, но мужчина не дал мне возможности ответить.
   — Тем более я вроде должен проследить, что вы сможете без проблем обрести временное жилье на новом месте, не оставшись при этом нищенкой. Просьба самого короля, — выделяет он, — Уж больно неожиданным было ваше решение, поддержать его Величество и приоткрыть завесу нам над столь многочисленными и весьма важными тайнами, — «как красиво говорит, будто и не о предательстве вовсе, а о героизме» — промелькнула язвительная мысль, — Да и поспособствовать вашей регистрации под новой фамилией тоже придется. С видом своей деятельности разбираться будете уже сами. Вы ведь задержитесь в Хардоне всего на пару месяцев?
   После его слов, я прислушалась к своим чувствам. Страх, трепет, надежда и облегчение, из всего только первое было мне привычно.
   С графом Кроном в ту ночь мы выбрали совсем уж удаленную страну, которая мало того была сильно различна культурой и нравом, так еще и находилась на другом континенте. Благо лет семьсот назад в развитых странах был поставлен вопрос о языковом барьере и возможности снятия оного. Тогда всех жителей крупных государств обязали изучать общий язык, который передавался новому поколению. А там и остальные страны подтянулись, страшась отстать в экономических отношениях. Вскоре остальные языки были забыты, оставив монополистом нового хозяина, который просто различался некоторыми особенностями в произношении и написании, а учитывая, что я нередко сидела за словарями, проблем у меня с ним возникнуть не должно.
   День до отплытия тоже оказался не лишним. Граф разобрался со всеми формальностями, вроде подготовки легенды и места мне на торговом корабле, капитан которого особенно не интересуется, кого вообще берет на борт. Главное, чтобы не буянили и щедро платили. Кстати об оплате. Крон выделил мне дополнительно денежных средств, как награду за сохранение его жизни, хотя я предварительно, надеясь, на удачный исход, тоже не пошла на задание с пустыми руками.
   Мы с графом совместно обрисовали примерный мой план, как затеряться среди жителей столицы одного из самого крупного государства Нестаргона. Через множество споров и несогласий было принято решение, что новые документы я буду делать по месту прибытия, чтобы подстраховаться и сильнее замести следы. Я хотела получить новую фамилию, как можно скорее, оборвав все общее с Дезант, но граф был против. Начиная со светского сдержанного спора и заканчивая громогласной руганью, он уступил мне, соглашаясь, что фамилию снимет королевский маг еще в Астарии, оставляя меня безымянной, нетитулованной особой. А это, между прочим, вынуждало придумывать уже третью по счету неуверенную легенду для меня одной маленькой.
   Взамен я покину страну и сниму с него очередную, явно надоевшую головную боль, но уже связанную с получением нового имени. Но и на такие условия я согласилась, только когда была заверена графом, что чего бы ему ни стоило, он заручится помощью самого королевского посла, который собирался с визитом в Нестаргон в то же утро, и даже упросит того составить мне негласное сопровождение. На что я округлила глаза и дождалась очередное «а взамен вы, леди Ориса…».
   Взамен я много часов подряд вырисовывала схему уже своего бывшего дома, со всеми тайными подходами, а также писала огромный список всех замешанных людей, кого вспомнила, с подробной характеристикой, способностями и ролью в заговоре. Меня убедили, что все и так давно известно, а моя работа будет просто подтверждением. Не поверила. Но мечта о свободе манила.
   В тот же дождливый день граф вернулся с королевской неофициальной аудиенции и огорошил меня новостями. Королевский порт пострадал от какого-то стихийного бедствия, которое совершенно случайно вызвал главный королевский маг. Владельцам всех кораблей, которым понадобиться несложный, но длительный ремонт принесли глубочайшие извинения и бесплатный труд королевских же мастеров. А так как у посла очень-очень важный визит, он нашел единственное судно, которое отправляется в нужный срок. На этом же судне отправятся в путь и все остальные высшие особы, которым важно было вовремя добраться в Нестаргон. И все это на том самом корабле, на котором одно место уже с самого утра щедрой оплатой занято мной.
   После высказанных новостей Лимион просмотрел мои труды, присвистнул и явно остался довольным, высказав, что обязательно необходимо передать все это королю уже сегодня вечером, когда будем провожать от нас мага. Маг приехал только вечером и сделал это вечер особенным, сняв с меня ненавистное имя.
   В своей новой истории я беженка из соседней страны Вертании. Которая вот уже как семь лет не может подавить восстания и ведет внутреннюю войну. И никто не должен удивиться, что я окажусь в дальнем, крупном городе чужой мне страны в поисках убежища, без документов и со скупым багажом. Продав последние драгоценности своей покойной матушки, я оказываюсь на борту торгового судна и по счастливой случайности знакомлюсь с послом Астарии Давором Бриджем, который славился мягким сердцем и сострадательной душой. Так он замолвит словечко за мою скромную особу, чтобы без дополнительных разбирательств, я получила новые документы и право на спокойную жизнь.
   Документы. Как было бы проще, если бы это был давно забытый образец прошлых веков, когда все сведения о тебе хранились на бумаге. А так в запястье внедрялось почти нерушимое заклинание с такими же сведениями, которые могли снять королевские маги-артефакторы или очень сильные такие же маги, но работающие на черном рынке. Услуги последних были по карману только настоящим богачам.
   После недолгих споров, граф все же убедил меня, что сразу уезжать из столицы Нестаргона не стоит. Там мне необходимо убедительно сыграть на чувствах всех, с кем успею познакомиться, более подробно напев им о своей горькой, побитой войной судьбе. Радовало, что некоторые знания о Вертании пригодятся. Через пару месяцев, мне нужносослаться на непривычку и усталость от шумной столицы и, с сожалением, уехать дальше на юг. На юге меня не устроит жаркий климат и я не задержусь там дольше месяца, выдвинувшись на север. Предполагаемый конечный пункт ожидал меня в крошечной стране Эфинии. Расположившись далеко на севере в горах, тихий оазис жил размеренной жизнью, занимаясь добычей редких драгоценных камней и качественного железа. Именно там я и попытаюсь обустроить свою жизнь.
   — Считают, что Хардон — город больших возможностей, — продолжил Бридж, дождавшись от меня утвердительного кивка, — может, вы рискнете, и попытаетесь наладить жизнь именно в нем? Зачем забиваться в такую глушь, как Эфиния?
   — Меня сейчас больше волнует вопрос, кто еще знает так много о моих планах? — хмыкнула и убрала темную прядь с лица, — Очень не хотелось бы бежать потом еще и из Эфинии. Семья Дезант ведь будет наказана по всей строгости закона, и если кто-то решит отомстить мне за предательство…
   — Не стоит переживать по этому поводу, — прервал меня собеседник, — У нас довольно натянутые отношения с Нестаргоном и это последнее место, где будут искать следы вашего пребывания, если вообще будут. Вам стоит расслабиться и начать учиться жить без оглядки, — он окинул меня теплым взглядом, который на удивление вызвал чувства уверенности и защиты. Вот же воистину посланник мира, — идите в каюту, леди Ориса, и попробуйте выспаться. Я наложил на вас заклинание, которое немного облегчит ваше самочувствие, поэтому и сон должен быть крепче.
   — Благодарю за проявленную заботу, — потеряно высказала я, силясь вспомнить, когда он мог провести эту магическую операцию над моим телом, но, не вспомнив ни одного паса рукой, решила сдаться и, попрощавшись, пошла отдыхать.
   Глава 3. Знакомство с приятностями и не, как начало новой истории
   Хорошо выспавшись, я умылась, оделась всю в ту же удобную, правда сильно облегающую одежду, которая была на мне еще с ночной вылазки к графу и собралась подняться напалубу. Нужно было найти посла, еще раз отблагодарить его и аккуратно попросить добавки, потому что тошнота постепенно пробуждалась вместе со мной и сейчас уже вернулась полностью в той же легкой, но неприятной форме.
   Критично осмотрев свое отражение в очень узком, но терпимого качества зеркале, каюта все же не люкс, осталась удовлетворена. Темные прямые волосы спадали ниже плеч, полные чувственные губы сейчас были чуть обветренными, что не делало меня менее привлекательной, аккуратный нос, большие глаза темно-синего цвета, щедро награжденные длинными ресницами и аккуратные брови. Ниже, по худой, не слишком высокой, но не лишенной женственности фигуре плотно сидела черная рубашка, черные штаны с кучей мелких карманов и высокие такие же черные сапоги. Только зеленый оттенок от недомогания на светлой коже не вписывался. И, казалось бы, Боги Ирфрида совсем смеялись, наградив меня ненужной и яркой красотой, которая зачастую мешала в моем подходе к работе, привлекая лишнее внимание.
   Еще раз окинув себя критичным взглядом, хмыкнула себе под нос и направилась наружу. Резко открываю дверь, свет из коридора ослепляет, поэтому прикрываю глаза, делаю шаг, и на меня налетают справа. По инерции, нащупываю руку возможного противника, выворачиваю, налегаю всем весом, и вот хрупкая спина в белом дергает лопатками, пытаясь выбраться. Девушка старалась не ругаться бранью, скорее прижатая к деревянной стене лицом, она высказывала в голос все, что думает до тех моментов, когда начинались существительные, щедро приправленные яркими эпитетами, а вот они уже произносились шепотом.
   — Леди Ориса, что же вы делаете? — доносится голос Бриджа сбоку, и я поворачиваю голову в его направлении. Зря.
   — Ох! — отпускаю руку и отскакиваю шипя, на пару шагов, которые позволяет сделать узкий коридор. Нога болит или уже горит. Не свожу взгляд с девушки, которая бегло осматривает целостность своего каблука и буквально рыча, поднимает гневный взор на меня.
   — Простите, ваше Высочество! — зачем-то просит прощение Бридж у принцессы?
   — Вы ее знаете? — едва сдерживая себя, спрашивает та, что готова, как мне показалось, спалить меня взглядом своих зеленых глаз.
   — Эээ, да. Это моя дальняя племянница, — неуверенно и скомкано произносит тот, кто должен уметь говорить красиво.
   Очередной странный шаг от посла, который заставляет меня не только снова удивиться, но и усомниться в сохранности его рассудка.
   — Дальняя племянница? — не укрылась и от юной принцессы оговорка.
   «Принцесса, какой страны могла оказаться на этом корабле?» — тем временем промелькнуло у меня в голове.
   — Она дальняя родственница жены моего кузена, но я так часто видел ее с самого детства, что давно воспринимаю Орису, как родную племянницу, — после короткой заминки, делает не лучшую попытку выкрутиться Бридж.
   Волосы цвета пшеницы волнами струятся ниже талии. В странной прическе две тонкие косички падают от висков. В волосах больше ничего. Взгляд касается белого платья впол свободного кроя, массивные браслеты на тонких изящных руках, пробегаю к обуви, ее уже толком не видно, но я помню необычайно высокие каблуки. Ну, где же?! Платье, прическа, украшения, обувь, все! Все было незнакомым. Принцесса с другого материка? Предположение вполне может жить.
   — Ну знаете, — яростно рычит та, но на секунду сузив глаза, заканчивает более спокойно, — А, впрочем. Благодарю за приятную прогулку и не менее приятную беседу, Бридж, — проговаривает она с искренней улыбкой, глядя на растерянного Бриджа, — Дальше я дойду сама.
   И грациозной походкой удаляется. Я уже спокойно вздохнула, посмотрев на подрастерявшего мужскую стать посла. Тот в свою очередь улыбнулся мне, смешно поджимая губы.
   — Я все же дам вам совет, королевский посол, — не оборачиваясь, говорит еще не ушедшая далеко принцесса, надменным тоном, — не балуйте свою племянницу! Она растет несдержанной и агрессивной, такие опасны для общества.
   — Вот сучка! — обидно вырвалось у меня ругательство, что заразно услышала не так давно от принцессы.
   — Я учту ваши пожелания, — громко сказал в ответ Бридж, — Леди Ориса, — это уже тише и укоризненно ко мне. А потом он опустил голову и тихо засмеялся.
   Я молча ожидала, когда закончится его веселье, не желая присоединяться к нему. А когда он отсмеялся, откашлялся и ответил на мой взгляд своим, решила приступить к просьбе.
   — Я искала вас, Бридж, а не принцессу… А из какой, кстати, она страны? — решила попробовать вызнать, чтобы не ломать себе голову.
   — Раз вы меня искали, и я почти успешно проводил одну юную деву до ее временных покоев, то приглашаю на прогулку новую, — протягивая свою большую ладонь, весело проговорил посол, напрочь игнорируя мой вопрос.
   — А вы обещаете, что провожать меня будете более бережно, чем эту блондиночку? — шепотом спросила, поднося свою ладонь к его, но остановила так и не вложив, дожидаясь ответа.
   — Обещаю, что буду беречь вас от посягательств на ваше здоровье, честь и жизнь, — заговорщически произнес Бридж, склонился ко мне и добавил, — от блондинок в особенности.
   Не став вкладывать ладонь в его протянутую руку, я бодро подошла к нему и взяла под руку, смело улыбнувшись. Он наградил меня изумленно-вопросительным взглядом.
   — Ну как же, дядюшка? Вы только что сломали мою бессчётную легенду, которую граф Крон так старательно и долго выдумывал. Теперь ведите меня развлекаться! А за ваше разрушительное поведение, с вас лекарство от тошноты, — проговорила я, имитирую любимую, но капризную племянницу.
   — Принимаю ваши доводы, — согласился Бридж, ведя меня к лестнице, наставительно продолжая и давая ответ на проигнорированный вопрос, — Но смею напомнить, я сломал всего лишь легенду, а вы чуть было руку принцессе Элании Террийской.
   — Почти, но не сломала, — ответила в тон Бриджу.
   «Принцесса и впрямь с другого материка», — коснулась меня мысль, погасив последний интерес к этой особе.
   Мы поднялись на палубу, и я остановилась, удерживая посла возле себя.
   — А как, кстати, вы развлекали принцессу? — с интересом спросила у Бриджа.
   — А давайте я покажу, и мне не придется ломать голову и выдумывать что-то новое, — сделал не очень заманчивое предложение Бридж и подмигнул.
   — Ну, уж нет! — обиженно сложила губы и нахмурилась, — Выкладывайте! Последовательно, кратко и без, спасите меня все светлые Боги Ирфрида, подробностей.
   Заливистый раскат смеха накрыл палубу, но ненадолго.
   — Леди Ориса, даже если бы я захотел уединиться с девушкой, то на этом корабле все битком, мышь проскользнуть незамеченной не сумеет. Да и возраст принцессы, а она всего на год старше вас, — отсмеиваясь, проговаривал мужчина, — как и ее статус не позволит мне помыслить о нашем сближении.
   — И все же я жду от вас плана нашего развлечения, — ничуть не смутившись, возвратила Бриджа к ответу. Попутно отметила, что тошнота опять отступила, и про себя поблагодарила спасителя.
   На несколько секунд мужчина задумался, теряя с лица улыбку. Он посмотрел в бескрайнюю голубую даль горизонта, потер квадратный подбородок свободной рукой, потом перевел озадаченный взгляд на меня, опять улыбнулся, покачал головой и снова устремил взор вдаль. И что это значит?
   — Думаю, что вам будет скучно, если мы повторим проведенный досуг, который был с принцессой, — сам того не зная, ответил на мой мысленный вопрос Бридж.
   — Вот теперь мне просто необходимо знать, чем таким вы занимались с ее Высочеством? Иначе не переживу, — почти серьезно проговорила я.
   На самом деле догадки были, но любопытство требовало подтверждений. Я действительно не знала, чем можно занять себя на корабле, чтобы скрасить досуг.
   — Мы просто гуляли и обсуждали культуру, зажатость и старомодность молодежи Западного материка. И в целом обсудили различие наших культур, — признался Бридж.
   — Астария желает наладить добрые отношения с Террийском? — сразу провела возможную параллель нахождения принцессы на корабле и легкого подхода к ней от посла.
   — Да, скромный негласный визит, которым не смог удостоить нас сам правитель Террийска.
   — Что же, давайте попробуем и повторить, — решила я. Собеседник из Бриджа очень приятный, как знать, может и весьма интересный. За что-то же его все же благодарила принцесса и утомленной не выглядела, — По крайней мере, прогуляемся, ну…, — обвожу корабль взглядом, — Знаете, я еще не была на верхней палубе.
   — Ну, пойдемте, — согласился Бридж и сделал шаг в сторону носа корабля, уводя меня за собой.
   Пока неспешно шли, периодически останавливались, чтобы понаблюдать за работой матросов. В отместку принцессе мы бурно обсудили раскрепощенное поведение молодежиВосточного материка, отсутствие у тех манер и даже слегка затронули их разнообразную, оскорбительную лексику. Я нашла Бриджа не просто интересным человеком, а очень интересным. Он многое знал, красиво слагал скучную культурно-историческую информацию в увлекательные краткие рассказы, подкрепленные личным наблюдением и опытом.
   И мы почти дошли до назначенного места, когда Бриджа окликнул уверенный, немного грубый и достаточно громкий мужской голос.
   — Ваше Сиятельство, подождите, — быстро подошел к нам высокий, но уступающий первенство в росте Бриджу, мужчина, — Я озадачен. Обычно мой скромный корабль лишен такого количества светлых гостей, и я бы в этот раз не хотел пренебрегать правилами и все же составить запись о пассажирах, хотя бы высшего сословия. Вы не моглибы помочь? — серьезно смотрели на Бриджа темно-серые глаза, ожидая ответа.
   — Нириан, вы же знаете, я никогда бы не отказал вам, — уважительно произнес Бридж, — Но юной леди прогулку я пообещал раньше, — смятенно закончил и бросил мимолетный взгляд на меня.
   Нириан Грей уже капитан? Удивительно быстро. Мужчина без наигранности опомнился, повернулся ко мне и сделал попытку вспомнить забытые правила этикета. Вскользь осмотрев меня и, видимо, не найдя во мне ту самую леди, он все же неловко поклонился. Но слабая качка на корабле не позволила выдержать отведенные для манер секунды достойно, поэтому он скоро выпрямился. Темный локон длинной челки, не подхваченный в низкий хвост волос, освободился и упал на смуглую щеку, мешая обзору. Мужчина быстро, наверняка, привычным уже жестом, вернул негодника за ухо, на положенное место.
   — Простите, совсем забыл о манерах и добром тоне, — извинился тот, — Не часто леди пользуются услугами моего корабля, а тут еще и…, — он перевел осторожный взгляд на Бриджа, пытаясь видимо подобрать слово, объединив всех светлых господ, свалившихся ему на голову, но при этом, не оскорбив, — Еще раз прошу прощение и не смею дольше мешать вашей прогулке, — решил безопасно закончить капитан.
   — Что же вы?! Бридж, я могу и подождать в одиночестве, если капитан обещает, что это не займет много времени, — улыбнулась, решив быть щедрой в такой солнечный день.
   — Совсем немного, леди, — воспрянул и заверил капитан.
   — Ну, если леди отпускает, — неуверенно глянул на меня посол.
   — Трикс! — окликнул Нириан кого-то за моей спиной, — Кидай свою работу, и составь компанию, этой уважаемой леди, — подчеркнул он наставительной интонацией, — Это совсем ненадолго. Думаю, так, всем будет спокойнее, — уже обратился к нам.
   В то же время к нам подошел очередной мужчина. Ну конечно, из кого еще состоять экипажу, если женщинам на корабле место только в числе пассажиров. И если капитану было лет тридцать пять по моим наблюдениям и подсчету морщинок на обветренном лице, то Трикс был младше лет на десять, а если зайти дальше, сравнивая внешность, то капитан был симпатичным, но невзрачным. Какой народности был Трикс, долго даже не гадала.
   Далеко на юге Восточного материка, находилась жаркая страна Алтира. Виноват ли климат или еще какие-то условия, но большая часть коренных жителей обладали красноватой и очень смуглой кожей, и не менее кричащие красные же волосы различных рыжих оттенков. Он может и был красив, но непривычность резала глаза. К тому же внимание к себе перетягивала не внешность, а его дерзкий взгляд, уверенные движение и наглое поведение.
   Не зря Алтира была объявлена пиратской. Торговля и государственные отношения с этой страной вели только отстающие страны, которым нужно было ухватить хоть что-то и хоть где-то.
   — Компанию составлять ей? — просто, без малейшего почтения спросил тот, выуживая из карманов закатанных, широких бридж яблоко.
   — Леди, она ле-ди, — по слогам повторил капитан, но, кажется, все тщетно.
   Трикс окинул меня, сверху своего роста, изучающим беглым взглядом почти черных, карих глаз, медленно, с хрустом откусил яблоко и, делая какие-то свои выводы, осталсячем-то доволен.
   — Мне кажется это не лучшая идея, Нириан, — быстро проговорил Бридж.
   — Не переживайте, Бридж. Трикс маг и с ним безопасно, — по-своему истолковал его волнение капитан, — К тому же, это действительно не займет много времени. Трикс, если леди будет жаловаться на досуг, я скину тебя за борт с одним спасательным баллоном и с тем количеством яблок, которые ты нагло утянул у кока с утра, — попытался воззвать к ответственности и совести капитан.
   А вот на мой взгляд, пробудить то, чего нет, невозможно. Я стояла и наблюдала за удаляющимися мужчинами, все больше жалея о своем согласии.
   — Я люблю яблоки, жить без них не могу, — проговорил Трикс и вновь громко откусил от сочного плода, — И что делать с леди? У тебя хоть имя есть? Или так и зовут — Леди? — вполне серьезно вывалил на меня вопросы с набитым ртом парень. Видимо, недоумение отчетливо отразилось у меня на лице, так как тот решил оправдаться, — А что нетак? Ты же с Западного. У вас там такие чудеса порой, что кличку любимой кобыле могут дать лучше, чем собственную дочь назвать.
   — Тебя обманули, — тоже решила оставить «вы», раз этот так смело без него обошелся.
   — Пошли, — хмыкнув, позвал тот, и потянул меня за локоть, — Досуг для леди значит. В такой-то одежде и леди. У нас леди и то скромнее одеваются, — бесстыдный взгляд изучил мое тело, — За борт значит, если жаловаться будешь.
   На лице такое серьезное, задумчивое выражение и беглый взгляд по палубе.
   — Эй, ты чего удумал? — не менее серьезно испугалась я, спотыкаясь на ровном месте.
   И я бы упала, но парень поддержал меня за локоть, ухватившись второй рукой за талию и замолк, уставившись на не до конца застегнутую рубашку в районе грудной клетки.Надкусанное яблоко со стуком упало и покатилось по палубе.
   — Сколько тебе лет? — все тем же серьезным тоном задал вопрос, не отводя взгляда от ложбинки декольте и не выпуская из подобия объятий.
   — Девятнадцать, — отчеканила, не задумываясь.
   — Всего семь лет разницы и что радует совершеннолетняя, — задумчиво и уже подробнее разглядывая и оценивая мое лицо, произнес хам.
   Неподконтрольная ярость накатила стремительным комом, обрушив весь гнев кулаком в лицо совсем обнаглевшего ребенка Алтиры.
   — Воу! — мгновением позже послышалось от парня, который выпрямлялся, держась за щеку. — Да не какая ты, не леди! — голос обманутого на удивление полнился восхищением.
   — А вот и Триксу-наглецу прилетело по еб…! Ох, леди, простите! — Послышалось откуда-то сверху, пока со всех сторон звучал мужской дружный хохот.
   — Я знаю, как насытить твой досуг, — резко, без обид и воодушевленно произнес Трикс, — Разувайся! — окончательно испугал меня сумасшедший.
   Но уже примерно через десять минут я сидела, крепко обхватив ногами и руками, продолжение носа корабля, как назвал его Трикс — бушприт. Парень оказался прав, точно угадав, отчего я могу получить восторг и оставить его с яблоками. Он, в отличие от меня, сидел позади спокойно, устроив одну ногу себе под пятую точку, а вторую свободно свесив, и заплетал мне колосок.
   Вот так. Возможно бурное, насыщенное знакомство стерло все границы между нами незнакомцами, да и за те чувства, что я испытывала на данный момент, он заслужил даже поцелуй, о чем ему конечно не сообщу. А эмоции и впечатлении были многогранны.
   Сидя тут, я отчетливо ощущала, как корабль не просто качается из стороны в сторону. Он ныряет вниз, стараясь протаранить темную, негостеприимную стену воды, но получая от возлюбленной резкий отказ, на чувствах обиженного любовника взмывает вверх, стараясь уйти, оторваться от той, что так неприступна и холодна. Я словно ощущала всем нутром эту бесконечную и напряженную игру любовников, но без сострадания, а пользуясь откровенным зрелищем, наполнялась трепетным восторгом, свободой на грани полета и неописуемой детской радостью.
   — Почему вода не брызгает? — удивилась я, вспоминая, как стоя возле борта, ощущала водную пыль.
   — Я поставил воздушную стену. А что? — спокойно ответил маг.
   — Сними, хочу все прочувствовать.
   — Уверена? — также спокойно уточнил.
   — Да.
   Трикс наскоро доплел мне прическу и обхватил меня за талию, чем окончательно нарушил все рамки приличия. Я обернулась, округлив глаза.
   — Это для твоей же безопасности, — прежде чем успела возразить, услышала его голос.
   А дальше ветер ударил в лицо, оглушая и принося соленые брызги воды.
   — Я немного усилю поток ветра, корабль пойдет быстрее. Не ерзай лишний раз! Тебе понравится, — почти прокричал мне на ухо Трикс, после чего я растворилась в сказке полета.
   Я наслаждалась свободой, как никогда, оставляя все позади. Свободна от всего и всех. По-настоящему. Закрывала глаза, когда корабль взмывал вверх, и не сдерживала смех, когда свист ветра оглушал, а грозный любовник вновь устремлялся навстречу неприступной водной глади, унося и меня с собой.
   Когда эмоции немного отступили, я сообщила Триксу, что уже промокла и начинаю замерзать. Он вновь поставил воздушную стену и помог спуститься на палубу.
   — Капитану не говори, о том, что ветер усиливал. Он не любит, когда его люди расточительно тратят свои силы, — убедительно просил меня маг.
   — То есть, ты ради меня пошел против воли своего капитана? И чем же заслужила? — ответ у меня был готов в голове. Видимо кулаком, но я ошиблась.
   — Яблоки, — прозвучал емкий ответ, — Если ты будешь довольна как сытый кот, то я буду не как, а вполне себе доволен получив в награду яблоки.
   — Что же ты в них находишь? — изумилась я.
   — Они вкусные, — выдал лаконичный ответ.
   — Пойдем дальше, раз капитана и твоего провожатого еще нет, — обреченно вздохнул алтировец.
   — Тебе неприятна моя навязанная особа? — истолковала его совсем неприкрытую неудовлетворенность.
   Трикс перевел на меня удивленный взгляд, снова осмотрел меня оценивающе и поинтересовался:
   — Какому моряку будет неприятна компания красивой, молодой девушки? Просто, — тут он замолчал, задумчиво щурясь на солнце, — У меня же еще обязанности есть, которые нужно исполнять и желательно успеть до заката.
   — Но еще даже не полдень, — заметила я.
   — Работы подвалило из-за огромного количества людей на борту. Обычно мы перевозим только груз, а тут набежали. Поэтому пришлось из небольших кладовых наспех оборудовать каюты, а груз перетаскивать в другие места. Теперь постепенно сортируем, — выдал информативный ответ парень, видимо таким образом извиняясь за заблуждение, в которое ввел меня, — Да и работа на палубе есть почти у каждого в команде. Я не исключение, даже если маг.
   А дальше мы полезли на высокую мачту. Мне часто протягивали руки и предлагали помощь многочисленные моряки, но я вежливо отказывалась, прекрасно справляясь сама. Натренированное тело реагировало крепко и уверено, а такой же закаленный ум, сразу находил, за что можно зацепиться, чтобы подняться выше.
   — Лазаешь, словно кошка, — прокомментировал Трикс, когда мы сделали остановку на рее.
   — Уже второе упоминание этого зверька, — в свою очередь подметила я.
   — Яблоки я люблю больше! Но этого, как ты выразилась зверька, мы нашли способ оставить жить в домах, и я ими восхищаюсь, — с откровенной гордостью сообщил мне парень.
   — Мне казалось, что они дикие, — даже не скрывала своего любопытства и удивления.
   — Я дитя Алтиры и я тоже дикий, — самодовольно ответил Трикс, — Поэтому с кошками мой народ сумел подружиться.
   Спускалась я, уже вдоволь нагуляв аппетит и с желанием залечь в спячку после еды. В голову закралось воспоминание такое давнее, но такое родное, унося меня далеко от настоящего.
   — Как думаешь, что будет с нами, когда мы выполним условия и свергнем короля? — забираясь по отвесной искусственно выстроенной магом стене, спросила я у Лиры.
   Рыжеволосая грива рассыпалась по плечам. Девушка попыталась ухватить ленту, которая не сумела справиться с задачей, удерживать непослушных паршивцев, но та, ласково погладив изящные пальцы на прощание, шелком ускользнула вниз.
   — Вот же черт! — звучно выругалась Лира, провожая ленту взглядом и болтаясь на страховочных канатах, — Ненавижу свои волосы!
   Девушка быстро берет себя в руки и вот секунда другая она уже догоняет меня.
   — Если честно, я даже не думала об этом. Меня озадачивает совсем другое, — тяжело дыша, ответила Лира.
   — Что же?
   — Видела эту стерву? — «какую из?» ¬— возник вопрос в голове, но Лира, подтягиваясь, продолжила, — Дочь графини Базир. Она пожирала плотоядным взглядом на вечере Каста, а Висана даже не пошевелилась, чтобы остановить сына отвечать этой дряни любезными ухаживаниями! — сыпала негодованием рыжая бестия.
   — Лира, ты же знаешь, что для посторонних, за пределами нашей семьи, вы любящие друг друга брат и сестра.
   Делаю подъемный рывок, ощущаю, как руки уже ослабели и дрожат.
   — Давай ты уберешь это «брат и сестра» и тогда меня все устроит, ладно?
   — Послушай, — хотела я уйти от скользкой темы, уже жалея, что вообще начала подобный разговор.
   — Нет! Это ты послушай, малышка! — я скривилась, услышав очередное Лирино ко мне обращение. Она всегда старалась называть меня ласково, когда раздражалась, боясь всвоей грубости обидеть, — Ты хотела знать, что будет, когда королевская семейка отправится на тот свет? Так вот я тебе расскажу, — угрожающе, напевно обещает мне Лира уже откуда-то сверху.
   Еще рывок, хватаюсь рукой за осыпающийся камень, перчатка цепляется за острый край, и я соскальзываю, уже представляя, как будет болеть спина после страховочных веревок, но уверенная рука названой сестры хватает за запястье.
   — Давай, я помогу, — спокойно и где-то в глубине с заботой произнесла она твердым голосом.
   Вскарабкиваюсь и наблюдаю, как Лира садиться на край и хлопает рядом с собой, приглашая сесть.
   — Когда я лично проткну сердце Фредрига, когда сделаю все, чтоб его королевский род захлебнулся в крови, я потребую от будущего короля отдельный титул, — услышалая неожиданное заявление, — Я ведь не глупая, Ори. Каст со мной, но его страсть давно покинуло сердце. И теперь спит и видит, как избавиться от меня, когда моя помощь будет больше не нужна.
   — Лира, о чем ты…
   — Давай ты не будешь искать ему оправданий! — перебила она, — Пока что я готова высказать тебе правду, потому что больше довериться тут некому, — тихо и разочаровано произнесла обычно самоуверенная девушка.
   Тяжело вздохнула, глядя вниз, где под нами метров пятьдесят, а может и больше.
   — Мне нужно лично убить большую часть королевской семьи, в том числе самого короля. Особенно его. Если смогу отметиться так громко, то Висана ничего не сделает мне,как и Каст. Другие семьи им не позволят. И тогда я выбью себе титул и независимость.
   На плечо легла тяжелая рука, и я дернулась, оборачиваясь, собираясь защищаться, но вовремя выставленная одернутая рука Бриджа, в жесте «стоп», останавливает меня.
   — Леди Ориса, вам давно следует расслабиться, — растерянно произнес Бридж, — Тут не стоит ожидать нападения.
   — Годы тренировок, Бридж, не так легко от них избавиться. Простите — смутилась я и отвела взгляд в сторону.
   — Я видел ваше времяпровождение, — поделился Бридж, — Сначала капитан порывался к вам на помощь, но я принял решение, что не стоит вмешиваться. Парень действительно смог занять вас. Но вы, леди, скажу откровенно, меня удивили, — подставляя локоть, восхищенно признался Бридж.
   — Это чем же? Неподобающим поведением? Признаюсь, что на время забылась и …
   — Что вы, леди Ориса?! — неподдельно восклицает Бридж, — Мы с королем не раз слушали отчеты шпионов о том, как тренируют сирот. Но слышать и видеть разное, — таинственно и мечтательно заканчивает фразу посол.
   — Сочту за комплимент, отчего благодарю вас, — приятная гордость на секунду вскружила голову.
   Что не говори, но женщины любят, когда ими восхищаются и любуются.
   — Приглашаю вас разделить со мной трапезу, а потом сыграть в шахматы, — предложил мне мужчина, — Сведения от шпионов гласят, что вы являетесь достойным противником в этой игре, — одарил очередным комплиментом этот хитрый плут, прекрасно видя, что нашел путь к моему обычно закрытому сердцу.
   Глава 4. Ранняя суматоха
   Вот уже почти полторы недели наш корабль стремительно плыл через океан, унося меня все дальше от Родины. Не скажу, что я особо сопротивлялась, боролась или грустила. Наоборот, я млела и наслаждалась от мыслей, что больше никто не угрожает моей жизни, никто не командует мной и не приказывает, никто не управляет мной. Я улыбалась, когда мечтала о том, как буду сама решать, с кем мне поддерживать отношения, у кого я буду греться в объятиях и кому буду дарить свое внимание. Все сама.
   Экипаж как, оказалось, состоял из удивительно добрых и веселых мужчин, местами очень похабных и очень наглых, что только прибавляло их образу мягкую простоту, которая дружеским откликом западала в сердце. Трикс отказался от сексуальных намеков, что сделало его пусть все еще невоспитанным, но все равно замечательным другом. Я успела перезнакомиться почти со всеми из команды капитана, держась дальше от пассажирской составляющей.
   Пару раз я ловила на себе откровенно любопытный взгляд принцессы Элании, но умело игнорировала его, не провоцируя и не давая девушке возможность завести беседу. То, что я заинтересовала королевскую особу, пусть даже дальней незнакомой страны, не было удивительным. Не каждый день тебе умело заламывали руки девушки чуть более плотной комплекции, чем твоя, тем более, когда ты наследница одного из четырех крупнейших и влиятельных государств мира.
   С Бриджем мы подружились крепко и основательно, смело возвращая жизнь легенде, где он сможет без лишних оправданий просить за меня, чтобы я получила имя без особых проблем. Благо Элания, не придав значения словам Бриджа, не стала болтать о некрасивом инциденте.
   Каждое утро, я заочно отбивала Бриджа у принцессы, после их недолгой прогулки и всей своей сущностью наслаждалась обществом этого интеллигентного мужчины. Обычно наши беседы и общие занятия длились на протяжении почти всего дня. Делали перерыв только тогда, когда меня наглым и бесцеремонным образом похищал Трикс, чтобы обучить очередному корабельному ремеслу. И пока руки были заняты изучением правильного подвязывания и складывания, какого-нибудь небольшого паруса, остальной экипаж напевал мне свои лишенные скромности песенки, чтобы к следующему дню я выучила слова, и мой звонкий альт поддерживал их пение.
   Капитан только недоуменно покачивал головой и постоянно твердил, что оборзевшие глупцы портят такую нежную и славную девушку. А вот Бридж был совсем не против и в скором времени, на удивление коллегам и остальным пассажирам, закатав рукава белоснежной рубахи, присоединился к нашему странному переплетению веревок, которое моряки звали некрасивым словом сплесень. И как вскоре выяснилось, знал он это занятие и слова песен чуть ли не лучше самих моряков.
   И вот после очередного вкусного, но немного надоевшего однообразием ужина, прошедшего как обычно в каюте у Бриджа и долгой последующей игры в шахматы за приятной беседой, я с отличным настроением отправилась спать. На рассвете мы прибудем в главный городской порт Хардона. Наше путешествие по просторам обычно грозного океана, который принял нас ласково и даже без штормов, подходило к концу. Не скажу, что я сильно грустила, расставаясь с дружелюбным коллективом экипажа, скорее легкую тоскупо ним перебивало таинство новой земли, ее жителей и быта. Я уже успела вымолить у грозного кока, никогда не произнесу его заковыристое имя, пару самых спелых яблок для Трикса и спела пару песен с задорными моряками на прощание, которые тоже нетерпеливо стремились к суше, давно в мыслях наслаждаясь плотскими утехами. Так что заснула я довольная собой и в радостном томительном ожидании.
   Вот только, выспаться мне было не суждено. Каким чудом я удержалась в своей спальной койке, не имею представления, но сердце от испуга рухнуло вниз. Жуткий грохот и скрежет, явно страдавшего, словно живое раненное существо, судна, громогласно обрушился на мой чуткий сон. Потревоженный в ночи, деревянный гигант, старался удержать равновесие, сильно раскачиваясь, будто кто-то толкнул легкий маятник, а не его. Захлебываясь, наползавшими, потревоженными волнами, он стонал, пробуждая людей от сна и призывая их на помощь.
   Первая мысль проскочила о столкновении с другим кораблем. Она жила даже тогда, когда до сонного разума дошло осознание, что место дозорного, усиленное магией можетпозволять довольно четко видеть в темноте и на дальних расстояниях все приближающиеся надводные объекты. Думать, что угроза исходила из-под воды, я всячески отказывалась.
   Придерживаясь за стены, что мало помогало, я поднялась наверх, все еще силясь понять, что происходит. Матросы, с ужасом в глазах, суетились и проталкивались к мачтам, через таких же любопытных и переполошенных пассажиров, которые высыпались на палубу.
   — Кид, где Виктор? — услышала среди криков уверенный и строгий голос капитана. Он остановил одного из юрких мальчуганов лет одиннадцати. Кажется, те делали тут мелкую и несложную работу. Юнга был бледный, а в огромных от ужаса глазах плескалось непонимание, — Помощник! Где мой помощник? — проревел капитан, теряя терпение и хватая мальчишку за плечо.
   Еще секунда и худая трясущаяся рука мальчика, справляясь с охватившей ее слабостью, неуверенно указала в сторону носа корабля. Судно, достигнув своей цели и пробудив всех своих обитателей, уже успокаивалось, уступая лидерство в действиях маленьким хозяевам.
   — Кажется, это был ратигал, капитан! Трикс отпугнул его каким-то мощным заклинанием, сказал, что оно продержится около часа, — произносил надрывным голосом совсемюный матрос, и, не сумев сдержать мужественность, всхлипнул и заплакал, отворачиваясь и стараясь скрыть от любимого капитана свою слабость.
   В голове прокатилось целое собрание томов о морских чудовищах, и секундой позже, когда память услужливо подсунуло все о ратигалах, я была готова уподобиться мальчишке и впасть в истерику. Говорят, по их вине, киты больше не водятся в теплых морях. Ратигалы предпочитали охоту и падаль. Нападали они большой группой, нанося удары и отступая, чтобы наблюдать, как жертва медленно шла на дно, преследовали, и, если надо, снова и снова нападали. Когда жертва умирала, они кружили над ней еще на протяжении нескольких дней, пополняя запас еды недальновидными хищными рыбами, которые посмели подплыть на запах крови.
   Сейчас я осознала, если корабль еще не ушел под воду, значит через час, когда чары мага спадут, подводные стервятники атакуют снова. Шлюпки не спасут, они просто не позволят никому отплыть, так что надежда только на штатных магов.
   Наблюдая за Нирианом, поняла, что он тоже пришел к схожим выводам. Сморщившись в яростном гневе, он с силой тряхнул мальчишку, дав указания собрать всех магов и руководство в его каюте. На лице Нариана читалось отвращение к существам, посмевшим напасть на его дом, на его святую обитель. На мгновение, я даже прониклась жалостью к глупым чудовищам. Но лишь на мгновение, пока смотрела вслед удаляющейся широкой спине, которую несла уверенная походка капитана, или даже короля этого судна.
   Мальчишка бросился со всех ног, зазывно оглашая палубу именами тех, кого приказал привести Нириан. Все правильно. У нас еще достаточно времени до повторной атаки, иэтот шанс нужно использовать.
   Я вернулась в каюту, чтобы на всякий случай взять из немногочисленных вещей только необходимое. Крепко привязала мешочек с драгоценностями и деньгами к поясу, удобно устроила маленький нож в голенище сапога и собрала густые волосы в высокий хвост, чтоб при случае спасения себя любимой ничего не мешало. Не став слушать графа, я не переодевалась в платье для леди, опираясь тогда на другие доводы — бежать должно быть удобно, особенно сбегая от Дезант. Поэтому сейчас мое решение меня даже подбадривало, ведь в платье плавать было бы затруднительно.
   Убедившись, что все при себе, я вновь поднялась на палубу. Озадаченные люди перегибались через высокий борт, стремясь увидеть что-нибудь в темной глади воды. Перевела взгляд на небо. Светает. Звезд уже почти не видно, а линия горизонта чуть окрашена в розовый оттенок, но все еще сумрак не готов отступить. И если корабль не сбился с курса, то потерпеть еще пару часов, и там можно было бы подать сигнал бедствия береговым магам. Если повезет, то все останутся живы и невредимы.
   Целеустремленно развернувшись, я уверенной походкой направилась в каюту капитана. Пусть меня там не ждут, но я должна попытаться узнать больше подробностей.
   Редко бывало, что в такие моменты, когда каждое действие должно быть выполнено четко и правильно, когда от меня не требовалось светских речей, и я могла открыть всю себя, я становилась более собранной. Страх не исчезал, но уступал месту необходимым в критической ситуации мыслям, которые становились хаотичными, но всегда приводили к правильным выводам и к холодным, верным действиям. Возможно, благодаря этому качеству, я все еще не умерла с подачки семьи Дезант от неизвестной болезни, а заботливые опекуны не отправляли курьера раз в год с цветами на мою могилу. Возможно, благодаря этому качеству я все еще жива и уже свободна.
   Приоткрыв дверь в полумрак каюты, я постаралась незаметно прошмыгнуть внутрь, но меня буквально сразу сгребли в охапку огромные лапы, и знакомый голос на ухо сообщил:
   — Я ждал вас раньше, леди Ориса, — слышу отчаянные ноты в голосе Бриджа, — Если это действительно ратигалы, то шансы есть, но я не уверен, — послу не удалось скрыть волнение, что было удивительно для человека его профессии. Обычно он показывал только те эмоции, которые не хотел скрывать, кроме случая с Эланией. И насколько я помню, тогда он столкнулся с чем-то новым в первый раз в жизни, как признался мне об этом позже.
   — Сейчас мы должны принять одно из двух решений, капитан, и, если ошибемся… — произносит Виктор, который стоит бледный возле круглого стола так, словно проглотил ровную палку.
   — То люди умрут, — раздраженно закончил мысль помощника капитан.
   — Я слышала, что Трикс смог отпугнуть чудовищ, почему не повторить заклятие, если мы не можем дать бой? Хотя, клянусь Богами, капитан был уверен, что мы одолеем стервятников. И что значит это ваше «если ратигалы»? — шепотом засыпала вопросами я Бриджа.
   — Заклятие не будет эффективно на одну и ту же особь дважды. Вроде временного иммунитета. К тому же, Трикс выгорел, — отводя виноватый взгляд, еле слышно произнес Бридж.
   — Он потерял искру? — ахнула я, моментально забегав взглядом в поиске красноволосого мага, но в каюте того не было.
   — Он боролся на пределе, не являясь заклинателем существ, и перешел черту дозволенного, но искра все еще при нем, — пытался успокоить меня Бридж, ухватив за руку, когда понял, что я собираюсь удалиться на поиски за пределы душного помещения, — Думаю, капитан приложит все усилия, чтобы помочь своему другу пробудить ее вновь. А ваш второй вопрос, — его рука, удерживающая мою чуть ниже локтя, сжалась, — Матросы видели, лишь одного ратигала и, судя по описаниям, он был молодым.
   — Я читала о них, но все равно не понимаю, что вы хотите сказать, — перешла на шипение я.
   Неясность злила, терпение уже лопнуло, а отсутствие Трикса в каюте, добавляло еще больше беспокойства в мое поведение.
   — Видимо ваша литература была неполноценной, — поспешил успокоить меня посол, — Молодые несформированные ратигалы внешне очень схожи силуэтом с окончанием щупальца кракена, а еще они нападают стаей. И уж точно не пустили бы молодую особь вперед, — закончил монотонное замечание Бридж, глядя куда-то в пол и, судя по всему, далеко находясь в своих размышлениях.
   Мое тело осознало все куда быстрее, чем разум. Благо я стояла у стены, поддерживаемая Бриджем, и они спасли меня от позорного падения. Ноги пробрала мелкая дрожь, дыхание сперло, а спину обдало холодком озноба. В каюте все еще слышно шептание мужчин, а капитан погружен в свои раздумья. «Чего мы ждем?», — хотела спросить я, но вырвался из пересохшего горла, лишь сиплый стон, который и был стартом для возврата контроля над рассудком и полной потери любезной леди.
   — Вы хоть осознаете, что у нас осталось не больше сорока минут, прежде чем эта тварь сожрет весь корабль целиком? — на всю каюту рявкнула я.
   — А если это ратигалы?! Предлагаете скинуть шлюпки с людьми, на радость их брюхам? Если это они, то нам всего нужно продержаться до береговой зоны! — видимо, Нириан тоже переносил нервный срыв.
   — Да я лучше умру, наглотавшись воды или от колотой раны, более гуманных ратигалов, чем буду ощущать, как множество зубов кракена дробит мое тело, навсегда забирая душу в плен! — не задумываясь, вырвалось у меня.
   Вот сейчас стало действительно тихо. Ощущение, будто даже волны забыли разбиваться о корабль. Секунда, две… Мужчины переглядываются и переводят полной готовностивзгляд на капитана, ожидая его решения. Какая преданность, мой отчим оценил бы.
   С силой сжав кулаки, Нириан напряженно, с гневным лицом оперся о стол и застыл, раздумывая над выбором. Тишину нарушал тихий треск толстых свечей, накрытых стеклянными колпаками, и легкие всплески воды. Два штатных мага, потерявшие третьего соратника, всегда серьезный не по годам боцман Герман, вечно таинственный помощник капитана Виктор и я с Бриджем ¬— вот и весь состав, находившийся в каюте, который обреченно взирал на капитана, ожидая вердикта.
   — Спустить шлюпки, — после томительно долгого обдумывания, наконец, нарушил тишину Нириан, — Первыми высадить женщин и детей высших сословий, затем остальных. Шлюпок хватит на всех, но действовать надо быстрее. В каждую посадить одного рослого мужчину и обязательно проверить наличие весел. При должной гребле, у них есть время покинуть радиус атаки. Его цель — судно. Обеспечьте людей провизией в дорогу, вполне возможно, что у них уйдет больше трех часов плаванья до берега. Это, конечно, если совсем не отнесет далеко, но берег должен быть уже виден, ориентир у них будет. Рин и Валеан, простите, — обратился он к своим магам, виновата отводя глаза, — Вы остаетесь со мной до конца, если успеем, то отправимся последними, если нет, то надо дать отпор, на который будем способны. Выиграем время.
   — Капитан, а как же я и…
   — Молчать! — грозно осадил Виктора Нириан.
   Я дрогнула, впечатлилась. Не зря дорос до капитана, быстро собрался. Насколько помню, он даже титулов не имеет. В свое время Нириан Грей отказался от всего наследства в пользу младшего брата и со скандалом покинул нашу страну, начав службу на каком-то военном судне наемников. Они обеспечивали торговым судам защиту от нападения пиратов за приличную оплату. Прошло не более десяти лет, как у Нириана появился свой торговый корабль. Но я не успела полностью продумать все комплименты, вызывающие уважение к этому человеку, как он продолжил, уже обращаясь к остальным членам своей команды.
   — Трикса отправить в первых шлюпках. Не знаю, как вы его туда запихнете. Мне все равно. Хоть по его смазливой роже надавайте до потери сознания, но ему сейчас тут не место, — с досадой высказал капитан, — Мы многое повидали, но кракен, — сумасшедшая улыбка растянулась на обветренном, небритом лице, — Если это действительно он,то буду счастлив, навалять легендарному чудовищу перед смертью. А сейчас выполнять команды!
   Мы с Бриджем выбрались на палубу. Никто и не думал отдавать нам приказы или ожидать от нас помощи, но мы сами спешили помочь, пусть даже неумело. Трикса и впрямь вырубили, не дав мне возможности с ним поговорить. Бессознательное тело доверили свите посла, которая даже не поинтересовалась, почему посол задерживается. Я же решила, что задам этот вопрос позже. Радовало спокойное море, что вселяло надежду на успешный заплыв спасающихся до суши.
   Когда большая часть пассажиров была спущена за борт, капитан, не сдерживающий свой гнев, появился на палубе. Он нервно гладил щетину, вышагивал по палубе, бурчал под нос ругательства, то и дело кусая губы. Взгляд его хаотично скользил по палубе, периодически останавливаясь, но потом вновь начиная путешествие.
   — Что это с ним? — обеспокоенно задала я вопрос Бриджу, одновременно привлекая того тычком локтя в бок.
   — Сейчас узнаем, — неуверенно ответил посол и направился к капитану, — Что-то еще случилось? — прямо в лоб задал вопрос. Я же тоже так умею. И куда подевались его навыки беседы?
   — К сожалению, — почти прорычал в ответ мужчина, останавливаясь. Заметно было, что он уже совсем отчаялся. Но не похож был этот человек на того, кто будет так переживать за свою жизнь, — Были повреждены некоторые шлюпки. Мне доложили не сразу.
   — Сколько еще людей поместится? — звонкий мужской голос вклинился в беседу.
   Посмотрев вправо от себя, я узрела темноволосого юношу, с виду мой ровесник. Стрижка по последней моде, прямая спина и вздернутый подбородок. Выражение лица настолько спокойное, будто у нас не бедствие на корабле, а замена колеса в карете. А он тянет даже больше, чем на графа. Одни пуговицы на камзоле из богатой ткани чего стоят.
   — Постараемся отправить максимально, — вместо точного числа немного растерянно ответил капитан, после того как посол дал знак не говорить лишнего. Боятся паникии драки? Не лишено смысла.
   — Я готов остаться и помочь, — высказал парень. Если он хотел сделать это утро еще более необычным, то ему удалось, — Только не говорите, что планировали устроить гастрономический пир этой зловонной твари. Мы ведь бежим от кракена? — все также спокойно уточняет.
   — У вас есть план, молодой человек? — недружелюбно спросил капитан.
   — Нет, но вы ведь придумаете? Только ускорьте эвакуацию, чтобы знать, сколько потенциальных помощников и балласта у вас будет в подчинении, — отчеканил тот.
   Вот так. И ни намека на улыбку. Пожалуй, точно герцог, если не принц.
   Но капитан, покачав головой и махнув рукой, приказал ускорить эвакуацию. После чего опять созвал руководство, тихо задал вопросы парню и, утащив последнего с собой,удалился в каюту. Если он хочет послушать совет юноши, то ему действительно нужно поспешить. Время беспощадно истекало.
   — Леди Ориса, вам, необходимо уплыть, — сказал Бридж, наблюдая за суетой окружающих.
   — А вам нет? — удивленно подметила его высказывание.
   — Вообще, очень нужно, — проговорил он и на секунду задумался, маясь продолжать или нет, но все же выбрал первое, — У меня весьма личное послание для ректора Эмбера Ставронга, которое коснуться могу лишь я, — внезапно доверился мне посол.
   — Магический слепок? — уточнила и дождалась кивка, — Настолько личное, что нужно было прибегать к таким мерам безопасности?
   — Оно важно для короны нашей страны, леди, — ответил шепотом Бридж, вызывая у меня изумление.
   — Поберегись! — взревело над ухом, отвлекая нас от диалога.
   Бридж успел подтянуть меня к себе, прежде чем там, где находилась я, прокатили бочку огромных размеров. Что они делают? Поискала взглядом главнокомандующих корабля, но вспомнила, что мужчины дружно ушли за капитаном.
   — Пойдемте к шлюпке. Кажется, эта последняя, — произнес мужчина и потащил меня в сторону небольшой толпы, — Нам нужно два места! — уже не мне выкрикнул Бридж.
   — Почему ваши спутники оставили вас, Бридж? — не сдерживаю вопроса, так как послание такой важности они обязаны были охранять вместе с Бриджем до последнего.
   — Они спасали посылку для короля Нестаргона, искренне пологая, что это основная миссия. Вы же сейчас без титула, леди Ориса, поэтому и место в шлюпках для вас свободно в последнюю очередь. А я не хотел бросать вас, вот и задержался.
   Спасательные лодки заполнялись не только женщинами. Матеря плакали и просили пощадить их мужей, прижимая к груди совсем маленьких детей или подростков, но так или иначе, отказать под таким напором моряки не могли. Возможно, будь тут кто по старшинству выше, все сложилось бы иначе, но простодушные мужчины заполнили шлюпку всемижелающими, пока там не осталось одно свободное место. Я посмотрела в глаза Бриджа, который растерялся и явно был не готов рискнуть посланием даже ценой моей жизни, но все же мешкался, переводя взгляд от шлюпки на меня. Пока мы вдвоем, молча боролись с желанием спуститься, нас опередили.
   — Она наследница престола! Нашу дверь подперло, и мы только смогли докричаться через чертову звукоизоляцию! — высокий мужчина нес на руках светловолосую девушку, которая явно была ранена.
   — Боги! Она жива? — воскликнул моряк, спешащий на помощь.
   — Да. Зеркало в каюте разбилось, при столкновении, и она ранена осколком, но если кровь не остановить в скором времени, то будет риск ее потерять!
   Вблизи я, как и мигом, побледневший Бридж узнали принцессу Эланию Террийскую, бессознательную в окровавленном светлом платье свободного кроя.
   — Это не столкновение, а нападение! Вам повезло, что вы вовремя выбрались, — услышала я слова моряка, возвращая взгляд на Бриджа.
   Я всегда считала, что сердечным людям не место на должностях при власти. Прямо сейчас королевский посол Астарии Давор Бридж подвел своего короля, ради чужой принцессы.
   Глава 5. Быстрее ветра. В погоне за жизнью
   — Дует с берега, линию ветра пройдем носом. Вот тут риф, — указывал на место на карте лоцман, который по счастливой случайности оказался на борту, — Его нужно обойти.
   — Мы не можем, — отрицательно качал головой капитан, — Будем спускаться до полного бакштага, а учитывая волнения, что создаст кракен, надо держаться прямого курса.
   — Бухта красных пещер, никогда не славилась спокойным и простым нравом. Нельзя уповать на удачу, — возразил лоцман.
   — Тогда подскажите мне верный курс, Дей! Вам также подыхать, как и мне! — взорвался капитан, грозно глядя на советчика.
   Дей явно был моложе капитана, менее решителен и опытен, но всякая помощь была лучше. Мы с Бриджем находились в каюте уже минут пять, при условии, что будем молчать и не задавать вообще никаких вопросов. Но условие выдвинули нам уже после того, как Бридж мягко сообщил, что он довольно сильный стихийник, который сможет помочь с усилением ветра. Теперь мы стояли в темном углу у двери и пытались понять, о чем ведут речь мужчины. И если Бридж иногда понятливо хмыкал, то я пыталась уловить успех плана только по эмоциям и крикам.
   Райан, тот темноволосый герцог, как выяснилось, тоже был магом. Он еще не успел развить искру, чтобы считаться сильным, но в образующемся плане его защитной магии уже нашли место. И теперь юноша отстраненно сидел в кресле капитана, стараясь призвать и скопить всю свою магическую силу до последней капли, чтобы потом выплеснуть ее всего в двух не поддерживающихся, но очень мощных заклинаниях.
   — Можно попробовать пройти вот так, — нарисовал невидимую линию на карте Дей, — Угол должен быть примерно в шестьдесят градусов от берега.
   Из того, что я поняла, корабль полностью разгрузят и постараются развить максимальную скорость. Судно уже освободили от всей провизии, дорогостоящих и не очень товаров и даже от пушек с боеприпасами, которыми защищались в случае нападения пиратов. Скорость будут задавать также Бридж и Рин. Бридж создаст какой-то коридор, при прохождении через него ветер будет иметь большую силу, а Рин, вроде такой же стихийник, возьмет на себя воду, стараясь сгладить волны. Валеан, заклинатель существ, будет пытаться влиять на инстинкты кракена, тем самым ослабляя его напор.
   Сейчас же решался вопрос о направлении судна так, чтобы отвести от медленно удаляющихся шлюпок чудовище и оказаться на мелководье. Туда кракену будет невозможно заплыть, слишком огромен, и совсем не любит выбираться из своего глубоководного дома. Но судя по жарким спорам, местность осложняла и без того сложную ситуацию. Корабль по каким-то подсчетам наберет совсем небывалую скорость, для крупного, округлого и неприспособленного для таких маневров судна. Все маги, кроме Райана, затратят слишком много сил, чтобы хотя бы снизить его безумную скорость, поэтому два капитана сейчас отчаянно искали подходящий путь к единственному месту, где судно встретит мягкий песок, а не острые скалы. Меньше чем за минуту, прежде чем корабль налетит на отмель, Райан поставит на него щит, который слегка уменьшит урон от столкновения, остальную его защитную силу было решено направить на ауры людей, создав такие же щиты вокруг каждого. От травм не спасет, но конечности останутся при нас.
   «Если герцог не выгорит, то у него будет шанс развить свою искру в многократных масштабах», — с завистью мелькнула мысль в голове.
   — Времени мало, какие будут приказы для меня, Нириан? — задал вопрос Виктор, у которого в глазах читалось, понимание плана и знание своего дела. Просто уважение к капитану не давало уйти к нетерпеливому выполнению задач, не спросив своеобразного разрешения.
   — Экипаж, Виктор. На приободряющие речи у меня не будет времени, поэтому возьми на себя эту ответственность. Когда улажу остальные дела, поднимусь и лично возьму на себя все командование. К тому моменту, пусть все уже будут на своих местах. Иди, — не отрываясь от карты, проговорил Нириан.
   — Ориса, — уже без леди, обратился ко мне Бридж, что говорило о явном сближении нашего знакомства, — Вам лучше быть возле меня. В случае если молодой герцог не справится, я смогу создать совсем небольшой воздушный барьер вокруг себя. Мне бы хотелось, чтобы вы тоже были в его радиусе, — с заботой в голосе озвучил просьбу посол.
   Уверено кивнула ему в ответ. Я так долго мечтала о побеге не для того, чтобы распрощаться со свободной жизнью спустя всего полторы недели.
   Я уже стояла на палубе в хвосте корабля, смотря вдаль, куда давно уплыли шлюпки, и, ожидая Бриджа, когда услышала усиленный магическим рупором голос капитана. Он подозвал рулевого, что-то сообщил тому. Составленный план казался сырым и обобщенным, но времени на его доработку уже не хватало. Надо было дождаться максимально допустимого времени, в которое кракен должен был вернуться, убедиться, что он не станет преследовать шлюпки в погоне за большей добычей, и только тогда можно было начинать. На борту среди матросов уже давно наладилось тихое, молчаливое напряжение. Оплошность хотя бы одного из них, будет стоить жизни всех.
   На мои немногочисленные волнующие вопросы: Как поймем, что кракен близко? Почему не сделали перед его первым нападением? И хватит ли тогда силы у Валеана на выполнение своей роли в основном плане побега? Получила ответы только у самого Валеана, когда остальные лишь отмахивались от меня.
   Он поставит сигнальное заклинание, которое охватывает огромный радиус и сканирует его на наличие больших объектов. Заклинание сложное, трудоемкое и является поддерживаемым, что требует постоянной подпитки, а это невозможно делать на протяжении всего длительного плаванья. А так как нападение кракена случай сказочно редкий, то и на подобное заклинание никто не тратит драгоценную силу. Что касалось роли мага во время побега, то глушить инстинкты придется, только при прямой атаке, если такая вообще будет. Да и это заклинание уже не поддерживаемое, а мгновенного действия, что затрачивает в разы меньше резерва. Ровным скучным голосом, высказав мне ответы, маг зрелых годов и явно имеющий огромный опыт за плечами, пусть даже не в борьбе с кракеном, отправился выстраивать заклинание и ожидать появление врага.
   Не при деле или, как о таких сказал герцог, балластом, осталась только я, но мне было не в новинку чувствовать себя лишней и бесполезной. Бридж, видимо, ощущая мои чувства и стараясь показать, что я не такая уж не нужная, попросил найти отдаленное от людей место. Он все же не прибегал к магии часто, выполняя работу посла, и суматоха способна была его отвлечь. Но такого места на палубе не нашлось, поэтому я выбрала хвост корабля, где людей просто было меньше. Старая модель судна, где капитанский мостик был неудобно расположен между кормой и центром палубы, оставляла хвост почти со свободным пространством.
   — Вам надо крепко ухватиться за правый борт, — сказал непривычно серьезный Бридж, подходя ко мне, — Капитан предупредил, что будет не просто раскачивать, — его внимательный взгляд изучает палубу, — Лучше было бы вас привязать к чему-то, но надо, чтобы вы по случаю смогли оказаться как можно ближе ко мне. Моей магии после выстроенного коридора останется не так уж и много, чтобы расширять защиту барьера.
   — Так не доверяете герцогу? — спросила я, хотя полностью понимала Бриджа.
   — Он слишком юн и нам невероятно повезло, что ему известны подходящие случаю заклинания. Мне нужно будет свободное пространство вокруг, поэтому я буду там, — указал на палубу в самом хвосте корабля Бридж.
   — А вам разве не надо держаться? — вырвалось у меня неосознанно.
   Бридж наконец улыбнулся. Протянул ко мне руку, на мгновение остановился, внимательно всматриваясь в мое лицо, а потом аккуратно заправил мой выбившийся локон за ухо.
   — Я закреплю себя воздухом, ровно до того момента пока буду занят выстраиванием и поддерживанием коридора, — мягко, словно несмышленой объяснял он, — Мне нужны свободные руки для пасов. Это все же не тошноту снимать, — окончательно смутил меня Бридж, — Не волнуйтесь, Ориса, ничего не сдвинет меня с места. А когда закончу, успею ухватиться за борт.
   — Вы уже уходите? — с новой силой накатил на меня испуг, отчего вопрос прозвучал жалобно.
   Я ухватила Бриджа за руку и пытливо заглянула тому в глаза. Мне было страшно оставаться одной. А может я просто успела проникнуться к этому доброму человеку и теперь переживала.
   — Необходимо быть на месте и готовым в нужное время. Как выяснилось, мне нельзя опоздать или поспешить с усилением ветра, — непривычно лукавая улыбка, видимо, натягивалась с целью меня успокоить. — Если сделаю все не вовремя, то могу повредить корабль или лишить нас возможности набрать скорость, — и тихо заискивающе добавил, — Капитан пригрозил, что в таком случае, если кракен меня не сожрет, то он самолично скормит рыбам.
   Я не смогла сдержать ответную улыбку. В такой момент мне отчаянно захотелось сказать что-то приятное Бриджу. Я осознавала, что этому мужчине также страшно, как и мне, просто он не показывает слабости.
   — Я рада, что познакомилась с вами, Бридж. Будьте осторожны и ни на что не отвлекайтесь, — быстро произнесла и громко выдохнула, опуская глаза и разжимая свои руки.
   Не помню, когда я произносила подобное искренне. Было ли вообще такое в моей жизни? Оказалось, что признаться в чем-то приятном людям довольно сложно.
   — Тогда смею надеяться, что наше знакомство сможет перерасти в крепкую дружбу, — негромко сказал он.
   Я посмотрела на широкую спину Бриджа, который успел сделать пару шагов от меня. Он резко остановился, сжал сильные руки в крупные кулаки и через пару секунд развернулся, быстро возвращаясь ко мне. Теплое тело мужчины, пахнущее цитрусами и древесным ароматом, накрыло меня в порывистом, крепком и в тоже время нежном объятии. Я даже не поняла, как ответила ему, обхватив его в ответ, насколько было возможно, сжимая ткань белой рубахи. Я смело уткнулась в твердую грудь и глубоко вдыхала запах, стараясь запомнить этот момент на всю жизнь.
   — Обещаю, сделать все, чтобы вы не пострадали, — тихо на ухо проговорил добрейший мужчина.
   — Лучше обещайте беречь себя, прошу, — в ответ произнесла я просьбу.
   — Обещаю, — мягко заверил Бридж, выпуская меня из уютных объятий.
   Он отошел с теплой улыбкой и повернулся лицом к берегу, глазами ища необходимое пространство для коридора. Потом вновь вернулся взглядом ко мне и подмигнул. Обязательно напьюсь с ним сегодня вечером, только высадимся на сушу. Голос капитана вновь разразился над кораблем, давая понять, что операция началась и надо уноситься отсюда на всех парусах.
   — Почему флаги не подняты?! Пусть сам кракен знает, что мы никогда и никем не будем сломлены и запуганы! Мы прошли через многое с высоко поднятой головой. И даже в самом худшем случае, сегодня, мы будем пить самый лучший ром в брюхе легендарной верзилы! Так пусть главный символ будет нашим украшением на попойке! — разошелся в изречениях Нириан, хотя говорил, что времени на подобные высказывания у него не будет. Но видя, как выпрямляются плечи моряков, поднимается их взор, полной отваги, я была согласна потерпеть весь его пафос и признать, что капитанские заклинания не хуже любых магических.
   — Готовимся к повороту! Поворот через оверштаг! — начал командовать капитан.
   Я посмотрела на Бриджа, который с закрытыми глазами уверенно стоял по центру между бортами. Ноги на ширине плеч, руки согнуты в локтях, кисти изогнуты ладонью к небу, а пальцы и вовсе выплетают что-то неясное. Пытаться увидеть его ворожбу даже не пробовала. Без искры магию не увидишь.
   — Фок стянуть! — дошло до моего слуха, — Рулевой, поворот!
   Бридж действительно стоял неподвижно, пока корабль медленно увеличивал и без того немалую качку. Дерево натужно заскрипело, пробуждаясь от спячки, а вода недовольно заплескалась о борт чуть сильнее, не желая отпускать из сонных, ласковых объятий любимого.
   Спустя мгновение я ощутила, как постепенно холодный утренний ветер набирает силу, закладывая уши и заставляя спасительно прикрывать глаза. Но я решила, что не будусводить с посла взгляда. Его уверенный в себе и спокойный вид, действовал умиротворяюще, заставляя вспоминать о данных друг другу обещаниях.
   — Кливер раздернуть! — продолжал усиленный магическим рупором вещать голос капитана, и я все же отвлеклась, переводя взгляд в другую сторону.
   Моряки носились по палубе то к носу, то от него, суетились на мачтах, даже в такие, казалось бы, невозможные условия. Отважные и смелые мужчины. Не зря о них так часто воспевают в балладах.
   — Рулевой, руль на борт! Кливер завести направо!
   Ветер завыл сильнее, вода начала брызгать даже через высокие борта. Звенели цепи, сталкивая крупные тяжелые звенья между собой, а на верхней палубе второй маг Рин, стоял почти также неподвижно, как и Бридж. Но он в отличие от посла позволял себе осматривать водную гладь, простирающуюся на нашем пути. Уверенность и организованность экипажа вселяла ложную надежду, что обойдется без погони. Но Валеан заранее предупредил, что кракен нагонит нас. Обязательно.
   — Кливер забрал!
   Вода стекала за шиворот, а обдуваемый ветер студил не только кожу, но и кровь. Сколько времени у нас осталось? Я начала свыкаться с шумом моря и обретать подобие покоя, все дальше отдаляясь от реальности в мечты о благополучном спасении и далеком, гостеприимном береге.
   — Фок раздернуть! Шкоты направо!
   Я уже не чувствовала рук. Так сильно вцепилась в спасительные перила. А Бридж все также стоял, не замечая никаких неудобств, подсвеченный со спины ослепительно ярким шаром восходящего солнца. Умиротворенный и особенно красивый в таком сочетании с пейзажем, он выглядел посланником самих Богов Ирфрида, а не короля Астарии. Интересно, а какому Богу посвящают свои молитвы моряки, я ведь никогда не задавалась этим вопросом.
   — Все на правый борт! — громче обычного крикнул капитан, отвлекая мое внимание на палубу. Матросы по команде, перебежали на мою сторону и также, как и я, вцепились в борт.
   Я почувствовала, как мой желудок сжимается от такого наклона. Медленно, тяжело, с недовольным ворчанием наше судно вытворяло то, что я даже представить не могла. Вот секунд пять назад я видела поверх противоположного борта горизонт, а сейчас стою или скорее нависаю, цепляясь за спасительную опору, наблюдая напротив, как корабль почти налегает боковой поверхностью на бездонную темную гладь воды. Кажется, еще немного и строптивая возлюбленная примет неотступного любовника в свои глубинные объятия, не забыв радушно прихватить и нас вместе с ним. Скорее всего, мой страх и воображение, перед непривычностью и неизвестностью дорисовывали и преувеличивали действительность, но я видела все именно так. Где-то глубоко во мне скрывалась эйфория, присущая только таким воистину атмосферным моментам.
   Завороженно вглядываясь в глубину и изо всех сил стараясь не разжать руки, я не заметила, как стало еще холоднее. «Солнце погасло», — промелькнуло где-то в подсознании. Я медленно повернула голову, чтобы проверить этот факт. Огромная щупальца изгибаясь, закручиваясь в узлы и раскручиваясь, бесшумно поднималась выше, выше и выше. Покрытая слизью она неприятно блестела в свете солнца. Надо сказать остальным, оповестить их. И я закричала громко, истерично, но ненадолго.
   — Валеан, на хвосте! — среагировал капитан, — Рин, удержи волны с кормы!
   Медленно, очень медленно я видела, как щупальца остановилась, собирая силы, прежде чем опустить на нас свой сокрушающий удар.
   — Обеспечить крен на ветер! Шкоты потравить! — с новой силой начал кричать капитан.
   Матросы все еще съезжая, но уже способные удержаться забегали по палубе, не щадя себя, то и дело ударяясь, пригибаясь, избегая удары от строений и деталей корабля.
   Я закрыла глаза, успела попрощаться с жизнью, с капитаном, с Бриджем, особенно с Бриджем, ведь именно он стоял под прямой траекторией удара. Но ошиблась. Очень удивилась, когда кракен промахнулся. Я открыла глаза только тогда, когда услышала треск, но не ощутила последствий. Корма пострадала, но раз мы еще плыли, или правильней сказать, летели, то пробоина несущественна. Разворочена была совсем малая часть борта, недалеко от посла. Доски некрасиво обвисали и торчали, оголяя проем и открывая небольшой вид на пенящееся и бурлящее море. Бридж стоял целый и невредимый.
   Судорожно выдыхаю, старательно разжимая окоченевшую руку, чтобы вытереть соленую воду с лица или все же слезы облегчения. Осознаю, насколько замерзла в насквозь промокшей одежде, как сильно щиплет глаза и нос, и как хочется сделать глоток пресной воды, чтобы убрать этот обманчивый, так похожий на кровь привкус морской соли.
   Бридж все еще стоял, почти неизменный, словно очень реалистичная статуя. Он промок, лицо осунулось и его мышцы, особенно возле рта дрожали, но закрытые глаза и не сдвинувшиеся ни на сантиметр ноги, говорили, что с ним все хорошо. Морское чудовище не задело его. Конечно, поддерживающие заклинания всегда требовали много усилий, отсюда и усталость. Но главное, что он жив.
   Капитан продолжал раздавать команды, постоянно оглядываясь назад. Через пробоину многое не увидишь, а мне тоже стало интересно, отстал ли кракен так легко? Видимо, приходя в себя, после долгих ожиданий и тяжелого стресса, мне нужно было отвлечь себя хоть чем-то. Я оглянулась. Матросы неизменно продолжали свою суету, Валеан нашелся на мачте. Он вглядывался в горизонт за корму судна. Райан стоял на капитанском мостике, возле Нириана и тоже был повернут в ту сторону, вцепившись намертво в перила, с грозно сдвинутыми бровями и напряженным лицом. Да что же там?!
   С каждым шагом, я двигалась более уверено, но все равно не отпуская опору. Мне пришлось подойти к Бриджу, чтобы лучше рассмотреть, что тревожило мужчин. Бурлящую пену сменила гладь воды, а под ней на той же скорости, что и корабль несся осьминог. Предположительно. Я видела лишь малую часть, скрытую неглубоким слоем воды, но и этого хватило, чтобы представить все его масштабы.
   Какой силой обладал Трикс, чтобы суметь на целый час отогнать это воистину гигантское чудовище. Я перевела взгляд на Бриджа. Вблизи были видны новые морщинки. Сведенные светлые брови, благородная ямочка на подбородке, бескровные, побелевшие губы, напряженная, сжатая челюсть. Каких сил тебе, стоит тащить этот корабль? Какой мощью обладаешь ты? Я потянулась, чтобы дотронуться до мужчины, проверить в порядке ли он.
   — Нет, Ориса! — воскликнул капитан, — Не отвлекай, а то погибнем. Еще три минуты, чтобы достичь безопасной зоны.
   Пришлось остановить руку. Помедлила, не пожелав отходить далеко, и решила сесть сразу напротив, помня наш с Бриджем уговор.
   — Все будет хорошо. Самое сложное позади, — пробубнила я себе под нос, борясь со стуком собственных зубов.
   Корабль действительно летел. Свист ветра, холодные брызги. Даже шума воды не слышно. Прошло, казалось, меньше минуты, но голос капитана вновь разразился над палубой, обращаясь к Бриджу.
   — Бридж, готовьтесь закрыть коридор, — положив руку на плечо Райана, сообщал тот.
   Кракен еще не отстал, но было заметно, как медленно он сбавляет скорость, все дальше отдаляясь от нас, отпуская нас. Бридж приоткрыл глаза, моргнул пару раз, перевел взгляд на меня и ободряюще улыбнулся. Я облегченно вздохнула, но сил ответить взаимной улыбкой не осталось. Просто молча сидела, еще сильнее стуча зубами от холода ишмыгая носом. Вот и все. Теперь точно все.
   Бридж делает, какие-то пассы руками, и я не успеваю даже заметить, как он отлепляется от места, теряя устойчивость и не считаясь со скоростью корабля, летит спиной к борту, не видя, что там торчат разломанные доски. Не успеваю даже набрать воздух в легкие, приподняться и подумать о самом плохом, как взгляд упирается в выходящий обломок дерева из живота посла. Кровь быстро растекается по мокрой, белой рубашке, окрашивая ее в агрессивный цвет. Бридж неуверенно касается раны, поднимает на меня удивленные, круглые глаза и старается что-то сказать. Тяжело переставляя ноги и пытаясь удержаться, чтобы самой не упасть, приближаюсь к нему, совершенно не зная, чем ему помочь и что сказать. Хорошо уже не будет. Не для него.
   Огромная ладонь, испачканная кровью, тянется ко мне в просящем жесте. Чего ты хочешь, Бридж? Глаза наполняются предательской влагой, хотя я отчаянно борюсь, стараясь выдавить улыбку. Вкладываю в его ладонь свою, не отводя взгляда от его голубых и все еще ясных глаз. Слезы беззвучно стекают по лицу, улыбка вызывает боль. Бридж, хочет сделать глубокий вдох, но у него не выходит, пытается произнести что-то, но не получается. Кровь. Она мешает ему говорить, и он боится захлебнуться. Тогда он медленно и тяжело тянет ко мне вторую руку, сжимающую, что-то в кулаке. Я подношу ладонь, готовая принять от этого мужчины, что угодно. Готова отдать ему свою жизнь, лишь бы теплая улыбка не исчезала, а мягкий баритон каждый вечер пел песни. Его губы не произносят, а лишь двигаются, давая возможность прочесть мне имя: «Эмбер».
   «Мы прошли с тобой больше, чем многие за пол жизни, за такой короткий срок, Бридж. Ты пробудил столько теплых чувств во мне. Не надо, не закрывай глаза, прошу!», — хочу сказать, но понимаю, что, хотя бы слово и я разревусь, не позволив достойно уйти замечательному человеку, уже давно ставшему мне первым другом. Улыбка не покинула его, когда, не отводя взгляда с моих глаз, он прикрыл веки. Окровавленная рука его сжалась, и свет заструился по его венам. Я словно со стороны наблюдала, как переходит мне бесценный дар. Чем заслужила я? Чем отплачу? Передача была мягкой и безболезненной, скорее приятной. По мере получения искры, я все отчетливей наблюдала закат его души, но не отводила взгляда. Я смотрела на него до последнего мига, пока ладонь его не разжалась, выпуская мою. Беззвучно тяжелая рука упала, ударившись о черные брюки посла. Выдержка лопнула. Я медленно осела на колени и заплакала.
   Я не хотела подниматься, даже когда голос капитана, обычно грозный, ласково уговаривал меня последовать за ним, подготовиться к чему-то. Устав упрашивать, меня подняли на руки, куда-то понесли и усадили в угол, крепко обняв.
   Сильный толчок и объятья раскрываются, не сумев удержать. Резкий шум ломаемых досок, скрип мачты над головой. И я лечу уже в другом направлении, вспоминая, что надо бы держаться, но кулон, крепко удерживаемый в правой руке, не позволит. Удар и свет потух.
   Глава 6. Проблемы закаляют
   Солнце припекало, чайки истерично оглашали округу своим визгом, ухудшая и без того ужасное состояние. Голова болела особенно, все тело ныло, явно в нескольких местах будет отечность, левую руку тянуло. Еще не придя толком в себя, я вспомнила все до малейших деталей и оттого мне не хотелось открывать глаза. Непрошеные слезы выдали меня, когда я сильнее сжала в кулак руку, так и не расставшись с кулоном.
   — Мои соболезнования. Я видел, что вы были близки, — негромко, но твердо вырывал из одиночества голос герцога.
   Против желания распахиваю веки и щурюсь, страдая от ослепительного солнечного света. Медленно, через боль в теле, принимаю сидячее положение и оглядываюсь. Песчаный берег усыпан мусором от корабля, прибиваемый бурлящими суетливыми волнами. Сам корабль, или то, что от него осталось, расположился гораздо дальше. Верхнюю палубу я узнала только по плескающимся в воде характерным парусам и гордо торчащему вверх обломку бушприта. Остальная оторванная часть судна была в лучшем состоянии, но явно никогда уже не способна будет выйти в плаванье. Куча различного хлама завершали плачевную картину крушения некогда величественного старого корабля.
   Среди всего безобразия маленькие люди, борясь с толкающимися, словно баранами, волнами выискивали выживших и вылавливали трупы тех, кому не повезло. Слева в отдалении я увидела капитана. Он блуждал среди раненых, разговаривая с ними и проверяя состояние каждого. Перевела взгляд на герцога. Тот все с тем же непоколебимым взглядом карих глаз, устремленным на остатки корабля, сидел рядом со мной. С рассеченной правой брови давно перестала стекать кровь, оставляя свой красный след на щеке юноши. Губа тоже была разбита и уже припеклась некрасивой красно-коричневой коркой.
   — Нириан попросил посидеть с вами рядом и присмотреть, когда придете в себя, — не дождавшись от меня ни слова, продолжил Райан.
   Тяжело вздыхаю, не зная, что ответить и как поддержать беседу, когда в голове до безобразия тоскливое воспоминание. Не найдя ничего лучше, решила продолжить пусть тягостное, но все же сдерживающее истерику молчание. Видимо, герцог понял, что я не способна на диалог и просто замолчал, давая мне время на обдумывание всего произошедшего и для составления каких-то дальнейших своих действий.
   Необходимо было собраться, отложить все траурные мысли на потом и позаботиться о своем неизвестном будущем. Проблема с получением имени осталась и усложнилась. Теперь я терялась и не знала, как ее решить. Повесила кулон на шею, спрятала его под рубашку, проверила, не потеряла ли свои сбережения и вещи, а когда убедилась, что при себе осталось все, кроме сапог, что соответственно говорило о потере ножа, успокоилась. Нож — это мелочь, сапоги — не мелочь, но я справлюсь.
   — Ваша обувь просыхает, вместе с ее содержимым вот тут, — наблюдая за мной, проговорил Райан. Мгновением позже он поднял мои сапоги, которые я не увидела за его телом, — Я решил, что так вам будет лучше.
   — Спасибо за заботу, — нашла силы, чтобы все же буркнуть благодарность.
   Бридж передал мне кулон, чтобы я завершила за него миссию и доставила послание Эмберу Ставронгу. Сомневаюсь, что меня без имени подпустят к ректору настолько, чтобы хотя бы докричаться смогла. Академия, изображение которой я видела в одной из книг, все же на огромной территории и неприступно ограждена высоким закрытым забором. Меня не пропустят туда, если я заявлюсь и сообщу охране на посту, что получила поручение передать важное послание вашему великому ректору. И совсем покрутят у виска, когда услышат, что ради сохранения послания в целостности, я получила искру от самого Давора Бриджа. А брать с собой свидетелей, которые докажут переход искры новому хозяину, сулит за собой раскрытия о тайной передаче послания, чего нельзя было допустить. Если уж свита посла была не в курсе, то посторонним нельзя доверять особенно.
   Значит, надо решать проблемы постепенно. Попаду в здание посольства в регистрационный отдел мигрантов, где постараюсь убедить в своей легенде сотрудников и во чтобы то ни стало получить имя. Будет имя — появится возможность, хотя бы через запись прошения о встрече, добиться свидания с ректором.
   Поднималась согласная с такими мыслями, шатаясь, обошла герцога, подняла свою обувь и нож, развернулась и поковыляла в сторону капитана. На удивление заметила краем глаза, что герцог проникся просьбой капитана присмотреть за мной, слишком основательно. Он тоже тяжело поднялся, недовольно вздохнул и последовал за мной.
   — Ориса, вы как? — задал вопрос Нириан обеспокоенным голосом.
   — Со мной все в порядке. Нириан, вы нашли…, — боясь произнести имя посла вслух, закусила губу и опустила взгляд.
   — Да, не волнуйтесь, — попросил о сложном Нириан и сделал небольшую паузу прежде, чем продолжить, — Я всегда глубоко уважал этого человека, — лишний раз не произносил имени капитан, за что я ему благодарна, — Я прослежу, чтобы его похоронили со всеми почестями.
   — А я могу…?
   — Не стоит, Ориса. После удара его тело пострадало сильнее, чем вы видели в последний раз. Не думаю, что посол был бы рад, что вы увидите его в таком состоянии.
   Спешно кивнула и вновь опустила взгляд, стараясь удержать рвущиеся слезы. Постояв немного в молчании, решила уйти. На прощание не хватало сил, как и не было желания.До меня еще доходили обеспокоенные голоса Райана и Нириана, которые о чем-то переговаривались, но я ни разу не оглянулась, побитым щенком плетясь вдоль берега.
   Прошло минут пять, когда меня взяли за руку, вынуждая остановится. Даже мое тело, которое должно было среагировать на угрозу захвата, молчало, зарывшись под толстымслоем апатии. Райан нагнал меня и обеспокоенно пытался заглянуть в глаза, которые я успешно отводила.
   — Боги, Ориса! — воскликнул осуждающе герцог, — Если вы пойдете дальше, то пропустите поворот, который по нормальной колее приведет вас в город. Ну же! Я видел, чтовы способны быть сильной!
   Я постепенно раздражалась от навязчивого внимания герцога, но принимала, что это раздражение перебивается благодарностью за его необъяснимую заботу.
   — Да, конечно, — собравшись, ответила Райану, — Спасибо.
   — Пойдемте. Думаю, наши дороги направлены в одно и тоже место, — завершил диалог Райан.
   Я кивнула и последовала за парнем. Вокруг привлекали внимание низкие кустарники и незнакомые деревья. Мы завернули на протоптанную дорожку, по которой шли несколько минут. Я старалась больше не углубляться в раздумья, отстранится от неприятных мыслей и просто разглядывала пеструю, цветастую растительность Нестаргона, которая тут разрослась в изобилии. Вскоре мы действительно вышли на колею и дальше, уже не сворачивая с нее, шли несколько часов подряд. За это время Райан обратился ко мне лишь пару раз, предлагая воду из фляги и пропитанную соленой водой еду. Когда солнце уже начинало свое снижение, мы покинули лес. Дорога выбегала на обширные яркие поля, с одной стороны поле было усыпано нежно-сиреневыми цветами, а с другой более высокими и яркими желтыми. Вдали возвышались высокие, далеко простирающие свои границы, серые стены города Хардон. Нам предстояло еще как минимум несколько часов пути.
   Когда ноги коснулись более твердой почвы на широкой протоптанной к городу дороге, Райан остановился. Он также, как и я, все это время шел босиком, давая возможность сапогам немного просохнуть, а теперь начал обуваться. Я без лишних вопросов последовала его примеру. Дорога действительно способна была навредить ступням, непривычным к мелким острым камушкам. Быстрее справившись, герцог оставил меня немного позади, вынуждая любоваться его неизменно прямой в любой ситуации осанке.
   Уже на закате мы добрались до пропускного пункта. Огромные ворота, явно оставляли открытыми даже на ночь, и служили защитой только в случае нападения. Об этом говорило то, что они просели, довольно глубоко врезаясь в почву. Под их аркой проводили досмотр карет и груженых караванов, состоящих из различных видов и размеров телег. Наш путь лежал левее по стене, где находились ворота меньше, которые были немногочисленно заняты очередью из уставших, нетерпеливых, пеших путников. Долго там не задержались. Нас довольно быстро и без лишних вопросов пропустили без особой проверки, так как поклажи кроме фляги и свертка с едой у нас не наблюдалось. Уточнения и вопросы вызвали только наши побитые физиономии и помятый вид. Но, получив новость о крушении корабля капитана Нириана Грея, довольные новой сплетней стражники даже сообщили Райану, где найти и как добраться до приемлемой по деньгам и достойной нас таверны.
   Когда попали за ворота, Райан, по непонятным мне причинам, взяв заботливое шествие над моим сопровождением, попросил крепко ухватить его под руку и не отставать. Людей было очень много, они спешили по своим делам, не замечая никого, и периодически задевали меня плечами. Одеяния их пестрили яркостью и разнообразием ткани. Город же был наполнен преимущественно серым цветом высоких каменных построек, среди которых я все еще не наблюдала жилые дома. В основной своей массе тут находились лавки ремесленников и просто торговцев, которые конкурировали между собой за счет кричащих вывесок и не менее кричащих зазывал. Когда от всей суматохи у меня закружилась голова, я опустила ее, полностью доверившись целенаправленной поступи герцога, и уставилась на темно-серую местами побитую брусчатку. В столице Астарии в Сабийне все было более спокойно, размеренно и неторопливо.
   Остановились мы только спустя час ходьбы по бесконечным кварталам мощеных улочек. На лишенной суматохи дороге нас встречала вывеска на деревянном трехэтажном здании с простым и ясным названием — «Уют усталого путника».
   — У вас деньги есть? — задал вопрос Райан, — Не хочу вымаливать кров и ужин под запись у хозяина. Свой кошель я потерял при крушении, — неловко, но, не теряя при этом достоинства, оправдался тот.
   — Найдутся, — вздыхая от усталости и разделяя желания герцога, ответила ему.
   После чего мы поднялись по широкому каменному крыльцу и прошли внутрь хорошо освещенного факелами и свечами помещения. Сводящий с ума наши страдающие желудки запах жареного мяса и выпечки вскружил голову. Нетерпеливым шагом мы направились через наполовину заполненный зал трапезной к стойке, у которой нас внимательным, настороженным взглядом встречал невысокий лысоватый хозяин.
   — На постой или претензии предъявлять? — недружелюбно резанул его голос.
   — Первое, — ответил Райан, — А это, — дотронулся он до пострадавшей брови и поморщился, — не в драке, а при крушении.
   Хозяин моментально изменился из напряженного в любопытствующего мужичка. Почти сразу указал нам на свободный стол и велел белокурой девчушке лет тринадцати принять у нас заказ. Когда мы уже сели, наслаждаясь возможностью посидеть и успев выбрать предложенную из небольшого списка еду, одновременно вздохнули и уставились на темную поверхность стола, каждый не стремясь заговорить. Потом нам принесли заказ еще горячий и свежий, и мы оголодавшие накинулись на еду, не замечая ее вкуса и обжигающей температуры.
   Не успев доесть, но утолив первый голод, я заметила, что хозяин направляется к нам, о чем сообщила Райану, который сидел спиной к стойке. Присев на свободный край скамьи возле герцога, тот стал узнавать о крушении. Конечно, это же такая возможность дать зазывалам на площади шанс завлечь новостью дополнительных посетителей. Райан не узрев смысла скрывать правду и что-то утаивать, справно справился с рассказом о нашем позорном бегстве от кракена, аккуратно опустив неприятные разговоры о потерявших жизнь смельчаках. На радостях от такой невиданной новости хозяин пообещал нам лучшие комнаты, нагретую до пара воду, до краев заполняющую самую большую и новую лохань, и само собой скинул цену. Не стали дальше задерживаться и без лишних слов отправились по комнатам приводить себя в порядок и отдыхать.
   А уже утро встретило меня хмурой дождливой погодой. Проснулась я от грохота раскатистого грома, который привлек мое внимание к небольшому квадратному окну. Небо заволокло низкими суровыми тучами, обещающими в ближайшее время буйную грозу. После утренних процедур я спустилась в трапезную, где нашла взглядом Райана. Тот уже успел позавтракать, и сейчас вглядываясь в окно, у которого занял стол, крутил в руках деревянную кружку. Я прошла к стойке, пожелала довольному хозяину хорошего дня, сделала заказ, после чего решила подсесть к герцогу.
   — Доброе утро, — он первый поприветствовал меня и неуверенно улыбнулся.
   — Я бы сказала, что оно хмурое, — ответила вместо приветствия.
   — Как и вы, — негромко добавил Райан, но прежде, чем я нашлась с ответом, продолжил, — Полагаю вам надо по магазинам, дабы пополнить гардероб?
   — Не только, но и это тоже было бы неплохо.
   — Такие грозы, — кивок за окно, где ревел ветер, помогая ливню залить Хардон водой, — не длятся долго. Дождь скоро закончится, и мы сможем выбраться по делам.
   Райан смотрит на меня и делает глубокий вдох, чтобы продолжить. Будто принимал какое-то непростое решение.
   — И если честно, то я не горю желанием бродить по Хардону в одиночестве, — закончил и ожидал от меня ответа.
   — Если вы предлагаете мне присоединиться, то я совсем не буду против. Вы удивительно хорошо ориентируетесь тут. Бывали раньше?
   — Да, несколько раз, — уже возвращая себе свой уверенный звонкий голос, легко поддерживал беседу герцог, — Скажите какие дела, Ориса, вы хотите решить кроме покупки одежды?
   — Мне нужно посетить посольство, — смущаясь и готовясь рассказать свою краткую лживую историю, ответила Райану.
   — Можно узнать с какой целью? — предвидено поинтересовался тот.
   Я уверено рассказала ему о своем нелегком прошлом пережитом в мятежной Вертании. Все время Райан слушал, не перебивая и не уточняя подробности, терпеливо ожидая, когда закончу.
   — Что ж. Нас же совсем не представили должным образом, случай был не подходящим, — резко перевел он тему разговора, — Я Райан Фертиш, — внимательно вглядываясь в мои глаза, проговорил кареглазый.
   — Ориса Салини, — подала ему руку в принятом на Западном материке жесте.
   Райан немного подождал какой-то реакции, что немного напрягло, но потом растянул губы в широкой улыбке.
   — Смотрите, дождь завершился, тучи пройдут совсем скоро, но уже можно идти.
   Город в той части, где мы прибывали, был менее оживленным, чем у ворот, но все равно наполнен суетой жителей. За пару часов мы приобрели для меня одно платье и подходящие к нему туфли, больше как оказалось, не имело смысла. На мою радость, свободные нравы Восточного материка позволяли девушкам любого сословия и рода деятельностиносить брюки и рубахи, просто более свободные, чем были на мне. Поэтому я приобрела два сменных комплекта, оставив сразу один на себе. Свой старый костюм для заданийи куртку решила глубоко спрятать в приобретенную сумку, но не выкидывать. Кто знает, как сложится моя жизнь и не придется ли прибегать к помощи его удобств и преимуществ. Герцог тоже за мой счет выбрал себе экономный комплект одежды, в который незамедлительно облачился, скидывая с себя и без сожаления выбрасывая пропитанные морской солью вещи в специальную урну для мусора.
   Потом мы зашли в банк, где, предъявив под сканирование артефактом руку, Райан получил полный доступ к своим сбережениям, расплатившись со мной и взяв расходы за недельное проживание в таверне на себя. Я не противилась, даже порадовалась, что смогу не растрачивать свои финансы. И только потом мы направились в посольство. Я не могла скрыть волнение, осознавая, что без Бриджа все будет очень непросто. Как доказать свою принадлежность роду Салини, я все еще не придумала, но начать действовать нужно было уже сейчас, чтобы хотя бы получить указание, как в такой ситуации поступают остальные беженцы.
   Грузная дама секретарь записала меня в очередь и оставила ожидать в прохладном помещении, среди таких же ожидающих своей очереди людей. Райан не покинул меня, сообщив, что даже зайдет в кабинет вместе со мной, чем снова заслужил мою благодарность.
   Наконец, спустя пару часов мы попали в просторный пыльный кабинет, который был завален исписанными бумагами. Встречал нас сидя за большим столом худой мужчина с вздернутыми усиками и в очках. Он бегло изучал приличную стопку бумаг, потом отложил их в сторону, снял очки и посмотрел на нас. Первые секунды он переводил взгляд от меня к Райану, а потом решил обратиться к обоим.
   — Какая у вас проблема? — спросил тоненький голос.
   — Я из Вертании, — начала я, — меня зовут…
   — Беженка? — перебил мужчина, и я утвердительно кивнула, — Имя снимали?
   — Да, — ответила неуверенно под таким напором.
   — Есть поручители или семейные ценности при себе, которые подтверждали бы вашу принадлежность? Желательно магически.
   — Нет, — выдохнула обреченно.
   — Как ваше имя? — не унимался служащий.
   — Ее имя Ориса Кениар, — неожиданно вмешался Райан, — Если вы позволите, то ее поручителем могу быть я.
   — А как ваше имя, юноша? — задал вопрос мужчина, разглядывая моего спасителя, — герцог Райан Фертиш, племянник его Величества Арнольда, короля Вертании.
   — Д-да, — на секунду сбился мужчина, но быстро собрался, — Вы можете быть поручителем. Только вам придется заполнить некоторые бумаги, чтобы мы могли подготовить сведения для заклинания.
   В этот момент я не понимала, что переполняет меня больше. Страх или облегчение? Как объяснится с Райаном о своем обмане? Если я знала основную ветвь королевской семьи Вертании, то вот никогда не интересовалась племянниками и братьями короля или королевы. А Райан ведь еще в таверне за завтраком узнал, что я не из его страны, когда не увидел моей должной реакции на свое полное имя.
   Он молча взял у мужчины бумаги и направился к столу у окна, явно поставленного тут для посетителей. Уверенно взяв магическое перо, начал заполнять те сведения, которые ему были известны о семье Кениар. По мере того как в анкетах появлялась информация, мои брови ползли вверх. Это семья точно существовала и была из высшего сословия. Ровным шепотом, не содержащем в себе обиду или злость, Райан уточнял у меня некоторые вопросы, которые скорее были пожеланиями для тех, кто получал новое имя. Вроде: «Желаете ли вы сменить имя и фамилию на другие? Какие причины вас на это двигают?»
   Через уже полтора часа на моем запястье исчезла, скрываясь невидимостью, магическая татуировка, которая несла в себе всю информацию из заполненных анкет и бланков. А мы, сбегая из напрягающего серого здания, молча направились в таверну. Я молчала, страшась объяснений и обвинений, а Райан явно считал, что не он должен начинать беседу первым.
   — Давай так, — все же не сдержался парень, — Я не буду лезть в твои дебри и проблемы, которые ты так пытаешься скрыть. Просто скажи мне: «Спасибо».
   — Спасибо, — сказала я именно то, что он попросил, — Обычно за подобное всегда что-то требуют взамен, — грустно добавила я.
   — Взамен, — сначала удивился Райан, но быстро подхватил идею, — У меня тоже есть проблемы, как ты поняла, Ори. И мне надо время и прикрытие всего на неделю. Ты мне его и создашь, притворяясь возлюбленной или сестрой, тут уж как сама выберешь, — закончил он свои требования.
   — От кого ты бежишь, Райан? — решила тоже стереть любезные рамки, раз парень перешел на «ты».
   — Давай дойдем до таверны, поедим, закажем чего-то с градусами и тогда поговорим, а я пока подумаю, что тебе скажу, а что нет, — выдал герцог наставление помолчать.
   Спустя час мы сидели в таверне, выбрав дальний стол в углу, и пили забористое, невкусное вино. Прилично охмелев, герцог, впервые опустив плечи, рассказывал мне все. Он явно устал от тайн, непробиваемого, напущенного на себя вида и давно искал, кому излить все проблемы. А зная, что я под его поручительством, он был уверен, навредить ему не посмею.
   Из услышанного душевного излияния выходили не радужные вести. Вся королевская знать Вертании терпела поражение одно за другим. Все что осталось от ее мощи это поддержка Нестаргона и Аскартия, которые только и могли, что финансировать подавления мятежа. Однако время правления Арнольда подходило к концу. Король болен тяжело и неизлечимо. Как только он умрет, начнется дележка свободного трона. Все договора, подписанные с опиской и отсылкой на имя его Величества Арнольда Вертанского, должны будут заключаться заново. Только беда пришла не в одном лице. Наследник престола пропал и об этом умело скрывают уже три месяца, как и о болезни короля. Объявить о смерти наследника без доказательств нельзя, что не дает возможности перехода наследия в другие руки.
   Старые, закаленные жизненным опытом герцоги готовятся принять бой в своих поместьях и последующую смерть от руки мятежников. А молодые, вроде Райана стремятся покинуть страну и бежать, как можно дальше. Райану было проще, лишившись всей семьи в одной вспышке восстания и предательства, он не был обременен тяготами совести, покидая страну. Обезопасив свое имущество, переведя все в денежный эквивалент, он покинул Вертанию, не без преследования, но с помощью знакомых из Астарии. Предателем короны при короле со смертельной болезнью его не назовут. Боялся он только преследователей из мятежников, так как Райан, пусть и не из основной ветки королевской семьи, но мог заявить свое право на наследование трона даже через множество лет.
   — Через неделю в Хардонской академии магии будет набор на учебу, — поставил очередную опустевшую кружку на стол и продолжал вещать Райан, — Тогда я тебя и освобожу от договоренности.
   — Чем поступление тебе поможет? — полюбопытствовала заплетающимся языком.
   Я до сих пор не могла поверить, что где-то во мне находиться искра. До сих пор живя без магии, я интересовалась магическими академиями только раз в жизни, очень вскользь и потому что нужны были сведения о знакомом маге графа Лимиона Крона. Из того, что бросилось мне в том скупом на описания абзаце я узрела, что тот маг мог обучаться в одной из четырех академий, которые все находились на Восточном материке в крупнейших государствах мира. Лучшей считалась все равно Хардонская из-за преподавательского состава и сложной насыщенной практики, которую еще нужно было заслужить. Мертвый лес, что лежал сразу за Хардоном кишел нечистью, чудовищами и просто опасными хищниками. Тогда я перескочила взглядом на изображение академии и, считая, что эти знания не принесут никакой пользы, захлопнула книгу, отбрасывая ее пылиться в дальний угол.
   — Учащиеся академии попадают под ее защиту, — съедая ягодку винограда, ответил Райан, — После обучения постараюсь попасть на службу Нестаргона, получив тем самым независимость от Вертании.
   — А как же трон? Как же наследие и преданность короне? — потянулась тоже за виноградом, — Ик!
   — Пошло все это к черту! — беззлобно проговорил Райан, — Ну а ты?
   — А мне тоже… Ик! в академию эту надо, — ответила, не став раскрывать планы на далекое будущее.
   — Я уж думал, что ты не в курсе, — проговорил негромко Райан и попытался сделать глоток, но кружка оказывается пуста, — Эй, хозяин! Еще бутылку!
   — Ты, о чем? — нахмурилась я, силясь организовать мыслительный процесс.
   — Тебе же искру передали, — объяснил непослушным языком и таким тоном, будто все должно стать понятным, — Что? Не знаешь, что ли?
   Он разлил в кружки еще красного, кислого пойла. Сделал большой глоток и продолжил, наклоняясь через стол ко мне, словно собирался секреты рассказать.
   — Искру передать могут только при определенных условиях, — начал было Райан.
   — Да знаю я! — отмахнулась от такой информации, — С лучами восходящего солнца, …Ик! не сокрытыми облаками, добровольно и главное при этом отдающий лишается своейжизни, — подняла руку с оттопыренным указательным пальцем и наставительно осведомляю герцога о своих познаниях. Громко всхлипнула, собираясь расплакаться, вспомнила голубые глаза доброго Бриджа.
   — Не, не, не! — потряс ладонями передо мной Райан, испуганно предотвращая мою истерику, — Дело такое. Искру получила уже расширенную долгой жизнью и опытом. Понимаешь? — быстро выдал информацию, чтобы отвлечь меня от грустных мыслей.
   Отрицательно помотала головой, стараясь так еще и образ Бриджа вытряхнуть из головы.
   — Посол искру развивал долго. Всю свою жизнь, — патетично произнес и осознал свою ошибку Райан.
   Быстро впихнул мне кружку с вином и наспех продолжил, насколько позволял ему заплетающийся язык. Но прежде я вставила свое:
   — Ик!
   — Ты же сейчас, как пороховая бочка в сухой жаре, понимаешь?
   — Не-а.
   — Искра хозяина нового прочувствует, тебя, — тыкнул указательным пальцем немного левее от меня Райан, но потом все же исправился, наводя точнее, — Ааа, в общем, —опять сделал глоток, — Ты же контролировать поток магии не умеешь. Тебе учиться надо! …Ик! — тоже заразился от меня икотой парень.
   — Ммм. Защита говоришь, будет, — заставляла работать свои посылающие меня мозги, — И послание ректору доставить надо. Ой! — наспех закрыла рот ладонью, окончательно испугом прогнав икоту.
   Райан усердно пытался осознать, обдумать, что услышал, усердно старался, насколько ему его пьяная голова позволяла. Потом не по-герцогски махнул рукой.
   — К ректору для тебя есть два варианта как попасть.
   — Запись о прошении иии?
   — Поступай со мной! …Ик! Это же лучшая академия в мире. Магия у тебя уже есть. К тому же, думаю, что сам ректор не позволит тебе уйти. Месяц или два и все! — ударил парень по столу, заставляя меня испуганно подпрыгнуть, — Опасна ты для окружения будешь! Понимаешь? …Ик!
   — Угу, — вздохнула, хотя все равно ничего не поняла, только то, что пьяна, и пора спать, пока еще чего лишнего не взболтнула.
   После таких выводов, согласилась с ними и тяжело поднялась, держась за стол и собираясь уйти, не попрощавшись. Вокруг все плыло и клонилось.
   — Куда ты уходишь? — недовольно щурясь, спросил парень, — Момент!
   — Чего еще? — недовольно буркнула, пытаясь устоять на ногах.
   — Ты сестра мне или возлюбленная? — серьезно спросил герцог.
   А я призадумалась. Сначала осознавала его вопрос, потом, когда вспомнила о его просьбе с прикрытием, призадумалась о выборе. Меркантильная я стремилась породниться с герцогом, но его проблемы отпугивали. Пьяная я склонялась ко второму варианту, а услужливо подкинутый хорошим, пусть и нетрезвым зрением образ парня подтверждалвыбор. Молодой, красивый юноша со шрамом на брови и разбитой губой. Последнее делало его совсем мужественным в моих глазах и заставляло вспомнить о нашем общем пережитом крушении. «А, между прочим, он щит ставил и жизнь тебе так спасал», — добавляла моя совесть. Сколько живу и жить буду?! Почему бы и нет?!
   — Пошли, — отчетливо проговорила приказ ожидающему ответ парню.
   — Куда? — совсем без удивления уточнил тот, уже допивая содержимое кружки и собираясь вставать.
   — Прикрытие тебе делать. Любовью заниматься будем, — хмыкнула от гордости, что смогла принять верное решение.
   — Так прикинуться же достаточно…
   — Я стресс переживала, и ты тоже! Разве нет?! — перебила парня, останавливая свою пьяную ходьбу и разворачиваясь к нему.
   — Согласен, — вздохнул герцог, покачивая головой, — Справедливое решение, — заверил он меня, убеждая тем самым, что не отстанет.
   В комнату мы ввалились с громким ударом двери о стену, уже целуясь и раздевая друг друга. И совсем не мешала нам разбитая губа Райана. А когда улеглись на широкую кровать лучшей комнаты таверны, пьяная паника охватила меня. Извинившись, я ушла закрывать дверь комнаты и проверить надежность замков. На всякий случай выглянула из комнаты, чтобы убедиться, что преследования нет. Вернулась, расстроилась и почти взвыла. Райан, как истинный мужик высшего общества, проявил благородство и ни капли выдержки, отвернувшись к стене, громко храпел, оставив меня в неудовлетворенном одиночестве, с мыслями о том, что утро обещает полниться стыдом и головной болью.
   Глава 7. Ломаем планы на простую жизнь ради магической
   Неделя пролетела в делах и заботах. После той неудачной для двоих ночи, мы с Райаном сблизились, но не далее, чем приятели, которые даже о поцелуях вспоминать не хотели. Но редко целоваться, хотя бы целомудренно, на людях все же приходилось, поддерживая видимость, безумно влюбленной друг в друга пару, которая сбежала от родителей, противившихся нашему светлому будущему и прекрасным чувствам. За это время в газетах пару раз писали о всплывших и найденных трупах молодых людей, внешне схожих и подходивших под описания Райана. Герцог только морщился и отмечал, что удачно на воротах при прибытии в город отметка стояла о молодой паре, а не об одиноком парне.Именно одинокие чужестранцы, прибывшие примерно в те же дни, что и мы, лишались жизни один за другим.
   Мы не боялись выбираться из таверны и не тряслись в ожидании острого тычка ножом в бок, стараясь вести себя обычно. За это время, потеряв в огромном городе капитана Нириана, я и Райан собирали сплетни и слухи, чтобы найти экипаж. Райану не было никакого дела до моряков, но от скуки он не был против такого занятия. Я же отчаянно искала известия о Триксе, в надежде, что сумею увидеться с магом. К завершению недели мы успешно пришли в таверну, где обычно остаются моряки, но капитана, как и его команды не было в городе уже пару дней. Они отбыли сухопутным способом в другой город, где занимались судостроением. Красноволосый парень, если верить очевидцам, был с Нирианом, необычно расстроен, но по-прежнему провокационно нагл.
   Так всю неделю мы бродили по городу, параллельно решая мелкие нюансы перед поступлением в академию. Напоследок мы зашли в лавку письменных принадлежностей и сделали заказ, оформленный на наши имена и на адрес академии. Заказ соберут и доставят в том случае, если будут денежные поступления и переводы из наших счетов на счет хозяина, а это случится, если мы с Райаном будем зачислены в Академию. Райан не сомневался в обратном и был доволен, что смог убедить меня не шутить с искрой и ее развитым резервом, а посему я поступала вместе с ним.
   — Как будут проверять магию? И мне еще нет двадцати как тебе, возраст не помешает? — сыпала я нервными вопросами по дороге в академию.
   Академия находилась со своей огромной территорией за пределами города в двух часах ходьбы по широкой, ровной и хорошо утоптанной дороге.
   — Проверять будут наличие у тебя искры с помощью артефактов. Если сила стоит того, чтобы кормить тебя и содержать под своей крышей, то — добро пожаловать в академию. Если артефакт покажет, что твоя искра слабо развита и у нее не особо сильный потенциал для развития, то и содержать нахлебника не будут. Хватает ведуний и знахарей, чтобы напроситься к ним учениками, — терпеливо объяснял звонким голосом Райан.
   — А возраст? — не успокаивалась я.
   — Возраст значения не имеет, — лаконично ответил парень, но заметив мое замешательство, продолжил, — Обычно искра открывается с восемнадцати лет и до поздних тридцати. Последнее конечно редкость.
   Я не совсем осознала момент с открытием искры в восемнадцать, вспоминая, что Каст и Лира использовали магию гораздо раньше, но решила этот вопрос задать как-нибудь потом.
   — То есть там не важен возраст при обучении?
   — Нет. Не важен. С тобой на первом курсе будут учиться разного возраста люди, но не с сильной разбежкой.
   — Так уверен, что меня возьмут? Я все еще даже искру не почувствовала, — не смогла скрыть досаду в голосе.
   — Конечно, возьмут. У тебя уникальный случай. Согласно легендам, — начал вещать Райан, — первые передачи искры происходили на Западном материке, когда еще ведуний называли ведьмами. У них тогда темной магии было столько, что они свою смерть предчувствовали. Находили себе учениц, которых без магии всему обучали, а потом на рассвете отдавали им искру. Только вот не все ученицы справлялись потом с раскрывшимся потенциалом искры, и часто от этого страдала целая округа. Были случаи, когда умирали целые деревни.
   — Но это же легенды, правда?
   — Кто знает, — не стал герцог разрушать мои надежды согласием.
   — А как они умирали? — спросила и получила взгляд полный недоумения, — Ну умереть с рассветом-то нужно было.
   — Вены резали, — вполне серьезно ответил мне Райан, а я решила, что не хочу больше говорить о магии.
   Так мы и дошли до стен чуть менее высоких, чем в самом Хардоне. Нас встретили открытые резные ворота из неизвестного мне металла. При входе в странного вида будке у нас просканировали имена, только после этого отправили по широкой дороге, выложенной брусчаткой. Это была аллея из высоких, тонкостволых деревьев и низких, но плотных кустарников. В конце мы уткнулись в длинное здание из белого камня всего в два этажа, украшенное разноцветными витражами на окнах. Оно не имело входа, зато была маленькая арка прохода, выводящая куда-то дальше. Мы поднялись по каменным ступеням и прошли в арку. После нее оказались в огромном дворе, здания которого выписывали недостроенный одной стороной прямоугольник.
   На противоположной от нас стороне возвышалась стена из леса, а между нами и лесом расположился разделенный на сектора парк с фонтанами и лавками.
   — Довольно мило, — прокомментировала я.
   — Неплохо, — ответил не особо впечатленный Райан.
   И я его всецело поддерживала. Мне казалось, что академия магии должна быть величественной, а ощущение, будто я попала в академию финансов и экономики. Ни тебе башен и шпилей, ни тебе просто высокоэтажных зданий. Все до банальности просто и скупо.
   Мы прошли дальше, натыкаясь, на редких уверенно направляющихся куда-то парней и девушек и более похожих на нас растерянных зевак. По центру парка возле фонтана был организован стенд, возле которого несколько молодых людей перекладывали бумаги и просто скучали, сидя за поставленными там же столами.
   — Привет, вы поступать? — спросила тоненьким голоском у нас миловидная в лице, но немного широкая в плечах девушка, усыпанная множеством веснушек.
   — Да, здравствуйте, — опередив меня, ответил за двоих Райан.
   — Хм, «здравствуйте»? — нас окинули внимательным взглядом с ног до головы, — О! Так вы с Западного? — послышалось от темной девушки сбоку, что успела смутить менясвоим отношением и интересом, сразу угадав, наше происхождение.
   — Прекрати задавать бестактные вопросы, — вступилась за нас веснушчатая, — Вот анкеты, вон там свободный стол, — указала и выдала два экземпляра девушка, — На столе найдете перо для письма.
   — Спасибо, — хором ответили с Райаном.
   Стул был один, поэтому анкеты пришлось бы заполнять поочередно, если бы Райан не предложил другой вариант.
   — Я знаю о твоей магии столько же, сколько и ты сама. Да и о об Орисе Кениар тоже могу вполне все вписать, если хочешь, конечно.
   — Даже не представляешь насколько хочу, — с благодарностью уступаю стул Райану, выдержки которого я завидовала все больше и больше.
   У самой появилось время осмотреться. За деревьями, что лесом закрывали этот парк, явно что-то было. Мощеная дорожка уводила сквозь лес и терялась там. Скорее всего, это что-то вроде приемного дворика со зданиями для поступающих или гостей. Налюбовавшись видами убранства парка, решила рассмотреть подробнее раздающих анкеты людей.
   Начала я осмотр слева направо, узрев шатена, уткнувшегося в книгу. Он не замечал вокруг совсем никого и ничего. И зачем только посадили сюда? Дальше сидели, что-то бурно обсуждая, та темноволосая девушка и парень, которые периодически подавали листы веснушчатой, чьи рыжие волосы неприятно кололи воспоминанием о Лире, поэтому я почти сразу перевела взгляд дальше. Дальше на столе лежала платиновая макушка короткостриженых волос. Парень нагло спал, игнорируя всех вокруг, используя вместо подушки явно чью-то девчачью сумку. И заканчивал весь этот ряд невероятно-красивый юноша. Парень смотрел внимательным взглядом темных глаз прямо на меня, но как только наши взгляды столкнулись, он неохотно отвел свой на бумаги, которые лежали перед ним. Темные, волнистые, почти кудрявые локоны упали на его глаза, после того как он лениво склонился над листами, и я больше не могла узнать куда направлено его внимание.
   — Готово, — ровным тоном оповестил Райан, возвращая меня в реальность, — Пойдем сдавать.
   Мы отдали рыжей девушке заявки, она бегло их осмотрела. Потом с помощью артефакта сняла копии и вернула нам оригиналы, сообщив, что с ними мы должны идти в первый корпус, указывая от нас налево.
   — Первый этаж, зайдете, повернете направо, по правой же стороне будет темная дверь с красной табличкой, — отчеканила конопатая уверенным голосом, — Заходить по одному! — прилетело уже от нее вдогонку.
   Мы быстро справились с поиском нужной двери, и Райан отправил меня первой, попросив не волноваться и не скрывать от комиссии, чья у меня искра. Сам при этом выгляделкак обычно, стойко и без малейшего волнения: прямая спина, высоко задранный подбородок и весь из себя аристократ. И как он это делает?
   Вообще место было неприятное, нагнетая своей обстановкой напряжение. Лучи солнца проходили сквозь холодные цвета стеклышек витража, что не делало темный коридор светлее, а только подчеркивало его мрачность. Тут было холодно, пусто, и только темные красные шторы в пол вносили контраст. Пол выложен отшлифованным до блеска камнем почти черного цвета. Я оделась соответственно случаю в единственное свое скромное платье синего цвета и туфли на невысоком каблуке. Вот последние как раз и добавляли неприятных ощущений, отдаваясь гулким эхом, несмотря на то, что я старалась идти тише. Когда потянула на себя створку двери, слух пострадал от протяжного громкого скрипа. Прошла в светлое помещение, где молча и изучая свои бумаги за одним длинным столом, сидели мужчины. Двое в годах были очень похожи, только различие было в качестве волос — у одного волосы седые полностью, а второй не имел ни единого серебряного волоска. Третий светловолосый мужчина был навскидку ровесником капитана, но совсем невзрачный.
   — Подайте свою анкету мне, — не отрывая носа от бумаг, попросил седой.
   Не взглянув на меня ни разу, он принял протягиваемые мною бумаги, чтобы сменить содержимое рук на новые бланки. Без интереса и любопытства мужчина приступил изучать содержимое моей анкеты и его брови поползли выше.
   — В последний раз я только вступал в преподавательский состав, когда сюда на обучение пришел молодой человек, получивший искру, а не рожденный с ней, — ни к кому не обращаясь, сообщил мужчина.
   Двое других при этом, оторвались от своих бумаг, глянули на седого и перевели любопытствующий взгляд на меня.
   — Ориса Кениар, — пробуя на вкус мое имя, продолжил седовласый, — Не расскажете, как вы получили искру?
   — Я ведь имею права отказать? — неуверенно и тихо задала вопрос, не имея ни малейшего желания делиться неприятной страницей из жизни.
   — Конечно, — с досадой вздохнул тот и проговорил, — Передача искры законом не запрещена. Артефакт справа от вас, подойдите, но не трогайте.
   Я осмотрелась, нашла то, что он назвал артефактом и сдержала себя, чтобы скептически не хмыкнуть. Медленно подошла к странному постаменту с закрепленным в металлические опоры прозрачным кристаллом и останавилась в паре шагов. Стою, жду, напрягаюсь. Тишина давит. Ничего не происходит. Совсем ничего.
   — Хорошо, — вдруг высказал одобрение седовласый, — Основное направление стихийная магия, прерогатива за землей, — заключил тот, и я заметила, как мужчина моложеуже делал запись на листе бумаги.
   Совсем опешила, так как ждала, что, будет буря или хотя бы ветерок закрутится в чертовом кристалле.
   — Прошу меня простить, — начала я, пытаясь узнать, как они вообще поняли что-либо, потому что я уже должна была тоже видеть магию. Осматриваю себя, чтобы подчеркнуть важность непонимания вопроса, который вот-вот озвучу, — но…
   Но слов нет. Смотреть надо было не на кристалл, а на себя. Мои руки освещались желто-золотой пылью песка, который сверкал приятным теплом, кружился и ласково оглаживал ладони, стараясь привлечь мое внимание.
   — Человек, который подарил вам искру, — начал седовласый и замолчал ненадолго, жуя свои губы и стараясь подобрать слова, — Был к вам заботлив и ласков, поэтому искра проявляет себя немного иначе, чем, если бы вы растили ее сами. Она как ребенок: первое впечатление, сложившиеся отношения или характер зависит от воспитания. Я бысказал, что вам, несомненно, повезло.
   Я не сдержала изумительного вздоха. После услышанного, мне захотелось ответить на ласку и столь трепетное ко мне отношение силы, но не представляла, как это сделать.
   — Я ничего не чувствую. Это нормально? — поинтересовалась, продолжая рассматривать свою кисть.
   — В конкретном вашем случае это нормально, — ответил все тот же седовласый, — Искра найдет путь для общения с вами, просто потерпите.
   — Сама? Я наблюдала за другими магами, когда у них пробуждалась стихия, то они сами пытались вызывать ее проявление, — непонимающе высказывала, ожидая, что мне ответят.
   — Ориса, сейчас не время для лекций. Извините, что не могу удовлетворить ваше любопытство, — мягко, с улыбкой отказал мне седовласый, а потом добавил, — Сегодня мыс самого утра принимаем поступающих и разворачиваем тех, кого принять не готовы. И сегодня весьма сложный день, для нас особенно, — обвел мужчина взглядом своих коллег, — Поэтому давайте определим ваше дополнительное направление. Но если вас успокоит, то независимо от результата, мы вас примем, — не давая вставить и слова, завершил он.
   Потом повернулся к своему воплощению копии и спросил готов ли тот, когда получил утвердительный кивок, рукой показал, что мне нужно подойти к его коллеге или все жебрату. Сходство было на лицо. Мужчина подвинул ко мне раскрытый чуть больше книги футляр, в котором лежало четыре предмета: изумительно красивый драгоценный камень изумруда повторял форму четырехлистного клевера и красиво блестел в лучах падающего на него света; дальше лежала метательная звезда, что на мой опытный взгляд была выполнена на самом высочайшем уровне; затем взгляд скользит по золотой сфере с линиями стыковки и еле заметными заклепками; завершало все это засушенный лепесток, который будто не потерял свой цвет и свежесть, но я бы побоялась к нему прикасаться, боясь разрушить хрупкую красоту.
   — Предмет призовет вас, — сказал низким голосом брат седовласого, — Выберите себе тот, что вам по душе.
   Я осмотрела все поочередно еще раз. Мой прагматизм, закаленный с детства, выбрал за меня. Метательное оружие всегда будет полезно, согласилась я с гласом советчика,но рука уже нащупала золотую сферу.
   — Дополнительная ветвь: артефактор, — услышала заключение седовласого, когда третий мужчина уже записывал его наблюдения, — Мои поздравления, Ориса Кениар, вы зачислены на первый курс Хардонской академии магии на специализацию стихий с углубленным изучением земли и артефактов. Теперь заберите бумаги и вернитесь к стенду в парке для подписания соглашения, — выговорил на одной ноте все мужчина и уже хотел углубиться в бумаги, которые отложил с моим приходом.
   — Простите, — аккуратно привлекла вновь к себе внимание.
   — Что-то еще?
   — Да. Мне нужно встретиться с ректором Эмбером Ставронгом, — уверенно произношу, показывая всем своим видом, что отказа не приму.
   — Что ж, вам повезло, потому что я и есть он. И чего вы хотите от меня? — сбивая с меня спесь, произнес седовласый.
   — Я бы хотела обсудить с вами вопрос личного характера.
   — До моего кабинета довольно далеко, а до конца приемного дня еще дальше. Если ваш разговор важен, то потерпите. Приемные часы преподавателей по личным вопросам вам выдадут, как и все остальное, — отложил избавление меня от задания Ставронг.
   Не смея больше задерживаться, я уже уверенней покинула кабинет, чем входила в него. Райан находился не в одиночестве, когда я его нашла взглядом у одного из окон. Парень заметил меня сразу и, что-то сказав незнакомому мне юноше, покинул его, чтобы поспешно приблизиться ко мне.
   — Как оказалось, мы с тобой послеобеденные сони, — проговорил он, подходя, — Большой приток поступающих проходил с самого утра и до полудня. А какие у тебя новости? — он окинул меня внимательным, обеспокоенным взглядом, но быстро расслабился, обнаружив, что со мной все хорошо.
   — Стихийница, — начала я и сразу заметила восхищенный взгляд Райана. Эх, не спешил бы, — Основная стихия ¬— земля, а дополнительное направление ¬— артефакты.
   — Не так уж и плохо, согласна? А могло бы быть маг крови — зачарователь, — боясь обидеть меня, выдает, видимо, самое ужасное и скучное сочетание магии.
   — Совсем недавно я даже не мечтала об искре, поэтому поверь мне, меня не расстраивают, те направления, которые я получила в дар, — решила успокоить парня.
   — Это очень хорошо, — вновь, по обыкновению, превращаясь в невозмутимого герцога, высказал Райан, — Тогда я пошел. Удачи можешь не желать, я знаю, что уже зачислен на защитника, — звонко проговорил и гордой походкой удалился за дверь.
   Долго его ждать не пришлось. Прошло меньше пяти минут, прежде чем парень с довольной улыбкой вышел ко мне.
   — Защитная магия дополнительно боевое направление, — с чувством удовлетворения похвастался Райан и продолжил уже более ровно, — Пойдем подписывать соглашения и формальности, — потянул он меня на выход из мрачного здания.
   Возле стенда я словила на себе заинтересованные взгляды всех, кроме все еще спящего парня. Видимо сведения о получение искры нетрадиционным способом все же прочли. Получив соглашение, которое состояло из нескольких листов и написанного мелким почерком, мы решили обезопасить себя и ознакомиться подробно. Но из прочитанного, где вписывались права и обязанности основным для нас, пожалуй, являлась информация, что, поступая в академию, на все время обучения мы отказываемся от титулов и сословий. И должны по окончанию обучения согласно направлению, отправиться на службу в свою родную страну или в Нестаргон. Как раз то, что хотел Райан, и то, о чем в тайне размышляла я, еще не уверенная, что такой ход спасет меня от возможного преследования. Дальше речь шла о получении права пройти практику, которая меня не особо интересовала, поэтому я поставила подпись и отложила документ.
   Ознакомившись с несколькими листами и журналами, вроде списка учебников, которые необходимо получить в библиотеке, расписанием, составленному согласно основным направлениям магии на первый месяц, подробной картой академии, действительно сокрытой лесом, и кучей подробных и общих вещей, решили все делать по порядку.
   Райан быстро и умело разложил наши с ним листы на столе для посетителей, пока за нами внимательно наблюдали пять пар глаз, отложил в общую колонку дубликаты и в отдельные индивидуальные указания. Сразу после развернул на столе подробную карту.
   — И так, смотри, — начал герцог водить пальцем по карте, так сейчас напоминая Нириана, — Хозяйственный корпус тут, — поднял взгляд на одно из зданий во дворе, — библиотека по пути перед общежитиями, а столовая в стороне от последнего. До ужина еще пару часов. Значит, сначала получаем хозяйственные нужды, с ними же следуем в библиотеку и надеемся, что сможем все унести вместе с книгами. У меня корпус общежития числиться другой. Мой будет первым и по пути, поэтому подождешь рядом, а потом я помогу тебе дотащить твои вещи в комнату.
   Я почти его не слушала, глядя на девушек, которые явно завидовали и уже являлись тайными поклонницами Райана. «Еще бы! Это же не восточные хамы. Западное воспитание!», — злорадно мелькало в гордых мыслях. Парни же в свою очередь не выглядели восхищенными, скорее раздраженными поведением девушек. Но одному явно было не до происходящего с герцогом. И даже не тому, кто, как и прежде сладко спал. Брюнет вновь не сводил с меня взгляда, но я уже старательно его игнорировала.
   Райан повернул голову в сторону стенда, не дождавшись от меня ответа и заметив мой направленный туда взгляд. Но, как и обычно остался невозмутимым, собрав все разложенные листы и скомандовал следовать за ним.
   Глава 8. Из огня да в полымя. Или как пожалеть о принятом решении
   Согласно составленному плану, мы с Райаном быстро добрались до дверей моей будущей комнаты, где, поблагодарив его за помощь, отправила к себе. Расселяли в общежитиях, не разделяя на магию или половую принадлежность. Все было куда проще. Минимальное разделение было по комнатам, где все же девушек селили с девушками, а парней с парнями, что радовало. Но в остальном все было так: комната освободилась от выпускницы, значит, заселите в комнату новенькую. Я не была против такого расклада.
   В теплой просторной комнате меня встретила сурово настроенная смуглая девушка с иссиня-черными прямыми волосами до плеч. Ровная челка закрывала брови, но подчеркивала тем самым подведенные черным светлые, янтарные глаза.
   — Привет. Начну сразу с правил, — не дав мне толком скинуть вещи, красивым грудным голосом поприветствовала та, — Бардак не разводить, шкаф делим ровно пополам, мою косметику не брать, впрочем, как и вещи, ванную комнату надолго не занимать, уборка будет совместно и без халтуры, я лично буду следить, — она сделала заминку, вспоминая все ли сказала.
   Оглянулась, внимательно окинув светлое, уютное помещение и игнорируя мое вопросительное выражение лица, продолжила:
   — Кружкой делиться не буду, форточка проветривается каждый день независимо от погоды и последнее — никаких питомцев! Ты ведь не заклинательница существ? — ловлюиспытывающий взгляд от этой красивой, но строгой девушки.
   — Нет, — отрицательно машу головой для убеждения.
   — Я Линди Малри, защитная магия, направление — зачарование, — выдала, видимо, привычное тут приветствие для знакомств моя будущая соседка.
   Я, наконец-то выдохнула, скидывая стопку с постельным бельем и книгами на свободную от мелких вещей, прибавляющих уют комнате, кровать. И только потом, развернувшись, решила представиться.
   — Ориса Кениар, стихийница, направление — артефакты, — увидев одобрение в глазах девушки, несмело улыбнулась.
   — Надеюсь, сживемся, — вместо «Добро пожаловать» выдала Линди. Ох уж эти Восточные.
   Но уже спустя полчаса, разговорившаяся девушка, смеялась и то и дело шутила сама. Вся напускная бравада, как, оказалось, была от неприятного, напряженного ожидания. После горького опыта жизни на протяжении двух лет учебы с заклинательницей существ, к тому же целительницей, Линди боялась повторения истории. Как оказалось, соседка постоянно варила целебные зелья в комнате, тайно таская из леса раненых и просто голодных зверьков. И если сначала Линди смотрела на животных с разделенным с соседкой сочувствием, то вскоре не могла спокойно спать от постоянного тявканья и шипения нового зверька или зловония от очередного зелья, которое долго не выветривалось.
   Спустя еще час времени, за который Линди поняла, что встретила самую желанную подругу, находя во мне внимательного слушателя, я радостно осознала, что нашла невероятно болтливый источник информации и слухов. Прерывая богатую тираду о двух прекрасных принцах, что учатся в нашей академии, за мной в комнату явился Райан. Нельзя было не заметить, что Линди уже успела причислить к академии наличие третьего принца. Я даже не осуждала ее ошибку, когда-то сама так подумала. А когда он почтенно заговорил с Линди, то девушка и вовсе ахнув осела.
   В столовую отправились вместе под веселое щебетание соседки. Райан, как я отметила, мало чем уступал моему названному братцу. Он умело добывал потоки информации о тех, кого в академии стоит опасаться, а с кем стоит подружиться, кто будет полезен и какой вообще нрав носит это учебное заведение. Иногда я дополняла его вопросы, за что получала от герцога одобрительную, поощрительную улыбку. Если тут все такие открытые, как Линди, то жизнь будет проста. Но зря я так поспешно думала.
   Мои мечты о спокойной студенческой жизни одним махом оборвала Элания Террийская. Взгляд сразу выхватил ее изящную фигурку из многочисленных юношей и девушек в столовой, по моей спине прошелся холодок. Элания улыбаясь говорила с тремя симпатичными девушками, явно подыскивая себе новых фрейлин, а те были только «за». Принцесса, будто почувствовав мой взгляд, засуетилась и уже секундой позже смотрела на меня.
   — Почему вы остановились? — весело обратилась к нам с Райаном Линди, пытаясь проследить за взглядом.
   — Что ей известно о тебе? — тихо поинтересовался напрягшейся герцог, напрочь игнорируя Линди.
   — Совсем не то, что хотелось бы, Райан, — ответила и мысленно поблагодарила за сообразительность юношу.
   Тот кивнул мне и радушно улыбнулся моей соседке, говоря, что мне нужно обсудить кое-какие дела со старой знакомой наедине, а он с радостью составит компанию за ужином такой очаровательной девушке, как Линди.
   — Террийская не отстанет. Тебе лучше сейчас с ней объясниться, если будет задавать вопросы. Элания славится нравом настойчивой мегеры, — опять тихо обратился ко мне Райан, подводя к свободному столику и отодвигая стул, — Я принесу тебе легкий ужин.
   — Спасибо, — поблагодарила за проявленную заботу герцога.
   — Линди, пойдемте. Укажете мне блюда, которые вам принести, — галантно подставил девушке руку, на что та только изумленно округлила глаза, восхищаясь и теряясь.
   — Не утруждайтесь, Райан, такое обращение тут заслуживает только высший свет, а мы, подписывая соглашение при поступлении, стерли все условности, — язвительно огласила столовую Элания, не удостоив Райана даже мимолетным взглядом.
   Все это время она с подносом заставленным едой, величественной походкой решительно направлялась ко мне. Поставив поднос по центру стола, и еще не разогнувшись, Элания улыбнулась.
   — Ну что, Ориса? Пришло время познакомиться ближе, — многообещающе проворковала Террийская, — Рискнула взять порции и на тебя, на свой вкус. А если верить нашим вкусам на мужчин, то у нас они не так расходятся.
   Элания влюблена в Бриджа? А может в Трикса или Райана? Трикс и Райан под огромным сомнением, но всякое может быть.
   Герцог все еще стоял с Линди возле уже нашего с принцессой стола. И пусть хоть сотня будет подписанных Эланией соглашений с отказом от титулов, она все равно будет принцессой. Породу не спрячешь. Киваю Райану с улыбкой, давая понять, что все будет хорошо. Только тогда он увел Линди за собой в сторону длинного стола с едой на выбор.
   — И так, Ориса, с чего начнем наше знакомство? — с наигранно дружелюбной улыбкой начала Элания, — Надеюсь, что не с заламывания рук. Признаюсь, что в таком случае япроиграю.
   — Чего вы хотите, принцесса? — возвратила себе маску Орисы Дезант и четко задала вопрос.
   — Брось, Ори. Можно мне тебя так называть? Звучит мило, — усаживаясь и беря тарелку с салатом с подноса, продолжала сыпать пустыми вопросами принцесса.
   Салат с чесноком заправлен сметаной, куриная отбивная, чай и булка. Отсутствие салфеток и хоть каких-то ножей. Принцессой двигает не только любопытство. Что-то сильное. То, что могло разволновать ее, разозлить и не давать собранно мыслить.
   — Почему не ешь, Ори? — спокойно полюбопытствовала Элания, — Еда не отравлена. Попробуй.
   Не переходит на оскорбления и старается не давить. Отмечаю последнюю мысль, и напряжение немного спадает. Значит ей нужно, что-то узнать у меня, но не обо мне, и после того, как она получит свое, сразу отстанет.
   — Смею напомнить вам о своем вопросе, ваше Высочество, — не стала убирать стену между нами, показывая, что иду на услугу только из-за ее статуса. Так безопаснее.
   — Как он умер? — тихо, откладывая вилку и отводя взгляд в сторону, задала вопрос разбитая горем девушка.
   Судорожный вздох, моментально прогоняю в памяти трагичный эпизод, немного думаю, чтобы подобрать слова.
   — Он спасал нас до последнего момента, Элания, — вспоминаю его лицо в свете восходящего солнца, — Бридж улыбался, закрывая глаза, — память услужливо подносит картинку, где посол до последнего стремится служить своей стране, — Он умер героем, — завершаю, стремительно выпуская из легких воздух.
   И вот сидит девушка, с отстраненным взглядом и беззвучными слезами, стекающими по ее бледному лицу. Она не обращает внимание на любопытные взоры окружающих, которые шепотками строят предположения и гадают о причинах ее печали. Еще недавно принцесса уверенным, громким голосом давала наставления герцогу, источая яд и высокомерие, а сейчас она обычная девушка, сжимающая кулаки и глотающая горькие слезы.
   — Спасибо, — тихо высказала мне на прощание Элания, прежде чем своей непоколебимой, грациозной поступью покинуть столовую.
   Аппетит пропал, и я решила уже последовать примеру принцессы, но Райан и Линди спешно подсели ко мне, расставляя еду с подносов.
   — Таким ты точно не ужинаешь, — осмотрел принесенную Эланией еду и вынес вердикт наблюдательный Райан, — Пожалуй унесу, чтобы место не занимало, — и наспех собрав все, отошел.
   — Вы с ним так близки, — с разочарованием произнесла своим красивым голосом Линди.
   — Не настолько, чтобы приписывать нам несуществующие отношения, — поспешила успокоить девушку, — Райан — птица свободного полета. Дерзай!
   — Это очень хорошие новости, — уже улыбаясь возвращающемуся Райану, проговорила довольная Линди.
   — Твой ужин, — расставлял герцог тарелки передо мной, — Все нормально?
   Кивнула в ответ и выбрала первое блюдо, чтобы ковыряться в нем вилкой.
   — Расскажите мне, откуда вы знакомы друг с другом и с принцессой Террийска? — задала ожидаемый вопрос Линди.
   Райан посмотрел на меня, но не дождавшись никакой реакции, решил взять все в свои руки.
   — Мы добирались до Нестаргона на одном корабле. Сложно не познакомиться в течении почти двух недель насыщенного плаванья на тесном судне и при тех обстоятельствах, которые осложнили наш путь, — высказал патетично Райан, аккуратно переводя тему разговора.
   — Переплыть целый океан. Как это? И что осложнило ваш путь? — предсказуемо поинтересовалась Линди, в том направлении, которое задал Райан.
   Дальше я не слушала, углубившись в свои размышления. Первый день для поступающих подошел к концу. Осталось еще два и начнутся занятия. Райан уже оплатил все счета, дав отмашку курьерам. Завтра привезут посуду и продукты длительного хранения, вроде чая, шоколада и питательных орехов. Не зная, как тут кормят, решили так подстраховать свои желудки. Также будет дополнительный комплект постельного белья на смену, гигиенические средства, письменные принадлежности. Шкаф в комнате обладал приличной вместимостью, так что и ожидаемые вещи с обувью на все случаи жизни разместить будет не трудно. В расписании я обучалась в основном в группе со стихийниками, но редко стояли занятия для всего первого курса. Чем занять себя в остальное время, вопрос отпал после обозрения карты. Территория академии и впрямь была огромна, поэтому ее изучением я и займусь.
   — Я не знаю, как вы, леди, но я устал и хотел бы отдохнуть, — проговорил Райан, ожидая от нас разрешение уйти.
   — Я уже поела. Ориса, ты же останешься голодной! — заботливо воскликнула Линди, посмотрев на мою полную тарелку.
   — Все нормально, — заверила ее с улыбкой, — Зато плотней позавтракаю.
   — Тогда идем?
   И мы пошли отдыхать, но прежде я в очередной раз ощутила взгляд темно-синих, почти как у меня, глаз.
   Утро выдалось солнечным и, на мое удивление и недовольство, ранним. Линди, как оказалось, просыпалась с рассветом, но дала мне возможность поспать дополнительно пару часов. Солнце приятно грело комнату, пробиваясь сквозь желтоватые занавески, радуя своим теплом меня и ранних птиц. Приятно было слышать нежное и красивое чириканье, вместо криков наглых чаек. Поэтому, когда Линди обратилась ко мне, я с удовольствием потягивалась, стягивая ватное одеяло с себя ногой.
   — Утро доброе, — своим прекрасным голосом приветствовала соседка, — Просыпайся, до завтрака час времени.
   — Еще целый час, — переворачиваясь на бок, но не закрывая глаза простонала я.
   — Тебе нужно привести себя в порядок. Даже если ты не наводишь макияж, — болтливо подхватила Линди, — Хотя я бы на твоем месте, использовала внешность по полной, — без зависти произнесла соседка, привлекая мое внимание к себе.
   Симпатичному овалу лица подходила правильно подобранная стрижка. Томный взгляд, немного большие, но ярко очерченные губы, длинная шея. А фигуре позавидовала бы даже Лира. Подобной формы песочные часы устойчиво стояли в каюте капитана. И длинные ноги, делающие девушку довольно высокой особой.
   — Ты используешь ее на полную и при этом на своем месте, — задумчиво заметила.
   Я была награждена благодарной улыбкой и кокетливым взглядом. Потом девушка вновь отвернулась к зеркалу с полочками, которое в единственном числе висело возле двери в уборную. А я с ленивым придыханием, но больше для наигранности, отправилась в ванную.
   В столовую спускались вдвоем, не дождавшись Райана. Как выяснилось, парень успел обзавестись другом. Шатен, вчера сидевший и читавший книгу на стенде, оказался соседом герцога. Мониар Кланд третьекурсник был рад с нами знакомству и за завтраком объяснял нам, как маги крови используют свою силу в боевых заклинаниях. Поэтому мы с Райаном нашли завтрак интересным, а Линди скучала и иногда дополняла рассказ Мони своими знаниями.
   И так заучка-шатен делился с нами секретами своей силы. У магов крови искра, подобно сказочным вампирам, использовала кровь носителей, что накладывало на таких как Мони множество ограничений. Например, если бы он оказался на месте Трикса, то не просто бы перегорел, но и умер, иссушив себя в прямом смысле слова.
   — Поэтому во избежание риска мы избегаем создавать заклинания сразу и рисуем боевые заклинания на предметах, потом насыщаем их капелькой своей крови, а когда надо активируем предмет на любом расстоянии. Ну или, я часто рисую заклинание на земле, — пафосно закончил парень.
   — Разве это не выходит то же, что быть артефактником или зачарователем? — прозвучало от меня.
   За что была награждена недоуменным взглядом от Линди и Мони. Но спохватившись секундой позже, парень ударил себя по лбу.
   — Точно! Ты же та девушка, что искру получила в дар! А я думаю, лицо знакомое такое.
   — Искру в дар? Серьезно? — изумилась Линди, — И ты молчала?
   И вот понеслось. Разговор перенесся из столовой на прогулку с изучением территории, которую поддержали любопытная Линди, ищущий знания Мони и Райан, по которому вообще не скажешь, чего он хочет и что ему любопытно в жизни.
   Выходя из огромного здания столовой с высокими колонами, подпирающими вход, мы направились по широкой дороге прочь в сторону очередного леса или больше походило на густо-заросший, немного заброшенный парк.
   — Так, по сути, ты и о наших специализациях ничего не знаешь? — уточнял о моих знаниях Мони.
   — Не-а, — помотала головой, с улыбкой щурясь солнышку и примечая желтоватые листья на деревьях.
   Летний сезон вскоре сменится хмурой осенью. В Астарии должно быть уже первые ночные заморозки берут преимущество, над не очень сопротивляющемуся теплу. Там всегдабыла слякоть и холод.
   — Ну хоть что-то же ты о магии знаешь! — не унимала любопытство Линди.
   Я призадумалась, не зная, как кратко связать все знания, которые мне известны, но не найдя ничего лучше, просто решила изложить. Вспоминая Лиру с ее темной магией и стихийника Каста, начала просвещать.
   — Знаю, что искра у всех рожденных не имеет характера и предпочтений. Вроде бы, поэтому дети с магией уже с пятнадцати лет способны на легкие обобщенные заклинания, которые доступны всем. А к восемнадцати искра выбирает себе стабильный источник, напрочь отказываясь от остальных. И это же делает невозможным использовать стихийнику заклинания темной магии, так как он черпает силу только из природного окружения.
   — Погоди, — перебил меня Мони, — Не совсем так. Заклинания использовать можно. Просто искра, черпая из другого источника будет нести другой характер.
   — Не поняла, — заинтересовано озвучила, ожидая уточнений.
   — Ну смотри, — свел ладони Мони, образуя жест, будто охватывает шар, и принялся объяснять, — На примере меня и Райана. Есть заклинание, которое будет давать щит предмету. Это защитное заклинание имеет одинаковое плетение для всех магов, и все могут его сотворить, но у Райана выйдет построить его быстрее и крепче, так как его искра черпает силу из ауры объекта, и магия у него изначально имеет желание защитить. А вот мне придется затратить много энергии. И даже так, щит выйдет слабый и скорее всего некрасивый, а еще подпитываясь боевым направлением, которое всегда имеет разрушительный характер, моя же магия вскоре воспротивится мне и разрушит плетение.
   — Тогда получается, что нас всех будут обучать одинаковым заклинаниям? — пришла к какому-то глупому выводу я.
   — Конечно! Но только на первом курсе, — вклинилась Линди, подтверждая, что вывод хоть и глупый, но верный, — Просто профили и углубления дальше будут разные.
   — Прежде всего нас обучают черпать силу из своих источников и использовать преимущественно, подходящие источнику заклинания, — спешил дополнить ее Мони.
   — Как сложно, — вздохнула я.
   — Не забивай голову, Ориса, — подал голос Райан, — Просто учи, что будут задавать преподаватели, тогда и понимание придет само.
   Мы дошли до каменного моста в парке, который нависал над узкой, но бурной рекой. Он широким, но не длинным проводником тянулся на другой берег.
   — Если идти вдоль реки, которая протекает дальше за территорию академии, то можно выйти к пляжу, — высказала Линди, — Но сезон купания уже прошел, — ежась, добавила она, — Холодает.
   — А кто является сильнейшими магами? — задала не выходивший из головы вопрос.
   — Хм, — призадумался даже Райан.
   — Слишком много возможных сочетаний с дополнительными направлениями, — задумчиво произнес Мони.
   — А если не затрагивать сочетания? — не отступала в желании разрешить хоть как-то вопрос.
   — Тогда точно нельзя выбрать сильнейших, — заверил меня Райан.
   — Слушай, — начал более щедрый на информацию заучка, — Стихийники по сути владеют преимущественно силой по площади, и неограниченны в резерве, поэтому способны одним заклинанием нанести огромный по мощи удар. Чтобы считаться сильными их задача научиться контролировать проходящий через них поток, регулируя выброс силы. Защитники способны защищать как маленький объект, так и здоровое пространство, в зависимости от ауры защищаемого ими объекта.
   — Я еще могу и снимать защиту с противника, — дополнил Райан, но Мони того проигнорировал, отдалившись мыслями от всех нас и продолжил усердно жестикулируя.
   — Заклинатели существ специализируется только на налаживаниях контакта с животными, управлению нежитью или ее уничтожением. А маги крови и темные маги зачастую действуют тонко и по одиночным целям. Мы, потому что кровь ограничивает, а у темных магов вечная проблема с их неподконтрольным загробным источником. И если всех поставить на одном поле боя, то сыграет вопрос времени. Так что я поставил бы на последних.
   — А я за стихийников, — уверенно сделала ставку Линди.
   — Это потому что оба принца стихийники? — подловил ее Мони.
   — Смотрите, — обратилась ко мне и Райану Линди, решив не отвечать всезнайке, — мы пришли к основному зданию. Добро пожаловать в учебные корпуса!
   А тут есть на что посмотреть. Вместо белого камня нас встречал красный, стены построек уходили высоко, навскидку этажей семь, а там заканчивались острыми небольшими шпилями с маленькими оконцами. Таких шпилей наблюдалось по одному на каждом углу корпуса. Корпусов виднелось несколько, и всех я точно не видела, они скрывались друг за другом в пока еще неизученном мною порядке. Крышу зданий покрывала темная черепица, окна были обычными без витражей. Разве, что перед каждым окном была красивая резная решетка с возможностью ее открыть.
   — Что это за статуя над входом? — поинтересовалась, разглядывая девушку с четырьмя руками.
   — Это Севилла, — вдохновенно начала Линди, — предводительница стихийников. В каждой руке у нее символ одной из стихий. А вдоль входа изображены, возможные для стихийников сочетания с дополнительными направлениями. Вам доступно все, кроме зачарования.
   Вспоминаю, что мне все равно предлагали все четыре предмета на выбор при поступлении, и никто не убирал ни одного, о чем и сообщила ребятам.
   — Их никогда не убирают, — ответил Мони, пожимая плечами, — Ты все равно выберешь согласно прихоти своей магии. Ну и страховка, мало ли какие случаи бывают.
   — Хорошо, а кто мне толком объяснит, чем зачарование от артефактов отличается? Мы и там, и там зачаровываем предмет, — пытаюсь выяснить, чтобы хотя бы понять, что мне предстоит. Тем временем мы двинулись к следующему корпусу.
   — Зачарование усиливает какой-либо эффект, — на удивление объяснять взялся Райан, — Вроде дали тебе созданный артефакт, настроенный на взрыв. А ты можешь попросить зачарователя, чтобы тот усилил урон или площадь взрыва.
   Линди скривилась, от такого примера, схватила меня под руку и быстро предложила.
   — Ты говорила, что тебе после обеда должны вещи привезти. Наверняка там будут куртки и обувь. Так вот. Я с радостью тебе их зачарую, чтоб они были удобнее и выносливей, а ты будешь делиться заказанным шоколадом. Идет?
   — Конечно, — с улыбкой согласилась на условия, глядя в ее искрящиеся весельем глаза, — Договорились. Но все же, что тогда буду изучать я, будучи артефактором?
   — Учитывая, что ты стихийница, — сорвал Райан ответ с уже раскрывшихся губ Мони, — то, скорее всего всякие ловушки, магические бомбы, поисковики. Хм, — на секунду призадумался, — можешь Нириану или своему Триксу изобрести какой-нибудь артефакт, который с помощью земли будет искать сокровища.
   — А свой Трикс и Нириан это кто? — моментально задала вопрос Линди.
   И мы приступили рассказывать уже о моряках, с которыми добирались до Нестаргона. Рассказывала в основном я, Райан лишь загадочно улыбался. Подошли ко второму зданию, где из камня был вылеплен мужчина в годах с чашей в одной руке и с кинжалом в другой.
   — Предводитель магов крови? — догадалась я.
   — Урсод, — с гордостью произнес Мони.
   Я перешла к разглядыванию символов сочетания доступного магом крови с дополнительным направлением.
   — Самое сильное сочетание у нас с артефактами. Наша кровь создает воистину великие уникальные артефакты, которые часто входят в историю.
   — Так артефакты и боевое, понятно. А вот с зачарованием опять не понимаю. Вы что кровью обмазываете вещи? — морщусь от представленной картины, как мою куртку измазали в крови, чтобы та носилась удобнее.
   — Что ты знаешь о заклинаниях с отложенной на другой предмет активацией?
   Я призадумалась. В голову сразу подлез граф Лимион Крон со способом, которым мне необходимо было его убить.
   — Ты сейчас вроде о «Черном удушении»?
   В ответ я обзавелась серьезными взглядами новоиспеченных друзей, направленных вроде на меня.
   — Что такое? — неуверенно задала вопрос.
   Не получив в ответ ничего, а только еще больше порции хмурости, я даже оглянусь. Кто знает, может кто-то за моей спиной скрывался.
   — Что ты знаешь об этом заклинании? — спросил Мони, уже собираясь поведать, почему он задал этот вопрос.
   — Ты «сиротка»? — громом прозвучал вопрос от Райана, подняв всю мою тревогу, которая моментально пронеслась с ног до головы, и вывернул весь страх наружу.
   — Кто такие «сиротки»?
   — И в правду, — слышу заинтересованный голос Линди, — Ори, ты прям побледнела.
   Смотрю на брезгливое лицо Райана, пытаюсь осознать, откуда верхам Вертании известно о нас. Совсем недавно я даже предположить не могла, что о заговоре знает король Фредриг Астарийский, а тут уже Вертания. Неужели заговор имеет более глубокие корни причин, чтобы втянуть во всю заваруху соседние страны? Или все исходит из Вертании на самом деле?
   Я стояла и молчала, пытаясь сообразить, что делать. Если бы вопрос не выбил из меня весь дух, то можно было бы прикинуться, что, как и ребята не знаю, о ком речь. А так молчание затянулось, а мое поведение выдало меня с потрохами. Имеет ли ему вообще смысл врать? Но придумать ничего не успела, до этого воспитанный аристократ превратился в озлобленного хищника, схватив меня за локоть и потащив прочь, уводя дальше от растерянных ребят.
   — Прошу нас простить, но прогулка возобновится завтра, — кинул он напоследок напуганным ребятам, — И так, — оглянулся, чтобы убедиться, что они не последовали занами, — Сейчас ты ответишь на некоторые вопросы и мы с тобой, возможно, останемся в прежних теплых отношениях.
   Он тащил меня дальше и дальше, сильно сжимая руку и не замечая, что я уже спотыкаюсь из-за его спешки.
   — Ты делаешь мне больно! — прошипела я, вырывая руку.
   — О! Да неужели?! — в злобном прищуре вижу ненависть, — Неужели тебе больно так же, как ты заставляла страдать других? Сколько крови на твоих руках, Ориса? А так ли тебя звать на самом деле? — нависает надо мной парень, но потом брезгливо морщится и отходит на пару шагов.
   — Зачем ты так, Райан? — дрожь в голосе от обиды сдержать не удалось.
   — Прекрати играть! Я знаком с вашим мастерством! Кто ты? — вздергивает брови с насмешкой, — «Интриганка», «воровка», «уборщица»?
   — Нет у меня имени! — не выдерживаю напора.
   Парень на секунду опешил, а потом рассмеялся.
   — Это что-то новенькое. Любопытно, — язвительно проговаривает, — Почему мятежники преследуют меня, если ты изначально была рядом? Успокоились бы. Ты же вне конкуренции. Как давно ты ко мне подбивалась? До корабля или еще в Вертании? — раздраженно сыпет вопросами, а я ловлю мысль, что сироты действительно разбрелись не толькопо Астарии.
   — Может, еще обвинишь меня, что это я подбила кракена принять участие в моем безупречном плане? — от злости не могу сдержать сарказм.
   — Это и есть твое настоящие лицо? — уже без злобы, а даже с досадой задал вопрос Райан.
   — Предлагаю сесть на ближайшую лавочку, и я отвечу на интересующие тебя вопросы, — обида взяла свое, и я опять на время вернулась в маску Дезант. Расправив плечи в горделивой осанке и с надменным лицом, прошла к деревянной лавке, даже не убеждаясь, идет за мной Райан или нет.
   Когда парень присел рядом, вернув свою выдержку на место, я приступила:
   — И так, Райан. По порядку отвечая на твои вопросы. Да, я действительно из сирот, — замечаю, как сжались кулаки собеседника, — Мне не дали названия или имени, как тебе угодно. Одной из причин этого, было то что, я не способна убить человека и мне боялись доверять, но до последнего надеялись, что я на их стороне и справлюсь.
   — Так ты сбежала? — тихо интересуется.
   — Да. Я из тех трусливых людишек, которые при лжи в таком масштабе, начинают пугаться каждого шороха за спиной. Поэтому, когда появилась возможность, то я сбежала. Иеще. Ты ведь и так догадался, что я не из Вертании. Еще в городской таверне. Так вот. Можешь быть в этом уверен.
   — Я хочу быть уверен, что открываю спину человеку, который не принесет мне смерти, — поджатые губы и взгляд сверху вниз.
   — В теории, у меня было множество возможностей и способов твоего убийства, — высказываю, чтобы дать понять, что я бы при необходимости этим воспользовалась.
   Парень дернулся, скривился. Потом прикрыл глаза рукой, потирая виски, и откинулся на жесткую, деревянную спинку.
   — Давай так. Правда за правду, откровение за откровением.
   — Я же уже рассказала правду и была откровенна!
   — Мало. Мне нужно знать о тебе больше.
   — Хорошо, но ты первый.
   Райан задумался, облизал сухие губы и тяжело вздохнул.
   — Наша семья взяла в дом девушку в служанки. Мне тогда было шестнадцать лет. Девушка исправно трудилась и мечтала выйти удачно замуж, как и многие на ее месте. Таких служанок не встретишь каждый день, какой была она. Знаешь…
   — Знаю, — перебила герцога, — Быстро втираются в доверие, играя покорную жертву и милого, заботливого друга. Роль прислуги лучше подходит для этих убийц. Втираются в доверие к хозяевам, своей заботой выбивают себе свободное перемещение по дому и дополнительную связку ключей от всех комнат. А потом начинают ждать указа свыше, чтобы в одну из ночей тихо устранить всю семью, со всей прислугой заодно. Все жертвы и ни одного свидетеля. «Мастерица».
   — Я сбежал в ту ночь, — вздохнул Райан, — Всегда был непослушным, амбициозным и грезил о чем-то красивом и тайном. А в соседнем поместье жила одна графская дочь, с который у нас был роман. Выбрался через тайных ход, который, скорее всего, был старше моих родителей. Когда-то случайно его обнаружил. А когда я вернулся…, — герцог закрыл глаза, сжал кулаки, — Она не услышала, как я иду по крови своих сестер, и не ожидала удара со спины.
   — Ты не убил ее, да?
   — Я всегда был сдержан, тогда это сыграло на руку. Пытать ее приходилось долго и очень умело, прежде чем она заговорила. А когда рассказывала, то это произвело глубокое впечатление на всех. Ты из Астарии, — переводя уже спокойный взгляд на меня, утверждал Райан, — Она тоже была из Астарии, вы все оттуда. Я даже не особо понял, почему она на стороне мятежников.
   — Нам или находят рычаги давления, или хорошо промывают мозги.
   — Ты же сбежала, — подметил он.
   — Это такой намек, что моя очередь сыпать откровением?
   — Ты обещала.
   — Правда? — оглядываюсь, чтобы убедиться нет ли тут другой девушки, которая обещала.
   — Ори, прошу. Я хочу тебе доверять, — взял меня за руку и вкрадчиво произнес Райан, заглядывая в мои глаза.
   — Хорошо, — сдалась я под таким напором, — Но я не буду сильно углубляться в свое окружение. Просто расскажу о себе. Ладно?
   — Ты все еще боишься выдать свою семью? Почему?
   — Ох, Райан, я и так уже предала их! Ты должен понять…
   — Таких, как они, не жалко, — уверенно сообщил парень, слегка нахмурившись.
   — Ты видишь все только со своего места. Так что прошу, — не отступаю, заглядывая в глаза.
   Ответный кивок и я начинаю рассказ о своих навыках, ни разу не произнося фамилию моих опекунов и не приплетая Лиру и Каста. Рассказ с ответами на уточняющие вопросыот Райана занял минут сорок. По истечению этого времени мы направились в сторону столовой, где издали, увидели парочку, которая нервно дожидалась нас.
   — Мы ведь все равно не сможем друг другу доверять, — пришла я к неприятному выводу и озвучила его, пока не дошли к посторонним.
   — Не сможем, — легко подтвердил Райан, — Сразу не сможем. На все нужно время, Ориса. Но играть то ты умеешь, пусть даже отвратительно. Улыбайся, — добавил он мне наставление, ускоряясь.
   Глава 9. Плата долгов, завершение миссии
   Мони с Линди получив отказы на свои многочисленные вопросы, которые сыпались словно дождь в грозу, разочаровано вздохнули, но не обиделись. Окончание дня проходило в суматохе, где я сначала бегала по каждому вызову от вновь прибывшего курьера к самым главным воротам, что было около километра в одну сторону. На третью вылазку мне вызвалась помочь Линди, все еще надеясь узнать, что же произошло у нас с Райаном, и почему я испугалась вопроса о сироте. Даже если я таковою являюсь, то в этом же ничего страшного нет. Но дальше развивать тему я не давала, ссылаясь, что могу вообще обидеться на расспросы. Девушка, явно страдая от дружелюбия и чрезмерного желания общаться, была не готова к таким жертвам.
   Потом я раскладывала огромные пакеты с вещами по местам под восхищенные комментарии соседки. В итоге так утомилась, что даже синий взгляд очаровательного брюнета в столовой меня совсем не растрогал. Райан на ужин не явился, а Мони оправдал герцога тем, что тот, получив вещи и разложив их, утомился и пошел спать.
   На третий день, я до конца изучила территорию учебного заведения, тем самым, обнаружив в метрах ста от последнего пятого учебного корпуса стадион огромных размеров. Он, как и парк, делился на сектора. Там я узрела полигон для магов, весь испещренный и разрытый, сектор с тренировочными манекенами двух видов, дальше была дорожка с препятствиями, еще один сектор, но уже с турниками, и завершал все это загон, видимо, для тренировок заклинателей существ.
   Затем в академии обнаружилась мастерская, которая предназначалась для домашних заданий. Как пояснила мне Линди, которая единственная вышла со мной на прогулку, тов таких мастерских обычно сидят зачарователи, целители, артефактники и реже боевые маги крови.
   — Представь, что было бы, если бы все начали экспериментировать в своих комнатах или в учебных корпусах. Тут часто все взрывается и воняет, — спокойно пояснила девушка, уводя меня дальше.
   Но и на этом просторы бесконечной, как казалось мне, академии, которая была буквально заросшая деревьями, не заканчивались. Но из зданий, что еще могли использоватьученики, неосмотренными остались корпус целителей, крытое здание с внутренними загонами для животных и, на мое великое удивление, бассейн.
   — Водники без воды долго не протянут, — смеялась над моим изумлением Линди, — а в реке зимой не покупаешься. Да и я иногда хожу тоже поплавать. Как и многие! Кому расслабиться, кому дыхание потренировать или еще чего.
   И уже около самых отдаленных стен, но находящихся довольно близко от главных ворот тянулись в ряд деревянные уютные домики. Как выяснилось, тут жили многочисленные работники вроде кухарок, уборщиц и охраны.
   Позже я выяснила еще и о своем проколе. «Черное удушение» заклинание не для простых смертных. В академии его изучают на лекциях о запрещенной магии, в число которыхоно и входило. Заклинание редкое и требует долгого контакта с жертвой, контакт к тому же предусматривал обязательно интимный характер. Отсюда и первое осуждение от Линди и Мони. Но ребята, смотря на наши удаляющиеся спины, скоро вспомнили, что искру я получила недавно, а значит, никого не убивала. Ну, а Райан, для меня стал еще большей загадкой. Или он изучал то, что могло принести смерть герцогу в целях самозащиты, или каким-то образом сам ознакомился с заклятием из личного наблюдения или опыта.
   Первый учебный день выдался пасмурным и сонным. В расписании числилась строка: «Сбор первокурсников / 8. 30 / Корпус ¬— заклинателей существ, главный зал». Мои часы на цепочке показывали 8.05, когда я уже ждала в холле корпуса, сидя на зеленом низком диванчике, пропуская мимо себя кучу спешащих на занятия старшекурсников.
   — Привет, Ори, — услышала я на удивление спокойный голос Элании, — Чего тут сидишь? Пойдем внутрь, займем места.
   — Эм, — все, что осилила я, пока мои брови выбирали им хмуриться или удивляться.
   — Я подумала, что из тебя может выйти полезная подруга. И не надо говорить, что тебе знакомство со мной, а еще если повезет дружба, не будет в выгоду, — высказала принцесса без каких-либо эмоциональных сбоев.
   — Прости?
   — Да что ты все заладила мяться?! — не выдержала девушка, чтобы не вспылить немного.
   А я задумалась над ее словами и была готова принять ее правоту. Я бы точно не отказалась найти такого могущественного союзника, как она, и обязательно нашла бы нашей дружбе применение. Но согласиться я не успела.
   — Элания, прекрати цепляться к Орисе. Что ты все пытаешься от нее добиться? — послышался со спины голос Райана.
   — А где все твое напускное воспитание, Фертиш? — приподняв аккуратную светлую бровку, поинтересовалась с язвительными интонациями Элания.
   — Какая тебе выгода от нашей дружбы? — решила встрять я, прекрасно помня о правиле «А взамен».
   — Ты же дерешься, как ненормальная! Лазаешь, как будто с детства дикаркой жила, но при этом прекрасно умеешь держаться на уровне с высшей знатью, — мгновенно ответила Элания, ни разу не растерявшись.
   — Ты хочешь из меня сделать свою фрейлину или стражницу? Серьезно? — действительно удивилась я.
   — Фрейлин на замену тут хватает, но от их приторного лицемерия я порядком устала, — даже свой курносый носик принцесса морщила с каким-то изяществом.
   — Тогда найди себе парня в охрану. Думаю, для вас даже отдельно комнату подготовят, чтобы он охранял тебя и днем, и ночью, — не скрылась ядовитая ярость Райана, пока он садился рядом и закидывал руку за мной на спинку дивана.
   Жест того, что герцог все же меня пытается защитить, произвольно или нет, был мне приятен и давал надежду, что мы-таки подружимся. А вот его отношение к Элании и хорошее знание о ней, заставляло напрягаться. Но строить предположения, отталкиваясь всего на две встречи, наблюдаемые мной за этой парочкой, я не хотела.
   — Да брось, Райан, ты все…
   — Хорошо, — прервала я, наверняка, очередную колкость от принцессы, — Мы можем попробовать.
   — Ты серьезно? — неподдельное удивление в глазах Райана моментально сменилось подозрением и недовольством.
   — Мы все равно на первом курсе. Учиться нам еще много. Неприязнь. Она либо останется, и мы все равно разойдемся, или мы сможем показать друг другу лучшую нашу сторону. Правда, Элания?
   — Я знала, что королевский посол не будет возиться с глупой девицей, — высказала она совсем без горечи, будто и не тоскует больше за ним.
   Но посмотрев на Райана, который снова был с чуть лучшим настроением, чем равнодушие на лице, решила не удивляться Элании. Маски, вокруг одни маски.
   — Пойдемте все же в зал, не люблю опаздывать, — услышали от Элании.
   И вот мы уже час слушали все то, что было в соглашении. Только теперь это звучало от, скорее всего будущей, преподавательницы и как напоминание, на что мы добровольно подписались. Когда она закончила свое выступление, то ее место занял ректор.
   — Я буду немногословен, — постарался убедить он новых учеников, но не думаю, что ему кто-нибудь поверил, — Все вы знаете, что Хардонская академия предоставляет сильнейшую защиту своим ученикам. Сейчас каждый из вас получит ее. Не удивляйтесь, что цвет вашей защиты будет уникальным, но схожим у многих. Так вы будете понимать, к какому факультету кто из вас принадлежит.
   Дальше он подошел к очередному кристаллу очень схожему с тем, что я видела в приемный день. И, как я саркастически предугадала в мыслях, просто застыл. Ни пасов, ничего. А спустя минуту, в зале прокатилась волна восхищения. Голубые огоньки красивыми всполохами спускались к каждому из сидящих первокурсников, мерцая и поблескивая. Только потом Эмбер сделал единственный пасс рукой, как будто обрывал что-то невидимое. В тоже мгновение огоньки неприятно обожгли руку, но боль быстро ушла, оставив на руке замысловатый рисунок. У меня он был красно-оранжевого цвета, как и у Элании. А вот у Райана цвет был такой же, каким обладали огоньки.
   — Вот видишь, как много у нас общего, — вполне спокойно высказалась Элания, — Огонь. У меня огонь. Главная стихия из наших четырех. А у тебя?
   — Земля, — тяжело вздыхая, ответила я, признавая, что с принцессой мне не тягаться.
   Райан лишь хмыкнул и снова отвернулся, готовясь внимательно слушать ректора. А тот не заставил долго ждать.
   — Как понимаете, защиты от всего не существует, но мы стараемся для своих учеников. Эта мера на ваших руках ровно на пять лет с данного момента. Защита сделает все, чтобы вам не нанесли смертельный удар, но и только. Так что, не надо проверять ее прочность, выкалывая друг другу глаза вилкой на обеде или отрезая ваши шустрые пальчики.
   По залу прокатился смех. А зря. Думаю, что такие умники всегда найдутся.
   — И внимание! Сделает все! Но это еще не значит, что вы бессмертны. Остерегайтесь сильных противников.
   — Это он сейчас о ком? — шепотом поинтересовалась у Элании, которая сидела рядом со мной.
   — Мне откуда знать? Возможно о призыве нежити, вурдалаков каких-нибудь или о других магах, — спокойно ответила Террийская.
   — Мы еще не окончили, молодой человек, и я никого не отпускал, — обратился он к кому-то возле входа, — В этом году забудьте обо всем, что вам рассказывали ваши родители или старшие братья. Мы изменили программу обучения, внесли туда множество серьезных изменений, — начал запугивать нас Ставронг, — Изменения, к сожалению, не могут затронуть все курсы. Только первые три. Вам предстоит совсем иное, чем вы слышали. Так что, не удивляйтесь.
   — Простите, — выкрикнул мужской голос в зале, — А чем вызваны изменения?
   — На удивление правильный вопрос. А я вот при приеме смотрел на вас и думал, что вы безголовый бездарь с огромными возможностями, так что мои извинения, — серьезнозаверил Эмбер, вызвав опять гром смеха и призывая всех обратить внимание на любопытствующего.
   Ничего особенного, наверное. Но я быстро вернула свой повторный взгляд на юношу. А юноша ли? Разве заросшая беспорядочная растительность на лице в моде? Короткие темно-русые взъерошенные волосы, светлые веселые глаза и маленькие серьги в ушах.
   — Кто из вас знаком с развитием огнестрельного оружия? — тем временем задал вопрос Эмбер.
   Но леса рук или перебивающих друг друга возгласов не наблюдалось. Конечно, зачем кому-то столь скучная тема?
   — А если я пообещаю дополнительные баллы к отметке экзамена по истории? — иной стратегией решил действовать Эмбер. И я подумала, что как бы хорошо не знала историю обычных смертных, не магов, но дополнительные баллы — это хорошо. Кто знает, какие сложности обучения нас ждут.
   — Первое огнестрельное оружие появилось немного позже первых пушек, — раздался в тишине зала мой неуверенный голос.
   — Ориса, вас я тоже помню, — продолжал веселиться ректор, но к моей радости мне характеристику он оглашать не стал, — Встаньте и дайте достаточно полный, но лаконичный ответ. Можно опустить даты. Леди Эмилия с радостью послушает и возможно, не будет скупиться на оценку в виде всего нескольких баллов, — бросил он взгляд на женщину, которая зачитывала наши права и обязанности.
   Я неуверенно поднялась под множеством пытливых взглядов. Немного помедлила, вспоминая все, чему меня обучали дома, отрезая и выкидывая из этих знаний практическуюпользу. Присутствующим ни к чему знать о том, что будет эффективней при длительной сложной операции или, когда у тебя всего одна возможность для выстрела.
   — Проблема огнестрельного оружия с самого его возникновения заключается в опасности и ненадежности в первую очередь для стреляющего. Зачастую оружие давало осечку или взрывалось в руках. Оно недолговечно. Износ был замечен уже после четырех недель ежедневного использования, в то время как на изготовление одного изделия затрачивалось слишком много ресурсов. К тому же порох для силы выстрела должен был быть определенного качества, что делало изделие еще и дорогостоящим в эксплуатации. Из-за нерентабельности и рисков от развития данного орудия отказались сразу после «Пламенной войны». Огнестрелы были изъяты и объявлены под запретом, оставив в ходу менее сложные по механизму луки и арбалеты, — завершила я, глядя прямо на Эмбера. Тот, казалось, остался доволен.
   — Думаю, что не только Эмилия оценит ваш ответ, но и преподаватель «Сложных механизмов и артефакторики» Луир, — ответил ректор, вроде похвалив, — Присаживайтесь.Так вот. Новость, что еще не успела быть предана огласке в газетах, несет известия, что огнестрельное оружие изобреталось и дорабатывалось в Алтире вот уже много лет. И сейчас первые экземпляры охотно перепродают на наших черных рынках, — мужчина глянул на циферблат своих часов, убедившись, что время еще есть, — Скоро для нас, магов, возникнет конкуренция и новая опасность. У нас времени было меньше года, чтобы провести тесты с новыми экземплярами огнестрелов. Вывод немного утешителен. Магическая защита способна остановить снаряд оружия, но скорость, с которой он летит, не позволяет выстроить должную защиту вовремя. Поэтому учиться вам придется усерднее, отказываясь от пасов и долгого плетения.
   — Но это же уровень мастеров! — послышалось позади.
   В зале прошлись взволнованные шепотки, которые грозились перерасти в гул.
   — Тогда вам всем давно пора поднять самооценку и сесть за зубрежку заклинаний, — осадил Эмбер.
   Выходили все из зала с бурными обсуждениями услышанного. А призадуматься и испугаться было из-за чего. Ведь недавно смотрящие с почтением на тебя люди без искры, получают оружие способное на дальнем расстоянии лишить тебя же жизни за краткое мгновение. Никто не отрицал, что и умелые стрелки из лука и арбалета способны были и без всяких огнестрелов справиться с магом используя эффект неожиданности. Но стрела все равно летит медленней, а болт не несет такую силу, как огнестрельный снаряд. Многие стали строить предположение, к чему может привести такое открытие в мире. Многие просто обсуждали варианты защиты. Но тех, кого новость оставила бы равнодушной не осталось.
   — Следующее в расписании поставили занятие по основам магии для всего потока. Но сначала завтрак, — начала разглагольствовать Элания, задрав подбородок, — Предлагаю не портить прекрасное дружеское утро и занять столик больше. Вы же наверняка будете есть со своими друзьями?
   — Будто ты уже стала близкой нам подругой, — не сдержался Райан.
   — А я вот «за»! И полностью согласен с принцессой, что утро прекрасное, — услышала я сбоку от себя и даже вздрогнула от неожиданности.
   — Безголовый бездарь, — не удивившись, поприветствовала Элания новенького в нашей компании.
   — С великими возможностями! — отшутился на язву бездарь.
   — Ты что-то путаешь, — продолжила высокомерно Элания, — Возможности твои огромные, но не великие.
   — Тебе-то чего надо? — задал вопрос не в привычку раздраженный Райан.
   — Скучно, друзей не приобрел, да и брюнетка ваша заинтересовала познаниями, — начал перечислять причины бородатый, — Я, кстати, заклинатель существ, — показал он зеленый рисунок на руке, — Специализация ¬— артефакты. Ты ведь тоже, да?
   Оглядываюсь за свое плечо, но убедившись, что вопрос задавался мне, тяжело вздыхаю.
   — Нет. Я стихийница, — ответила с надеждой, что пугающий тип отстанет.
   — Я про дополнительное направление. Только истинные артефактники будут интересоваться такими штуками, как огнестрелы и их историей. Тем более девчонка.
   Разубеждать этого бугая не хотелось. Уверять, что это просто совпадение и мера, при которой нас учили убивать даже давно запрещенными устройствами, не входило в мои планы. Поэтому я просто кивнула, заранее обрекая себя на неприятную компанию этого прилипалы.
   В составе двух высокопоставленных зануд, меня, такой же зануды, но по статусу ниже и верзилы с бородой мы зашли в столовую. Мони с Линди действительно уже заняли столик. Что меня радовало или не очень, но стол был рассчитан на огромное число людей. Мое удивление было подпитано тем, что за столом кроме парочки сидела еще рыжая девушка со стендов в день приема поступающих. Она о чем-то болтала с Мони, пока Линди стреляла глазками куда-то в центр столовой.
   Когда мы подошли к столу, ребята изумленно осмотрели нашу разномастную компанию, но постарались вести себя прилично, быстро стирая удивление с лица и натягивая лучезарные улыбки.
   — Ориса, Райан, знакомьтесь это Киви, — начала сразу Линди, указывая в сторону рыжей.
   — Киви? Это же, как фрукт! — встрял небритый бугай, — Ах да, меня зовут Энрих Цеви, я защитник — артефктник.
   — Ну, а я…
   — Принцесса Элания Террийская, очень рада знакомству, — восхищенно залепетала конопатая девушка.
   — Ты из Террийска? — поинтересовалась мегера.
   — Да, ваше Высочество.
   — Перестань, — сморщила нос Элания, — мы все давно перешли на «ты» и стерли все условности. Правда, друзья? А твое имя?
   — Мониар, — смутившись, ответил зубрила.
   Все во время завтрака довольно быстро нашли общие темы для разговора, которые плавно перетекали с одной на другую. Все общались, кроме нас с Райаном. Тот сел напротив меня и скорее не кидал, а иногда лишь давал возможность расслабиться от отсутствия его назидательного, изучающего взгляда, в котором читалась задумчивость, горечь и обида. Я постаралась понять его. И если со многим могла согласиться, то мне все равно было неприятно. Это ведь не я убивала его семью. Еда, таким образом, превратилась в безвкусную, а неприятные мысли о наших осложнившихся отношениях портили аппетит.
   — Я в отличие от Мони использую различное оружие ближнего боя, а не заклинание, — донеслась до меня речь Киви, когда постаралась выкинуть герцога с его тайнами из головы.
   — Прости, я многое прослушала, не могла бы ты пояснить? — решила все же отвлечься.
   — Да вы сегодня вообще переходите в какой-то только ваш мирок для двоих, — с нотками ревности высказала Линди, переводя вилкой от меня к Райану, — Может, все же расскажете…
   — Нет! — хором ответили с герцогом, переглянулись и синхронно вздохнули.
   Разговоры прекратились, кажется даже столовые приборы за нашим столом не касались тарелок. Спасибо догадливой Киви, которая быстро собралась в наступившей гнетущей тишине за столиком.
   — В общем, я зачаровываю оружие своей кровью, и потом его использую. Мне нравится ближний бой. С детства занимаюсь, вон смотрите, какие плечи от отца достались — крепкие. Жалко, если не использовать, — разрядила немного атмосферу девушка.
   — А обычно зачарователи с кровью поступают не так? — вопрос от бугая, скорее заданный, чтобы смягчить атмосферу и вернуть все к разговорам.
   — Нет, — взялся отвечать довольный, что смог выбить для своего голоса местечко, Мони, — Обычно зачарование используют для продажи такого оружия, различных зелий и амулетов. Это у нас Киви особенная, — с ноткой тепла высказал Мони. Наверное, он давно влюблен в нее.
   — Элания, — с аккуратным почтением в голосе обращается Киви, — А что у тебя? — кивает на оголенную до локтя руку принцессы, где виден красно-оранжевый рисунок.
   — Целитель, — с достоинством произносит Террийская, — Но основная стихия не земля или вода, а огонь.
   — Ого, — послышалось дружное, не считая меня с герцогом. Я не понимала, а ему, судя по внешнему виду, было все равно.
   — Ничего себе, — послышалось от Мони, — Так тебе доступна дорога в Орден Экзорцистов!
   — Не имеет смысла, — быстро развеяла начавшуюся тему Элания, — После обучения я вновь приму право на престолонаследие и буду править Террийском.
   С этими словами я отметила, как сжал вилку Райан. А с этой парочкой точно что-то не так. Парень быстро поднялся, сгрузил свои тарелки на поднос и собрался уходить. Я вот такой правильностью не страдала, поэтому бросила тарелки, как были. Все равно тут есть рабочие, которые убирают после наших трапез со столов. Быстро последовала за Райаном, игнорируя оклики друзей, и уже почти нагнала Фертиша, но у дверей мне преградили путь. Я с досадой ругнулась, провожая и теряя в дверях спину Райана, и только потом посмотрела на препятствие.
   — Давно хотел познакомиться, — прошелестел низкий бархатистый голос с хрипотцой, — Еще с первого дня, как увидел тебя.
   — Да, — моментально, забыла про Райана с его причудами, глядя в синие глаза брюнета, — я… Я заметила, — откашлялась и убрала эти низкие непривычные нотки из своего голоса, немного приходя в себя.
   А этот парень явно знал себе цену и то, какой эффект производит на девушек. Он понятливо улыбался, отчего милое, но довольно мужественное лицо, становилось еще красивее.
   — Меня зовут Кобеан Сальтер, — немного напрягся, но сразу продолжил, — Ты невероятно красива и если честно, то я бы хотел узнать, насколько красива и твоя душа тоже.
   — Я…, — начала мямлить я от комплимента и красивых речей.
   Залилась краской смущения, пытаясь прокрутить в голове еще раз, что только что услышала. А еще отчего-то поняла, что его наглость в обращении на «ты» будоражит меня.Мы же совсем незнакомы.
   — Приглашаю тебя после обеда на прогулку. Могу показать территорию академии, она огромна, — смотрели на меня бездонные глаза, которые явно не примут отказа.
   Да и я не собиралась, поэтому киваю, пытаясь стереть идиотскую улыбку с лица.
   — А как твое имя? — немного насмехаясь, интересовался мечта любой девушки. Или только моя мечта?
   — Ориса Дез… — вовремя спохватываюсь и уже уверенней произношу, — Ориса Кениар.
   — Очень рад нашему знакомству, Ориса.
   Галантный поцелуй моей руки, совсем не тот жест, что был принят на Западе. От этого непривычного жеста голова пошла кругом и, кажется, земля готова была подвести меня.
   Прежде, чем я опомнилась, Кобеан уже оставил меня одну, но ненадолго.
   — А я все ждала, когда смогу узнать вкус принца, — услышала я от Линди, — Обычно девушки искали к нему подходы и часто оставались с отказом, а тут он сам подошел. Такое впервые. Только не говори, что он пригласил тебя на свидание!
   — Ну, не свидание. А всего лишь прогулка, — сказала, глядя на любопытную толпу лиц, — А принц, какой это страны? — скорее по привычке, чем из любопытства вырвалось у меня.
   — Дарголии, а что? — подозрительно прищурилась низкая Киви, видимо, пытаясь уличить меня в наглом поиске выгоды.
   — Он сказал, что его фамилия Сальтер, а не представился, как Кобеан Дарголийский, — быстро нашлась я, как выйти из подозрения в расчетливости.
   — Дарголийский просто взял одну из своих многочисленных фамилий, с надеждой, что тебе не сообщат кто он. Однако обломчик вышел, — заключила мегера, а потом пояснила для непонятливых, — Он просто хотел понравиться ей, прежде всего, как обычный парень, а не принц. Что? — вскинула она бровку, — Я тоже так уже делала.
   На этом мы покинули столовую в поисках аудитории. Мони с Киви пошли на свои занятия магов крови, как выяснилось, они на одном курсе, а Линди отправилась к защитникам. Энрих не отстал от нас с принцессой, но я в этот раз не была против. Райана не было с нами, а оказаться с Эланией наедине я хотела, как можно позже.
   К корпусу темных магов, где должно пройти наше занятие для всего первого курса, добрались за десять минут неспешным шагом. Энрих говорил с Эланией, которая явно делала мне услугу, стараясь не затрагивать меня в разговорах.
   Райана обнаружили в аудитории. К нашему общему сожалению, столы тут были с тремя местами. Шли один за другим, образуя лучи, исходящие от центра кабинета, где в низменности была площадка с огромной доской, столом и стулом. Таким образом, выглядело все так, словно солнце разрезали на половину и эту половину взяли за основание для интерьера. Аудитория была построена так, что каждый стол стоял выше предыдущего, что явно давало возможность видеть преподавателя каждому.
   Райан занял центральный стул, где с одной стороны от него сидел светловолосый, какой-то зашуганный или просто нервный парень. Наверное, вид раздраженного герцога его так нервировал и пугал. А с другой стороны стул был занят сумкой герцога.
   — Вон свободный стол, — потащила нас с Энрихом Элания, — Там и сядем.
   Мы как раз проходили мимо Райана, чтобы добраться до выбранного места, когда меня схватили за руку. Я наученная реакцией своего тела, на подобные захваты, лишь дернулась, но сдержалась. Райан лениво поднял на меня взгляд и кивком указал на стул рядом, уже убирая сумку. Элания с Энрихом только усевшись, обнаружили, что я не следуюза ними. И если Энрих заискивающе улыбнулся, то Элания, лишь одарила Райана мрачным, задумчивым взором зеленых глаз.
   — Значит, в столовой ты был зол не на меня?
   — И на тебя я все еще тоже зол.
   — Откуда у вас такой конфликт с Эланией? Вы ведь с ней знакомы были еще до путешествия на корабле? Иначе откуда эта ненависть? Всего полторы недели…
   — Слушай, Ориса! — наконец, показал эмоции гнева Райан, — Ты не лезешь в мою прошлую жизнь, а я не лезу в твою! — раздраженно выдавал мне новую информацию о себе Райан, подтверждая, что принцесса — человек из его прошлого, — И, Ори, прошу, давай попробуем наладить отношения. Не узнавай обо мне ничего за моей спиной, — проговорил уже спокойно Фертиш, но карандаш в его руке с треском сломался.
   — А может тогда проще просто перестать общаться? — пришла к логичному выводу я, ни разу не испугавшись.
   Мы конечно сдружились, провели немного времени вместе, но если все сложилось таким неприятным образом для обоих, то зачем терпеть? Я вот не любила создавать сама себе страдания и проблемы в жизни. По крайней мере, я пыталась так жить и хотела в это верить.
   — Нет, — получила я четкий отказ, — И опережая твой следующий вопрос. Потому что ты на самом деле напоминаешь мне девушку из семьи Кениар. И на этом хватит, прошу! И да. Еще! Не надо пытаться узнать об этой семье. Тебе все равно ничего не грозит.
   Райан отвернулся, покрутил две половинки карандаша и убрал одну в сумку, больше не обращая на меня никакого внимания. Мне осталось только вздохнуть и подготовиться перед началом лекции «Основы магии».
   Занятие проводила та самая Эмилия, что будет преподавать нам и историю. Рассказывала она подробно, но неинтересно. Я вскоре запуталась во многочисленных легендах об искрах и почему они так различны. Множество дат и терминов я лишь помечала, но все равно не понимала. Куда интересней было изложено все об истории политики и географии в зачитанных мною до дыр учебниках. А возможно сказывалось, что я в прошлом во избежание приобрести еще большую зависть перед одаренными, старалась избегать узнавать что-либо о магии. Но к концу занятия я основательно утомилась. Герцог все также не обращал на меня внимания, усердно записывая лекционный материал и слушая Эмилию.
   На второе занятие мы расходились согласно своей искре. Поэтому с Эланией мы все же остались наедине, Райан сразу ушел в корпус защитников, покинув нас еще в аудитории, а доставала Энрих побрел к заклинателям существ, но покинул он нас, только оказавшись на свежем воздухе. При выходе от темных я обратила, что им совсем не везет. Вдоль их дверей была лепнина всего для двух доступных сочетаний. Они могли быть боевыми или зачарователями. Интересовало только два вопроса: почему не было артефактов, и если бы Лира была здесь, то, какое направление досталось бы ей?
   Следующим занятием стояло «Заклинание стихий» в нашем корпусе. Вел занятие тот самый невзрачный тип с приемного дня. Сегодня, правда, он уже был более запоминаемым, даже амбициозным и весь такой из себя. Светлые волосы волнами собраны в свободный хвост на затылке, а стильный фрак из светло-голубого приятного взгляду материалаподчеркивал, как оказалось довольно мускулистую фигуру. Ранее закрытое волосами лицо, сейчас было выставлено напоказ, и являло собой сбор весьма интересных черт: совсем немного прищур веселых серо-голубых глаз, ровный тонкий нос и приятная улыбка тонких губ. Не красавец, но весьма хорош собой. Однако большая часть девушек, находящиеся с нами в аудитории, со мной явно не были согласны, плотоядно пожирая нового преподавателя.
   — Добро пожаловать, уважаемые учащиеся, — впервые услышала громогласный, яркий голос этого мужчины, — Меня зовут Октавий Велак! Я буду преподавать у вас теорию ипрактику «Заклинаний стихий», но прежде всего я ваш декан. Но и это еще не все! — обошел он стол, чтобы облокотиться на него, окинуть учащихся предвкушающим взглядом и улыбнуться шире, — Меня назначили куратором первого курса стихийных магов. Поэтому по всем вопросам обращаться в мой кабинет в приемные часы. Расписание кабинетов и приемных часов вам раздавали в день вашего поступления. Если вопрос, требующий безотлагательного решения, конечно же, что может касаться только учебы, то для старосты я всегда свободен. Именно сейчас мы познакомимся более подробно, а сразу после выберем старосту.
   Возражений никто не имел, поэтому все начали по очереди представляться. Я не особо была заинтересована новыми знакомствами с первокурсниками, чтобы заострять внимание и забивать голову новыми именами. Дождалась своей очереди, скромно представилась, назвав только имя, сильнейшую мою стихию и дополнительное направление, и села на место. Когда все закончили, началось голосование за старосту из желающих. Меня удивила Элания, которая вызвалась на данную должность. Но ломать голову, зачем ей это, совсем не хотелось. Как и ожидалось, симпатичная принцесса быстро нашла поддержку среди парней, а немногочисленные девушки поддержали кандидатуру исходя из логики, что ее обучали руководить, значит, толк будет. Всем ведь нужен лидер, который умеет заботиться о доверенных им людях. Я оглядывала курносую оценивающим взглядом, пока она этого не видела, и приходила к выводу, что она и забота понятия несовместимы. Но разве кто-то будет меня слушать?
   Дальше Октавий начал рассказывать о стихиях и их сильных и слабых сторонах. Как выяснилось, изучать мы будем все стихии, но развивать только основную. Именно от развития основной, будет зависеть, насколько можно использовать остальные. На первом же занятии мы зарисовали плетения первых заклинаний, которые надо было освоить уже к следующему занятию. А это через два дня. И меня стал мучить другой вопрос. Когда же моя искра достучится ко мне, чтобы я могла приступить к освоению магии и не отстала от остальных?
   В конце занятия Октавий попросил не откладывать изучение плетений и посоветовал использовать стадион. К тому же, что у нас всего по три занятия на первом курсе, а остальное время дано как раз для саморазвития.
   Следующее и последнее для первого курса стояло одно занятие «Общие заклинания». Корпус у защитников был в цвет татуировкам. Низкие голубые диванчики и такие же шторы. Уютно, красиво, но холодно. В аудитории Райан, уже по обыкновению, занял мне место, но по другую от него сторону стул был свободен. Энрих расположился ровно за спиной герцога.
   — Уступил мне место? — поинтересовалась мегера у верзилы.
   — Думаю, что вашего друга Райана, лучше не трогать, — смеясь, ответил Энрих.
   — Что ты? Райан милый юноша, который просто…
   — Заткнись, Элания, — резко перебил и впрямь непохожий на себя герцог.
   Но Террийская, кажется, не обиделась, занимая место возле Райана, а я скромно пристроилась с другой стороны. Занятие прошло для нас троих в полной тишине и напряжении. Общие заклинания вел сам Эмбер Ставронг. Проходило все, в его стиле — рассуждения наполненные шутками и довольно интересное общение с учащимися. Ставронг, как и Октавий, тоже выдал нам сразу несколько заклинаний в домашнее задание, но уже напомнил или скорее предупредил, что комнаты ремонтировать будут за наш счет.
   После занятий я заявила, что у меня дело к ректору и осталась в аудитории, решаясь не ждать приемных часов. Хотелось быстрее передать важное послание, скинуть с себя обязательство и спокойно вздохнуть. Элания лишь повела плечиками и заявила, что будет ожидать на стадионе, решив не откладывать домашнее задание. Энрих ее поддержал и только Райан не стал ни перед кем отчитываться, покидая аудиторию самым первым.
   — Эмбер, простите. Но вы помните, что у меня был к вам разговор? — обратилась я, радуясь нравам Восточного материка, где не надо обращаться с титулами. Тут о титулахпредпочитали вообще не упоминать и не говорить.
   — Да, помню. А еще помню, что сообщил вам о том, где посмотреть время моих приемов, — собирая лекционные листы, ответил Ставронг, даже не посмотрев на меня.
   Я оглянулась, убедилась, что в аудитории больше никого нет, и решила рискнуть.
   — У меня послание от Давора Бриджа, — негромко произнесла, ожидая реакции ректора.
   Мужчина, наконец-то, обратил на меня внимание и застыл. Наверняка, похороны Бриджа прошли в Нестаргоне и на них присутствовали все знакомые королевского посла Астарии.
   — Хороший был человек, — вернув себе самообладание, негромко произнес Эмбер, — Предполагаю, что искру он вам передал? — дождался моего кивка, — Давайте послание, если оно у вас с собой.
   Сняла с себя кулон в форме круга со странными рисунками, который уже стал привычным мне, и протянула его Эмберу. Мужчина забрал кулон, нашел чистый лист и над ними встряхнул несколько раз украшение, сопровождая действия каким-то заклинанием. Порошок цвета обычных чернил рассыпался на листах, а спустя мгновение, ректор сделал над ним жест, будто хотел отряхнуть. Крупицы порошка взметнулись в воздух и начали кружиться, опускаясь на бумагу и уже складываясь в текст на чистых листах. Прежде чем Эмбер успел забрать лист, который уже наполовину наполнился текстом, я успела прочесть последние строки: «…темный маг использовал заклинание „Коадль“, причиныобъяснять не буду».
   Ставронг жадно вчитывался в строки, хмурился и, казалось, что уже позабыл обо мне, но как только я об этом подумала, он жестом руки указал мне выметаться. Но я решила быть непослушной и осталась стоять на месте, даже не поглядывая в сторону выхода.
   — Что еще, Ориса? — нетерпеливо спросил Эмбер.
   — Я могу забрать кулон? Или он продолжает нести для вас ценность?
   — Этот кулон даже не из серебра. Конечно, ты можешь его забрать. Иди уже, — устало высказался Эмбер.
   Но кулон даже не из серебра интересовал меня, прежде всего, как память о прекрасном человеке, которую хотелось бы сохранить на всю жизнь. Мне не часто встречались искренние и чистые душой люди. Если вообще встречались.
   Глава 10. Какая магия, если в голове одни принцы?
   Стадион полнился учащимися. И нет, не потому, что первокурсники решили взять пример со старосты стихийников, а потому что старшие курсы оказались тут на своих занятиях.
   Я сменила легкое платье на темные брюки, удобные сапоги и голубую рубашку. Не покидала меня надежда, что у меня тоже выйдет что-то сплести магического характера. Было немного обидно, что искра у меня есть, а я ее так и не могу использовать.
   — Ори, мы тут! — крикнула мне принцесса со стороны испещренного сектора.
   Я проходила мимо тренировочных манекенов, когда мое сердце забилось чаще. Мой принц с яростью выпускал огненные шары из рук, раз за разом пытаясь пробить защиту манекена. Над манекенами явно поработали артефактники или все же зачарователи. Когда-нибудь научусь различать их работы. Я даже не поняла, как остановилась и засмотрелась.
   Темные слегка кудрявые волосы прилипали к мокрому лбу. Кобеан хмурился и сжимал зубы, отчего его подбородок немного выступал вперед, делая красивый профиль немного устрашающим. Белая рубашка влажная от пота прилипала к телу, обрисовывая широкую спину с красивой мускулатурой. Принц тяжело дышал и явно не замечал взглядов многих девушек, которые, как и я, не могли оторвать от него глаз. Боевая стойка, яркий огонь, который исходил от сильных рук, а вены по локоть горели красно-оранжевыми дорожками. И этот парень пойдет сегодня со мной на прогулку? И он сам меня пригласил, хотя раньше так не поступал? Дыхание перехватило от мысли, что я ему понравилась, и что мне перепадет шанс попробовать впечатлить его.
   — Пошли! — раздалось командное возле меня, заставляя отвлечься и убедиться, что обращаются ко мне.
   Райан стоял позади, сжимая одноручные тонкие мечи. Одного из моих железных недругов он протягивал мне.
   — Я хочу знать, на что способна слабейшая из вас. Тем более изучать заклинания ты все еще не можешь, — опять с безразличием обращается ко мне, ожидая, когда я приду в себя, — Ах, ну да. Совсем забыл. А взамен, Ори, я расскажу тебе все, что знаю о Кобеане Дарголийском, — уже добавил с легкой насмешкой и вызовом.
   Я тяжело вздохнула, но меч все же взяла, радуясь, что надела удобные, пусть и обрезанные, перчатки. Не люблю мозоли. Отошли мы ближе к Элании с Энрихом, которые следили за нами не без удивления. Откуда Райан взял мечи, наверняка не знала, но предположила, что маги тоже нуждаются в подобных тренировках.
   Райан набросился ожидаемо, как и все из его сословий. Воспитанные с сильным характером, они зачастую стараются брать и в боях силой и напором. А их уверенность в себе только разжигает желание закончить бой стремительно, ведь перед собой они видят хрупкую невысокую девушку. Я же редко отражала его удары, больше аккуратно уклонялась и убегала, стараясь не поднимать меч высоко. Спустя пятнадцать минут явно нового боя для Райана, он сбавил обороты, но уже было поздно. Оттого, что я вынуждала его бегать по обширной свободной площади, парень уже громко дышал. Я же пока еще даже не приступала к бою. Никогда не любила тяжелое оружие, поэтому с противниками, кто был со мной незнаком, всегда поступала так, как сейчас с герцогом.
   — Я думал, что вас учат убивать, а не убегать! — выплюнул парень.
   — Я тоже думала, что ты лучше, чем кажешься, а на деле… — покачала осуждающе головой, решив вывести из равновесия разум герцога, но тот лишь слегка улыбнулся. Раскусил.
   Дальше Райан уже пытался взять меня не слепой силой, а хитростью приемов. Но я следила за его немного уставшими движениями, корпусом, ногами, руками и взглядом, предугадывая любой удар и переводя его в скользящее отражение. Когда поняла, что время вышло и еще немного, то или парень позорно сдаться от истощения, или победит уже вымотанную беготней с мечом меня, решительно провела единственную серию нападения. В отличие от Райана, я приставила свой меч к его горлу, в тот момент, когда его меч, пусть и оставался в руке, но уже не мог решить исход этого боя.
   — Посмотрел? — спокойно задаю вопрос, тяжело дыша.
   — Если ты слабая, Ориса, то какая армия чудовищ сейчас в наших странах?
   На чудовищ в этот раз я все же обиделась, поэтому, резко убирая меч, оцарапала герцогу шею. Фертиш округлил глаза от неожиданности, дотронулся до немалой царапины, убедился, что на его пальцах осталась свежая кровь, и вновь посмотрел на меня. Внимательный, задумчивый, немного хмурый.
   — Прости, я не хотел тебя обидеть, — выдохнул парень.
   — Очнись, Райан! Ты обижаешь меня еще с того момента, как узнал, кто я! — прошипела я.
   Райан будто взглянул на меня иначе. Хотел что-то сказать, но послышались аплодисменты.
   — Не думал, что увижу девушку, столь искусно владеющую боем на мечах, — услышала голос Кобеана.
   — Я Кобеан, — протянул он руку Райану.
   — Райан. Лучший друг Орисы. Хотел убедиться, что на разделенных для нас с ней занятиях, ей ничего не угрожает, — сказал так, что возникло ощущение будто это в самом деле правда.
   — Преданная забота, — похвалил Фертиша мой принц и улыбнулся ему.
   А я заметила, какая красивая у него улыбка с трогательными ямочками на щеках. Кажется, я снова не сдержала свое лицо.
   — Ориса, наша прогулка в силе? — смотрел насмешливо на меня Кобеан, — Мне уже не терпится услышать о том, где ты так научилась владеть мечом.
   «Знал бы ты, что этим мечом способен вытворять Каст», — проскользнула мысль в моем сознании, отрезвляя меня от романтических ноток.
   — Конечно, Кобеан, — ответила и облизала пересохшие губы, все еще не восстановив ровное дыхание.
   Не знаю, что пронеслось в голове у принца, но взгляд его стал темнее. Он приоткрыл свои губы и резко перевел внимание на Райана. Огненный принц высказал герцогу, что рад знакомству и ушел продолжать оттачивать магические навыки на манекене.
   — Памятуя об уговоре, — внезапно начал Райан, — Дарголийский будет хорошей для тебя партией из-за удобного расположения Дарголии. Она хоть и отрезана от морских путей, но все равно находится на перекрестии множества дорог, оттого и процветает. Король и королева люди с мягким сердцем и мечтают о счастье для сына прежде, чем о выгодном браке. Так что этот огненный парень рассматривает для себя всех кандидаток.
   — Мы даже не сходили еще на прогулку, — заметила я.
   — Ты главное не спеши с ним напиваться, — уже с улыбкой высказал Райан, возвращая мне старого себя. Или я только хочу в это верить?
   И он даже терпел Эланию, когда они совместно еще и с Энрихом пытались строить заклинания. Пара часов, проведенных на стадионе, стерли одну из преград и смягчили отношения каждого из нас.
   После обеда я нервно меряла комнату шагами. Уже надела бежевые брюки из гардероба, прекрасно зная, что цвет подчеркнет каждый изгиб моего тела, делая меня желанней,и белую рубашку, которая выгодно подчеркивала бюст. Долго думала над обувью, но учитывая прогулку, а не выход в городской ресторан, решила выбрать сапоги. Я уже не один раз прокрутила нашу прогулку в голове, мечтательно рисовала диалоги и пару раз покраснела, надеясь, что после этой прогулки будут еще.
   — Как он меня найдет, если мы не договаривались о месте встречи? — спрашивала или все же жаловалась я на свою глупость соседке.
   — Брось, Ори, это же Кобеан. Если бы он уже не знал, где ты живешь, то какой же из него был бы принц? — успокаивала меня Линди, опять стоя у зеркала.
   Я сделала еще пару шагов по комнате, когда в дверь постучали. Сначала остановилась, не поверив, что все взаправду, а когда стук повторился, побежала открывать, борясь со своим сердцебиением.
   — Привет, я не рано? — мило глядя из-подо лба, с любопытством задавал мне вопрос Кобеан, раскрывая свои ямочки улыбкой.
   — Нет. Все хорошо. Я уже готова и… Пошли?
   В ответ мне выразительно моргнули в знак согласия все с той же милой улыбкой.
   Не помню, как выходили из корпуса, о чем говорили и когда схватила принца под руку, но пришла в себя возле фонтана в заброшенной части парка.
   — Так откуда у тебя такие навыки фехтования? — задал своим потрясающим голосом вопрос Кобеан.
   — Нуу, а можно это останется секретом? — обходила, осматривая фонтан.
   — У тебя уже три секрета набралось за всю дорогу, что мы прошли сюда.
   — А если я скажу, что ты не оставляешь мне выбора, либо секрет, либо обман? А обманывать я не хочу, — с улыбкой сообщила принцу правду.
   — Что же, тогда лучше пусть это будет секретом, — согласился Кобеан.
   — А ты? Ты же эти шары огненные без пассов создавал с безумной скоростью! — не стала скрывать свое восхищение им.
   Огненный принц довольно улыбнулся, глядя на меня таким пристальным взглядом, что сердце грозилось вновь не оставлять попыток выпрыгнуть.
   — Октавий с дозволения ректора зверствует, требуя воспроизводить даже сложные заклинания в памяти без пассов.
   Кобеан убрал руки за спину, остановился перед фонтаном, приподнимая лицо, прикрывая веки и втягивая аромат окружающего парка.
   — Это сложно? — обеспокоено поинтересовалась, украдкой наблюдая за красивым парнем.
   — Не переживай. Я же тоже присутствовал, когда Киви зачитала, что тебе искру передали. И я как раз хотел предложить тебе свою помощь, — не сводя с меня внимательного взгляда, сообщил принц.
   — И чем я ее заслужила ее? Твою помощь, — думать, что принц, как и многие, потребует что-то взамен не хотелось.
   — Хм, — забавно сжав губы, задумался Кобеан, — Ну пусть будет — очарование.
   — Прости? — не ожидала я услышать такой ответ.
   — Ты не просто красива, Ориса. Ты очаровательна, — с насмешкой по-своему трактовал принц мое уточнение, присаживаясь на бортик фонтана.
   — Ты за помощь, ничего не попросишь взамен? — все же решила убедиться, что это не сон.
   Принц нахмурил брови в неверующем наигранном жесте. Позже расслабил лицо, негромко засмеялся, а потом вернул себе милую улыбку.
   — А должен? Это просто забавно слышать. Почему я должен просить что-то у тебя взамен, если предлагаю помощь? — вполне натурально любопытствовал он.
   — Забудь, Кобеан. Кажется, это ты очарователен, — уже краснея, сообщила я.
   Мы долго гуляли, общаясь обо всем и ни о чем. Выяснилось, что все Высочества восточного материка, обучаются в Хардонской академии не столько в поисках знаний, сколько ради предоставляемой заведением практики. Это своего рода показатель силы, могущества и права на обладание троном. Простой народ тут давно ценит тех, кто будет способен не только в теории защитить свое население от нападок нечисти. Так и Кобеан, достигнув двадцатилетия, отправился в Нестаргон, предварительно окончив обучение в своем королевстве с личным учителем магии. Прошел с того времени год, сейчас парень обучался на втором курсе и успешно готовился пройти экзамен, чтобы попасть на практику в Мертвый лес.
   Я возвращалась в общежитие донельзя довольной происходящим в моей жизни. Такой жизни, о которой я могла лишь мечтать, в которую недавно даже не верилось. Линди лишьзавистливо вздыхала, кидая откровенные взгляды в сторону невозмутимого Райана. Интересно Фертишу девушки вообще интересны? Может только пьяные?
   На ужине Кобеан проявил себя еще раз, как истинный романтик.
   — А я тогда предпочла взять топоры, а не двуручник! Представляете? — интересно рассказывала о своих приключениях из прошлого веселая Киви.
   Я сидела, часто смеясь в дружеской комфортной атмосфере. Колкости Райана перед Эланией стали менее агрессивные, Энрих даже показался мне забавным, а не подозрительным незнакомым типом, а Киви, не напоминала больше о прошлом, получив после какого-то неудачного эксперимента знакомой зачаровательницы синий цвет волос, отдававший морским оттенком.
   Красный цветок оказался передо мною неожиданно, сразу заворожив своей красотой. Я почувствовала горячее дыхание на затылке, но не испугалась, хорошо запомнив кисть руки своего принца и мгновенно узнав ее по маленькой родинке на большом пальце.
   — Ты самая удивительная девушка, какую я когда-либо встречал, моя очаровательная Ориса, — прошептал принц мне на ушко, отчего приятные мурашки побежали по коже.
   — Это же Алый Вирин! — услышала от Киви.
   Цветок был прекрасен, но для меня терял значимость. Куда больше меня задел весь этот трогательный момент, который смог создать принц в такой обычной атмосфере. Еще немного и я растеряю рассудок в охватывающих меня чувствах нереальности.
   — Спасибо, — произнесла, принимая цветок.
   — Все для тебя, моя прекрасная.
   Сердце на миг остановилось, и я уже повернулась, чтобы отблагодарить Кобеана, как следует, но того уже не было за моей спиной. Он со своими друзьями сокурсниками уверено шагал на выход, не замечая сколько разбитых сердец оставил без своего внимания и отбирая у девушек своим поступком надежду.
   Дни следовали за днями. Я засела за учебники и конспекты, безвылазно поселившись в библиотеке. Благо на ум и память мне не приходилось жаловаться. Времени на принцапочти не оставалось, как и на прочие развлечения. И даже несмотря на то, что нам ставили всего три пары, на самоподготовку времени уходило столько, что порой приходилось пропускать ужин.
   Элания, на удивление, за своим воистину стервозным характером, умело прятала мягкость и сострадание, которые в редкие моменты капелькой просачивались наружу. Но это были очень редкие моменты. Не скажу, что кому-то из нас была приятна ее дружба, но и раздражала она немногим. Высокомерие, надменность, но это компенсировала ее прямолинейность, цепкий ум и справедливость.
   Райан, со всеми кроме принцессы вел себя, как всегда галантно. Даже со мной. Хотя наши отношения все больше стали походить на отношения брата и сестры. Почти каждый день герцог отрывал меня от учебников и тянул на полигон для очередных проверок моих умений, а заодно обучал меня магии. Все чаще я замечала, как Фертиш легче и легчеобходит меня в боях, предугадывая любые хитрости.
   Энрих легко нашел общий язык с Мони, а уже через того подружился с Райаном, даже крепче, чем кто-либо мог предположить. Теперь их дружба выглядела со стороны, как какое-то разномастное сборище троих парней: весь из себя аристократ с надменностью и с легкой насмешкой на лице, бородатый верзила, не знающий манер и щуплый, высокий парень, который постоянно утыкается в книги.
   Линди, хоть и не стремилась быть загруженной в учебе, но тоже безвылазно зубрила заклинания с первого курса наизусть. Требования к экзаменам, которые проводили по завершению каждого учебного года, сильно ожесточились. И теперь каждый, кто обучался тут с первого по третий курс, был вынужден вызубрить определенные заклинания на зубок.
   Я не переставала страшиться слежки и оттого не пропускала ни одной газеты, которые приносили сюда в огромном количестве, оставляя возле главных ворот в охранной будке каждый четверг. Отрезанная от общественной информации об Астарии, я чувствовала себя весьма беспомощной и ослепшей.
   Радовало еще, что я наконец-то почувствовала искру, спустя две недели обучения. По истечению этого срока уже вся академия была в курсе, что искру мне передали, и что я не рождена с ней. На удивление, это не вызывало в людях ненависть или брезгливость к моей особе. Наоборот, многие пытались меня приободрить и дать наставление, дажете, кого я лично не знала. И в тот момент, когда у всех было свободное время для заслуженного отдыха, я сидела в аудитории специализированной для предмета «Контроль силы» и пыталась договориться со своей искрой.
   Как выяснилось, я была права. Если те, кто был рожден с магической силой, учатся управлять ею, приручая, то мне уже досталась когда-то прирученная искра, которая обладала своим характером, пусть даже и с новым направлением. Мне приходилось пытаться ее прочувствовать, понять и принять ее, чтобы в дальнейшем договориться о сотрудничестве.
   Отдельный момент, который я не хочу забывать произошел в одно утро, когда искра нашла ко мне путь. Казалось, я проснулась слишком легко. Не было сонливости, какой-то привычной опустошенности и нежелания что-либо делать. Все было в каком-то балансе. Цвета вокруг стали ярче, а запахи отчетливей. Словно все это время я жила слишком скучно. Когда же меня поздравил куратор с пробуждением силы, я даже не поверила ему. Но вскоре, заставив воспроизвести меня несколько простых заклинаний, он убедил, что это и есть та самая сила искры.
   С того момента я и вовсе позабыла об окружающих, здоровом сне и питании, полностью отдавшись новому увлечение — познай себя.
   — Я поздравляю тебя, Ориса, — шептал мне жарко на ухо огненный принц все там же в столовой с очередным, но уже сладким подарком, — Очень надеюсь, что ты скоро вспомнишь и обо мне.
   Но я не успевала ответить ему каждый раз, когда он подходил ко мне вот так. Только повернувшись, я уже наблюдала его уверенную хищную походку, которой парень удалялся от меня к выходу.
   И все шло пусть медленно, но так хорошо. Если бы одним очень холодным вечером четверга, я не добралась до газеты свежего выпуска.
   На последних страницах, не предавая особого значения новости, красовалась статья: «Астария терпит крах!», — гласило ее название.
   «Вести дошедшие до Нестаргона только сейчас. Король Астарии Фредриг мертв. Вся его семья была убита еще в сентябре и найдена в своих покоях с колотой раной в шее. Сам Фредриг был задушен гарротой и найден на собственном троне, в церемонных одеяниях, с полным кубком лучшего вина рядом и в семейных драгоценностях. Увы, но даже совсем не пострадавшая охрана не может дать объяснения, кто из убийц мог быть способен на подобное…» Дальше шло подробное описание предполагаемой провернутой операции по проникновению в замок и совершение ужасного злодеяния.
   «Как сообщает источник: это был мятеж, подобный в Вертании. Множество семей высших сословий объявлены предателями или мертвы». Дальше я вчитывалась в список, затаив дыхание и стараясь не выронить газету из дрожащих рук, но семьи Дезант в нем не было.
   «А сейчас предоставляю краткое интервью со свидетельницей и чудом оставшейся живой, перенесшей сильное ранение графиней Висаной Дезант. На графиню тоже было совершено покушение, пока она гостила у пострадавшей графской семьи, с которой дружила вот уже…». Сердце ушло в пятки. Сколько бы я не пыталась найти логику, отследить последовательность, вернуть цепочку произошедшему, но не смогла соединить звенья. Как из преданной мною лично семьи Дезант, они смогли стать светлыми жертвами на стороне короны? Что там должно было произойти? Почему?
   В этот вечер я сходила к Элании, попросила ее применить силу со стихией воды и успокоить меня. Террийская, обладая прекрасной догадливостью, без лишних вопросов сделала то, что просят, даже не жалуясь сколько сил отнимает у нее обращение к воде.
   — Если понадобится моя помощь — сообщи, — сказала она тогда с привычным высокомерием, — Не знаю, что у тебя произошло. Не буду обещать, что пойду против выгоды своей короны и страны, рискуя жизнью, но сделаю все, чтобы помочь тебе, подруга.
   Позже, кутаясь в теплое пальто, я бежала к соседнему корпусу. Нужно было поговорить с Райаном. Фертиш единственный кто знал обо мне многое и смог бы дать дельный совет. На улице уже давно стемнело, освещением радовал только скупой свет от магических фонарей. Навстречу мне спешил знакомый силуэт. «Как не вовремя!» — пронеслось в голове, но я уже озаряясь самой милой улыбкой, приветствовала Кобеана.
   — Куда это ты направляешься на ночь глядя? — заботливо поинтересовался принц, сильнее запахивая мое пальто.
   Непривычно оказалось видеть румянец на его лице, который разгорелся от колкого порывистого ветра. Волосы гладко зачесаны и собраны на затылке, черное пальто без излишеств нараспашку. Принц спрятал руки в карманы и выпускал облако пара, когда выдыхал. От этого милый обычно Кобеан, выглядел иначе. Строгий мужчина, с немного мягким заботливым взглядом.
   — Нужно к Райану, — кратко ответила, надеясь, что принц не станет долго держать меня на холоде.
   — Неужели дело безотлагательное?
   — Это срочно, но я бы не хотела… лгать, — не нашла другого ответа для него.
   — Очередной секрет, — с понимающей улыбкой хмыкнул Кобеан, — Я провожу тебя.
   Мы шли уже менее спешно. Принц явно растягивал прогулку, несмотря на холод и приближающуюся ночную мглу. Какое-то время мы шли бок о бок молча, но потом Кобеан все-таки заговорил:
   — И все же, Ориса, что случилось? Не думаю, что ты пошла бы навещать своего друга в такой час просто так, чтобы попросить об оказании несложной услуги. Возможно я тоже смогу тебе помочь, если ты расскажешь о своей проблеме.
   А может и сможешь. Он ведь принц, значит, должен следить за тем, что происходит в мире. Возможно он знает больше, чем попадает в прессу. Только осталось придумать, какузнать информацию, чтобы у него не возникло ненужных вопросов. Немного помолчала, продумывая варианты, а когда нашла более ли менее подходящий, уверенно обратилась к парню.
   — Кобеан, я еще с детства вела переписку с девушкой из Астарии. Она стала мне дорогой и близкой подругой, а сейчас я прочла плохие вести, и очень волнуюсь, — старалась добавить подходящие нотки к голосу и даже поработать над страдающим выражением лица.
   — Я слышал о мятеже и о королевской семье, — немного нахмурился принц, — Девушка ведь не из простых? Иначе так сильно волноваться было бы не о чем, — проговорил Кобеан, и я сама приостановила скорость шагов.
   — Да, она из графской семьи, но ее фамилию в статье не указали.
   — Нашей семье тоже не дошел полный перечень. А чем Райан может тебе помочь? — огорчил меня и поинтересовался принц.
   — Я надеялась, что он поможет придумать, как выяснить больше о происходящем в Астарии. Может подробности мятежа смогут меня успокоить. Райан очень умный парень, —искренне похвалила я герцога.
   Мы уже подошли к корпусу, который высился над нами в пять этажей и давал дополнительное освещение из своих окон. В этом корпусе жил мой возможный друг, к которому приходить в гости часто я не спешила.
   — Я обещаю подумать, у кого эти подробности можно раздобыть. А ты обещай, что не будешь сильно переживать, — целуя мою руку прощался Кобеан, — Попроси Эланию, чтобы она повлияла на тебя успокоительным заклинанием. Она все же целитель.
   — Элания уже с этим прекрасно справилась. Спасибо, — ответила парню, чувствуя ликование за то, что он переживает из-за меня.
   Я уже хотела отвести взгляд от широкой удаляющейся спины принца, когда он обернулся.
   — Пусть Райан проводит тебя обратно. Скажи ему, что я буду вынужден вызвать его на магический поединок, если ты в одиночестве будешь возвращаться, — весело давал наставление Кобеан, в очередной раз проявив приятную заботу.
   В теплой комнате меня встретили два взгляда: удивленный позднему визиту от Мони и второй Райана. Последний явно говорил: «Я уже давно жду тебя и да, я знаю, о чем ты хочешь поговорить. Мне уже скучно от твоей предсказуемости».
   — Пойдем, — поднимаясь с кровати спокойно, проговорил Райан, — Ты же тут была всего раз мельком. Покажу тебе наш корпус.
   — Опять у вас тайны на двоих? — недовольно отреагировал Мони, — И когда вы уже расскажете нам, что скрываете?
   — Мони, не обижайся, — обратился к парню Райан, — Ты же знаешь, что я бы не стал скрывать что-то, что могло бы навредить тебе. А так тайны и тайны. Разве у тебя нет секрета от Киви? — загадочная улыбка мелькнула на лице герцога.
   — Понял, понял. Идите уже, — утыкаясь в очередную книгу, прекратил допытываться Мони.
   Оказавшись в коридоре, Райан уверенно зашагал в сторону дальнего окна от лестницы. Мне не осталось ничего другого, как последовать за ним. Корпус был в точности, как и тот в котором жила я, только цветовая гамма была зеленой, а не бежевой. Облокотившись о подоконник, Райан скрестил руки на груди и стал дожидаться, когда я устроюсь рядом.
   — Обычно ты не страдаешь привычкой кричать, — начал разговор герцог, — Но все равно стоит говорить тише. Более лучшего места все равно не найти, а мерзнуть на улице неохота.
   — Мне нужен твой совет и возможно помощь, — не стала ходить вокруг до около я.
   — Знаю, иначе не прибежала бы. Я тоже читаю газеты. Увидела знакомую фамилию и стала переживать? Твоя семья в списке, Ориса? — начал давление Райан, — Почему ты переживаешь, если сейчас ты Кениар, и ничего не связывает тебя с Астарией? Из какой ты семьи, Ори?
   Тяжелый выдох не удалось сдержать. Я пыталась продумать заранее, что говорить Райану, но этот парень со своими гениальными тараканами в голове, заставлял каждый раз чувствовать, будто для него все мои тайны всего лишь детские загадки. Одно неверное слово или жест, и он уже близок на пути к разгадке, а пару подсказок и он уже выдаст точный ответ. Карие глаза прожигали вниманием, подтверждая догадку, что Райан читает меня и создает давление специально. Что же он за человек такой?
   — Мы вроде по твоей просьбе договорились, что не будем лезть в прошлое друг друга, — решила действовать по задуманному плану, но голос предательски дрогнул.
   — Смотри какая ситуация, Ори, — не сводил с меня прямого взгляда и спокойно проговаривал Райан, — Я не лез в твою прошлую жизнь с того момента, как договорились. Но сейчас ты сама пришла ко мне просить помощь, как раз связанную с твоим прошлым. Мне кажется, что я заслуживаю знать, во что ты хочешь меня втянуть, — резонно подметил Фертиш.
   — А если я не буду просить твоей помощи, а всего лишь сойдемся на дружеском совете?
   — Если честно, такого я не ожидал, — высказал, не скрывая досады герцог, и отвернулся, потеряв ко мне интерес, — Хорошо, я помогу тебе советом, несмотря на то, что это скучно. Тем более, что ты только что набила цену своей тайне и вынудила забрать мое обещание обратно, хотя не в моих привычках так поступать.
   — Райан, ты не можешь…
   — Послушай, Ори, я же только что сказал тебе прямо, что при возможности сделаю многое и узнаю о тебе все что смогу. Это уже не входит в описание «За спиной».
   — Значит, я тоже могу узнавать о тебе?
   — Думаю, что оно того стоит, — закончил наши договоренности Райан, так и не отступив в своих желаниях.
   — Как находясь в академии, я могу узнать больше о мятеже в Астарии? — задала вопрос, ради которого сюда пришла.
   Райан задумался, глядя уже прямо перед собой. Лицо его даже в задумчивости выражало лишь полную уверенность, спокойствие и капельку насмешки. И только наблюдаемый с моей стороны шрам на брови, выбивался из образа аристократа.
   — Вот что. У нас еще с самого начала обучения есть пару отгулов, для выхода в город. Мы можем найти Нириана, а с его помощью узнаем о беженцах из Астарии. Встретишьсяс кем-то из них и сможешь расспросить.
   — Исключено, — отчеканила и тяжело вздохнула, я уже давно обдумала и отмела этот вариант, — Я не хочу, чтобы кто-то узнал меня.
   Риски были малы, но все же были. На вечерах Дезант я старалась не привлекать к себе внимание, но внешность делала все за меня. Пусть в окружении короля наша семья и значилась незначительной графской семейкой, бледным маленьким пятнышком, но было достаточно людей, которые узнали бы меня.
   — Значит, твоя семья все же была в списке, — уловил из моего ответа Райан, но секундой позже мое облегчение о ложности выводов он смел, — Нет. Не все так просто, да? Хотя ладно. Сейчас не об этом. Если тебе не подходит предложенный вариант, то ты можешь действовать, не покидая академию.
   — Как? — заинтересовалась я тем, что что-то могло пройти мимо меня прямо под носом, а я не заметила.
   — Наследный принц Нестаргона учится с нами, — озвучил подсказку Райан, — Я мог бы дать тебе более полную информацию, но… — тут парень патетично вздыхает, показывая, что ничем не может помочь.
   — Я была не единственной в семье. Кроме меня еще два ребенка, — не желая отвлекаться от темы и растягивать торг, быстро высказала ему подсказку.
   Неподдельная, широкая улыбка растянулась на лице торжествующего Райана. Вот же демон во плоти!
   — Тиретис Нестаргонский можно сказать неприступен для простых смертных, — начал выкладывать на блюдце информацию довольный Фертиш, — Учится он на одном курсе ствоим принцем, но они не дружат. В отличие от дружелюбного горячего Кобеана, Тиретис скорее холодный принц, который не будет не то, что общаться с окружающими, но даже не посмотрит в твою сторону, пока ты будешь перед его носом махать и кричать, привлекая к себе внимание. Но у тебя ведь есть навыки, кто знает, может в твоем арсенале что-то пробивное и найдется, — с предвкушением заканчивает Райан.
   — Считаешь, что Нестаргон владеет обширными знаниями о мятеже в Астарии?
   — Уверен. Ты уже должна была понять, что мятеж в наших с тобой странах связан. А Нестаргон…
   — Финансировал Вертанию в борьбе с мятежом, но был в напряженных отношениях с Астарией, — закончила высказывание вместо герцога, — В Нестаргоне давно было известно, что начало мятежа исходит из Астарии?
   Вместо ответа Райан лишь потянулся, показывая, что уже утомился и собирается проводить меня.
   — Знаешь, я бы и в самом деле выбралась в город, чтобы найти команду Нириана.
   — Согласен и тоже с радостью встретился бы с капитаном. Все же с ним есть, что вспомнить, — явно недоговаривая, что еще заодно попробует разузнать обо мне, высказал Райан, — Но, Ориса, даже не надейся, что сможешь меня споить, — оборвал все мои надежды на легкую победу Райан.
   Уже возвращаясь в темной ночи герцог решил вспомнить о не очень значительной детали.
   — Чуть не забыл. Сколько помню Тиретиса, с ним рядом всегда находился друг. Он ничем не примечательный, или старается таким казаться, а еще он совершенно бестолковый на вид. Будь аккуратнее, Ори, я бы отнесся к нему повнимательней.
   Вот и все, что удалось добиться от Райана, прежде чем он пожелал мне сладких снов и ушел спешным шагом.
   Глава 11. Риск ради знакомства или маленький переполох в академии
   — Быстрее, Ориса! — подгоняла меня Элания, тянув за руку.
   Легко говорить. Это же не ее вчера испытывал преподаватель «Физической нагрузки» на дорожке с препятствиями. И дернул меня кто за язык на его замечание, что ни одиниз нас лентяев и дармоедов не осилит даже одного полного круга вокруг стадиона, ляпнуть: «Без проблем». Хасир сначала рассвирепел и потребовал в качестве доказательства бежать-таки круг, а уже через час с интересом наблюдал за мной, как я осиливаю дорожку с препятствиями и слушал, как я ругаюсь, соскальзывая с доски, которая была покрыта тонкой корочкой льда.
   А сейчас мы спешили на «Историю магии», где Темнейшиство Эмилия за малейшие опоздания непринужденно отнимала так тяжело достающиеся баллы. Войдя в аудиторию, мы увидели лишь одно свободное место возле Райана, тот как всегда выбрал стул по центру. Рядом, ковыряясь в сумке и что-то выискивая, сидел наш бородатый бугай.
   — Я, пожалуй, займу место за вами, — не пожелала садиться рядом с Райаном принцесса.
   Я с радостью кивнула. Ее решение пришлось очень кстати. Одна проблема решена. Теперь нужно решить вторую. Подошла к Райану со спины, склонилась к нему и очень тихо на ухо заговорила:
   — Не мог бы ты уступить мне это место и сесть с краю, Райан?
   Герцог даже не шелохнулся, продолжая читать конспект и открыто игнорируя меня. Как и ожидалось.
   — В моей прошлой фамилии присутствует буква, которая начинает важное имя для Вертании, — выдала я очередную подсказку.
   — Мало. Но мне нравится, как ты стараешься. Продолжай, — с расползающейся улыбкой тихо отозвался Райан.
   Что там конкретно ему нравится мне было не очень интересно. Главное — это результат.
   — Арнольд. Заглавная буква этого имени присутствует в моей фамилии, — надеялась, что уже эта подсказка должна была стоить большего. И ура!
   Райан также не отрываясь от конспекта поднялся и пересел, чем вызвал удивление Энриха.
   — Привет, — поздоровался тот, — у тебя запасного магопера не будет?
   — Привет, только обычный карандаш.
   — Сойдет, — согласился тот, оставляя сумку в покое.
   — Слушай, Энрих. Мы с тобой так мало общаемся, хотя на курсе четвертом, — старалась завести с ним непринужденную беседу, — если дотянем, будем каждый вечер в одноймастерской трудиться над созданием артефактов и …
   — Ой, Ориса, — недовольно скривился бородатый, — Ты же с Райаном с одного теста, поэтому давай без любезностей этих ваших. Что от меня нужно? — удивил меня Энрих.
   — Не правда. Она гораздо хуже. Запомни и будь уверен, — подал голос Райан, уже с готовностью ловя каждое мое слово, отложив конспект и неотрывно наблюдая за моим лицом.
   — Ты же из Нестаргона, Энрих? Что ты можешь рассказать о вашем принце?
   Парень явно удивился, но почти сразу нашелся с глупым ответным вопросом.
   — Тебе о каком из? Тот, что еще на горшок ходит или о наследном речь?
   — Боги, Энрих! Зачем мне знать о малыше? Конечно я наследнике!
   — Ориса, тебе не кажется, что это уже перебор?! — опять удивил меня Энрих. Пока я пыталась осознать, в чем заключается перебор в моей просьбе парень продолжил, — У тебя же уже Кобеан на крючке! Но ладно, твоя темная душонка не моя забота. О принце знаю мало. Живет, кстати, всего через комнату от моей. Сосед у него… Ух, с радостью набил бы морду! А так Тиретис стихийник-водник, направление наше — артефакты. Спокойный, нелюдимый, но не думай, что это от хорошей величественной жизни. Это Элания наша вся такая из себя принцесска! А Тир нормальный мужик, мы с ним даже выпивали в его комнате разок, обсуждали строение артефакта для водных существ, пока этот придурок не пришел с какими-то архи-секретно-важными новостями и не выставил меня за дверь. И да, о главном! Он с самого рождения помолвлен с принцессой из Аскартия. Сама понимаешь, что тебе ничего серьезного не светит, — вывалил Энрих на меня кучу информации.
   — Согласна, — неспешно ответила, сама перебирая и выбрасывая из головы весь ненужный мусор. В целом я уже прорабатывала план, как сыграть на артефактах и подойти к принцу, — Но не переживай! Мое сердце совсем не разбито.
   — Тогда зачем спрашивала? Колись давай! Интересно же.
   — Просто Тиретис на нее запал и даже подходил с предложением пообедать или даже поужинать в его комнате, но так чтобы Кобеан ничего не узнал. Наедине. Ты только Кобеану не говори, а лучше вообще никому не говори, — громко, так чтобы и окружающие услышали высказал на одной ноте Райан.
   — Что ты такое творишь?! — зашипела я на герцога.
   — Лучше спасибо скажи, а то искала бы еще много лет подход к Нестаргонскому, — шепотом и с донельзя довольной улыбкой сообщает Райан, — А так я даже твои отношения с Кобеаном ускорил, а то вы никак не приступите к интересному этапу.
   Энрих явно боролся с желанием прямо сейчас побежать искать своего принца, чтобы убедиться, что это правда.
   — Вы же меня развели, да? Шутка? — с неприкрытой надеждой задал, ошарашенный новостью, вопросы Энрих.
   Но ответить я не успела, так как Эмилия, как всегда строгая зашла в аудиторию и начала лекцию с порога, подготавливая всех, что скоро начнутся вопросы по конспекту ине только.
   Если первая половина дня прошла спокойно, то ближе ко второй я стала наблюдать и ловить на себе заинтересованные взгляды парней и недовольные от девушек. Райан. Он,наверняка следовал логике, что и в свое время Лимион Крон. Навести шума, поднять бунт, а пока я отвлекаюсь на спасение себя любимой, ловить меня на ошибках и узнавать больше от первоисточника. Может просто взять и признаться ему во всем? Но нет. Мне уже тоже стало интересно, на что пойдет этот зловредный герцог ради удовлетворения своего неуемного любопытства. И как много смогу узнать о нем я?
   — Знаешь, — негромко завела разговор Элания, — Я ведь сейчас тоже страдаю от всех этих прикованных к нам и изучающих взглядов, потому что нахожусь с тобой рядом, — она не говорила, а неспешно с интонациями рассуждала.
   — Ты же привыкла, — не позволила ей досказать мысль.
   — Привыкла, но все же, Ори. Я хотя бы заслуживаю знать, правда ли все это, что говорил Райан?
   — Ты что сомневаешься в его словах? — вызвала изумление она у меня.
   — Ори, я хорошо знаю Райана, — вдруг высказала принцесса, а я поняла, что нашла первого человека от которого могу что-то узнать о герцоге, — Конечно я уверена, что он может лгать, но только преследуя свои интересы. Не буду расспрашивать, что между вами, но ответь на мой вопрос.
   — Это ложь, — твердо призналась ей.
   — Тогда тебе придется быть убедительной. Потому что не все знают Райана также хорошо, как и я, — сказала принцесса уже наблюдая, как к нам проталкивается синеволосая Киви.
   — Я, конечно же, сразу поняла, что с тобой не все так просто! Но Ориса, Кобеан не заслуживает такого…, — что не заслуживает, услышать мне было не дано.
   — Ори! Скажи, что это все слухи и не правда! — воскликнула подбежавшая Линди, обрывая тираду маленькой подруги.
   — Линди, это все слухи и не правда.
   — Ты сказала так, потому что я попросила тебя или потому что это так и есть? — не поверила мне Линди.
   — Ох, Райан, — со злостью проговорила я, сжимая кулаки.
   — Причем тут Райан?! Ты что еще и с Райаном?
   Я закрыла глаза и пыталась успокоиться. В душе клокотала ярость и злость.
   — Давайте я скажу вам, что это все ложь, которую распустил Райан, — услышала я голос Элании, — Мне то вы поверите?
   — Я не поверю!
   — Зачем ему это? — полюбопытствовала более сговорчивая Киви.
   — Не знаю. Это известно только нашей парочке. Но это точно ложь.
   — Откуда тебе знать? Ты же даже в нашем корпусе не живешь! — не успокаивалась Линди.
   — Вот именно. Ты то точно не пропустила бы их встречу с принцем в свободное от занятий время. И ты хорошо знаешь, что Ори не покидает комнаты, сидя за учебниками. Илиуходит в библиотеку, где с ней всегда находится Мони, на стадионе она только со своим неразлучным дружком, — взяла наступление Элания, — А за учебное время могу заручиться я. Ори ни на шаг от меня не отходит.
   — Это скорее ты от нее, — точно подметила Линди, — Хорошо. Я вам поверю, хотя мне и сложно. Тем более, сложно поверить в то, от кого эти слухи. Но вот вести уже дошли до Кобеана. Он интересовался у меня, правда ли все.
   — И что ты ответила? — моментальный вопрос от меня.
   — Что я могла ответить? Сказала, что сама ничего не знаю и ищу тебя.
   Я чертыхнулась про себя, когда уже успокоившиеся подруги потащили меня на обед в столовую. С Кобеаном наши отношения застряли где-то в районе взаимной симпатии и любованием друг другом издали. Меня, лишенную в прошлом даже такого внимания, все устраивало. Поэтому я наслаждалась этими переглядываниями и получением комплиментов, когда была оторвана от учебного процесса. И мне очень не хотелось разрушать романтику, которая у меня выстроилась.
   Над столовой нависла гроза, которая переполнялась напряженной тишиной. Все взгляды посетителей устремились на парней в центре. Сердце забилось чаще, ноги пробрала предательская, мелкая дрожь. Кобеан уступал в росте собеседнику и выглядел злым, пока тихо говорил наверняка слова угрозы стоящему напротив него парню. А вот парень был невозмутим и, как точно выразился Райан (чтоб его!), холодным принцем. Высокий брюнет издали напомнил Каста, вот только волосы длинные, парень был более узок в плечах, бледный и без злых огоньков в глазах. Скорее возникло ощущение, что Тиретис скучал и порядком устал, но выслушивал Кобеана он, не перебивая и внимательно только из уважения к наследнику соседней страны.
   Увидев такую картину, я сразу ринулась к своему принцу, желая развеять его ярость, потушить огонь и убедить, что все ложь. О последствиях я думала в последнюю очередь.
   — Кобеан, ты должен выслушать меня! Все это не правда, слышишь? — подскочила к принцу, но, не смея прикоснуться, осталась стоять в нескольких метрах от него.
   Засученные рукава белой рубашки, руки сжаты в кулаки, напряженное дыхание, вены уже светятся магическим огнем.
   — Ориса, не стоит прикрывать его только потому, что боишься! — сказал нечто совсем не то мой принц, не отрывая взгляда от ледышки.
   — Ух ты! Наша виновница пришла! Так вот она какая маленькая жертва-проказница! — в поле моего зрения возник еще один парень.
   Он быстро, но довольно вальяжно или все же игриво, приблизился ко мне и начал бессовестно изучать меня, закусив губу от легкого усердия. На лице читалось восхищениеи удовольствие от разразившегося тут представления. Или все же от меня?
   — Тир, а Тир? — обратился довольный к ледышке, — А давай ты заберешь свои слова обратно, что не был близок с этой девчонкой! Ну, или хотя бы скажи, что это я с ней спал! Ты посмотри, она же идеальна! — с неприятной ухмылкой произнес блондин.
   Кто спал? С кем спал? Неужели слухи так успели обрасти? Я убью герцога! Вот, в самом деле.
   — Ррр… Райан! — яростно выкрикнула я, уже оглядывая столовую в поиске жертвы и сжимая кулаки.
   — Почему ты злишься на Райана? — услышала удивленно-обеспокоенный голос Кобеана, — Он же пытался выбить дверь, когда понял, что на тебя воздействовали заклинанием любовного зачарования.
   В наступившей тишине все ждали моего ответа. Все, кто был в столовой, напрягли свой слух, ожидая нового витка в этой закрутившейся не на шутку страшно-романтичной истории. До моего сознания дошла примерная картинка того, что являли сплетни. В этот момент, я услышала взрыв заливистого звонкого смеха герцога, ловя себя на мысли, что еще немного и тоже захочу присоединиться к нему и еле сдерживаю смех.
   — Сумасшедшие! — не то обвинила, не то восхитилась нами Элания.
   — Вот что, Ори, у меня осталось всего две фамилии из списка, и я предлагаю после обеда пройтись на стадион и выпустить пар, но без холодного оружия, — негромко предложил дельную мысль Райан, уже подойдя ко мне, — Прости, Кобеан, но вышло какое-то недоразумение. Сегодня утром мы говорили о тебе, и я неудачно пошутил на счет принца Тиретиса и слухи… Даже боюсь представить, чем обросла эта шутка. Прости, — Райан даже слегка склонил голову, прося прощение, — И вы, ваше Высочество…
   — Не стоит. Я знаком с силой сплетен и слухов, — перебил уставший, холодный голос.
   Я пыталась посмотреть на Кобеана или холодного принца, но перед моим лицом, совсем близко, все еще находилось лицо неизвестного, но уже перекошенное недовольством.
   — Стоп! Ты не можешь со мной так поступить! — воскликнул недовольный, обращаясь к ледышке, — Простить? Нет. Требуй, Тир! Эта девчонка должна сходить со мной на свидание, — указал на меня длинный палец, а я опешила от наглости парня.
   — А по морде тебе не заехать, Риас? — вновь злой голос Кобеана, наполненный нотками рычания.
   Своего принца я опять не видела, но уже мешала спина блондина.
   — Вы тут такую интригу развели! Ты, между прочим, начал, — уже полностью перевел внимание на Кобеана и отошел от меня парень, — Я уже надеялся узреть нечто воистину восхитительное! И что в итоге? — спрашивал обижено.
   Мой принц, которого я наконец-то увидела, перевел обеспокоенный, извиняющийся взгляд на меня, тяжело вздохнул и только собрался сказать что-то адресуемое мне.
   — Кобеан, да из всего того, что я тут увидел, она и есть самое восхитительное! И вот только не надо говорить, что ты заметил ее первым. Меня такое не трогает, — высказался парень и пожал плечами.
   — Не обращай на него внимание! — посоветовала сбоку мне Линди.
   Реакция на комментарий моей соседки была незамедлительной. Парень резко обернулся на ее голос и уже разворачиваясь к нам лицом полностью, возмутился.
   — Какого черта?! И ты против меня? Предательница! — казалось, куда еще больше, но все же еще более обижено проговорил парень, — Обращай только на меня внимание! — озвучил указание, уже глядя мне в глаза.
   Ну конечно, как тут на него внимание не обратить?! Почему я его раньше не видела?! Он же такой…
   — Хватит, Ри, — наконец-то решил вмешаться и спасти всех ледышка.
   Блондин стоял передо мной, убрав руки в карманы свободных брюк, и вглядывался в мое лицо, думая о чем-то своем.
   — Хорошо. Но это не значит, что мы закончили. Ты слишком подходишь, чтобы просто так тебя отпускать, — довольно спокойно заявил тот, который Риас что-то только ему понятное, но спустя секунду с откровенно подозрительным взглядом уставился уже на Райана, — И ты! Я понаблюдаю за тобой. Что-то ты темнишь, Раайаан.
   После сказанного Риас не высвобождая рук из карманов, медленно пошел за своим ледяным другом, игнорируя множество взглядов. Они сели за столик неподалеку и, усевшись на стул, ненормальный устремил немигающий взор на меня. Кобеан стоял спиной к ним и лицом ко мне, отчего не видел этого пугающего меня типа. Мой принц тяжело вздохнул, виновато посмотрел на меня и не позволил мне опомниться, спешно подошел и нежно обнял. Перед тем, как для меня перестал существовать окружающий мир, я заметила слишком подвижную мимику блондина, которая выражала болезненное отвращение, и он наконец-то отвернулся.
   — Я испугался за тебя и словно обезумел, — шептал мне принц, не выпуская из крепких объятий, в которые я с удовольствием провалилась, — Прости, надо было сначала узнать подробности у тебя, но я не мог адекватно мыслить.
   — Ничего, — заверила его в ответ, уже благодарив Райана за такой немыслимый подарок.
   От принца приятно пахло, каким-то терпким, пряным ароматом специй, и я не позволила ему освободить себя из объятий, когда он хотел уже разжать руки и отстраниться. Своим поведением я вызвала насмешку принца и разбавила нелегкую атмосферу своих друзей, они стали расходиться, занимая привычное место за нашим облюбованным столом.
   — Ори, я рад, что произвожу на тебя такое впечатление, — начал шептать посмеиваясь принц мне на ухо, — Но мы уже пару минут так стоим, еще немного и нам будут делать замечания даже кухарки.
   — Прости, — моментально отпустила принца и выдохнула, — Я просто тоже перепугалась. Я испугалась за тебя.
   — Не надо краснеть. Это производит сильное впечатление на меня, — попросил принц, опять глядя из-подо лба и улыбаясь, — Иначе я не обещаю, что не приглашу тебя на обед в свою комнату. Только ты и я.
   Подобного приглашения после всего произошедшего, я не ожидала, поэтому быстро отвела взгляд и, извинившись, спешно пошла к друзьям. Обернулась и увидела только, как принц с довольной улыбкой направляется к своим друзьям.
   За моим столом шло бурное перешептывание, переглядывание и только герцог сидел, согнувшись над своей тарелкой. Фертиш пытался сдерживать смех кулаком и маскировать его покашливанием, но подрагивающие плечи и мое знание о его натуре, сдавали его.
   — Это не смешно, Райан! — напала я на герцога, не успев еще сесть.
   — А мне показалось, что ты вот-вот сама засмеешься, — сдал меня наблюдательный Энрих.
   После чего раздался повторный хохот герцога, звонкий и заливистый. Спустя несколько секунд мы дружно поддержали заразительного Райана, который уже утирал слезы. Даже зачастую сдержанная Элания смеялась и подшучивала надо мною.
   Вечером мы с Линди принимали у себя гостей. Киви и Элания пришли с коробкой шоколадных конфет и каким-то своим Террийским напитком — какао. На удивление, у нас быстро завязались общие темы. Элания щедро делилась информацией. И когда, неожиданно для меня, сама Линди спросила у принцессы, что же связывает их с Райаном, то скрыватьчто-то принцесса даже не стремилась.
   — Я тогда приезжала вместо отца в Вертанию, можно сказать инкогнито. Их интересовала наша поддержка против мятежей. Там все были такие скучные и только Райан выбивался из общей массы. Я же тогда не знала, что он потерял родителей два года как, и поэтому переехал к королю на правах племянника, — сморщила нос от неприятных воспоминаний Элания, — Думала, что это кто-то из графских продвинул своего сынишку на служение к принцу Вертании. Представилась ему одной из многочисленных фамилий, прям как это сделал Кобеан, — изящно опрокинув руку ладонью вверх и оттопырив указательный пальчик, напомнила нам принцесса.
   — Элания, подогрей воды, пока ты рассказываешь. Я заварю еще вашего напитка, — обратилась Линди, отходя к небольшому столику возле стены.
   Элания выполнив просьбу с помощью магии огня, взяла конфетку, прожевала ее, наслаждаясь тающей во рту сладостью.
   — Я солгала ему, что приехала навсегда во дворец из дальней северной страны и даже позабыла об этом. А когда через несколько дней опомнилась, он уже клялся мне в любви. Я признаюсь, что мне стыдно было тогда и стыдно все еще. Но я же не знала, что он племянник короля и имеет право знать, кто я на самом деле! Когда все всплыло, то Райан обиделся, да так что не принимал мои извинения даже спустя два часа, что я простояла у него под дверями.
   — Вот это да, — пролепетала Киви.
   Райан действительно пострадал от Элании. Уверена, что чувства его, если и ослабли, то ненамного.
   — Вот и я тоже об этом, Киви! Я лично стояла два часа под дверью герцога, а он все равно не простил! Еще и оставил меня виноватой, — по-своему видела ситуацию Элания.
   — Так это что получается?! Я зря столько за Райаном бегаю, пытаюсь ему глазки строить и понравиться? — возмутилась Линди, тоже сразу осознав, что-чувства-то не прошли.
   — Почему же? — неподдельно удивилась принцесса.
   — Так любовь же, — пропела Киви.
   — У кого?
   — Боги, Элания! — не сдержалась я, — Твой ум удивительно работает, но кажется настроен видеть только выгоду и корысть, а не искренние чувства!
   — Райан втюрился в тебя тогда и сейчас не находит рядом с тобой спокойствия! Вот же, — досадно высказала Линди, громко ставя перед нами стеклянные кружки с горячим какао.
   Элания не замечая жара сделала несколько глотков, находясь в мыслях далеко от нас.
   — Хорошо, что она с огнем дружит и ожогов не боится, — подметила заботливая Линди.
   Как выяснилось, следующим утром выходного дня, парни проводили вечер возможно даже лучше нас. Их помятые физиономии на завтраке вызвали подозрения у трех девушек, в том числе и у меня. Какие-либо сомнения, что парни не пили спиртное, резво развеяла Киви.
   — Мони, зачем же ты так напился вчера? У тебя же потом вечно сильно голова болит и зрачки разных размеров! Элания, прошу, помоги ему, — прощебетала тоненьким для своей сильной комплекции голоском, выдавая, что чувства Мони давно взаимны.
   Элания отвлеклась от придирчивого разглядывания сока в своем стакане и, приподняв бровку, изумленно посмотрела на Киви, но под непоколебимым взором серо-синих глаз искренней и настойчивой девчонки не устояла. Тяжело вздохнув принцесса, освободила две руки и под всеобщее удивление обратилась к стихии воды, разом накладывая целительный эффект на питье всех парней.
   — И почему целители уже изучают свое направление, а артефактникам ждать до второго курса? Ориса, это же не справедливо! — возмутился Энрих, но уже приложился к спасительному соку.
   — Лучше бы «спасибо» Элании сказал, — проявила женскую солидарность Линди, чем вызвала приступ кашля у Райана, который как раз делал глоток.
   — Когда вы спеться успели? — откашлявшись, задал вопрос ошеломленный Райан.
   Но ответить ему никто не успел. Пока мы дружно переводили взгляд от одной к другой, рядом с герцогом, с неприятным скрипом медленно протянутых по блестящему камню ножек, был отодвинут тяжелый стул. На него вальяжно опустился Риас, по-братски закинул руку на плечо герцога, который не успел опомниться после первого потрясения и сейчас нахмурено рассматривал наглую конечность непрошеного гостя.
   Тем временем гость улыбнулся, подмигнул мне, похлопывая герцога по плечу.
   — Утро было таким продуктивным, — с широкой улыбкой осматривал нас блондин, — Линди, с тобой мы пообщаемся о твоем предательстве в следующий раз.
   — Руку убери, — резко потребовал Райан, но был проигнорирован.
   — Признавайтесь, — потребовал пугающий тип, — Райан, Ориса, — довольный взгляд перебегает ко мне, но долго не задерживается, — и Энрих, что вам понадобилось от моего друга?
   — Райан сказал же, что это была шутка, — быстрее всех догадался, о чем речь Энрих.
   — Ладно, Энрих, с тобой-то все ясно. Ты-то уже точно знаешь, чем можно завлечь Тира. А вы? Давайте, задавайте вопросы, и я, может даже, отвечу. Просьбу вот не выполню ни я, ни принц. Хотя… — снова возвращает взгляд на меня, — Тебе отвечу на любые вопросы, Ориса Кениар, и, может даже, сторгуемся на просьбу.
   Проснулось дикое желание нагрубить и послать неприятного парня, которого сегодня у меня уже появилась возможность рассмотреть лучше. Красив, но было бы лучше, если бы была возможность стереть эту ухмылку. Взъерошенные платиновые волосы лежали беспорядочно, будто он не знал, что существует расческа. Его голубые глаза манили яркостью, но в равной степени отталкивали холодом. Сегодня, одетый во все темное, блондин привлекал к себе внимание. Его бледная кожа приковывала взгляд сильным контрастом с тонким, черным пуловером, который к тому же не скрывал фигуру. Худощав, но жилист.
   — Риас, мне кажется, ты заблудился, — услышала я рядом с собой голос Кобеана, который занимал стул рядом со мной.
   — Мне кажется, что сейчас ты тоже заблудился, — моментально ответил Риас.
   — Вам не кажется, что вы тут оба не к месту? — взорвалась пламенным гневом Элания.
   Тем временем Райан освободился от руки блондина, и пытался стряхнуть с себя несуществующие следы.
   — Кто-то из этих пытался привлечь внимание Тира. И я пришел узнать зачем, — поделился Риас с Кобеаном.
   — Откуда такие выводы?
   — Утренний опрос свидетелей.
   — Почему ты так этим интересуешься? — спокойно продолжал любопытствовать Кобеан, пока я пыталась понять, как опрос свидетелей мог так точно привести к моему желанию.
   — Она мне понравилась, — кивок от блондина в мою сторону, — И я хотел убедиться, что Ори добивалась от Тира не постели, — буднично завершил Риас.
   Я все еще не разозлилась, только потому, что впервые попала в ситуацию, где мою персону обсуждали вот так откровенно при мне же. Каждое слово блондина вводило меня вступор, а каждый вопрос принца заставлял напрягаться.
   — Скажи, что ты просто искала вести о своей подруге, — устало обратился ко мне Кобеан.
   — Это была не моя идея, — попыталась оправдаться и вздохнула я.
   — Я виноват в создавшейся ситуации, Кобеан. Тебе не стоит на нее злиться, — взял всю вину на себя Райан.
   — Я же сказал, что найду способ узнать нужную тебе информацию, — укоризненно напомнил Кобеан.
   — Какая информация тебя интересует? — резко подался вперед Риас, облокотившись на стол и сложив руки в замок.
   — Мы справимся и без твоей помощи, — огрызнулся Кобеан.
   — Мятеж в Астарии, — одновременно с Кобеаном, решив не упускать возможности, озвучила я.
   Прежде чем словить на себе осуждающий взгляд принца, мое внимание привлек наглый блондин, что, не задумываясь, озвучил следующее.
   — В газете была довольно подробная статья, но если тебе мало, то я буду готов ответить подробнее. Что тебе интересно, Ори?
   От такой готовности выложить мне все я даже растерялась. И не подготовленная к такому повороту, надолго задумалась, аккуратно составляя вопрос.
   — Фамилии моей подруги не было в списке, и я волнуюсь. Хочу узнать больше о мятеже, его характере и насколько он серьезен для графских семей. Будут ли проверять всех на предательство и если да, то как? — на этом решила остановиться. Я и так проявляла много неоправданного интереса, ради вымышленной подруги.
   — Скажи мне фамилию своей подруги, и я узнаю о ней все, — с готовностью предложил совсем ненужную помощь блондин.
   Кобеан, можно сказать, спас ситуацию. Он тяжело вздохнул, нашел мою ладонь и сжал ее в жесте поддержки.
   — Прежде, чем ты начнешь помогать моей девушке, я хочу убедиться, что ты не будешь после принуждать ее к ответной благодарности, — произнес принц, выбивая из моей головы только что сложившийся идеальный ответ о несуществующей подруге.
   — Девушки? Кобеан, мне кажется, что я ослышался, — а мысли блондина явно совпадали с моими, — Утренние же свидетели сообщили мне, что вы с ней даже еще толком за руки не держались и не целовались. О каких отношениях парня и девушки идет речь?! — возмущался Риас, скривившись, и я была полностью согласна с ним.
   — Разве? Ну, если дело только в этом, то все поправимо, — ответил Кобеан и неожиданно накрыл сладким поцелуем мои губы, вызывая головокружение и унося меня в забытье.
   Глава 12. Приправа с романтикой и пари с остринкой
   Спустя две недели слухи и сплетни покинули мою персону и переключились на новые будоражащие события из жизни Хардонской академии магии.
   Блондин исчез из поля зрения, изредка появляясь на ужине в столовой со своим ледяным другом, но не подающий вида, что мы вообще когда-либо пересекались в этой жизни.Такое поведение немного сбавило обороты и напор со стороны Кобеана, который в одно мгновение сделал меня своей девушкой. Я ничего не имела против, ведь теперь пусть и редко, но наслаждалась его компанией вечерами, хоть и в присутствии его не очень приятных друзей.
   Спустя пару дней после нашего первого поцелуя, Кобеан сдержал обещание и принес мне несколько листов какого-то отчета об Астарии и ее мятеже. Информации было явно больше, чем в газете, и она должна была успокоить мои волнения для лживой истории, но для погашения настоящего интереса этого не хватало.
   С Райаном наше состязание в гонке за правдой друг о друге не прекратилось, но он пообещал, что больше не будет меня подставлять и даже признался, что семью Кениар среди счастливых живых я не найду. Я приняла эту информацию как извинения, и уже давая себе обещание, что эта тайна будет обязательно узнана, чего бы мне это не стоило.
   Энрих убедил меня, что в очередной раз, дорвавшись до Тиретиса уверился, тот не держит зла ни на меня, ни на Райана. Просто убедительно попросил, что если нам будет что-то от него нужно, то чтобы свои просьбы прямо озвучивали через Энриха. Но желание сближаться с высшими Нестаргона у меня было отбито напрочь. На вопрос: почему принц так добр к бородатому? Энрих счастливо улыбнулся и кратко поведал, что он сын отличного мастера артефактника и широко известен по всей стране. Так что принц мало того, что был наслышан о семье Цеви, так еще и нашел общую тему с Энрихом ¬— артефакты. Так постепенно Энрих все меньше проводил времени с нами и все больше с наследником Нестаргона.
   Я научилась контролировать поток силы через искру, что делало обращение к магии проще. Легкий, мягкий снег уже лежал в парках академии, но нам с Кобеаном не помешала такая погода. Обследовав глухой заросший парк, мы обнаружили добротную беседку, свободную от мокрого снега и скрытую от посторонних глаз, где принц и в самом деле помогал мне в послеобеденное время.
   Если на занятиях мы учились воспроизводить доступные для всех заклинания, то принц учил меня ощущать свою стихию и внедрять ее в эти самые общие для всех плетения. Таким образом, сила последних была увеличена, и они выстраивались гораздо быстрее. Но и у такого вида плетения была ограниченность. Все такие заклинания превращались в разряд поддерживаемых, что говорило о постоянной подпитке их стихией. Это сильно изматывало и истощало организм, зато развивало искру.
   — Если от силы искры не зависит резерв и размер потока пропускающей через нас магию, то за что она отвечает? — спросила я у Кобеана, который привычно стоял у меня за спиной, аккуратно придерживая за талию и ожидая, когда я начну плетение.
   — Вы будете изучать этот вопрос подробно на «Основах магии» в конце второго полугодия, если конечно это в программе не поменяли, — ответил принц, зарывшись в мои волосы носом.
   — Но это интересно мне сейчас, Кобеан.
   Горячий принц тяжело вздохнул, обдав теплом от своего дыхания, но все же неспешно озвучил:
   — Чем сильнее твоя искра, тем лучше ты чувствуешь ее и тем проще ее контролировать, ну или в твоем случае, проще договориться с ней о пропускаемом потоке.
   — Это касается только стихийников? Я слышала, что у темных и кровавых все иначе.
   — А этому обучают только на четвертом курсе. Там будет предмет «Система искры и ее специализация», где вам раскроют тайны каждого из магов.
   — Для чего? — уже ощущая легкое покалывание на кончиках пальцев, полюбопытствовала я.
   — Не всегда у магов на службе враг только нечисть или хищник. Бывают и маги, с которыми приходиться вступать в бой, поэтому нам нужно знать о потенциальных противниках все. По этой же причине есть и занятия, которые освещают запретную магию и ее продукты.
   — Четвертый курс, — неспешно проговорила я, выстраивая мерцающее мелким песком плетение, — а ты только на втором. Или ты изучал это все во дворце?
   Принц снова тяжело вздохнул, сдаваясь под моим напором и начал полноценное пояснение, не переставая следить за правильностью моих действий.
   — У кровавых магов такая же кровь, как и у обычных людей. Необычной ее делает их искра. Представь, как было бы опасно им жить, если бы любой мог сцедить их и потом использовать кровь в своих целях. Поэтому при колдовстве, они призывают искру, которая уже содержит в себе сформированный источник, и он насыщает их кровь магией. Чем сильнее развита искра, тем сильнее будет эффект от драгоценной жидкости, — еле ощутимый поцелуй в скулу приятно согрел меня.
   — А темные, они тоже со сформированным источником в искре? — вспоминая Лиру, задала более интересующий меня вопрос.
   — Нет, — с неприкрытым недовольством отозвался принц, — Эти больше схожи с остальными магами. Они пропускают магию темного источника через свою искру, как и мы. Просто их энергия опасна для них. Особенно для боевых, — закончил Кобеан.
   — Расскажи подробнее, а то так ничего не понятно, — оборвала я плетение защитного заклинания.
   — Почему тебе это так интересно, Ориса? — награждаюсь хмурым и обеспокоенным взглядом принца, — Тебе понравился Риас?
   На секунду я задумалась, проводя параллель, поэтому выпалила правду, несмотря на то, что никогда не собиралась перед кем-то открываться.
   — Нет! Просто Лира она темная и…, — испуганно отвожу взгляд, соображая, что только что сделала и к чему оговорка может привести.
   — Лира. Это твоя подруга из Астарии? Не переживай. Ты же сказала, что ей ничего не грозит, когда ознакомилась с отчетом, — по-своему трактовал мой испуг Кобеан, а сам облегчено вздохнул, становясь более щедрым, — Она зачаровательница или боевик?
   — Не знаю.
   — Ты знаешь, какие заклинания она использовала? — задавал уточняющие вопросы Кобеан, подводя меня к беседке.
   — Мы не переписывались об этом много, поэтому я не знаю.
   — Хорошо, тогда я расскажу тебе про два направления, — принял решение принц, усаживая меня за узкий столик и снимая свои перчатки, чтобы согреть своим огнем мои руки.
   Его ладони нежно касаются моих и слегка сдавливают. Огненное мерцание и искорки, начинают плясать возле наших рук, но совсем не обжигают мою кожу. Синие глаза смотрят прямо на меня, и милые ямочки рождаются на румяном лице.
   — Давай начнем с менее неприятных. Темные зачарователи — маги, которые накладывают очень сильные проклятия. Они не способны зачаровать для укрепления или усиления, только могут плести болезни, смертельную порчу и еще множество подобного.
   — Зачем же их обучают? — тихо спрашивала, моментально признавая в описании Лиру.
   — На войне все средства хороши, — грустно ответил принц, — Темным зачарователям очень сложно действовать открыто в боях, как и остальным магам этого направления. Поэтому их часто делают шпионами на службе, которые в любой момент могут по приказу устранить врага.
   — Ты сказал, что им легче чем боевым. Почему?
   — Они черпают темную силу с мертвого мира тонким потоком, в обход демонов и призраков, которыми кишит это пространство. А вот боевым ради жизни с магией приходиться рисковать.
   Кобеан нахмурился, поджал губы и устремил взгляд вдаль, а потом выдохнул облачко пара и заговорил.
   — Этот Риас всегда раздражал меня. Вообще темных боевых магов очень мало. Не многие из них остаются магами или выживают.
   — То есть? — уже нахмурилась я, заинтересованная услышанным.
   — Когда у молодого мага искра выбирает источник, ее характер магии сразу определяют, — услышала я, вспоминая, что так было и с Кастом, и с Лирой. Им сразу вызывали служебного мага в день, когда искра выбрала источник, — Если маг темный, то дополнительное направление выявляется сразу еще в зародыше, сколько бы сил на это не ушло.Это мера предосторожности для жизни темного и его окружающих.
   — Я все равно не понимаю, но звучит пугающе.
   — Что ты знаешь о демонах, Ори? — ласково задал вопрос Кобеан, вынуждая нервно передернуть плечами.
   — В детстве меня запугивали, что если я не буду слушать, то в ночной тьме страшный демон затащит меня под кровать. Это такое чувство, когда тебе надо задуть все свечи в комнате и потушить фонари, а потом быстро добежать до кровати. Жутко, даже сейчас.
   Принц засмеялся, выпуская мои ладони и откидываясь на перила беседки за спиной, а я решила продолжить:
   — Демоны существуют, но бояться их не стоит. Их ведь даже насильно сюда призвать не получиться. Слишком разные наши миры.
   — Ты права, но не в случае темных боевиков, — произнес Кобеан, заставляя меня сильнее нахмуриться и затаить дыхание, — Если обнаружилось, что у темного именно боевое направление, то его сразу берут под контроль лучшие маги в отдельные закрытые школы.
   — Это поэтому Риас такой ненормальный? — вырвался у меня вопрос, вызывая на лице принца довольную улыбку.
   — Нет. Этому повезло. Его оставили при дворце, просто приставили к нему лучших магов. Он же с детства крепко дружит с Тиретисом, там какая-то история с отцом Риаса, но я никогда особо этим не интересовался, — отвлекся от основного разговора принц, — Темных боевиков насильно заставляют развивать дополнительное направление. Уже тогда, когда их искра еще толком не окрепла в темном источнике и не способна пропускать потоки больших размеров. Боевики ищут себе демонов, Ориса.
   — Они дружат с демонами? — удивилась, не сдерживаясь и раскрывая широко глаза.
   — Не совсем. Те, кто справился, налаживают контакт с этими бездушными жадными тварями, остальные не справляются и лишаются жизни или чаще невезучих лишают искры, уничтожая ее. В основном методика следующая: демону позволяют ненадолго занять тело мага, дать ощутить жизнь нашего мира, а потом экзорцисты изгоняют зло. Демоны падки на все вкусное, поэтому попробовав однажды, они возвращаются снова и снова, пытаясь пробить защиту экзорцистов, и тем самым ослабевая. Когда демон становится совсем слабым, то мага оставляют наедине с ним. Как маг подчиняет демона, я не знаю, не спрашивай. Но в счастливых исходах между демоном и магом возникает очень крепкая связь, при которой демон получает возможность ощущать нашу жизнь и является проводником силы для искры, — закончил делиться знаниями Кобеан.
   — И на этом все? Они так и живут совместно? — не могла унять свой интерес.
   Это же получается, что Риас психопат, который делит тело еще с кем-то. Кажется, подобное заболевание у нас неизлечимо и с ним закрывают в необходимых лечебницах.
   — Нет, конечно, — с улыбкой разбил уже выстроенные мною мысли принц, — Демон восстанавливает свои силы, но чем больше эта сила, тем крепче связь и тем могущественней искра мага. Это словно капкан для демона и, если он захлопнулся, то срабатывает механизм ловушки. Чем больше демон находится в нашем мире, через одержимость темного мага, тем быстрее он будет поглощен человеческой душой. Так темные боевые маги получают открытый доступ к своему источнику. Их искра застывает и не развивается, как у других. Какой силой обладал поглощенный демон, такой силой и будет искра. Но как дополнительный бонус для переживших одержимость, магам еще дарятся какие-то уникальные способности, которыми обладал демон. Ты знаешь сколько у нас на втором курсе учатся темных с боевым направлением?
   Лишившись от таких сведений голоса, я лишь отрицательно покачала головой.
   — Всего один ¬— Риас. На всю академию на данный момент восемь темных с боевым направлением.
   — Так мало.
   — Зато среди темных хватает зачарователей. Они тоже ненормальные и зачастую с жутким характером, — завершил принц и посмотрел на свои часы.
   — Тебе куда-то нужно? — заметила я его расстроенный взгляд.
   — Не очень надолго. Мне жаль, Ори, но это не займет много времени и если можешь, то дождись меня тут и, когда я вернусь, мы продолжим тренировать твою искру, — попросил Кобеан, потом тяжело вздохнул и признался, — Должны привезти важное письмо от родителей.
   — Все хорошо. Думаю, что быстрым шагом ты справишься за полчаса. Я даже замерзнуть не успею, — с улыбкой успокоила принца.
   — Лучше замерзни, чтобы у меня был повод согреть тебя, — отшутился принц, уже поднимаясь.
   Когда Кобеан одарил меня жарким поцелуем и ушел, я решила не тратить ценное время. Надо было продвинуться в вопросе с Райаном, а для этого нужно вспомнить все, что он мне сообщал, о чем оговорился и составить что-то вроде схемы. Я вытащила блокнот и карандаш, решив записать самые главные заметки, если такие будут. Просто само наличие письменных принадлежностей меня всегда настраивали на рабочий лад.
   И так, что я имею? Герцог Райан Фертиш рассказал мне часть с родителями из своего прошлого, а с помощью любопытной Линди, я узнала причину их разногласий с Эланией.
   На чистом листе блокнота я аккуратным почерком вывела имя и фамилию «Райан Фертиш».
   Но что мне дает эта информация для знаний о семье Кениар? Почему он так трясется над этой тайной? В рассказе о смерти семьи он упоминает о графской дочке, с которой унего был роман. Какая вероятность, что ее фамилия Кениар?
   Ниже я дописала «Кениар», но задумавшись, все же вывела перед фамилией «Ориса».
   Значит нужно узнать или о графской семье, которая жила недалеко от поместья Фертиш, с подходящими по возрасту дочерями, или отдельно о семье Кениар. Райан говорил отом, что я напоминаю ему девушку из Кениар и, что это и есть та причина, почему он хочет со мной общения. Но это не просто общение. Герцог защищает меня. Может это былаего любовь? Или она его дальняя сестра ¬— двоюродная, троюродная. Но они, должно быть, были очень близки.
   На листке добавляется новая надпись: «Близкие отношения».
   Пока я размышляла, в какой из ситуации тогда могли завязаться эти отношения, учитывая появление в жизни герцога Элании, решила построить плетение. Я отошла от беседки, оставив вещи на столе, расстегнула теплое пальто, чтобы холод не дал сильно утомиться и отрезвлял сквозь тонкую ткань гольфа. После осторожно призвала к магии.
   Если он любил эту девушку, значит, это было до Элании. Иначе он не реагировал бы так резко на принцессу. Элания познакомилась с герцогом, когда им было по восемнадцать лет. А в шестнадцать Райан лишился родителей. Не просто лишился: их жестоко убили, подросток сам обнаружил трупы, он говорил, что шел по крови своих сестер, и главное его не было рядом с семьей в ту ночь. Человеку нужно много времени, чтобы перестать винить себя после такого и вернуться к обычной жизни. Сомневаюсь, что с Кениар его отношения завязались во дворце. А если даже так, то Райан не из тех, кто быстро, всего за неделю знакомства, переключился бы на Эланию. Вероятность, что Кениар и есть та самая девушка, к которой сбегал герцог ночами еще до переезда во дворец, очень высока. Тогда почему их нет среди живых? Что произошло? Очередные жертвы мятежа?
   Или я слишком накручиваю и все гораздо проще: девушка из некой семьи Кениар погибла от рук Райана? Первое убийство. Случайное или нет? Но убийство, о котором он жалеет. Но тогда я была бы ему неприятным напоминаем. Может она жертва, которую он не смог уберечь и спасти?
   Как же мало информации! И я, черт возьми, не знаю, где в Нестаргоне можно добыть сведения о семьях Вертании.
   Тяжело вздыхаю, обрывая уже более красивое плетение. С каждым разом получается лучше и легче. Кисти рук неприятно покалывают, и я закрываю глаза, начиная медленно вдыхать и выдыхать, чтобы попробовать немного расслабиться и унять дрожь от усталости. Слышу аккуратную поступь за спиной. Кобеан привычно подходит сзади и кладет руки на талию, зарываясь в мои волосы. Он жадно вдыхает мой аромат и на удивление не останавливает руки. Принц приятно массирует мою ладонь, стараясь прогнать неприятные ощущения, а второй рукой ласкает мой живот, заставляя тело реагировать совсем неподходящим образом для окружающей обстановки. Я ловлю себя на мысли, что еще немного и потребую от принца перехода наших отношений в более интимный характер прямо сегодня, что было бы не плохо. Когда Кобеан проводит дорожку языком по моей шее и нежно кусает ушко, я не выдерживаю. Мы никогда не заходили так далеко.
   — Кобеан, остановись, — еле слышно, сдерживая стон, прошу принца.
   Он судорожно вздыхает и порывисто обнимает меня, будто боится потерять и это так приятно, что я не хочу открывать глаза, наслаждаясь этой нежностью. Но внимательное к окружению тело начинает подавать ощущения непривычки объятий и выдергивает меня из сладкой истомы, но уже после того, как я слышу негромкое:
   — Келриас, Риас, Ри, да хоть Солвер! Только прошу, никогда не путай меня, с кем бы то ни было, Ори.
   Он не стал удерживать меня насильно, когда я, как ошпаренная, отскочила, только на лице читалось недовольство и обида. Это кто еще тут должен быть недоволен и обижен?!
   — Я принес то, что ты хотела, — тем временем, как ни в чем не бывало, продолжил блондин, снимая с себя сумку.
   — Ты! Ты нормальный вообще? — возмутилась, но тот, игнорируя, направляется к беседке, вынуждая идти следом.
   Он кидает сумку на стол, бегло окидывает мои вещи заинтересованным взглядом, задерживает взгляд на блокноте и разворачивает его к себе, зачитывая вслух:
   — «Райан Фертиш», «Ориса Кениар», «Близкие отношения». Ори, — укоризненное обращение и хмурое выражение глаз, направленных на меня, — Я не понимаю. Мне тебя у твоего беглого герцога отбивать или у благородного принца?
   — Ты! Зачем я тебе вообще нужна? Что тебе от меня нужно? — была еще куча вопросов в голове, обвинений, претензий, но их было столько, что я просто не сумела выбрать важнейшие.
   — В общем, заканчивай с этим безобразием и определяйся. А вообще я принес копию весьма тайных документов о мятеже Астарии. Точнее о семьях, что там были замешаны, — он вытащил из сумки увесистую папку и разум мой уже направлен в другое русло.
   — Если они тайные, то, как тебе удалось? — не поверила я этому типу.
   — Я же лучший друг Тиретиса и терплю его занудство с пеленок. Должны же быть у меня привилегии, — высказал так, будто за такое действительно могут выдать королевские тайны, — Должен тебя предупредить. Не все так просто.
   — А?
   — На копиях зачарование, — серьезным тоном пояснял Риас, укладывая папку на стол, — Пока только я и зачарователь их трогали. Как только ты прикоснешься, побежит время. Часы у тебя есть?
   Ошеломленная такими новостями, я пытаюсь вытащить цепочку с часами, но дрожащие руки уже от волнения не могут выполнить столь простое действие, и я вытаскиваю часывместе с кулоном Бриджа.
   — Что это? — не успеваю среагировать, а парень уже крутит кулон в руках, разглядывая его.
   — Не трогай! — грубо отвечаю и, наконец, справляюсь с дрожью и выдергиваю кулон из шустрых рук, — Это память о важном для меня человеке, — поясняю, таким образом извиняясь за грубость. Но секундой позже с досадой осознаю, что как бы ни хотел мне помочь этот ненормальный, он заслуживает даже большей грубости.
   — У тебя есть полчаса, чтобы найти в этой папке нужную фамилию и ознакомиться с информацией. Если нужной семьи тут не обнаружишь, то поздравляю! Твоя подруга даже не была под подозрением и невредима. По истечению получаса все бумаги и даже папка самоуничтожатся. Советую в этот момент уже отложить от себя все бумаги подальше, —добавляет он и уже подходит совсем близко ко мне, игнорируя мой нетерпеливый взгляд на папку, — Я не хочу, чтобы твои нежные пальчики пострадали, Ори.
   С этими словами моя нетерпеливость отошла на задний план, и я отскочила от парня в очередной раз, ожидая, когда тот оставит меня одну и в покое.
   — Ори, признайся, тебе же понравилось, — не просит, а констатирует Риас.
   — Только потому, что я перепутала тебя с Кобеаном!
   — Но это был не Кобеан. И поверь, я гораздо лучше, — уверенно заявляет блондин.
   — Это только твое безгранично завышенное самомнение, Риас.
   Парень довольно улыбнулся, опять пряча руки в карманы, но уже не в брюки, а в короткую светлую куртку. Он резко сделал несколько шагов вперед, но остановился на безопасном расстоянии, нависая надо мной. Хотя я и не поняла, откуда это ощущение, если он был не настолько прям и выше меня.
   — Повтори. Мне понравилось.
   — Тебе нравится слушать о своем самомнении от окружающих? — удивилась я.
   — Нет же, глупая. Мне понравилось слышать от тебя свое имя. Это же в первый раз, когда ты обратилась ко мне по имени, — пояснил Риас.
   А я с этого момента решила, что из вредности никогда больше не повторю его имя.
   — Оставь меня в покое! — потребовала от парня.
   — Зачем? — вводит тот меня в очередной ступор вопросом, — Ори, ты будешь моей. Просто вопрос времени, пойми.
   — Нет!
   — Да. И давай ты меня сейчас выслушаешь, — опередил очередное мое возмущение Риас, — Все эти ваши отношения с Кобеаном мне не нравятся, но я потерплю и даже попробую сделать из этого простецкого вашего романа что-нибудь интересное! Ты, конечно, как воспитанная в лучших традициях Запада немного будешь противиться, а Дарголийский, может даже, как грозился мне «морду набьет». Думаешь, меня это остановит? — искренне поинтересовался тот, давая понять, что его ничего не остановит.
   — Ты себя слышишь? Ты вообще в своем уме?
   — Да и нет. Да, я тебя слышу, и нет, я не в своем уме. Я же с ума сошел, как тебя увидел! — восторженно пояснил мне парень, окончательно убивая надежду, что он когда-нибудь отстанет.
   — Что мне сделать, чтобы ты оставил меня в покое? — страшась ответа, все же задала вопрос.
   Риас не сводя с меня взгляда, призадумался, при этом его подвижная мимика сменялась на лице так, что я была не способна угадать, что прячется внутри этого парня. Вот он прикусил губу, несколько секунд и он уже ее облизал, еще несколько секунд — прикусил щеку, склонил голову на бок, вернул все в спокойное состояние и все бесконечно. Только немигающий взгляд оставался неподвижным.
   — Заключим пари, — предложил мне выход блондин.
   — И какие условия? — задала главный вопрос.
   — Ты примешь от меня подарок, Ори, — проговорил он с предвкушением в голосе.
   — А ты понимаешь, что если все будет честно, то сразу обрекаешь себя на проигрыш? — нахмурилась, пытаясь разгадать ход его мыслей.
   — Ты даже не представляешь, как я люблю сложные ситуации. Но, я уверен, что справлюсь, — заверил уже успокоившуюся меня парень.
   — Я не буду опоена, зачарована и вынуждена, — перечислила, загибая пальчики.
   — Я не буду применять магию вообще, Ори. Все будет честно. Ты добровольно примешь от меня подарок. Нет. Даже не так. Ты будешь счастлива его принять и признаешь это! Договорились? — будто уже заглянул в будущее, выставил условия Риас.
   — И, если спор выиграю я, то ты отстанешь от меня? — на всякий случай уточнила.
   На секунду мне показалось, что он усомнился в своем решении, но вот легкий прищур голубых глаз и он смело кивнул.
   — Да. А если проиграешь, то ты сама поцелуешь меня. И запомни. Целомудренных и скоротечных поцелуев я не принимаю.
   — Хорошо, — беззаботно согласилась, предвкушая легкую победу.
   — Отлично, с тебя десять секунд безудержного поцелуя! — сверкнул улыбкой блондин, — За бумаги можешь не благодарить, но ты обязана знать. Чтобы достать их мне пришлось очень потрудиться.
   С этими словами Риас удалился не в меру веселый, и довольно бодрой походкой. Вспомнив про документы, я решила обо всем остальном подумать потом. Времени меньше, чем полчаса, ведь скоро придет мой принц и мне не очень хочется объяснять ему, чем занята.
   Я на секунду ощутила благодарность к Риасу, когда обнаружила, что все дела разложены в алфавитном порядке. Но только на секунду. Большего он не заслужил! Быстро нашла скрепленные вместе бумаги с приклеенной картонкой, на которой красовалась надпись: «Дезант». И не замечая ничего вокруг, провалилась в изучение. Много ничего нестоящей информации я пропускала бегло, останавливаясь только, когда взгляд цеплялся за новое, незнакомое или необходимое.
   «Все подозрения в причастности семьи Дезант к измене перед короной сняты.»
   «Ориса Дезант. Приемная дочь…
   …скончалась от пыток при допросе. Допрос проводили королевские маги по причине — подозрение в измене. Причастность к мятежу доказана не была. Графа и графиню Дезант о смерти уведомили.»
   Глава 13. Обычные будни обычных детей
   Сведения, полученные от Риаса в тот день, потрясли и ввели в тупик. Я долго пыталась продумать варианты, как же такое могло произойти.
   Может король Астарии обнаружил в моих наработках нестыковки, в которых нужно было разобраться. А возможно причина числилась в одной из указанных в моем списке фамилий. Может я указала на семью, которой король Фредриг доверял. Ответы я могла найти только в Астарии, а так было множество предположений на вопрос: «Почему?». Но как ни крути, сводилось все к благоприятному для меня исходу. Для семьи Дезант я уже давно мертва. Меня пытали до смерти, но даже перед лицом недоброй подруги я не утратила верность падчерицы до последнего. Возможно, теперь Висана довольна мной.
   Я ощутила, как груз упал с плеч, когда бумаги воспламенились, и искры от них разбросало в стороны. В тот день я была счастлива.
   В тот день, но не сегодня.
   — А ну марш, черти! Чего расселись, бездари?! — ругался Хасир, заставляя бежать круги по стадиону даже в мороз и скрипучий снег.
   Нерасчищенная дорожка осложняла забег. Мы с ребятами стихийниками уже давно пытались строить планы мести для преподавателя физических нагрузок.
   — Изверг! — спотыкаясь, сыпала оскорблениями Элания.
   — Предлагаю устроить ему темную, — в очередной раз послышался самый длинный и готовый план от рыжего Тима.
   — Одной мало, — расценила я.
   — Все, я больше так не могу, — уже падая, жаловалась миниатюрная Виания.
   — Немощи! — обгоняя нас, кинул оскорблением стремительный Кеми.
   — Вот же черт! — не сдержалась от такого я, прибавляя темп. Не привыкла так просто сдавать позиции и уступать первенство.
   — Ори! Я не могу так быстро! — донеслось вслед от Элании.
   — О! Я все равно приду первым, — заметил меня Кеми.
   Но я уже не отвечаю, стараясь не допустить обещанного им. Мы бежали, как ошалелые, не замечая неудобство в виде снега и стараясь не повалиться. В боку колит, грудь сдавило, а в глазах уже начало рябить и темнеть.
   — Ори и Кеми, как всегда первые! Но это не значит, что хорошо! Плохо! Плохо и слабо! А остальные лентяи! Почему так медленно?! Чтоб вас собака покусала! — привычно зверствовал в магический рупор Хасир.
   Не замечая под собой холодного покрывала, разваливаюсь на ровной плоскости и раскидываю руки. Закрываю глаза и пытаюсь отдышаться. Хорошо…
   — Ори, ты так заболеешь, — с заботой озвучивает мне голос Кобеана, и я раскрываю глаза.
   Огненный принц склонился надо мной. Он внимательно всматривался в мои глаза, пытаясь обнаружить хоть какой-то отклик сознания у своей девушки. Протянул мне руку, помогая подняться.
   — У вас тут занятие? — поинтересовалась, все еще не отдышавшись.
   — Да. Практика с Октавием, — ответил Кобеан, заботливо отряхивая меня от снега.
   У меня нервно дернулась щека. Услышав о нашем кураторе, я закатила глаза и застонала. Кобеан нахмурился, наблюдая за мной.
   — Эй, Кеми, — обращалась к сокурснику, уже всматриваясь в толпу приближающихся и пытаясь найти там Октавия, но народу слишком много.
   — Оставь меня, зануда, — простонал огневик.
   — Зануда? Это нормально? Ориса, я могу поговорить с твоим… — начал озвучивать предложение осадить Кеми принц, прекращая выбирать крупные снежинки из моих волос.
   — Нет, Кобеан, все нормально. Честно. Это наши прекрасные взаимоотношения с ребятами в коллективе, — успокаивала своего защитника, который уже сузил свои обычно добрые глаза, — Кеми! — рявкнула я, оборачиваясь и убеждаясь, что очередной светловолосый вредина в моей жизни приоткрыл хотя бы один глаз, — Скоро тут будет Октавий!
   — Уууу…
   Октавий Велак оказался с характером рогатого, вредного животного. Октавий оказался козлом! И если Хасир зверствовал и забрасывал нас оскорблениями на своих занятиях, то Октавий издевался с тонкой изюминкой профессионала. И на все у него была одна отговорка: «Как ваш куратор, я обеспокоен, что вы не способны…».
   — Почему учеников так много? — поинтересовалась я у принца, все еще высматривая Октавия.
   — Тут весь второй курс, — не очень обрадовал меня Кобеан, накидывая на меня свое пальто, — Занятие совмещенное.
   — Не стоит, спасибо, — отказалась от его пальто, аккуратно отстраняя, — После забега у Хасира еще долго будет жарко.
   — Ты себя не бережешь, — притянул меня к себе принц, нежно обнимая и выпуская магию огня, чтобы все равно меня согреть.
   Но мои мысли были далеки от романтики. Сейчас, если не хотим встречаться с Октавием, нужно получить нагоняй от Хасира. Изверг разозлится и отправит нас бежать еще круги или придумает нам, куда спустить нашу энергию, спасая при этом от куратора. Этот простой, но хитрый ход в свое время придумала Элания, как староста, которая в первую очередь пеклась все равно только о себе. Но план сработал на всю нашу группу стихийников и теперь использовался при необходимости.
   — Смотри, зануда, да он прям светится, излучая счастье и предвкушение, — съежился и устрашился видом куратора Кеми.
   — Скорее всего наше расписание увидел, — выстроила я предположение, утыкаясь в грудь принца и его вдыхая аромат.
   — Ориса, что происходит? — все же не сдержался и обеспокоено полюбопытствовал принц.
   — Куратор наше зло. Как вообще можно с таким характером жить? — пояснил и сразу задался новым вопросом Кеми, уже стоявший рядом с нами и в раздумьях почесывая голову, — Ждем Эланию?
   — Может, сами попробуем? — решила я, убеждаясь, что Элании еще бежать и бежать.
   — Тогда Хасир только нас двоих загрузит и не сильно. А вот Элания бесит его, как и многих, всего лишь одним своим видом, — рассуждал Кеми о принцессе, как о стратегически важном орудии, — Она успеет, — уверенно добавил, поглядывая в ее сторону.
   А я, тем временем, увидела неразлучную парочку. Выглядела она со стороны донельзя забавно. Риас что-то усердно рассказывал холодному принцу, жестикулировал, то и дело обгонял Тиретиса и часто менял место расположение вокруг него. А вот Тиретис меня удивил. Он всегда был неподвижен, словно вылеплен из гипса и только походка говорила, что это живой человек. Но сегодня наследник Нестаргона улыбался и даже смеялся. Кобеан проследил за моим взглядом, нахмурился, сжал челюсти, и я поспешила его заверить, что совсем не блондин привлек мое внимание.
   — Тиретис умеет смеяться?
   — Наверное только в компании своего друга, — ответил Кобеан, немного расслабляясь.
   — Элания, быстрее! — нетерпеливо крикнул рядом Кеми.
   — Элания, какого черта ты плетешься как старуха?! — моментально подхватил Хасир, услышав ее имя, и уже только от этого придя в ярость — Если придешь последняя, я вас всех на дорожку с препятствиями отправлю! Обратно выползать будете!
   — Ого. Сработало! — восхитился Кеми, а принц хмыкнул.
   Но угроза Хасира в этот раз подействовала в обратной мотивации. Ребята, которые тоже узрели Октавия, прибавили скорости, а Элания неестественно споткнулась и упала, давая фору бегунам, потом девушка поднялась и побежала, как ничего и не было. Но Хасир не заметил обмана и продолжил сыпать проклятиями и обещаниями осложнить в три раза препятствия. В этот момент моего принца утащил один из друзей с каким-то нетерпящим вопросом.
   Я уже смотрела, как приближается Октавий с последними второкурсниками, но победно улыбалась, осознавая, что придумать он уже ничего не успеет. Хасир требовал проследовать к дорожке. Оставалось только дождаться Кобеана. Не хотелось уходить без предупреждения или не сказав хотя бы пару приятных слов. Мой принц бросал на меня взгляды, что-то нетерпеливо говорил другу, но тот словно назло задерживал его. Я тяжело вздохнула и решила, что принц не обидится и все поймет. Все же у нас занятие, да и Октавий уже близко. Повернулась, чтобы уткнуться носом в Риаса.
   — Привет, Ори. Меня ждала? — склонил голову набок и, как обычно, руки в карманах.
   Ничего ему не говорю и пытаюсь обойти, но парень не дает возможности пройти, преграждая путь.
   — Просто скажи мне «привет», — негромко просит Риас.
   — Не хочу, — грубо отказываюсь общаться.
   — «Не хочу» — это не «привет», но я не обижен. Мне просто хотелось снова услышать твой голос, — объясняется блондин, смущая меня моей грубостью.
   Неужели я ему и в самом деле так понравилась?
   — Если ты услышал, что хотел, то может, дашь мне пройти? — уже спокойно задаю вопрос.
   — Риас, мы с тобой уже говорили на тему того, чтобы ты не приближался к Орисе, — наконец, смог подойти Кобеан. Он явно был недоволен, но взглянув на меня, улыбнулся инежно приобнял, — Все еще откажешься от пальто? Не замерзла?
   — Кобеан, ты и в правду считаешь, что она твоя девушка? — задал странный вопрос Риас.
   — Ри, не затевай на пустом месте, — вмешался подошедший Тиретис.
   — Почему нет, Тир? Он так уверен, что Ори всецело его. Так уверен, что у него все под контролем, — и с такой насмешкой было это сказано, что мне стало не по себе.
   Что он может рассказать Кобеану? О том случае в парке я молчала, но не думаю, что принц будет злиться на меня, узнав об инциденте.
   — Ты обидишь, прежде всего, Орису, — проговорил холодный принц, кладя руку на плечо друга.
   Риас громко выдохнул, перевел взгляд с меня на Кобеана, а потом снова на меня, кажется, уже сделав окончательный выбор.
   — Прости меня, — обратился ко мне Риас, и я напряглась, — Тебя ведь зовут не Ориса? Ты Энджи Кениар? Или все же Ориса? Но тогда какая у тебя фамилия, Ори?
   — О чем ты говоришь? — услышала я низкое рычание Кобеана, терпение которого лопнуло.
   Ответить никто ничего не успел.
   — Ориса Кениар, как хорошо, что ты задержалась! — воспевал довольный Октавий, но внутри меня все дрожало уже по другим причинам, — Пошли. Договоримся с Хасиром, и будешь у меня сегодня жертвой всего на два часа. Но ты не переживай! Дополнительное время на такой чудесной погоде закалит тебя перед практикой. А ты ведь постараешься на нее попасть? Я как твой куратор в первую очередь забочусь о тебе.
   Пока моя группа осиливала дорожку с препятствиями, я смотрела на преобразившийся полигон. Октавий же оглядывал огромную кучу народа, выстроенную в два ряда. Расправленные плечи, вздернутый подбородок, счастливая улыбка и взгляд… С таким умилением на будущих жертв смотрят только маньяки.
   — И так! По вашим прошлогодним баллам, среди вас есть претенденты на практику уже этим летом, — обращался к второкурсникам мой куратор, — На этом занятии меня интересуют именно они. Поэтому три шага вперед, уважаемые!
   От общей массы отделилось не так уж и много людей. Кобеан оказался в числе будущих практикантов, как и парочка. Но если Риас в данный момент был непривычно задумчив и отстранен, напоминая светлую копию своего друга, то Кобеан не отводил от меня напряженного взгляда.
   Октавий прошелся, убедился, что все честно, пересчитал вышедших и продолжил:
   — Двадцать два человека. Все вы знаете, что для прохождения практики нужен состав из пяти. Сейчас я дам вам свободу в выборе себе капитанов и команды. Распределитесь и готовьтесь к сражению!
   — Октавий, — обратилась я к куратору, когда поняла, что мне холодно — Простите, я думала, что буду бегать по стадиону, и уже замерзла стоять.
   — Октавий, мое пальто осталось на турниках, — моментально среагировал мой принц.
   — Кобеан, ты как всегда сама воспитанность! Сходи и не дай девушке замерзнуть. Не надо Риас снимать с себя куртку! У тебя по крови магия огня не течет, заболеешь! — остановил заботу Риаса, который смотрел на меня каким-то растерянным взглядом, — И так что мы видим? У нас есть четыре команды по пять человек и двое, которых никто не поддержал, — укоризненно сообщил Октавий, но от парочки не получил должной реакции.
   — Одевай, Ориса. Я же предлагал пальто сразу. Если заболеешь, то я не буду тебя навещать, — подошел ко мне Кобеан и заботливо накинул теплую одежду.
   — Прости, Кобеан, — начала я, даже не зная, как оправдываться.
   — Ори, — перебил меня он, — Я помню о твоих секретах. И я же позволил тебе их хранить, — успокоил с улыбкой меня принц.
   — Но ты злился на меня, — заметила я.
   — Не на тебя. Извини меня, Ориса. Я ревнивый человек и разозлился, что Риас так усердно к тебе подбирается, — получила неожиданное признание.
   — Хватит разводить романтику там, где место сражениям! — послышалось к нам обращение Октавия, — Становись в свою команду Кобеан.
   В команде огненного принца состояли два его неизменных друга: Лидан, как и принц стихийник с огнем, и Марк — защитник. Оба парня являлись боевиками. А вот короткостриженую высокую девушку и щуплого, казалось моложе меня, парня, я не знала. Рассмотреть остальные команды я не успела. Октавий подошел ко мне и приобнял за плечи.
   — Тиретис, — обратился к принцу Октавий, — Объясни мне, почему к тебе никто не присоединился? Ты же будущий правитель Нестаргона! И должен ведь мотивировать людей идти за тобой.
   Все взоры разом обратились к принцу, в них читалось требование разъяснить и оправдаться. Наследник устало осмотрел всех вокруг и равнодушно пожал плечами.
   — Большая часть из присутствующих даже не подданные Нестаргона, — резонно заметил Нестаргонский, но это его не оправдывало, — К тому же только одна команда имеет хоть какие-то шансы устоять против меня и Ри, — а вот это заявление меня уже удивило. От завышенного самомнения страдает не только Риас, но и его дружок.
   — Всегда нравился твой настрой, Тир. Насколько помню, никому из присутствующих еще не удавалось увидеть в работе вашу сплоченную команду, — высказывал Октавий, совсем не удивленный такой самоуверенностью холодного принца.
   — Хотите сказать, что они вдвоём стоят больше, чем пятеро? Тир же всего лишь артефактник, пусть и стихийник, — высказал общее сомнение Лидан.
   — Вот это, Лидан, вам и требуется проверить! А чтобы было интересно, — злорадный смешок куратора вынудил меня напрячься, — Команда победителя выберет одного человека из состава для получения приза — свидание с очаровательной Орисой! Весь день. И я даже подпишу за вас отгулы для выхода в город, чтобы свидание было более желанным.
   И мне совсем не показалось, что Октавий переводил насмешливый взгляд только с парочки на Кобеана. Вот же козел!
   — А ты, Кениар, — словно прочел мои мысли, обратился ко мне, — Постарайся не пострадать. Тут будет много опасной магии, а я не позволю сдвинуться тебе с этого самого места.
   — Вы оставите ее без защиты? — голос Кобеана приобрел угрожающие нотки.
   — Как ее куратор, я уверен, что она сама способна справиться с защитой. Тем более, насколько мне известно, она уже способна вплетать свою стихию в заклинание. Кениар, если не пострадаешь, то я буду щедрым на баллы, — сказал так, будто это могло меня успокоить, — Начнем со слабейших команд. Без обид, но я знаю потенциал и возможности каждого из вас.
   Пока две команды с незнакомыми мне учащимися выстраивались, а зрители расходились, занимая удобное и безопасное расположение, я прошла по небольшому периметру. Октавий оставил мне площадку, чтобы ничего не помешало мне увернуться, когда уже буду не способна колдовать. Небольшой прямоугольник очерчивала еле заметная линия, и когда я пыталась пройти через нее, то воздух отбрасывал меня внутрь.
   В момент старта я была уже готова. Благодаря частым тренировкам с Кобеаном мне удастся выстроить хорошую защиту из песка почти моментально, поэтому решила не разбрасываться силой и по возможности просто уклоняться.
   Воздух буквально затрещал от тех заклинаний, которыми бросались десять человек. Бой был бы зрелищным, если бы команды действовали сообща. А так я только успевала следить, как начинают новое и новое заклятие боевики и от кого летит очередной артефакт, запрятанный в многочисленных карманах артефактников. Одной команде повезло с защитником, который только и успевал накидывать свои необычайно крепкие щиты на союзников. Другой команде достался стихийник-целитель с основным набором воздуха, поэтому его ребята держались стойко, постоянно получая эффект обезболивания и легкости ощущений.
   В какой-то момент, один из стихийников спрятался за своего защитника и начал плести неизвестное мне заклинание. Земля задрожала, начала изворачиваться, и я поняла из-за кого полигон вечно в колдобинах. Трещины поползли от мага, и волна земляных колов пробиваясь в радиусе, стала набирать скорость. Защитник с победной улыбкой начал накидывать на союзников поддерживаемые щиты.
   — Ори, защиту! — крикнул мне Кобеан, но я уже сама сообразила, что от такого смертные не уклоняются.
   Один из ребят в другой команде тоже заканчивал доплетать странное заклинание, которое стало видно только сейчас, и я поняла, как выглядит маг крови в бою. Парень успел порезать ладонь, освобождая ценную кровь, и заклинание обрушилось на площадь с его противниками, накладывая безмолвие и обрывая все произносимые заклинания, сметая и щиты тоже. Секундой позже земляные колы захлестнули всех, кроме стихийника, который их сотворил. Парень вглядывался в лица девятерых страдающих человек с удивлением и непониманием. А я мысленно благодарила Кобеана, что моя защита, хоть и лопнула, но справилась с задачей.
   — Вот это я понимаю хаос и страдания! — вступил со своими речами Октавий, — Поздравляю Вилли, ты только что победил всех! Даже своих союзников. Какая небывалая хитрость, — издевательским тоном восхищался куратор, — Этот бой был показателем того, что сделает вас слабыми: разобщенность, неорганизованность, полное отсутствиекоммуникаций! Чтобы до практики, все знали друг друга! Вы должны понимать требование соратника по одному лишь взгляду! Следующие!
   Следующими вышла команда Кобеана против полноценной команды, которая должна была сразиться с прошлыми победителями. Но Октавий даже не засчитал ребятам ничью, объявив обеих проигравшими. Сладкую парочку куратор решил оставить на закуску, давая ей фору не устать, посчитав, что так будет справедливо. Их же всего двое.
   Высокая девушка в команде Кобеана оказалась заклинательницей существ с боевым направлением, а тощий паренек целитель-водник, что считалось лучшей для целителя комбинацией. Мое удивление вызвала девушка, когда после ее громкого свиста в небе раздался крик. К заклинательнице летел громадный орел, он немного покружил над хозяйкой прежде, чем хлопая крыльями уселся на ее крепкую руку, обтянутую жесткой кожаной материей. Птица нахохлилась, пару раз издала крик, привлекая к себе внимание и замолчала только тогда, когда девушка взъерошила перышки на шее у своего питомца.
   Бой в этот раз выдался менее хаотичным, более сдержанным и быстро закончился. Лидан стремительно закидывал огненными шарами целителя и защитника противников поочередно, не давая тем помочь союзникам, вынуждая их всю силу тратить на собственную защиту и исцеление. Девушка удивила меня повторно. Она со своим питомцем действовали как одно целое, но при этом заклинательница не использовала больше заклинаний. В ее арсенале была кистень. Кожаная веревка в конце оснащалась булавой с маленькими шипами. Воительница двигалась гибко и уверено, но ее атаки не достигали цели, а только запугивали и отвлекали, как и нападки от птицы. Защитник Марк и щуплый целитель расположились далеко позади команды, находясь в безопасности и хорошо обозревая площадку, постоянно готовые помочь и поддержать.
   Мой принц под крепкой защитой Марка стоял в центре и сосредоточился на очень красивом заклинании, которое при активации направилось к противникам. Воительница отступила, Лидан больше не выбрасывал огонь, а противники пытались вздохнуть, но не могли, пока не упали на колени.
   — Прекрасно и изыскано! Тактика достойная его Высочества, — хвалил довольный Октавий, — Приятно смотреть на команду, хотя вы же все почти даже не знакомы с магией друг друга, — уже адресовалось всему второму курсу, — Кобеан за прекрасное плетение «Огненного истощения» получаешь от меня пять баллов это дополнительно к тем,что причислю еще вашей команде. А мог бы получить двенадцать! Я-то знаю, что ты способен на большее.
   Октавий прошелся по влажному от растаявшего снега полигону, а потом удивленно посмотрел на меня, будто только что заметил.
   — Твоя благородность Кобеан не перестает меня восхищать. Кениар да они же тебя берегли! Ты же даже не устала. Но это поправимо.
   С этими словами я словила обеспокоен взгляд Кобеана и успела заметить, что у Риаса появился новый враг в лице моего куратора.
   — Как вам известно, я прекрасно владею воздухом! — похвастался собой Октавий, — Поэтому давайте осложним ситуацию. Кобеан и Тиретис, вашим командам не просто надо победить друг друга. Вы будете спасать Кениар, которой я еще вначале занятия пообещал роль жертвы.
   Пока Октавий подходил к моей клетке, я уже успела представить множество способов убийства этого мужчины. От фантазий, что могло придумать это воплощение ужаса, в жилах стыла кровь.
   — С каждой секундой в тюрьме у Кениар будет исчезать воздух, — оглушил меня такой информацией заботливый куратор, — Не бойтесь, убивать или сильно калечить свою любимую ученицу я не планирую. Но, Кениар, готовься к неприятным и болезненным ощущениям, — с улыбкой смотря на команды, заявлял садист, — Сломайте мою тюрьму и не заставляйте долго страдать невинную девушку. Тот, кто сломает, тот и победитель! Вперед, — завершал Октавий, жестом указывая на мою тюрьму.
   Пока команда Кобеана занимала прошлую позицию, а Риас и Тир просто встали рядом друг с другом, я попыталась выстроить защиту, надеясь, что воздух, оставшийся под моим собственным куполом, не будет исчезать. Так я, конечно, измотаю себя, но хотя бы не буду испытывать страдания удушенного. Призывая к самой сложной для меня стихии, к огню, я сплавила песок, создавая себе очень тонкий стеклянный купол, на который хватило моей силы. Октавий определенно порадовался моим успехам в изучении магии и одобрительно кивнул мне. Злобная зараза!
   На поле стояли в предвкушении победы довольная команда Кобеана, но лишь до того момента, пока им искренне и с достоинством будущего победителя не улыбнулся Тиретис. Насмешливо глядя на противников, Нестаргонский пожимал плечами, разом сметая всю наброшенную на себя холодную маску и предаваясь только ему одному известному удовольствию. Он вытащил из небольшой сумки, которую не снял даже в бою, маленький предмет, издали похожий на монету или круглую пластинку, быстро передал ее Риасу. Онив дружеском жесте ударились кулаками, и внимание на себя переключил Риас.
   На мгновение, прикрыв свои голубые глаза он распахнул их уже желтыми. Принял хищную позу, склонившись над землей, разведя руки, и стал пятиться назад. С каждым шагомот него все больше и больше расползался черный туман, который плотным облаком поднимался выше, скрывая мага. Последнее, что увидели все наблюдатели происходящего, эта надоевшая уже всем ухмылка. Облако беззвучно взорвалось, захлопнулось и исчезло вместе с Риасом.
   Тиретис в одиночестве, неспешно копался в сумке в поисках еще своих эффектных наработок. Или это было не действие артефакта, а темная магия?
   Кобеан хмурился, его команда озиралась по сторонам, силясь понять, что за представление устроила парочка. Я тоже пыталась высмотреть блондина даже в толпе зрителей, к которым уже присоединилась и моя измотанная группа.
   — Эван! Марк! — первый догадался о чем-то мой принц, — Лидан, на их защиту быстро!
   Но было поздно. Отдаленные от всех защитник и целитель не успели среагировать. Темное облако быстро раскрылось за их спинами и в центр между ними на землю, эффектноперекручиваясь в воздухе, упала монетка. Лидан подбежал к ценным в бою магам и не успел выйти из радиуса действия артефакта. Тюрьма подобная моей возникла мгновенным куполом, стены ее были тонкими, почти прозрачными, но из воды, подпитываемой магией артефакта.
   Блондин склонился в игривом поклоне перед заключенными, но быстро распрямился и еле успел отскочить, уклоняясь от огня Кобеана. Шар врезался в защитный барьер полигона, с шипением взорвался, рассыпая большое количество искр. За что Кобеан получил от блондина взгляд полный восхищения, но это только взбесило принца.
   — Зара, не стой на месте! Займись принцем! — дал указание единственной оставшейся из команды на свободе девушке.
   А Тиретис времени зря не терял. Пока все были отвлечены на кривляние его друга, тот спокойно дошел до моей тюрьмы и, усердно шевеля извилинами, исследовал ее стены. Не могу сказать, что была рада молчаливому, вдохновленному спасителю, ведь если он победит, то отдаст право на свидание Риасу. Паника накрыла волной, обрывая мое дыхание.
   — Кобеан, быстрее! — отчаянно привлекла я внимание своего принца.
   — Какого черта, Ори?! — услышала в ответ обиженное от блондина, который не ожидал, что жертва решит выбрать себе спасителя.
   Он даже прервал плетение своего заклинания, но сделал это неправильно, отчего сам пострадал от своей же силы. Его отбросило волной под удивленным взором Кобеана. Мой принц лишь покачал головой, изумляясь такому неудачнику, и обернулся на мой призыв. Обернулся в тот момент, когда Зара опять уткнулась в невидимую стену очередного артефакта, который как я успела заметить, был неглубоко зарыт неподалеку. Риас опять исчез из видимости, призывая Кобеана к осторожности. А я ужаснулась, наблюдая, как Нестаргонский уверено выстраивает какую-то схему из множества артефактов и камней. Если не поспешить, то этот гений-артефактник спасет меня! От этой мысли стало совсем нехорошо.
   — Зара, артефакт в земле справа от тебя! В шагах десяти! — взмолилась я, чуть не прыгая и решив, что пусть лучше Октавий негодует от моих подсказок, чем я пойду на свидание с сумасшедшим.
   Девушка, уже не удивленная моей выходкой, быстро нашла вещицу, извлекла ее и разломала тяжелым каблуком. Невидимая стена исчезла, вынуждая Тиретиса отвлечься и предпринять действия.
   — Боги, это же совсем не честно, — бормотал, кажется раздраженный моей выходкой больше не холодный принц, снимая с себя сумку и куртку, — И что он нашел в этой девчонке? — продолжал негодование Нестаргонский, уже проверяя надежность ленты на волосах и наличие отобранных артефактов.
   В этот момент, объявившийся опять из ни откуда Риас напал на Кобеана, и я переключила свое внимание. Огненная защита не позволила пострадать спине от темного сгустка. Моментально ответив огненным шаром, мой принц вынудил Риаса прервать плетение следующего заклинания. Он попытался повторить свой трюк с исчезновением снова, новидимо Кобеан уже разгадал секрет Риаса. Он спешно сплел очередной узор, который как, оказалось, был материальным, так как смелся под напором руки. Кулак, в который было захвачено плетение, стал огненным и был направлен ударом в землю. Волна огня прошла от центра, поднимая низкий столб оранжевого света и моментально затухая.
   Секундой позже по толпе промчались восхищенные шепотки. А еще позже нам открылась картина: искры облепили силуэт невидимого Риаса и превратились в танец, пока тот силился их отряхнуть. Когда он понял, что те не обжигают, а только показывают его место расположения, то снова призвал к своему облаку, становясь видимым, и кинул осуждающий взгляд на Кобеана.
   — Ри, в схему «Анфи» вставь тридцать четвертый артефакт и стена упадет, — донесся голос Нестаргонского.
   Тиретис тем временем уже умудрился поместить орла в очередную ловушку и воззвал к воде, сражаясь с Зарой как слабый боевик, но уравнивая силу артефактами.
   Я уже давно ощущала дрожь в теле и ломоту костей от использования защитного заклинания, завидуя холодному принцу. Мне пока неизвестно, как создают даже простейшие артефакты.
   Кобеан и Риас прекратили бой. Кобеан стал выплетать очередное сложное заклинание, оставленный в полной свободе и одиночестве. А Риас тем временем быстро прибежал к кинутой другом сумке, на ходу падая перед ней на колени и вытряхивая ее содержимое.
   — Тридцать четвертый, тридцать четвертый, — бормотал он, суматошно откидывая не признанные тридцать четвертым артефакты.
   Кобеан закрыл глаза, силуэт его стал ярко пылать, пока он сплетал новое заклинание огненного щита, но еще придерживая предыдущее.
   — Нашел! — услышала я радостное от Риаса, который уже докладывал к выложенным в рисунок артефактам старинный ключик.
   Испугаться не успела. Схема засветилась, Риас поспешно отбежал, Зара прекратила бой, признавая поражение, а мой щит рассыпался из-за моей усталости. Но воздуха мне точно хватит. Сейчас стена упадет и победу причислят ненормальному, даря меня ему в рабство на целый день. Всегда мечтала.
   — Закрой глаза, Ориса! — услышала, будто рев раненного зверя, голос Кобеана и перевела взгляд на него.
   Огненная волна с нарастающим гулом неслась в сторону моей тюрьмы, и я поспешно закрыла глаза и прикрылась руками, испугавшись, что тут никакие щиты не спасут. Гул затих, осталось только редкое потрескивание, которое уже тоже затихало. Послышались аплодисменты в звенящей тишине, наверняка от Октавия, и я приоткрыла один глаз. Огненный щит, который спас меня от сожжения уже почти истаял. В небольшом радиусе вокруг меня, там, где не было защиты, от земли исходил пар.
   — Кобеан, а ты ничего так, — присвистнув, заявил блондин.
   — Это было зрелищно! — начал куратор, подходя к своей тюрьме, — Я такие бои даже на ежегодных играх не всегда наблюдаю, — довольно зацокал языком Октавий, разглядывая оплавленные артефакты возле бывшей стены.
   Кобеан осунувшийся и уставший плелся ко мне, а дойдя, обнял, стараясь не повиснуть мертвым грузом.
   — Прости, — шепнул мне на ухо мой принц.
   — За что? — также тихо поинтересовалась у него.
   — Я рисковал тобой, — сжимая в объятиях, признался Кобеан.
   — Рано ты ее так обнимаешь, — раздался насмешливый голос Октавия, — У вас же победа на двоих! Вот это романтика, вот это страсть!
   — Что это значит? — в голосе Риаса слышалась неприкрытая радость.
   — Моя тюрьма выдержала бы весь этот напор по одному и не сломилась. А так выходит, что ваши артефакты и сила Кобеана совместно ее разрушили, — пояснил Октавий.
   — Значит я могу рассчитывать на то, что вы заставите Ори идти со мной на свидание? — кажется, что блондина интересовал только этот вопрос.
   — Ну, конечно же, да! Я всегда держу свое слово, — заявил Октавий, всем видом показывая, как возмущен тем, что кто-то усомнился в его честности.
   Кобеан застонал от услышанного, а Риас ловя мой гневный взгляд широко мне улыбнулся и подмигнул.
   Дальше Октавий рассказывал об ошибках, упущенных возможностях и редких положительных моментах, происходящих сегодня на полигоне, подводя все к морали. Эту мораль кратко можно было изложить так: уже на первом курсе мы должны присматриваться к окружающим, на втором изучить их способности и определиться с командой, чтобы на практику шли организованным сплоченным составом.
   Пока он все это рассказывал, мы с Кобеаном уставшие тихо покидали стадион, каждый в своих мыслях. Но я была уверена, что наши мысли сходятся к одному: меня ожидает самый непредсказуемый день в моей жизни.
   Глава 14. Прошлое всегда следует по пятам
   — Вообще мы познакомились еще в день его поступления, — рассказывала Линди, — Но это длинная и неинтересная история.
   Соседка заварила нам чай и поставила горячие кружки на стол, присаживаясь и разглаживая на себе светлое платье.
   — Он хороший парень, — заверила меня, но увидев мое неприкрытое сомнение, пояснила, — Он помог мне, Ори.
   — Элания тоже помогает, если ее очень настоятельно попросить. Несколько раз. Но разве ты считаешь ее хорошей?
   — Риас не такой, как Элания! Он мягкий и сердечный парень, — удивилась моему сравнению с принцессой соседка.
   — Ты его явно с кем-то путаешь.
   — Он просто влюбился в тебя, — в очередной раз завела надоевшую песню Линди, — Ты согласна, что он, красив?
   — Да, но Кобеан красивее, — признала правоту и тяжело вздохнула.
   — В прошлом году к Риасу клеилось столько девушек! И он их всех отшил, — приводила доводы в его пользу Линди.
   — Как и Кобеан, — не хотелось ей уступать.
   Получила задумчивый взгляд от подруги, напряглась проанализировав его и не позволила Линди уйти от ответа.
   — О чем ты хочешь умолчать, Линди?
   — Да нет. Ни о чем.
   — Линди, я вижу тебя насквозь! — прошипела девушке, вцепившись в кружку.
   — Ори, успокойся. В такие моменты ты очень напоминаешь нашу принцессу, — попыталась осадить меня соседка, но поняла, что бесполезно, — Слушай. В том году к Кобеанутоже подходило много девушек. Но не считаешь странным, что к Риасу мы все остыли, а за Кобеаном толпы ходят все еще?
   — Почему это должно быть странным? Риас же ненормальный! Удивительно, что всем девушкам понадобился целый год, чтобы это понять.
   — Ты к нему несправедлива. Причина не в этом, — отмахнулась и улыбнулась Линди, — И странно ведет он себя только с того инцидента, что произошел в столовой между принцами. Слушай, — мечтательно отдалилась она в воспоминания, — Риас. Этот мальчик долго приманивал любопытные взгляды, особенно рядом с Тиретисом. На фоне принца он выглядит таким живым и милым. Но сколько к нему не пытались найти подход, он всегда отказывал. Тут даже слухи ходили, что он не той ориентации.
   — Было бы хорошо, если бы это было правдой, — еле слышно пробормотала себе под нос, собираясь сделать глоток обжигающего чая.
   — А вот Кобеан не так уж и неприступен, — заявила Линди, а я поперхнулась и закашляла, — Ори, аккуратнее! Чай же еще горячий! — соседка спохватилась, вскочила, чтобы подать мне салфетки, обеспокоенно глядя на меня.
   — Все в порядке, — сипло заверила ее, откашлявшись и стерев выступившие слезы.
   Посмотрела на чай и решительно отодвинула кружку. На время этого разговора, лучше предостеречь себя.
   — Слушай дальше, — снова опустилась на стул подруга, но уже не смотрела в стену, а на меня. Она склонилась над столом, собираясь делиться чем-то интересным, чем-то, что озвучивают полушепотом, — У Кобеана было два романа в том году. Тот, который был в начале года, долго не прожил. Они с Феаной не пробыли и месяца вместе. Она всегда такая энергичная и сильно ускоряла отношения, а как выяснилось Кобеан любитель томительности и терпеливости, — девушка сделала глоток чая и потянулась за конфетой.
   — А второй, — нетерпеливо подтолкнула ее к продолжению рассказа.
   — А второй… Асель живет в одной комнате с Киви. Возможно, ты даже видела ее, — все же отложила конфетку Линди и внимательно глянула на меня, — Я не хочу тебя обижать Ори, но боюсь даже мы с тобой вдвоем не составим ей одной конкуренцию.
   — Это такая красивая девушка, с раскосыми глазами и очень длинными русыми волосами? — спросила почти осипшим голосом, — А еще у нее поведение Элании, — добила саму себя, совсем не сомневаясь, что речь идет об этой особе.
   — Да. Это точное описание, — согласилась Линди, выбивая воздух из моих легких и вызывая ревность, — Ну и чего ты бледнеешь? Там такой скандал был, что переживать не о чем!
   — Что за скандал?
   — Они встречались с Кобеаном несколько месяцев. Красивые ухаживания, дорогие подарки, свидания. Прям зависть брала! Но потом пошли слухи, что Асель изменяет ему. И ты не поверишь с кем!
   — Линди, да не тяни ты! — лопнуло мое терпение.
   — Хорошо, хорошо. Она изменяла Кобеану с Тиретисом!
   — С ледяным принцем? — вырвалось изумление у меня.
   — Ну, не такой уж он ледяной, но что-то есть. Когда Кобеан устроил разборки Тиретису, тот даже не стал отрицать. Он так спокойно сообщил, что если красивая девушка сама прокрадывается к нему в комнату и даже умело выставляет Риаса из комнаты, то он не видит смысла отказываться от такого горячего напора. Тем более, что свадьба у него назначена только после окончания его обучения.
   — Так это было один раз или несколько? — любопытствовала я, не сумев сдержать любви к сплетням, тем более, когда речь о бывшей пассии моего парня.
   — Нет, Ори, — с таинственной улыбкой на лице создала интригу Линди, — Это было каждую ночь на протяжении месяца.
   — Ничего себе! — почти шепотом произнесла. Такого я представить точно не могла.
   — Да, — опять потянулась к конфетке Линди, переходя на более спокойный тон, — Поэтому выставленный Риас приходил каждую ночь ко мне. Но не для того, что ты подумала! — осеклась она, увидев мою реакцию, — Просто у нас все равно с моей талантливой соседкой ночи проходили беспокойно. Поэтому парень, спящий в нашем кресле, нам не мешал. А порой даже разбавлял досуг весельем.
   — Как же Кобеан пережил предательство?
   Опять придвинула себе кружку, но пить не спешила, ожидая ответа соседки.
   — Ох, это длинная история. Кобеан ранимый парень, Ори. Он даже простил Асель, но потом она снова попыталась просунуться к Тиретису. Правда, после разговора между принцами, Тиретис выставил ее, объяснив, что дал Кобеану обещание, к его девушкам больше не приближаться. А об ее очередном визите, он сообщил твоему принцу. После этого Кобеан обходит Асель стороной и всячески ее игнорирует, — завершила рассказ Линди инаконец положила в рот конфетку.
   — Ты только что сказала, что он ее игнорирует, — проговорила я, сжимая кружку, но спешно отдернула руки, боясь, что она лопнет.
   — Ну да, — кратко согласилась с моим высказыванием соседка, прожевывая сладость.
   — Линди, это действие настоящего времени! Она что, все еще добивается его? — округлила глаза от такой догадки и сжала кулаки.
   — Ну да, — как ни в чем не бывало, сообщила мне соседка открытие.
   — Почему я этого не замечаю? — дрогнул мой голос от такой обиды на саму себя.
   — А это все потому, что у вас с Райаном свой мирок на двоих! — спешно запив и проглотив конфету, обвинила меня подруга, — Мы уже с Киви, Мони и даже с Эланией название хотим ему придумать! Может уже пора рассказать, что между вами? — обиженно возмутилась несправедливости Линди.
   — Ничего между нами нет!
   — А тайны?
   — Линди… — начала я на ходу выдумывать, как выкрутиться, но лишь тяжело вздохнула. А вот у герцога сразу нашлась бы отмазка.
   — Да мы уже не в обиде и привыкли, — не совсем честно призналась Линди, скорее с желанием меня не расстраивать, — Асель не бойся. Кобеан даже не смотрит в ее сторону. К тому же наша сострадательная Киви давно ведет войну с соседкой. Она сразу нам все доложит, — восхитила меня девушка развитой и налаженной системой.
   Стук в дверь прервал наш разговор. Линди перевела взгляд на часы, обиженно насупилась и вздохнула, уже зная, что в такое позднее время к нам может заявиться только тот, с кем у меня один мирок на двоих.
   — Здравствуй, Линди, — поприветствовал Райан, — Ори, — кивок приветствия мне, — Прогуляемся?
   — Вот! О чем я и говорила, — обвинительно обратилась ко мне Линди.
   — Одевайся теплее, на улице очень холодно, — одной фразой дал понять мне Райан, что разговор будет очень непростым, долгим и исключающим даже случайного слушателя.
   Прежде чем я успела покинуть комнату, ко мне еще раз обратилась разобиженная соседка.
   — Ори, у моей сокурсницы свидание, и она твоей комплекции. Можно выбрать для нее что-то из твоего гардероба? Она хорошая и ответственная девушка.
   Обычно я не любила, когда к моим вещам даже просто прикасались, но обижать Линди еще больше не хотелось.
   — Хорошо, бери.
   — И туфли тоже можно? Чтобы комплект подходил! — спохватилась уже счастливая Линди.
   — Да, можно, — с улыбкой разрешила, но быстро вспомнила, — Линди, в шкафу черная сумка с множеством мелких карманов. В ней ты ничего красивого не найдешь! — сказала, но потом испугавшись, что любопытная Линди все же сунет нос и найдет одежду, оставшуюся с последнего задания Орисы Дезант, добавила, — Если ты прикоснешься к сумке, Линди, я от тебя съеду!
   — Да не буду я трогать твою сумку! Больно нужно, — уже направляясь к шкафу, убеждала меня соседка.
   На улице и впрямь пробирал холодом сильный мороз. Я укуталась в пальто сильнее и порадовалась, что Кобеан недавно подарил мне настолько теплые шарф и шапку. Дорожка была покрыта тонким слоем льда, поэтому я схватилась за предложенный Райаном локоть, и мы медленно пошли мотать круги по пустому парку.
   — Это последние морозные дни, Ори, — замечает ровным голосом герцог, — Скоро уже весна.
   — Что у тебя ко мне, Райан? Ты же не о погоде вытянул меня поговорить.
   — Ты со своим принцем совсем расслабилась, — сделал мне замечание Фертиш, — Со стороны даже и не скажешь, что тебя воспитывали, как будущую убийцу.
   — Мог бы и порадоваться, — обижено отозвалась на такую критику.
   — Мог бы, но не буду. Какие-то мысли есть на мой счет?
   — Хочешь узнать, что мне стало известно о тебе? Зачем?
   — А ты давно не заглядываешь в газеты, — верно подметил Райан, — Кобеан или этот наглый друг Нестаргонского добыл для тебя известия, которые тебя успокоили?
   — Ты ведь знаешь, что я не отвечу.
   — Я расширил список с фамилиями остальных ваших семей. Через Энриха добыл у Нестаргонского список семей Вертании и Астарии, которые хотя бы раз были под подозрением в мятеже, — вызвал мое восхищение таким отчетом о проделанной работе герцог, — Был удивлен узнать, что подобную, но урезанную информацию готовит для тебя его друг.
   — Урезанную? — кольнуло меня такое пренебрежение ко мне от блондина.
   — Только о семьях Астарии, — улыбнулся довольный моей реакцией Райан, — Я же просил информацию о двух странах.
   — И тебе вот так легко ее предоставили? — спросила, чувствуя, как зависть наполняет сердце обидой, — И наверняка больше, чем на полчаса, — добавила с досадой.
   — Какие полчаса? Нет. Если тебе интересно как это было и почему, то… Хм, я расскажу тебе об этом просто так.
   — С чего вдруг такая щедрость? — не поверила, что все так просто.
   — Мне так нравится, когда ты завидуешь и злишься, что сама не дошла до такого, — с улыбкой заявил герцог, раздражая меня.
   — Я пришел тогда к Энриху и высказал свою просьбу. А когда о ней узнал Тиретис, то пригласил меня к себе.
   — Стой, — перебиваю герцога, — Тогда?
   — Как только Тиретис нам передал наставления и рекомендации, как попросить у него о просьбе, — пожал плечами парень.
   — Райан, — прорычала я, — Ты что, затеял ту заваруху со слухами, ради того, чтобы самому приблизиться к принцу?
   — Вообще-то в планах было другое, — своеобразно ответил на мой вопрос согласием герцог, — Я надеялся, что ты проявишь свои таланты, которым тебя должны были обучать и околдуешь принца собой. А вместо этого ты пошла тем же путем, которым мог пойти любой из нас.
   — Не правда! Прежде чем выйти на кого-то нужно собрать информацию, — оправдала я свои действия, но Фертиш только отмахнулся.
   — Появилась возможность засветиться, и я попробовал.
   — Ты хотя бы знаешь, что Кобеан уже пережил одно предательство с принцем Тиретисом в ролях?
   — Узнал, но уже позже. Так тебе интересно слушать дальше о бумагах и моей встрече с принцем?
   — Да, продолжай, — согласилась, стараясь успокоить свой гнев.
   — В тот вечер Тиретис находился в комнате со своим дружком. Последний как раз перебирал бумаги и артефактом снимал копии, поэтому мне удалось почитать оригиналы. И меня даже угостили восхитительным бренди, — похвастался Райан и вновь остался довольным моей реакцией.
   — Они же должны были задавать вопросы, — недовольным тоном подметила, стараясь отгонять мысли о несправедливости.
   Его, значит, бренди угощают и радушно встречают, а меня лапают и облизывают! Но воспоминания о руках, который дарили те ласки в парке, смели гнев. Я уже потянулась к шее, вспоминая большее и ощущая жар в теле. Но руку удержала и быстро перевела взгляд на Райана, стараясь слушать его и не думать о наглом блондине.
   — Само собой, — ответил герцог, присмотрелся ко мне внимательней, но не сумев понять моих мыслей продолжил, — Я рассказал им тоже, что известно и тебе. Они уверились, что я планирую присягнуть на верность Нестаргона. А потом я воспользовался слабостью блондина, — сделал паузу Райан, внимательно следя за мной, — Я рассказал ему кое-что о тебе, Ори. Он остался довольным и выдал мне все бумаги на изучение, правда с условием не покидать комнату. Он даже разрешил делать заметки, но только с личной потом проверкой моих записей. Но меня ничего не интересовало кроме фамилий Астарии, с разрешением на опекунство, в которых присутствовала буква «А» и где было три ребенка. И того пять фамилий.
   Райан ошеломил меня и даже не тем, что уже знает, к какой семье из пяти я принадлежу. Сомневаюсь, что имя «Ориса» настолько распространенное, что присутствовало еще в остальных семьях. Меня интересовал другой вопрос.
   — Что ты ему рассказал, Райан?
   — О том, какая ты на самом деле страстная, Ори — склонился к моему уху и с издевательством прошептал герцог, — Рассказал, как ты целуешься в очень пьяном состояниии предположил, что в трезвом это должно быть лучше.
   — Райан, — зарычала я, — Ты же обещал меня больше не подставлять!
   — Ну, какая же это подстава? — неподдельно изумился и отстранился Фертиш, — Я же ничего не выдумывал, а просто рассказал ему правду. Это была обычная сделка.
   — Да вы с Эланией стоите друг друга! — вырвалось у меня, а Райан остановил меня за руку, становясь, напротив.
   — Она рассказала тебе все? — уверенно киваю, — Значит, ты уже догадалась, кто такая Кениар?
   — У меня есть наработки, — уже неуверенно начала я.
   — Ориса Дезант, Ориса Кениар, — протянул он, — Ты так ничего обо мне и не узнала? Хочешь, огорчу? Ты ничего и не узнаешь, пока я не расскажу, — выдохнул мне в лицо Райан.
   — Энджи Кениар, — высказала то имя, которым назвал меня Риас.
   Герцог одернулся от меня, как от прокаженной, мотнул головой, будто сбрасывая неприятные образы, бледнея точно от испуга.
   — Райан, если тебе интересно, то я знаю только имя, — решила успокоить друга.
   Парень растирает лицо ладонями и отворачивается, глядя в другую от меня сторону.
   — Ты все равно ничего не узнаешь, пока я не расскажу, — повторил Райан, — Но мне будет забавно послушать и посмотреть, что ты сможешь раздобыть. Так что не останавливайся, Ори.
   — Хорошо, — согласилась, но уже не была уверена, что хочу знать эту историю.
   — Вообще я ведь пришел еще и по другим причинам, — возвращая привычный невозмутимый вид, озвучил герцог, — Читай газеты, Ориса Дезант. Арнольд умер, труп моего двоюродного братца нашли зарытым возле дворцовых стоков, вся королевская семья убита.
   — Уже известно, кто претендует на трон? — нахмурилась, пытаясь сообразить, почему прошлое должно меня интересовать. Я же уже мертва и мне ничего не грозит.
   — Артуа Феруа, — произнес Райан, следя за моей реакции.
   — Имя такое знакомое, но я не могу вспомнить.
   — Все потому что вы зовете его Черным Пауком, — с улыбкой произнес Райан.
   — Королевский маг-палач, который был на службе Астарии? — удивилась я, силясь понять, как он может претендовать на трон Вертании.
   — А Черный Паук времени зря не терял, правда? Как думаешь, когда вести о том, что он претендует на трон еще и Астарии, дойдут до Нестаргона? — спокойно поинтересовался Райан.
   — Считаешь, что будет объединение стран?
   — Думаю, что за этим переворотом стоит нечто более таинственное, чем наши скучные прошлые жизни.
   — Маг применил заклинание «Коадль», — тихо проговорила, вспоминая часть из послания Бриджа такое важное для Астарии.
   — «Коадль»? Смешное название, но я о таком не слышал. Ты что-то цитируешь, Ори?
   — Думаю, Райан, нам с тобой пора поселиться в библиотеке и найти название, о котором ты не слышал. Но пока я не прочту, что это за заклинание такое, я тебе больше ничего не сообщу, — уверенно заявила герцогу.
   Обратно до моего корпуса мы шли еще медленней, чем, когда прогуливались. Каждый находился далеко в своих мыслях, страхах и заботах. Я совсем провалилась в размышления и воспоминания, стараясь припомнить все, что говорил мне славный Бридж. Поэтому, когда Райан задал вопрос, то я не сразу его услышала.
   — Ори, — еще раз тихо позвал меня Райан, — Ты меня слышишь?
   — Прости, — повела я плечами, возвращаясь из мыслей, — Ты совсем загрузил меня новостями.
   — Расскажи мне об Элании, — негромко попросил Райан, и я не посмела ему отказать.
   Я рассказала о том, что она делала в Астарии и как оказалась на одном с нами корабле. О тех мечтах, которыми девушка с нами делилась редкими совместными вечерами. О том, что Элания помнит о знакомстве с Райаном и все еще винит себя. Я говорила о ней все, что знала. Когда рассказывала о ее сложных взаимоотношениях с Хасиром, Райан заливал пустой парк своим звонким, заразительным смехом. Этот Райан был редким гостем в нашей жизни, и я радовалась, что могла наблюдать за ним.
   — Ты ведь догадалась, что я все еще люблю ее?
   — Да. Но совсем не понимаю за что.
   — Она тогда представилась Эликой. Невероятная девушка, которая мало чем отличалась от Элании характером. Ты сказала, Элания считает, что мои обиды из-за лжи?
   — Да, — согласилась в очередной раз, стараясь не издавать даже лишних звуков каблуками.
   — Это не так, Ори. Она тогда принесла глоток свежего воздуха в тот дворец, и мне было все равно, кто она и как ее зовут. Лгала она или нет. Мне просто хотелось слышать ее беззаботный звонкий смех и проводить эти бессмысленные пустые вечера в ее компании. Но когда выяснилось кто она, то Элания посчитала, будто я могу обидеться на такую глупость, — с мягкой улыбкой рассказал герцог.
   — Если честно, то я тебя не понимаю, Райан.
   — Это все, потому что сама еще не любила.
   Я не стала оспаривать и доказывать, что люблю Кобеана, только чтобы не портить такой красивый откровенный момент.
   — Я полюбил ее и мне было все равно на ее ложь. Я обиделся, потому что она не поверила в мои чувства. Потому что лишила меня тогда своего смеха. Если бы она услышала мои признания, осознала их и приняла, то поняла тогда, что одного тихого «прости» было бы достаточно. А в итоге я получил Эланию, которая перестала смеяться и только и могла, что просить прощение, тем самым раздражая меня.
   — Почему ты сейчас не признаешься ей снова?
   — Я уже даже не герцог, Ори, — с досадой высказал Райан, — А она наследница крупнейшего государства в мире. Как думаешь, между выгодой для страны и парнем, которого она даже не любит, кого она выберет?
   Ответ я не озвучивала, прекрасно понимая, что Элания слишком меркантильна для красивых чувств.
   — Ори, а я думал, что это шутка о твоих «близких отношениях» с Райаном, — раздалось над ухом, вырывая меня из спокойствия и вызывая страх.
   — Боишься такой серьезной конкуренции? — не растерялся и задал вопрос Риасу герцог.
   Блондин явно спешил, и дорога, по которой мы шли, вела только к моему корпусу. Что ему там понадобилось в такое время?
   — Боюсь? Брось, Райан. Ты, конечно, противник серьезнее Дарголийского, но не настолько, чтобы меня бросало в дрожь, — с улыбкой заявил блондин, приуменьшая достоинства Кобеана, — Но мне все равно не нравится, что вы ходите под ручку.
   — Дорожка скользкая, Ориса на каблуках. Ты же не хочешь, чтобы она упала?
   — Райан, почему ты оправдываешься перед ним? — возмутилась я.
   — Ну, наконец, заговорила! А ты еще вреднее, чем я думал, Ори, — оценил меня по-новому Риас, тем самым наталкивая меня на идею.
   — Когда Райан рассказывал тебе, о том, какие страстные мои поцелуи, он говорил, откуда это знает? — постаралась в вопрос вложить больше язвительности.
   Герцог понятливо хмыкнул, уже раскусив мой план. Показалось, что Риас сбился с шага, он наклонил голову, заглядывая в мое лицо.
   — Нет, Ори, но я способен догадаться, — с достоинством и выдержкой ответил блондин.
   — Хочешь, я дополню эту историю кое-какими пикантными подробностями? О них не известно даже Райану.
   — Если честно, то не особо, — ответил парень не очень довольный таким разговором.
   — А я все же расскажу, — настояла, чем вызвала у него продолжительный громкий стон. Он запрокинул голову назад, вглядываясь в звездное небо и выпуская вверх облачко пара, — В тот вечер Райан уснул, — кратко заключила, ожидая продолжение от Риаса, и оно было незамедлительным.
   — И это все? — удивился он, снова глядя на меня.
   — Нет, — добившись его внимания и нужного эффекта, когда парень по идее внутренне вздохнул спокойно, я решила его добить, — Когда Райан уснул, я готова была рыдать от горя, — снизила интонацию с улыбкой на лице, увидела, как нахмурился Риас, — Я так его хотела Риас. Также сильно и страстно, как и минутами раньше целовала. И, пожалуй, мне нужно повторить этот опыт с Кобеаном, но уже довести все до конца.
   — Знаешь, что, Ори?! Я, пожалуй, пойду дальше, — высказал с откровенным ужасом на лице Риас.
   Он действительно ускорился, отойдя уже на приличное расстояние. Герцог негромко отсмеялся себе в кулак.
   — А ты быстро нашла способ избавления от него, молодец, — похвалил меня Райан.
   В этот момент фигура впереди остановилась. Руки в карманах светлых брюк, голова опущена. Он стоял почти неподвижно секунд пять, если не больше, только перекатываясь с пятки на носок, а потом резко развернулся и направился к нам обратно. Мы с Фертишем, не сговариваясь, остановились.
   — Знаешь, что еще, Ори? — навис надо мной Риас, вглядываясь в глаза, — Только что, я обезумел от любви к тебе.
   Он также резко развернулся и быстро ушел, оставив нас с Райаном стоять на месте и смотреть на его удаляющийся силуэт.
   — А он мне нравится, — заявил Райан в тишине.
   — Вот и встречайся с ним! А я пойду спать.
   — Да ладно, Ориса. Не обижайся.
   Герцог все же проводил меня к корпусу. А на входе в дверях я еще раз столкнулась с Риасом, который нес сверток в руках. Он перегородил мне дверной проем, и я лишь опять удрученно вздохнула.
   — Сладких снов, Ори. И чтобы ты знала, то сегодня перед сном я буду всерьез планировать, как оказаться на месте Кобеана. На своем, между прочим, месте.
   Глава 15. В бессмысленных поисках неуверенного результата
   — Райан, смилуйся! Тут даже ничего похожего нет! — молил о пощаде Мони.
   — Надо проверить еще раз, — не успокаивался Фертиш.
   Сегодня третья пятница безвылазного просиживания в библиотеке. Дни сменялись одинаковыми, неплодотворными, огорчающими днями. Бессчетные попытки отыскать заклинание со странным названием «Коадль» нам не удавалось. Даже упоминания о нем не было. Три недели мы пытались с герцогом искать самостоятельно, вчитываясь в содержание книг и перелистывая страницу за страницей. Пока Райан не предложил втянуть в поиски Мони, решив, что парень читает постоянно и, вполне возможно, сразу узнает название.
   — Вы даже не рассказали мне, зачем вам это надо! — возмутился парень, — Ори, ладно Райан жестокий, но ты же девушка и должна быть милосерднее!
   — Это ты Элании скажи, — моментально нашлась с ответом, прислушалась к себе и убедилась, что мое сердце не поддавалась жалости.
   — Мони, мы точно просмотрели все книги с заклинаниями? — уточнил Райан.
   — Более того, Райан! Я тебя заверить могу, что за все время обучения успел хотя бы поверхностно пробежаться по этим книгам, но такого странного названия не помню.
   — А память, говоришь, у тебя хорошая? — не задумываясь, задала вопрос, опомнилась и прикусила язык, но парень уже обиделся, — Прости, Мони.
   — Откуда вы вообще взяли это название и зачем оно вам? — не сдавался парень.
   — Если скажу, что я не знаю, ты поверишь? — поинтересовался герцог, чем вызвал у Мони изумление.
   — Ты не знаешь, откуда взял название или зачем оно тебе?
   Наступило затишье, и я буквально кожей почувствовала два взгляда направленных на меня. В блокноте я пыталась карандашом выцарапывать примерный огрызок послания, вспоминая и убеждаясь, что ничего не напутала. На память я не жаловалась, но прошло так много времени, что перепутать название мог кто угодно.
   Я медленно подняла голову и посмотрела на парней, встречаясь с осуждением от Райана и хмурым непониманием от Мони.
   — Что?
   — Откуда у тебя название и почему мы его должны искать? — требовательно задал мне вопрос Мони.
   Ну, вот и что ему отвечать? И главное, что Райан тоже смотрит выжидающе.
   — Слушайте, скажу так. Это очень большая тайна, но не моя. И я не уверена, что нам вообще нужно знать об этом заклинании. Может оно и не нужно нам совсем.
   Мони схватился за голову и отчаянно выдал вместо стона: «Аааа».
   — Вы девушки совсем странные и нелогичные, — заключил он после того, как накричался.
   А вот лицо Райана мне не понравилось. Сложилось впечатление, что за эти секунды он уже выстроил возможные предположения и выделил наиболее подходящие.
   — Твоя искра, Ори. Ты ведь получила ее не просто так, да? — тихо выпытывал Райан, говоря таким образом, что он уже сложил два плюс два и теперь ждет подробностей, но наедине.
   — Так заклинание связано с получением искры? Да почему вы вечно загадками говорите? — опять взорвался Мони, — Вы вообще люди?! — уже добавил тише, но громко захлопывая книгу.
   — Слушайте, это все не очень важно. Важно только понять, что делает «Коадль».
   — Нет! Все! Я не буду помогать вам больше, если ты прямо сейчас не выложишь, откуда название, — поднял бунт Мони, и я уже пожалела, что парень с нами, — А если попытаешься меня прогнать, то все, что мне известно и все свои догадки я расскажу остальным.
   Интересно, Райан знал, что Мони далекий от всего происходящего будет задавать неудобные вопросы и что мне придется отвечать ему? Поэтому Фертиш притащил его сюда? Или я слишком хорошо думаю о герцоге?
   — Ладно, — решилась рассказать, — Но скажу кратко и потом никаких дополнительных вопросов.
   Дождалась кивка от обоих и приступила складывать все в краткое, очень краткое изложение.
   — Мони, Райан уже знает, что, добираясь с Западного материка, я познакомилась с королевским послом Астарии, — награждаюсь хмурым «угу» от Мони и продолжаю, — Так вот, он передал мне искру, но не просто так. Он должен был нашему ректору доставить послание чрезвычайной важности. На этом послании стояла защита с магическим слепком искры, — парень присвистнул, — Он не смог доставить его сам, как ты понимаешь. В этом послании, когда ректор его активировал, была надпись, что-то вроде: «маг использовал заклинание „Коадль“», — завершила свой рассказ.
   Парень непонимающе уставился на книгу, что лежала на столе перед ним. Райан углубился далеко в свои мысли, прокручивая в пальцах карандаш.
   — Хорошо, теперь я хотя бы знаю, откуда название, но зачем оно вам?
   — У нас был договор — никаких дополнительных вопросов! — грозно осадила порыв любознательного Мони.
   — Мы не там ищем, — неожиданно заявил герцог, все еще не очнувшись от дум.
   — Почему?
   — Если бы ты сразу сообщила мне, откуда узнала название, то мы бы не тратили столько времени на эту библиотеку, — осуждающе произнес Райан, — Отсюда можно уходить.
   — Куда? — удивилась я той прыти, с которой Райан поднялся.
   Он быстро стащил пиджак со спинки стула и надел, предварительно отряхнув от невидимой пыли. Собрал все раскиданные нами книги в более ли менее ровную стопку и передвинул ее к Мони.
   — Расставь, пожалуйста, а мы с Ори сходим по делам.
   — Вы опять меня бросаете в неведенье? — с обидой поинтересовался любознательный.
   — Вместо этого я расскажу тебе кое-что о Киви, договорились? — спокойно предлагает сделку Райан.
   Мони округлил глаза и кивнул, уже притягивая стопку книг к себе ближе и находясь в прострации от того, что мог чего-то о Киви не знать.
   — Ори, идем.
   Я еле успевала за герцогом и нагнала его только возле вешалок с вещами. Райан снял мое пальто и помог надеть. На улице уже таял снег и светило ослепительное солнце.
   — Куда мы, Райан, и о чем ты догадался? — щурясь, поинтересовалась у герцога.
   — А это от тебя зависит, — услышала в ответ, — Слушай, Ори, обычно названия заклинаний связаны с их последующим эффектом: «черное удушение» — душит, «уносящее боль» снимает боль и подобное. А тут «Коадль». Ничего не говорит?
   — Я много об этом думала, но так ни к чему и не пришла, — признала я свой провал.
   — Простые названия идут из прошлого, и люди усложняют их только в будущем, чтобы различать, уточнять их отличие и индивидуальность.
   — Хочешь сказать, что заклинание новое и еще толком неизвестное?
   — Наоборот, — заявил Райан, — «Коадль», если конечно я не ошибаюсь, мы найдем в древних языках. А от последних словарей с древними языками избавились в библиотеках очень давно. Даже не знаю, когда.
   — Около трехсот лет назад, — сказала я, успокаиваясь, что хоть историю знаю лучше Райана, — Тогда с них снимали копии и отправляли их в библиотеки, а оригиналы закрывали в королевских архивах, как старинную ценность. Только во время Пламенной войны библиотеки сжигали. Мы что идем к принцам или к Элании? — догадалась, но решила убедиться.
   — А тут уже от тебя зависит. Я бы отправился сразу к Нестаргонскому. Во-первых, если ты обратишься к своему поклоннику за помощью, то, скорее всего он сразу же побежит искать варианты, как ограбить королевский архив целиком и вынести все книги с заклинаниями. Только бы ты оценила.
   От представленной картины мне стало не по себе, а Райан не замечая этого продолжил:
   — Во-вторых, мы уже в Нестаргоне, и чтобы обратиться в этот королевский архив нам не придется тратить время на отправку писем и ожидания ответа.
   — Нет, — не желая встречи с Риасом, я от данного предложения сразу отказалась, — Сначала идем к Кобеану. Кто знает, может он мельком слышал об этом слове и знает, что оно означает, а если нет, тогда будем обращаться к Нестаргонскому.
   — Пустая трата времени, но раз ты так хочешь, — согласился со мной герцог.
   — А как ты дошел до таких выводов, Райан? — не смогла заглушить свой интерес.
   — Ори, это же королевский посол. Возможно, заклинание нам всем известно. Но послание решили застраховать дополнительно, используя шифровку важных сведений, которые без королевского доступа к архивам никто не расшифрует. Если уж до магического слепка дошло, то такой вариант вполне возможен.
   Мне редко доводилось бывать в корпусе Кобеана. Я вообще старалась обходить это здание стороной, опасаясь столкнуться тут и с Риасом. Чаще мы с принцем проводили вечера в комнате у Лидана и Марка в моем общежитии.
   С Райаном мы поднимались на третий этаж по скрипучей деревянной лестнице. Голубой цвет стен делал жилое помещение холодным и неприятным, хотя солнечный свет хорошо освещал пространство, пробиваясь сквозь огромные окна. Дошли до нужной двери, и я постучала.
   Долго ждать не пришлось. Дверь распахнулась настежь, где нас встретил удивленный нашим визитом Кобеан, а я вернулась чувствами в первый день нашего с ним знакомства. Парень если и ждал гостей, то не меня, так как сам пришел в замешательство, но это чувство быстро сменила уверенная в правильности происходящего улыбка. Влажные волосы были зачесаны назад, он был босой, в брюках и даже не набросил рубашку.
   Я быстро одернула себя, напоминая, что мы тут по делам. Но успела словить себя на мысли, что меня не устраивает, как затянулись наши легкие, романтичные отношения. Моргнула, снимая остатки очарования, и уже уверенно улыбнулась своему принцу.
   — Привет. Я не ждал гостей, — поприветствовал нас Кобеан, — Проходите. Какое дело вас привело?
   Я прошла в комнату, окунувшись в полумрак и тепло. Принц подошел к окну, распахивая шторы и впуская дневной свет. Комната была такая же, как и весь корпус, в светлых голубых тонах. На полках лежало множество литературы и учебных пособий по магии. На застеленной кровати валялась раскрытая книга, вещи не разбросаны, сумка подвешена на вешалке, и только влажное полотенце небрежно висело на спинке стула.
   Кобеан помог мне снять пальто, чтобы я не спарилась при разговоре, повесив его к своей сумке. Райан же убежденный, что разговор будет коротким, свое пальто не снял.
   — Присаживайтесь, не буду предлагать чай, так как у меня его нет. Ко мне редко кто-то заходит.
   — Ты живешь один? — поинтересовался Райан.
   — Да, мне пришлось потрудиться, чтобы выбить себе такую привилегию, — с улыбкой ответил Кобеан, пока удобно усаживался на кровать и уверенно тянул меня за руку к себе.
   Райан тем временем сел на свободное кресло, все еще осматривая комнату.
   — Не расскажешь, как тебе удалось?
   — Тебе не нравится твой сосед Мони? Он же вроде неплохой парень.
   — Неплохой. Но он на третьем курсе, а значит, через два года на его место придет новенький. Это не особо радует.
   — Войди в пятерку лучших по набранным баллам среди своего курса и сможешь попросить выполнить одно пожелание. Все просто, — обнимая меня и, по привычке, зарываясьв мои волосы носом, пояснил принц.
   — Кобеан, мы по делу, — аккуратно отстраняясь, напомнила скорее сама себе, чем ему.
   — А разве ты пришла бы ко мне просто так? — насмешливо, но без обиды спросил принц, — Рассказывайте о своей проблеме.
   Я посмотрела на Райана, надеясь, что он возьмется объяснять, что нам надо. Все же в диалогах он проявлял себя лучше меня в разы.
   — Тебе знакомо слово Коадль? — задал вопрос Райан.
   Кобеан помолчал несколько секунд перед тем, как уверенно ответить.
   — Что-то знакомое, но так не вспомню. Что это?
   — Вот мы и хотели бы знать, что это. Пока предполагаем, что это слово из какого-то древнего языка. Как понимаешь, архивы с литературой на забытых языках есть только у королевских семей.
   — Да, они есть. Но мой архив не в Нестаргоне, и я не смогу вам сегодня же найти ответ на ваш вопрос, хотя и хотелось бы. Если время терпит, то я напишу письмо и через несколько недель мне дадут ответ, — и тихо добавил уже лично мне, — Извини.
   — Время есть, но еще попробуем узнать сегодня. Решили сначала полюбопытствовать у тебя, — поднимаясь, просветил принца Райан, — Все равно спасибо. Ори, пойдем?
   — Вы ведь сейчас к Тиретису? — спросил Кобеан, не пожелав выпускать меня из объятий.
   — Да. Возможно нам удастся узнать что-то у него, — ответил герцог.
   — Райан, а ты не мог бы сходить один? Ори дождется тебя тут, у меня.
   Мое сердце от озвученного забилось чаще, и я даже начала надеяться, что герцог согласится и обойдется без моей помощи, хотя и трудно было себе в этом признаться. Но, когда Райан, на удивление, легко согласился, и за ним закрылась дверь, я все же испугалась.
   Я не могла похвастаться невинностью, но мой первый поцелуй, первый роман и первый интимный опыт являлся не очень приятным воспоминанием, от которого я долго бежала. «Мы должны многим жертвовать, Ориса, ради общей цели. Это часть твоего задания, иначе этот парень не пустит тебя к себе в дом и не расскажет о тайнах», — говорила тогда Висана. Прошло больше двух лет, но я позволила себе забыться только по прибытию в Нестаргон.
   — Ори, расслабься, я не собираюсь принуждать тебя к чему-то, чего ты сама не захочешь, — с улыбкой сообщил Кобеан, опрокидываясь за моей спиной на кровать.
   Я обернулась, чтобы видеть его. Парень вытянулся, запрокидывая руку за голову и закрывая глаза.
   — Я не хотел, чтобы ты шла к Нестаргонскому, потому что против, чтобы ты лишний раз встречалась с Риасом. А то, о чем ты подумала, когда осталась тут со мной наедине, будет только тогда, когда ты сама захочешь и будешь готова.
   — А если уже давно? — вырвалось у меня.
   Кобеан распахнул глаза и посмотрел на меня. Он долго всматривался, будто не поверил тому, что услышал, но дважды приглашать его не пришлось. А потому, он шумно выдохнул и потянулся ко мне.
   Как всегда, горячие руки обожгли даже через ткань свитера. Я направляемая Кобеаном склонилась над его лицом. Нежный поцелуй быстро превратился в жаркий, принц не стал медлить, получив от меня разрешение. Его руки обследовали мои бедра и уже вернулись на талию. Моя голова закружилась, тело пробрала мелкая дрожь. Я ощутила, как Кобеан аккуратно начал стягивать с меня свитер и затаила дыхание. А секундой спустя раздался требовательный стук в дверь.
   — Черт! — дернулась от испуга и выругалась я.
   А вот принц буквально зарычал от досады, но все же оторвался от меня, чтобы открыть очередному визитеру дверь.
   — Ори, я все, — услышала я звонкий и довольный голос Райана.
   — Ты так быстро, — приводя себя в порядок, удивилась я.
   — Думаю, нам стоит навестить Эланию, чтобы убедиться, что она нам не поможет.
   — Жаль, что вам нужно идти, — посмотрел на меня принц все еще потемневшим, жадным взглядом, крепко сжимая ручку открытой двери, — Ориса, я буду рад видеть тебя у себя в гостях в любое время.
   Его неприкрытый намек не скрылся и от герцога. Хотя Райан сразу с порога понял, какое занятие прервал и сейчас, кажется, гордился своей вредностью. Как только дверь за нами закрылась, я решила не сдерживаться и упрекнула его:
   — Как же ты не вовремя, Райан.
   — Ну, это для кого не вовремя. А кто-то сейчас испытал неимоверное облегчение.
   Я проследила за взглядом герцога, повернулась в сторону лестницы, куда нам предстоял путь и растерялась. Риас облокотился спиной о подоконник, руки в карманах. Он нервно кусал нижнюю губу и, как мне показалось, успокаивал сбивчивое дыхание. Его осуждающий, обиженный взгляд был мне не в новизну, но вот отчаянье и горечь парня я наблюдала впервые. Он постоял, смотря на меня еще немного, потом перевел взгляд на Райана, кивнул тому, и ушел в комнату, напротив которой стоял.
   — Что с ним?
   — Ори, он же тебе уже признавался, что любит тебя. Как думаешь, что с ним?
   — Мы с ним толком даже не знакомы, о какой любви идет речь? — как-то неуверенно прозвучал мой вопрос.
   — У меня ощущение, что это только ты его не знаешь. Но об этом потом. У меня радостные вести. Тиретиса не было в комнате, но это даже сыграло нам на руку. Риас пообещал перерыть весь архив Нестаргона и, если даже в нем не обнаружит нужные нам сведения, то отправит весточку невесте Тиретиса в Аскартий.
   — Только не говори, что ты опять рассказал ему что-то о моей страсти в награду.
   — Нет, — легко ответил Фертиш, но его загадочная улыбка вызвала подозрения.
   — Райан, но что-то же ты ему наговорил. Он и так сам по себе бледный, но сейчас казалось, что за ним сама смерть пришла.
   — Если тебе интересно, то примерно это звучало так: Привет, Риас. У меня есть дело и согласиться быстрее с ним помочь в твоих интересах. Как только я получу от тебя согласие узнать, что значит с какого-то древнего языка слово «Коадль», я уйду за Орисой. Она сейчас ожидает меня в комнате Кобеана. Когда я уходил, твоя возлюбленная была счастлива остаться в объятьях своего парня наедине, тем более что ему даже раздеваться особо не придется, — довольным тоном выложил мне герцог.
   Я не стала возмущаться, прекрасно зная, что в ответ услышу что-то вроде: «Ну, я же не соврал, а просто сказал правду».
   К Элании мы все же направились из-за моей ответной вредности, проявленной к герцогу, чем с надеждой получить от нее помощь без лишних допросов. Принцесса в этот момент изучала заклинания по конспекту, поэтому открыла нам дверь ее недовольная соседка. Вирия обладала тяжелым и взвинченным характером, но все равно не могла тягаться с принцессой, поэтому мирилась последние месяцы своего пребывания с Эланией. По окончанию пятого курса девушка закончит обучение, и ее место в комнате обещала занять Киви.
   — Привет, вы к своей фарфоровой куколке? — кидая взгляд на Эланию, уточнила Вирия, скорее, чтобы зацепить принцессу. Не к ней же мы, в самом деле, пришли.
   Фарфоровая куколка с ленивой грацией отвлеклась от чтения на нас, потом равнодушно поднялась и прошла мимо на выход. Нам ничего не оставалось, как только следоватьскорее за ее Величеством, нежели Высочеством. Девушка спустилась со второго этажа на первый, расположившись на красном низком диванчике в холле. Она изящно закинула ногу на ногу, тем самым ее платье свободного кроя из легкой ткани красиво обрисовало достоинства хрупкой девушки.
   Райан сжал челюсть и перебирал пальцами, как если бы перекручивал карандаш, но заметив, что я внимательно слежу за ним, собрался, улыбнулся и расслабился. Но он опоздал, потому что я уже откровенно наслаждалась своей местью.
   — Выкладывайте, зачем пришли? — обычный надменный тон, все, как всегда. И что Райан увидел привлекательного в характере принцессы?
   — Элания, ты слышала о таком заклинании, как «Коадль»? — задала я поспешно вопрос, пока Райан не сорвался на грубость.
   — Знакомо, — огорошила нас девушка.
   — И что это? — спокойно поинтересовался Райан, моментально задвинув в дальний комод агрессию.
   — Заклинание не знаю, но слово с древнего террийского языка. Точный перевод не озвучу, но примерно оно означает — отбирать, лишать чего-то, а чего не помню.
   — Ты уверена? — уже прозвучало мое уточнение, мне все еще не верилось, что нам случайно повезло.
   — Конечно. Я же наследница крупнейшего государства в мире. Мы изучаем древние языки, чтобы обезопасить будущие переписки.
   — Тогда почему ты знаешь толкование слова только примерно? — все же вспылил Фертиш.
   — Райан, обычно подобные письма его Величества пишут и читают в своих кабинетах, при свободном доступе к королевской библиотеке, — совсем без обиды пояснила Террийская.
   — Хорошо, Элания, — решила, что мое вмешательство не будет лишним, тем более тут делать больше нечего, — Спасибо тебе.
   — Спасибо? — приподнимается изящная бровка принцессы, а я простонала в мыслях.
   — Чего ты хочешь? — спросил Райан.
   — От тебя ничего. А ты, Ори, окажешь мне услугу. У нас за этот учебный год набралось несколько отгулов для выхода в город, и я хочу прогулку.
   — Когда? — даже не задумываясь, выдала свое согласие принцессе.
   — Завтра. Райан, тебя не приглашаю. Ориса, чтобы тебе прогулка не была в тягость из-за моего общества наедине, позови Линди, а я сообщу Киви о планах. Устроим что-то ввиде девичника, — сообщила Элания и не дожидаясь больше от нас ничего, встала и ушла.
   — Ты уверен, что любишь ее? — поинтересовалась у Райана, убедиться, что он не заблуждается.
   — К сожалению, Ори, к сожалению.
   Глава 16. Долгожданная встреча
   Перед выходом в город Райан написал письмо капитану, прочно запечатав конверт и беспечно отдавая мне. Он пояснил, что какой бы любопытной особой я не являлась, но до вскрытия писем герцога не дойду, и был прав. Все же Райан успел стать моим другом, хоть наши отношения строились довольно странным образом. Мы договорились, что в городе я смогу сбежать от девушек ближе к вечеру и попаду в таверну, где, по слухам, часто обитал Нириан, если не выходил в море.
   Субботнее утреннее солнце припекало и заставляло мелкие ручейки бежать по земле. Элания предварительно озаботилась каретой, чтобы нам не пришлось идти пешком по размокшей дороге. Сейчас она стояла рядом со мной, с улыбкой слушая щебетание довольной Киви. Я перетаптывалась с ноги на ногу в нетерпении добраться до города и забыться до послеобеденного времени.
   — Линди, ну чего ты так долго? — воскликнула Киви, увидев мою соседку.
   Линди сегодня потрудилась больше обычного, вплетя косички в прическу, которые, по обыкновению, можно наблюдать у Элании. Аккуратный макияж подчеркивал ее привлекательные черты лица, а походка от бедра, должно быть, лишит разума многих встречных парней.
   Мы уселись в экипаж и, когда кучер рванул с места, увозя нас в долгожданное путешествие всего на один день, девушки принялись обсуждать планы. Я послушала начало, где они запланировали поход в какую-то лучшую булочную столицы, посещение парикмахерской и прогулку по набережной в развлекательной ее части, а позже углубилась в свои собственные предвкушения.
   Увижу ли я сегодня Трикса? Как его дела? Сумел ли он пробудить искру? Что сказать капитану при встрече? Я подготавливалась, заранее прокручивая варианты нашей встречи и пробуя ее предугадать. За окном мельтешил приятный весенний пейзаж, вызывая у меня улыбку полную наслаждения.
   Очнулась только тогда, когда мы добрались до брусчатки одной из дорог Хардона. На воротах долго не простояли, так как отсюда могли ехать только обитатели академии и редкие жители мелких деревень.
   Вышли в центральном квартале города и неспешно стали продвигаться вперед. Девушки все еще спорили и не могли определиться, куда направимся в первую очередь. Но в предвкушении прогулки мы все пропустили завтрак, поэтому булочная была определена в списке первой.
   Длинное каменное здание с ровной крышей высилось в несколько этажей вверх. Зашли в одну из дверей и ощутили приятный аромат свежей выпечки. Внутри царила приятная атмосфера: большие окна, светлая стена из камней и аккуратная мебель из темного, немного с краснотой дерева. Миловидная женщина шустро распорядилась молодыми девушками для обслуживания нашего заказа.
   День радовал необычайно хорошим началом. За завтраком у нас завязалась беседа о магазинчиках с одеждой и предпочтениям к моде.
   — Элания, твои эти террийские платья. Ты и на вечер собираешься идти в подобном? — интересовалась Линди.
   — Нет. Мне готовят наряд и скоро его вышлют в академию.
   — Везет, — грустно высказалась Киви и сдула синюю прядку с лица.
   — Что за вечер? — полюбопытствовала, отпивая горячий шоколад из маленькой, белой чашечки.
   — На доске объявлений уже давно вывесили, а ты все еще не читала, — упрекнула меня Линди.
   Досок объявлений у нас две. Одна отвечает за учебные вопросы, важные объявления и дисциплину, а вторая за незначимые мероприятия. Вторая меня никогда не интересовала, поэтому я решила отбросить мысли, вновь обратившись к виду за окном. По сырой, непросохшей от снега улице бежали веселые ручейки, через которые резво перепрыгивали спешащие по своим делам горожане.
   — Только не говори, что не пойдешь! — прочла по моему поведению потерю интереса Линди.
   — Ори, а ты ведь устала от подобных мероприятий, вроде светских вечеров, да? — спросила Элания, подозрительно оценивая меня.
   — Откуда ей быть на таких мероприятиях, если Ори, как и я, без титула? — нахмурилась Киви, но все равно присоединилась к подругам оглядывать меня в ожидании ответа.
   — Хватит, Ори, признайся нам хоть в чем-то. Неужели мы не заслужили? — давила принцесса.
   — В Вертании я… Я из графской семьи. И да, мне порядком надоели подобные мероприятия дома.
   — То есть, я тут одна такая из деревни? — немного с грустью поинтересовалась синеволосая.
   — Какая разница Киви? — поморщилась Элания, — Твой отец, хоть и обычный кузнец, но воспитал прекрасную дочь, достойную больше, чем комплексы из-за сословий, — удивила высказыванием принцесса.
   — Согласна, — поддержала Линди, — А ты, — уже обратилась ко мне, — Должна пойти. Это ежегодный выпускной вечер и его не принято пропускать, только если причины серьезные. Так что озаботься платьем.
   Она дождалась от меня безразличного кивка и только тогда, потеряла ко мне интерес. Дальше беседа зашла об экзаменах. Больше интересовал практический экзамен, а не теоретическая часть. Но для первого курса все будет проще, нас поочередно прогонят на знания и применения заклинаний в кабинетах, а вот остальные курсы будут стараться набрать баллы в теоретических вопросах, чтобы принять участие в практике. Слишком высоко ценилась она в Нестаргоне, да и во всем Ирфриде. Если баллы были не набраны, то экзамен проходил таким же закрытым образом, как и наш. Для тех, кто добился прохождение практики, делали зрелищный турнир.
   Но, как выяснилось, не все стремились к подобным испытаниям. Киви мечтала, но только с целью выбить хороший пост для службы в Террийске. А вот Линди сразу сказала, что метит на обычную жизнь горожанки. Она планировала открыть свою лавочку с зачарованием в Хардоне, после того, как отработает учебу в каком-нибудь городском отделе с бумажками.
   Сразу после булочной мы посетили множество магазинов, косметический салон и уже после, весьма довольные, отправились на набережную. Близился обед, и я уже оглядывалась в ту сторону, куда мне нужно будет срочно уйти. В памяти всплывали образы того бедного квартала из деревянных двухэтажных бунгало, которые стояли впритык друг к другу, и где нужно внимательно следить, чтоб тебе не вылили помои на голову. Именно там и находилась нужная мне таверна, совмещенная с недорогим борделем.
   — Я ненавижу этих птиц, — вырвалось у меня непроизвольно и передернулась от знакомых криков.
   — Я вообще уже животных не люблю, — поддержала меня Линди.
   Мы неспешно брели по шумной пристани, останавливаясь и любуясь красивыми отблесками солнца на морской глади. Торговцы, что выстроились в ряд, зазывали своими громкими голосами, привлекая неспешащих к ним клиентов. Минули палатку с шелками, потом с дешевыми украшениями, где Элания приобрела каждой из нас по плетенному браслету из плотных, красивых ниток. В нос кроме соленого запаха моря, сладких леденцов и ароматов цветов ударил еще один знакомый — яблоки.
   — Надо купить яблок, — не раздумывая, произнесла, давая понять девушкам куда направляюсь.
   — Эти же кислые и пролежали всю зиму, — сморщила носик Элания, но мне было все равно.
   Мы уже подошли к открытому прилавку, и я стала высматривать фрукт получше. Если мне удастся найти команду капитана, то хотелось бы порадовать Трикса. Когда я, наконец, выудила из кучи большой, сочный плод, который, наверняка, сохранился не без помощи амулетов, смуглая рука выхватила его. Сердце забилось быстрее, отдаваясь звуком в ушах, я застыла, боясь пошевелиться и посмотреть на наглеца.Мне до последнего не верилось в такую удачу.
   — Маленькая кошка! — произнес Трикс, уже поднимая и кружа меня в объятии.
   — Трикс! Трикс, я думала, мне придется искать тебя сегодня, а тут… Как ты? — сказала я, все еще обнимая парня за шею, но уже стояла на твердой земле.
   — Я молод и здоров, как еще я могу быть? — высказал в своем репертуаре парень.
   — Не познакомишь нас, Ори? — услышала голос Линди.
   — Твои подруги? — переключил он внимание, — Маленькая принцесса, сегодня я принесу капитану хорошие вести, что ты не сильно пострадала на корабле, — уже обратился к Элании, склоняя в почтении голову.
   Познакомившись с Киви и Линди, Трикс спешно отвел меня в сторону.
   — Ты ведь знаешь о моей беде?
   — Да. Мне жаль, что ты выгорел, — начала говорить, но алтировец только махнул рукой.
   — Холода отступили. Мы смогли купить судно, которое позволяет выйти в море на долгий срок.
   — Куда вы собрались и когда?
   — Капитан нашел способ пробудить мою искру, но это будет небезопасное приключение. Ори, я рад, что мне удалось увидеть тебя, но времени мало. Я тут по поручению капитана, и мы должны отплыть очень скоро.
   — Неужели мы не сможем побыть еще немного времени вместе?
   Тоска пересиливала таящуюся надежду. Радость от встречи слегка померкла от нежелания расставаться с этим замечательным парнем, который пробуждал во мне множество воспоминаний.
   — Это счастье, что судьба позволила нам просто увидеться, — попытался успокоить меня молодой моряк.
   Мы поговорили еще немного, пока я провожала его в сторону необходимой ему дороги. Он быстро попрощался, действительно спеша и не смея ослушаться приказа своего капитана. А я в последний момент вспомнила о письме Райана, которое Трикс обязательно доставит адресату.
   — Не смей грустить, маленькая кошка! — щелкнул меня по носу красноволосый, — Когда я вернусь, я буду готов снова баловать тебя чудесами!
   Прощание вышло скомканным, быстрым и неловким. После него осталось неприятное тоскливое послевкусие, которое не смягчили даже улыбки подруг.
   Когда я подошла к ожидавшим меня девушкам, Элания уже рассказывала о том, что видела на борту судна, о той дружбе, что возникла между мной и экипажем корабля. Возвращались мы из города поздним вечером, и я не чувствовала себя счастливой от прошедшего дня, ощущая всю ту же неотступную тоску от такой короткой встречи.
   — Ты видела Нириана? — задал вопрос, встречающий меня Райан.
   Без энтузиазма поделилась с ним о том, что удалось узнать от Трикса. Герцог успокоился, когда убедился, что я не забыла о его письме. Провожая меня с Линди к корпусу, парень заметил, что пора бы искать напарников в команду для практики. Я пообещала подумать над этим вопросом, но позже.
   Позже наступило, когда голова коснулась подушки. Слово «команда» кольнуло неприятным воспоминанием.
   — Давай, Ориса, поднимайся. Ты должна быть сильнее. — вынуждал сплевывать кровь Каст, с назидательным видом обходя меня, — Когда-нибудь ты подведешь всю нашу семью из-за своих слабостей!
   — Хватит, Каст. Ты к ней слишком жесток, — пыталась вступиться Лира.
   — Не вмешивайся, Лира. Твоя очередь уже скоро, и ты будешь ползать передо мной также.
   Я нехотя поднималась, пытаясь придумать тактику, против этого воина, но в голове был только шум, а избитое тело заставляло морщиться от боли.
   — Твою мать, Ори! — высказал негодование парень, — И как тебя тренировать, если ты не способна даже боль терпеть?!
   — Оставь ее, — послышался холодный голос Висаны.
   Женщина подошла ко мне, осмотрела разбитую губу, и поморщилась.
   — Прибыли хорошие вести, что Марин Герлок запал на Орису. Я вызову мага, чтобы он исцелил твое лицо.
   — Значит, мы на шаг ближе, — сделал вывод Каст.
   — Да, — ответила Висана, — Правда я надеялась, что Марина заинтересует Лира. Все же у нее опыт есть.
   — Опыт для чего? — мой голос дрогнул из-за посетившей догадки.
   — Ориса, тебе вот-вот исполнится семнадцать. Ты уже взрослая девушка, а Марин как оказалось давно испытывает вожделение к тебе.
   Мое лицо скривилось гримасой отвращения.
   — Прекрати. Он приятный молодой герцог и, как и ты помешан на правильности поступков. Это лучшая партия для твоего первого опыта в романе. Зайдешь ко мне после исцеления, я выдам тебе необходимую литературу для изучения. Ты должна завоевать Марина целиком, а для этого тебе нужно стать прекрасной любовницей.
   Висана удалилась также быстро, как и пришла. Каст в поисках подробностей отправился за своей матерью.
   — Ори, если тебе нужно будет поговорить, ты только скажи. Хорошо? — слышу голос Лиры за спиной.
   Она подходит ко мне сзади, кладет руки на мои плечи и начинает мягко их массировать, вызывая тянущую боль от ушибов, но спустя несколько секунд мне действительно становится чуточку легче.
   — Это не так страшно, как кажется. К тому же, я видела Марина и он действительно лучшее, что могло быть.
   Раздраженно скинула руки Лиры, собираясь покинуть площадку для тренировок, но девушка снова остановила меня.
   — Ори. Помни, что ты всегда можешь ко мне обратиться. И к Касту тоже. Поверь, он не ненавидит тебя, а скорее боится, что однажды ты не вернешься с очередного задания. Мы должны держаться друг друга и доверять друг другу. Мы же команда.
   В тот день я не вымолвила больше ни слова, зарывшись в книги про плотские утехи и подробную биографию с описанием характера Марина Герлока. Еще два дня оставалось до нашей с ним встречи, чтобы изучить, что ему нравится больше всего.
   Было в этих воспоминаниях лишь толика приятного. Мне, в самом деле, тогда повезло. Герцог оказался добрым, ласковым юношей и не прибегал к своей власти. Наш роман длился четыре месяца с редкими, но насыщенными встречами, которые не были для меня неприятными. Закончился он в тот момент, когда, усыпив Марина, я смогла взломать сейфс важными документами и следом ведущему к графу Лимиону Крону.
   Глава 17. Спонтанные решения
   Утро было таким же солнечным, как и вчерашнее, но настроение не радовало. В голове гулко отбивало ритм слово ¬— «доверие». Я спешно шла в сторону общежития Райана, поглощенная своими мыслями. Вчерашние воспоминания словно остудили меня и заставили призадуматься о будущем.
   Райан Фертиш уже числился беглым герцогом и спасал свою шкуру, стремясь заслужить хороший пост на службе Нестаргона. Я получила имя, но попечительство Райана уже ничего не стоит. Если у меня хотя бы раз возникнут проблемы с законом, то я буду выставлена за границы Нестаргона. Хочу ли я жизни в маленькой, отрезанной от всего живого Эфинии? Прав был герцог, обвиняя меня в моей расслабленности. Если я умерла, как Дезант, еще не значит, что воскресла, как Кениар. Почему Райан вынудил меня копаться в этой истории с нашими странами? Какое нам до этого дело? Или есть вероятность, что настоящие сведения о моем побеге уже дошли семье Дезант. Откуда мне знать, что отчет Нестаргона, полученный мною от Риаса, не является фальшью, которую предоставил Фредриг для огласки.
   Моя расслабленность. Это отдельный пункт, раздражающий все утро. Райан говорил, что Кобеан отличная для меня партия, но так ли это? Парень, который заставляет трепетать мое сердце, но он же ничего не знает обо мне. Или знает, но молчит? Он все же будущий правитель. А если верить Райану и на секунду предположить, что Кобеан действительно сделает мне предложение. Так ли все гладко будет? Новая принцесса, не имеющая сословия, будущая королева Ориса Дарголийская с сомнительным прошлым? Райан ведь говорил о выгодной партии, еще не узнав, к какой семье я принадлежала. А ведь мое лицо будет освещено во всех газетах. Дезант не остановит ничего ради мести. Значит Кобеан всего лишь промежуточный пункт в моей жизни. Такой вывод неприятно и трудно признать, но другого выхода нет. Эти отношения не вырастут в нечто большее, поэтому нельзя терять голову сильнее, чем уже есть.
   Лучший вариант, который пока пришел мне в голову это уподобиться Райану. У меня есть пару месяцев, чтобы из крепкой отличницы перейти в лигу лучших первокурсников. Необходимо узнать, сколько баллов мне нужно для допуска на практику. У меня есть четыре года, чтобы зарекомендовать себя, как достойную для службы Нестаргону, с последующим правом остаться жить в этом государстве.
   — Ориса! Ты чего не постучалась?! — возмущенно воскликнул Мони, который успел прикрыться после принятия ванны полотенцем. Но его худое, высокое тело меня не сильно цепляло, скорее я, наконец, вырвалась из плохих дум.
   Немного удивилась, что у парня необычная привычка бродить по комнате нагишом. Или он просто что-то забыл в комнате, а я не вовремя? Впрочем, неважно.
   Райан лежал на застеленной кровати, прокручивая карандаш в руке, и внимательно смотрел на меня. Кажется, в этот раз он не имел вариантов, почему я заявилась к ним в комнату в такую рань. Я без приглашений и приветствий прошла к стулу, вытянула тот из угла и поставила между двумя кроватями, так чтобы видеть обоих юношей.
   — Ты чего? — ошарашено следил за моими действиями Мони.
   — Практика в сумме должна составлять полгода за все время обучения? — задала вопрос, удобно усаживаясь.
   — Да. Летом по два-три месяца. Нужные баллы как раз набираются к третьему курсу. Так что, с третьего или четвертого курса учащиеся направляются в Мертвый лес, — негромко посвятил меня Мони, не смея задавать никаких вопросов.
   — А как быть тем, кто не смог набрать баллы?
   — Они остаются без практики, — уже более непринужденно пожимает плечами парень, — Их отправляют на службу в свои страны на два года отработки. Пока они там отрабатывают, их страна выплачивает процент академии за предоставленного обученного мага. Это же указано было в соглашении при поступлении.
   — А если я не хочу возвращаться в свою страну и хочу остаться на отработку в Нестаргоне? — спросила, чем заинтересовала Райана, и он принял сидячее положение, отложил карандаш и сцепил руки в замок, не сводя с меня внимательного взгляда.
   — Тогда тебе надо заинтересовать преподавателей академии своими успехами. Но это сразу готовься, что все придется учить наперед, и что отправишься в Мертвый лес уже на третьем курсе, — высказал всезнайка, настороженно поглядывая на своего соседа.
   — А если я хочу получить разрешение на постоянное проживание и хорошую должность на службе Нестаргона?
   — Значит ты хочешь того же, что и я, — заключил Райан, — Не думал, что ты начнешь обдумывать вопрос практики так скоро. Но, Ори, для нас с тобой ситуация сложная. Намнужно кровь из носу, но получить разрешение на практику после окончания второго курса.
   — Значит надо сделать все необходимое, — сделала я вывод, прямо глядя в карие глаза Фертиша.
   — Слышала бы тебя сейчас Киви! — восхитился Мони.
   — Ты о чем?
   — Ты же заявляешь, что отказываешься от будущего с Кобеаном и не гонишься за троном Дарголии. Да тут пол академии желающих получить твой шанс! А ты рвешься нежить истреблять, чтобы потом на службу пойти? А Кобеан уже знает?
   — Мони, а у тебя достаточно баллов, чтобы проходить практику после этого курса? — переключила все внимание на заучку.
   — Нет, — смутился парень, — Я хорош в теории, но в бою у меня начинается паника и слабая реакция. Уверен, что я вообще не попаду на практику и просто по окончанию академии буду отрабатывать в Террийске где-то в низах.
   — Хочешь его в нашу команду? — сразу смекнул Райан и уточнил у меня, чем вызвал изумление на лице Мони.
   — Ты живешь с ним, а значит, успел хорошо узнать его слабости и сильные стороны.
   — Да, — согласился герцог, призадумавшись, — Если отобрать у него книги и погонять годик, то толк будет.
   — Вы точно нелюди! Вас не смущает, что я тут и слышу вас! Что вы задумали? — не выдержал Мони, но получил от нас дружное игнорирование.
   — Вопрос доверия, Райан. Если ты хочешь из нас команду, то секреты должны быть смятены. Мы должны уметь обращаться друг к другу за помощью бескорыстно, знать все друг о друге. Иначе в любой момент можно ожидать предательства.
   — Личный опыт? — его вопрос прозвучал с издевкой, — Мы с тобой оба предатели, Ориса. И я с тобой в очередной раз согласен.
   — Что значит вы предатели? Да что вообще происходит?!
   — Мони, — одновременно обратились мы с Райаном к парню, и я уступила право говорить герцогу.
   — Мони, у нас непростое прошлое. И тебе придется его услышать, если ты все же хочешь выбить себе право на прохождение практики в Мертвом лесу.
   — Да вы спятили! Оба! — подорвался со своей кровати Мони, отчего его полотенце чуть не соскользнуло вниз, но он вовремя его схватил и спешно сел обратно, — Какая практика?! Я о ней даже при поступлении не задумывался. Это же только для сильнейших!
   — Ты не прав, — мягко приступила к убеждению я, — Главное это команда. Если мы сможем сработаться, то справимся. К своему выпускному году ты уже отработаешь практику вместе с нами. Как и Киви, если она согласится.
   — Вы еще и Киви в это втащить хотите? — уже спокойнее поинтересовался шатен, призадумавшись над предложением, — Она же самый никчемный маг из возможных: маг крови ¬— зачарователь.
   — Мы найдем способ, чтобы все в нашей команде были полезны, — заверил Райан.
   — Но как?
   — Это называется тактика и стратегия, Мони, — ответил Райан, — Почитай какие-то другие книги, кроме тех, что связаны с магией. Пойдем, Ори, думаю, нам стоит еще раз над всем хорошо подумать.
   Мы не стали задерживаться, оставляя всезнайку в раздумьях. Вышли на улицу и направились к облюбованной мной и Кобеаном беседке.
   — Ты действительно предлагаешь рассказать все о себе посторонним? — первый не сдержался Райан.
   — Почти.
   — Почти?
   — Я согласилась, что постараюсь многое узнать об Энджи Кениар, поэтому этот пункт можно опустить.
   — Если речь идет о доверии, то нельзя, — удивил меня герцог, — Но до того, как мы сможем претендовать на практику еще целый год, поэтому я подумаю, давать ли тебе время до следующей весны. Мони, Киви, я и ты. Ты уже выбрала пятого?
   — Элания, — заявила без малейших сомнений.
   — Ты шутишь? — поморщился, но спокойным тоном уточнил Райан.
   — Она идеально подходит, — высказала и услышала позади спешные шаги.
   Обернулась, громко выпустила воздух из легких и мысленно застонала.
   «Ты посмотри, она же идеальна!» «Ты слишком подходишь, чтобы просто так тебя отпускать», — пронеслись в голове странные брошенные выражения блондином, которые не понравились мне даже больше, чем кусочек послания. Может поэтому я так отчетливо их запомнила? А что он этим хотел сказать?
   — Привет. Опять парочкой? Ну, сейчас хотя бы не под ручку.
   — Чего тебе? — не сдержала грубости.
   — Неблагодарная, — упрекнул меня блондин, — Я тебе уже простил, что ты мне изменять собралась всего в нескольких комнатах от меня, но это не значит, что позволю и дальше измываться надо мною несчастным.
   — Тебе не приходило на ум, что я с Кобеаном уже давно тебе, как ты выразился, изменила и неоднократно?
   — На твоем месте, Ори, я бы отказался от таких провокационных вопросов, — с ноткой угрозы произнес Риас, — И, пожалуй, в этот раз эти сведения заслужила не ты, а твой беглый герцог.
   С последними словами Риас вытащил сложенный вдвое лист бумаги, который протянул Фертишу. Тот не медлил, быстро забрал листок и развернул. Я заглянула и прочла: «Коадль — лишение искры, души, жизни. Перевод зависит от контекста в разговоре».
   — Почему опять не все так просто? — возмутила меня надпись.
   — А теперь, голубки, вы пройдете за мной, — проговорил Риас, и тон его говорил, что если мы так не поступим, то нас не спасет даже его странное отношение ко мне.
   Парень шел впереди нас, но периодически оглядывался, будто подозревал, что мы можем сбежать.
   — Мне все это не нравится. Чего он удумал, Райан?
   — Понятия ни имею.
   Направлялись в сторону бассейна. В огромное здание я зашла бы впервые, но Риас не прошел внутрь, а обошел его. За углом виднелась ступенчатая лестница на крышу, которую если специально не искать, не обнаружишь. Мы поднялись следом за блондином.
   — Располагайтесь, но не забывайте, тут вы всего лишь гости и это мое с Тиром логово, — сообщил Риас.
   А посмотреть было на что. С высоты пятиэтажного здания открывался приятный вид. Недалеко начиналась низина, что создавало ощущение, будто мы еще выше, чем на самом деле. Зачем столько этажей для бассейна, я не могла предположить, но сделала заметку посетить сие заведение. Лиственный лес разбавлялся редкими хвойными деревцами, а бурная узкая река протекала и петляла между ними. Тут должно быть, можно наблюдать очень красивые рассветы и закаты.
   На крыше был создан минимальный комфорт. По крайней мере, тут стояли столик, два удобных стула и сейф, совсем никак не сокрытый. Последнее особенно впечатлило.
   — Это твое? — кивнула на последний предмет мебели.
   — Даже не пробуй вскрыть. Там Тир такого нахимичил, что потом без его помощи тебя не отлепим, — предупредил Риас.
   Меня напрягло это его «не пробуй вскрыть». Он так просто сказал или что-то знает? Интересно, он когда-нибудь перестанет меня пугать?
   — Зачем ты нас сюда привел, Риас? — задал более правильный вопрос Райан.
   — Убеждаться в своей правоте, — ответил парень, — поговорить, может даже, подружиться сможем. Ты же не против, Райан?
   После такого ответа я решила присесть на один из стульев. Выбрала тот, что ближе к сейфу, за что получила в награду довольную улыбку блондина и уже думала пересесть,но второй стул успел облюбовать Райан. Блондин выбрал место напротив, оставшись стоять и, по дурацкой привычке, руки засунул в карманы брюк.
   — С тобой, Райан, понятно в целом вся картина. Почти.
   — О чем ты говоришь? — уточнил герцог.
   — Жил-был парень, — странно начал разговор Риас, — семью потерял — не замкнулся, выстоял, поднялся. И так до самого твоего дня рождения, это когда тебе девятнадцать исполнилось. А вот там тебя словно подменили.
   Райан заметно побледнел. Неужели речь о той самой Энджи Кениар.
   — Твоя первая любовь исчезает без вести, словно бежала из Вертании, только так никуда и не добежала, — тут Риас переводит взгляд на меня, — Я сначала совсем за голову схватился, думал, что действительно от Ори настолько крыша поехала, что не способен простых вещей сопоставить. Но совместно с Тиром, мы все же смогли выйти на любопытную картину.
   — О чем ты хочешь… — попыталась спросить, но Риас поднес указательный палец к губам в жесте «тихо».
   — Знаешь, Ори, если уж откровенно. Всегда считал, что в моей жизни обязательно должна появиться девушка, которая остановит мое дыхание и заставит мое сердце битьсячаще. Но ты превзошла все ожидания! Ты сделала так, что мое дыхание остановил Кобеан, который влетел в столовую и собирался убить моего друга! Чего стоило мне успокоиться и собрать мысли воедино. А когда пошли очередные его обвинения, что Тиретис опять его девушку уводит, решил, придушу Асель и не посмотрю, что девчонка. А тут ты появилась. Сначала вздохнул спокойно. Пока не разглядел. Дыхание, конечно, повторно не сбилось, но пульс точно участился, уж больно сексуальная ты, когда волнуешься. Губы закусываешь, облизываешь, вот прямо как сейчас. Ты это прекращай, ясно? Заводит же.
   — Мне кажется, я тут лишний, — напомнил о себе Райан.
   — Нет, что ты?! Это же ты меня с ней познакомил! Кстати, спасибо. Так вот, Ориса Кениар. Я в тот же вечер оббегал всю академию, чтобы узнать о тебе больше. Благо на входе снимают сведения, когда пропускают внутрь. Так я узнал, что ты из Вертании. А потом ты подругой поинтересовалась из Астарии. Я тогда еще заподозрил неладное, когда Райан тоже попросил информацию из мятежных стран. Пока копии снимал, натолкнулся на занимательное чтиво. Семья Кениар давно мертва и там была всего одна дочь, которая числится пропавшей. И ее звали не Ориса.
   Он сделал небольшую паузу, чтобы внимательно проследить за моей реакцией, но я старалась, как могла, удерживая искреннее непонимание от его разговора на своем лице. Риас облизал пересохшие губы и продолжил:
   — Мне пришлось долго поработать в этом направлении. Пока не решил копнуть под герцога. А вот тут занимательно. Ты выжил, только потому, что ночью сбежал на свиданиек Энджи Кениар. Но Ори с Кобеаном вместе! А вы так мило ладите. Ни ревности, ни чувств. А о поцелуях ты ее знаешь только в пьяном виде. Она же не Энджи! Ты серьезно думал, что я недалекий парнишка, которым сможешь манипулировать, Райан?
   Герцог промолчал в ответ, лишь тяжело вздохнул, признавая собственную оплошность.
   — А ты? — вновь одарил меня своим вниманием Риас, — Ты же из Астарии? Как понять, кто ты, Ори, я еще пока не дошел. Твое имя… Оно слишком распространенное у вас на Западе. А след теряется на пристани Астарии, где ты поднялась на корабль. Но откуда ты там взялась, я пока не выяснил. Так может сделаем друг другу одолжение, и ты все расскажешь мне сама?
   Меня уже начинало заметно потряхивать от того, что услышала. Сдерживать маску стало бессмысленно. Насколько далеко может зайти этот парень? Как выйти из ситуации? Что придумать и как выкрутиться? Хаотичные мысли мелькали в голове, пока я неотрывно честными и круглыми глазами смотрела на Риаса.
   — Риас, я, правда, из Вертании, а не из Астарии, — наконец-то, воспротивилась его обвинениям, мысленно благодаря Райана, что внешне он был снова невозмутим и не мог выдать мою ложь, — Я беженка, просто…
   — То есть вся эта чушь с подругой и перепиской правда? — перебил меня блондин.
   — Да. И это совсем не чушь, — заверила его.
   — Хорошо, давай дальше.
   — Я из семьи Салини. Мы жили далеко от столицы Вертании и сам знаешь… Когда в стране разруха и мятежи, то страдают и те, кто далек от королевских проблем, — тут я затаила дыхание, призывая в память все самые печальные моменты из жизни, коих у меня хватало.
   — Нет, нет, нет! — подорвался прежде невозмутимый герцог, — Если со мной твой допрос окончен, то я, пожалуй, вас оставлю. Я не выношу женских слез!
   — А кто тут собирается плакать? — встрепенулся Риас, — Ори? Ори, ты чего?
   А я уже ревела, легкие слезы и впрямь перерастали в истерику. Когда я в последний раз могла наплакаться так, чтобы взахлеб? Даже после смерти Бриджа мне и то такой возможности не представилось.
   — Ты идиот, Риас! Ты довел девушку, ты и успокаивай! Придурок, — заслуженно обвинил и оскорбил блондина Райан и буквально слетел с места в сторону лестницы.
   А я завыла, без смущения и с надеждой, что Риас тоже испугается и сбежит. Подтянула ноги к себе, хорошо, что размер стула и брюки это позволяли, закрыла ладонями лицо и решила использовать ситуацию с пользой. То есть действительно наплакаться и упиться собственной жалостью к себе. А почему нет? Давно пора было это сделать. «Ты должна быть сильнее!» — твердили мне всю жизнь не только Каст, но и все окружающие. Они даже объяснили, почему должна и кому должна, забыли только спросить хочу ли. Я же тоже человек, пусть с не лучшей душой, но что есть. Я девушка, которая хочет обычной жизни с любовью, романтикой и беззаботностью!
   — Эй, Ори, ну что ты? Прости меня, пожалуйста, — тихо заговорил Риас и коснулся моих рук.
   Я не сопротивлялась, когда он раскрыл мои ладони и попросил посмотреть на него. Новый испуганный Риас сидел на корточках передо мной и ласково вытирал слезы с моих щек.
   — Ори, ну прошу тебя. Я не хотел. Не думал. Черт! Ори, я дурак, ясно? — тихо вел монолог блондин, — Я не полезу больше в твое прошлое, хорошо? Я даже Тиру запрещу это делать.
   — А ему это зачем? — уже успокаиваясь, но еще всхлипывая, задала вопрос о заинтересовавшем меня моменте.
   — Так ты же Эмберу послание передала. И о заклинании «Коадль» там упоминалось. Вы же с Райаном узнавать стали о нем. Это знаешь, это уже слишком. И если интерес племянника короля Вертании может быть оправдан, то твоего мы не могли понять, — спокойно, как маленькой объяснял мне Риас.
   — Так вы меня к шпионкам причислили? — с новой обидой всхлипнула я.
   — Ори, прости меня. Но и ты пойми правильно. Тир же наследник, я привык, что к нему не ищут пути просто так. Я… Он мне словно брат, понимаешь? Я не могу допустить даже мысли, что в нашей стране тоже будут мятежи. Всюду эти газетные статьи, где мертвые короли, отравленные или задушенные их семьи. Ори, ну, пожалуйста. Прошу тебя, прекрати плакать.
   — Я искала это заклинание, только чтобы помочь Райану, — решила идти до последнего и отстоять себя полноценной жертвой, — Он мне с именем помог. Он меня оберегаети защищает просто потому что… Разве не могу я ему просто помочь? — сильнее разревелась я, только теперь уже от других мыслей.
   Я не могла помочь ему просто так. Бестолочь! Только сейчас поняла, что Райан стал частью моей жизни. Важной, неотъемлемой частью. А я ему довериться не могу, не могу помочь просто так. А остальные? У меня появился шанс, на настоящую дружбу, а я запираюсь от него.
   — Твою ж! — выругался Риас, — Ори, хватит, пожалуйста!
   Но, не сумев добиться от меня нужного отклика, отошел. Я с интересом посмотрела на его спину. Риас ковырялся с сейфом, чтобы спустя секунды открыть его и вытащить оттуда бутылку янтарного напитка и бокал. Один бокал, а второй оставил внутри.
   — Я не буду пить, Риас, — уверенно заявила, зная, что ничем хорошим мое пьянство не заканчивается.
   — А это не тебе. Но, если захочешь, то я поделюсь, — сказал, дрожащими руками откупоривая бутылку.
   Он поставил бокал на стол и заполнил тот почти до краев.
   — Ори, мы всю жизнь ждем какого-то подвоха, — вдруг заговорил Риас, неотрывно глядя на бокал, — Я завидую Кобеану, с его небольшим королевством. Он может расслабиться, может чувствовать себя более спокойным, чем Тир. А мы никому не доверяем, вечно ожидаем подстав и ищем во всем подвох.
   Неожиданная исповедь подействовала на меня слишком. Это так походило на меня с Лирой. Только я ее предала. В отчете числилось, что она жива, но все ли хорошо? Как она пережила весть о моей смерти? Как она там?
   Я, не задумываясь, осушила бокал, закашлялась от обжигающего напитка. Риас лишь пожал плечами и приложился к бутылке. Он сел на холодную землю возле моего стула, скрестив ноги, и думал о своем. После пары глотков, он предложил мне долить спиртное, что явно не было коньяком. И я уставшая от всего, не думая, подставила бокал. Потом бокал был уже не нужен. Мы распивали бутылку по очереди. Спустя долгое молчание и когда алкоголя было одна треть, Риас заговорил.
   — Сейчас же утро, Ори, а мы уже пьяны.
   В ответ я безразлично пожала плечами, мне было уже все равно. Моя истерика давно закончилась, уступая очередь апатии.
   — Я так понимаю, что ты боялась возвращаться в Вертанию. Если хочешь, я верну тебе твою фамилию — Салини, хотя Кениар нравится мне больше. И приставать к тебе больше не буду. Теперь понимаю, почему Кобеан так затягивает ваши отношения.
   — Ну… Я наслышан о постоянных нападениях грабителей и повстанцев на обычное население в вашей стране. Я понимаю, что тебе могут быть неприятны мужские прикосновения, если ты… — Он отводит взгляд, смущаясь продолжать фразу, но мои пьяные мозги все же сработали, правда, забыв включить скромность.
   — Да. Я стала жертвой насилия. Бежала в страхе умереть. И я хочу забыть о своем ужасном прошлом, Риас, — уверенно сказала, уже собираясь сделать глоток успокоительного зелья.
   Риас же стремительно вырвал из моих рук бутылку и жадно приложился к ней. Он осушил драгоценный сосуд весь до дна, под моим завистливым взглядом.
   — Пойдем, отсюда, — проговорил наглый жмот.
   — Куда?
   — Я провожу тебя в свою комнату. То есть в твою комнату, — потряс головой блондин.
   — Угу, — безразлично отозвалась я.
   Встать получилось не с первого раза, а идти самостоятельно не выходило. Но не такой уж плохой Риас обхватил меня за талию и, придерживая, повел к корпусу общежития. Мы шли молча, шатаясь, и я боялась, что после сна вообще ничего не вспомню. А надо бы.
   По дороге к нам кажется, подбежала Киви, сначала она ругалась, но потом, принюхавшись ко мне, пропустила нас. Было множество взглядов и каких-то язвительных комментариев. Но в самом общежитии нам уже никто не попался. Риас прислонил меня к стене возле моей двери и быстро разблокировал замок.
   — Откуда ты знаешь, каким заклятием мы его запираем? — решила вызнать я у этого красавца.
   — Ох, Ори, — только и ответил Риас, открывая дверь.
   Он подошел ко мне, чтобы помочь отстраниться от стены и пройти в комнату, но замер. Его лицо было так близко и таким красивым, когда он серьезный. Я потянулась, чтобы убрать падающий на лоб локон и дотронуться до этой неестественно бледной кожи, сквозь которую казалось, виднелись мелкие синие вены.
   — Ори, прости меня, — в очередной раз проговорил голубоглазый.
   Поцелуй был неуверенным, мягким и неторопливым, но сейчас мне много и не нужно. Его руки точно знали, чего касаться, чтобы добиться быстрого эффекта. Не прошло и минуты, а я уже потянулась расстегивать его куртку и пробираться под пуловер, но парень отстранил меня.
   — Не сейчас, пожалуйста. Не так это должно быть, понимаешь? Ты же и так когда отрезвеешь, будешь на пару со своим коварным герцогом планировать мое убийство.
   Но, я снова потянулась к тому, что был так притягателен и очень желанным.
   — Нет, Ори, хватит. Ты же потом не простишь меня. Подарок, помнишь? Ты примешь его, и тебе придется меня поцеловать, тогда я и сделаю все, чтобы ты не сдержалась. Все будет так и не иначе.
   — Почему? — не интересно мне было слушать о подарках и поцелуях, когда время для другого.
   — Потому что я так решил. Я так хочу, Ори.
   С этими словами Риас помог мне дойти до кровати и занять лежачее положение, успев стащить с меня пальто. Он без совести стянул покрывало Линди, разрушая порядок, и укрыл меня им, а потом ушел, тихо прикрыв за собой дверь.
   Глава 18. Очередной романтический облом
   — Это из-за меня, да? — смотрела я на разбитую физиономию Риаса, который о чем-то общался с Тиром.
   — А из-за кого еще? — Линди точно была не на моей стороне.
   — Сам виноват, — а вот Райан определенно мой союзник.
   — Нам нужно поговорить, — услышала я за спиной и вздрогнула.
   Кобеан был целым и невредимым, но явно раздражен и зол. Хорошо, что еще не успел воспламениться. Я одним глотком допила сок, который благодаря Элании спас меня от небывалой головной боли, и отправилась следом за своим гневным парнем к выходу из столовой. Хищная походка и напряженные плечи моего принца, говорили, что отнекиваться вообще не вариант. Мы остановились недалеко от дверей на ступеньках столовой.
   — Как так вышло, Ориса, что ты напилась в компании этого, этого…? — выпалил вопрос Кобеан и задохнулся от возмущения, закрывая глаза и сжимая кулаки.
   — Кобеан, — не знала я, что говорить и как оправдаться, — Помнишь, мы узнавали с Райаном о древнем слове?
   — Дай попробую угадать! — несдержанно перебил принц, — О чем же может додуматься этот подонок? Хм. А может он тебе значение по слогам произносил? Один слог — один глоток?
   — Нет, — растерянно ответила ему, но решила, что этот «подонок» точно мог на такое пойти, — Все не так. Он начал задавать вопросы, на которые мне сложно отвечать и… Я расплакалась. Разревелась. Кобеан, я не знаю, как так вышло.
   Принц сбежал на пару ступеней ниже и остановился напротив меня, так чтобы его лицо было на уровне моего.
   — Не делай так больше, Ори! — пытаясь успокоиться, попросил он, — Если тебе будет плохо, то я всегда тебя успокою. И я уверен, что справлюсь, даже не спаивая тебя.
   — Ты что? Прощаешь меня? — моему удивлению не было предела.
   — Ну, пить вместе с Риасом было непростительной глупостью. Но ты просто пообещаешь мне, что такое не повторится. А еще лучше, пообещай, что вообще будешь держаться от него подальше! И я попробую забыть об этом инциденте.
   — Хорошо, — все еще не веря, что все взаправду, согласилась.
   Значит, Риас не рассказал о том, как я пьяная тянулась к нему и лезла не только целоваться. Неужели у блондина есть совесть?
   — Кобеан, как твоя рука? — поинтересовалась Киви.
   Вся моя компания вышла из столовой и уже остановились возле нас. Я перевела взгляд на правую руку принца. Он как раз осмотрел разбитые костяшки, но быстро махнул рукой.
   — Все хорошо, Киви. Это заживет или попрошу залечить. Райан, — грозно обратился принц, — Я не забыл твою выходку с той шуткой, которая привела к слухам! А сейчас ты додумался оставить Орису наедине с Риасом! — бросил он обвинения.
   — Кобеан, я не собираюсь оправдываться, — как всегда невозмутимо высказал герцог, — Только поинтересуюсь у тебя. А где все это время был ты?
   После вопроса, который осадил принца и заставил призадуматься всех, Райан с достоинством пошел в сторону учебных корпусов. Линди потянула меня за руку, а Элания задумчиво смотрела вслед удаляющемуся герцогу. И только Киви осуждающе залепетала, что Райан тоже не прав.
   Остаток дня прошел более ли менее спокойно. Риас избегал со мной пересекаться и делал вид, что в разговорах со своим другом не замечает, как я прохожу рядом. С Кобеаном я не виделась. На занятиях я рвалась с места, отвечая на все вопросы, которые хотя бы мельком знала. За день в мою копилку прибавилось еще несколько баллов. Эланияесли и была удивлена моей тягой за отметкой, то не подавала виду. После занятий Райан утащил меня на стадион, где мы под счастливым взором изверга пытались преодолеть дорожку с препятствием самого высокого уровня сложности.
   — Ребятки, вы же так меня до слез умиления доведете! Где же ваши болваны сокурсники?! Кениар, Фертиш да вы же… Ай! — махнул рукой Хасир, который явно не умел делать комплименты и говорить слова благодарности за любовь к его предмету.
   Там же Райан сказал, что готов и желает рассказать все. Даже ту ситуацию с Кениар все же решил озвучить, только дождаться надо выходных и напиться повторно, но уже всем вместе и без вредного блондина. После к нам присоединился Мони, которого мы отправили на турники, пытаясь научить правильному дыханию и какие упражнения он должен освоить. Взамен во время отдыха, он показывал и рисовал в моем блокноте заклинания для наших с Райаном направлений магии, которые будут на поздних курсах.
   Возвращалась я к себе в комнату уставшей, поэтому огненный принц, который стоял с Марком возле моей двери стал для меня поздно замеченным сюрпризом.
   — Привет, мое сокровище, — поприветствовал принц, обнимая и притягивая к себе.
   — Я только со стадиона и мне надо в ванную, Кобеан, — ответила, немного отстраняясь.
   — Моя прекрасная, мне не нравится, что Риаса ты зовешь Риас, а меня полным именем. Так что, только для тебя я Коби, — высказал принц, глядя мне в глаза.
   В этот момент, я старательно попыталась вспомнить полное имя Риаса, ведь когда-то он сказал мне его на ухо. Так близко и такая атмосфера там была… Его руки, влажная дорожка на моей шее. А вчерашний поцелуй? Я быстро отмела все воспоминания, понимая, что сейчас уже и так сильно покраснела.
   — Приятно видеть, что я все еще могу смутить тебя таким пустяком, — с ласковой улыбкой по-своему воспринял ситуацию принц.
   — Ты хотел пригласить меня провести вечер в вашей компании? — перевожу взгляд с него на терпеливо ожидающего Марка. Наверняка Лидан в комнате с очередной девушкой, чье сердце вскоре будет разбито.
   — Нет. Я хотел пригласить тебя к себе. Думаю, что Райан прав, и я слишком пренебрегаю временем, что мог бы проводить с тобой.
   Такое приглашение выбило из меня все мысли. Это было непривычно и не похоже на моего принца. Я даже попробовала поискать подвох, но так и не узрела на его лице ничего. Ничего, кроме желания угодить и понравиться мне.
   — Мне только надо привести себя в порядок, — не очень легко, но соглашаюсь.
   — Я подожду, — улыбнулся Кобеан.
   Ошарашенная новостью зашла в комнату, где, кроме Линди находились и Элания с Киви. Они с порога раскусили и поняли, что что-то не так.
   — Ты чего? То краснеешь, то бледнеешь, — спросила Линди.
   — Может успокоительного заклинания? — язвительно поинтересовалась Элания.
   — Ты уже виделась с Кобеаном, да? — прощебетала Киви, чем привлекла внимание всех.
   — А что он? — поинтересовалась Линди, не сумев скрыть испуга.
   — Ну, он же еще со мной вместе пришел сюда, в поисках Ори. Я же еще выходила, помните? Выходила, чтобы сказать, что ее Райан утащил на стадион.
   — А зачем ему Ори? — не успокаивалась соседка.
   — Какая разница?! Они же встречаются. Логично, что он будет искать с ней встречи, — как всегда заключила логичная Элания.
   — Он меня к себе пригласил. Сейчас быстро в ванную и к нему.
   — Чего?! — возмутилась Линди.
   — Да что с тобой? — спросила Киви, — Переживаешь за Ори, будто тебя пригласили.
   — Ну, она же моя подруга! А Кобеан не приглашал ее к себе никогда. А тут еще и сам за ней пришел! Вы же понимаете, зачем он ее пригласил?
   — Линди, им не по десять лет. Давно пора.
   — Элания! А как же романтика?
   — Так есть же, — не понимала Киви нашу подругу, как и я.
   Но меня ожидали, и я в последний раз обвела всех девушек взглядом и сломя голову понеслась приводить себя в порядок. Я намывалась, быстро натираясь самыми вкусно пахнущими средствами и не ожидая, когда перегретая мной случайно вода остынет.
   Пусть с Кобеаном я и не буду в итоге вместе. После академии он найдет себе принцессу или еще какую-нибудь достойную девушку, с которой сыграет свадьбу. Но мы вместе с самого начала зимы, а до этого он умело добивался моего внимания. Он был предан мне и внимателен ко мне. Он заставлял мое сердце биться чаще и путал все мысли в голове, так пусть это продлится как можно дольше. Если повезет, то я проведу счастливые учебные годы, и мне будет, что и кого вспомнить на собственной свадьбе.
   Из своих вещей я нашла самое короткое облегающее платье, в котором не замерзну дойти до корпуса Кобеана. Там же в шкафу, где все в той же черной сумке, что была куплена в Нестаргоне, откопала косметичку. Косметика, как и это платье, приобреталась мной на всякий случай, если мне пришлось бы уподобиться Лире и сыграть на мужских слабостях. Сейчас же мне хотелось выглядеть лучше, чем обычно. Намного лучше.
   — Ориса? — тихое ошеломленное от Киви.
   Девушки давно сидели молча и просто наблюдали за мной. Только стук от чайной ложки по кружке разбавлял тишину.
   — Давайте вы не будете меня сейчас обвинять, выговаривать мне о своем недовольстве или отговаривать. Хорошо? — опережая возможное, высказала просьбу, пока наносила макияж, — На выходных будьте свободны от всех долгов в учебе.
   — Зачем? — с опаской поинтересовалась принцесса.
   Моя излишне заботливая соседка опрокинула голову на руки, словно я сейчас ее жизнь собираюсь сломать, а не просто насладиться вечером со своим парнем.
   — Линди, — обратилась к ней, дожидаясь, когда увижу ее глаза, — Тебе время до выходных, чтобы определиться, могу ли я тебе верить или ты будешь на стороне Риаса.
   — О чем ты?
   — Не надо меня обманывать. Если он тебе помог, то это не значит, что ты ему обязана. Ты же сейчас переживаешь из-за него? На выходных мы с Райаном собираем тех, кому можем доверять. И если ты хочешь войти в этот круг, то остановись, задумайся и выбери: ты с нами или с Риасом и Нестаргонским.
   — Зачем вы их собираете? — кажется, даже Террийскую тронуло.
   — Тебя тоже, — огорошила принцессу, — Мы будем напиваться и выкладывать всю нашу подноготную и выворачивать души всех, кто придет, не забыв раскрыть и свои секреты. Так что ты, принцесса, тоже будь готова во всем признаться!
   С этими словами я вытащила туфли, с таким же высоким каблуком, от которого когда-то пострадала моя нога при знакомстве с Эланией. Подошла к зеркалу. Легкий макияж с темными тенями, черное платье чуть выше колен, которое облегало, очертив все мои достоинства, и оголяла ровно столько, чтобы не сказать, что я распутна, но рассказать, что могу такой быть. Красные туфли, которые делали меня выше, распущенные волосы я решила не укладывать в прическу. Наоборот, наклонилась и встряхнула шевелюрой, под удивленными взглядами девушек. Так всегда делала Лира, достигая желаемого результат. Локоны упали беспорядочно, но не спутано. Пару капель духов. На улице сегодня по-весеннему тепло, а значит можно обойтись легкой курткой. Но моя ежедневная, не броская одежда не подходила образу. Я всегда старалась приглушить внешность, одеваясь проще и не прибегая к таким фокусам, как сегодня. Поэтому я вновь полезла в рюкзак, где давно постиранные и аккуратно сложенные лежали мой костюм леди Дезант и кожаная куртка. Убрать бы еще множество карманов с нее, но и так пойдет.
   — Это точно Ори? — тоненько и тихо задала вопрос Киви.
   — Не уверена, — высказала Элания.
   Я не прощалась с девушками, покидая комнату. Сейчас мне необходимо произвести впечатление на принца и, судя по реакции ожидающих, мне не придется даже играть подходящий образу характер. Разговор прекратил даже любитель поболтать Марк. Кажется, меня буквально не узнавали, пока я тихо не покашляла и не спросила:
   — Пойдем?
   — Ориса, ты восхитительна, — поцеловал мою руку Кобеан и, забыв попрощаться с другом, неспешно повел меня из здания.
   На улице весенний ветерок студил меня прохладой, забираясь сквозь тонкую ткань платья. Темнело сейчас гораздо позже, поэтому шли мы еще даже не в сумерках.
   — А ты умеешь удивлять, — заговорил принц, — Я не думал, что ты можешь быть… другой.
   — Тебе не нравится? — усомнилась я в своей стратегии.
   — Это самый нелепый вопрос, который я слышал от тебя, — с улыбкой высказал Кобеан и притянул меня к себе, обжигая поцелуем. Он вел себя гораздо смелее и менее сдержанней, чем обычно.
   — Мы ведь еще не дошли даже, а ты уже нарушаешь приличия, — попыталась пошутить и отстранилась от него.
   — Сегодня мне уже плевать на приличия, Ориса, — проговорил принц, но шаг продолжил.
   Дошли до его корпуса под рассказ Кобеана, о неудачнике Лидане. Который дорвался до очередной красавицы и только потом узнал, что она любовница Октавия. Выяснилось это прямо на занятии, где сразу после Октавий проявил себя во всей красе. Я смеялась, слушая веселую историю и привычно наблюдая за собеседником, поэтому не сразу заметила, что за поворотом лестницы в коридоре стояли трое. И если Энрих просто выглядел удивленным моему преображению, то вот Тиретис выглядел обеспокоено.
   Холодный принц судорожно вздохнул, перевел взгляд с меня на Кобеана и, по-моему, пытался что-то хаотично предпринять. Риас стоявший ко мне спиной, обратил внимание на растерянность своего друга и хотел обернуться, но Тиретис обнял того за плечи и улыбаясь начал что-то говорить.
   Кобеан взял меня за руку, сжимая ладонь, и повел неспешно вперед. Он тихо заговорил:
   — Я уже много раз пытался осадить его, но все без толку. Не давай ему повода верить, что между вами что-то может быть. Просто не обращай на него внимания.
   Кобеан дождался от меня кивка и повел меня за собой уверенней. Еще очнувшись после совместной попойки с Риасом, я тоже пришла к выводу, что больше никогда не свяжусь с опасным блондином.
   А вот блондин тем временем все же обернулся. Судя по выражению его лица он, как и Кобеан, в первые секунды испытывал шок. Нахмурился, растерялся, забегал взглядом между мной и Кобеаном. Мы с моим принцем прошли под провожающими нас взглядами. Когда дверь была открыта, я все же не сдержалась и оглянулась, чтобы опять испугаться неадекватности Риаса. Восторг? Я не видела переживаний или ревности у него, я видела восторг в его глазах. Не будет же он доволен тем, что я «изменю ему в паре комнатах от него».
   Быстро вытряхнув все мысли из головы, я гордо прошла вслед за Кобеаном. Принц не включил свет, а плотно завешанные шторы создавали полный мрак, но ненадолго. Секунды спустя, по комнате заплясали огненные светлячки, освещая сменившуюся обстановку. Стол перемещен к центру, и на нем высилось вино, бокалы и вазочки, наполненные сладостями и фруктами. Я знала, что Кобеан романтик, но не предполагала, что настолько.
   Принц протянул мне руку, приглашая за стол. Уже устроившись на стуле, я увидела красный цветок, который был первым подарком в наших с Кобеаном отношениях. Потом взгляд выхватил маленький конверт и, не дожидаясь разрешения, открыла его. Красивым почерком на небольшом листке была надпись: «Для самой прекрасной». Я заглянула в конверт повторно и обнаружила там тоненькую цепочку с прекрасным по своей работе кулоном.
   — Я решил, что ты можешь носить изделия, более подходящие твоей изысканности, Ориса, — негромко сообщил Кобеан, — Тебе не нравится?
   — Нравится, — успокоила принца.
   Цепочка выделялась необычностью тонкого плетения, а кулон представлял маленькую копию красного цветка, усыпанный мелкими рубинами.
   — Этот цветок, что-то значит для тебя? — аккуратно поинтересовалась у парня.
   — Алый Вирин — символ моей страны. Весьма редкий цветок. Он несет в себе магию. Не цветок, а кулон. В нем сильное защитное заклинание. Марку пришлось много сил вложить, но я был непреклонен перед его жалобами. Я могу помочь надеть его.
   — Кобеан, такие украшения носятся в одиночестве.
   — Да. Думаю, тот кулон, который ты никогда не снимаешь, все же можно снять, Ориса. Он из олова, хорошо если с примесью серебра, и весьма грубой работы. Странно, что с твоим вкусом ты так бережна к нему.
   — Это не просто кулон, Коби, — решила назвать его имя сокращенно, раз уж он сам позволил, — Это память о дорогом мне человеке.
   — Извини. Я должен был подумать над этим, — досада отразилась на его лице, — Значит, я придумаю что-то другое, — виноватая улыбка.
   — Не стоит. Я надену. Буду безвкусно обвешана украшениями, — улыбнулась, решив, что надо подбодрить принца.
   — С меня все равно что-то еще и это не оспаривается!
   Он поднялся и подошел ко мне, останавливаясь позади. Еще более горячие пальцы, чем обычно, прикоснулись к моей руке, чтобы взять кулон. От нашего прикосновения рассыпались маленькие искорки, потом еще. Каждый раз, когда принц прикасался ко мне, он выпускал то огненных светлячков, то искры, устраивая мне красивое представление. Нежные прикосновения к шее, я приподняла волосы, и принц застегнул свой подарок, но не отошел от меня. Он склонился ко мне, привычно одарил щеку еле ощутимыми поцелуями и нежно погладил плечи.
   Стук в дверь прозвучал в нашей тишине, подобно грому в ясном небе. Я дернулась и чуть не ударила головой принца, но Кобеан обладал быстрой и хорошей реакцией. А вот его выдержка легко сломалась, пробуждая в нем пламенную стихию. Он тихо прошептал проклятия на голову блондина и пошел открывать дверь. Однако.
   — Ого, — присвистнул Октавий, ворвавшись в комнату и активируя фонари, — Ого! — повторил он, обозрев меня и даже жадно сглотнул, но все же оторвал от меня взгляд, — Дарголийский, ты же знаешь, что учишься в магической академии. У нас разборки на кулаках разрешены только на полигоне. А так резвитесь, детки, только магией!
   — Он пожаловался вам?! — возмутился такому подлому ходу Риаса мой принц.
   — Не мне, а ректору! А ректор приказал мне разобраться в ситуации и выдать тебе наказание. Но можешь высказать благодарность щедрому Риасу! Он не просил снимать с тебя положенных двести баллов за драку, еще двести за то, что в драке ты разбил рамку с моим портретом и еще сто баллов, за то, что не пришел признаться сразу!
   Кобеан закрыл руками лицо и его плечи стали подрагивать. На секунду я подумала, что он плачет, но позже услышала его смех. Принц смеялся. Риас умеет довести до истерики не только меня.
   — И в чем же состоит его щедрость? — спросил отсмеявшись.
   — Он предложил на выбор целых три варианта! — присаживаясь за стол напротив меня, высказал Октавий. Он выбрал сливу и впился в нее зубами, прикрывая от удовольствия глаза, но потом вспомнил зачем тут и прожевывая продолжил говорить, — Первый, тот, что я только что озвучил. С тебя снимут пятьсот баллов. Но как понимаешь это недопустимо. Ты же будущий правитель! — патетически запел мой куратор и декан Кобеана, поэтому его своеобразная забота оправдана, — Тебе нужно попасть на практику этим летом. Второй вариант связан со свиданиями. Не забыл же? Так вот. Ты отказываешься от свидания с Кениар в пользу Риаса, и он возьмет всю вину за вашу драку на себя.
   — Вы слышите себя?! — угрожающе уточнял Кобеан, — Насколько мне известно, сословия тут не имеют значения именно с целью, что таких лояльных отношений к нестаргонцам быть не должно!
   — Прости, но ты, как никто другой понимаешь, что Тиретис мой будущий правитель. И Эмбер тоже осознает, что он хоть и ректор лучшей в мире академии, но подвязан на Нестаргоне. Академия же построена на территории этого государства!
   — Но Риас даже не принадлежит королевской семье! Дарголия…
   — Не будет создавать военный конфликт с Нестаргоном только потому, что наследники девушку не поделили! — строго отрезал Октавий, но быстро вернул на себя прежнююмаску «козла».
   — Третий вариант такой, ты должен усмирить свой нрав. И раз Кениар стала причиной этих бессмысленных конфликтов, то тебе и Риасу запрещено появляться возле Кениар, в свободное от занятий время до самого выпускного вечера. В Академии разрешено многое! Пейте, развлекайтесь, хоть живите в одной комнате со своими дамами! Главное, чтобы это не мешало жить другим, и чтобы ваши баллы не снизились до отметки отчисления.
   — То есть, я не могу встречаться с девушкой, которую люблю, только потому, что она понравилась дружку вашего наследного принца?!
   Такое признание приятно согрело душу и мое сердечко уже хотело выпрыгнуть, но я задумалась над несправедливостью, которую озвучил мой принц и уже начала злиться.
   — Почему же? Тебе стоит успокоиться, Кобеан. Твой огонь слишком силен и иногда он мешает тебе здраво мыслить, — уже спокойно наставлял Октавий.
   Он откупорил бутылку с вином и наполнил бокалы. Поднял один и подмигнул мне, приглашая распить с ним вина. Я от такого ошалела и просто отвернулась, вздернув гордо подбородок и переключаясь на Кобеана. Огненный принц, и в правду, пытался успокоиться.
   — Это из-за драки? Если бы я его не ударил, то я бы не попал под пункт «мешать жить другим».
   — Вот видишь, когда ты остываешь, то тебе легче мыслить. У тебя такой огромный потенциал, что я даже не помню, у кого еще видел подобное. Если ты еще и контролироватьлучше себя станешь, то будешь одним из самых великих магов. Тебе нужна эта практика.
   — От свидания я не откажусь, тем более отдавать его Риасу, — уже спокойно заявил и уселся на кровать мой принц.
   — Пойдем, Кениар, провожу тебя в твое общежитие! А то ты такая соблазнительная сегодня, что боюсь, мешать жить друг другу многим парням станет проще, — наигранно подал мне руку Октавий.
   Когда я поднялась, у меня потемнело в глазах и заложило уши, но я выстояла и поняла, что если не спущу пар, то не смогу сегодня спокойно спать.
   — Мне запрещено приближаться к Кобеану и Риасу так же, как и им ко мне? — пыталась найти лазейку для встречи с отвратительным блондином.
   — Ну, Кениар, вы конечно почти не виноваты, но да.
   — Значит, я направляюсь не к Риасу, а к Тиретису, — нашлась я, выскакивая из комнаты Кобеана.
   Пролетев этот небольшой путь, я дернула за ручку, не постучав и не задумываясь, что дверь может быть закрыта. Повезло. Она легко поддалась, пропуская меня в комнату, где мне никто не удивился. Холодный принц полулежал на своей кровати, изучая газету и даже не пошевелился, а Риас обнаружился в углу комнаты в кресле. Разглядывал он меня основательно и зрелище ему явно пришлось по вкусу. Неприятная ухмылка на его лице испугала меня, немного снизив мою уверенность.
   — Знаешь, Ори, а ты действительно заставила мое дыхание остановиться и забиться сердце чаще, — спокойно проговорил блондин.
   — Ты! Ты повел себя, как стукач! Как маленький ребенок, которому не дают игрушку, и он пошел ябедничать! — обвинила я его.
   — И что в этом плохого? — удивился Риас, — Ах, да! Все эти благородные поступки и выяснение всего по-мужски.
   Он поднялся и подошел ко мне. Взял локон моих волос и начал пропускать его меж пальцев.
   — Увы, Ори, я не из благородных рыцарей. Но заметь, правила я не нарушал. Все честно. Он меня ударил, а это запрещено в академии. А ты черствая, могла бы и пожалеть меня.
   — У тебя даже следов уже не осталось!
   — Ну, я после Эмбера заглянул к целителям, но зафиксировать синяки успели.
   — Ты ждал специально весь день? — ярость внутри меня все росла и росла.
   — Я предполагал, что Кобеан сорвется. Когда-то из-за ревности он поступил также и с Асель. После у них слишком резво продвинулись отношения с красивой романтики до вполне адекватных. Я всего лишь подстраховался, — пожал он плечами, — Мы с тобой привлекли много лишнего внимания, — немного с грустью сообщил тот, который подонок.
   — Я ненавижу тебя! — вырвалось у меня.
   — А это уже хорошо, Ори, — очень тихо проговорил Риас.
   — Заканчивайте. Мешаете, — услышала я голос Тиретиса, о котором уже успела забыть.
   — Иди, Ори. Нам разрешено общаться только в учебное время. Так что, иди.
   — А может я не к тебе, а к Тиретису, — решила еще задержаться, чтобы добиться правды и узнать, что он задумал.
   — Увольте, но с тобой я добровольно беседы не заведу, Ориса. Ты не нравишься мне, — услышала я от наследника Нестаргона.
   — Тир, не будь жестоким, — попросил Риас, возвращаясь в кресло.
   — Мне хватает в жизни головной боли. А тут девчонка, которая спокойно вздохнуть не позволяет, — пожаловался холодный принц как-то слишком устало.
   — Я же не жалуюсь на Лиетту.
   — Только попробуй, — опять уткнулся наследник в газету.
   Этот их маленький диалог немного остудил меня. Я развернулась и дернула ручку двери, решив, что тут мне больше нечего делать. Дернула еще раз. И еще. Черт! Смешок из кресла опять взбесил. Я осмотрела замок. Стандартная магическая защита была только снаружи, а изнутри по правилам нельзя использовать магию для запирания дверей и звукоизоляции. Но тут парни подстраховались обычным замком. А замочек был с непростым механизмом. Он без проблем позволял войти снаружи, а вот открыть с внутренней стороны, нужен был ключ. Своеобразная шутка для случайного, нежданного гостя, который желает покопаться в вещах без спроса. Зайти зашел, а вот выйти, без хозяев уже не выйдет. Такие замки я взламывала меньше чем за минуту, если мне никто не мешал, и были необходимые инструменты. Но таких не было, да и не на глазах же у двух слишком щепетильных до возможного шпионажа парней, взламывать замок.
   — Не можешь выйти? Или ты так хочешь остаться со мной? — новый смешок Риаса.
   — А мне показалось, что ты неплохой парень, Риас! Тогда, когда ты довел меня до самой настоящей истерики! Сейчас пытаешься повторить свое издевательство? Тогда вперед! Ты на верном пути!
   Сработало. Парень убрал ненавистную ухмылку, быстро поднялся, подошел и отпер дверь, пропуская меня и даже не сказав больше ни слова.
   Глава 19. Открой мне свою душу
   За неделю я не успела еще войти в список претендентов на практику, но меня успокаивал темп, который я набрала. С такой скоростью к концу второго учебного года мы с Райаном точно попадем на практику. Элания тоже, как будущая правительница стремилась с самого поступления к этой же цели. За нее переживать не стоило. Иногда мне казалось, что у нее совсем не было никакой личной жизни кроме наших редких девичьих посиделок. Наш заучка тоже взял резкий старт по превращению из обычного Мони в будущего Мониара. Теперь мы посещали стадион каждый день. Хасир даже взялся нас тренировать вне учебного времени, мы сначала дружно испугались, но потом увидели реальную пользу. Без него мы все равно щадили друг друга, а Хасир не знал слово — пощада.
   Кобеан Сальтер. Мой Кобеан ловил любое свободное время в перерывах между занятиями, чтобы провести его со мной. Это было волнительно и трогательно. Иногда я выходила из аудитории и сразу натыкалась на его одинокую, ожидающую меня фигуру, и потом он провожал меня до следующей необходимой мне аудитории, не боясь опоздать на своизанятия. Его подарки участились, как и комплименты. Его прикосновения стали чаще и уверенней, все больше походя на нечто интимное, нежели романтичное.
   А вот Риас, напротив. Мне даже показалось, что я стала невидимкой для него. Мне не удавалось уловить даже легкого внимания, словить мимолетного взгляда от него за все прошедшее время. Он все также не отходил от своего холодного принца, весело кружа вокруг него. И вскоре я даже начала забывать о нем.
   Райан совсем отстранился от всех и постоянно витал где-то в своих мыслях. Он перестал грубить Элании и дразнить меня. Наш Райан пугал больше всех, словно замкнулся и закрылся.
   Нервно ожидаемые выходные наступили. Они выдались теплыми, и мы с ребятами дружно решили отправиться к реке, чтобы провести важный вечер там. Этот субботний вечер я ждала с нетерпением, чем накаляла атмосферу с любопытной Линди. Она тоже суетилась, нервничала и о многом расспрашивала. Радовало, что соседка выбрала нашу сторону, но доверять так просто все равно не хотелось никому, поэтому мы с герцогом решили подстраховаться.
   Киви весь вечер пятницы просидела над амулетом, который насытил своей силой Райан. Мони подсказал такой вариант магической клятвы, вспомнив, что читал о подобном вкакой-то книге. Я сильно удивилась, когда узнала, что за амулет это будет.
   — Шоколад? Серьезно? — спрашивала, совсем не понимая, как плитку шоколада можно насытить защитной магией, усилив ее магией крови, и тем самым обычный продукт станет амулетом для приношения друг другу магической клятвы.
   Поэтому затаив дыхание сидела в комнате у парней и следила за Киви. Она принесла какое-то старинное кольцо, пояснив что эффект нужно накладывать на предмет старый и тот, который имеет богатую историю. Будет хорошо, если носителя кольца предавали и не раз обманывали. Затем она заставила Райана наложить неподдерживаемое, древнее заклинание защиты на кольцо. Мони с удовольствием нашел литературу, где описывалось все до мелочей. После Киви, обычно такая нежная и добрая, без особых проблем порезала себе палец не самым острым ножом и даже не скривилась. Это было странным зрелищем. Проговорив какие-то слова заклятия, она капнула своей кровью на кольцо, но неожиданным зрелищем для меня стало то, что кровь не растеклась, а зашипела и, как вода, испарилась.
   — Все, — оповестила всех синеволосая, — Осталось только перенести заклинание на шоколад.
   Что она сделала в течение минуты без дополнительных приспособлений.
   А сегодня мы уже расположились возле бурной речки, для откровений под веселые всплески воды, которые совершенно не могли успокоить волнение.
   — Нужно съесть каждому по кусочку, — протянула шоколад Киви.
   — И как это подействует? — уже отламывая, интересовалась Элания.
   — Все что мы сегодня услышим, мы сможем обсуждать только вот в таком вот кругу людей и больше ни с кем. Если только сам хранитель секрета не решит его нарушить, — пояснила Киви.
   — Надеюсь, это все стоило того, — с какой-то грустью сообщила Линди.
   Съев по кусочку шоколада, мы вытащили эль. Напиваться не хотелось, поэтому парни заранее заказали из города что-то менее крепкое. На плед были брошены еще и различные продукты, вроде лепешек, вяленого мяса и фруктов.
   — И так. Вы собрали нас тут, поэтому начинайте! — требовал нетерпеливый Мони.
   Я взглянула на Райана, он на меня, и, не сговариваясь, мы дружно перевели тяжелый взгляд на Эланию.
   — Что? — испугалась принцесса.
   — Начни ты, — предложила я.
   — Что начать? И вообще, почему я?!
   — Ты самая секретная и закрытая тут особа, Элания, — упрекнул ее герцог.
   — Чего?! На себя посмотри!
   — Элания, — решила прервать ругань еще в зародыше, — Расскажи что-то, что ты держишь втайне от всех нас, пожалуйста.
   Вот за что я уважала принцессу, так это за то, что, когда было необходимо, она это осознавала и делала так, как просят.
   — Что-то из тайн. Так вот зачем шоколад? — девушка обвела нашу пятерку взглядом, а потом огорошила вестью, — Я была влюблена в Бриджа. Он не отвечал мне взаимностью, но мне было все равно.
   — Бридж — это посол с корабля? — задала вопрос Линди.
   Кратко мы вспомнили Бриджа, кратко троица лично знакомая с ним высказалась о том, что думала о нем. Думали мы почти одинаково и все считали его очень хорошим и достойным человеком.
   — Ты и полюбить? — язвительно продолжил герцог.
   — А что, по-твоему, Райан? Может я и не человек вовсе? Тогда ты ошибаешься. И раз уж речь зашла о тайнах, я не упущу возможности сказать, что, хоть ты и редкий, хитрый подлец, но ты мне нравишься. И меня раздражает, что из-за своей грубости, ты даже не даешь мне шанса, — с надменным видом и хладнокровно высказала принцесса.
   Райан, кажется, не поверил, сидел молча и не спешил комментировать услышанное, лишь спустя время выдохнул и сказал, что очередь Мони. Хотя я посчитала, что у Элании должны быть более значительные тайны, но спорить не стала.
   — Ну, я… Вы ведь все знаете, что мы с Киви из деревни, что на юге Террийска. Я не мечтал о поступлении в эту академию, просто пошел за Киви следом, — опустил голову парень и уже тише продолжил, — Киви, прости, но я не хочу, чтобы ты уезжала из «Околицы».
   — Мони, — взяла за руки парня Киви, — я давно знаю о твоих чувствах ко мне. И спасибо, что ты тут со мной, — ласково улыбнулась она растерянному парню.
   — Как скучно, — высказалась Элания, за что получила тычок в бок от Линди с сопровождающим «Тсссшшш…»
   — Ну, а еще у меня мечта появилась недавно, — веселее продолжил Мони, когда мы уже решили, что их «откровения не откровения» уже закончились, — Если я смогу попасть на практику, то хочу стать сильным, как наши наследники или как Райан. Такие самоуверенные.
   — А я завидую и мне плохо от этого, — продолжила Киви, тяжело вздыхая, — Я завидую Элании, а недавно начала завидовать Орисе. Я ведь из деревни и у меня нет этой красоты и хрупкой фигуры. Да много чего нет. Я не хочу завидовать, но иначе не выходит… — девушка высказала все спешно, также спешно залилась румянцем и совсем опустила голову и плечи.
   — Дура, — обозвала ее Элания, ни разу не соврав, — Знала бы ты, как тяжело жить в стенах дворца. Постоянные шепотки, никому не веришь, все норовят узнать о тебе любую подробность. Любую зацепку. Ты не можешь даже спать, как тебе вздумается. Ты же будущая королева! Ты должна дышать величием, лежать с величием, от твоего взгляда люди должны желать упасть на колени. Я бы многое отдала, Киви, за твою жизнь. Ориса, а ты? Ты же скрываешь что-то такое… Что-то, ради чего мы все под запретом разглашения тайн. Это ведь из-за тебя шоколад, да?
   Настала моя очередь, поняла я. Я долго готовилась и думала над речью, но сейчас словно все заученное выбили из головы. Но в отличие от Крона, передо мной сидели люди, которые были мне приятны. Давай, Ори, не трусь! Они поймут. Должны понять. Ну же!
   — Я, — голос сорвался, мне пришлось успокаивать свое дыхание. Отвела взгляд в сторону реки, набрала воздуха побольше и продолжила, — Я, Ориса Дезант. Не состоявшаяся убийца и мятежница в двойном размере. Я предала тех, кто верил мне, бежала, как преступница…
   Моя речь казалось, заглушила даже шум реки. Я говорила и говорила, рассказывала все. Все, с чего началась моя история. Все, что умела и творила в прошлом. Я пролила слезы, когда вспоминала Лиру. Я ненавидела, когда вспоминала Висану. Я не помню, когда Райан пересел ближе и обнял меня, укладывая мою голову себе на плечо и гладя по волосам. Когда я закончила, я не посмела смотреть на друзей, спрятавшись в объятиях Райана. Единственного, в ком была уверена. Он не отвернулся от меня. Теперь пришла его очередь.
   — Ни для кого не секрет, что я беглый герцог, племянник покойного короля Вертании Арнольда, — протянул он, напрягаясь, — Но я, к сожалению, состоявшийся убийца, — оглушил парень, я дернулась, пытаясь отшатнуться, но тот лишь сильнее прижал меня к себе. Будто просил утешения у меня и поддержки, и я не посмела отказать.
   Кажется, Линди выругалась, взяв пример с принцессы.
   — Энджи Кениар, — закрывая глаза и целуя меня в лоб, проговорил герцог, пока я тряслась от страха, — Я любил ее даже сильнее, чем смог полюбить Эланию. Первая любовь такая, всегда более яркая. Когда я похоронил свою семью, я отрезал все, что связывало меня с прошлой жизнью. Переехал во дворец и существовал там, стараясь забыть обутрате. И мне почти удалось выкинуть из головы прошлое и начать жить заново. Только потом выяснилось, кто были те мятежники, которые дали указание нашей якобы служанке. Это была семья Кениар.
   Энджи все знала. Но совершила непростительную ошибку. Она полюбила меня и боялась за меня. Глупая девчонка, если бы она тогда не сорвала меня в ту ночь на свидание, то никого из свидетелей не осталось бы, и она была бы сейчас жива.
   Я никогда не испытывал добрых чувств к Арнольду и своему двоюродному брату Крису. Они были чрезмерно жестокими. И жестокость их не знала границ. Семью Кениар должны были приговорить к казни через суд, но королю захотелось поиграть, — тяжелый вздох и герцог трясется не то от гнева, не то от страха перед воспоминаниями, лишь сильнее прижимаясь ко мне, — Ее семью убили, выставили будто это был мятеж, а Энджи… Ее они держали в темнице почти три месяца. Когда наступил день моего рождения, Арнольд сказал, что смог, наконец, преподнести своему любимому племяннику воистину щедрый дар.
   Она была привязана к кровати, вымыта и одета, как наложница. Она уже не была так чиста и невинна, как я ее помнил. Она даже не молила меня. Она не могла. Ей вырезали язык, видимо, когда взяли в плен. Она даже не плакала. Маленькая Энджи. Что я мог сделать?! Ори, что я мог для нее сделать?! Она бы не сбежала даже с моей помощью. Я знал, что она проживет недолго, проживет короткую, ужасную жизнь!
   В Вертании давно все приближенные к королю носили при себе яд, который способен был убить почти безболезненно. Мы напуганные постоянными нападками, боялись не смерти, а то какой она придет за нами. Я не смог сказать, что я наливаю в вино. Не нашел сил предупредить, что глоток ее будет последним, но все равно вынудил пить. Она самадогадалась. Энджи сопротивлялась, но что она могла?! Когда она уже была мертва, я всадил кинжал в ее сердце. Я сделал все, чтобы сыграть хладнокровного, но счастливого Райана, который не стал удовлетворяться сексуальным насилием. Тому Райану, куда важнее было пролить кровь ради мести. Арнольд был доволен и горд мной. Он ставил меня в пример Крису в тот долгий утомительный вечер. Вечер, на котором я сидел в их компании, попивая виски и играя в карты!
   Одинокая слеза стекала по щеке Райана, его трясло, и он спрятал лицо в моих волосах. И теперь уже я успокаивала герцога, крепко обнимая его. Теперь уже я была уверена, что хочу забыть то, что услышала. Эта необъяснимая невозмутимость герцога в любой ситуации стала ясна.
   — Я хочу знать, зачем мы только что услышали это от вас двоих? — растерянно проговорила бледная принцесса.
   — Нам с Райаном надо остаться в Нестаргоне. Ты же не выдашь нам своего попечительства на жизнь в Террийске?
   — После того, что я о вас услышала?!
   — Мы доверились и открылись вам. Мы ведь друзья. Да и мы рассказали о себе, чтобы вы узнали, какие мы на самом деле. Мы хотим команду для прохождения практики. Она ведь не зря формируется так рано и, потом еще нужно набрать столько баллов для возможности пройти ее, — пытаясь отвлечься от услышанного, бормотала я.
   — Конечно, — подала голос Киви, когда, наконец, смогла говорить, — Мертвый лес поддерживают с колоссальным количеством нечисти, чтобы за проведенное время там, учащиеся могли испробовать свои навыки на практике, столкнувшись почти с любым существом, что может угрожать в мире.
   Я поблагодарила Киви. Ее сочувствие и неизменная доброта так пришлись кстати.
   — Именно поэтому мы должны знать о друг друге все, — заключила уже смелее я, — Должны знать, на что каждый из нас способен. Теперь вы знаете, кто какой груз все это время нес на плечах. Знаете, что Элания, в сравнении со мной и Райаном, безобидна и прекрасна душой.
   — Ну, спасибо, — прошипела от такого сравнения принцесса.
   — Сегодня мы больше не заговорим о грустном, — взялась я за налаживания диалога, — Предлагаю во время подготовки к экзаменам собираться вместе. Проводить большевремени вместе. Никаких больше секретов. Мы знаем, что у Мони слабость и сила заключены в Киви, а еще в его комплексах. У Киви все проще. Надо поднять самооценку. Райан, ты…
   — Элания, да. Но ты большая моя слабость, Ори. Потому что…
   — Похожа на Энджи Кениар. Но ты знаешь, что я способна постоять за себя, а значит, тебе придется больше практиковаться в бою с Эланией. Ты должен знать, ее слабости, потому что даже Элания их не знает.
   — Все просто, — ответила уже по-обычному надменно принцесса, — У меня нет слабостей. Я же будущая королева.
   — Боги, Элания! Твоя самоуверенность и есть твоя первая и основная слабость, — не сдержал очередной порыв гнева убийца.
   — А я? Я же… — неожиданно раздался голос Линди.
   — А ты будешь поддерживать нас, — начала объяснять, зачем она тут, — Зачаровывать нашу одежду и оружие. И просто, ты же наша подруга, поэтому и секреты тоже должна знать.
   — А мне нравится ваш подход, — вышел из ступора заучка, — Тут же никто так не подходил к практике и, если все будет также круто, как и звучит, то мы, может даже, изменим историю академии.
   — Помните, при поступлении была речь про огнестрелы? — задала вопрос Элания.
   А я, наконец, скидываю напряжение, потому что, если наша принцесса пытается ускользнуть от тяжелого разговора, значит, все будет нормально.
   — Да, — ровно ответил, взявший себя в руки, Райан, — И мы уже завтра начнем испытывать заклинания на скорость, есть у меня идея, но, Ори, тебе придется сесть за артефакты тоже уже завтра и не ждать, когда этому начнут обучать.
   Я была безгранично благодарна ребятам, которые не стали заострять внимание на нашем ужасном с Райаном прошлом. Досидели мы тот вечер с натяжкой весело, обсуждая наши возможности для практики. Если кто-то и стал относиться к кому-то с опаской, вроде Мони к Райану, то пытался всячески это скрывать и даже, наоборот, старался тянуться к этому человеку.
   Все последующее утро воскресенья я пробегала от библиотеки к корпусу, вызывая любопытные взгляды от Кобеана и даже от Риаса, но Октавий был тем еще… Поэтому не забыл подкрепить запрет магически, парни и впрямь не могли приблизиться ко мне, чтобы заговорить, но пол дня Кобеан мучал Киви и заставлял ее работать связным. Когда до него дошло, что я ищу информацию об артефактах и, что мы планируем податься на практику, то он, на мое удивление, пришел в ярость. По сумбурному объяснению Киви выходило так, что он не допустит того, чтобы я рисковала хрупкой, нежной собой, ради совсем ненужной мне практики. А последнюю весть Киви принесла бледной и заикалась.
   — Ориса, — прошелестел ее голосок, — Он… он. Кобеан, сказал, что будущей королеве Дарголии незачем марать руки в убийстве нечисти! Что он сам справится.
   Выслушала, гулко сглотнула ком и прогнала возникшую расчетливую идею, чтобы дальше продолжить копошить полки с книгами.
   После обеда мы вышли на стадион уже впятером. Райан как-то сразу стал негласным командующим нашего состава. Наверное, каждый из нас про себя решил, что опыта, как выяснилось, у герцога во всем будет побольше нашего.
   — Киви, ты говорила, что владеешь оружием ближнего боя.
   — Да. В основном то, что требует большей силы.
   — Значит, сделаем акцент на это. Твое тело физически подтянуто, но если ты хочешь быть кем-то вроде воина-защитника, то тебе придется набрать массы и извини, но…
   — Мне все равно, какое телосложение у нее будет. Даже, если Киви будет похожа на мужчину, — вдруг встрял Мони и взял возлюбленную за руку, — Мы же в Мертвый лес собираемся, поэтому важнее, если она выживет.
   — Спасибо, Мони, за понимание, — переключился Райан, — Над твоей подготовкой мы продолжим работать ежедневно, как и с Киви. Только тебе еще придется засесть за развитие искры, готовься к тому, что каждый день ты будешь истощать себя. Уклон твой будет такой же, как и у меня. Скорость, реакция, логика и быстрота мышления. Ты все женаш единственный боевик.
   Райан подошел ко мне и несмело улыбнулся.
   — Думаю, о своих слабостях ты знаешь, Ориса, как никто из нас.
   — Да. Но не о магических, — нахмурилась я, — Если Мони у нас боевик, ты защитник, а Киви будет брать на себя ближний бой, то я совсем не подхожу.
   — Всю ночь не спал, думал только о тебе и Элании, — издевательски произнес герцог.
   Элания покашляла в кулачок и, мне кажется, даже покраснела, но быстро вернула себе величие.
   — Пересмотри все артефакты. Это лето у нас будет свободным. Если остальные поедут домой к своим родным, то нам с тобой возвращаться не к кому. Остаемся в академии и сидим за учебниками. Я буду помогать тебе в изучении. Засядем в мастерской сразу после экзаменов. Артефакты в бою всегда хорошо. Ты будешь нашей поддержкой. Не будем прыгать выше твоей головы. Поэтому весь уклон на магию земли. Твоя ловкость, твоя реакция и так отточены.
   — Я понимаю, к чему ты ведешь, Райан.
   — Тот бой на занятии у Октавия, — поддержала мою мысль Элания, — Эта парочка. Тиретис и Риас. Они были как одно целое, а ты будешь одной и целой без «как».
   Я кивнула принцессе.
   — Слышал о том занятии, но не видел, — с сожалением высказал Райан.
   — Элания, с тобой изначально все было ясно. Еще когда Ориса сказала, что ты идеально подходишь в пятерку.
   — Прямо так и сказала? — оценивая, посмотрела на меня принцесса.
   — Ты могла бы стать сильным экзорцистом. Борьба с одержимостью и нечистью. Твое исцеление относительно.
   — Почему? — встрял Мони, — Хочешь, чтобы она только ослабляла нечисть?
   — А ты что-то знаешь?
   — Да. У огневиков целителей с четвертого курса идет изучение рассеивающих заклятий. Так что, всякие русалки, лесные нимфы нам не смогут навредить. Только ей надо сесть за изучение подобного.
   — Вообще-то уже завершаю, — со скучным видом сообщила Элания.
   — Что ж, значит, твою идеальную роль объяснять не придется. Но требования по физической подготовке к тебе будет такое же, как и к Мони.
   — Почему? — округлила совсем не по-принцесски глаза.
   — Потому что, я наслышан, что ты бегаешь, как старуха.
   — Ты ему рассказала?! — перевела возмущение на меня девушка.
   — И правду Кениар рассказала! Чего встали, как истуканы? Решили в выходной день на стадион прийти, чтобы от меня скрыться?! Ну, уж нет, черти! Вперед на исходную! И четыре круга бегом! — услышали вопли Хасира.
   Киви с Эланией вздрогнули, а мы втроем уже знакомые с повадками и любовью преподавателя к своей профессии, лишь лихо улыбнулись.
   Глава 20. Немного скучности от Ори
   Мне пришлось позабыть обо всем и обо всех, кроме учебы, тренировок и своей команды. Времени ни на что другое просто не хватало. Но жаловаться никто из нашей пятерки не стремился, потому что каждый из нас, в той или иной степени, наслаждался стремительными переменами в жизни и обществом друг друга.
   Элания дополнительно учила всех окружающих сквернословию, да так, что даже Хасир сначала перестал цепляться к девушке, а потом еще и восхитился ее богатым словарным запасом. Мони снабжал нас литературными и учебными познаниями, а Киви очень вовремя успевала утешать тех, кто в этом нуждался. Райан, поделившись с нами своими секретами, даже стал улыбаться более задорно и все чаще убирал свою невозмутимость, раскрывая беззаботность в характере. Не зря же у него такой веселый, заразительныйсмех. Хотя, вспоминая о его совсем невеселом поступке, многие из нас вздрагивали и отводили взгляды. Но парень не обижался, каждый из нас понимал, что время необходимо всем.
   Я тоже пострадала от своей тайны. Мне уже не так легко доверяли и все чаще следили с опаской, а Линди и вовсе замкнулась. Нет. Она не стала меня избегать. Девушка, наоборот, всячески стремилась поддержать меня, предлагала свою помощь, делилась с знаниями, но между нами все больше росла стена отчуждения. На сердце у меня рождалась печаль. Вроде все как обычно: завтрак совместно, занятия раздельно, обед совместно, тренировки раздельно, а вечером после позднего ужина меня встречал горячий чай и краткий рассказ сплетен из жизни академии. Но, что-то все равно было не так, и я никак не могла понять, что именно.
   Артефакторика. Как оказалось, это невероятно интересно. Все эти компоненты, которые по раздельности ничего не значат, но стоит их собрать и насытить магией, и они уже способны горы свернуть. При этом моей силы тратилось в разы меньше, чем, если я использовала ее в качестве боевика. Много из материала предоставлялось академией, но чего-то не хватало, и мы с Райаном уже составляли список для заказа.
   Впервые заглянув в мастерскую, внутри меня все затрепетало от предвкушения работы в этом уюте и комфорте. Зал поделенный с помощью прозрачных стеклянных стен на крохотные комнатки. В одной из таких комнат я заметила Энриха и Тиретиса, которые даже не обратили на меня внимания. Я не стала здороваться и отвлекать их, пройдя дальше в поисках свободного местечка. Дневной свет проходил свободно через множество огромных окон. Тут стояли общие стеллажи со склянками, механизмами, веществами и даже старыми украшениями для создания амулетов. Когда тебе нужно взять что-то для своего творения, то ты подносишь руку к считывающим артефактам, и на твое имя идет учет стоимости изделия, которое вносится в твою отработку.
   Временами, моя голова раскалывалась от непонимания материала, и я неслась с вопросами к Мони и за разъяснениями к Райану. Иногда они даже посещали мастерскую совместно со мной, склоняясь над очередным создаваемым мной простейшим артефактом и пытаясь разобраться в его структуре. Совместная учеба и разбирательства, как и говорил Райан, приносили успехи. Мы уже четко знали, на что способен каждый из нас. Удивление вызвало то, что сильнейшим магом из нашей команды, способным четко и правильно реагировать в спонтанной ситуации, являлась Элания. Ей оставалось лишь работать над своим телом и развивать мускулатуру. Девушка так и не смогла сбросить маску величия, потому что это оказалось не маской. Но все чаще ее колкие шутки уже не звучали упреками и укорами, а скорее веселили. Все понимали, что она не пытается обидеть, что вот она Элания, такая, какая есть. Но глубоко за ее величием, сокрытая от посторонних, спит сладким, крепким сном мягкая и чистая душа, которую и полюбил Райан.
   Октавий перестал измываться надо мной с принцессой, что вызывало зависть со стороны стихийников первого курса. Все чаще Эмбер подходил к нашей пятерке и интересовался нашими успехами. Как-то он оговорился, что такого рвения и подхода для допуска к практике он еще не наблюдал. Но, тем ни менее, пообещал, что поблажек на экзаменах мы не получим.
   Уже к концу жаркого мая, я осознала, что за последние месяцы успела узнать больше, чем за весь год. За эти месяцы я сделала больше шагов для изменения старой жизни и для рождения Орисы Кениар.
   Пришел день экзаменов. В первый год для учащихся расписание составлялось скупо по количеству предметов, а вот в следующем году нам уже обещали гораздо больше просторов в обучении.
   История магии. Эмилия Гаур обладала скверным характером, который оправдывался ее магией ¬— темная зачаровательница. Я, в числе остальных первокурсников, ожидала во дворе возле корпуса темных. Волновалась ли я? Нет. Это называется не волноваться. Это что-то иное. Меня била нервная дрожь, предвещая срыв в истерику, и я постоянно вытирала свои вспотевшие дрожащие ладони. Я могла бесконечно хвастаться знаниями по истории, но это же Эмилия!
   — Ориса Кениар! — услышала, от вышедшего из здания Кеми, — Я не буду желать тебе удачи, зануда. А просто скажу, что у меня восемнадцать баллов! Учись!
   — Ого, еще два балла и было бы максимально, — послышалось рядом от Энриха.
   Но Кеми гордо игнорировал все восхищенные и завистливые фразы, а прямиком направлялся ко мне.
   — Вызов принят? — надменно спросил он у меня.
   — Я сделаю двадцать один, — скучно оповестил Райан.
   — Это невозможно, — перевели все взгляд на Райана, а я только задалась вопросом: как можно сделать двадцать один у Эмилии?
   — Я тоже сделаю, — заявление от меня вырвалось решительно, но я совсем не представляла, как сделаю.
   Если Райан додумался, значит и я должна. И уже более легко прошла в сторону здания. Внутри в одной из аудиторий меня ожидала Эмилия.
   — Кениар, присаживайся и тяни жребий, — изящная, тонкая рука женщины подвинула мне круглую вазу с листочками.
   Пока Эмилия взялась за свой маникюр, я дрожащими руками торопливо, неразборчиво вытянула самый верхний лист, чтобы не нервничать еще больше. Спешно раскрыла записку с вопросом, и мои брови поползли наверх.
   — Мертвый лес. Зарождение, возникновение и по настоящее время, — зачитала я.
   — Отвечай, — устремила свой скучающий взгляд на меня Эмилия, продолжая точить свои ноготки.
   Мне радостно вспомнился всезнайка Мони, который всем нам уши прожужжал этим лесом. А потом мы этот лес еще и изучали по книгам.
   — В летописях не указываются точные даты зарождения хаоса на Ирфриде, — приступила к ответу ровным голосом, завороженно глядя на равномерно двигающуюся пилочку, — Легенды гласят, что наши бессмертные Боги, создавшие мир, затеяли войну. Бог зла Воилл создал орудие, которое способно было убить Богов — Ларир. Ларир не просто убивало. Оно оставляло порождения мертвых Богов бесконтрольными. Те, кто должен был жить в согласии и любви с этим миром погибали и, искаженные орудием Воилла, они возрождались существами свободными от предрассудков, желающих только зла. Одни желали крови, другие завидовали, что не способны больше любить, кто-то желал вернуть красоту, силу или свободу. Но, так или иначе, угроза ложилась на простых смертных. Когда над Воиллом одержали победу, выжившие Боги раскрошили и рассыпали его орудие поИрфриду. Они одарили простых смертных искрой, чтобы те смогли спрятать осколки Ларира, чтобы они могли очищать мир от тех, кто превратился в чудовищ. Им была дарована магия, чтобы защищать и выживать.
   Эмилия внешне не подавала даже намека, что слушает меня. Я немного отдышалась и продолжила ответ:
   — Тогда возникли первые потребности в городах, объединения отдельных общин в большие поселения, зародилась первая письменность, появлялись первые школы.
   Магам удалось спасти и очистить почти весь мир. На их борьбу ушли столетия, но чудовищ стало гораздо меньше. Последним неочищенным местом стал тогда еще Зачарованный лес, который позже переименовали в Мертвый.
   На свет рождались маги, обычно темные, которые могли не просто, как заклинатели существ, брать временный контроль над нечистью. Они могли подчинять ее, заставлять поклоняться себе. Это были могущественные маги, сила которых в разы превышала нашу. И те из них, кто был пьянен таким могуществом, нашли себе дом в Зачарованном лесу. Они возрождали мертвых и скапливали их возле себя со всего мира.
   Последнюю очистку провели лучшие маги за все время существования Ирфрида. В 536 году первого исчисления: стихийница Севилла, защитник Урсод, заклинательница существ Акира, маг крови Фариад и темный маг Андуор. Они сложили усилия для победы над отрекшимися магами, но сами погибли, не успев очистить Зачарованный лес. В честь них вНестаргоне на границе с лесом построили нашу академию. Зачарованный лес переименовали в Мертвый в память об умерших героях. А сам лес решили оставить нетронутым, чтобы закалять учеников на практическом опыте.
   На границе леса установлены артефакты, которые не дают возможность покинуть чудовищам свою тюрьму. За все время существования Хардонской академии магии существа еще ни разу не прорывались за барьер. Сам лес простирается на тысячи километров от академии до самого Забытого полуострова, включительно.
   Контроль за особями производится раз в десять лет Орденом Чистого Света, с целью привести все к балансу и дополнительно обезопасить практику для учащихся. К тому же Орден Следящих каждый год делает вылазку, чтобы не упустить, появление новых, неизвестных миру…
   — Хватит, — лениво протянула Эмилия, отложила пилочку и зевнула, — Я в тебе не сомневалась, — оценила она мой ответ, — Мне всегда нравилось, что ты умеешь рассказать интереснее, чем я. Двадцать баллов, Кениар.
   Двадцать баллов. Радоваться надо, а я так и не придумала, как у нее вытянуть еще один балл. Но Райан…
   — Простите, Эмилия. А можно плюс один балл? — надо же хотя бы попробовать.
   — Интересненько. Ты первая, кто просит о подобном, — задумалась Эмилия, — Хорошо. У меня сегодня хорошее настроение, — с кислым выражением лица произнесла женщина, — Я задам тебе вопрос, ответишь — добавлю.
   Никак не ожидала, что все вот так просто. Киваю в знак согласия, ожидая сложного с заковыркой вопроса.
   — Вас все еще учат сражаться с нечистью, потому что все еще по всему миру вспыхивает ее возрождение. Я уже молчу о Запретных землях и водах. Скажи мне, Кениар, почему чудовища возрождаются?
   И все? Вот так просто? Или Райан знал, что Эмилия на подобные плюс баллы не скупится? В любом случае, я поменяла свое отношение к Эмилии.
   — Согласно все той же легенде, осколки Ларира спрятаны в защищенных местах и есть те случайные, которые просто не нашли. Их нельзя уничтожить, и они все еще содержат в себе силу убитых Богов. Эта сила источается неравномерно, иногда ее выбросы возрождают могилы мертвых, даруя им ту или иную силу, но обязательно искаженную злом.
   — Иди, — легко внесла Эмилия двадцать один балл в мой бланк, — Позови Террийскую.
   Выходила я окрыленной и счастливой, а еще безумно гордой, потому что смогу похвастаться перед Фертишу, что не уступила ему.
   — Элания, твоя очередь, — сообщила принцессе.
   — Ты слишком довольна, Ориса, — подметил герцог.
   — Расскажи мне, Райан, как ты узнал о том, что Эмилия может добавить плюс к максимальному баллу на экзамене, если она даже на обычных занятиях больше пяти никогда не ставила?
   — Вообще-то я пошутил, — протянул нахмурившийся герцог, ошеломляя меня.
   Остальные экзамены прошли с меньшим волнением и с максимальными баллами у всей нашей пятерки. Только Мони немного недожал на практическом экзамене по «Общим заклинаниям». День выдался изматывающим, но меня «порадовали», что на втором курсе экзамены стоят и по два дня подряд. Уснула я быстро и без сновидений, зато довольная тем, что все получилось сдать, и с такими успехами точно смогу взять допуск на практику после второго курса.
   Глава 21. Необычный экзамен или переживания на переживаниях
   Следующий день оказался еще более нервным и издерганным, чем предыдущий. Мой бланк должен был радовать высокими оценками по экзаменам, но он не справлялся. Я переживала за Кобеана. У него сегодня состоится испытание практических навыков. Ближе к экзаменам мы с ним почти перестали видеться, и я успела соскучиться. А еще сегодняучастников экзамена, который прозвали ежегодные игры, никто не будет щадить. Говорят, что защита способна предостеречь от смертельных ранений, да и рядом будут находиться лучшие целители, но ради доказательства, что они достойнейшие, учащимся придется пройти жестокое испытание. Конечно же, я боялась за своего принца. И как бы не хотелось признавать, но и за парочку я тоже переживала.
   Стадион преобразили, возведя вокруг поля очень высокие, деревянные трибуны. Множество зрителей из тех, кто не боролся за практику, пришло поглазеть на зрелище. Мы сЛинди спешно поднимались на самые верхние места, которые успели нам занять друзья. Уже усаживаясь на скамью, я услышала голос бородатого позади себя.
   — В этом году из третьекурсников никто не добрал баллы. На четвертом одна команда, на пятом две и две со второго курса, — ставил в известность нашу компанию Энрих.
   — А ты сам, планируешь в Мертвый лес? — поинтересовался герцог.
   — Сдурел? Я же не Тиретис, а артефактник попроще. Но принц пообещал помочь мне с устройством на службу в довольно неспокойную на нечисть деревню в Нестаргоне, чтобы там отработать положенный срок и попробовать заслужить хорошую репутацию. А это правда, что вы туда рветесь?
   — Нам нужно, — коротко ответил Райан.
   — Так это правда? Я думал вы так шутите. Мы решили, что вы просто так нервы всем преподавателям потрепать захотели, — высказал странную мысль Энрих, вынуждая меня задать уточняющий вопрос.
   — Что ты хочешь сказать?
   — В смысле что? То и хочу! У вас же у всех кроме Райана потенциал искры невелик, куда вам в Мертвый лес то? Риас только посмеялся над вашим героизмом и рвением, но тобой Райан он заинтересовался, чтоб на следующее лето тебе место у себя в команде выбить.
   — Обойдется, — уже вступила Элания.
   Поле стадиона избавили от разделения на отсеки. Теперь это выглядело бы просто полем, если бы не декорации. На нем возвышались разбросанные огромные камни, будто вырванные кусками из карьеров. Какие-то достройки, похожие на дорожку с препятствиями. Среди всего этого пестрила зелень кустов и листва на вполне взрослых деревьях. Маленькиеозера, которые больше походили на большие лужи, располагались хаотично. По центру находилась невысокая пирамида, на высшей точке которой стоял постамент. На нем красовалась фигурка, будто из хрусталя, но вот какая она, даже с усилением зрения, что вплели преподаватели в трибуны, не было возможности разобрать.
   — Что там? — спросила, указывая на постамент.
   — Кристалл, который нечисть призвать способен, чтобы команды сражались с настоящими противниками, — ответил Мони, — Ты не волнуйся. Смотри, по периметру кристаллы с ограждением, так что нам ничего не угрожает.
   — Я думала, что только осколки Ларира способны на такой призыв.
   — Это же всего лишь легенды, — посмеялся надо мною Энрих.
   Мне не захотелось спорить и доказывать обратное, хотя я верила в эти легенды. Просто отвернулась от всех и приступила ожидать начала своеобразного экзамена. Мое терпение изматывалось волнением. Позже прозвучала речь от ректора, после него каждый декан выступил с пожеланиями удачи своим факультетам. И, наконец-то, на поле вышла первая команда.
   — Пятый курс. Команда Дика. Говорят, что в этом году они лучшие, — продолжал вещать Энрих.
   — А в каком порядке будут выходить команды? — поинтересовалась с надеждой, что увижу Кобеана быстрее и смогу вздохнуть спокойно, когда он закончит испытание.
   — Капитаны утром жребий тянули в кабинете у ректора. Если ты за своего принца волнуешься, то он второй выходит. А если Риас прав, и ты больше будешь волноваться за него, то он четвертый, — ответил Энрих.
   — Что значит Риас прав? — вырвалось у меня и я не удержалась, обернулась и с прищуром сделала замечание бородатому, — А ты, Энрих, смотрю очень спелся с этим бессовестным блондином!
   — Ориса, я общаюсь с Тиретисом, и, конечно же, вижусь с Риасом. Иногда он слишком порывист и высказывается при мне тоже. Вообще, зря ты с ним так.
   — Да идите вы, — грустно высказала, не находя поддержки от окружающих.
   В это время началось представление. Кристалл засветился темными фиолетовыми всполохами, потом они сменились на темно-синие, темно-зеленые и остановились на темно-красном, после он потух.
   — Нечисть крови, — проговорил Мони, затаив дыхание и внимательно изучая поле.
   — Смотрите! В воде! — послышалось откуда-то позади от незнакомой девушки.
   Из озерца-лужи медленно поднимались бугры, превращаясь в головы существ, которых я не смогла опознать. Скользкая, болотного цвета кожа с волдырями. Они были низкорослыми, приземистыми, но с аккуратной поступью. Их тела походили на человеческие, если бы не сильный горб из которого росла голова собаки, похожая на тех, которые обитали в южных странах, кажется их называли гиенами. Но в отличии от собак, у этих чудовищ не было носа, даже кожи на морде, будто срезали. Зубы гораздо длиннее и острее, а глаза горели красным пламенем.
   — Барналоши, — узнал нечисть Мони.
   — Какая мерзость, — описала двумя словами существ Элания.
   Капитан, как я догадалась по поведению участников, активно стал отдавать указания. Высокий рыжеволосый Дик даже не растерялся, увидев этот вылезший из воды кошмар.Четверо из команды плотно обступили одного парня, который уже активно выплетал заклинание, вплетая в него стихию воды.
   Твари вели себя не организованно и нападали беспорядочно, постоянно натыкаясь на моментальный отпор от четверых магов. Сначала вся толпа дружно ахала и замирала, но вскоре всем надоело однообразное зрелище, и все стали ждать чего-то интересного. Маг в центре доплел заклинание и активировал его. Мы ожидали зрелищ, но увидели только, как твари зашипели, упали, скрутились и забились в агонии, пока не иссохли, превращаясь в кости.
   — И все? — разочаровано спросила Элания.
   — Дик всегда гнался не за эффектным выступлением, а за быстрым результатом. Иначе его команда не была бы лучшей, — пояснила всезнающая о жизни учащихся Линди.
   Дальше шел рассказ от преподавателей об используемом заклинании и тактики прошедшего сражения. Как всегда, перечислились достоинства и должны были перечислитьсяошибки, но под всеобщий гул изумления, нам сообщили, что ошибок команда не допустила. Все прошло грамотно.
   Я сжала кулаки, когда на поле вышел Кобеан. Мой принц, сегодня был одет в кожаную броню, как и все из его команды. Волосы он убрал в очень короткий хвост на затылке, чтобы не мешали. Если он и волновался, то вида не подавал. Уверенным шагом победителя, лидер возглавлял шествие к центру поля. Состав его команды не изменился с того самого учебного боя. Все они дружно остановились возле пирамиды и бесстрашно посмотрели на кристалл.
   Тот засветился различными всполохами и потух после синего сияния. Я не успела задать вопрос, что за нечисть сейчас появится, потому что три испуганных девушки выбежало из пирамиды. Они задыхались так, будто еле смогли выбраться, остановились и посмотрели на команду внизу. Три светловолосых девушки в легких белых платьях, босиком. По их бледным, усталым лицам бежали слезы и, казалось, что они вот-вот упадут от бессилия. Я осмотрела трибуну, где сидели преподаватели, но те лишь поджав губы смотрели на происходящее.
   Лидан и Марк одновременно ринулись помогать девицам, но Лидан был остановлен Кобеаном, а Марк, не узрев подножку от Зары повалился. Но вместо того, чтобы задать вопросы и усомниться, оба парня только зарычали от такого поведения друзей и подорвались, чтобы броситься на союзников.
   Зара кричала на Эвана, который стоял неподвижно и не сводил взгляда с красавиц. В следующее мгновение на воительницу врукопашную напал Марк, позабыв о том, что он маг. Но Зара не являлась слабой, перехватив свое неизменное оружие так, будто это не кистень, а гаррота. Девушка сумела произвести превосходный захват, обхватила веревкой его шею, ловко обошла и уже толкнула парня в спину, опрокинув того на колени. Она потянула на себя кистень, не боясь задушить союзника. Кобеан в это же время призвал огонь Лидана, хотя я даже не догадывалась, что такое возможно. Лидан также, как и Марк, страдал от удушья только магического, стоя на коленях перед принцем. Зара громко свистнула, и орел оповестил возгласом о том, что уже на подлете. Он безошибочно спикировал на Эвана, впиваясь огромными когтями в его плечо. Эван пришел в себя и побледнел, а затем наскоро начал выплетать заклинание.
   Я посмотрела на пирамиду, где должны были находиться девицы, но их там не нашла. Это были уже не прекрасные девушки. Их светлые лики потускнели серостью, глаза впали, утрачивая красоту, а светлые волосы превратились в седые лохмотья. Пару секунд и они набросились на команду Кобеана, но Эван успел раньше. Марк, придя в себя от исцеления, моментально построил защитный барьер, а Кобеан с Лиданом встали бок о бок. Они все снова и снова пускали огненные шары, пытаясь задеть быструю нечисть, но промахивались.
   Твари шипели, бегая вокруг барьера и пытаясь пробраться через защиту. Марк постепенно увеличивал радиус барьера, вытесняя девиц дальше от команды. Потом принц дал новые указания, и команда сделала рокировку. Марк быстро снес барьер по площади и применил щиты на каждого союзника. Нечисть тоже не теряла времени и взяла разгон наЭвана. Зара отбежала и подняла руку вверх, чтобы мгновением позже ее питомец промчался над ней и сильно оцарапал ладонь хозяйки.
   — Таалки, — наконец услышала от завороженных зрелищем ребят.
   — Мони, кто это? — задала вопрос, надеясь, что он среагирует.
   Но тот меня не услышал, зато услышал Райан:
   — Мы с тобой потом изучим их подробнее. Команда сейчас дразнит нечисть кровью молодой девушки. А ее кровь способна подарить отверженным невестам красоту и силу для приворота.
   Таалки и впрямь остановились и жадно уставились на отдаленную от команды Зару. Кобеан успел встать возле Эвана и Марка, а Лидан чуть ближе к Заре. Когда начисть бросилась к воительнице, Кобеан очень громко и отчетливо закричал:
   — Сейчас!
   Лидан мгновенно кинул уже заранее подготовленное заклинание. Булава на кистени Зары загорелась огнем, в котором, то и дело, виднелись всполохи целительного заклинания Эвана. Таалки накинулись на Зару с жадностью, но та сражалась так умело и играючи, что спустя короткий промежуток времени каждая из нечисти получила по пару ударов. Сейчас они окружили воительницу, шипя и оголяя клыки, но боясь приближаться. Девицы сделали еще пару попыток достать желанную добычу, прежде чем отшатнулись, принимая облик, в котором предстали впервые перед нами и осаживаясь на землю. Кобеан гордой поступью приблизился к ползающим девам и активировал заклинание, которое удерживал возле руки. Маленькие бабочки или стрекозы вспорхнули от него и разлетелись к жадным светловолосым девушкам, жаля их огнем, заставляя кричать и воспламеняться.
   Когда все закончилось, зрители аплодировали, оставшись довольными такой картиной. Дальше все повторилось, как после первого сражения. Преподаватели долго рассказывали о произошедшем, давая некоторым из нас отдохнуть после нервного зрелища и сделать перерыв, словно это был не экзамен, а действительно какие-то игры.
   Следующая команда тоже выступила с эффектным боем против двух василисков. Битва их продлилась долго и осложнилась тем, что они лишились одного из союзников, когда тот успел предупредить кого увидел, прежде, чем стал каменным изваянием. Я охнула от такого и даже подскочила, но Мони быстро успокоил меня, напомнив про защитное заклинание академии, которое не даст парню погибнуть. Восстановление тому понадобится, но он станет прежним. А Киви вспомнила, что в первый раз, она испугалась другого, увидев вот также василисков. Тогда девушка перепугалась, что сама превратится в камень, но защитные кристаллы по периметру работали, не давая сбоев.
   Четверка оставшихся сражались с закрытыми глазами. Именно в этот момент я узрела пользу от боевого мага земли. Он координировал свою команду. Парень прикоснулся к земле и слушал ее, четко озвучивая команде, где находятся твари. Задача остальных заключалась в том, чтобы вслепую выплетать заклинания и попадать ими в василисков.
   Когда все закончилось преподавательский состав поднял вопрос о том, прошла ли команда экзамен, чтобы быть допущенной к практике. Ведь если они лишатся одного из союзников без поддержки в лесу, то могут и погибнуть, несмотря на защиту академии. Спор длился около часа, но по окончанию ректор уступил декану магов крови и допустил ребят к практике.
   Я старалась не волноваться перед следующим боем, отчетливо помня сказанное Энрихом: «а если Риас прав, и ты больше будешь волноваться за него». Но чем больше я отгоняла мысли о волнении, тем больше волновалась. Интересно это он специально так? Сомневаюсь. Не мог же блондин знать, что Энрих мне сообщит о его словах. Или мог?
   Вышедшая пятерка выделялась на фоне других команд разнообразием возрастов, что было видно невооруженным взглядом, и внешним различием. Первый на поле вышел наследник Нестаргона, как всегда с холодным отстраненным ко всему видом. Сегодня он оделся в более простую и практичную одежду, но она также, как и в случае с Эланией, не скрывала его королевскую принадлежность.
   Риас выскочил на поле заметно довольный вниманием со стороны публики, одаряя нас своей лучезарной улыбкой и, то и дело, раскланиваясь в шутливом поклоне. Я старалась не смотреть на него лишний раз, но успела отметить как ему идет черный тканевый костюм с редкими кожаными элементами. А еще не смогла не обратить внимание, что присебе у него имелся довольно разнообразный спектр холодного оружия: метательные ножи, неопределенное оружие, которое крепилось скруткой из шнурка и странного наконечника к ноге, а за спиной два клинка.
   — Зачем темному боевику так вооружаться? — все же не сдержала вопроса.
   Энрих с ухмылкой посмотрел на меня, видимо, удовлетворенный тем, что я обратила-таки внимание на блондина. Райан хмыкнул, Мони удивил тем, что пожал плечами, а вот Линди ответила:
   — Ох, у мальчика неприятные способности от демона достались. Он их очень не любит. А что за боевой темный маг без демонических способностей? Вот Риас и пытается использовать только часть своей силы, а остальной акцент делает на артефакты Тиретиса и обычное оружие.
   — Откуда ты так много о нем знаешь? — с неприкрытой завистью спросил Энрих, но я уже не слушала ответ, отдалившись вниманием на изучение остального состава команды.
   Парень или все же мужчина, который был выше и массивнее любого, кого я встречала до этого. Он явно родом из Алтиры. Красные волосы, смуглая кожа, но красивого в нем ничего не наблюдалось. Ему точно под тридцать. Интересно, когда пробудилась его искра? У него не наблюдалось оружие, зато он держал на толстых цепях двух огромных кошек. Рыжая с пятнами и черная словно ночь.
   Дальше шла девушка, которая не уступала величием самой Элании. Несмотря на то, что ей предстоит сражаться, она все равно надела платье, которое трепетало от легкогодуновения ветра. Асель я узнала сразу, ощутив укол ревности. Только не поняла к кому именно эта ревность пробудилась. К Кобеану, оттого, что тот встречался с этой красавицей или к Риасу, который сейчас подошел к Асель и что-то проговаривал ей на ухо. Ногти больно впились в ладони, когда я сильнее сжала кулаки. Слишком близко.
   Я ненадолго прикрыла глаза, задаваясь простыми вопросами. Какое мне дело до Асель? Тем более, какое мне дело до Риаса? Открыла глаза, находя на поле последнюю участницу из команды.
   Последняя темноволосая девушка не вызывала ревности или чувства опасности, скорее она выглядела совсем маленькой и хилой. Особенно, когда рядом с ней прошел алтировец. В руках она держала посох, который освещался красноватым мерцанием.
   — У них что нет целителя и защитника? — задала вопрос Элания, видимо, разглядев в магах их стихии, а вот я не знала, чем владеет Асель и маленькая девушка.
   — Тиретис сказал, что его артефакты прекрасно справятся с этой задачей, — с гордостью за друга произнес Энрих.
   А тем временем, кристалл засиял, заставляя напрячься и затаить дыхание. Когда мелькнул темно-синий свет, я сжала кулаки от волнения, прекрасно помня Таалок, которыепоявились после данного цвета. Но кристалл решил порадовать зрителей разнообразностью нечисти и потух после желто-зеленого света.
   — Что это значит? — мой голос дрогнул, и я вновь вызвала насмешку от Энриха.
   — Сейчас увидим, — сообщил Райан, вглядываясь на поле.
   Долго ничего не происходило. По толпе проносились шепотки, состоящие из догадок и споров. А потом озерцо-лужа стала испускать пар, превращаясь в зеленое бурлящее вещество. Тиретис среагировал мгновенно, скомандовал забираться на валун. Когда Риас помогал Асель подняться на камень, до меня все же дошло, что волнения о собственной ревности к блондину являются не беспочвенными. Но подумать над своими чувствами я не успела.
   Спустя секунду вход пирамиды разнесло и над полем послышался не то визг, не то рев. Сначала я решила, что это выползает огромная, широкая, серая змея, но быстро передумала над своим заключением, когда увидела множество мелких лап на окончании хвоста существа. Гигантская недосороконожка с громадной, жуткой пастью очень стремительно проползла, перебирая мелкими, блестящими лапами к зеленой лужи и стала быстро закапывать их в землю.
   — Шаэнора! Никогда не думал, что ее можно сюда призвать! — голос Мони ликовал и был наполнен восхищением к этому огромному страшному насекомому.
   Монстр тем временем вновь огласил весь стадион ревом, но уже брызгая ядовитой, судя по цвету, слюной.
   — Они же выживут? — сипло спросила, стараясь пересилить шум с трибун.
   — Должны, — как-то неуверенно произнес Энрих, который склонился вперед, жадно наблюдая за монстром, и тем самым прекрасно меня расслышал, — Защита же…
   Всю веселость с Риаса сняло, когда он увидел своего противника, а вот Тиретис не переставал удивлять. Я видела его холодным и редко веселым, а вот грозным и хищным впервые. Он сжал кулаки и выпрямился перед тварью, смотря прямо, бесстрашно, с вызовом. Если это и есть будущий король Нестаргона, то мне будет в радость и в честь служить правителю данной страны.
   Кошки шипели, рычали и вырывались, нетерпеливо перебирая лапами и осуждающе озираясь на своего неуступчивого хозяина. Асель опять вела разговор с Риасом, но у меняне осталось места для ревности. Хотелось только, чтобы все быстрее закончилось и лишь бы он не пострадал. А маленькая девушка хмуро оценивала врага, постоянно вмещая все новые заклинания в посох, не забывая проливать свою драгоценную кровь.
   Тварь затаилась и ожидала, следя за своими жертвами сквозь множество черных блестящих глаз. То и дело ее пасть приоткрывалась, чтобы судорожно прошипеть, содрогаясь при этом всем своим телом.
   Команда что-то обсуждала, находясь на безопасном расстоянии и, в отличие от кошек, в бой не рвалась. Но их основной задачей являлась победа. Девушка ударила своим посохом о землю и от него разлетелись совсем крохотные шарики с красными всполохами. Они врезались в союзников, на мгновение окутывая их алым светом. Кошки тоже получили свою порцию и оскалились уже на девушку, но крепкая рука хозяина тряхнула цепями, осаждая неугомонных.
   Тиретис протянул несколько артефактов Риасу, а один отдал Асель. После чего неразлучная парочка свершили свой, видимо, привычный ритуал, ударяясь кулаками и обмениваясь теплыми улыбками. А для меня это был словно гонг к началу операции над победой. Я сделала глубокий вдох и забыла, как дышать.
   Риас рванул с места с такой скоростью, будто бежал не на чудовище, а от него. Надоевшая всем ухмылка вновь озарила его лицо. Кошек спустили с цепей, и они своим ревом сообщали блондину, что уже нагнали его. Их хозяин сидел на валуне с закрытыми глазами, будто спал. Какое-то время Риас с животными неслись бок о бок. Они стремительно оббежали чудовище, которое без проблем прокручивало свое туловище больше чем на сто восемьдесят градусов, но и ему не дано было сделать полный оборот.
   — Вынуждают покинуть шаэнору ее источник яда, — пояснил Мони.
   О чем недовольно оповестило огромное насекомое своим ревом, плюя в маленьких наглецов слюной, но магия воздуха сработала вовремя. Правда не защитная, а боевая, однако воздух справился, вернув яд на тело врага. Жаль не принес никакого вреда. Я посмотрела на валун. Асель плела заклинания с стихией воздуха, девушка с посохом внимательно следила за происходящем, а Тиретис бродил по периметру возле облюбованного убежища, закапывая новые артефакты.
   — Риас! — воскликнула Асель одновременно с тем, как маленькая девушка отправила свою магию к блондину, ударом посоха о землю.
   Чудовище покинуло источник с ядом. Она ловила жертв, разбегающихся на три цели, и самым вкусным ей показался Риас. Шаэнора сбила блондина с ног и нависла над ним. Парень старался отползти, но враг быстрее. Когда пасть чудовища уже захлопывалась, скрывая Риаса, красный шарик был подхвачен магией воздуха очень резво влетел в парня. Заряд магии не пришелся шаэноре по вкусу. Она отшатнулась, клацнув пару раз пастью, перебирая своими лапками. Громогласный, обиженный рев раздался над стадионом. Блондин вскочил на ноги и вновь побежал путаться с кошками в одну цель, чтобы потом опять разбежаться. Эти догонялки были не меньше минуты. Они успели разнести несколько камней и напрочь разрушили деревянные постройки.
   — Давай! — раздалось от Тиретиса, который сразу после призыва-команды другу начал подниматься на валун.
   Риас на полном ходу попытался развернуться в сторону спасительного камня, но его занесло. Зрители вскочили. Я прижала к сердцу сцепленные руки, ноги отказали, чтобы вскочить. Но тварь тоже не ждала такого подлого маневра от блондина. Ее пасть звучно захлопнулась, но опять не смогла словить шустрого. И уже даже не от вмешательства магии, а потому что парень просто не рассчитал скорость и проскользнул по песку боком, почти упав, но быстро перебирая ногами, снова вернул себе скорость. Кошки уже возвращались к хозяину, умело вскакивая и перескакивая с камня на камень. Риас не стал заморачиваться подобными маневрами, он буквально влетел на всем ходу на камень, взбегая по крутому скосу и, когда физика все же взяла над его телом победу, рука Тиретиса вцепилась надежным захватом в друга. Повторный рев разобидевшейся твари огласил стадион, сообщая, что ловушка принца сработала.
   Тварь металась по периметру, который отвел для нее Нестаргонский. Но не могла ни убить наглых жертв, что стояли на уровне ее морды, не могла и вернуться к своему зеленому ядовитому источнику, теряя тем самым важное оружие.
   От посоха вновь пошла магия, только теперь это были красные нити, которые тянулись к троим участникам. Обделенными остались хозяин кошек и сама хозяйка посоха. Поочередно Асель, Тиретис и Риас плели заклинания и отправляли их к врагу, но шаэнора лишь отмахивалась, будто ей даже не щекотно. Однако, маги, не теряя надежды, били в одну точку под мордой, пока там все же не лопнула шкура. Чудовище отползло и ощерилось своими мерзкими зубами. Команда смелее спустилась вниз, но не приближалась. Семерка, вместе с агрессивными кошками, окружила гигантского врага, чтобы путать ее и заставлять дергаться. Когда та совсем пришла в ярость, хотя, казалось бы, куда еще больше, тогда блондин вновь объединил усилия с кошками, которыми уже даже не управляли. Звери запрыгнули на спину врагу, цепляясь когтями и устремляясь к глазам насекомого. Риас же, поддерживаемый магией воздуха, воды и крови влетел в периметр следом, оголяя один клинок. Пятнистая кошка добралась первой оцарапав один глаз уже жертвы. Жертва взревела, скидывая мохнатых.
   — Риас, хвост! — предупреждение от Тира.
   Риас среагировал быстрее, снимая и выкидывая неопределенное орудие к горлу жертвы. Наконечник впился в плоть, цепляясь за рану и, прежде чем хвост успел откинуть блондина, тот подтянулся. Новые заклинания полетели от магов из-за периметра, заставляя насекомое склониться, что позволило всадить в ее рану еще и клинок.
   Больше мы не слышали рева чудовища. На стадионе очень долго слышался только шум ветра и первый, кто нарушил тишину стал Октавий, после чего все взорвались аплодисментами. Тиретис обнял друга хлопая того по плечу, а потом развернулся, чтобы впиться поцелуем в губы Асель. Девушка не противилась. А я вспомнила, что нужно дышать, чтобы жить.
   Мои руки дрожали, я до боли искусала губу. Мне понадобились усилия, чтобы прийти в себя. Я пропустила речь преподавателей. Впереди был еще один бой, но я сидела на трибунах уже без интереса. А зря.
   Кристалл, в самом деле, был щедрым на разнообразие. В этот раз призвав нечисть с магией. Маленький мальчик с синей кожей, казался безобидным и грустным, но я уже предвкушала подвох. Тиретис тоже холодный с виду, однако все совсем не так. Последняя пятерка пятикурсников только тяжело застонала, хватаясь за головы.
   — Это будет весело, — потер в предвкушении руки Энрих.
   И да. Это было весело. Мальчик быстро растворился и собрался точной копией команды. Пятерка была отображена зеркально и им надо было победить самих же себя, но при этом не запутаться и не победить союзников. Лживые двойники были ничем не отличимыми, но команда смогла определить настоящих. Вскоре мы наблюдали изматывающий бой, где никто не мог пробить свою же магию, пока пятикурсники не устали и не стали действовать бессмысленно и интуитивно, откинув мысли и тактики из головы. Как оказалось, нечисть не способна была воссоздавать новое, а могла использовать только хорошо заученное и привычное старое жертвы.
   По окончанию все остались довольны и нехотя расходились.
   — У нас еще несколько часов до выпускного вечера, — произнесла Линди.
   А я вспомнила, что забыла о вечере. Но если раньше не пошла бы, то теперь хотела пойти, чтобы поздравить Кобеана. Только вот о наряде я так и не подумала, но быстро успокоилась, вспомнив, что и на этот случай я что-то приобретала.
   Глава 22. Победитель всего один
   В столовую шли дружной толпой, обсуждая прошедший необычный экзамен. Многие из зрителей остались довольны, многие критиковали и говорили, как бы они действовали, будь на месте сражающихся. Я плелась молча, повиснув на руке Террийской, уставшая от переживаний и перенесенного стресса.
   — Ори, есть разговор, — прервал наш путь в столовую Райан.
   — Ну уж нет, — угрожающе запела Элания, — Вы теперь не забывайте, что ваш мирок на двоих разросся до шестерых!
   — О чем вы? — спросил Энрих, с интересом переводя взгляд с принцессы на герцога.
   — Энрих, тебе не пора к друзьям? — беззастенчиво полюбопытствовала мегера.
   — Ладно-ладно. Я уже понял, что немного заблудился, — с обидой ответил парень, но только у Киви промелькнула жалость на лице.
   — Что у тебя, Райан? — спросила принцесса.
   — Артуа Феруа — темный боевой маг, который применил заклинание лет десять назад. Он убил здоровое, сильное население Астарии — горожан и крестьян. Тогда он отбирал себе их искру, — заключил Райан.
   Ноги словно приросли к земле. Я смутно помню лица своих родителей, можно сказать, что совсем не помню. Сколько потрясений я тогда пережила? Даже забыла свою фамилию от рождения, только имя — Ориса. Если Райан прав, то Черный Паук тогда должен был увеличить свой объем искры до невероятных объемов, но может это работает как-то иначе. Какой эффект он возымел, если получил искры?
   — Ты уверен? — спросила я, пока Элания морщила нос в составлении смысла от услышанного, а остальные только перебрасывались непонятливыми взглядами.
   — Я много думал об этом. И, кажется, что это очень подходит под все события, которые произошли тогда.
   — А как же тот факт, что умирали все, а не только одаренные? — не успокаивали меня его слова.
   — Есть у меня пару мыслей на этот счет, но догадки нужно будет еще как-то подтвердить…
   — Вы же сейчас опять о пугающем и траурном заговорите?! — перебила Линди Райана.
   — Она права, — вклинился Мони, — Сегодня такой отличный день, а впереди еще выпускной вечер. Может подумаем над плохим в другой раз?
   Мы с герцогом переглянулись и неохотно кивнули в знак согласия. И в правду, зачем портить замечательный день, тем более, что еще немного и запрет Октавия спадет. Сегодня вечером я смогу насладиться объятиями и красивыми речами своего принца.
   — Только зря Энриха обидели, — вздохнула Киви.
   — Да ладно. Ему тоже пора определиться, на чьей он стороне, — произнесла Элания.
   В столовой Риас снова пугал. Он часто поглядывал на меня, толком не ел и вообще вел себя нетерпеливо. Это на него недавнее сражение так подействовало? Или тоже ожидает, когда заклинание запрета спадет? Ему-то чего? Он же сам этот запрет и добился. А еще меня успокаивал теплый, наполненный нежностью взгляд Кобеана. Принц слегка улыбался мне, покусывая нижнюю губу и не скрывая, что счастлив окончанию своеобразной разлуки. Когда Райану надоели эти наши переглядывания, он пересел на место рядомсо мной, так, чтобы я не видела ни одного из парней.
   — Тебе есть надо лучше, как и всем нам, — твердым голосом произнес Райан, — Сегодня все видели, что нас может ждать в следующем году. Мы все должны стать сильнее, — суровый Райан наградил своим взглядом каждого за столом, — А еще мне нужно, чтобы каждый из нас мог понимать друг друга без предварительного обсуждения тактики и стратегии. Мы не будем плести заклинания, растрачивая на это драгоценные секунды, а научимся выдавать их уже плетением, как это делают Кобеан с Лиданом, когда обращаются к огненным шарам. Наша координация и действия по отдельности должны быть отточены ежедневными тренировками, чтобы в сумме составлять сплоченность. И если кто-то усомнился в своих способностях и с тем, что у него различаются пожелания с моими, скажите сейчас.
   Все молчали, смотря на Райана открыто и прямо. Разом отброшены все сомнения, стоит ли доверять убийце, который в нужный момент может лишить тебя жизни, пусть даже и тебе во благо. Кем бы Райан не был в прошлом, но у него превосходный ум, крепкая рука и надежное плечо.
   Элания протянула раскрытую ладонь к центру стола, чем привлекла внимание вызвала недоумение у всех.
   — Что? — вздернула она бровку, — Пусть у нас тоже будет что-то вроде жеста команды, как у Риаса с Тиретисом.
   Киви прыснула от смеха в кулак, остальные не стали сдерживать улыбки. Когда пять рук сплелись, то вся толпа дружно уставилась на сомневающуюся Линди. Девушка держалась еще пару секунд в раздумьях, но все же положила свою ладонь поверх наших.
   — Райан, — обратилась Киви к герцогу, — Береги нас, хорошо?
   — Обещаю.
   Возвращались с Линди в комнату, пребывая в отличном настроении. Подруга вдохновенно щебетала о предстоящем вечере, красочно описывая его.
   — Каждый год что-то новое. Новая красота, новое представление от преподавателей. Они всегда стараются для своих выпускников.
   — Это будет что-то вроде королевского бала? — поинтересовалась, чтобы понять, какой наряд надеть.
   — Это смотря еще чей бал рассматривать. Если ваш западный, то нет, а на наш немного, но похоже.
   — Я не была ни на том, ни на другом, — призналась подруге.
   — Тогда готовься восторгаться весь вечер! — смеясь, предупредила Линди, — В зале постоянно стихийные всполохи и вместо свечей и привычного освещения, выпускают светлячков от разных магических направлений. Это красиво. А ты с нарядом-то придумала что-то?
   — Если честно, забыла, — опустила голову и закусила губу.
   — Вообще на этот вечер нет определенной потребности к одежде, — загадочно улыбнулась довольная подруга, — Главное, чтобы не вульгарно.
   В комнате меня ожидало новое потрясение. На моей кровати лежала белая, круглая коробка, перевязанная красными шелковыми лентами. С широкой улыбкой я спешно приблизилась, схватилась за ленту, но остановилась. Лист сложенный в двое лежал на коробке. Послания я всегда любила больше, чем сами подарки. Подняла его, но задержалась, затаив дыхание, прежде чем развернуть.
   — Открывай, Ори! Интересно же, — просила Линди, стоя рядом и нетерпеливо заглядывая.
   Шелест бумаги, я прочитала всего два слова. Сердце приостановилась, чтобы забиться быстрее. «Ты совершенство». Вместо полноценной подписи внизу красовалась спешно наброшенная роспись и инициалы ¬— «К. С.».
   Кобеан Сальтер. Мой принц. Нежность к его романтике и заботе разливалась обожанием в душе. Я закусила губу, улыбаясь. Но слегка намурилась, когда какое-то непонимание и неправильность кольнуло сознание. Попыталась вспомнить, какой у моего парня почерк. В голове вот-вот зарождался еще один правильный вопрос, но в дверь громко постучали. Линди поспешила открыть гостям. Элания и Киви, заваленные платьями и свертками с обувью, стояли за порогом.
   — Нужна ваша помощь! — оповестила Киви.
   — Мне не нужна, но вместе веселее! — лучезарно и непривычно светилась Элания.
   — Элания, а что с тобой? — поинтересовалась внимательная Линди.
   — Райан ей в любви признался! — сдала тайну Киви, — Она уже даже планирует, как на каникулах раньше вернуться в академию.
   Радостные события нахлынули всем скопом. Киви получила в подарок много красивой одежды от полюбившей ее Элании. И теперь она жаждала определиться, в чем идти на вечер. Под веселые крики девчонок я вернулась к коробке. Красная лента была безжалостно развязана и в комнате наступила тишина. Девушки, затаив дыхание, заглядывали из-за моей спины.
   — Давай открывай уже! — торопила Линди.
   — Согласна. Интересно, что там, — поддерживала Элания.
   И только Киви молча подпрыгивала, стараясь хоть что-нибудь увидеть.
   Открыла, изумилась, услышала восхищенные реплики за спиной. Я узнала королевский шелк. Потянула ткань, чтобы в очередной раз потерять дар речи. Бежевое платье переливалось легкими золотыми отблесками. Мой любимый цвет, который выглядел словно вторая кожа. Узор — копия с моего кулона пробегал вдоль лифа золотой нитью, будоража воспоминания, пробуждая тоску и одновременно благодарность. Декольте глубокое, но в рамках приличия, открытые рукава завершали верх. Перетянутое в талии широкой тканью платье, свободными четырьмя отрезками ткани спускалось ниже, так что при ходьбе будут оголяться ноги.
   — Там еще что-то, — отвлекла меня от созерцания платья Линди.
   Еще чем-то оказались парные браслеты, повторяющие моду Террийска. Браслеты были по цвету схожи с кулоном и украшались с таким же узором. А еще обнаружились золотистые туфли на высоком каблуке. Шелковыми лентами с цепочками должно быть обвязывают ногу, чтобы придать туфлям устойчивость.
   — А Кобеан неплох, — похвалила Элания, прочтя и отложив от себя записку.
   Я только и могла, как улыбаться, уже в голове перебирая прически на вечер. А девушки устремились наряжать Киви, словно маленькую куклу. Ее взъерошенные синие волосытребовали более тщательной подготовки. Линди весь вечер поила нас чаем, рассказывая наперебой с Киви о чудесном выпускном вечере, который был открыт для всех учащихся, но посвящен только пятому курсу.
   Когда Линди внесла последние штрихи в мой образ, завив магией последний локон, я взглянула в зеркало. На меня смотрела Ориса Дезант, со странной прической, которую предпочитала в обычные дни Элания. Густые волосы волной струились по плечам, а от висков спускались две косички, подвязанные маленькими украшениями. Платье, что пришлось мне по размеру так, будто его выбирала лично я, предварительно пройдя все примерки у портного. Но все же в отражении на меня смотрела не Дезант, а Кениар. Главное отличие заключалось в том счастье, которое играло блеском в моих глазах. Не сдержала судорожного глотка воздуха от охватившего предвкушения, как я предстану такой перед Кобеаном. Облизала пересохшие губы, провела по мягкой ткани платья, стараясь не сжать ее.
   — Не волнуйся, ты прекрасна, — шепнула мне на ухо Элания, но сама ничуть не уступала мне.
   — Спасибо, — взяла я ее за руку.
   — А у меня с собой наливка, — весело оповестила нас Киви и вытащила бутылку.
   — Так сопьемся же! — смеясь, заметила Линди.
   Но никто из нас не отказался выпить за крепкую дружбу, немного снять напряжение и расслабиться перед тем, как отправиться на вечер.
   Зал в корпусе у защитников, как и рассказывала Линди, освещался различными оттенками, игриво переливаясь отблесками на наших нарядах. Огромная площадка по центру оставалась свободной от мебели, наверняка, для пар, желающих потанцевать. Я шла по зеркальному полу, держа Террийскую за руку и осматриваясь. Музыка лилась из артефактов, перебивая шум и гомон от присутствующих людей. Дальше от центра по всему залу стояли низкие диванчики и кресла. Составленные вокруг маленьких столов, они предназначались для тех, кто хотел провести этот вечер в своей компании.
   Наша компания выбрала себе местечко в дальнем углу, предпочитая хранить не только свои тайны от посторонних, но даже не привлекать к себе лишнего внимания. Райан поднялся к нам навстречу, внимательно посмотрел на меня, загадочно улыбнулся, но обратился ко всем.
   — Вы восхитительны, — наигранно склонился он в западном поклоне.
   Элания сморщила носик и собиралась высказать ответ, но Фертиш не позволил, приблизившись к ней и шепнув что-то не ушко. Принцесса сменила настроение, подарив ему довольную улыбку. Мони успел усадить свою возлюбленную рядом, подать ей бокал с напитком, а еще умудрялся развлекать очередными познаниями Линди. Мои друзья не обиделись, когда я не стала задерживаться с ними, оправдываясь, что хочу найти Кобеана.
   Огненного принца я нашла в компании его друзей. Лидан согревал в своих горячих объятиях новую пассию, которую я пару раз видела раньше, но не была лично знакома. Марк обнимал мою сокурсницу Вианию, даря ей легкие поцелуи в щеку и вгоняя в краску смущения. Мой принц вел спор с Лиданом, в нетерпении ударяя пальцами по темным брюкам. Белая рубашка отражала голубые всполохи, очерчивала широкие плечи и вызывала яркий контраст с темными волосами. Я остановилась напротив диванчиков, которые они заняли, и дождалась, когда Марк толкнет Кобеана в плечо, чтобы тот отвлекся от спора на меня.
   Принц окинул меня спешным, безразличным взглядом, вновь возвращаясь к Лидану вниманием. Сомнения посетили меня в том, что выгляжу прекрасно, как и сказала Элания, но Кобеан остановил свою речь, медленно поворачивая голову ко мне. В его темных глазах читалось восхищение. Он поднялся и быстро подошел ко мне, чтобы взять за руки и склонится к моему лицу. Я приоткрыла губы, делая еле заметный вдох и ожидая поцелуя.
   — Ты прекрасна, Ори, — повторил он комплимент Элании.
   — Это все благодаря тебе, — не растерялась я, но разочаровано выдохнула, не получив желаемого, — Спасибо.
   — Ммм. Ты так прекрасна, потому что слухи дошли о том, что я заказал тебе обручальное кольцо? — поинтересовался Кобеан, отрезвляя меня от всякой романтики.
   Я надолго задумалась. Сначала о том, как отказать принцу из-за своего прошлого, когда так хочется согласиться. А потом переключила мысли на его вопрос. Он не знает, за что я его благодарю? Подарок не от него? Спор с Риасом! Я приняла подарок не от Кобеана? Дура. Как я могла забыть? Удар рукой по лбу и протяжный вой. Но как? Послание без конверта, другой почерк. Простой сложенный лист пополам. «Идеал» и «совершенство» одно и тоже. Я дура. Линди давала мои вещи якобы своей сокурснице, отсюда мерки. Кобеан не смог бы зайти в мою комнату, чтобы оставить подарок. Принц не знает каким заклинанием мы запираем дверь. Зато знает Риас. Он видел мой кулон, но неужели успелзапомнить узоры? Откуда он узнал, что мой любимый цвет бежевый? А инициалы?
   — Как говоришь полное имя Риаса? — сипло спросила у Кобеана, боясь услышать ответ.
   — Келриас Солвер, — ответил Кобеан, внимательно следивший за мной, и нахмурился.
   Я обвожу зал взглядом, но не надо сильно стараться, чтобы найти Риаса, ведь блондин любит внимание. Он всегда в центре и всегда на виду. Тиретис расположил у себя на коленях Асель, а рядом с ними, неизменно следующей по пятам тенью, сидел Риас. Он уже давно смотрел на меня, прокручивая в руках бокал с вином. Когда наши взгляды встретились, парень победно улыбнулся и подмигнул.
   — Разорву, — прорычал Кобеан, проследив за моим взглядом и уже воспламеняясь.















   Ксенольетта Мечтательная
   ТАНЕЦ СТРОПТИВЫХ
   Пролог
   — Мне сообщили, что нашли женщину, беженку из Астарии. Она работала прислугой у некоего графа Лимиона Крона. Если верить отчетам, то этот не очень солидный граф ничего собой не представлял. Но вот слухи. Слухи говорят об обратном. Он был чуть ли не лучшим другом короля, которого не афишировали и использовали, как ключевую фигурув шпионаже.
   Голова Тиретиса Нестаргонского готова была лопнуть. За пару лет обучения в академии он успел отвыкнуть от участия в нудных собраниях совета. Сейчас выдались свободные деньки перед тем, как пора будет отправиться на практику. Эти дни он решил провести с семьей, но уже успел пожалеть о своем решении безграничное количество раз.
   — Люси, открой окна, — устало обратился наследник к служанке, что расставляла чашки с ароматным чаем на стол.
   Девушка смиренно кивнула и выполнив задачу, спешно покинула кабинет, наверняка страшась новых указаний. Свежий прогретый воздух ворвался в помещение сквозняком, развевая короткие белоснежные шторки. Бумаги зашелестели на добротном сукне большого стола, вынуждая принца переложить тяжелую книгу на легкие, подхватываемые ветром, листы. Тиретис глубоко вдохнул, собираясь с мыслями и возвращаясь вниманием к собеседнику.
   — Если с этой новостью ты не спешил выступать на совете, значит, это никак к важному не относится. Тогда зачем ты сейчас мне об этом говоришь?
   Не нравилось будущему правителю, когда его дергали по пустякам и загружали информацией, которая не несла никакой практической пользы. Вот и сейчас его настроение, которое так тщательно старался поднять с утра Ри, падало к отметке «отрицательно».
   — Возможно для Вас это все еще важные вести, — неуверенно ответил начальник тайной розыскной канцелярии. Мужчина импонировал Тиретису, поэтому принц даже не усомнился в правоте предположения.
   — Только кратко.
   — Как прикажете, — склонил голову и уже более уверено продолжил, — Не так давно вы просили узнать о девушке из семьи Кениар и ее связи с герцогом Фертишем. Пришли сведения, что портрет вашей знакомой был опознан бывшей служанкой графа, о котором я вам рассказал.
   Нестаргонский прекрасно помнил просьбу друга прекратить добывать информацию об Орисе, но сейчас…
   — Вы сказали, что граф из Астарии? — эта мысль едко зацепилась каким-то колючим недоверием.
   — Да. Граф лишился жизни в ту же ночь, когда убили короля. Мне продолжить работать в этом направлении или вопрос с девушкой будем считать закрытым?
   Отдалившись от реальности Тиретис глубоко погрузился в свои мысли. Внешне парень стал походить на жертву василиска, сидя в своем кресле подобно каменному изваянию умелого скульптора. Стоит ли узнавать и тратить время ценных сотрудников на незначительную девицу? С ней, кажется, все уже решилось. Ри определился со своей спутницей жизни. Но, вспомнив своего друга, все сомнения принца были разбиты.
   — Продолжайте. Если найдете что-то существенное, тогда сообщите. В ином случае, не беспокойте.
   Глава 1. Артефакторика
   — Ну, давай же! Пролазь! — умоляла я, согнувшись над увеличительным стеклом.
   Медная нить всячески противилась и постоянно норовила ускользнуть. Мои руки уже давно устали и дрожали от напряжения. Двадцать минут я пытаюсь завершить злополучный артефакт Гарна. Осталось только провести эту тонкую, ломкую проволоку в проушину и закрепить. Ох, как бы чего не вышло! От греха подальше, я решила сделать перерыв. Отложила длинный пинцет на заваленный моим хламом стол и отправилась прочь из комнатки мастерской.
   Приятное по цветовой гамме помещение расслабляло. Комфортный, затемненный уголок для учащихся расположился в противоположном углу от входных дверей. Я присела нанизкий красный диванчик. Желтый, контрастный луч солнечного света струился передо мной навытяжку, пробиваясь сквозь небольшое, узкое оконце. Пылинки весело водили свои хороводы, притягивая взгляд случайного зрителя. В мастерской кроме меня не было никого. С наступлением каникул число живых обитателей в академии снизилось так, что иногда за весь день, встретив малознакомую живую душу, я ощущала счастье и стремилась завести беседу.
   Райан после завтрака запирался в своей комнате с различной литературой, давая наказ, его не беспокоить. Линди подрабатывала в городе, в какой-то таверне, стараясь накопить деньги для открытия лавки. Возвращалась девушка за полночь, когда меня не поднял бы даже выстрел из пушки. Я, как и было запланировано и оговорено, изучала артефакторику, отрываясь от этого занятия только после обеда. Когда опаляющее солнце немного ослабляло свой порыв наградить живых тепловым или солнечным ударом, из своего логова выбирался Райан. Наши с ним тренировки не прекращались, оттачивая всевозможные приемы, прыжки и маневры.
   Хасир, как оказалось, имел корни степного народа, поэтому жить не мог без ежедневных вылазок на стадион. Мы привыкли к его сварливому нраву и даже иногда позволяли себе ответить ему «любезностями». Дошло до нелепого, но мужчина разрешил обращаться к нему на «ты», когда рядом нет посторонних.
   Я, завороженно глядя на танец пылинок, протянула руку, внося тем самым хаос в их стройный ряд. Кисть окутало теплом, таким же, каким согревал меня Кобеан. Сжала кулак, разжала, развернула руку ладонью вверх, прося силу откликнуться. И спустя мгновение к серым обычным пылинкам прибавляется мелкий золотистый песок. Растопыриваю пальчики, чтобы сквозь прореху увидеть темный силуэт в дверном проеме.
   Гулкие шаги качественных каблуков туфель раздаются в тишине, отскакивая звонким эхом от стен. Райан, как всегда, с прямой спиной, целенаправленно двигался ко мне. Яулыбнулась.
   — Разве ты тут, чтобы прохлаждаться?
   — Брось, Райан, могу же я отдыхать иногда.
   Мой капитан только покачал головой, сетуя на мою лень, но не стал прятать мягкую улыбку. Он неспешно устроился на второй диванчик, закинул ногу на ногу и сложил рукив замок, устремляя взгляд на единственную освещенную фонарями кабинку.
   — Что вынудило тебя прийти ко мне?
   — Не могу выкинуть из головы Феруа, — размеренно и задумчиво ответил Райан, — Я уверен, что это дело требует нашего внимания.
   — Все потому что ты слишком сильно любишь загадки, Райан. Я вот думаю, что даже если Паук что-то замышляет, то это не наши с тобой заботы, — проваливаюсь в мягкое объятие спинки дивана, — Мы с тобой уже далеки от наших стран, так пусть все останется в прошлом. Ты получишь новый титул от Нестаргона, когда закончим обучение, а я… Яеще не решила, хочу ли становится значимой особой. Правильно жалуется Элания. Чем выше стоишь, тем больше груза на плечах несешь.
   Райан меня не перебивал, слушая внимательно и также не сводя взгляда с моей маленькой мастерской. Со стороны можно было подумать, что он витает в своих мыслях, но я знала парня очень хорошо. Сейчас он внимательно ловит каждое мое слово, скрупулезно отслеживая интонации и хорошо, если при этом не пытается уловить мои движения боковым зрением.
   — Мне нравится вариант Линди, — продолжила я, — Отучусь, отслужу и открою свою лавку, проживая жизнь обычной горожанкой.
   — Ты уже отказала Дарголийскому?
   — Не успела, да и пока не придумала значительной причины для отказа. Странный он. Как можно делать предложение девушке, когда совсем ничего о ней не знаешь?
   — Не думаю, что он не знает, — сообщил Райан, чем заставил меня напрячься, — Не пугайся. Скорее всего он уже выяснил, что произошло с семьей Кениар. И он просто не стал вникать в подробности, полностью заглотив наживку о том, что ты лишилась семьи во время мятежа и бежала. Разве это плохое прошлое для будущей королевы?
   — Но Риас копал…
   — Риас копал только потому, что я допустил оплошность. И потому, что им с Нестаргонским все равно было нужно изучить мое прошлое. Дарголийскому же я не очень интересен.
   Мне оставалось только согласиться с доводами Райана. Это более чем походило на правду.
   — Все равно мне придется отказать ему.
   — А не хотела бы? Объясни мне, почему, Ориса? — спросил Райан, наконец переводя на меня прямой взгляд, а я задумалась над вопросом.
   Власть мне не интересна, но те привилегии, что открыты для королевских семей были привлекательны. Кобеан был бы заботливым мужем, который умеет любить.
   — Ори, — тихо позвал меня Райан, — Тебе нужно отказать.
   — Я знаю, — тяжело вздыхаю.
   — Нет. Не знаешь. Ты не любишь его. Тебе просто хочется верить в эту сказку.
   — Ты не прав…
   — Послушай, Ори. Когда тебя одолевает гнев, ты думаешь о последствиях или поступаешь согласно желаниям? — задал философский вопрос герцог.
   — Я…
   — Несешься сломя голову и воротишь ошибки, когда ситуация непривычна, или действия твои становятся скупыми, выверенными привычкой и отточенными годами, когда ситуация тебе не в новизну. Это проявление чувств, инстинктов и порывистых желаний. А те расчетливые мысли, что возникают у тебя в голове, когда речь о Дарголийском ничто иное, как желание жить красиво.
   Сообщал мне Райан мягким тоном, словно маленькой девочке, но чувствовала я себя облитой липкими помоями. Было сложно не согласиться в его правоте в очередной раз, но думать об этом совершенно не хотелось.
   — Надо доделать артефакт. Ты останешься со мной?
   — Да. Раз уж пришел. Надеюсь, в этот раз ты не взорвешь нас.
   Артефакт Гарна был сложносоставным механизмом. Круглая бляха с выемкой внутри, напоминала собой крохотный щит. Основная масса всего артефакта была из никеля, чья проводимость магии была чуть хуже, чем у той же латуни. Но зато его стойкость, сопротивление температуре и давлению компенсировали недостатки. В самой глубине механизма находился сосуд, содержащий в себе концентрированное и спрессованное плетение довольно емкого заклинания «Клетка Шавоа». На капсуле сосуда имелось два клапана, которые регулировали давление входящего воздуха в вакуум и выходящего потока энергии после активации артефакта. К клапану, что отвечал за выпуск магии, крепился механизм. Когда клапан под давлением выскочит, он должен надавить на пружину. От нее цепной механизм запустит работу шестеренок, которые были самыми крепкими из всей конструкции. Шестерни являли собой сплав из титана с алмазным напылением. Такое расточительство в материале было оправдано необходимостью. Последняя, самая крупная шестерня, срежет натяжение из медной нити, запуская цикличный процесс маятников. Ловушка, подобная той, что использовал Нестаргонский, будет работать до тех пор, пока магический резерв в артефакте не иссякнет. Заклинание будет отличаться лишь тем, что стены тюрьмы будут из песка, который безболезненно впустит внутрь, а вот выйти уже не даст.
   — Чувствую себя инженером или механиком, — пожаловалась Райану, ловко захватывая тонкие щипцы и делая аккуратный надкус новой медной нити.
   — Ты артефактник, так что подобное ощущение неизбежно, — логично заключил друг, становясь рядом и с интересом наблюдая за процессом.
   Откладываю щипцы, умело заменяя их на пинцет. Руки уже отдохнули, как и глаза, оттого долго мучиться не пришлось. Нить послушно проходит в проушину. Аккуратно загибаю ее так, чтобы быть убежденной, что она скорее порвется, чем сорвется с ушка. Второй конец проволоки находит путь в маленьком отверстии на боку корпуса бляхи и выходит наружу. Теперь присоединить крышку со своим отдельным механизмом так, чтобы не повредить ничего и попасть всеми пазами. Пинцет изворотливо находит выпуклую бляху, состоящую из пластов никеля, которые напоминали плоское изображение хищных когтей. Щелчок. Крышка встала на место. Нахожу свободный конец проволоки сбоку миниатюрной монеты-артефакта, которую уже смело вытащила из тисков и прокручивала в тонких пальцах. Закусив язык от хирургически сложной процедуры, пинцетом медленно и аккуратно натягиваю нить до очередного характерного щелчка, который извещал, что спусковой механизм нашел свое место в ангренаже. Теперь накрутить проволоку на выпирающую кнопку, схожую с теми, что имелись на часах и артефакт завершен.
   — Поздравляю, — ровно сообщил Райан, — новый сложный артефакт в твоей уже немалой копилке. Ты молодец, Ори.
   — Спасибо, — неверующе проговариваю я.
   Это чувство, когда сделал что-то сложное, но никогда раньше даже не задумывался, что можешь вообще такое осилить. Эйфория.
   — Мне нравится, когда ты преисполнена восторгом. А теперь требую порцию твоего внимания к своей особе. Время тренировки. Пойдем.
   Наши дороги от мастерской расходились, направляя каждого из нас в свой корпус. В моем общежитии было темно и одиноко. Некогда заполненные шумом и гамом коридоры пустовали. В отличии от голубого и зеленого корпуса, у нас комнаты шли не по одной стороне напротив светлых больших окон, а проход сопровождался из дверей комнат с двух сторон. Отсюда и отсутствие дневного света. Ему просто не откуда было взяться. Поскрипывания половиц, под добротным паласом, протяжно оповещали о моих шагах.
   В комнате тоже было непривычно. Обычно раскиданные минимально вещи, сейчас лежали по своим местам. Линди не было почти сутками, а кроме нее хозяйничать в комнате некому. Я же была подобна обеспеченному холостому мужчине, который использует дом только для сна и хранения вещей. Не слышно было голосов парней за стеной справа, которые были из любителей поголосить во время настольных игр. Один из этих неугомонных уже не вернется, счастливо окончив обучение. Слева соседки и без того были всегда тихими, эти девушки же вроде и останутся тут еще на два года. Комната напротив нашей и вовсе осталась без хозяев, хотя оттуда шум никогда и не доходил до нас.
   Я быстро переоделась в легкий тканевый костюм, который позволит свободно двигаться, и несмотря на жаркую погоду, прихватила кожаные перчатки. Никогда не угадаешь, какую тренировку придумает в очередной раз Райан. Еще немного побродив по комнате в ожидании, я вышла в коридор, неспешно прошлась, на всякий случай проверяя скрип каждой половицы еще раз и стараясь запомнить. Затем спустилась в более освещенный холл, где стояли диванчики цвета персика. От скуки подошла к цветочному вазону, в котором красовался густой куст голубого жасмина. Цветки куста также вкусно пахли, как и их белые сородичи. И выглядел цветок тоже безобидно и приятно, вот только являлся ядовитым, если такой принять внутрь. Хотя в малых дозах из его вытяжки получался хороший антисептик, что изготавливали целители, когда варили зелья. Вот и сейчас, я наблюдала местами давно почерствевшие оборванные веточки.
   — Извини, — ворвалось в сознание, — Пришло письмо от Элании, поэтому я задержался.
   — Ничего, — прощаю Райана, — Что она пишет?
   — Жалуется на скуку и на скупых в общении слуг, — невозмутимо ответил Райан, выходя из моего общежития и вынуждая следовать за ним.
   — Зачем ей слуги?
   — Фрейлины ее раздражают, парни, добивающиеся ее внимания, однообразны, а отцу с мачехой никогда не было дело до Элании, если она не нужна была для принятия какого-то важного решения.
   — Не совсем понятно, — пожимаю плечами, — Она же наследница, неужели ее не должны всегда держать рядом с королем и королевой, чтобы принцесса набиралась опыта?
   — Это Террийск. Хоть он и находится на этом же материке, но тоже имеет отличия в культуре.
   Пока добирались до стадиона, углубились в обсуждение этих отличий Террийска и Нестаргона. Как выяснилось, в Нестаргоне люди были попроще и более открыты. Элании жес детства приходилось самой справляться со всеми трудностями, не смея обращаться за помощью к посторонним и даже родным. Метод воспитания сильных духом детей. А как по мне, так скидывание обязательств и долгов.
   — Решила, какой следующий артефакт возьмешься делать? — внезапно перевел тему Райан.
   — Даже не думала.
   — Попробуй создать что-то свое, — поступает мне неожиданное предложение.
   — Даже боюсь предположить, что можно выдумать. Да и зачем?
   — Баллы, Ориса. Если сможешь поразить преподавателей чем-то уникальным, то наберешь много баллов.
   — Но мне хватает их для практики, — уверено заверяю герцога.
   — Пока хватает, — насмешливый взгляд карих глаз.
   — Что ты знаешь, Райан? — легкий толчок друга в плечо, за смешок над моей недогадливостью.
   — Понимаешь, я не уверен, — задумался, прищурив глаза, — Не уверен, что тебе позволят вот так просто попасть в Мертвый лес.
   — О ком ты?
   — Кобеан и Риас, — заключил Райан, порождая догадки в голове.
   — Опасно, могу пострадать, да?
   В ответ получаю кивок. И что это значит? Значит, что они будут меня вынуждать нарушать правила? Но ведь не все так страшно.
   — Нет, Райан. Не уверена я, что им будет дело до моей особы.
   — Почему?
   — Кобеану я откажу на его предложение сразу по возвращению с практики. Риас… Этого типа я в любом случае буду обходить стороной. Он привлекает много ненужного внимания ко мне. Хорошо, что мы на разных курсах, поэтому и избегать будет проще.
   — Ты же еще должна ему поцелуй, — не сдержался и весело засмеялся герцог.
   — Ох, — отгоняя воспоминания о прошедшем бале, передергиваюсь, — Давай не будем.
   — Хорошо. Но все же тебе лучше подстраховаться. Подумай над созданием уникального артефакта.
   Уже заходя в коморку с оружием, лишь согласно киваю и приступаю к выбору.
   Глава 2. Беззаботные летние деньки
   Середина лета наступала неохотно и как-то долго, но наконец-то я ее дождалась. Мои знания в артефакторике знатно подросли. В наших спаренных боях с Райаном тоже наблюдался твердый, уверенный скачок. Мы стали не просто понимать друг друга, скорее мыслить одинаково. В любой ситуации я знала, как он будет действовать и, чего взаменждет от меня.
   Сегодня жара принуждала прятаться даже после обеда. Обычно громкоголосые птицы, тоже скрылись в тени и не подавали признаков счастливой жизни. Кроме одной, мною неопознанной. Впрочем, ее «куа-куа», «куа-куа» меня сильно не беспокоило. Я сидела в притемненном убежище раскидистого клена, который от безветренной погоды походил скорее на муляж, чем на настоящее дерево. Единственные кто, казалось бы, прекрасно чувствовал себя, были насекомые.
   Я вглядывалась в свободное пространство над стадионом отмечая, как жар волнами сотрясает раскалившийся воздух. В руке я держала новое для себя орудие — травинку. Бороться приходилось с мухами и различными жучками, которые норовили испробовать меня на вкус. Наверное, стоит на лето сменять аромат масел со свежего цветочного на что-то более искусственное и не настолько притягательное.
   — Сегодня пойдем на дорожку, — появился за спиной Райан в сопровождении Хасира.
   — Самоубийственно, — приговариваю нам смерть и стараюсь перекрыть голосом звонкую трель, не на шутку разошедшихся кузнечиков.
   — Не жалуйся, Кениар. Вам, салагам, на практике жара будет казаться безобидным явлением, — начал причитать Хасир, — И не в такую погоду убегать или догонять придется.
   — Хватит запугивать. Мы и так все понимаем, — отрезал Райан.
   Сегодня герцог, как и я, выглядел непривычным. Мы скинули с себя одежду для тех, кто из высшего света и полностью окунулись в комфорт для низших. На Райане была свободная майка с короткими рукавами и шорты, а оканчивали его вид сандалии из добротной кожи на босу ногу. Я выглядела не лучше. Тоже одев подобную майку и бриджи чуть ниже колена. Мои же летние гибкие сандалии валялись на сочной, зеленой траве в метре от меня.
   — Чего тормозите?! — рявкнул Хасир, заставляя нас скривиться, — Нате вот, держите.
   Протянул он нам два небольших платка белого цвета, которые были сложены в треугольники.
   — Красота красотой, приличия приличием, но бросьте эту дурь, — уже скривился Хасир, — Повяжите головы. Голова одно из самых уязвимых ваших мест, запомните это.
   Мы не стали противиться наставлениям, прекрасно понимая их правдивость. Я долго мучилась, пытаясь приспособить косынку, пока Райан просто не перехватил эту задачу. Хасир, глядя на нас, по-доброму улыбнулся.
   — Эх, — с придыханием начал он, — Давно не было у меня столь хороших ребят.
   — Ничего себе, — насмешливо присвистнул герцог, — Сам Хасир высказал что-то приятное. Ты не шути так. Не хотелось бы, чтобы Мертвый лес без нашего вмешательства вымер.
   — Вот же! Негодники! А ну, пошли отсюда! — шутливо замахнулся мужчина на нас платком, что собирался повязать себе.
   Мы со смехом разогнались, чтобы совершить пару кругов по стадиону. Нужно было разогреть мышцы перед тренировкой. Когда уже приближались к полосе препятствий, я, как обычно, ощущала прилив энергии. Страх вперемешку с предвкушением вызывали во мне адреналин.
   — Я первая, — нетерпеливо снимаю из-за пояса бриджей обрезанные перчатки.
   Райан не стал спорить, присаживаясь на траву. Хасир только достал часы и теперь ожидал, когда я подойду к старту.
   — Пошла! — слышу обычное вместо «старт» от Хасира.
   Ноги из правильной стойки дают хорошую скорость, чтобы промчаться по неприятному зыбкому песку. Прыжок. Хватаюсь за перекладину горизонтально расположенной лестницы, прохожу ее на руках. Прежде чем спрыгнуть, раскачиваюсь, отпускаю руки, чтобы приземлиться на камень. Вокруг неприятное болотце, где никогда не меняли воду, оттого окунуться в такую мерзость желания не прибавляется. Дальше допрыгнуть до камня, чья плоскость расположена чуть выше. Вскарабкиваюсь. Вытираю неприятный пот со лба. Впереди над водой три каната. Центральный ниже, по нем нужно идти, боковые в качествеопоры. В сандалиях неудобно, надо было обувать сапоги. Меня расшатывает при каждом спешном шаге, но довольно скоро я добираюсь до следующего пункта. Оказавшись на очередном камне, смотрю на возвышающуюся в метров пять деревянную стену с повисшим на ней канатом. Ловко забираюсь, дышать еще труднее, майка от пота липнет к телу. Переваливаюсь на другую сторону стены, чтобы схватиться за очередной канат. Спускаюсь. Дальше узкий, не глубокий окоп, над которым намертво вкопаны доски. Проползаю. Теперь к поту в одежде прибавилась еще и грязь. Ворота с канатом, чтобы раскачаться и ухватиться за кольцо, которое дальше на аналогичных воротах. Кольцо маленькое, хватает место только для одной руки. Теперь напрячь мышцы спины и живота, дотягиваясь до следующего каната, что свисает с аналогичных ворот. Цепляю ногами веревку, притягиваюсь насколько возможно к себе, чтобы зацепиться свободной рукой. Спускаюсь на твердую землю. Дальше пункт: невысокие столбы с натянутым канатом над вонючей водой. Забираюсь на столб, чтобы достать до каната. Хватаюсь за веревку руками и ногами, опрокидываясь спиной к воде. Проползаю, свисая. По окончанию меня ждет стена из сетки.
   Тяжело вздыхаю, позволяя сделать себе перерыв в несколько секунд и вытереть грязными перчатками пот с лица. Мышцы уже приятно ноют. Глубокий вдох, не менее глубокий выдох.
   Карабкаюсь по сети, чтоб потом же по ней спуститься. Последнее и самое сложное. Высокое сооружение-пирамида из деревянных каркасов, где местами подвязаны и активированы мешки, наполненные родной землей. Магию использовать нельзя, а жаль. Местами пригибаюсь, местами уклоняюсь, но вот забраться на самую верхнюю точку сооружениянеобходимо. Уже тяжело передвигая ногами и ощущая слабость в теле, по длинным составленным змейкой бревнам добираюсь до начальной точки.
   — 7.44, — объявляет вполне нормальный результат Хасир, и я заваливаюсь на траву рядом с Райаном.
   Герцог поднялся, отряхнул шорты, хотя толку я не видела, и пошел повторять мой забег.
   Вообще полоса или дорожка препятствий при поступлении мне представлялась иначе, как и многое в академии. Это же академия магии. Но нет. Выяснилось, что физически магов заставляют работать без помощи великого дара, чтобы никакая ситуация не была ему страшна.
   — Что девица, тоже побегать желаешь? Так чего же на каблуках на стадион приперлась?! — разразился Хасир.
   Я обернулась, чтобы увидеть Линди. Счастливая улыбка идиотки расползлась на моем лице. Во-первых, я не помню, когда в последний раз видела девушку при дневном свете.А во-вторых, Линди несла стеклянный сосуд с явно ледяной жидкостью.
   — Добрый день, Хасир, — счастливо поприветствовала соседка ворчливого преподавателя, — Я вот за ребятами.
   — Сорвать решила их! Ух! — погрозил ей кулаком.
   — Что вы?! — смеясь, изумилась девушка, — Дождусь, когда закончат. А это вот вам!
   С последними словами Линди вытащила из корзинки сверток, в котором явно было что-то вкусное. Хасир заглянул внутрь, довольно окинул девушку взглядом и кивнул.
   — Ну, я думаю, что эти черти сами и без меня справятся. А мне на жаре в таком возрасте уже нельзя так много находиться.
   И даже забыв попрощаться и обхаять «этих чертей», ушел. Линди поставила рядом со мной корзинку, и сняла с плеча сумку. Я с интересом наблюдала за подругой.
   — Вот, — протянула она мне сверток.
   — Что тут? — уже открывая задала вопрос, но ответом мне служила только заботливая улыбка, — Купальник?!
   — Ну, и чего ты недоумеваешь? Жара такая. Я вот выходной взяла, решила, что пора тебе пляж показать. Даже вот, смотри, корзинку с едой нам собрала. Погода же какая очаровательная, — потягиваясь сообщила мне.
   — Путаешь ты что-то, Линди, — не согласилась, — Погода ужасная. Как ты вообще такую жару так легко воспринимаешь.
   Но отказываться от подарка и идеи я не стала. У подруги выходной, а я давно была лишена хоть какого-то общества, кроме Райана и Хасира.
   — Как дела? — завязала я непринужденную беседу.
   — Неплохо, хозяин чем-то Хасира напоминает. С виду тоже такой ворчун, а в душе добряк тот еще. За лето выплатит мне приличную сумму.
   — Но этого же все равно мало, чтобы открыть свое дело.
   — Где это Хасир делся? Привет, Линди, — приближался к нам не менее грязный, чем я Райан.
   — Однако, что-то быстро ты…, — подмечаю.
   — Вот именно. Черт! А так надеялся, узнать время, за которое справлюсь.
   А я уже отдалилась прокручивать в мыслях полосу препятствий, чтобы понять, где ее мог пройти за считанные секунды герцог, чтобы управиться так быстро. Но додумать мне не дали. Райан полностью поддержал идею Линди, сократив нашу тренировку и подавая мне руку, чтобы подняться.
   Спустя минут десять мы вышли к все такой же, даже в жару, бурной речушке. Линди рассказывала о главных новостях в городе, что меня мало привлекали. Под ее веселое щебетание вышли к месту, где река становилась более полноводной, и где к ней имелся доступ в виде пляжа. Расположившись на обжигающем песке, в котором то и дело попадались крупные камешки, я задумалась. Чтобы открыть лавку в городе, что нужно? Лавка это уже не прилавок на пристани под открытым небом. Значит нужно помещение, а это расходы. Нужно оборудование для торговли, мебель там всякая, склянки, а это расходы. Если с местом не повезет, и оно будет в захудалом районе, то там в особенности нужен глашатай и вышибала. Неужели Линди и впрямь столько заработает на каникулах за пять лет обучения? Но дальше отчего-то мои мысли путались, словно я не могла вспомнить, очем хотела подумать.
   Под мои отстраненные старания, мне всучили купальник в руки и заставили переодеваться, пока Райан отошел прогуляться, выделив мне время.
   — Это же не купальник, а какое-то нижнее белье по новой моде! — сетовала я.
   — Прежде всего это мой подарок, — настаивала на своем Линди, — Да и загар на тело ровнее ляжет.
   — Да кому вообще это интересно, — не успокаивалась я.
   Остаток дня прошел спокойно. Жара не спадала, но холодная отрезвляющая вода в реке была под стать такой погоде. Голод заедали вкусными пирожками с капустой и мясом,а запивали все клюквенным, холодным морсом. Только ближе к закату, с дружными веселыми криками, моими и Линди, и под издевательский смех Райана, мы бежали, укрываясьполотенцами от проливного, грозового дождя.
   Глава 3. Неожиданный приезд
   Мое утро начиналось довольно поздно. Знойный август вступил в свои права. Из зеркала на меня смотрела недовольная я, которой не помогло снять отечность с лица даже ледяная вода. Слишком много жидкости выпиваю из-за жары, сделала умственное заключение, недовольно приподнимая уголок губы. Наскоро расчесав волосы и заправив кровать, я вышла из общежития. Не обращая внимание на знакомое, явно приветственное, «куа-куа», спешно двигаюсь к столовой.
   В помещении светло, но прохладно. Райан сидит за нашим столом уже без еды, только с чашкой чего-то, уткнувшись в газету.
   — Тетушка, Лива, — приветливо улыбаюсь доброй, полной кухарке, — Утро доброе!
   — Доброе, детонька! Я, как обычно, для тебя припасла вкуснейших булок, — прихлопывая в ладоши, оповестила меня приятной вестью Лива.
   Поблагодарив и перекинувшись с женщиной парой ничего не значащих фраз, с подносом направилась к Райану.
   — Что-то интересное есть? — прикрывая зевок кулаком, спрашиваю.
   — Скука, — откладывая газету, сообщает Райан, — Ты разленилась и расслабилась.
   — Не будь сварливым, как старик. У нас впереди целый учебный год, чтобы снова войти в режим, а так я хочу насладиться.
   — Как знаешь. Потом сама жаловаться будешь, — снова утыкаясь в газету, выдал мне неприятное предречение Райан.
   Завтрак, как и всегда, прошел в уютной тишине. А вот выходя из столовой, нашу привычность неожиданно нарушили. Элания, Киви и Мони стояли на входе, скорее всего ожидая нас. Кидаться в объятия ни я, ни Райан не спешили, чем, кажется, успели обидеть прибывших. Не могу сказать, какие мысли посетили герцога, но не удивлюсь, что мало отличны от моих. Какая катастрофа случилась, что этим троим приспичило вернуться аж на целый месяц раньше? К чему готовиться?
   — Я смотрю, вам и двоим тут было хорошо, — с неприкрытой ноткой ревности поприветствовала мегера.
   — Да нет, кажется, — все еще не придя в себя ответила.
   — Тогда где радость на ваших лицах? — возмутило наше поведение Мони.
   — У вас все хорошо? — с прищуром спросил Райан, оповещая, что все же мысли наши сошлись.
   — Конечно. Спасибо, что поинтересовался, — язвительное от Элании.
   — Ну, что же вы, ребята? — раздался голосочек Киви, — Мы соскучились. Сюрприз хотели сделать. Как-то странно все происходит…
   Я так истосковалась по общению, что просто порывисто обняла Эланию, которая стояла ближе всех ко мне. От такой неожиданности принцесса впала в ступор. Но спустя несколько секунд, не зная, как реагировать на дружеское объятие, она осторожно, как-то утешительно похлопала меня по спине. Дружные смешки разрядили встречу.
   Райан не отходил от Элании ни на шаг, изменив сегодня самому себе. Принцесса, была не против романа с герцогом, даже не смотря на его убийственное прошлое. Они сразу обсудили тот факт, что как только Элания вновь вступит в право на престолонаследие, то их пути разойдутся. Мне бы так сойтись с Кобеаном, но нужно было придумать причину, почему я отказываюсь от большего.
   Мони трепетал над Киви, словно мотылек над цветком. Им было проще остальных. Родители между собой знакомы, о романе детей знают, одобряют и даже счастливы. Эти двое после учебы свадьбу сыграть хотят.
   И сидела я в углу комнаты на одиноком стуле. Одна. Настолько же одинокая, как и предмет интерьера. Завидовала? Немного. Скорее злилась, что я жаждала общения и внимания больше, чем Райан, но вышло так, что он сейчас этого внимания не лишен.
   — Так будем меняться местами? — раздался вопрос от Мони.
   — Я хочу жить в своей комнате, — сходу заявила принцесса, — Мне нравятся красные цвета в моем корпусе.
   Цвет власти, войны, крови и страсти. Что ж, выбор Элании к любимому цвету оправдан.
   — А я не уверена, — пролепетала Киви.
   Видимо, я прослушала их разговор, потому что никак не могла уловить суть.
   — Я перееду к Элании, — заявил Райан, — Не вижу в этом никаких проблем.
   — Ничего себе новости, — вырвалось у меня, и я, наконец-то, получила порцию внимания.
   — Тогда собирай вещи, — обратилась принцесса к Райану, решив, что я все же заслуживаю компанию только стула.
   Посидев еще немного среди влюбленных, я решила быть лучше Райана, поэтому тихонько покинула комнату. Сейчас я там определенно лишняя. Путь мой лежал по добротной, широкой дорожке в библиотеку. А мысли мои занимала артефакторика.
   В огромном притемненном зале с высокими стеллажами под книги я вошла в полной тишине. Что было приятным, так это наличие тут качественных пылесборников, то есть толстых паласов. Поэтому стук каблуков не напоминал мне, что я в очередной раз одна. Привычно подношу руку к артефакту, ожидаю, когда тот считает данные и загорится зеленым светом, давая разрешение войти. Уверено направляюсь к разделу артефакторики, но проходя мимо отдела темных магов все же притормаживаю. Сердце предательски забилось сильнее, я сжала кулаки. Я не стану искать информацию о нем! Пару шагов вперед, чтобы остановится и в голос чертыхнуться.
   «Демонология» ¬— гласил раздел. Там я нашла массу литературы, но вытянула книгу наугад, заверяя, что взгляну лишь краем глаза. И то только потому, что очень любопытна.
   От своего неумного любопытства я очнулась, когда живот громко огласил свою сильную обиду в тишине. Вышла на улицу и поняла, что давно пропустила обед и уже время близиться к ужину. А я так и не нашла ничего нового про артефакты.
   Спешно стуча каблуками по каменной дорожке, я обдумывала прочитанное. Выходило, что у Риаса и впрямь есть оправдания своей невменяемости. Интересно, сколько он боролся с одержимостью? Каково это, наблюдать, как жадный до всего демон, использует твое тело, а ты в этот момент ничего не способен? И такое длится от двух недель до года в зависимости от силы злого исчадия, отпуская лишь на короткие пару дней раз в месяц. Сколько был одержим Риас?
   — Вот ты где! — услышала я голос принцессы.
   — Мы же беспокоились! Места себе не находили! — укоризненно от Мони.
   — Ребята, — вторила я голоску Киви и опять кинулась обниматься с Эланией.
   Я же не виновата, что она опять ближе всех стояла. Но девушка в этот раз уже не растерялась, усмехнулась и приобняла в ответ.
   — А в этом что-то есть, — услышала ее заключение.
   Засыпала я в эту ночь, хоть и опять одна в комнате, но уже не чувствовала себя одинокой.
   Август пролетал гораздо стремительней, чем продвигались первые два месяца лета. Наши тренировки стали занимать больше времени, но никто не жаловался. К концу первой недели месяца встал вопрос об экипировке, что была важна не меньше наших навыков. Самой проблематичной в этом плане была Элания.
   Мы целый день отговаривали ее от идеи, сделать ей костюм из свободно спадающей ткани. Потом она напрочь отказывалась от карманов, в которые можно было бы прятать защитные амулеты. Как итог, я разгневалась, и под удивленные взоры четырех пар глаз, пообещала, что отработаю на принцессе все известные мне приемы по заламыванию рук. После чего Элания вспомнила, в чем я была одета на корабле, и просто заявила: «Хочу такой же».
   Мы не стали тянуть время. Как всегда, место встречи было в комнате у Мони, который теперь жил с Киви. Я захватила рюкзак с костюмом, переоделась в удобные брюки, рубашку и сапоги, чтобы выглядеть достойно среди горожан Хардона. Когда все были собраны, мы не дружным строем направились в город.
   Хардон был таким же суетливым, как и прежде, даже в жаркие дни. Только теперь тут зазывали на вкуснейшее лакомство — мороженое, что обещало освежить наш день, и предлагали летние зонтики. Наш путь лежал к одному из лучших портных столицы.
   Заказывали скупо и только по существу. Киви нужна была добротная рубаха под кольчугу и остальная экипировка из дубленой кожи. Райан отдал приказ перенести модель с моего костюма на мужскую, вынудив Мони согласиться, что такой вариант неплох. Я попросила сделать доработку к своему костюму. Конкретнее, меня интересовал жакет с двумя тонкими капюшонами разных цветов: верхний черный и нижний белый.
   — И зачем эти странности? — поинтересовалась Элания, но я не успела ответить.
   — Практика летом. Белый капюшон спасет от солнца твою голову, а черный пригодится, если твою же светлую голову нужно будет спрятать, — обнимая Эланию, негромко проговорил Райан.
   Я только завистливо вздохнула и вернулась к разбирательствам с заказом, чтобы уточнить количество кармашков и их вместительность по всему костюму.
   Спустя пол часа мы направлялись в обувную лавку, где справились еще быстрее. Хорошо, что не пришлось искать кузнеца. Киви отправит письмо отцу с просьбой сковать под нее доспехи. Это займет время, но выйдет бесплатно и добротнее некуда.
   Так как осталось еще много свободного времени, а солнце было достаточно высоко, ко мне пришла идея.
   — Райан, — дождалась, когда тот переведет на меня косой взгляд, — Что насчет того, чтобы попробовать выловить капитана?
   — Вероятность мала, что они в городе. Погода, позволяет совершать рейсы.
   — И все же…
   И все же мы направились в дальний квартал для вынужденных бедняков и, самих докатившихся до такой жизни, отбросов.
   Глава 4. Темная сторона жизни Хардона. Хмельной моряк
   Начав с веселого старта, наш путь постепенно сбавлял обороты и уверенность. Прежде чем, тащить Эланию, в ком читалась вся ее королевская стать невооруженным взглядом, мы с Райаном заставили девушку переодеться.
   — Возмутительно! — противилась принцесса.
   — А мне нравится, — решил взять хитростью герцог.
   В маленькой лавке у господина Вихо было темно и тесно. Одежда лежала на прилавках кучей, где-то висела на манекенах ручной работы, иногда просто на крючках.
   — Ты не извращенец?! — сетовала Элания, морщив носик.
   Даже довольный изначально владелец лавки теперь сидел молча, не пытаясь втюхать нам свой низкокачественный товар. Элания была похожа на юного паренька, у кого руки растут с того места: шустрые, юркие и способные приносить доход воровством.
   — Это меры предосторожности, — успокаивал ее герцог.
   — А нам они не нужны? — испугано спросила Киви.
   — Я возьму у вас вот это, — влезла я.
   Выудила себе мешковатую не то кофту, не то легкую куртку с глубоким капюшоном. Измятая бело-желтоватая ткань изделия из плохо обработанного льна, зато пришлась мневпору.
   — Видишь, даже Ориса понимает, где мы окажемся, — нашел новый способ убеждения Райан, — А она, между прочим, может сыграть разбойницу даже будь одета в шелка. А ты нет.
   Принцесса раздалась руганью, но шепотом, подтягивая сползающие штаны. Зря она так. Рубаха, кстати, на ней ничего такая. Да, скорее серая, чем белая, и да, мятая, зато хорошо пошита.
   — Это и еще вот это, — продолжила я, закидывая свободную часть прилавка шмотьем.
   Одна свободного кроя рубаха отлично сядет на Киви, а вторая для Мони. За нашу коренастую подругу я не сильно беспокоилась. Ее, пусть и симпатичное, личико обрамляли все еще синие волосы, которые короткими локонами торчали, загибаясь на концах. Я бы не стала подходить к такой, будь я, хоть самим пиратом. Уж сильно она сама на разбойницу смахивала. А на Мони пока еще без слез не взглянешь. Кожа да кости! Боюсь его еще и подкармливать возьмутся.
   Элании подобрали подходящий пояс. Девушка прибывала в ужасном настроении, но все равно ее любопытство брало вверх. Все же, всем троим мы с Райаном предлагали провести это время в центре города за приятной прогулкой.
   Если пару кварталов назад мы шагали стройной шеренгой, то пересекая невидимую черту города, нам пришлось разбиться на пары. Вынуждали узкие улочки. Я возглавляла первенство, позади меня, наступая мне на пятки, шли Райан с Эланией и завершали строй Мони с Киви. Маленький складной нож, приобретенный в соседней лавке от лавки Вихо, я убрала во внутренний карман новой куртки. Такие приготовления для похода в бедный квартал города могли показаться излишними, но страховка никогда не вредит.
   Двухэтажные дома, что напоминали бунгало, имели каменный фундамент, но основной материал был из дерева. Маленькие балконы завешаны постиранным бельем, а из помещений доносились голоса жителей. Справа скрипнула дверь и оттуда вышла дородная, румяная женщина с платком на голове и ведром воды в руках.
   — Ах, ты ж скотина юродивая! Да, за что ж боги так со мной, а?! — заголосила она, выливая порцию воды на мужичка, что в пьяном беспамятстве валялся под крыльцом.
   Мы, не сговариваясь, дружно прибавили темп, не желая быть свидетелями разыгравшейся неприятной драмы.
   Через пять минут быстрой ходьбы, я перешагнула узкую глубокую канаву, или правильней сказать арык, чтобы оказаться на небольшой площади. Тут двумя рядами шли прилавки с продуктами, под открытым небом. Грузный продавец, по совместительству мясник, тряс за ухо мальчугана, выпытывая, куда последний дел украденные пини. Пока он пытался растянуть слуховой орган конопатого, второй, как капля воды похожий на братца, мальчуган срезал объемный кошель у мясника, снова лишая того денег.
   Пройдя чуть вперед, мы свернули в узкий переулок, где уже не могли идти рядом даже вдвоем. Так мы сокращали путь. Запах рыбы, отходов и стоков, вызвал у Элании громогласную брань, чем девушка меня успокоила. Моряки примут ее как свою, если она продолжит в том же духе. Еще немного и ветерок, наполненный влагой и морским запахом, спас нас.
   Вышли на старую пристань города, где теснились разномастные корабли. Дошли до деревянной вывески, что гласила: «Хмельной моряк». Я смело потянула створку широкой двери, благо реакция хорошая, быстро делаю шаг в сторону. У Райана реакция была другая, он не уклонился, а словил летевшую оловянную кружку в крепкий захват, спасая Мони от травмы головы.
   — Эй, пацан, а ты хорош! Тащи сосуд сюда! — послышалось басовито изнутри.
   Райан, невозмутимо прошел в тень заведения, поставил кружку на стол перед бородатым мужиком, оглядывая таверну и привыкая к полумраку. Воздух внутри был спертым. Пахло едой, выпивкой, несло потом и нестиранной одеждой нечистоплотных мужчин.
   — Феодор, налей пива этому юнцу за мой счет! — не угомонился благодарствовать за спасение кружки, мужик.
   Зачем он вообще ею кидался? Или в кого она летела?
   — Маленькая кошка! — услышала я за спиной, уже подхваченная за талию.
   Меня ловко перекинул лицом к себе донельзя счастливый Трикс.
   — Наглец! — тихо возликовала я, обнимая того за шею.
   — Райан, что привело тебя сюда? — услышала, уже почти позабытый, голос Нириана.
   Мужчина подошел, чтобы заключить в объятия герцога и от души похлопать того по спине. Но его улыбка чуть поблекла, когда он увидел из-под капюшона лицо Элании.
   — Зачем вы здесь? — понижая почти до шепота голос, спросил капитан у нее.
   — Ей не повредит такая прогулка, не стоит беспокоиться, — ответил вместо принцессы Райан.
   — Здравствуйте, капитан, — протянула я в западном жесте руку.
   В отличии от принцессы у меня не было страха показать, кто я такая, как и у Киви. Нириан несмело улыбнулся и принял пальчики в захват, чтоб отвесить поклон, по всем приличиям Запада. Если кто в заведении и обратил внимание на это приветствие, то явно виду не показал.
   — Думаю, вы присоединитесь к нам, — кивком указывал на длинный стол в углу помещения Нириан.
   — Конечно, мы же пришли сюда из-за тебя, — сообщил герцог.
   Так они, значит, совсем успели сдружиться с капитаном? Трикс поднял меня, вынуждая обхватить его за шею и прошлепал к столу. Опустив ношу на землю, он спешно столкнул из-за стола пьяного в дрязг Сивира, который был из любителей рифмовать. Собрата затащили на лавку соседнего стола, где я увидела массу знакомых лиц, но мужчины, занятые игрой в кости, не обратили на меня никакого внимания. За столом разместились ребята, Нириан окликнул Феодора, чтоб тот принес лучшего грога.
   — Валеан, Рин, рада видеть вас! — я поприветствовала магов корабля, стараясь перекричать шум заполненной таверны.
   — Приветствую, — улыбнулся светловолосый Рин.
   Валеан лишь поднял кружку в жесте приветствия, устремив свое внимание на пожелтевшую от времени карту.
   — А где Виктор и Герман? — задал вопрос Райан, когда знакомства и приветствия закончились.
   Нириан скривился, хмуря выразительные брови.
   — У Германа семья в Хардоне, молодая жена с детьми, поэтому он всегда покидает нас. — сказал с теплотой Нириан, — А Виктор… Он молодой, опытный помощник капитана, такие всегда нужны на службе короны.
   — Он покинул твой состав?
   — Да, Валеан временно заменяет его. Ну, а как ваши дела? В твоем письме ты так мало рассказал.
   А я по-новому взглянула на Райана. Значит письмо действительно имело дружеский характер. Близость смерти сплотила этих двух мужчин.
   Перед глазами возникла смуглая рука, на кончиках сведенных пальцев скручивался маленький воздушный торнадо.
   — Трикс, у вас получилось! Но как? — радостно улыбнулась.
   Трикс решил, что негоже мне сидеть на деревянной лавке, отчего поднял и пересадил к себе на колени. Он довольно улыбнулся и отвел мою прядку волос с лица за ухо. В этот момент на дубовом столе молодая женщина расставляла кружки, которые были вперемешку: деревянные и оловянные. Я указала Триксу на кружку из дерева и его длинная, ловкая рука выполнила мой каприз. Женщина ушла, но довольно быстро вернулась, принося с собой большой кувшин горячего грога и еще один кувшин с пивом. Нириан решил не заморачиваться, заказал еще и еды свежее да горячее. Разговор от возврата искры Трикса плавно отошел на наши дела в академии.
   — И все же, Трикс, как вам удалось пробудить искру? — спрашиваю спустя время, отпивая небольшой глоток грога.
   Я пила мало, медленно и постоянно с опаской прислушивалась к организму. Мужчины же уже осушили не первый бокал, сидели румяные и знатно охмелевшие. Киви пила почти наравне с последними, но ощущение, что ей досталась вся стойкость от отца, поэтому выглядела девушка трезвее сильного пола. А вот Элания сделав глоток, скривилась и отодвинула кружку. Позже ей принесли лучшего вина, его то девушка и потягивала.
   Трикс вместо ответа уткнулся мне носом за ухо, выдыхая, чем вызвал щекотку, и я отстранилась, подергивая плечами. А вот Нириан склонился к столу и заговорщицки начал рассказ. Чтобы было слышно, все мы тоже дружно налегли на стол.
   — Целители не могли ему помочь, — тихо, очень тихо доноситься голос Нириана, — Я слышал легенду от старого приятеля очень давно. С ним выходил в плавание, когда еще служил на наемном судне. В легенде говорилось, что обломки Ларира способны пробудить потухшую искру.
   — Но Ларир же всего лишь миф! — чуть громче сказал Мони.
   — Тшш…, — приложил палец к губам капитан, потом жадно их облизал и дальше тихо продолжил, — Кое-какие пираты плавают на Запретные земли, они видели осколок своими глазами.
   Я округлила глаза и алчно прислушалась. Как им удается пересечь Запретные воды, чтобы попасть на Запретную землю? Там же все кишит нечистью и опасностями.
   — Мы поплыли туда в сопровождении Колченогого Тода, — продолжил капитан, но увидев на наших лицах недоумение, уточнил, — Он известный пират среди любителей моря.
   — Ваc же могут обвинить в пиратстве! — громким шепотом встряла я.
   — Могут, если узнают, но оставить мага без магии! Трикс мой подчиненный, он доверился мне и на моем борту лишился силы, — без злости, оправдываясь, говорил Нириан.
   — Вы видели осколок Ларира? — тихо, еле разборчиво в наполненном гамом и шумом помещении, услышали мы голос принцессы.
   Нириан кивнул. В его серых глазах промелькнуло восхищение, он сделал приличный глоток, после чего еще сильнее склонился над столом.
   — Если бы не Колченогий Тод, мы бы не выжили еще даже на подходе. Там столько удивительного и кошмарного вокруг, — с придыханием говорит Нириан, — Не знаю, что удерживает всех тех ужасных существ, но они не могут покинуть Запретное пространство. Но даже их можно обманывать! Не всех, а только некоторых. Но при определенной магии, существа мирно пропускали нас, словно, мы были одними из них. С какими-то приходилось сражаться, а от других убегать. Мы вернулись только неделю назад. Вернулись невсе, — с гримасой боли уточнил капитан, но секунда и его лицо избавилось от эмоции, — Там столько богатств!
   — Каких? Неужели они стоят того, чтобы каждый раз рисковать? — задаю вопрос, щуря глаза.
   — Стоят, леди Ориса, — я проглотила уже забытое «леди», не смея перебивать Нириана, — Там целые древние храмы, заросшие пирамиды, сундуки, которые даже не всегда спрятаны. Они стоят там, бери не хочу! Прогнившие за века, ломятся от золота и драгоценных камней!
   — Алтира живет за счет этого клада, — осенило меня, почему эта страна все еще на плаву и способна конкурировать с великими странами.
   В таверне стало тихо. Очень тихо. Я даже испугалась, что увлеченные рассказом, мы забылись и стали говорить громко, но нет. Причина была в молодом мужчине, что зашел в таверну с двумя сопровождающими. Волосы медового цвета собраны в высокий хвост, волевой подбородок приподнят в насмешливой гордости. Его нос был немного с горбинкой, но профиль был красив. Немного сутулый, с саблей и кинжалом. По возрасту, наверняка, ровесник Нириана. Разбойник, пират или кто?
   — Феодор, смотрю мне тут не рады? — спросил он, разводя руки в стороны, насмешливо окидывая тем самым зал.
   Все разом отвернулись и шум потихоньку набирал прежний оборот. Мужчина, убедившись, что больше не вызывает неловкости в таверне, по-хозяйски проследовал к стойке, где стоял Феодор. Последний недовольно натирал металлическое блюдо до блеска.
   — Что он делает здесь?! — тихо, но возмутительно спросил Рин у капитана.
   Мужчины мигом протрезвели и собрались, будто перед нападением.
   — Маленькая кошка, — негромко обратился ко мне Трикс, — Все вы, — уже громче, — Будьте готовы покинуть таверну.
   — Для Джеймса Бау закрыты все порты Нестаргона, — продолжал недоумевать Рин.
   — Возможно встал на якорь в водах, сюда добрался на шлюпках. Вот только, что ему надо в Хардоне? — задумчиво ответил Нириан, отпивая из кружки и кидая косой взгляд за спину, на того самого Джеймса Бау.
   — Кто это? — незаметно киваю в сторону ажиотажного мужчины.
   — Ходят слухи, что он был капером Аскартия. Не знаю, что там не поделили и с кем, но недавно он атаковал флотилию страны покровителя. Выжившие рассказывали, что пролилось много крови. Он получил в свое пользование уцелевший галеон и пару линейных кораблей. Никто из высших чинов не выжил. А если верить совсем сумасшедшим слухам, то Бау отправил шлюпку по воде у берегов Аскартия, заполненную различными частями тела, для опознания.
   Дальше слушать не хотелось. Вникать в страсти моряков желания не было ни у кого из нашей пятерки. Разговор завязался о различиях кораблей и о том, что Нириан все чаще подумывает податься в пираты. Дело прибыльное, хоть и опасное.
   Дверь повторно распахнулась настежь и опять в зале повисло напряжение, которое сопровождалось тихим побрякиванием металла и дерева. Трикс подтолкнул меня на лавку, потянувшись к кружке. На пороге стояло двое служивых в мундирах Нестаргона. Они медленно подошли к одному из столов, начиная что-то расспрашивать моряков, взглядыи те, и те бросали на спину Бау, который заметно подобрался.
   — Идите отсюда, — тихо проговорил нам Нириан.
   Мы не стали спорить, быстро поднимаясь и направляясь к двери.
   Вальяжные служивые подходили к пирату. Один из них дотронулся к плечу мужчины, собираясь обратиться, но не успел высказать просьбу или приказ. Бау резко развернулся, всаживая кинжал в горло противника. Его не смутила кровь, что брызнула на обветренное лицо, он улыбнулся, наслаждаясь.
   Райан спешно развернул Эланию к себе, утыкая принцессу лицом в свое плечо. Мони и Киви побледнели и замерли там, где стояли. Нужно было уходить, но мы ожидали завершения.
   Двое других спутников убийцы разобрались со вторым служивым. Пока один уклонялся от ударов, отчаявшегося мужчины, второй пират всадил блестящий нож под лопатку противника. Моряки поднялись с мест, но не смели вступиться, из-под лба наблюдая за происходящим. Бау отпил из своей кружки, оставляя на ней кровавые следы и щедро осыпал столешницу золотыми монетами. После вытащил конверт из своего кармана и вложил его за пазуху жертвы.
   Правильно. Никто из добропорядочных моряков не посмеет притронуться к трупам, чтобы не попасть под суд. Зверский, но верный способ передать послание тем, кого опасаешься увидеть лицом к лицу.
   Проходя на выход Джеймс остановил шаг, поравнявшись со мной и вглядываясь в мое лицо. Трикс за спиной дернулся, когда багровые пальцы Бау потянулись к моему подбородку, но я была быстрее. Секунда и перочинный нож в правой руке упирается в шею пирата, а вторая рука захватывает правую руку противника. Если сейчас он попытается вырвать руку, нож пройдет в его глотку также, как он убил неповинного мужчину.
   Боялась ли я? Очень. Вспотевшие ладони, руки и ноги била мелкая дрожь. Моя жизнь была мне ценной, отчего хотелось быстрее убраться от этого человека.
   Пират понял, что недооценил хрупкую девушку. Он легко приподнял свободную руку, показывая, что в ней ничего нет. Я приспустила вторую его руку и дождалась, когда он отступит на пару шагов от меня. Так просто? Изумление наверняка читалось на моем лице. Но оно не продлилось долго. Бау отступил еще дальше, облизывая пересохшие губы,и смиренно кивнул. Я оглянулась, и сердце заполнилось теплотой.
   Райан окутал нас голубоватой защитной магией, Элания призвала огонь, а Мони щедро порезал руку ножом, что взял с ближайшего стола. Простым смертным не дано видеть магию, но по нашим действиям и пассам никто не усомнился, кто перед ними. Киви сжимала кулаки, не сводя грозного взгляда с пирата, а я вспомнила, что забыла, кем являюсь.
   Кивнув на прощание Нириану, мы покинули в тишине негостеприимное заведение. На улице было прохладно и уже темнело, я накинула капюшон. Морской горизонт был залит огнем заходящего солнца. Мы спешно покидали город и уже за пределами его стен, смогли улыбаться. Обменивались пестрыми эмоциями, но несмотря на ужасное обстоятельство, все остались довольны вылазкой. Даже расплакавшаяся Киви, которая поздно ощутила шок от увиденного и сейчас шла, ведомая рукой Мони и шмыгая раскрасневшимся носом.
   Глава 5. Как достать соседку
   Двадцать первое августа. Еще пять дней и в академию начнут возвращаться учащиеся, потом еще день и перед началом учебного года будет поступление и набор новеньких.Я лежала, скинув с себя одело, в белой шелковой ночнушке до середины бедра. В комнате было жарко и пахло выпечкой. Линди сегодня осталась в академии, отчего я и проснулась. Девушка старалась тихо, еще на рассвете, сделать чай. Вставать я не планировала. Десять минут полежать, и дрема меня снова утащит в мир сновидений.
   Мне снился сад. Пропитанный весенними ароматами, насыщенный цветущими фруктовыми садами и наполненный теплыми нежными лучами солнца. Я босиком по нежной траве подходила к дереву, чтобы оно на глазах из цветка превращало его в плод персика. Спелый, сочный и, наверняка, сладкий. Персик сам упал мне в руку, и я втянула его аромат, прежде, чем откусить кусочек. Бух! Бух! Вжик!
   Я подскочила на кровати, озираясь. Что это было? Сердце испуганной птицей забилось в груди, и я часто задышала. Показалось? Бух! Бух! Нет. Звук из коридора. Выглядываючерез окно на улицу, а там солнце успело подняться не очень высоко. Покачав головой и посетовав на утренних нарушителей спокойствия, легла снова. Не смотря на жару, накрываюсь одеялом. Вжик!
   — Ррр, — вырывается у меня, и я накрываю голову подушкой, крепко прижимая ту рукой.
   Прошло время. Персик вновь в моих руках. Я подношу его к губам, приоткрываю рот. Бух! Бух! Бух!
   Ну, знаете! Потирая глаза и усердно прогоняя зевоту, пытаюсь встать. Ноги запутались в одеяле, и я с грохотом, словно мешок с песком, повалилась на пол. Выпутываюсь, чертыхаюсь, поднимаюсь, уверенно шагаю. От гнева забываю накинуть халат. Злостно сжимая кулаки, подхожу к двери. Дергаю ту со всей силы, чтобы обомлеть.
   Дверь напротив нашей комнаты с Линди открыта. Усатый плотник, не замечая меня, продолжает возиться с замочной скважиной, устанавливая знакомый замок. В комнате, подпирая подбородок рукой, Линди мило беседует с Тиретисом за чашечкой утреннего чая. Перевожу взгляд в сторону. В коридоре опираясь на дверной косяк плечом и отхлебывая чай из моей кружки, стоит Риас и не сводит с меня оценивающего, голодного взгляда. Из чьей кружки?! Моя кружка! Быстро подхожу, чтобы вырвать из чужих лап свое родное имущество. Но пленница поднимается высоко, чтобы дотянуться надо или прыгать, или на Риаса налечь всем телом. Ухмыляется гаденыш!
   — Вы! Ты со своим принцем! Знаешь, где вы у меня сидите?! — прошипела я.
   — Доброе утро, милая, — наградил меня нежной и ласковой улыбкой блондин, — Разве так встречают новых соседей? Бери пример с Линди, тебе есть чему у нее поучиться.
   — Отдай. Мою. Кружку! — почти по слогам произнесла.
   — Вредная, неблагодарная, лохматая к тому же, — стал перечислять Риас, — Ты, кстати поцелуй мне должна. Не успела позабыть? Думаю, Кобеан запомнил на всю жизнь, — веселый смешок, — Кстати, а он видел, как ты соблазнительна в этом пеньюарчике? Может пока тут работы ведутся, ты покажешь мне остальную часть своего гардероба? — похотливый взгляд и облизанная нижняя губа были мне наградой.
   Хорошо, что хоть не мою губу облизал! Очень хотелось осадить блондина, поставить его на место. Я бы ударила его, как следует, но плотник уже периодически оглядывался, тоже не теряя возможности полюбоваться моими ногами. Риас просто не оставил мне выбора. Пощечина была ему ответом. Все следы улыбки были стерты с его лица, и он смотрел в пол. Блондин медленно поднял на меня взгляд. Взгляд потемневших голубых глаз. Его зрачки то и дело увеличивались и сужались, он глубоко вздохнул, медленно спуская руку с кружкой. Я как-то неуверенно ее отобрала, стараясь не прикасаться к парню, обхватила двумя руками и прижала к груди. Не свожу с него внимательного взглядаи пячусь к своей двери. Риас осуждающе покачал головой и сделал порывистые шаги вперед, но я была быстрее, успев развернуться, заскочить внутрь своей комнаты, облиться остывшим чаем и захлопнуть дверь перед его носом, задвигая хлюпкую щеколду. Неотрывно следя за дверью, убедилась. Он не ломится в комнату за отмщением, можно облегченно вздохнуть. Тоже мне. Обиделся и разозлился.
   Заснуть, понятное дело, мне уже не удалось. Свою кружку из вредности не мыла. Раз Линди ее взяла, то пусть в порядок и приводит. Умылась, оделась уже в экипировку для практики. Как сказал Хасир: «приличия приличиями», но мы и умереть там можем. Все должно прижиться и ко всему должны привыкнуть. На улице жарко, сегодня берусь за работу над новым артефактом, поэтому собираю высокий хвост. Проходя мимо зеркала, довольно осматриваю получившийся костюм.
   Темные сапоги из отличной кожи редкого в нашем мире существа каара. Черные облегающие брюки из тянущейся ткани, содержали несколько карманов. Ремень из той же кожи, что и сапоги. Моя старая тонкая рубашка черного цвета, без карманов, сидит очень плотно, но ткань эластична и не мешает движениям. Сверху надет не жакет, а безрукавка. Портной прознав о наших намерениях, рискнул проявить инициативу и показать, за что считается лучшим. Безрукавка была из прочного, тонкого материала, оснащенный небольшими ремешками впереди, из той же редкой кожи, вместо застежек. И один ремешок был чуть выше поясницы, служил регулировкой для затяжки. Два глубоких, но таких жетонких капюшона из разных цветов завершали творение. Моя неизменная, короткая, кожаная куртка садилась поверх всего наряда. Именно наряда, ведь мастер своего дела,решил отличиться, тем самым используя шанс для саморекламы. Костюмы каждого из нас имели еле заметные узоры в некоторых местах, что были личным товарным знаком господина Науди. Также отдельные элементы имели темно-зеленый цвет, но это ни разу не мешало для практики. Оставшись довольной обновкой, я направилась к двери.
   Прежде чем выйти полностью, я приоткрыла дверь и высунула голову. Дверь напротив была наглухо закрыта. Спешно покинула общежитие и привычно устремилась в столовую.
   Сегодня в столовой было шумно. Вернулась не только команда Тиретиса, но и команда с четвертого курса. Та самая, которая сражалась против василиска. На радость, даже мне, хоть я и не была знакома с ребятами, но они вернулись живыми, здоровыми и полным составом. Асель сидела в компании маленькой девушки, которая за завтраком была без посоха. Красавица Асель небрежно водила ложечкой по поверхности чая и что-то говорила собеседнице. Грозного алтировца я не наблюдала. Сладкая парочка расположилась под освещенным солнцем столом. Риас опять не сводил с меня взгляда, видимо, изучая мою экипировку. Тиретис, лишь окинул скучным взглядом, и вновь продолжил беседу с другом. Моя четверка, без Линди, сидела за нашим столом и что-то негромко обсуждали, перебивая друг друга. Мне опять стало обидно, что они даже не заметили моего появления, зато кухарка Лива порадовала.
   — Детонька! — всплеснула женщина руками, оповещая на всю столовую, что вот она, милая девушка пришла, наконец-то, ее дождалась.
   — Утро доброе, тетушка Лива! — тоже не стала скромничать и еще на подходе ее поприветствовала.
   А вот пусть все завидуют, что меня тут любят и обо мне заботятся, ждут и лелеют. Румяная, светлоглазая и светловолосая женщина, лучезарно улыбнулась мне.
   — Ты сегодня так рано, — захлопотала она, расставляя на поднос мой обычный завтрак, — Я же даже булочек испечь не успела!
   — Не страшно, тетушка Лива! — успокаиваю милую женщину, в душе проклиная блондина.
   — Как же это?! Ну ничего, пока твой друг газету дочитает, а он за нее еще пока не брался, булочки как раз разрумянятся.
   — Спасибо, — щедро улыбнулась я, принимая из ее рук поднос.
   Пока иду к столику, ловлю любопытные взгляды четверокурсников, хотя уже пятикурсников. Асель обдала высокомерием, а Риас подозрительностью, что печально, так это игнорирование моих ребят. Они все равно не обратили на меня никакого внимания.
   — И о чем секретничаете? — любопытствую, подходя и бухая поднос на стол.
   — Привет, — дружно от Мони с Киви.
   — Утро доброе, Ориса, — от Райана.
   Приветственный кивок от Элании. Дальше все откидываются на спинку стула и начинают разговор о предстоящей учебе.
   — Вы что? Оборзели?! — очень громко рявкнула я.
   А что? Между прочим, обидно. Мы же команда. Да и Райан! Он должен, прежде всего, секреты секретничать только со мной. А уже потом с остальными.
   — Не надо так злиться, Ори, — стушевался Мони, оглядываясь и убеждаясь, что я привлекла к нам внимание.
   — Ты только что, убедил меня, что разговор касался меня! — уличила я парня, считав его смятение и взгляды.
   До конца я, конечно, уверена не была и просто брала парня на понт.
   — Как ты догадалась? — восхищенно заглотила наживку Элания, полностью подтверждая мою догадку.
   Райан хлопнул себя рукой по лицу, пеняя на недалеких друзей. Я наконец-то тяжело выдохнула, натянула на себя маску обиды и села на стул.
   — Это не важно, — отмахнулась, — Рассказывайте.
   — А может…, — начал Райан, но я прекрасно знала, что он уже все знает, что я ничего не знаю, и сейчас он просто меня запутает и победит.
   — Ну уж нет, Райан! — перебила его, — Ты тихонько посидишь молча, пока Киви или Мони мне все расскажут. И не надо смотреть на них! Смотри прямо на меня! Я слежу за тобой, — прищурила глаза для пущего убеждения, — Мони отвечай!
   Парень сделал обреченный вздох и выдох, почесал голову, жалуясь на злобных девушек, и приступил.
   — Мы же дату твоего настоящего дня рождения не знаем, — быстро проговорил Мони, — А Райан сказал, что у Кениар день рождение двадцать пятого августа. Вот и выбирали тебе подарок. Но, Ори, прошу! Оставь хотя бы в тайне, что это будет! — взмолился несчастный.
   — Спасибо, — довольно улыбнулась, приступая к завтраку.
   День прошел обычно. Жара уморила бы, но заботливая Линди успела зачаровать наши костюмы. Теперь они с ее защитной магией могли похвастаться пущей устойчивостью, а кроме этого она позволила нам облегченно вздохнуть. Наши костюмы «дышали», то есть заклятие позволяло чувствовать себя более ли менее сносно при жаре или холоде, новсе в меру. Ночами в лесу все равно будет холодно, а в полдень жарко.
   Я завершила очередной артефакт, который уже нес взрывоопасный характер. Тренировка прошла успешно. Теперь я могла быть уверена и в Мони, зная его предел. Засыпала яопять в одиночестве. Линди придет за полночь и уйдет до рассвета. Моя кружка, намытая до блеска, стояла на полке. На столе я нашла записку: «Извини, Ори. Я больше так не буду. Твоя Линди».
   Двадцать второе августа. Мне сниться сладкий сон, где я любуюсь прекрасным восходом солнца на лазурном берегу спокойного моря. Там даже нет чаек, вместо них красивый пестрый попугайчик ласково щебечет песню жаворонком. Бух! Бух! Бух!
   — Ууу…, — взвыла я.
   В этот раз я не забыла накинуть халат. Укутавшись плотнее и одернув его ниже, стараюсь, чтобы тот все же закрыл колени, но это технически не прокатывает. Как сшит, так сшит. Зевая, отпираю дверь. У соседей дверь настежь. Стул в комнате стоит по центру, и на нем закусив губу, сидит в ожидании Риас. Дождался. Смотрит на меня.
   — Вот видишь, я же говорил, — сообщает он.
   После этих слов выглядывает голова Тиретиса, убеждаясь, в правоте слов блондина.
   — Ну, да, — соглашается Нестаргонский, — а еще, спросонок она милая.
   Закатываю глаза, тяжело вздыхаю, подхожу к двери. Так открывается обзор в комнате, где опять тот же усатый плотник вешает полки. Риас улыбнулся и уже собрался что-тосказать, но я взялась за ручку и закрыла соседскую дверь с наружной стороны.
   День прошел, по обыкновению.
   Двадцать третье августа. Мне уже не снился сон. Он, видимо, обиделся, что я его не досматриваю.
   — Давай! Ну, же! — слышу из-за двери крики.
   — Хорошо клюнул! Еще, Беляк, еще! — вторил другой голос.
   Чтоб его! Поднимаюсь, одеваю халат, распахиваю дверь. Слежу, как рыжее перышко поднимается вверх, чтобы потом медленно, раскачиваясь планировать вниз. Такого я дажепредположить не могла, не то, чтобы ожидать. Злиться уже не получалось. Риас устроил петушиные бои прямо в коридоре общежития.
   — Риас, — попыталась обратить на себя внимание того, но тот неотрывно следил за белым петухом, на котором, наверняка, была его ставка, — Риас!
   Даже петухи разлетелись в своей клетке от моего возгласа. Но быстро вернулись к битве. Блондин лихо улыбнулся и поднял на меня глаза.
   — Убери это!
   — Эти девушки! Да что вы понимаете?! — загомонили парни, что обступили клетку и внимательно следили за боем.
   — Зачем? — спросил Риас, — Смотри, они в клетке. Все будет чисто, перья мы потом уберем и проветрим магией помещение. Им все равно жить недолго, пусть порезвятся! Сегодня на обед запеченная курочка.
   Спорить? С ним? Бесполезно. Закрываю дверь. Спешно одеваюсь и покидаю место своего уже неспокойного сна. День проходит обычно. Из необычностей только встреча с Тиретисом в мастерской, где он первый здоровается (!) и провожает меня задумчивым взглядом.
   Двадцать четвертое августа. Я проснулась на рассвете и уже просто дремала, то и дело испуганно отрывая голову от подушки и ожидая очередного издевательства. Издевательство случилось. Музыка разнеслась на весь этаж. Скрипка занудно тянула неприятные звуки, и такого я стоически выдержать не могла.
   Поднимаюсь, надеваю халат, выхожу. Дверь надоедливого соседа закрыта, но звук явно доносится оттуда. Бесцеремонно открываю ее и прохожу внутрь. Дверь позади захлопывается, но мне уже все равно. Риас довольный пытается дирижировать под звуки, сидя на стуле по центру комнаты. Окидываю взглядом комнату, которая пребывает в беспорядке. Риас в одиночестве. Нахожу взглядом артефакт источающий неприятные звуки, подхожу к полке и отключаю устройство.
   — Зачем ты так, Ори? Разве тебе не нравится музыка Филиса?
   Даже не знаю, кто это такой, но поняла, что блондину тоже не нравится его музыка, поэтому он и выбрал ее, как орудие психологического характера.
   — Риас, — спокойно обратилась к парню, — Ну, чего ты от меня хочешь?
   — Ты должна мне, — возмущенно, но негромко отвечает парень, — Ты проиграла, Ори! И все еще не расплатилась. Чего же я могу хотеть? — он даже пожал плечами.
   На меня смотрел новый Риас. Такого Риаса я еще не видела. Парень не просто выглядел обиженным, он будто лишился всех родных одним махом, в придачу всех сбережений и сейчас его выставили из родного дома на холод, голод и верную, тяжелую смерть!
   Изумленно, молча восхитилась его таланту. Хорошо. Мой организм влюблен в мой здоровый, полноценный сон и уже начал скучать.
   — Десять секунд! — напоминаю об уговоре.
   — Никакого целомудрия, — подхватывает Риас.
   Он остался сидеть на стуле, все с тем же отчаянным, жалостливым взглядом. Подхожу, становлюсь напротив. Сейчас эта игра в невинного мальчика пришлась кстати. Склоняюсь, закрываю глаза и медленно наши губы сталкиваются. Раз. Мой язык находит язык парня. Два. Я чувствую предательское тепло внизу живота, оно стремительно разливается по телу. Три. Решаюсь отомстить, за что аккуратно кусаю Риаса за нижнюю губу и слегка ее оттягиваю, чтобы после облизать. Четыре. Слышу стон наслаждения от парня и меня от этого бросает в жар с новой силой. Пять. Его руки оглаживают бедра под моей ночнушкой. Шесть. Я решаюсь уступить и придвигаюсь к нему ближе, опираясь на колено, что нашло свободный кусочек стула между ног блондина. Семь. Риас запрокидывает голову сильнее, чтобы доставать до моих губ. Его руки уже в запретной зоне. Восемь. Я задохнулась от чувств и ощущений. Девять. Мои руки закапываются в его волосах. Десять…
   Наш поцелуй перерос в страсть, которая неизвестно сколько длилась и чем закончилась бы. Риас целовал мою шею, уже приподнимаясь и толкая меня в сторону расправленной кровати. Я не хотела сопротивляться. Вернее, я не думала. Совсем лишись всех мыслей. Но когда в поцелуях Риас зацепил цепочки разряд магии остудил и отрезвил нас. Романтику как рукой сняло.
   — Что за черт?! — ошарашено уставился на мою грудь блондин.
   Я нахмурилась и вытащила две цепочки. Обычно я еще ношу часы тут же, но на ночь их все же снимаю.
   — Вот эта мелкая хрень! Откуда она у тебя? — сощурив глаза, пальцем указывает на подарок Кобеана блондин.
   Довольная улыбка расползлась на моем лице, осознавая какую защиту придумал для меня Кобеан и против кого она была. В ответ Риас от меня ничего не услышал. Я прошла по комнате, нашла ключик от внутреннего замка на столе, открыла себе путь на свободу, под неверующим взглядом голубых глаз, кинула ключик на кровать, где чуть было не совершилось непоправимое. Заключительно напевая занудную утреннюю мелодию вышла из соседского логова.
   В столовой Риас что-то эмоционально и бурно обсуждал с принцем. Явно утренний сюрприз. Иначе отчего его лицо было таким хмурым. День прошел обычно.
   Двадцать пятое августа. Утро. Стук в дверь. Я в голос простонала, истерично взвизгнула и перевернулась на спину, устремляя взор в потолок. Там над моей кроватью свилсебе приют маленький черный паучок. Ничего. Линди до тебя доберется, как появляться нормально тут начнет.
   — За что мне это? — тихо интересуюсь у паучка, но тот молчит.
   Стук повторяется.
   — Риас, будь добр, отвали! — кричу, не сводя взгляда с паука.
   Стук повторился более уверенно. Поднимаюсь, накидываю халат, порывисто распахиваю дверь. Кобеан с любопытством смотрит на меня, занося одну руку для того, чтобы постучать, а вторая рука держала немаленькую коробку.
   — Привет, — нежно улыбнулся парень, явно не ожидая такого приема.
   — Ох, прости, — суетливо бегает мой взгляд, я закусываю губу, не зная, как оправдать то, что я обращалась к Риасу.
   — Я попросил Эмбера о переезде, перед тем, как на практику уехать, — решив опустить неловкий момент, ставит меня в известность Кобеан, — Ты могла бы помочь мне расставить вещи. Если хочешь, конечно.
   Еще один под боком. Я закрываю глаза, измотанная за эти дни. Что там говорил Райан. Артефакт надо выдумать. Уф.
   — Прости, Коби, — решила не мучить себя дальше, — У меня отвратительное настроение по утрам и… Прости. Я хочу выспаться. У меня были трудные пробуждения в последние дни, — почесывая затылок и закусывая губу, жалуюсь принцу.
   — Не страшно, — заботливо улыбается тот, — Кстати, с днем Рождения!
   Маленькая коробочка была вытащена из большой коробки. Красная обертка, перевязанная синей лентой.
   — Спасибо, — немного осипши проговариваю я, уже думая, что несправедливо поступаю с ним.
   Он же пережил тяжелые месяцы в лесу, и мы вроде встречаемся, а встретила я его как постороннего человека.
   — Знаешь, дай мне минут десять. Я приведу себя в порядок и с радостью помогу тебе, — с улыбкой соглашаюсь на предложение.
   — Моя комната, та что на углу справа, — довольно ставит в известность, — Жду тебя, моя прекрасная. Кстати, по утрам ты неприлично милая. Тебе никто не говорил об этом?
   Глава 6. Расстановка по местам
   Собиралась я не долго. Задержалась только, чтобы посмотреть на подарок, что приготовил мне Кобеан. Пока раскрывала коробочку, обдумывала слова Райана. Он по обыкновению оказался прав. Если Кобеан знал о дате рождения Энджи Кениар, значит, парень тоже не подпускает к себе неизвестных. Все правильно. Он же будущий правитель, когопопало в жены брать не будет. А тут убедился, что девушка из графской семьи, благовоспитанная. Убегает только, но куда деваться, если страх вынуждает.
   Под подарочной оберткой лежал небольшой конверт. Внутри маленькая записка, выведенная аккуратным почерком: «Ты заслуживаешь большего, моя прекрасная, но прими, хотя бы этот скромный дар». Подписи не было.
   Теперь я наверняка запомнила отличия посланий от Кобеана Сальтера и Келриаса Солвера. Риас не заморачивается красотой записок, просто берет целый лист и складывает его вдвое, а его почерк будет похуже, чем у принца.
   В коробочке был красный футляр из бархата с встроенной на нем кнопкой в виде ромба для открытия. Кнопка была украшена стразом из неопределенного черного камня. Если футляр такой, то что ждет меня внутри? Аккуратно приоткрываю и мои глаза неприлично округляются. Золотой ажурный, массивный браслет, состоящий из отдельно чередующихся частей круглых и прямоугольных, лежал на черном бархате. В круглые части умело инструктированы крупные квадраты ограненных рубинов, а на прямоугольниках насыпь из небольших бриллиантов.
   Я не смогла притронуться к совершенству, хотя тот красивыми, переливчатыми отблесками под падающим на него светом манил. Сколько стоит такое изделие? Наверняка, заэтот браслет можно купить приличный участок земли с добротным поместьем и еще нанять прислуг на пару лет в служение. Как принять такой подарок? Или как вернуть его?Подарки же не принято возвращать. Не найдя ответы, я закрыла футляр и спрятала его в дальний, самый темный угол шкафа.
   К Кобеану направлялась растерянной и оглушенной. После скромного стука, дверь отворилась.
   — Проходи, — пропускает меня принц.
   В комнате было наставлено множество ящиков и коробок. В полумраке я зацепилась за одну такую и почти упала, но Кобеан резво меня подхватил. Секунду он смотрел на меня, придерживая за руку и талию, чтобы потом заключить в трогательных, нежных объятиях, словно я была из хрупкого стекла.
   — Я так скучал, Ориса, — прошептал огненный принц, — Я засыпал с мыслями о тебе и просыпался, думая о тебе.
   Я молчала, все еще пребывая в потрясении от подарка, а теперь еще и от собственных чувств. Очередная правота Райана. Мне не было приятно после признания принца. Стыд, горечь, разочарование в себе. Я не могла ответить взаимностью, я вспоминала о Кобеане редко, я скучала по общению, но не конкретно по нему.
   — Ты поможешь мне с расстановкой вещей? — с улыбкой на лице, не дождавшись от меня никакого ответа, спросил принц.
   Я кивнула. Кобеан поочередно подошел к окнам, которых в угловой комнате было целых два, чтобы впустить утренний свет и развеять привычный ему полумрак.
   — Расскажи мне о практике, — прошу, стараясь перевести тему и разрядить обстановку.
   — Ты так и не отступишься от этой глупой затеи? — задает вопрос, подходя к одной из коробок и начиная ее разбирать.
   — Мне хотелось бы посмотреть на Мертвый лес своими глазами, — отвечаю, тоже выбирая себе коробку.
   — Значит у меня есть надежды, получить согласие на свое предложение руки и сердца, после того, как насытишь свое любопытство?
   — Куда мне это поставить? — спрашиваю, вытаскивая красивую статуэтку птицы, возможно орла или ястреба, умело вырезанную из дерева.
   — Куда угодно. Я доверяю твоим предпочтениям, — уже более легкая улыбка, лишенная горечи и тоски, — Полок тут немного, но я решил ничего не менять после предыдущих хозяев комнаты. Тут и так вполне комфортно.
   — Повезло твоим соседям, — тихо проговорила, — Так что на счет Мертвого леса?
   — Это трудное испытание, Ори, — вытаскивает стопку с аккуратно сложенной одеждой и перемещает ее в шкаф, — Не было дня без столкновения с тварями. К концу практики уже их не страшишься. Боязнь и паника охватывает только в мыслях, что не сможешь покинуть лес. Изматываешься физически, истощаешься морально, шутки в компаниях не спасают и уже не подбадривают. Стабильные караулы, постоянный зуд от укусов москитов, Зара в конце практики уже даже от себя не могла отогнать кровососов. Проблемы седой, питьем…
   Я расставляла вещи изысканные и простые, красивые и просто полезные под рассказ о трудностях практики. Наверняка Кобеан не стал утаивать ничего, чтобы таким образом породить во мне сомнения в правильности выбора. Когда через пару часов комната преобразилась, обретая мальчишеский уют, я стояла, опираясь о подоконник спиной и наблюдая, как Кобеан справляется с последними вещами.
   — Ори, ты избегаешь вопрос о замужестве, — начал неприятную тему принц и я не стала отпираться от нее.
   — Я не готова, — тихо и просто ответила, надеясь, что Кобеан в силу своей доброты ко мне этим и удовлетворится.
   — Иди сюда, — протягивает мне руку, и я принимаю ее.
   Он ложится на кровать и тянет меня за собой. Если раньше подобная близость вызывала во мне страсть и жар, то теперь было неуютно и как-то неправильно. Мы располагаемся на боку, глядя друг на друга.
   — Я всегда старался убедиться, что девушки влюблены в меня, прежде чем подпускать их и самому влюбляться в них. Кажется, в этот раз я совершил ошибку, — его пальцы очерчивали овал моего лица.
   — Кобеан, мне жаль, — заливаясь краской стыда проговариваю.
   — Ничего. Я сам виноват. Если ты позволишь, то я попробую добиться твоей любви, — большой палец проходит по моей нижней губе, немного надавливая.
   Кобеан меняет положения, нависая надо мной и тем самым вынуждая лечь на спину. Поцелуй был, как по обыкновению, огненный, горячий. Я упираюсь в его грудь, когда понимаю, что мое возбуждение не несет никакого чувственного подтекста, только реакция организма на ласку. Парень закрывает глаза и тяжело выдыхает. Несколько секунд и онлежит на спине, расположив мою голову у себя на плече.
   — Ты уже успела полюбить его? — ровный тон, будто Кобеан спокоен.
   Я сразу понимаю, что речь о Риасе. Но воспоминание о блондине вызывают не любовь, а зубной скрежет. Как его вообще кто-то может полюбить?
   — Не говори глупостей, Кобеан. Риас он…
   — Помнишь, наш разговор в беседке зимой, — возвращает меня к воспоминаниям принц, — Я тогда признался, что Риас всегда был мне неприятен.
   — Что-то припоминаю.
   — Мне было пять лет, когда отец посетил Нестаргон. Тогда были долгие споры и обсуждения договоров, соглашений на тему пошлин за использование путей Дарголии. Меня он взял с собой, не ожидая, что Людвиг Нестаргонский будет столько тянуть с решениями. Поэтому, я вынуждено находился в королевских дворцовых стенах Хардона, около месяца, — принц монотонно вел свой рассказ.
   Мои веки постепенно наливались свинцом. Сказывался недосып при тяжелых ежедневных нагрузках.
   — Там я познакомился с Тиретисом и Риасом. Они ведь на два года старше меня, но ладить и проводить время вместе нам это не помешало. Тиретис уже тогда был стойким, уверенным в себе, весь в Людвига. А вот Риас был слабым, часто болел и редко пребывал в веселом настроении, постоянно прячась за спиной своего властного друга. Я так и запомнил их, когда уезжал. Защитник и слабак, — легкий поцелуй в макушку моей головы немного стряхнул с меня путы сна.
   — Сейчас Риас не походит под твое описание, — вяло поддержала беседу.
   — Да. Повторно мы встретились, когда мне было шестнадцать. Я уже принимал участие в советах и во всех вопросах, связанных с управлением страны. Объем торговли увеличился и работать по старой схеме с фиксированными тарифами было уже не выгодно, мы требовали процент из оборота. Не подумай, что мы жадный народ. У нас ведь тоже увеличились расходы на содержание дорог, служащих на границе, да и еще куча всего. Речь сейчас все равно не об этом. Если тогда я с трудом узнал Тиретиса, то вот Риас изменился до неузнаваемости. Лучше бы это был слабак из прошлого, чем тот, кем является сейчас. Он не считается с достоинством и честью, не прощает просто так ошибки других. Пытается всех уличить в жестокости и лицемерии, когда сам не гнушается подобного.
   — Угу, — тихо вздыхаю я, прежде чем глаза закрылись. Теперь я слушала принца, стараясь не заснуть, но уже не способна была разлепить глаза.
   — Ты не понимаешь, Ори, — воспринимает по-своему мое «угу» принц, — Я боюсь, что он разлучит нас с тобой. Ты не представляешь, как сильно я люблю тебя, — Кобеан поворачивается набок, тормоша мой сон и уже обнимает меня двумя руками.
   Я не против. Так даже уютнее спать. Его подбородок правда немного давит на макушку головы, но не сильно.
   — Мы с тобой даже не поймем, что причиной стал он, если сам не захочет себя выдать. В тот же визит мне удалось выяснить, что с ним произошло. Слуги и очевидцы сами стремились рассказать обо всем, шепотом и страшась, что Риас где-то рядом и может услышать их. Тогда же я многое узнал об одержимых демонами. Риас с шестнадцати лет был одержим целых полтора года, а это больше максимального срока. Более того, слабому парню не повезло, потому что им завладел не демон, а демоница. Свирепая, жестокая, своенравная. Сначала его держали в темницах. Рассказывали, что Тиретис все свое свободное время проводил рядом с тюрьмой, как умалишенный общался с Риасом, напрочь игнорируя демоницу. Когда ей надоело такое к себе отношение, она поостыла и завела другую игру. Пыталась обманами проложить путь к свободе, но ничего не выходило, пока однажды в теле Риаса не очнулся сам Риас. Его выпустили, он прожил эти дни на свободе, а когда пришло время для нового срока заключения, то Риас попросил Тиретиса не выпускать его. Демоница жаждала убийств.
   Прошло много времени. Тиретис сильно заболел, от постоянного пребывания в сырости темниц. Целители старались держать его под контролем, но он сбегал к другу, как только оставался без надзора. Возник риск потери у наследника не только его жизни, но и рассудка. Никто и помыслить не мог, что принц замкнется, видя мучения Риаса. В очередное пробуждение Солвера, он уверил принца, что договорился с тварью внутри себя. Она понимала, ей тоже осталось не долго и хотела ощутить все прелести человеческой жизни. Демоница ослабла и уже не могла нести смертельную угрозу.
   С того момента Тиретис поправился в здоровье, но его рассудок был на грани. Демоница раздражала его. Не знаю, что он чувствовал, но думаю мало приятного, когда знаешь, что вот твой друг перед тобой. Этот друг даже слышит тебя, но ответить не может, сделать ничего не может. И вместо него тебе отвечает порождение зла.
   За это время замок превратился в кипящий муравейник. Люди ходили раздраженными, все шло не по планам. Когда начиналась ругань и разбирательства все сходились к тому, что ими манипулировали, их подводили к тем или иным действиям. Демоница узнавала слабости других, их желание, похоть, следила, плела свои сети для игр. Когда, наконец, она растворилась и ее место занял Риас, все успокоились, возликовали и вздохнули спокойно.
   Но к тому времени, что-то все же неизбежно изменилось. Тиретис не смог восстановиться полностью, а Риас успел привыкнуть к повадкам демоницы, перенять часть ее привычек. Иначе я не могу объяснить, отчего он стал таким. Ориса? Ты спишь, Ори? — спросил, склоняясь надо мной.
   — Мм…, — ответила я, окончательно проваливаясь в желанный сон.
   Было тепло и хорошо. Мой организм отдохнул и уже требовал пробуждения и выплеснуть энергию. Я быстро распахнула глаза, чтобы увидеть насмешливый взгляд Кобеана.
   — Прости меня, я…
   — Помню, ты по неясным мне причинам не высыпалась по утрам. Не беспокойся, моя прекрасная. Это были лучшие часы в моей жизни. Я получил от тебя бесценный дар. Ну, и тынемного отлежала мне руку, — усмехнулся, вынуждая меня подорваться.
   Я потерла глаза и глянула на окно. За ним солнце было уже высоко, скорее всего уже ближе к полудню.
   — Если ты отдохнула, то нужно идти в столовую. Мы пропустили завтрак и можем опоздать на обед.
   Соглашаюсь. Выходили мы совместно. Но отстраненно, каждый из нас был поглощен своими мыслями. Я думала о том, как могло так получиться, что я остыла к принцу. Когда это произошло? Почему? Уже на середине пути Кобеан заговорил.
   — Ты не ответила мне, Ори, — негромко сообщил Кобеан, и я начала прокручивать все вопросы, что звучали сегодня от него.
   На вопрос с замужеством я отказала, сославшись на размытый беспричинный ответ. Какие еще вопросы были?
   — Ты дашь мне шанс, чтобы завоевать твою любовь? — помогает мне с поиском Кобеан.
   В целом я все равно не собиралась терять голову от принца, не теша себя надеждами о прекрасном будущем с ним. Признаваться ему, что я в любом случае с ним не буду не хотелось. Если оставить наши отношения, как прежде, то может, Кобеан узнает меня лучше. Я ведь не такая уж прекрасная и хрупкая девушка, какой он меня считает. Глядишь, парень разочаруется, усмирит свой огненный пыл ко мне и к концу его обучения, мы мирно расстанемся. Повезет, так еще и отблагодарим друг друга за проведенное совместное прошлое.
   — Ты замечательный Кобеан. Я всегда буду восхищаться тобой! — дарю принцу улыбку, — Почему ты думаешь, что я откажусь?
   До столовой шли уже более бодро, Кобеан придерживал меня за талию. Со стороны могло показаться, что мы прекрасная любящая пара. Наверное, поэтому Райан наградил меня осуждающим взглядом, а Риас спешно отвел глаза, стараясь не смотреть на нас с принцем. Кобеан оставил меня, направляясь к своей команде, что дружно сели за одним столом.
   — Я не буду читать тебе нотации только потому, что по легенде у тебя сегодня праздник, — услышала от Райана и словила заинтересованные нашим разговором взгляды друзей.
   — Я ведь могу сама решать с кем быть, — неуверенно хмурюсь.
   — Твои ошибки в личной жизни, только твои ошибки. Но сегодня ты пропустила посещение мастерской. Я приходил туда, тебя там не было.
   — Строгий же ты, Райан, — отметил Мони.
   — И все правильно, — поддержала принцесса, — Мы должны не забывать о своей ответственности перед друг другом.
   — Мы хотели ее поздравить, а не отчитывать, — вступилась за меня Киви.
   — Вы правы, — согласилась я с Эланией и Райаном, — Попустительское отношение недопустимо. Приношу свои извинения, — настроение и без того было не радужным, а сейчас, кажется, я должна походить на Тиретиса.
   — Это тебе от нас, — вытащил из-под стола большой футляр Райан.
   — Пойду, сообщу Ливе, что ты пришла, — сказал Мони, поднимаясь и уходя.
   Я подвинула к себе футляр, уже гадая, что придумали для меня друзья. Провела пальцем по отполированному дереву, нутро которого скрывало подарок. Закусила язык, когда отщелкивала два замочка.
   — Нет, — резко оповестила Элания, — пусть все же сначала Ливи тебя поздравит. Убери отсюда эту впечатлительную кухарку.
   — Детонька…
   Мне принесли большой торт, под завистливые взгляды немногочисленных посетителей. Меня поздравили со всем радушием, на которое была способна эта женщина. Когда онапокинула нас, на смену ей подскочил Риас.
   — Сегодня дата рождения Энджи Кениар, — громко и возмутительно прошептал блондин, — Ей исполняется двадцать два года, но, Ори. Ты же не она!
   — Какая тебе разница, Риас? — вступилась Элания, которая прекрасно слышала громкое возмущение блондина.
   С легким прищуром Риас покинул нас, но его взгляд обжигал. Я лишь отмахнулась. Пока друзья разрезали шоколадный торт и разделяли порцию по тарелкам, я отодвинула все горячие блюда, что мне принес Райан. Деревянный футляр вновь оказался в моем внимании. Мне не часто дарили подарки в семье Дезант, поэтому это были в каком-то роде новые чувства. Когда даром не отмахиваются, а стараются угодить им и порадовать.
   — Линди присоединилась к нашему подарку, но сама извинилась, что не смогла взять выходной, — сообщила Киви.
   — А где вы ее видели?
   — В городе, когда забирали подарок, — ответил Райан, давая понять, что его делали на заказ, а не выбирали из готовых изделий.
   Открываю коробку, где внутри на бежевом бархате лежат ножи. Я забыла про окружающих, не слышала вопросов друзей. Клинки стилетного типа красовались холодным отблеском. Рукоять была до безумия проста, единственное чем она была украшена — узор, перенесенный с моего кулона. Я порывисто выдохнула, поднимаясь из-за стола. Аккуратно приподняла один клинок. Не легкий, не тяжелый. Кладу его плоской гардой на указательный палец. Сбалансирован отлично. Подталкиваю клинок, опрокидывая на себя, чтобы мгновением позже перехватить, почти зажать между указательным и средним пальцем. Незаметный толчок уже от себя, чтобы закрепить захват ножа в окончании рукояти между большим и указательным пальцем. Вращение клинка прошло легко. Замечаю восхищенные взгляды почти всех друзей. Райан наблюдает просто с интересом. Азарт врывается и мне хочется представления.
   Обратное действие. Толкаю указательным пальцем клинок от себя, чтобы сразу перехватить и направить его на себя, и клинок, делая оборот вокруг моей руки, возвращается на исходную. Еще пара трюков с клинком. Последний и самый сложный не оставил без внимания острие лезвия, наградив меня ровным тонким порезом ладони. Но я довольна.
   — Это лучший подарок, что я когда-либо получала! — с восторгом произношу, убирая клинок на место, — Спасибо.
   Беру салфетку, чтобы вытереть выступившую кровь, но Элания перехватывает руку, обжигая целительным огнем.
   — Идея Райана, а мы еще спорили…, — сдает принцесса.
   Я села за стул, чтобы осмотреть простые, но достойные ножны. Опять подошел Риас, который держал свой путь на выход из столовой.
   — Ну, знаешь, Ори. А ты полна сюрпризов, милая, — с этими словами он забирает с моей десертной тарелки торт, и я не успеваю ничего ответить, потому что он уже впивается в десерт зубами и уходит.
   — Ничего, торт есть еще, — произносит Киви, глядя с прищуром на спину блондина.
   Остаток дня я проводила на стадионе, пробуя и привыкая к подарку. Мои руки давно не держали стоящего оружия, коим полнился дом Дезант, поэтому я ликовала. Ребята тренировали свои способности.
   Уже на закате я шла в свою комнату, но мне пришлось остановиться, чтобы посмотреть на равнодушное лицо Риаса.
   — Чего тебе еще, Риас? — устало спрашиваю парня.
   — Я решил, что не знаю, когда там твое день рождение, — нахмурился он, — Но кто знает, какие совпадения бывают. Вдруг вы в один день родились, поэтому принимай подарок.
   Он поднял небольшой чемоданчик на уровень своей груди. Как правильно поступить? Наверняка, он незапланированно выбирался в город за этим предметом, что держал в руках. Не принять? Но вроде это дар. Тем более, что уже нет никакого спора.
   — Я не знаю, зачем ты даришь мне чемодан, Риас, но спасибо.
   — Ты уже называешь меня по имени, Ори, — передавая увесистый чемодан мне, тихо сообщил Риас, — Поэтому, тебе спасибо.
   В комнате я открыла подарок в подарке, чтобы убедиться, что не зря его приняла. Это был целый набор для артефактника. Инструменты из качественного сплава, различныевиды припоев, нитей, кисточек, часы, клеи и многое другое, что всегда было необходимо. Для всего в чемодане отводилось свое место, все фиксировалось и было предназначено для содержания порядка. Я в очередной раз устыдилась, что мое отношение к Риасу чрезмерно жестоко.
   Глава 7. Октавий и его непоколебимое слово. Свидание первое
   Утро августа вышло суматошным. Еще два дня до начала учебного года, но академия зажила, зажужжала, запестрила. Много старых, знакомых лиц приветствовали, когда встречали на пути спешно шагающую меня. Много любопытных новеньких осматривали и оценивали, каждый со своими добрыми, а может и не очень намерениями.
   Недавно ко мне в комнату зашел довольный и отдохнувший за лето Кеми и своим привычным «зануда» отправил меня в кабинет куратора. Признаюсь, что я соскучилась по зловредныму, хитрющему преподавателю. Но тот факт, что он вызвал меня к себе напрягал. Вариантов, для чего я ему понадобилась, было не очень много. Я прилежная ученица, кроме разбирательств Кобеана и Риаса, со мной проблем никогда не возникало. Моя успеваемость на пределе и выше, моя легенда непоколебима. Значит, разговор зайдет о долге — свидания.
   Под веселую трель какой-то птички и, старающейся ей подпевать, карканьем вороны, я брела через парк. Воспоминаниями я вернулась к балу, который закончился не очень красиво и приятно для нас троих. Или только мне не понравилось представление? Тогда Кобеан не сдержался и его огонь окинул весь зал. Всех спасло только то, что ректорбыл в тот момент внутри и успел накинуть на всех щиты, как и на предметы интерьера. Выпроводив Кобеана наружу вместе с Риасом и со мной, оставил остальных наслаждаться вечером. Как маленьких, он отчитывал парней на протяжении часа или даже больше, потом переместил внимание на меня и просто отпустил, не сказав ни слова. Но мне хватило и просто роли наблюдателя, чтобы чувствовать вину за случившееся. Я тогда вернулась на вечер, но провела этот действительно красивый бал, сидя в темном углу надиване. На следующее утро, выяснилось, что в тот же вечер Эмбер вызвал Октавия и переложил все обязанности по разбирательству на декана стихийников. А тот не нашел ничего лучше, чем распить спиртное между парнями и собой. Те в пьяном угаре даже и думать забыли про вражду, обсуждая на радость Октавия мою вредную, неприступную персону. После чего куратор, до самого отъезда всех на практику, ходил и ловил возможность нас подколоть.
   Стучу в дверь из светлого дерева с табличкой: «Октавий Велак».
   — Проходите, — слышу приглушенное.
   Внутри просторный кабинет, с такой же, как и двери, из светлого дерева мебелью. Одно огромное окно, длинные оранжевые шторы в пол, где постелен зеленый палас и шкафы под книги. В углу стоит одинокая пальма, которую, кажется, Октавий забывает поливать, потому что листья у пальмы такие же грустные, поникшие, как и я. В кабинете Октавий был не один. Риас уселся или скорее разлегся на стул для посетителей, широко расставив ноги и крутя в руках странный кубик состоящий из мелких разноцветных кубиков. От усердия ломаемого им предмета, а иначе как объяснить, что он перекручивал его составляющие, парень даже не заметил моего появления. Кобеан стоял напротив Риаса, скрестив руки на груди и, казалось, был готов испепелить блондина всего лишь взглядом.
   — Утро доброе, Кениар! — откидываясь на спинку кресла поприветствовал куратор, — Конфетку хотите? — с этими словами он толкнул вазочку с конфетами по столу, чтобы та остановилась возле Риаса. Который сразу запустил пятерню не глядя, что вообще берет.
   Кобеан оторвал внимание от Риаса и перевел обеспокоенный взгляд на меня. Я улыбнулась ему, пытаясь вложить в улыбку успокаивающий характер.
   — Слушай, Октавий, я возьму эту штуку себе на время, — проснулся Риас, — Уж больно забавная зараза.
   — Это пока единственный экземпляр, Солвер. Чем же будешь расплачиваться, если сломаешь? — изогнутая в вопросительном жесте бровь Октавия.
   — Я не сломаю. Буду бережен с ней, как… Как, — он начал бегать взглядом по кабинету, наткнулся на мои туфли, поднял глаза на мое лицо, — Как с Ори! — нашелся блондин, вынуждая Кобеана передернуть плечами.
   — Ну, хорошо, если что, то с тебя бутылка из ваших лучших с Тиром запасов. Так! Раз уж все мы здесь сегодня собрались, — потирает руки с довольной улыбкой куратор, —То давайте уже решать вопрос о расплате!
   — Мне ни к чему отгул ради свидания с Ори, — с усталостью произносит Кобеан, потирая переносицу, — И, Октавий, вы должны согласится, что это все не логично. Она моя девушка, — показывает рукой в мою сторону, — А вы ее насильно отправляете на свидание с другим.
   — Договор прежде всего. Даже, если мне придется использовать свою власть, — спокойно произносит Октавий, — Но свое слово я сдержу!
   — О каком договоре речь? — возмутилась уже я, — Вы не спрашивали моего согласия, когда выставляли в качестве приза, — завершаю спокойно.
   Риас награждает меня хмурым взором и поджатыми губами.
   — Кениар, но разве я запрещал вам возмутиться и отвергнуть условия? — искренне изумился Октавий, — Нет! Вы были в своем праве тогда отказаться. Еще до того, как игроки соревнования приняли условия. А вы молчали, и я разумно принял это, как знак вашего полного согласия.
   — Но…
   — Если вам наступят на ногу или прищемят палец, разве вы не оповестите о своем недовольстве? — сообщил «рогатый».
   — А вы случаем не были одержимы вредным демоном? — вырвалось у меня прежде, чем я нашлась с более подходящим ответом.
   Октавий расхохотался, Кобеан был далеко в своих думах, а реакция Риаса неприятно кольнула. Он сжал кулаки, отворачиваясь от меня, а его желваки заметно заходили. Мне стало стыдно, и я быстро ответила.
   — Хорошо, я принимаю то, что была не сообразительной. И раз уж для вас важно ваше слово, Октавий, то надеюсь, что вы не станете больше тянуть с расплатой.
   — Видите, какой полезный урок вы от меня получили, Кениар, — заявил из разряда: «Я, как ваш куратор…», — Сегодня у вас прогулка с Кобеаном и раз уж он отказывается от чар привязки, на которой настаивает Риас, то можете выдвигаться. Вам на эти дни даже отгулы тратить не придется. Для вас стараюсь, между прочим!
   Если он ждал благодарности, то не дождался. Я почти развернулась на выход, но остановилась, и под удивленными взглядами троих мужчин, подошла и выбрала себе карамельку.
   — Полейте ваше растение, Октавий. Ему необходима забота и бережный уход, — высказала, прежде чем покинуть кабинет.
   Кобеан зашел за мной через двадцать минут. В столовую решили не идти, позавтракаем в городе. В Хардон совместно мы еще ни разу не выбирались. Не могу сказать отчего, но возможно Кобеан не знал, что может показать мне в столице не своей страны, а может были и другие причины. Проходя мимо корпуса Мони, я заглянула к ребятам. В комнате над новым амулетом корпела Киви, поэтому, когда я попросила передать Райану, что пропускаю два дня тренировок, она лишь мотнула головой соглашаясь на просьбу.
   — Октавий заказал нам карету, — проходя через арку административного здания, сообщает принц.
   Уже сидя в карете я думала о справедливостях этого мира. Жалела себя и вообще прибывала в странной депрессии, что накатывала волной, чтобы схлынуть для нового разбега.
   — Ты хорошо себя чувствуешь? — поинтересовался Кобеан, беря мои руки в свои ладони.
   — Вроде бы да, — задумалась и снова прислушалась к себе, — Знаешь, я очень не люблю, когда кто-то решает за меня, что мне делать. Октавий именно так сейчас и поступает.
   — Октавий родственник Риаса, так что его поддержка для Солвера не удивительна, — удивил меня Кобеан.
   — И кем он ему приходиться?
   — Вроде троюродный брат его матери, но точно не скажу. Честно, Ори, никогда не стремился узнать родословную Риаса, — улыбнулся Кобеан.
   Покинули карету в центральной части города. Погода была жаркой, знойное солнце Нестаргона припекало. Проходя мимо торговца с ледяным лакомством, мы решили не отказывать себе в удовольствии, хотя мороженое грозило перебить аппетит.
   — Есть идеи, куда отправимся завтракать? — спросила у принца.
   — Если честно, то гулять по самому Хардону мне удавалось пару раз, и то в сопровождении свиты. Я мало что запомнил тут, — пожал плечами Кобеан.
   — Значит идем в мое местечко, — с улыбкой направилась в знакомую булочную.
   Плохое настроение постепенно отпускало. Нам приглянулись блины с творогом и вишней, а еще мы попробовали не вкусный, горький напиток — кофе, привезенный из Алтиры.Кобеан сравнивал Хардон и словами вырисовывал столицу Дарголии. По его словам, красивая Анела выходила менее суетливой, имела вид более старинных улочек и была менее загрязненной. Мы прогуливались по городу уже несколько часов, даже не зная куда забредем.
   — У нас меньше нищих, воровства и болезненных, — с нежной улыбкой вспоминал о доме принц.
   — Думаю, будь Хардон меньше и без множества портов, тоже мог бы похвастаться подобным, — решила встать на сторону уже понравившегося мне города.
   — А тебя не проведешь, — слышу насмешливое от Кобеана, — Да, чем крупнее города, тем сложнее содержать их в порядке. Даже не знаю, какого Людвигу и Тиретису обладать таким огромным механизмом, как Нестаргон.
   — У Тиретиса ведь совсем нет права выбирать, — негромко проговорила замечание.
   — Не жалей его, Ориса, — сжимая мою ладонь, успокаивает принц, — Он получит в наследие не только головную боль от управления, но и кучу привилегий.
   — Я даже не об этом, — решила продолжить разговор, — Он ведь уже помолвлен и, наверняка, сам не выбирал себе невесту, — мне не удалось скрыть горечь.
   За меня тоже выбирали, мне диктовали и не оставляли выбора. Принц аккуратно приостановил меня возле прилавка с леденцами, где купил мне одного петушка. Его забота нашла приятный отклик в душе.
   — Принцесса Лиетта из Аскартия, — задумчиво протянул Кобеан, возобновляя нашу прогулку, — Я видел ее лишь однажды, когда она посетила наш дворец проездом. Их с отцом путь тогда лежал в Террийск. Тебе не следует жалеть Тиретиса из-за помолвки с этой девушкой.
   Мы расплатились, прежде чем, не сговариваясь войти в парк с искусно вырезанными фигурами из кустов и различной флоры.
   — Ты призываешь меня ревновать? — решила пошутить.
   — Возможно следовало бы, — наградил меня честным ответом и улыбкой принц, — Она красива и величественна.
   — Как и Элания, — вставляю, вспоминая курносую подругу.
   — Нет, — слегка машет головой в отрицании, — Иначе. Элания пропитана ядом насквозь, я даже не знаю, почему ты водишься с ней, — неприятное замечание задевает меня, но я молчу, — Лиетта другая. И величие у нее другое. По ней видно, что она мудрая не по годам, добрая, но в меру. Она словно жрица, что должна дарить надежду и свет.
   — Ты сейчас так говоришь, что я точно умру от зависти, — смеюсь, хотя говорю правду, — Даже я не удостаивалась таких речей от тебя.
   — Прости, — смущенно говорит Кобеан.
   Мы останавливаемся в саду, где вокруг много постаментов, а на них маленькие деревья, совсем крошечные.
   — Бонсай, — замечая мой интерес, говорит принц, — В Илдриде, что совсем на востоке, любят калечить бедные деревца.
   — А мне нравится, — не соглашаюсь, рассматривая маленькую витиеватую ель, что размером чуть выше какой-нибудь энциклопедии.
   Дальше речь заходит о флоре Дарголии, поддерживая шаг по парку, чтобы ближе к обеду покинуть приятное местечко и направиться опять куда глаза глядят. На очередной площади города Кобеан направляет нас в ресторан.
   — Не думаю, что это хорошая идея, — сообщаю, осматривая себя, — Я в брюках, сапогах и как-то это нехорошо.
   — Ты со мной, а остальное не важно, — обнимает меня принц, одаривая поцелуем в щеку.
   В ресторане нас усаживают за угловой столик, заставленный высокой растительностью в горшках. Таким образом, мы оказываемся скрыты от любопытных взглядов, и я немного успокаиваюсь. Заказ доверяю Кобеану, ему платить, не мне. Еду ждем долго, беседуя о тех правителях и наследниках, кому не повезло родиться без искры. Но Кобеан заверяет меня, что в политике магия ни к чему. Да, престиж перед своими подданными и да, дополнительная защита, но если есть хорошо работающие извилины, то отсутствие магии не мешает. Нам приносят мясо в каком-то сливочном соусе, усыпанное зеленью и измельченным черносливом. Я отказываюсь от вина и прошу принести сок.
   — Та же Лиетта Аскартийская не обладает и толикой дара, но подданные любят ее, — вернул Кобеан разговор на любопытную тему.
   — Что произойдет, когда их брак состоится? Не будет же Аскартий объединяться с Террийском.
   — Союз держав, скрепленный брачным договором. У короля Левриха Аскартийского есть бастард, поговаривают, что он желает его узаконить, а потом передать ему трон.
   — То есть от принцессы наглым образом избавляются? — хмурю брови в негодовании.
   — Король не любит королеву и никогда не любил. Его сердце принадлежит фаворитке.
   — Это неприятно, с этими женами, фаворитками. На Западе нет понятия фавориток. Да, королям не чужды любовницы, но они не официальны и всегда все очень сокрыто, а у вас тут так…
   Вспоминаю, как Тиретис проводил время с Асель. Их поцелуи, объятия. А если вспомнить краткий диалог между Риасом и ледяным принцем в комнате, где блондин упоминал о Лиетте, то выходит, что принц неравнодушен к невесте.
   — Как можно быть одновременно с двумя? — не смогла не скривиться в гримасе отвращения.
   — Не стоит так, Ориса, — замечает Кобеан, — Не всем везет, как, например, моим родителям или Тиретису с Лиеттой. Есть выгодные браки, где нет любви ни от одной из сторон, тогда возможность выбрать фаворитку или фаворита спасает. В таких случаях король и королева становятся кем-то вроде напарников, которые выгодно заключили сделку, разовая близость, усиленная магами и общий наследник обязательно будет, а дальше они просто друзья, что идут бок о бок в политической сфере и у них еще есть шанс найти настоящую любовь. Разве это плохо?
   Я не нашлась, что ответить. Доводы, приведенные принцем, были с крепким основанием, особенно для меня, той что любит свободу и считает, что право выбора должно быть увсех. Но, что-то глубоко внутри меня все равно не могло принять подобную культуру.
   Вторую половину дня провели в прогулке по лавкам с сувенирами, потом набрели на озеро с утками, не забыв закидать тех булками. Возвращались на закате, довольные прогулкой и подходя к корпусу, принц завел не очень приятную тему. Хоть я и не любила Кобеана по-настоящему, но он мне нравился, и он числился моим парнем.
   — Асель стала чаще маячить перед глазами и постоянно ищет повод заговорить со мной. Говорю тебе, чтобы ты не волновалась. Между мной и этой девушкой все забыто и ничего не может быть. Она слишком подло повела себя по отношению ко мне, чем непростительно обидела.
   Киваю. Поднимаемся на наш этаж и уже возле моей двери, Кобеан обнимает меня и впивается в губы жарким поцелуем. Дверь соседей напротив со скрипом открывается. Но я могу поклясться она не скрипит! Мы с Кобеаном переводим удрученный взгляд на Риаса, чьи руки в карманах, а голова склонена на бок.
   — Риас, если ты завтра…
   — Не волнуйся, Кобеан, — перебивает принца блондин, — Я даже целоваться к ней не полезу, — заверяет Риас.
   Расходились мы с Кобеаном молча, под внимательным надзором голубых глаз.
   Глава 8. Маленькое утро
   Утро встретило меня рано, с лилово-серым рассветом. Линди, которая уже закончила подработку, аккуратно трясла меня за плечо.
   — Мм…? — вопрошала я у подруги.
   — Райан просил разбудить тебя. Говорит, что поговорить нужно, — тихонько сообщает мне Линди.
   — Скажи ему, что свидание так рано не увидит, — сонно отмахиваюсь.
   — Это нормально вообще? — слышу голос обиженного Риаса.
   Отрываю голову от подушки, чтобы убедиться — мне не приснилось. Парень сидел за столом, изумленно взирая на меня, с моей кружкой в руках и печенькой во второй руке. Наверняка, уже сам ее стащил. Кружку. Даже не буду злиться на Линди. Спрашивать, что неугомонный делает на рассвете в нашей комнате тоже не хочу.
   — Ты вообще-то со мной на свидание идешь, а не с герцогом, — возмущенно проговаривает и отпивает чай.
   Хмурюсь, пытаюсь понять смысл.
   — Так меня Райан спрашивает? — уточняю у Линди, что укоризненно смотрит на Риаса.
   — Да, он в коридоре. Сказал, что подождет.
   Не раздумывая подрываюсь, накидываю халат, уже не смущаясь Риаса. Этот уже воспринимался, как свой. Направляюсь к двери, но разворачиваюсь, чтобы все же умыться ледяной водой. С Райаном разговоры водить надо на трезвую голову.
   — Боги, Ори! Ты заставляешь меня ревновать тебя к твоему Райану, — слышу обиженное из комнаты, пока в уборной плескаю лицо ледяной водой.
   — Хватит, Риас! — пыталась угомонить своего друга Линди.
   Я, не обращая внимания на обиженные комментарии блондина, выскочила в коридор.
   — Доброе утро, Райан.
   — Доброе, Ори. Сейчас рано, спустимся в холл? — говорит с виду спокойный герцог.
   Устроившись на диванчиках, я ежусь от утренней прохлады. Выходить в халате было глупо, но визит Райана в такую рань, меня заставлял нервничать.
   — Что привело тебя, Райан? — волнение не скрылось в моем вопросе.
   — Успокойся, Ориса, ничего серьезного, — с улыбкой успокаивает друг.
   Он окидывает меня внимательным взглядом и снимает пиджак с себя, чтобы подойти и заботливо накинуть на меня.
   — Спасибо, — улыбаюсь, уже успокаиваясь.
   — Право слово, Ори, неужели мой визит так способен тебя напугать? — с насмешкой спрашивает Райан.
   — Твой да, — уверено заявляю, — Знаешь, как-то Риас назвал тебя коварным, и хоть я и была пьяна, но прекрасно запомнила, что это, как нельзя кстати, подходит под твое описание.
   Райан лишь загадочно улыбнулся.
   — Киви мне передала, что ты не сможешь с нами тренироваться эти дни. Мне пришлось побегать, чтобы узнать куда ты подевалась. Риас в итоге сообщил об этих глупых договоренностях. До сих пор, не могу взять в толк, как в этом замешан Октавий? Он что, помогает Риасу ради выгоды или что-то их связывает? — как всегда проницательно выявил Райан.
   — Они родственники, дальние, — развеиваю все сомнения.
   — Я пришел так рано, потому что боялся, что Риас утащит тебя раньше. У тебя все нормально?
   — Ты пришел узнать о моих делах в такую рань? — нахмурилась я.
   — Ори, зная тебя, смею предположить, что тебе не легко дается эта неудачная шутка от Октавия.
   Громко выпускаю воздух через нос, вспоминая вчерашнюю депрессию. Приятное тепло разливается внутри. Райан сильно беспокоится, проявляет заботу, хоть внешне и остается невозмутимым.
   — Все нормально, Райан. Я справилась. Пережить сегодняшний день и запомнить все, как науку. Никогда нельзя молчать, когда за тебя выносят решения. Октавий преподал мне хороший урок.
   Райан еще несколько секунд смотрел своими темными глазами прямо на меня, пытаясь уличить во лжи, но не найдя ее, улыбнулся и вызвался проводить в комнату. Я была благодарна ему, каждому из ребят, но ему особенно.
   Я тихо открыла дверь и вошла. В комнате Линди выпроваживала Риаса, который упирался и говорил, что ему тоже надо со мной поговорить.
   — И о чем тебе надо поговорить со мной? У нас же целый день будет впереди.
   — Во-первых: доброе утро, милый! Как тебе спалось? — запел свою привычную песню Риас, — Линди, научи ее проявлять заботу. Я сам не справляюсь.
   — Риас, — обращаюсь с недовольным взглядом, поторапливая его и подводя ко второму пункту.
   — Одевай свой этот впечатлительный костюмчик на свидание, — утаскивая еще одну печеньку ставит меня в известность о «во-вторых».
   — Зачем?
   — Так надо, — отпивает чай, уже стоя возле двери — И оружие неброское можешь спрятать по карманам. Я-то видел твои способности с ним управляться, — с этими словами он выходит за дверь.
   — Риас, моя кружка! — оглашаю его спину, но дверь успевает закрыться и больше не открывается, — Вот черт!
   — Он вернет, — заверяет меня Линди, — Просто не обращай на него внимание, Ори.
   — Это трудно.
   — Ты чай будешь? — спрашивает, а я отрицательно машу головой, вытаскивая костюм, — Риас безнадежно влюблен в тебя, поэтому пытается всячески привлечь твое внимание.
   — Он просто вбил себе это в голову, — уверено заверяю подругу.
   — Это ты сейчас о себе и Кобеане? — теплую насмешку она даже не стала скрывать.
   — Ох, Линди, ты даже не представляешь насколько права, — решила удивить с утра подругу, натягивая на себя штаны.
   — Ты…
   — Видела, нашего нового соседа? — перевожу тему, — Не блондина. Брюнета. Смотри, там, над моей кроватью в углу.
   Линди отставляет свой утренний чай, чтобы проведать маленького черныша.
   — Почему ты все еще не смела его веником? — изумляется девушка.
   — Он спасал меня от одиночества. Молча, правда, но иногда, как моральная поддержка, помогал.
   Линди лишь покачала головой, направляясь в уборную за веником, чтобы избавить нас от сомнительно приятного соседства. В этот момент, как к себе в комнату, зашел к нам Риас. В руках у него была моя помытая кружка, которую он непринужденно поставил на ее законное место. После чего подошел ко мне и заглянул в зеркало напротив. Я застегивала ремешки на безрукавке.
   — Присмотрись внимательно, Ори, — тихо просит Риас.
   Я смотрела на наше отражение. Мы были разными, но похожими. Риас стоял в своем черном костюме, в котором был на экзамене, правда из всего его оружия у него был лишь стилет. Парень возвышался чуть больше, чем на пол головы и сейчас выглядел серьезным. Он был бледнее меня, но не так уж и намного. Лишь макушки голов сильно контрастировали по цвету. Платиновый, почти белый и мой темный, почти черный.
   — Мы подходим друг другу. Ты просто не желаешь это признавать.
   — Ты понял это лишь по внешнему виду? И не правда, совсем не понятно подходим или нет.
   В этот момент Линди вышла с веником, чтобы сразу Риас встал за мою спину и прикрылся мной, удерживая меня за плечи.
   — Да стой ты уже тут. Не тебя выгонять собираюсь, — успокаивает его подруга.
   Но стоять смысла уже не было. Небо было озарено солнечным светом, огненный диск возвышался достаточно, чтобы можно было идти к кабинету Октавия или в приемную для поступающих, в поисках куратора. Куртку не одевала, днем будет жарко, а таскать с собой лишнюю ношу не хотела.
   По пустынным, безлюдным дорожкам мы плелись к административному зданию. Зашли в тот корпус, что не имел с лицевой стороны ни одного входа, только арку. Поднялись на второй этаж и Риас громко постучал, не дожидаясь приглашения войти открыл дверь и жестом показал, что пропускает меня вперед.
   — Вы вовремя, — услышала я, — мне уже скоро идти работать. Утро такое доброе, Ориса! — широко улыбнулся Октавий, пока я осматривалась.
   Жилища преподавателей были в разы вместительней и шикарней, словно, я зашла в номер лучшей гостиницы Астарии. Октавий поправлял манжеты своей рубашки перед зеркалом, а Риас прямиком направился к расправленной постели преподавателя. Повозившись немного над ней, он двумя пальцами поднял улику.
   — Рыжий, — констатировал юный следователь, — Адалина? Брось, Октавий!
   — Не тебе меня учить, — отрезал куратор, уже переключая с зеркала внимание на нас, — Выставляйте свои милые ручки! Сейчас будем творить волшебство!
   Я выставила руку вперед, уподобляясь Риасу и стала наблюдать. Октавий одним пальцем нарисовал маленькое плетение из воздуха, потом словно разрезал его пополам и половинчатые узоры очень больно впились в ладонь. Риас сжал свою руку в кулак, а я ойкнула и одернула руку, тряхнув ею, пытаясь таким образом унять боль. Блондин схватил мою ладонь и аккуратно промассировал, действительно снимая неприятные ощущения.
   — Темная магия довольно холодная, поэтому в таких вот случаях помогает, — пожал он плечами, негромко оправдываясь.
   — Спасибо, — отчего-то решила поблагодарить, прибавляя несмелую улыбку, чем вызвала ошеломленный взгляд Риаса.
   — Все! Выметайтесь из моих покоев, они только для меня, — напомнил, что мы не одни Октавий, — И чтоб до ночи тут вас не видел, хотя… — махает рукой, — У тебя же завтра первым мое занятие стоит, — зачем-то говорит мне Октавий, — Можешь опоздать, а тебе Риас Эмилия и так все простит.
   После моего искреннего «спасибо», Риаса словно подменили. Он шел молча, стараясь не смотреть на меня. Уже когда сели в карету, я решила нарушить молчание.
   — Что делает это заклинание?
   Риас переводит на меня голубые глаза и будто пробуждается, постепенно приходит в себя.
   — Ерунда. Просто, если мы разойдемся далеко, то будем знать и чувствовать месторасположения друг друга. Это меры предосторожности, Ори.
   — Боишься, что сбегу?
   — А не должен? Ты же шарахаешься меня, словно я прокаженный. Но нет, посмотри, — для убедительности он повращал лицом, — Видишь, никакого гниения на моей коже нет.
   — Зачем мы одевались так и брали оружие? — продолжаю допрос, раз уж выдался день наедине с пугающим типом, то надо использовать ситуацию на полную.
   — Пройдемся по интересным для тебя местечкам, — уверено отвечает.
   — С чего ты взял, что они мне будут интересны? Я все же девушка и…
   — Боги, Ори. Я никогда не думал, что ты настолько любопытна и болтлива. Как тебя Кобеан терпит? — по-новому смотрел на меня Риас, — Ты же даже Линди переплюнешь.
   — Ну знаешь, — решила обидеться я.
   Не объяснять же ему, что он снова меня напугал своим поведением, после моих благодарностей. А болтливость была, чтобы вновь его растормошить. Но непредсказуемый тип, опять меня пугает, так как пересел, занимая позицию рядом со мной.
   — Я тебя не приглашала и….
   — Помолчи, пожалуйста, — просит Риас, и я соглашаюсь, — Давай договоримся, Ори. Сегодня ты забудешь, что у тебя есть Кобеан, — попросил блондин, вызывая во мне протест, — Пожалуйста.
   Последнее было сказано так тихо и отчаянно, будто, если я ему откажу, то лишу человека надежды на выздоровления от смертельной болезни. Он так играет или все взаправду? Я не была особо жалостливой девушкой, но сейчас меня пробрало. Я уже устыдилась за все грубости, что Риас испытал по моей вине.
   — Ты же понимаешь, Риас, что даже не будь Кобеана, я бы не встречалась с тобой? — тихо задаю вопрос, но так чтобы было слышно за стуком колес.
   — Я все понимаю, — уже более бодро слышу от Риаса, — Даже больше, чем ты можешь представить, Ори. Мне всего лишь нужно, чтобы ты сегодня вела себя свободно и не скованно. Забудь о том, что кому-то что-то должна. Хорошо?
   Идея мне его нравилась, поэтому глупо было отказываться. К тому же он говорил Кобеану, что не полезет ко мне, и отчего-то я верила. Внутри рождалось маленькое любопытство, которое грозилось перерасти в нетерпеливый интерес. Что подготовил на сегодня Риас?
   Глава 9. Знакомство с Риасом. Свидание второе. Начало
   Кучер не поехал к центру города, как поступал обычно. Мы двигались от ворот в восточном направлении, но не стремились к набережной, скорее от нее.
   — Куда везет нас кучер? — задаю вопрос Риасу, который вглядывается в пейзаж за окно, по-прежнему сидя рядом.
   — Согласно моим указаниям, — задумчиво отвечает Риас.
   Когда проехали какую-то площадь с маленьким фонтаном, Риас высунул голову из кареты и негромко свистнул. Кучер натянул вожжи, о чем я догадалась по его звуковому сопровождению, но транспорт проехал еще пару метров, прежде чем резвые кобылы остановились. Блондин открыл дверь с другой от меня стороны, быстро оббежал, успевая отворить и мою дверь быстрее, чем кучер спускается на землю.
   — Риас, перестань меня удивлять, — не скрываю искреннего изумления.
   — Давай руку, Ори, — говорит он, ожидая, когда я все же приду в себя, — Это всего лишь рука, протянутая в жесте приличий.
   С его помощью я выхожу под открытое небо. Дальше приходиться следовать за Риасом уже без его поддержки, но я не жалуюсь. Брать его под руку мне не прельстило. Путь наш лежал в квартал среднего слоя населения. Это я поняла по окружающей обстановке. Тут были в меру широкие улочки, где с трудом, но разминутся две кареты. Чисто, ухоженные клумбы, немного потрескавшаяся брусчатка под ногами, вычищенные арыки не источали неприятные запахи. Отмечаю, что здесь мало торговых лавок, отчего довольно спокойно, хотя ранние горожане уже занимались ежедневной, рутинной работой. Я засмотрелась на мужчину, что тащил увесистый мешок за спиной, а вокруг него весело бегала и прыгала девочка лет семи. Она задавала ему нелепые вопросы, от которых мужчина смеялся, но старался отвечать так, чтобы ей было понятно.
   — Ори, нам сюда, — уверено захватывая мою ладонь, координирует маршрут Риас.
   — Я способна идти сама, — пытаюсь вытащить из цепкого захвата руку.
   — Не способна и уже доказала это на примере, — глядя вперед, заверил блондин, — Ты идешь, ворон считаешь.
   — А что мне еще делать? У нас вроде свидание, а ты словно по своим делам в город выбрался, — пеняю парня ради оправдания, хотя я в целом не против.
   — Меня радует ход твоих мыслей, — довольно улыбнулся Риас, — Ладно. Сейчас еще утро, спешить действительно некуда. Но ты не представляешь, перед чем оттягиваешь время!
   Риас меня заинтересовал еще сильнее, и я не стала этого скрывать, пытливо уставившись на него. Парень улыбнулся еще шире, а потом и вовсе засмеялся.
   — Сегодня прекрасное утро прекрасного дня, — заявил счастливый Риас, опрокидывая голову назад и подставляя лицо утренним лучам солнца.
   Я не стала комментировать его высказывание. Либо вышло бы нелепо, глупо и язвительно, либо слишком хорошо, поэтому я просто улыбнулась, решив быть доброй, и порадоваться за счастье блондина.
   Пройдя еще минут пятнадцать неспешным шагом, Риас потянул меня за руку вправо. Пройдя узкий переулок, мы вышли на другую улочку, мало чем отличительную от предыдущей.
   — Ты же не во дворец меня ведешь? — спросила я, теряясь в догадках, куда мы дойдем этой дорогой.
   — Это окраина Хардона. Дворец гораздо центральнее в северной части. Там же под дворцовыми стенами, в одном из частных домов живут мои родители. Это на случай, если ты решила, что я веду знакомить тебя с ними.
   — Нет. Даже в мыслях не было, — правдиво заверяю.
   — Зря, — оглушил меня парень, и я, вновь, взглянула на него с опаской.
   Ответить или задать вопросы не успела, потому что Риас потащил меня к маленькой лавке, за окнами которой лежала различная выпечка. Вывеска гласила: «Лакомства от Марии». Низкая, приземистая дверь открылась с негромким скрипом и звонким переливом от колокольчика. Внутри было уютно. Именно уютно и никак иначе. Дубовая мебель, непокрытая лаком, но хорошо начищенная. Стены из половинчатого сруба деревьев. В небольшом помещении разместилось два маленьких добротных столика и забавные табуретки, с реечными спинками. Прилавок, дальше полки висят на стене, битком забиты склянками, мешочками и корзинами. Пахло пирогами с грибами или все же с мясом, а может и то, и другое.
   Из двери, что была в противоположной стороне от входа бодро выскакивала женщина, что фигурой походила на Киви. Она наскоро вытирала руки о белый фартук и поправляла белую косынку, пряча выбившийся локон светло-русых волос. Ей было лет сорок пять, навскидку, но веселые морщинки в уголках глаз и губ, а также морщины на руках, говорили, что она гораздо старше.
   — Келри, мальчик! — спохватилась женщина, — Сколько времени прошло! Ты исхудал, стал еще более бледен! — заключая мальчика в объятия, причитала она.
   — Не правда, Мария, — целуя женщину в щеку, успокаивал ее Риас, который уже Келри, — Я не изменился. А вот ты неприлично хорошеешь. Если так пойдет дальше, то ты составишь конкуренцию моей возлюбленной!
   Комментарий его я стойко, с гордостью проглотила, но под любопытным, обомлевшим взглядом женщины покраснела и стушевалась.
   — Здравствуйте, — несмело улыбнулась ей, стараясь прогнать растерянность.
   — Доброе утро, девочка! Ох, что же это я?! Вы присаживайтесь! Я сейчас, я быстро, — комкая фартук, засуетилась Мария.
   Мы сели за стол, что был дальше от двери. Риас налег на него всем весом, сложив руки в замок и разглядывая солонки с перечницами, что стояли ближе к стене.
   — Келри? Сколько сокращений у твоего имени, мальчик? — беззлобно, с дружелюбной улыбкой и искренним любопытством задаю вопрос.
   — И на все у меня есть причины, — было мне ответом, — Но тебе о них пока рано знать, — насмешливый прямой взгляд.
   Пока женщина отсутствовала, а Риас крутил в руках, приглянувшуюся ему деревянную солонку, подобранную под антураж, я украдкой посматривала на блондина. Мои пальчики начали нетерпеливо отбивать барабанную дробь по столку, за неимением в них письменных принадлежностей. Что я знаю о нем?
   «Бестолковый, но стоящий внимания» — от Райана.
   «Прелесть мальчишка» — от Линди и Марии.
   «Бесценный, преданный друг» — заочно от Нестаргонского.
   «Опасный интриган, что заткнет с лихвой и Каста с Лирой» — от Кобеана, хотя тут я все равно поставила бы на парочку из прошлого. Они вдвоем, да хоть по раздельности, любую демоницу переплюнут в изощренностях.
   И Энрих, который за год обучения успел сменить свое мнение о Риасе с отрицательной отметки до положительной.
   Как рисовать психологический портрет того, кто сейчас сидит напротив меня и с совсем уж детским любопытством откручивает солонку, чтобы рассмотреть резьбу под ее крышкой. Лично я пока из своих наблюдений, уставшая от его не очень приятного внимания, видела в Риасе просто ¬— «непредсказуемого пугающего типа».
   Мария прервала мои размышления, ставя перед нами на стол большую, чугунную сковороду. Яичница была перемешана с колбасой, луком и помидорами, щедро осыпанная зеленью. Я даже увидела среди всего набора проглядывающие кусочки хлеба. Выглядело странно, но пахло вкусно. Риас не дождался, когда нам подадут столовые приборы и потянулся ухватить колбаску руками, за что легко получил от Марии по рукам.
   — Отведи свою девочку на кухню, — тихо обратилась она к Риасу, — Помойте руки, прежде. А я пока остальное принесу.
   Риас поблагодарил Марию улыбкой и словесно, после чего провел меня в комнатку следом за хозяйкой. В углу был умывальник, где я с радостью ополоснула руки и осталасьдожидаться рядом Риаса. Тут было темнее, но света хватало, чтобы работать в комфорте. Девушки в косынках месили тесто и хлопотали у небольших железных печей.
   На столе нас ждал кувшин с молоком, две деревянные кружки и две вилки. Мария опять убежала на кухню.
   — А тарелки? — задала я вопрос, растерявшись от незнакомой ситуации.
   — Тут иначе. Ешь со сковороды, — сообщает Риас, подхватывая на вилку приглянувшуюся колбаску, — Ну, же смелее, пробуй!
   Найти что-то в этом очень уж приятное мне удалось не сразу и не полностью, но я отметила, что яичница была необычайно вкусной и сытной. Отпила молока, чтобы Риас усмехнулся и потянулся рукой к моим губам. Я отдернулась, чем немного стерла его улыбку, и заставила себя не двигаться. Большой палец аккуратно вытер мою верхнюю губу, сердце ухнуло, и я устремилась взглядом на стол.
   — Мария из крестьянок, — начал спокойную беседу Риас, — Когда-то мне удалось погостить у нее пару деньков, там-то я и познакомился с ее готовкой. А потом решил, чтоне стоит ей горбатиться на полях при таком таланте. Тиретис помог ей обустроиться в городе.
   — Многое мне не понятно, — попыталась уловить большую суть из рассказанного, — Но в особенности, как тебя угораздило погостить у крестьянки? Насколько мне известно, ты с детства обитаешь в святая святых Нестаргона.
   — Ори, ты сегодня такая щедрая, — с придыханием сообщает довольный Риас, и я пытаюсь понять, о чем он, — Ты интересовалась мной, узнавала и сейчас пытаешься узнатьо моей жизни. Лучше, чем сегодня, я себя еще никогда не чувствовал.
   Ответить ему не удалось. Мария скромно потупилась, прежде чем, Риас придвинул стул и усадил ее с нами. Она много спрашивала, много говорила о тех, чьих имен я не слышала раньше. Потом задавала вопросы мне, о наших отношениях, о моей подноготной, но видя мое замешательство, Риас умело отвечал, заботливо удовлетворяя интерес женщины и обходя скользкие моменты. Перед отходом, блондин предупредил Марию, что мы еще заглянем после обеда, но просто, чтобы взять еды. Женщина уверила, что все будет готово и только то, что любит Риас, но не забыла уточнить и о моих предпочтениях. Напоследок Риас одолжил у Марии пустую сумку, что удобно перекидывалась через плечо.
   Когда вышли из атмосферной, наполненной теплотой лавки, я потянулась к часам. Дождавшись, когда цепочка появится из-за моей пазухи, блондин перегородил мне дорогу и аккуратно, будто, боясь вспугнуть, отобрал часы.
   — Сегодня это лишнее, — с этими словами он убрал во внутренний карман своего костюма цепочку с привычным мне предметом.
   Я вздохнула, но не стала противиться. Мне нравился этот аккуратный, бережный и даже приятный Риас, и совсем не хотелось портить спорами обстановку.
   Дальше мы медленно и молча брели вниз по улочке. Риас уже не держал меня за руку, изредка только старался подставить руку, чтобы я могла опереться на нее, когда попадалась сильно разбитая дорога.
   — Хочешь я расскажу о себе? Тебе же любопытно? — спросил блондин.
   И даже если он пытался скрыть надежду, то у него не вышло. Хотя я не удивлюсь, что это тоже его очередная игра эмоциями.
   — Хочу, — не стала сопротивляться я, от редкого предложения, когда тебе готовы преподнести информацию самостоятельно.
   — Мм…, — протянул задумчиво Риас, облизывая нижнюю губу, — Давай с объяснения, почему я вообще рядом с Тиром оказался. И так, слушай. Только ты меня не перебивай, ясно? Я редко кому-то, что-то рассказываю, а с твоим острым язычком…
   — Риас, — взмолилась я, — я буду молчать. Обещаю.
   Он еще раз внимательно на меня глянул, убеждаясь, что я действительно не буду встревать. Вдохнул воздуха, как перед прыжком в воду и приступил к рассказу.
   — Был парад, на котором требовалось обязательное присутствие Людвига — отца Тира. Мой отец тогда, с трудом, но смог дослужиться и уже получить место офицера в почетном эскорте Людвига, хотя и был очень молод. Так вот. На том параде было совершено открытое покушение на короля. Мой отец словил предназначенный Людвигу арбалетный болт свой грудью, — немного замолчал Риас и бегло окинул меня взглядом, а я подавила желание взять парня за руку, — Не переживай, Ори. Он жив и здоров.
   Риас довольно улыбнулся, осознавая какую реакцию у меня вызвал своими словами и продолжил:
   — Это произошло на площади, где находилась и моя мама. А она была в положении. Родители как раз ждали моего появления, прямо, как и королева Сиена. Мама Тира, и ждала она не меня, а Тира, в общем — махает рукой, пытаясь объяснить Риас, чтобы я не запуталась, но путается сам, — Ну и когда отца спасали, беготня была и позже. Короче, свелось все к одному. Сиена хорошая женщина. Она, конечно, строгая, но добрая и временами отзывчивая. Королева тогда взяла вину, что моя мать перенесла стресс и вынужденные роды, и эту вину перенесла на королевскую семью. Все как-то закрутилось, завертелось. Отца досрочно отправили на отдых, наградили всякими почестями и содержание от страны в придачу докинули, а моя мать подружилась с самой Сиеной Нестаргонской. Так я с двух лет зачастил вместе с ней во дворец. Со временем я там оставался неделями, но если ты решила, что я там жил, то зря. Все же я любитель домашнего уюта, а не холодных дворцовых стен.
   Просто Тиретис со временем стал признавать только меня из окружающих ровесников. Нам тогда года четыре было или больше. Не знаю я, когда там у детей мозги работать начинают. Но нам рассказали, как мой отец отца Тира спас и что-то в наших детских головах щелкнуло. Тир стал испытывать благодарность и называл моего отца героем, стараясь меня в отместку и в благодарность защищать. Ну, кажется, все, — пожал плечами Риас, удовлетворившись таким кратким, но емким рассказом, — Кстати, почти пришли, — решил перевести тему Риас.
   Я же вообще не стала продолжать старую тему и не поддержала новую. Значит Риас из простых ребят, которых ошибочно или, как иногда говорят, волею судьбы, занесло в верхи. Как его не съели зазнобы в высшем обществе? Решив, что молчать некрасиво, захотела продолжить беседу, хоть о чем-то, но мысли напрочь были выбиты из головы.
   — Как ты ходишь в этих штанах, если в них нет карманов, чтобы руки засунуть? — нашла к чему прицепиться.
   Риас оценил меня внимательным взглядом, но быстро нашелся, что ответить.
   — Смотри сюда, одна рука прекрасно ложится на рукоять стилета, а второй рукой я возьму твою руку, — Риас потянулся к моей руке, но я отдернула ее, — Ори, мы сейчас вступаем не в очень приветливый квартал, — оправдывается парень, — Я бы даже заставил тебя капюшоны твои накинуть, но первая половина дня меня успокаивает.
   — Куда мы направляемся? — уже без улыбки, спрашиваю.
   — Что ты знаешь о темной стороне Хардона? — задает вопрос Риас.
   — Я была на старой южной пристани в «Хмельном моряке», — решила, что признание не повредит.
   — Даже не хочу знать, что ты забыла там, но это скорее район бедняков, но не разбойников. Хотя, если взять в расчет морской разбой… Не так давно там произошло убийство, — сжимая кулаки, произносит Риас, — Весточку Тиру передавали.
   Я сразу смекнула, о чем и о ком идет речь, но никак не выдала себя. Джеймс Бау. А ты кто еще такой?
   — И все же, Ори. Дай мне руку. Меня тут знают, пусть и не все, но так хотя бы я буду спокоен.
   — Почему это ты известен в разбойных кругах? — никак не укладывалось, как он мог жить и во дворце, и на тесных улочках темного Хардона.
   — Я любопытен, любознателен. И знаешь, мне тоже хотелось защищать Тира. Несколько лет назад, дорога привела меня сюда в поисках тех, кто мог бы научить меня не просто благородно сражаться.
   Это после того, как его отпустила одержимость? Или его привела сюда демоница, но Риас не хочет говорить об этом? Я протянула ему руку, чтобы он крепко сжал мою ладоньи притянул меня ближе к себе. Невидимая черта города уже ощущалась всем моим нутром.
   Глава 10. Разбойный Хардон. Свидание второе. Продолжение
   Тут улочки были шире, чем те, что вели к старой пристани. Покосившиеся двери домов, что плотно высились в три этажа, и из них звуков жизни не доносилось. Местами стекла окон были выбиты, местами эти прорехи пытались залатать холщовой тканью, что болталась от порывов ветра. За одним из таких окон, я увидела бледную женщину, что внимательно следила за нашим передвижением. Это вызвало жуткие, липкие ощущения страха.
   Наши сапоги, чьи подошвы были мягкими, ступали почти бесшумно. Одинокую бумагу подхватило ветерком, чтобы унести ее к перевернутой урне, с помятой боковиной. Я засмотрелась на урну, что странно покачивалась, пытаясь понять ветер это или что-то другое. Но тощая, длинная крыса развеяла мои сомнения, высовывая нос и принюхиваясь. Ябыстро отвела взгляд и сжала кулак, надеясь, что у Риаса есть веские причины тащить меня в такую часть города.
   Через пару кварталов, показались первые жители этого странного района. Даже в родной столице Астарии, за свои девятнадцать лет жизни, я не наблюдала столько контрастов, как в Хардоне. Заискивающие, криводушные улыбки встречались на лицах редких дам, что смотрели с жадностью на Риаса и немного подстывали в своих желаниях нажиться, когда видели, что он идет за руку со мной. На пути показалась четверка мужчин. Один из них вытирал кровь рукавом с разбитой губы и сидел на земле. Другой, наверняка, главный нависал над жертвой, что-то негромко спрашивал, оставшиеся двое следили за обстановкой. Один из тех, что на шухере, слегка хлопнул по плечу допрашивателя иуказал на нас.
   — Риас, скажи, что ты притащил сюда меня не зря, — прошу парня, но тот невозмутимо молчит, уверенно приподняв подбородок.
   Мы прошествовали мимо бандитского состава, под их настороженным взглядом.
   — Королевский щенок! — сплюнул грозный главарь нам вслед, но Риас будто не услышал.
   Я старалась не спешить, но как-то само выходило. Блондин лишь крепче сжимал мою ладонь, стараясь остановить мой темп.
   — Ори, все хорошо, — прошептал он мне, — Мы маги. Не забывай об этом.
   — От внезапного ножа под лопатку нас это не спасет! — протестовала я, недовольная прогулкой.
   — А когда говоришь, ты была в «Хмельном моряке»? — вдруг спрашивает Риас, но я не даю ему шанса узнать, где видела, как кого-то убили в спину.
   — Риас, мне страшно. Тебе это понятно? Это ты называешь свиданием? — негодовала я, стараясь надавить на его жалость, пока он не сводил внимательного взгляда с моего лица и вел меня дальше.
   — Прости, Ори, — негромко извинился парень, — Мне действительно нужно будет тут забежать по делам, прежде, чем наше свидание возобновится.
   — То есть ты признаешь, что притащил меня сюда, потому что тебе надо? — неожиданно для самой себя, я разозлилась.
   — И да, и нет. Да, потому что у меня тут есть поручения, которые по пути я решу, а нет, потому что тут же есть кое-что, что должно тебе понравится. Наверное, — неуверенно закончил Риас.
   — Наверное? Что тут может мне понравится? Или может кто? Это ты о крысах? Или о тех вульгарных, похотливых женщинах?
   Но Риас лишь тяжело вздохнул и ускорил темп шага. Больше старалась не говорить. Через пять минут мы вышли на более оживленные улицы, где было уже менее пугающее окружение, но все люди попадались на манер с бандитскими повадками. Пираты будут на фоне таких казаться просто малоопасными, а моряки вообще воспитанными добряками.
   — Сначала сюда, — потянул меня Риас за руку, но резко остановил.
   Нашу дорогу пересек очередной подозрительный и странный тип, который сгорбившись тащил под мышкой белую гусыню. Пленница пыталась ущипнуть мужика и вырваться, но тот внимания не обращал, лишь опасливо озирался по сторонам. Когда он увидел нас, то спешно отскочил в сторону, плюнул под ноги и ускорился почти до бега.
   Мы по освободившемуся пути проследовали в таверну или все же бордель, где даже в первую половину дня были посетители и работающие женщины. Деревянный пол был застлан красными затоптанными коврами, приглушенный свет должен был создавать таинственную атмосферу. За стойкой стоял мужчина, даже не алтировец. Я не смогла опознать, с каких он земель, но такого я видела впервые. Кожа была черной, карие, почти черные глаза и такого же цвета коротко проступающие волосы. Я старалась не разглядывать его откровенно, но получалось плохо.
   — Ларри у себя? — задал вопрос незнакомцу блондин.
   Мужчина лишь согласно кивнул и не стал возражать, когда мы направились к маленькой двери, что походила на подсобку. Пройдя по узкому, лишенному нормального света коридору, где Риас опять взял меня за руку, мы вошли в очередную дверь. Внутри витал дым, а запах был едким. Табак я узнала сразу, хотя только один раз в прошлой жизни доводилось дышать этим мерзким дымом.
   Мужчина курил трубку и изучал какие-то бумаги. Когда мы вошли, он поднял на нас тяжелый взор и даже не возмутился тому, что мы лишние и без приглашения. Он был в годах, худощав. Темные круги залегли под глазами, впалые щеки, его уверенный взгляд напомнил мне Лимиона Крона.
   — Давно тебя не видел, — сообщил он, обращаясь к Риасу и даже не замечая меня, — Выпьешь?
   — Я тут быстро. Очень, — говорит Риас и указывает кивком на меня, — Ей не комфортно.
   — Понимаю, — протянул тот, затягиваясь и выпуская новую порцию дыма, — Сам был молодым и влюбленным. Тебя по личному припекло или королевские заботы беспокоят?
   — Второе, — отвечает Риас, отпускает мою руку, чтобы вытащить лист сложенный вдвое из-за пазухи и кинуть его на стол.
   — Не надоело для наследника вынюхивать, Келри? Я мог бы сделать из тебя достойного приемника, а то все никак никого не подберу. Молодежь нынче пошла ненадежная и глупая, — ровно, монотонно говорил тот, который Ларри, когда тянулся к листу.
   Мужчина в целом был весь такой монотонный. Как Тиретис, но без величия, скорее с какой-то житейской насмешливой грустью.
   Риас стоял молча и снова нашел мою руку. Блондин не отводил уверенного взгляда от мужчины, ожидая, когда тот неспешно прочтет содержимое листа.
   — Про Черного Паука, я тебе хоть сейчас готов много интересного рассказать, — услышала я знакомое прозвище и обратилась целиком в слух, — А вот остальные имена дорого короне обойдутся.
   — Что тебе необходимо? Я передам твои пожелания Людвигу, — нетерпеливо сказал Риас.
   — Караван Веселого Зига скоро будет проходить через южные ворота Хардона, — откладывая лист и медленно располагаясь на спинке кресла, произнес Ларри, — Товар недля всех, но много проблем короне не принесет. Я прослежу, чтобы он разошелся только по разрешенным мне каналам.
   — Проблем твой товар как раз-таки приносит. Твоя последняя партия опиума превысила допустимую норму, Ларри.
   — Вот как? — не удивился мужчина, задумываясь, — Я оставлю половину груза королевству. В качестве подарка, — опять взялся за трубку Ларри, выпуская густой дым, —И заплачу налоги в три раза больше необходимого, но караван пропустят в город. Информацию, как что обнаружу, передам, как обычно.
   — Рад был повидаться, Ларри, — сказал Риас, уже разворачиваясь на выход и утаскивая меня за собой, но нам пришлось остановиться.
   — Келри, — негромко обратился глава местных бандитских угодий, — Кто стучит на меня Людвигу? Мы же с тобой друзья, — уставился прямым немигающим взглядом на Риаса, — И еще это передашь Тиретису. Через тебя будет быстрее.
   Мужчина тяжело поднялся с кресла, отодвинул первую шуфлядку стола, чтобы вытащить запечатанный большой конверт. Потом медленно подошел, обдал нас дымом, и я с трудом сдержалась, чтобы не раскашляться. Плотный конверт был передан, а мужчина уставился в ожидании ответа на Риаса.
   — Оланд. Тот, что на ставках наживается. Он пытается устранить конкурентов. Говорю только потому, что сотрудничество с тобой короне гораздо выгодней, — заключает Риас, прежде чем потащить меня за собой.
   Долго шли молча. Риас думал о чем-то своем, а я думала о нем. Чем больше я узнавала о блондине, тем сильнее терялась. Но развить думы не успела, потому что мы направлялись в очередную лавку. Что за лавки могли быть в этом районе, я даже не хотела гадать. Оттого и удивилась, увидев обычные специи в ящиках.
   Низковатый, лысоватый, к тому же пузатый мужичок вышел нас поприветствовать. Он улыбался широко и также широко раскидывал руки в жесте объятий.
   — Малыш Келри! Проходимец! Черт возьми! Сколько зим прошло с того момента, как ты отирался тут?! — заключали объятия мужчины, щедро охлопывая спины друг друга.
   — Филип, ты получил мое послание? Я не хочу задерживаться тут надолго. Я не один, — говорит, опять с отсылкой на меня.
   — Это та, о которой ты писал? Хороша, — цокнул языком мужчина, заставляя почувствовать меня экспонатом на выставке, — Пойдем.
   Мы прошли во вторую комнатку лавки, чтобы там спуститься в подвал заведения. Предварительно мужчина спешно повесил табличку: «Закрыто». А спускаясь в хорошо отремонтированное подземное помещение, Филип активировал звукоизоляцию. Хорошо должно быть зарабатывает, раз может позволить себе подобную роскошь.
   — Вот этот красавец, — сказал мужчина, доставая ящичек размером с книгу, — Для дамской руки отлично ляжет. Легкий, с умеренной отдачей.
   Коробка раскрылась, и я увидела маленький огнестрел, отчего гулко сглотнула. Пока Филип рассказывал о преимуществах и недостатках, я уже прокрутила информацию в голове, находя аналог с другими огнестрелами из прошлого. Потом мне показали, как с ним управляться и как стрелять, выставив передо мной деревянную мишень. Я бы и справилась сама, но легенда не позволяла. В конце мне запаковали оружие, не забыв щедро отсыпать шарики пуль и вложили в футляр листовку, где числились адреса магазинов, что торгуют лучшими специями в мире. Риас, вложил футляр в сумку, что брал у Марии и мы пошли к выходу. Я шла оглушенная от такого подарка, а Риас, кажется, счастливый, что сумел произвести на меня впечатление.
   — Людвигу передай, что появились еще разновидности, — сказал на прощание мужичок, — Пусть пришлет кого-то, я предоставлю на изучение пару экземпляров. Все, бывай!
   Я ничего не говорила Риасу, пока покидали малоприятный район, в который не было желания возвращаться. Когда, мы оказались на обычной городской улице Хардона, с привычными, улыбчивыми жителями, я спокойно выдохнула.
   — Нам надо к Марии, забрать еду, — проговорил блондин.
   — Знаешь, Риас. А я не зря тебя боялась! — на манер вредного Риаса заговорила я.
   — Ты привыкнешь, Ори, — спокойно проговорил парень, хватая меня за руку.
   Я про себя рассуждала, к чему я там должна привыкнуть и почему должна, пока мы двигались на знакомую улочку. Внутрь не заходила, но Марию увидела еще раз, когда она нагнала нас с еще одним небольшим свертком, предназначенным для Нестаргонского. Я уже не спрашивала Риаса, куда мы направляемся, зачем, для чего и для кого.
   Риас подошел к ожидающей клиентов карете и нас куда-то повезли. По мере приближения в неизвестность, воздух наполнялся знакомым ароматом. Море. Море я успела полюбить и была не против оказаться ближе к нему. С этой части города ехали минут сорок. Риас вытащил свой очередной подарок мне, чтобы рассмотреть тот поближе. И я не удержалась, чтобы присоединиться. Красивый, с узорами и выглядит солидно, хоть и маленький. Потом мы спешно упаковали и спрятали оружие, когда кучер остановил карету.
   Путь наш лежал к маяку. Заброшенный, заросший лозняком, он одиноко высился на прибрежной скале. Забиралась следом за Риасом по каменным ступеням, опираясь на умело подставленную руку парня. На вершине лестницы наш ждала небольшая свободная площадка, где у постройки отсутствовала часть стены и крыши. Так нам открывался красивый вид на море, где даже визгливые чайки не могли испортить завораживающую картину. Шума волн было почти не слышно. Море покоилось под редким штилем.
   — Тут встретим закат, а потом отправимся в академию, — решил Риас, снимая с себя верхнюю одежду, чтобы остаться в тонкой рубашке.
   Он разместил элемент своего костюма на полу, свернув пару раз, и предоставляя мне место, чтобы сесть. После чего разложил газеты и уже вытаскивал еду из тары, что собрала нам Мария: куски пирогов с разными начинками, пирожные, бутыль с морсом и мелкие закуски.
   — Ори, ты должна была увидеть…, — начал Риас оправдываться.
   — Давай не будем, — останавливаю изречения блондина, прекрасно помня свое прошлое.
   Он связан с темным миром ради выгод короны, а я в Астарии была связана с темным высшим миром из-за предательства короны. Просто теперь образ Риаса становился немного другим.
   — Ты убивал людей? — вырвалось у меня, когда я вспомнила о Райане.
   — Издеваешься?! — укоризненно и обиженно от Риаса, — Не надо делать из меня монстра. Если я и знаком с той частью Хардона, это еще не значит, что я среди них.
   — Как там его… Ларри? Вот он мне показалось, говорил об обратном. Дела свои передать предлагал, — пыталась уличить Риаса.
   — Ори, в Нестаргоне никогда нельзя будет побороть всю преступность, болезни и нищету, — как маленькой объяснял мне Риас, — Если нельзя побороть, то надо пробовать контролировать. Людвиг молодец, он тут все держит в крепком кулаке, — сказал Риас отпивая морс из бутыли и передавая мне.
   На время мы замолчали. Я любовалась видом бескрайнего моря и приближающегося к горизонту солнца. Свидание с Риасом вышло насыщенным и неспокойным, но пока мне определенно нравилось.
   — Тебе хоть подарок приглянулся? — нарушил тишину Риас.
   — Да, — не стала лукавить, — Только не понимаю, зачем он мне?
   — Возьми его на практику. Вы же ее добиваетесь. От магических существ и нежити не поможет, зато спасет от хищников. Только пока прячь оружие. Официально им уже начинают снабжать королевскую армию, а вот для обычного население, еще даже лицензии не могут толковые составить. Как только будут готовы первые, то я тебе ее доставлю.
   — Тебе было страшно, Риас? На практике? — задаю вопрос.
   — Немного, — успокаивает блондин с улыбкой, возвращая себе вид привычного мне Риаса.
   Долго парень рассказывал мне о Мертвом лесе. В отличии от рассказа Кобеана, у Риаса практика была веселым, местами страшным приключением. Потом речь плавно перетекла на время, что ждет нас, когда окончим обучение.
   — Куда ты хочешь попасть на службу, Ори? Практика тебе для этого же нужна? — спросил Риас, — Хотя я могу и так поручиться за тебя, чтобы ты могла жить спокойно в Нестаргоне, — поступает заманчивое предложение от блондина.
   — Не знаю, — честно ответила я, так как даже не знала, какой есть выбор, — А ты?
   Риас улыбнулся, отводя взгляд от меня на горизонт. Диск солнца уже покраснел и грозился скоро лишить нас красивого вида. Поднимался ветер, отчего до нас доходил шумот небольших волн, что разбивались накатами о скалы.
   — Куда же я могу? Думаешь, почему я так много знаю о королевских тайнах? Я буду рядом с Тиретисом, — уверено заявляет Риас.
   — Вы действительно близки, — замечаю, вспоминая рассказ Кобеана.
   Риас лишь улыбнулся. И стал внимательно меня разглядывать.
   — Что-то не так?
   — Думал, что с тобой сегодня будет сложнее, — признался парень.
   — Ну, да. Извини, что разочаровала. Ты вроде любишь сложности.
   — Смотри-ка, запомнила! — высказал Риас, чтобы опять замолчать, прикусывая губу.
   — Да что с тобой, Риас?
   — Тебе правду или не очень?
   — Первое, — смело отвечаю, чтобы позже пожалеть.
   — Я не могу находиться с тобой рядом, наедине, потому что… Черт, Ори! Я парень, а ты будоражишь все внутри меня, — высказал Риас и начал упаковывать оставшуюся еду в сумку, — Закат досматривать не будем, потому что я не смогу. Нам лучше пойти погулять, — снова посмотрел на меня Риас, останавливая свои действия, — И определеннотам, где много людей.
   Я хотела правды? Я ее услышала. Я тоже взялась помогать Риасу, чтобы справиться быстрее. И совсем не хотелось признавать, что его слова вызвали положительный откликв моей душе.
   Спускались в темноте, где я дважды чуть не упала, поддерживаемая Риасом. В последний раз ему пришлось прижать меня к себе, и я даже не поняла, чье сердце так гулко билось. Мое или его?
   От центра города, как оказалось, было не так далеко. Спустя двадцать минут блужданий по закоулкам, Риас вывел меня на центральную аллею. Зажигались вечерние фонари.
   — Сколько магии затрачивает Хардон, чтобы освещать город? — решила заговорить.
   — Не так много, как мог бы. Освещаются только королевский дворец и центральные улицы. Тебе действительно интересно такое или это просто, чтобы разрядить атмосферу, Ори? — заглядывая мне в лицо, интересуется Риас.
   — Если честно, то второе, — сознаюсь.
   — Задавай обо всем, что тебе интересно. Ты же помнишь, что тебе я отвечу на любые вопросы, в любом количестве, — определенно баловал меня Риас.
   И я задумалась. Как ни крути, но все интересующие вопросы я задать не могла, чтобы не выдать свое прошлое. Спросить о Пауке и вообще о политике опасно. Уж больно он с принцем своим носиться.
   — Что ты думаешь о Лиетте из Аскартия? — задаю вопрос, просто любопытства ради.
   — Зачем это тебе? — хмурится Риас.
   — Мне говорили, что она красива, величественна… Ее сравнили с жрицей добра и надежды, — медленно проговорила я.
   Риас сначала негромко хохотнул, чтобы все же рассмеяться в голос. Отсмеявшись, он взял меня за руку и потащил в сторону лавки с шоколадом. Купив увесистый кулек с конфетами, он вложил тот в свою ношу и спросил у меня, не хочу ли я чего. Но я была не голодна и все еще жаждала ответа от Риаса. Отчего-то мне было важно знать его мнение. Мы неспешно побрели на выход из города.
   — На самом деле с виду так и есть, — вернулся к теме Риас, — Но, я считаю это занудством.
   — Меня тоже считают занудой, — пожаловалась я.
   — Брось, Ори. Не бери даже в голову. Ты…, — посмотрел на меня Риас, — Ты и так знаешь, что я думаю о тебе.
   Идеальна и совершенна. Такие слова просто так из головы я выкинуть не смогла.
   — А Лиетта, она скучная. Под стать Тиретису, — улыбнулся Риас, — Она со своими нравоучениями меня когда-нибудь в могилу сведет.
   — Все так плохо?
   — Слишком правильная, слишком верная принципам. Это не плохо. Но я под ее нормы поведения не подхожу, поэтому она меня недолюбливает.
   — Как и Тиретис меня?
   — Нет. Тут я виноват, — отвечает Риас, заставляя меня хмуриться, — Тиру нравится спокойствие, и когда вещи протекают сами по себе, размеренно и предсказуемо. По работающей схеме. А тут появляешься ты, и наша с ним жизнь становится непредсказуемой и суетливой. Но ты не виновата. Хотя…
   — Риас, я все еще не понимаю, зачем ты добиваешься меня? Я хочу услышать правду, как есть. И знаешь, я не поверю в любовь с первого взгляда.
   Блондин замолкает надолго. Настолько, что мы успеваем покинуть город. Путь нам освещал диск круглой луны. Отчего-то мы не взяли карету. Скорее всего, потому что Риастянул время, чтобы вернуться в академию, как можно позже.
   — С первого взгляда, Ори, ты мне просто сильно понравилась, — наконец, нарушил тишину Риас, — А дальше, я выяснял о тебе, наблюдал за тобой. Внимательно слушал, если кто-то обсуждал тебя. Это стало каким-то наваждением, — Риас прошел чуть вперед, чтобы развернуться ко мне лицом и пройти немного задом, вглядываясь в мою внимательную, серьезную физиономию, — Ты мне подходишь, — с этими словами он уже становится сбоку от меня, а я не сдерживаю легкую добрую насмешку, — А потом еще этот твой герцог. Он как масла в огонь подливал. Знаешь, Ори, у меня ведь богатая фантазия, — разошелся Риас.
   Он прошел немного молча, потом привычно опрокинул голову назад, чтобы широко улыбнуться. Его волосы подцепил ветер, чтобы разлохматить. А я почувствовала зависть перед Тиретисом, который каждый день видит такого Риаса.
   — А когда ты показала, что под твоим спокойным нравом скрывается, та еще…, — Риас с улыбкой закусил губу, заглядывая мне в лицо.
   Еще немного мы прошли молча, чтобы Риас вновь преградил мне путь, но уже вынуждая остановится. Он медленно склонился к моему лицу и остановился слишком близко. Непозволительно. Я ощущала его дыхание.
   — Риас, — смогла произнести шепотом только это и смутилась, не зная хочу ли требовать, чтобы он останавливался.
   — Ори, я обещал твоему принцу, — тихо проговорил Риас, — Но ты. Ты не обещала.
   Я хотела. Я боролась. Мне удалось победить, хотя по ощущениям проиграть, свои порывы и устоять перед ним, когда я закрыла глаза и долго отгоняла прочь его образ. Я с силой сжимала кулаки и кусала губы.
   — Пойдем, — услышала я голос Риаса.
   Он уже шел в сторону академии. Риас был хмурым, расстроенным и обиженным. Он даже не пытался скрывать этого. Возле ворот академии нас встречал задумчивый Кобеан. Когда мы пересекли ограждение, руку опалило. Заклятие исчезло. Кобеан подошел ко мне, чтобы обнять. Я не чувствовала комфортно себя в коконе его рук, я смотрела из-за плеча принца, на удаляющуюся спину Риаса и жалела.
   Глава 11. Трогательная наполненность
   Утро наступило слишком стремительно. Глаза не хотели открываться, я даже вспомнила о разрешение проспать занятие Октавия, но не могла себе этого позволить. Я должна становится сильнее и набираться знаний, потому что в равной степени с остальными ребятами несу ответственность за наше здоровье и жизни. Пол ночи я крутилась и тяжело засыпала, нервничая из-за собственных переживаний. Думала и пыталась понять, чего я хочу. Но в душе словно поселилось две меня.
   Одна Ориса из прошлого призывала быть благоразумной и не верить блондину, не поддаваться искушению. Если Кобеан не был для меня опасен, то это не относилось к Риасу. А ведь от моей правды зависит и жизнь Райана. Он несет попечительство, он взял ответственность на себя за мою ложь и покрывает меня. И если в близком и частом общении с Риасом я выдам себя, то Райан не увидит жизни в Нестаргоне, как и службы. Ему придется бежать дальше от постоянных нападок Черного Паука, в спасении своей жизни. Я не могла так рисковать чужой судьбой. Судьбой Райана. А еще я боялась за свою жизнь тоже.
   Вторая Ориса встала на сторону Риаса и уговаривала попробовать, рискнуть. Поступить хоть раз в жизни без расчета, необдуманно, в угоду своих чувств, забыть о предрассудках. Забыть. Она искушала, она заставляла думать об отказе огненному принцу на его просьбу о шансе. Эта Ориса отчаянно, почти слезно просила опустить все стены и барьеры, которые я все еще удерживала между собой и Риасом. Все еще. Но уже из последних сил.
   В наказание и назидание, я не выспалась и прибывала в разбитом состоянии и в не очень хорошем настроении. Одеваясь, я смотрела в зеркало, где отражалась на заднем плане Линди. Девушка по обыкновению пила утренний чай и ела шоколадные конфеты, которые вчера покупал Риас. Мой подарок он тоже передал на рассвете через Линди, пока я еще спала. Я бережно прятала футляр все в тот же шкаф, но не быстро, а растягивая, медленно. Вспоминая вчерашний день, отчего мне хотелось тоскливо завыть.
   — И давно он снабжает нас сладостями? — ровно спросила у подруги.
   — Ты о Риасе? Я же говорила тебе, что он хороший мальчик и заботливый, — вместо точного ответа произносит Линди, отпивая глоток чая, — Как прошло ваше свидание вчера?
   — Как много ты знаешь о Риасе, Линди? — задаю вопрос, вместо ответа.
   — Я же уже говорила, что мы познакомились при его поступлении, — потупилась Линди и начала быстро собираться, обрывая даже не зародившийся толком разговор.
   Что-то было не так с этими двумя. Какой-то свой мирок на двоих, как когда-то было у меня с Райаном. Как много Линди сообщает Риасу обо мне? Приложила ли руку в помощи по завоеванию моего внимания или она даже не думала встревать? Но я вновь и вновь забывала о своих мыслях, как тогда на пляже. Словно я должна была задать себе вопросы,которые были бы правильными. Эти вопросы вертелись на языке, но я забывала слова для того, чтобы их составить.
   — Надо больше спать, — уверенно пробормотала себе под нос, делая выводы и покидая комнату.
   Элания с Райаном ожидали меня возле моего общежития. Им даже не было лень делать небольшое отклонение в маршруте, что я тепло отмечала про себя.
   — Что-то ты бледная, подруга, — с колкими нотами высказывает наша маленькая мегера.
   Я улыбаюсь ей, хватая ее под руку, и мы спешно направляемся в сторону парка. Как бы Кобеан не был прав на счет Элании, я успела привыкнуть к ней. Смогла разглядеть хорошие стороны в девушке, найти их и сейчас мне не хотелось признавать, что когда-то сама плохо думала о принцессе. Мы дошли до каменного моста, путь через который лежал к главным корпусам Хардонской академии магии в наших обычных учебных буднях.
   — Ори, — негромко обратился Райан, — Ты выглядишь обеспокоенной. Не натвори глупостей, полагайся на разум, — дает мне ценный совет проницательный герцог.
   Октавий был полон сил, он постоянно пытался кого-то поддеть, но группа стихийников, знающая его характер, уже начинала показывать зубки и давать легкие щелчки по носу куратора. Тот, казалось бы, был только рад, что смог пробуждать в нас любовь к борьбе с несправедливостью жизни. Его занятие немного растормошило меня и отвлекло от тяжелых дум. А вот дальше нас ждала непривычность. Второй курс и новые предметы. Элания уходила на предмет «Исцеление огнем. Демонология», а у меня началась «Артефакторика».
   Худой, высокий преподаватель с забавным именем Луир Ко встречал артефактников в светлой, большой аудитории. Тут было по два стола на пару человек: стол, чтобы писать и рядом стол, чтобы творить артефакты. Нас второкурсников артефактников было немного, и лично знакома я была только с Энрихом, который сразу выбрал место подле меня. Я не противилась его компании, потому что не была расположена к новым знакомствам.
   Выдавшееся свободное время до начала занятия, я разглядывала преподавателя.
   — Как у вас там вчера было? — копаясь в сумке, задал вопрос бородатый.
   — Нормально, — лаконично ответила я.
   Луир Ко был фигурой, как Мони и, кажется, с таким же пытливым умом. Вот только если Мони любил проявить свои знания на публику, то Луир с того момента, как я зашла в аудиторию, стоял согнувшись над артефактом и внимательно изучал его под лупой, ни разу не проявив интерес к своим новым ученикам.
   — Нормально и все? — не успокаивался Энрих, который нашел-таки свое магоперо.
   — Энрих, а ты не хочешь спросить о свидании у своего друга? — беззлобно, но давая понять, что не хочу обсуждать данную тему, задаю вопрос.
   — Я увижу его только после уроков, — делал вид бугай, что не понял меня.
   Магическая мелодия оповестила о начале занятия, и я облегченно вздохнула. Луир словно был создан из дерева, такая высокая, в человеческий рост фигурка из деревянных частей. Он дернулся от мелодии и ровно выпрямился, потом долго осматривал помещение, будто просыпался ото сна и отгонял сложные думы. Когда Энрих уже нагнулся, чтобы опять что-то у меня спросить. Луир наконец-то отложил лупу и часто-часто заморгал.
   — Я, Луир Ко. Ваш преподаватель артефакторики, — заговорил он уверено, но словно тоже как-то механически.
   Дальше он отвернулся к доске и стал рисовать какую-то схему. Еще пару штрихов и мое настроение с плохого приблизилось к отметке — неплохо. Я узнала схему артефакта,хоть он и был предназначен для заклинателей существ, действуя, как приманка. Делать артефакты мы могли любых направлений магии, разница будет только в их мощности. Так я могу создать этот же артефакт, и он будет работать, тоже привлекая животных, но только с моей магией его хватит на мелкую сухопутную дичь или еще чего. А вот у Энриха с его совпадающим направлением это будет даже опасно, чтобы толпа различных животных не затоптала, когда будет сбегаться, слетаться и даже сплываться на зов.
   — Артефакт Фрига, — сказал Луир, когда ровно развернулся к нам.
   Мужчина снова постоял молча и часто моргая, чтобы в итоге начать говорить уже не сбиваясь. Говорил он так, как мне пришлось по вкусу. Речь его была проста, содержала только ценную информацию, поэтому все находились в постоянном слушании лекции. В конспекте под его диктовку выходило все схематично, в таблицах, понятных простых формулах и редких терминах. В итоге писали мы мало и всего за одно занятие успели завершить этот несложный артефакт, при этом получилось его сделать с легкой руки у всех. Выходила я из аудитории благодарной и довольной таким преподавателем.
   От Энриха я в спешке уносила ноги, желая быстрее встретиться с друзьями. Я пробежала мимо Кобеана и заметила его только, когда он окликнул меня. Но мне было сложно смотреть на него, понимая его чувства ко мне, но еще не определившись со своим выбором. Я чувствовала себя подлой и жалкой, поэтому искала любые предлоги, покидая его. Лидан отметил мое это отношение в колкой, язвительной шутке, но Кобеан не поддался, улыбнулся и сказал, что все нормально.
   Впереди было еще три лекции. Мы с Эланией и Райаном спешили на «Основы нечисти», где нам будут рассказывать о всех видах нежити и борьбы с ней. Предмет вел брат Эмбера. Немир Ставронг был таким же рассудительным мужчиной, как и ректор, но он был лишен веселого огонька, вместо этого наделен каким-то поэтичным, склонным к фантазиям нутром.
   У Хасира прибавился еще предмет с нами, который следовал дальше в расписании. «Борьба». У Хасира никогда не бывало плохих для занятий дней. Все дни у него были созданы для щедрой нагрузки, крепко подкрепленной его бранью.
   В пристройках к стадиону, где хранилось не только оружие, но и были раздевалки с умывальней я приводила себя в порядок после изнурительного занятия, где показала себя лучше всех. Я пребывала в приподнятом настроении, поэтому в столовую с Эланией мы шли почти в припрыжку.
   Уже подходя к зданию, с нерушимыми со временем колоннами, я увидела Риаса. Троица вместе с Энрихом заходила внутрь, но блондин заметил меня и без вчерашних обид довольно улыбнулся. Он отправил своих спутников в столовую, а сам остался дожидаться нас с принцессой. Мое сердце чаще забилось, кровь отлила от лица, чтобы с новой силой прилить, но только к щекам. Дышать глубоко не получалось. Элания заметив мое поведение, взяла меня под руку и решила не оставлять наедине, тоже прекрасно помня утренний совет Райана.
   — Привет, Ори, — прозвучало среди шума, что исходил от спешащих на обед учащихся, но я отчетливо услышала каждую нотку его голоса.
   — Привет, Риас, — ответила и несмело улыбнулась, направляя взгляд вниз, на его руки, что привычно покоились в карманах брюк.
   — Спасибо, — еще тише проговорил Риас, чтобы развернуться на одной ноге и уйти за друзьями, подставляя счастливое лицо солнечным лучам.
   Мои ноги подкосились, но я устояла. Затаив дыхание, я прокручивала в голове эту краткую встречу вновь и вновь, стараясь увековечить ее в памяти. В столовой я была рассеяна, но улыбалась. Украдкой я смотрела на счастливого Риаса, который неизменно вел эмоционально наполненную беседу с Тиром. И с каждым разом отводить от него глаза было сложнее. Пару раз он подлавливал мой взгляд, отчего меня бросало в жар, но от него не было обидных насмешек, лишь ответная нежная улыбка, которая была полна надежды.
   Я ведь не влюбилась? С Кобеаном все было как-то иначе.
   После обеда меня ждало последнее занятие «Заклинание стихий». А потом наша пятерка отправилась на стадион, не забывая о ежедневном оттачивании наших навыков. Занятая тренировочным боем с Мони, я уклонилась от его удара, чтобы увидеть далекую дорожку, по которой шла неразлучная парочка. Эта дорожка вела к бассейну, а значит Риас с Тиром направляются в свое логово. Я попросила Мони сделать перерыв и бегом рванула к Риасу, подготавливая сбивчивые мысли и стараясь выстроить в упорядоченную красивую речь.
   Я решилась. Я хочу, чтобы он узнал правду. Я верю Линди и Марии, что он поймет. Он найдет способ решить все мои проблемы, найдет силы простить меня. Я хочу рискнуть и попробовать быть с ним, чем жертвовать собой, ради шанса Кобеана. Нам с Кобеаном все равно в итоге не быть вместе.
   Я запыхалась, задыхалась, в груди кололо, но я была полна решимости.
   — Риас, — негромко окликнула я, останавливаясь, но он услышал и развернулся.
   Я восстановила бег, чтобы остановиться рядом с парнем и согнуться, стараясь привести дыхание в порядок и собрать вновь разбежавшиеся мысли.
   — Риас, нам…, — горло опять перехватило спазмом, и я замолчала.
   Риас широко улыбнулся, он смело взял меня за руки, успокаивая. Его голубые яркие глаза были полны теплых искорок от блеска вечернего солнца. Глаза, которые обращалина себя все мое внимание. Которые были обеспокоены и смотрели с трепетным волнением.
   — Все хорошо, Ори? — задал он, продолжая дарить мне свою нежную улыбку.
   — Ри, разговор будет сложным и долгим, — проговорил ледяной принц, стоя за спиной и холодно наблюдая за нами.
   — Прости, Ори, если у тебя не срочно… Ори, ты отпустишь меня? — аккуратно задал вопрос Риас.
   — Да, — наконец-то смогла произнести я, — Конечно. Это потерпит, — но парень неуверенно и обеспокоенно продолжал вглядываться в мое лицо, — Риас, я отпускаю тебя, — закончила уже более уверено.
   — Ну и зря, — улыбнулся уже шире и подмигнул мне.
   Я смотрела в спину удаляющихся парней. Закатное солнце бросало лучи им в спину. Риас весело шагал в темп холодному другу. В руках у Тиретиса я увидела большой конверт, что мы забрали у Ларри. Воспоминание о вчерашнем дне приятно согрело, и я улыбнулась, опрокидывая свою голову назад и пытаясь понять, что ощущает Риас, когда подставляет свое лицо навстречу свету.
   Глава 12. Послевкусие лжи
   — Ори, хватит накручивать, — просила меня Линди за вечерними беседами.
   Она сидела за столом, неизменно с чаем в руках. Я тоже держала свою теплую кружку двумя руками, но расположившись на своей кровати с ногами. Мне не было холодно, мне было грустно.
   — Их нет уже два месяца! — продолжала настаивать я на своем.
   Мне так и не удалось поговорить с Риасом в тот вечер. Тогда я в последний раз видела их с Тиретисом удаляющиеся спины. Они не вернулись в общежитие. Академия полнилась разных слухов, которые уже затихли. Преподаватели на все вопросы о произошедшем с бассейном чрезвычайном происшествии, а конкретно сильный неподконтрольный выброс магии, что повредило зданию, говорили следующее:
   — Энергия, что поддерживала температуру воды дала сбой. А наследник с другом просто оказались не в том месте, не в то время, поэтому их зацепило, но защита академии не допустила непоправимого. Сейчас оба парня на реабилитации в королевском дворце под наблюдением лучших целителей страны. Наследник пострадал в меньшей степени, поэтому уже готов вернуться к обучению, но его другу повезло меньше, и он еще требует за собой ухода и контроля.
   Такие вести меня совсем не удовлетворяли. Тем более, что Октавию было довольно сложно удерживать свой привычный на колкости характер, а щедрые слухи дополняли волнительную неизвестность мелкими деталями. Редкие очевидцы говорили, что перед этим выбросом, Тиретиса словно подменили. Обычно холодный принц был в ярости и гневе, а в поисках в тот злополучный вечер своего друга, он даже тряхнул заикающегося парня за грудки, выбивая признание, где он видел Риаса. Это порождало еще больше волнений в моей голове.
   Я смогла поговорить с Кобеаном. Не сразу, но смогла. Сказала, что не хочу продолжать мучительные отношения.
   — Ориса, — судорожно вздыхая, говорил он в сырой сентябрьский, тяжелый для нас обоих вечер, — Не руби все на корню, прошу тебя. Неизвестно, как может сложиться наша с тобой жизнь. Но знай, Ори. Моя прекрасная Ори… Я не отступлюсь и буду бороться за твои чувства до последнего, только не отвергай мои ухаживания. Позволь, хотя бы это.
   Я не смогла дать достойный отпор огненному принцу, что пребывал в смятении и отчаянии. У принца не проступал огонь, а наоборот, словно, отхлынул, даря ему необычайную бледность.
   Райан тоже вел себя странно, он что-то утаивал в глубине своих мыслей от всех нас. Элания даже снизошла до обычных женских повадок, покидая герцога вечерами и прибегая плакаться, что Райан раздражителен, и ей это не нравится. Когда я попыталась узнать, что с ним происходит, то получила задумчивое и непонятное: «Многое не сходится, Ори». Тем самым Райан просто нагнетал неприятную атмосферу, что казалось вот-вот разразится сильной грозой.
   Как же я была права.
   Утро морозного декабрьского дня встретило меня тихим постукиванием в окно. Я подняла голову, убеждаясь, что Линди уже приводит себя в порядок. Маленькая красная птичка клювом отбивала легкую дробь, пытаясь отковырять подо льдом семечко, что, видимо, принесло на наше стекло ветром и приморозило. Не став отлеживаться, я тоже стала собираться на учебу.
   На занятие шли всем вторым курсом. Большая аудитория гудела и жужжала. Я садилась за стол возле Райана и Элании.
   — Нестаргонский с дружком приехали, — ровно заметила Элания, — Вся академия на ушах стоит.
   Сердце ухнуло вниз, я нетерпеливо полезла посмотреть расписание, надеясь, что они в этом же корпусе, но не повезло. Сегодня не было ни одного момента, где наши пути могли бы пересечься. Была мысль, покинуть аудиторию и попробовать добежать до корпуса магов крови, пока не началось занятие. Но Райан осадил мое желание, а Эмилия, чтопо обыкновению начинала свою лекцию еще до мелодии и с опроса конспектов, отмела последний порыв.
   Весь день я пыталась выловить Риаса, но он словно прятался от меня. Не появился даже в столовой. Уже закрадывались глупые, неприятные мысли. Кобеан ведь говорил, какой Риас. Быть может, парень осознал, что добился моих чувств, и я стала ему не нужна. Не интересна.
   После занятий я постучалась в соседскую дверь. Потом еще раз. Я слышала и знала, что внутри кто-то есть, но мне не открывали. Когда я уже потеряла всякую надежду и хотела уйти, дверь открылась. На пороге стоял ледяной принц и рассматривал меня равнодушным взглядом серых глаз.
   — Привет, а Риас у себя? — задаю вопрос, когда понимаю, что наследник не собирается говорить.
   — Ты мне никогда не нравилась Ориса, — проговорил Тиретис, но я это и так знала, поэтому не обиделась, — Его нет.
   Договорить не успела, дверь захлопнулась. Дверь захлопнулась, а вот я уже разозлилась. Это было несправедливо. Я волновалась все это время, места себе не находила, амне даже весточки не передавалось, а сейчас и вот такое.
   Уже поздно вечером, когда наверняка знала, что парни должны быть в комнате, в комплекте двух человек, я решилась. Собрала всю свою решимость и смело пошла открывать дверь без стука, чтобы ледяной принц не водил меня за нос. По обыкновению, дверь открылась и пропустила меня в комнату без особых проблем, где, как и раньше царил легкий хаос, состоящий из разных стопок бумаг, газет, книг и редких разбросанных вещей. Нестаргонский стоял возле полки, заваленной артефактами, и сверлил меня гневным взором, до обеления сжав кулаки. Но он не был мне интересен.
   Риас излюблено занял кресло, развалившись в нем, и изучал какую-то бумагу. Он медленно поднял на меня глаза. Испуг, отчаяние, разочарование, а в конце ненависть. Его глаза, его эмоции, все, как и прежде было открыто. Он всегда читался открыто, как книга. Только в этой книге все слова написаны сумбурно, спешно и слишком различны по смыслу, поэтому и понять ее невозможно.
   — Тебе лучше уйти, Ориса, — проговорил Нестаргонский с угрозой в голосе.
   — Риас, что происходит? — игнорирую принца.
   Риас комкает бумагу, которую изучал и в сердцах швыряет в противоположную сторону комнаты. Чтобы освободившимися руками, закрыть лицо.
   — Ориса, покинь нашу комнату, — повышая тон, продолжает настаивать Тиретис.
   — Риас, что случилось? — не отступаю, чувствуя, как грудь сдавливает в тиски, а ноги приросли к полу.
   Еще немного и я опять не смогу говорить. Предательский голос покинет меня и позволит только сипеть. Принц не сдерживается и начинает приближаться ко мне.
   — Риас…, — вздрагивает мой голос.
   — Не трогай ее! — наконец-то, я слышу голос блондина, — Я справлюсь. Честно, Тир. Я же не смогу бегать вечно, правда? — нервный смешок, приправленный иронией.
   — Я прогуляюсь, — заключает Нестаргонский и идет к вешалке за пальто, — Пятнадцать минут, Ри, — кидает, прежде чем захлопнуть дверь.
   Риас не смотрел на меня. Его взгляд хаотично бегал по комнате, а нога тряслась в нервном жесте. Несколько шагов вперед удаются мне не сразу.
   — Стой, где стоишь, Ори! — слышу холодное от Риаса.
   Мне страшно. Я не понимаю. Догадки может и были бы, но в голове пусто. Я не могу думать ни о чем, кроме того, что хочу броситься к нему в объятия. Я так скучала.
   — Ооори…, — медленно, певучи и негромко произносит Риас, стараясь глубоко дышать, — Хотя бы имя ты сказала настоящее.
   Ноги подкосились, но, как и всегда, я устояла. Теперь мне еще страшнее. Я не думала, не выстраивала логических цепочек. Это был тот редкий момент в критичной ситуации, когда ответы и выводы возникали в голове сразу. Безошибочно, точно и неопровержимо, стирая любые надежды.
   — Я ведь был честным с тобой, — упираясь взглядом в окно, проговаривает Риас, — Я был открытым и честным. До последней капли. Я…, — закапывает пальцы в свои волосы, — Мм… Боги, Ори!
   Я не успеваю среагировать адекватно, когда он резко отталкивается от подлокотников руками и спешно приближается ко мне. Успеваю сделать лишь полуоборот, а его пальцы неприятно впиваются в плечи.
   — За что?! — гневно задает вопрос, пугая меня еще сильнее.
   Риас слегка отпускает болезненную хватку, и даже бережно проводит по моим плечам руками, стараясь стереть свои преступные следы.
   — Знаешь, Ори. Я потерялся, — негромко произносит, смотря куда-то в мой подбородок, — Я не понимаю. Я не знаю, кого я люблю. Кто ты, Ори? Какая ты на самом деле? Я доверял тебе. Я порой ненавидел себя. Кого я полюбил? — сыпал вопросами и обвинениями парень, сбивчиво дыша.
   Я пыталась, что-нибудь сказать в оправдание, но голос так и не восстановился. Я не могла победить страх, потому что Риас не давал мне перерыва от этого чувства.
   — Знала бы ты, как я ненавидел себя. Особенно тогда. На крыше, помнишь? Боги, Ори! Да ты талантлива, — с горечью восхитился Риас, кидая мимолетный взгляд на мое лицо, но спешно отводит глаза, — А я поверил, идиот! Но, ты. Ты так отчаянно плакала. Как это, Ори? Как так можно? И главное, за что? — его руки задрожали, и он стал их сжимать сильнее, вынуждая меня сделать пару шагов назад.
   Холодная стена немного отрезвила меня, и я поняла, что могу говорить. Пока еще могу.
   — Риас, — произнесла, набирая воздух в грудь.
   — Молчи, — слышу уверенное наставление, — Я все равно не поверю ни одному твоему слову, — он отпускает мои плечи, чтобы облокотиться на стену, поставив руки по обе стороны от моей головы, — Я снова впадал в безумство, Ори. Не мог поверить, что ты… Ты и маленькая лгунья. Никак не мог сопоставить это.
   Он поднимает печальный взгляд, чтобы посмотреть мне в глаза. Грудь сдавливает болью. Мне уже не просто страшно. Мне очень горько и больно.
   — Я договорился с Тиром, маленькая лгунья, — с легкой насмешкой обращается Риас, вгоняя кол в мое сердце, — Ты доучишься тут спокойно, как Кениар. Никто не тронет тебя. Но потом. Потом забирай своего герцога и валите отсюда на все четыре стороны.
   Риас замолкает, чтобы спустя мгновение с протяжным стоном повесить голову на свою грудь, убрать одну руку от стены и запустить эту пятерню в свои волосы. Я услышала, что хотела. Я знаю причины, поэтому не вижу смысла тут задерживаться. Поворачиваю голову в сторону двери, чтобы увидеть, как ребро кулака Риаса ударяется о стену, возвращая меня в оковы.
   — Я тебя не отпускал, Ори, — смотрит Риас на меня, — Знаешь, я ведь многого натерпелся из-за тебя, а ты не такая уж и жертва. Тут я скорее жертва. И мне, кажется, я заслужил прощального, хотя бы поцелуя.
   Он не спрашивал разрешения, не просил. Поцелуй был таким же болезненным и горьким, как и разговор. Я не сопротивлялась. Во мне не осталось чувств. Опустошение. Риас оторвался от моих губ довольно скоро с гримасой отвращения на лице.
   — Тебе лучше уйти, Ори, пока я не сорвался, — с горечью проговаривает уверенным голосом.
   Он проходит к двери, доставая ключ и отпирая дверь. Без видимых волнений открывает ее и смотрит на меня, но его взгляд больше не полнится нежностью и весельем, как раньше.
   — Иди, Ори.
   Я уходила молча. Вышла в коридор, чтобы услышать, как соседская дверь тихо закрылась вслед за мной. Я не пошла к себе. Мой путь лежал к тому единственному, кто такой же, как и я. К тому, кто поймет все без слов, без объяснений. Как тогда, когда я очнулась на пляже. Я вспомнила, что в легких домашних тапочках и тонкой рубашке, когда прошла больше половины пути. Только тогда я ощутила морозный, пробирающий до костей холод и небывалую жалость, с примесью отвращения к себе. Но истерики все еще не было.Я постучала, прежде чем войти в комнату. Элания открыла дверь.
   — Ори, что с тобой? — вижу ее беспокойство.
   Райан подскакивает с кровати, чтобы почти подбежать. Он поднимает мой подбородок и недолго вглядывается в мое лицо. А я, видя его глаза, в которых уже читается понимание, наконец-то, позволяю слезам пролиться. Подхваченная другом на руки, я оказываюсь у него на коленях, чтобы он успокаивал меня, как маленькую. Он постоянно твердил, чтобы я не боялась, что он все исправит, что сделает все и, что мне не о чем беспокоиться.
   Элания уже не ругалась шепотом. Она не сдерживала свой величественный гнев. Набрав в кружку воды, принцесса пыталась выплести заклинание, но ее руки трясло. В итогеплюнув на планируемое, она сплетает другое, менее сложное заклинание и насыщает им воду. Я не спорю, осушая кружку, чтобы понять, что Элания просто меня усыпила. Уже проваливаясь в сон, я вспоминаю, что Райан не выносит женских слез.
   Глава 13. Нераскрытая шестая личность
   Моя жизнь не закончилась. Она не прервалась от горьких слез, обид и непонимания. Конец света не наступил, когда мое сердце было разбито, а я оказалась отвергнута. Было трудно, но я справлялась. Боролась. У меня были те, кто заботился обо мне, те кто стремился вырвать меня из плохих дум и не оставлять меня одну надолго.
   Больше месяца прошло с того дня, как я признала свою ложь перед Риасом. С того момента мы не заговаривали с ним. Мне хватило услышать его заключения, чтобы осознать, бороться нет никакого смысла. Он не поверит ни одному моему слову. Райан поговорил с Нестаргонским. По его словам, выходило, что нашу аферу с именем прощают и глаза на это закроют на время обучения. Это было бы в любом случае, потому что мы находились под защитой академии, у которой все же какой-то нейтралитет от Нестаргона имелся. А вот после. После по всем правилам закона, мы должны были быть доставлены под конвоем в родные страны и уже там решался бы суд. Или мы просто отрабатываем обучение,или за нас платит наша страна, а с нами там поступают на свое усмотрение, по нашим внутренним законодательствам. Но Риас надавил на Тиретиса и добился того, что нам с герцогом дадут право выбора, куда мы отправимся после обучения. Но, покинуть страну мы будем обязаны.
   Удивило, что Элания сразу нашлась с предложением отправиться в Террийск. Может ее растрогала моя истерика или что-то еще, но она пообещала предоставить нам кров и защиту в Террийске. А от практики решили все же не отказываться. Элании ради статуса наследницы, все еще было важно пройти тяжелые испытания. Отпускать же ее с неизвестными ребятами мы уже не хотели.
   Кобеан тоже получил от Риаса копию с моим настоящим делом, но он не обиделся. По прошествии недели, когда Линди отпаивала меня чаями, Элания вплетала туда заклинания, а Киви поддерживала добрым словом, пришел Кобеан.
   — Мы можем поговорить наедине? — спросил он, прежде чем я прошла следом в его комнату.
   Я не ждала хорошего отношения, но была удивлена.
   — Риас дал ознакомиться, — передал мне принц дело Орисы Дезант в руки, — Ты поэтому заплаканная всю неделю, Ориса?
   — Прости, Кобеан, я лгала, — отвожу взгляд, тяжело вздыхая.
   — А я позволял, — стоя напротив, тихо произносит.
   — Ты же выяснил, кто такая Кениар и искренне верил, что я это она.
   — Но ты же не виновата, что мои информаторы плохо работают, — негромко успокаивал.
   — Ори, я сам виноват, что не спросил у тебя прямо. Я же никогда не спрашивал, — с грустью улыбается парень, — Полагался на свою власть и подчиненных.
   — Спасибо, — тихо шепчу, осознавая, что он не собирается меня обвинять и его не пугает то, что я была замешана в мятеже.
   Он не стал задерживать меня больше. И уходила я от него без досады и с благодарностью.
   Дни текли своим чередом, я углубилась в учебу и тренировки, стараясь забыть обо всем. Райан неизменно предлагал помощь и пытался отвлечь, но пока не находил достойных моего внимания загадок и занятий. Иногда, я ловила на себе изучающий взгляд Риаса, но он быстро отводил глаза, не желая быть уличенным. Кобеан же налег на ухаживания с новой силой, постоянно осыпая комплиментами, стараясь провожать меня, когда возникала такая возможность и вообще просто старался быть рядом. Мое прошлое совсем не вызвало у него отторжение в чувствах. Я, как и обещала, не стала отмахиваться от ухаживаний. Тем более, что ничего и никто не сдерживал меня. Я свободная от обязательств девушка с разбитым сердцем. Вот только внутри что-то надломилось от той боли, что ощущала, и мне больше не хотелось чувственных отношений. Я боялась повторения, тех мук, что испытала в первые дни, после услышанных обвинений Риаса. Все сильнее я хотела выкинуть это ненужное, мешающее жить полноценно, чувство из души и оставить только разум. С каждым днем, я все чаще задумывалась о том, чтобы восстановить непринужденные отношения с огненным принцем, но внутри все еще боролась и, неприятно для меня теплилась, тяга к Риасу. Радовало только то, что время все равно имело свойство лечить и затягивать раны.
   Я медленно бродила по коридору учебного корпуса стихийников, наверняка напоминая сейчас привидение. Занятия давно закончились и тут было пусто. Я же ожидала Эланию, которая осталась с Октавием решать вопросы, входящие в обязанности старосты. Подошла к окну. На улице мела вьюга, кружа, закручивая хлопья снега и стараясь склонить ветки деревьев, доказывая свое могущество. А у нас еще тренировка. И ведь Райан не пощадит.
   Стук каблуков раздался эхом, отвлекая меня от созерцания зимней стихии. Асель в компании двух сопровождающих девушек шла, придерживая длинное, теплое платье. Она посмотрела на меня снисходительно и не стала отводить взгляд, а вот я вспомнила, что Риас провел с этой девушкой в лесу почти три месяца и ревность неприятно кольнула. Я спешно отвела взгляд, снова устремляя все внимание за окно.
   — Посмотрите, какие мы гордые, — пропела девушка, точно пародирую принцессу Террийска, — Шиена, Фими, а вы что думаете?
   — Она просто боится тебя, — ответила темноволосая, с ухмылкой, пока я разглядывала ее украдкой.
   — Завидует. С ее то набором магии, — вторила та, что светлее волосами.
   — Эй, — обратилась ко мне Асель, — Мне кажется ты мне что-то задолжала, раз уж мы встретились, то я хотела бы напомнить.
   Троица остановилась у меня за спиной, пока я обречено выдыхала. Не бить же их. Ругаться? Сил нет и желания.
   — Чего ты хочешь, Асель? — задаю вопрос, все еще стоя спиной к троице.
   — Развернись, когда говоришь со мной! — потребовала первая красавица в академии.
   Определенно она привыкла за два с лишним года обучения к другому отношению к своей персоне. Я нехотя, но все же развернулась, не потому что боялась, просто не хотелатратить нервы на подобные склоки. Дверь кабинета приоткрылась, Элания тихо прокралась в коридор и неслышно прикрыла двери. Жестом она показала мне, чтобы я не выдавала ее присутствие. Я уже привыкла доверять команде, поэтому даже бровью не повела.
   — Чего ты хочешь, Асель? — вторила я.
   — Ты еще спрашиваешь?! Кобеан мой! — пропела она, — То, что он с тобой, еще ни о чем не говорит.
   — А, по-моему, говорит, как минимум о том, что он со мной.
   Значит со стороны ухаживания Кобеана выглядят, так, будто мы встречаемся. Может это все же знак?
   — Ты никому не нужна, Кениар! Уже даже Риасу. И Кобеан с тобой, только потому, что я за него не взялась вплотную. Но поверь, он забудет о тебе, если я захочу!
   — Ты бросаешь мне вызов? — приподнимаю вопросительно бровь.
   Девушке удается меня зацепить. Никогда не любила подобного пренебрежения к себе, а упоминание о Риасе из ее уст вызывает гнев.
   — Тебе вызов? Смешно, — высокомерно проговорила девушка, — Руки марать не охота.
   — А что? — раздается звонкий голос, — Мне кажется, кто-то просто не дорос до взрослых игр и примеряет маску, что не предназначена с рождения, — Элания невинно улыбалась, — эта маска на тебе сидит криво. Не по размеру, — заканчивает, чтобы уже улыбнуться иначе.
   Это была даже не та Элания, что я видела на корабле. Другая. Пропитанная ядом, как выразился Кобеан. Ее взгляд говорил о том, что все мы здесь вокруг нее никто и звать нас никак. Только она бесценна, а остальные прихлебатели.
   — Принцесса, что возится с беглыми неудачниками и деревенщинами, — кривая ухмылка была на красивом лице Асель.
   — Прости, что не нашлось местечка еще и для подстилки наследников, — искренняя досада была на лице Элании.
   Я бы поверила, что она всерьез сожалеет, но последующий смех, что разнесся по коридору смел подозрения. Элания играла и веселилась. Она была в своей стихии. А вот Асель бросило в краску. Она не нашлась, что ответить маленькой мегере.
   — Две недели! В течении двух недель Кобеан отвернется от тебя, недотрога, — прошипела мне угрозу и обещание девушка, прежде чем, спешно покинуть проигранное поле боя в сопровождении молчаливой свиты.
   — Ты как? — задает Элания вопрос, уже та, которую я привыкла видеть каждый день.
   Эта Элания была прямолинейной, грубоватой, часто колкой, но не ядовитой.
   — А ты хороша, — нахожусь, что сказать.
   — Это еще пустяки. Такие овцы, как Асель, в моем дворце по углам прячутся, если я не в духе. Ты знаешь, до чего додумались? Они распознают мое настроение по стуку моихкаблуков! — похвасталась довольная Элания, вызывая наш дружный смех.
   — Вызов принимать собираешься? — спрашивает принцесса.
   — Кобеан мне не парень и…
   — Ориса, — перебивает меня Элания, — развлекись. Такая, как Асель, разве заслуживает такого, как Кобеан? Спаси принца, юная прелестница. Побудь немного героиней романа. Да и сама развеешься, а то совсем киснешь, — морщит носик, — Не очень приятно.
   Перед сном я задумалась. А почему бы и нет? И кроме того, что это будет сулить новую головную боль, доводов в колонку «против» не нашла, зато в колонку «за» приходился приличный список. Главное, я вырвусь из затяжного депрессивного болота, в которое затащил меня с головой блондин. Остальное второстепенное. Мне не нравилась Асель, и я хотела прищелкнуть ее по носу. Еще возможно, что Кобеан проявит себя в новом свете, и я смогу пробудить свои сонные к нему чувства. Раз уж принцу даже на мое прошлое плевать, то влюбиться в него было бы неплохо. Да и Орисе Дезант давно пора прогуляться из-под маски изнеженной девушки, вспоминая и призывая все свои давно забытые навыки. Все же жить мечтами и романтикой, как Кениар в разы больнее, чем здравым смыслом и расчетом от Дезант.
   Если я согласна вступить в игру, то нужно продумать лучшую тактику. С Асель, с той, что привыкла нападать, надо успеть напасть первой. Ей непривычно будет чувствовать себя жертвой, а значит это даст мне преимущество.
   Чтобы не допустить обещанного Асель, мне надо сблизиться с Кобеаном, который только и ждет моей взаимности. Я вернулась в воспоминания о том, какие чувства вызывал у меня принц. Да, это не было так несравненно сильно, как с Риасом, но мне было приятно и меня даже бросало в жар. В конце концов, с меня не убудет проводить время с огненным принцем чаще.
   На утро в столовой, я была необыкновенно весела и даже заливисто смеялась, чем привлекла, как минимум интерес четверых: Асель, Кобеана и парочки. Так как Асель не оговаривала правила, то и действовать я буду путем, чем проще для меня. А проще в данной ситуации, прямо рассказать Кобеану, все как есть. Поэтому после завтрака я проследовала к столу огненного принца, где поприветствовала его команду и позвала того поговорить. Я не стала уводить его из столовой, становясь прямо там в центре зала. Мне было важно сбить спесь с Асель и показать, что я не из тех девушек, что будут брать подобные игры соблазнениями. Если у нее есть рабочие извилины, то пусть удивит меня именно ими, выкручиваясь из сложных ситуаций, ради победы. А такие, как она не любят проигрывать.
   — Я слушаю тебя, Ори, — обеспокоенно смотрели на меня синие глаза.
   — Асель хочет настроить тебя против меня, — говорю прямо, не забывая довольно улыбаться, — Она заявила, что это произойдет в течении двух недель.
   — Ориса, я же говорил тебе, что между мной и этой девушкой уже ничего не может быть, — отвечает улыбкой на улыбку мне принц, но не забывая отрицательно качать головой.
   — Это не просто угроза Кобеан. Что-то вроде пари. Без приза. Ну или пари, где призом являешься ты.
   Зрачки Кобеана сузились, а огонь на венах вспыхнул. Я даже отошла на шаг назад, но принц взял меня за руку и притащил к себе, чтобы заключить в горячий кокон объятий. Я посмотрела на Асель, что сверлила меня злым прищуром. Я не сдержалась, чтобы победно не улыбнуться, прямо глядя на нее и не прильнуть к принцу. Но меня привлекло резкое движение чуть в стороне от Асель. Риас поднялся из-за своего стола и смотрел на меня круглыми, растерянными глазами, сжимая кулаки. Потом он внимательно посмотрел на Асель. Это успело подорвать мою игру, выбивая почву из-под ног. Все это произошло за считанные мгновения, пока Кобеан пытался успокоить свой огонь.
   — Прости, просто это оказывается не очень приятное чувство, когда на тебя спорят. Обычно так поступают парни, а не девушки. Чувствую себя неприятно, — улыбаясь, отпускает меня Кобеан.
   — Все нормально. Но Кобеан, ты же не собираешься ей уступать?
   — Ориса, я люблю тебя, — кусая губу, проговаривает Кобеан, вызывая во мне смущение и стыд, — Не стоит так к этому относится, — замечает мое поведение, — Мне будет приятно, если ты будешь относится ко мне проще. Как раньше.
   — Это сложно, — тихо заверяю, но решаюсь перевести тему.
   Украдкой смотрю на Риаса, тот уже сидел, но упрямо не сводил взгляда с меня и Кобеана. Что я чувствовала? Если недавно мне было стыдно, что я так невольно прошлась по его чувствам, то сейчас мне было обидно за себя. Парень явно не понимал, что ему в этой жизни надо. И мучал не только себя и своего драгоценного друга, но и окружающих его людей.
   — Кобеан, — обращаюсь к принцу, — Я хочу отвлечься. Небольшое пари, может выйти веселым. Мне нужно, чтобы что-то выдернуло меня из застоя. Я могу положиться на тебя?
   — Всегда к твоим услугам, Ори, — улыбка расползается на лице принца.
   — Тогда надо дать понять Асель, что ты знаешь о споре, и что не собираешься дарить ей победу.
   — Разве это верная стратегия? Ведь так она может повести себя непредсказуемо, — нахмурился Кобеан.
   — Если она будет предсказуема, то я точно умру от скуки, — не могу сдержать улыбки, — А мне пора развеяться, — вспоминаю совет Элании.
   — Тогда доверься мне, Ори, — произносит Кобеан, получая от меня кивок.
   Парень неспешно обходит меня, чтобы обхватить за талию сзади одной рукой, а второй собрать мои волосы, оголяя шею. Мы стоим как раз лицом к столику Асель, когда Кобеан медленно покрывает мою щеку и скулу невесомыми поцелуями, вызывая щекотку и нарушая все приличия, но я всячески стойко держусь, благодаря про себя богов, что колона скрывает меня от впечатлительной Ливы. Но ошеломленное, яростное лицо Асель успокаивает и показывает, что это стоило того.
   — Ты поела? — интересуется у меня огненный принц, все еще не выпуская из захвата.
   — Да, — немного высвобождаюсь из объятий, чтобы видеть его лицо.
   Кобеан улыбался с величием, с которым обычно побеждал в бою противников, ставя их на колени. А его глаза смотрели прямо на Асель с огненными искорками и с вызовом.
   — Тогда пойдем отсюда, — проговаривает он, чтобы отвести взгляд от девушки и увести меня из зала.
   После столовой мы не разошлись. Кобеан взялся проводить меня до учебного корпуса.
   — Если у меня будет такая возможность касаться тебя, то я согласен, чтобы ты спорила хоть с самим демоном на меня, — выговаривает Кобеан, который так и не выпустил моей руки.
   Этот день я провела гораздо бодрее, проявляя успехи на занятиях, прыть на тренировке. Но в конце дня Риас вновь выбил меня из набранного темпа. Он стоял в дверях своей комнаты, опираясь спиной о косяк и глядя в пол. Я взяла себя в руки и старалась не смотреть на него и не думать о нем, хотя ноги стали ватными.
   — Знаешь, Ори, — негромко обратился он, когда я подошла к своей двери, — Мне все еще не нравится, что ты с Кобеаном, — проговаривает, заставляя все сжаться внутри.
   — Риас, — не смотрю на него и стараюсь, чтобы голос был ровным, — Если даже ты меня простишь, то я… Ты ведь даже не дал мне возможности оправдаться.
   — Оправдание лжи? — вдруг меняется его интонация со спокойной, на агрессивную, — Как интересно, Ори. Никогда о таком не слышал. Но знаешь, я думаю, что определенно надо попробовать подобное на практике.
   — Риас, ты понятие не имеешь… — разворачиваюсь все же к нему и мне трудно скрыть волнение, когда я вижу его глаза.
   Он подошел быстро и уже рассматривал меня, тем взглядом, который не сулит ничего хорошего.
   — Ори, для тебя ведь нет разницы, кто с тобой будет во время обучения? Я или Кобеан, — говорит он, вызывая во мне гнев, — Так может мы…
   — Риас! — слышу взволнованный голос Линди, — Да зачем же ты так с ней?!
   — Не вмешивайся, Линди. Ты ведь тоже знала о том, кто она, да?
   Уже переводит взгляд на соседку, что подходила к нашей комнате.
   — Я не могла рассказать, — оправдывается Линди, но потом беглый взгляд ее касается хмурого моего лица, и она добавляет, — Даже если бы могла, то не рассказала бы. Прости.
   — Даже так? — удивляется Риас, хмыкает, замолкает, окидывает нас задумчивым взглядом и уходит к себе.
   Вечер с Линди вышел молчаливым. Я не могла задавать ей вопросы, потому что не знала, что задать. А Линди пребывала в своих раздумьях и в необъяснимой панике.
   Утро в столовой я старалась держать с тем же достоинством, что и прошлое. Стараясь не обращать на бросаемые в мою сторону взгляды и пытаясь расслабиться.
   — Это тебе, милая, — слышу голос Риаса, который ставит передо мной спелую грушу.
   Я перевожу на него изумленный, растерянный взгляд. На меня смотрел Риас, каким я его запомнила на утро после нашего знакомства. Парень, что пугал меня пытливым, изучающим взглядом. Мелкая, теплая дрожь прошла по телу, но я не верила Риасу. Ведь ему же что-то надо? Стало больно. Больно от того, что он пробуждал во мне надежды.
   — Риас, — обращаюсь к нему, стараясь призвать ровность голоса.
   — Ори, я сегодня не по твою душу. Можешь расслабиться, ясно? — проговорил, после чего оперся руками на наш стол, обвел всех взглядом, чтобы потом вернуть взгляд на Линди.
   Девушка побледнела, а взгляд ее умолял.
   — Не смотри так на меня, Линди. Ты прекрасно знаешь, что я не оставляю предательство просто так, — оправдывается Риас, пожимая плечами, — Они же тебе друзья. Ты ради Ори, меня предаешь, — обиженно заключает парень, — По-моему будет справедливо, если они будут знать, о твоем амулете для отвода глаз, — делает паузу, — Ну вот. Судя по недовольному лицу принцессы, не так уж ты им и доверяла. Разве это по-дружески?
   Вопросы, что так не хотели составляться хлынули скопом. Что я знаю о Линди? Откуда она? Почему здесь? Где ее родные? Что их связывает с Риасом? А еще я вспомнила важный для нас шестерых момент из прошлого. Только пятеро рассказали свои тайны. Линди их только выслушала. А мы даже не придали этому значения, словно, так и должно быть.
   Вилка Элании громко ударилась о тарелку, она величественно поднялась, сдерживая гнев. Райан смотрел на все с любопытством. Киви с Мони разглядывали Линди по-новому, а я не успела ничего предпринять.
   — Ну, кажется, началось, — прошептал мне на ухо Риас, обдавая горячим дыханием, отчего меня бросило в жар, я дрогнула и сжала кулаки, — Ооори, — медленно пропел блондин, прекрасно подмечая мою реакцию, — Ты сводишь меня с ума, милая.
   После чего блондин хохотнул, довольный тем, что внес смуту в наши ряды, а особенно в мои и подвинул мне принесенный фрукт. Он пожелал нам приятного дня, сопровождая пожелание широкой улыбкой, и ушел.
   — Я все объясню, — тихо проговорила Линди своим красивым, но поникшим голосом, — Только дайте мне возможность.
   — Возможность?! — прошипела Элания, — Ну уж нет, Линди! Возможности у тебя не будет, потому что я лично прослежу, чтобы ты рассказала нам о себе все! С самого рождения!
   Глава 14. История Линди и неадекватный блондин
   Как-то негласно нашим местом сбора для бесед в холодные дни стала комната Элании и Райана. Скорее всего дело было не в комнате, а в герцоге, что, будто невидимо, собирал нас вокруг себя. Вот и сейчас я расположилась на той кровати, что числилась свободной. Линди сидела рядом со мной. Мони приплясывал от нетерпения и возмущения, постоянно дергаясь, отчего не мог усидеть. Киви стояла рядом с ним и хватала парня за руку, стараясь успокоить. А принцесса с герцогом сидели на второй кровати. Элания гневно сверлила взглядом Линди, а Райан осматривал девушку и, наверняка, уже выстраивал предположения и догадки.
   Что касалось меня? Я не была удивлена, переполнена гневом или обидой. Мне ли судить Линди? К тому же, девушка выглядела очень опечаленной.
   — Я родилась в Террийске. На южной окраине страны. Мои родители были бедны. Я даже не помню их. Мне было лет пять, когда к нашим берегам пришел торговый корабль. Меняпродали, — тихо уточняет Линди, нервно сжимая подол платья, — Я попала в рабство в богатую семью в Алтире.
   Лицо Элании исказила гримаса ярости, она сжала кулаки. Работорговля в Террийске основная проблема. Оциновое море, что было взято своеобразным кольцом между Террийском и Алтирой, позволяло последним умело использовать морские пути.
   — Там я работала на полях, пока мне не исполнилось тринадцать. Хозяин, — скривилась от болезненного воспоминание девушка, — решил открыть выгодное заведение. И такие девушки, как я, были отобраны из слуг. Нас приводили в порядок, долго отмывая и очищая руки от огрубевшей кожи. Еще дольше нас обучали и принуждали, вырабатывая покорность, — по щекам Линди покатились слезы.
   Я аккуратно потянулась к ее руке, чтобы разжать кисть, выпуская платье на свободу. Линди посмотрела на меня удивленно, будто не ожидала поддержки. Я успокаивающе улыбнулась и сжала ее ладонь. Она судорожно вздохнула и вернулась к рассказу, уже глядя на меня. Словно, кроме меня в комнате никого не было. Возможно так, ей рассказ давался проще.
   — Потом смиряешься с неизбежностью. Перестаешь сопротивляться, привыкаешь, чтобы пришло понимание: жить надо дальше, хоть как-то, если выбора нет. Нас было много, это успокаивало и отгоняло мерзкие ощущения. Когда мне исполнилось семнадцать, хозяин решил перевести меня в элитный список. Мужчинам нравится такая внешность, как моя. Там я познакомилась с одним из любителей, — ее рука дернулась, — Он приходил каждый день. Потом он спускал состояние, чтобы меня не касался никто, кроме него. Хозяину нравился выгодный клиент. А потом меня продали Роланду…
   Линди надолго замолчала. Внешне она выглядела спокойной, умиротворенной, но глаза наполнялись слезами и было видно, как она сдерживается, чтобы не разрыдаться.
   — Он страшный человек. Из тех, как был твой король, Райан, — сравнила она, уже глядя в стену за моей спиной, — Я не выдержала и месяца. Поняла, что с таким нельзя мириться. Лучше умереть. Я видела, где он хранил деньги. Перед тем, как покончить с жизнью, я все же решила попытать удачу и бежать. Мне повезло с кораблем, на который я попала. Он был загружен до отвала тканями, и я смогла зарыться в них. Не знаю, боги помогли мне или нет. По ночам, когда судно засыпало, я выбиралась, чтобы взять вяленного мяса и фруктов, что тоже были недалеко. Корабль причалил к берегам Террийска, где я продолжила бегство. Тогда еще я не знала заклинаний, хоть и обладала магией. Рабынь и наложниц не обучают, как ею пользоваться. В любом случае, магия не помогала мне.
   Линди снова посмотрела на меня и облегченно вздохнула. Значит сложные воспоминания позади.
   — Роланд не оставил поисков. Догадался, выследил. Я пряталась по улицам больших городов, даже не запоминая их названий. Потом я познакомилась с пожилым мужчиной, что бродил по миру и зарабатывал выступлениями. Мои танцы ему понравились, и он взял меня к себе. Я сумела сбежать, сумела скрыться. Потом до меня дошли слухи об академии магии, тогда мысли закрались в голову, что это спасет от сложной, вынужденной жизни. Сани не стал удерживать меня, он расплатился, но перед этим мы должны были выступить на северо-западе Дарголии. Оттуда до Нестаргона неделя пути. Совсем близко. Там меня увидел один из людей Роланда. Его задержали, давая мне возможность бежать снова, но он знал, куда я держу путь. Я успела тогда в последний день поступления. Эмбер узнал кто я и выдал мне амулет, чтобы я не страдала от насмешек и издевательств.
   Прошел учебный год, и я вызвалась помочь с поступлением. Я просто пыталась отблагодарить ректора за то, что он дал мне шанс. Тогда, я раздавала бланки поступающим. Академия ведь открыта эти дни для всех. Я забылась, — Линди поджала губы, но через секунду по-доброму улыбнулась, — Роланд не ожидал, что кто-то вступится за меня. Ведь клеймо рабыни позволяло ему забрать меня и не спасли бы даже законы академии. Я же не являлась жителем Нестаргона, и на меня законы тут распространялись отчасти.
   После этого девушка улыбнулась уже без остатков грусти, возвращая себе тот образ Линди, который мы видели каждый день. Хорошая девушка, что верит в доброту и старается это качество видеть у многих.
   — Риас тогда проводил недобрым взглядом нас с Роландом. Мы встретили их с Тиретисом на аллее. Роланд тащил меня за собой, держа за запястье и гневался, поэтому дажене обратил внимание, что привлек заступника. Наверное, я тогда была слишком напугана. Риас хороший мальчик, Ори, — опять высказала она, — Он не позволил Роланду уйти со мной, останавливая возле ворот академии. Когда Роланд порвал на мне платье, чтобы показать метку и мою принадлежность ему, Риас снял свою куртку и накрыл мои плечи. Он тогда пытался успокоить меня и сказал, что все будет хорошо. Роланд не сдержался и налетел с кулаками на мальчика, но влез Тиретис. А это же угроза наследнику, который еще не подписал соглашений с академией. Роланда судили тут, наложив на него магический запрет. Он не может появиться в Нестаргоне. А меня избавили от метки рабыни, по законам Алтиры. Тиретис выкупил меня, а потом подарил свободу и сделал меня жителем Нестаргона, — закончила свой рассказ Линди.
   — Почему ты сразу нам не рассказала? — спросила негромким голосом Элания.
   — Я пыталась, но амулет справился, и вы отмахнулись. Тогда вы все были такими подавленными и так старались увести разговор от неприятных тем. А потом… Потом я боялась.
   Это был важный день для нас всех. После услышанного, мы вернулись к обычным повадкам, когда случались подобные неловкие моменты. Перевели разговор на другие темы, обсуждая учебу, тренировки и прочее. Когда Линди немного отошла, то мы закидывали ее аккуратными вопросами. Что она видела, пока путешествовала по миру? Чему научилась и кого повстречала?
   Я вновь задумалась о Риасе, чтобы опять меня разрывали двоякие чувства. Он хороший? Но ведь именно он сегодня выдал Линди с потрохами и даже веселился, принимая подобное за развлечение. Если Линди на него и обиделась, то этого было не видно. А может она, насмотревшись на мужчин с поступками куда хуже, не посчитала, что Риас заслуживает обиды.
   Сегодня тренировка была позже, но даже после нее Кобеан уговорил меня на вечернюю прогулку, пока метель решила поспать, уступая место зимнему, мерцающему затишью.
   — Что произошло у вас сегодня? Я хотел подойти, но боялся, что не сдержусь и затею драку. А зная Солвера, он опять будет использовать все совершенные мной ошибки в свою выгоду.
   — Он просто… Знаешь, это не касается спора с Асель и меня лично, — решила, что этого будет достаточно.
   — Но, он явно что-то затевает, — задумчиво проговаривает Кобеан, аккуратно выбирая, куда поставить ногу при прогулочном шаге.
   Дорожки чистили регулярно, но снег успевал замести их. В этом году очень много снега и ветра, зато зима не такая морозная. Еловые лапы, что редко встречались среди деревьев в парке, тяжело склонились под пушистым слоем снега. Сегодня ветра не было, отчего парк наполнялся каким-то сказочным, спокойным уютом.
   — Иногда мне кажется, что ты слишком переоцениваешь его. Да и зачем ему встревать в мои отношения с Асель?
   — Не в твои и Асель, а в мои и твои. Это же Риас. Я же рассказывал тебе о нем.
   Я только тяжело вздохнула, путаясь еще больше.
   — Ориса, помни главное. Я никогда не сделаю тебе больно, никогда не отвернусь от тебя. Ты обещаешь, что не забудешь об этом? — проговаривает Кобеан, шумно и с силой втягивая зимний воздух и наслаждаясь его свежестью.
   — Хорошо, — улыбаясь соглашаюсь.
   В субботнее утро я уже начинала нервничать. За завтраком я посматривала на Асель. Прошла почти неделя, а девушка ничего не предпринимала. Она должна была уже рвать и метать, пытаясь что-то сделать, но все шло не по плану.
   — Райан, почему? — негромко задавала вопрос герцогу, склоняясь над столом.
   — Я не знаю Асель. С виду капризная девушка. Если бы у меня было больше информации о ней, может я и смог бы разгадать ее стратегию поведения. А так извини, Ори.
   — То есть, если я узнаю о ней больше, то ты поможешь мне в этом пари? — задаю вопрос, надеясь, что из-за нашей дружбы не услышу: «А взамен».
   Но так или иначе услышать эти слова мне было не суждено. Риас громко отодвинул стул рядом со мной и уселся. Внутри все сжалось, похолодело.
   — Линди, как дела? — задал вопрос с заботливой улыбкой Риас.
   — Я не обижусь на тебя, только потому, что мне давно надо было им все рассказать, — ответила девушка, указывая на него вилкой и дружелюбно улыбаясь.
   — Значит, все хорошо закончилось. Я рад, — от души улыбнулся он девушке.
   — Риас, проваливай отсюда! — вскипела Элания.
   — И вправду. Только ссорить и умеешь, — тихо произнесла Киви.
   — Ори, можно я тебя поцелую? — игнорируя всех, без какой-либо насмешки задает вопрос блондин.
   — Да он совсем уже! — возмутился Мони.
   Даже если бы я и хотела ответить, то не могла. Щеки ошпарило, но вместо приятных ощущений было больно от такого отношения ко мне. Он словно воспринимал меня как игрушку. Не считался со мной.
   — Риас, ты переходишь все границы, — слышу твердое от Райана.
   — Да ладно, Райан, у тебя Элания есть, а Ори должна сама уже решать, с кем ей быть. Ты носишься с ней, словно старший братик. А ведь в этом должна же быть причина, — вдруг осенило его, и он даже закусил губу, — Интересно.
   — Риас, тебе пора отсюда. И лучше уходи добровольно, — услышала грозное от Кобеана.
   Он стоял возле нашего стола, сдерживая рвущееся пламя наружу.
   — И что ты сделаешь мне, Дарголийский? — располагаясь на спинке стула спрашивает Риас, — Так боишься, что Ори снова кинет тебя, ради меня? — неприятный смешок.
   Я постаралась подавить внутри всю боль, что нахлынула и сдавила легкие. Значит Риас тоже думает, что мы с Кобеаном пара?
   — У тебя не выйдет вывести меня из себя, Солвер. Сейчас будет все по-другому. Ты слаб. Всегда был слабым. Всего лишь тень Тиретиса, — выговаривал Кобеан, глядя в глаза Риасу.
   — Тогда докажи. Чем ты можешь доказать это? Смотри, даже Ори не может устоять передо мной. Да, милая? — кидает косой взгляд на меня.
   Райан поднялся из-за стола, привлекая внимания всех. Он подошел ко мне, чтобы подать руку.
   — Пойдем отсюда. У нас сегодня работа над сложным артефактом.
   — Дуэль, Риас, — встревает Кобеан, — Магическая дуэль, на которой я покажу твою слабость. Ты всегда был за спиной своего друга, ничего собой не представляя. Без Тиретиса ты слаб.
   — Ты такой правильный и скучный, Кобеан. Поэтому я с радостью надеру тебе зад, — улыбается довольный Риас.
   Глава 15. Осаждение неугомонного. Проигрыши неудачников
   Я пребывала в негодовании, позабыла о романтических чувствах и находилась в встряске и накале эмоций. Сейчас я нервно меряла шагами свою комнату с закрытыми глазами и в пятый раз досчитывала до десяти. …Шесть. Семь. Восемь…
   — Ориса, тебе нужно пойти, — встряла в мой умственный счет Линди.
   — Почему? — не понимала я ее.
   — Это ведь из-за тебя они…, — попыталась по-доброму обвинить меня Киви, но под моим взглядом опустила плечи.
   — Словно два барана, — вызывала у меня любовь к себе Элания, — Что этот блондин не угомонится то? Как жаль, что он не мой подданный, — сжимала она кулачки, а я успокаивалась, смотря на нее.
   — В том году он был спокойнее, — приобнял Мони возлюбленную за опущенные плечи.
   — Мы все равно будем на стадионе во второй половине дня, — не отступал требовательный капитан команды, — А ты, Ори, относись к этому иначе. Они друг друга недолюбливают. Кобеан точно, а Риас, показалось, что он просто тебя ревнует. Так что, дуэль не из-за тебя, а по вине напряженных между ними отношений.
   — Спасибо, — искренне поблагодарила Райана.
   Если исходить из такой логики, то становится проще. Я ведь в очередной раз не предпринимала ничего, чтобы обвинить меня в вражде между ними. Они сами себе что-то надумали, придумали и сейчас собирались устраивать неоправданный мордобой. Волновалась ли я? Да. Как бы не складывалось, но мне была неприятна ситуация. Кобеан не заслуживает всего этого, в силу своего прекрасного воспитания и приятного, мягкого характера, а Риас… Он заслуживал. Вот только я не хотела, чтобы он пострадал.
   Насколько помню, искра огненного принца столь сильна, что ему приходиться даже на третьем курсе посещать занятие «Контроль силы». А Риас, как болван, выводит Кобеана из себя, будто специально. А может специально? Нет. Не самоубийца же он. Скорее опять эта его несдержанность.
   Обед прошел молча. Я ощущала на себе взгляды Асель, но не могла сосредоточиться на девушке. Все мои мысли крутились возле двух парней, которых ко мне тянуло, словно пчел на манящий нектар.
   На стадионе мы начинали тренировку, как обычно в составе шести человек, вместе с Хасиром. Поле замело снегом, поэтому вместо пробежки у нас была другая разминка. Мы очищали площадку, чтобы было где разбежаться.
   Сегодня была тренировка на усвоение и знания стратегий. Хасир отходил на достаточное от нас расстояние и называл наименование нечисти, вместо «старт» и давал нам направление, откуда эта нечисть на нас надвигается. Когда мы слышали, против кого нам предстоит сражаться, то не сговариваясь занимали свои позиции и стойки. Выбор Киви был не очень разнообразным. Она сражалась с мечом в руках и в тяжелой амуниции, и почти всегда ей приходилось находиться впереди. Только при случае, если нечисть из магических, то она отступала, чтобы ее место занял Мони.
   Мони, который успешно набирал вес и наращивал мышцы, постепенно превращался в Мониара. Правда, только внешне, оставаясь все с тем же ребяческим характером внутри. Он был нашим всем. Единственный боевик в нашей команде, который и без того считался чуть ли не калекой среди магов. Маг крови-боевик, с таким набором сильный разгон не возьмешь. Крови не оберешься. Но он ведь не один. За нашей обычно передовой, следовали все остальные скромники. Хотя Райана сложно вписать в наши с Эланией ряды.
   Райан после случая на корабле, обладал искрой с таким потенциалом, что смог бы посоперничать с Кобеаном. Только вот бояться за всплески его силы никому не приходилось. Его магия могла разрушить только оберегающие заклинания, но он не способен лишать ею жизни, как Кобеан. Отсюда, наша команда могла похвастаться наличием лучшего защитника во всей академии.
   Элания обычно находилась рядом с Райаном и реагировала только в случае, когда нежить могла наводить чары, моры и изнурять нас. Тогда магия Элании была как нельзя кстати. В остальное время девушка берегла силы и просто выбирала себе позицию такую, чтобы не мешать союзникам и быть под их защитой.
   Мне вот досталась сложная роль, но я не жаловалась. К магии земли я почти не прибегала, относясь к ней с той же бережностью, как и Элания. Раскидываться силой направои налево в Мертвом лесу, может дорого нам стоить. Я носилась по всей площадке от передовой к тылу, в зависимости откуда надвигается опасность, и стараясь не запутаться в многочисленных кармашках с артефактами. Сложности прибавляло то, что не всегда артефакты были полезны, да и в лесу будет жалко разбрасываться зачастую этим разовым оружием. Какая в этом сложность? Райан решил, что негоже моим навыкам из прошлой жизни отсыпаться в стороне. Поэтому довольно часто, когда речь заходила о проворной быстрой нежити, вроде Таалок, я хваталась за ножи и устремлялась на линию к Киви.
   Наименования сменялись быстро, различно и непредсказуемо, заставляя дергаться, изматываться и физически, и магически, и морально. Но вот второй пункт от меня и Киви можно убрать. Она прибегала к магии, только для зачарования меча, подобно тому, как зачаровывала посох та маленькая девушка. А это не требовало много сил. Я же только вытаскивала артефакты, привыкая к их местоположению, размерам и весу. До активации дело не доходило.
   — А эти какого лешего прутся?! Эй, болван, откуда вся эта толпа и куда? — вместо названия нечисти возмущается Хасир, обращаясь к какому-то парню.
   — Так дуэль же! Посмотреть охота, — улыбается болван улыбкой счастливого зрителя.
   — От же! Бестолочи! — плюет себе под ноги Хасир, — Такой ерундой страдать!
   Тренировка была окончена. Хасир решил не смотреть на бестолковых дуэлянтов и удалился в тепло, прогревать свои кости. Кобеан пришел раньше и находился в компании своих неизменных друзей. Лидан бросал на меня косые, ненавистные взгляды, заставляя мерзко холодеть мою спину. Риас в компании друга пришел позже, прошелся по лицам собравшихся, увидел меня и подмигнул с довольной улыбкой.
   — Начнем! — не выдержал подобного от блондина Кобеан.
   Риас лишь шире улыбнулся, проходя на расчищенную нами территорию, о чем отметила мегера:
   — Это же мы тут все чистили! А они просто воспользуются готовым?! Райан, сделай что-нибудь!
   — Элания, не начинай, — только и произнес наш капитан устало.
   Я не хотела показывать охватившее меня волнение. Я хотела, чтобы Риас проиграл, но не хотела, чтобы проигрыш был болезненным. Хотелось, чтобы все это просто быстрее закончилось.
   Неизвестный парень, явно старшекурсник, прошел на середину поля, чтобы озвучить правила данной дуэли: никакого орудия физического характера, никакого боя на кулаках. Только магия. Потом он отошел, и по мере того, насколько он отходил, вся толпа отходила также. Когда парень решил, что территории освободилось для сражения достаточно, то окликнул Райана с противоположной от нас стороны.
   — Эй, Райан! Заклинание «Барьерная комната Вио» знаешь?
   — Я помогу, — громко ответил, или все же прикрикнул Райан и начал выплетать узор.
   Спустя короткое время зрители были отгорожены защитным барьером, который удерживали Райан и незнакомый защитник, тот самый старшекурсник.
   — Начинайте! — выкрикнул парень, после чего барьер подернулся дымкой, но позже вернул хорошую видимость.
   Что сделал Риас прежде, чем уйти в невидимость? Успокаивающе посмотрел в ту сторону, где стоял Тир, протянув кулак в воздух по направлению к другу. Если честно, то я уже успела насытиться завистью к этой дружбе.
   Кобеан величественно подождал, давая фору противнику, и позволил Риасу уйти в невидимость, после чего осуждающе улыбнулся, покачивая головой. Он уже почти мгновенно выдал знакомое заклинание, хватая его в кулак и ударяя этим огненным кулаком в землю. Красивая огненная волна прошлась по периметру, чтобы удивить. Ничего не произошло. Искры не нашли Риаса. Немного шипящий, холодный шепот смеха, прошелся над стадионом, отдаваясь пугающим эхом.
   — Скучный, предсказуемый Дарголийский, — услышали все.
   Будто всем нам нашептывал Риас это на ухо. Но голос был искажен, какой-то… Как если бы доносился ветром в полной тишине и отдавался эхом. Все мы оглядывались, чтобы убедиться, нет ли блондина за нашими спинами. Особо впечатлительные ежились и нервничали.
   Кобеан зарычал, но не растерялся, начиная выплетать какое-то сложное заклинание.
   — Ну зачем же так радикально? — осудил все тем же шепотом Риас.
   Медленно черное облако разрасталось за спиной Кобеана, заставляя всех напрячься. Кто-то из толпы крикнул предупреждение Кобеану.
   — Не услышит, — высказал Райан, — заклинание только наружу все пропускает. Они сейчас за этим барьером нас не видят и не слышат.
   Риас показался, медленно подкрадываясь со спины к огненному принцу и удерживая в руке сгусток магии, что был формой точно клинок. Я собиралась закрыть глаза, чтобы не видеть лицо Кобеана. Я не хотела знать, какое оно, когда ему больно. Но Кобеан удивил. Он оборвал плетение, когда Риас был в полушаге от его спины, чтобы отпустить рвущийся огонь, который не обжигал своего носителя. Волна магии ударила Риаса, отбрасывая и опрокидывая на спину. Щит темной магии спас от ожогов, но Риаса крепко приложило. У меня перехватило дыхание.
   — Как всегда со спины, Риас? Как всегда, в своем духе. И кто из нас теперь предсказуем?
   Кобеан стал расхаживать по площади. Обходя Риаса, иногда он отступал в сторону, словно гулял. Риас откашлялся, нелегко перевернулся набок. В этот раз облако скрыло его быстрее.
   — Всего лишь тень! И всегда таким будешь! — продолжал выкрикивать Кобеан, — Покажись!
   Риаса долго не было. Не было слышно его шепота. Кобеан продолжал разгуливать зигзагами, утаптывая снег. Я уже начала волноваться, что может выброс силы Кобеана был слишком сильный, и Риас сейчас без сознания в невидимости или еще хуже — ранен. Я чувствовала, что еще немного и ворвусь на эту площадку, буду рыдать и молить остановить эту бессмыслицу, но Риас появился.
   Он был на противоположной стороне от Кобеана и присматривался, будто приравнивался к чему-то. Склонял голову, то вправо, то влево, иногда щурил один глаз, будто в мыслях своих с чем-то был не согласен. Кобеан отчего-то не спешил, встав в одной точке, не двигаясь и ожидая Риаса. Потом Риас отчетливо кивнул, приходя к какому-то согласию с собой.
   Блондин призвал этот странный магический клинок. Он развернулся. Отошел еще дальше и склонился над землей перед разгоном. Он не обошелся без своей ухмылки прежде, чем взять резвый старт. Кобеан собрался, внимательно следя за приближающимся противником. Принц ждал, чтобы выпустить огненный шар почти впритык, но Риас упал на колени, чтобы проехаться по снегу дальше, вплотную к Кобеану. Кажется, принц не ожидал такого маневра, потому что сделал пару шагов назад, неверующе глядя. Риас пользуясь замешательством, приблизился приподнимаясь, и всадил клинок принцу над коленом. Кобеан зарычалуже от боли, я дернулась, но была остановлена Мони, который принял приказ от Райана, удерживать меня. Но Кобеан не сдался. Он через боль победно ответил улыбкой Риасу. Земля, где наворачивал круги принц раскалилась, оплавляясь и образуя рисунок. Риас попытался отскочить, но было поздно, Кобеан сжимал кулак, поднимая его выше и напитывая рисунок силой. Клинок Риаса растворился, он упал на бок, и болезненный стон огласил замолчавших зрителей. Он стиснул зубы, ворочаясь и изгибаясь в агонии.
   — Мони держи ее крепче, — слышу голос Райана и мне не дают прорваться.
   В висках стучит и меня трясет. Я вижу, что Кобеан опустил руку, Риас лежал на спине, согнув ноги в коленях и сжимал ткань куртки на своей груди.
   — Ты всегда был слабым Риас. И всегда мне не нравился. Ты опять проиграл, — услышала я прежде, чем Райан снял барьер и обнял меня, закрывая обзор на Риаса.
   — Пойдем, Ориса. Тут нам больше нечего делать. Пойдем.
   В комнате я отказывалась от успокоительного, которым меня пичкала Элания. Я хотела видеть обоих парней, но одновременно не хотела их видеть.
   — Это все, потому что вы, девушки, с неправильной логикой! — своеобразно поддерживал меня Мони.
   — Я просто хочу знать, все ли у них хорошо! Но видеть не хочу, — оправдывалась я.
   Дверь открылась, чтобы впустить Линди. Я уставилась на нее в требовательном ожидании.
   — С ним все нормально, Ори, — по-настоящему успокоила меня Линди, — Все о тебе спрашивает. Не волновалась ли ты сильно, и все ли у тебя хорошо.
   — А раньше он чем думал? — задала правильный вопрос Элания, — Это у нас то, у девушек, логика неправильная? — уже адресовала Мони.
   — Опять из-за Риаса поругаемся, — обреченно бормотала Киви.
   — Нам всем пора отдыхать, — заключил Райан.
   Никто не смел противиться его слову. На ужин никто тоже идти не захотел. Когда мы остались с Линди наедине, я пошла отлеживаться в горячей воде, пытаясь отходить от стресса.
   — Я не просто влюбилась, — тихо вела разговор сама с собой, — Я люблю его.
   Мне не хотелось плакать, но тоска плескалась в душе. Как так вышло, что все вот так? Сначала он любит меня, а я его терпеть не могу. Теперь… Я люблю его, а он ненавидит меня.
   Стук в дверь.
   — Ори, к тебе Асель пришла. Я… Ори, она просит передать тебе, что ты проиграла.
   Внутри все обрывается. Когда? Неужели? Кобеан не мог.
   Я надела халат на голое тело, чтобы сэкономить время и выбежала в коридор. Напротив, двери огненного принца стояла Асель. Дверь открылась и оттуда была протянута рука принца. Я не понимала. Это было не страшно. Это было ошеломляюще и неправильно. Он обещал! Он…
   — Кобеан! — не сдержалась я.
   Принц вышел в коридор, чтобы приобнять Асель и посмотреть на меня так, будто я была для него прилипалой. Я подошла ближе, чтобы не кричать.
   — Я же говорила тебе, Коби…, — слышу от Асель.
   — Не переживай, моя прекрасная, я все улажу, — доносится от Кобеана, но адресуется не мне.
   Принц поднимает на меня тяжелый взгляд, и я понимаю, что он трезвый. Он опоен? Нет, тогда бы он был более несобранный. А от зачарования он был бы слишком агрессивен. Тогда что?
   — Ориса, я…, — пытается оправдываться Кобеан, отводя виноватый взгляд, — Если честно то, когда узнал правду о тебе. Ты не подходишь мне, Ори. Оставь меня в покое, пожалуйста, — были его последние слова прежде, чем он склонился за поцелуем к красавице.
   Паре было не до смущения и не до меня. Это был не тот романтичный Кобеан, которого я знала. С Асель он вел себя уверенней и это было мне неприятно. Неприятно смотреть на это.
   — Я скучал, Асель, — произносит тихо, но потом хмурится и окидывает меня осуждающим взглядом.
   Он хочет, чтобы я ушла. Кому я верила все это время? Не было ярости и ревности. Я развернулась, чтобы пройти к себе, когда соседская дверь напротив распахнулась. Тиретис куда-то уходил, он окинул меня равнодушным взглядом, чтобы потом перевести этот же взгляд на пару в конце коридора. У него не было никаких эмоций на лице, он сделал пару шагов, но из комнаты выбежал Риас.
   — Ты забыл, — отдает он какой-то конверт Тиретису, — До завтра! — улыбается, засовывая руки в карманы.
   Ледяной принц кивает ему в ответ. Риас разворачивается, пробегает быстрым взглядом по мне, но останавливает взгляд в конце коридора. Его глаза широко округляются, и он быстро переводит внимание на меня.
   — Ори, ты… С тобой все хорошо, Ори? — волнуется он.
   Я на негнущихся ногах прохожу к себе в комнату, где ко мне подскакивает Линди. Она спрашивает, что произошло и почему Асель победила? Но, я хочу побыть одна.
   — Все хорошо, Линди, — нахожу в себе силы улыбнуться, чтобы она успокоилась, — Тогда я, пожалуй, тоже хочу поваляться в горячей воде, — прекрасно все понимает подруга.
   Я сажусь на кровать, не понимая своих чувств. Я доверяла Кобеану. Он обещал. Он всегда был заботлив и вежлив. Но только со мной… Помнишь, Ори, как он был жесток с Риасом? А когда-то винил Райана. Он осуждал Эланию, говоря, что она ядовитая и не стоит моего внимания. Лицемерный Кобеан! Я стала ему не нужна, как Ориса Дезант. Не понимаютолько, почему он тянул так долго? Зачем говорил об обратном? Больно и гадко на душе. И это он еще говорил, что Риас плохой.
   Риас. От воспоминания о нем, в душе опять все подернулось. Он волновался. Весь этот день он будто пытался наладить со мной отношения. Просто… по-своему. Он ведь всегда такой. Неправильный и неадекватный. Я закрываю глаза, чтобы снова увидеть, как Кобеан возвышается над страдающим в агонии Риасом. Кобеан, что сейчас ликует, нежась в объятиях первой красавицы академии. А Риас в одиночестве. Тиретис ушел и не вернется до завтра. Какого Риасу быть одному? Он же всегда жаждет внимания и общения. Это задевает.
   «Ори, ты просто ищешь причины и оправдания», — шепчет мне вторая Ориса. Та, что на стороне Риаса.
   — Я больше не буду сдерживаться, — бормочу себе.
   Я поднялась, распахивая ворот махрового халата. Проверяю отсутствие кулонов, что сняла перед ванной. Закрываю глаза и отгоняю мысли, что отговаривают и просят не делать глупостей. Хватит, Ори!
   Соседская дверь, как всегда гостеприимна. Риас стоял, облокотившись на стол напротив двери и хмурился, изучая бумаги. Он не услышал меня, увидел краем глаза. Он поднял на меня удивленный взгляд.
   — Ори, ты…?
   — Молчи, Риас, — уже я прошу о такой просьбе.
   Он не ожидал моих рук на своей талии. Листы посыпались на пол, шелестя, но нам все равно. Я тянусь одной рукой к его лицу, ласково провожу кончиками пальцев по щеке, чтобы направить руку дальше к волосам и закопаться. Они приятны на ощупь. Шелковые. Я зарываюсь в них, и склоняю Риаса к поцелую. Он смотрит неотрывно, непонимающе. Не сопротивляется, но и не помогает мне. Тянусь, чтобы ощутить губами его мягкие губы. Слабое, еле ощутимое движение от него навстречу. Такое осторожное, будто не понимает, чего я хочу. А может и вправду, не понимает?
   — Риас, — тихо выдыхаю, прерывая легкий поцелуй, — На мне нет защиты. Я без кулонов. Пожалуйста, Риас, не гони меня, — я закрываю глаза, от страха и немного от стыда.
   Он молчал, все громче и громче дыша. Он молчал, а у меня в груди все сжималось. Рука стискивает ткань его рубашки.
   — Боги, Ори, — услышала я прежде, чем его руки заскользили по моей талии.
   Его губы накрыли мои в жадном порыве, языки переплелись. Новый уверенный поцелуй вскружил голову, выбивая все мысли и переживания. Сильные руки прижимали к себе, блуждая на моей спине. Вызывая дрожь в теле и сбивчивое дыхание. Он оторвался от поцелуя, чтобы продолжить его, прокладывая дорожку от подбородка по шее к ключицам, вынуждая запрокинуть голову назад. Не удается сдержать стона при вздохе.
   — Ори, — шепчет Риас, отрываясь и заглядывая в мои опьяненные желанием глаза.
   Его руки отпустили из объятий. Я теряюсь, пугаюсь, но уже успокаиваюсь. Риас медленно развязывает халат, чтобы после аккуратно обхватить мой овал лица.
   — Если что-то… Скажи мне, Ори, — прошептал Риас, внимательно вглядываясь в мое лицо, — Только скажи.
   Мне не нужны слова, я тянусь к нему, давая негласное согласие. Риас делает громкий вздох, чтобы снова наградить меня сладким поцелуем. Желанным, любимым.
   Его рука скользит по животу, вынуждая задержать дыхание и приостановить поцелуй, но Риас тянется губами следом, не давая перерыва. Его руки скользят от живота к плечам, задевают упругую грудь, вызывая мой резкий вздох. Он снова останавливается, чтобы убедиться, что не причинил мне вреда. Ему страшно, замечаю. Хочу ответить, что все хорошо, но голос предательски покинул меня.
   Внимательно вглядываясь в мое лицо, он скидывает халат, убеждаясь, что я все еще не против. Взгляд медленно опускается, чтобы вызвать у него судорожное дыхание. Он смотрит так, будто видит не женское нагое тело, а нечто недостижимое. Совершенное. Глаза, наполненные мольбой, возвращаются к моему лицу, руки скользят от бедер выше, чтобы оказаться за спиной. Обхватить, отчаянно прижать, убедиться, что все не сон.
   — Я буду аккуратным, — обещает он, прежде чем накрывает губы в новом поцелуе.
   Он двигается, заставляя отступать. Шаг, два, три… Я упираюсь ногами в кровать. Риас отрывается от поцелуя, но не сводит опьяненных глаз с моих губ, тяжело дыша.
   — Ты поможешь мне, Ори? — понимаю, что речь об одежде.
   Руки дрожат. Я вся дрожу, но не от холода. Я не справляюсь с первой пуговицей. Не могу. Голова кружится.
   — Я сам, милая, — успокаивает коротким поцелуем.
   Нетерпеливо снимает рубашку, возвращаясь к поцелую. Когда освободился от остального не замечаю. Не замечаю, как оказалась прижата спиной к холодной простыне. Риас нависает сверху, убеждаясь, что я все еще не против. Аккуратный поцелуй, медленный, нежный, тягучий. Мои руки тянуться к его шее.
   — Скажи, если не так, — просит тихо.
   Горячая рука скользит от живота вниз к бедрам. И дальше. Я выгибаюсь навстречу. Я не могу говорить. Только стонать. Закрываю глаза, но сразу открываю их. Я хочу видеть его. Он растерян. Почему?
   — Ты совершенна, — шепчет мне, возобновляя свой порыв.
   Он не сдерживался больше, но был аккуратным. Был ненасытным, но всегда молил сказать, если что-то мне не понравится. Эта ночь никогда не будет забыта. Уже за полночь, я лежала на боку спиной к Риасу. Он прижимал меня к себе, приподнимаясь, чтобы покрывать нежными поцелуями шею и плечи. В перерывах он часто шептал: «Спасибо».
   Глава 16. Примирение строптивых
   Утро выдалось солнечным. Его лучи мягко освещали соседскую комнату. Мой халат валялся в центре, рядом раскиданы листы явно какого-то документа, одежда Риаса скомкано валялась кучей возле кровати. Я проснулась уже пару часов назад, находясь в том же положении, как и засыпала. Риас не выпустил меня из объятий, негромко посапывая мне в затылок. Боясь пошевелиться, чтобы не потревожить его сон, я мелко дрожала, закусив губу. Мысли стройным хороводом, пробудившиеся под давлением трезвого разума, обвиняли меня в содеянной глупости.
   С Кобеаном явно было что-то не так. Его подставили, но когда и как? Что с ним сделала Асель?
   И Риас. Я не жалела о случившемся, давая себе наставление не забывать ничего из произошедшего. Запомнить все до мелочи, все касания его нежных рук. Не забывать щедрые стоны парня, наполненные наслаждением. Не забывать. Я готовилась, к тому, что после пробуждения мы придем к чему-то плохому. К тому, что снова поселит неизгладимую тоску и будет заставлять сжиматься до боли мои легкие.
   Стук в дверь раздался в хрупкой тишине, заставляя меня сжаться и подтянуть одеяло выше. Риас дернулся, приходя в резкое пробуждение и приподнимаясь на локте. Я зажмурилась, боясь увидеть его насмешку.
   — Солвер, немедленно открой дверь! — слышу нетерпеливый голос Кобеана.
   — Какого черта? Так быстро? — слышу негромкое возмущение блондина.
   Дыхание сбилось, я распахнула глаза, теряясь в многочисленных догадках, но все они сводились к одному. У Асель был сообщник.
   — Я выбью ее, если ты не откроешь!
   — Она всегда открыта, Дарголийский, — слышу недовольное от Риаса.
   Я дернулась, порываясь успеть соскочить и добраться до халата, чтобы покинуть этих двух идиотов. Но Риас помешал, притягивая меня к себе вплотную и вглядываясь изумленно-осуждающе в мое лицо. Дверь открылась, но Кобеан зашедший в комнату побледнел и не смог сделать больше, чем два шага. Дверь за ним медленно закрылась. Он долго стоял молча, разглядывая нас, потом окинул понимающим взглядом комнату и тяжело вздохнул.
   — Если ты налюбовался, то закрой дверь с наружной стороны.
   — Мы проиграли им, Ори, — тихо сказал огненный принц, развевая мои сомнения в причастности Риаса.
   Он не смотрел на нас, только постоял немного глядя на мой халат, чтобы уверено шагнуть к двери. Замок сработал, но не остановил принца. Он призвал к магии почти сразу, как осознал, что удерживает дверь, и просто сплавил внутренний замок, не повреждая остального.
   — Твою ж, Дарголийский! — возмутился Риас, — Опять с замком возиться, — пояснил, но дверь уже закрылась, оставляя нас наедине.
   Я постаралась выпутаться и подняться, чтобы уйти от Риаса, как можно дальше.
   — Ты куда собралась? — слышу наполненное возмущением.
   — Риас, отпусти, — говорю дрогнувшим голосом.
   Сама виновата. Ведь вчера сама сделала свой выбор. Я же чувствовала, что что-то не так. Но, так хотелось верить в сказку.
   — Ори, ты боишься? — неуверенно спрашивает Риас, — Твое сердце так быстро бьется. Ори, ты чего? — действительно не понимал блондин.
   — Риас, ты… Ты использовал меня, — слез не было, было самобичевание.
   — Послушай, Ори, — устраивает меня Риас на спину, чтобы надавить своим телом сверху, не позволяя встать, — Я не хотел, чтобы все зашло так далеко. То есть, хотел. Конечно же, хотел! Боги, Ори, да я только мечтать о подобном и мог! Но не должно было вчера так быть, понимаешь? Ты все сделала неправильно. Не так должно было быть. Ори, ты… Вообще, это ты виновата, поэтому не смотри на меня так! Ты же первая начала. Ты стерла все правила. А если ты не придерживаешься их, то почему я должен был? Ты поступила подло и не честно! И я… Ори, я не могу отпустить тебя, — закончил он, утыкаясь лбом в мое плечо.
   Будто ледяной водой окатило меня, и я задрожала сильнее. Я люблю его, не смотря на всю черноту его души. Риас, будто прочел мои мысли.
   — Ори, дай мне шанс, — негромко проговорил он, заставляя мое сердце биться еще чаще и возрождая надежду, что все будет хорошо.
   Мы ведь справимся. Сотрем все недопонимания и сможем наладить былую легкость отношений? Или он снова играет со мной?
   — Я хочу знать все, — негромко потребовала.
   — Конечно, — легко соглашается Риас и располагается на боку, подтягивая меня к себе, — С чего же начать? — он суетливо гладит мою руку.
   — Давай, я помогу, — негромко предлагаю, собирая все силы.
   От нашего разговора многое зависит, поэтому лучше все взять в свои руки.
   — Ну… давай, — немного сомневается Риас.
   — Как давно ты ведешь эту игру, Риас? — спрашиваю твердо.
   Спрашиваю твердо, но каких сил мне это стоит? Я же чувствую, что Риас тоже еле сдерживается.
   — Ты сейчас о чем? О зачаровании Дарголийского? Не надо так волноваться, Ори. Это… Знаешь, я тогда в столовой чуть не умер. Думал, что сердце не выдержит вашего издевательства. Смотреть больше не мог на вас, но отвести взгляд тоже не получалось. А потом прижал Асель. Она знаешь… С ней можно договориться, поэтому она быстро выложила вашу эту глупую затею. Я не мог не вмешаться.
   Я лежала, заключенная в его объятиях с закрытыми глазами и упираясь лбом в его грудь. Больно от его слов было уже совсем немного. Больше было любопытно. Я слушала внимательно, стараясь даже не двигаться лишний раз.
   — Сначала думали, что воспользуемся чем-то обычным, но твой герцог… Знаешь, Ори, он у тебя слишком много видит. Нита вспомнила об одном древнем заклинании. Ты знаешь, она хоть и молодая девчонка, но толковая. Все же не зря уже на третьем курсе, и даже на практику с нами попала. Это было не очень приятно. Там… В общем она использовала кровь Асель, насыщая своей кровью… Короче, там все завязано на крови, кроме меня. Заклинание надо было впустить в мою искру. Это мерзко, Ори. И действовать нужно было быстро. Мне нужно было успеть.
   — И ты спровоцировал Кобеана на дуэль?
   — Он так легко повелся. Он всегда был вспыльчивым.
   — Ты тоже, — негромко замечаю и кладу руку на его грудь.
   Пальцем провожу дорожку ниже, ниже, еще. Останавливаю руку, даю ему передышку.
   — Я не…, — тяжелое дыхание перебивает его не высказанное опровержение, — Я хотел победить там. Но основная цель так затуманила голову, что я даже не обратил внимание, что Кобеан разгуливает. Он же стихийник! — тихо возмущается Риас, — Вам свойственно стоять на одном месте, а он… Вот черт! Ори, знаешь, было так больно тогда.
   — Ты заслужил, — не собираюсь жалеть парня, и моя рука проскальзывает ему за спину, чтобы я могла плотно прижаться к нему.
   — Ори, я так не смогу рассказать тебе все…
   — Лучше ответь мне на вопрос, Риас, — тихо прошу, заглядывая ему в глаза.
   — Ты же помнишь. Любые вопросы, Ори, — быстро проговаривает.
   — Значит, мы с тобой? Ничего не изменилось? — мне не удалось скрыть волнение в голосе.
   — Ты серьезно? — изумляется он, — Ты… Знаешь что, Ори? Я скажу это только раз, хорошо? Поэтому слушай очень внимательно, — он набирает воздуха в грудь, — Я люблю тебя, — спускает все барьеры между нами Риас.
   Я тянусь за поцелуем. Сейчас он отвечает уже без сомнений. Он уже знает, какие ласки мне по душе. Его рука слегка сжимает мою ягодицу. Я прикусываю его губу в отместку. Слышу несдержанный стон, он хочет опрокинуть меня на спину. Но нет. Сегодня все будет иначе. Сегодня я буду Орисой Дезант. Он останавливается, вопросительно глядя на меня. Я улыбаюсь коварной улыбкой, опрокидывая на спину уже его. Ловлю его улыбку предвкушения в ответ.
   Склоняюсь над ним для поцелуя, чтобы подразнить. Я быстро лизнула его губы и отстранилась. Взгляд Риаса темнеет, а я не сдерживаюсь, чтобы не поцеловать его в шею. Легкий укус за тонкую кожу, чтобы вызвать рычание у любимого парня.
   Он не стал терпеть издевательств, умело направляя меня так как было нужно ему, но не забывая о моих желаниях.
   Утро было таким же насыщенным и замечательным, как и прошедшая ночь. Уже позже, мы спешно посетили ванную, приводя себя в порядок.
   — Риас, — обращаюсь, завязывая халат в комнате, — Я не знаю, что сказать Линди. Меня же всю ночь не было.
   — Ничего не надо говорить, — показался парень из дверей ванной комнаты, вытаскивая зубную щетку из рта, — Она заходила еще на рассвете. Испугалась, что ты пропала, но увидела у меня и ушла.
   — Ох, — закрываю лицо руками, — Она же все расскажет остальным, — мне не удается сдержать мучительный стон.
   — И? Ты что, собиралась держать наши отношения в секрете? Брось, Ори, — облокачивается о дверной косяк плечом, — Мы с тобой опоздаем на завтрак, если ты сейчас не пойдешь одеваться.
   — Ты хочешь пойти в столовую вместе? — возмущаюсь я, представляя лица ребят.
   — Конечно, — нахмурился Риас, — Мы же… Ты моя девушка, Ори! Так что, привыкай.
   С этими словами он вернулся к процессу чистки зубов и ушел в ванную, а я отправилась в комнату, надеясь, что Линди там уже нет.
   Сожалела ли я о Кобеане? Немного. Но только потому, что осознавала, как сильно он меня любит. Тогда, когда магия Риаса пронзила ногу принца в одну из артерий, заклинание маленькой девушки с посохом сработало. Отравленная кровь Асель быстро достигла сердце Кобеана, чтобы пробудь в нем забытые чувства к девушке и выкинуть из него чувства ко мне. Вчера я видела принца таким, как если бы мы были посторонними друг другу людьми, а он действительно любил Асель. Заклинание должно было продержаться неделю. Неделю, за которую я должна была возненавидеть принца и снова довериться Риасу. Но, как сказал Риас, я поступила наперекор плану. Да и их с Асель расчеты все равно были обречены на провал. Огонь Кобеана выжег заразу всего за одну ночь.
   Я не могла злиться на Риаса. На что я бы пошла, если бы он был у меня на глазах с другой девушкой? А еще я осознала, как ему было больно, когда он узнал, что я лгала ему. Я на своем опыте прочувствовала боль от обмана и предательства. За этот урок я даже была ему благодарна.
   — Ты идешь? — по обыкновению без стука зашел ко мне в комнату Риас.
   — Да, только…
   Я поискала глазами свои кулоны. Притронулась к подарку огненного принца и закусила губу. Риас подошел сзади, заглядывая через плечо на стол.
   — Эту дрянную штуку не надевай! — указательный палец Риаса уперся в красный маленький цветок.
   Я подхватила кулон Бриджа, но Риас перехватил, отобрал и принялся сам надевать его.
   — Расскажешь мне о ценности этой вещицы? — задает вопрос, застегивая цепочку.
   — Да, — уверенно заявляю, — Теперь, я все расскажу тебе.
   До столовой мы шли неспешно, хоть и могли остаться без завтрака. «Но, Лива меня покормит», — успокаивала мысль. Я рассказывала о происшествии на корабле, где получила искру. Риас обнимал меня за талию, внимательно слушая и вглядываясь в мое лицо.
   Внутрь вошли, чтобы заглушить все звуки, до негромкого постукивания и шепотков. Риас провел меня к моему столу. На удивление Тиретис был уже в столовой, повесив свое пальто на спинку стула и внимательно следил за нами.
   — Я не хочу тебя обвинять, Ори, но…, — начала Элания.
   — Не обвиняй, — перебил ее Риас, — Обвиняй меня, ясно? Не ее.
   Он под внимательными взглядами отодвинул стул, пробежался по подносу с едой, что стоял, ожидая меня.
   — Райан, — обратился к герцогу, — Ты научишь меня всему этому? — указал на поднос, — Я знаешь, завидую тебе, что ты так много о ней знаешь. И вообще я скоро, — наклонился ко мне Риас, когда я уселась, чмокнул меня в щеку и быстро направился к Тиретису.
   — Ори, ты… — начал Мони, перебивая Киви, которая тоже хотела что-то сказать.
   — Им будет хорошо вместе, — перебила в итоге всех Линди, — Вот увидите. Они будут счастливы.
   Тепло и благодарность за подобное предречение разлилось в душе.
   — Но это же уже слишком! Райан, ты это видишь? — взрывается Элания, и я даже хмурюсь, не понимая, почему девушка так против моего будущего счастья.
   Но. Слышу, как отодвигается стул сбоку и смотрю, как на стул возле Райана вешается пальто Тиретиса.
   — Почему ты еще не кушаешь, Ори? — интересуется Риас, отламывая кусочек творожной запеканки с моей тарелки, — Не смотри так на меня, а то мне кусок в горло не полезет.
   — Вы тут не к месту, — ровно высказал Райан.
   — Почему? — встрял Тиретис, чем удивил всех за столом, — Посекретничать вы всегда сможете и в своих комнатах, а в столовой мы не помешаем вам. Приятного аппетита, — произнес ледышка и приступил к своему завтраку.
   Молчание было затяжным. Мы как-то не очень справлялись со своими порциями, не ощущая этого приятного аппетита, что пожелал всем принц. Может оттого, что пожелание было таким же холодным, как и Тиретис.
   — Черт, надоели! — первый не выдержал Риас.
   Он отложил вилку, отхлебнул чая и положил руку на мою ногу, откидываясь на спинку своего стула.
   — Слушайте и не перебивайте. Особенно ты, Террийская, — с вызовом глянул на принцессу, — Я не буду оправдываться и просить прощения. А еще не буду отрицать, что не все из вас мне нравятся. Элания, Райан и… Элания. Вы меня напрягается, потому что ты принцесса со своим характером утрешь даже язву Асель, а ты…, — переводит он настороженный взгляд на Райана, — У тебя… Ты вообще меня пугаешь, Райан. Это если о негативе.
   Пока он говорил, Тиретис невозмутимо ел. Иногда, окидывая любопытным взглядом всех поочередно.
   — О позитивном. Об этом говорить проще. Линди, — щедрая улыбка расползается на лице блондина, — Ты знаешь, как я к тебе отношусь. А вот Мони и Киви не знают. Но вы мне нравитесь! Я вообще неравнодушен к простым и открытым людям, — высказал так радушно, что Мони даже побледнел от испуга.
   — Ты сейчас так издеваешься? — нахмурилась Киви.
   — Обидно, однако, — заявил Риас, — Я тут пытаюсь контакт установить, острые углы сгладить, а они не верят мне. Тир, помоги, — просит, заглядывая тому в глаза.
   Принц тяжело вздыхает, запивая чаем свой бутерброд. Потом не спеша обтирает губы салфеткой и, по примеру друга, откидывается на спинку стула. Его обвиняющий взгляд почему-то устремляется на меня.
   — Я думаю, нам придется поладить, — проговаривает немного обреченно принц.
   — Нестаргонский, ты идешь на поводу своего дружка? — возмущается Элания, морща носик.
   — Элания, ты, как раз-таки, мне всегда была симпатична, — говорит Тиретис, чем привлекает изучающий взгляд Райана, — Поверь мне, сопротивляться смысла не имеет.
   Глава 17. Обиженный пес
   — Ори, ну, еще немного, пожалуйста, — упрашивал меня Риас, задерживая перед тренировкой.
   — Меня Райан убьет, — пытаюсь выкрутиться из объятий неугомонного.
   — Вот же… Почему он такой, Ори? Он же вас сам до смерти загоняет так, что для нечисти в лесу ничего не останется! — все же выпускает меня Риас.
   — Он просто сильно волнуется за нас. И это хорошо, Риас. Все, я пошла.
   Быстро выхожу из его комнаты, накидывая на себя зимнее пальто и спешно устремляясь на выход из корпуса.
   — Подожди! — доносится голос моего парня.
   Да что же он так? Но довольную улыбку трудно сдержать. Я уже не помню, когда он оставлял меня в одиночестве надолго. Только во время учебы. Только тогда, он привычно находился возле своего холодного или уже прохладного друга, а после. После Риас кружил уже вокруг меня. Но, как ни крути, мне было до безумия приятно это внимание, хотьи непривычно.
   — Я провожу тебя, — одевал на ходу свою светлую, короткую куртку Риас.
   — А где Нестаргонский? — задаю любопытный вопрос.
   — У Асель. Ему завидно, что у нас с тобой все хорошо, — широко улыбаясь, хвастается Риас.
   — Давно хотела спросить…
   — Задавай, — легко соглашается отвечать на все вопросы Риас.
   — Почему он с Асель, если любит Лиетту?
   Риас свел брови вместе в удивлении, будто я спросила несуразицу. Потом заметно вздохнул, перемещаясь с правого моего бока на левую сторону, и приобнял за талию.
   — Ори, это же сложно…, — аккуратно подбирает слова Риас, — Он молодой, здоровый парень и… Он же не принимал обет воздержания, а с Лиеттой они увидятся только летом после практики. Ты понимаешь, как это долго?
   — Нет, — честно ответила я, — Сложно понять его и Асель. Асель тем более.
   Риас тяжело выдыхает и уже переходит на другую сторону, обнимая меня с правой стороны.
   — Не осуждай ее. Она, конечно, заслуживает… Знаешь, вот смотри. Она не может удовлетвориться только Кобеаном. Не знаю, что он там из себя представляет. Не пробовал и… У вас же с ним точно ничего не было?
   — Риас, — устало, укоризненно и медленно произношу его имя.
   — Смотри мне, Ори, — бормочет негромко Риас, — А Асель. Она свободных нравов девушка. А парни — это парни. Красивая девушка поманила и нам сложно устоять. Тир… В общем ты меня поняла.
   — А ты? — вырывается у меня.
   Я замечаю, что мы свернули с траектории дороги к стадиону, но не хочу переводить тему разговора, поэтому просто ожидаю, куда приведет меня Риас.
   — А что я? — смотрит пытливо.
   — Риас, ты тоже поведешься, если тебя пальчиком приманят? — спрашиваю и понимаю, что от представленной картины хмурюсь. Внутри неприятно разрастается ревность к неизвестным девушкам.
   — Знаешь, Ори, — говорит он, когда мы подходим к заброшенному фонтану, — Я же вас девушек неплохо понимаю. Ты только не смейся, ладно? — переводит на меня обеспокоенный взгляд Риас, — Я же демоницей одержим был. После тех мыслей, что я слышал в своей голове от нее, ваши поступки легче читаются. Если тебя беспокоит вопрос о моем мужском эго, то в заведение у Ларри…
   — Нет! — поспешно обрываю его рассказ, совсем не желая слышать об этом заведении, — Риас, хочу убедиться, что ты не просто так со мной. Что ты меня потом не оставишь ради…
   — Вот же, глупая.
   С этими словами Риас хватает меня за талию, ставит на бортик фонтана и поднимает глаза, чтобы видеть мое лицо.
   — Я же уже говорил тебе, что мы вместе на всю жизнь, — говорит Риас, то что никогда не говорил, вызывая трепет и тепло в душе.
   А еще я понимаю, что скоро задохнусь от счастья.
   — В первый раз слышу, — сообщаю с улыбкой, ни разу не солгав.
   — Я же признавался тебе в любви! — возмущается Риас так, будто это и есть слова «на всю жизнь вместе».
   Я вглядываюсь в его яркие глаза и понимаю: он действительно верит в то, что будет любить меня всю жизнь. Улыбнулся, обнял меня и уткнулся головой в мою грудь, я по обыкновению пользуюсь представившемся случаем, чтобы закопать свои руки в его волосы.
   — Риас, — негромко обращаюсь, пропуская короткие прядки его волос через пальцы, — Мне на тренировку надо.
   — Мм… Не хочу отпускать, — упирается он.
   — Давай так. Ты меня дальше проведешь, а заодно скажешь мне, что нам с Райаном ожидать.
   Он нехотя отстраняется, все также подхватывает за талию, чтобы спустить с бортика на землю и уже идет, держа меня за ладонь.
   — Что тебя интересует, Ори? — его улыбка немного меркнет, начиная этот разговор.
   — Если ты сейчас говоришь, что мы будем вместе… То, что с нашими именами?
   — Сейчас подготавливаются новые бланки, все формальности мы с Тиром уже решили. Я же не отпущу тебя, Ори. А Райан… Вы же что-то скрываете с ним. Такая привязанность и на пустом месте. Ори, ты же не будешь лгать мне снова?
   — Не буду, — уверено заявляю, — Но и не расскажу ничего. Это не моя тайна Риас. И меня она не касается.
   — Но тайна все же есть…
   — Риас, я не могу, — грустно признаю, что не признаюсь.
   — Хорошо, — громко вздыхая, вдруг соглашается Риас, — Я сам узнаю.
   После тренировки я возвращалась в свой корпус в одиночестве. Последние морозы, перед началом первого весеннего тепла, по обыкновению были крепки. На улице давно стемнело, а свет в окнах корпуса горел, хорошо если, через одно. «Даже ужин пропустили», — посетила меня грустная мысль. Из-за того, что Риас все оттягивал время, чтобы отпустить меня, то и тренировку начали довольно поздно. Райан с Эланией предлагали проводить меня, но я видела, что изнуренная тренировками принцесса, уже не согревалась от своего магического огня. Не хватало, чтоб она еще заболела.
   Свет в холле не горел, но это не было удивительно. Если на первом этаже никто не сидел, то фонари гасили, чтобы не тратить магию зря. А в зимние холодные дни тут было прохладно для посиделок. Двери за день часто открываются, выпуская тепло и впуская морозную свежесть. Только скупой свет от лестницы второго этажа освещал мне путь. Я успела сильно замерзнуть, поэтому уверено и спешно направлялась на свой этаж, мечтая понежится в горячей воде, прежде чем пойти спать.
   Я уже делала шаг на первую ступень лестницы, когда запястье больно обхватили, сжимая так сильно, что сразу выдавало недоброжелательность неизвестного. От неожиданности и страха пытаюсь совершить верный разворот, вывернуть руку из захвата и ударить локтем в предположительно лицо противника. Попадаю, он не успевает уклониться.
   — Стерва! — гнусавит через разбитый нос незнакомый мне парень.
   Все внимание на противника. Я делаю осторожный шаг назад, не сводя с него взгляда. Драка мне не нужна, враги тем более. Возможно, этот тип просто опознался в этом почти мраке, но даже если так, то никакая девушка не заслуживает такого отношения к себе. Сжимаю кулаки, прокручивая в мозгах, что делать с парнем и стоит ли сообщать о нем преподавательскому составу.
   — Кидай сеть и безмолвие, — доносится сзади из темноты, и я не успеваю даже развернуться.
   Лидан быстро оказался позади, пока меня ослабил каким-то заклинанием третий сообщник. «Воздушник» —, узнала я стихию. Трое слишком много и все слишком неожиданно. Не справляюсь. Огненный друг Кобеана обхватил меня, чтобы сжать запястья рук и свести их вместе.
   — Давай связывай уже! — шипит Лидан, пока я пытаюсь прийти в себя и начинаю постепенно сопротивляться.
   Еще немного и я смогу применить правильный прием, чтобы вырваться. Тот, что с разбитым носом подходит ко мне и начинает выплетать узор заклинания.
   — Дэнни, она тебе даже помогла. Нос разбила! — посмеивается маг-воздушник.
   Этого воздушника я видела часто, потому что он с моего курса, но имени никогда не узнавала.
   — Заткнись. Нашел над чем ржать! — выдает фразу Дэнни.
   — Лидан, что ты делаешь?! — наконец-то, слабо, но могу говорить. Еще немного и заклинание отпустит, тогда вообще закричу.
   — Обнови заклинания! — вместо ответа мне, обращается к воздушнику, — И усиль еще на пару оборотов.
   — Она же сознание потерять может! Кому интересна бессознательная девчонка?! — громким шепотом возмущался воздушник, но приказ выполнил.
   Как раз в этот же момент маг крови-зачарователь закончил плетение своего сложного заклинания. Он подпитал его кровью со своей руки, которой вытирал драгоценную жидкость с лица. Приблизил плетение к моим сведенным запястьям, и я поняла, что пропала. Не знаю, какое из заклинаний сработало и как, могла только предполагать. И без того вялое тело, совсем обмякло, я бы упала, но крепкая широкая грудь Лидана не позволила.
   — А теперь пойдем, Кениар, — зашептал с угрозой и предвкушением Лидан, взваливая меня на плечо.
   Уже отходя в темноту, я заметила движение на лестнице. Девушка, подсматривала за происходящим широко раскрытыми глазами, кусая свою руку, чтобы не издать ни звука. Надежда есть, подумалось мне, но я только и могла, что думать.
   Протащили меня в конец коридора. Весь первый этаж общежития представлял собой, что-то вроде технического и приемного этажа, поэтому встретить тут живую душу в такое время, представлялось сложным. От осознания происходящего, хотелось плакать, кричать, вырываться и даже убить, хоть кого-то из этой троицы, но я ничего не могла. Тело совсем не слушалось, я даже толком не ощущала прикосновений, но это даже хорошо, иначе было бы более мерзко.
   — Давай сюда, — слышу голос воздушника.
   Оказалась я в помещении, где магия негромко гудела, исходя от магоблоков. Тут отдел, который отвечает за свет фонарей в помещениях или отопления. Точно не воды, иначе источники светились бы подходящим цветом стихии.
   — Смотри, там стена свободная, — говорит, который Дэнни.
   Меня безвольную приставляют к указанной стене. Лидан довольно высокий парень и, как и огненный принц, широкоплеч. Он нависает надо мной с неприятной гадкой улыбкой, удерживая за запястья сверху моей головы.
   — Ты не обижайся, Кениар, — проговаривает он, пока двое остальных прислушиваются и нетерпеливо суетятся.
   Ответить не выходит, только успеваю удивиться, что глаза все еще не закрылись, когда голова совсем тяжелеет, я роняю ее на грудь и ухожу в беспамятство.
   — Пробуждается? — слышу уже ненавистный голос Дэнни.
   — Я же говорил, что порцию меньше надо, — пеняет Лидана воздушник.
   Более трезвым взглядом осматриваю троицу. Теплое сияние от магоблоков помогает в этом деле. Тот, чей нос посинел, будет ростом с Риаса, гораздо ниже Лидана. Его черная макушка головы взлохмачена, а темные глаза смотрят в злобном прищуре. Он стоял, опираясь о стену сбоку от меня и скрестив руки.
   — Нравлюсь? — издал тот, кому захотелось ударить по носу еще раз.
   — Кениар, знаешь, как сильно ты меня бесишь?! — спрашивает Лидан, но я его игнорирую.
   Воздушник уже сплел и активировал заклинание звукоизоляции, погашая последнюю надежду на спасение собственными силами. Его имени я не услышала ни разу, но я запомню это лицо. Запомню их всех тут. Обычно темноволосые, попадались мне неплохими ребятами, но тут что-то пошло не так. Эта троица перешла черту дозволенного…
   — Кениар, — схватил за шею Лидан и потянул руку вверх, вынуждая смотреть в его алчные глаза, — Ты уже можешь говорить, так не игнорируй меня!
   — Несговорчивая бабенка, — заявляет воздушник.
   Пытаюсь призвать свою стихию на помощь, но та не отзывается. Смотрю испуганно на свои руки, что по-прежнему одной рукой удерживал Лидан.
   — Крошка, начинаешь бояться? Мне нравится. Так ты выглядишь милее. Давай, я тебе кое-что скажу, — он склоняется ко мне, чтобы провести слюнявым языком по щеке, противно! — Не морщись, Кениар, сегодня тебе понравится твой вечерний рацион. На тебе заклятие, такое, что ты ни единой душе не пожалуешься на нас. Не сможешь, — вспоминаюшоколад, наверняка, что-то схожее, — А еще чувствуешь, что ударить меня не можешь? — заглядывает он в мое лицо, — Почему ты не боишься, Кениар?! — выходит Лидан из себя, повышая голос.
   Я отворачиваюсь, чтобы уткнуться в еще одно опротивевшее лицо. Почему не боялась? Боялась. Просто понимала, ситуация не была под моим контролем. Мой сонный разум сработал быстрее, чем инстинкты. Парни меня не убьют. Убийство в академии не просто скрыть, плюс защита академии. Да и не убийцы они, а просто стервятники и псы, что только лаять и кусаться умеют. Такие будут упиваться и удовлетворяться моими страданиями, страхами и слезами. Поэтому, я боролась с собой, призывая все спокойствие и отрешенность. Сейчас только чудо поможет и это чудо, та девушка. Только вот она что-то не спешит. Но была еще одна надежда. Возможно, мое поведение им наскучит, и они отпустят свою занудную жертву.
   — Давай уже сделаем это, — зевает Дэнни в руку, разрушая надежды на последний вариант, — Завтра вставать рано.
   Лидан негласно согласился, отпуская мою шею, чтобы потянуться к ремню на моих брюках.
   — Давайте полностью! — слышу голос воздушника.
   — Я не могу одной рукой раздевать ее! А если отпустить, то повалиться к чертовой матери! — объясняется в сердцах Лидан.
   — Я помогу, — улыбается Дэнни, вальяжно приближаясь.
   Я закрываю глаза, чтобы не видеть происходящее. Была бы рада, если бы еще можно было не слышать их разговоры, где они обсуждали интересующие их вопросы: как, сколько времени и в какой очередности?
   Из-за сведенных в капкан рук, они все же не стали снимать мою одежду полностью. Но Дэнни с удовольствием и с легким проворством расстегнул каждый ремешок безрукавки, пока Лидан ругался на бабскую любовь к сложностям в одежде. Пуговицы рубашки просто полетели на пол, как и было разорвано нижнее белье.
   — А формы хороши, — проговорил Дэнни, исследуя и удовлетворяя интерес.
   Когда верх тела был изучен, у меня уже болели скулы. Как я не пыталась, но мерзость происходящего осилило над моей выдержкой. Девушка никому не расскажет. Уже столько времени прошло. Наверняка, она испугалась. Слезы потекли по щекам.
   — Ты, смотри! Заплакала, наконец-то, мелкая дрянь, — теперь удовлетворился желаемым Лидан, отстраняя от меня Дэни, который справился с ремнем моих брюк и успел отобрать мои ножи, — Вот теперь я почти доволен, Кениар.
   Лидан впился в мои губы больно, до крови кусая, но заклинание не позволило мне причинить ему боль в ответ.
   — Тебе понравится. Ты у меня за все поплатишься! — высказал он, отстраняясь и потянувшись к своему ремню.
   Я давно заметила, что Лидан относится ко мне все хуже и хуже, но думала причина в его дружбе с Кобеаном. Значит, нет? Когда я успела перейти дорогу Лидану? Я до боли сжала кулаки, позволяя ногтям впиться в мягкую плоть, когда руки Дэни решили помочь и начали стягивать мои брюки. Какая же я «сиротка», если не справилась? Прав был Каст, обвиняя меня в слабости.
   Дверь с шумом отворилась, ударяясь о стену. Риас был испуган и пытался отдышаться. Я смотрела на него и уже затряслась от облегчения, бесшумные слезы полились болеещедрым потоком.
   — А ты тут как оказался? — успел спросить воздушник.
   Тиретис показался позади Риаса в дверном проеме. Риас, как нашел меня глазами, так и не сводил с меня растерянного взгляда.
   — Ри, мы разберемся без твоей силы, слышишь? — обратился к другу принц, кладя руку тому на плечо.
   Но Риас покачал головой, отказываясь от условий. Троица неудавшихся насильников растеряно стояли, наверняка, не продумав свои действия на случай, если их застанут врасплох.
   Риас закрыл глаза, чтобы распахнуть их желтыми.
   — Не бойся, — шептал Риас, отдаваясь эхом у каждого за спиной.
   — Ри, черт бы тебя побрал! — высказал Нестаргонский и отдернул руку от друга, будто ошпарился.
   Тиретис отошел на пару шагов назад от Риаса, призывая водный щит.
   — Что за…? — начал Дэнни, но остановил речь, выпуская пар изо рта.
   Стало не просто холодно, а очень холодно. Риас превращался в черное облако. Он не уходил в невидимость. Он просто сам становился облаком. Клубы немного побурлили, прежде чем осесть на полу и раствориться по комнате.
   — Нестаргонский, что делает твой дружок?! — не выдержал Лидан.
   Но Тиретис лишь озирался по комнате, будто сам не знал, чего ожидать. Смех шепотом разнесся в помещении, чтобы через секунду гул магоблоков стал возрастать. Смех становился более сумасшедшим, гул интенсивнее и громче. Лидан грубо потянул меня в центр помещения, чтобы выплести заклинание и наложить рисунок на мое горло. Пугающий смех прекратился.
   — Твою мать, Ри, — сказал Тиретис и быстро переступил порог, покидая комнату.
   — Куда это ты собрался?! Какого хрена происходит?! — выкрикнул Лидан, но Нестаргонский по обыкновению молчал, уже наблюдая все из коридора, — Солвер, я выжгу глотку Кениар, если ты…
   Договаривать Лидан не стал. Все прекратилось. Абсолютно все. Магоблоки вышли из строя, потухло заклинание Лидана, я почувствовала, как моя магия встрепенулась, пробуждаясь через «не хочу». Стало больно. Очень больно. Меня будто выворачивали наизнанку. Рядом закричали неудавшиеся насильники. Я упала на землю, когда Лидан больше не смог держать меня. Я вскрикнула от испуга, когда в полной темноте рядом увидела желтые глаза. Боль отступила, но я слышала муки остальных. Значит, уже не больно только мне.
   — Ри, достаточно! — услышала испуганный голос Нестаргонского, — Ты можешь убить их, и я тебе ничем не смогу потом помочь! Очнись, Ри!
   — Я в порядке, — услышала уже голос Риаса, когда пропали желтые глаза, — Я себя контролирую, Тир.
   Вокруг стояла все та же непроглядная тьма. Холодно уже не было. Моих слез тоже не было. Я хотела только почувствовать тепло любимых рук, и они не заставили себя ждать.
   — Иди ко мне, Ори, — ощутила я прикосновение Риаса.
   — Я ничего не вижу, — пожаловалась.
   — Тир, посвети. Ей страшно, — услышала, когда Риас поднимал меня на ноги, — Идти можешь?
   — Да. Все заклятия исчезли, — растерянно и все еще неверующе произнесла я.
   — Я знаю, Ори.
   Голубой водный шарик возвысился в помещении, чтобы осветить бессознательные, скрюченные тела трех парней. Аккуратно придерживая, Риас повел меня на выход, пока я куталась в свое пальто, скрывая испорченный костюм.
   — Мои ножи, — развернулась я на пол пути, постепенно отходя от шока.
   — Я заберу, — услышала ледяной голос Тиретиса.
   Глава 18. Наказание виновного или политика Ирфрида
   Мы почти сразу выдвинулись к административному корпусу. По дороге встретили Эмилию и Немира Ставронга. Они долго нас не задерживали, окидывая меня обеспокоенным взглядом, но убеждались, что я крепко держусь. Уточнили, где искать виновных и живы ли они еще, а когда услышали нужное, спешно продолжили свой путь.
   Я успела взять себя в руки. В отличии от чувственной романтики, где все было в новинку, тут была ситуация более привычная, когда у тебя нет выбора и приходиться терпеть. Кастомир Дезант, хоть и не приставал ко мне, но от его рук и унижений я страдала часто.
   — Почему так долго? — стуча зубами уже больше от холода, спрашиваю Риаса.
   — Девчонка эта… Фими, кажется. Она сказала, что боялась рассказывать сразу, но заснуть не могла, поэтому все же сунулась к нам. Прости, — прижимая меня ближе к себепросит Риас.
   — Ты их точно не убил? — задает вопрос Тиретис, что шел рядом с нами.
   — Точно, Тир.
   — А их искры?
   Рука Риаса на моей талии сжалась.
   — Ри?! — опережает нас Нестаргонский, преграждая путь, — Ты соображаешь, что натворил?!
   — Слушай, Тир, давай дойдем к теплу. Ори дрожит и…
   — Да ты с ней последних мозгов лишился! Искры, они хотя бы подлежат восстановлению? — пребывал в негодовании Тиретис.
   — Возможно, — виновато произносит Риас.
   По его ответу становится понятно, что шансов пробудить искру, если и есть, то скорее всего, как было у Трикса, почти нет.
   — Тебя могут потребовать к суду в Дарголию! Я там не властен! Это укладывается в твоей голове? — уже более тише задает вопрос Тиретис.
   — Они первые напали, Тир! У нас свидетель есть, — неуверенно заканчивает Риас, — Давай дойдем в тепло, — просит он, запахивая плотнее ворот моего пальто.
   В административном корпусе была выбрана свободная комната для сбора. Наставница целителей Фелиция наложила на меня успокоительные заклинания, что не просто вызвали сонливость или убрали дрожь, а действительно вернули в чувство. Так что, голова совсем трезво мыслила. От этого отвращение и желание помыться только усилилось, ана место шока пришел гнев. Поэтому, я осталась нетерпеливо стоять в центре комнаты, не желая садиться. Снять пальто отказалась, продолжая кутаться, скрывая тело.
   В комнате присутствовали шестеро. Фелиция решила остаться, беспокоясь, что при моем допросе, я могу разволноваться снова. Эмбер в качестве вопрошателя, а Октавий с беспокойством и осуждением поглядывал на Риаса. Тут он был, потому что мой декан и по совместительству куратор.
   Я пересказала свою версию событий, ничего не утаивая уже три раза. По словам Тиретиса, у них картина выглядела так. Риас довольно рано уснул за чтением очередных тайных документов Нестаргона, а Тиретис засиделся с артефактами. Поздний стук он по обыкновению игнорировал, но, когда дверь тихо приоткрылась все же выслушал неизвестную посетительницу. Имени моего она не знала, а Тиретиса боялась, поэтому задержала все еще дольше, постоянно мявшись и не сумев ясно изложить все. Риас очнулся от ее эмоционального бормотания и спросонок вырвал из контекста: «Девушка, что с другом вашим ходит, Ваше Высочество. Поволокли ее куда-то в комнаты на первом этаже.» Если Тиретису этого было мало, чтобы сорваться, то Риас вытолкнул обоих с прохода и полетел в поисках меня. Тиретис дал указание девушке идти в административный корпус к Эмберу и все ему рассказать. Своего будущего короля Фими ослушаться не посмела.
   Риас говорил, что проверял помещения поочередно, а до нужной добрался почти в конце, когда его нагнал уже и Тиретис. Распахнул двери, не зная, чего за ней ожидать, а когда увидел, то не смог сдержать демоническую силу.
   Девушку, к слову, расположили в соседней комнате отдыхать. По словам Фелиции, Фими перенесла стресс, пострадав психологически даже сильнее, чем я.
   А я сидела и задавалась вопросом. Чем я навредила Лидану? Но вскоре в комнату зашел Кобеан, что почти пылал праведным огнем. На вопросы отвечал четко и собрано, в принципе, как обычно. Замешан в подлой авантюре огненный принц не был, но причину поведения друга знал. Стараясь не смотреть на меня, он глядел прямо в глаза Ставронгу и вел уже основательно долгий монолог:
   — Причины, — потер принц лоб, — У него сестра при дворце. Молодая фрейлина моей матери. Он же и Асель не переваривал, но серьезное что-то с ней я не планировал. Сестра его, Аттия, рассматривалась моей семьей, как возможный выгодный брак. Я не был особо против. Девушка с доброй душой, красивая и простая. Лидан мечтал, что их семья войдет в нашу королевскую линию с этим браком. Потом, я встретил Орису, а когда решил, что сделаю ей предложение, то стал подготавливать официальные отказы потенциальным невестам. Позже Ориса отказала мне. Я долго обдумывал отправлять письма с отказами или нет. В итоге решил отправить. Мне захотелось сделать небывалый вклад для своей страны, раз уж влюбляться больше желания нет. Лидан вчера вечером получил весть от своей семьи, что я отправил запрос на брак с принцессой из Афлии. Вы же знаете,чем эта страна славится? Столько драгоценных минералов, что это принесет дополнительный доход Дарголии в три раза. Вот только, Лидан понял все как-то иначе, гневался и Орису винил, — опустил виноватый взгляд в пол Кобеан, — Если бы я знал, чем это все закончится, то сам бы его осадил. Надеюсь, что ему досталось достаточно в наказание.
   — Возможно излишне, — пробормотал Эмбер, тяжело глядя на Риаса.
   Риас же, кажется, чувства вины не испытывал. Он вообще выглядел взволнованным и еще более странным, чем обычно. И без того энергичный, сейчас он был совсем издерганным.
   — Риас, как ты? — тоже заметил странное поведение Октавий, — Ты ведь выпустил их магию, Риас? — настороженность от куратора пугала непривычностью.
   — Я… Черт! Я же там чуть с ума не сошел! Думаешь, я о себе думал?! — сорвался Риас, начиная крупно дрожать и закрывая глаза.
   — Что с тобой, Риас? — хочу прикоснуться, но он шарахается, отскакивая к стене и взгляд ошалелый.
   — Пошли, — подрывается Октавий, Тиретис тяжело провожает их взглядом.
   — Что происходит? — взволнованно спрашиваю у Нестаргонского и вижу, как заклинание Фелиции приближается ко мне.
   Теперь я чувствовала себя опять безвольной. В этот раз было что-то более успокаивающее. На ногах осталась стоять только из-за упорности и лени. Мне стало лень даже говорить.
   — Видишь ли, Кобеан, — продолжил беседу Эмбер, — Риас применил свои способности. Демонические, — уточняет он, но понимает, что мы тут не особо-то и в курсе, что тамс Риасом вообще твориться, — Он может лишать искры насильно, без заклинаний. Его искра воспринимает чужую магию, как сладкое лакомство и ему сложно ее остановить.
   — Разве такое возможно? — не верит Кобеан, как и я.
   — Ну ты же способен своим огнем заставлять повиноваться других огневиков, — приводит факт того, что в нашем мире всякое случается.
   — Что сейчас с ним будет? — вяло задаю вопрос.
   — Октавий выжмет из него всю чужую силу. Если Риас поглощает темную магию, то его искра растет, вопреки всем заведенным правилам темных боевиков. А если как сейчас,то плохо. Там же весь набор был и еще магия огня, что в магоблоках. Их теперь еще заряжать надо будет. Годовой запас был, — тихо и тоскливо проговаривает себе под носЭмбер, — Временно без света поживете, хоть бы отопление вам восстановить.
   — А с Риасом что? — не сильно помогает мне уже заклинание Фелиции.
   — Сейчас энергию высвободит и придет в себя. Опасно, что искра его, чем больше получает инородную магию, тем сильнее желает добавки. Неправильная ему демоница попалась, ой неправильная, — чешет подбородок в рассуждениях Эмбер.
   — Кобеан, у меня есть вопросы к тебе, — раздается голос Тиретиса, на слух вроде спокойный.
   — Я тебя слушаю, — проговаривает Кобеан, переводя прямой взгляд на Нестаргонского.
   Все присутствующие замолчали и даже постарались громко не дышать.
   Сейчас со стороны парни выглядели, как истинные наследники. Прямая спина Тиретиса, нога закинута на ногу, руки расположены на подлокотниках кресла, которые у преподавателей тоже выглядели шикарно. Кобеан напротив в таком же кресле, только опирается локтями на ноги, а руки в замке подпирают подбородок. Взгляд его, как и у Нестаргонского, прямой, смелый и немного с вызовом.
   — Как будет решаться суд над Лиданом? — озвучил Нестаргонский.
   — По всей строгости закона Дарголии, я лично проконтролирую.
   — И ты обещаешь, что не будешь допускать попустительств, потому что он твой друг?
   — Я многое готов простить, но не насилие, Тиретис.
   — А хватит ли у Дарголии оснований для должного обвинения?
   Я переводила ленивый взгляд с одного на второго, радуясь, что успокоительное не вышибло мои мозги и я понимаю, о чем речь.
   — А что имеется на данный момент?
   — Свидетельница из крестьянских — моя подданная; свидетели — я и Риас; жертва — Ориса Кениар. Сейчас на месте произошедшего Эмилия и Немир, они зафиксируют все так, как мы оставили, когда покинули место попытки преступления. Но, как ты понимаешь, Лидан с сообщниками пострадал, и довольно сильно. Это уже не подпадает под пункты соглашения Хардонской академии магии, а значит отвечать за содеянное придется Риасу, — тяжелый вздох и его взгляд устремляется вниз.
   — Ваша подданная по нашим законам весомого слова не имеет, — негромко озвучивает Кобеан, — Лидан из уважаемой, влиятельной семьи, Тиретис. Сам понимаешь, таких нельзя наказать без весомых аргументов и доказательств. И смягчающие обстоятельства в связи с тем, что он сам стал жертвой. Ты же понимаешь, что самооборона не должнапревышать допустимое законом. Ведь даже в Нестаргоне, никто обороняясь не лишает искры магов. Боюсь, дело тихо закрыть не выйдет. Да и к Келриасу Солверу ожидайте уведомление и требования предстать пред Высшим Дарголийским судом. Уверен, что ты сделаешь все, чтобы твой друг опять вылез сухим из воды, но ты должен понимать. Если вы требуете, чтобы Лидан был наказан по всей строгости наших законов, то и Солвер должен пройти подобное, и даже больше. Лидан совершил попытку насилия к девушке без высшего сословия, которая даже не является вашей подданной на сегодняшнюю дату, а Солвер лишил магии не последнего человека Дарголии, Тиретис. Но, возможно, если Солвер пойдет на сделку, то…
   — Да я лучше тихо зарою его труп на нашем стадионе. Порадую Хасира. Но, я не позволю этому уроду ускользнуть! — слышу голос Риаса и оборачиваюсь.
   Он весь мокрый, без верхней одежды. Видимо, уже и искупаться успел. Не спеша подходит ко мне. Он просто раздраженный, но не издерганный. Уставший Риас беззастенчиво обнимает меня и роняет голову на мое плечо. Я почти сразу, через лень, запускаю пальцы в его влажные волосы.
   — Думаю, мы услышали достаточно на сегодня. В ближайшие дни вы трое освобождаетесь от занятий, пока не будет проведено освидетельствование места преступления, со всеми исходящими экспертизами, — озвучивает Эмбер, — Более того, вам запрещено покидать стены административного корпуса. Сегодня ложитесь отдыхать в выделенных вам покоях, а с утра напишете списки, какие вещи вам доставить. В вашем распоряжении три комнаты, но ввиду ваших отношений Солвер и Кениар, и моему хорошему к вам расположению, я позволю вам занять одну комнату на двоих.
   Все нехотя и неспешно расходились, расставляя кресла и стулья в комнате по местам. Мы с Риасом продолжали молча стоять напротив друг друга, заключенные во взаимныхобъятиях. Когда дверь закрылась, оставляя нас наедине, Риас поднял голову с моего плеча и потянулся ко мне за поцелуем.
   — Нет, Риас, — отворачиваюсь, — Мне нужно сначала в ванную.
   — Что они успели сделать, Ори? — взволнованный тихий голос.
   — Не страшно, — провожу языком по внутренней стороне губы, и это не остается незамеченным.
   — Покажи, — потянулся, аккуратно рассматривая место от укуса Лидана, — Вот же, ублюдок, — все также тихо заключает Риас.
   Я отстраняюсь от Риаса. Он легко выпускает меня, но следует по пятам. Захожу в ванную комнату и отмечаю, что в этом корпусе несравненно лучше, чем в общежитиях. Четыре вида фонарей позволяют настроить свет разных оттенков. Ванна просторная, не тот чугунный прямоугольник, что плохо покрыт эмалью, как в наших комнатах. Тут она отсвечивает белыми отблесками, с изысками, плавная. Не хватает еще только позолоты, для полноты королевского убранства. Я исследую шкафчики возле умывальника, но найти щетку не удается.
   — Здесь, Ори, — проходит внутрь Риас.
   Он продвигается к шкафчику, что висит на противоположной стене. Быстро извлекает из запасников необходимое. А необходимо сейчас все. Я бы не отказалась даже прибегнуть к едкой хлорке, чтобы уничтожить все до последнего следа.
   Я дважды почистила зубы, не жалея зубного порошка. Потом спешно начала раздеваться. Риас молча стоял за моей спиной все это время. Он был еще более бледным, чем обычно, немного раздраженный, но больше растерянным.
   — Я унесу, — протянул он руку, чтобы забрать мои вещи, — Попрошу Эмбера. Все отремонтируют, Ори, — голос его вздрагивает, и он делает быстрый, еле заметный глоток воздуха.
   Он несколько раз оглянулся, прежде чем покинуть выделенные нам покои. Не стал ждать утра, чтобы принести мне сменную одежду и унести мою. В этой ванной было даже регулирование температуры воды еще на трубопроводе. В общежитии ее набираешь холодной, а только потом нагреваешь.
   Я подмечала любые мелочи и рассуждала о них, чтобы отвлечь свои мысли и воспоминания. Долго натиралась мочалкой со всевозможным мылом, прежде чем смыть с себя пену и сменить воду. Риас молча вернулся, когда я уже просто отмокала в горячей, исходящим паром воде. Глаза я не закрывала, потому что картинка происшествия была все еще яркой. Поэтому разглядывала легкий балдахин фонаря, который должен был светить синим освещением. Но я сегодня предпочла привычное светло-желтое освещение.
   Риас молча вошел в ванную комнату, кинул на меня задумчивый взгляд и стал усаживаться на пол. Он облокотился спиной к ванной, подтянув одну ногу к себе, а вторую вытянул и долго молчал. Было непривычно, что он сидел без движения, словно примерил образ своего друга.
   — Прости меня, Ори, — негромко обратился ко мне.
   — Ты не виноват, — также тихо вторила ему.
   — Я должен был быть рядом.
   Я вздохнула, мысленно не соглашаясь с ним. Он не мог даже догадываться о намерениях Лидана, а если бы и мог. Он же не может круглосуточно быть рядом.
   — Риас, — произнесла задумчиво, — Если тебе когда-нибудь придется выбрать между мной и Нестаргонским, то за кем ты последуешь? — этот вопрос давно не давал мне покоя, пробуждая все больший и больший интерес, но мне было страшно его озвучивать.
   Риас долго молчал, нервно играя костяшками пальцев. В звенящей тишине слышно было только легкие всплески от моих редких движений, и звук разбивающихся о водную поверхность капель, что падали равномерно из-за плохо закрытого мною вентиля. Его лица я не видела, но поникшие плечи говорили, что он опечален.
   — Я не знаю, — наконец-то ответил мне Риас, — Ори, я и вправду не знаю ответа на твой вопрос.
   Незнание еще не говорит о предпочтении. Он никогда не врет мне. Я медленно прихожу в движение, чтобы покинуть ванную. Риас оборачивается, подрывается, чтобы подать мне руку, будто я не обычная девушка, а какая-то королева. Когда мои ноги ступили на пушистый ковер, Риас уже тянулся за большим полотенцем, чтобы накинуть его на мои плечи.
   — Я помогу, — сообщил он, аккуратно прижимая полотенце, чтобы то впитало капельки воды.
   На ночь Риас включил фонарь, настроив его на приглушенный свет. Я устроилась на боку, подтянув одну ногу к себе. Он улегся напротив, не притрагиваясь ко мне и не сводя внимательного взгляда. Даже в этом свете его глаза были необычайно яркими.
   — Прости, Ори, — проговорил он еще раз.
   — Просто обними меня, Риас.
   Он притянул меня к себе, вынуждая сменить удобное положение, но я не против. В его объятиях уютнее. Его рука бережно перебирает мои локоны, успокаивая и расслабляя.
   — Засыпай, Ори. Я засну позже, хорошо?
   — Ты хочешь куда-то уйти? — пугаюсь я.
   — Нет. Что ты? Просто, так мне будет спокойнее. Сначала засыпаешь ты.
   Уже на границе сна, я нахожу в себе силы, чтобы задать очередной вопрос Риасу.
   — Что ты нашел во мне? — еле слышно бормочу, надеясь, что парень еще не успел заснуть.
   — Все, — слышу такой же тихий ответ, прежде чем провалиться в темноту.
   Глава 19. Взаперти
   Проснулись мы рано. Нестаргонский бесцеремонно разбудил Риаса, вынуждая меня натягивать одеяло выше. Потом он дал нам полчаса времени, чтобы мы привели себя в порядок. Ровно к концу оговоренного срока, наследник зашел в комнату. Следом прошел один из работников персонала, протаскивая столик с ароматным завтраком в нашу комнату.
   — Что слышно? — убеждаясь, что я удобно устроилась в кресле, спрашивает Риас.
   — Академия вновь полнится глупыми домыслами, — спокойно отвечает Тиретис.
   — Я волнуюсь за ребят, — произношу, обращаясь к Риасу, который поставил для себя стул к накрытому столу.
   — Октавий обещал мне, Ори. Он все им расскажет. Не беспокойся, — говорит с нежной улыбкой Риас, даже не подозревая, сколь я ему благодарна.
   — У нас появилось много свободного времени, Ри, — произносит Нестаргонский, — И стало еще больше работы.
   — Я понял, Тир, — с аппетитом приступая к завтраку, отвечает Риас.
   А вот мне кусок в горло не лез, хоть и пудинг выглядел аппетитно. Риас заметил это, и под его строгим контролем я все же справилась с трудной задачей. Когда комнату избавили от тарелок, к нам пришел этот же сотрудник еще с двумя помощниками. Они втаскивали коробки небольших размеров с наклейками, на которых были надписи мелких шрифтов. Последний мужчина тащил стопку с художественной литературой и просто учебниками второго курса.
   — Это тебе, — указал на стопку книг Риас, — а это нам, — окинул с исследовательским интересом остальные коробки.
   Пару часов я еще внимательно разбирала параграф с защитными артефактами, коих было немного. Но в такой тишине, в которой мы находились, мне было неуютно. Так что, я сидела на кровати с ногами и уже просто делала вид, что читаю, пока украдкой посматривала на парней. Нестаргонский сидел в кресле и читал какие-то бумаги, постоянно делая пометки в верхнем правом углу листа. Еще одна пометка и лист откладывался в сторону. Стопка росла все выше и выше.
   Риас разложил бумаги на полу в какой-то только ему понятной схеме. Он осматривал их, и судя по выражению лица, постоянно вел в своей голове диалог с самим собой. Когда о чем-то договаривался, то спешно шел к коробкам и вытаскивал новую бумагу, докладывая ее к схеме.
   — Ори, — заметил мой изучающий взгляд Риас, — тебе любопытно?
   — Немного, — лукавила я, потому что мне было очень любопытно.
   — Иди ко мне. Я покажу тебе над чем работаю.
   — Ри, — с низкой интонацией обращается Нестаргонский к другу.
   — Все нормально, Тир. Я доверяю ей, — даже не обращает внимание на недовольство друга и с широкой улыбкой протягивает мне руку.
   Я откладываю учебник и соскакиваю с кровати, подхожу к Риасу и вкладываю свою руку в протяную им ладонь.
   — Смотри внимательно и слушай. Только не перебивай. Это, — указывает на центральный лист, — доходы Ларри, а тут, — уже указывает на другой в стороне, — Диаста. Это вот, данные о перемещениях груза Ларри и их плановая стоимость в денежном эквиваленте Нестаргона на каждый груз, а вот это списки тех, кто их перевозит. А тут, фиксируется за какое время товар распространился на черном рынке, кто выступил дилером и какую фактическую прибыль он принес. Те же данные есть и на Диаста. И все так выглядит славно, — замолкает Риас, пока я пытаюсь понять систему, но моих знаний тут явно недостаточно, — Вот в эти промежутки времени есть такие схождения…, — берет два листа из схемы Риас, и обводит красным магопером смущающие его участки, — Они путают меня.
   — Риас, если честно, то твое пояснение меня путает, — высказываю, но он меня даже не слышит, углубившись в свои мысли, — Риас, а зачем это? — делаю попытку достучаться до его сознания.
   — Я ведь говорил тебе, — наконец-то переводит на меня взгляд, — Я буду рядом с Тиретисом и хочу оберегать его, — видит непонимание в моих глазах и еще шире улыбается, — Я отслеживаю темные делишки Ларри, Диаста и еще пару личностей в Нестаргоне. Важно, чтобы на них всегда обновлялась информация. Нам ведь нужно давить на них, но так, чтобы не уничтожить.
   — Они ведь несут вред Нестаргону, — не соглашаюсь я, — Почему просто не закрыть их?
   — От теневого рынка не избавишься, Ори. К тому же, как бы нелепо не звучало, но это необходимо Нестаргону для полноты функционирования всей системы. Иначе наша страна давно была бы съедена остальными гигантами. Как-нибудь поинтересуйся у Элании делишками Террийска. Много чего интересного услышишь. Например, что ее папочка финансирует мятежи в ваших с герцогом странах с самого начала конфликта, — уже не очень приятная улыбка на лице Риаса, — Но, речь сейчас о моей работе. Так вот. У меня пока обучение в академии, что-то вроде самостоятельной стажировки. Мне выдали этих темных ребятишек еще несколько лет назад, — вошел в свое привычное русло Риас и разговорился, — Когда одержимость спала. Я знаешь… Мне нужно это все, — указывает на листы, — Иначе я свою энергию выплескиваю не туда. Зато, я довольно быстро смог втереться в это болото. Меня там как-то многие приняли за своего. Это помогает. Когда нет компроматов, я создаю им сложные ситуации, вынуждая идти против законов. Это весело, — хохотнул Риас.
   — Если ты закончил вводить Орису в курс своих скользких дел, Ри, то надо обсудить насущный вопрос, — обращается Нестаргонский, привлекая наше внимание и откладывая последнюю бумагу, — Как будем поступать с вчерашней ситуацией?
   И вот уже целый час парни развернули кресла к большому окну и дискуссировали на тему законодательства Нестаргона. В поисках того, что могло помочь Риасу выйти без особых потерь из сложной ситуации. Пока выходило плохо. Они разбились на две стороны и вели забавную игру. Тиретис приводил доводы и пункты из законодательства, на которых основывается для обвинения Риаса. А Риас тем временем проворачивал все в обратную сторону, в поисках оправданий. Иногда Тиретис помогал ему вспомнить выдержки местной конституции и кодексов, но, чтобы сразу же привести неоспоримый факт, что Риас все же виновен.
   — Плохо, — вынес вердикт, уставший Тиретис.
   Потом был обед. После обеда мы передали списки о необходимых вещах. Тиретис заставил меня писать под его диктовку список материалов для создания артефактов.
   — Раз уж мы с тобой тут заперты, Ориса, — обратился ко мне, — То я постараюсь научить тебя чему-то толковому.
   Я удивилась, нахмурилась и не стала скрывать любопытство, с чего вдруг ко мне такое внимание со стороны Нестаргонского.
   — Необходимо, чтобы ты могла за себя постоять. Как видишь, Ориса, у меня хватает забот и без тебя. А ты только создаешь новые, — пояснил он, за что получил осуждение от Риаса.
   Первый день нашего заключения закончился поздно ночью. Когда мои глаза уже слипались, Нестаргонский покинул нас. Риас потер свои уставшие глаза, откладывая очередные донесения и скомандовал ложиться спать.
   Второй день начинался также, с пробуждения от Нестаргонского. Только после завтрака они уже уселись вновь прокручивать в голове варианты с отмазыванием Риаса. Потом нам принесли вещи из списков и меня усадил Тиретис за создание артефакта, изредка подходя и проверяя правильность работы. Он любезно поделился своими разработками, личным дневником по артефакторики и конспектами. Но большую часть времени они вели дискуссию в поисках ответа на горящий вопрос. А потом, мне надоело слушать их.
   — Вам нужен Райан, — уверено заявила я, устраивая поршень на его законное место.
   Парни замолчали, перевели взгляды на меня: Нестаргонский смотрел холодно, а Риас с возмущением.
   — Ори, — начал он, — Ты опять вынуждаешь меня ревновать. Зачем он нам?
   — Прости, Риас, — решила не щадить его чувства и самолюбие, — Он точно подскажет вам все варианты, которые у вас есть. Без него вы двое будете долго мучиться и не факт, что к чему-то придете. А он сообразит быстро, вот увидишь.
   Дружная обида была мне благодарностью за дельный совет. Они еще до обеда пытались и искали варианты самостоятельно, а потом не сговариваясь опять посмотрели на меня, отчего я дернулась и пинцет разломал хрупкий цилиндр.
   — Опять все заново делать, — пожаловалась сама себе.
   Обед прошел в нервном молчании Риаса, в скуке от меня и в холоде от Нестаргонского. Потом все же Нестаргонский ушел к Эмберу, просить к нам Райана.
   Риас, пользуясь нашим одиночеством, подскочил ко мне с довольной улыбкой, чтобы сладко поцеловать. Его руки гладили мою спину и он, по обыкновению, жался ко мне, будто боялся потерять. Потом пришел Нестаргонский и кратко пожаловался:
   — Я устал, Ри, — опустился он в кресло, откидываясь на спинку и закрывая глаза.
   — Подожди меня, — сказал мне Риас, прежде чем выбежать из комнаты.
   С Нестаргонским мы не говорили. Он вообще мало говорил, почти не делал лишних движений и всегда выглядел уставшим, но теперь я понимала отчего. У него выдавалось не так уж и много свободного времени на обычную жизнь. Вот и разница между огромным Нестаргоном и маленькой Дарголией. Кобеан при мне ни разу за подобной работой замечен не был.
   Риас вернулся с бутылкой янтарного напитка. Он быстро обнаружил в покоях бокалы, разливая три порции.
   — Извини, что не из королевских запасов, милая, — протягивал мне чуть заполненный бокал, — У Октавия вкус на бренди попроще будет.
   Если я надеялась, что вечер пройдет веселее, то зря. Теперь парни изучали дела двух сообщников, что помогали Лидану. Они подданные Нестаргона, поэтому с их судом проблем не было никаких. Тут Тиретис был в своем полновластном могуществе.
   Я заснула на застеленной кровати, еще до ухода наследника.
   Утро очередного дня было как по расписанию. Только теперь после завтрака в дверь постучали и дождались разрешение Тиретиса войти. Райан прошел внутрь, поздоровался с наследником и нашел взглядом меня. Под недовольный и даже гневный взор Риаса, парень быстро прошел ко мне, вынуждая встать и внимательно вглядывался в лицо.
   — Все нормально, Райан, — успокоила я его, — Я в порядке.
   Он заключил меня в крепкие, чуть больше чем дружеские объятия, облегченно вздыхая. Риас закусил губу, не скрывая подозрительного взгляда.
   — Все волнуются, Ори. Передавали тебе приветы и ждут, когда смогут лично убедиться, что ты не пострадала, — невозмутимо высказал Райан, отстраняясь.
   — Спасибо, — поблагодарила за заботу.
   Вскоре кресла, что были направлены в сторону окон, заняли Тиретис и Райан. Наследник взял себе пуфик, чтобы вытянуть на нем свои длинные ноги. Райан сидел прямо, как и всегда, и смотрел за окно, но явно внимательно следил за Нестаргонским. Риас потащил меня на диванчик, что был расположен в углу. Это было не сильно далеко, что позволяло слышать беседу, но мешало то, что мы не видели лиц беседующих, за высокими спинками кресел, довольствуясь только их руками, что выглядывали из-под этого угла.
   Тиретис подробно известил Райана о ситуации, пока герцог занял руки талмудом с законодательством Нестаргона.
   — Все это слишком сложно, — ровно проговаривает Райан.
   Я понимаю, что соскучилась по звонким нотам в голосе друга, а еще ловлю на себе насмешливый взгляд Риаса, который говорил: «Зря ты на него полагалась, Ори». Но Райан после недолгой паузы, недожавшись от Нестаргонского ни слова продолжил.
   — Вы ищите лазейку там, где ее нет. Есть вариант, который может вам помочь…, — и тут Райан надолго зачитывается каким-то пунктом из книги.
   Время медленно ускользает, а Райан молчит. Даже Нестаргонский начинает нетерпеливо стучать пальцем по подлокотнику, а я не сдерживаю улыбку, уже понимая, почему эта пауза.
   — Эй, Райан, — не выдерживает Риас, смотря недовольно на мое довольное лицо, — Ты там не уснул? Ты сюда не просто книжки почитать пришел.
   — Риас, хочешь новую подробность об Ори? — интересуется Райан, заставляя Риаса заинтересовано посмотреть на спинку кресла, в котором сидел герцог, — Она научила меня прекрасному правилу ¬— «А взамен».
   — И что ты хочешь попросить взамен? — мгновенно сообразив, спрашивает Нестаргонский.
   Риас переводит на меня взгляд полный подозрения.
   — А ну-ка иди сюда, Ори, — тихо проговаривает он, хватая меня и усаживая к себе на колени, — А ты еще хуже, чем я думал, — восхищается он.
   — Мне нужны все сведения об Артуа Феруа, — привлекает мое внимание требование Райана.
   — А не много ли ты хочешь? — возмущенно спрашивает и притягивает меня к себе вплотную Риас, потянувшись губами к моей шее.
   — Риас, что ты творишь? — успеваю шепотом возмутиться, прежде чем закусить губу, сдерживая стон.
   Дрожь пробежала по всему телу, жар взорвал всю мою невозмутимость.
   — Ревную, — также шепотом отвечает вредный блондин, отрываясь.
   — Если я ничего не путаю, Риас, то мы спасаем твою шкуру, — донесся до нас голос Райана.
   — Я согласен на сделку, — произносит Нестаргонский.
   — Они могут увидеть, — очень тихо взываю к стыду Риаса.
   — Не увидят, — запускает мне руку под рубашку Риас, нежно проводя по пояснице.
   Я округляю глаза, глядя, как Риас игриво закусывает губу. Вторая рука на животе и под свободным кроем рубашки поднимается выше. Он не шутит. Издевается! Сердце бешено колотится, отдаваясь пульсом в висках.
   — Вариант, который вам поможет — это игра. Хотя, Риасу даже играть не надо. Во всех странах есть пункт по невменяемости. Насколько мне известно, Нестаргон не исключение. Октавий рассказал о способностях Риаса нам всем, и о том, что с ним происходит внешне, — невозмутимо и неспешно выкладывает Райан, пока я пытаюсь призвать благоразумие, но от ласки Риаса…, — Накачайте его магией до отвала. Желательно огненной и скажите, что он страдает психическими расстройствами. Вам пришлют специалистов-целителей из Дарголии, которые убедятся, что Риас и впрямь страдает от помутнения рассудка.
   — Признай, Ори, — шепчет мне на ухо Риас, — Тебе это все нравится, — скорее убеждал он меня, пробудившимся внутри него змеем искусителем. Воздуха не хватало, я кусала губы, но не могла найти силы и желания, чтобы убрать руку Риаса от своей груди.
   — Этот Дэнни, который сообщник. Я успел прознать о нем, пока вы тут взаперти, — продолжал вести монолог Райан, — Его отец имел судимости, и при большом желании вы сможете найти к чему прицепиться и на что надавить, я же прав?
   — А ты действительно темный! Раайаан, — оторвался от моих мучений Риас.
   — Я предпочту принять это от тебя, как комплимент, Риас. Твои колкости меня раздражают.
   Риас весело хохотнул, давая понять, что пока больше не будет перебивать Райана и с издевательской улыбкой посмотрел на меня.
   — Риас, пожалуйста, — взмолилась я, пытаясь уйти от него, но меня крепко удержали и притянули для страстного поцелуя. Рука прошлась по брюкам от колена на внутреннюю сторону бедра и выше. Вздрогнула и еле успела задержать рвущееся дыхание, наверняка вышло бы громким стоном. Ногти впились в плечи Риаса, царапая даже через тканьпуловера.
   — Заставите этого Дэнни признать, что Риаса спровоцировали. Лидан же угрожал Ори, а это для того, кто с головой не дружит, сильный повод.
   — Ты прав, ему даже играть не придется. Да и врать тоже, — вдруг высказывает Тиретис.
   Риас оторвался от моих губ, позволяя мне нормально вдохнуть, посмотрел на меня недовольным взглядом.
   — Они назвали меня сумасшедшим, Ори, — шепотом пожаловался он мне, чем вызвал мой веселый смешок, и я сама потянулась к нему за поцелуем.
   — Когда Дэнни возьмет вину на себя и сдаст соучастников, то вы сможете выдвинуть еще одно обвинение Лидану. Мало того, что у него попытка изнасилования числится, — дошел в рассуждениях Райан, и тут Риас оторвался от меня, тяжело вздохнул, и всю его страсть как рукой сняло, — Так еще повесите обвинение в умышленной провокации не последнего подданного Нестаргона. И не забываем, что он подверг тем самым риску множество искр учащихся, что были в общежитии. Незнание не освобождает его от ответственности. Последним можно надавить на родительские чувства и страхи присяжных.
   — Ты не думал о карьере юриста, Райан? — в голосе Тиретиса, прозвучали заинтересованные нотки.
   — Дай мне окончить академию, Тиретис, а потом задай этот вопрос еще раз.
   — Что ж, ты действительно помог. Ри, — повернулся к нам наследник.
   Я уже успокаивалась и гладила волосы Риаса, после того, как он снова поник, вспоминая тяжелый для нас вечер.
   — Что, Тир? — спрашивает, стараясь улыбнуться.
   — Надо составить план, расписать его и отправить твоему адвокату, пусть готовит отчеты и требования…
   — Нам не подходит этот вариант, — перебивает Райан.
   — Как это?! — возмущается Риас, щуря глаза, — Ты же только что тут такую схему выстроил! А сейчас говоришь, не подходит?! Ты, Райан, заканчивай эти свои игры, ясно?
   — Ты можешь воспользоваться этим вариантом, — озвучивает Райан, поднимаясь с кресла и подходя к окну, — Только ты навредишь, Ори.
   Риас напрягается, мое сердцебиение замедляется в предвкушении плохих вестей, а Райан устраивается спиной к подоконнику, так чтобы видеть всех нас.
   — Ты же известен в высших кругах Нестаргона. А Лидан также, как и ты, известен в Дарголии. Понимаешь, Риас, кое-что…, — делает паузу, Райан. Затяжную паузу.
   — Чего ты хочешь? — слышится в тишине голос Нестаргонского.
   — Защиты Нестаргона от Артуа Феруа и принадлежность высшему сословию, — невозмутимо выставляет требования.
   — Надеюсь, что в этот раз твой совет не будет пустышкой, Райан? У меня тоже есть терпение. И оно не безгранично, — голос Тиретиса звучал холодно, устало и монотонно.
   — Вся пресса будет освещать ваши судейские препирательства, Риас, — продолжает Райан, понимая, что только что выбил себе желаемое, — Имя жертвы, даже если вы будете тщательно скрывать, обязательно просочится. Об Орисе начнут узнавать местные журналисты. Не мне тебе рассказывать, какими они бывают юркими, когда дело касается громких скандалов. Будет опасность, что ее портрет рано или поздно всплывет. Ориса Кениар, Ориса Дезант, — уже перевел свой насмешливый взгляд Райан на меня, а я поняла, что он прав. Райан как всегда прав.
   — Вот черт! — дошла эта правота и до Риаса, который сжал руки на моей талии.
   — Тебе надо идти на сделку, Риас. Если вы обойдетесь без суда, тихо и найдя взаимовыгодные решения, то все обойдется.
   — Но этот ублюдок…
   — Разве законы это все, что у тебя есть? — перебивает его Райан.
   Сердце уходит в пятки, понимая, на что толкает Риаса герцог.
   — Райан, — возмущаюсь я, пытаясь воззвать к совести, — Ты хочешь, чтобы он убил его?
   — Почему? — загадочная улыбка на лице Райана, — Думаю, у Риаса богатая фантазия.
   — Знаешь, Райан, — внимательно смотря на герцога, обращается к нему Риас, — Ты поможешь мне.
   Этот вечер Риас провел в постоянных диалогах с Райаном, показывая схемы, с которыми знакомил меня вчера. Не знаю, на чем основывался он, когда раскрывал тайны черного рынка герцогу, но плоды это принесло. В отличии от меня, Райан все схватывал на лету, и даже раньше. Не успевал Риас начать фразу, как герцог уже заканчивал ее сделанным выводом.
   — Они покрывают друг друга Риас. Пока вы пытаетесь контролировать видимый и привычный товар от одного из них, они просто им обмениваются. Тут все дилеры проверены вашей тайной канцелярией?
   — Да. Все каналы нам известны, — отвечает задумчивый Риас, — Мы же сами устанавливаем ограничения.
   — Могу я ознакомиться лично с ними? — спрашивает втянувшийся в интересные загадки Райан.
   — Да. Вон та коробка, — указывает Риас, не отрываясь от бумаги вниманием. По этой бумаге Райан и свел все к последнему выводу.
   Нестаргонский с интересом поглядывал на Райана, делая вид, что сильно занят рутинной работой и иногда заглядывал в мои дела с артефактами.
   Вечер наступил быстрее, чем вчера. Райан сказал, что пропустит пару дней тренировок и будет приходить к нам после занятий. Сегодняшний отгул, не был для него выгодным. Когда все покинули комнату, Риас накинулся на меня, изголодавшийся после неприятного инцидента и не смеющий ко мне приставать прошедшие дни.
   — Я хочу тебя, Ори, — шептал он мне, заключая в нетерпеливых объятиях и оповещая, что ночь будет бессонной, но до дрожи в теле наполненной сладкой истомой.
   Утро выдалось обычным, неизменным для Нестаргонского, а вот мы были изрядно помятые, но довольные. Риас в работе был явно более продуктивным, Тиретис постоянно писал какие-то письма. Я даже волновалась за последнего, боясь, что у него просто отвалится рука. А после обеда пришел Райан, возвращая изученные дела на каждого дилера.
   — Вот эти четверо — липа, — заключил он, отдавая рассортированные по своей логике бумаги Риасу.
   — Я лично пересматривал и… Черт! — дошло что-то до Риаса, с легкой руки Райана, — У них же выручки слажено расходам.
   — Просто бартер, — невозмутимо объясняет Райан, — Они водят вас за нос Райан. Говоришь опиум и незарегистрированные артефакты? Проверь, кто из контактов Ларри может торговать артефактами. Уверен, что выйдешь на новую интересную ветку его деятельности.
   — Я уже знаю, — заключил недовольный Риас, — Это же сколько они так мимо казны накручивают?! — возмущался сам себе под нос Риас.
   Позже пришел Эмбер и предупредил, что нам осталось немного до свободы. А еще сразу за ним нас стали вызывать в другую комнату, где каждого по отдельности допросили два следователя. Один из Нестаргона, а второй из Дарголии.
   Перед сном я нежилась в объятиях Риаса.
   — Так к чему в итоге все это приведет?
   — Тебе не о чем беспокоиться, Ори, — проговаривает Риас.
   — Ты же не хотел соглашаться на сделку? Его ведь тогда не накажут, — возмутилась я несправедливостью.
   — Мы с тобой отправимся в город, как только нас выпустят и надавим на Ларри, — на лице Риаса разрасталась неприятная ухмылка.
   — Риас, что ты задумал? — располагаюсь на спине и вглядываюсь в лицо блондина.
   Он перемещается, чтобы нависнуть надо мною.
   — Мы страшные люди, Ори, — вместо понятного ответа, выдает Риас, уже оглаживая мои бедра и требуя поцелуя.
   Глава 20. Трудный вечер
   Прошла неделя прежде чем нас отпустили. Элания встретила меня громогласным негодованием, Линди бледностью и мешками под глазами, а Киви и вовсе разревелась. Мони только обнял, чтобы быстро отстраниться, и с потупившимся взглядом произнести, что волновался. С учебой проблем не возникло, так как я давно взяла пример с Элании, изучая все самостоятельно. По некоторым дисциплинам я уже опережала программу, дойдя в изучении до четвертого курса. Первый учебный день выдался сложным по другим причинам. Шепотки за спиной отдавались в душе слишком мерзкими воспоминаниями. Но находились редкие смельчаки, кто подходил ко мне, чтобы просто высказать слова поддержки.
   После занятий я собиралась на тренировку, когда ко мне зашел Риас. Он был в своем костюме, накинув сверху какую-то новую темную куртку.
   — Я за тобой, — сообщил он мне с довольной улыбкой.
   — Я уже собралась уходить, Риас, — сообщаю, накидывая пальто.
   — Ори, после случившегося я не могу…, — подходит, захватывая мои плечи в цепкие кисти рук.
   — Ты не можешь быть рядом со мной все время, Риас, — перебиваю и пытаюсь вразумить его.
   Но он только пожал плечами, уже оторвавшись от меня и открывая передо мной дверь. В коридоре его рука нашла мою ладонь, и мы молча покинули общежитие. За прошедшую неделю морозы отступили, но на улице было все еще сыро и холодно. Снег уплотнился, сообщая, что уже вот-вот начнет таять.
   — Ты так и не сказал, что собираешься делать, — завожу разговор, понимая, что Риас где-то далеко в свих мыслях.
   — Ты про что? — заглянул мне в лицо.
   — Я про Лидана.
   — Я бы удовлетворился его смертью, — задумчиво произнес Риас, привлекая все мое внимание, — Но Райан прав. Тут надо что-то хуже.
   — Смертью? — изумляюсь я, — Риас, ты же говорил, что не убивал никогда.
   — Все бывает в первый раз, Ори. И тут я бы не раздумывал, но…
   — Это слишком, Риас, — негромко произношу, но сама неуверенная права ли.
   Воспоминания всей той картины были такими свежими, что, казалось, я все еще могу ощутить неприятные прикосновения каждого из ненавистных мной парней.
   — Почему? Разве он не заслужил? Ори, он тебя…, — тяжело вздыхает, начиная нервничать и обрывая высказывание, — Знаешь, давай поговорим об этом.
   Он отпустил мою ладонь и обнял меня за талию, направляя свой взгляд вдаль.
   — Тиретис довольно часто выносит смертные приговоры, — вдруг выговаривает Риас, заставляя меня похолодеть.
   — Но казнь на Восточном материке давно не практикуется.
   — Гласно, Ори. А негласно, в тюрьмах она осталась, — закусывает губу Риас, — Вот смотри. Я расскажу тебе две истории, что произошли недавно, и ты поймешь, что все не так плохо.
   — Что может быть неплохого в убийствах?! — раздраженно вырывается у меня.
   Риас останавливает наш шаг. Вглядывается в мое лицо, а позже обнимает меня двумя руками и целует, снимая все возникшее напряжение. Когда понимаю, что скоро потребуювернуться в комнату, то отстраняюсь, тяжело дыша.
   — Опоздаю опять, — проговариваю негромко.
   — Ничего. Райан простит тебе, — недовольно замечает Риас, — Слушай внимательно. Был у нас такой случай, когда пропадали девушки, — начал Риас, продолжая шаг, — Обычное непримечательное дело. Там девушка пропала темноволосая восемнадцати лет, тут девушка пропала светловолосая пятнадцати лет. Сначала пропажи по Хардону относили к разным делам, поэтому и разные следователи вели дело. Знаешь, Ори, когда за полгода официально пропало восемнадцать девушек, то это уже вызывает интерес короны. Людвиг лично заинтересовался всей этой… Короче, он назначил лучшего следователя Нестаргона попробовать связать все в одно дело. Сложно вышло. Девушки же разныхвозрастов, наций, внешности. Долго Уильямс работал с этими пропажами. Больше года. За это время число увеличилось еще на пятнадцать девушек, — замечает Риас, чтобы заинтересовать меня сильнее и нагнать большего страха, — В итоге привело все это в одно загородное поместье к одному уроду. Последняя девушка пропала из таверны в одном из окраинных районов Хардона «Уют усталого путника». Работала там. Была племянницей хозяина заведения. Она ведь совсем молодая была, всего тринадцать лет. Тамон и наследил.
   А у меня леденеет все внутри, потому что я помню эту девчушку, что обслуживала нас с Райаном. Белокурая, светлоглазая, с неприметными веснушками.
   — Я тогда любопытства ради сунулся с Уильямсом. Даже отгул взял, — продолжил Риас, — Лучше бы не делал эту глупость. Он не был насильником, Ори, как Лидан. Он… Я даже не знаю, что хуже, — сжимает мою талию Риас, — Ори, он был безумцем! Эти девушки были найдены в клетках в его подвале, — судорожный вздох Риаса, и я обнимаю его в ответ, — Одеты словно куклы! Мы нашли в живых только одну. Но и она… Не смогли мы ее спасти. Он не поил их, не кормил. Он приходил вечерами к ним, в эту вонь! Ему нравилсязапах разлагающихся тел, Ори. Представляешь? — замолкает Риас, чтобы собраться, — Ему нравилось, что девушки плакали и молили о пощаде! Они же видели, что их ждет.
   Я останавливаю Риаса, чтобы обнять его. Он обнимает меня в ответ, в поисках утешений и поддержки.
   — Ори, разве такие не заслуживают смерти? — уже более твердо произносит Риас, — Пойдем, — тянет меня дальше, — По приказу Тиретиса, его подвесили за ноги и выпустили кровь, хотя мне казалось этого мало.
   Я была взволнована и возмущена от представленной картины подвала этого маньяка и ловила себя на мысли, что оправдываю приказ Нестаргонского.
   — Если вторая история будет такая же, Риас, то я не хочу ее слышать, — озвучила сделанный мной вывод.
   — Другая, — продолжил Риас, — На севере Нестаргона деревня есть одна «Колоски». Там случилась вспышка, при которой пробудился оборотень. Знаешь, в Нестаргоне редко бывают вспышки. Эту маги пропустили, — опять сжимает руку Риас, — Семья одна там жила и занималась разведением скота. Они продавали мясо и хорошо жили, но… В общем, когда отец семьи вернулся домой, то обнаружил укушенных детей и жену. Это в полную луну было. Там только старший сын был с оторванной головой. А остальные… Знаешь, мужик толковый попался. Наверное.
   — Риас, я не уверена, что хочу слышать, — дрогнул у меня голос от моей щедрой на картинки фантазии.
   — Иначе ты не поймешь меня, Ори. Есть ситуации, когда нельзя поступить по-другому, понимаешь? — заглядывает мне в лицо Риас, — В общем, мужик этот сам головы отсек бессознательным… Девчонке было семь лет, пацану двенадцать, ну и жена еще. А потом он к старосте пошел. Все рассказал, признался и оправдания были, но жить уже не хотел. Он же всего лишился. В тот момент, пока тому уроду глотку перерезали, чтоб кровь спустить, мужику этому в сердце клинок всадили. Это быстрая и моментальная смерть,Ори.
   — Риас, если ты хотел добиться моего страха, то ты справился, — пеняю парня, осознавая, что дрожу не от холода.
   — Прости, Ори, — притягивает меня к себе Риас, — просто…
   — Что ты сделаешь с Лиданом? — утыкаюсь в плечо Риаса.
   — То, что он заслужил, Ори. Ларри поможет нам.
   — И часто ты обращался с подобными просьбами к нему? — негодую от догадок.
   — Ори, у Людвига тоже есть враги и… Не все можно решить простым путем, понимаешь?
   — Почему ты уверен, что Ларри поможет? Из-за компромата?
   — Не только. Понимаешь, я его от конкурента избавил, — опускает голову.
   — Риас, я хочу знать все, — мой голос дрожал, а я увеличила темп ходьбы.
   — Когда я пришел к данной сфере деятельности, то… У меня был выбор, Ори. И между тем подонком и Ларри, я выбрал последнего. У него сын, когда-то погиб, связавшись с грязными делишками. Он же из обычных горожан. Ларри мстить начал, а пока кровавый след оставлял, то себе репутацию набирал. Из простого мстителя за пару лет известным наемником стал, но не остановился. Сейчас сама понимаешь до кого дорос. Он сейчас просто услуги предоставляет разного рода и…
   — И ты обильно пользовался этими услугами, — страхи отошли и уже пробудилась ревность, — И даже спал с этими…
   — Тсс…, — палец Риаса быстро оказывается у моих губ, — Ори, давай так. Ты не будешь оскорблять девушек, с которыми я спал. Они все равно в прошлом, поверь мне. Теперь у меня только ты. И я тебя… Иди ко мне.
   Поцелуй был порывистым и пробуждал лишние на данный момент чувства.
   — Может поторопитесь? — услышали недовольный голос Элании.
   Он проводил меня до стадиона. Оторвался от моих губ, глядя мне в глаза.
   — Сегодня вечером вылазка к Ларри, — негромко проговаривает Риас, — И я не оставлю тебя одну. Не сейчас, ясно? Мне нужно время, Ори.
   — Ты сейчас куда? — задаю вопрос.
   — С вами тренироваться буду, — огорошил Риас.
   — У нас все распланировано, — подошел к нам Райан.
   — Я могу помочь. Знаешь, Райан, я же уже был там. И смогу указать на какие-то ваши слабости и ошибки, — поступает дельное предложение от Риаса, — Заодно хочу убедиться, что Ори с вами не пострадает.
   Хасир приобрел второе дыхание осознав, что в его загребущие руки попала еще одна жертва. И раз нас стало четное количество людей, не знающий пощады решил устроить спарринги. Вот только он сильно оплошал, когда выставил Риаса против меня.
   Блондин сначала легко занял позицию и с лихой улыбкой глянул на меня. Я тоже приготовилась, но удивилась. Медленно его улыбка сползала. Парень закусил губу, нахмурил брови и расслабился, засунув руки в карманы. Это что еще такое?
   — Риас, ты так решил посмеяться надо мной? — вырывается у меня возмущение, — Я не слабачка, чтобы меня игнорировать!
   — Солвер, какого лешего?! Ты сюда пришел, чтоб слезно уползать, обливаясь потом! — заметил выходку Хасир.
   Остальные тоже оторвались от уже начавшегося боя, чтобы неодобрительно глянуть на нарушителя.
   — Он же срывает нам тренировку, — услышала я от мегеры.
   — Я не могу, Хасир! — услышали возмущение в ответ от Риаса, — Вы же не специально мне выделили в пару Ори?! Я же не смогу поднять на нее руку! — он перевел обеспокоенный взгляд на меня.
   — Вот же влюбленный болван! Мони, брось Райана! Поменяйтесь.
   — Серьезно, Риас?! — возмущалась я, пока он с заметным облегчением сменял партнера.
   — Не думал, что у него сердце такое ранимое, — негромко сообщил Мони, по-новому оценивая блондина и вставая в стойку против меня.
   Дальше тренировка прошла в нормальном порядке и темпе. Уходили уставшие, желая поесть и лечь спать. Я всячески настраивала себя и собирала силы, чтобы осилить вечерний поход в Хардон. Риас подал мне пальто, которое я снимала на время тренировок, помог облачиться и взял за руку. Парень был доволен и разгорячен.
   — Тебе понравилось? — задаю вопрос, завидуя его прыти и энергии.
   — Знаешь, это весело. Жаль, что все равно постоянно не получиться с вами тут быть. Но, как только земля прогреется, то я смогу наблюдать за вашими тренировками и работать над своими делами тут.
   — Ты и вправду сумасшедший, Риас, — негромко заявляю, чем вызываю веселый смешок парня, — А зачем я тебе сегодня в городе? Если честно, то я устала, — с надеждой, что Риас сжалится, произношу с грустью в голосе.
   — Прости, милая, но так нужно. Тиретис подключил свои силы. Нам пришлось сделать так, чтобы сегодня собрались главы темного Хардона. Они даже не подозревают… В общем, сегодня все должны запомнить твое лицо, Ори.
   — Зачем? — взволнованно задаю вопрос.
   В голове пытаюсь найти причины. Вариант напрашивается только один. Риас хочет, чтобы меня знали, ради защиты. Не похвастаться же мною он решил перед опасными фигурами Хардона?!
   — Так надо, Ори. Просто верь мне, ясно? — произнес Риас, но ладонь его предательски дрогнула. Он не уверен в своей правоте.
   Я быстро приняла ванну. Делая шаг в свою комнату и кутаясь в халат, даже не удивилась, увидев Риаса на стуле. Удивилась я его образу. Непривычно было видеть его в почти строгом костюме. Почти, потому что он был красного цвета. Платиновые волосы были не взлохмачены, а неумело, явно быстро зачесаны назад. Некоторые пряди все равно стремились упасть на законное и привычное для них место.
   — Зачем ты так нарядился, Риас? — не смогла скрыть подозрительность в голосе.
   — Твой наряд, — указывает кивком в сторону моей кровати, где лежат свертки, — Линди скоро придет и поможет уложить твои волосы.
   — Ответь мне, зачем? — не сдавалась я, но уже подходила к сверткам.
   — Зачем волосы собирать? — понял по-своему Риас, — Твое лицо должно быть хорошо видно сегодня.
   Значит, я была права. Сегодня Риас знакомит опасных личностей со мной, чтобы сказать, что я дорога ему и трогать меня нельзя.
   В свертке было длинное белое платье из теплой ткани с кружевными рукавами и верхом. От середины бедра шел разрез. Оно было без лишних изысков, легло плотно и красиво, подчеркивая женственность. Моя утонченная, но не лишенная соблазнов фигура будет в нем привлекать внимание окружающих, а относительная закрытость и скромность платья будет говорить о моей неприкосновенности и неприступности. Этакая невинная, чистая душа на вечере среди демонов. Туфли к платью были высокими, закрытыми, тожебелыми.
   Линди вернулась и вправду взялась за мои волосы, укладывая их незатейливо, скромно на затылке.
   — Немного припусти, — слышу наставление от Риаса, — Все должно выглядеть легким, спадающим.
   Волнение Риаса не могло укрыться от меня. Он постоянно облизывал и закусывал нижнюю губу, сжимая руки в цепкий замок. Если он и был восхищен моим образом, то явно раздражение и нервозность заглушали его чувство, отдаляя в беспокойные мысли.
   — Пару локонов спущу, — говорит соседка спустя время, обращаясь к Риасу, — Лицо не скроют, зато будут привлекать внимание к длинной шее.
   — Да, хорошо, — отрываясь от своих мыслей, соглашается Риас.
   — Не волнуйся так, Риас, — продолжает разговор Линди, — Все будет хорошо.
   — Ты уже знаешь, куда мы направляемся? — удивляюсь я, — Риас, почему ты рассказал Линди, а мне все еще нет?
   — Ты не сказал ей? — возмущается подруга.
   — Я… Мне страшно, что я совершаю ошибку. Может все зря, — разразился откровениями Риас, — Может лучше наоборот. Прятать ее.
   — Нет, — уверенно отвечает подруга, — Твое решение верное.
   А я отчаиваюсь понять, что меня ждет, потому что разговор оканчивается. Линди справилась и нам уже пора. Я в последний раз окинула себя взглядом в зеркало, кутаясь в зимнюю, меховую, с кружевом шаль и убеждаясь, что выгляжу именно невинно.
   Прежде чем покинуть академию мы зашли в комнату Риаса, чтобы он перекинулся парой фраз с другом. Я поняла, что кто-то из людей Тиретиса будет в заведении, куда держим путь и мы. Они будут страховать нас в случае чего. Тиретис пожелал нам удачи и дальше уткнулся в газету. В отличии от Риаса, он был спокойным.
   Я не приставала с вопросами к Риасу, который опять погрузился в свои мысли, наверняка, прокручивая важные мысли в голове. Карета довольно быстро доставила нас в незнакомую мне часть города. Это не был квартал бедных, но и находился он не в северной части, где был дворец, а в южной.
   Фонари тут горели только возле заведений. Не таверны и забегаловки, а эдакие рестораны, но зачастую с опасными посетителями.
   Огромное, шикарное здание внутри было наполнено запахами приторных женских духов, мужских одеколонов, алкоголя и табака. В зале было светло и довольно немноголюдно. За столиками сидели влюбленные пары, мужчины, что встретились для дружеского ужина и, возможно даже кто-то заключал тут договора и сделки. Все были явно обеспеченные, даже если не принадлежали высшему сословию.
   — Нам сюда, — негромко сообщил Риас, который буквально преобразился.
   Я держала под руку Солвера, который был собранным, уверенным в себе парнем. Если в обычной, привычной атмосфере он выглядел даже моложе Кобеана, то сейчас в нем ощущался какой-то свой немалый опыт за плечами. Нет. Он не выглядел тем, кто смертельно опасен и готов убить одним лишь взглядом. Скорее он вызывал желание действовать с ним аккуратно и осторожно, опасаться за каждое произнесенное в его обществе слово.
   — Малыш Келри, — встретился нам по пути к неприметной двери мужчина лет тридцати, — Что привело тебя сюда сегодня? — с наигранной счастливой от встречи улыбкой задавал он этот вопрос.
   По его поведению было видно, что он совсем не рад этому визиту. Что мы не вовремя. Совсем не вовремя.
   — Не спалось. В академии скучно, решил проветриться, — с такой же лживой улыбкой ответил Риас, не пытаясь даже скрыть своего лицемерия.
   Мужчина понимающе кивнул и с досадной улыбкой того, кого накрыли на месте преступления, уступил нам дорогу. Проходя по узкому проходу между сокрытыми от постороннего внимания двери, рука Риаса сжимала мою ладонь. Его мизинец с безымянным пальцем подрагивали от нервозности. Я призывала все свое спокойствие, чтобы не поддатьсяпанике.
   Дверь открылась, впуская нас в прокуренное просторное помещение. Внутри стены были обшиты темно-зеленой тканью с позолоченной отделкой. Круглый большой стол также был обшит добротным сукном, пол застелен хорошей выделки камнем. А потолки из окрашенного в черный цвет стекла отражали многочисленные фонарики и свечи, давая ещебольше освещения.
   За столом сидело шестеро человек. Ларри окинул нас спокойным взглядом. Если он и удивился, то виду не подал. Дальше место рядом занимал сухой старичок в черном смокинге. Он щурился и не скрывал своего негативного настроения к нашему приходу. Рядом с ним сидела довольно молодая блондинка с яркой внешностью. Ее алое платье, усыпанное мелкими драгоценными камнями, открывало вид на притягивающее внимание ложбинку чувственной груди. На ее симпатичном лице, встречающем нас, читалось любопытство и предвкушение, особенно ее улыбка приобретала игривые нотки, когда она смотрела на Риаса. Я быстро отвела взгляд от нее, чувствуя, как ревность сметает все волнение своим напором.
   — Неожиданно, — раздался голос мужчины, что сидел во главе стола. Он не мог скрыть раздражение и рычащие нотки, но старался натянуть доброжелательную улыбку.
   — Привет, Диаст, — щедро улыбнулся Риас, — Думаю, ты не будешь против моей компании за вашим скромным собранием? — сарказм плескался через край, а я забыла о ревности и старалась не бледнеть.
   Тот который Диаст, кивнул стоящему позади него мужчине, и последний вышел из комнаты. Глава стола, а скорее всего этого заведения, был видным мужчиной лет сорока. Его грозный взгляд темных глаз из-под кустистых бровей, смотрел на Риаса прямо и неотрывно все то время, пока отправленный им подчиненный не вернулся с двумя стульями в руках.
   Я за это время успела рассмотреть оставшихся двух мужчин. Рыжий верзила наблюдал за всем с неприкрытой забавой, а последний мужчина вызвал у меня неприятные чувства. Он был похож на Бриджа. Светлые волосы, светлые глаза, волевой подбородок с ямочкой. Но вместо не забытого мною доброго взгляда, в этом читалось угроза и жестокость.
   Нам заботливо подставили стулья, но Риас самолично усадил меня, убедившись, что мне удобно, и внимательно вглядываясь мне в глаза. Что он пытался в них увидеть, не знаю, но я призвала все свои навыки из прошлой жизни, помня, какой образ сегодня должна играть. Невинность, немного испуга, волнение и скромность.
   — Вот как, — негромко раздался голос Ларри, прежде чем он выпустил кольцо дыма. Наверняка, его высказывание являлось догадкой, почему мы сюда явились.
   — Судя по всему, ты ко мне надолго, — с улыбкой, которая не скрывала недовольство, произнес Диаст, — Тебя что-то конкретное привело?
   — Диаст, ты только ко мне так негостеприимен? — с обидой спросил Риас.
   — Ты щенок Людвига! — раздался сиплый голос старика, после чего он щедро раскашлялся.
   Все дождались, когда тяжелый кашель завершится. Риас смотрел на старика с обидой и досадой. Потом он взял мою руку в свои, даря мне нежную, извиняющуюся улыбку и целуя захваченную конечность. Мою ладонь он так и не выпустил, без смущения удерживая ее и массируя, не пытаясь скрыть действие от окружающих, заинтересованных взглядов. Взгляд девушки был особенно изучающим мою скромную личность. Ларри понятливо улыбнулся.
   — Чего ты хочешь, Келри? — задал вопрос Диаст.
   — Для начала более непринужденной атмосферы, — ответил Риас, отпуская мою руку, свои сцепив в замок и расположив на столе.
   Я не удивилась, когда на этом же столе объявились карты, хотя они и запрещены законом. Разговор пошел о внешней политике и последних событиях. Но я давно не заглядывала в эту часть жизни Ирфрида, поэтому просто сидела, даже не прислушиваясь, и с диким желанием быстрее покинуть это место. Шли минуты, часы. Неприметная охрана, как неживая стояла за спинами своего начальства, помещение все больше наполнялось едким дымом и шумными, раскрепощенными возгласами мужчин. Девушка, по имени Гелла, в отличии от меня была в знакомой для себя обстановке, поэтому я часто слышала ее веселый смех с низкими соблазнительными нотками. Нам с ней принесли белого вина, в отличии от мужчин, которые пили что-то темное и крепкое из низких бокалов.
   — Ты не представил свою спутницу, — с дружелюбной улыбкой произнес рыжий Фирам, окидывая меня хмельным взглядом, — Кто эта скромная красавица, Келри?
   — Ооори, — с трепетными нотами протягивает мое имя Риас, — Моя будущая невеста, но она пока даже не догадывается об этом, — вызывает Риас дружный мужской смех с примесью удивления.
   А я у меня воздух вышибло, кровь отлила. Это такая жестокая шутка? Или это игра на публику? А может он и впрямь собирается делать мне предложение? Я не смогла сдержать лицо. Растерялась, округлила глаза и в спешке осушила бокал с вином, вызывая еще больший смех и внимание к себе.
   — Ори, смотри на меня, — придерживая овал моего лица, заглядывает Риас в мои глаза, — Все нормально, слышишь? Все будет хорошо.
   Его убеждения возвращают к игре, но не дают ответов на мои вопросы, а я не могу их озвучить в этой компании. Риас тоже уже охмелел, но явно добавляет нетрезвости к образу своей игрой.
   Я погруженная в свои хаотичные мысли и вопросы, пропустила момент, когда речь наконец-то зашла, о причинах нашего с Риасом тут появления.
   — Ларри, а ты заверял меня, что мы с тобой друзья. Помнишь? — задавал вопрос Риас, вальяжно расположившись на спинке стула, — Разве друзья проводят аферы за спинами друг друга?
   — Малыш Келри, — вступил Диаст, стараясь перекрыть кашель неприятного старика, — Если ты обвиняешь нас, но мы все еще не за решеткой в королевской темнице, тогда что нужно Людвигу?
   Риас надолго замолчал, словив все заинтересованные взгляды в этом помещении. Старик тоже откашлялся, неприятно выплюнул мокроту в платок и глядел подозрительно щурясь на наглого юношу.
   — Не ему, — заиграл желваками Риас, — Мне.
   Он глянул на меня немного протрезвевшим взглядом, опять схватил мою руку в свои, и уже без улыбки окинул взглядом собравшихся.
   — Я скрою вашу махинацию от короля и помогу вам незаметно свернуть ее, — высказал снисходительным тоном.
   — А Тиретис в курсе? — выпускает новое облачко дыма Ларри.
   — Он прикроет и поддержит.
   — И что же вам с наследником надо? — с ленивыми нотками заговорил Пиер, тот который похож на Бриджа.
   — Во что ты опять вляпался, Келри? — задает с небольшим беспокойством Ларри.
   — Не я, но…, — облизывает Риас губу и тянется к бокалу, делает маленький глоток, — Нужно отомстить кое-кому.
   — Просто попроси и мои люди свернут ему шею, — произносит Пиер, прокручивая бокал в руках.
   — Не в этот раз, — обеспокоенно поглядывает на меня Риас, а у меня неприятный комок туго скручивается внутри, — Имя ублюдка — Лидан Зитери. Он учился со мной, но уже не маг. Скоро он покинет Нестаргон, и по дороге в Дарголию должен исчезнуть. Но не умереть, — прямой взгляд Риас направляет на Пиера.
   — И как должна сложиться его жизнь? — спрашивает Диаст, не сдерживая насмешливой улыбки.
   — Отправьте его в Алтиру. Продайте в рабство. Сделайте так, чтобы он не мог говорить и заявить о своей неприкосновенности. Я не знаю, — растерялся Риас, ощутив, как дрогнула моя рука, — Не мне вас учить. У вас же опыта в этом поболее будет.
   Я незаметно дрожала, осознавая, что Кобеан был прав. Риас не тот хороший мальчик, который предстает перед Линди и Марией. Сколько еще мне предстоит узнать о нем, прежде чем я перестану удивляться ему и бояться его?
   Нога любимого мною парня нервно тряслась под столом. Он ожидал ответа от глав темного мира. Но лицо было спокойным, требовательным и невозмутимым.
   — Неприкосновенность, — растягивает монотонно Ларри, — Его имя незнакомо мне, Келри. Но он принадлежит высшему миру. Кто он?
   — Его отец был личным секретарем Осмонда Дарголийского. Сейчас в отставке по собственному желанию и заслугам, но семья все еще при дворце.
   — Значит он будет под усиленной охраной, — выхватывал нужную для себя информацию Пиер.
   — Что он сделал, малыш? — с какой-то тоской уточняет Ларри.
   — Позволил себе покуситься на мое, — ответил Риас.
   Он не кидал на меня взгляд, но мое присутствие все сказало за себя. Меня снова изучали собравшиеся тут люди, но уже по-новому. С другим, более серьезным интересом.
   — Я не прощаю таких ошибок, — продолжил Риас, — Ничего не должно привести к моей причастности к этому делу.
   — Опасаешься гнева Людвига? Это ты верно, — негромко рассуждал Ларри.
   — Я лично пригляжу о его доставке в Алтиру, — раздался голос Фирама не лишенный былой забавы.
   Дальше разговор пошел на отстраненные темы. Я все также молчала. Мне не о чем было говорить с этими людьми. Нет общих знакомых, общих событий. Ничего общего. Мои мысли навевали тоску и грусть. Я хотела скорее оказаться на свежем воздухе и забыть о неприятном вечере своей жизни.
   — Нам пора, — прозвучала фраза от Риаса, которая нашла отклик облегчения в моей душе.
   С нами в отличии от прохладной встречи, радушно попрощались. Только старик вновь обозвал Риаса королевским засранцем и зашелся в новом приступе кашля. Покидая комнату, я услышала, как Гелла собралась в уборную, внутри ничего не дрогнуло. От пережитых эмоциональных событий наполненного вечера у меня просто не осталось сил на ревность и гнев.
   — Ты не можешь! — донеслось гневное обращение к Риасу вслед, когда мы покинули темный коридор и уже стояли в зале.
   Девушка быстро приблизилась к нам, полностью игнорируя меня. Она уставилась на Риаса прямым, яростным взглядом ярких синих глаз. Риас сжал мою ладонь сильнее, но напряженного взгляда с девушки не сводил.
   — Гелла, я могу и хочу, — спокойно произнес Риас, уже собираясь уйти.
   — Ты не понимаешь, Келри! — вновь прошипела она, опуская голос до шепота, — Осталось немного и этот старый маразматик покинет мир живых. Я буду одной из самых богатых вдов и мне… Я мечтала, что рядом со мной будешь ты, — стараясь выглядеть искренне, явно лукавила девушка.
   — Видишь ли, Гелла, — сменил милость на гнев блондин, — Я не люблю, когда мне лгут вот так. Как ты сейчас. Прямо в глаза. Это, знаешь… Давай я скажу тебе, почему ты была со мной нежной. Тиретис. Вот твоя цель, — уличил ее Риас, — Моя близость к будущему королю так манит твою безграничную жадность. А теперь вернись к своему мужу, пока он не захлебнулся в ревностном кашле, — выплюнул яростный Риас, оканчивая разговор.
   Девушка стояла бледной, явно не ожидая такого поворота от вечера. Риас обеспокоенно вглядывался в мои глаза, но находил там только понимание и поддержку. Может еще капельку усталости.
   — И еще, — обратился он к оскорбленной, — Сегодняшний разговор. Даже если до Людвига дойдет хоть слово, то он простит мне с Тиром выходку. А вот я тебя тогда в покое не оставлю. Держи свой рот на замке, ясно? — пытался уже найти отклик понимания у девушки.
   — Да пошел ты! — прошипела та. Она собрала все свое достоинство, глянула с коварной улыбкой на симпатичного мужчину в зале и развернулась, чтобы вернуться в прокуренную комнатку.
   — Уж лучше Асель, — обреченно вырвалось у меня, когда я пришла к такому согласию со своими мыслями.
   Риас уже весело хохотнул, подставляя мне руку и выводя на свежий воздух. Тут извозчики работали, видимо, круглосуточно. Часов с собой у меня не было, но я и по своему уставшему состоянию понимала, что уже давно за полночь. В карете я уснула в крепких объятиях Риаса, доверяя ему не только свой сон, но и всю себя. Каким бы он ни был, ноя нужна ему. Это понимание согревало мое сердце и пробуждало ответное такое же чувство. Все больше до меня доходило, что я хочу быть рядом с несносным, порой пугающим блондином всю свою жизнь.
   Выходить из сонного состояния, чтобы добрести до корпуса общежития было сложно. Нас грубо встретил охранник, но я его понимала. Не каждую же ночь тут позволяли подобные вольности себе учащиеся. И я не обиделась на него. Холод неприятно добирался до нежной кожи, даже через зачарованную Линди ткань платья и шали. Риас еще не до конца протрезвел от принятого алкоголя и уже сам пребывал в полусонном бреду, поэтому был бы не против опереться на чье-нибудь сильное плечо. Но вместо этого он шел рядом, придерживая меня за талию.
   — Холодно, — пожаловалась я, шмыгая раскрасневшимся носом.
   — Прости, — принял всю вину на себя Риас.
   В полной темноте мы поднимались на свой четвертый этаж. Я спотыкалась на каблуках и негодовала, уже догадываясь и завидуя, что Риас, наверняка, хорошо видит в темноте из-за своей магии. Когда я не выдержала своих мучений, то призвала свою магию. Теплое, желтоватое свечение от песка заставило Риаса недовольно сморщиться и издатьболезненный стон.
   — Предупреждай в следующий раз, Ори, — попросил он меня, часто моргая и привыкая к освещению.
   — Прости, — уже я просила у него прощение.
   Мы дошли до своих дверей, не скрипнув ни одной половицей. Я отметила, что Риас тоже знает, куда ступать и как. Возле дверей мы остановились, обнялись и долго молчали, каждый в своих мыслях.
   — Ори, ты должна была тоже узнать и увидеть, — оправдывался парень за прошедший вечер.
   — Я понимаю, — грустно выдохнула.
   — Я совсем забыл сказать тебе, как ты красива. Прости, — опять просил прощение Риас, но уже отгоняя мою грусть и вызывая улыбку.
   — Пойдем спать, Риас, — произнесла я.
   — Сладких снов, Ори — заключил меня в объятия Риас и сладко, долго целовал, прежде чем мы разошлись.
   В комнате я тихо раздевалась, но Линди все равно проснулась. Когда она убедилась, что все хорошо, то продолжила спать уже без беспокойства. Я засыпала с усталостью, но с улыбкой на лице.
   Глава 21. Будущее поколение Нестаргона
   Четверг. Снег почти сошел, а солнце стало более добрым и уступчивым, лаская жителей Нестаргона своим теплом. Деревья все еще не спешили радовать набухшими почками, но уже спали без снега на своих облегченных ветках. Я сидела на низком турнике и дожидалась ребят на тренировку. Где-то высоко в небе раздался клич, донеслось знакомое «куа-куа» и я подняла глаза, не смея сдерживать довольную улыбку. Моя старая подруга возвещала о возвращении домой и прихода весны.
   Наши с Риасом отношения не стали хуже после того, как я узнала о нем новые подробности. Он по-прежнему баловал меня своим вниманием, также бесил Эланию и пугал Мони, вынуждая Киви грозно ратовать. Тиретис все чаще интересовался у меня моими успехами в артефакторике и даже заглядывал в занятую мною мастерскую, если мы пересекались. Его негативное ко мне отношение постепенно становилось теплее, стирая невидимые барьеры между нами. Одновременно с этим Риас все больше сходился с Райаном, не избегая случаев, чтобы воспользоваться советами последнего.
   Райан был довольным. Ему причислили принадлежность к высшему сословию Нестаргона, освобождая его от привязанности трона в Вертании и облегчая тем самым жизнь Черному Пауку. Я не смотрела документы, которые получил Райан об этом темном маге. Мне было неинтересно слышать о жителях Западного материка. К тому же вести о них нагоняли на меня тоску, напоминая о моем предательстве.
   Элания пригласила нас всех погостить в Террийск по окончанию практики. Мы не раздумывая согласились. Риас услышав, что я поеду в эту еще более жаркую страну не огорчился. Он расплылся в широкой улыбке и сказал, что мне понравится. Он был в Террийске с Нестаргонским и ему понравилось все, кроме сладостей. По его словам, они там слишком приторные и странные. Но ему ли говорить о странностях?
   Я поднялась с насиженного и нагретого места, сняла с себя пальто, повесила его на турник и решила выпустить магию. Ветерок ласково и игриво кинул мои длинные темныелоконы мне в лицо. Я опять улыбнулась, собирая их и перекидывая на одну сторону, чтобы проказник ветер не смог мне помешать. Моя стихия отозвалась теплом в груди, чтобы медленно пропустить это тепло по моим рукам. Тонкие вены окрасились в золотистый цвет. Мне уже не было тяжело и больно, как в том году. Теперь моя стихия вызывала только немного щекотку, цепляя невидимую и загадочную ауру своими магическими песчинками. Плетение атакующего заклинания быстро расходовало силу и мне приходилось взывать к окружению, черпая потоки буквально из воздуха. Когда я услышала аккуратную поступь за спиной, то неспешно оборвала плетение. Песчинки красиво взметнулись золотыми искрами, чтобы медленно закружиться и начать плавно оседать.
   Родные руки любимого человека обняли за талию. Его ладонь медленно переместилась и нежно приступила к ласке живота, вызывая сладкую негу и желание к продолжению чего-то большего.
   — Всегда нравилось, как выглядит твоя магия, — тихо произнес Риас, — А еще в отличии от моей она теплая. Знаешь, Ори, я ведь очень люблю тепло, а мне приходиться страдать из-за холода внутри, — все также тихо взывает к моей жалости.
   — Я всегда согрею тебя, — успокаиваю парня.
   — Ты ведь никогда не оставишь меня, милая? — спрашивает Риас, утыкаясь носом мне в шею.
   — Никогда, Риас. Только ты тоже не оставляй меня, — добавляю уже посмеиваясь.
   — Глупая Ори, — протягивает блондин, еще сильнее прижимаясь ко мне.
   — Вы сюда не обниматься пришли! — услышали мы голос Хасира.
   Риас нехотя и тяжело вздыхая отстранился от меня. К нам приближались ребята, а значит тренировка начиналась.
   — Сегодня начнем с Райана! Солвер, — обратился к нему Хасир, — Убери эту ухмылку с лица! Я тебе наухмыляюсь! — негодовал Хасир, вызывая громкий обреченный стон Риаса, — Будешь пытаться пробить защиту Райана.
   — Легко, — заявляет блондин, не раздумывая.
   — Ты берешь на себя слишком много, — смотрит на него с вызовом и легкой насмешкой Райан.
   Мы расположились в разбросанном порядке: я, Киви, Элания и Мони. Райан был позади нас и внимательно вглядывался в пустоту стадиона. Где-то тут бродил в невидимости Риас. Периодически он выходил из нее и бросал в кого-то из нас заклинание, вынуждая Райана выставлять щит без плетения, быстро. Очень быстро. Эта быстрота достигалась за счет размера плетения и более высокой концентрации магии. Вместо того, чтобы выплетать большой рисунок, убеждаясь в правильности его закорючек, нужно было создать его меньшую копию, используя все пальцы и не тратя время на движение кистью руки. Когда творишь подобное каждый день, на протяжении долгого времени, то пальцы действуют быстрее, согласно привычкам. Искра тоже откликается моментально, выдавая ту порцию магии, которая тебе нужна.
   — Солвер, темная зараза! Ты за эту тренировку ни разу не запустил заклятие в Кениар! — негодовал Хасир тому, что Риас по-прежнему не мог пересилить себя и нанести мне хоть какой-то вред.
   В этот раз облако разрослось за спиной Киви. Несложный пульсар темной магии стремительно понесся в жертву, но Райан был как всегда быстрее. Чернота бесшумно расползлась туманом, отскакивая от красивого голубого света щита и оседая. Потом Риас обрушил какой-то поток на голову Элании. Принцесса закричала от испуга, чем порадовала Риаса, но Райан успевал. Он успевал снова и снова, даже не особо уставая. Черед доходил до всех кроме меня. Я не злилась на Риаса. Мне нравилось, что я являлась настолько его слабостью, что он не мог победить даже себя.
   Облако бесшумно, быстро раскрылось передо мной, открывая голубые глаза Риаса. Он также бесшумно склонился ко мне, бережно захватывая мой овал лица в свои руки. Нежный поцелуй, становился затяжным. Хасир смущенно покашлял и сказал, что на сегодня все. Руки Риаса скользнули по шее к плечам, прошлись по рукам, ласково оглаживая через кофту, и он отстранился. Я открыла глаза, над нами с Риасом светился, красиво переливаясь плетением, голубой щит.
   — Ты проиграл Райан. И мне это не нравится, — сообщил Риас, глядя уже не на меня.
   — Я расслабился, — признал друг, — Решил, что на Ори ты не нападешь.
   — Я и не напал, — хохотнул Риас, вновь возвращаясь ко мне вниманием.
   — Помоги мне, — вдруг обращается Райан к блондину, — Продолжим тренировку в парах.
   Это была обыкновенная выходка от Райана. Он готовил нас к Мертвому лесу основательно, и опасения его были не на пустом месте. Если у других команд были крепкие составы из-за их отдельных сильных сторон каждого, то у нас все было иначе. У нас все держалось только на навыках, знаниях и быстрой реакции всей команды на любую ситуацию.
   — Разбиваемся на три состава, — раздает указания Райан, — Риас и Ори, Элания и Мони, Киви ты со мной. Задача победить.
   Особого приглашения не требовалось. Риас исчез мгновенно, а я отбежала на безопасное расстояние. Это была тренировка, где мы не щадим друг друга. Мне было бы сподручнее в команде с Эланией, что могла давать мне подбадривающие заклинания, ускоряя меня и усиливая, но Риас… Он бы заведомо мне проиграл.
   Киви стоя под непробиваемой защитой Райана потянулась рукой к своему немалому, широкому мечу. Она медленно, хладнокровно провела большим пальцем по острию. Кровь тонкой струйкой достигла цели. По ее лезвию пробежали, освещаясь кровавым сиянием, руны зачарования. Девушка хмуро приняла стойку, отводя меч в крепкой правой руке немного в сторону и опираясь на правую же ногу, отодвигая ее чуть назад и в сторону. Ее левая рука сжалась в кулаке, выдвигаясь вперед, как и левая нога, что была немного согнута в колене. Так девушка создавала баланс своему тренированному телу для боевой стойки. Киви внимательно следила за тройкой противников, не забывая косо оглядываться по сторонам. Райан игнорировал всех вокруг, пытаясь понять, кто будет первой жертвой Риаса.
   Элания стояла рядом с Мони. Ее уже не очень хрупкий, высокий защитник успел порезать руку кинжалом и сплел заклинание по площади. Оно разрослось кровавым витиеватым рисунком по земле и было усилено святым огнем принцессы. Против темного мага это страшное оружие. Риас не приблизится к этой паре, пока они стоят на этом рисунке.
   «Пока они стоят на этом рисунке, они не навредят и мне», — улавливаю полезный вывод из сложившейся ситуации. Слишком далеко они находятся от Киви и Райана. Этой подсказки хватило, чтобы принять решение на кого напасть первым. Надеюсь, что Риас не сорвется и не покажет себя раньше, чем это будет выгодно мне.
   Я стартую на забег в сторону Элании и Мони, чтобы вызвать напряжение и запутать врагов. Артефакт «Эгио» поглощающий магию и высвобождая ее в свободной стихии воздуха уже в моих руках. Никто даже не заметил. Не могу сдержать улыбки, видя хмурый непривычный взгляд, ожидающего Мони. Он уже что-то придумал против меня, но мне не интересно. Впереди толстый столб турника. Я набегаю на него, чтобы остановить свое движение, оттолкнуться и развернуться, прицельно швыряя маленькую монету в Райана. Он мгновенно отпускает удерживаемые щиты, но не успевает среагировать, выстраивая щиты против физических предметов. Активируемый артефакт прилипает к его одежде. Крышка, что успела раскрыться, сейчас своими пластинами, что так похожи в разрезе на клыки, стягивает его одежду. Пока он не избавится от маленького прицепившегося к нему артефакта, парень будет лишен магии.
   — Риас, держи вторых! — оповещаю пустоту.
   Мони был растерян от моей выходки. Его с Эланией заклятия все еще не могут достать меня, а покинуть безопасную площадь рисковано. Они внимательно озираются по сторонам. Я на время избавилась от сильнейшего среди нас. Киви понимает, что ей нельзя оставаться возле напарника, иначе и ее магия будет вытянута из меча, и она спешно отдаляется на безопасное расстояние. А я продолжаю свой выход. Улыбка, что так заразительна и которую так любит Риас, расползается на моем лице. И я бегу к девушке, оголяя ножи.
   Киви уже придумала и предпринимает новую тактику. Вновь, не щадя крови, она быстро активирует новые руны на мече. Теперь он весь пылает красными всполохами магии. Я немного сбиваюсь с бега, когда теряюсь в догадках, что она сделает. Низкая синеволосая девушка смотрит на меня с вызовом, ее руки обхватывают длинную рукоять меча, и с громким боевым стоном, дополненным рычанием она поднимает меч высоко над головой, но острие направлено в землю. Я поздно понимаю, что произойдет, поэтому быстро прячу ножи на место, вынуждено переношу вес назад и в сторону. Меч дырявит землю, красная сила молнией расползается так стремительно, направляясь ко мне, но я успеваю ускользнуть, падая и проезжая на пятой точке. Силовая волна цепляет и отбрасывает меня дальше. Я несколько раз перекручиваюсь, пролетаю по земле несколько метров и останавливаюсь лицом вниз. Опираюсь руками о свою стихию и прислушиваюсь. Киви уже рядом, несмотря на ее тяжелую поступь, ее сложно услышать обычным слухом, потому что вдали уже шел бой между Эланией, Мони и Риасом. А Райан все еще боролся с артефактом. Но от моего мелкого клеща можно избавиться, только перегрев его силой. Тогда он просто перегорит. Знает ли об этом Райан? Помнит ли?
   Успеваю перевернуться и вскочить на ноги, принимая свою стойку и возвращая ножи в руки. Отвожу их чуть за спину и склоняюсь к земле. Мои ноги привыкли к растяжкам, поэтому я гибко и пластично растягиваюсь, отведя одну ногу в сторону и присаживаясь, сгибая вторую в колене.
   — Сотри эту ухмылку, Ори, — просит меня грозным голоском Киви, — Она напоминает мне Риаса. Боюсь забыться и покалечить тебя, — дерзкая девчонка сдувает синюю прядь с лица.
   Я позволила себе посмеяться над словами девушки, что искренне повеселили меня, не забывая виртуозно играть с ножами. Обычно добрую Киви, мое поведение вывело из себя. Она грозно нахмурилась и зарычала, перехватывая тяжелый меч ближе к гарде в правую руку, накаляя его руну магией и бросая энергией с меча в меня. Я успеваю отклониться, отпрыгнуть, и пока она не успела среагировать, чтобы перестроить стойку, спешно приближаюсь к ней. Но мой нож не оцарапал шею девушки. Она успела. Раздался звон и протяжный скрежет металла. «Только искр не хватает для полноты зрелища», — промелькнула мысль эстета в моей голове. От резкого разворота и удара плоской стороной меча, во избежании отсечения моей головы, я успела уклониться, опрокидываясь, вставая почти на мостик, но вынуждено припадая на колени.
   — Оу, Киви! — вырывается у меня возглас восхищения ее быстротой реакции.
   Но девушка, стремясь одним ударом уложить меня в нокаут, тем самым совершает ошибку и открывается. Я быстро отталкиваюсь, приподнимаюсь, чтобы приставить тупой конец ножа к ее шее.
   — Вы выбыли. Шах и мат, — делаю кивок в сторону Райана.
   Он обреченно смотрит на меня, признавая, что лишил поддержки своего союзника, совершил ошибку, когда повелся на мой маневр и они проиграли. Райан избавился от артефакта слишком поздно, и его магия была уже не к месту.
   Я не стала задерживаться, устремляясь на помощь к Риасу. Нужно было отвлечь Эланию на себя, лишая заклинания Мони ее огня. Это позволит Риасу добраться до боевого мага крови. Если хоть один из союзника или противника проигрывает, команда выбывает.
   Элания видит меня и гневно морщит носик, сообщая о приближении нового врага союзнику. Мони выплетает несложное заклинание сети, что с огнем Элании вполне может не только остановить, но и больно обжечь. Заклинание стремительно падает по моей траектории на землю, вынуждая меня совершить прыжок и кульбит в воздухе. Приземляюсь на согнутые руки, но верно выбранная позиция по инерции сама завершает кувырок, что вызывает возмущение у Мони. Он промахнулся красным пульсаром. Я поднимаюсь на ноги, чтобы сделать пару шагов и встать в стойку. Заклинание на земле уже почти выдохлось, и я не позволю Мони сплести его снова или обновить.
   Облако Риаса расползается за спиной Элании, но девушка на чеку и постоянно оглядывается, понимая, что их защита от темного мага уже не особо действенна. Она гневно выкрикивает проклятие, изящно уклоняясь от заклинания Риаса и успевая его развеять своим исцеляющим огнем, до того, как оно коснулось бы Мони. Сейчас Элания переместилась и уже находилась возле меня, а Мони взял на себя Риаса. Я хорошо помню, что Элания прекрасный стратег и времени им хватало на обдумывания. Интересно, что они придумали? Я нападаю на девушку, но, чтобы сразу отскочить, от отражающего удары щита из огня. Руку сильно опалило, и я произнесла характерный звук, присущий боли, громко втягивая воздух через сжатые зубы. Риас дрогнул и почти пропустил заклинание Мони, успевая призвать темный щит. Такая защита принимает несильное заклинание и сразу рассыпается. Темные щиты разовые, ненадежные и быстротечные.
   — Ори?! — слышу испуганный голос Риаса.
   — Все хорошо, — стремлюсь успокоить его.
   Он кивает и уходит в невидимость. Элания медленно обходит меня. Ее огонь плотно освещает фигурку, не позволяя подойти. Она осознает свое могущество и не сдерживает улыбку, которая насквозь пропитана ядом.
   — Потанцуем, подруга? — мяукает она, словно кошка.
   «Они такие же дикие, агрессивные и любят шипеть, выпуская коготки», — провожу параллель в мыслях. Я стремительно вытаскиваю артефакт, но он не для Элании, а для Мони. Ловушка, что позволит нам с Риасом избавиться от слабого звена. Пока Мони отвлечен и стоит спиной ко мне, оголив свой кинжал. Он осматривается в поисках Риаса, я пользуюсь этим случаем, быстро кидаю маленькую очередную монету и даже не смотрю в ту сторону. Риас должен показаться сразу, наводя больше суматохи. Он ведь должен додуматься! Краем глаза замечаю черное облако, растягиваю улыбку. Попались! Но улыбка меркнет, когда вижу довольный и радостный оскал мегеры.
   — Осторожно, Риас! — успеваю выкрикнуть, но опаздываю.
   Мони не просто вытащил кинжал, а использовал его как зеркало. И следил он не за Риасом, а за мной. Они переиграли нас! Мони использует кинжал, красиво переставляя ноги, словно танцует вальс и подлавливает момент, чтобы кинжалом перенаправить монету в Риаса. Артефакт меняет угол полета, быстро достигает цели и ударяется в грудь растерянного Риаса, чтобы беззвучно брякнуться на землю. Секунда. Ловлю неверующий взгляд голубых глаз. Песок взрывается волной, разносясь и заключая в тюрьму Риаса.Я кривлюсь от осознания своей оплошности. Но мы еще не проиграли! Он в капкане, но не выбыл. Устремляюсь к принцессе, уклоняясь от нового атакующего заклинания Мони.Ножи уже рядом с Эланией, но девушка умело отступает, изгибается и наученная захватам, отводит мою руку от себя. Мони понимает, что заклинаниями изводит свою искру, поэтому возвращает кинжал в руку. Двое на одну! Несправедливо. Но мой песок темнеет, привлекая наше внимание.
   — Ооори, — разносится шепот Риаса у нас за спинами, — Твоя магия на вкус такая же сладкая, как и ты, — раздается неприятный смешок.
   Моя ловушка истощается, и мы видим внутри пустоту. Риас, уже нормальный без демонского холодка, оказывается за спиной Мони. Я успеваю победно улыбнуться, видя, как магический клинок Риаса прислонился к горлу Мони, но не коснулся его.
   — Ори! — оклик Риаса, но я не успеваю среагировать.
   Маленький перочинный нож принцессы упирается в мое горло.
   — Риас, Риас, Риас. Я еще не оцарапала горло Ори, а ты не навредил Мони. Как насчет сторговаться? — слышу наполненный наслаждением от происходящего голос Элании.
   — На счет три? — спрашивает Риас, подразумевая обмен.
   — Нееет, — поет мегера, — Мне вот интересно, ты себя простишь, если я немного сделаю надрез твоей девочке? — с этим вопросом она плотнее упирает к моей шее острие.
   — Риас? — удивляюсь я, когда он отзывает свой клинок и толкает от себя Мони в спину, — Ты признал поражение из-за возможной царапины?!
   Я закрываю глаза от негодования и возмущения. Элания отводит свой нож и отступает, не забыв исцелить мои раны.
   — Прости, Ори, — совсем без сожаления раздается рядом любимый голос.
   Я открываю глаза, чтобы посмотреть в совсем не расстроенное лицо блондина. Разворачиваюсь к нему спиной и опрокидываюсь на него, зная, что тот уже раскинул объятия.Он уютно обхватывает мои плечи своими руками, прижимая меня к себе и прикладывая свою холодную щеку к моей разгоряченной.
   — Это было так здорово! — раздается голосок Киви, которая хватает за руку немного растерянного Мони.
   Парень осознает, если бы не Элания и слабости Риаса, не быть бы ему победителем.
   А вот Райан, если и был расстроен, то умело скрывал это под маской невозмутимости. Хотя она быстро спала, оголяя его волнение за возлюбленную. Я как-то не привыкла видеть их отношения с Эланией на людях. Принцесса пеклась о своей репутации злобной принцессы. Но не сейчас. Порывистый поцелуй Райана, вызвал писк возмущения и негодования у нее, но она быстро сдалась в этом бою. Я даже смутилась, наблюдая, как обычно сдержанный парень, склоняет, почти опрокидывает девушку, удерживая рукой ее под спину. Руки Элании скользят по плечам возлюбленного, и мы теряем эту парочку.
   — Ого. Вот это страсть, — раздается смешок Риаса.
   — Пойдем Киви, — решается, утащить свою невесту Мони от потерявших стыд.
   — А мы? — задаю растерянно, осознавая, что страстная парочка даже не слышит нас.
   — А мы пойдем к Тиру, — слышу тихий шепот на ухо, — Он уже давно наблюдает и ждет.
   Мой взгляд перемещается на дорожку, что ведет к бассейну. Принц, по обыкновению с холодным лицом, стоит ровной статуей, скрестив руки на груди.
   Риас чмокнул меня в щеку и подхватил на руки, под мое молчаливое удивление. Но это удивление быстро окончилось.
   — Риас, отпусти меня! — возмущаюсь с улыбкой, удерживая его за шею.
   — Ты! О чем ты меня просишь, вредная?! — обиженно возмущается в ответ.
   Приблизившись к Тиретису, он выпустил меня на не очень желанную свободу. По холодному, бесчувственному выражению принца, лично я, ничего сказать не могла.
   — Что случилось, Тир? — обеспокоился Риас, в отличии от меня что-то все же узрев.
   — Черный Паук. Плохие вести, Ри.
   — Пойдем, — быстро находится с предложением блондин, но меня не отпускает, вцепившись в мою руку, — Ты же не против? — задает вопрос Тиру, кивая в мою сторону.
   — Нет, — отвечает ледышка и направляется в сторону их с другом логова.
   Шли быстро, молча и в каком-то неприятном предвкушении. Поднялись на крышу. Нестаргонский сразу уселся на стул, что ближе к лестнице и дальше от сейфа. Отмечаю, что стулья без снега, сухие, наверняка зачарованы. Риас не задает лишних вопросов, отпускает мою руку и подходит к маленькому хранилищу, чтобы вытащить полную бутылку. «Уних тут какой-то нескончаемый запас», — проскакивает завистливая мысль. Два бокала ставятся на стол и наполняются на треть, Риас ставит бутылку на место и возвращается ко мне, хватает опять на руки и со мной, которая уже не возмущается, усаживается на свой стул. Я дарю ему нежную улыбку, запуская руки в шелк его волос, и лицо парня озаряется в блаженной улыбке.
   — Что тревожит тебя, Тир? — обращается к другу, но смотрит на меня.
   — До газеты добрался, — тянется к бокалу принц, но не делает ни глотка, просто греет в руках, — Астария и Вертания объединяются. Народ поддержал нового правителя.
   — Артуа Феруа, — отводит от меня голубые глаза Риас и смотрит на открывающийся вдали пейзаж, — Почему информация из газет?
   — А там же любезно список вывесили, Ри. Он просто смеется над нами. Угадаешь сам, чьи имена в списке жертв? — было непривычно слышать столько слов и насмешку Тиретиса.
   — Наши информаторы? — изгибается бровь блондина, и он переводит удивленный взгляд на меня, будто интересуется у меня.
   — А еще он объявляет с нами официальный конфликт, — добавляет раздраженно Нестаргонский, — Пока только на политическом поприще.
   — Нам, Тир? — кусает в волнении губу Риас, а руки его неприятно сдавливают талию, но он спешно их расслабляет.
   — Аскартии и Нестаргону.
   — Райан предсказывал подобное, — вырывается у меня, и я ловлю взгляды полные любопытства.
   — Что вы успели нарыть своими усилиями, Ори? — интересуется Риас.
   — Толком ничего. Возможно Райан продвинулся дальше, но когда я закрывала этот вопрос, то только успела добраться до вытягивания из тебя значения заклинания «Коадль».
   Риас не сдержал плутовскую улыбку. Он до страсти обожал, мои плохие стороны. Почти все, кроме лжи, которая была адресована ему.
   — Черный Паук собирал жизни и искры, если тебе это интересно, — легко делится Риас.
   Раздался легкий, еле слышный перезвон. Я даже подумала, что мне показалось, но парни устремили и не сводили взгляда с лестницы. Райан поднялся со всей своей невозмутимостью и совсем не удивил парочку своим приходом. После того, как они стали обедать с нами в столовой, то успели поладить, находя все больше общих интересов. В руках он держал свежий выпуск немного желтоватых бумаг.
   — А я думал, что ты не оторвешься от своей Террийской еще пару часов, — веселым голоском замечает вредный блондин.
   — Это важнее, — протягивает газету, чтобы кинуть ее на стол.
   — А мы как раз говорили о подробностях Паука, — тоже легко выкладывает Риас.
   — Каких, Риас? — заинтересовался Райан.
   — А как же твое это «а взамен»?
   — И что ты хочешь?
   — Сделку, Райан.
   — Какую?
   — За каждое «а взамен» от себя тебе, я буду просить один балл.
   — И что это за игра?
   Я переводила взгляд с невозмутимого Райана, на разошедшегося веселого Риаса, пока мне не надоело и глянула на Тиретиса, который вообще ни на кого не смотрел. Он сидел молча, без интереса и потягивал бренди из своего бокала.
   — Когда я наберу пять баллов, то ты не посмеешь отказать мне и просветишь меня в любом интересующем меня вопросе!
   — Хорошо, — легко соглашается Райан, — Но за каждое от меня «а взамен», вместо услуги я буду отнимать твои баллы, и они могут уйти в минус.
   — А это не хорошо, Раайаан, но ладно. Я согласен.
   — Отлично. А теперь будь добр, Риас, и заработай свой первый балл.
   — Паук отбирал заклинанием жизни и искры.
   — И это все? — разочаровывается Райан и забирает наполненный бокал для Риаса.
   — Знаешь… Ты ведь мне уже понравиться успел! — тяжело вздыхает Риас, провожая взглядом свою порцию, чтобы сразу посмотреть на меня в поисках поддержки.
   — Но, если еще и жизни, то все сходится.
   — И что же сходится? — раздается ледяной голос.
   — Я проверил все, что вы мне на него выдали. Артефактник маг-крови Ивард Стеул весьма талантлив, и он числится среди юных друзей, с кем Феруа проходил практику в Хардонской академии. Он ведь тут обучался. Стеул служит в Вертании. Когда из Террийска нам выделяли финансовую поддержку на подавление мятежей, он за этот счет строил какой-то огромный артефакт, что должен был выявить мятежников.
   — Элания тебе рассказала о политике своего отца? — задал вопрос Тиретис.
   — Давно. Одним памятным для нас вечером, — глянул на меня Райан, — Она решила, что я заслуживаю знать правду, которой все равно ничем не наврежу ее стране. Тогда я не мог связать, зачем Стеулу предательство Вертании.
   — А сейчас есть догадки? — холодные руки Риаса оказываются под распахнутым пальтом, я вздрагиваю от холода, но не отстраняюсь.
   Я ведь обещала его согревать, поэтому отпускаю его шею, чтобы взять его ладони в свои и призываю свою теплую магию.
   — Спасибо, — переводит на меня свое внимание Риас.
   — Догадки есть, но больше похожи на фантазии умалишенного. Тебе понравится, Риас, — кидает колкость Райан, — Я даже за подобное не попрошу ничего взамен, — удивляет он всех собравшихся.
   Райан проходит к столу и поворачивается к нам спиной, удобно расположившись на опоре. Делает маленький глоток и приступает к изложению информации из своей головы:
   — Если этот артефакт создан для других целей. На секунду позволим пофантазировать и предположим, что темный маг получит силу, о которой гласят легенды, рассказамио которой полнятся мифы…
   — Это какой-то бред, ясно? — перебивает Риас, но я увлекаю его болтливый язык в поцелуе, чтобы он не встревал в рассказ Райана.
   — На секунду, Риас, — мечтательно протягивает друг, — Та сила, что позволяла темным магам зваться некромантами. Призывать, поднимать и повелевать нежитью. Властвовать над бездушными тварями. И если Черный Паук сумел отыскать эту силу и пробудить ее. Если артефакт создан для этого.
   — Без осколков Ларира это всего лишь фантазии. Твои между прочим, Райан! И я вижу связь, что они принадлежат умалишенному, — не успокаивается Риас.
   — Ри прав. Без осколков поднять нежить нельзя, — заключает Нестаргонский.
   — Значит на экзаменах… Тот кристалл на постаменте, — медленно высказывает догадку Райан.
   — Да. Там маленький осколок, что покрыт защитным корпусом, который поглощает непроизвольные выбросы. Во время экзамена осколок заставляют работать принудительно, отключая защиту.
   — А нежить из воздуха возрождается? — вырывается вопрос у меня.
   — Нет, конечно. Милая, там весь стадион во время экзамена в костях, что опознанию не подлежат. Их зарывают, кидают в озера и… В общем, из воздуха только вы стихийники магию черпать можете. Несправедливо, кстати!
   — Отбирал жизни, Риас. Тебе нужны еще подсказки, чтобы связать мою фантазию и попробовать оправдать меня в помешательстве?
   — Он готовил себе армию, когда убивал всех из низкого сословия двадцать лет назад, — вместо Риаса ответ озвучивает Тиретис, устало закрывая глаза.
   — Тир, ты же не поверил в это?! А Ларир?
   — Пираты успешно исследуют забытые Запретные земли, Риас, — негромко проговаривает Райан.
   Тиретис распахнул глаза, необычно быстро повернул голову и поднял ее, чтобы взглянуть на Райана.
   — Какого черта ты говоришь?! — не сдерживается Риас.
   Нестаргонский напряженно выпрямляет спину и нервно барабанит длинными пальцами по столу, уходя куда-то глубоко в свои думы.
   — Кто там приставлен следить за разбоем в море, Тир? — задает напряженно Риас.
   — Мне надо увидеться с отцом. Море только недавно стало меня интересовать, только потому что Бау привлек внимание. Мы же с тобой за другими участками закреплены, а мне и без этого хватает головной боли, — оправдывается наследник перед другом.
   — Откуда эта информация, Райан? И что ты можешь сообщить еще? — начинает допрос блондин, который уже напоминает Келри.
   — Ты заработал один балл, ты проиграл его, Риас.
   — Черт с ним! Выкладывай!
   — Для начала успокойся. Я не расскажу всего, потому что это может навредить моему другу, — несомненно Райан печется о Нириане Грее, — Я слышал, что пираты из Алтиры нашли заклинание, что способно облегчить трудный путь на Запретный материк, и они уже довольно давно успешно пользуются им. Как думаешь, сколько осколков Ларира там, где ступить безопасно нельзя? — бросает взгляд искоса на Риаса.
   — А если они доставят осколки в наши земли? — мертвенно бледнеет Риас, — Если ты прав, то Паук будет собирать осколки у себя и… Вот же…
   — Но что связывает Алтиру и Паука? — задаю вопрос глядя на Райана.
   Я вот находила пару ответов, но мне нужно было убедиться в правоте. Все же пираты не самоубийцы, чтобы доставлять легендарное оружие предположительному некроманту.
   — Он подкупил их разум, Ори, — с игривой ноткой произносит довольный Райан.
   Ему нравится забавляться и наблюдать, как другие дрожат от страха, пока пытаются раскрыть тайны или ищут защиту.
   — Я не понимаю…
   — Попроси своего Трикса, — перебивает меня друг, — Пусть он расскажет тебе легенду своего народа о том, откуда пошло пиратство.
   — Кто такой Трикс? Почему он твой? — забывает о страхах Риас, но моя голова далека от любви и романтики.
   Красивая тайна, наполненная мраком, захватывает все мое существо, вызывает мурашки по коже, будоражит мысли и заставляет меня думать, думать. Искать ответы.
   — Какая магия способна покорить нечисть, Ори? — отвлекает меня от мысли Райан, когда разгадка, кажется уже близка.
   — Заклинателей существ, — озвучиваю, даже не обдумывая.
   — Не так. Эти отпугивают, ослабляют, пытают их разум. Какая магия для них родная? Какой бог пробуждает и порождает их? Чья забота манит бесконтрольных существ? — патетично сыпет вопросами Райан.
   — Воилл бог зла. Темный бог, — почти шепотом произношу, когда догадка доходит до меня, — Паук подсказал им темное заклинание, чтобы добраться до этих земель?
   — Браво, — насмешливо от Райана, пока наследник со своим другом внимательно следят за нами, — Я думал, что тебе понадобится меньше времени. Ты расслабилась, разленилась.
   Я тяжело вздохнула, признавая его правоту. Надо бы попробовать вникнуть в дела Риаса. Может в напарники к нему на службу устроиться? Там загадок полно. В схемах разберусь, систему свою выработаю и мозги будут в постоянной тренировке.
   — Я сегодня же отправляюсь во дворец, — влез в мои рассуждения ледышка, — Ты можешь остаться с Орисой, Ри. А ты, Райан, собирайся. Отправишься лично знакомиться с королем Нестаргона. Такие как ты должны быть на службе при короле. Я найду тебе место возле себя.
   На лице Райана расплылась довольная улыбка. Интересно, он все просчитал?
   Глава 22. Разбирательства
   — Линди! — ворвался в наше скромное жилище мартовским вечером Риас, — Привет, милая, еще раз.
   Я уже успела успокоить колотящееся сердце от столь резкого прихода, в привычную тишину моей комнаты, возлюбленного. Прикрыла учебник по стихийным заклинаниям и укоризненно уставилась на виновника моих частых страхов. Блондин скидывает свертки и пакеты на стол передо мной. Потом спешно подходит, склоняется ко мне, чтобы захватить губы в сладкий плен, который не длится долго. К сожалению. Я соскучилась и тянусь за добавкой, но получаю в ответ только вопрос.
   — Где она? — спрашивает у меня, осмотрев уже ванную комнату, и когда понимает, что соседки в помещении нет.
   — У сокурсницы. А тебе зачем?
   — Вещи зачаровать. Уже грязь пристает. Не отпадает, — громко вздыхает, понимая, что просьбу придется отложить.
   Оглядывает беглым взглядом меня, понимает, что оторвал мою занудную персону от скучного занятия, делает какие-то выводы и собирается на выход.
   — И ты сейчас уйдешь? — расстроенно хмурюсь, обижаюсь и опасаюсь, что он тут опять пролетом.
   — Нет. Что ты? Я останусь с тобой, — быстро находится Риас, который даже виду не показал, что собирался уйти.
   Он быстро развернулся и направился в другую сторону комнаты, забираясь ко мне на кровать и падая лицом в подушку.
   — Все хорошо, Риас? — откладываю учебник на стол и иду к своему парню, у которого явно что-то не так.
   — Не очень, Ори, — признается он, — Хотя… Знаешь, я не знаю.
   Голову от подушки он так и не оторвал, сжимая ее края в крепкие кулаки и редко делая тяжелые выдохи. Какие мысли в очередной раз бродили в его голове, для меня являлось обычной загадкой.
   Я усаживаюсь на кровать рядом, подгибая ноги в коленях и аккуратно оглаживаю подтянутую, жилистую спину. Немного надавить вот тут и выпустить ноготки ниже. Риас расслабляется, его дыхание становится более спокойным, а я запускаю руку под тонкую ткань черного пуловера, продолжая ласковый своеобразный массаж.
   — Я только вернулся из Хардона, — поворачивая голову на бок, продолжает признание Риас, — Адвокат Лидана три дня назад одобрил сделку с моей стороной защиты. Их устроила сумма, которую я им выплатил. Там же почти все было, — медленно произносит, закрывая глаза, издавая тяжелый стон, и снова утыкается в подушку, сжимая кулаки, — Пришлось еще даже занимать у отца, — так трагично звучит от него, будто он связался с очередным демоном.
   Хотя… Что я знаю о родителях Риаса?
   — Лидан отправился домой, Ори, — это было сказано уже легче и непринужденнее.
   А я вот дрогнула, вспоминая, что уготовано огневику и задумываясь, а заслужил ли он? Но стремительно отогнала эту мысль, стараясь не думать о данном.
   — И когда его…? — проглотила предательский неприятный ком и решила не озвучивать до конца преступление.
   — Должны были сегодня на рассвете. Надеюсь, что все получилось, — проговорил уже обычный Риас, совсем без сожаления, а с каким-то ехидным предвкушением.
   — Ты жестокий, Риас, — грустно вырывается у меня и я вновь вздрагиваю, опасаясь его обидеть.
   Нет. Он, конечно же, ничего мне плохого не сделает. Вот только он старается угождать мне и быть для меня самым лучшим.
   — А мне казалось, я щедрый и добрый, — поворачивается набок, чтобы посмотреть на меня.
   В глазах плескается насмешка и глумливый интерес. Все мои страхи исчезают, а взамен приходит желание доказать свою правоту.
   — Тебе только кажется, — заверяю его, но чтобы сразу вернуться к опасению.
   Больше не было веселого огонька в глазах. Хмурость, настороженность и поиск. Что он ищет в моих глазах? Боится моего осуждения? Наверняка уже нашел, оттого и раздраженно отводит взгляд в сторону. Себя винит.
   — А откуда у тебя свои сбережения? — пытаюсь отвлечь его от самокопания и вернуть настроение.
   — Я же не бесплатно вкалываю на корону уже столько лет, — моментально отвечает на мой вопрос, глядя на меня снизу вверх.
   Раздражение не ушло. Теперь еще прибавилось напряжение и добавлялось какое-то отчаяние. Как же порой трудно с ним.
   — Может у тебя еще и отдельное жилье есть? Риас, я же о тебе ничего не знаю! — возмущение было искреннем, оттого подействовало сразу.
   Риас сначала расплылся в улыбке, но увидев на моем лице негодование рассмеялся, притягивая меня к себе. Я расположилась рядом, успокаиваясь, что нашла способ вернуть его хорошее настроение. Решив расположить парня к себе еще больше, закидываю на него одну ногу и устраиваю голову на удобной, хоть и твердой груди.
   — Одно поместье за Хардоном мне подарил Тир, когда я избавился от демоницы. Я за ним совсем не слежу. Знаешь, там не повредит присутствие женской ручки. Из тебя хорошая хозяйка, Ори?
   — Ты забегаешь слишком вперед, — смущенно посетовала я на его шутку, — Не отвлекайся и выкладывай о себе все.
   Риас издал смешок и задумался, чтобы вновь продолжить:
   — Есть квартирка маленькая в разбойничьем квартале. В ней я жил, когда втирался в эту их трясину. Она тебе не понравится. Да и соседи… Знаешь, там всегда происходило что-то веселое, — очередной хохоток, — Мне нравилось. Но тебе точно не понравится, — обреченно повторяет он, — Дальше…
   — Не много ли тебе привилегий перепало? — зависть утаить не получается, но Риас никак не отметил ее.
   — Да в целом и все, Ори. Если бы я хотел, то было бы больше. Тир не скупится мне в помощи. И платят мне за мою стажировку больше, чем за работу моим будущим коллегам. Ноэто тайна, ясно? Даже Людвиг всего не знает.
   Я искренне радуюсь, что удалось перевести разговор со скользкой темы, и решила закидывать его вопросами. Ему же все равно нравится отвечать на них.
   — Как король относится к тебе? Думаешь, он не догадывается, что вы с Тиретисом его иногда обманываете? — голос мой постепенно снижается.
   — Я ему как кость в горле, — неожиданное, услышанное заставляет хмуриться, — Знаешь, он вроде привык ко мне. Даже любит меня по-своему, но я же и мешаю, — совсем просто, без огорчения произносит Риас.
   — Он же чуть Тира не потерял из-за меня. И вообще… Я проблемный, но из-за Тира меня оберегают. Боятся, что он с ума сойдет, если меня потеряет.
   — Это уже даже не братская какая-то любовь. Вы должны были близнецами родиться, — размышляю в слух.
   Риас замолкает, долго думает о своем, перебирая мои локоны. Его грудь размеренно поднимается и опускается, усыпляя, умиротворяя. Уютно, тепло, хорошо. Я закрываю глаза и понимаю, мне сейчас ничего не мешает. Все так, как должно быть.
   — У Людвига надежды на Лиетту, — негромко продолжает Риас, — Или она меня наставит на свой путь истинный, или Тир сможет рядом с ней без меня находиться. Знаешь… Ты когда-то сказала, что не поверишь в любовь с первого взгляда. А зря. Их представили на королевском балу впервые. Он тогда обомлел и растерял все свое хладнокровие, как увидел ее. А когда голос ее услышал, то выронил бокал, — совсем без иронии проговаривает Риас, вызывая мои сомнения, что рассказ о Нестаргонском, — Но и это еще не все… Она негромко, сдержанно рассмеялась и знаешь, он потерялся. Он стоял на том вечере и ему было все равно, что он наследник и должен держать лицо.
   — Романтично, — произношу с придыханием, пытаясь представить Нестаргонского в таком образе, — Но, он с Асель.
   Эта мысль не давала спокойствия мне. Я всегда считала, что возлюбленные должны беречь свои отношения, избегая таких романов на стороне. Да и не только таких. А вообще быть верными друг другу.
   — А Лиетта пусть и не спала, но ходила на свидания с Баумом. Так что все честно, — легко сдает принцессу Аскартия Риас.
   Значит то послание, что адресовано от Бау Тиретису, было связано с принцессой? Или нет. Может, этот пират решил выдать какой-то компромат на свою страну, когда разобиделся на нее. Кто же ты такой, Джеймс Бау?
   — Джеймс Бау, — задумчиво, тихо проговариваю и щурю глаза.
   Риас резко опрокидывает меня на спину, нависая надо мной и не отводя цепкого, серьезного взгляда. Я вновь пугаюсь его поведения. Голубые глаза наполнены серьезностью и хмуростью. А я, наконец-то, понимаю. Проболталась. Он ни разу при мне не произносил его имени, только фамилию. Закрываю глаза, обреченно вздыхаю. Подловил.
   — Я не лгала тебе, Риас. Меня с ним ничего не связывает. Только краткая встреча, — смело открываю глаза, зная, что он все равно меня простит. Может просто помучает немного.
   — Рассказывай, Ори, — негромко приказывает Риас, склоняясь к моим губам, но не целуя, — Я жду, — выдыхает он, заставляя меня ощущать, как пробуждаются мои сокровенные желания.
   — Мы были тогда там, когда он разобрался с патрулем. Видели его и произошедшее. Пытались уйти, но зрелище такое кровопролитное было, что растерялись, — слегка морщусь от воспоминаний, но они позволяют немного взять контроль над собой, — Я привлекла его внимание. И…
   — Он тебе навредил? — тихо задает вопрос Риас и его губы касаются моих, но не целуют.
   Я тянусь сама, но он отстраняется все с тем же серьезным, пробирающим взглядом. Я начинаю тихонько злиться.
   — Нет. Я ведь с ребятами была. Мы же маги. Просто видели его и все. Нам успели рассказать о нем такие страшные истории. Это правда? — вспомнив про кровавую историю пирата, голос немного сбивается.
   Но вместо ответа, Риас поцеловал меня. Его мягкие губы не были аккуратными. Несдержанный, порывистый. Тяжелое, быстрое дыхание. Руки нетерпеливо скользят под мою рубашку. Холодные, но не отрезвляют. Опьяняют. Я прогибаюсь в пояснице, тянусь навстречу.
   — Эй, я вам не помешаю? Риас, это и моя комната тоже!
   — Ну почему ты пришла, когда так не нужна! — простонал блондин, опрокидывая голову возле моей.
   — Чай будешь? — сходу спрашивает Линди.
   — Твой буду, — уже отстраняется Риас, с виду так, будто ничего и не было. Только взгляд потемневший, — Ты мне одежду зачаруешь? И там в пакетах все что съедобно, всетебе.
   — А мне? — растерялась я, что любимый меня обделил.
   — И тебе, конечно. Это же даже не обсуждается, — пожимает он плечами, принимая сидячее положение.
   — Ты был в Хардоне? — интересуется Линди у него, вытаскивая кулек с шоколадными конфетами.
   Вечер прошел в беседах, где Риас более подробно, чем мне рассказал о своих страхах, переживаниях и негодованиях Линди. Я не ревновала, понимая, что Линди создана быть той, кто умеет слушать жалобы и поддерживать беседу вокруг твоих проблем. Когда с ней говоришь, складывается ощущение, что мир вращается только возле тебя.
   Следующий день был спокойным, солнечным и теплым. Риас уже устроился с папкой бумаг на стадионе, усевшись прямо на землю. Было удивительно, но задумчивый Тиретис, который к тому же был напряжен, пришел с ним и просто наблюдал за нашей тренировкой. Сегодня оттачивали рефлексы и навыки Элании. Мы запускали в нее разные заклинания, а она принимала решение, что делать: защититься слабым щитом; наложить постепенное исцеление, чтобы после получения в тела заклинанием, быстро от него излечиться; и последнее, развеять заклинание еще на подлете, но это было сложнее, потому что на каждое из наших заклятий, требовалось свое развевающее. Только Райан сидел сегодня без дела, отдыхая и с интересом поглядывая на парочку. Он сегодня полностью подменял нам Хасира, который по неизвестным причинам отсутствовал.
   Я призвала силу, чтобы быстро сплести маленький рисунок стрелы, трудность была только в ее хвосте, где был сложный витиеватый узор. Быстро справившись, призываю силу снова, чтобы дать ускорение заклинанию и направляю его к Элании. Маленькая стрела неслась быстро, но оставляла за собой немалый, мерцающий след из золотого песка,который не спешил оседать. Мое заклинание врезалось в светлый, тоже почти золотой огонь принцессы. Раздался звук, как будто лопнуло стекло, а потом мой песок был подхвачен ветром, и рассыпавшееся заклинание было унесено в сторону. Элания стоя в своем щите, довольно улыбнусь и пожала плечами, мол: «Прости, подруга, но не сегодня!». Я наигранно расстроенно вздохнула, но тоже подарила принцессе улыбку, наполненную нежностью и любовью. Это хорошо, что она способна себя защищать. Это не может не греть мою душу.
   Но нежность и спокойствие не длилось долго. Я вздрогнула от испуга, когда позади послышался рев пламени. Знакомого пламени, что сметало все на своем пути. Элания округлила в испуге свои зеленые глаза. Я развернулась, чтобы убедиться в своих догадках. Кобеан напал на Риаса. Марк стоял в стороне, что-то выговаривая Нестаргонскому. Риас был отброшен в сторону и сейчас неспешно поднимался.
   — Солвер, ты всегда был подонком! — выкрикнул Кобеан, когда я уже собиралась сорваться, но Мони удержал меня.
   — Не вмешивайся, Ориса, — сказал взволнованно друг, — Тебя ж там покалечат!
   Я вернула взгляд на Риаса, который уже поднялся и смотрел на огненного принца. Кобеан быстро приближался к своей жертве, пока тот развел руками в стороны и улыбался. Сильный удар пришелся по лицу. Я вздрогнула, вскрикнула и вновь сделала попытку добраться до Риаса, но Мони крепко обхватил меня за талию и не отпускал.
   — Мони, не сейчас, прошу! Он же убьет его!
   — Риас не так прост, как ты думаешь, Ори. Его же тут все знают, с самого его поступления в академию. За те выходки, что от него терпели, будь он слабым, то давно уже…
   Предположения Мони меня не сильно осадили и я все еще хотела туда, но уже не рвалась. Я переживала. Опять испугалась, опять причина Риас. Тем временем причина моих страхов облизала кровь с разбитой губы, избавился от улыбки. Засунул руки в карманы, склонил голову набок и что-то тихо спросил у Кобеана.
   — Не надо притворяться, будто ты не причастен! Я всегда знал, что ты гнилой человек! Что ты сделал с ним?! Где он?! — попытался схватить Риаса за грудки, но тот отступил на пару шагов назад, глядя с таким невинным изумлением.
   Я обмякла, понимая и принимая гнев огненного принца. Значит Лидан исчез и домой не вернулся. Только сейчас глядя на лицо Марка и Кобеана, меня пробрал стыд и жалость. Страх от совершенного нами поступка. А ведь у него есть родители, которые любят его. Сестра. Какого им? Они ведь уже вздохнули спокойно, получив денежную компенсацию, смирились с потерей дара у сына и закрыли вопрос мирно.
   — У тебя есть доказательства? — громко спросил грозный Тиретис.
   — Доказательства?! Когда ты прекратишь, идти на поводу у этого…? — он проглотил оскорбления, уже с вызовом смотря в холодные, серые глаза Нестаргонского, — Лидан оступился! Мы все совершаем ошибки. Одна ошибка и тебя убивают?! Это справедливость твоего правления, будущий король Нестаргона?! — он не кричал, но говорил громко, отчетливо.
   Слова наследника Дарголии набатом отбивались в моем сердце, вызывая горечь и согласие с его возмущением. Он был прав. Я стыдливо опустила глаза, неизвестно от кого прячась. А ведь все из-за меня.
   — У тебя есть труп Лидана? — издевательский смешок Риаса вынудил меня посмотреть на него.
   Он не скрывал своей причастности и не прятал ее. Он прямо заявлял, что он виновен и не сожалеет. Совсем.
   Его вопрос больно резанул слух не только Кобеана, но и заставил болезненно скривиться Тиретиса.
   — Ты…, — злобно среагировал огненный принц, а я приросла к месту где стояла, — Я убью тебя, Риас.
   Мое тело будто налили свинцом. Стало невозможно даже моргнуть и тяжело дышать, не говоря уже о движениях.
   — Давай! — весело соглашается тот, у кого не пробудилась совесть и жалость, — Это будет… Мм… Забавно?
   Кобеан не сдержался, скрываясь за волной огня, что всполохами разбрасывала оранжевые и алые искры. Щиты Райана заботливо оградили нашу команду. Марк успел накинуть щит на Нестаргонского, хотя наследник уже призвал свою податливую воду. «Почему Марк защищает Тиретиса?» — возникла в голове отстраненная мысль, призванная отвлечь.
   — Ори, ты как? — подбежала ко мне Элания, пытаясь найти отголоски разума, но, кажется, я его лишилась.
   — Он защищает его, потому что им не нужны препирательства между странами, — негромко рассуждаю вслух, — А если пострадает Риас, то не страшно. Нестаргон не будет объявлять войну только потому, что друг наследника пострадал, — вспоминаю слова, сказанные когда-то куратором.
   — Да она же с ума сходит! Эй, подруга, на меня смотри! — сказала Элания, накладывая какое-то заклинание.
   — Они не убьют его, защита не позволит. Это главное. Не здесь и не сейчас, — доносится невозмутимый голос Райана.
   Кажется, что заклинание Элании вызывало пробуждение от шока.
   Риас растворился в черном облаке, а по моим щекам покатились слезы. Я была предателем, но никогда не была жестокой. Почему я не пожалела Лидана? Почему даже не задумалась о его близких, когда слышала, что с ним произойдет? Риас отравляет меня.
   Все происходило быстро. В этот раз он не сдерживал свою демоническую силу. Огонь расступался и с шипением затухал, когда попадал в холодную тьму Риаса. В тот раз было темно, чтобы можно было все разглядеть, но сейчас дневной свет не скрывает порождение зла. Желтые глаза не принадлежали человеку. Нестаргонский с отвращением отвел взгляд от того, кого так сильно любил. Черная магия ползла по венам, так сильно выделяясь на бледной, казалось, посиневшей от холода кожи. Кобеан не испугался, но отступал, осознавая опасность. Почему Тиретис не отговаривает друга? Если Риас сейчас лишит искры Дарголийского, то сделкой дело не окончится. Неужели ему тоже надоело подчищать за другом и он просто сдался?
   — Я не боюсь тебя, Солвер! — гордо произнес Кобеан.
   — А зря! — пропел насмешливый шепот за нашими спинами.
   — Если ты лишишь меня искры, не страшно! Давай, Солвер! Тогда тебе никто уже не поможет! — выкрикнул Кобеан, останавливаясь и с вызовом глядя на соперника.
   Он сорвется. Риас не сдержится. Я наблюдала, как жестокий, лишенный человеческого тепла маг, подходил к своей жертве. Как он медленно протягивает руку к горлу огненного принца, не боясь его огня. Темные всполохи слизывали огненное лакомство и требовали добавки. Сердце сжалось в болезненном ударе. Мое сердце опять болит. Оно же выдержит? Не остановится? Почему я не вмешиваюсь? Неужели у меня тоже нет надежды, что он когда-нибудь угомонится?
   — Когда Энджи умирала, вместе с ней умирала частичка меня, — негромко произнес рядом Райан.
   Я сделала попытку вдохнуть, но было больно и сложно.
   — Отпусти ее, Мони, — услышали мы приказ Райан.
   — Ты спятил?! Она же там…
   — Отпусти! — прорычал, грозно глядя на взволнованного юношу, — Мои щиты быстро будут сметены под его магией, но я буду обновлять их столько, сколько нужно. Пробуди его, Ори.
   Больше мне не требовалось наставлений. Я побежала, не обращая внимание на слезы и боль в сердце. Я быстро оказалась недалеко от любимого мною человека. Жестокого, бессовестного, гнилого, но любимого. Я хотела выкрикнуть его имя, но поняла, что голос опять пропал. Не раздумывая, бегу дальше, чтобы не позволить натворить ему больше глупостей. Пусть я потеряю то, что мне не было подарено с рождения, но я не позволю ему угробить нашу жизнь.
   — Ориса, нет! — услышала возглас Кобеана.
   Риас быстро перевел хищный, яростный взгляд на меня. Я не думала, обняла. Холод прошиб насквозь, но я смогла заставить парня отступить. Щиты Райана были сняты, моя магия болезненно рванула из меня, но я стиснула зубы, осознавая, что будет дальше и чего ждать. Но холод отступил, Риас прижал меня к себе.
   — Глупая, Ори. Что же ты творишь? Я могу сдерживать себя. Я контролирую себя. Я просто хотел напугать его. Он надоел мне, Ори. Слишком правильный, — бормотал мне Риас, а я плакала, прячась в его объятиях.
   — Ты придурок, Риас, — негромко донеслось нам от Райана, который тоже успел испугаться за блондина.
   — Все хорошо, милая, — жался ко мне Риас, пытаясь успокоить и заглянуть в мое лицо.
   — Хорошо?! — поступил грозный, но уже не наполненный пламенем, голос Дарголийского.
   Он тоже испугался за меня и смог утихомирить свое пламя, чтобы не обжечь. Я растерянно посмотрела на того, кто лишился друга дважды. Сначала, когда тот обидел меня, атеперь насовсем теряя его и не зная даже, жив ли тот. Кобеан смотрел на меня с осуждением, непониманием и горечью.
   — Ты понимаешь, кого защищаешь, Ориса? — спросил он тихо, но отчетливо с рычанием.
   — Не трогай ее, — послышались грозные нотки в голосе Риаса.
   — Пожалуйста, Риас, — вновь испугалась я его проявлений.
   — Не бойся, милая. Ну, что же ты?
   Он все же обхватывает мой овал лица и смотрит на меня с нежной улыбкой и с заботой во взгляде. Большой его палец вытирает бегущие дорожки слез.
   — А стоит, Ориса! Ты же помнишь все, что я тебе рассказывал о нем? Ты не поверила мне?! Или… Неужели ты такая, как пишут о тебе в отчетах?! — слышу сильную горечь и презрение в голосе огненного принца.
   Риас обнимает меня, трепетно прижимая к себе.
   — Не слушай его, — шепчет мне тихо на ухо, — Ты совершенство.
   — Он же омерзителен! Как ты можешь находиться рядом с ним, если сама не являешься такой?! — призывал встать на свою сторону Кобеан.
   — Мы любим друг друга, — успокаивал и уговаривал любимый шепот, — Помнишь, когда мы стояли напротив зеркала? Мы подходим друг другу.
   — Ориса, очнись! — продолжал взывать к моему благородству принц, — Он дурачит тебя! Он бесчестен! Неужели ты веришь ему?
   — Я никогда не нарушаю своих обещаний, Ори, — прошептал мне Риас, — Но у меня нет иного выхода, — раздается смешок, — Я люблю тебя, Ори.
   Я сама потянулась к нему за поцелуем. Боль в сердце отступила, отпустила, позволила сделать полноценный вдох. Я быстро прервала поцелуй.
   — И я тебя люблю, Риас, — прошептала.
   Он смотрел на меня растеряно. Как тогда, когда я впервые искренне поблагодарила его. Этому Риасу сбивало дыхание чувство того, что я могу быть благодарна ему, что могу любить его, несмотря ни на что.
   — Спасибо, — ответил он прежде, чем продолжить поцелуй.
   Он уносил меня в нежную прохладу, отбирая правильные и неправильные мысли, оставляя легкость и пустоту. Заставлял млеть и таять в своих объятиях. Я забывалась и терялась, чтобы найтись в голубом омуте.
   Если Кобеан и продолжал что-то говорить, то я не слышала его. Мне не было дело до чужих проблем и забот. Пусть даже они были принесены рукой того человека, которого я люблю. Я отреклась от переживаний и самоанализа, который обвинял меня в жестокости и черствости. Мы все несем тяжелый груз, вину, тайну, секреты. У каждого человека есть что-то, чего он стыдится. Поступки, которые нельзя оправдать. Мир жесток и несправедлив.
   Уже позже мы остались на стадионе втроем. И я видела, как Риас выпускает чужеродную магию. Его вены наливались алым огнем и ему было больно. Нельзя было взывать к холодной темной магии, иначе она не позволит отпустить свою добычу. Нестаргонский старался ослабить огонь водой, но выходило только хуже. Когда Риас измученный избавился от огня из него потек золотой песок, который не обжигал его, но царапал.
   — Риас, откуда? — обеспокоенно спрашиваю.
   Но он мне не отвечает, взывая к темной магии и поглощая песок обратно. Лишь потом со счастливой улыбкой смотрит на меня, хотя видно, что он сильно устал.
   — Из твоего артефакта, Ори. Но даже не проси! Она останется во мне. Твоя магия хоть и ощущается непривычно, но согревает.
   Мелкие ожоги Риаса исцелила какая-то целительница с его потока. Она лишь увидев его обреченно покачала головой, но даже не задавала вопросы.
   Этот вечер я проводила в соседской комнате. Сидела на кровати Риаса и пыталась читать разработку нового артефакта Нестаргонского. Это устройство позволит пересылать письменные сообщения на расстоянии, но я никак не могла разобраться в том, как оно работает. Столько сложных терминов, а еще корявый почерк Тиретиса.
   — Ооори, — привлек мое внимание Риас, — Ты убрала руку, — пенял меня любимый, — Верни ее, сладкая.
   Он устроился лежа, подогнув ноги в коленях и располагая свою голову на моих ногах. Я давно переместила руку от волос на его мягкие губы, а он пытался захватывать моипальчики зубами. Когда же я отдергивала руку и долго не возвращала ее, он прикасался к запястью холодным носом, и я переносила ее на место, стараясь ласково погладить губы, чтобы все повторялось вновь и вновь.
   — Я пытаюсь разобраться, как работает этот артефакт, а ты меня отвлекаешь, Риас, — оправдываюсь.
   — И что тебе не понятно, Ориса? — откладывает газету Тиретис.
   — Все. От начала и до конца. И вообще, как можно выдумывать что-то новое? Как до тебя доходит то, чего еще не придумали? — я не скрывала восхищение.
   Я действительно восхищалась умом наследника. Он был бы великим творцом артефакторов, если бы не его наследие. Ледышка же по привычке полулежал на кровати с газетойв руках, но его взгляд непривычно блуждал в поисках чего-то по моему лицу.
   — Мне не нрав…
   — Не надо, Тир. Она уже знает и помнит, что не нравится тебе. Хватит, пожалуйста.
   — Я не это хотел сказать. И ты смеешь перебивать меня из-за нее. Это мне тоже не нравится, — монотонно и недовольно оповещал принц, — Мне не нравится, что она начинает вызывать теплые чувства у меня, — огорошил нас принц.
   Риас дернулся и обеспокоенно посмотрел на друга. Он сделал заметный глоток, еще больше побледнел.
   — Ты же любишь Лиетту, Тир.
   — Райан прав, Ри. Ты придурок, — заявил тот, возвращая свое внимание ко мне, — Она хоть и красива, но мне не интересна. Я просто говорю, что уже не против общества Орисы. Если она сама будет решать проблемы и сдерживать тебя, как сегодня, то я даже рад ее присутствию в нашей жизни.
   Я не смогла сдержать улыбку, но она не была наполнена сильной радостью. Я ведь все еще понимала горе Кобеана. И мне было сложно смириться и простить себе, что я наблюдала за решениями Риаса и не вмешивалась. Смотрела хладнокровно, а редкие пробуждения совести отгоняла, не давая ей даже шанса.
   — Этот артефакт, — начал Нестаргонский беседу, — Сжимает энергию и отправляет ее импульсами на другой такой же артефакт. Если придумать для них какой-то свой язык основываясь на импульсах, то сможешь передавать сообщения.
   Стало ли мне понятнее? Нет. Я не привыкла понимать то, чего не видела своими глазами, не могла прочесть об этом научные работы. Вот если это заработает, выйдет в свет,и я смогу понаблюдать за готовым результатом, тогда и пойму. Поэтому я отложила листы с разработкой и вернула руку блондину, чтобы тот продолжал оттачивать захват своих зубов. Заглянула в листы, что изучал Риас, не увидела там ни одного знакомого имени и заскучала. Но уходить от любимого после сегодняшнего совсем не спешила. Хотелось задержаться подольше.
   — Почему Энрих больше не с вами, а в другой компании? — полюбопытствовала с надеждой, что сегодня Тиретис добрый и ответит.
   Удивилась, даже немного приподняла бровь, когда он впрямь отложил газету и перевел прямой взгляд на меня.
   — Потому что он умнее, чем ты и твои друзья, — заявил принц.
   И если он хотел оскорбить меня, то у него это вышло, потому что Энриха Цеви я к умным людям никогда бы не причислила. Но, принц был сегодня безгранично добрым и решил оправдаться, внося больший хаос в мое мнение о себе и давая пояснение о бородатом:
   — Пока вы сами себе проблемы создаете, он ищет будущих клиентов. Расширяет оптовые каналы. Разве с вами он ладил не потому, что ты артефактница и привлекла его внимание?
   Я удалилась в воспоминания о нашем знакомстве и была вынуждена согласно кивнуть.
   — Ты ему быстро стала неинтересна. Он понял, что ты не планируешь открывать своего дела, связанного с артефактами, а выбираешь себе иной путь. Тогда он уже начал сходиться со мной. Я не стал отказывать ему на предложение. И не так давно подписал с ним соглашение. Нестаргон заинтересован в выпуске серийных изделий его отца, поэтому я согласился спонсировать их проект. После обучения он отслужит, и к тому времени уже решится вопрос рентабельности этого дела. Если все будет окупаться, то он будет выплачивать нам процент с каждого проданного изделия, а это много Ориса. Он уже строит себе будущее и уже сделал многое, а ты? — заканчивает укоризненно Нестаргонский.
   — А она будет видеть тебя на очень скромной, тайной свадьбе. В качестве занудного свидетеля, — со смешком ответил за меня Риас, останавливая мое дыхание, — Когда станет моей женой, то ей не надо будет волноваться о каких-то там артефакт. Пусть живет в свое удовольствие и делает, что сама захочет. Хоть кто-то из нас, Тир, этого заслуживает.
   Я опять растеряла все мысли. Сердце бешено билось. Кровь от щек отлила, и я поняла, что дважды за день лишилась голоса. Так он не шутил? Неужели все взаправду? Я мелко задрожала и не сводила взгляда от серых проницательных глаз.
   — Мне кажется, что ты забыл сообщить об этом, Орисе, — теплая улыбка холодного принца подействовала добивающим эффектом.
   — Ори? — подорвался Риас, обеспокоенно заглядывая в мое растерянное и изумленное лицо, — Я же тебе говорил уже, милая.
   Красивый, любимый, и только мой. Он уселся рядом, заключая меня в нежные объятия. Я уткнулась в его шею, прижимаясь к нему, и млела от неописуемого восторга, что жизньмоя не просто налаживается. Она становится такой, о какой я даже и мечтать не смела. Красивая сказка.
   — Просто пока смысла нет дергаться, — начинает пояснять мне на ухо Риас, — Доучимся спокойно. Я должность возьму официально. Я же в тайном отделе буду. После такого никакой скользкий журналист не посмеет освещать мою жизнь и близких безнаказанно, понимаешь? Они знают, когда можно или нельзя переступать черту. Они же умные ребята, Ори, — пытается успокоить меня Риас, — Ооори, ну хоть что-нибудь скажи. Ты хотя бы счастлива?
   Ну и как ему сказать? Сипеть будет совсем неромантично и испортит такой момент. Я не нахожу ничего лучшего, как укусить его за тонкую кожу на шее и широко улыбнуться.
   — Ах ты, вредная! — слышу его веселое замечание, чтобы дернуться от мстительной щекотки.
   Глава 23. Экзамены. День первый
   Подушка была каменной, одеяло тяжелым, воздух казался спертым, а шелест деревьев за окном громким. Мои руки перестали мне мешать только тогда, когда я расположила одну под голову, а вторую на поверхность неудобной кровати, чтобы бесшумно постукивать пальчиками. Я пыталась уснуть, но сон всячески ускользал и раздражал и без того расшатанную нервную систему тем, что просто махал ручкой. Мне не помог даже щедро разбавленный чай с горной валерьяной, которым весь вечер отпаивала меня Линди. И в этот раз даже нельзя было обвинить зловредного и одновременно трепетно-нежного блондина. В моем беспокойстве виноваты экзамены. Я боюсь провалиться, страшусь оплошать. Риас успешно подтягивал нашу тренировку своим присутствием и вмешательством, когда разбирался со своей работой. По отдельности мы еле дотягивали по своим магическим показателям для прохождения практики, а проявить себя на занятиях в команде не могли. Исключением по-прежнему был Райан. Занятия Мони и Киви на четвертом курсе были слишком различны с нашими и никогда не пересекались на стадионе.
   Если завтра не выжму максимум по всей теории, то не видать пропуска к практическому экзамену. Я должна справиться! Если хоть один не вытянет, то вся команда будет в пролете. Отдельными переживаниями и косыми взглядами награждался наш начитанный шатен. Мониар Кланд в теории точно вытянет, но вот если пройдем дальше, то не растеряется ли он, при виде настоящей нечисти. Но, рядом с ним будет Киви. Она же сможет его успокоить? Элания и Райан уже не вызывали никаких сомнений. Райан за время жизни с Эланией так подтянул ее умственные рефлексы к поиску решений, постоянно говоря с ней загадками, что порой казалось, девушка будет самой запоминающейся королевой всех времен на Ирфриде. Своенравная, не лишенная жестокости, с твердой рукой и хватким умом. Хорошо, что мне не придется страдать от ее правления, потому что жить в Террийске больше нет необходимости.
   Келриас Солвер. Я уже примеряла в тайне его фамилию, несмотря на то, что привыкла к Кениар и даже не успела отвыкнуть от Дезант. За прошедшие месяцы, я успела отогнать от себя страхи, что он навредит мне, оставит одну или рискнет нашим с ним общим будущим. Наша страсть каким-то образом продолжала сохраняться. Чувствует мое уж слишком ранимое сердце, что тут приложил свою умелую руку блондин. Он порой исчезал из моей жизни на несколько дней, чтобы потом ворваться в нее неожиданно, безудержно, развевая всю скуку очередными новостями, что вызывали невероятные, блаженные чувства. Он не просил прощение, а только находил бесчисленные оправдания тому, что вынуждал меня теряться в догадках, тосковать и скучать по нему. Иногда я ревновала Риаса к его сокурсницам. Когда он проходил мимо меня, не обращая никакого внимания, полностью погруженный в увлеченную беседу с обязательно незнакомой мне лично девушкой. А когда я начинала накручивать и обижаться, он незаметно возвращался, обнимал, целовал, удивляя маленькими подношениями, которые выпрашивал у этих самых девушек для меня. Он играл на моих чувствах так умело, что я не могла до конца разобраться, а не выдумала ли я это все себе. Но чем больше мы проводили времени вместе, тем смелее я доверяла ему, открывалась и привыкала. Он всегда был неизменным себе в том, чтоего настроение и поведение было открытой загадкой, как нелепо бы это не звучало. Всегда разный и всегда неожиданный. Если он и повторялся, то это случалось крайне редко.
   После практики и по возвращению из Террийска он запланировал вылазку в Хардон, чтобы сделать нам подарок. Риас задался целью купить дом в городе тот, который мне понравится. Ему не была интересна стоимость, расположение и состояние. Он сказал, что ему все равно, лишь бы не сарай. К своему выпуску из академии мой будущий жених пообещал скопить необходимую сумму, а если не выйдет, то нам есть у кого попросить в долг. Почему будущий жених? Потому что, оставшись с минимум сбережений на данный момент, он не мог купить мне достойное кольцо, а просить в долг не любил. Я не была сильно огорчена, блуждая в своих мечтах и иногда строя песочные замки из магии. Во всю эту романтику не вписывался только огненный принц.
   Мой стыд перед ним так и не прошел. Я много раз просила Риаса вернуть Лидана или хотя бы рассказать, как сложилась его жизнь. Но Риас всегда соскакивал с этой темы, успевая меня напугать, чтобы позже разозлить и пробудить мою страсть. После чего неизменно наступало то, что напрочь выбивало все мои мысли. А когда я вспоминала, что так и не получила ответ, то уже Риаса не было рядом или он сладко спал.
   Поэтому я часто опускала глаза в пол, чтобы не видеть таких же синих, как и у меня, глаз Кобеана. Иногда мы могли пересечься в пустынном коридоре какого-либо корпуса,но я всегда сворачивала, якобы в нужную мне аудиторию или в другом направлении коридора. Он все понимал, поэтому я не могла нормально выносить его обвиняющих взглядов. К Риасу он больше не подходил, по крайней мере при мне.
   На улице светало, а я так и не могла заснуть. Последняя попытка, накрыться одеялом с головой и насильно закрыть глаза. Первым стоят заклинания стихий, которые не приходилось сильно опасаться. Октавий Велак ко мне поостыл с издевательствами, к тому же я не боевой маг, а скромный артефактник, поэтому и наседать на меня он не будет. Вторым, артефакторика, где за сорок минут мне нужно создать средней сложности артефакт, какой вытяну по жребию. Только потом следует завтрак, а после него продолжение мук. Душно. Так точно не засну. Раскрываюсь. Опять экзамен у Эмилии, а потом неприятный экзамен у Немира Ставронга. Сам брат Эмбера был хорошим преподавателем, отзывчивым человеком, хоть и старался выглядеть неприступным и строгим. А вот его предмет «Основы нечисти» мне очень не нравился. Все эти ужасы, что мы проходили и изучали, отогнали мои приятные сновидения и все чаще дарили не менее красочные кошмары. А это я еще в Мертвый лес не попала.
   — Ты уже не спишь? — раздается сонный вопрос Линди.
   — Еще не сплю, — тихо бурчу в ответ.
   — И как ты собираешься экзамены сдавать? Сейчас, я сделаю тебе что-нибудь бодрящее, — проговаривает соседка, поднимаясь и потягиваясь.
   — Волнуюсь, что завалю, — жалуюсь ей.
   — Ну, если не спать ночами, то можешь. А так ты только панику на себя нагоняешь. Ты же все знаешь, столько всего учила, — зевает девушка.
   — Угу, — все, что я осилила в ответ, громко зевая.
   Утро прошло, как в тумане. Бодрящий настой Линди помог не сильно. Мозги плавились и мне требовалось, что-то более действенное. Райан! Он сможет мне помочь. Как всегда, расскажет что-то из своих соображений и мыслей, нагонит страху, и моя бессонная ночь превратится еще и в бессонный, беспокойный день. Хуже все равно уже не будет.
   Райана я нашла в корпусе защитников, где ему предстоит сдавать первым свой профильный предмет. Он сильно выделялся своей невозмутимостью с толикой насмешки среди своих одногруппников защитников. Я не подходила близко к ним, прекрасно зная, что Райан заметил меня уже давно и скоро сам подойдет. Так и случилось, когда он завершил общение с каким-то парнем, то спешно подошел и занял место рядом со мной, облокотившись о подоконник.
   — Нельзя так волноваться, Ори. Иначе грозишь завалить экзамены и подставишь остальных, — он не скрывал своего недовольства.
   — Я подумала, что ты сможешь мне помочь, — искоса глянула на него, надеясь, что мне как обычно не придется вдаваться в подробности, — Спать хочу.
   Райан долго стоял, глядя на меня, пока на его лицо не вернулась насмешка. Тогда он отвел свой взгляд и сообщил:
   — Первое, что вызовет у тебя зависть: я получу должность личного секретаря Тиретиса, пока он не займет трон. А затем, я мечу гораздо выше, Ориса, — заканчивает с издевательской улыбкой.
   — Но ты же…, — возмущаюсь я, но он меня перебивает.
   — У меня будет время, чтобы понравится нестаргонским жителям, и чтобы зарекомендовать себя Тиретису. Второе пробудит твою совесть. Если мы не сдадим на высшие баллы сегодня экзамены, то можешь винить себя. Потому, что именно ты разрушишь мое великое будущее, — снова смотрит на меня.
   — Я не…
   — И еще. Последнее, Ори. Я так люблю, когда ты волнуешься, — говорит он, пока я с собой соглашаюсь, что не только он любит, чтобы я переживала, — Смотри мне в глаза, Ориса Дезант, — склоняется он ко мне, чем настораживает, — Когда я убивал Энджи, кое-что умирало, но что-то другое рождалось. Это чувство имеет и приятное послевкусие. Поверь мне.
   Я смотрела на чуть насмешливое лицо Райана. Он говорил мне правду. Какое чувство? Что в нем возродилось, когда умерло? В ответ на меня смотрел загадочный аристократ,в чей образ не вписывался только шрам на брови. Он убил свою первую любовь, чтобы не мстить, а помочь ей. Или нет? Что он только что сказал мне? Ему было неприятно убивать ее или наоборот? Почему он так печется обо мне тогда?
   Он также быстро покинул меня, как и пришел ко мне. Он поселил во мне страхи, оставил кучу неразрешенных вопросов и пробудил небывалый интерес. Одно я знала точно. Райан смог отогнать мой сон. Я развернулась на каблуках строгих туфель, что были темно-синими, в цвет платью, которое я сегодня выбрала для экзаменов.
   Я успела до того, как Октавий пригласил меня и, как и ожидала, он не мучил меня. Создала несколько заклинаний, название которых вытягивала из пузатого сосуда на листках бумаги. Мой песок отзывался немного вяло, но не капризничал.
   — У тебя такие глубокие глаза, Кениар! — завел Октавий свою песню, — Им не идут эти тени вокруг глаз! Я, как твой куратор, обеспокоен и вынужден буду просить Солвера, чтобы ночами он тебя не трогал, — мягкая улыбка вся была насквозь фальшивой.
   — Это не так! Он не трогает меня…, — вырвалось у меня, пока я заливалась краской.
   — Неужели совсем?! А еще меня учить порывается, — тихо понукает он блондина, — Бедная Кениар, — покачал он головой.
   — Ну знаете, Октавий! — высказала, поднимаясь и гордо покидая кабинет.
   Сегодня у меня не было мыслей для смекалки, иначе, я бы обязательно нашлась, что ему ответить. В коридоре я открыла бланк и увидела двадцать баллов в графе. Максимально.
   Артефакт был мне знаком и не вызвал сложностей. Луир Ко не стал задавать дополнительных вопросов, не стал активировать артефакт. Он попросил его разобрать, чем немало меня удивил. Одно дело собрать, одновременно все затягивая, а другое дело разобрать. Но он сказал, что если справлюсь, то получу еще пять баллов сверху. Я не могла отказаться, радостно кивая и соглашаясь на авантюру. Как разобрать то, что может взорваться у тебя в руках, если потянуть за кнопку? Вот и я долго не могла понять, как.А потом просто взялась делать, и пусть глаза боятся. Аккуратно открутила крышку, почти разрывая нитяную затяжку, но все обошлось. Маленький изогнутый пинцет, маленькое зеркало на тонкой ножке. Если вот в эти шестерни засунуть что-то, что они не смогут разрезать, а потом перерезать проволоку, то магия останется в сосуде и не вырвется. Я выбрала маленькую трубку из титана, чтобы заклинить механизм, а потом успокаивая дрожь в руках, рискнула резануть медную нить. Клапан на цилиндре в зеркальцеподернулся, запуская механизм, но шестерни заклинило, артефакт несколько раз пожужжал и затих. Я смело открыла пинцетом крышку до конца, чтобы осмотреть, чем грозит мое вмешательство. Шестерни сильнее. Точат свои зубья о мешающую трубку. Не страшно. Теперь можно убрать рычаг, что заставляет открыться клапан. Вот так. Извлекаем цилиндр, который все еще опасен, но уже только если его разбить.
   — Хорошо, хорошо, — быстро проговаривает Ко у меня за плечом.
   Он также быстро прошел к своему столу, нагнулся над моим бланком и внес туда запись. Я подошла, забрала бланк, где добавилась цифра двадцать пять и широко улыбнулась. Когда поблагодарила Луира, тот часто заморгал, но остался стоять ровно и не отвечал. Мне пора уходить. Поняла.
   В коридоре потянулась за цепочкой с часами и загрустила, потому что пропустила завтрак. Теперь еще к сонному состоянию добавится и голод. Экзамен у Эмилии. В том году мне повезло, но повезет ли в этом? Вместо истории в этом семестре она читала нам предмет «Основы зачарования».
   Тут была только группа стихийников второго курса. Нас не сильно насаждали с теми предметами, которые не являлись профильными, поэтому я была спокойнее. Эмилия молча подвинула мне вазу с бумажками. Я вновь вытащила самую верхнюю.
   — Флея, — прочла название чар, тяжело вздыхая и пытаясь собрать сонные мысли, что разбегались и не хотели покоряться, — Чары имеют рисунок роз. Оплетают им человека долго, связывая его с другими людьми, что тоже оплетаются подобными рисунками. Розы подпитывают каждый день приятными эмоциями между связанными субъектами, чтобы они росли. Видеть плетение может только тот, кто накладывает его, а активировать может любой маг с таким же направлением магии. Даже, если он не зачарователь. Заклинание носит защитный характер. Когда его активируют, то розы распускают шипы при опасности и способны оповестить всех тех, кто тоже окутан ими. Но «флея» под запретом, потому что имеет отрицательное проявление. Каждый раз, когда розы выпускают шипы, создатель чар лишается своей силы. Если опасность будет грозить на протяжении долгого времени, то зачарователь выгорит, — я замолчала, силясь не закрыть глаза, и понять, все ли сказала.
   — Распредели зачарователей по возрастанию. Кто из них легче справится с наложением флеи и почему? — задала наводящий вопрос Эмилия.
   — Мм…, — силилась я привести себя в чувства, — На последнем месте пребывают темные зачарователи, потому что их магия не умеет защищать. У них вообще не выйдет сплести флею.
   — Хорошо, дальше, — негромко проговаривает Эмилия, затачивая свои ноготки.
   — Маги крови, — более уверенно отвечаю, собирая все свои силы, — потому что им придется затратить много крови, чтобы создать плетение. И все будет очень сильно зависеть от дальнейших эмоций, которые будут питать плетения.
   — Почему легче всего защитникам?
   — Они будут черпать для чар ауру людей, поэтому много сил на создание рисунка не затратят. К тому же, их сила призвана защищать, поэтому розы, выпуская шипы, будут щадить зачарователя. И еще потому, что все защитные заклинания сильнее, если плелись из ауры.
   Эмилия перехватила пилочку в левую руку, а правой потянулась к магоперу, чтобы вписать двадцать баллов и молча отпустить меня, давая знак рукой, что я свободна.
   Я была в числе последних, кто прошел к Эмилии, поэтому выходила от нее уже ближе к обеду. Сильно хотелось спать, но еще больше есть. Я не обратила внимание, что за мной следуют. Мне было просто все равно и, кажется, что я дремала на ходу. Когда меня резко схватили под руку, я дернулась, попробовала отскочить, но меня потянули на себя. От испуга попыталась провести захват и удар, но тот, кто был позади уклонился и возмутился:
   — Знаешь, Ори, а я ведь тебя спасал. Между прочим, спасибо должна сказать! — негодовал Риас, — Ты же чуть в столб не врезалась!
   — Риас, — потянулась я к нему обниматься, — Прости, пожалуйста. Так спать хочу, что совсем зверею.
   — А я все думаю, о чем это Октавий. А тут вот оно как, — произнес Риас, обнимая меня за талию и начиная шаг к столовой, — И что ты делала всю ночь? Без меня.
   — Думала, — честно призналась.
   — Ну это полезно, но все же… Ночами надо спать, если только меня рядом нет, ясно? Ори, ты как остальное сдавать будешь? Что у тебя осталось? — заглядывает мне в лицо Риас.
   — Нечисть и целительство, — осознаю, что на обоих будет и практика, и теория.
   — И что с тобой делать, милая? Тут нужен кофе и покрепче.
   — Это такая черная гадость? — кривлюсь от воспоминаний.
   — Он спасет тебя, глупая. Вот только его у меня нет. А у кого есть, тоже не знаю, — хмурится, силясь вспомнить.
   — И не надо. Я справлюсь, — заверяю с самым серьезным видом, чем вызываю веселый смешок.
   В столовой все бурно обсуждали экзамены. Кто-то ругался на вредных, цепляющихся преподавателей, а я почти спала. Ошибка была моя в том, что после плотного, горячего второго я разомлела. Теперь спать хотелось еще сильнее. Риас пытался меня тормошить, но и у него ничего не выходило. Не успела я отойти от столовой, в компании Райана и Элании, когда Риас меня снова окликнул. Он подошел, внимательно вглядываясь и игриво улыбаясь.
   — У меня есть идея, как придать тебе заряд бодрости, — негромко сообщил он.
   — Риас, поторопись. Не хочу опаздывать из-за такого, как ты, — высказывает Элания, пока я все еще пытаюсь понять, что замыслил мой блондин.
   Я солидно зеваю, прикрывая кулаком и хмурюсь. Потом поднимаю взгляд на Риаса и пугаюсь. Это выражение лица! Что он задумал? Ответить на свой вопрос не успеваю. Меня притягивают к себе в поцелуе, руки блуждают по спине, но недолго. Пытаюсь оторвать от себя Риаса, когда понимаю, что он делает больше, чем позволяют любые приличия, но тот лишь сильнее прижимает к себе. Его рука давно ниже поясницы и не просто лежит. Язык не дает передышки, толкая и облизывая мой. Озноб прошелся разрядом по телу, чтобы вызвать следом волну жара. Я не смогла сопротивляться, не хотела. Прижалась плотнее, чтобы услышать довольное мычание Риаса. Он моментально оторвался, облизывая свои губы и расползаясь в довольной улыбке.
   — Ну что, милая? Помогло? — смотрит на меня, легонько приподняв брови.
   А я оглянулась на Райана с Эланией, но взгляд выхватывает не только их заинтересованные лица, но и случайных проходящих учащихся. Я закрываю глаза, и понимаю, что весь жар с тела быстро устремился к щекам.
   — Помогло! — довольно убеждается Риас и быстро касается моих губ новым, но спешным и легким поцелуем. Я распахиваю глаза, видя насмешку, — Прости, Ори. Я бы с радостью продолжил, но сам могу опоздать. А у меня сейчас запретные чары. Эмилия мне многое прощает, но не на экзаменах, — оправдывается он, — Удачи тебе сегодня, — уже тихо и искренне добавляет на ушко.
   — А он неплох, — оценивает Риаса Элания, чем заслуживает косого взгляда Райана.
   Принцесса хватает меня под руку и разворачивает в нужном нам направлении. Прохожу немного, чтобы сбиться с шага, порадоваться, что меня поддерживает Элания и опустить свои глаза на каменную дорожку. Теперь точно проснулась. Кобеан смотрел так, будто я чудовище, а не человек. Сердце заныло, а приятные жаркие чувства позабылись. Его обвинительные взгляды несли правдивую основу, ковыряя мою совесть.
   К Немиру Ставронгу меня тоже вызвали в числе последних. Эта чертова жеребьевка! Судьба сегодня не на моей стороне. Мужчина, с темными волосами, что в остальном был копией Эмбера, снисходительно мне улыбнулся.
   — Присаживайтесь, Ориса Кениар, — негромко сказал он своим низким голосом, — Тяните свой вопрос.
   Я, как и прежде, выбрала верхний листок из вазы. Втянула воздуха в грудь, чтобы набраться смелости и развернуть маленькую бумажку. «Сайеле». Воспоминания монстров, вызвали холодок по спине. Надеюсь, что они не попадутся нам на практике.
   — Смелее, Ориса, — просит Немир, аккуратно забирая у меня листок и вчитываясь в название существа.
   — Это разновидность пиявок, что всасываются в жертву. Только они не питаются кровью, а предпочитают разум. Говорят, что мертвый бог создавал их для исцеления тех, кто страдал психическими расстройствами. Вот только Ларир искажает сущность, пробуждая жадность, — монотонно говорила я, стараясь вспоминать текст, а не представлять картинки, — Они затуманивают разум, сводят людей с ума, раскрывают и оголяют злую сущность. Люди совершают то, в чем обычно сдерживались и боялись признаться даже себе. Когда пиявка насытится, она безболезненно отпадет, — делаю паузу, чтобы распрямить ссутулившиеся плечи и разжать кулаки, но Немир воспринимает по-своему и задает наводящий вопрос.
   — Почему их относят к смертоносным существам, если они могут ощущать сытость?
   — Там, где одна, там и несколько. Как только они выпивают первую каплю крови, то уже почти не видны, а носитель уже отравлен. Они выпускают наркотическое вещество, что вызывает особые чувства. Говорят, что от этих чувств сложно отказаться, поэтому жертва добровольно скрывает наличие на себе сайелов. А множество этих пиявок, слишком сильно отравляют рассудок и человек успевает совершить самые низкие и подлые поступки, на которые он способен. Зачастую это несет смерть окружающим, — снижаю голос, вспоминая утренний разговор с Райаном.
   Если нам попадутся сайелы, он же нас не убьет? Что же могло понравиться ему в убийстве? Я слишком далеко ухожу в свои мысли и возвращаюсь только, когда понимаю, что Немир зовет меня по имени уже не в первый раз.
   — Простите, — опускаю виновато взгляд.
   — Волновались и не выспались? — ласково интересуется мужчина, — Сам тоже переживал, когда учился. Ничего. Вы молодец, Ориса, — хвалит он, стараясь выглядеть при этом строго, — Сплетите мне заклинание, которое поможет выявить сайелу, а потом заклинание, которое убьет ее.
   Я киваю, поднимаюсь со стула и отхожу от стола. Призываю свою стихию. Из податливого, но немного суетливого песка, что недоволен моим не отдохнувшим организмом, плету первое заклинание.
   — Это усыпит бдительность жертвы, — заклинание, которое танцует словно змея, даже называлось символично, — «Удав» не душит человека в прямом смысле, но способен приглушить разум того, кто и так им не владеет, — рассказываю то, что помню и знаю, а потом обрываю заклинание.
   Опять взываю к стихии, но, чтобы сплести другой рисунок. Красивый цветок из золотого песка, похож на лилию.
   — Цветок приманка для насекомых. Он не имеет название, но вот эти символы — «лимиры», на лепестках, способны привлечь мелких насекомых. Когда они насытятся нектаром данного цветка, вот от этого символа — «санивия», то будут излучать магию, которая призовет ближайших мелких животных, любителей пиявок: выхухоли, мелких болотных птиц и остальных, — обрываю заклинание.
   Опять призываю сонную, немного раздраженную стихию. И уже плету последнее заклинание, что похоже на нотную строку, которыми пользуются композиторы.
   — Серенада сна. Моя способна усыпить небольших существ в определенном месте. На сайелов хватит. Когда они уснут, то отлепятся от жертвы и упадут, лишатся свежей крови и станут видны. Их просто скармливаешь прибежавшим на вызов зверькам. Они не должны обладать и толикой магии.
   — Ответишь, по каким причинам, и я поставлю тебе максимальный балл, — легкая улыбка играет на немолодом лице Немира.
   — Вмешательство в прямую связь между сайелами и жертвой, тех кто обладает магией, может нарушить хрупкий рассудок, который и так необходимо будет восстанавливать, прибегая к целительству.
   Немир потянулся к бланку с оценками, но не отпустил молча, а поинтересовался, задерживая его в своих руках.
   — Ты подготовила все необходимые заклинания в артефактах? Ты же устала, всего лишь от трех заклинаний только что. Вы идете в опасное место, Ориса, — взывает он к совести тех, кого считает недостаточно сильными.
   — Вы должны понимать, что нельзя запастись артефактами на все случаи жизни, — негромко отвечаю я, радуясь, что мое сонное состояние всячески отгоняет любые чувства, в том числе и стыд.
   — Конечно, — соглашается Ставронг, — Вам стоит быть осторожными.
   — Благодарю за вашу заботу, Немир.
   Я не выходила из аудитории, я выползала из нее, придерживаясь за дверь, и отчаянно терла глаза. На часах уже было 16.25, а мне еще предстоит последний экзамен. Я сразу направилась к следующей аудитории. Группа стихийников уже собиралась тут. Начало через двадцать минут, может вздремнуть? Я присела скромно на стул возле Элании и положила голову принцессе на плечо.
   — Ты что?! — вздрогнула та, но быстро успокоилась и уже насмешливо добавила, — Ты смотри, тебе даже мое заклинание бодрости не помогло!
   — А ты накладывала? — интересуюсь, пытаясь устроить голову, на ее остром плече.
   — Да, когда шли после столовой. Ты совсем себя не бережешь, подруга.
   А я устала пробовать на мягкость ее кости и просто откинулась на спинку стула, опуская голову и закрывая глаза. Шум и гам, издаваемый собравшимися учащимися не могли мне помешать. Хотя бы немного…
   — Кениар! — возглас Кеми вырвал из блаженного сна, — Ты последняя!
   — Почему?! — сонно возмущаюсь.
   — Потому что, зануда, спать надо ночами! — явно подразнил меня, — Иди, Ориса. И удачи тебе, — уже дружелюбно пожелал.
   С Фелицией у нас было немного занятий. Артефактники и боевики изучают целительство, только ради знания противников или союзников. Но первую помощь и мы можем оказать. Я могла взывать к земле, чтобы найти необходимые травы и применить теорию, чтобы сварить настой, изготовить мазь.
   — Тяни, Ориса, — указывает кивком на вазу.
   Я вытянула и обреченно вздохнула. Мне попался билет о мандрагоре. Одно из трудно искомых растений, чей корень был совсем бесполезен и даже опасен. Беда в том, что растение в мертвом лесу привлекало людей, манило и уговаривало попробовать. А вот если оно справилось, то человек уходил в дурман и доходило даже до смерти. Классификаций у этого растения тоже было огромное множество, как и разрядов от малоопасного до смертоносного.
   Говорить пришлось много, долго и я совсем устала. А так как Фелиция женщина терпеливая и излишне заботливая, она еще задержала меня на целый час после долгого ответа, вытягивая все мои знания о том, как избегать ту или иную разновидность, а если я не знала, то щедро дополняла сама. Она давно поставила высший балл в бланк, но все равно удерживала его возле себя. Я тоскливо смотрела на свой билет отсюда, но не смела перебивать эту миловидную, темноволосую женщину, постоянно кивая и говоря: «Конечно. Согласна с вами. Я понимаю».
   Зашла в аудиторию последней, когда на улице уже садилось солнце, а вышла, когда там уже темно. Я зябко поежилась, идя по пустынному коридору. Мои каблуки неприятно стучали. Сон все еще не давал мыслить трезво и всего, чего мне хотелось, это добраться до кровати.
   Дверь одной из аудитории была открыта. Обычно в такое время кабинеты уже запирают. Решила прибавить шаг, но взгляд приковал свет внутри еле освещенного кабинета. Одинокая свеча горела на столе, который стоял возле окна. Рядом со свечей лежала знакомая светлая куртка. Сердце сжалось от различных догадок, а последняя совсем возмутила и разозлила. Неужели Риас посмел мне изменять?! Не ужин же при свечах он в кабинете мне готовил!
   Я смело и быстро вошла в помещение, но остановила шаг, присматриваясь к темноте и призывая свою стихию. Так, на всякий случай. Одного неприятного опыта из прошлого мне хватило. Но всю мою напускную грозность сдуло, когда я увидела позади Кобеана. Он стоял, прислонившись к стене возле двери, скрестив руки на груди и смотря в пол перед собой. Я полностью обернулась к нему, теряясь в догадках. Почему тут куртка Риаса? Он что-то сделал с ним? Сон отошел, сердце забилось быстрее, стремясь пробить грудную клетку, в глазах потемнело. Я сделала два шага назад, упираясь в стол.
   — Что с ним? Что…, — опять от волнения пропадает голос.
   Надо лечить это и бороться. Эти приступы раньше случались гораздо реже. Может потому, что от жизни не ждала ничего хорошего? А сейчас совсем расслабилась.
   Принц поднял на меня равнодушный взгляд, потом нахмурил брови. Он оторвался от стены, молча закрыл дверь и стал своей хищной походкой приближаться.
   — Можешь так не волноваться, Ориса. Я не из тех, кому доставляет удовольствие насилие. А насчет Солвера. По его поводу тоже можешь не волноваться. Пока что, — проговаривал он негромко.
   Я наблюдала, как брюнет приближается и в голове мелькали разные мысли. Оценивала его и читала. В его словах нет обмана. А еще он очень раздражен и еле сдерживает свое пламя. Что же ему надо? Зачем он устроил это представление? Хочет услышать от меня, что я знаю о Лидане? Остановился рядом, разглядывая меня как-то по-новому. Мне не понравился этот взгляд. Сжала кулаки и стиснула зубы. С Риасом все хорошо, а значит волноваться действительно не стоит. Дыхание восстановилось, я прокашлялась, понимая, что приступ отступил.
   — И что ты хочешь от меня? — хоть голос и вернулся, но все же еще дрожал.
   Если он задаст вопросы о Лидане, то что отвечать? Как лгать ему? Справлюсь ли?
   — Я хотел многого, Ориса, — с хрипотцой отвечает он, — А особенно хотел, чтобы ты таяла в моих руках. Сегодня было неприятно видеть, как ты теряешь голову в холодных, бездушных объятиях демона. Ты ведь должна понимать, что его душа наполнена всей той чернотой, что оставила ему в дар демоница.
   — Ты не прав, Кобеан, — смело вступаюсь за того, кто так отчаянно любит меня, — Ты совсем его не знаешь! Он…, — пытаюсь подобрать хорошие слова о Риасе, но они приходят на ум не сразу. Я отвожу взгляд в сторону, чтобы все же найти ему достойные комплименты, а когда они все же находятся, то хмурость исчезает с моего лица, а я несмело улыбаюсь, — Он ласковый и нежный. Никогда не думала, что парни могут быть такими внимательными и заботливыми. Столько трепета, — негромко произношу, все также глядя в сторону.
   Горячие руки обожгли через ткань платья, я попыталась возмутиться, закричать, но поцелуй накрыл мой рот. Я призвала свою силу, но она сгорела в огне, который уничтожал ее, но не обжигал меня. Я укусила принца, и он отстранился от поцелуя, но прижался сильнее ко мне. Пытаюсь оттолкнуть, но не справляюсь с его силой.
   — Не трогай меня! — тихо прошипела я, — Ты сказал, что не получаешь удовольствия от насилия. Так отпусти меня, Дарголийский!
   Я была в ярости от такого поступка. Весь стыд, что испытывала перед ним исчез. Сдерживалась только потому, что понимала, он наследник. Какие бы соглашения не подписывались, но люди у власти всегда найдут лазейки. Кобеан водил языком по укушенной губе, и смотрел исподлобья, но совсем не тем игривым взглядом, что раньше.
   — Сегодня Риас открыл мне глаза на кое-какие черты твоего характера, Ориса. Когда я избивал его в том году, он говорил мне, как заполучит тебя, — сказал уже тише и спокойнее, но все также хрипло.
   Я перестала дергаться, когда поняла, что бесполезно. Он выговорится и отпустит, а так лишь ерзаю между ним и столом, делая его взгляд лишь темнее. Глубоко вздохнула, призывая всю выдержку и продолжила слушать.
   — Я тогда не поверил ему, что он говорит о тебе. Солвер хвастался, как ты возбудилась от его наглых, настойчивых ласок, а я не мог поверить. Он же часто лжет. Он мерзкий человек, Ориса. Когда-нибудь ты поймешь, что он использовал тебя.
   — Ты не знаешь, о чем говоришь, — нахмурилась от таких подробностей.
   — Ориса, ты интересна ему пока неприступна. Как только он наиграется, то найдет себе другую невинную девушку. Это же Риас! — тихо прорычал Кобеан, склоняясь ко мне, — Но в одном он точно не лгал.
   Кобеан выпустил пламя с руки, перемещая по моему животу вниз, я дернулась, но была лишь сильнее прижата. Закусила губу, сдерживая стон.
   — Так тебе хорошо, Ориса? Ты любишь страсть, да? — хрипло шептал, обжигая дыханием щеку — Почему ты раньше не раскрылась передо мной? Я в отличии от Солвера жаркий, как ты не мерзнешь с его холодом?
   Он был прав о моей любви к страсти, тело среагировало верно. Вот только мои чувства были не согреты его стихией. Я воспользовалась женским приемом, что в свое время использовала против меня Элания. Объятия расслабились, давая мне возможность, и я оттолкнула его.
   — Не приближайся ко мне, — сказала дрожащим голосом.
   — Ты не оставляешь мне другого выхода, Ориса, — произнес он и я испугалась, поэтому не раздумывая схватила светлую куртку, и побежала к дверям.
   Бегать на каблуках по скользкому камню было неудобно, поэтому я пробежала немного и обернулась. Он отпустил меня. Сдался. Облегченно вздохнула и уже пошла более сдержано, просто спешно. На улице было темно, но звезды помогали освещать дорогу тусклым фонарям. Я шла, раздумывая и прокручивая в голове каждую фразу из произошедшейситуации. Может ли Кобеан быть прав? Риас странный, и я часто наблюдала его бездушные поступки. Но, со мной он другой. А может и вправду играет?
   — Боги, Ори! — услышала я знакомый голос и вздрогнула, — Ты… Тебе точно нужен крепкий, здоровый сон. Ты прошла мимо меня, милая! — возмущался блондин, — Это знаешь… Ты обижаешь меня! — он подошел с улыбкой и заглянул в мое лицо.
   Я не смогла не улыбнуться ему в ответ. Даже если он и играет со мной, даже если он в итоге разобьет мне сердце. Мне все равно. Сейчас я счастлива рядом с ним и не буду жалеть ни об одном мгновении, которые провела в его обществе. Риас нахмурился, разглядев что-то.
   — С тобой что-то случилось? Тебя кто-то обидел, Ори? — схватил он меня за плечи, — Да ты горишь! Ты заболела? Ты же от Фелиции, она что вылечить тебя не могла?! Ори? — болтал неугомонный, не замолкая.
   — Все хорошо, Риас. Я просто переволновалась, не выспалась и устала, — негромко произнесла, отводя взгляд и радуясь тусклому освещению.
   Я опять лгу ему. И у моей лжи опять есть оправдания. Если сказать ему всю правду, он же может сорваться. Нельзя допускать подобного.
   — А это у тебя откуда? — спрашивает он, потянув за куртку, которую я успела сложить и расположить сбоку, прижимая локтем, — Я искал ее пару дней назад, но все безуспешно.
   — Ты забыл ее, наверное. Я нашла в одной из аудиторий, — быстро нашлась я.
   Он смотрел изучающе и явно искал подоплеку в моих словах. Я опять тяжело вздохнула и уже посмотрела на него новым взглядом, молящем.
   — Риас, я так устала. Так хочу спать, а еще эти каблуки…, — начала я жаловаться, намекая, что пора бы меня пожалеть и проводить в комнату, а не допытывать бедную, любимую девочку.
   — Сладкая моя! Ты еще никогда так не просилась на мои ручки. Это так… Мм… Да я тебя, хоть всю жизнь на руках носить буду, — по-своему воспринимает Риас, закусывая губу, чтобы через секунду и впрямь поднять меня на руки.
   — Тебе же тяжело и…
   — Если ты не будешь крутиться, то будет легче. А если продолжишь, то я буду вынужден перекинуть тебя через плечо, — хохотнул Риас, произнося угрозу, — Так же действительно будет легче и веселее, — дошло до него, и его взгляд дополнился хитрым прищуром.
   Глава 24. Экзамены. День второй
   Ночь прошла совсем быстро, а кровать на утро уже была слишком удобной и привлекательной. Одеяло же казалось мне спасением от всех страхов. Спрятаться и не высовываться. Но Риас не отступает и не отпускает просто так. Уголок одеяла снова потянули, а я лишь сильнее сжала его в кулачок, чтобы все было не так просто. Ошиблась и уже через секунду зашлась в визге, когда он решил схватить за ногу и пощекотать нежную ступню. Долго не мучил, и через пару секунд я выглядывала из-под одеяла с опаской.
   — Ори, сегодня очень сложный день, — смотрел он на меня серьезно, — Я с ума схожу, за тебя волнуюсь, — жалуется, пытается пробить мою напускную невозмутимость, — Поднимайся, я хочу лично проверить и убедиться, что ты основательно подготовилась.
   А я ведь тоже боюсь, но если хоть капелька страха сейчас проявится, то Риас будет чувствовать себя еще хуже. Терпеть и играть.
   — Боги, Ори! Линди, хоть ты повлияй на нее! — смотрит уже на подругу.
   — Риас, она умная девушка. К тому же, с ней будет Райан и Элания, — старается успокоить своего друга, но при этом косо поглядывает на меня.
   Ну конечно. Это же я вчера все сильнодействующие успокоительные выпила из ее арсенала. Ей ли не знать, что я тоже боюсь. Бороться с монстрами мне не приходилось. Я все же столичный человек, и до нас никогда не добиралась никакая нечисть. А в загородном поместье Дезанд такие защиты стоят, что даже обычный человек без ведома не проберется, поэтому меня ожидало, что-то совсем новое. Новое жуткое, страшное и смертельно опасное. Защита академии меня не успокаивала. Я ведь боюсь, что просто растеряюсь и совсем не смогу сдвинуться с места. А вдруг забуду все, что учила и не смогу определить, кто передо мной?! Я еле сдержала уже насупленное, сердитое лицо.
   — Риас, ты опять меня недооцениваешь! То в любви клянешься и совершенной называешь, а теперь снова принижаешь мои достоинства! — с силой выпустила воздух через нос, приподняла подбородок и поджала губы.
   — Ну знаешь…, — проговорил с угрозой и уже начал надвигаться на меня.
   Я подавила желание снова спешно ретироваться под одеяло и только смелее расправила плечи. Не знаю, что собирался сделать блондин, с его то фантазией, но спас меня стук в дверь. Линди оповестила утреннего визитера о том, что у нас не заперто. Райан зашел, молча осмотрелся, поздоровался с Линди, прошел к моей кровати, огибая Риаса и сразу обращаясь ко мне. Это вызвало хмурость и недовольство на лице моего любимого, но сегодня я буду безжалостной и неприступной.
   — Доброе утро, Ориса. Мы выходим третьими, поэтому поспеши собраться. Начало после завтрака. И мы уже должны быть собранными до него.
   — Доброе… Собрание уже прошло, — сделала вывод и тяжело вздохнула, не сумев скрыть страх.
   — Какую очередность вытянул Тир? — спрашивает Риас, моментально подобравшись.
   — Вы идете последними, — проговорил Райан хмурясь, — Там было какое-то замешательство у Эмбера, будто что-то было не так с жеребьевкой.
   — Это нормально, — отмахивается Риас, уже приближаясь ко мне и усаживаясь на краешек кровати, — Он каждый год волнуется за нас. Всегда выглядит растерянным. Поднимаешься? — уже смотрит на меня в ожидании.
   Я кивнула, получила порцию утреннего легкого поцелуя, дождалась, когда Райан выйдет и начала сборы. Первое и основное — это ледяная вода. Много бодрящей воды, чтобыпрогнать все остатки сна. Дыхание от холода перехватывало, руки уже ломило, а лицо стало ледяным, и только тогда, я оторвалась от умывания. Я справлюсь! Вышла из ванной уже более уверенная в себе. Собрать волосы в хвост? Нет. Лучше в косу. Или. В хвост быстрее и привычнее. Сомневаюсь, что они будут мне сильно мешать. Риас подошел и протянул мне низ от костюма. Значит точно, пришел лично убедиться. Когда облачилась, неугомонный сам перепроверил каждый ремешок, подергал ножны, уточнил удобно висят или нет. Потом заставил попрыгать и остался довольным. Дружно распихали мои артефакты по кармашкам. Пока шли в столовую, он говорил название артефакта, и я вытаскивала названный из кармана.
   — Все, Ори, — задумчиво и взволнованно проговорил Риас, когда приблизились к столовой, — После завтрака мне нужно еще проверить также Тира, хотя в нем я уверен больше. Только не обижайся, ясно? Просто…, — он остановился, чтобы через секунду притянуть меня к себе, — Что ж тебе эта практика так сдалась-то? Если что, смотри на меня, когда увидишь, какая нечисть вам достанется. Хорошо?
   — Риас…
   — Тсс…, — прикладывает палец к моим губам, — Я буду на специально отведенном помосте. Мы там все очереди ждем. Если что, то я попробую как-то сообщить вам…
   — Нельзя! Риас, мы же должны доказать, что справимся, — возмущаюсь я, что он хочет помогать.
   — Ори, мне важнее, чтобы ты не пострадала. Прости, — проговаривает ни разу не испытывая сожалений, — Ладно, пойдем, — хватает за руку и ведет к столовой.
   Опять его мизинец и безымянный палец дрожат. Кобеан не прав. Так играть невозможно. Риас сильно волнуется и любит меня. Он всегда боится, если мне что-то угрожает. Я улыбнулась, несмотря на то, что тоже испытывала это ужасное чувство. Когда что-то неприятно сжимается в груди, оставляя совсем немного место для воздуха. Я боялась.
   За столом была тишина. Даже Киви не пыталась успокоить Мони. Элания не кидала колкости, а Райан постоянно осматривал нас изучающе. Снова и снова. Риас же не пытался разрядить атмосферу, а наоборот усугублял мое состояние. Я сидела рядом и наблюдала, как он нервно трясет своей ногой.
   — Что-то не так, Ри, — прозвучал в тишине голос наследника.
   — Ты, о чем? — остановил он свою ногу и поднял внимательный взгляд на друга.
   Как-то все разом посмотрели на Нестаргонского, чтобы услышать его заключение. А он, как всегда холодный, не спешил обрывать напряжение. Помолчал для пущей угнетающей и накаляющейся обстановки, а потом все же продолжил.
   — Я никак не мог вытащить эту бумагу. Именно эту, — негромко проговорил, чтобы вызвать кучу вопросов.
   — Это всегда так, да? — услышали мы нервный голос Элании.
   Мони не удержал вилку и она брякнулась, выдергивая Киви из каких-то дум. Синеволосая не спешила успокоить своего возлюбленного и выглядела так, что в пору успокаивать ее саму. Райан только тяжело вздохнул, а я схватила Риаса за руку и сжала его ладонь.
   — Это всего лишь экзамен! — обвел нас всех возмущенным взглядом блондин, — Какого черта вы претесь в Мертвый лес, если сейчас уже так трусите?!
   — Мы справимся, — невозмутимо заявил Райан.
   И как-то отпустило. Не сильно, но стало проще. Райан со своими щитами точно не даст нас в обиду, а Киви теряет все сомнения и страхи, когда в ее руках покоится рукоять меча.
   — Справимся, — вторила я.
   Продолжать завтракать смысла больше не имело. От плотной еды мы отказывались сразу, потому что неизвестно, с чем нам предстоит столкнуться после. Элания поднялась первая и гордой поступью последовала на выход в одиночестве. Перед тем, как отправится за принцессой, я подарила Риасу легкий поцелуй в щеку.
   — Иди, Ори. Мы еще увидимся на помосте. Все будет хорошо, милая, — сказал он мне, возвращаясь к разговору с Тиром о жеребьевке.
   В этом году вся обстановка вернулась, как и в том, но вот отношение было ко всему совершенно иное. Пирамида, озера, деревья, камни — все это, вызывало холодное предвкушение, заставляло сжиматься сердце. Возле стадиона мы увидели Хасира, который помахал нам рукой и жестом показал подойти к нему.
   — И так, болваны, чтобы я не видел этих ваших кислых морд! — поприветствовал он нас, — От меня ни на шаг. Сейчас ждем тут остальных. Как только все команды приходят,сразу двигаемся за мной! И это…, — почесал он затылок, — Удачи вам, — совсем тихо произнес.
   Мы дружно поблагодарили его. Ни у кого не было желания шутить или поддерживать беседу. Не знаю, как кто, но я в голове прокручивала немалый список нежити, повторяя свои знания. Поэтому, когда горячая рука коснулась поясницы, я дернулась, но особо не среагировала.
   — Доброе утро, Ориса. Надеюсь, что сегодня ты выспалась, — проговорил рядом Кобеан, пока я спешно продвигалась от него к Мони.
   Райан был занят осмотром боевой экипировки Киви, поэтому ничего не увидел. Нельзя вплетать в эту неясную пока историю остальных.
   — Это чего он хотел? — негромко спросил у меня шатен.
   — Ой, Мони, вас парней никогда нельзя понять.
   — Это нас-то?! — возмутился парень, продолжая выговаривать и сравнивать поступки девушек.
   Теперь я убедилась, что и Мони никому ничего не расскажет, только если будет жаловаться на меня. На Кобеана я злилась и была в обиде. Не ожидала увидеть в этом воспитанном, аккуратном человеке такую настырность. Страсть свою мог показать и сам, когда еще я согревалась в его объятиях, а сейчас уже поздно. Поражения надо уметь признавать. Или его гложет то, что он сильнее, красивее и могущественнее Риаса, а все же его обошли?!
   Подходила команда пятикурсников и с ними команда Нестаргонского. В этом году состав последних немного изменился. Алтировец остался пугать своими огромными кошками всех окружающих, кроме Риаса. Блондин чуть нагнувшись, шел рядом с этим не менее огромным смуглым парнем и чесал холку черной кошки. Она выгибала свою морду, оголяя желтоватые клыки с размером в большой палец, и блаженно порыкивала. Сегодня я могла рассмотреть участников поближе, чем и занялась.
   Массивные ошейники кошек были оплетены мягкой кожей, чтобы не натирать и не ранить. Тяжелые цепи крепились к основанию возле замка. Им не было тяжело. Та, что была рыжей с пятнами, имела более изящное тело, но мышцы под блестящей шерстью также ходили буграми, как и у черной. Черная была крупнее, выше и несомненно сильнее. Мужчина,который удерживал их точно был гораздо старше всех собравшихся. Он был одет в длинные тканевые юбки, что не сковывали движений, а верх состоял из меховых отрезков, которые он облачил на голое тело. Такие же отрезки висели поверх юбок на бедрах и все крепилось более тонкими цепями, чем те, что он использовал для обуздания своих опасных питомцев. Длинные темно-красные волосы в этом году были собраны в маленькие косички и закреплены в высокий хвост. «Алтировцы — дикари», — опять сделала замечание этому народу. И перевела взгляд.
   Маленькая девушка с посохом, который был в рост с нее саму, могла посоревноваться холодом с Нестаргонским. Или ей просто скучно и не интересно? Темные волосы в цвет моим, а глаза карие. Она была болезненно бледной и с отстраненным взглядом. На лице не было ни одной морщинки, которая могла бы рассказать о ее характере, словно девушка никогда не проявляла эмоций или делала это очень редко. Уставший, отстраненный взор был наполнен каким-то туманом. Ее губы были почти как цвет кожи — бледные.
   — Эй, зануда, может нам стоило все же поменяться командами? — услышала я вопрос от Кеми, который в этом году входил в состав Нестаргонского вместо Асель.
   Риас отвлекся от разговора с алтировцем, нахмурился и быстро нагнал Кеми, выписывая тому подзатыльник. Кеми втянул голову в плечи и нахохлившись обернулся, чтобы увидеть того, кто посмел поднять на него руку, но не успел ничего высказать.
   — Так это ты ее занудой зовешь?! Ты это прекращай, ясно? — наехал Риас на Кеми, уже подходя ко мне, — Как ты, милая? Тебе все еще страшно?
   Он обнял меня, прижался. Его рука легла на свободную от волос шею, чтобы погладить чувствительную кожу.
   — Сегодня твои руки уже теплые, — отмечаю странность, прикрывая глаза и стараясь удержать в себе приятные ощущения.
   — Ненадолго, наверное. Это все демоническая сила, — негромко объясняет Риас, — Если к ней долго не обращаться, то холод отступает.
   — Сколько лет этому алтировцу? — все же полюбопытствовала.
   Риас усмехнулся, окидывая взглядом союзника, потом снова посмотрел на меня и потянул за руку.
   — Дагир, придержи-ка Ночь, а то она у тебя с характером. Это, кстати, Ори. Моя любовь, — с широкой улыбкой произнес Риас, заставляя меня опять смущаться.
   — Опасно, Риас, — пробасил Дагир.
   — Но ты же рядом! Иди сюда, Ори, — подзывает, протягивая мне руку.
   Рыжая в пятнах кошка оскалилась, низко зарычала, и я попятилась. Но Риас схватил меня за руку, подтягивая к себе. Сердце ушло в пятки, когда кошка грозно зашипела, но несильный удар цепью осадил ее.
   — Не бойся, Ори, — обнял меня со спины Риас, чуть толкая вперед, — С ними можно подружиться. Что ж ты так опять дрожишь-то?
   — Потому что мне страшно, — решила больше не делать шагов ближе и уперлась в метре от рычавшей кошки.
   — Им тоже страшно. Они же не знают тебя совсем. Присядь, — потянул он меня вниз, — А теперь протяни руку, только расслабь ее, а то Сехи может принять тебя, как угрозу.
   Руку не протянула, взгляда с ощерившийся кошки не сводила. Ее глаза медового цвета меня пугали, а клыки, что проглядывали под черной блестящей кожи пасти, вынуждаливздрагивать. Риас тяжело вздохнул и покачал головой, а потом сам протянул руку к кошке по имени Сехи. Она обнюхала его руку, сглотнула, щериться перестала, а потом и вовсе легла, позволяя ему себя свободно огладить.
   — Давай же, Ори. Когда потом такое чудо потрогать сможешь? Дагир же покинет нас после практики.
   Значит, он оканчивает пятый курс. Я все же потянулась, кошка косо глянула на меня, но под лаской Риаса только тихо чихнула и вытаскивая язык активно задышала. На ощупь шерсть была мягче, чем у собак. Гладкая, короткая и через нее хорошо ощущался жар и мелкая дрожь, которая была вызвана лаской. Сехи млела, а я осмелела. Провела пальчиками по ее морде, почесала за ухом, за что получила награду, когда меня облизала кошка шершавым языком. Я улыбнулась, напрочь забывая о том, что у нас экзамен, и с исследовательским интересом посмотрела на новую забаву. Но забава решила зевнуть, а я вздрогнула и отскочила, чем испугала рыжую, но та не рычала и не скалилась. А просто приняла сидячее положение и глянула на меня обижено.
   — Вот видишь. Все любят тепло и ласку, — проговорил негромко Риас и взял меня за руку.
   — Все собрались?! Отлично, черти! — заголосил Хасир, — А теперь за мной.
   Мы прошли по выстроенному из дерева коридору, чтобы попасть под навес с хорошим видом на поле стадиона. Тут даже валуны особо не мешали обзору, открывая почти все повороты.
   — И так в этом году вас четыре команды. Прибавилась команда новеньких, — бросает Хасир взгляд на Райана, — И один балбес в старую команду. Нестаргонский, будь более ответственным и следи за этим олухом, — кивает он на Кеми, который бормочет себе под нос ругательства, — Микар, — обращается к капитану, чья команда в том году выстояла против василиска, — В этот раз проявите больше бдительности! Если оплошаете, то твой декан вам больше не поможет. И не забывайте, чему я вас учил все это время! Вы у меня если что…, — трясет он грозно нам всем кулаком.
   В это же время, на противоположной стороне от нас начал приветственную речь Эмбер, поэтому Хасир замолк, подходя к Райану и поправляя его капюшоны. Герцог с искренней улыбкой обращался к нашему заботливому в душе преподавателю. А вот меня кто-то несильно толкнул, но Риас вовремя спохватился и притянул к себе. Я бы не упала, но было все равно неприятно.
   — Асель, — грозно обратился Риас к виновнице, — Ты сейчас не ее толкнула, а меня, ясно? Ты ведь понимаешь, когда нельзя перегибать палку.
   Но в ответ девушка лишь гордо вскинула подбородок и величественно прошествовала к Кобеану. Ее шифоновое белое платье развевалось, открывая вид на тонкие лодыжки, обтянутые веревками кожаных сандалий. В этом году она заняла место Лидана.На мое удивление Дарголийский притянул к себе ту, с которой уверял, что больше не будет вместе. Он что-то прошептал ей и обнял со спины, тесно прижимаясь своими бедрами к ее, отчего меня бросило в краску, и я спешно отвернулась.
   — Ты же не ревнуешь? — моментально заглянул в мои глаза Риас.
   Хотелось сказать ему, что-нибудь обидное. Это ведь он так усердно меня добивался, извлекая каждую крупицу нежных чувств и симпатий к окружающим меня парням, а сейчас он еще и не уверен. Но оглядев ожидающую нас арену сражений, я тяжело вздохнула и крепче сжала его ладонь.
   — Совсем не ревную, — честно призналась, — А ты можешь не рисковать собой, как в том году? — задала не менее волнительный для себя вопрос.
   — Как получится, Ори. Но ты должна знать, я не упущу возможности поиграть на нервах публики, — высказал и издал смешок.
   Я только недовольно вздохнула и осталась ждать окончания речи основного преподавательского состава. Стоя тут, рядом с Риасом, мне уже не было так страшно. Приближающаяся опасность и безвыходность действовали правильно, призывая мое хладнокровие и рациональность. Нужно избавиться от всех мыслей, кроме предстоящего экзамена.
   Первыми выходила команда пятикурсников. Хасир проводил их к кристаллу, где магия просканировала их искры и впустила на поле. Они подошли к пирамиде и уверено взглянули на другой маленький кристалл. Наверняка даже не догадываются, что в этом переливчатом хрустале покоится осколок мифического, божественного оружия. Сияние начало свою игру цветом, и все насторожились. Синий, фиолетовый, красный, зеленый — потух.
   — Зеленый насыщенный, но без желтизны, значит, нечисть не ядовитая, — рассуждаю вслух, заодно проверяя свои знания.
   — Все верно, Ори, — смотрит в предвкушении на поле Риас.
   Ему так все это нравится, что он даже поддается вперед, и такой азарт плескается в глазах, будто ребята сейчас вышли на игру, а не на бой.
   «Кавира», — опознала я нечисть, когда ветки и корни одного дерева пришли в движение. Слабо, вяло они двигались по направлению к магам, но уже набирали скорость, разрастались, рыхля почву и приводя ее тоже в движение. Микар начал раздавать указания своей команде, и они стали плотнее друг к другу. Для победы им предстоит уничтожить зараженное дерево, очистить почву от червей и не дать оцарапать себя ни одной ветке. Если сок дерева попадет в кровь, то союзник станет врагом. У них в команде естьзащитник, тот что держал когда-то заклинание для дуэли в паре с Райаном. Микар на удивление являлся магом крови зачарователем, который не использовал никакого оружия, но при этом капитан состава. Стихийный маг земли был самым высоким и выглядел грозным, впору своему боевому направлению. Один стихийник воды, который был сильнымцелителем, а последний тот самый глазастый, что в том году стал жертвой василиска, тоже был артефактником, но от меня отличался — он заклинал существ. Поэтому сейчас активно рылся в своей сумке.
   Целитель очищал водой землю вокруг, не позволяя удлинившимся корням приблизиться. Один из ростков пробивается внутрь, но сразу отлетает. Микар доплел массовое заклинание, которое сразу отпустил, и оно красивой красной волной разлетелось, разрезая корни на части и раскидывая их. Команда получила краткую передышку. Артефакт был найден и отдан магу земли. Я затаила дыхание, силясь понять, что они задумали. Каждый маг использует свою силу так, как ему проще, оттого каждого из нас можно назвать в каком-то роде уникальным. Стихийник земли положил артефакт перед собой на землю, а корни вновь пришли в движение. Целитель занялся исцелением почвы, а Микар вновь принялся плести знакомое заклинание. «Он использует свою искру для зачарования», — осенило меня, и я неприлично округлила глаза, удивляясь таланту этого мага. Защитник не тратил силы на щиты союзникам, а кинул поддерживаемый щит на артефакт, который все еще покоился на земле.
   Стихийник встал на колени и закопал руки в землю, она пришла в движение. Подхваченный артефакт перемещался к дереву, словно под ним ползла змея и несла его у себя наспине. Защита не позволяла навредить движению артефакта и вскоре он был доставлен и даже вкопан в корни дерева. Яркая вспышка ударила из-под дерева, освещая его ствол изнутри белым светом. Защитник уже накинул щиты на союзников, а целитель создал вокруг заклинание поддержки. В небольшом радиусе вокруг пятерки магов, красиво, мерцая голубым сиянием, капли поднимались от земли вверх, отдавая свою энергию, чтобы придать сил уставшим магам. Дерево взорвалось, барьеры выдержали, а когда земля и пыль осела, все увидели целых и невредимых парней, которые уже обрывали свои заклинания. Нельзя было не поаплодировать их четким, выверенным действиям, которые были приняты за считанные секунды.
   Именно это в основном и расхваливал Октавий, когда объяснял зрителям, что они увидели. Сейчас будет выход команды Кобеана, я украдкой покосилась в его сторону, чтобы нахмуриться и гордо поднять подбородок. Он смотрел на меня, пока жался к Асель и оглаживал ее бедра. Девушку ничуть не смущало происходящее, она даже не обращала внимания, обратившись взором на преподавательский отсек трибуны и слушая Октавия. Да что он себе позволяет? Я отвела взгляд, когда он с вызовом усмехнулся. Сразу вспомнился случай в столовой, когда подобным образом он дразнил Асель, но я не она. Ревность не проснулась, а вот обида стала сильнее. Я крепче сжала ладонь Риаса, и он резко перевел свое внимание на меня.
   — Что-то не так, милая? — обеспокоенно интересуется.
   — Нет. Все нормально, просто от нервов. Извини, — улыбнулась ему в ответ.
   — Старайся думать о хорошем, — обнимая меня за плечи, дает наставление, — Если смотреть на все с позитивной стороны, то все не так плохо. Вот, что ты сейчас видела?
   — Бой, — неуверенно отвечаю я.
   — Ты запомнила многое и воспоминания будут красочными. Даже если бы кто-то из этих ребятишек пострадал, упал, ошибся, но выкрутился и победил, то ты бы все равно осталась довольна. Поверь, таких на трибуне много. Им надо зрелище, они хотят чего-то запоминающегося, — оглядывая верхние ряды, с придыханием и улыбкой сообщает он.
   — Ты же не поэтому ведешь себя так странно в сражениях? — вырывается у меня.
   — Ты опять называешь меня странным! — уже заглядывает мне в лицо, хмуря брови, — А почему нет? — уже нет хмурости, а только азарт, — Это же весело.
   Наш разговор прервал Хасир, который стал выводить команду огненного принца. Следующие мы. Они прошли к пирамиде, чтобы вскинуть глаза на кристалл. Опять зеленое сияние, но уже с желтым. Что-то с ядом. На арену с другого дерева медленно, лениво отлепилась и сползла темная ящерица, которая размером была даже больше черной кошки алтировца. «Агара». Ее капюшон вокруг головы был похож на большие остроугольные листья оранжевого цвета, а задние лапы были довольно длинные, мощные, что позволяли ей быстро перемещаться. Чтобы плюнуть ядом, ей надо приблизиться на расстояние в несколько метров к команде. Но ей мешает солнечный свет, который при попадании на нежную кожу, испарял прозрачную жидкость. Она вся была пропитана ядом.
   — Элания, кажется Дарголийский собирается убить твою родственницу! — довольно высказал Риас, вызывая шипение и ругань принцессы, которую никто уже не услышал из-за дружного мужского смеха.
   А вот мне смешно не было. Я вспоминала все, что знала о существе. Внутри у нее две железы. Одна содержит парализующий яд, а второй, словно у пауков, способен превращать внутренности в жидкость, чтобы потом выпивать готовое блюдо. У нее не было зубов, но и приближаться к ней нельзя. Не только из-за плевка. Если ее коснуться, то яд, которые выделяли ее подкожные железы из пор, действовал как кислота. Разъедал до кости и такое не всегда можно было исцелить. Поэтому длинный хвост с оранжевой кисточкой был опасным оружием и защитой от более страшных монстров. Ящерица прошлась в тени дерева не собираясь нападать. Она была голодна, раздражена, но не настолько глупа, чтобы не верить инстинктам.
   Кобеан поговорил со своей командой, и они к чему-то пришли. Марк накинул щит от ядов на Зару, а потом еще от огня. Последний щит достался всей команде. Эван призвал свое целительство, накидывая заклинание исцеления на Зару, которое в случае чего снимет эффект парализующего яда, если щит Марка не справится. Зара уже заходила на арену с орлом, но сражаться с ним не планировала. Она с нежностью погладила и поворковала со своим питомцем, чтобы вскинуть руку и прогнать его. Орел немного покружил, издал клич и вылетел за барьеры. Свою кистень она тоже не спешила доставать, а просто направилась по направлению к ящерице.
   — Всегда мечтал это увидеть! — восхищенно и шепотом произнес Риас, а я стала приглядываться еще более внимательно.
   С каждым шагом девушка будто сама начинала двигаться, как эта ящерица, изгибаясь и не отводя высокомерного взгляда с противника. В этот момент Кобеан выплетал емкое огненное заклинание у себя над головой. Зара приблизилась слишком близко, закрывая ящерице обзор на свою команду, но агара смотрела на девушку, не спеша превращать ее в жертву, лишь часто высовывая язык и быстро пряча его обратно. Зара изогнулась, наклоняясь к земле и касаясь ее рукой, она выгнулась в пояснице, и зеленая волна магии стала медленно отходить от нее к ящерице. Та попробовала магию на язык и привстала, теперь возвышаясь над Зарой и не сводя с нее взгляда ярко-зеленых глаз.
   — Она ее приручает? — задаю вопрос Риасу.
   — Нет. Таких опасно держать рядом. Она ее привораживает, Ори, — тихо отвечает Риас, сам не отводя жадного взгляда от зрелища.
   В какой-то момент наладилась затаенная тишина. Все молчали. Ящерица продолжала в своей стойке смотреть на Зару сверху вниз. Девушка будто слегка танцевала с каждымлегким порывом ветра, но не меняла положения. Я перевела взгляд на огненного принца. Он нарисовал увеличенную копию питомца зары, который покинул ее. Огромное плетение являлось копией птицы и уже было завершено. Теперь Асель вплетала в заклинание свою стихию. Особенно внимание было уделено крыльям и хвосту.
   Кобеан молча отпустил заклинание в сторону Зары, чтобы сразу же подхватить Асель за талию, придерживая ее. Она управляла его стихией. Огненная птица с размером в ящерицу ускорилась, летя над самой землей, чтобы возле Зары поднять правое крыло, опалить песок левым, свернуть и обогнуть девушку. Огонь привлек внимание агары, вырывая ее из приворота, но было поздно. Ящерица не успела отскочить, когда огненные когти вцепились в нее сжигая нежную ядовитую кожу и вынося свою жертву под солнце. Откинутая под прямые светлые лучи, она зашипела, раскрыла капюшоны, но упала на спину и выгнулась, перебирая лапами в воздухе. Птица из магии сделала еще один пирует и устремилась вниз, пронзая насмерть своего врага. Бой был окончен.
   — Следующие вы, — дернулась рука любимого, — Слушай сюда, Ори, — развернул он меня к себе за плечи, — Главное ничего не бойся. Самый основной враг — это страх.
   — Риас, я справлюсь, — неуверенно отвечаю, хотя старалась сделать голос тверже.
   — Ори, послушай. Я буду за тебя бояться, а ты не будешь, ясно? Ты должна быть собранной.
   — Она умеет быть сильной, Риас, — встрял Райан, глядя на меня.
   — Ты же не допустишь под свой щит ей какую-нибудь гадость?!
   — Тогда, я просто не ожидал от тебя такого, но в твоем нервном высказывании есть кое-что приятное, — загадочно улыбнулся Райан, — Это хорошо, что ты признаешь себягадостью, хотя я старался быть о тебе другого мнения, — невозмутимо закончил Райан, отходя к Хасиру.
   — И как он так, Ори? Вот он опять только начал мне нравиться и опять же все испортил, — искренне изумлялся Риас, а я все же негромко рассмеялась.
   Риас еще раз перепроверил все мое боевое облачение, а когда нас подозвал Хасир, отчаянно меня поцеловал. Потом он долго смотрел в мои глаза и пытался успокоиться, будто отпускал меня не на экзамен, где я буду под защитой академии, а на верную смерть.
   — Все, Ори. Иди. Иначе…
   И я пошла, отпуская его руки и так прекрасно понимая, что иначе он не отпустит меня. Ему сложно отпускать, сложно отступать. Хасир еще раз пожелал нам удачи. Магия кристаллов просканировала наши искры и пропустила на поле. Отсюда все выглядело совсем не так, как с трибун. Ноги налились свинцом и еле двигались, я дрожала. Столько людей сейчас смотрело на нас, но нашей пятерке было все равно. Мони зашелся в икоте, а Киви только сжимала его руку, но, чтобы не успокоить его, а успокоиться сама. С Райана сползла вся невозмутимость, он волновался. Но не за себя, а за нас. Только Элания шла впереди пятерки воззвав к целительному огню и раскинув руки в приветствии толпы. Если ей и было страшно, то никто не увидит этого. Бесстрашие, величие и высокомерная улыбка победительницы.
   Я раскинула гордо свои плечи, глядя на принцессу. Отреклась от всех мыслей и оставила только одну: «Риас сейчас смотрит на меня, и он любит зрелища». Я перевела насмешливый взгляд на трибуну участников, вызывая на лицо ухмылку Риаса. Проскользнула по хмурому лицу Кобеана, чтобы с вызовом глянуть на блондина. Оголила один нож, вкладывая его в ладонь и протянула острие в сторону Риаса, расползаясь в еще более широкой, ехидной улыбке. Мне уже не приходилось играть, потому что я увидела восторг в его глазах. Тот самый, что когда-то наблюдала, когда была одета вызывающе.
   — Прекрати свою икоту, слабак! — обратилась Элания к Мони, — Ведешь себя, как девчонка!
   — Чего?! — возмутился Мони, разгоняя все свои страхи.
   — Ты к нему несправедлива! — вторила ему грозным голоском Киви.
   Райан только довольно улыбнулся, поблагодарил свою возлюбленную и кивнул в сторону пирамиды. Но прежде чем пойти дальше, Элания вскинула ладонь в ожидании, когда мы присоединимся к ней. Мы оканчиваем второй курс. За это время все узнали друг друга слишком близко, как будто знакомы всю жизнь. Синеволосая, немного лохматая, коренастая девчонка смотрела на нас хмуря брови снизу-вверх. Мони наоборот слишком высокий, смотрел немного смущенно и все еще взволновано, но уже бесстрашно. Райан. О нем можно говорить много и долго. Элания расползлась в своей ядовитой улыбке так, что напугает любую нечисть и поставит ее тем самым на колени. Ее зеленые глаза смотрели с высокомерным издевательством, так подходящие ее пшеничным волосам. А как выгляжу я? Наверняка так, как та, кто подходит ехидному, невыносимому Солверу.
   — Пошли, — скомандовал Райан, и он в отличии от других команд не держал нас в молчаливом обществе, — В этом году наша команда вызвала подпольные ставки в академии.
   — Совсем страх потеряли! — возмутилась Элания.
   Фиолетовый сполох.
   — Это же наоборот хорошо. Значит, мы войдем в историю! — широко улыбнулся Мони.
   Синий всполох.
   — И на что ставка больше? — задала любопытный вопрос и Райан понял меня полностью.
   Красный всполох.
   — Да, Ори. Я решил организовать подобное и у меня получилось. Почти никто не верит в нас. Когда победим, то весь выигрыш потратим на сбор в Мертвый лес.
   — И когда ты все успеваешь, Райан? — задает вопрос Киви.
   Потух.
   — Время, — ответил наш капитан, стирая улыбку с лица.
   Я прислушалась, чтобы понять, что моя стихия недовольна.
   — Моя угроза, — кратко оповестила остальных, кто тоже старался сканировать пространство в силу своих возможностей.
   — Васнкорх, — кратко оповестил Райан, и мое сердце все же ушло в пятки.
   Магическая нечисть. Земля начала раскапываться, чтобы оттуда вылезла ободранная полуразложившаяся рука. Как Райан определил нежить, когда она еще не показалась? Надо потом спросить. Полутруп, полускелет поднимался на ноги. Он тяжело двигался и был слепым. Словно старик в ободранных, грязных от сырой земли лохмотьях холщовой мантии. Он двигался к нам, но мы понимали, что его нельзя убить. Не эту нежить. Он добрался к Элании, чтобы положить ей грязную руку на лицо.
   Когда-то мы рассказали свои сокровенные тайны друг другу. Теперь нам предстоит раскрыть свои страхи перед всей академией. Какие страхи могут быть у меня? Слишком много страхов. Какой же самый тайный и скрытый от всех? Отойдя от Элании васнкорх приблизился к Райану, повторив движение. Он считывал наши страхи, чтобы превратитьсяв них. Только так можно избавиться от преследования этой нежити. Киви схватилась за рукоять меча, чтобы достойно выстоять и выдержать руку этого мертвяка. Мони смотрел на Киви, когда пришла его очередь. Я ощутила зловоние разложившейся плоти и порадовалась, что мой завтрак не был плотным. Холодная, сырая рука прикоснулась и обожгла холодом, но к подобному я была уже привычна. Риас. Неужели мой страх будет связан с возлюбленным? Плохо, если так. Я опять ему лгала насчет Кобеана и боюсь, что он об этом узнает. А еще я боюсь его потерять. Боюсь, что он оставит меня. Я часто боюсь его самого. Если он появится моим врагом, то что мне делать? Как потом смотреть ему в глаза? Рука отпустила мое лицо, и я спешно вытерла его от грязи рукавом куртки.
   Мертвяк трясясь отходил от нас, развеваясь синим всполохом, чтобы разделить их на пять неравных энергий. Он исчез, оставляя формироваться наши страхи. Огромная, лысая крыса была сформирована из небольшого всполоха. Отвратительная, со сточенными, желтыми зубами.
   — Мони, ты что?! — возмутилась Элания, — О, ужас!
   Следом за крысой, сформировался воин в черных доспехах. В руках у него была палица. Высокий и широкий. Под его шлемом не было видно глаз или кожи, словно он был из тьмы. Страх Киви? Судя по ее бледности, да. Потом была женщина, которую Элания восприняла бесстрашно, но с такой яростью, что сомнения отпали в том, кто эта светловолосая,смуглая красавица. Женщине было за тридцать, она улыбалась так нежно и маняще, что ей хотелось довериться. Кто она?
   — Ты боишься свою мачеху? — не скрыл удивления Райан.
   — Знал бы ты ее характер, дорогой, — прошипела девушка.
   — Ори, твой страх все еще формируется, — заинтересованно проговорил Райан, — Как и мой. Мы с тобой опять владеем чем-то более жутким в своей душе. Чего нам ждать оттебя?
   — Не знаю, — честно призналась я.
   Нам с Райаном пришлось ждать еще несколько секунд. Его страх сформировался быстрее. Девушка с хрупкой, изящной фигурой стояла напротив нас. Бледная кожа, синие глаза и темные, почти черные волосы ниже плеч. Она была невысокой и отличалась от меня тем, что была слишком худой. Мы и впрямь были схожи. Черты лица, правда, у нее были более вытянутыми, губы чуть меньше в объеме, чем мои, но издали спутать можно. Энджи Кениар. Надо отдать должное Райану. Он стоял и смотрел на нее невозмутимо. Ее нарядом была белая тонкая сорочка, что опускалась чуть ниже колена, оголяя руки и плечи. Белая ткань развевалась при легких порывах ветра.
   Я не успела рассмотреть девушку подробнее. Сердце зашлось в болезненном приступе. Я редко вспоминала о нем! Почему?! Он не может быть моим самым сильным страхом! Но высокий, статный брюнет смотрел на меня серо-синими глазами. Волосы были по привычке аккуратно зачесаны назад. Высокие скулы, прямой нос, чуть пухлые губы и этот игривый, наполненный злыми искрами взгляд.
   — Каст? — просипела я.
   — Это всего лишь страхи, Ориса, — проговорил Райан, призывая меня к спокойствию.
   Собраться. Это экзамен, с которым я обязательно справлюсь! Мы обсуждали нашу стратегию даже против подобной нечисти. Мы сможем все. Не сговариваясь, я достаю ловушку с песком, чтобы бросить под ноги Касту.
   — Он маг! — оправдываю свою расточительность, хватаясь за клинки.
   Моя задача помочь Киви разобраться с ее воином. Для крысы Мони я тоже подготовила артефакт-ловушку. Мони поможет остальным. Элания уже давно высказывалась нелестными словами в ссоре с почти настоящей мачехой. Райан. Нахожу его взглядом и сбиваюсь с шага, останавливаюсь. Он целовал Энджи, а она растворялась. Чего он боялся, что ему хватило лишь поцелуя для победы? Прощение, которым наградила в прощальном взгляде исчезающая фигурка девушки? Или он боялся, что больше никогда в жизни не коснется ее? Этот Райан! Бегу к Киви, которая отражает мечом удар палицы.
   Райан уже возле Элании, кидает на нее щит, и они спешно разбираются с той, что не владела сейчас силой. Мачеха Элании не имеет искры, а без власти и подчиненных она обычная женщина. Осталось три врага. Я пытаюсь рассмотреть доспехи воина. Они странные. Словно, все что в нем есть это доспехи.
   — Киви! Что это такое? — интересуюсь, пока она опять отражает мощный удар и уходит с траектории следующего.
   — Персонаж из сказок! — тяжело дыша, делится не очень емкой информацией девушка, но исправляется, — Убить его сможет только Элания!
   — Темный?! — доходит до сознания, когда уже мне приходится резко присесть, чтобы пропустить разрезающий воздух удар палицы над головой.
   Мне тут делать нечего. Разворачиваюсь, чтобы сменить Эланию. Она сейчас как раз пыталась не мешать парням. Райан поддерживал щиты, а Мони доплел заклинание, чтобы нанести урон крысе. Она же размером с лошадь! Откуда у нашего заучки такие фантазии?!
   — Элания, ты нужна Киви, — подбегаю и наблюдаю, как Мони уже разрезал кинжалом ладонь.
   Девушка кивнула и стремительно направилась к синеволосой. Райан накинул неподдерживаемый щит на нее вдогонку. Красивое заклинание обратилось в копье из энергии. Мони схватил его и, делая замах, со всей силы швырнул в свой страх. Тонкий просвечивающийся слой песка пропустил его магию, словно родную. Крыса истошно завизжала, растворяясь, а Мони облегченно и неуверенно улыбнулся.
   — Получилось! — проговорил он.
   Мы дружно обернулись к девушкам. Элания призвала экзорцизм, чтобы очистить доспехи. Сначала исчезла тьма из-под шлема и перед нами уже стоял мужчина из благородных. Он был в светлых, начищенных до блеска латах. А после стал таять. Еще один страх побежден. Моя очередь.
   — Это всего лишь страх. Он не настоящий, — негромко произнесла я себе самой.
   — Кто это, Ори? Это твой брат? — обратился ко мне Райан.
   — Он никогда не являлся мне братом! — против воли, высказывание вышло грозным и злым.
   Кастомир Дезант всегда наводил ужас на меня, даже просто своим присутствием. Он был страшнее любого из этого семейства. Скоро моя тюрьма откроется. Ребята подошли за мной следом, любопытно оглядывая меня.
   — Он стихийник. Основная стихия воздух, направление не знаю.
   — Если не сильный, то бояться нечего, — уверено заявляет Элания.
   — Он хороший воин, а при нем появился его набор оружия. Одноручный меч и широкий кинжал. Он владеет ими лет с шести.
   — Мы в команде, Ори. Все будет хорошо, — негромко, но убедительно заверил Райан.
   Артефакт выполнил свою работу, тюрьма хлопнула, песок неспешными искрами оседал. Кастомир не сменил своего положения с того момента, как возник. Я смело прошла вперед, но все же струсила, оглядываясь, убеждаясь, следуют ли за мной остальные. Они шли. И я пошла навстречу своему страху уже более уверено. Расслабилась. Стена воздуха отрезала друзей за спиной. Нет!
   — Всегда была слабой. Всегда была позором нашей семьи, — заговорил Каст, а я еще сильнее вздрогнула, услышав его голос.
   Какой артефакт может мне помочь? Никакой. У меня не было в разработках боевых артефактов против людей, пусть даже не настоящих. Нужно разорвать плетение ловушки за спиной, дать пройти остальным. Тянусь к ножам, слышу ругательства Элании. Выйти в бой против Каста добровольно?! Никогда бы не поверила. Вижу его злобные искры во взгляде, и воспоминания о его забавах выбивают весь дух борьбы. Я справлюсь! Но он не дает мне напасть первой. Его меч и кинжал красиво и виртуозно вращаются в его руках, чтобы вскинуться мне с вызовом, но сразу сделать несколько замахов. Как всегда, таких, которые я не успеваю отклонить или принять, уклоняюсь. Щека уже с порезом, но тот, что был в облике Каста не знал меня новую. Всего лишь страх из прошлого. Он не знает о моей магии. Отправляю чистую энергию песка в него. Он отлетает, падает на землю. На мою землю. И пусть я расточительна, но взываю к своей стихии, и она не дает ему подняться. Все мысли вылетели из головы. Только одно. Уничтожить. Я быстро настигаю того, кому нельзя давать даже шанса и пронзаю своим ножом его сердце. Его глаза остаются открытыми, стеклянными, все то время, что он растворяется.
   — Что? Ори, что ты сделала?! — слышу изумленный вопрос от Элании.
   А до меня дошло. Я убила его так, как если бы мне выдалась возможность сделать это в реальной жизни. Жалела ли я? Нет. Ничего не дрогнуло в душе. Забыла о тех, кто должен был помочь мне. О тех, кто был в моей командой. Справилась сама. Не знаю, что умирало в душе у Райана, но я отпустила небольшую тревогу. Я победила страх прошлого.
   — Он был не настоящим, — быстро оправдываюсь я, держа маску невозмутимости, подобную той, что носит Райан.
   — Именно так, ты и ответишь преподавателям, если у них будут вопросы, — загадочно улыбался наш капитан, — Но ведь вопросов не будет. Мы справились со своим испытанием. Поздравляю.
   Моя команда старалась выглядеть веселой, якобы все шло так, как было распланировано. Но я понимала, как только останемся впятером, мне не уйти от допроса. Я потерялаголову. Пока Октавий пытался разобраться в нашей стратегии, я прошла на место для участников. Риас подскочил почти сразу, осматривая вполне настоящий порез на щеке.
   — Кто это был, Ори? — начал расспросы блондин, — Черт, у меня даже платка нет! Почему Элания не излечила?!
   — Риас, все хорошо, — успокаиваю его, — Мы справились. Элания растратила много сил. Все нормально, милый, — проговариваю я, чтобы он застыл пораженный.
   — Боги, Ори, — обнимает он меня, а я делаю заметку, как можно чаще так к нему обращаться.
   — Твой выход, Риас, — тихонько проговариваю, понимая, что мои страхи еще не ушли, они только начались.
   Он уходил нехотя и постоянно оглядываясь, проверяя улыбаюсь ли я. В этом году он не был таким улыбчивым, как в том. Он не дарил широкую улыбку публике, а постоянно с тревогой смотрел на меня. Его шутливую роль с радостью взялся исполнять Кеми. Выходило правда не так самоуверенно, но все же схоже. Кристалл засиял, а я сжалась в ожидании.
   Красный. Потух. Нежить будет желать крови и пищи, но оттенок был ближе к лиловому, а значит у твари будет подобие интеллекта. Горгульи вырвались из валунов взлетая ввысь и оповещая противным визгом о своем возрождении в этом мире. Две особи. Они кинулись в жажде крови на неподготовленную к такому прибытию команде, но Нита своим посохом моментально наградила их драгоценной жидкостью, только уже в виде магии.
   Серые, с перепончатыми крыльями, уродливыми телами. Они отлетели, чтобы снова набрать скорость и наброситься на добычу. Тиретис подкинул вверх артефакт, который взорвался водным щитом, давая команде временную защиту и подготовку для тактики. Они что-то быстро обсуждали, спорили и нагнетали среди зрителей неприятную атмосферу. Но, когда уже терпение подходило к концу, все же что-то предприняли, занимая позицию. Я была удивлена, потому что Риас остался позади и не совался в бой, он лишь немного грустно улыбнулся, когда посмотрел в мою сторону. Он не будет рисковать и устраивать зрелище, чтобы только я не волновалась?
   А вот Кеми тем временем вызвал свой огонь, сплетая сеть. Нита ударила посохом и моего сокурсника окутала красная магия. Кошки опять рычали в нетерпении, вынуждая хозяина натягивать цепь. Тиретис отключил свой артефакт, чтобы Кеми накрыл первую особь сетью. Звери были спущены с цепей, а вторую особь отвлекла Нита, разрезая ладонь об острые края навершия посоха. Риас вытащил клинки и начал вращать ими, разминая руки. А потом ушел в невидимость. Вторая особь бездумно кинула своего сородича и нетерпеливо кинулась к Ните, но вторая огненная сеть пришлась в пору, оплетая крылья и сбивая полет. Ребята разошлись, чтобы схваченное тело, которое не потеряло скорости проехало и проскакало по земле, останавливаясь там, где должен был быть Риас. Он появился мгновенно, но не спешил приближаться к ворочающейся, сплетенной твари и смотрел в сторону второй.
   Кошки почти приблизились, Нестаргонский призвал свою стихию. Он стоял ровно, раскинув руки по обе стороны. Это было красиво. Маленькие капли сияли в свете солнца оплетая принца, лаская его. Впервые я видела его чистую энергию, не сплетенные пульсары или освещение. Его вода в чистом ее проявлении была кристально чистой. Он отклонил свой корпус назад и с силой толкнул стихию, которая считалась самой податливой из всех. Оправдано считалась. Магическая вода неслась быстро и ровно по траектории, ослепляя отблесками солнца, и она опередила кошек за мгновение, побеждая огонь и потушив огненную сеть. Пар поднялся над горгульей, но она не успела высоко взлететь. Рыжая Сехи могла поспорить грациозностью с ланью, она оттолкнулась и с грозным рыком запрыгнула на свою добычу, опрокидывая ту на землю. Черная Ночь подхватила упавшую, чтобы приложить мощной лапой страшную морду горгульи и вгрызться в ее горло. Особь успела издать клич, но быстро замолкла, когда мощная челюсть свернула ей шею.
   Я перевела взгляд на вторую, что захлопала крыльями более отчаянно, пытаясь выбраться из огненных пут. Тиретис опять призвал к стихии, уже развернувшись и улыбнувшись своему другу. Риас был усилен магией Ниты. Он воткнул клинки в землю, выхватывая свою странную плеть с гарпуном на конце. Как только огненные путы опали под напором воды, он метко кинул гарпун и с силой потянул вниз и в сторону. Жертва упала не успев высоко взлететь и проехалась по земле, располагаясь на спине. Быстро оставив свой гарпун без внимания, Риас выдернул клинки и кинулся к оставшейся особи. Она царапалась, била крыльями, пытаясь подняться на короткие лапы и взлететь. Тиретис опять взывал к магии, чтобы накинуть водяной щит на друга, а Риас рубящим ударом снес одно крыло жертве, чтобы другим клинком проткнуть второе, но не вытащить клинок. Жертва была прибита к земле, но все еще опасно дергалась.
   Кеми подбежал, хватая гарпун за болтающийся конец, его дернуло в сторону, и я испугалась, что будет как минимум вывих руки, но Нита и в этот раз успела, усиливая союзника. Кеми удержал в руках плеть и потянул на себя, Риас благодарно кивнул союзнику. Жертва была распята, а он воткнул ей в горло клинок и надавил в сторону, ломая шейные позвонки. Бой был окончен.
   Я облегченно вздохнула, но вновь напряглась, когда Риас призвал темную магию, не демоническую. Зачем? Он сплел заклинание, которое было похоже на ворона, а потом обратился к Ните. Та пожала своими плечиками и кивнула. Риас вытащил из-за пазухи листок, сложенный вдвое, который был подхвачен его заклинанием. В птицу, что успела взять траекторию полета, ударила красная вспышка, усиливая магию и она смогла пройти сквозь защитный барьер, направляясь ко мне. Сердце сжалось в предвкушении. Я даже не знала, что можно ждать от него. Будет там что-то хорошее или плохое? Листок упал в мои руки, а птица растворилась в воздухе, тая темно-красным туманом. Я набрала воздуха в грудь, чтобы развернуть листок и прочесть: «Ты мое все. К.С.».
   Улыбку не удалось сдержать, да и не было желания. Я подняла на него счастливые глаза и улыбнулась еще шире. Риас дождался моей реакции и облегченно вздохнул, поднимая голову к небу. Он счастливо улыбался, подставляя лицо солнцу, позволяя ветру ласкать его волосы.
   Его команда уже покидала поле боя, когда он взялся их догонять, располагая клинки и гарпун на местах. Он шел, постоянно кидая на меня счастливый взгляд, а я решила встретить его на выходе защитного барьера. Сердце билось чаще, а глаза наполнялись трогательными слезами. Возможно, опять влияние пережитых эмоций за такой короткий промежуток времени. Или этот парень и впрямь создает для меня такие чудеса? Я осталась дожидаться его снаружи, а он увидев меня весело расхохотался и ускорился. Я уже закрыла глаза в предвкушении его объятий.
   — Что за черт?! — услышала возмущение и распахнула глаза.
   Риас стоял за защитным барьером. Кристаллы защиты сменили цвет с прозрачного на красный. Что происходит?
   — В чем дело, Ри? — Нестаргонский попытался проскочить внутрь, но барьер не пропустил.
   Хасир возмутился, а Октавий прервал свой голос, которым анализировал произошедшее сражение.
   — Риас, что такое? — мой голос задрожал и готов был сорваться.
   Сердце билось в страхе. Я подошла к барьеру, но он и в самом деле никого не пропускал внутрь. Я била кулаками в отчаянии, силясь пробить эту тюрьму.
   — Ори, все хорошо! Ори, смотри на меня! Не бойся, маленькая, — пытался успокоить меня Риас.
   — Сейчас разрушим один кристалл и все будет нормально, — уверено заявил Хасир.
   Я успокаивалась. Хасир приблизился к защитному кристаллу и потянулся разбирать его постамент в основании, но остановился. Маленький хрусталь на пирамиде активировался, вспыхивая различными всполохами. «Не может это быть взаправду! Мне все снится!» Риас оглянулся, чтобы застонать и чертыхнуться. А я, кажется, должна была упасть, но меня подхватил Тиретис.
   — Убери ее отсюда! — прорычал Риас, — Уведи, чтобы она не видела.
   — Ри…
   — Уходите оба!
   — Борись, Ри! — выкрикнул в ответ Тиретис.
   — Чем?! Моя демоническая сила может поглотить не только силу врагов, но и защитные барьеры! Хасир, уберите их!
   Риас облокотился на барьер кулаками, смотря в ноги Нестаргонскому. Он пытался глубоко дышать, но у него долго ничего не выходило.
   — Какой? — спокойно задал он вопрос.
   — Он не потух, Ри. Он почернел, но не потух. Я же говорил, что с жеребьевкой было что-то не так, — негромко произносил Тиретис дрожащим голосом.
   А я пыталась думать, но было почти невозможно. И вправду почернел. Не должен был. Высшую нечисть никогда не призывают. Даже в Мертвом лесу ее истребляют сразу после подобной вспышки, вызывая к месту целую группу опытных людей из соответствующего Ордена. Не может же вот так все закончиться? Неужели ради него не рискнут снять барьеры? Неужели… Никто не рискнет всеми ради одного. Он же не выстоит один. Он не может призвать свою демоническую силу, чтобы не навредить окружающим. Что будет?! Ответ был настолько прост, но мне было страшно произнести его даже в мыслях.
   — Ориса! — подбегал к нам Райан, — Это все жеребьевка! — уже обращался к Риасу.
   Тот сглотнул ком, судорожно вздохнул и кивнул.
   — Тир, ты береги себя, ладно? Лиетта поможет тебе, Тир.
   — Нет, — просипела я.
   — Ооори, — он поднял на меня свои голубые, яркие глаза, которые полнились скупыми слезами, — Ты даже не представляешь, как много значишь для меня. Я повторюсь в третий раз, милая. Я люблю тебя всем своим мерзким сердцем, так сильно… Так сильно, что иногда мне становится страшно, — произнес он стискивая кулаки и зубы, — Береги ее, Райан.
   Это было последнее, что я услышала прежде, чем начала захлебываться слезами, падая на колени. Сквозь пелену в глазах, через борьбу с истерикой, я смотрела в спину тому, кого безумно любила, кого сегодня лишусь навсегда. Он вытащил клинки и начал разогревать руки, вращая и играя своим оружием. Он всегда любил внимание и зрелище.
   Глава 25. Темный феникс
   Меня хотели увести, но я не давалась. Губа была искусана, а слезы все текли и текли. Риас не смотрел на меня, он ни разу не обернулся, словно больше никого не слышал, только смотрел в небо, но уже не улыбался.
   — Сделай же что-нибудь! — кинулась я с кулаками на грудь Тиретиса, но он только обнял меня, прижимая к себе и удерживая мою руку.
   — Я не властен над судьбой, Ориса, — в его голосе не было холода.
   Его голос дрожал, а сам он еле стоял на ногах. Мертвенно-бледный. Все на стадионе молчали, когда поняли, что это не просто шутка и не тренировочный бой. Хасир плюнул под ноги и ушел, не найдя сил смотреть на растерзание одинокого парня. Райан окончательно растерял невозмутимость и кусал ногти, силясь что-то придумать, но я потеряла надежду. Если бы выход был, то он бы уже его нашел.
   Нестаргонский отпустил меня, убедившись, что я могу стоять и направился на трибуну к участникам прошедшего экзамена. Райан моментально подхватив меня, потащился следом. Нестаргонский распрямлял спину, его походка становилась с каждым шагом уверенней. Мы успели, когда он приблизился к Кобеану и остановился рядом.
   — Ты думаешь, что я оставлю тебе это просто так? — Тиретис старался говорить негромко и холодно, но голос все равно предательски дрожал.
   — Я не понимаю тебя, Тиретис, — проговорил Кобеан, вторя привычке Риаса.
   Это месть за Лидана? Публичная казнь?! Я взорвалась, срываясь с места, потянулась к ножу. Райан силился нагнать меня, но не успел. Не успела и я, потому что Тиретис схватил мою руку и прижал к себе. Он посмотрел мне в глаза с пониманием.
   — Не так и не сейчас, Ориса. Предоставь это мне и соберись. Ри не хотел бы, чтобы ты закончила свою жизнь из-за покушения на недостойного, — высказал он, а я разревелась снова, роняя нож и утыкаясь в его грудь.
   Он постоял немного так, чтобы все же неуверенно погладить меня по волосам, стараясь успокоить, хотя самому нужна была поддержка.
   — Поверь, Кобеан, мое терпение не безграничное и ты перешел черту. Я не прощу тебе смерть Ри.
   — Ты обвиняешь меня бездоказательно? — в голосе Кобеана я не услышала ни капли сожаления, — По-моему сам Солвер против подобного. Был.
   Я стиснула зубы, силясь не завыть в голос. Я бы не устояла, если бы не Нестаргонский, который не позволил мне упасть.
   — Темный жнец! Там темный жнец! — закричал кто-то в толпе.
   Я не хотела смотреть, но все же пошла следом за Тиретисом. Я заставлю себя смотреть. Риас любит внимание и я ему его отдам все, без остатка. Я подавила всхлип. Райан принял меня из рук Нестаргонского, обеспокоенно заглядывая в мое лицо.
   — Извини, Ориса. Я ничего не придумал, — проговорил он, стыдливо отводя взгляд.
   Элания взяла меня за руку и выпустила свой огонь, чтобы остановить мою истерику. Она не отпустила руку, выпуская огонь порционно и поддерживая свое исцеление. Мы подошли к свободному месту, чтобы окинуть поле боя взглядом.
   Риас мерял шагами небольшую территорию, гуляя и стараясь улыбаться самой широкой и светлой улыбкой, на которую был способен. Мои слезы продолжали течь, а ком в груди заставлял сжиматься до боли мышцы. Огонь Элании еле справлялся.
   На поле стало темнее. Мы наблюдали все через красное сияние барьера, который искажал солнечный свет, но все равно все было хорошо видно. Напротив Риаса стоял одинокий всадник. Его скакун был из черного тумана, как и сам он. Он не держал поводья, руки его были заняты. В правой руке покоилась коса, а в левой старинный фонарь, которыйизлучал совсем немного света, синее сияние, как у магии Райана. Наверное. Отсюда через красный барьер оно выглядело лиловым, а значит внутри оно синее. Он почти весьбыл из сполохов тьмы. Его плащ с глубоким капюшоном, то что скрывалось под ним, силуэт выступающих рук. Они не были из тумана, но были черными с синим отблеском вен. Что я знаю о темных всадниках? Мыслей не было. Я все забыла. Еще немного и я забуду, как жить.
   — Райан, расскажи, — негромко прошу, зная, что он догадается.
   — Он отберет его душу, Ори. Он не оставит ему ничего. Убьет, а потом он уйдет.
   — У него есть шансы? — не теряю последней надежды.
   — Извини, — разрушает и ее Райан.
   Скакун понесся, набирая скорость и оставляя за собой плотный черный туман, а его всадник сделал взмах косой. Риас раскинул руки в приглашающем жесте, чтобы за долю секунды отскочить и исчезнуть в невидимости. Скакун остановился, развернулся. Всадник покрутил тьмой из-под капюшона по сторонам, а потом просто тряхнул фонарем, выпуская вспышку волны. Риас стал видимым, нахмурился, стоя уже там, где недавно был всадник. Возле пирамиды.
   — Эй, черныш! Это уже жульничество какое-то! — возмущался он, а я сдерживала новые рыдания.
   Никто не улыбался от такого поведения Риаса. Даже Элания стерла предательские слезы с щек, но не отвела взгляда с арены.
   — Иди ко мне! Черт возьми, ты же так меня хочешь!
   Нестаргонский сжал перила так, что побелели костяшки. Скакун встал на дыбы, издавая громкое, какое-то загробное ржание. Риас опять стер улыбку, испугавшись и отступив на пару шагов назад. Преподавательский состав смотрел стоя, осознавая, что им придеться нести вину за смерть Риаса, а может принимая ошибку и, тем самым, отдавая честь неугомонному учащемуся.
   Всаднику надоело слушать возгласы смертного, его скакун снова взял старт, только теперь быстрее. Риас призвал свою тьму, но она отказала ему. Всадник отобрал его силы или подчинил? Может быть. Это же высшая темная нежить. Риас уклонился от косы в последний момент, метнув один из ножей в спину темному жнецу, но нож осветился синимсиянием, при прикосновении к жнецу, и прошел насквозь, застревая между камней пирамиды. Кажется, Риас выругался, но как-то негромко, обреченно.
   Я прижала руку к груди, вторую по-прежнему не выпускала Элания, растрачивая свой огонь. Я старалась дышать, но было больно.
   — Я тебе не дамся просто так, копытный! — вновь возмутился он.
   Всадник не медлил и вновь его скакун набирал скорость, Риас опять вскинул с вызовом руки в пригласительном жесте. Но скакун не добежал. Сердце остановилось, но я не смела закрыть глаза. На бегу скакун и всадник превратились в темную, стремительную тучу, чтобы разрезать вспышкой пространство и открыть его прямо перед Риасом. Он не успел отскочить, он даже не успел испугаться и понять, что произошло. Всадник поднял его за горло, приподнимая над землей. В руке у него не было косы, и при нем не было скакуна. Он лишь поднял свой фонарь на уровне лица Риаса, чтобы зашептать множеством голосов. Он шептал неизвестные слова, возможно что-то на забытом, древнем языке. Эти голоса эхом разносились над всем стадионом и были страшнее, чем шепот Риаса, когда он взывал к демонической силе. Риас выгнулся, стараясь освободиться от захвата и пытаясь вдохнуть кислород. Но лишь сжал зубы плотнее от боли, которую испытывал. Из него потянулась темная, струйка магии. Сначала ведь заберет магию, а потом душу? Или это душа Риаса?
   Риас кричал, все сильнее сжимая зубы и вцепившись в руку темного жнеца. Он переборол боль и замолчал, лишь дергаясь в судорогах и стараясь не сводить взгляда с тьмы из-под капюшона. Мои ноги подкосились и я все же заплакала с новой силой, Райан подхватил, не дал упасть, но не стал разворачивать, не мешал смотреть. В темной струе тумана показалось золотое сияние. Значит, это все же магия. Моя магия выходила золотым песком, покидая Риаса. Он сузил глаза и сорвался. Наотмашь его кулак ударил тьму под капюшоном. Он изогнулся, сгибая ноги и стараясь оттолкнуть ими жнеца, но тот превратился в неосязаемое. Риас упал на спину и зашелся в кашле, долго пытаясь сделать вдох. Он поднимался несколько раз на колени. Даже это было трудным. Жнец появился перед Риасом снова, когда тот стоял на четвереньках, стараясь победить слабость. Фонарь был вновь протянут к Риасу.
   — Не смей! — отчетливо прорычал тот, что все еще не готов был отпустить даже часть меня.
   Он оттолкнулся, чтобы схватить жнеца в талии и повалить, как вполне живую, материальную особь. Он сел на него сверху и бил кулаками, пока пару раз не ударил по голой земле. Риас сидел на коленях на земле и тяжело озирался, пытаясь понять откуда появится враг.
   — Нет! — несдержанно воскликнула я, в полной тишине стадиона.
   Голос не отказал мне, а Риас поднял на меня глаза. Он быстро поднялся на ноги, но было поздно. Скакун нес своего всадника на спине. Риасу должно было отсечь косой голову, но вместо этого, из-за его движений и попытки уклониться, коса вошла в бок, сильно раня. Его протащило еще несколько метров прежде, чем он упал на землю. Он тяжело перевернулся с бока на спину, подгибая ноги. Кровь быстро стекала, окрашивая и щедро поливая землю. Жнец показался снова рядом, он поднял свою косу, чтобы неправильно завершить свой ритуал. Он не стал делать попытки отобрать душу неугомонного блондина. Даже этой высшей нечисти надоел этот парень.
   — Борись! — услышала голос Тиретиса.
   Риас зарычал, его гарпун вскинулся перехватывая ставшую материальной косу, чтобы потянуть на себя. Ему было больно, он кривил лицо от страданий, но приложил все силы. Жнец не ожидавший больше прыти от жертвы, упал на одно колено, а Риас оставшимся в арсенале клинком, проткнул врага в живот. Синий свет засиял из раны. Жнец был ранен и в спешке вновь принял нематериальную оболочку. Утаскивая за собой оружие жертвы. Он может победить жнеца. Может. Вот только надо достать клинок, который застрял в камнях пирамиды.
   Он сообразил, глянул в ту сторону и испуская тяжелый стон, поднялся. Он двигался медленно и постоянно припадал на раненную правую сторону. Делал частые передышки, но и жнец долго не объявлялся. Когда Риас смог добраться до пирамиды и уже карабкался на первый камень, его враг показался на другом конце поля. Он все еще источал синий свет из раны, но уже освободился от клинка жертвы. Жнец призвал своего скакуна, что возник из ниоткуда с громким, загробным ржанием. Всадник поднимался на скакуна тяжело, будто раненный человек. Риас поспешил, сильнее кривясь от боли, ругаясь и проклиная врага. Кровавый след тянулся за ним. Он одолел половину подъема, когда всадник вновь разрезал пространство синим сиянием и оказался возле Риаса.
   Блондин словно почувствовал его спиной. Он упал на живот и перевернулся на спину, чтобы коса вошла в камни и застряла там, где только что была грудь Риаса. Он тяжело вздохнул, снова скривился от боли и зарычал уже от ярости.
   — Что же ты такой приставучий?! — прокричал он вопрос молчаливому жнецу, и вновь собрав силы, толкнул ногами врага.
   Жнец отлетел и почти упал с этой высоты на землю, но успел превратиться в туман. А Риас болезненными рывками продолжил свой путь. Жнеца вновь не было долго. Он успел,упал на колени, потянулся за клинком, но ему не хватало сил, чтобы просто вытащить его. И он заплакал, не стыдясь, но ненадолго закрывая лицо руками. Успокоился и поднял глаза к небу, обращаясь к кому-то и ругаясь с кем-то. Он говорил негромко и не отчетливо. Было трудно разобрать. Неужели, он обращается к богам?
   Позади вновь воплотился жнец, он схватил Риаса за плечо, а Риас успел-таки вырвать клинок. Но был отброшен о следующую ступень. Он сильно ударился и вновь начал кашлять, только уже выплевывая на ладонь кровь и отирая ее о штанину. Я устала плакать, устала переживать эмоциональные перепады. Организм включил апатию заранее, надежда погибла, больше не осталось сил бороться и верить. Жнец подошел, становясь на одно колено и близко поднося свою тьму к лицу блондина, он вновь шептал что-то. Это что-то проговаривалось явно с угрозой, но никто не понимал, о чем он. У него не было косы, он ударил рукой, ломая ребра и хватая сердце Риаса. Риас закричал, но успел всадить клинок в врага перед тем, как его дыхание остановилось. Жнец не смог больше уйти в нематериальность, он упал рядом с блондином.
   Слезы не останавливались. Глаза уже болели, были обветрены, а ног я не чувствовала, как и своего сердцебиения. Нестаргонский закричал, хватаясь за голову и падая на колени. Многие отводили глаза, но все стояли и не смели покинуть трибуны. Я не сдержалась, нашла силы, собрала всю себя, чтобы направиться к Дарголийскому. Он наблюдал за всем с непоколебимым величием, его огонь спал. Марк стоял рядом с ним с таким же видом. Они отомстили.
   — Ты понимаешь, что сделал? — негромко спросила я, не скрывая своей злобы.
   — Такие как он, Ориса, не достойны жизни, — проговорил он мне, покидая трибуну.
   Я стояла также спиной к полю, силясь понять за что мне это. Как так вышло, что я не просто разрушила свою жизнь. Я не смогла достичь конечной цели в Астарии, я предала свою названную сестру, я предала Дарголийского, я убила того, кого люблю и я сломала жизнь наследнику величайшей страны.
   — Ориса, — подошел Райан, — Пойдем, тут больше нечего делать. Преподаватели пытаются снять барьер. Осколок потух.
   Я сжала кулаки, закрывая глаза. Голова кружилась и меня начало тошнить. Как же жить дальше? Как не сломаться? Я ведь больше не услышу его насмешек, не увижу ярких глаз, не почувствую прикосновения родных рук. Как люди живут, теряя близких? Как они справляются с этой болью? Опустошение прошло, наполняя душу тоской и горечью, которая не могла даже и сравниться с той, что я чувствовала, когда сердце было разбито. Как глупа я была, когда считала, что это было самым страшным пережитым чувством.
   — Что это? — задала вопрос Элания.
   Я обернулась. Темный жнец осветился. Преподаватели вновь спешно активировали барьер. Успели вовремя. Гигантская волна синей энергии с огромной скоростью прошла по полю, ударяясь о защитный барьер и отражаясь, отлетая обратно и ударяясь ровно в хрусталь маленькой статуэтки на пирамиде. Корпус лопнул и темно-фиолетовый осколок, постукивая покатился вниз по камням, ударяясь веселым звоном. Я затаила дыхание, когда он навис на краешке. Ничего не происходило. Ветерок подул сильнее. Кобеан остановился, вглядываясь с прищуром во все происходящее. Нестаргонский поднял голову. Все мы чего-то ждали. Надеялись? На что?
   Ветерок вновь подул, подхватывая крошечную боковину осколка и чуть поворачивая его. Он скатился дальше. Еще один звон и он отскакивает от бокового выступа камня, чтобы упасть ровно на грудь Риаса.
   — Боги отозвались? — в полной тишине задал вопрос Нестаргонский.
   Осколок засиял фиолетовым цветом, смешиваясь с кровью Риаса. Остатки темной магии в бездвижном, мертвом теле блондина засуетились, поглощая новую для себя магию. Мы смотрели за этим уже не так с надеждой. Риас был мертв, а вот его магия грозилась натворить дел. Она не остановится только на осколке. Я первая бросилась к входу барьера, что уже был перезапущен. Моя команда бежала следом. Нестаргонский тоже ринулся с нами. Щиты Райана уже были на нас. Октавий и Эмбер не смогли нас остановить. С кем мне предстоит бороться? Как остановить магию в мертвом теле?
   Мы быстро пересекли площадку, чтобы чуть медленней взобраться на пирамиду. Я вздрогнула и мои слезы вновь потекли ручьем, когда смотрела в открытые, мертвые глаза Риаса. Я, не глядя, закрыла их. Щиты Райана уходили с такой скоростью, что времени на раздумья было немного.
   — Элания ты всегда действовала правильней всех! Действуй же! Не стой! — выкрикнула я, силясь перекрыть боль в груди и слезы.
   — Я не знаю! — кричала в ответ на меня девушка, но воззвала к своему исцелению.
   Мы не знали, что делать. Она затягивала раны на трупе, теряя больше половины силы, потому что ее поглощала искра Риаса.
   — Прекрати! Это не поможет, — встрял Нестаргонский.
   — А что поможет?! — взъелась в ответ Элания, вытирая свои слезы.
   — Я не знаю, — обреченно высказал наследник, опять хватаясь за голову.
   — Я больше не могу, — оповестил Райан, когда его щиты слетели.
   — Зачем мы вообще сюда прибежали?! — крикнул Мони.
   Я изогнулась от новой боли. Эта боль была мне знакома. Когда всю твою суть выворачивают наизнанку, когда магию пробуждают насильно, вырывая ее из тебя. Но сейчас никто не остановит и не возьмет под контроль силу. А хочу ли я магию? Хочу ли я жить? Уже ничего не хочу. Ничего не нужно. Я падаю, обнимаю Риаса. Внизу кричат друзья, которые успели отбежать. Я через боль, перевожу взгляд. Райан пытается вернуться, чтобы забрать меня, но Мони и Тиретис удерживают его. Элания смотрит на меня с обидой и сдерживает рвущиеся рыдания. Киви не сдерживается, она рыдает. Сил смотреть больше нет и я закрываю глаза, стискивая зубы. Так больно, что хочется кричать и я не сдерживаюсь. Но боль отпускает, а сила еще при мне. Мы смогли остановить и победить? Райан придумал что-то?
   Я отскочила, когда Риас зашелся в кашле. Боялась пошевелиться, чтобы развеять мираж, иллюзию. Сердце замедлилось, почти остановилось. Показалось? Он лежал без движений. Не дышал. Я вновь судорожно вздохнула, собираясь разреветься. Но он вновь закашлял, сделал вдох, выдох. Открыл глаза, сильно щурясь и моргая.
   — Боги, Ори. Что ты сделала со мной, милая? За что? — сипло прохрипел Риас.
   Перед тем, как сознание все же покинуло меня, я увидела, как Нестаргонский растеряв все величие, спешно поднимался к нам.
   Глава 26. Откровение
   — Риас, выплюнь эту невкусную магию! — просил Октавий.
   — Да не могу я! Ясно? — выкрикнул в ответ Риас и закрыл лицо, чтобы громко застонать.
   Меня привели в чувство не сразу. Пока я находилась в беспамятстве от пережитого стресса, Риаса успели привести в чувство и подлатать. Из него сразу выжали ту магию, что он успел поглотить, кроме двух. Магия жнеца и Ларира прижились в его темной стихии, как родные. Это если не верить глазам, а словам восставшего мертвеца. Когда он призывал темную стихию, то в черном тумане, то и дело синие вспышки сменялись на фиолетовые всполохи. Внешне он выглядел вполне себе живым и здоровым. Со стадиона его привели не в корпус целителей, а сразу в комнату. Пока он добирался, сильно успел перепугать и без того напуганных учащихся. Ведь все видели, как он умер, а тут живой. Чего спрашивается, столько народу слез пролило?
   Сначала Эмбер с Октавием даже решили убедиться. Убеждения их выглядели скорее издевательством над бедным, еле способным мыслить парнем. Они порезали его ладонь, но кровь потекла живым, алым и веселеньким ручейком. Они даже предложили ему выпить крови, на что получили недвусмысленный посыл, оба. Но от предложения не отказывались, так как хотели убедиться, что он все же не нежить. В итоге так достали парня, что тот уже молил богов исправить все и вернуть, как было, пока не наткнулся взглядом на меня. Я вот возвращать, как было не хотела и не планировала. Я даже боялась прикоснуться к нему, чтобы он вдруг не исчез и не растаял.
   — Ты осознаешь, чья эта магия?! Это же божественное зло! — разводил и возносил руки ввысь Октавий.
   — Не могу я ее отделить! Я бы и рад, но не могу! Она, как своя ощущается!
   Эмбер давно покинул комнату, отправляясь разбираться с последствиями экзамена и выдумывать достойную легенду зрителям. О происшествии руководством было решено никого не уведомлять. Тихонько сами себе все исправят. Практику для команды Нестаргонского не отменили, но на месяц их задержат. Риаса это время продержат под наблюдением в академии, а только в июле отправят в Мертвый лес, всего на два месяца.
   С вопросом, о чудесном воскрешении, все еще пока не разобрались. Эмбер выдвигал теорию, что сработал Ларир и воскресил Риаса. Но так, как у него бог-создатель все же где-то существует, то он в здравом уме, насколько блондину это вообще дано. Октавий патетично вел рассказ своего предположения о высшем чувстве любви. А когда я высказалась, чтобы он прекратил издевательства, то просто сообщил, что я, видимо, настолько занудлива, что даже на том свете способна достать.
   Что касалось обвинений Риаса в том, что я что-то с ним сделала и в чем-то виновата. Как выяснилось, когда он пробудился, то помнил только, как я плакала и то, что слезы эти по его вине. Остальное память подкинула гораздо позже, когда он уже дрожащими руками осушил не первый стакан воды. Темного жнеца вспоминал с таким испугом на лице, будто это не он его хамски доводил и даже смог убить, а кто-то другой. Оправдывался, что от страха просто чуть с ума не сошел, вот и поведение было такое.
   — В общем так, постарайся избавиться от этой жуткой и не нужной тебе субстанции, — решил подвести итоги Октавий, — Сегодня отдыхайте. Столько стрессов и волнений! Да ты сам всех сведешь с ума, Риас! Выпускной вечер перенесли на завтра, чтобы люди не пугали друг друга бледностью. А то, это же не красивый бал будет, а какой-то шабаш привидений прямо! — сжимал он в негодовании руки у груди.
   После чего подождал хоть каких-то ответов, но не дождался, и с очередными громогласными высказываниями на тему молодежи покинул комнату моих соседей. Нестаргонский сидел бледный, осунувшийся и не сводил напряженного взгляда с друга. Я сидела на кровати Риаса и тоже не сводила взгляда с возлюбленного, а вот Риас ушел в себя. Он сидел в кресле и постоянно менял свою мимику, о чем-то хаотично думая.
   — Ри, ты как? — наконец-то, хоть кто-то разрушил тягостное молчание.
   Риас перевел быстрый взгляд на друга, потом на меня, а потом снова на друга, будто забыл, что в комнате не один. Потом тяжело вздыхая, закусил губу и все же решил ответить:
   — Знаешь, как будто умер, а потом воскрес! Черт, Тир! Там было холодно и темно! И… Боги, я не могу рассказать, что видел. Но однозначно, я повторять не хочу. А ты? Вы? — уже более тише, оглядывая нас задал вопрос.
   Я поджала губы и всхлипнула, но слез уже не было точно. Риас среагировал моментально. И хоть исцеление не помогло ему справиться с многочисленными ушибами на теле, но он резво подскочил и сел возле меня, прижимая к себе. А я, наконец-то, поверила, что все это не снится мне. Что он никуда не денется от меня. Вцепилась в него мертвой хваткой и продолжила истерику без слез.
   — Все хорошо, милая. Ори, я тут и с тобой. Я больше не куда от тебя не уйду, слышишь? — пытался успокаивать меня, но дело как-то не шло.
   Так втроем под мои завывания мы просидели еще какое-то время. Когда я уже задышала нормально и, кажется, могла держать себя в руках, Нестаргонский снова заговорил.
   — Дело рук Кобеана. Но, как понимаешь, доказательств не найдем, хотя я и попросил Эмбера. Призвать к ответственности наследника страны и обвинять его нужно только, когда есть что-то весомое.
   — Я понимаю, Тир. Да и даже, если это весомое у нас будет?! Что мы можем ему сделать? Людвиг не согласится и не пойдет на жертвы страны ради наших дрязг.
   — Какие дрязги?! — вырвалось у меня на высокой ноте, — Он тебя убил! Это не какая-то мелочь, Риас!
   — Ори, я не Тир, чтобы ради меня воевать, — тихо объяснял, заглядывая в глаза, — К тому же убил, но я же жив. Вот черт. Даже звучит нелепо! — раздался нервный смешок, а я задохнулась от возмущения и осознания, что он прав.
   — Даже если найдем доказательства? — не отступала я.
   — Смотря какие доказательства, — негромко произнес Тир, но потом грустно добавил, — Все равно отделается откупом.
   — Я сам виноват, — уверено заявил Риас, — Я первый начал. Но, если я и планировал, когда-нибудь вернуть Лидана, то теперь уже нет.
   А я была в мыслях о доказательствах. Почему все так сработало? Как ему удалось зачаровать бумаги в кабинете Эмбера? Или зачаровывались не они, а Тиретис? Почему барьеры не выпустили Риаса? А если бы он вышел раньше, чем остальные? Он ведь задержался из-за меня. Послание.
   — Я потеряла листок, — тихо и обреченно высказала вслух.
   — Какой? — нахмурился Риас.
   — Твое послание мне, — шмыгнула грустно носом.
   — Ооори, я тебе хоть каждый день писать их буду. Это неважно, ясно? Главное, что ты знаешь, а остальное ерунда, — говорил он мне.
   — Я опять лгала тебе, — более тихо, но отчетливо призналась.
   — Когда? — не было в голосе ни удивления, ни злости, ни насмешки.
   — Вчера, Риас. Прости, — сильнее обняла его, чтобы он вдруг не додумался оттолкнуть.
   — Я могу оставить вас, — негромко произнес Тиретис.
   — Нет! Думаю, это куртка. Вы должны оба знать. У него была куртка Риаса.
   Нестаргонский спешно поднялся и направился к вешалке, чтобы потянуться к темной куртке Риаса.
   — Не эта. Светлая, — Риас подсказал сам.
   Тиретис осмотрел ее с внешней и внутренней стороны, но она была целой. А потом вывернул карманы, чтобы обнаружить, что маленький клочок был срезан.
   — Значит барьеры сработали на меня, — произносит задумчиво Риас, — Они бы не стали рисковать тобой. Если найдем клочок белой ткани, то обнаружим на нем какое-нибудь интересное заклинание. Скорее всего что-то, что говорило бы, что носитель нечисть, поэтому они и не пропустили меня обратно. Но внутрь же пустили. Почему, Тир?
   Нестаргонский сел на кровать и надолго задумался. Он облокотился, полуразвалившись, на стену и сложил руки в замок на животе. Я пыталась додуматься сама, но меня постоянно отвлекали другие мысли. Почему у Риаса нет запаха? Совсем никакого. И никогда не было. Как мне запомнить его, чтобы в памяти был не только внешний образ. Его прикосновения тоже были разными: обжигающе холодными, прохладными или просто имели человеческое, обычное тепло. Я была уверена, что не хочу пережить его или хочу умереть вместе с ним, но никогда больше не терять его первой. Со смертью Бриджа я смирилась быстро, и переживания не были столь глубокими, как было с Риасом.
   — Что насчет такого предположения? — наконец, заговорил с ответом наследник, — Если это были чары с последующей активацией. И активировал их ты, своей магией.
   — Вроде, пока я не ушел в невидимость, то кусок ткани просто спал, а когда почувствовал родное, то активировался и уже часть меня было воспринято барьером, как нечисть?
   — Думаю, что я обсужу этот вопрос с Райаном и Мониаром. Пусть решают загадки, если им так это нравится. Сегодня переночую в комнате у Линди. Не думаю, что вправе вас разлучать или смущать своим присутствием, — решил удивить Нестаргонский.
   — А ты с Линди…? — решила не сдерживать вопрос.
   — Нет, Ориса. Я просто буду спать на твоей кровати, если ты не против. Белье возьму свое, за это не беспокойся. Линди против не будет. Уверен, — разъяснил он мне, — В столовую вам лучше сегодня не ходить, чтобы не портить аппетит остальным. Да и от Кобеана какое-то время держитесь дальше, а то еще что-нибудь придумает.
   Последнее его заключение заставило меня дрогнуть и снова сжаться. Риас только сильнее обнял в ответ и попросил не волноваться.
   — Я принесу вам ужин и пропущенный обед, если захотите. Ри, — сделал он паузу уже поднимаясь и проходя в центр комнаты, — Лиетта может сгладить мне твое отсутствие, но не заменить тебя в жизни, — досказал он мысль.
   Риас оставил меня, чтобы подняться и заключить друга в крепкие объятия. Он попросил прощение у наследника, прежде чем отстраниться и хлопнуть пару раз его по плечам. После чего Тиретис покинул нас, сказав, что позже еще обязательно зайдет, но не будет забывать стучать.
   — Ори, — вернулся ко мне Риас, — Маленькая. Тебе нужно умыться. У тебя глаза так опухли. Но ты все равно лучше всех, не подумай ничего. Ясно?
   Я согласно кивнула, понимая, что вид у меня тот еще. Наверняка, глаза красные и совсем распухшие, как и нос. А губы уже болели и, скоро нижняя опухнет в некрасивом волдыре на несколько дней, если не попросить Эланию залечить.
   — Нам вообще стоит привести себя в порядок, — в итоге заключил Риас, — Пойдем, — аккуратно поддерживая меня, повел он за собой в ванную комнату.
   Открыл воду, оставил набираться и вернулся ко мне. У меня не хватало сил, чтобы самой раздеться, поэтому этим занялся Риас. Пока он неспешно и аккуратно расстегивал ремешки безрукавки, я накручивала себя вновь и вновь, опять пробуждая опасения и страхи.
   — Риас, — негромко прервала его занятие.
   — М?
   — Запри дверь, пожалуйста, — нахмурилась, боясь, что к нам могут проникнуть, а у них всегда дверь открыта.
   — Как скажешь, милая, — он ушел выполнять просьбу, а я не смогла стоять на месте, боясь, что он не вернется.
   Поэтому последовала к порогу, чтобы не сводить с него внимательного взгляда. Не исчез, справился и вернулся, заглядывая мне в лицо, чтобы позже обнять и положить голову на мое плечо.
   — Прости меня, Ори. Ты опять плакала из-за меня. Прости. Я… Я хотел бы пообещать, что больше не позволю тебе лить слезы из-за меня, но не могу. Я просто какой-то магнитдля неприятностей, — устало проговорил он.
   — Ты не прав. Это я должна просить прощение, Риас. Ведь если бы не моя ложь, то может все не зашло бы так далеко. Риас, я больше никогда не буду тебе лгать. Никогда, честно. Буду рассказывать все, — уверенно пообещала я.
   Но он не злился, а поднял на меня голубые глаза и подарил легкую улыбку. Потом молча повел меня, чтобы продолжить начатое. Откуда у него были силы, не знаю, но очень скоро я осталась обнаженной. Пыталась помочь ему снять его одежду, но не смогла. Руки не слушались. Зато повеселила Риаса своими попытками и вызвала его негромкий смех. Вода была горячей, но не обжигающей.
   — Я сам, — отобрал у меня мочалку Риас, когда мы уместились в тесной ванне.
   Он не тер, а оглаживал, боясь ранить и оцарапать мою кожу. В его движениях не было никакого сексуального подтекста, только забота и нежная трогательность. Тишину нарушали всплески воды. Потом он занялся моими волосами, не забывая массировать кожу, а я разомлела и, наконец-то, расслабилась. Когда пришла его очередь, я нашла в себесилы, чтобы ответить взаимной заботой. Мы не спешили, наслаждаясь каждым мгновением проведенным вместе. Я все еще смущалась нашей наготы и такой близости с ним, но не позволяла себе отводить взгляда, как и не запрещала любоваться собой Риасу. Я ни в чем не откажу ему, я никогда больше не упущу возможности побыть с ним рядом любую свободную секунду. Насладиться каждым мигом, пусть даже он будет наполнен не красивой романтикой, а чем-то неприятным. Впереди у нас с ним долгая совместная жизнь, где будут ссоры, будут неприятные личности, вроде Геллы или Кобеана, у которых тоже есть свое оправдание и своя история. Жизнь не бывает только красивой, она такая же, как и Риас. Разная, непостоянная и за каждым ее поворотом нас поджидают неожиданности.
   Мы смыли пену, сменили воду и уже просто лежали. Я расположилась у Риаса на груди, опрокидывая голову назад. Он оглаживал меня, но избегал чувствительных мест.
   — Ты сама расскажешь или лучше спрашивать? — беззлобно задал вопрос Риас.
   — Давай ты, — согласилась на второе, понимая, что сама могу что-то и пропустить.
   — Кто был тот парень, которого ты так безжалостно распластала? — задал совсем неожиданный вопрос Риас.
   Я тяжело вздохнула, стараясь вспоминать только детали, а не образы из прошлой жизни. Но Кастомир побеждал раз за разом, отчетливо возникая в голове, как живой. Сердце бы снова зашлось в быстром стуке, но сегодня был слишком трудный день, поэтому все было необычайно спокойно.
   — Он считался мне братом, но наши отношения напоминали совсем иное, — сделала паузу, но Риас не спешил задавать наводящих вопросов, предоставляя мне время для монолога, — До сих пор считаю, что более жестокого человека я не знаю. Он любил развлекаться. Мы все любим развлечения, но его… Они были наполнены смертью. Ты ведь читалотчеты о сиротах. Он не был одним из нас, но его называли стратегом. Он не просто плел интриги. Я хорошо играю в шахматы, потому что он часто принуждал играть с ним. Для него люди — всего лишь марионетки, Риас. Кто-то незначительные пешки, вроде слуг. Иногда, мне приходилось играть, зная, что если я проиграю, то кто-то из слуг умрет. Все потому что ему было забавно видеть, как я переживаю из-за простолюдинов. Он всегда считал меня слабой и позором семьи. Он всегда побеждал, Риас. Во всем, — больше яне продолжала, решив, что это более, чем развернутый ответ.
   — Он в прошлом, Ори. Жаль, я не могу избавить этот мир от него ради тебя. Я же не всесильный, а было бы неплохо, — мечтательно протянул за моей спиной Риас, — А история с Кобеаном? Я надеюсь, что ничего не было, — я почувствовала, как от нервов, напряглись его мышцы, но он попытался расслабиться.
   — Я обещала рассказывать все, но боюсь твоего срыва, — аккуратно произнесла я.
   Риас все же обхватил меня за плечи и подтянул выше на себя. Он тяжело задышал, но не пугал меня. Я была уверена, что он никогда не навредит мне и постарается сдержаться, чтобы не испугать меня, чтобы не волновать меня лишний раз.
   — Продолжай, — прошептал он мне в затылок, обдавая человеческим, теплым дыханием.
   — Ничего не было, Риас, — поспешила заверить и успокоить его, — Он говорил о тебе, о том, как ты рассказывал ему о нас в парке, — делаю паузу.
   — Это правда. Я рассказывал и не жалею, ведь ты сейчас со мной рядом, а значит мои действия были верны. Ори, если ты хочешь, чтобы я попросил за это прощение, то я не буду. Я не жалею о том, через что мы прошли, потому что привело это к тому, что мы вместе. Только об одном, — сделал он паузу, — Тот поцелуй. Прости. Я не должен был срываться и заходить так далеко. Просто мне было больно. Понимаешь?
   — Но сейчас ты простил меня…
   — Ты опять про оправдания? — тяжело вздохнул Риас, но объятия не расслабил, — Я понимаю, что у тебя были свои причины, скрывать от меня кто ты. А теперь ты должна понять, почему я сорвался и повел себя с тобой так, неправильно. Мы ведь строим образы в голове, основываясь на прошлом человека, на его окружении и поведении. Я ведь уже тогда был без ума от тебя и знаешь… Я когда узнал, что ты не та. Что ты способна играть и, возможно, я люблю ту девушку, которой даже не существует и никогда не было. Это словно найти что-то, о чем мечтать не смел, а оно в миг разлетается, потому что всего лишь чья-то шутка. Это было больно, Ори. Мне было страшно, что ты играла, что ты на самом деле другая.
   Мне стало стыдно и я закрыла глаза, в очередной раз попросив прощение, но почувствовав легкий поцелуй в шею, решила продолжить расскрывать все с того вечера:
   — Кобеан удивлялся, как я верю тебе. Риас, он многое мне о тебе рассказывал. О том, как ты был одержим, о том какой-ты. Он сказал, что я интересна тебе пока ты не наиграешься, пока я еще имею какую-то толику непокорности и неприступности. Он удивлялся, как я могу согреться в твоем холоде, — опять замолчала я.
   — Ори, я пойму, если ты не будешь мне верить. Но, сейчас я скажу правду. Я без тебя жизни своей не представляю. У меня были другие девушки, но они не вызывали такую бурю чувств, как ты. Я очень надеюсь, что ты способна меня понять, — легкий поцелуй в позвоночник вызвал мурашки, — Это все? Или было, что-то еще? Ты сказала, что я могу сорваться. Это же не спроста. Что он сделал, Ори? — гладкая щека коснулась моего плеча.
   — Он пытался воздействовать на меня своим огнем, — тихо призналась.
   — Он угрожал тебе? — взволнованно спросил Риас.
   — Нет. Иначе. Другие причины, Риас. Прости. Мое тело, оно…, — я не смогла произнести вслух свои мысли, но Риас и так понял.
   — И где он ласкал тебя, Ори? — задал вопрос Риас, а я залилась краской стыда, — Тут? — рука переместилась и сдавила грудь, пробуждая жар в теле, но я отрицательно покачала головой, — Тут? — его рука прошлась по телу вниз, раздвигая бедра и я не сдержала резкого вздоха, — Я так устал, Ори, — убирая руку, признался Риас, хотя я чувствовала, что он напряжен, — У меня все тело в синяках и ссадинах, поэтому я не способен подарить тебе что-то новое и уникальное. Не в воде, милая. Пойдем, — подтолкнул он меня, вынуждая подниматься.
   Риас сам аккуратно касался меня полотенцем, чтобы оно впитало воду. Он действительно был уставшим, отчего выглядел старше. Необычно серьезный, но по обыкновению нежный.
   — Как далеко он зашел? — сейчас я видела его лицо и понимала, что этот вопрос дался ему тяжело.
   — Он не касался, а лишь преподнес руку.
   — А ты? — взгляд Риас все же отвел.
   — Я… Это не так, как с тобой. Просто жар и желание продолжения ласки, но я не потеряла голову, Риас, — голос дрогнул.
   — Ори, — посмотрел мне в глаза Риас, — Все потому, что мы любим друг друга.
   Он склонился в аккуратном поцелуе, который вскружил голову, ноги опять стали ватными, но меня удержали крепкие руки. Он прислонил меня к стене, целуя шею, но отстранился.
   — Холодная, — испугал своим высказыванием, — Не ты. Стена, — поспешно исправил ситуацию, отрывая меня от опоры и поднимая на руки.
   Небрежно скинутые покрывало и одеяло, чтобы спина коснулась, не менее холодной простыни, но она быстро нагреется. Риас располагается рядом, но не спешит к действиям, вновь любуясь мной.
   — В следующем году выгоню Тира. Мы будем жить вместе, ясно? — проговаривает, чтобы склониться к следующему невесомому поцелую, — А теперь вызовем твой жар без магии, — уже проговорил с игривой улыбкой.
   Рука его погладила живот, чтобы спуститься ниже, я потянулась за поцелуем, но мне отказали, сводя брови.
   — Боюсь, что твоим губам нужно исцеление, а не поцелуи, Ори.
   Долгое время я задыхалась от нежных поцелуев, которые покрывали мое тело, объятий, таких трогательных, и его аккуратных движений, которые наполняли меня, вынуждалитяжело дышать, негромко стонать и комкать простыню. Иногда я слышала, что ему больно, когда он задевал свои ушибы, но мы не останавливались, стараясь насладиться друг другом, будто в последний раз в жизни. Неспешно, красиво, без вульгарности, без пошлости. Когда я зашлась в судорогах, все закончилось, сил ни на что больше не осталось. Но Риас все же смог поднять откинутое одеяло, накрыл нас и крепко обнял меня, по привычке располагаясь у меня за спиной.
   Я боялась засыпать. Казалось, что если потом проснусь, то его уже не будет рядом. Может я потеряла рассудок и все это вижу в своем бреду. Если это так, то я не хочу исцеления. Но мысли и страхи постепенно отступали, а размеренное дыхание уснувшего возлюбленного успокаивало. Крепко сжав его ладонь, что покоилась у меня на животе, я закрыла глаза и провалилась в темноту.
   Не знаю сколько мы спали, но на улице уже было темно. Проснулась я от жуткого шепота множества голосов. В комнате не было холодно, но было такое напряжение, которое ощущалось каждой клеточкой тела. Меня била мелкая дрожь, неприятные мурашки от страха покрывали слегка озябшее тело. Ладонь Риаса я так и не выпустила, поэтому сжала ее сильнее, когда в темноте комнаты открылось множество синих и лиловых глаз. Это была не просто темнота, это был сумрак темной магии. Риас шептал в мой затылок слована неизвестном мне языке. Мое сердце забилось быстрее, а голос вот-вот грозился покинуть.
   — Риас! — спешно вскрикнула я и все исчезло.
   — Что такое, милая? — вскочил он и пытался понять все ли хорошо.
   — В комнате кто-то был и ты…
   Риас вскочил с кровати, быстро активируя фонарь. Комната озарилась мягким светом, чтобы показать, что она пуста. Мне все приснилось? Или я после пережитого схожу с ума?
   — Никого нет, Ори. Тебе приснился кошмар? — потирал глаза и ежился спросонок Риас.
   Он подошел ко мне, опустился на краешек кровати, чтобы приподнять меня и заключить в объятия. Я обхватила его шею, стараясь успокоить свое сердце. Риас опять шептал мне, что все хорошо, что мне не нужно так бояться и волноваться. Я успокоилась, но мы уже выспались, чтобы продолжать сон.
   — Смотри, — кивает на стол Риас, — Тир принес нам еду. Не забыл, — с мягкой улыбкой проговорил он.
   А я порадовалась, что у Риаса привычка спать под одеялом даже тогда, когда жарко. Есть действительно хотелось, поэтому легко одевшись, мы молча принялись за остывший ужин, который любезно стоял на подносе. Котлету я отдала Риасу, а он отдал половину своего салата взамен. Я думала о том, что очнулась, а он все еще со мной. Значит, это мне не чудится.
   Еще часть ночи мы говорили о нашем прошлом, раскрываясь друг перед другом подробнее. А потом мы все же заснули повторно, но я уже не просыпалась в эту ночь от кошмаров. Сон мой был крепким и сладким.
   Глава 27. Подготовка и бал
   Хардон продолжал меня удивлять и поражать. Он был огромен, необъятен и постоянно кипел, бурлил жизнью. В это солнечное утро мы шли по широкой, каменной дороге вшестером. Риас не отпускал мою руку, но при этом говорил с Райаном.
   — Главное соль не забудьте. Каша без соли это… Знаешь, это ужасно. Свежий хлеб только место лишнее займет. Сейчас зайдем в одну лавку, там торгуют хорошими сухарями. Есть даже очень вкусные с приправами, но советую все же брать обычные. Вяленное мясо и крупы. От остального откажитесь.
   — А что с водой? — не переставал выпытывать Райан.
   — Там рек хватает, родников полно. Там же людей нет. Так что на первое время возьмите. Ну и бутыли. Кстати, напомни мне. Зайдем купим вам кожаные фляги и пусть Линди вечером перед балом зачарует их. Ори, — уже почему-то обратился ко мне и даже обернулся, — Прости, — испугал меня Риас, но сразу обратился к Райану, — Не берите спальные мешки. Они будут мешать.
   — И как нам спать по твоему?! — возмутилась принцесса.
   — Так там же деревьев хватает, — подала голосок Киви, — будем каждый вечер из веток постель сооружать. Но одеяла все равно возьмем.
   — Есть тут одна лавка…, — вставил Риас, — Туда тоже зайдем. Там возьмете тонкие шерстяные покрывала. Они теплые, легкие. Только пусть Линди от влаги зачарует!
   На рассвете к нам вломился Райан. Мало того, что он еле сдерживался и порывался к нам еще вчера, чтобы убедиться, что со мной все хорошо, так он еще за Риаса успел переволноваться. Но, Тиретис не позволял к комнате вообще кому бы то ни было приблизиться. А утром Райан решил отправиться в Хардон, чтобы подготовиться к длительному походу, а так как Риас не хотел от меня ни на шаг уходить, то вызвался нам помочь.
   — Заранее распределите обязанности, а то потом, как дело доходит, все уставшие, ленивые и злые, то начинается перекидывание обязанностей, — продолжал делиться мудростями по выживанию Риас.
   — Все уже давно поделено. Киви готовит, Мони посуду моет, — ответил Райан.
   — А вы втроем, что? — не сдержался и задал вопрос Риас.
   — А мы на караулах и подсобная помощь. Знаешь, меня к жизни в полевых условиях не готовили, — невозмутимо оправдался Райан.
   — Ори, а ты? — устроил допрос Риас.
   — Меня готовить не учили, — пожала плечами, — Но на охоту с собой брали, артефактов на привлечение мелкой дичи тоже набрала, так что без дела не останусь.
   — То есть, готовить ты вообще не умеешь? — возмущенно уточняет.
   — Надо исправлять. Ты должна вкусно готовить, милая, — проговаривает он.
   — У нас не будет слуг? — уже даже не удивляюсь, просто спрашиваю.
   — Будут, конечно. Но как же любимое, фирменное блюдо от жены?
   — Ты сейчас ей так предложение сделал?! — изумился Мони.
   — Вообще давно. И ты не подслушивай, ясно?
   Еще пару часов мы бегали от одной лавки к другой. Приобрели легкие котелки, столовые приборы, отдельный нож для еды, продукты, веревки, хозяйственные мелочи, походные рюкзаки и кучу всего, на что нам указывал Риас, и до чего додумались сами. А потом Риас отвел нас наедине к портному, где меня ждал сюрприз.
   — Ты ведь и в этом году не подумала о наряде, — с довольной улыбкой смотрел на меня Риас, — Решил, что синее будет подходить к цвету твоих глаз.
   Я смотрела в огромное зеркало на свое отражение. Сапфировое платье было откровенным, легким и, как и в том году, спадающим. Оно было прекрасно, я была в нем восхитительна. Риас стоял позади и не сводил влюбленного взгляда.
   — Тебе не кажется, что оно слишком открыто? Я же в нем больше раздета, чем одета! — не верила я, что надену когда-либо подобное.
   — Это мода из кое-каких островов, Ори. Там живет свободный народ, что еще формирует племена. Сегодня будет особенный вечер. Пожалуйста, — просил он своим умоляющимвидом.
   Верх был из цельной ткани, которая охватывала шею и спускалась вниз к животу, закрывая грудь, но полностью открывая спину и талию. Только внизу, почти на самых бедрах была еще одна длинная, широкая ткань, которая опоясывала и начинала юбку. На спадающем в пол поясе были узоры, повторяющиеся с моего кулона. Серебристая вышивка сильно выделялась и привлекала внимание к моим бедрам. В этот раз юбок было две. Нижняя из более плотной ткани была слишком короткой. Она свободно струилась легким шелком и только до середины бедра, а там разделялась: правая нога была оголена больше, полностью от середины бедра, а левую все же прикрывал треугольный срез, который оканчивался чуть выше колена. Верхняя юбка была полупрозрачной, как шифон, но ткань я все равно не определила, потому что струилась она словно шелк. Она не была цельной, потому что не падала на перед ног, оставляя их совсем неприкрытыми, а просто падала в пол от бедер и позади Эта юбка не прятала ничего, не скрывала и носила чисто декоративный характер.
   В примерочную комнату вошел господин Аллен, внося какой-то футляр с размером в книгу. Он остановил на мне взгляд и долго молчал, заставляя меня краснеть.
   — Вы были правы, Келри. Это платье совершенно, а на вашей леди оно сидит, будто она была рождена, чтобы носить подобные наряды, — высказал он, когда справился со ступором, — Как вы и сказали, посылку доставили вовремя, — протянул он футляр.
   Риас поблагодарил портного, принял посылку и проводил взглядом мужчину. Оставшись наедине, он опустился передо мной на колени.
   — Риас? — дыхание перехватило, дрогнул голос и я еле удержалась, чтобы не отступить пару шагов назад.
   — Ори, я не делаю тебе официального предложения. Bashka__7 для Spaces.ru Пока что, — успокоил или огорчил он меня.
   Открыл футляр, чтобы вытащить оттуда массивный браслет, состоящий из множества цепей, подвесок и…
   — Это же не сапфиры? — голос все же осип.
   — Они. Только сплав решил из серебра. Прости. Платина обошлась бы слишком дорого, ради одного вечера, — проговаривал Риас, пока я жадно следила за его действиями.
   Он закрепил браслет у меня на щиколотке и потянулся дальше к футляру, чтобы вытащить еще одну подвеску. Странную. Легкую, но растянутую и тоже с мелкими сапфирами.
   — Приподними вторую ногу, — попросил Риас, — Никогда не думал, что наряжать девушку окажется так приятно.
   Тонкое, почти неощутимое кольцо было надето на палец, следующий за большим, а дальше основная масса конструкции легла на кожу и закрепилась на щиколотке ноги. Я поставила ногу, чтобы отметить игру блеска от браслетов. А Риас на этом не останавливался, закрепив, подобные первому украшению, браслеты на запястья.
   — Все это очень красиво и… Боги, Риас, это восхитительно, — признала я, но вопрос все же задала, — Как я обую туфли?
   — Они тебе не нужны. Сегодня особенный вечер, Ори. Ты ведь не откажешь мне, правда? — уже обнимая меня позади спрашивал он тоном искусителя.
   — И чем он особенный?
   — Ну… Начнем с того, что Эмбер придумал такую легенду, при которой мы с тобой войдем в историю академии, как самая безумно-влюбленная пара, — издал он смешок, — Я настолько отчаянно хотел, чтобы ты осознала, как любишь меня, что устроил все это представление на арене. Ради тебя, Ори.
   — Это он называет легендой?! — вырвалось у меня возмущение.
   — А мне нравится, — признался блондин, — Жаль, что я сам до такого не додумался. Нам нужно идти, Ори.
   Наши покупки упаковали в свертки, которые безропотно схватил Риас. Дела в городе были завершены, поэтому путь наш лежал в академию. Я с досадой посмотрела на занятые руки Риаса, вздохнула и просто постаралась не отставать.
   — Что еще ты успел выяснить с утра, кроме нашей легенды?
   — Не очень много, Ори, — ответил Риас, потом задумался и решил дополнить ответ, — Куртка в целом помогла узнать, что было наложение чар на мою вещь. Там… Короче, кто-то из зачарователей использовал на мой отрезок ткани чары против темных магов. Мы даже стихию мага не знаем. Это было что-то вроде экзорцизма. Якобы, я одержим. Отрезок был просто отрезком, пока я не ушел в невидимость призывая темную магию, а когда обратился к ней, то чары активировались. Я же постоянно руки в карманах ношу, — весело хохотнул Риас.
   — Поэтому тебя не выпустило обратно? — мне было не до веселья и я хмурила брови, — А дальше?
   У меня предположений хватало, но убедиться все равно хотелось. Риас улыбнулся, заглядывая мне в лицо и все же ответил:
   — А дальше, все закончилось бы просто шуткой и барьеры выпустили бы меня, если бы не вторая подстава. Не знаю, как Дарголийскому удалось, но корпус осколка был поврежден. А клочок с тканью моей куртки лежал прямо под ним. Когда я обратился к магии, то остатки моей же магии, а еще древние чары экзорцизма попали внутрь. Эмбер предположил, что это было сильным коктейлем для Ларира. Но у нас есть только предположения, Ори, — закусил губу Риас.
   — Почему он тогда не сработал сразу? Ведь все успели разойтись и выйти, прежде чем он снова осветился. Как он вообще работает?
   — И все же ты бываешь излишне любопытной, милая, — с ласковой улыбкой укорил он меня, — В свободной природе вспышки случаются самопроизвольно, а вот во время экзамена все регулируется. Там не просто защитный корпус, там еще маленький механизм, который производил запуск Ларира. У преподавателей были связующие амулеты и они отдавали им часть своей магии, чтобы призвать нечисть той или иной принадлежности.
   — То есть это не случайный подбор? — изумилась я, такой нечестности преподавателей.
   — Отчасти, Ори. Конкретно нечисть они не призывают, а вот направление нам стараются подобрать, чтобы зрелищней было и интереснее, — заявлял Риас, — А что касаетсяостального. Лариру нужно время, чтобы он сработал вновь. Того времени, что я провел на арене ему хватило.
   — А если бы Тиретис задержался? Тогда бы Кобеан был обвинен в покушении на него?
   — Нет, — возразил Риас, а я уже хотела возмутиться, но блондин продолжил, — Его бы барьеры пропустили наружу, а внутрь к одержимому никого не пускало. Если бы Тиретис остался, то винили бы в его смерти меня, — грустный взгляд с такой же улыбкой в небо, — Я же одна из его слабостей, Ори.
   — Но не ты же подставил все это! — не соглашалась я с такой несправедливостью.
   — Я же и не оставил доказательств, Ори. Моя магия поглотила все. О заклинании на клочке ткани узнали только потому, что там следы чистые после рисунка. Грязь не взялась. О поврежденном корпусе, потому что он не разлетелся бы так легко только от вспышки жнеца. И все это — только догадки, — закончил Риас.
   А я нахмурилась сильнее, пытаясь понять, а способен ли Кобеан на такие точные расчеты и стратегию? Это же нужно было так все распланировать, вынудить поступить так или иначе. Человек так не может. Ну или только Каст.
   — Как думаешь, какие цели он преследовал? — задала вопрос Риасу.
   Тот опять опрокинул голову назад, сощурился и возобновил диалог:
   — Если верить рассуждениям Райана, то выходит как-то так. Я должен был все же призвать свою демоническую силу, чтобы победить нечисть, которая появилась после влияния темной магии на Ларир. Барьеры бы слетели, а преподавателям пришлось бы вмешаться.
   — Но это же был риск. Ведь твоя искра могла бы начать поглощать магию всех, — снизила я голос.
   — А на этот случай, есть действенные методы, — заглянул мне в лицо, чтобы убедиться, что я слушаю внимательно, — Мою искру выжгли бы насильно, Ори. На этот случай есть пунктик в отдельных соглашениях академии. Им разрешено применять такие меры, если речь идет об опасности окружающим. Дарголийский, как и все наследники, хорошо знаком со всеми правами и обязанностями.
   — Он хотел оставить тебя без искры? — грустно уточняю.
   — Скорее всего. Но, он не ожидал, что я выберу смерть, чем рискну тобой.
   — Риас, ты…
   — К сожалению, — перебивает он меня, — У нас нет ничего, чтобы обвинить его. А клочок ткани ведет к какому-то зачарователю, которыми академия кишит. У нас совсем ничего нет.
   — Значит ему просто сойдет это с рук? — уже скорее не спрашиваю, а утверждаюсь.
   Но Риас не отвечал, задумавшись о чем-то своем и уйдя в свои глубокие думы. С ребятами мы встретились на выходе из Хардона, где сели в загруженную обновками карету и двинулись обратно в академию. Солнце было в зените, воздух прогрет и даже раскален. В Нестаргоне рано наступает лето, а когда оно приходит, то становится непостоянным. После знойной дневной жары, обязательно следует ночной холод. Часто проходят грозовые дожди. Как выживать в таких условиях в лесу, наполненным темными существами?
   Двигаясь к корпусу, Риас снова давал наставления Райану, но теперь они уже касались моей персоны: не обижать, не напрягать, не перетруждать, не давать заболеть, следить за моим полноценным питанием и обязательно давать поспать подольше. Райану надоело спорить с неугомонным и он давно уже отвечал на все: «Хорошо. Я понял. Обязательно, Риас». Элания с Киви шушукались и посмеивались над блондином, а Мони понимающе смотрел на него. А моя душа вновь пела и восторгалась жизни. Пока в холле своего общежития я не увидела Зару.
   Мы уже остались с Риасом вдвоем, но руки его были заняты ношей, поэтому я не могла спастись, стискивая его ладонь. Девушка осматривала нас почти безэмоционально, немного хмуро и явно не знала с чего начать беседу. Она ростом с Риаса или даже чуть выше, с фигурой воительницы, поэтому обычные брюки, пусть даже свободные и немного мужские, смотрелись как-то нелепо. Сверху была закрытая майка с длинным рукавом, а поверх безрукавка. По-мальчишески короткая стрижка, со спадающей на глаз челкой, а виски и вовсе выбриты и только тонкая длинная коса перекинута на плечо.
   — Это твое. Я не могла вчера отдать, — пробасила она и протянула мне мой нож.
   Я вспомнила, что уронила его на помосте, при неудачной попытке покушения на Кобеана. Я смотрела на свой клинок, но не спешила хватать его, уже наученная разными заклинаниями. Девушка скосила глаза в пол и немного в сторону, грозно вздохнула и подняла на меня тяжелый взгляд.
   — Мы не представлены лично, Ориса Кениар. Я вчера поняла из слов наследника Нестаргона, что Кобеан замешан в твоей…, — тут она переводит взгляд на Риаса, нахмурившись еще больше, — Я все равно не поверю, что ты не умирал и, что жнец и все остальное было иллюзией. Не перебивай! — прозвучала еще более грозная команда Риасу, и он лишь закрыл открывшийся было рот, — Ты не плохой человек, Солвер. Кошки Дагира подпускают тебя, а они бы почувствовали, если бы ты был злым. Ты такой же человек, как и остальные. Ориса, — взгляд упирается в меня, — Я не знаю многого о наследнике Дарголии, хоть мы и в одной команде на практике. Я не причастна к произошедшему, —она оправдывалась, а я удивлялась, — Забери свой клинок. И еще. Наши маршруты на практике пересекутся в середине июля. Ненадолго, всего на пару дней. Просто предупреждаю, чтобы ты была готова.
   Я забрала клинок и успела крикнуть ей «спасибо», когда она уже открывала дверь общежития, спешно удаляясь. Задать вопросы, она мне просто не предоставила возможности. Риас молча прошел к лестнице, задумавшись о чем-то своем. Я последовала за ним. Зачем она сообщила мне все это? Чем я заслужила ее дружелюбного к себе отношения? Может это просто женская солидарность?
   На ужин мы не пошли, подчистили с Линди запасы со своего буфета. Я после ванны натерлась самыми вкусными цветочными маслами и пила чай, пока они впитывались в мой халат и тело. Линди возилась над нашими обновками, следуя инструкциям Риаса, что зачаровать и каким заклинанием.
   — В этом году он решил показать мое тело публике, Линди! — негромко возмущалась я, — Ты когда увидишь это платье… Оно красивое. Очень! Но ведь там приличий всего внесколько отрезков тканей, пусть и длинных отрезков.
   — Риас мечтатель, Ори. Если решил, значит так надо. Вы же теперь звезды академии! — патетично произнесла она, отрываясь от своего дела и усаживаясь за стол напротив, — О вашей любви уже стихи сочинять начинают, а девушки снова смотрят на Риаса с жадностью. Я тебе рекомендую в следующем году следить за ним в оба глаза! — рассмеялась подруга.
   — Думаешь, он изменит мне? — испугалась я.
   — Уверена, что нет. Но от зачарования его никто не спасет! А таких умелец у нас академия полнится, — с улыбкой пропела она, — Мне Риас передал маленькие подвески и дал указание для твоей прически! Так что скоро приступим.
   — Он так легко за меня решает, — опять возмущаюсь я.
   — Потому что ты сама обо всем подобном даже не думаешь. Я же права?
   Она была права. Позже пришли Элания и Киви. Они уже были собраны и одеты. Элания в алом платье свободного кроя, в котором были оголены ее хрупкие плечи, а Киви наоборот спрятала плечи, но не потому что стыдилась телосложения. Ее голубое платье было закрытым, но тоже воздушным и спадающим, наверняка, Элания для нее заказала. Линди была в золотом, облегающем платье. Разрез от самого начала бедра ее ни разу не смущал. Когда я оделась в свой подарок от Риаса, то девушки смотрели с диким изумлением,кроме Линди. Она лишь загадочно улыбалась. Неужели знает больше, чем рассказывает? Мои волосы были просто распущены и хорошо расчесаны, лишь к двум маленьким прядкам по бокам были прикреплены маленькие серебряные подвески с сапфирами. Легкий румянец на щеки, а остальное Линди не позволила. Ну ведь точно же, что-то знает!
   Дверь открылась и к нам зашел Риас. Я удивилась его одежде. Он не был в костюме. Свободные брюки из тонкой, светлой ткани и белая тонкая майка с длинными рукавами. В руках у него было две бутылки с янтарной жидкостью.
   — Можно! — выкрикнул он за дверь.
   И к нам зашли остальные. Нестаргонский, Райан и Мони, что были одеты в схожие строгие костюмы.
   — Ох, ничего себе! Девчонки, вы сегодня великолепны! — услышали мы комплимент от Мони, чтобы сначала округлить глаза, а позже рассмеяться.
   — Ты прав, Ри, — осмотрел меня Нестаргонский, — Вы вырвете этот вечер у пятикурсников.
   — Райан, ты…
   — Если что, мои щиты в ваших услугах, — ответил Риасу, — Ты необыкновенна и восхитительна, — обратился уже ко мне, чтобы вызвать у меня благодарную улыбку.
   — Не смотри на нее! Я все еще не разгадал вашу эту связь! Ты все еще что-то темнишь и…
   Мы распивали крепкий алкоголь прямо из бутылок. Без смущения, с шутками, легко и непринужденно. Так, будто мы не из разных сословий, не отличаемся культурой, словно знали друг друга всю жизнь. А может в прошлой жизни мы все были в одной семье? Кто знает, что нас ждет после смерти. Может перерождение. Хотя… Кое-кто знает, но отчего-то не может нам рассказать. Риас опять волновался, постоянно украдкой поглядывая на меня, но он больше не пугал меня. Его волнения несли счастливую основу. Что же он приготовил для меня на этом вечере? Какого жизненного поворота мне ждать от него?
   Перед выходом Линди накинула на наши ноги простецкое зачарование, чтобы ступни отталкивали грязь и не порезались о маленькие камушки. Риас тоже был разутым и это вводило меня в заблуждение еще больше. А вот остальные, уже без сомнений, были замешаны в странном заговоре. Идти все равно было не очень приятно, поэтому скоро я была подхвачена на руки Риаса. В зал корпуса защитников мы вошли, чтобы прервать все разговоры, привлекая внимание к себе, притягивая и приковывая все взгляды. Риас повелменя в центр зала, который сейчас освещался изумрудным светом, но когда мы вышли на площадку для танца, которая еще пока пустовала, свет изменился на голубой, приглушенный. Было очень тихо, я могла услышать дыхание Риаса, но вскоре шепотки вновь начинали набирать оборот.
   — Вправо не смотри, — предупредил Риас, — Там Дарголийский прожигает тебя жадным взглядом. Но ты моя, Ори. Я никому не позволю тебя отнять у меня, ясно? — смотрел он на меня так серьезно, что просто кивок не был бы принят за ответ.
   — Хорошо, — согласилась я, но он взглянул как-то неуверенно, — Я поняла тебя, Риас, — не смогла сдержать насмешку.
   — Вот и ладно. Тогда начнем, — и он повернул голову влево, где стоял Октавий, кивнул ему.
   Я стояла и ждала, но шепотки перешли в разговоры. На нас смотрели, нас разглядывали. Наверняка, посчитали, что мы от нашей любви совсем с ума сошли. Я улыбалась, но все больше начинала смущаться и изнывать от любопытства. Свет потух, а я испугалась.
   — Не бойся, — сказал Риас, чтобы голубое сияние вновь возникло, но приглушенное.
   Оно медленно набирало оборот, входило в силу и не спешило засиять также ярко, как и прежде. Странная мелодия заиграла, усиленная артефактом. Я узнала скрипку, контрабас, где-то редко было слышно вставки пианино, а сопровождалось это все низким гулом чего-то неизвестного, духового. Но гул не мешал, он был наполнен звуками разных ударных инструментов, и играл так вписываясь в мелодию, что это не было сумбурно. Все было красиво и вызывало странные чувства. Разве музыка способна усиливать сердцебиение? Или это все же ярко-голубые глаза напротив? А потом я услышала низкий, красивый голос девушки, который с хрипотцой пел песню о любви. Линди стояла в тени рядом с Октавием, не отрывая от нас счастливого взгляда и исполняя прекрасный вокал. Я повернулась, вопросительно глядя на Риаса, а он протягивал мне руку для танца. И я приняла ее, даже не зная, какой танец можно исполнять под эту спокойную, но подвижную мелодию.
   — Верь мне, — попросил Риас, плотно прижимая к себе, — Шаг на меня и прогни поясницу, отведи ягодицы, — шептал он, — Теперь влево на пол шага, опять прогнись. Два шага на меня, начинаем с правой ноги. Видишь, это просто, Ори. Повторяем, — потянул он меня на разворот, — Сделай пару толчков животом на меня. Bashka__7 для Spaces.ru Это словно изобразить животом и бедрами волну, ты справишься, ты гибкая. Я помогу и придержу. Умница. А теперь импровизируй, Ори. Я задал тебе направление танца, а дальше подари мне свою фантазию, милая. И не стесняйся никого. Есть только ты и я.
   — Риас, я… Это слишком…
   — Смотри только на меня. И обращай внимание только на меня. Помнишь? — улыбнулся он, вспоминая наше знакомство.
   Как же не обращать на него внимания, когда он такой? Вокруг нас поднимались капельки голубой воды. Парень из команды пятикурсников, значит? А в какой-то момент над нами появилась кристальная вода Нестаргонского, она обрушилась ливнем, но не отрезвляла, а пьянила сильнее. Золотые светлячки из светлого огня Элании закружились в нашем чувственном, будоражащем, каком-то интимном танце. А позже в воде распустились лилии. А они откуда? Я даже сбилась, но Риас успел подхватить, прижать и обернуть все так, словно это был пируэт нашего танца. Я увидела высокого мага земли, который стоял недалеко от нас и с улыбкой взывал к стихии. Цветы от него? Даже он в сговоре! Я продолжала наступать на Риаса, пока его руки блуждали по голой спине. Мы давно промокли, а когда кружились, делали шаги, вода взмывала вверх. Не знаю, было ли это красиво со стороны, но я понимала, что задыхаюсь от восторга, от желаний. Я была возбуждена от танца, от откровенных прикосновений Риаса, я горела в своей страсти и, казалось, что это никогда не закончится, что все будет хорошо целую вечность.
   Но это же Риас. В какой-то момент он закружил меня, отвернул от себя, а когда я обернулась, то его не было рядом. Я испугалась, сердце ушло в пятки, чтобы остановить мое дыхание. Дождь прекратился, светлячки все еще кружили рядом. А потом очередная водяная лилия раскрылась передо мной, чтобы поток кристальной воды закружил, поднимая ее с пола и поднося к моим рукам. Внутри цветка сиротливо лежало кольцо с синим граненным камнем. Это не было сапфиром и я не знала, что это. Предложение? Сейчас? Вот так. Я осипла. Я смотрела по сторонам, видя только стену из толпы и не находя Риаса. Музыка затихла, как и голос Линди, уже давно. В зале была напряженная тишина. Я попыталась сделать глубокий вдох, но не получилось. Больно не было, просто мысли не давали спокойно дышать. Я потянулась за кольцом, приняла, захотела надеть его, но внимание привлекла красная вспышка. Недалеко на уровне моих глаз, две птицы из магии крови летели навстречу друг другу, чтобы встретиться, разлететься на тысячу алых искр и образовать символ сердца. Тот символ, который принято рисовать в признаниях любви. Когда я восторженно насмотрелась, то вспомнила о кольце и опустила взгляд.
   Риас сидел на полу полном воды, он широко расставив ноги расположился на коленях в моих ногах. Так не молятся, так падают от отчаяния. Он был еще более бледен, он потянулся за кольцом. Его руки дрожали. Он сам хотел надеть его, но перед этим еще раз внимательно посмотрел на меня снизу вверх, тем самым молящим взглядом, на который откажет только бездушный. Он ждал моего согласия. Я улыбнулась и кивнула, кольцо было спешно, но аккуратно надето. Риас приподнялся на коленях, обнимая меня за талию иутыкаясь в мой живот. Он дрожал. Неужели так боялся, что откажу?
   Послышались скромные хлопки, которые позже поддержались громкими аплодисментами. Риас поднял меня, чтобы закружить, заходясь в счастливом хохоте.
   Позже нас любезно высушили, не забыв избавить зал от наших декораций. Мы расположились в том же составе на диванах за низкими столами. Иногда Риас тянул меня танцевать на медленные танцы. В этот вечер было еще представление от преподавателей, где они играли иллюзиями. Но постоянно слышались возгласы, что наш танец все равно быллучше. Расходились мы за полночь, но наша компания не пошла отдыхать. Логово парочки вдруг стало логовом для всех моих друзей. Там мы продолжали банкет и встретили рассвет, наблюдая прекрасный восход солнца в объятиях любимых. Только Нестаргонский и Линди стояли рядом не обнимаясь, но они не были лишними. Все было так правильно. Так хорошо.
   Эпилог. Прощания и размышления
   — Райан…
   — Я помню, Риас. Я буду держать ее под всеми возможными щитами!
   — Ори, ты…
   — Я помню, Риас, я все помню.
   Красивая, темноволосая девушка не пыталась вырваться из объятий своего жениха. Ей тоже хотелось растянуть расставание как можно дольше. Но экипаж уже прибыл, чтобы доставить их к старту маршрута. Ее жених внешне выглядел гораздо спокойнее, чем на самом деле переживал все внутри. Никто даже не мог вообразить, какую бурю эмоций он испытывал, глядя на свою изящную, хрупкую девочку. Ему было страшно отпускать ее, но он понимал, что не в праве удерживать, а еще он старался сдержаться, чтобы не пролить скупые слезы. О том, что он имеет несвойственное мужчинам качество, Келриас Солвер узнал только недавно, когда осознал, что, возможно, любит девушку, которой даже не существует. Любит сильно, настолько сильно, что никто и никогда не сможет ему заменить ее, хотя бы частично. Он страдал и переживал сейчас, смотря на нее, а еще он гордился ею. Кто еще может похвастаться девчонкой, которая своими стараниями, без вылазок в постель к наследникам попеременно, отправилась в Мертвый лес? Он гордился всей этой пятеркой. Но своей невестой особенно.
   — Она совершенна. Боги, спасибо Вам за нее, — проговаривал он, наблюдая, как девушка оглядывается, чтобы подарить ему прощальные взгляды своих безгранично глубоких, синих глаз.
   Его руки опять начала бить судорога. Такое случалось, когда он сильно волновался, поэтому парень поспешно спрятал руки в карманы, уже смотря вслед удаляющейся карете. Он закусил губу от боли в груди, что была вызвана, невозможностью обнять глупую, пугливую и недоверчивую девчонку.
   Девушка, тем временем, расположилась у окна и смотрела на своего жениха. Он стоял, по дурацкой привычке, засунув руки в карманы и кусая губу. Она пыталась рассмотреть его лицо, но было уже слишком далеко. Да и есть ли смысл? Она все равно не понимала, о чем он думает. Ее тоска немного перебивалась страхами о Мертвом лесе, но все же хотелось разреветься, открыть дверь кареты и броситься обратно, в уютные объятия своего жениха.
   Все мысли ее были о нем, о прошедшем бале, о слухах, которые крутились вокруг их пары. Она окидывала взглядом академию, когда экипаж увез их уже довольно далеко, чтобы запомнить образ этих высоких стен. Ориса Дезант в прошлом, Ориса Кениар в настоящем и Ориса Солвер в будущем. Сейчас она вспоминала все события за прошедшие два года. Было множество плохих моментов, были совсем трагичные, но столько было приятного, что они заглушали плохое, оставляя только хорошее.
   Девушке, как и ее друзьям, которые сидели рядом, казалось, что мир вращается вокруг них. Вокруг их проблем, вокруг их любви. Мир лежит перед их ногами. Целый Ирфрид создан для них, чтобы покорять его, открывать в нем что-то новое и интересное.
   Каждому человеку свойственно совершать ошибки. Думать, что он умнее и лучше других — заслуженно или нет. Но в мире не бывает лучших или худших, есть только уникальные. И мир не принадлежал этой пятерке. Это они принадлежали Ирфриду. Каждое совершенное ими действие носило свой характер, свои последствия. Как действия каждого человека, пусть даже этот человек ¬— пешка. Система настроена, она в движении, в круговороте, в который будут затянуты все, кто живет в этом мире. Так было всегда. С самого рождения мира. Так будет после. Когда новое поколение займет место своих предков.

Bashka__7 для Spaces.ru